Сын Гора

Глава 1 Дикий старатель

Главное оружие для дикого старателя на Лунах Альфа Центавры, — это переносной погружной насос для добычи жидкого метана.

Тебе нужно только успеть добежать до прибрежной кромки и закинуть насос подальше в море, пока тебя не сожрала какая-нибудь метановая тварь из его темных глубин. А потом сиди себе в глайдере за чашкой кофе и наблюдай по приборам, как заполняются баки твоего транспортника жидким метаном.

Затем ты летишь на Проксима Центавра В, где расположенно главное хранилище метана, добытого в этой системе, и сдавай метан по баррелям. Отсюда метан будет доставлен на Землю, а ты получишь свои денежки. И главное, не вспоминай, сколько старателей сожрали обитатели глубин океанов и морей.

Семен и не вспоминал. Какое ему дело до тех несчастных хмурых бедолаг в оранжевых комбинезонах, с вечно недовольными лицами. Сезон диких старателей на Лунах Альфы Центавры длится совсем недолго, всего какой-то захудалый месяц. В след за этим прибывают огромные корабли корпораций, ведущих промышленную добычу, и гонят старателей ко всем чертям, запуская в океаны свои ненасытные щупальца.

Правительство не в силах обеспечить всех поселенцев лун Сатурна и Земли работой.

Хорошо, что еще у них можно арендовать транспортный глайдер для добычи метана. На этом милости родного правительства заканчиваются. Ты безработный, а следовательно, тебя выкидывают из жилья и тебе приходится переселяться в тепловой коллектор.

Сэму еще повезло: продав все небогатое отцовское наследство, он сумел купить собственный глайдер. И теперь он и пара таких же предприимчивых ребят вроде него, образовали старательскую артель. Так было легче бороться с давлением корпораций.

Нога нестерпимо болела. Сэм достал из кармана куртки портативную аптечку с красным крестом и сделал себе инъекцию. Правительство ограничивало рост диких старателей тем, что давало разрешение спускать насос в океан только с прибрежной кромки. А далее ста метров: уже ни-ни.

В океанах Лун Альфа Центавры водилось множество тварей с головами рыбы и животных, и зачастую такая тварь хватала за ногу зазевавшегося старателя и тащила к себе в нору, устраивая пирушку, после окончания которой на поверхность всплывали кровавые лопающиеся пузыри. Потому в старатели шли самые отчаянные или отчаявшиеся поселенцы. Сэм, как раз был из таких.

***

Раздался сигнал, оповещающий, о том, что баки транспортника уже заполнились и пора возвращаться домой, но что-то заставляло Семена оставаться на месте. Он всматривался в голубую даль океана, в его слегка волнующуюся гладь. Каждый океан хранит какую-то свою загадку и хотел бы поведать ее стоящему на его берегу человеку, но время тайн еще не пришло.

Оно придет в свое время. А сейчас лишь все та же гладь, да свинцовые облака собирающейся грозы.

Семен нажал на пульте зеленую кнопку, и глайдер приземлился недалеко от побережья. Его массивные стальные ноги почти наполовину погрузились в прибрежный песок. Семен закинул сумку на плечо и поспешил к кораблю.

Грозы на лунах — зрелище красивое, но слишком опасное для одинокого путника. И уж совсем не стоит рисковать добытым метаном.

Человек залез в кабину глайдера, проверил по приборам заполнение баков, исправность навигации и взял курс домой. Он летел над океаном к стартовой площадке, которая выбросит его за атмосферу планеты, позволив тем самым сэкономить топливо.

По стеклу уже стучали капли метанового дождя, и вдали виднелись всполохи начавшейся грозы. Главное, чтобы сейчас на площадке не было очереди из таких же бедолаг, как он, стремящихся поскорее покинуть Нептун, пока не разбушевалась гроза. К его удовлетворению, площадка была пуста. «Сегодня мне везет», — заметил Семен, очевидно, что он остался последним.

Он развернул глайдер и тихо въехал на посадочную платформу. Все приборы на платформе работали. Семен пересел в гравикомпенсационное кресло и закрыл стекло капсулы.

Мерно заурчали моторы и механизмы, откачивая воздух из капсулы и вливая в вены человека раствор. Перед глазами поплыли образы, и Семен погрузился в сон.

Все, что нужно было, он сделал, теперь дело стартовой площадки.

Под ее массивными железными ногами разгоралось сине-голубое пламя, которое и выбросит его глайдер за пределы атмосферы планеты.

Платформа, разложив гравитационную составляющую на компоненты, должна была выбросить транспортный глайдер на орбиту, там, на высоте, должны были включиться маршевые двигатели и проснуться пилот, но ничего этого не произошло.

Семен падал долго, настолько долго, что ему казалось, прошли десятилетия.

Перед глазами вертелся какой-то сонм неведомых зверей, метановый океан пытался проглотить утлое суденышко с белым парусом, на котором упрямый старик отчаянно боролся с огромной рыбиной. Все вертелось, словно калейдоскоп событий времен и пространств.

Не покидало странное ощущение, что это происходит не с ним.

Он попытался открыть глаза. Нестерпимая боль звенела в ушах, отдавала в виски, перетекая в затылок. Смерть, забвение или нечто другое, неизведанное.

Где тот предел, за которым сознание разлетится на тысячи осколков, и придет спасительная пустота. Предела не было. Он пошевелил пальцем, как ни странно, это получилось.

Он жив, эта мысль пугала и очаровывала одновременно. В кармане куртки должен быть портативный шприц с метанидом. Он с трудом расстегнул молнию на кармане и достал шприц. Протянув другую руку навстречу, он воткнул в нее шприц и раскрыл ладонь.

Он долго лежал, пытаясь прийти в себя, но действие инъекции уже сказывалось. Исчезли загадочные животные и старик в лодке. Вокруг бушевала гроза. Он лежал на скалистом острове посреди бушующего океана метана. Иногда волны накатывали так близко, что касались подошвы его ботинок. Ему ничего не оставалось, как с трудом подняться и сесть.

Пиропатрон в маске исправно генерировал кислород, который он с жадностью вдыхал уже освободившейся грудью.

Семен осмотрелся. Остров был не слишком большой, но достаточен по размерам, чтобы быть обозначенным на корабельных лоциях. Но в том-то и дело, что его не было ни на одной карте. Да и не должно было быть. У океанов на Лунах Альфа Центавра, совсем нет островов.

Ни в каком виде. Откуда взялся этот, видимо, будет загадкой, которую предстоит разгадатьченым, если он, конечно, выживет и его подберет какой-нибудь глайдер. Насчет этого Семен сильно сомневался.

Сезон закончился, и старателей больше не будет до следующего сезона.

А для огромных автоматических транспортников корпораций, ведущих добычу метана здесь, на Лунах Альфа Центавра, он будет всего лишь букашкой, которую даже не заметят. Тем более транспортники ведут добычу далеко от берегов, на больших глубинах, опуская в океан сотни больших насосов.

Так что шансов у него немного, если не сказать, что их вообще нет. Кругом одни скалы и никакой растительности. Но кое-что интересное он все же заметил. В глубине острова. За скалистыми образованиями возвышалось нечто, похожее на античную арку.

Что само по себе было странным. Откуда на Луне Альфа Центавра, планетоиде, покрытом океанами метана, возьмутся античные сооружения.

Это определенно стоило исследовать. Но сейчас его состояние не позволяло, не только ходить, ему и сидеть было сложно, но время шло. А значит, нужно было что-то делать. Единственное, что ему может помочь, это очередная инъекция. Она поставит его на ноги. Но этим нельзя злоупотреблять, иначе, когда ее действие закончится, он совершенно ослабнет.

Но идти было необходимо, сидеть здесь, на берегу, расходуя драгоценные ресурсы, было глупостью. Семен достал очередную порцию метанида и сделал укол. Организм медленно наливался силою.

Легкое головокружение от ударной дозы метанида быстро прошло.

Семен встал на ноги и пошел вглубь острова в направлении арки. Песок под ногами скрипел. Иногда нога проваливалась в эту песочную жижу. Он вытаскивал ее и делал следующий шаг вперед. Теперь он стоял перед этой самой аркой в глубине острова. Арка была сложена из старого известняка, покрытого большими продольными трещинами. Местами виднелись очертания стертых временем и ветрами рисунков.

На них были диковинные животные и большие лодки с парусами. Семен вспомнил, где видел их. Он видел их, когда умирал, точнее, ему казалось, что он умирал. Человек подошел к арке и прикоснулся ладонью к ее поверхности. Неожиданно он почувствовал тепло, исходящее от этих камней и начертаний.

Семен поднял голову вверх. Солнца не было. Были лишь налитые свинцово-синим цветом облака атмосферы. Непонятно, что могло нагреть эти древние камни. Семен зашел вглубь арки и прикоснулся пальцами к изображению непонятного животного, пытаясь очистить рисунок от песка, чтобы лучше рассмотреть его.

Неожиданно изображение стало наливаться малиновым цветом, и песок под ногами человека стал осыпаться куда-то вниз. Семен попытался выскочить, но было уже поздно.

Его неудержимо засасывало в дыру под ногами.

И в этот раз пришла темнота. Не было никаких полетов в туннелях, он не видел свое тело с высоты. Все оказалось гораздо проще, словно кто-то просто взял и вырубил рубильник...

Глава 2 Клеопатра

Кефей торопясь шел по узкой улочке Александрии, намереваясь успеть в общественную библиотеку, после того как он получит долг с лавочника Омфала. Время возврата долга уже подходило к концу, но старый и хитрый Омфал, прикрываясь возросшими налогами фараона, постоянно пытался оттянуть день выплаты.

На этот раз Кефей не пойдет ему навстречу и заберет все, что ему причитается, с учетом процентов, иначе джатти объявит Омфала банкротом и сделает рабом вместе с семьей для продажи на рынке. Такой исход Кефея тоже устраивал.

Он рассчитывал получить свой долг до того, как начнется праздник Долины и улицы Александрии заполнятся ликующим народом, ожидающим праздничной процессии царицы и вельмож к великому Нилу.

На празднике египтянам следовало делать подношения умершим предкам, и деньги бы сейчас были как нельзя кстати.

— Посторонись. Прочь с дороги! — послышался грозный окрик позади.

Мчащаяся колесница жреца Аменемхтепа пролетела по узкой улице, чуть не задев самого Кефея. Лицо Аменемхтепа искажала гримасса ярости. Кефей никогда не видел верховного жреца столь злым.

— Хвала Осирису! — ему сегодня определенно везет.

— Надеюсь боги не оставят меня и завтра, — удовлетворенно прошептал Кефей, радуясь, что он так легко отделался. Некоторых горожан колесница все-таки сбила с ног, и теперь их окровавленные тела лежали на каменной мостовой столицы.

Кефей прошел улицу и свернул в тупиковый переулок, где находилась лавка и дом старого лиса Омфала. Ворота Омфала

Подойдя к воротам дома Кефей громко постучал. Во дворе послышались шаги, и чей-то тихий голос спросил:

— Кто это?

Кефей грозно нахмурил густые брови и, чтобы показать серьезность своих намерений, грозно рявкнул:

— Это Кефей. Ваш кредитор. Открывайте ворота сукины дети!

Во дворе воцарилась тишина. Шаги стихли.

Затем шаги вновь появились. Но на этот раз уже никто ничего у Кефея не спрашивал. Щелкнула задвижка замка, и показалась голова самого Омфала.

— Достопочтенный Кефей почтил своим присутствием мой дом, — начал заискивающе причитать Омфал.

Омфал находился уже в том преклонном возрасте, когда следовало подумать о том,что он поднесет в дар богу Сету за свою жизнь полную мошенничества и обмана.Одет лавочник был в простую серую тунику подвязанную широким поясом с узорами.На голове плотно сидела маленькая белая шапочка в тон столь же белой бороде.

Кефею сразу не понравился тон этого старика.

«Сейчас опять начнет просить об отсрочке долга, — размышлял Кефей. — Ну, уж нет!»

— Входите, господин Кефей, — Омфал широко распахнул дверь перед гостем.

— Входите в дом, — он жестом сделал знак в сторону дома.

Нельзя сказать, чтобы Омфал жил богато, но кое-какие ценности все же имелись. Например, прекрасная греческая амфора с изображением подвигов Геракла, которая стояла у самого очага. Но главным сокровищем этого дома, несомненно, была прекрасная Исея, дочь Омфала. Кефей с удовольствием сам взял бы в жены эту жемчужину Нила, если бы уже не был женат.

Мужчины присели на скамью в центре у очага и начали обсуждать свои дела. Исея появилась неожиданно, держа в руках кувшин с греческим вином. Она была столь прекрасна, что могла бы затмить саму великую царицу Нефертити. Красивый парик на ее голове спускался до нежных плеч.

Ее тело, укутанное в тонкую тунику, было подобно цветку лотоса. Кефей не заметил, как открыл рот от удивления. Зато это прекрасно заметил Омфал.

Собственно, это и было частью его коварного плана.

Мужчины за столом долго спорили и ругались, иногда они замолкали, когда в комнату входила Исея, которая подносила им воду в большом глиняном кувшине. Наконец Омфал не выдержал и сказал Кефею, что у него есть нечто, что с лихвой оплатит весь его долг. Кефей нехотя согласился и кивнул:

— Неси!

Омфал сходил в лавку и принес оттуда коричневую сумку из кожи. Он разложил ее содержимое на полу.

— Что это? — спросил Кефей, взяв в руку черный предмет с рукоятью.

— Это... Я не знаю, — начал Омфал, — сути и назначения этих предметов я не понимаю. Но взял я их у белого человека, которого мои слуги нашли у древней заброшенной арки на краю города.

— Кто этот белый человек? — поинтересовался Кефей.

Кредитор заинтересованно повертел в руках незнакомый черный предмет и положил на циновку.

— Пусть пока полежит здесь. Далее его внимание привлекла надутая железная банка с отвинчивающейся крышкой.

Запах жидкости внутри ему был не знаком. Но голова Кефея от него сильно закружилась. Кефей поморщился, закрутил крышку и положил банку на место. Другой предмет был ему знаком — это был нож, но данный нож был не совсем обычной формы. Рукоять ножа хорошо легла в ладонь.

Пользоваться им оказалось удобно. Кефей сделал несколько взмахов. Пожалуй, этот предмет он бы смог взять в качестве уплаты долга. На циновке еще лежали кожаный пояс с железной застежкой и прямоугольная коробка с маленькими деревянными палочками.

— Это чудо! — начал Омфал, завидев интерес Кефея к коробке.

— Знак богов. Смотри!

Омфал достал маленькую палочку из коробки и провел ей по обратной стороне коробки. Неожиданно для Кефея палочка вспыхнула ярким огоньком. Кефей открыл рот от удивления.

— Этими палочками, — начал Омфал, — можно легко зажечь очаг, хочешь в доме, хочешь в походе.

— Хорошая вещь! — заключил с улыбкой Кефей. Кое-что из принесенных предметов ему определенно нравилось. — Могу я посмотреть на белого человека? — осторожно спросил он.

— Хорошо, — Омфал поморщился. Отказать он не мог, хотя по его лицу было видно, что он не желает этого. — Исея отведет тебя к нему. Он до сих пор лежит без сознания и несет какой-то невыразимый бред. Исея ухаживает за ним.

Омфал два раза хлопнул в ладоши. На пороге комнаты появилась девушка.

— Исея, проводи почтенного гостя к чужестранцу.

Белый человек лежал на циновке в углу комнаты.

Его тело было непропорционально большим по сравнению с египтянами. На ногах, вместо легких сандалий, были какие-то кожаные сандалии с веревками и ребристой подошвой.

Такие одежды Кефей не видел никогда. Он много, где бывал за границами Египта, путешествуя с караванами верблюдов, перевозящих ценности фараона, но таких одеяний он не встречал даже у чужеземных народов.

— Откуда он? — Кефей стоял рядом с белым человеком, лежащим на циновке, и размышлял. Наконец он жестом руки подозвал девушку, стоящую на пороге.

— Исея, принеси тот железный кувшин с вонючей жидкостью, что вы нашли у чужестранца.

Девушка кивнула и исчезла. Через минуту она появилась, держа в руках железную банку чужеземца.

Кефей склонился над головой чужестранца и открутил крышку на железном кувшине. Он сделал знак Исее:

— Возможно, это питье — его лекарство, раз он носил его с собой.Люди часто носят с собой необходимые снадобья помещая их в маленькие флаконы.

Кефей дождался, когда белый человек в бреду откроет рот, и осторожно плеснул туда содержимое из железной банки. Человек через мгновение закашлялся и открыл глаза.

Кефей отскочил от него, как и стоящая рядом Исея.

Человек приподнялся и сел. Он протянул руку к Кефею, указывая на железный кувшин в его руках. Кефей сделал шаг вперед и протянул флягу. Белый человек сделал несколько глотков и закрыл глаза. Кефей и девушка продолжали стоять в оцепенении. Через минуту человек открыл глаза и встал.

Он размял руки, протянул ладонь навстречу Кефею и сказал:

— Сэм.

Что он имел в виду, никто из людей, находившихся в комнате, так и не понял. Тогда человек ткнул себя пальцем в грудь и повторил:

— Я Сэм.

Кефей отрицательно покачал головой, давая понять, что и на этот раз он ничего не понял. Семен жестом нарисовал сумку на плече. Кефей дал знак Исее, и девушка скрылась в дверном проеме. Спустя время она появилась, держа сумку в руках.

На лице белого человека сияла улыбка. Очевидно, что там хранилось что-то важное для него. Семен достал маленькую черную коробочку с веревкой и повесил на шею. Портативный переводчик, как нельзя оказался сейчас кстати. Теперь он мог понимать сказанное на любом языке народов мира. Первый вопрос был: где он и почему они так странно одеты.

Кефей не понял его вопроса, но все-таки вежливо ответил:

— Это Египет, царство великой царицы Клеопатры Птолемей, дочери бога Гора и правителя Верхнего и Нижнего Египта.

Этого Семен никак не ожидал услышать. Временной сдвиг? Провал в прошлое?

Очевидно, каким образом... Семен вспомнил античную арку на острове одной из Лун Альфы Центавры и светящиеся на ее камне символы. В его голову пришло осознание, что эта арка — подобие машины времени. Но какая могущественная цивилизация могла оставить такой артефакт?

Технологии жителей планеты Земля устремились далеко за пределы планет их собственной системы. Но время оставалось не подвластно им.

— Я хочу посмотреть город, — вежливо сказал Семен, обращаясь к Кефею.

Как-никак это Древний мир. Упускать такую возможность совершенно глупо. Неожиданно дверь в комнату распахнулась, и в нее влетел испуганный Омфал:

— Этот человек не может никуда идти. Он моя собственность.

— Спокойно! — Кефей поднял руку вверх. — Я забираю его и его сумку в счет уплаты твоего долга.

— Но мы так не договаривались! — возмущенно воскликнул Омфал. — Речь шла только о сумке чужеземца.

Семен сидел и смотрел на спор этих двух сумасшедших людей. Сначала его это даже забавляло. Наконец ему это надоело, он встал и серьезно произнес:

— Друзья мои, я не могу быть ничьей собственностью!

Кефей и Омфал удивленно уставились на него.

— Хотя бы потому, что у меня есть эта штука! — Семен с коварной улыбкой достал из сумки черный предмет с рукояткой, назначение которого египтяне так и не поняли. — Знаете, что это?.. Это большой бум! — Семен навел пистолет на стену и нажал на спусковой крючок.

Лазерный луч уперся в стену, и стена с грохотом развалилась.

— Я могу идти, когда хочу и куда хочу. Я свободный человек.

Семен посмотрел на эту троицу. Все трое, включая Исею, в один миг распластались на полу в знак покорности и почтения.

Семен удовлетворенно хмыкнул, подмигнув.

— Ну вот, теперь все согласны. А то раскудахтались.

Кефей поднял голову и посмотрел на чужестранца, обладающего оружием такой разрушительной силы.

— Господин! Простите нас! — тихо прошептал он. — Мы не знали, что вы тоже из круга богов. Как нам смертным называть тебя?

Семену это определенно понравилось. Пахать круглые сутки, добывая метан, сдавая его в хранилища за сущие копейки и едва сводить концы с концами — не самое достойное занятие для разумного человека.

Быть богом среди этих отсталых дикарей на задворках прошлого планеты Земля значительно лучше. Настроение определенно улучшилось, его даже начинала забавлять сложившаяся ситуация.

— Зовите меня Семен — сын Гора.

Объявлять себя самим богом — это уж слишком. Чего доброго, эти дикари попрутся к нему с подношениями и преклонениями.

В конфликт с местной властью Семену тоже вступать не хотелось. А то, что в городе есть местная власть это к гадалке не ходи

К чему нарушать естественный ход событий. Нужно только найти чертову арку и вернуться в свое время.

А пока можно сходить в город. Возможно, вернувшись, он напишет диссертацию на тему «Древний Египет времен Клеопатры глазами очевидца» и станет уважаемым академиком, а не диким старателем по добыче метана. Перспективы очень хорошие. Сейчас главное — не перестараться и не посеять панику среди дикарей.

Семен достал из сумки пояс, застегнул его и повесил на него фляжку с виски. Убрав пистолет в потайную кобуру во внутреннем кармане куртки, он сделал знак Кефею, что готов следовать за ним. Но в его сборы вмешалась Исея, недовольно сообщив, что он не может идти в таком виде. Его обязательно схватит стража царицы и бросит в яму как лазутчика.

— Что же, можно и переодеться, но мой бум всегда со мной, — ответил Семен, давая понять, что не намерен расставаться с пистолетом и фляжкой.

Исея быстро исчезла и вернулась, держа в руках небольшой сверток с туникой и кожанными сандалиями.

— На египтянина ты не похож, поэтому я принесла греческую одежду, — улыбаясь произнесла она.

— Что ж, буду древним эллином! — заметил ей Семен, натягивая тунику.

Исея смущенно закрыла глаза ладонями и отвернулась. Ей определенно нравился этот белый гигант с молнией в руках.

Быстро переодевшись, Семен застегнул ремень и засунул за него пистолет. Оружие в данном случае, совершенно не помешает.

Улицы Александрии уже были полны ликующего народа. Глинянные дома с маленькими окнами украшали связками из разноцветных цветов, скрученных в венки и перевязанные тросниковыми веревками. Пестрые лавки торговцев ломились от обилия товаров и покупателей в цветных одеяниях.

Семен медленно шел вдоль торговой улицы, сопровождаемый Кефеем и Исеей. Некоторые прохожие, увидев необычного для данных мест, белого человека, оборачивались вслед, пытаясь подробнее рассмотреть его, другие же вообще не обращали никакого внимания.

По улице с криками проносились колесницы с государственными сановниками, чьи возницы покрикивали на народ, чтобы те расступились, дав им дорогу.

Семен остановился у ювелирной лавки. Его внимание привлекло золотое кольцо необычной формы и цвета камня. Семен долго вертел кольцо в руках, словно прицениваясь. Наконец он решился и подошел к Кефею:

— Хочу это кольцо.

Кефей искрене удивился:

— Зачем тебе? Это дорого.

Семен посмотрел на него и сказал:

— Бери, я верну долг.

Кефей помотал головой и подошел к лавке.

Через мгновение Кефей протянул кольцо Семену. Семен посмотрел на кольцо и подозвал Исею, стоящую от них в стороне.

— Это тебе! — он взял девушку за руку и надел кольцо на ее тонкий и изящный палец. Исея покрылась краской от смущения.

Подарок был дорогой. Она не заслуживала такого подарка от чужестранца, которого мало знает.

Они еще побродили вдоль пестрых торговых рядов и направились обратно в дом Омфала.

Помня услугу Кефея с кольцом, Семен пообещал ему решить помочь проблему с некоторыми должниками. На что Кефей с радостью согласился. Белый человек с молнией в руках — весомый довод вернуть долги с процентами.

Проводив Кефея до ворот, Семен вернулся в свою комнату и улегся на кровать. Ему предстояло хорошенько подумать о завтрашнем дне. Сквозь большое окно, завешанное шелковым покрывалом, светили все те же Луна и Венера. Он помнил этот свет, на протяжении тысячелетий он не изменился. Скрипнула дверь, и в темноте показалось лицо Исеи.

— Зайди, — Семен сделал знак рукой.

Девушка прошла и тихо села на край кровати.

В свете луны Семен видел, как залито краской ее лицо от смущения, как она прерывисто дышит.

Семен прикоснулся к ее волосам, к плечам и увлек к себе.

Утро ворвалось в Александрию пением соловьев и кудахтаньем кур. Исея уже принесла в его комнату кувшин с горячим напитком и почистила одежду. «Пожалуй, эта красивая египтянка Исея станет хорошей женой», — подумал Семен. Осталось дождаться Кефея на колеснице, чтобы поехать за город и посмотреть на арку, под которой его нашли. Возможно, это совсем не то, о чем он думает.

Кефей в скорости объявился у ворот Омфала, и они вдвоем выехали к цели. Ехали довольно долго, пробираясь через толпы людей на узких улицах. Семен старался запомнить дорогу, возможно, ему предстоит добираться до арки одному.

Арка стояла у разрушенной стены, нижняя часть была занесена песком. Семен обошел ее со всех сторон.

— Это часть мертвого города, — пояснил ему Кефей, — потому здесь всегда пусто. Она существовала еще до времен первых фараонов. Эта арка несет в себе проклятье, — добавил он.

— Каменщик Марон пытался отломить от нее часть барельефа, чтобы украсить свой жалкий дом. Его тело внезапно охватил огонь Сета, и он просто сгорел. Потому сейчас люди избегают этого места.

Семен зашел вовнутрь арки и осторожно очистил древние рисунки на барельефе. Все те же образы загадочных животных, что и на Лунах Альфа Центавра.

Семен слегка прикоснулся к одному из символов, кажется, рука уже сама знала к какому. По телу начало разливаться уже знакомое тепло. Семен резко отдернул руку.

— Работает, — с радостью воскликнул он.

Кефей оцепенел от увиденного. Он упал на колени и начал молиться богам. Семен рассмеялся:

— Все хорошо. Мы едем домой.

Всю обратную дорогу Кефей переводил взгляд с Семена на небо. В его голове не осталось места сомнению, что этот белый человек — посланец богов. Возможно, он равен самому фараону, ведь фараон тоже сын бога.

Ночью к нему приходила Исея, и они нежились в объятьях друг друга под светом луны. Семен уже начал забывать, где все-таки его дом, там, на Центавре, или уже здесь, в этой хижине, рядом с прекрасной египтянкой, дарящей ему столько тепла и ласки. Но он знал, что в любом мире, что в будущем, что в прошлом, за все нужно платить. Какова только цена?

Цена обозначилась за день до праздника Долины грозным стуком в ворота. У дверей стоял отряд личной стражи царицы.

Омфал, протирая глаза от остатков сна, поспешил открыть ворота.

Стража смело зашла во двор, выстроившись в боевой порядок, они не знали, с кем им придется столкнуться, но уже знали об оружии богов в руках белого чужеземца.

Омфал упал на колени перед жрецом и прошептал:

— Я позову его!

В комнату влетела испуганная Исея, заикаясь, она прошептала:

— Там стража царицы Клеопатры и великий жрец.

«Принесла нелегкая!» — подумал Семен, он был точно уверен, что стража пришла именно за ним. Видимо, разнеслись слухи о силе и могуществе белого чужестранца, и теперь Клеопатра желает видеть своего якобы названного брата, подобного богам.

— Что ж, — Семен надел пояс и засунул за него пистолет, — не будем лишать местного божка такого удовольствия.

Дворец царицы Клеопатры сверкал блеском золота, как и жемчужина ее страны — река Нил. Жрецы в пурпурно-золотых одеяниях столпились с правой стороны огромного трона, на котором восседала сама царица.

Ее лицо было надменно холодным. Встреча с еще одним сыном бога, кроме нее, не сулила ничего хорошего государству.

Ее разум тревожили мысли, как поведет себя чужестранец, не покусится ли он на его власть. Его пребывание в столице таило неведомые опасности. Рабы и чернь, измученные непосильными налогами, могли поднять бунт, провозгласив нового фараона.

Впрочем, была еще одна причина, чтобы оказать внимание чужестранцу. Рим требовал все больше зерна и золота. Этот город вел бесконечные войны со всеми государствами, куда могли дотянуться его жадные руки. И чужестранец, обладая оружием Богов, мог бы помочь ей охладить пыл воинственного соседа. А уговаривать она умела.

Семен зашел в тронный зал с улыбкой на лице и держа руку на рукояти пистолета. Неизвестно, что могут выкинуть эти дикари.

Он также проигнорировал тысячелетний ритуал падения ниц перед сыном бога. Вельможи и жрецы пребывали в состоянии шока. Такого не было за всю историю царств.

Клеопатра сошла с трона и направилась прямо к чужестранцу.

— Приветствую тебя, сын Гора, названный брат мой, — произнесла она.

— И я тебя приветствую царица Клеопатра, — ответил Семен. Ему чертовски не нравились эти дворцовые церемонии. — Зачем я тебе понадобился? — напрямую спросил Семен. — Мне кажется, у царицы и без меня забот хватает.

— Мои слуги донесли мне, что в столице моего царства появился сын Гора, — продолжила Клеопатра.

— И возникла некоторая неопределенность. Ведь дочь Гора — это именно я! Единственная. Возможно, у Гора были и другие сыновья, о чем мне, как наследнику его власти, неизвестно с сожалением произнесла Клеопатра.

— Ну, это не так сложно доказать, — возразил Семен, доставая из-за пояса пистолет.

— Это излишне! — испуганно прошептала царица, в ее глазах читался страх перед этим вполне опасным чужестранцем. — Я приглашаю тебя сегодня вечером в мой дворец отметить начало праздника Долины, ты можешь выбрать себе любую женщину, какую захочешь.

— Хорошо, — Семен склонил голову. — Я подумаю, мне нужно идти.

Клеопатра взяла его за руку:

— Я дам тебе стражу для охраны!

— Не нужно, — отклонил ее предложение Семен. — Сегодня я хочу прогуляться по городу.

Семен облегченно выдохнув, вышел из дворца. Спустившись по длинной лестнице между огромных колонн, он заметил встречающих его внизу Кефея и Исею.

— Как приняла тебя наша царица? — поинтересовалась Исея.

— Она была очень любезна и пригласила нас сегодня вечером во дворец на вечеринку Дня долины, — ответил Семен.

Исея взяла его за руку.

— Будь осторожен, — предупредила Исея, опустив глаза. — Клеопатра очень хитрая и любвеобильная женщина. Ты сам не заметишь, как тебе поднесут бокал с ядом, или окажешься у нее в постели.

— Не беспокойся за меня, — Семен поцеловал девушку в лоб.

— Мы сумеем за себя постоять.

Кефей стоял чуть позади их и наблюдал за тем, что происходит на территории дворца Клеопатры. Наконец, он не выдержал и подошел к ним.

— Если царица пригласила тебя во дворец, то я дам тебе лучшую тунику в городе, — с гордостью воскликнул он.

— Сын Гора должен быть одет по статусу.

Они взошли на колесницу запряженную двумя перкрасными жеребцами и покатили по пыльной дороге к дому Исеи. Омфал очень обрадовался, узнав о возвращении дочери и чужестранца.

Но узнав о приглашении его нового друга царицей Клеопатрой к себе во дворец, его сильно расстроило. Он знал не по наслышке о многих жестоких злодеяниях, произошедших в этом дворце. Однажды на его ступенях был зарезан его родственник из Мемфиса, так же приглашенный во дворец Клеопатрой, но с другой целью.

Омфалу принесли тело родича с десятью ранами кинжалом в груди. О Боги покарайте нечестивцев. Но отказаться тоже было нельзя. Семен заметил перемену в его настроении Омфала и подошел к старику, положив руку на его плечо.

— Не печалься. С нами ничего страшного не случится.

Когда вечернее знойное южное солнце окрасило пустыни и оазисы Египта в кроваво-красный цвет, Семен стал собираться во дворец. Исея была очень опечалена его отъездом. Она хотела быть рядом с ним. Ее чувства к этому белому чужестранцу уже переросли в нечто большее, чем их тайные ночные забавы.

Она положила свою голову ему на плечо и тихо плакала. Семен тихо гладил девушку по голове и успокаивал словами:

— Все будет хорошо. Тебе незачем волноваться.

Старик Омфал и его кредитор Кефей, ставшие уже ему друзьями, стояли чуть поодаль. На глазах Омфала уже блестели тонкие нити слез. Кефей, напротив, старался держаться молодцом, но у него это плохо получалось. Он, хорошо понимал, что, возможно, они видятся в последний раз. Семен с улыбкой запрыгнул в колесницу и дернул поводья.

У дворца было тихо и немноголюдно. Основная часть церемонии уже закончилась, и дворцовая стража провела Семена прямо в покои царицы Клеопатры. Покои царицы поразили Семена буйством красок и причудливыми фресками на полах. Войдя, он немного остолбенел, пытаясь переварить богатство убранства зала.

Клеопатра лежала на большом диване в окружении рабов и слуг с огромными опахалами из павлиньих перьев, которыми они обмахивали царицу. Всюду стоял терпкий аромат восточных пряностей, от которого у Семена щекотало в носу. Семен еле удержался, чтобы не чихнуть при всем дворе Клеопатры.

В данном случае это было бы очень бестактно. Он немного задержался у входа, ожидая личного приглашения царицы. Клеопатра вдыхала розовый дым, исходящий из золотого сосуда у ее ложа. На ее теле была голубая шелковая туника. Черные волосы были собраны в пучок, украшенный золотым гребнем.

Золотое ожерелье с огромными изумрудами переливалось на солнце, дарящее свои лучи сквозь огромное открытое окно. Клеопатра дала знак одному из слуг, чтобы он привел к ней человека, застывшего в дверях. Семен сел напротив царицы. Клеопатра подошла к нему и взяла его руку.

— Я слышала, ты живешь у лавочника Омфала. Разве это пристало сыну Гора жить в жалкой лачуге?

Семен поморщился.

— Мне там нравится. Я не выбирал этот дом. Омфал помог мне. Я ему благодарен.

— Я знаю, что ты любишь его дочь, — продолжила она.

— Что ты нашел в ней? Она так красива, что соблазнила сына Гора?

— Думаю, да! — ответил Семен. — Она действительно красива.

— Здесь много красивых женщин, — она обвела зал рукой. В разных углах зала на ложах, украшенных резьбой, возлежали десятки женщин.

— Ты можешь выбрать любую из них.

— Зачем мне? — Cемен осуждающе посмотрел на царицу.

Клеопатра улыбнулась.

— Тесея подойди! — она дала знак одной из женщин.

Девушка поднялась со своего ложа и подошла к царице, склонив голову в знак покорности. Клеопатра одним движением руки скинула с нее легкую шелковую тунику.

— Посмотри, какая у нее грудь, она словно спелый персик в моих садах, — она взяла девушку за руку и развернула. — Посмотри, какой восхитительный вид сзади, — продолжала Клеопатра.

— Разве она может уступить в красоте дочери лавочника Омфала?

— Ты права царица! — Семен поднял упавшую на мраморный пол тунику и протянул ее смущенной девушке. — Оденься!

— Пойдем же! — Клеопатра не унималась.

Она притащила Семена к широкому дивану, на котором было уложено множество разноцветных подушек.

Слуги тот час же принесли серебряные кувшины с вином.

— Выпьешь? — Клеопатра поднесла ему кубок с вином. Семен отрицательно помотал головой.

— Боишься, что отравлю? — рассмеялась она.

— Не бойся, — Клеопатра обвила его шею тонкими руками, на которых были надеты золотые ожерелья.

— У меня на тебя другие планы.

Семен поморщился.

— Могу я узнать: какие же?

— О, — Клеопатра загадочно улыбнулась, — не все сразу, сын Гора. — Расскажи мне из какой ты страны? Твоя кожа похожа на кожу северных дикарей, с которыми сейчас воюет Цезарь.

Ты знаешь, кто такой Цезарь, мой ненаглядный?

Семен усмехнулся:

— Один из местных царьков, думающих, что он повелитель мира.

Его слова ошарашили Клеопатру так, словно этот белый чужестранец не боится ничего, даже богов. Клеопатра помрачнела.

— Я тоже, по-твоему, не так блистательна и царственна? — произнесла она, глядя Семену в глаза.

Ситуация накалилась и нужно было исправлять. Сейчас ему не нужны были враги, тем более такие могущественные, как царица Египта. Семен встал с ложа и подошел к Клеопатре.

Склонив колено, он взял ее руку и поцеловал со словами:

— Вы самая прекрасная и царственная особа, моя царица.

Его поступок очень понравился Клеопатре. Она улыбнулась и вкрадчиво произнесла:

— Может ли сын Гора сегодня разделить с ней ложе в эту прекрасную ночь?

— Не сегодня, царица, — ответил Семен.

Клеопатра улыбнулась:

— Как скажешь.

— Так какое у тебя дело ко мне? — Семен сел напротив царицы.

Клеопатра подняла руку вверх, давая понять слугам, что хотела бы остаться наедине с гостем.

— Я хочу твоей помощи в одном деле. Скоро сюда явится римский диктатор Гай Цезарь.

Я хочу, чтобы ты убедил его ослабить поборы. Римляне рассматривают мою страну как неисчерпаемый источник зерна и золота.

Семен задумался:

— Разве вы сами не заключили с ним такой договор?

Клеопатра встала и подошла к окну.

— Легионы Рима сильны и беспощадны. Египет не может позволить себе иметь такого врага. Поговори с Цезарем, покажи ему оружие богов. Он не глупый и все поймет, — Клеопатра вернулась к своему ложу и подошла к Семену, обвив его шею руками.

— Помоги мне, северный человек, и я отблагодарю тебя всем, что ты хочешь, — она скинула тунику, обнажив свое прекрасное тело.

В этот раз Семен не устоял. Он обхватил ее тонкую талию и повалил на диван.

Это утро застало Семена в великолепных покоях Клеопатры. Она лежала у его изголовья, положив голову на свою тонкую руку. Шелковые прозрачные занавески раскачивал врывающийся в ее покои теплый ветер Средиземья.

Клеопатра заметила, что ее спутник чем-то обеспокоен.

— Не печалься о дочери лавочника Омфала, — она провела ладонью по его шее. — Для нее это будет честь, что ее избранник удостоился ложа самой царицы Египта. Гай Цезарь скоро прибудет с визитом в Египет. Тебе нужно хорошо подготовиться.

Цезарь

Через неделю на горизонте в белой дымке показались деревянные римские триеры. Разношерстная толпа горожан тут же сбежалась на набережную, дабы лично увидеть самого могущественного человека мира Гая Юлия Цезаря. Красные паруса с золотым орлом, развевающиеся на ветру, не оставляли для них в этом никаких сомнений. Гай Цезарь с горделивой осанкой и надменным лицом, какие только может принять единовластный диктатор Рима, сошел по деревянному трапу на каменную набережную Александрии и остановился.

Цезарь обернулся, чтобы вновь полюбоваться одним из чудес сета Александрийским маяком. Кладезь мудрости, не раз говорил он в сенате Рима, имея ввиду Александрийскую библиотеку, расположенную здесь же в здании маяка. Преторианская гвардия моментально окружила диктатора, оттесняя пеструю толпу в сторону. Цезарь обвел взглядом площадь у набережной. Ему совершенно не понравилась встреча.

Что-то было не так в этом древнем городе. В воздухе витало какое-то непонятное напряжение. Какое? Этого он пока не мог понять. Но самое главное, что его поразило, его не встречала сама царица Клеопатра. Такого ранее никогда не было.

— Что ж видимо, нам здесь не рады сегодня, и мы все-таки попробуем выяснить причины этого недоразумения. — сказал он преторианцу, державшему в руках его шлем, увенчаненый раскощным белым плюмажем.

— Идемте во дворец, Цезарь, — преторианец кивнул головой в направлении дворца Клеопаты

Преторианская гвардия тут же образовала проход в толпе, по которому диктатор устремился во дворец царицы Клеопатры.

Поднимаясь по каменным ступеням лестницы ведущей в крытую коллонаду Цезарь мучительно размышлял, что же явилось причиной такого дерзкого и непочтительного поведения египедской царицы.

Клеопатра стояла у окна во дворце, с усмешкой наблюдая за озадаченным встречей диктатором.

—Пусть римский диктатор, даже самый могущественный не думает, что он равен царям, — с усмешкой произнесла она стоящему рядом сановнику. Советник Клеопатры в белой тоге от этих слов медленно побледнел от страха. Цезарь прошел колоннаду дворца и исчез в дверях.

Через несколько секунд в дверях ее покоев показался испуганный слуга:

— Царица, Великий диктатор Рима просит принять его.

Клеопатра махнула рукой:

— Пусть Цезарь войдет! — спокойно произнесла Клеопатра, повернувшись на ложе на бок и изящно изгнув талию.

Гай Цезарь вошел в ее покои с истинно римской манерой: взмаха плащом.

Он остановился посреди зала и нервно произнес:

— По-видимому, царица Клеопатра забыла, кто теперь господин мира. Или же у Египта появилась огромная армия, равная моим легионам?

Клеопатра загадочно улыбнулась. Ей было по сердцу унижение римского диктатора, но не стоит его выказывать так явно.

— Приветствую тебя, повелитель Рима, — Клеопатра присела на скамью у открытого окна.

— Я не забыла. У Египта все та же армия. Ты прав, Цезарь.

Но у Египта появился герой, равный самим богам, — она посмотрела на ошарашенное лицо диктатора.

Но Цезарь как обычно быстро овладел собой и насмешливо улыбнулся.

Сановники, столпившиеся у входа, издали тягостный вздох. Стража Цезаря нахмурила брови, и тихо положила ладони на рукояти гладиусов.

— Все герои, равные богам, дерутся в моем амфитеатре, — назидательно произнес Цезарь.

Его глаза сияли. Если только сам бог подземного мира Аид не выпустил парочку из них подышать свежим морским воздухом.

— Ты зря иронизируешь Цезарь, — лукаво усмехнулась Клеопатра.В ее глазах читалась и усмешка и покорность. Она была сама богиня интриги.

— Сегодня вечером Цезарь я представлю тебе человека, равного богам, он умеет метать молнии, от которых рушатся камни. Твои легионы будут бессильны перед его мощью и разбегутся. Клеопатра учтиво улыбнулась.

— У царицы сегодня хорошее настроение и чувство юмора, — рассмеялся Цезарь.

— Эй, слуга! — он сделал знак одному из рабов. — Принеси мне кувшин с вином. Я чертовски устал. Мои воины тоже и приготовьте нам комнаты во дворце.

Служанки и рабы упорхнули из зала, оставив царицу и Цезаря наедине.

— Что все это значит, Клеопатра, что еще за герой? — Цезарь подошел к царице и крепко сжал ее руку.

— Мне больно! — Клеопатра резко выдернула свою руку и хлопнула в ладоши.

Из-за шелковой занавески появилась голова служанки. — Таис, приведи сюда чужестранца.

Таис в мгновение ока ускользнула, выполняя поручение царицы.

Семен зашел в зал, где сейчас находились Клеопатра и Цезарь. При виде огромного белого человека, Цезарь удивленно поднял брови.

— Ты похож на Титана, — сказал он, обращаясь к вошедшему человеку. — Я Гай Юлий Цезарь, диктатор могущественного Рима и повелитель Египта и Греции.

— Я знаю кто ты. Видел картинки в школьном учебнике.

— А ты дерзок, — ответил Цезарь.

— Впрочем, в моем амфитеатре сражались и более дерзкие мужчины, но все умирали рано или поздно! — Запомни это герой!

— Я в курсе, но со мной такие номера не проходят. Знаешь почему? — Семен подошел к Цезарю и, достав из-за пояса пистолет, ткнул ему в грудь.

Клеопатра испуганно шарахнулась в сторону и встала на колени.

— Не убивай его, сын Гора, я прошу тебя! Клеопатра упала перед Семеном на колени. Это вовергло в шок не только самого Семена, но и стоящего рядом с ним Цезаря.

Семен вопросительно посмотрел на нее и произнес:

— Разве он не причинил твоей стране много несчастий?

Клеопатра согласно кивнула и ответила:

— Это так, но смерть Цезаря ничего для меня не изменит, только сделает хуже. Будет новый диктатор.

Цезарь вытер платком пот со лба и отвел пистолет от своей груди.

— Ты смелый, сын Гора. И ты даже смелее, чем я думал. Мы могли бы стать друзьями. Нам ни к чему ссориться.

Ты же не хочешь стать императором или, скажем, супругом царицы?

— Ни малейшего желания. Тем более у меня есть любимая женщина, — ответил Семен.

— Тогда дружба? — Цезарь протянул руку.

Вечер во дворце Клеопатры прошел в хмельном угаре.

Цезарь и его преторианцы пили и ели разнообразные блюда, доставленные из самых диковинных стран. Клеопатра тихо наблюдала, как ведут себя Цезарь и чужестранец. Наконец, изрядно захмелев, Цезарь попросил Семена показать оружие богов в действии.

Семену и самому хотелось продемонстрировать это римлянам, дабы ни у кого не возникало соблазна усомниться в его силе. Он подошел к открытому окну и подозвал Цезаря.

— Смотри, диктатор! — Семен перевел батарею бластера в рабочее положение и прицелился в одну из колонн. Тонкий луч лазера уперся в тысячелетний камень, после чего раздался взрыв, и колонна развалилась на тысячи кусков. Глаза Цезаря и присутствующих в зале округлились. Все были шокированы и напуганы.

Семен сиял от удовольствия — наконец-то эти римские наглецы будут знать, с кем они имеют дело.

Он засунул пистолет за пояс и подошел к Клеопатре.

— Надеюсь, моя царица довольна?

Клеопатра лукаво улыбнулась. Его выходка пришлась ей по душе. Цезарь и преторианцы были напуганы. Теперь по Риму разлетится весть о сыне Гора, и сенат будет более сговорчив в вопросах хлебных поставок. Несмотря на всю свою развратность и сластолюбие, Клеопатра никогда не забывала о своей стране. Она была хорошей царицей.

Отойдя от потрясения от мощи оружия белого чужестранца, Цезарь пригласил Семена в отдельную комнату, чтобы тот помог ему в некоторых вопросах.

Сейчас они сидели за столом, на котором лежала карта мира. Некоторые участки Семен узнавал из курса школьной географии. Что-то ему было не знакомо. На карте отсутствовали некоторые материки, как Америка и Австралия.

— Покажи мне свою страну, — Цезарь налил в кубок вино и протянул Семену.

Семен ткнул пальцем между двух морей — Понтом Аксинским и Сарматским океаном.

— Это далеко от Египта. Ты похож на человека из германских племен, с которыми я постоянно воюю у границы Восточной Галлии.

—Так и есть, примерно, — Семен согласно кивнул.

— Но я не германец. В моем мире нет наций. И народ один. Нас называют Земляне.

Цезарь удивился.

— Если ты не германец, тогда окажи мне услугу, сын Гора. Взамен я освобожу Египет от дани на три или пять лет. Войны с этими дикарями дорого обходятся казне. Солдат надо кормить и платить жалование. Если мы обезопасим границу Галлии, то легионы, которые отражают набеги на наши города, можно распустить.

— Я понял, что ты хочешь, — ответил Семен. — Ты предлагаешь мне участвовать в походе на племена варваров. Дабы убедить их прекратить осады ваших крепостей. Цезарь на мгновение скуксился,но затем добавил:

— Тебе с твоим оружием это будет не сложно. Один удар молнии и варвары разбегутся по своим лесам. Среди них разнесется молва, что Цезарь явился на войну с богами. Думаю, этого будет достаточно.

Семен замолчал. Имеет ли он право изменять ход истории? Так или иначе, Рим все равно захватят эти самые варвары, только много позже. Так почему бы не уважить этого царька.

Но тогда ему придется оставить Исею одну, без защиты. Впрочем, он может отдать ее и ее отца под защиту царицы Клеопатры. Во всяком случае, это она втянула его в свою игру.

— Хорошо, я помогу тебе, Цезарь, — произнес Семен, сделав еще один глоток вина из бокала.

— Сколько времени это займет?

Лицо диктатора засияло в благостной улыбке,словно на него опустился сомн всех богов.

— Не более чем полгода друг. Основная трудность — это доплыть до Рима морем. Море бывает не спокойным. Но хвала Юпитеру, — он вознес руки вверх, — мы доплывем за неделю, максимум две. По возвращении в Рим тебя примут как триумфатора. Мы упрочим свое положение в сенате.

— Разве ты, Цезарь, не диктатор Рима? — удивленно спросил Семен.

— Видишь ли, — Цезарь замялся, — Рим прекрасный, но опасный город.

Всегда есть много завистников. Более всего их в сенате Рима. Именно потому я окружил себя преторианцами. Не понятно, что и когда выкинут эти чванливые старикашки в белых тогах. Преторианская стража мялась у входа.

— Я понял тебя, Цезарь.

Цезарь встал и поднял кубок с вином:

— За успешную компанию против варваров! Я отдам распоряжение о подготовке к плаванию. Мы отплываем через день.