Светлый кошмар тёмного властелина

Глава 1. Я попала!

...Я стояла на красочно украшенном бархатом, лентами и цветами помосте (очень хотелось назвать его эшафотом), чувствуя себя полной дурой, решившей сыграть роль Марии-Антуанетты. Как и незадачливую французскую королеву, меня никто не удосужился спросить, хочу ли я принимать участие в этом действе. Гильотины, конечно, рядом не наблюдалось, но перспективы всё равно не сияли радугой.

Ветер трепал разноцветные флаги над битком набитой народом дворцовой площадью и моё пышное нежно-сиреневое платье, распускавшее по всей площади мириады солнечных зайчиков. Народ морщился, глядя на меня, но никаких воплей не издавал. Люди тихо шушукались. Особо сердобольные бабы даже всхлипывали. Небольшой оркестр играл торжественную музыку, звучавшую в моих ушах похоронным маршем. Ну вот как я могла так попасть?!

Неожиданно вокруг потемнело. Я перевела взгляд на небо: со всех сторон подтягивались тяжёлые сизые облака, которых еще минуту назад совершенно не было на чистом голубом небе. Облака стягивались и чернели на глазах. Между ними начали простреливать молнии. Ледяной ветер обрушился на площадь, вырисовывая на постаменте вокруг меня узоры инея.

Огромная слепящая молния с грохотом ударила в помост передо мной, натурально выбив все мысли из головы.

Толпа дружно заорала от ужаса. Оркестр истерично взвизгнул и затих. А я всё пыталась проморгаться от плавающих перед глазами разноцветных пятен.

Пока я стояла, как слепой крот, на меня обрушилась волна чьей-то чужой холодной силы, сжимая, сдавливая, парализуя тело, язык и волю. Ледяной ужас сковал по рукам и ногам, не давая шевельнуться.

Я напрягла всю свою волю, пытаясь вырваться из этих удушающих сетей, оттолкнуть чужую магию, прорваться сквозь чужую волю и навязанный мне извне ужас и… мне удалось пошевелиться!

– Нет! – Прохрипела я. По-моему, половина звуков так и сдохла в моём горле, не найдя выхода.

– Я пришёл за своим! – Глухие слова обрушились на замершую площадь, как молот на наковальню.

И это не фигура речи! Эти звуки ощущались всем телом, словно ты попал в огромную басовую колонку, которую кто-то включил на полную мощность. Хотелось упасть, скорчиться, обхватив голову руками, и замереть… Не дождётесь! Я расправила плечи.

– Обещание выполнено, – донесшийся до меня словно сквозь вату голос короля звучал визгливо и тонко, как у напуганного ребёнка. – Особа королевской крови, обладающая огромной магической силой готова стать твоей невестой.

– Договор вополнен! – Рыкнул крылатый.

А я почувствовала, как неведомая сила, сжав меня так, что корсет показался просто сказкой, вздёргивает ввысь, прямо в эти холодные чёрные тучи. Мамочки!

***

Первое утро на работе после не очень длинного, но очень печального отпуска по семейным обстоятельствам на задалось с самого начала. Выяснилось, что наш босс уволил самого дельного айтишника, а его помощник только глупо хлопал ресницами на вопрос, почему мой пароль не работает. Оставив его разбираться, я отправилась в кладовку, гда хранились всякие канцелярские принадлежности. Такое ощущение, что половину моих ручек и маркеров кто-то позаимствовал, пока меня не было.

А в кладовке меня ждал сюрприз. Вернее, не в кладовке, а в кабинете босса, с которой она делил стену (картонно-тонкую).

– Я не понимаю, что с отчётом? – Гневно рычал босс так, что картонная стена подрагивала. – Почему такая недостача? Маргарита Сергеевна говорила, что ещё не закончила, а тут уже её подпись!

– Ой, ну котя, ну не сердись, – жалобно мурчала новая секретарша босса Лилечка. – Ну забыла я про кое-какие траты. Но ты же видишь, я всё внесла в отчёт сама.

– Это не отчёт, это статья! И могильный камень для компании! Это же целевое государственное финансирование! На что ты потратила столько денег?

– Ну ты сам мне сказал ни в чём себе не отказывать, – обиделась Лилечка. – Я купила нам хороший отдых в Эмиратах. Ты же так устаёшь на работе, милый! Ну и себе немного вещиц для отпуска. И тебе я тоже купила, ты не подумай! Смотри какой портмоне стильное!

– Вещиц на сотню тысяч?! – Не давал сбить себя с толку босс.

– Ну не сердись, Тёмочка! – звук поцелуя, потом шуршание, вздох, звук расстёгивающейся молнии. – Ну что такого особенного? Ты всё равно хотел её уволить…

– Я, может, и хотел, но кого нанять на это место, да за эту зарплату?.. Не останавливайся! Да… так…

Я почувствовала, что тошнота подкатывает к горлу, но уходить не торопилась. Всё-таки мою судьбу обсуждали. Да-да, это я та самая Маргарита Сергеевна, бухгалтер... И, похоже, я попала в переплёт!

– Ну подумаешь в тюрьму сядет! – Равнодушно хмыкнула эта силиконовая стерва. – Ничего страшного. Тюрьмы сейчас знаешь какие благоустроенные? Посидит, отдохнёт. Много ей не дадут. А неё всё равно никого нет, ни семьи, ни детей. И на её место моего брата наймёшь. Ну да, немножко зарплату поднимешь…

– Дай сюда отчёт…

Шуршание бумаги, молчание.

– Знаешь, в твоих словах есть резон. Я тут тоже промахнулся с кое-каким вкладом. Думал быстро прокручу эти деньги, а эта грёбаная крипта… Пожалуй, тоже добавлю это. Как раз получится чуть больше полумиллиона.

– Ой, Тёмочка, я знала, что ты найдёшь выход из положения! – Звук поцелуя. – Ты самый умный! Надо только ей сказать. Может она вообще сможет недостачу покрыть. Такие себе на уме одинокие бабы очень ловко копят. На что ей тратить? Вон я вчера читала, как пенсионерка мошенникам десять миллионов отдала. Ну да, рублей, но всё равно.

– Ладно, давай займёмся отчётом, – прервал её Артём. – Куда тут вписывать?

На подгибающихся ногах я вернулась на своё место и несколько секунд сидела, тупо уставившись в пространство.

Утро определённо не задалось.

А ещё через час меня вызвали в кабинет. Недолго же им понадобилось.

И вот теперь я смотрела на документы, лежащие передо мной, и чувствовала, как мои волосы начинают шевелиться от ужаса. Когда я уходила в отпуск, этого ничего не было. Я оставила годовой отчёт практически законченным, и там точно не было таких странных цифр. Более того, там не было моей подписи. А сейчас она была. Вернее, не моя. Какая-то корявая подделка, но кто там будет присматриваться. В общем, то, что я видела сейчас – это был полный, лютый и жирный песец. Даже хуже, чем я представляла. Но хуже было то, что босс всё понимал и всё равно собирался отправить меня в тюрьму. И как этого избежать, я не знала. Денег на адвоката у меня не было.

– Маргарита Сергеевна, что это? – Вопрошал Артём Дмитриевич, бросая косые взгляды на секретаршу. – Всё же было хорошо, откуда такая недостача? А ведь мой отец так хорошо о вас отзывался, так рекомендовал!

«Твой отец, – думала я, незаметно изучая не скрывающую торжества секретаршу, – был нормальным мужиком. И секретарша у него была нормальная. Наталья Ивановна. Мощная женщина за пятьдесят и с опытом работы как у десятка таких профурсеток, как эта твоя… Лилечка».

– Артём Дмитриевич, – попыталась я воззвать к чести и совести этого папенькиного сыночка, который, заполучив фирму после инсульта отца, сразу начал её разваливать. Вот, например, уволил Наталью и взял на её место эту… Этот силиконовый кошмар. Он и меня хотел уволить, но заменить меня было некем. За такую зарплату напрягаться никто не желал. Это у меня была ипотека, больная мама и куча долгов за её лечение. Мама умерла. А долги остались. Как и необходимость работать.

– Артём Дмитревич, я же сказала, что закончу отчёт, когда вернусь. Я не понимаю, что я тут вижу. Это не мои выкладки.

– Ну, Маргарита Сергеевна, – поджал губы Артём. – Видно вы так торопились в отпуск…

– Вы прекрасно знаете, что это был не отпуск, – скрипнула я зубами. – У меня умирала мать.

– Ну да-да, – вывернутся этот скользкий тип. – Вы, очевидно, были не в себе, вот и не помните, как завершили отчёт. Вот смотрите, и подпись ваша!

– Это не моя подпись!

– Вы что? – Взвился он. – Вы обвиняете кого-то в моей фирме в подлоге? Знаете, это уже выглядит очень странно. Я знаю, что вам нужны были деньги. Вы уходите в… отпуск, и обнаруживается огромная недостача. Вот это уже подозрительно.

– Недостача не такая уж огромная, – парировала я, судорожно соображая, что делать, если это таки повесят на меня. – Всего полмиллиона.

– Евро! – Возмутился Артём, мать его, Дмитриевич. – Это для вас мало?

– Евро? – я почувствовала, что у меня немеют губы. – Мы никогда не делали отчёты в иностранной валюте. Это запрещено, в конце-концов!

Босс бросил панический взгляд на секретаршу, поджавшую (вернее, попытавшуюся поджать) перекачанные губы.

– Ну вот видите, Маргарита Сергеевна, – елейным голосом вступила она. – Вы делали ошибку за ошибкой. Это всё стресс. Давайте я вас провожу на ваше рабочее место, и вы подумаете, что тут можно сделать.

– Сама дойду, – выдавила я, разворачиваясь.

Что тут можно сделать? В таких случаях стреляются или сбегают в другую страну. У меня нет ни пистолета, ни загранпаспорта. Вернее, он истёк три года назад, а продлевать мне было некогда. Что делать? Даже если я продам всю себя на органы, у меня не наберётся столько денег, чтобы покрыть недостачу.

Глава 2. Сон или явь?

Этой ночью я долго не могла уснуть. Попробуй усни, когда тебе реально грозит тюрьма. Эта перспектива парализовала все мои умственные способности. Я не представляла, что делать. Даже если в конце концов разберутся, то моей карьере конец. Это Артёму хорошо, он откупится при любом раскладе. А кто вступится за меня? Я идеальный козёл отпущения.

– Так это же хорошо! – Вдруг раздался женский голос.

– Что хорошо? – Я обернулась и увидела перед собой красивую молодую женщину в пышном бледно-голубом платье. В чёрных волосах незнакомки сверкали какие-то украшения, яркие голубые глаза искрились весельем, а вокруг её фигуры сиял ореол света, превращая деву в просто ангельское явление.

Ничего себе! Похоже, я всё-таки уснула. Любопытный сон, однако. Надо смотреть дальше. Везде читала, что во сне подсознание разбирается с проблемами и может даже указать решение. Некоторые даже изобретения во сне делали. Вон, Менделеев, говорят, свою таблицу во сне увидел. Так что слушаем внимательно, что скажет мне голос моего подсознания. А вдруг есть что-то, о чём я не подумала, существует какой-то выход из положения.

– Козёл отпущения – это хорошо, – подмигнула девушка.

– И как же это? – Не поняла я.

– Это гораздо лучше, чем жертвенный козёл, – наставительно сообщила красотка. – Там было два козла. Одного приносили в жертву, а второго отпускали в пустыню.

– В пустыню? – Ужаснулась я. – Так это та же смерть, только долгая и мучительная! От жажды и диких зверей.

– А может быть, нет? – Хитро прищурилась девушка. – У этого козла, по крайней мере, есть шанс! Вдруг он найдёт оазис? Вдруг он станет свободным?

– И что ты предлагаешь? – Устало поинтересовалась я. – Я не могу убежать ни в оазис, ни в пустыню. Мне некуда бежать!

– Могу помочь! – Хитро подмигнула красотка, и в глазах её мелькнул воистину дьявольский огонёк. – Я решу все твои проблемы!

– Как? – Уныло вопросила я. – Подаришь мне полмиллиона евро, чтобы я могла покрыть недостачу?

– Обещаю, что этих проблем у тебя больше не будет никогда! – Торжественно заявила девушка, и сияние вокруг неё вспыхнуло ещё сильнее. Соглашайся! Ты ничего не теряешь.

– Ты фея? – хмыкнула я.

– Ну, можно сказать и так, – рассмеялась она. – Ну так как?

– Хорошо, я согласна, – махнула рукой я, отворачиваясь.

Дурацкий сон. Никакого проку. Никакого решения. И при чём тут вообще пустыня? Возможно, действительно нужно сбежать. В Сибирь. В монастырь. Куда-нибудь! Но как? Я сорокапятилетняя уставшая от жизни женщина без денег, с кучей долгов, и я совершенно не знаю, как жить в деревне! Я знаю бухгалтерию и не знаю, как выживать. Я боюсь!

…Я проснулась от того, что по моему лицу прыгали солнечные зайчики. Господи! Я же на работу проспала! И откуда вообще солнце в моей квартирке, где все окна выходили на стену втиснутой между старыми домами многоэтажки?

На автомате соскочила с кровати… И растянулась на полу… Вернее, запутавшись в складках странного одеяния, грохнулась на четвереньки в пушистую толстую… шкуру?

Где я? В ужасе обвела взглядом совершенно незнакомую комнату: шёлковые обои на стенах, огромная кровать под винно-красным балдахином (откуда я, похоже, только что грохнулась), роскошная мебель, словно я попала куда-нибудь в Петродворец, высокие стрельчатые окна, сквозь которые лился солнечный свет, и… зеркало. Огромное зеркало чуть ли не до потолка, из которого на меня с диким выражением на лице смотрела моя ночная фея. Да-да, стоя на четвереньках на пушистой шкуре.

Это сон. Сон продолжается. Такое же бывает, когда видишь сон-матрёшку. Нужно проснуться. Я ущипнула себя за руку и подскочила от резкой боли. Не получается проснуться! Что делать?

– Ну ты так и будешь стоять на четвереньках? – Из глубины зеркала соткалась… я. Только какая-то странная я. Словно сбросила разом лет десять. Но эта ночная рубашка… Я её помню! Это старинное кружево, я всю жизнь берегла эту рубашку для особого случая… Например, для первой брачной ночи. Брачная ночь не случилась. Жених погиб в горячей точке, а я… так и не вышла замуж.

– Что происходит? – Я с трудом поднялась с колен и, сделав шаг, дотронулась до зеркала.

– Я тебе помогаю, – усмехнулась помолодевшая я. – Конечно тело ты мне подсунула на редкость запущенное, но так и быть, приведу и его в порядок. И с проблемами твоими разберусь, как договаривались. А ты разберёшься с моими. Будь ласкова с Долли и Молли! И, кстати, осторожнее с магией!

– Кто ты? Какая ещё магия? Где я? – Я чувствовала себя на грани истерики.

– Найдёшь всё в моём кабинете на столе. Не надо так орать, камеристки прибегут раньше времени! Теперь ты герцогиня Марго Деграсси, так что веди себя соответственно статусу. Впрочем, долго притворяться тебе не придётся. Не переживай, я тут разберусь за тебя. Жаль, твой мир такой дурацкий. Магия практически мёртвая. Счастливо оставаться! И не забывай, что ты – тот козёл, которого отпустили! Что найдёшь – всё твоё!

И моё отражение в зеркале растаяло, оставив только… меня. В новом виде. С растрёпанными волосами, выпученными безумными глазами и в волнах странного старомодного ночного одеяния.

На всякий случай и подёргала себя за прядь волос. Отражение в зеркале повторило жест. Я быстро ощупала себя и даже задрала ночнушку, с изумлением отметив, что под складками шёлка находится невероятно стройная фигура. И никакого живота! В теле ощущалась необычайная лёгкость, меня просто переполняла энергия. И ничего не болело! Потрясающе!

Я кинулась к окнам и, откинув, полупрозрачные занавески, выглянула наружу.

Передо мной простирался ухоженный парк, и взирала я на него сквозь узорную решётку с высоты этажа эдак пятого-шестого. Поняв, что окно открыть не удаётся, я попыталась по возможности осмотреться, прижав лицо вплотную. Парк, разрезанный аккуратными белыми дорожками был пуст, но около самой стены, как раз подо мной, стояла шеренга каких-то, судя по поблёскивающим на солнце алебардам и одинаковым мундирам, солдат или охранников. Надеюсь, у них тут нет войны? Сквозь стекло до меня донёсся приглушённый звук, и я увидела, как по дорожке к дому приближается самая настоящая карета. Чёрный лак, позолота – очень стильно! Пара вороных, влекущих карету, тоже выглядели, словно на картинке. Безумно красиво и абсолютно нереально. Кучер в шляпе с перьями притормозил как раз напротив солдат, и я замерла, в ожидании: кто же сейчас выйдет из кареты?..

Но тут раздался стук в дверь.

Глава 3. Куда я попала?

– Миледи? Вы уже проснулись? Желаете переодеться? – пискнули из-за двери.

Я аж подскочила от неожиданности. Господи, что делать? Это, наверное, обещанные камеристки.

Так, спокойно. Я же читала исторические романы! И сериалы смотрела! Нужно просто вести себя как ни в чём не бывало. Возможно я попала в прошлое. Ну, парадоксы времени или что-то в этом духе. Хорошо, что я не крестьянка какая-нибудь крепостная. Вот тут я бы, пожалуй, даже на тюрьму согласилась.

– Миледи? – Снова пискнули из-за двери. – Мы должны вас переодеть!

– Войдите, – величественно промолвила я, стараясь, чтобы голос не дал петуха.

Дверь открылась и на пороге появились две неуловимо чем-то похожие девушки с волосами, убранными в строгие причёски, и в нарядных платьях. Почему-то мне показалось, что они ужасно испуганы.

Я осторожно покосилась в зеркало. Конечно, выгляжу не очень, но не до такой же степени, чтобы мною младенцев пугать. Ладно, допустим, я сейчас выгляжу не намного старше этих двоих. Тем более!

– Мне нужно умыться и переодеться, – сухо сообщила я.

– Всё готово, ваша светлость, – они присели в синхронном реверансе.

Меня проводили в ванную комнату, вход в которую находился прямо в спальне (интернесно, зачем мне для этого камеристки?), где я изо всех сил старалась не пялиться по сторонам и сохранять каменное выражение лица при виде мрамора, позолоты, зеркал и огромной ванны то ли на птичьих, то ли на львиных лапах, уже наполненной водой с пеной.

– Ваш зубной эликсир, – одна из девушек подала мне пиалу с голубой, почему-то чуть искрящейся жидкостью.

Боже, что мне с этим делать? Полоскать рот? Здесь зубы не чистят?

Набрала в рот жидкость, слегка отдающую мёдом и мятой…

И вторая девушка тут же подставила мне пустую чашу. Фух, похоже, всё верно делаю. Я выплюнула туда жидкость, оказавшуюся теперь молочно-белой, и поразилась, каким свежим ощущается моё дыхание, и какими чистыми – зубы.

Но не успела обрадоваться своему маленькому успеху, как девица, продолжавшая держать плевательницу на вытянутых руках, с дрожью в голосе поинтересовалась:

– Испепелять будете?

Что я должна испепелять? Девицу? Плевательницу? Жидкость? И главное – как?

– Потом испепелю, – я неопределённо махнула рукой.

С видимым облегчением девушка поставила плевательницу на столик в углу и повернулась ко мне, явно ожидая дальнейших приказаний.

– Я помоюсь сама, – сообщила я, посматривая в сторону ванны. – Можете подождать меня снаружи.

– Мы нижайше просим прощения, – дрожащими голосами проблеяли девицы, снова присев в реверансе, – но приказ его величества не спускать с вас глаз. Мы не смеем ослушаться.

– Ну хорошо, – кивнула я, судорожно соображая, что же такого натворила эта моя ночная фея, что ей даже помыться в одиночку нельзя. Хорошо хоть удобствами позволили воспользоваться самостоятельно, позволив мне скрыться для этого ненадолго за бархатной ширмой. А если бы у меня от страха случилось расстройство желудка?

В общем меня вымыли, вытерли, и обрядили в довольно скромное палевое платье.

– Где прикажете накрыть завтрак? – поинтересовалась одна из девиц.

– В моём кабинете! – Я вовремя вспомнила, что именно там мне должны были оставить инструкции.

– Слушаюсь, ваша светлость, – присела девица.

Боже мой, у меня скоро голова начнёт кружиться от их бесконечных приседаний!

На выходе из спальни стояла стража. Два здоровенных мужика в странных кожаных доспехах проводили меня подозрительными взглядами. Пока мы шли по коридорам, я поняла, что эти шикарные (и огромные) апартаменты просто кишат вооружёнными людьми. Это уже начало наводить на мрачные мысли. Я, вроде как, герцогиня… И это, вроде как, мой дом. Или замок. Или где там герцоги живут? Почему меня везде водят под конвоем? Что тут происходит? Нужно срочно выяснять!

В кабинете меня наконец оставили одну. Возможно, потому что окна были забраны ажурными решётками, а около единственных дверей стояла стража. Надеюсь, я тут ни с кем не воюю. А если я местная Джейн Грей? Обезглавлят и живи потом без головы. А я в неё ем вообще-то. И мои новые волосы мне очень понравились.

Проигнорировав поднос с завтраком, я подбежала к столу, заваленному кучей бумаг.

Так, что тут у нас имеется? Карта королевства Берония… Судя по карте, королевство было так себе размером. Резная деревянная шкатулка… Нужно посмотреть, что там внутри. Может что-то интересное. Толстенный том с надписью Энциклопедия. Вернее, не «энциклопедия», а что-то ещё, там было два слова. Я видела, что буквы явно не моего родного алфавита, но я это могла прочесть и мозг упорно подсовывал именно это значение. Хорошо, оказывается, попав в этот мир, я обзавелась встроенным переводчиком. Нужно ещё проверить, могу ли я писать. Скорее всего, могу. Ладно, это потом. Ещё один лист бумаги. Список дел. Я читала список, и у меня тихонечко брови лезли на лоб. Моя ночная фея явно занималась совершенно нетривиальными делами. Некоторые пункты свидетельствовали о том, что она проводит какие-то эксперименты… и как минимум половина этих экспериментов касается возможности путешествовать между мирами. А ещё я почувствовала себя полной дурой, прочитав:

«Убедить эту тупую старуху из другого мира поменяться со мной местами. Судя по расчётам, ловушка должна сработать именно сегодня. Использовать артефакт внушения, если понадобится. Она выглядит упрямой и недоверчивой. Зазубрить рецепт омолаживающего зелья, парочки простых ядов, заклинание медленного разрушения, спотыкач, ну и ещё что-нибудь, что не требует больших магических затрат. Главное добраться до их места под названием «Стоунхендж», там должны быть концентраторы магии».

Вот тебе, Маргарита Сергеевна, и юрьев день. Вот тебе и сыр в мышеловке. Тупая ты старуха, да ещё и упрямая и недоверчивая. Может она и в самом деле использовала какой-то гипноз? А я-то, кретинка, думала, что мне сон красочный снится! С подсознанием, идиотка, разговаривала! И в самом деле дура!

Ладно, самобичеванием займёмся потом, а пока нужно понять, что тут происходит. Ищем дальше.

Ага! Свиток! Большими буквами: Королевский указ…

«Мы, волею милостивых богов повелитель…»

Дальше я не успела прочитать. Дверь распахнулась, и в мою комнату ворвался сухопарый старик, одетый с просто вызывающей роскошью.

– Ну что, Марго, доигралась? – поинтересовался он, плюхнувшись в кресло напротив стола. – А я предупреждал, что у его величества терпение не бесконечное! Вот зачем ты отравила первую фрейлину и вообще полезла в отбор невест?! Кипяток, которым обварилась фаворитка принца, это же тоже твоих рук дело?

Обалдев от этой лавины информации я смогла только жалобно квакнуть что-то невразумительное, но моим мнением не стали интересоваться.

– Не надо оправдываться, я твою руку везде узнаю! Я говорил! Я умолял! Я предупреждал! Но, конечно, зачем слушаться старого опекуна, который только добра тебе всю жизнь желал? И вот результат.

– Результат? – осторожно и как можно нейтральнее поинтересовалась я, соображая, как можно выведать побольше, не выдав себя.

– Ты что, приказ не видела? – Он кивнул на свиток в моей руке.

– Ну и что особенного? – Я решила блефовать. С бюрократией всегда так, чем лучше делаешь вид, что знаешь новые приказы сверху, тем выше шанс, что пронесет.

– Что ты снова задумала? – Прищурился старик. – Предупреждаю: не дёргайся. Будет только хуже. Магический контракт уже подписан, жертва принята. Он прилетает за тобой завтра.

То, как старик выделил слово «он», мне очень не понравилось. Кто это прилетает? И зачем ему я? И главное: при чём тут жертва? Я уже пожертвовала лучшие годы жизни на всякую ерунду, у меня больше ничего не осталось.

– И что мне делать? – Объясните хоть что-то!

– Поздно что-либо делать! Не нужно было лезть. Я сразу сказал, что принц не для тебя. Но нет же! А теперь всё. Жаль, жаль, такой потенциал, и так бездарно растрачен! Но по крайней мере твоя жертва не будет напрасной. Ты умрёшь с мыслью, что спасла своё королевство.

– Что-о?!

Глава 4. Доставучий опекун и сомнительное нас-следие

Как это умру? На это я точно не подписывалась! Но сейчас, в свете того, что говорил этот старик, кусочки паззла начали складываться в очень неприглядную картину. Похоже, у моей ночной феи были проблемы покрупнее моих. То-то она так настаивала на моём согласии! Конечно, что такое какая-то там тюрьма в нашем благоустроенном мире по сравнению со средневековой плахой… или что тут для неё приготовили? Отравить фрейлину! Это же надо было до такого додуматься!

– Ну что примолкла? – Старик небрежно потянулся к моему подносу и налил себе из узкого чайничка с тонким длинным носиком какую-то тёмную жидкость. В воздухе разлился божественный аромат прекрасно приготовленного кофе. – Дошло наконец? Говорю сразу, мчаться к его величеству и рыдать у него в ногах больше не получится. Он тебе больше не верит. Да и поздно уже. Чёрный Владыка прилетает на рассвете.

– На чём? – Машинально спросила я, соображая, стоит ли налить кофе и себе. В конце концов приговорённому к смерти положена последняя трапеза, последняя сигара… и что там ещё? Без сигары я точно обойдусь, Но кофе мне жизненно необходим. Особенно такой! Это точно не та растворимая дрянь, которой я обычно пробавлялась. Шутка ли, у нас в офисе кофе был лучше чем тот, который я могла себе позволить дома.

Поэтому я тоже потянулась к кофейнику и налила себе чашечку. Ничего не нужно, ни сливок, ни сахара… Я сделала первый глоток и блаженно прижмурилась. Божественно. Помимо воли губы расплылись в улыбке.

– Не понимаю тебя Марго, – хмыкнул старик. – Что ты задумала? Что за странные вопросы? Ты ведёшь себя, словно ничего не произошло.

– А что, я должна рыдать и биться головой об стену? – Я приоткрыла один глаз, чтобы ехидно посмотреть на старика. Достал он меня. Пришёл и каркает тут. – Думаешь, поможет?

– Не поможет, – усмехнулся тот. – Знаешь, всегда восхищался твоей выдержкой. Большинство мужчин в этой ситуации рыдали бы, как малые дети! А ты улыбаешься и язвишь.

– Ты мне лучше расскажи подробнее, как это всё будет происходить.

– А то ты не знаешь, – хмыкнул дедок.

А вот как ни странно не знаю! Твоя подопечная не соизволила посвятить меня в детали своей казни…

– Никто на самом деле не знает, – вздохнул он. – Чёрная империя растёт и поглощает всё вокруг. Все оставшиеся независимыми королевства пока откупаются жертвами. Невинная девушка, аристократка, с высоким уровнем магии – вот что требует Властелин. Что он с ними делает – неизвестно. Ни одну из них больше не видели. В сердце его империи – непроходимый Чёрный лес. Говорят, там находится его Чёрный замок, и там же находится сосредоточие его силы – алтарь тёмной магии, на котором он приносит в жертву этих дев.

Выслушивая эти откровения, я, если честно, еле сдерживала смех. Возможно, нервный, скорее всего, нездоровый. Но всё это напоминало бородатый анекдот: «в чёрном-чёрном лесу стоял чёрный-чёрный замок, в замке жил чёрный-чёрный властелин… Мужик, хватит топить дом углём!»

– Она смеётся!

Мои попытки спрятать смех явно не увенчались успехом. На самом деле, это наверняка не смешно. Не зря же моя «феечка» так стремилась сбежать. Естественно, она знала больше, чем я.

– Ладно, – я поставила опустевшую чашечку полупрозрачного фарфора на стол. – Может всё не так плохо.

Было бы гораздо хуже, если бы мне сейчас сказали, что потом родственники жертв получают окровавленные мешки с останками расчленённых заживо дев с приложенным списком пыток, которым они до этого продвергались, и сертификатом генетической экспертизы подтверждающим, что это именно их родственницы. Вот это было бы неприятно. А так… Может, они у него там рабынями пашут на установке, производящей какую-нибудь «чёрную-чёрную» магию. Рабыня – это плохо. Но у меня-то и магии, вроде как, нет. Во всяком случае, я ничего не заметила. Интересно, этот «черный-чёрный» возмутится, когда поймёт, что ему всучили неликвид? Впрочем, мне-то что? Это не моя родина, пусть он её к своим «чёрным-чёрным» владениям присоединяет. Вместе с их дурацким принцем, который решил, что феечка ему не пара, и королём, который отдаёт девушек в чьи-то злобные «чёрные-чёрные» руки.

– Слушай, – старик наклонился ко мне. – У меня ощущение, что ты что-то знаешь, чего не знаю я. Ещё вчера ты вела себя совершенно иначе. Что изменилось? Ты что-то узнала? Поняла, как можно нейтрализовать его магию? Выяснила, что он за существо? Ой, не делай большие глаза! Я же знаю, что ты целыми днями пропадаешь в своей лаборатории. И даже за принца выйти хотела только чтобы больше власти получить и делать, что тебе хочется. Что, я неправ?

Я только пожала плечами.

А я откуда знала, чем руководствовалась моя фея? Кстати, нужно будет хоть какой-нибудь портрет принца найти в библиотеке. А ведь ненароком столкнусь, и не узнаю. Вот конфуз будет!

– Ладно, я понимаю, что ничего говорить не хочешь, – он откинулся в кресле. – Но если что, если тебе как-то удастся остаться в живых, ты знаешь, как меня вызвать. Дорого б я дал, чтобы понять, что у него там в сердце империи.

– Легко! – хмыкнула я. – Переодеваешься мной и выходишь встречать его завтра. И вся Чёрная империя будет у твоих ног.

Старик расхохотался так, словно я рассказала ему свежайший анекдот.

– Нет, я не до такой степени хочу всё выяснить. Поэтому просто приду тебя проводить. Интересно, в каком виде он прилетит на этот раз?

– А что, есть варианты?

– Ну, в другие королевства он прилетал в виде чёрного дракона, чёрного орла, чёрного торнадо…

«А он у нас затейник, однако, – подумала я. – Со всеми признаками ахромазии*. Ролевые игры – наше всё»

– Ну, тогда завтра и увидим, – резюмировала я. – А сейчас, извини, у меня ещё куча дел. Нужно оплакать мою девичью долю, приготовить прощальный подарок принцу, собрать узелочек с собой…

– Так! – Старик разом изменился в лице. – Про его высочество и думать забудь!

– Да ладно, ладно… Пошутила я насчёт принца.

Интересно, зачем я вообще этого принца упомянула? Какое-то детское желание подколоть. С другой стороны, что это за мужик такой, который боится хрупкую девушку? Небось, очередная мамина сыночка-корзиночка.

– Слушай, от твоих шуток уже весь дворец дёргается, а тебя они и вовсе до жертвенника довели!

– Что оставляет в моём списке дел оплакивание своей трагичной доли и сбор на жертвенник. Как ты думаешь, тёплое одеяло можно взять? На жертвеннике-то наверняка сквозит…

– С тобой стало невозможно серьёзно разговаривать, – несколько обиженно сообщил мне старик, поднимаясь с кресла. – Я тебя не узнаю!

– Я пережила опыт, полностью изменивший моё видение мира, – буркнула я.

И уточнила, когда за ним захлопнулась дверь:

– Вот это чёртово переселение душ.

Тоже хорош гусь! Опекун, который «добра желал»! Зачем пришёл? Позлорадствовать? Выглядело именно так. Ладно, пошёл он ко всем чертям. Мне нужно выяснить, во что я влипла. Понятно, что я в каком-то достаточно уютном (судя по ванным комнатам и туалетам) средневековье, и что мы с моей феечкой обменялись телами. Ну, возможно, если её даже возьмут у нас под следствие, она этого и не заметит. Тут она, как я погляжу, сама не в лучших условиях. Ладно, посмотрим, наконец, что тут сам король мне написал…

Я наконец смогла прочитать королевский указ. И сразу же разочароваться. Потому что написана там была полная лажа (если базироваться на том, что я уже узнала). А конкретнее, что мне оказывается величайшая милость стать невестой Чёрного Властелина (а имя-то у него хоть есть?) и этим союзом защитить свою страну от гибели. Это большая честь, ибо не в каждом королевстве находится девица, достойная внимания самого Властелина. Ну да, понятно, почётное жертвоприношение, как оно есть. У нас в сказках тоже всяким драконам торжественно «в жёны» отдавали. Или в корм, у кого на что правды хватало. Чего-то я тут не понимаю. Сомневаюсь, что это животное. А если это человек, то зачем ему такое количество баб? Гарем собирает? Ох, сплошные вопросы и ни одного ответа. Ну, авось сразу не сожрёт. Может имеет смысл себя жгучим перцем намазать? Чтоб сразу выплюнул.

Почему-то несмотря на весь тщательно накопленный и приумноженный с годами пессимизм, мой мозг напрочь отказывался воспринимать эту ситуацию серьёзно. Потому что… Ну, Чёрный Властелин же!

Я покачала головой и, отшвырнув информационно-бесполезный указ в сторону, принялась искать на столе что-нибудь более ценное. Мой взгляд натолкнулся на шикарную деревянную шкатулку, покрытую тончайшей сквозной резьбой, которую я уже рассматривала раньше. Вот это должно быть интересно. Это же настоящее произведение искусства! Я взяла шкатулку и тщательно осмотрела. И даже потрясла над ухом. Шкатулка ощущалась пустой, но на крышке витиеватыми письменами было написано «Долли и Молли»… Так, моя феечка что-то упоминала о каких-то Долли и Молли. Откровенно говоря, я думала, что это те её камеристки. Очень им эти имена подходили. Может тут их документы?

Я открыла шкатулку и уставилась на два деревянных браслета в виде изящно вырезанных змей с глазками из ярких маленьких рубинчиков (ну или каких-то ещё красных камешков. В геммологии не сильна). Но какая женщина устоит перед шикарным украшением?! Не долго думая, я надела резных змеек на запястья. Какая красота!

И следующим моментом я чуть не заорала благим матом. Потому что что змейки ожили и начали виться вокруг моих запястий, кокетливо постреливая раздвоенными язычками и посверкивая алыми глазками.

– Пс-с-с… Приветс-с-ствуем новую хос-с-сяйку!

––––––––––––––––

*ахромазия (ахроматопсия) – Полное отсутствие цветового восприятия: все объекты видятся в черно-белых тонах.

Глава 5. Немного правды о герцогине Марго

Да, я не заорала. Но это только потому, что меня просто парализовало от ужаса, и из стиснутого спазмом горла вылетело только сдавленное сипение. Я бы посмотрела на вас, если бы стильные браслеты, которыми вы любовались только что вдруг ожили! Это же змеи! Наверняка ядовитые!

– С-с-с! – Довольно произнесла одна, склонив головку и рассматривая меня маленькой бусинкой глаза. – С-смотри-ка, она пытается выучить наш яз-с-сык! Как мило!

– С-спас-сибо, конечно, но мы и так поговорим, – качнула головкой вторая. – У тебя с-страш-шный акц-сент!

И тут я отмерла. Уж слишком фантастично это было.

– Нет, они ещё и критикуют! – Возмутилась я. – Что за манера пугать?! Вы кто?

– Долли и Молли. Мы твои с-сестрички.

– Что? Я что, умею превращаться в змею? – Обалдела я. Этого ещё не хватало! А впрочем…

Змеи вдруг синхронно начали издавать свистящие звуки, дёргая головами. Что это с ними? Припадок? Они злятся? Будут кусать? Какого чёрта они не сползают с моих запястий, я даже стряхнуть их боюсь!

И тут я неожиданно поняла, что они смеются. Нет, ну вот… змеюки!

– Нет, с-сестричка, не умееш-шь, – наконец ответила первая. – И не с-стоит. Нет в тебе этой нашей грац-с-сии.

– Мы с-сёстры по приз-сванию! – Просветила меня вторая. – Любим пакос-стить, знаеш-шь ли.

– Но вы же поняли, что я – не она? – Несколько туманно выразилась я, но мне сейчас было немного не до перлов красноречия.

– Ну и ш-што? Ты в её теле, придётс-ся с-соответствовать!

– Какие могут быть пакости? – Возмутилась я. – Меня вон в жертву отдают! Вы об этом знаете вообще?

– С-суровая с-ситуац-сия, – согласилась одна.

– З-снаем, конеш-шно, – кивнула вторая. – Но напос-следок-то можно!

– А вы не боитесь умереть? Почему бы вам не сбежать, пока не поздно?

– С-смотрите, какая она великодуш-шная! – ехидно произнесла первая. – Прос-сто с-слёзы на глаз-са наворачиваютс-ся!

– Не можем с-сбежать, – перебила подругу вторая. – Мы – с-суть твоей магии. Питаемс-ся ею и теплом твоего тела.

– А молоком не пробовали? – Поинтересовалась я, судорожно вспоминая, чем там могут питаться змеи. О, вспомнила! – Или мышками?

– Мыш-шки, – прошипела первая, – с-славная закус-ска. Но магия вкус-снее. Без тебя мы вс-сё равно с-скончаемся. Так что давай с-сначала напакос-стим.

– Как нас-счёт того, чтобы поджечь дворец-с-с? Ты давно хотела.

– А я сама не сгорю?

– Так королевс-ский же! С-со вс-семи их фрейлинами и занудс-сой принц-с-сем.

– Я подумаю, – пообещала я, поняв, что судьба, похоже, дала мне в руки немного шипящий и довольно вредный источник информации об этом месте и о предыдущей владелице этого тела.

– Слушайте, – начала я, – вы же всё знаете, да? Объясните, почему все тут на меня, вернее, на неё, хозяйку вашу, злятся? Что такого она сделала?

– О-о-о! С-сложный вопрос-с-с! – Свистнула та, что была у меня на правом запястье. – С-стать невес-стой принц-са хотела.

– Она что, влюблена в него?

Змейки снова задёргались в припадке смеха.

– Нет-с, принц-са она с детс-ства знала. З-санудный тип-с. Но очень удобный. Не мешалс-ся бы.

– Мы не очень понимаем-с её мыс-сли, – повинилась вторая. – Но Марго герц-согиня, её с-собирались выдать з-самуж за какого-то с-старика из другого королевс-ства. Динас-стический брак. А она вооще не хотела замуж. У неё ис-с-следования.

– И магия-с! Интерес-сы с-совсем другие. И ис-сточник родной с-сдесь. И она единс-ственная нас-следница герцогс-ства.

– А король хотел её с-сплавить, а герц-согство отдать с-своей любовнитс-се. С-стерва та ещё.

– Ого-го! – Восхитилась я. – Ничего так себе подарочек для женщины. А вы ничего не путаете?

Что-то не верилось мне, что в мире, где женщин дарят всяким подозрительным типам в качестве украшения для жертвенника, какая-то из них может безнаказанно и самолично владеть герцогством.

– Ну это вкратс-се, – созналась змея. – Герц-согс-ство казначею, за которого с-собрался выдать любовнитс-су. Королеве не нравитс-ся это его увлечение.

– Так, давайте поподробнее. С самого начала.

Из немного путаного рассказа змей я поняла, что моя ночная фея (которая, кстати, оказалась сиротой), не желая, чтобы её выдавали замуж, решила сама найти себе удобного мужа. А тут как раз объявили отбор для принца, и каждая девица королевства определённого статуса имела право участвовать. Статус у неё был. Но вот королю это самовольство очень не понравилось. Возможно, он просто был против брака своего не особо инициативного сынульки со столь предприимчивой и целеустремлённой дамой, возможно не мог ей простить изрядно подпорченных дипломатических отношений с соседней державой после того как Марго совершенно случайно (как дружно кивали змейки) превратила их посла в здоровенного хряка. Совсем ненадолго, буквально на пару часов (заклинание было недоработанным), но этого хватило, чтобы королевство Кассения в лице своего полномочного представителя смертельно обиделась. Дипломаты проблему замяли (откупились), но обиду его величество затаил.

В общем, из отбора её всячески пытались отсеять, но она не отсеивалась. Умная, нахальная, изрядно магически одарённая, она проходила одно испытание за другим, не стесняясь оттоптать соперницам ноги по самые уши.

Да, отравила первую фрейлину (которая, как оказалась, и была той любовницей, мужу которой должно было отойти её герцогство), да, вскипятила воду в Сосуде Истины, из которого на последнем испытании должна была достать корону претендентка, которую король одобрил в жёны сыночку (ну если она истинная, то на температуру воды ей должно быть плевать, так?).

И это не считая всяких мелочей вроде поскользнувшейся на паркете во время отборочного танца и сломавшей ногу участницы, которая за день до этого окатила помоями бальное платье Марго, или там упавшей на охоте с лошади другой участницы (она отравила любимого жеребца Марго!) – фатально.

О, там было много всего. Прямых улик против неё не было, а просто так бросить в казематы было невозможно: как-никак герцогиня и родственница короля. Да-да, какая-то там троюродная племянница на киселе.

Чем дольше я слушала змеек, тем яснее понимала, что мне отсюда нужно бежать, и как можно быстрее. Пока меня тут не придушили во сне с негласного благословения его величества. Это ж не девушка, а ходячая проблема! А у меня и сотой доли того упрямства и хладнокровия нет. Я не могу травить живых людей направо и налево!

Зато к концу разговора я не только начала слегка понимать, что тут происходит, но и различать змеек. У Долли было тёмное пятнышко на голове, а у Молли глаза были светлее.

– Знаете что, – предложила им я. – А давайте собираться. Вы знаете что-нибудь про этого Чёрного властелина?

В ответ на меня вывалили кучу любопытной и, на мой взгляд, совершенно бесполезной информации, суть которой сводилась к тому, что никто ничего не знает, но Чёрная империя, разрастается, поглощая всё новые и новые земли. Хуже всего то, что изменяется природа: расползаются топи, поглощая поля и пашни, дикий чёрный лес захватывает свободные пространства. Это какая-то дикая тёмная магия, с которой никто не может бороться. Только Чёрному властелину это под силу. И, говорят, он делает это, принося в жертву отданных ему девушек.

– То есть вы точно уверены, что меня там прирежут? – мрачно поинтересовалась я.

– Никакой другой информацией мы не располагаем, – качнула головой Молли.

– Ладно, в любом случае, нужно подготовиться. Одежду нормальную приготовить… Ну, раз уж в лес пойдём. Сапоги там, нож... Спички.

– Что такое спички? – заинтересовалась Долли.

– Ну штуки такие, огонь разводить, – отмахнулась я, просматривая лежащие на столе книги в поисках чего-нибудь информативного.

– Нет, вы посмотрите на неё! Её ждут на ужин, а она снова в свои бумажки закопалась! – Противный голос невесть как появившегося в комнате опекуна застал меня врасплох, заставив подпрыгнуть на месте и, развернувшись, швырнуть в него пустым стаканом.

Вернее, я сначала швырнула, а потом до меня дошло. А в следующий момент я, словно в замедленной съёмке увидела, как летящий стакан одевается пламенем, превратившись в плотный огненный шар, и этот шар врезается прямо в лоб так не вовремя вошедшему мужику.

Глава 6. Почувствуй себя злодейкой

По-моему, я завизжала. А какой реакции вы ждёте от человека, который неожиданно обнаружил, что может швыряться сгустками огня? Думаю, царевна лягушка вот так же удивилась, когда впервые махнула рукой, а у неё из рукава озеро выплеснулось. Впрочем, полагаю, если бы она плеснула как я, огнём, к ней бы не были так благосклонны. Возможно, тоже попытались бы сплавить к Чёрному властелину.

…Визжала я, визжал опекун, лупя себя руками в попытках сбить пламя, радостно потрескивающее у него в волосах. Комната быстро заполнялась мерзкой вонью горелого волоса.

Вонь резко привела меня в чувство и я, схватив со стола какой-то пузатый кувшин, выплеснула его содержимое на голову опекуна. Тот мгновенно заткнулся, забулькав, и со стоном прижал руки к лицу, а я печально наблюдала, как по остаткам его волос и по когда-то белоснежным кружевным манжетам на такую же манишку, а затем на пол стекает вязкая багровая жидкость.

Змейка на моём запястье хихикнула.

– Что это? – прошипела я ей. – Что было в кувшине? Это не вода и даже не вино!

– Конечно не вино! Это кровь огненной ящерицы. Тебе вчера доставили. Незаменимо для зелий, особенно омолаживающих.

– Ну тогда он не будет на меня злиться, – с облегчением вздохнула я. – Омолодится и обрадуется.

– Зелье омолаживает! – Прыснула ящерица. – А необработанная кровь обжигает. Беги за водой, пока с него кожа не с-слезла! Тут есть туалетная комната.

Я, в ужасе подхватив кувшин, рванула туда, куда хвостом указывала змейка. Вторая всхлипывала от смеха, плотно обвив моё запястье.

– Лечебный шарик туда брось, – инструктировала меня Долли. – А то тебя всё-таки казнят.

– Где эти чёртовы шарики?! – Я наполняла кувшин, от нетерпения топчась на месте.

– Вон там шкафчик у зеркала. В с-синей бутылочке! – Сообщила Молли.

– И кувш-шин можно было водой с помощью магии наполнить, – наставительно сообщила Долли. – Ис-сточник воды же вон с-совсем рядом!

Я, нервно стуча зубами (шутка ли, у меня там человек от ожогов помирает!), распахнула шкафчик и в растерянности уставилась на целые ряды разнообразных пузырёчков. Да вы надо мной издеваетесь!

– Синяя бутылочка? – Повторила я, судорожно перебирая содержимое.

– Да-да, – подтвердила Молли. – Вон она, с-справа.

Но что-то мне в её интонациях не понравилось.

Я поднесла руку к лицу и, прищурившись на Молли, прошипела:

– А точно в синей? Если соврала, сожгу к чертям!

Змейка пискнула и, спрятав голову, замерла, став бесполезным деревянным украшением на руке.

– Ну ладно, ладно, не в с-синем, в з-селёном! – Буркнула Долли. – З-сачем бедняжку испугала?

– Потому что или вы мне помогаете, – зло прошипела я, – или я вас в костёр брошу! На черта мне такие помощники нужны?! Лучше кота заведу чёрного, раз уж ведьма!

– Ах! – Долли сделала попытку упасть в обморок, но я не прониклась. Меня это всё уже начало изрядно доставать.

– Ну? – Я тряхнула рукой.

– Мы больш-ше не будем, – пискнула Долли. – В зелёной, это правда!

Вытряхнув из указанной бутылочки пару шариков, я бросила их в наполненный кувшин. Вода мгновенно вспенилась, приняв на миг приятный голубоватый оттенок, и я кинулась обратно в комнату.

Мне казалось, что прошла целая вечность, но, похоже, я управилась за считаные секунды. Опекун всё ещё прижимал руки к лицу, жалобно подвывая.

– Было бы из-за чего с-страдать, – прошипела Долли. – Он и с-сам вон ис-сцеляется. Только медленно. С-старый с-стал. Ну, лей же на него, что с-стоишь?

И я окатила опекуна водой из кувшина.

Он заорал и отнял руки от лица, а я, памятуя о том, огонь засветил ему прямо в физиономию, щедро выплеснула туда остатки содержимого кувшина.

– Ты!.. Ты!!! – Заорал опекун. – Ты смерти моей захотела! Это покушение! Его величество всё узнает!

– Я прошу прощения, – по возможности жалобно произнесла я. – Меня застали врасплох, я не специально!

– Ты всегда так говорила! – Опекун ткнул в меня дрожащим пальцем. – Ты всегда не специально! Они все сами твой яд выпивали, в кипяток ныряли и падали с обрыва на ровном месте! И теперь ещё на меня руку подняла!

– Да не специально я! – Уже с раздражением рявкнула я. – Не надо орать у меня за спиной! И вообще, стучаться надо, когда в комнату к леди заходишь!

– Ты не леди, ты ведьма самая натуральная! – Взвизгнул опекун. – Поделом тебе! Никакого ужина, сиди тут до завтра! А уж завтра с утра мы от тебя избавимся!

И он выскочил из комнаты, напоследок так хлопнув дверью, что кипа бумаг на моём столе, подпрыгнув, съехала набок.

Потрясающе! Сам ввалился без предупреждения, и ещё и меня обвинил! Как, интересно, я должна реагировать, когда сижу тут, окружённая стражей, приговорённая, считай, к смерти?!

– Я в него огнём швырнула! – Возопила я, потрясая перед лицом сжатыми в кулаки руками, на запястьях которых вились змейки. – Как это?! Что это?! Почему?!

– Магия же-с-с, – вильнула хвостом Молли. – Ты с-серьёзно одарена.

– Магия пос-слушна желаниям, – добавила Долли. – Ты ис-с-спугалась и хотела от угроз-сы избавитьс-ся.

Магия! Феечка Марго не обманула, у меня есть магия. И я понятия не имею, как с ней обращаться. А тут ещё эти приспешницы змеиные так и норовят воспользоваться моим незнанием.

– Так, драгоценные мои, – я содрала змеек с запястий и уставилась на них. – Почему не предупредили? Почему не остановили? Вы же знаете, что я не та самая Марго! В общем так, давайте договоримся. Или вы меня безоговорочно во всём поддерживаете и помогаете мне делом и советом, или я вас просто тут брошу в шкатулке и делайте, что хотите. Пропасть я и без вашей помощи тут сумею!

– Прос-сим прощ-щения, хоз-сяйка! – хором прошипели они. – Больш-ше не повторитс-ся!

– Мы не з-снали, что у тебя получится напас-сть на С-сомерс-са, – добавила Долли. – У него с-супер защита. Раньше что бы ты ни делала, всё прос-сто с-стекало с него.

Ага. Мерзкого опекуна зовут Сомерс. И я не случайно швырнула в него огнём. Это, похоже, память тела и реакция. Господи! Я в него натурально швырнула огнём! С этим нужно что-то делать, как-то брать под контроль. А как я могу брать что-либо под контроль, когда у меня тут эти змеиные красотки норовят масла в огонь подлить… Натурально! Это надо прекращать!

– Мои приказы выполняются сразу, чётко и безоговорочно! – Приблизив их к лицу сообщила я. Вот убейте, не могла я их воспринимать, как настоящих змей! – Вы поняли? Клянитесь!

– С-слушаемс-ся! Клянёмс-ся!

– Замечательно, – кивнула я. – Можете из этой комнаты выйти?

– С-спокойно, – кивнула Долли. – И отпереть дверь с-сможем. Ес-сли зас-сова нет.

– Предлагаете сбежать?

– Воз-сможно… – задумчивы посвист был мне ответом.

– Если мы собираемся бежать, тем более нужно запастись всем необходимым. Например деньгами. Чем тут расплачиваются? Золотом?

– Мы не з-с-снаем, – удручённо ответила Молли. – Хоз-с-сяйка никогда ничего не покупала. Она приказывала и ей всё принос-сили.

– Мда… Декабристы были ужасно далеки от народа, – я задумчиво потёрла лоб.

Если я позову кого-нибудь и прикажу принести мне кошель с деньгами, походное одеяло, складной нож, верёвку и походные ботинки, не думаю, что они так и кинутся исполнять. Ладно, в принципе, почти всем перечисленным можно пренебречь… кроме кошеля с деньгами. Где бы денежки достать? Уверена, что наша герцогиня – дама богатая. Где у неё сейф? Или где они тут деньги хранят? В сокровищнице?

– А вы знаете, где она хранит свои богатства?

– В гномьем банке, – вздохнула Долли. – Она не может вос-спользоваться до с-совершеннолетия. С-сомерс-с выдаёт ей финанс-сы.

Ла-адно… Денег нет, но мы будем держаться. Зато есть магия.

– Так может мне просто… – Начала я.

Интересно, что я могу сделать «просто»? Людей убивать я не могу, это точно. Меня вон до сих пор трясёт после случая с опекуном. Усыпить?

– Я могу их тут всех усыпить или заставить меня не замечать?

– С-с-сомнительно, – прошипела Молли. – С-с-стражи с-слишком много. Рез-серва не хватит. И в ментальной магии ты не с-сильна.

Вот как всегда, не успеешь порадоваться…

– Тайные ходы есть? – Деловито осведомилась я. В каждом уважающем себя замке должны быть тайные ходы. Это вам кто угодно скажет.

– Ес-сть, – свистнула Долли.

– Значит план такой. Возвращаемся в спальню, собираем, что можем, и тайным ходом сбегаем.

– Влас-стелин отыщёт, – жалобно пискнула Молли. – Ес-сли контракт уже подпис-сан.

– Ну попытка не пытка, правда же? – Я попыталась улыбнуться, подбадривая саму себя.

Прихватив со стола пару интересных книг, я бодро направилась к выходу. Где обнаружила, что дверь заперта.

– Что делать? – Поинтересовалась я у своих приспешниц.

– Камерис-сток позови, – проинформировала меня Молли. – Вон колокольчик на с-столе.

– Слушайте, а они там при дворе не боятся, что я этих камеристок отравлю или сожгу и сбегу?

– Не боятс-ся. На всех слугах защита королевс-ская. Но камерис-стки всё равно боятс-ся, конечно.

Я послушно позвонила в колокольчик, и буквально через минуту дверь открылась. Но вместо знакомых камеристок я обнаружила мрачных широкоплечих стражей под предводительством командира. Судя по богато расшитому золотом мундиру, это был какой-то высокий чин. Мда-а… Как тут, однако, боятся одну маленькую несовершеннолетнюю девчонку!

– Ваша светлость, приказом короля на вас велено надеть антимагические наручники, – сухо сообщил он. – Ваши руки, миледи. Не рекомендую сопротивляться.

Глава 7. Проблемы с занятиями истинных леди

И тут я на миг почувствовала себя Миледи, которую отловили мушкетёры. Вид у этого типа был – ну просто хоть в обморок падай. Я бы, может, и упала. Но мой мозг напрочь отказывался воспринимать эту реальность реальностью. И таки его можно было понять: даже я сама на себя не похожа, а тут ещё магия и говорящие змеи. То ли сон, то ли глюк.

Поэтому я, положив книги на столик, просто протянула руки, запястья которых обвивали снова прикинувшиеся деревяшками Долли и Молли. Не обращая на них никакого внимания, страж надел мне на руки широкие браслеты, выглядевшие на редкость дёшево, словно были сделаны из пластика. Такого молочно-белого слабо опалесцирующего очень холодного пластика. Не успела я порадоваться, что эти штуки явно мне велики, как они неярко вспыхнули и уменьшились так, что обхватили мои запястья плотнее, чем змейки.

Ну ладно, переживу, – попыталась подбодрить себя я. – Могло быть и хуже. Могли бы навесить тяжеленные ржавые кандалы с цепями, и ходила бы я тут, гремя и подвывая, как привидение. Потому что с таким отношением я точно скоро скончаюсь, не дождавшись чёрного-чёрного властелина. Или от голода или от сердечного приступа.

– Куда вас проводить, миледи? – военный чин с явным облегчением отступил от меня.

– В мои покои, – сухо сообщила я. – И мне бы хотелось поужинать. Сомневаюсь, что его величество приказал морить меня голодом.

С другой стороны… А ведь мог! Чего там, всего до завтра поморить, и всё. Так что тут я блефовала. Обычай последней трапезы он, вроде бы, священный и универсальный, но, как знать, может, местные дикари его не знают. Они вон человека ни за что ни про что готовы жизни лишать, для этих людей ничего святого нет.

– Прошу вас, – стражники посторонились пропуская меня, а я мгновенно запаниковала.

Да я в жизни не вспомню, где в этом замке комната, которая мне нужна. Если бросить меня на произвол судьбы, я тут месяц бродить буду! Поэтому, сделав вид, что поправляю выбившийся локон, я прошипела Молли:

– Куда идти?

– Я покажу, – слабо шевельнулась она и указала кончиком хвоста направо.

Я подхватила свои книги (которые стражники уже пролистали, в шкатулку заглянули, и, похоже, никакой крамолы не нашли) и отправилась в направлении указанном змейкой. Хорошо, что я с собой это всё прихватила. Так было очень удобно, прижав книги к груди, незаметно консультироваться по поводу направления. Змейки отвечали тихо и вяло. Похоже, им не нравилось соседство браслетов. Мне оно тоже не нравилось, да вот выбора не было.

В общем, всего один раз свернув не туда (я сделала вид, что хочу выглянуть в окно и полюбоваться пейзажем, хотя любоваться там было нечем, окно выходило на задний двор), мы добрались до моих покоев. Там тоже стояли стражники. Ну, кто бы сомневался! Столько огромных мужиков на маленькую девочку! Справились!

– Проходите, ваша светлость, – распахнул передо мной дверь главный стражник. – Камеристки принесут вам ужин через час.

Дверь захлопнулась, оставив меня, наконец, одну.

– Вы в порядке? – Спросила я змеек.

– С-спать хочетс-ся, – пожаловалась Молли. – Мерз-с-ские брас-слеты!

– Согласна, – кивнула я. – Это я что, больше не могу магичить?

Не то чтобы я до этого особенно могла, но ведь обидно. Последнее отняли, сволочи!

– Не можеш-шь, – подтвердила Долли. – Но на нас-с они не так влияют. Мы независ-симые. Можем попробовать их перегрыз-сть. Но это займёт время.

– Ладно, грызите, – согласилась я. Надо будет им после невкусных браслетов выдать вкусную мышку на десерт. – А я пока начну собирать вещи для побега.

Проведя ревизию спальни и примыкающих к ней помещений, я поняла, что гардероб у меня тут крайне ограниченный: сплошные платья и туфельки. Спрашивается, как в этом сбегать? Вывихну лодыжку и запутаюсь в юбках, тем и закончится побег.

– А есть какие-нибудь штаны? – Начала я терзать змеек. – Вообще, какая-нибудь нормальная одежда?

– Леди в ш-штанах не ходят! – Наставительно сообщила Долли. – Это удел пейс-сан.

– Где-нибудь поблизости есть пейзане, чтобы одолжить у них что-нибудь, в чём можно сбежать, не привлекая к себе внимания всех в округе? Или может леди спортом занимается? Бегает по утрам?

Молли с насмешливым свистом покрутила концом хвоста около своей головы. Надо же, а некоторые жесты и в других мирах универсальны!

– Вышивать ледям вашим можно? – Хмуро осведомилась я. Или благородные дамы ничего вообще не делают, а только смиренно смотрят в пол и ждут, пока их соизволят достать из шкафа для чайной церемонии? Вот от такой жизни и идут по злодейской дорожке. Я бы сейчас кого-нибудь отравила, утопила или задушила с большим удовольствием.

– Да-с-с… Сомерс-с приказал принес-сти. Но Марго этим не занималас-сь. Вон в том ш-шкафу пос-смотри.

В шкафу действительно оказалась корзина с пяльцами, канвой и прочими необходимыми для дамского рукоделия вещами. А вот ножницы были только маленькие. Такими и не убьешь никого.

– А какой-нибудь нож у меня есть?

– У тебя есть хороший ритуальный кинжал, – проинформировала меня Долли, отвлёкшись от подгрызания браслета. – Ты прячешь его под половицей под кроватью.

Я обрадованно кинулась к кровати и начала шариться под ней в поисках нужной половицы.

– Миледи, что вы делаете?! – Голос, полный ужаса пополам с изумлением заставил меня дёрнуться и больно треснуться головой о дно кровати.

Чёртовы камеристки! Как они невовремя! Сказать, что миледи ищет кинжал? Подумают ещё, что по их души. Начнут вопить, а у меня и без того день не задался.

А на шум прибежит стража и понятно, кому поверит. И поведут меня под белы рученьки в менее комфортабельную светлицу. В темницу то бишь.

– Напёрсток потеряла, – сообщила я, выползая из-под кровати.

– Напёрсток?! – В исполнении камеристки это звучало так, будто я топор там искала и сейчас ей его демонстрирую. Огромный, острый и окровавленный.

– Да, решила вот вышить что-нибудь милое, – оскалилась я в приветливой улыбке. – Прощальный подарок.

– Милое?! – Камеристка выглядела так, словно сейчас грохнется в обморок. – Вышить? Подарок?

Угу, она сама грохнется, а меня потом обвинят, что я её убивала тут! Ну что за жизнь?! Как ни повернись, я оказываюсь той самой мерзкой тварью, которая всех кошмарит ни за что ни про что! А я же, вообще-то, белая и пушистая! Ну ладно, брюнеткой стала, прощай мой натуральный платиновый блонд, но внутри то я… Кхм… А внутри у меня какая-то непонятная магия, с которой я понятия не имею, как обращаться. Может и неплохо, что на меня эти наручники надели? Даже случайно никого не прибью. А то уже очень хочется!

Глава 8. Побег

Я небрежно отряхнула юбку. Лучше бы они убирались в комнате покачественнее, а то под кроватью картошку скоро можно будет сажать. Как бы их сплавить куда подальше и побыстрее?

– Несите ужин и можете идти, – скрипнула зубами я. – Хочу побыть одна. Видите, на мне браслеты? – Я, поняв руку, повертела ей. – Ничего сделать не смогу.

На лице камеристки отразилось глубокое облегчение, смешанное с недоверием, словно она подозревала, что я её сейчас каким-то хитрым образом собираюсь обмануть.

Я махнула рукой и отправилась в гардеробную. Я там присмотрела раньше хорошее такое, скромное тёмно-синее платье, которое, теоретически, можно было обрезать и превратить в брючный костюм. Жаль, швейной машинки нет. Я, конечно, та ещё швея, но, надеюсь, то, что сотворю, прямо на мне не развалится. А ещё я нашла сапожки из мягкой кожи, густо расшитые какими-то мелкими камешками. Если ценными, то можно толкнуть на черном рынке после побега. С другой стороны, носить такую дорогую вещь одинокой женщине может быть небезопасно. Хлопнут меня первые же попавшиеся гопники за эти сапожки. Плохо, что я не понимаю, что тут дешевка, а что бренд и люкс.

Камеристка круглыми от изумления глазами следила за моими действиями. Я, бросив парочку выбранных платьев на кровать, взялась за пяльцы и приготовилась делать вид, что сейчас ка-ак начну вышивать!

Дверь в комнату открылась и вошла вторая камеристка в сопровождении нескольких стражников и слуги, катящего столик с едой.

– Позвольте, мы поможем вам приготовиться ко сну! – Пискнула камеристка.

– Сама справлюсь, – недовольно буркнула я, уже теряя терпение. Ну сколько можно моё время тратить, у меня его не так много! – Оставьте меня наконец в покое!

Камеристки, переглянувшись, присели в реверансе и кивнули стражникам. Те быстро прошлись по комнате, проверив решётки на окнах, заглянув в шкафы, соседние комнаты, и даже под кровать.

Меня начал разбирать смех. Любовника, что ли ищут?

– Вы были сегодня в лаборатории, ваша светлость? – Хмуро поинтересовался старший из стражников.

– Когда? – Хмыкнула я. – Весь день в кабинете просидела, как будто не знаете!

Тот удовлетворённо кивнул, и вся эта толпа наконец покинула помещение, оставив меня в одиночестве.

У меня, конечно, были змейки, но об этом, слава богу, никто не догадывался. Это змейки эмоциональной поддержки, они мне очень нужны!

Я снова полезла под кровать. Нужно же было на этот кинжал посмотреть! Может его как-нибудь удастся с собой прихватить.

Неприметная дощечка паркета, на которую указала мне Долли, послушно поднялась, и я уставилась на небольшой, с ладонь, ножичек с голубоватым лезвием, плавно переходящим в крестовину и далее в рукоять, плотно обмотанную чёрной шершавой кожей, с навершием из яркого красного камня.

– Надеюсь, это какой-нибудь драгоценный рубин, и, если что, его тоже можно будет продать, – пробурчала себе под нос доставая ножичек из тайника.

– Ты ш-што! – В панике зашипела Долли. – Не с-смей! Это же накопитель!

– И что он накапливает?

– Как ш-што? Магию!

– И сколько же магии такая крошка может накопить? – Вздохнула я поворачивая игрушечный кинжальчик перед глазами…

Как вдруг – вж-жух! – чуть не отрубив мне кончик носа, кинжал резко увеличился в размерах… и в весе, от чего я, не ожидавшая такой подлянки, выронила его.

На пол упал уже маленький ножичек.

– Боже, что это?! – Вздрогнула я. – Как это?

– Раз-смеры подстраиваютс-ся, – просветила меня Молли. – В завис-симости от того, какая работа предстоит.

– Прекрасно! – Восхитилась я. – Это я беру с собой точно. Примотаю к ноге под чулок. Главное, чтобы он, как вот сейчас, не решил увеличиться самостоятельно. А то прирежет меня к радости всех, кроме Чёрного Властелина. Лишу ж его удовольствия сделать самостоятельно.

– Ты с-совсем не боишься? – Прошипела Молли. – Хоз-сяйка боялась. Даже в другой мир с-сбежала. А нас-с ос-ставила.

– А почему оставила?

– С-сложнос-сти перенос-са.

Я кивнула, сделав вид, что всё поняла, хотя понятно не было вообще ничего. Может души через границу проходят, а тела нет? Поэтому моя фея не перешла вся как есть, а со мной поменялась.

– Кинжал с-сам не увеличится, – сообщила мне Молли. – Ты с-сейчас-с сама захотела, чтобы он с-стал больше.

– Понятно, – вздохнула я. – Нужно быть осторожнее со своими желаниями. Ну что ж, предлагаю перекусить поплотнее и заняться делами.

…Остаток вечера я посвятила сугубо женским занятиям: кройке и шитью. Опекун был бы доволен своей подопечной. Уже глубокой ночью мне удалось сварганить из платья нечто удобоваримое. В смысле, не путающееся в ногах при ходьбе и беге (а бегать, как я подозревала, мне придётся много). Единственная проблема с местными платьями была в том, что у них у всех было чёртово безумное декольте. А моё новое тело обладало каким-то невероятным размером бюста. Мне, всю жизнь прожившей с чем-то между «единичкой» и «двойкой», это было непривычно и дико. Но и с декольте я худо-бедно (скорее худо и бедно) справилась. Если что, косыночку накину. Косыночку я тоже выкроила. Я вообще герой. Очень хотелось спать, но спать было некогда. Нужно было сбегать.

Пока я шила, змейки шустро ползали по комнатам, собирая, что могло пригодиться. Какие-то артефакты, немного драгоценностей… и маленькую ярко вышитую сумочку.

– А это зачем? – я оторвалась от попыток самостоятельно одеться в неяркое тёмно-зелёное платье, в котором я планировала покинуть замок, а уж потом переодеться в походный вариант.

– Это тоже артефакт! – С гордостью сообщила Долли. – Прос-странственный карман. Туда вс-сё влез-сет!

И она, ловко подцепляя кончиком хвоста приготовленные вещи, отправила их по очереди в эту сумочку. Сумочка даже не раздулась.

– Ничего себе! – Восхитилась я. – Да это самое полезное изобретение! А может я туда просто спрячусь, а когда всё закончится, вылезу? Почти бункер выйдет. Запас еды, белья и стопка книжек, чтобы переждать шторм.

– Нельз-ся, – покачала головой Молли. – Не получится. Это не для живых с-сущес-ств.

– Сплошные разочарования от этой магии, – буркнула я, пряча ножны с кинжалом в складках платья, куда вшила удобный кармашек для этого случая. – Ну, где тут у нас тайный ход?

– В ванной! – Прошипела Долли, сворачиваясь у меня на запястье.

И мы пошли в ванную. Там змейка ткнула хвостом в высокий узкий шкафчик, где стопками лежали полотенца и висели халаты.

– И что нужно сделать?

– Поверни вниз-с, – ткнула она в крупные блестящие крючки, на которых висели халаты.

Послушно сбросив все халаты, я повернула крючки… С тихим скрипом задняя стенка шкафа отворилась, обнаружив тёмную, живописно украшенную старой паутиной лестницу, ведущую вниз.

– Там темно!

– Не бойс-ся, ты можеш-шь видеть в темноте.

– Какое полезное умение! – Буркнула я, аккуратно прикрыв за собой дверцу и начав спуск. – Так вот ты какая, Нарния!

По лестнице явно не ходили последние несколько столетий, настолько всё заросло пылью и паутиной. Интересно, кого тут в полной темноте жрут пауки?

– Не нравис-ся мне это.

– Что именно тебе не нравится? – Поинтересовалась я у Долли. Мне всё не нравилось уже давно. Ещё с момента возвращения из отпуска. Или даже раньше? Когда вообще у меня в последний раз был хороший день? – Смотри, дверь!

Лестница закончилась, приведя меня к двери. Другого выхода не было. Я осторожно повернула ручку и выглянула наружу.

Невероятно! Я смотрела на тот самый парк, на который любовалась днём сверху. Только сейчас была ночь, и белые дорожки светились мягким светом в темноте. Это было красиво. Я вдохнула полной грудью свежий ночной воздух и сделала шаг наружу. Кажется, побег удался!

– Решили прогуляться перед сном, ваша светлость? – Из теней по обе стороны от меня выступили стражники.

Глава 9. Свадьба по-Властелински

Побег прервался на самом интересном месте. Так подумать, этого стоило ожидать. Этот замок, похоже, окружала маленькая армия – мышь не проскочила бы. Разве что змейки. Но не попробовать я не могла. Как-то не по мне было сидеть, сложив лапки, и ждать, когда меня заберут на эшафот… или как там это будет обустроено.

Стража вежливо, но настойчиво проводила меня обратно до моей спальни, и их главный с улыбкой пожелал мне спокойной ночи. Урод! Издевается ещё. Этой ночи осталось-то всего ничего.

В результате почти до рассвета я мрачно просидела в кресле, пощипывая виноград с огромной тарелки с фруктами, принесённой мне с ужином в качестве десерта. В винограде глюкоза, а это очень полезно для мозга. Вот пусть он работает. Может что ещё придумает? Мозг думать отказался, предпочтя впасть в полную прострацию. В результате я, несмотря на весь кошмар ситуации, умудрилась уснуть. Прямо в кресле, прямо не раздеваясь.

А на рассвете меня разбудили эти мои камеристки. После хорошо если пары часов сна я была полностью дезориентирована, поэтому беспрепятственно позволила вытащить себя из кресла, вымыть, умастить маслами и благовониями (этому Властелину не всё равно, чем я там буду пахнуть?) и выпихнуть в гардеробную комнату, где я просто остолбенела от изумления. Передо мной на манекене стояло пышное (ну очень пышное!) платье нежно-сиреневого цвета, всё усыпанное мелкими ослепительно переливающимися камешками. Судя по интенсивности сияния, это точно не Сваровски. Рядом на подставке стояли туфельки в цвет (тоже искрящиеся какими-то мелкими блестяшками), и рядом на отдельном столике стояла огромная корона, сверкающая, как целая электросварка, и комплект украшений. Мда… Если я сама не ослепну, то Чёрного Властелина точно ослеплю. Прикинуться скромной и незаметной в этом туалете не выйдет.

– Нам срочно нужно одеваться, ваша светлость! – Присела в реверансе одна из камеристок, видимо поняв, что я ещё не скоро перестану пялиться на всё это варварское великолепие, открыв рот.

Нет, ну скажите мне, зачем выбрасывать буквально на помойку столько драгоценностей?! Зачем приговорённой к жертвеннику такой роскошный наряд?

– Народ уже на площади собрался, карета готова, вас ждут! – Присела передо мной вторая.

– Ну, раз они ждут, значит нужно идти, – хмыкнула я.

…И вот я стою на богато и красочно украшенном бархатом, лентами и цветами помосте (очень хотелось назвать его эшафотом), чувствуя себя полной дурой, решившей сыграть роль Марии-Антуанетты. Королевой я себя не ощущала, видимо не хватало опыта. Зато ощущала себя бабой на чайник в этом пышном платье, растопырившемся чуть ли не на половину помоста.

Чувствовала я себя, что логично, отвратительно. Новые туфли жали, корсет (к таким вещам я вообще не привыкла!) отчаянно сдавливал рёбра, тяжеленная золотая тиара норовила съехать на уши. Вот скажите, зачем приговорённой к смерти тиара? На могилку поставить? Это ж столько золота и бриллиантов пропадёт! А может она фальшивая? Да нет, ощущается очень даже настояще, аж шея еле выдерживает. А может это просто гарантия, что я не сбегу? Попробуй, побегай с таким количеством золота! А, ну и эти антимагические браслеты ещё.

Антимагические браслеты безжалостно сдавливали запястья, словно чувствовали моё желание сбежать. Солнце слепило глаза, но я продолжала посматривать в небо, откуда, как я понимала, должен был появиться мой палач… ах, вернее, жених. Во всяком случае, так звучит официальная версия.

Возможно, именно ради успокоения народа меня так красиво и разодели. Чтоб никто и не подумал, что меня тут на съедение дракону отправляют. А то мало ли, вдруг Властелину придётся ещё кого-то в жертву давать. А народ, он такой, много будет знать, взбунтуется ещё. А так, всё честь по чести. Смотрите, какое свадебное платье! Не хухры-мухры!

Его величество король Беронии приносит в жертву… да тьфу ты! Выдаёт замуж свою родственницу за императора Тёмных земель, в просторечии величаемого Чёрным властелином. Приданым служат моя магия, невинность и, похоже, вот эта тиара, ожерелье и прочие бирюльки, весящие, как половина содержимого крупного ювелирного магазина. Взамен жених клянётся не причинять вреда означенному в договоре королевству Берония.

Все довольны, все смеются. Ну, кроме невесты, которая прекрасно знает, что Властелину она нужна исключительно для того, чтобы принести её в жертву на главном алтаре в центре Проклятого леса и смертью напитать магию означенного Властелина. Потрясающая перспектива! Меня трясёт уже второй день. Вот как я сюда попала, так и трясёт.

Жених опаздывал. Мне становилось скучно и страшно до цоканья зубов одновременно. Вот не зря говорят, что ожидание смерти хуже самой смерти!

Я перевела взгляд на королевскую ложу. Вон они все, сидят с надутыми от важности лицами. Меня сейчас уволокут на жертвенник, а они пойдут завтракать и поднимать тосты за избавление от главной придворной злодейки и от угрозы заведомо проигрышной войны с Чёрным Властелином. Убили, так сказать, двух птиц одним камнем.

Его величество, кстати, тоже, похоже, нервничал. Боялся, что жених передумал? А вот его сыночек даже не смотрел на площадь. Он нежно улыбался девице в пышных розовых кружевах. Его фаворитка? Та, которую он выбрал себе в жёны? Я ж её, вроде, отравила? Или с лошади сбросила? Всё люди брешут: вон она, жива-живёхонька, и даже бинтов на ней нет. Может она, конечно, там в инвалидном кресле сидит… Мне снизу не видно. А вон и мой опекун. Сидит, утирает скупую мужскую слезу кружевным платочком. Парик, кстати, ему идёт. И от ожогов успел избавиться, только морда всё ещё красная. Вот что магия чудодейственная делает, если уметь ею пользоваться!..

Неожиданно вокруг потемнело. Я перевела взгляд на небо: со всех сторон подтягивались тяжёлые сизые облака, которых еще минуту назад и совершенно не было на чистом голубом небе. Облака стягивались и чернели на глазах. Между ними начали простреливать молнии. Ледяной ветер обрушился на площадь. Столбы, бархат, ленты – всё оделось пушистыми иголочками инея. Флаги печально обвисли, стряхивая снежинки. Мои туфли начали примерзать к полу, а пальцы ног – неметь. Эй! Мы так не договаривались! Зачем меня замораживать-то?! Ему что, так долго до жертвенника тащить, что боится я испорчусь по пути?

И вообще, где он сам-то? Мне тут обещали драконов, гигантских чёрных птиц, изрыгающих пламя (или это про дракона было?) и прочие чудеса…

Прямо передо мной в помост с грохотом взорвавшейся гранаты вонзилась ослепительная молния толщиной, честное слово, со столб линии электропередач.

Молния погасла, сменившись какой-то непонятной чёрной тенью, замаячившей перед моими временно ослепшими глазами.

Толпа дружно заорала от ужаса. Оркестр истерично взвизгнул несколько раз и затих. А я всё пыталась проморгаться от плавающих перед глазами разноцветных пятен. Ну вот как так можно?!

Оказалось можно. Пока я стояла, как слепой крот, на меня обрушилась волна чужой холодной силы, сжимая, сдавливая, парализуя тело, язык и волю. Ледяной ужас сковал по рукам и ногам, не давая шевельнуться. Отвратительное состояние! Но я вдруг разозлилась. Терпеть не могу чувствовать себя беспомощной! Я должна всё контролировать! Уж себя-то точно могу!

Напрягла всю свою волю, пытаясь вырваться из этих удушающих сетей, оттолкнуть чужую магию, прорваться сквозь чужую волю и навязанный мне извне ужас и… мне удалось пошевелиться!

– Нет! – Прохрипела я. По-моему, половина звуков так и сдохла в моём горле, не найдя выхода. Но у меня немножко получилось!

И наконец удалось проморгаться.

Я уставилась на… Демона? Падшего ангела? Стоявший передо мной атлетически сложенный полураздетый тип, щеголявший только в каких-то странного покроя шароварах обладал огромным чёрными крыльями. И даже двумя парами! Что там у него с лицом, было не очень понятно – всё плыло. От этого создания исходили давящие волны скручивающего внутренности ужаса. Переносить это было просто невозможно. Это точно не человек! Это не может быть человеком!

– Я пришёл за своим! – Глухие слова обрушились на замершую площадь, как молот на наковальню.

И это не фигура речи! Эти звуки ощущались всем телом, словно ты попал в огромную басовую колонку, которую кто-то включил на полную мощность. Хотелось упасть, скорчиться, обхватив голову руками и замереть… Не дождётесь! Я стиснула зубы и расправила плечи.

– Обещание выполнено, – донёсшийся до меня словно сквозь вату голос короля звучал визгливо и тонко, словно у напуганного ребёнка. – Особа королевской крови, обладающая огромной магической силой готова стать твоей невестой.

– Принимаю! Договор в силе! – Рыкнул крылатый.

И я почувствовала, как неведомая сила, сжав меня так, что корсет показался просто пуховым облачком, вздёргивает ввысь, прямо в эти холодные чёрные тучи. Мамочки!

Глава 10. Мир, где всё не так

Марго, герцогиня Деграсси

Марго знала: надо было меняться с кем-то достойным её положения. В этом странном диком мире должны же ведь существовать могущественные королевы и великие властительницы, чьи тела и жизни она могла бы занять. О, она бы прекрасно смотрелась на троне. Она бы карала и миловала. Возможно, чаще карала, ведь люди такие непонятливые и глупые!

К сожалению, время диктовало свои условия. Попасть в лапы Тёмного Властелина очень не хотелось, тем более, что в отличие от всех этих местных идиотов Марго прекрасно представляла, как работает тёмная магия. Поэтому она и не стала тянуть время в поисках, и выбрала первую из подходящих местных женщин. Лучше быть живой простолюдинкой, чем мёртвой жертвой.

Магические поля штука сложная, малейшая несовместимость – и обеих участниц обмена разорвало бы на клочки и рассеяло между мирами. Пожалуй, в мире, куда занесло Марго, это назвали бы чем-то вроде донорской совместимости. Вполне вероятно, что где-то существуют другие женщины, более красивые, более богатые и с более высоким социальным статусом, но время… За такой ограниченный срок ей удалось найти лишь одну совместимую и, что немаловажно, согласную женщину. Согласие есть продукт при полном непротивлении сторон и важнейший принцип многих чар.

– О, и я понимаю, почему она согласилась, – зарычала Марго и захлопнула дверцу шкафа. – Эта идиотка совершенно не умеет жить. Что это за лохмотья? Неудивительно, что дела у нее идут отвратительно. Живет в какой-то конуре, пропахшей смертью, одевается непонятно во что и совсем не колдует. Это невозможно! Как можно до такой степени забить свои магические каналы?! Это же сколько работы мне теперь предстоит!

Марго упала на диван и зарыдала, уткнувшись в подушку. Она позволила себе всего пять минут слабости. Потом она встала, рывком вытерла слёзы, подошла к зеркалу и, взглянув на своё отражение, с удовлетворением отметила:

– Неплохо. Хотя бы один козырь у меня есть. Это личико определенно вызывает жалость.

Добиваться своего слезами довольно унизительно для дамы королевских кровей, да ещё и с потрясающем уровнем чёрной магии… Но тяжелые времена заставляют обращаться к крайним мерам.

Убедившись, что даже при отсутствии магических артефактов, слуг и титула у неё всё ещё остаются тузы в рукаве, Марго умылась холодной водой и направилась прямо на кухню.

– И как она живет? Ни одного приличного котла. И теснота сплошная, развернуться негде. Ни розовой воды! Ни шалфея! Ни розмарина! Ни вербены! – выкрикивала Марго, яростно захлопывая дверцы кухонных шкафчиков. – Горгулья её задери, ничего нет!

Дверце холодильника не хватило совести даже прилично хлопнуть, она закрылась мягко и тихо.

– Что за мир! Что за люди! – негодовала бывшая герцогиня. О, она, конечно, знала, что будет сложно, но не ожидала, что её лишат даже базовых вещей. – Даже злость сорвать не на ком, просто ужас! – неожиданно спокойно отметила она, обессиленно опустившись на деревянную табуретку.

Посидев пару минут и сделав какие-то выводы, Марго встала и заставила себя одеться в совершенно неподобающий её положению наряд. Впрочем, подобающих положению герцогини в изгнании (да, “герцогиня в изгнании” звучит достаточно величественно и трагично, в то же время намекая на вероятность триумфального возвращения) туалетов в гардеробе Маргариты Сергеевны попросту не было.

Входная дверь категорически не желала распахиваться самостоятельно при её приближении (вот как это?!), поэтому пришлось собственноручно заниматься этим неблагодарным занятием. Благо навыки позволяли покопаться в памяти тела, в котором теперь приходилось жить. На редкость запущенном теле, кстати, исправлять и исправлять. Впрочем, это, кажется, уже упоминалось?

– Плебейское жилище, – поморщилась Марго, выплывая в коридор в одном из немногочисленных вечерних платьев Маргариты Сергеевны. Чёрное платье с блёстками ей понравилось, особенно длина – на полсантиметра выше колена.

У следующих дверей стоял услужливый слуга, нажавший кнопку. Дверь отворилась, и Марго величаво вошла в лифт. Слуга отчего-то направился за ней.

– В сопровождении нет необходимости, – вежливо сообщила она.

Знания Марго о новом мире были обрывочны. Она помнила, где сходятся лей-линии и пересекаются магические потоки: Стоунхендж, гора Кайлас, Бермудский треугольник и нечто под загадочным названием Мурино – место, где не должна существовать жизнь, но она существует в невероятных количествах.

Большую часть бытовых мелочей Марго пропустила, не уделив им ни капли внимания. В конце концов, возможности капризничать у неё не было – тёмные властелины не дремлют. Нет, разумеется, когда-то они должны дремать, не могут же они круглосуточно бодрствовать. Уж Марго-то точно не может. Она твёрдо верит в сон для красоты, а это минимум восемь часов в сутки.

В общем, Марго о местной культуре знала мало, но, на всякий случай, предпочитала быть вежливой. Слуга её вежливость отчего-то не оценил.

– Мне тоже нужно вниз, – невозмутимо заметил слуга и шагнул вместе к Марго в тесное помещение.

Столь интимная обстановка ей не пришлась по душе, поэтому она деликатно запротестовала:

– Как смеешь ты приближаться к благородной даме?

Запротестовала и сообразила, что местная Маргарита Сергеевна отнюдь не благородных кровей, а значит, хорошо бы сбавить тон.

– Впрочем, смейте. Я всегда любила общаться с крестьянами, – улыбнулась она. О демократии и равенстве Марго ещё не знала, но уже гордилась своими достижениями.

Виталий Семёнович, которому уже трижды отклонили проект благоустройства дошкольного учреждения, лишь рассеянно отметил, что соседка выглядит как-то странно, должно быть болеет, а затем нажал кнопку и лифт, жалобно застонав, направился вниз.

Одетая в вечернее платье, благородная леди отправилась в парк, на который выходили окна ее нового жилища. Марго была очень довольна своим умением вписаться в любую среду, а вот содержимым шкафчиков Маргариты Сергеевны – нет. Оставалось лишь исправлять это доступными методами.

– Гражданочка, здесь цветы рвать запрещено, это клумба. Видите табличку – «аптекарский сад»? А под ней что написано? Правильно, «цветы не рвать». А вы что делаете? Правильно, рвёте.

Марго даже не обернулась, чтобы взглянуть на говорившего. Мало ли у кого какие привычки задавать вопросы и тут же на них отвечать.

– Гражданочка, я к вам обращаюсь. Прекратите рвать турнепс.

Могла ли Марго предполагать, что коренастый мужчина в отвратительном форменном костюме обращается к ней? Не могла. В конце концов, она не была «гражданочкой» и она пальцем не прикасалась ни к какому турнепсу, она рвала душицу для своих зелий и настоев.

Порой мир несправедлив. Милые щеночки болеют, манулы не могут найти себе пару и коротают дни в одиночестве, а дождь идет только тогда, когда вы не взяли с собой зонт. Марго не пробыла в новом теле и суток, а уже столкнулась с чудовищной несправедливостью.

– Изыди, жалкий червь! – попросила она смотрителя. – Исчезни, пока я не обратила тебя в прах.

Там, где раньше была ее магия – живая, тёплая, искрящаяся – теперь царила пустота, а посему обращать в прах Марго более не могла, но не спускать же наглецам с рук столь неподобающее поведение!

– Смерть поразит всякого, кто осмелится причинить зло…

***

– …административное правонарушение. На первый раз штраф, но впредь советую вести себя сдержаннее.

– Безусловно, – стиснув зубы, пообещала Марго.

Связываться с местными сбирро – здесь они звались полицией – Марго не желала категорически. Оружие и силу она узнала бы в любом из миров и ссориться с их обладателями не желала. По крайней мере, пока.

– Не забудьте оплатить штраф вовремя. Хорошего дня, – пожелал представитель правопорядка и отправился восвояси.

Марго постаралась запомнить его отвратительную физиономию. Она разберётся с ним позже. Она отомстит за пережитое унижение. Административная ответственность! Штраф! Квитанция! И кому? Ей! Властительнице! Повелительнице! Женщине, которая должна была стать женой принца (а потом и короля!), дабы попирать своей пятой целое государство!

Глава 11. Первые успехи

Марго, герцогиня Деграсси

Всё же это была не совсем пустота. Жалкие искры магии теплились и в этом бесполезном и бестолковом теле. Оставалось только найти подходящие инструменты, дабы раздуть из искр пламя. За инструментами Марго направилась в ближайший книжный магазин.

– Стандартную книгу заклинаний, пожалуйста, – решительно приказала она прыщавому подростку, маячившему за прилавком. И даже не забыла прибавить «пожалуйста»! Марго, определённо, делала успехи.

В этом странном диком мире почти не было магии, но не могло ведь её совсем не быть. Для Марго подобное немыслимо. Примерно как если сказать человеку, что там, куда он едет, никто не ест, а все питаются только солнечным светом. Да-да, очень здорово, что они соблюдают эту свою диету, но ведь не могут же люди совсем не есть?

– Это из Гарри Поттера что-то? У нас по этой вселенной только «Расширенный курс зельеварения есть». Вон в том отделе, – он ткнул обгрызенным ногтем в сторону стеллажа с названием «Фэнтези».

Марго откинула волосы на спину и гордой походкой двинулась в указанном направлении. Наконец-то дела идут на лад. Конечно, у нее блестящая память, но невозможно вызубрить рецепт каждого существующего зелья. Все-таки в этом мире не одни только дикари живут, раз книгу по зельеварению можно найти в первой же попавшейся лавке.

Сняв с полки книгу, Марго пренебрежительно поморщилась. Качество оставляло желать лучшего. Где-то в прежней жизни остались старинные книги и редчайшие гримуары в переплете из человеческой кожи. А это что? Потрепанная книжонка. Она брезгливо перелистнула пару странниц.

– Здесь чьи-то пометки. Дайте нормальную книгу!

– Да, видите ли, это же учебник профессора Снейпа, – заблеял прыщавый юноша и Марго возненавидела его со всей энергией, которая оставалась после такого премерзкого утра.

– Мне всё равно, кто этот ваш профессор, мне нужно нетронутое издание, – отчеканила она.

Как же ей не хватало слуг. Послушных марионеток, которые будут исполнять её волю. И трепетать от ужаса. В трепещущих слугах есть что-то успокаивающее.

– Понимаете, в этом и состоит фишка учебника, – с надеждой глядя на странную покупательницу, сказал продавец. Ну не могла же она совсем не разбираться в том, что просила. И почему чокнутые всегда приходят в его смену?

– Что за рецепты? По ним же ни одного приличного зелья не сваришь. Если сюда добавить крылья златоглазок, на выходе будет только расстройство желудка и ничего больше.

– Да, в том-то и дело, они ведь, как бы это сказать, не то чтобы настоящие, – замялся продавец.

Резким движением Марго отправила книгу обратно на полку.

– Еще что-нибудь есть?

– Есть викканские пособия. Про магию трав, заклинания, чары при луне и все такое, – немного подумав, сообщил продавец.

Выбора не оставалось.

– Показывай, – велела Марго. Она как-то совершала обряд при полной луне. После этого её обидчика, надо же как бывает, задрал кабан на охоте. А всего-то и потребовалось, что пара капель крови, одно несложное зелье, хлеб, вино и песнопения кровавой богине.

В сумке Марго что-то заорало и она вспомнила об еще одном местном артефакте. Вместо приличных зеркал здесь для общения использовали нечто под название «телефон». Марго, конечно, разобралась, как эта штука работает, но не презирать местных жителей за дурной вкус и отсутствие фантазии не могла. Тем не менее, трубку она взяла.

– Маргарита Сергеевна, где вы шатаетесь, уже почти час дня? Вы на работу вообще собираетесь сегодня приходить? – вопили из трубки.

Марго посмотрела на имя звонящего и сделала еще одну мысленную пометку. Ах, какая мука – иметь хорошую память. Теперь придётся каждому мстить. Возможно, ей стоит разорить этого человека, подвергнуть его тело невыносимым мукам, заставить его молить о сострадании. Для начала, скажем, проклятье вечной жажды. Очень остроумная забава. Они так смешно надуваются, когда пьют и пьют, пытаясь хоть как-то утолить бушующую жажду.

Вот! Вот поэтому ей крайне необходимы магические книги. Того, что она помнит наизусть, определенно, не хватит.

– У меня сегодня выходной, – вклинившись в паузу, сказала она в трубку и отключилась.

Марго помнила, что у обладательницы тела были какие-то проблемы на работе. Нет, в этот стан врага надо идти вооружённой. Или хотя бы выспавшейся. И привести себя в порядок не помешает. Только местные ничтожества могут вести боевые действия в таком виде, словно вылезли из выгребной ямы, Марго же слишком себя уважает для подобного.

– Э-э-э.. Так вам нужны книги по викканству? – неуверенно топтался рядом продавец.

Марго повелительно взмахнула рукой.

– Неси!

В тесную конуру Маргариты Сергеевны герцогиня вернулась уставшей, голодной, но непобеждённой. В руках она несла стопку книг, в сумочке лежали травы из парка, в сердце горела уверенность в себе.

Говорят, вера может двигать резко возвышающиеся участки земной поверхности. Марго вовсе не собиралась менять местный рельеф – на рельеф ей было начхать, лишь бы под ногами не мешался. Сейчас йй всего лишь нужно занять достойное положение, внушить окружающим страх и трепет… Ах, да, ещё воздать по заслугам каждому, кто посмел с ней дурно обращаться. В конце концов, мир должен понять: с Марго нельзя дурно обращаться. Это непозволительно.

Газовая плита Маргариты Сергеевны никогда ещё не использовалась с такой целью. Будь у плиты чувства, она непременно была бы польщена. Впервые в жизни на ней варили зелье. В большой эмалированной кастрюльке Марго кипятила молоко козы (гомогенизированное), добавляла одну за другой травы, приправляла это растертыми в пыль мокрицами (благо парк был ими богат), капала кровь помойной крысы, которую изловила в мусоропроводе. Городская крыса повидала многое, но впервые в жизни она стала донором крови. Несомненно, эта история будет передаваться ещё многим поколениям крысиных потомков.

– …и три пальца паутины крестоносного паука, – напевала Марго, помешивая зелье. С убранными под косынку волосами и в цветастом передничке она походила на типичную домохозяйку, что варит любимой семье суп. – Накрыть крышкой и оставить в тёмном месте на три дня, а затем добавить… добавить отданное безвозмездно.

Марго сдавленно выругалась и сплюнула на чистый пол, вновь позабыв, что прислуги нет, и мыть этот пол ей придется самой.

Как же неудобно колдовать вне дома. И где же её уютная кладовая с разнообразными ингредиентами? Вот где она теперь добудет отданное безвозмездно? И это ещё рецепт простой. А если бы потребовалась слеза единорога и монета мертвеца? Она быстро сверилась с телефоном – отвратительная плебейская штуковина, а вот интернет оказался довольно удобным; куда лучше, чем спрашивать у высокомерных стекляшек – да, расхищение могил в здешних краях считается преступлением. Вот кому могла взбрести в голову столь идиотская идея?! Кому они нужны, эти могилы? Ну, разве что мы говорим об особых местах упокоения невероятно сильных магов… Но откуда здесь такая роскошь?! Марго вздохнула и пригорюнилась.

– Ну вот как они здесь живут? – в очередной раз подивилась она. – И с травами вопрос надо как-то решать. Еще одного штрафа мой бюджет не вынесет.

Она вдруг замерла. Какой еще бюджет? Что это?! О чём это она? Она – герцогиня, ведьма и женщина, что должна была стать женой принца!

Марго поморщилась от отвращения. Память местного тела просыпалась как нельзя некстати. Ну не может истинное величие печься о штрафах, бюджетах и административных правонарушениях. Для этого существуют слуги и приспешники. Это просто кошмар, что не получилось перенести сюда Долли и Молли. Ну почему, почему ей не выпало ещё хоть пары месяцев на исследования! О, судьба, как ты жестока!

– С другой стороны, штрафы у них грабительские, и за такие деньги травы в парке долго я собирать не смогу, – размышляла Марго, отбросив жалобы на фатум. Сильные женщины куют своё счастье сами, не склоняя свою голову перед судьбой. – Хммм. Может, основные позиции выращивать дома? А что? Подоконник большой, места хватит. Приличного базилика я в этом «аптекарском саду» все равно не нашла. А без него защитное зелье не сваришь.

Судьба! Ха! Посмотрим ещё, кто кого!

Ведьма уселась на табуретку, порылась в телефоне и нашла приложение маркетплейса. Её ждал сладостный и упоительный мир онлайн-шопинга. Перед любым маркетплейсом судьба безнадёжно пасовала. Это был другой мир. Мир, где властвовали совершенно другие божества.

Глава 12. Сложности логистики

Маргарита Сергеевна

Пребывание в холодных тучах, которые к тому же оказались очень мокрыми и противными (нет, я проходила когда-то в школе, что тучи – это вода, но гораздо лучше, когда это знание оказывается сугубо теоретическим), отнюдь не сказалось благотворно на моём настроении и мироощущении. Все эти километры полупрозрачной ткани, пошедшие на юбки моего платья, намокли и мерзко липли к ногам. Корсет, обильно изукрашенный более крупными камнями и золотым шитьём (о, чёрт подери, да! Судя по холоду, стискивающему мои рёбра, это было настоящее золото), вытягивал последние остатки тепла из моего и так изрядно подмороженного тела. Одну туфлю, я, по-моему, потеряла в процессе полёта. Вторая продолжала натирать и леденить ногу. Никогда бы не подумала, что я когда-либо это скажу, но, похоже, я теперь возненавижу золото до конца моих дней… Который, судя по всему не за горизонтом. Потому что ещё неизвестно, что прикончит меня раньше: воспаление лёгких (уверена, до антибиотиков в этом мире не додумались) или этот мифический жертвенный алтарь.

В общем, когда я уже мысленно распрощалась со здоровьем, предрекая себе помимо воспаления лёгких радикулит, артрит, цистит, пиелонефрит, ларингит и…

От дальнейших медицинских изысканий меня отвлекло неожиданное и резкое соприкосновение с землёй.

Я распласталась по траве, краем мысли отметив, что стало гораздо теплее, но помогает это мне не очень, потому что насквозь промокшая одежда не способствует комфортному времяпровождению. Я аккуратно соскребла себя с земли, поднявшись сначала на четвереньки, а потом, как свойственно прямоходящим, на ноги, и осмотрелась. Находилась я, судя по окружавшим меня отнюдь не райским кущам, в лесу. Густом, опасном и колючем даже на вид. Я, вообще-то, городской житель! И самое близкое моё знакомство с лесами – это ботанический сад. И этого мне было более чем достаточно. А вдруг тут есть волки? Судя по мрачно выглядящим зарослям вокруг, они готовы были предоставить даже медведя.

Боже мой, во что я влипла?!

Я с удовольствием стянула с головы ужасно холодную корону, с чувством зашвырнула её в кусты и заправила за уши мокрые пряди волос.

– Не любишь золото? – холодный, как те тучи, голос заставил меня подпрыгнуть и обернуться.

На противоположной стороне полянки стоял он, Чёрный Властелин. Хотя-я…

– А ты кто? – Решила всё-таки уточнить я.

Ну да! Мне обещали чёрного-чёрного, просто мавра натурального, а передо мной тут стоит натуральный блондин с шикарными ярко-синими глазами. В такого даже влюбиться не зазорно… ну, если вы ничего не имеете против бойфренда с крыльями в ассортименте.

Вот крылья чёрные, подходящие, все две пары…

Словно в ответ на мои мысленные потуги, красавчик хлопнул крыльями, и осталась только одна пара. Ещё один хлопок – и передо мной стоит просто человек. Ну да, на редкость симпатичный м-мужчина…

Видимо решив, что я перед ним недостаточно трепещу, этот тип ударил меня наотмашь волной ужаса.

Я с готовностью плюхнулась обратно на траву. Да пожалуйста! Я, вообще-то, читала, что такие вещи вполне себе реальны. Наравленные электромагнитные волны, или ещё что-то там… Короче, можно у людей вызывать безотчётный страх. Но вот зачем он это делает? Некрасиво со стороны большого и сильного мужчины!

– Вставай! – Холодный голос стегнул по ушам, чуть не заставив подскочить.

Ну уж нет. Хватит с меня. нужно ему положить меня на жертвенник, пусть сам несёт!

– Не могу, – томно ответила я. – Сам неси!

– С ума сошла, женщина?! – Возмутился тип.

– Ну что тебе стоит? Взял да перенёс на жертвенник. Вроде сильный мужчина.

– Я не мужчина! – Возмутился он.

– Да ты что! – Я аж приподнялась на локте от удивления. – Неужто женщина?!

– Я – Властелин!

– А-а-а, – я разочарованно повалилась обратно. – Мне всё равно. Я насквозь промокла, потеряла обувь, и вообще я заболела и умираю.

– Ты умрёшь только когда я позволю!

– Договорились, – согласилась я. – Позволяй!

– Не собираюсь! – В мой обзор вплыло лицо слегка разозлённого Властелина.

Я бы, может, испугалась, но бояться не получалось. Возможно, сегодняшнюю норму страха я уже пережила.

– Вставай! – Потребовал он. – Нам нужно идти!

– Ну куда ещё?! – Протянула я, сама поражаясь своей наглости.

– К жертвеннику!

– Что?!

А вот это уже верх наглости! Мало того, что тебя собираются принести в жертву, так ещё и требуют, чтобы ты туда своими ногами шла! Ну вообще!

– Не пойду, – заявила я. – Я устала, замёрзла и хочу есть.

Есть я не хотела, если что, но если капризничать, то уж по-максимуму.

– Ещё немного, хоз-сяйка, – раздалось еле слышное шипение, – мы почти з-сакончили!

Ох, бог ты мой! Совсем забыла про Долли и Молли со всеми этими полётами! А они, бедняжки, неустанно точили эти антимагические браслеты всё это время!

– Согревайся, – равнодушно бросил этот тип, – я подожду.

– Как это я должна согреться?! – Возмутилась я.

– Магией, – сообщил Властелин. – У тебя есть магия. Так что не испытывай моё терпение!

– Магия?! – Возмутилась я, протянув ему запястья. – А это ты видел?

К чести Властелина он бросил только один косой взгляд на мои руки, и браслеты упали с запястий, рассыпавшись в пыль.

– Мы с-сделали это! – Возликовала Долли.

– Да-да, молодчинка! – похвалила я рептилию, не став уточнять, кто тут настоящий молодец.

– Приводи себя в порядок, – бросил Властелин, развернувшись явно с твёрдым намерением уйти. – Даю тебе четверть часа.

– Подожди! – Возмутилась я. – А как же алтарь?!

Он одарил меня ироничным взглядом:

– Впервые вижу жертву, которая так мечтает на нём оказаться. Извини, алтарь в центре леса, магическим путём туда не добраться. Только пешком… Ты поняла? Четверть часа!

И он скрылся в ближайших кустах, оставив меня в полном ступоре. Нет, это просто запредельное хамство! Даже до алтаря с комфортом доставить не могут. Может, я там ещё сама себя заколоть должна буду, чтобы никому не напрягаться? Дурдом какой-то! И этот Властелин… Вот мужлан! Кто так себя ведёт с женщиной?! Даже если это просто алтарная жертва! Я слышала, жертв перед убиением всячески кормят и ублажают! Ленточки там им в шерсть вплетают, расчёсывают… Нет, я понимаю, что шерсти у меня нет, но принцип! Принцип-то должен соблюдаться!

– А-а-а, что с него взять! – махнула я рукой. – Обычный мужик, хоть и Властелин. Девочки! – обратилась я к змейкам, – Давайте приводить меня в порядок!

Если уж придётся тащиться через лес, то у меня, похоже, появляется гораздо больше шансов сбежать. И вообще, должны же быть тут хоть какие-то поселения? В который раз я пожалела, что со мной нет смартфона. Там хоть на карту можно посмотреть… Хотя… вряд ли у гугла есть карта этого мира. Ладно, займёмся делами насущными.

– Девочки?

– С-слушаемся, хоз-сяйка! – засуетились змейки сползая на землю.

Задрав подол вымокшего и напрочь потерявшего вид платья, я отвязала с ноги сумочку со всеми вещами, подготовленными к побегу. Да-да, я отстояла утром своё право на последнее желание. А пожелала я взять с собой вот эту крошечную сумочку. Желание, конечно, обошлось мне в два браслета из того шикарного гарнитура, который прилагался к платью. Но я, посчитав, что на моих руках уже и так непозволительно много браслетов, и заметив алчные взгляды, которые камеристки бросали на предоставленные мне в последний путь драгоценности, быстренько произвела обмен. Мне – желание, им – браслеты. Да я бы и корону им отдала, жалко, что ли? Но побоялась, что отсутствие короны могут заметить. А там дальше, заметив недостачу, может «жених» начал бы по описи сверять, что ещё ему недодали. Мало ли, как у них тут всё устроено. В исторических книгах я читала, что к приданому подходили с трепетом и строгим учётом. Впрочем, горничных устроили и браслеты.

– Вы говорили, что сможете отполировать, что я сделала… – Я вытащила из сумочки своё рукоделие. В принципе, я не сомневалась, что мои на скорую руку смётанные штаны смогут выдержать переход по лесу, но рисковать разъехавшимся в самый неподходящий момент швом в промежности как-то не хотелось. – Сможете помочь?

– Две с-секунды, гос-спожа! – Сообщила Долли.

Я давно заметила, что Долли была гораздо более рассудительной. Молли любила витать в облаках, поэтому Долли я доверяла на каплю больше.

Обе змейки сползли на расстеленный перед ними на траве костюм. Ну да, я тот ещё портняжка. Все мои знания, в основном, с уроков труда в школе. Это еще хорошо, у нас была шикарная училка, настоящий фанат своего дела. Та, я уверена, могла при случае и из крапивы рубашку сшить, если приспичит, и из топора кашу сварганить, чему и нас старалась ненавязчиво научить. Забавно. Мне, помнится, это нравилось…

– Долли, ты говорила, что приведёшь мой костюм в порядок!

– Да, гос-спожа!

Обе змейки проползли по моему костюму, утюжа и выравнивая швы.

– Вс-сё готово, гос-спожа!

Я сбросила опостылевший мокрый шёлк моих одеяний и влезла в блаженно сухой материал простенького платья, перешитого в охотничий костюм. Красота! У моих змеек дивное чувство прекрасного! Мои потуги они дивно перестроили в невероятно комфортабельный костюм… вот только эти ужасные полусапожки до щиколоток портили весь ансамбль…

– Молли, это ужасно! – Сообщила подруге Долли, как я понимаю, направляемая моими собственными переживаниями.

– Долли, это совершенно не гармонирует с образом! – согласилась та. – Давай на раз!

Ра-два-три! – вокруг моих лодыжек крутнулись трудолюбивые волшебные змейки, оставив меня в результате обладательницей высоких кожаных ботфорт без каких-либо узорных вышивок – слава всем богам!

– Девочки, спасибо, что бы я без вас делала! – В приливе благодарности я подхватила обеих и расцеловала прямо в чешуйчатые носы.

– Пш-шш… – Возмутилась Долли, тряся мордой. – Да мы… да я…

– Ф-фухх… – Растерянно вторила ей Молли.

В общем, было видно, что никогда в жизни змеек так искренне не благодарили. Они просто не знали, что прошипеть, и в результате просто свернулись на моих запястьях бесчувственными деревяшками.

Охохонюшки! Вот же ещё горе! Неужели таким преданным служанкам даже спасибо не говорили? Ладно, я ещё найду способ выразить свою признательность.

Глава 13. На что я точно не соглашалась

Маргарита Сергеевна

Подозревая, что отпущенные мне четверть часа стремительно убегают, я безжалостно откромсала от юбок густо усаженный камнями лиф платья и спрятала его в сумочку. Мало ли, вдруг пригодится. Тяжело вздохнув, полезла в кусты и выудила оттуда корону, счистив с неё палочкой пару жирных слизней, успевших облюбовать прохладный металл. Сдержаннее нужно быть, спокойнее… Корона тоже отправилась в сумочку. А вот кинжал я переместила на пояс. Не уверена, конечно, что он мне сильно поможет, если что, но с ножом всяко чувствуешь себя увереннее, чем без ножа.

– Готова? – Раздался за спиной холодный голос. – Следуй за мной. Отставать не рекомендую.

Бесшумной тенью этот тип пересёк поляну и исчез в кустах на противоположной стороне, даже не обернувшись, чтобы проследить, повинуюсь ли я ему. Крылья он, кстати, так и не вернул. Интересно, куда он их девает? Всасываются внутрь? Нет, оно понятно, что с такими крылищами по лесу с колючками неудобно… Но чудеса-то какие! Интересно, а если попросить пощупать он даст? Или сразу голову откусит? Не должен, вроде, ему же меня до жертвенника вести…

Примерно такими мыслями я спасала себя от неминуемой истерики, штурмуя лесной бурелом за совершенно толстокожим типом. Толстокожим, кстати, в самом прямом смысле слова: он так и не соизволил накинуть никакую рубашку, но колючие ветки, хлещущие по спине, его явно не напрягали. Более того, мне казалось, что я вижу возникающий и пропадающий на его коже узор чешуек. Невероятно. Меня отдали какому-то гаду чешуйчатому, от которого никакой помощи не дождёшься. Бесчувственному и хладнокровному.

За всё время, пока мы шли сквозь лес, он ни разу не обернулся, чтобы проверить, не потерялась ли я, не сказал ни слова… Ну, разве что явно шаг придерживал, чтобы я успевала. Шаг он точно придерживал. Глядя на то, каким танком он пёр по лесу, даже не напрягаясь особо, понятно было, что если бы не я, он бы уже к вечеру у себя дома был…

Кстати о доме… А кормить тут будут?

Из еды мне удалось захватить с собой всего пару кусков хлеба и сыра, которые я заглотала ещё там, на поляне, когда переодевалась. Ибо спасаемое мною королевство, как я и предвидела, на завтраке перед моим торжественным «бракосочетанием» таки сэкономило. Хорошо, что я запаслива, как белочка, и припрятала кусочек-другой с ужина… Вот только молодой и здоровый организм, взбодрённый пробежкой через лес с утра пораньше, настоятельно требовал чего посущественнее. Организму я была безмерно благодарна за то, что спина не разламывалась, суставы не скрипели, и вообще, пока не хотелось упасть замертво от непосильных нагрузок… Но вот желудок начал возмущаться, громко осуждая пренебрежительное к нему отношение и напоминая о том, что в мире существует множество вкусной еды. Мозг радостно включился в игру, подбрасывая картинки аппетитных курочек-гриль из соседнего супермаркета (о, дом, милый дом, где ты?!), разнообразные салатики оттуда же, и даже – о, кощунство! – новогодний стол с оливье, селёдочкой, бутербродами с икрой (я, помнится, разорилась на баночку), бужениной и холодцом… А ещё там были хрустящие огурчики, свёкла с чесночком… Мать вашу, куда меня заносит?!

Я сглотнула набежавшую слюну и какое-то время пыталась сосредоточиться на беге по пересечённой местности… Но в конце концов вся моя натура взбунтовалась. Да что ж такое?! С какого это перепуга я без перерыва на отдых и еду тороплюсь на собственное убиение?! Я тут никому ничего не должна! А если этот урод многокрылый чем-то недоволен, то пусть убивает прямо тут. Или берёт на ручки и несёт. Вот! Всё!

И я остановилась прямо посередине очередной кущи.

Некоторое время осоловело смотрела, как удаляется спина моего… а, собственно, кто он мне? Вообще никто! Вот и пусть идёт. А я буду отдыхать.

Придирчиво осмотревшись, я решила отдыхать прямо здесь. Земля была покрыта невероятно шелковистой на вид травкой, так и манящей прилечь. Но только я приспособилась присесть, как на моих запястьях наперебой зашипели змеёки:

– Хоз-сяйка! Ш-што ты делаеш-шь?!

– Не падай тут!

– Ну что ещё? – Жалобно возопила я. – Какие проблемы? Я устала и хочу отдохнуть!

– Хоз-сяйка, это Проклятый лес!

– Это упырь-трава!

– И что?

Только теперь, остановившись, я поняла, насколько безумно устала. Я вам, вообще-то, не спринтер!

– Трава высосет из тебя кровь! – Зловеще прошипела Молли.

– Она выс-сосет из тебя магию! – Добавила Долли.

Увы, мне уже было всё равно… почти.

– А это будет больно? – Попыталась уточнить я. Потому что фиг с ней с магией, но боли я всё-таки боялась.

– Это безумная пытка! – Прошипела Долли.

– Тош-шнотворная боль! – Подтвердила её сестрица.

С глубоким вздохом и безумным сожалением я отказала себе в падении на шелковистую травку. Всё, всё против меня!

–Я устала, я хочу есть, – пожаловалась я. – Тут можно где-нибудь передохнуть?

– Мы с-сожалеем, но только Влас-стелин может тебя обезопас-сить в с-своих владениях.

Вот же козёл крылатый! Моему возмущению не было предела. Это, оказывается, уже его владения! Ничего себе гостеприимство! Мог бы и помочь!

– А если я эту траву сожгу? – Сухо поинтересовалась я у Долли.

– Оу! – Неожиданно возликовала та. – Давай! Сможеш-шь?

– Я постараюсь.

На данный момент я испытывала такую злость, удивительно что эта трава не самовозгоралась!

– Чувствуеш-шь свою магию? Внутри?

– Дотроньс-ся до неё! Зачерпни!

На мой взгляд змеи говорили чушь полнейшую. Какие там чувствования и прочая ерунда? Всё, что я чувствовала, это дикая ярость на всё и всех: на их настоящую хозяйку, которая затянула меня во всё это, на короля и опекуна, которые, не разобравшись, сбагрили меня с рук, на этого бесчувственного чурбана, которому всё равно, что я умираю от усталости и голода…

Но каково же было моё удивление, когда трава и кусты передо мной полыхнули жарким огнём, только чтобы через секунду опасть к моим ногам пушистым пеплом…

– О! – Слабо удивилась я.

– Перс-спективная демонс-стация с-силы! – Восторженно прошипела Долли.

– Мы гордимс-ся!

А я тоскливо посмотрела на всё это, борясь с сосвершенно неженственным желанием смачно сплюнуть. Я хотела прилечь! А куда тут ложиться в облака пепла?!

– Что здесь проис-сходит?! – Шипении невесть откуда появившегося Властелина могли позавидовать не только мои Долли и Молли, но и всё их родственники разом.

Круто развернувшись вокруг своей оси и выставив палец, я шагнула на этого мерзкого типа:

– Я устала! Я хочу есть! Я не собираюсь больше никуда идти, я больше не могу! Ты понял?! Я! Никуда! Больше! Не! Пойду!

Он одарил меня скучающим взглядом и, неожиданно сделав шаг, перекинул меня, как мешок, через плечо и пошёл дальше.

– А-а-а!!! – Заорала я, заколотив, что было мочи по каменной спине. – Я не хочу! Мне неудобно! Отпусти!

– Замолчи, женщина! – Он резко шлёпнул меня по заднице, заставив захлебнуться от негодования и ярости, затмившей все мысли… И я… Я его укусила!

Глава 14. Очарования и разочарования герцогини

Герцогиня Марго

В ту ночь Марго легла спать поздно. Оказалось, что даже небогатая Маргарита Сергеевна может позволить себе маленькие радости жизни и с каждой из этих радостей её светлость жаждала как можно быстрее познакомиться.

– В её мире столько разной одежды, а она одевается как последняя крестьянка из дальней провинции, – фыркнула Марго, добавляя в онлайн-корзину очередное платье.

Разнообразие выбора поражало. Невероятное количество стилей и фасонов. У Марго тут же начали вырабатываться предпочтения. Она всегда очень хорошо относилась к своим ногам: длинным, стройным и совершенным. Ноги Маргариты Сергеевны столь совершенными не были – она забывала пользоваться эликсиром для мягких пяточек и по какой-то неведомой причине отращивала на ногах жесткую щетину – но это ерунда, это легко поддавалось коррекции. Важно другое: в новом мире эти самые ноги можно оголять! Больше никаких длинных подолов и нижних юбок! И как местные женщины ухитряются сохранять продуктивность, когда вокруг столько возможностей?

Укоренившаяся привычка Маргариты Сергеевны к экономии не дала Марго пуститься во все тяжкие. Герцогиня заказала всего лишь два коротких платья, одни джинсы, одну пару туфель на низком каблуке, которые в отзывах назвали невероятно удобными (Марго концепция невероятно удобных туфель была в диковинку, и ей не терпелось опробовать такое чудо), спортивный бюстгальтер (удивительный мир, в котором можно обойтись без впивающихся в ребра косточек корсета! И почему она раньше не переехала?), семена трав и грунт, полдюжины книг магической направленности, ступку с пестиком и несколько ингредиентов для заклинаний и зелий, которые без особого труда смогла найти в интернете.

Покончив с этим, она вдруг обнаружила, что денег понадобится куда больше, чем имелось на счетах Маргариты Сергеевны.

– Значит, точно надо завтра выходить на работу, – разбивая тишину в тёмной, озаряемой только светом монитора, комнате, сказала Марго. – И завести фамильяра, потому что моих девочек здесь нет, а разговаривать сама с собой я не могу, я же не из этих сумасшедших ведьм!

Как бы то ни было, Марго была ведьмой (хоть и не считала себя таковой), а всем известно: ведьмин час – это время с трёх до четырёх часов утра. Видите ли, исторически так сложилось. Это именно то, что люди называют традициями. Традиции это невероятно ценная вещь. Их придумали когда-то давно, и покушаться на них, значит пытаться нарушить устои самого общества. Ведьмин час всегда был с трёх до четырёх часов утра, так уж повелось издревле. Стоит, правда, учесть, что древние ведьмы не были знакомы с таким понятием как «пятидневка».

Именно поэтому Марго с истинной уверенностью прирожденной ведьмы плевать хотела на то, когда традиционно бывает ведьмин час. Ей безумно рано вставать на работу (надо ещё будет поговорить с тем, кто придумал эту пытку!), и она не просто какая-то там банальная ведьма, а маэстро тёмных искусств, так что, когда она повелит, тогда и будет её час.

В одиннадцать часов вечера, натянув тёплый спортивный костюм и удобные кроссовки, Марго покинула квартиру, чтобы отправиться в уже знакомый ей парк. Ей немного не хватало бархатного плаща и концентратора энергий (который невежественные пейзане звали волшебной палочкой), но она была уверена, что справится без этого. Железная самоуверенность – это то, что делает ведьму ведьмой… вернее, маэстро тёмных искусств.

– Внемлите мне, создания ночи, – тихо сказала она, встав возле пруда и воздев руки в драматическом жесте.

Разумеется, подобные вещи полагалось провозглашать громогласно и торжественно, но Марго очень хотела заказать присмотренный и уже отложенный в корзину элегантный брючный костюм – подумать только, здесь есть и такое! Может, этот мир не совсем безнадежен – поэтому отнюдь не стремилась нарваться на еще один штраф. Приходилось быть экономной и расчётливой, наступая буквально себе на горло.

– Создания ночи? Эй? Кто-нибудь?

Создания ночи, если таковые имелись, были заняты своими делами и отнюдь не стремились претендовать на должность фамильяра иномирной ведьмы. Зато на тенистой парковой дорожке таился некто. В какой-то степени он тоже был созданием ночи. Впрочем, он мог работать и днём.

Есть вещи, знакомые почти каждой женщине. Это – одна из них. Это может представать в разных обличьях и разных местах. Кто-то сталкивается с этим в метро, кто-то на улице, кто-то в ресторане, клубе, на вечеринке друзей, на свидании или в лифте.

Мир полон правил. Не укради. Не носи серое в деревне. Не ходи ночью одна в парк, если тебя угораздило родиться женщиной. Ну а если всё же пошла и что-то случилось, значит, сама виновата. Это, практически, закон.

К сожалению или к счастью, её светлость герцогиня Марго никак не могла быть «сама виновата». Подобная концепция для неё была просто немыслима. Итак, она была ночью в парке. Из всех существ, с которыми не посчастливится столкнуться одинокой женщине ночью в парке, Альберт Мышков уж точно не был самым опасным. О самых опасных речь зайдёт как-нибудь в другой раз.

В начале лета ночи прохладные и сырые. У Альберта зябли голые ноги. А ещё он забыл вакцинироваться от энцефалита, поэтому первая же встреча с клещом могла стать последней, и по этому поводу он страдал, избегая удобных кустов.

Хобби бывают разные. Кто-то выращивает тропических рыбок, кто-то делает украшения из битых чашек, кто-то выгуливает приютских собак, кто-то плетет макраме или занимается скалолазанием… Хобби Альберта требовало самоотдачи, лишений и упорства. В половину двенадцатого ночи Альберт Мышков стоял в парке в одном лишь плаще на голое тело и терпеливо ждал. В самом лучшем случае он встретит впечатлительную юную девушку, для которой станет серьёзной травмой.

А вот и она! Женщина (не всегда можно рассчитывать на юных девиц, но это лучше, чем чемпион по боксу, возвращающийся с поздней тренировки), тихо бормоча себе что-то под нос, шагала по дорожке, высматривая что-то или кого-то. Собачку потеряла? Альберт почувствовал, как привычная волна уверенности накрывает его с головой. Он вышел из-за дерева и распахнул плащ. Рука привычно потянулась к паху. Альберт был готов ловить каждую искру ужаса в глазах женщины.

Ему не повезло. Вместо ужаса на лице женщины отобразился интерес и даже какая-то алчность.

– Отданное безвозмездно? – деловито поинтересовалась она, почти застенчиво улыбнувшись. – Мужские гениталии – ингредиент для целого ряда полезных зелий. Надо же, как удачно мы встретились!

Любительница ночных прогулок вынула из-за пояса большой остро наточенный нож (всё же Марго была ведьмой, а не идиоткой). В тот момент, когда холодное лезвие оказалось как никогда близко к ценным для Альберта органам, он вдруг осознал, что нужно было выбирать скалолазание. Или макраме? Уж макраме точно безопаснее паркового эксгибиционизма.

– Если не возражаешь, я бы ещё немного крови нацедила. У тебя случайно пустого флакончика не найдется?

Альберт судорожно дёрнул головой, сожалея о каждом жизненном решении, которое привело его в этот ночной парк.

– Очень жаль, – расстроилась женщина. – Как насчет плоти? Ну, кроме этого, – она указала кончиком ножа на беззащитную паховую область Альберта. Гениталии Альберта тут же попытались сжаться и врасти в тело. – Может, пару пальцев? Мою новую кладовку надо заполнять. Начнем, конечно, с главного. Продолжай вот так придерживать, а я быстренько его отхвачу.

Альберт не стал слушать дальше. Он не хотел знать, чем (кем?!) эта жуткая женщина планирует заполнять свою кладовку. Он не хотел, чтобы она отхватывала ему что-то ножом. Выдавив хриплое «ывх!!!», Альберт Мышков развернулся и пустился наутек.

Вот так, из-за эгоизма некоторых Марго осталась без ингредиентов, без фамильяра, а спать ей оставалось меньше семи часов. Первый рабочий день явно не сулил ничего хорошего.

Глава 15. Близкое знакомство с работой

Герцогиня Марго

Так не честно! Она была милой и вежливой (очень старалась, во всяком случае). Она была любезной и внимательной (почти). Вместо того, чтобы приказывать, как подобало ей по праву крови, она говорила «спасибо» и «пожалуйста». Она ведь спросила, прежде чем отрезать пальцы щедрому голому мужчине, которого встретила в парке! Новая Марго была просто воплощением кротости и идеала. Да опекун, увидев её такой, от восторга упал бы в обморок! Тем не менее, в этом мире ей категорически не везло. Многообещающий голый мужчина бросил ни с чем, а народ почему-то не спешил падать ниц и прославлять её доброту, великодушие и прочие положительные качества. Сегодня утром, к примеру, герцогиню толкнули в автобусе.

– Осторожнее надо быть, де-е-евушка, – недовольно протянула та самая особа, что толкнула Марго. – Вы тут не одна вообще-то такая.

Марго покрепче стиснула зубы. За убийство в общественном транспорте в этом диком мире наверняка тоже полагался какой-нибудь штраф. Возможно даже больше, чем за шалфей в парке. Марго дождалась пока гнусная особа отвернется, а потом очень аккуратно сняла с ее плеча выпавший волос.

Нужно же на ком-то тренироваться. Она славно проведет вечер, насылая на автобусную хамку головную боль. Может ещё облысение? Ей срочно пора обзаводиться гримуаром. Выходя, она снисходительно бросила:

– «Такая» я однозначно одна. И вы в этом скоро убедитесь.

Настроение сразу немного улучшилось. Как же хорошо иметь планы. Может, она уже во время обеденного перерыва попробует наслать лёгкую порчу. Мелочь, а приятно.

На перекрёстке возле остановки Марго заметила книжный магазин и уже через несколько минут вышла оттуда с маленьким блокнотиком, на первой странице которого аккуратным почерком написала: «Кто». Затем она развернула блокнот и на первой странице с обратной стороны написала: «Что».

– Вот и славно. Теперь у меня есть два отдельных списка, которые однажды встретятся где-то посередине, – удовлетворенно хмыкнула она, предвкушая, как враги её встретятся в могиле.

Захлопнув блокнот, герцогиня убрала его в сумочку, поправила причёску, холодно улыбнулась своему отражению в витринном стекле, а затем решительной походкой направилась на работу. Правда ещё на пару минут остановилась, увидев привлекательную вывеску с обещанием бодрости и хорошего настроения.

– Маргарита Сергеевна, вы опоздали, – сообщил некто, которого Марго тут же безуспешно попыталась опознать.

Попытка была вялой и совершенно неубедительной. Марго категорически не желала опознавать всяких явно незначительных людей этим непозволительно ранним летним утром. Тем не менее, настроение у Марго было хорошее (вывеска не соврала) и она решила всячески нести доброту и свет в этот мир. По крайней мере, до тех пор, пока не улетучится действие кофеина усиленное сахаром.

– Задержалась, – ласково пропела она. – Погода дивная. А воздух? Вы видели этот воздух?

– Нет, я не видел воздух, – делая ударение на каждом слове, отчеканил начальник Маргариты Сергеевны. – Вы пьяны?

– Я? – удивилась Марго, совершенно позабывшая о существовании подобных стимуляторов. – Нисколько. Вы знали, что у нас тут на первом этаже чудесный кофе варят? С потрясающей пенкой и грушевым сиропом. Очень рекомендую.

Артем Дмитриевич тупо уставился на бумажный стаканчик в руках бухгалтерши и молча покачал головой. Маргарита Сергеевна вела себя странно и нетипично. Сначала смерть матери, потом еще недостача эта. Неужели не выдержала и сошла с ума от стресса? Вчера не явилась на работу, сегодня опоздала и несет какой-то бред про кофе и воздух.

– У вас... все в порядке? – осторожно спросил он.

Нет, если бухгалтерша спятила, это не страшно. Страшно, если она буйная. Маргарита Сергеевна не выглядела так, словно прямо сейчас начнет кидаться на людей, но кто их, этих сумасшедших, знает?

– Совершенно и абсолютно в порядке, – прочирикала Маргарита Сергеевна подозрительно жизнерадостно для человека, у которого долгов больше, чем у дурака фантиков. – Пойду работать. Так поработать захотелось что-то.

– Это очень кстати, – брюзгливо сказал оправившийся от первого шока Артём Дмитриевич. – У вас, между прочим, всё ещё есть обязанности. И я жду объяснений относительно недостачи. В противном случае, объясняться вы будете с соответствующими инстанциями.

– Конечно-конечно, – и сияющая бухгалтерша, помахав ему рукой, удалилась в свой кабинет.

Марго пребывала в эйфории. Нет, в её родном мире, конечно, тоже был кофе… Но это был простой унылый кофе со сливками… иногда сдобренный мёдом. А тут… Такое! Невероятная, кружащая голову сладость, подчёркивающая горчинку кофе и остающаяся на губах привкусом мечты. Такого, конечно, в её мире не было. Все-таки не зря она решилась на переезд. Общественный транспорт, безусловно, отвратительный, с этим придется что-то делать, но в остальном… ах, с этим можно работать. Кофе прекрасный, мода интересная, музыка разнообразная. И рилсы! Рилсы, это наверняка вообще какая-то ментальная магия.

Усевшись в кресло бухгалтерши, она немного покрутилась туда-сюда (кресло на колесиках оказалось довольно забавным), допивая кофе, а потом сосредоточенно нахмурилась. Представления о работе Маргариты Сергеевны у герцогини были весьма смутные. Нет, она, конечно, обещала этой дурочке, что наладит её жизнь и решит все плебейские проблемы, но в чём именно состояли эти проблемы, помнила плохо. А зря, ведь теперь это были проблемы Марго.

Включив компьютер, Марго потыкалась в разные иконки, а потом достала блокнот, откинулась на спинку кресла и принялась составлять список заклинаний первой необходимости.

– Тук-тук! – неизвестно зачем сказала незваная гостья уже после того как распахнула дверь кабинета.

Марго нарушение последовательности отметила, молча развернула блокнот нужной стороной и застыла с остро заточенным карандашом наготове.

– В чём дело? – мягко спросила она и широко улыбнулась.

К сожалению, Лилечка не знала, что именно так выглядит предвкушающая улыбка на лице её светлости. Кофе привёл Марго в доброе расположение духа, но прощать невежливость было не в её стиле, и здесь не помогла бы даже ванна капучино.

– Риточка, ты же помнишь, что я в этом месяце жду зарплату чуть-чуть раньше?

Если бы за фамильярность казнили, секретарша Лилечка была бы уже мертва. Несколько раз. Увы, законы несовершенны, и приходится брать всё в свои руки.

– Когда ведомости будут готовы, тогда и получите, – отмахнулась Марго почти дружелюбно. Дружелюбие это, впрочем, никак не относилось к Лилечке. Дело в том, что её светлость извлекла, наконец, из недр чужой памяти имя визитёрши, и теперь ей было что записать в блокнотик. Марго аккуратно вывела имя секретарши и добавила: – Выплаты будут произведены вовремя.

– Но мне нужно именно сейчас. Уверена, ты можешь войти в моё особое положение.

Марго нахмурилась и сосредоточенно оглядела девушку.

– Ах, особое положение, – наконец, протянула она.

Лилечка с облегчением улыбнулась. Скандалить она терпеть не могла. Куда приятнее сплетничать за спиной, но говорить гадости в лицо? Ни за что! Именно поэтому новая секретарша старательно сохраняла видимость доброжелательности с каждым коллегой, что, впрочем, не мешало ей считать их... ах, кем она их только не считала.

– Уверена, ты понимаешь, что Артем Дмитриевич оценит твою лояльность, – намекнула Лилечка, решив подсластить пилюлю. Конечно, бухгалтерше недолго осталось, но она-то этого ещё не знает. Дурочка, наверное, считает, что сумеет как-то вывернуться и не только не сесть, но и работу сохранить. Вон какая счастливая с утра прискакала. И вчера весь день где-то шлялась. – Кстати, как у тебя дела? Ты на днях какая-то подавленная была…

– Я? Съела, видимо, что-то не то. Не волнуйтесь, всё в полном порядке, – сияющая улыбка Марго начинала пугать Лилечку. – Хотите обняться? – и, не дожидаясь ответа, Маргарита Сергеевна вскочила на ноги и крепко прижалась к силиконовой груди ошеломлённой Лилечки.

Глава 16. Проблемы магов в современном мире

Герцогиня Марго

Когда шокированная странным поведением бухгалтерши Лилечка на одеревеневших ногах наконец покинула кабинет, Марго плюхнулась в кресло и довольно вздохнула. В руке она крепко сжимала волос.

– Интересно, а свечка в этой конторе найдётся? Я бы прямо сейчас могла лёгкую порчу навести. Хотя бы прыщи этой клуше организовать. Или ещё что-нибудь маленькое, но миленькое.

Без малейшего укора совести Марго принялась рыться в ящиках стола. В конце концов, теперь это её стол и её ящики.

«Бумажки, бумажки, бумажки. Ох, до чего же скучную жизнь она вела! Ничего интересного. И дома скука, и здесь. Неудивительно, что она готова была на всё, лишь бы сбежать подальше. Жалкое существо».

От нечего делать Марго захлопнула ящики и вернулась к компьютеру. Волосок она заботливо приклеила на кусочек канцелярского скотча, чтобы не потерять. На компьютере герцогиня нашла богами забытый пасьянс и с удовольствием принялась его раскладывать. Спохватилась только когда в животе заурчало.

«В этом мире питательным зельем не отделаешься, придётся настоящую еду есть. Интересно, как там бухгалтерша питается, если ещё не умерла? Наверное, в восторге от того, что ей подают. Она-то в жизни никогда таких яств не едала, у неё в холодильнике, как бы сказали местные, мышь уже мумифицировалась».

Ну откуда Марго было знать, что бухгалтерша в данный момент выцарапывает у властелина жалкий кусок полусырого зайца? Впрочем, беды Маргариты Сергеевны – это дело исключительно Маргариты Сергеевны. В конце концов, незачем было соглашаться на предложения первых встречных «фей».

Выкарабкавшись из кресла, Марго звучно хрустнула суставами Маргариты Сергеевны. «Какая она всё-таки старая и непутёвая. Могла бы в спортзал хотя бы ходить, а то подсунула мне не тело, а дрянь какую-то».

Ах, как быстро вчерашние беды становятся историей! Прошло совсем немного времени, а Марго уже выбросила из головы угрозу скорой смерти и возмущалась качеством заполученного хитростью тела. Тела, которое нужно было кормить.

А на офисной кухне пахло разогретыми в микроволновке рыбными котлетами и безысходностью. Во всяком случае, именно аромат безысходности отчётливо ощутила Марго, едва лишь переступила порог.

– Ждраштвуйте, Маргарита Шергеевна, – помахал вилкой неопрятного вида мужчина, широко улыбаясь. В глубине этой улыбки все желающие (и не желающие) могли увидеть полупережёванные трупы невинноубиенных рыбных котлет. Тошнотворное зрелище вызвало у неё тоску по родине и магии, которой можно было неугодного быстро и аккуратно прибить.

– Добрый день, – процедила она, бочком протискиваясь к булькающему что-то сердитое кулеру.

– Пообедать пришли, да? – решил продолжить беседу мужчина. Марго попыталась вспомнить, кто он такой и какую должность занимает, но безуспешно. Эти люди, как тараканы, ползают по своим углам и, несомненно, что-то делают, но вот что именно? На этот вопрос она ответить не могла. – И правильно, вам не помешает. Похудели как-то сильно. И отпуск не слишком помог. Уж не приболели ли? – словоохотливый тип все никак не унимался.

– Здорова, – сквозь зубы выдавила Марго, стараясь не дышать. Отравить этого белобрысого урода так, чтобы рыбные котлеты у него из всех щелей лезли. – Мать хоронила в отпуске, поэтому не до еды было, – в надежде избавиться от продолжения диалога, сообщила она.

Коллега – чем же он все-таки занимается? В этом офисе есть должность омерзительной твари? Он явно справляется – скроил сочувствующую физиономию и забормотал что-то подходящее ситуации. Дескать, сопереживает ее утрате и все в этом духе. И зачем лгать? Марго прекрасно видела, что дела ему нет до ее утраты. Он и знаком с Маргаритой Сергеевной плохо, иначе в ее голове хотя бы эмоциональные связи какие-то заискрились бы.

Одиночкой она была, эта Маргарита Сергеевна: работа, ипотека, дом, больная мать. С коллегами дружбу не водила: она никого тут особенно не любила и её никто не любил. Вежливо здоровались и прощались, вот и всё. Разве что на корпоративе могла парой слов ещё с кем-нибудь перекинуться. Кстати об этом…

– А у нас от дня рождения случайно свечек не осталось? – перебила она этого как его там.

Он озадаченно умолк – видимо, переход от мёртвой матери к свечкам именинным был слишком резким – но потом кивнул:

– У Сони в прошлом месяце как раз день рождения был. Ей двадцать два, а свечей в наборе двадцать четыре, как раз пара штук осталась, мы их в верхний ящик кинули, – и он указал на стол позади Марго.

– Спасибо... э-э-э…

– Саша, – напомнил он и добродушно улыбнулся. – Я тоже иногда от стресса имена забываю. Бывает, Маргарита Сергеевна.

Марго машинально отметила, что он к ней обращается по имени и отчеству, а представился просто именем. Не герцогиня, конечно, но приятно, что и здесь она не из последних. Не служанка какая-нибудь оборванная, а Маргарита Сергеевна. Похоже, бухгалтер – это уважаемый человек.

– Спасибо, Саша, – кивнула она и решила пока не травить его. Всё-таки со свечкой он действительно помог. И вопросов задавать не стал. Может, в приспешники его взять? У неё как раз должность свободная. Ни фамильяра, ни приспешника пока нет.

– А вам зачем свечки, Маргарита Серге…

– Медитировать буду, – зло бросила она и покинула пропахшую котлетами офисную кухню.

Ну что за человек? Почти приличным казался, а потом взял и всё испортил. Придётся, несварение желудка ему организовать, чтобы напрочь забыл как в микроволновке рыбу греть. И воспаление зуба тоже, чтобы с набитым ртом не говорил. Тошнотворное зрелище. У Марго даже аппетит пропал. Зато дикая и необузданная энергия появилась. О-о-о, она на этой злости сейчас столько наколдует!

Они ещё поймут, что такое истинная магия! Она маэстро магических искусств, она и есть сама магия!

– Так, что тут у нас? Возьми лист смоковницы, окропи настоем из листьев, что пьют повсеместно, сожги во пламени свечи волос недруга и прочти... И где я им смоковницу возьму? Это что вообще? Почему у них такая странная ботаника? – Марго прожигала взглядом экран монитора, но монитору опытного бухгалтера прожигающие взгляды были нипочем.

Воспользовавшись данным ей высшими силами знанием (и поисковой системой) Марго выяснила, что смоковница – это фикус, который в офисе найти проще, чем крысу в мусоропроводе (что для опытной ведьмы дело трех с половиной минут). Вооружившись листочком фикуса, чаем и свечкой, Марго начала творить магию. Поскольку волос Лилечки уже имелся, а наглость ее до сих пор жгла Марго сердце, начать она решила именно с секретарши.

– Облысение и акне, – мерзко захихикала Марго. – Тебе понравится, душечка.

Марго проделала манипуляции с листом, поднесла к пламени маленькой голубой свечки волос и принялась читать заклинание. В воздухе запахло жжёной пластмассой.

– Ах ты тварь! Ничтожество! Бесовское отродье! – вскричала разъяренная герцогиня, одним движением смахнув в раззявленную пасть мусорного ведра своё импровизированное магическое оборудование. – Жалкий червь!

– Маргарита Сергеевна, у вас всё хорошо? – деликатно поинтересовались, открывая дверь.

– Да-да, всё в порядке, – выдавила она, не глядя на посетителя и стараясь не слишком громко скрипеть зубами: – С отчётом небольшие проблемы. Тяжёлый день немножко, цифры никак не сходятся.

– Ах, понимаю, – послышался ответ. – Ну, не буду мешать.

Дверь закрылась и Марго заскрипела зубами. У мерзкой секретарши были дешевые наращённые волосы. Маэстро магических искусств только что всей яростью своего сердца прокляла кусок пластика.

Глава 17. Немного о вопиющей неблагодарности

Маргарита Сергеевна

Резким движением укушенный Властелин сбросил меня с плеча и с лёгким изумлением уставился прямо в глаза. Это было первое проявление живой эмоции в его исполнении. Хоть не голем, и на том спасибо.

– Ты меня укусила? – словно не в силах поверить в этот факт, он провёл рукой по плечу, смахнув пару выступивших капелек крови.

– Я нечаянно! – С готовностью повинилась я. Вот было бы из-за чего скандалить! Можно сказать , по-дружески куснула. – Случайно получилось.

Если бы он не подпрыгнул в тот момент, перепрыгивая что-то, у меня бы зубы не клацнули. И вообще, это я тут потерпевшая! Честное слово, чуть зубы не сломала и чёлюсть не вывихнула! Как можно быть таким твердокаменным?!

– Ты меня укусила! – повторил он.

– Ну, укусила, и что? – Возмутилась я. Что тут такого? У меня есть зубы, значит я могу кусаться. Вот если бы я была беззубым младенцем, можно было бы удивляться. – Если бы мне дали поесть, я бы кусала еду! – Попыталась намекнуть я.

– Еда? Хорошо.

Он повернул голову, к чему-то прислушиваясь, а потом щёлкнул пальцами.

Из куста выпрыгнул заяц. Тощий, голенастый и какой-то облезло-пятнистый.

Пока я пыталась понять, что за представление тут происходит, Властелин протянул руку и, схватив зайца за голову, резким движением свернул ему шею. Короткий хруст – и тушка зайца упала мне под ноги.

– Ешь!

Я отшатнулась, с трудом сдерживая тошноту.

Нет, я вообще не моралист и не вегетарианец, я понимаю, что мясо до того как попасть ко мне на стол обычно бодро прыгает и бегает… Но вот прямо так сразу?

– Что, прямо так? – я взглянула в полыхающие бешенством глаза Властелина, как-то резко поняв, что если я немедленно не начну жрать добычу, меня снова начнут полировать ужасом. Как бы ему потактичнее объяснить, что от вот этих его действий у меня в кишечнике происходят необратимые изменения, несовместимые с длительным путешествием? Проще говоря, на запор мне жаловаться не придётся. Даже наоборот. Но идти с этим всем я не смогу. Совсем.

– Можно я его хотя бы почищу? – Робко поинтересовалась я. Ещё неплохо бы было потушить в грибном соусе… Но для начала стоило определиться: а не больное ли это животное. Выглядел он каким-то заморенным и лишайным.

Интересно, этот бешеный про термообработку слышал? А про паразитов и болячки, которые можно подхватить от сырого мяса диких животных? Я даже тартар в ресторанах не стала бы заказывать (не то чтобы я ходила в рестораны, мне это не по карману).

– Женщина, не испытывай моё терпение! Если ты не будешь есть, я сочту, что ты не голодна и просто издеваешься.

– Ладно, – вздохнула я, поняв, что действительно не настолько голодна, чтобы жрать сырое мясо с приправой из шерсти. – Ешь сам. Ты, наверное, тоже проголодался.

Тихое бешенство в глазах Властелина резко сменилось вполне нормальным человеческим удивлением.

– Ты обо мне заботишься, женщина? – Прогудел он.

Ну, можно сказать и так. Это же всем давно известно: голодный мужик – злой мужик. Может он действительно оголодал, летаючи туда-сюда?

– Эм-м… Я бы могла ещё лучше позаботиться, если бы у меня был котелок, вода и немного времени, – осторожно намекнула я.

– Хорошо, – неожиданно кивнул он и скрылся в кустах.

И вот что это значит? Он пошёл за водой или решил просто оставить меня в лесу? Я осторожно потыкала палочкой кролика. Боже мой, я никогда в жизни не занималась разделкой животных! Скажите, почему тут нет супермаркета?

– Девочки! – обратилась я к змейкам. – Мне нужно приготовить кролика. Нужен огонь.

– Ты в с-состоянии добыть с-сколько угодно огня! – Свистнула Долли.

– Мне нужно не сжечь всё вокруг, а костёр развести, – буркнула я. – Нужна помощь. Эх, вот куда этот крылатый упёрся? С его мускулами он бы мне вмиг целое дерево притащил! А так…

С сушняком тут были проблемы. Нет, поваленных деревьев вокруг было в избытке, но все они были поражены какой-то гнилью и плесенью. Ну да, и земля кое-где начинала похлюпывать, чего я раньше не замечала. Это и в самом деле болото какое-то. А я ещё мечтала, что грибы смогу найти!

– С-собирай, что ес-сть, – порекомендовала мне Долли. – Выс-сушим!

В результате я насобирала целую кучу гнилья, а потом мы вместе со змейками приводили это в порядок. Они учили меня не выплёскивать силу разом, чтобы не испепелить всё к чертям собачьим, а я старалась не материться громко, когда у меня не получалось. Ко всеобщему удовольствию нам в результате удалось развести костёр. Правда змейки сказали, что они выдохлись, и отправились отдыхать обратно на мои запястья. Что-то как-то им ненадолго «заряда» хватает…

Только я примерилась к кролику, намереваясь начать его потрошить, к костру шагнул временно забытый Властелин.

– Держи, – он протянул мне… Шлем. Человеческий такой, вернее, рыцарский шлем, даже слегка подзаржавевший местами. Это утешает, значит, не удавил никакого бедолагу ради посудины. – Котелка нет.

– С-спасибо большое, – Я приняла шлем и не смогла удержаться, чтобы не заглянуть в него. Шлем был наполнен водой.

Боже мой, мне кажется, или там плавает пара волосков? На листики ряски я, так и быть, закрою глаза. Буду считать это приправой. Но волосы…

Сглотнув, я выудила волоски и пристроила шлем на угольях. Будем считать, что кипячение поможет… О, дайте, дайте мне спирт или хлорку!

Но мне предстояло разделать ужасного негигиеничного зайца. Я, конечно, заранее опалила на нём шерсть (пережив дикую вонь), и теперь тушка выглядела ещё более тощей и непрезентабельной.

«Мамочки! – думала я, вонзая в живот зайца свой кинжал. – Ну почему нельзя сразу положить меня на жертвенник?! Минуя вот эти все нюансы? Это же само по себе пытка!»

Но никто не спешил спасти меня. Властелин, всучив мне этот своеобразный котелок, снова куда-то исчез. Возможно, чтобы не видеть мою кривую физиономию, но тут я не могу его винить. Сама бы сбежала, но пока непонятно, куда.

Через какое-то время я поняла, что в заветах предков таится великая мудрость. Ибо выражение «глаза боятся, а руки делают», я смогла подтвердить опытным путём. Худо-бедно освежевала зайца, запихала его в котелок… в шлем, то бишь. И задумалась. Нужна соль, нужны приправы, нужна крупа какая-нибудь. Где взять?

– Долли, Молли! – Воззвала я к змейкам. – Здесь есть какие-нибудь съедобные корнеплоды? И соль нужна!

– Соль у тебя в мешочке есть, – сонно буркнула Молли. – Лучшее, что можно придумать для очищения пространства… но в еду тоже можно.

– Осоку найди! – Так же сонно порекомендовала Долли. – Клубни можно есть.

Прекрасно. Теперь мне нужно искать осоку!

С помощью сонных змеек я нашла осоку и выкорчевала несколько кустов из земли. Некоторое время раздумывала: стоит ли искать воду, чтобы помыть клубни, или среди прочего и земля сойдёт за приправу… Природная брезгливость победила и я отправилась на поиски воды. Какая-то грязноватая лужа, встретившаяся мне по пути, предоставила воду для чистки клубней, и вот уже через каких-то пару часов я сидела перед булькающим варевом, помешивая угли и с удивлением принюхиваясь к довольно аппетитным запахам.

В процессе блужданий по болотам я нашла что-то вроде дикой малины, шалфея и, возможно, барбариса. Всё пошло в котелок. Ботаник из меня тот ещё, поэтому я надеялась, что случайно не насобирала каких-нибудь волчьих ягод. В общем, оснавная мысль, которую я упорно думала, это: «убивается ли яд кипячением?» В конце концов, плевать мне на Властелина, но я бы тоже хотела поесть.

Аккурат в тот момент, когда я поняла, что мясо и клубни уже сварились, появился и сам Властелин. Потрясающее чувство времени!

– Пахнет неплохо, – сообщил он, и, не заморачиваясь какими-то там прихваточками и рукавичками, снял с костра импровизированный котелок и сделал здоровенный глоток варева.

Пока я, открыв от изумления рот и хлопая ресницами, смотрела, как он держит в голых руках раскалённый шлем, прихлёбывая из него кипящий бульон, этот тип умудрился прикончить почти всё содержимое.

– Волчью смерть ты, конечно, зря добавила, – глубокомысленно отметил он, обсасывая заячью голову. – Она кислит немного. Вороний глаз лучше будет… Но вот эти корешки – это душевно. Что это? Надеюсь не какой-то яд? Просто на меня яды не действуют. Так, на будущее, чтобы время тебе сэкономить…

Он сделал последний глоток из котелка и с удовольствием облизнулся.

– Ну что, можно идти дальше.

– А я? – Шёпотом пробормотала, изо всех сил пытаясь сдержать слёзы. – А мне? Я ведь тоже хотела есть!

– Да? Ты же сказала, что за мной хочешь поухаживать. Что, обманула? Мда, женщины… Ну, тут, вроде, что-то осталось, – Властелин заглянул в опустевший котелок и протянул его мне. – Держи. Только не задерживайся.

Мне очень, очень хотелось надеть котелок на его тупую самодовольную голову. Но если там оставалось хоть что-то, я не могла рисковать.

В котелке оставалась пара ложек бульона, кусочек зайца и один раздавленный клубень. И всё это я проглотила, не чувствуя вкуса, с остервенелой жадностью человека, которого морили голодом. Меня, в принципе, и морили.

И вот когда я уже была готова швырнуть пустым котелком в этого крылатого троглодита, который только о себе и думает, оказалось, что он уже ушёл.

Швырнув опустевшей тарой ему вслед, я развернулась и отправилась в противоположном направлении.

Глава 18. Сказки Проклятого леса

Маргарита Сергеевна

Некоторое время я довольно бодро шла по лесу, не замечая препятствий. Злость и обида бурлили внутри, образовав довольно взрывообразный коктейль. Даже жалко было, что этот обжора-властелин ушёл, а то бы я высказала ему пару ласковых. И пусть только попробовал бы меня этим своим ужасом утюжить! Я всё-о, всё-о бы ему высказала! Зайца мне добыл?! Мне! Сырого-то сам не стал жрать, цаца великая! А как ему приготовили, так накинулся! Троглодит! Скотина! Змеюка крылатая!

Да мать же вашу, что за хрень?!

Я отпрыгнула, машинально отмахиваясь от стайки мелких пташек, налетевших на меня невесть откуда. Пташки улетать не собирались. И вообще явно меня не боялись. Может они гнёзда защищают?

Я выдрала пук какого-то папоротника и начала размахивать им, неожиданно поняв, что в лесу как-то неуютно стемнело, а у пташек какие-то странные крылья… и глаза как-то нехорошо сверкают красным, прямо как у моих змеек! И тут парочка пташек с мерзким тонким чириканьем вцепилась мне в волосы, а ещё одна повисла на рукаве, довольно бодро начав пробираться по руке выше. Мамочки! Да это же летучие мыши!

– А-а-а!!! – Заверещала я во всю мочь своих лёгких, одним движением отодрав мерзкую тварь с рукава и зашвырнув её в кусты. – А-а-а!!! – Трясясь от отвращения и негодования, выдрала бьющиеся в моих волосах комки (по-моему, вместе со щедрым пучком собственных волос) и отправила их вслед за первой мышью.

Летучие мыши, не впечатлённые ни звуковой атакой, ни моим атлетическим метанием их сородичей, с удвоенной силой забесновались вокруг меня.

– Ах так! – сцепила зубы я. – Ну получите, з-заразы!

Одним рывком выдрала из земли ближайший куст и начала размахивать им, пытаясь прибить как можно больше вёртких злобно пищащих тварей. Твари ловко уворачивались и убиваться не желали.

– Марго! – Завопила внезапно ожившая на моём запястье Долли. – Ты что твориш-шь?! Огонь! Сожги их!

– Мне… уфф… нужно сосредоточиться! – Ответила я, продолжая размахивать кустом. Куст оказался тяжеловат, и я уже начала уставать.

– Не говори глупос-стей! Нет времени! Это же вампирцы!

– Кинжал дос-стань! Поможет! – Добавила Молли с левого запястья.

О, точно! Кинжал!

Я выхватила из ножен своё оружие, мгновенно увеличившееся в размерах, и взмахнула им, как волшебной палочкой, заорав:

– Огонь! Хочу огонь!

И вокруг меня восстала стена огня.

– Гаси! Гаси! – Хором заорали змейки.

– Я не знаю, как! – Запаниковала я. Мои приказы игнорировались и самим огнём, и кинжалом, и всеми божествами, которых я попутно призывала. Ну, возможно, божества были не местные, а в призывах я использовала только мат и предлоги… Но мог же хоть кто-то почувствовать, что я тут на грани?! Какие они после этого божества?!

Волна рыжего пламени послушно следовала за кинжалом, когда я взмахивала им, приказывая прекратить огонь. Это было невероятно красиво, и я даже бы могла оценить красоту представления, если бы не испытываемый мной ужасный стресс.

– Я сейчас тут лесной пожар устрою! – Я была на грани истерики.

– Размечталас-сь… – буркнула Долли. – Вампирцев прогнала, уже хорошо. Не с-суетис-сь!

– Да прос-сто брось ты вс-сё это, – посоветовала Молли. – Просто убери кинжал и иди с-себе.

Я тихо икнула и сделала невероятное: запихнула полыхающий огнём кинжал в ножны. К моему удивлению, кинжал послушно уменьшился, перестав фонтанировать огнём. А вот огонь вокруг меня продолжал весело гудеть и потрескивать.

– Ну чего вс-стала? С-ступай отс-сюда!

– Я боюсь! Это же огонь!

Обе змеи (змеюки!) вместо того, чтобы поддержать и утешить, бесцеремонно заржали. Угу, я тоже не думала, что змеи умеют ржать. Но это были очень волшебные змеи, они справились.

– Ты с-стоишь в центре пламени уже полчас-са! И даже волос-сы не опалила! – Указала мне на очевидное (для неё!) Долли.

– Ой, и правда! – До меня вдруг дошла вся нелепость ситуации.

Это феноменально просто, так лохануться! Но в свою защиту я могла сказать только одно: я в жизни не имела дела с магией. Ну вот кроме как в последние пару дней. И эти дни были для меня безумным стрессом, даже если не брать эту магию в расчёт.

– Я просто не привыкла к магии, – попыталась оправдаться я, осторожно проходя сквозь кольцо пламени. К моему удивлению, не почувствовала вообще никакого жара. Так, лёгкий нежный ветерок.

– Привыкай с-скорее, иначе плохо придётс-ся, – порекомендовала Молли. – И нам в том чис-сле. Мы от тебя завис-сим!

Хорошо, я по… постараюсь.

Выйдя из центра огненного торнадо, я с ужасом посмотрела на эту расползающуюся по лесу стихию.

– Вы уверены, что это не нужно как-то потушить? – Промямлила я. – Ну лес же всё-таки! Тут зверьки разные живут… Зайцы там…

– Тут только вот такие зверьки! – Прошипела мне на ухо Долли, перебравшаяся на плечо. – Обернис-сь!

Я обернулась. И чуть не прыгнула обратно в пламя. Там хоть было уютно и привычно. И не было никаких жутких животин, выглядевших как помесь чёрного лохматого паука без лап и акулы. От акулы были только зубы. Много зубов. Хватило бы на небольшую стаю волков. От паука были глаза. Очень много глаз! И смотрели эти глаза на меня, словно дива после многодневной строгой диеты на доставленную пиццу.

– А-а-а! – Заорала я на грани ультразвука, выхватив моё единственное оружие.

Одновременно этот зубастый кошмар прыгнул, разинув пасть, в которую легко бы поместились штуки три таких, как я.

Я зажмурилась, успев только машинально выставить перед собой кинжал, но его мгновенно вырвало у меня из рук.

…Прошла секунда. Другая. Я слышала как лес шелестит листочками и что-то поскрипывает вдали. Судя по ощущениям, меня не съели.

– Ну долго ты тут будешь стоять, как замороженная? – Вывел меня из ступора недовольный голос Долли. – Давай бежать отсюда, пока ещё кто-нибудь не появился по наши души!

Я осмелилась приоткрыть один глаз.

Прямо передо мной огромной неряшливой лохматой кучей лежал этот зубастый кошмар, и прямо из него торчал мой кинжал (я узнала его по камню в навершии!), увеличившийся до размеров хорошего двуручного меча.

От этой картины у меня похолодело в желудке и где-то ещё ниже.

– Не забудь кинжал забрать! – Порекомендовала Молли. – Я ж говорила, что хорошая вещь! Даже от чудовищ Проклятого леса помогает!

– Да, – нервно хихикнула я. – Помогло, однако… А он точно мёртв?

Вот чего мне не хватало, так чтобы как в лучших фильмах ужасов это чудовище ожило в последний момент и оттяпало у меня всё выше талии. У меня, конечно, очень красивые ноги, но голова на своём месте мне нравится больше.

– Если бы оно не сдохло, – философски заметила Долли, – то сдохла бы ты. Так что не бойся.

Воодушевившись этим своеобразным утешением, я сделала робкий шажок к туше. Ноги подгибались, руки тряслись, и вообще я хотела бы оказаться сейчас подальше отсюда. Не успела я ухватиться за рукоять меча (который мгновенно выскользнул из туши и маленьким кинжальчиком юркнул мне в ладонь), как сзади бодро рявкнуло:

– Ну сколько тебя ждать можно? Побыстрее идти нельзя?

Я дёрнулась от неожиданности, выронив из дрожащих рук кинжал, и обернулась.

Передо мной стоял Властелин всей своей полуобнажённой персоной. Нашёл таки! Пытаясь скрыть дикую смесь испуга, раздражения и странного облегчения, я присела, пытаясь найти в траве ставший таким компактным кинжал.

– О, да ты охотиться пошла! – Властелин заметил убиенного монстра. – Молодец! А я думал ты просто так сказала, что голодная. Только зря ты мохряка добыла. В нём же кроме шерсти, зубов и яда практически ничего нет. Он тебя не кусал? – В голосе Властелина послышались заботливые нотки.

– Если бы он меня укусил, то меня бы уже просто не было, – намекая на разницу в размерах, буркнула я, наконец нащупав кинжал и поднявшись.

– Не царапал? – Продолжал допытываться Властелин. – У тебя кровь на шее.

Я шлёпнула себя по шее рукой, действительно нащупав влажное и скользкое. Чёрт, похоже какая-то из летучих мышей цапнуть успела! Я же так от них отмахивалась! Но вот почему я ничего не чувствую, и почему кровь не свернулась?

– Ле-летучая мышь наверное, – промямлила я, чувствуя, как заплетается язык и начинает кружиться голова. Это всё от стресса!

– Вампирцы? – Озадаченно приподнял бровь Властелин. – Не может быть! Где они? Вампирцы просто так не улетят.

«Они и не улетели», – хотела сказать я, но вокруг почему-то стремительно стемнело, и всё куда-то исчезло.

Глава 19. Властелин на побегушках

Маргарита Сергеевна

Меня качало. Нет, пожалуй, меня укачивало. Не открывая глаз, я пыталась вспомнить, за каким дьяволом полезла в лодку. Почему я в лодке? Я убилась горем и решила сплавляться по порогам? Нет, не может быть. Какие могут быть пороги в стольном граде… ну, разве что та большая лестница… Боже, мне сейчас будет плохо! Почему так качает?! Куда я плыву? Уберите это море, я на него не соглашалась!

Накатил очередной приступ тошноты, и я наконец додумалась открыть глаза… И упёрлась взглядом в волевой подбородок, вид снизу. Кроме подбородка была шея. Мощная мужская шея в обрамлении светлых волос.

Платиновый блонд, – машинально отметила я, испытав лёгкий укол зависти. Такой достаётся или в редкой генетической лотерее или оплачивается безумными деньгами… и то далеко не всегда получается. Я, например, могла о таком только мечтать. Вот скажите, зачем такая красота мужику? Они же не ценят!

Мужику? Откуда мужик?.. О боже! Оттуда!

Воспоминания вылились на мою голову почище ведра ледяной воды. Это же Властелин! И он что… Он меня несёт? Вот прямо на руках? Не перекинув через плечо?

Впрочем… это как раз дальновидно. Неси он меня, как однажды, я бы уже точно обблевала ему всю спину. Зачем он меня несёт?

– Отпусти меня! – Я хотела рявкнуть, но очередной приступ тошноты несколько смазал картину и получилось… томно и слабо.

Вид на мужественный подбородок снизу сменился на вид на не менее мужественный греческий нос и безбожно синие глаза.

– Очнулась! – Констатировал он. – Зачем ты дала вампирцам себя покусать?

– Они разрешения не спрашивали! – Возмутилась я. – Поставь меня на ноги, мне плохо!

– Я не понимаю, почему тебе плохо, – с плохо скрываемым раздражением сообщил Властелин. – Это всего лишь вампирцы. Нужно было запретить им кусаться… Ты странная, – добавил он, с подозрением нахмурив брови. – Не смогла разобраться с вампирцами, но с одного удара завалила матёрого мохряка. Зачем тебе понадобился мохряк?

– Он первый начал! – Возмутилась я. И что значит запретить кусаться? Это как в том старом анекдоте про дракона? Если не хочешь быть съеденным, так и скажи, тебя из списка вычеркнут. – Да поставь же меня на землю, наконец, или меня сейчас стошнит прямо на тебя!

С резвостью, недостойной джентльмена, Властелин выполнил требование и быстренько отступил в сторону.

Но мне уже было не до этого. Я увидела кусты и, пошатываясь, почти рухнула в спасительную завесу листвы. Упругая ветка подхватила меня под грудь так, что я на ней повисла… и наконец смогла облегчить свои чувства.

– Боже мой! – Я вытерла выступивший на лбу холодный пот. – Я знала, что этот заяц ядовитый! Это только Властелин может не только расплавленный металл жрать, но и чумную животину схарчить без вреда для желудка!

– Это вампирцы, – прошипела Долли с запястья. – Они ядовиты. Но я не понимаю… Они ядовиты для светлых, а у тебя тёмная магия.

– Вы мне лучше скажите, как этот тип меня нашёл, – простонала я, присев на низкую пружинящую ветку и обмахиваясь первым попавшимся под руку лопухом. – Я же хотела от него сбежать!

– Боюс-сь сбежать не получится, – печально признала Молли. – У вас-с, похоже, с-связь. Контракт должен быть выполнен.

– Куда бы ты ни пош-шла, вернёш-шься к нему, – добавила Долли.

– Скажите, какой осёл подписал этот контракт, не заглянув в мелкий шрифт?

– Твой опекун-с-с, – прошипела Долли.

– И почему я не удивлена? – Пробурчала я. – Ладно. Если сбегать смысла нет, то…

– Ты долго там ещё будешь? – Раздался голос теряющего терпение Властелина.

Я закатила глаза. Этот тип и живого, и мёртвого достанет!

– Дайте мне спокойно умереть! – Рявкнула я.

– Что, и ужинать не будешь? – Ехидно поинтересовался Властелин с той стороны кустов.

– А что на ужин? – Заинтересовалась я, робко выглянув из своего зелёного укрытия.

– Хлеб и сыр, – Властелин помахал в воздухе объёмным узелком. – Крестьяне в деревне просто умоляли меня взять. Они ещё просили взять корову и козу, но ты же не ешь мясо?

– Я не ем сырое мясо, – медленно покинув кусты, я осторожно приблизилась к Властелину. – А жареное – очень даже.

– Ну значит я правильно корову не стал брать, – довольно кивнул тот. – За один раз я столько не съем, а таскать с собой лишнее не привык.

При этом он одарил меня таким взглядом, что, по-моему, каждый куст вокруг понял, что, вернее, кто здесь на самом деле это “лишнее”.

Но я человек не гордый (в данном конкретном голодном и измотанном состоянии), поэтому довольно резко забрала у него из рук узелок с едой и, распотрошив его, вгрызлась в хлеб и сыр. Хлеб был чёрствый, сыр – с плесенью (и отнюдь не благородной), но мне казалось, что ничего вкуснее я не ела в жизни.

– А вода тут где-нибудь есть? – Пробубнила я, пытаясь проглотить слишком рьяно откушенное.

Властелин одарил меня задумчивым взглядом.

– Ты же не можешь пить из болота, да?

Я чуть не поперхнулась едой. Хочет меня дизентерией наградить? Как же домой хочется! Латте на кокосовом молоке и большую вафлю с лососем, пожалуйста. А сырое мясо и болотная водица пусть остаются этим вот.. Властелинам.

– Я немножко не так воспитана, – буркнула, понимая, что ещё чуть-чуть, и мне самой придётся искать приемлемый источник воды.

– Я так и подумал, – хмыкнул Властелин. – Сиди тут, сейчас вернусь.

Он сделал шаг в сторону чащи, но напоследок обернулся:

– Сиди я сказал! И даже не вздумай куда-то уходить! Здесь полно вампирцев вокруг, закусают! – И он растворился среди деревьев.

– Он прав, – прошипела Долли. – На эту полянку от повесил заклятие, но я чувс-ствую, как вс-сякие твари бродят вокруг!

– Ночью в Проклятом лес-су ос-собенно опас-сно! – Добавила Молли.

– Ночью? – Я осмотрелась и пришла к выводу, что действительно ночь. Моё неожиданно изменившееся зрение сыграло со мной странную шутку: я всё видела, а раз я всё вижу, то какая ж это ночь? Но, судя по подмигивающим мне сквозь кроны деревьев звёздам, это таки была ночь. И мне сразу же захотелось спать. Вернее, пить и спать.

– Долли, я там прихватила с собой целую сумочку трав… Там, случайно, нет чего-нибудь, чтобы вода стала безопасной для питья?

– Есть бутылочка с жёлтыми шариками. От любого яда спасёт.

– А от глистов и кишечной палочки? – Мой вопрос был риторическим.

– А что такое глисты и палочки? – заинтересовалась Молли.

На поляне бесшумно материализовался Властелин. В руках он держал… Шлем. Боже, у него склад их, что-ли, где-то неподалёку? Пункт приема металлолома, который мой Властелин граби… то есть, ему крестьяне из пункта приема сами все отдают.

– Пей, – протянул он мне полный воды сосуд. – Я убил в этой воде всё живое.

С такими талантами он в властелинах просто пропадает. Мог бы податься в сельское хозяйство, чистил бы поля от колорадских жуков, мог бы в городское благоустройство, убивал бы клещей в парках, а этот дурачок Властелином стать решил. Тьфу!

– Точно-точно? Даже то, что нельзя увидеть обычным взглядом?

– От меня ничто не может укрыться, – сообщил Властелин тоном, каким сообщают, что чайник закипел.

Спорить мне не хотелось, поэтому я просто взяла шлем с водой и бросила в него рекомендованную змейками таблетку. И с короткой молитвой сделала первый глоток.

Вода была… Никакая. Словно в ней не было вообще ничего. Дистиллированная. Трижды. Размышляя, выживают ли кишечные палочки и холерные вибрионы при дистилляции (и почему я никогда не интересовалась биологией и химией?), я выпила всю воду. В конце концов, если он хотел пить сам, мог напиться там, откуда эту воду принёс.

– Спасибо большое, – вежливо поблагодарила я и начала осматриваться, куда бы поудобнее прилечь на ночь.

К сожалению, спального мешка (или даже захудалого одеяла) я не захватила. Знаете ли, рассчитывала быстренько метнуться до алтаря, а уж там действовать по обстоятельствам. Меня никто не предупреждал, что до алтаря придётся тащиться на своих двоих, да ещё и отбиваясь попутно от всякой клыкастой дряни. Всё-таки это только в кино жертва прекрасна до слёз. А в жизни пока до места дотопаешь, похудеешь, подурнеешь и последнее исподнее на тебе протрется. Лежи потом на жертвенном столе в рваном белье и с грязной головой.

– Ну всё, ты готова? – Нетерпеливо поинтересовался Властелин. – Идём дальше.

– Да ты что?! – Вскинулась я. – Я никуда не пойду! Я устала и хочу спать. Не знаю, кем ты меня считаешь, но я просто человек, а не какая-нибудь супервумен. Мне нужно есть, пить и спать… ну и ещё кое что по мелочи. И регулярно.

– Что такое супервумен? – Живо заинтересовался Властелин. – Нежить какая-то?

Глава 20. Об этом меня не предупреждали!

Маргарита Сергеевна

…Наше путешествие по лесу длилось уже второй день. Наученная горьким опытом, я больше не пыталась убегать. Присутствие Властелина рядом гарантировало, что всякие крупные и мелкие зубастые твари резко меняли маршрут следования и заблаговременно исчезали с пути. Я бы, может, ничего не заметила, но Долли и Молли исправно оповещали о присутствии опасных существ, восторгаясь силой и могуществом Властелина.

– Может к нему пойдёте? – Буркнула я, когда мне надоело выслушивать дифирамбы этому чурбану.

Нет, чурбан таки понял, что рядом с ним хрупкая (в меру) девушка, а не какая-то там запредельно выносливая хтонь вроде него самого. Поэтому перестал настаивать на непрерывных марш-бросках и даже приносил воды. Хлеба и сыра мне хватило на весь день, а рисковать и просить Властелина о чём-то ещё я не стала. Хватило с меня того зайца.

К середине третьего дня мы вышли на довольно просторную поляну, поросшую травой и молодыми деревцами. Когда-то давно тут бушевал огонь – тут и там из травы торчали обугленные остовы крупных деревьев. На одном из таких остовов сидела здоровенная чёрная птица, похожая на ворона.

Завидев нас, она раззявила клюв и издала звук, больше похожий на собачий лай, но не это привлекло моё внимание, а тот факт, что клюв этой милой птички был полон белоснежных острых зубов. Я была настолько ошарашена этим зрелищем, что споткнулась и со свойственной мне грацией грохнулась на четвереньки… Столкнувшись нос к носу с валявшимся в траве черепом. Вполне себе человеческим и наверняка настоящим (сомнительно, чтобы кто-то разбрасывал в глухом лесу искусственные скелеты).

Взвившись с придушенным хрипом на ноги, я с высоты собственного роста увидела и остальные части, обычно идущие в комплекте с черепом. Например довольно сильно погрызенную берцовую кость, торчащую из изрядно изломанной грудной клетки, еле прикрытой обывками кольчуги. С ужасом представив, какой силой нужно обладать, чтобы так разорвать железо, я нервно заоглядывалась в поисках Властелина. Нет, я понимаю, что этот скелет лежит здесь очень давно… Но вдруг тот, кто схарчил этого беднягу, до сих пор наведывается на эту полянку: а вдруг ещё консерву подадут?

Властелина я увидела неподалёку. Он с кислым видом пялился на меня, очевидно ожидая, пока я не насмотрюсь всласть на скелет.

Ой, а вон ещё один! И ещё! Да тут, похоже, целая битва была! Боже мой, как неприятно.

Осторожно лавируя между скелетами рыцарей, я вдруг наткнулась на шлем, до боли напомнивший мне тот, в котором я варила кролика, и тот, в котором Властелин принёс мне воду. Поражённая неприятной догадкой, я снова подняла взгляд на скучающего Властелина.

– Это ты отсюда мне приносил… кхм… посуду?

– Да нет, не отсюда, – пожал плечами тот. – Тут полно таких мест. Но ты не переживай, я сполоснул в ближайшем болоте. Я же понимаю, что женщины помешаны на чистоте… Ну, ты тут закончила любоваться? Нам нужно поторопиться.

Санэпидемстанцию бы на него натравить. Тогда бы увидел людей, действительно помешанных на чистоте.

Пытаясь подавить тошноту и не придумав достойного ответа, я засеменила за Властелином, тщетно пытаясь развидеть картинки, услужливо подкидываемые мне буйным воображением. Просто убейте меня поскорее, а? Прежде, чем я скончаюсь в муках от трупного яда, чумы или тифа.

Вам говорили быть осторожнее со своими желаниями? Вот и мне говорили. А я не верила. Вот зря я пожелала насчёт «поскорее». Потому что уже ближе к полуночи Властелин, упорно не желавший останавливаться на ночлег, торжественно провозгласил:

– Ну вот мы и на месте!

Я было сдуру подумала, что теперь-то можно дожевать остатки хлеба с сыром и наконец лечь спать… Но безжалостная луна ярко осветила поляну, на которую мы вышли… и открывшийся вид чуть не заставил меня бросить всё и ломануться обратно в лес – и будь, что будет… Но меня крепко удержали за локоть. Похоже, Властелин ожидал именно такой реакции. Так подумать, неудивительно: скольких таких вот «жён» уже скормил этому жертвеннику!

Именно скормил! Передо мной лежала чёрная гранитная (или мраморная – я в камнях не разбираюсь) плита в виде… кхм… советского знака качества. Значило ли это, что меня качественно убьют? Своего ради гарантия? Я бы посмотрела сбоку плиты на наличие ГОСТа, но не могла отвести взгляд от главного. Огромных, нет ОГРОМНЫХ челюстей раскрытых прямо над верхним лучом этого «знака качества». Возможно, когда-то это был грот в нависающей над жертвенником скале, который умельцы позже художественно оформили. Даже чересчур художественно! Огромные зубищи так и сверкали в свете луны, наводя на мысль о том, что все эти клыки сделаны из острейшего металла…

И атмосфера… На этой поляне явственно чувствовался тот же мрачный, вымораживающий, сковывающий по рукам и ногам ужас, каким любил похвастаться наш Властелин. За эти несколько дней в его компании я слегка привыкла, что он периодически фонит вот этой гадостью. Возможно даже он это делал не специально, может это у него как… кхм… ну, скажем, чихание. В общем, я научилась это переносить (со скрежетом зубовным, но без паралича тела и мыслей, как в самом начале), хотя с превеликим удовольствием обошлась бы. Но главное, я совершенно не желала на этот самый жертвенник ложиться. Мало того, что он выглядел откровенно холодным и неуютным (никто же не додумался постелить на каменную поверхность какой-нибудь матрасик), но и откровенно пугающим. У меня создавалось впечатление, что эта пасть вот-вот клацнет зубами и над ней загорятся злобные алые огни-глаза. Да-да, эта штука ощущалась живой. Более того, в широко открытой пасти пугающе шевелилось что-то тёмное…

А можно сказать, что я передумала? Мамочки, я хочу домой! Я даже на тюрьму согласна! Что, я говорила, что доберусь до алтаря и буду действовать по обстоятельствам? По таким обстоятельствам я действовать отказываюсь! Какого дьявола этот тип держит меня за руку так, словно я уже убегаю? Я ведь даже ещё не пыталась! Дайте мне хоть попытаться! Я попробовала позвать своих змеек – дохлый номер. Они не шевелились, словно всю жизнь были просто красиво вырезанными деревянными браслетами.

Но пока я отвлекалась на змеек, пропустила самое главное: каким-то непонятным образом я таки очутилась на алтаре. И, да, он был ледяным! Именно таким, каким я себе и представляла. Я просто почувствовала, как меня скручивает радикулит! Или это жертвенник шевелится подо мной? Мамочки!

Я попыталась дёрнуться, сделать хоть что-то, и не смогла. Это было как во сне, когда ты всё чувствуешь, понимаешь, когда к тебе подкрадываются эти твари из темноты, а ты не можешь даже пошевелиться. Может я сплю? Нужно срочно просыпаться! Чёрт, даже ущипнуть себя не могу!..

Надо мной неожиданно раздался чей-то голос, размеренным речитативом декламирующим что-то на непонятном языке, отдалённо напомнившем мне латынь. Я скосила глаза, обнаружив две вещи. Первая: я каким-то образом оказалась совершенно обнажённой (как?! Когда?!). Вторая: речитатив принадлежал Властелину, который демонстрировал обе свои пары крыльев и… всё остальное. Потому что он тоже полностью разделся. Видимо, чтобы мне не было обидно… или наоборот, стало очень обидно. Любой мужчина продал бы душу дьяволу, чтобы иметь… кхм… такое… тело. Да, тело.

Властелину, правда, не было никакого дела до произведённого им впечатления. Он, воздев руки и обращаясь куда-то к луне, продолжал свой речитатив. А я даже вспискнуть не могла!

И тут случилось именно то, чего я боялась. Огромная пасть, нависшая надо мной, открылась ещё шире, и я поняла, что вместе со «знаком качества», к которому я была пришпилена, как бабочка в коллекции, въезжаю прямо внутрь этой пасти.

Ну спасите же меня кто-нибудь! Так не честно!

– А-а-а! – Наконец смогла я издать панический вопль, наблюдая, как сверкающие металлом в свете луны зубы смыкаются надо мной.