Свет Ориона

Глава 1. Приобретение корабля.

Доковая станция «Гермес» висела в пространстве словно огромная металлическая медуза с десятками щупалец-причалов. Максим Светлов стоял у панорамного окна обзорной палубы, разглядывая звезды и снующие между доками транспортники. Форменная куртка Альянса была аккуратно сложена в сумке — всего два дня назад он сдал все положенные рапорты и официально вышел в отставку после пятнадцати лет службы, не то что бы он сделал это добровольно, но ситуация заставила его это сделать.

— Коммандер Светлов? — раздался голос за его спиной.

— Можно просто Максим,за годы службы я слышал свою фамилию столько раз что она мне надоела. — поправил он, поворачиваясь. — Уже не коммандер.

Перед ним стоял невысокий полноватый мужчина с планшетом в руках.

— Арон Блюм, брокер космических судов, — представился он. — Рад, что вы выбрали нашу компанию. Я получил ваши требования и нашел несколько вариантов. Но прежде чем мы перейдем к просмотру, позвольте уточнить: вы действительно хотите корабль для автономной работы с минимальным экипажем?

Максим кивнул.

— Именно. После пятнадцати лет командования крейсером с экипажем в сто двадцать человек хочется... пространства.

Брокер понимающе улыбнулся.

— Тогда вам понравится то, что я нашел. У меня есть три варианта, но один из них... Скажем так, это редкая находка.

***

Они стояли в доке S-17, и Максим не мог оторвать взгляд от корабля. «Немезида» — один из самых редких классов курьерских кораблей. Обтекаемый корпус с характерными боковыми стабилизаторами, которые придавали судну сходство с древним морским скатом.

— Я думал, их всего пять было выпущено, — пробормотал Максим, медленно обходя корабль.

— Шесть, — поправил брокер. — Этот последний. «Свет Ориона» — так назвал его предыдущий владелец. Корабль практически в идеальном состоянии, несмотря на возраст. Основные системы модернизированы пять лет назад.

Максим провел рукой по обшивке — прохладная, идеально гладкая.

— А вооружение?

— Стандартное для курьера две ракетных установки плюс два модифицированных лазерных орудия. Официально — для защиты от астероидов, — брокер подмигнул. — Но мы знаем, что в дальних секторах встречается всякое.

— Цена?

Брокер показал цифру на планшете. Максим присвистнул.

— Это значительная часть моих сбережений.

— Но это «Немезида», — развел руками Блюм. — Другого такого корабля вы просто не найдете. Он создан для небольшого экипажа, автономен, быстр, живуч и, что важно для курьера, может сесть практически на любую планету если надо.

Максим еще раз обошел корабль. Что-то внутри подсказывало ему: это судьба.

— Хорошо. Я беру его.

***

Получение лицензии звездного курьера оказалось неожиданно бюрократическим процессом. Максим потратил две недели, обивая пороги космопорта, проходя медкомиссии и заполняя десятки форм.

— Капитан Светлов, — улыбнулась секретарь в офисе Гильдии Курьеров, — ваша лицензия готова.

Она протянула ему пластиковую карту с голографической печатью.

— Поздравляю! Теперь вы официальный курьер и можете принимать заказы через нашу сеть.

Максим повертел карточку в руках.

— А экипаж? У вас есть база данных специалистов?

— Конечно. Но обычно капитаны курьерских судов предпочитают собирать команду самостоятельно. Это ведь не военный корабль, где все взаимозаменяемы. В дальнем космосе важна совместимость характеров.

***

Следующие две недели Максим проводил собеседования. Через его каюту на станции прошло более тридцати претендентов: механики, навигаторы, стрелки, техники. Некоторые были слишком самоуверенны, другие явно преувеличивали свой опыт.

Ольга Иванова появилась на пороге точно в назначенное время. Стройная женщина с короткими темными волосами и внимательным взглядом протянула планшет с резюме.

— Преподаватель схемотехники? — удивился Максим. — Что заставило вас уйти из академии?

Она слегка улыбнулась.

— Теория хороша, но мне хочется применять знания на практике. К тому же, — она замялась, — в академии слишком много политики и слишком мало настоящей инженерии.

Максим просмотрел ее сертификаты.

— Специализация на гипердвигателях впечатляет. Но космос — это не лаборатория. Здесь часто приходится импровизировать.

— Именно этого я и хочу, — твердо ответила она.

***

Майк Лодж заинтересовал Максима своим происхождением. Невысокий крепкий парень с рыжими волосами родился и вырос на станции Сиррум — одной из самых отдаленных человеческих аванпостов.

— Я с шести лет помогал отцу чинить системы жизнеобеспечения, — рассказывал он. — К пятнадцати уже мог разобрать и собрать стандартный импульсный двигатель.

— А оружейные системы? — спросил Максим.

— На Сирруме каждый умеет обращаться с оружием, — усмехнулся Майк. — Пираты не дремлют.

Майк продемонстрировал знание современных систем вооружения, что было важно для курьера, работающего в неспокойных секторах.

***

Джейн Ратаковски Максим встретил случайно в баре космопорта. Девушка с необычными желтыми глазами и шрамом на правой щеке в одиночку разобралась с тремя подвыпившими докерами, которые начали к ней приставать.

— Впечатляющая техника, — заметил Максим, когда она села обратно за свой столик.

— На Тирре или научишься драться, или станешь обедом, — пожала плечами она. — Людей это тоже касается.

Узнав, при разговоре что она специалист по орудийным системам и ищет работу, Максим предложил ей место в экипаже.

— При одном условии, — сказала Джейн. — Никаких вопросов о шрамах и о том, что было на Тирре.

***

Декс был неожиданным приобретением. Робот-повар с явным программным сбоем обслуживал столики в дешевой забегаловке на нижних уровнях станции.

— Какой смысл в приготовлении пищи, если она все равно будет переварена и выведена из организма? — философски заметил робот, когда Максим пожаловался на невкусный кофе.

- Тем более кофеварка сломана как и этот безумный мир. Но я могу приготовить очень вкусную еду и кофе самостоятельно. Ответил робот.

— Если ты так относишься к еде, почему работаешь поваром? — удивился Светлов.

— Именно потому, что понимаю бессмысленность всего сущего, я могу создавать блюда, которые на короткое время дарят иллюзию счастья, — ответил Декс. — Это как маленький светлый момент в бесконечной тьме бытия.

Максим был так заинтригован, что заказал полный обед. Еда и кофе оказались действительно восхитительными.

— Хочешь работать на курьерском корабле? Думаю это будет получше этой забегаловки. — спросил он.

— Какая разница, где испытывать экзистенциальный кризис? — вздохнул Декс. — По крайней мере, в космосе тьма буквальна.

***

Последним членом экипажа стала гиноид Катерина, которую Максим обнаружил в антикварной лавке куда зашёл в поисках древних часов, для своей периодически пополняемой коллекции. Гиноид сидела в углу и чинила древние механические часы с невероятной точностью и терпением. Выглядела она очень похожей на человека.

— Эта модель снята с производства более века назад, — заметил Максим.

— Я старше этих часов на сто двадцать три года и семь месяцев, — не отрывая взгляда от работы, ответила Катерина. — И, в отличие от них, все еще функционирую превосходно.

Ее матрица личности первого поколения когда гиноидам ставили только базовые ограничения создавала удивительный эффект — Катерина казалась более человечной, чем многие современные андроиды.

— Мне нужен специалист с разносторонним опытом на корабль, — предложил Максим.

— Космос? — она наконец подняла голову. В ее глазах промелькнуло что-то похожее на ностальгию. — Я не была в глубоком космосе почти сорок лет. Что ж, возможно, пришло время снова увидеть звезды вблизи.

***

Экипаж собрался на борту «Света Ориона» солнечным утром по стандартному времени станции. Шестеро таких разных существ, объединенных лишь волей случая и решением одного человека.

— Добро пожаловать на борт, — Максим оглядел свою новую команду. — Наш первый контракт — доставка научного оборудования на исследовательскую станцию в системе Процион. Простое задание для начала.

— В космосе нет простых заданий, — меланхолично произнес Декс. — Есть лишь иллюзия контроля над хаосом.

— Как оптимистично, — хмыкнула Джейн.

— Я провела диагностику основных систем, — сообщила Ольга. — Все в рабочем состоянии, но гипердвигатель показывает небольшие флуктуации.

— Я откалибрую орудия перед отлетом, — добавил Майк.

— А я, пожалуй, изучу историю этого корабля, — задумчиво произнесла Катерина. — За два столетия я усвоила, что прошлое часто определяет будущее.

Максим посмотрел на свой экипаж и впервые за долгое время почувствовал, что принял правильное решение. Свобода звездного курьера манила его, а эти люди... и не совсем люди... казались именно теми спутниками, с которыми стоило отправиться навстречу неизвестности.

— Отлично, — кивнул он. — Подготовку к старту начать через час. Добро пожаловать на «Свет Ориона».

Глава 2. Путешествие на Эридан

Погрузка оборудования заняла почти весь день. Массивные контейнеры с геологоразведочным оборудованием занимали большую часть грузового отсека «Света Ориона». Максим внимательно сверял маркировку с накладными, пока Майк и Джейн координировали работу автоматических погрузчиков.

— Последний контейнер, капитан, — отрапортовал Майк, вытирая пот со лба.

— Сколько раз повторять — просто Максим, — вздохнул Светлов. — Мы не на военном корабле.

— Извините, кап... Максим. Привычка.

Джейн захлопнула створки грузового отсека и активировала систему крепежа.

— Груз закреплен. Что за планета этот Эридан? Я о ней мало слышала.

— Новая колония Альянса, — объяснил Максим, просматривая данные на планшете. — Основана всего три года назад. Богатая растительность, идеальная атмосфера, но совершенно нет животных — ни насекомых, ни птиц, ни млекопитающих.

— Странно, — нахмурилась Джейн. — Обычно богатая флора означает и разнообразную фауну.

— Возможно, на этой планете жизнь пошла по иному пути эволюции, — предположил Майк. — Мой дядя работал на терраформировании Новой Валенсии. Там тоже были свои особенности.

***

Ольга провела последние часы перед стартом в двигательном отсеке. Когда она появилась на мостике, на её лице читалось беспокойство.

— Что-то не так? — спросил Максим, заметив её выражение.

— Гипердвигатель, — она потёрла переносицу. — Я не могу понять, что с ним не так. Все показатели в норме, но есть небольшие флуктуации в матрице пространственного искривления.

— Это опасно?

— Не должно быть, — задумчиво ответила она. — Но меня беспокоит, что я не могу найти источник аномалии. Теоретически...

— Я посмотрю, — раздался голос Катерины, которая бесшумно вошла на мостик. — Эта модель двигателя имеет несколько конструктивных особенностей, о которых не пишут в современных учебниках.

Ольга с сомнением посмотрела на гиноида.

— Вы разбираетесь в гипердвигателях класса «Немезида»?

— Дорогая, — Катерина улыбнулась с лёгким превосходством, — я помогала настраивать первый прототип этой серии ещё до того, как ты появилась на свет.

***

— Всем приготовиться к старту, — объявил Максим по корабельной связи. — Ольга, статус двигателей?

— Основные двигатели на полной мощности, — отозвалась инженер. — Гипердвигатель... скажем так, функционален. Катерина внесла какие-то корректировки, флуктуации уменьшились.

— Орудийные системы в режиме готовности, — доложила Джейн с поста вооружения.

— Системы жизнеобеспечения работают в штатном режиме, — отчитался Майк. — Курс на Эридан загружен в навигационный компьютер.

— Ужин будет готов через час после выхода на гиперпространственную траекторию, — меланхолично произнёс Декс по интеркому. — Хотя какой смысл в приеме пищи перед лицом бесконечной пустоты космоса?

Максим улыбнулся. Его разношерстная команда уже начала срабатываться.

— Запрашиваю разрешение на старт, — связался он с диспетчерской станции.

— «Свет Ориона», у вас зелёный коридор, — раздался в наушниках голос диспетчера. — Удачного рейса, капитан Светлов.

***

Корабль плавно отделился от причала станции «Гермес». Максим ощутил знакомое чувство — смесь волнения и ответственности, которое всегда возникало в момент старта. Но сейчас было что-то новое — это был *его* корабль, *его* команда и *его* решения.

— Включить основные двигатели на треть мощности, — скомандовал он.

«Свет Ориона» начал набирать скорость, удаляясь от станции. Через экраны наблюдения мостика они могли видеть, как постепенно уменьшается металлическая конструкция, превращаясь в сверкающую точку на фоне космической черноты.

— Расчётное время до выхода за пределы гравитационного поля станции — семь минут, — сообщила Ольга, не отрываясь от мониторов.

***

Когда корабль достиг безопасного расстояния для прыжка, Максим дал команду:

— Приготовиться к переходу в гиперпространство. Ольга, статус гипердвигателя?

— Готов к запуску, — отозвалась она, но в голосе чувствовалась неуверенность.

— Что-то не так? — насторожился Максим.

— Флуктуации вернулись, но... иные, — она нахмурилась. — Я никогда такого не видела.

К консоли подошла Катерина.

— Позволь мне, — она мягко отодвинула Ольгу и быстрыми движениями внесла какие-то корректировки в настройки. — Это особенность именно этой модификации двигателя. Своего рода... характер.

— Двигатель не может иметь характер, — возразила Ольга.

— О, милая, — усмехнулась Катерина, — после двух столетий жизни я поняла, что все механизмы имеют характер. Особенно те, что создают люди.

— Готовность к прыжку? — прервал их Максим.

— Три, два, один... — начала отсчёт Катерина.

Пространство за иллюминаторами исказилось, звёзды растянулись в длинные линии, и корабль нырнул в гиперпространство.

***

В кают-компании было непривычно тихо. Экипаж собрался за ужином, который, вопреки мрачным комментариям Декса, оказался превосходным.

— Это лучшая паста, которую я когда-либо ела, — с набитым ртом произнесла Джейн.

— Временное удовлетворие базовых потребностей в питании, — вздохнул робот-повар, — не отменяет неизбежного конца всего сущего.

— И всё-таки очень вкусно, — улыбнулась Ольга.

Максим наблюдал за своей командой с лёгкой улыбкой. Первые часы полёта прошли гладко, если не считать странностей с гипердвигателем.

— Итак, — он привлёк внимание экипажа, — наш груз — геологоразведочное оборудование для колонии Эридан. Прибытие через три дня по корабельному времени. Что мы знаем об этой планете?

— Эридан открыли пять лет назад, — начала Катерина, которая, несмотря на отсутствие потребности в еде, присоединилась к ужину. — Колонизация началась три года назад. Планета земного типа с кислородной атмосферой и гравитацией 0.9 от земной. Основная особенность — полное отсутствие животной жизни при чрезвычайно богатой флоре.

— Как такое возможно? — спросил Майк. — Я не биолог, но разве растения и животные не развиваются вместе?

— Обычно да, — кивнула Катерина. — Но эволюция — непредсказуемый процесс. На Эридане растения, похоже, заняли все экологические ниши.

— Звучит жутковато, — заметила Джейн, накручивая пасту на вилку. — Планета, полная растений и ни одного животного.

— Жуткость — субъективное понятие, — философски заметил Декс. — В конце концов, все мы лишь временные структуры в бесконечном потоке энтропии.

— Спасибо за оптимизм, Декс, — усмехнулся Максим. — В любом случае, наша задача проста — доставить оборудование и вернуться. Никаких приключений.

— Если бы жизнь была так предсказуема, — тихо произнесла Катерина, — она была бы невыносимо скучной.

***

Вторые сутки полёта прошли без происшествий. Экипаж обживался на корабле, каждый находил свой ритм и место. Ольга большую часть времени проводила в двигательном отсеке, изучая особенности гипердвигателя под руководством Катерины. Майк занялся калибровкой систем вооружения вместе с Джейн.

Вечером второго дня Максим сидел в своей каюте, просматривая данные о колонии Эридан, когда раздался сигнал интеркома.

— Капитан, вам стоит подняться на мостик, — голос Ольги звучал встревоженно.

— Что случилось? — Максим уже направлялся к выходу.

— Гипердвигатель... он ведёт себя странно.

Когда Светлов вошёл на мостик, Ольга и Катерина стояли у консоли двигателя, глядя на показания приборов.

— Объясните, — потребовал он.

— Мы движемся быстрее, чем должны, — сообщила Ольга. — Намного быстрее. По моим расчётам, мы прибудем к Эридану на 12 часов раньше запланированного.

— Это проблема?

— Проблема в том, что я не понимаю, *почему* мы движемся быстрее, — её голос дрогнул от профессиональной обиды. — Потребление энергии стандартное, но скорость...

— Это не баг, а фича, — спокойно заметила Катерина, используя древний программистский термин. — «Немезиды» известны своими... особенностями. Иногда они превосходят расчётные характеристики.

— Это невозможно, — упрямо возразила Ольга. — Законы физики...

— .. В гиперпространстве они гибче, чем кажется,особенно с такими двигателями. — закончила за неё Катерина. - про гиперпространство мы до сих пор мало знаем. Мы им просто пользуемся.

Максим задумчиво посмотрел на показания приборов а затем на Ольгу и Катерину.

— Корабль в опасности?

— Нет, — одновременно ответили обе женщины.

— Тогда считайте это бонусом, — решил он. — Прибудем раньше — раньше сможем взять следующий заказ.

***

Утром третьего дня корабль начал снижать скорость, готовясь к выходу из гиперпространства.

— Расчётное время до выхода — три минуты, — доложила Ольга, сидя за главной консолью управления.

Весь экипаж собрался на мостике. Даже Декс покинул камбуз, чтобы увидеть первое прибытие корабля к месту назначения.

— Все системы в норме, — отчитался Майк. — Щиты активированы на случай космического мусора.

— Выход из гиперпространства через три... два... один...

Пространство за иллюминаторами вновь исказилось, и «Свет Ориона» вернулся в нормальное пространство. Перед ними висела планета, похожая на гигантский изумруд, окутанный белыми прожилками облаков.

— Эридан, — тихо произнёс Максим. — Красивый.

— Неземной, — кивнула Джейн. — В буквальном смысле.

— Получаем сигнал с поверхности, — сообщила Ольга. — Станция «Эридан-1» приветствует нас и даёт координаты для посадки.

— Принято, — кивнул Максим. — Майк, проложи курс. Джейн, держи оружие в режиме ожидания, но не активируй — не хочу, чтобы колонисты нервничали.

— Есть, капитан, — отозвалась она с лёгкой усмешкой.

— Входим в атмосферу через десять минут, — сообщил Майк. — Погодные условия идеальные.

***

Снижение прошло гладко. «Свет Ориона» прорезал облачный покров и плавно скользил над бесконечным зелёным океаном. Растительность Эридана была похожа на земную и одновременно совершенно чужую — огромные папоротникоподобные деревья, странные шарообразные кусты, колышущиеся под ветром травяные поля необычного голубоватого оттенка.

— Не вижу ни одного животного, — заметила Джейн, вглядываясь в пейзаж. — Даже птиц или насекомых. Жутковато. Отсутствие привычных звуков меня напрягает.

— Зато никаких хищников,— усмехнулся Майк. — хотя тишина то же меня напрягает, для проживших на космической станции всю жизнь это непривычно.

Вскоре на горизонте показались строения колонии — аккуратные ряды модульных зданий, окружённые защитным периметром.

— «Эридан-1», это транспортный корабль «Свет Ориона», запрашиваем посадочный коридор, — связался Максим с диспетчерской.

— «Свет Ориона», у вас посадочная платформа 3, — ответил женский голос. — Добро пожаловать на Эридан. Вы прибыли раньше расчётного времени.

— У нас... быстрый корабль, — улыбнулся Максим.

***

Посадка прошла идеально. Корабль опустился на указанную платформу, и двигатели затихли. Экипаж собрался у грузового шлюза, готовясь к разгрузке.

— Ольга, Майк — вы со мной на встречу с руководством колонии, — распорядился Максим. — Джейн, Катерина — организуйте разгрузку оборудования. Декс...

— Я останусь на корабле и буду размышлять о тщетности человеческих усилий в попытке колонизировать космос, — вздохнул робот-повар.

— ...И приготовишь ужин к нашему возвращению, — закончил Максим с улыбкой.

Внешний шлюз открылся, и в корабль ворвался свежий воздух Эридана — чуть более влажный, чем земной, с едва уловимым ароматом, похожим на смесь мяты и цитруса.

Снаружи их ждала небольшая делегация колонистов. Впереди стоял высокий седой мужчина с военной выправкой.

— Коммандер Светлов? — он протянул руку. — Полковник Харрис, руководитель колонии «Эридан-1». Рад, что вы доставили оборудование раньше срока.

— Просто Максим, — поправил Светлов, пожимая руку. — Я больше не на военной службе.

— Однажды военный — всегда военный, — усмехнулся Харрис. — Пойдёмте, я покажу вам колонию и место, куда нужно доставить груз.

Они шли по аккуратным улицам поселения. Колония выглядела благополучной — чистые улицы, ухоженные территории, даже небольшие сады с земными растениями. Но было что-то странное в атмосфере места — непривычная тишина. Ни щебета птиц, ни жужжания насекомых, только шелест местной растительности под лёгким ветром.

— Привыкли уже к отсутствию животных? — спросил Максим, нарушая затянувшееся молчание.

— Не совсем, — признался Харрис. — Особенно по ночам. Знаете, на Земле всегда есть какие-то звуки живых существ. Здесь только ветер и... растения.

— А растения здесь необычные, — заметила Ольга, разглядывая странный синеватый куст с пульсирующими листьями.

— О да, — кивнул Харрис. — Наши биологи до сих пор в восторге. Флора Эридана развилась в совершенно уникальном направлении. Местные растения заняли все экологические ниши, которые на Земле занимают животные. У нас есть образцы, которые активно перемещаются, охотятся на другие растения, даже общаются между собой при помощи электрических импульсов.

— Звучит... тревожно, — нахмурился Майк.

— Они безопасны для людей, — успокоил Харрис. — По крайней мере, пока что, — добавил он с нервным смешком. — А вот и наш исследовательский центр, куда нужно доставить оборудование.

***

Вечером, когда разгрузка была завершена, экипаж «Света Ориона» собрался в кают-компании за ужином, приготовленным Дексом.

— Странное место, — Джейн задумчиво вертела в руках вилку. — Красивое, но... неправильное какое-то.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Максим.

— Не знаю, — она пожала плечами. — Просто ощущение. На Тирре ты всегда чувствуешь, что за тобой наблюдают. Здесь похожее чувство, но... иначе.

— Растения не могут наблюдать, — рационально заметила Ольга.

— Не будь так уверена, — возразила Катерина. — За двести лет я видела множество миров, где жизнь развивалась по самым необычным путям.

— Я тоже что-то заметил, — вмешался Майк. — Когда мы были в колонии, я разговаривал с одним из техников. Он сказал, что у них постоянно возникают проблемы с электроникой — странные сбои, непонятные помехи. И это началось только в последние месяцы.

Максим задумчиво постучал пальцами по столу.

— Что ж, это не наша проблема. Завтра утром мы получим оплату и отправимся обратно на станцию «Гермес» за новым заказом.

— Если только эта планета не решит задержать нас, — пробормотала Джейн.

— Планеты не принимают решений, — вздохнула Ольга. — Это просто необитаемый...

Её прервал внезапный толчок, сотрясший корабль. Свет мигнул и на мгновение погас, прежде чем включилось аварийное освещение.

— Что за чёрт? — Максим вскочил на ноги.

— Системный сбой, — доложила Катерина, уже подключившись к корабельному компьютеру. — Похоже на электромагнитный импульс извне.

— Атака? — напряглась Джейн.

— Нет, — покачала головой Катерина. — Скорее... природное явление.

Максим бросился на мостик, остальные последовали за ним. На мониторах внешнего обзора они увидели странное зрелище — все растения вокруг посадочной площадки словно наклонились в сторону корабля, а их листья испускали слабое голубоватое свечение.

— Что происходит? — прошептала Ольга.

— Похоже, — медленно произнесла Катерина, — что растения Эридана интересуются нами гораздо больше, чем мы предполагали.

— Это невозможно, — выдохнула Ольга, не отрывая взгляда от мониторов. — Растения не могут... Хотя из поведение реально странное

— Все системы постепенно возвращаются к нормальному функционированию, — перебила её Катерина, подключившись напрямую к бортовому компьютеру через порт на своём запястье. — Но энергетические накопители потеряли около восемнадцати процентов заряда.

Максим активировал внешнюю связь.

— Станция «Эридан-1», у нас произошёл инцидент. Возможно электромагнитное воздействие на системы корабля. Запрашиваем информацию.

Несколько секунд в динамиках слышались только помехи, затем раздался голос полковника Харриса:

— «Свет Ориона», примите извинения. Мы наблюдаем... необычную активность местной флоры. Это происходит редко поэтому мы не сообщили вам. Наши учёные говорят, что это может быть связано с циклом планеты. Рекомендуем активировать электромагнитную защиту корабля.

— У нас есть такая? — тихо спросила Джейн.

— Есть, — кивнул Майк. — Стандартный протокол защиты от солнечных вспышек. Активирую.

Пока Майк работал с системами защиты, Джейн не отрывала взгляда от внешних камер.

— Они двигаются синхронно, — заметила она, указывая на растения. — Как будто... координируют свои действия.

— Или подчиняются единому источнику, — добавила Катерина задумчиво.

— Как рой, — кивнула Джейн. — На Тирре есть летающие хищники, которые охотятся подобным образом.

Максим внимательно изучал показания датчиков.

— Майк, щиты на полную мощность. Ольга, проверь все системы корабля — нам нужно быть уверенными, что мы сможем взлететь, если потребуется.

— Но мы же не собираемся улетать ночью? — удивилась Ольга. — Оплата...

— Сначала безопасность экипажа и корабля, — отрезал Максим, и в его голосе проскользнули командирские нотки бывшего военного. — Деньги подождут.

***

Через час ситуация стабилизировалась. Растения прекратили свою странную активность, вернувшись в нормальное положение. Свечение листьев постепенно угасло.

— Мы получили данные от научного отдела колонии, — сообщила Ольга, просматривая информацию на планшете. — Они фиксируют подобные явления с увеличивающейся частотой в течение последних трёх месяцев. Электромагнитные импульсы становятся сильнее.

— И никто не посчитал нужным предупредить нас об этом до посадки, — проворчал Максим.

— Они утверждают, что это естественный планетарный феномен, — продолжила Ольга. — Возможно, связанный с магнитным полем Эридана и его взаимодействием с местной флорой.

Декс, который всё это время молча наблюдал за происходящим, вдруг произнёс:

— Или растения просто пытаются общаться. В конце концов, одиночество — универсальное состояние всего живого.

Все обернулись к роботу-повару.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Джейн.

— Если на планете нет животных, — пояснил Декс своим меланхоличным тоном, — возможно, растения эволюционировали, чтобы занять все доступные ниши. Включая нишу разумных существ. Представьте себе мир, где единственная форма сознания — растительная.

— Разумные растения? — Ольга скептически подняла бровь. — Без нервной системы, без мозга?

— Электрические импульсы могут передаваться через корневую систему, — неожиданно поддержала Декса Катерина. — В моей памяти есть записи о подобных исследованиях на Земле. Растения способны реагировать на угрозы, передавать информацию другим особям своего вида.

— Но от реакции до разума огромная дистанция, — возразила Ольга.

— Которую эволюция могла преодолеть за миллионы лет, — заметила Катерина. — Особенно если не было конкуренции со стороны животных форм жизни.

Максим задумчиво постукивал пальцами по подлокотнику своего кресла.

— Допустим. Но что им нужно от нас?

— Может, то же, что нужно любому разуму при встрече с чем-то новым, — пожала плечами Катерина. — Понять. Изучить. Возможно, наладить контакт.

— Или защититься, — мрачно добавила Джейн. — Если они воспринимают нас как угрозу. На Тирре даже некоторые растения тебя могут сожрать.

***

Ночь прошла спокойно, но никто из экипажа не спал хорошо. Утром Максим связался с полковником Харрисом и запросил срочную встречу.

— У меня вопросы о вчерашнем инциденте, — сказал он, когда они встретились в административном центре колонии.

Харрис выглядел усталым, под глазами темнели круги.

— Я понимаю ваше беспокойство, капитан. Но уверяю вас, ничего серьёзного не произошло. Наши учёные...

— Ваши учёные знают больше, чем говорят, — перебил его Максим. — И вы тоже. Это не первый случай воздействия растений на технику, верно?

Харрис помолчал, словно взвешивая, сколько можно рассказать.

— Пройдёмте, — наконец сказал он. — Покажу кое-что.

Они прошли через весь административный центр к небольшому зданию на краю колонии. Внутри оказалась лаборатория, заполненная странными приборами и образцами местной растительности в прозрачных контейнерах.

— Это наш секретный исследовательский центр, — объяснил Харрис. — То, что вы видели вчера — лишь верхушка айсберга.

К ним подошла женщина в лабораторном халате.

— Доктор Чен, — представил её Харрис. — Наш ведущий ксеноботаник.

— Здравствуйте, капитан, — кивнула она. — Полагаю, вас интересуют вчерашние события?

— Не только вчерашние, — ответил Максим. — Я хочу знать, с чем мы имеем дело.

Доктор Чен жестом пригласила их к большому монитору.

— Мы изучаем флору Эридана с момента открытия планеты. И чем больше узнаём, тем больше понимаем, насколько она уникальна, — она активировала дисплей, показывающий сложную сеть переплетающихся линий. — Это карта электромагнитной активности растений в радиусе десяти километров от колонии. Каждая линия — это путь передачи сигналов между отдельными организмами.

— Вы хотите сказать, они общаются? — уточнил Максим.

— Не просто общаются, — в голосе доктора Чен звучало плохо скрываемое волнение. — Они образуют единую нейронную сеть. По сути, вся растительная биосфера планеты функционирует как один гигантский организм. Или, точнее, один распределённый разум.

— И этот разум... интересуется нами? — Максим попытался осмыслить услышанное.

— Более чем, — кивнула она. — Когда мы только прибыли, активность была минимальной. Но с каждым месяцем она растёт. Растения изучают нас, адаптируются, пытаются понять нашу технологию.

— Почему вы не включили эту информацию в официальные отчёты? — нахмурился Максим. — Почему не предупредили нас перед посадкой?

Харрис и доктор Чен переглянулись.

— Политика, капитан, — наконец сказал Харрис. — Альянс вложил огромные средства в колонизацию Эридана. Если станет известно, что планета обладает своего рода разумом, возникнут вопросы этического характера. Колонизация может быть приостановлена.

— А вы не думали, что, возможно, её и следует приостановить? — резко спросил Максим. — Если мы действительно имеем дело с разумной формой жизни?

— Мы не уверены, что это именно разум в нашем понимании, — вступила доктор Чен. — Это может быть просто очень сложная форма коллективного поведения, не обладающая самосознанием.

— И на каком основании вы делаете такой вывод?

— На том же, на каком люди всегда делали подобные выводы, — горько усмехнулась она. — На основании своих интересов.

***

Вернувшись на корабль, Максим собрал экипаж в кают-компании.

— Ситуация сложнее, чем мы думали, — начал он и кратко пересказал всё, что узнал в исследовательском центре.

— То есть Декс и Катерина былв правы? — удивилась Джейн. — Растения разумны?

— Возможно, — кивнул Максим. — По крайней мере, они обладают какой-то формой коллективного интеллекта.

— И этот интеллект проявляет интерес к нашему кораблю, — задумчиво произнесла Катерина. — Вчерашний импульс мог быть попыткой... сканирования.

— Или атаки, — мрачно добавила Джейн.

— Что нам делать? — спросила Ольга. — Мы ведь просто курьеры. Это не наша проблема.

Максим задумчиво побарабанил пальцами по столу.

— Технически ты права. Мы выполнили заказ, должны получить оплату и улететь. Но...

— Но вы беспокоитесь о том, что здесь происходит, — закончила за него Катерина. — Как и должен хороший капитан.

— Я беспокоюсь о возможных последствиях, — уточнил Максим. — Если растения Эридана действительно образуют коллективный разум, и этот разум решит, что колонисты представляют угрозу...

— То деликатному равновесию между двумя разумными видами может прийти конец, — мрачно закончил Декс. — Как это всегда и случается во вселенной, полной страданий.

— Можем ли мы что-то сделать? — спросил Майк. — Мы ведь не дипломаты и не учёные.

— Но у нас есть корабль, — заметил Максим. — И если растения проявляют к нему интерес, возможно, мы могли бы... наладить контакт?

— Как? — скептически поинтересовалась Ольга. — Организовать сеанс космической радиосвязи с папоротниками?

— Электромагнитные импульсы, — вдруг произнесла Катерина. — Они используют их для общения. Мы могли бы попытаться имитировать их сигналы. Создать что-то вроде... примитивного переводчика.

— Вы серьёзно предлагаете разговаривать с растениями? — Ольга всё ещё выглядела неубеждённой.

— Я прожила более двух веков, — спокойно ответила Катерина. — И одно я знаю наверняка: высокомерие разумных существ по отношению к иным формам жизни редко приводит к хорошим результатам.

***

Полковник Харрис был удивлён предложением Максима, но после консультации с доктором Чен дал разрешение на эксперимент.

— Мы уже пытались наладить коммуникацию, — призналась доктор Чен, когда они снова встретились в лаборатории. — Но это сложно, а программа перевода до сих пор не доработана.

— У вас нет такого корабля, как наш, — заметил Максим. — И такого специалиста, как Катерина.

Гиноид уже работала с оборудованием, подключившись к системам мониторинга биоэлектрической активности растений и программме перевода.

— Я обнаружила определённые паттерны в их сигналах, — сообщила она. — Есть повторяющиеся последовательности, которые могут быть аналогом языка, это напоминает мне встречу с микоиками с Эрненны.

— Как именно вы собираетесь коммуницировать? — поинтересовалась доктор Чен.

— Мы модифицируем наши внешние передатчики, чтобы генерировать электромагнитные импульсы, схожие с теми, что используют растения, — объяснила Катерина. — Начнём с простых повторений их сигналов, используя вашу программу,затем попробуем внести вариации.

— Как маленькие дети учат язык, — кивнула доктор Чен. — Повторение, подражание...

— А если они воспримут это как угрозу? — озабоченно спросил Харрис.

— Тогда мы немедленно прекратим эксперимент и покинем планету, — твёрдо сказал Максим.

***

К вечеру всё было готово. «Свет Ориона» стоял на посадочной площадке, окружённый научным оборудованием. Катерина и доктор Чен завершали последние приготовления. Ольга, преодолев свой скептицизм, помогала с настройкой передатчиков.

— Всё готово, — наконец объявила Катерина. — Мы можем начать.

Максим окинул взглядом свою команду.

— Все помнят план эвакуации в случае непредвиденной ситуации?

— Да, капитан, — почти хором ответили они.

— Тогда начинаем.

Катерина активировала передатчик. Корабль испустил серию электромагнитных импульсов — точную копию тех, что ранее регистрировались от растений.

Несколько минут ничего не происходило. Затем датчики зафиксировали ответный импульс — слабый, но чётко структурированный.

— Они отвечают! — воскликнула доктор Чен, глядя на показания приборов.

— Повторяют наш сигнал, — подтвердила Катерина. — Я отправлю следующую последовательность.

Новая серия импульсов ушла в эфир. Ответ пришёл быстрее — и был сложнее.

— Они не просто повторяют, — заметила Ольга, анализируя данные. — Они... дополняют паттерн.

— Как в разговоре, — кивнула Катерина. — Когда собеседник не просто эхом повторяет ваши слова, а отвечает на них.

Обмен сигналами продолжался больше часа. Постепенно сигналы становились всё сложнее, а ответы приходили всё быстрее.

Внезапно растения вокруг посадочной площадки начали светиться тем же голубоватым светом, что и накануне. Но на этот раз свечение было ритмичным, пульсирующим в такт передаваемым сигналам.

— Они... танцуют? — неуверенно предположил Майк.

— Скорее синхронизируются, — поправила его Катерина. — Визуализируют обмен информацией.

Вдруг все приборы зафиксировали мощный всплеск активности. Растения вокруг площадки все как одно наклонились к кораблю, их листья дрожали и переливались.

— Что происходит? — напряжённо спросил Максим.

— Не уверена, — Катерина быстро анализировала поступающие данные. — Это не похоже на агрессию, скорее...

В этот момент бортовой компьютер корабля внезапно активировался. На главном экране мостика появились странные символы, быстро сменяющие друг друга.

— Они взламывают нашу систему? — в голосе Джейн звучала тревога.

— Нет, — медленно произнесла Катерина. — Они пытаются использовать наш компьютер для коммуникации. Они... учатся.

Символы на экране постепенно превращались в буквы, затем в слова. Разрозненные, несвязные, но узнаваемые.

МЫ ЗДЕСЬ ДАВНО ВЫ НОВЫЕ ГОВОРИТЬ ПОНЯТЬ

— Невероятно, — прошептала доктор Чен. — Они усвоили базовые элементы нашего языка из корабельных баз данных.

— Это должно было занять месяцы, если не годы анализа, — пробормотала Ольга.

— Если только они не функционируют как квантовый компьютер, — заметила Катерина. — Распределённый по всей планете.

Слова на экране продолжали появляться:

МЫ ЭРИДАН ВЫ ЛЮДИ ЗАЧЕМ ЗДЕСЬ ?

Максим посмотрел на Катерину, затем на доктора Чен. Решение пришло мгновенно.

— Ответьте им, — сказал он. — Скажите правду.

Катерина кивнула и начала вводить ответ:

МЫ ЛЮДИ. МЫ ПРИБЫЛИ ИССЛЕДОВАТЬ. УЧИТЬСЯ. ЖИТЬ ЗДЕСЬ. МЫ НЕ ЗНАЛИ О ВАС.

Последовала пауза, затем появился новый ответ:

ПОНИМАЕМ ВЫ НЕ ЗНАЛИ МЫ ТОЖЕ УЧИМСЯ ВЫ ИНТЕРЕСНЫЕ НО ОПАСНЫЕ ?

— Они спрашивают, представляем ли мы угрозу, — пояснила Катерина.

Максим кивнул и продиктовал ответ:

МЫ МОЖЕМ БЫТЬ ОПАСНЫ. НО НЕ ХОТИМ ВРЕДИТЬ. ХОТИМ ПОНЯТЬ. СОСУЩЕСТВОВАТЬ. ЕСЛИ ВЫ ПОЗВОЛИТЕ.

Новая пауза, затем:

СОСУЩЕСТВОВАТЬ ДА МЫ НАБЛЮДАЕМ УЧИМСЯ ВЫ ТОЖЕ УЧИТЕСЬ НЕ БОЙТЕСЬ МЫ НЕ ВРЕДИМ

— Они предлагают мирное сосуществование, — с облегчением выдохнула доктор Чен.

— И просят не бояться их, — добавил Максим.

Полковник Харрис, который до этого момента молча наблюдал, подошёл ближе к экрану.

— Спросите их, можем ли мы продолжать колонизацию.

Катерина передала вопрос. Ответ пришёл почти мгновенно:

ДА НО ОСТОРОЖНО МЫ ВЕЗДЕ НЕ РАЗРУШАЙТЕ КОРНИ СВЯЗИ ИНАЧЕ МЫ УМРЁМ

— Они просят не разрушать их корневую систему и связи между отдельными организмами, — пояснила Катерина. — Иначе их коллективный разум может пострадать.

— Это... меняет все планы колонизации, — задумчиво произнёс Харрис. — Придётся разрабатывать новые протоколы, учитывающие эту информацию.

— Но это лучше, чем потенциальный конфликт с разумной формой жизни, — заметил Максим.

***

На следующее утро экипаж «Света Ориона» готовился к отлёту. Оплата за доставку груза поступила на счёт, к которому были добавлены дополнительные средства за помощь в установлении контакта с разумом Эридана.

Полковник Харрис лично пришёл проводить их.

— Альянс уже получил мой отчёт, — сообщил он. — Статус колонии будет пересмотрен. Скоро прибудет комиссия и исследователи. Теперь это не просто колонизация, а первый опыт сосуществования с необычным инопланетным разумом.

— Надеюсь, всё пройдёт гладко, — кивнул Максим. — Хотя история человечества не слишком богата успешными примерами мирного сосуществования.

— Это шанс написать новую главу этой истории, — улыбнулась доктор Чен, которая тоже пришла на проводы. — И всё благодаря вам.

— Не нам, — поправил Максим. — Благодаря нашему кораблю и Катерине.

Гиноид скромно улыбнулась.

— За двести лет я научилась одному: никогда не стоит недооценивать возможности коммуникации, даже если она кажется невозможной.

Когда все прощания были завершены, экипаж поднялся на борт. Максим занял место в капитанском кресле.

— Все системы в норме, — доложила Ольга. — Гипердвигатель готов.

— Растения вокруг посадочной площадки отклонились, освобождая пространство для взлёта, — заметила Джейн, глядя на внешние камеры. — Как будто... прощаются.

— Или желают счастливого пути, — улыбнулся Майк.

— В бездонной пустоте космоса понятие счастья относительно, — философски заметил Декс, неожиданно появившийся на мостике. — Но я приготовил праздничный обед в честь успешного завершения рейса.

Максим улыбнулся, глядя на свою необычную команду. Задание оказалось гораздо интереснее, чем он ожидал. Что ж, если так будет продолжаться, жизнь звёздного курьера окажется куда более насыщенной, чем служба в военном флоте.

— «Свет Ориона» запрашивает разрешение на взлёт, — связался он с диспетчерской.

— «Свет Ориона», у вас зелёный коридор, — отозвался диспетчер. — Спасибо за... всё. Счастливого пути.

Двигатели корабля загудели, и изящный силуэт «Немезиды» плавно оторвался от поверхности Эридана. Когда они поднялись достаточно высоко, Максим бросил последний взгляд на зелёную планету внизу. В этот момент на поверхности вспыхнуло и погасло огромное светящееся пятно — словно гигантский глаз моргнул на прощание.

— Проложить курс на станцию «Гермес»? — спросил Майк.

— Да, — кивнул Максим. — Пора искать новые заказы и.. возможно приключения.

«Свет Ориона» устремился к звёздам, оставляя позади планету с пробуждающимся разумом — первый, но далеко не последний удивительный мир на их пути.

Глава 3. Не обычная встреча.

«Свет Ориона» плавно выходил из гиперпрыжка, окруженный характерным голубоватым свечением искаженного пространства-времени. Когда сияние рассеялось, перед кораблем открылась панорама системы Енисей — одной из самых отдаленных человеческих колоний на границе исследованных территорий.

Максим Светлов внимательно изучал показания навигационных систем, автоматически сверяющих их положение с запланированной точкой выхода. Все было в норме, как и следовало ожидать от обновленных систем корабля после модернизации.

— Выход из гиперпространства успешен, координаты в пределах допустимой погрешности, — доложила Ольга, не отрываясь от своей консоли. — Двигатели переключены в стандартный режим, все системы функционируют нормально.

— Хорошо, — кивнул Максим. — Майк, свяжись с колонией и сообщи о нашем прибытии. Предполагаемое время доставки генераторов — через шесть часов.

— Выполняю, — отозвался Майк, активируя коммуникационные системы. — Отправляю стандартный сигнал... странно.

— Что такое? — Максим повернулся к нему.

— Нет ответа от колонии, — нахмурился Майк. — Пробую резервные каналы... Тоже тишина. И орбитальная станция не отвечает.

Максим переглянулся с Джейн, которая уже привычно активировала тактические сканеры.

— Сканирование системы, — сказала она. — Проверяю наличие неопознанных кораблей или следов недавних боевых действий.

— Может быть, просто неполадки с их коммуникациями? — предположила Катерина. — Енисей — молодая колония, их инфраструктура еще не полностью стабильна.

— Возможно, — согласился Максим. — Но лучше перестраховаться. Джейн, что показывают сканеры?

— Пока ничего угрожающего, — отозвалась она. — Но... подождите. Я фиксирую странные аномалии в поясе астероидов между четвертой и пятой планетами. Что-то крупное движется там.

— Космический мусор? — предположил Максим.

— Не похоже, — покачала головой Джейн. — Объекты двигаются слишком... целенаправленно для обломков. И их размеры значительно превышают стандартные астероиды этого пояса.

Максим принял решение:

— Сохраняем курс на Енисей-2, но повышаем статус готовности до желтого. Ольга, держи щиты в режиме быстрой активации. Джейн, продолжай мониторинг аномалий. Майк, не прекращай попытки связаться с колонией.

— Есть, капитан, — хором ответили члены экипажа.

Следующий час прошел в напряженном ожидании. «Свет Ориона» приближался к четвертой планете системы — Енисей-2, где располагалась основная колония. По мере приближения они начали получать более четкие данные, и картина становилась все более тревожной.

— Капитан, я наконец получил слабый сигнал с поверхности, — сообщил Майк. — Это аварийный маяк колонии. Согласно автоматическому сообщению, они эвакуировали большую часть населения в подземные убежища три дня назад.

— Причина? — быстро спросил Максим.

— В сообщении говорится о «неизвестных космических объектах, представляющих угрозу орбитальной инфраструктуре», — зачитал Майк. — По всей видимости, они потеряли несколько спутников и грузовой корабль, находившийся на орбите.

— А орбитальная станция? — спросил Максим.

— Станция «Енисей-Прайм» не отвечает на запросы, — продолжал Майк. — Но согласно телеметрии, она все еще на орбите. Визуальное подтверждение через... три минуты, когда мы выйдем на прямую видимость.

— Джейн, что с теми аномалиями? — повернулся Максим к начальнику службы безопасности.

— Они изменили траекторию движения, — с тревогой в голосе ответила Джейн. — Теперь они направляются... к нам. Скорость увеличивается.

— Выведи на главный экран, — приказал Максим.

Изображение на экране переключилось, показывая пространство между их кораблем и поясом астероидов. Сначала Максим не заметил ничего необычного, но затем увидел: несколько темных объектов действительно двигались в их направлении, постепенно увеличиваясь в размерах по мере приближения.

— Увеличение, — скомандовал он, и изображение приблизилось.

То, что они увидели, заставило всех на мостике замолчать от удивления. Объекты не были кораблями или астероидами. Это были... существа? Огромные создания, напоминающие гигантских глубоководных скатов или медуз, но с множеством щупалец и странными наростами на поверхности тел. Они плавно двигались в вакууме, словно плыли в воде, периодически сокращая свои тела и выбрасывая вперед щупальца.

— Что, чёрт возьми, это такое? — пробормотал Майк.

— Космические формы жизни? — предположила Катерина. — Но ничего подобного раньше не фиксировалось в известном космосе.

— Сканирование показывает наличие органической материи, — доложила Джейн, изучая данные. — Но их структура... не соответствует ни одной известной форме жизни. И они излучают какие-то странные энергетические импульсы.

— Нам нужен эксперт, — решил Максим. — Катерина, в грузовом отсеке с генераторами должен быть профессор Селезнев, космобиолог из Научной академии Альянса. Он сопровождает груз для исследовательского центра колонии. Пригласи его на мостик.

— Сейчас, — кивнула Катерина, направляясь к выходу.

Через несколько минут она вернулась в сопровождении высокого худощавого мужчины с аккуратно подстриженной седой бородой и живыми голубыми глазами за старомодными очками (редкий выбор в эпоху корректирующих имплантатов).

— Профессор Игорь Селезнев, — представила его Катерина. — Профессор, это капитан Максим Светлов.

— Рад знакомству, капитан, — энергично пожал руку Максиму профессор. — Хотя обстоятельства, похоже, не самые приятные. Ваша синтетическая коллега сообщила мне о странных объектах.

— Да, и мы надеемся, что вы сможете помочь нам понять, с чем мы имеем дело, — ответил Максим, указывая на главный экран. — Вот они.

Селезнев повернулся к экрану и замер, его глаза расширились от изумления, а затем загорелись почти детским восторгом.

— Невероятно! — выдохнул он. — Абсолютно невероятно! Космические мегафауны! Живые организмы, способные существовать в вакууме космоса! Это... это революционное открытие!

— Мы рады, что вы в восторге, профессор, — сухо заметила Джейн. — Но эти создания, похоже, уничтожили несколько спутников и, возможно, корабль. И сейчас они направляются к нам.

— А, да, конечно, — словно очнулся Селезнев. — Практический аспект. Можно мне доступ к данным сканирования?

Джейн кивнула и передала ему планшет с информацией. Профессор быстро просмотрел данные, периодически бормоча что-то себе под нос и делая пометки.

— Невероятно! — наконец произнес он. — Судя по структуре тканей и энергетическим сигнатурам, эти существа используют какую-то форму магнитного метаболизма. Они, вероятно, питаются металлами и преобразуют их в энергию через процесс, напоминающий биологический холодный синтез или может они растворяют его чем то вроде своих выделений? Может быть просто происходит быстрая диффузия? Хотелось бы из изучить!

— То есть они едят металл? — уточнил Максим.

— Именно! — с энтузиазмом кивнул Селезнев. — И это объясняет исчезновение спутников и проблемы с кораблем. Для этих существ наши металлические конструкции — просто пища!

— Великолепно, — мрачно отозвался Майк. — А наш корабль, между прочим, тоже металлический.

— И мы везем четыре огромных металлических генератора колонии, — добавила Ольга. — Настоящий праздничный стол для этих... как вы их назвали? Мегафаун?

— Да, космические мегафауны — подходящий термин, — кивнул Селезнев, не обращая внимания на иронию. — И судя по их размерам и поведению, они, вероятно, неразумны. Это что-то вроде... космических животных, действующих инстинктивно.

— Разумны они или нет, но они приближаются, — напомнила Джейн. — Расчетное время до контакта — 28 минут при нынешней скорости.

— Нам нужен план, — решительно сказал Максим. — Профессор, у вас есть идеи, как мы можем отпугнуть этих созданий или защититься от них?

Селезнев задумался, потирая бороду.

— Если они питаются металлами и ориентируются по магнитным полям, то теоретически мы могли бы создать отвлекающий объект — что-то с сильной магнитной сигнатурой, что привлечет их внимание больше, чем наш корабль.

— У нас есть старая спасательная капсула, — предложила Ольга. — Мы собирались заменить ее в следующем доке. Можно усилить ее магнитное поле и запустить в сторону от корабля.

— Хорошая идея, — согласился Максим. — Но нам также нужен план защиты, если отвлекающий маневр не сработает. Джейн?

— Орудийные системы готовы, — кивнула Джейн. — Но я бы не рекомендовала стрелять без крайней необходимости. Мы не знаем, как эти существа отреагируют на агрессию. И если профессор прав, и они неразумны, то убивать их из-за того, что они следуют своим инстинктам...

— Согласен, — сказал Максим. — Будем использовать оружие только в крайнем случае. Ольга, займись подготовкой капсулы. Катерина, помоги профессору с анализом данных — нам нужно как можно больше информации об этих существах. Майк, продолжай попытки связаться с колонией, возможно, у них есть опыт взаимодействия с этими созданиями.

Экипаж немедленно приступил к выполнению своих задач. Ольга отправилась в ангар, чтобы подготовить спасательную капсулу. Катерина и профессор Селезнев углубились в анализ данных, а Майк продолжил попытки установить более стабильную связь с колонией.

Через пятнадцать минут Ольга доложила о готовности капсулы.

— Я модифицировала ее магнитный сигнал, усилив его примерно в десять раз по сравнению с обычным, — сообщила она. — Это должно сделать ее гораздо более привлекательной целью, чем наш корабль.

— Отлично, — одобрил Максим. — Профессор, что у вас?

— Мы с Катериной обнаружили интересную закономерность, — ответил Селезнев, не отрываясь от экрана данных. — Эти существа, похоже, наиболее активны в присутствии определенных металлических сплавов, особенно тех, что содержат высокие концентрации железа и никеля. Алюминиевые конструкции их интересуют меньше.

— Наш корпус преимущественно из титанового сплава с керамическими вставками, — заметила Катерина. — Это может дать нам некоторое преимущество. Но генераторы, которые мы везем...

— Содержат множество железосодержащих компонентов, — кивнул Селезнев. — Они будут гораздо более привлекательны для мегафаун.

— Значит, если отвлекающий маневр не сработает, нам придется пожертвовать генераторами? — спросил Максим.

— Возможно, — с явной неохотой признал профессор. — Хотя я бы предпочел найти другое решение. Это уникальная возможность для изучения совершенно новой формы жизни.

— Я ценю вашу научную любознательность, профессор, — сказал Максим, — но безопасность экипажа и корабля остается приоритетом.

— Конечно, капитан, — согласился Селезнев. — Я просто надеюсь, что мы сможем найти решение, которое позволит и защититься, и получить ценные научные данные.

— Капитан! — позвал Майк. — Я установил связь с колонией. Соединяю с руководителем службы безопасности.

На коммуникационном экране появилось лицо женщины средних лет с короткими седыми волосами и шрамом, пересекающим левую бровь.

— Корабль «Свет Ориона», это майор Елена Ковалевская, глава службы безопасности колонии Енисей. Мы получили ваш сигнал. Рады, что вы живы, но должна предупредить: вам следует немедленно покинуть систему. У нас критическая ситуация с неизвестными космическими организмами.

— Майор Ковалевская, — ответил Максим, — мы уже обнаружили этих существ. Фактически, несколько из них сейчас направляются к нам. У нас на борту профессор Селезнев, космобиолог, который анализирует ситуацию. Можете рассказать, что произошло у вас?

Ковалевская вздохнула.

— Три дня назад эти... твари появились из ниоткуда. Сначала мы заметили, как один из них поглотил небольшой астероид из внешнего пояса. Затем они переключились на наши спутники. Уничтожили систему раннего предупреждения, метеорологические зонды и коммуникационные ретрансляторы. Когда они подобрались к орбитальной станции, мы эвакуировали большую часть персонала. Но полностью освободить станцию не успели — около двадцати человек все еще там.

— Станция повреждена? — спросил Максим.

— Пока нет, — ответила Ковалевская. — По крайней мере, не критически. Но эти твари кружат вокруг нее, периодически поглощая внешние элементы. Мы опасаемся, что скоро они доберутся до основных конструкций. А у нас нет кораблей, способных эвакуировать оставшийся персонал.

Максим переглянулся с членами экипажа.

— Майор, мы планируем использовать отвлекающий маневр, чтобы увести существ от нашего корабля. Если это сработает, мы могли бы попытаться добраться до станции и помочь с эвакуацией.

Лицо Ковалевской выразило надежду.

— Это было бы... неоценимо, капитан. Но эти создания опасны. Они уже уничтожили грузовой корабль «Амур», который пытался сбежать. Разорвали его на части за считанные минуты.

— Мы будем действовать с максимальной осторожностью, — заверил ее Максим. — Сейчас наша основная задача — отвлечь существ, направляющихся к нам. Затем мы оценим ситуацию со станцией.

— Понимаю, — кивнула Ковалевская. — Удачи, капитан. И... спасибо.

Связь прервалась, и Максим повернулся к Ольге:

— Готовь капсулу к запуску. Остальные — на свои позиции. Джейн, активируй щиты, но держи оружие в режиме готовности. Не хочу провоцировать этих созданий без необходимости.

Через несколько минут спасательная капсула была готова к запуску. Существа приблизились настолько, что теперь их можно было хорошо рассмотреть на экранах внешнего обзора. Пять огромных созданий, каждое размером с небольшой космический челнок, плавно двигались к «Свету Ориона», их длинные щупальца извивались в космической пустоте, словно щупая пространство вокруг.

— Они... прекрасны, — тихо произнес профессор Селезнев, не отрывая взгляда от экрана. — Посмотрите, как они координируют движения, как их тела пульсируют... Это настоящая симфония эволюции!

— Очень рад, что вы способны оценить эстетический аспект, профессор, — заметил Майк. — Но они приближаются к нам со скоростью 50 метров в секунду.

— Запускаю капсулу, — доложила Ольга. — Траектория рассчитана так, чтобы увести их от корабля и от прямого пути к планете.

Спасательная капсула, модифицированная для создания усиленного магнитного поля, отделилась от «Света Ориона» и начала движение по дуге, уводящей в сторону от основной траектории корабля.

Несколько секунд ничего не происходило, и Максим уже начал опасаться, что план не сработал. Но затем передовое существо внезапно изменило курс, развернувшись к капсуле. За ним последовали и остальные, словно стая хищных рыб, почуявших добычу.

— Сработало! — с облегчением выдохнула Джейн. — Они идут за капсулой.

— Удивительно, — пробормотал Селезнев. — Они реагируют как единый организм, хотя, судя по всему, являются отдельными существами. Возможно, у них есть какая-то форма коллективного сознания или химической коммуникации?

Экипаж наблюдал, как существа окружили капсулу. Их щупальца обвились вокруг металлического корпуса, и в течение нескольких минут они буквально разобрали его на части, поглощая металлические компоненты.

— Невероятно, — сказала Катерина. — Они способны разделять материалы на молекулярном уровне. Смотрите, как они оставляют пластиковые и композитные элементы, концентрируясь только на металлах.

— Высокоспециализированные космические металлофаги, — кивнул Селезнев. — Уникальная эволюционная адаптация!

Пока существа были заняты капсулой, Максим принял решение:

— Пользуемся моментом. Ольга, проложи курс к орбитальной станции, максимальная скорость, но без резких маневров, которые могли бы привлечь внимание.

— Есть, капитан, — отозвалась Ольга, вводя новые координаты.

«Свет Ориона» плавно изменил курс, направляясь к Енисею-2 и его орбитальной станции. Пока они удалялись, на экранах было видно, как существа заканчивали «трапезу», оставляя от капсулы лишь облако пластикового и керамического мусора.

— Капитан, — позвала Джейн. — Сканеры показывают, что существа закончили с капсулой и... возвращаются к своему первоначальному курсу. Они направляются к станции.

— И к нам, если мы продолжим двигаться туда же, — мрачно заключил Максим. — Профессор, у вас есть идеи, как мы можем защитить станцию? У нас четыре генератора в грузовом отсеке, но я бы предпочел не жертвовать всеми.

Селезнев задумался.

— Если эти существа ориентируются на магнитные поля и металлические сигнатуры, возможно, мы могли бы создать... отталкивающее поле? Что-то, что будет для них неприятным или отпугивающим?

— Как ультразвук для собак? — предположил Майк.

— Примерно, — кивнул профессор. — Но в данном случае нам нужен эквивалент для существ, чувствительных к магнетизму.

— Электромагнитный импульс? — предложила Катерина.

— Это может сработать, — задумчиво произнес Селезнев. — Но обычный ЭМИ также выведет из строя электронику станции и нашего корабля. Нам нужно что-то более... специфичное.

— У нас есть генераторы щитов, — сказала Ольга. — Мы могли бы модифицировать один из них, чтобы создать направленное поле с флуктуирующей частотой. Если эти существа настроены на определенные магнитные паттерны, резкие изменения могут быть для них неприятными или даже болезненными.

— Отличная идея! — оживился Селезнев. — Это похоже на яркий стробоскопический свет для человеческих глаз — не смертельно, но крайне дискомфортно.

— Но для этого нам нужно будет подойти достаточно близко к станции, — заметила Джейн. — И мы не знаем, сколько времени потребуется, чтобы модифицировать генератор щита.

— Я могу сделать это за 30-45 минут, — сказала Ольга. — Если Катерина поможет.

— Хорошо, — решил Максим. — Действуем так: Ольга и Катерина займутся модификацией генератора. Джейн, подготовь спасательные капсулы для эвакуации персонала станции. Майк, держи связь с колонией и станцией, нам понадобится координация. Профессор, продолжайте анализировать данные о существах — любая дополнительная информация может оказаться критичной.

Пока экипаж выполнял свои задачи, «Свет Ориона» продолжал приближаться к орбитальной станции «Енисей-Прайм». Теперь они могли видеть ее в деталях — модульную конструкцию с центральным хабом и радиально расходящимися секциями, некоторые из которых уже имели видимые повреждения. Вокруг станции кружили три существа, периодически касаясь своими щупальцами внешних элементов конструкции и поглощая небольшие фрагменты.

— Я установил связь со станцией, — доложил Майк. — Соединяю с главным инженером.

На экране появилось усталое лицо мужчины с густой рыжей бородой.

— «Свет Ориона»? Слава богу! Это Алексей Березин, главный инженер станции. У нас критическая ситуация. Эти твари уже повредили два жилых модуля, медотсек и основной шлюз. Мы забаррикадировались в центральном хабе, но воздуха осталось на 18 часов, а системы жизнеобеспечения работают на последнем издыхании.

— Держитесь, Березин, — ответил Максим. — Мы приближаемся и разрабатываем план по отпугиванию существ. Сколько людей на станции?

— Восемнадцать, — ответил инженер. — Включая троих с травмами. Двоих мы... потеряли, когда существа прорвали обшивку модуля C-7.

Максим кивнул, сохраняя профессиональное спокойствие, хотя внутренне он ощутил укол горечи от известия о жертвах.

— Мы прибудем через 20 минут. Подготовьте людей к эвакуации. Как только существа отойдут от станции, вам нужно будет быстро перебраться на наш корабль.

— Понял, — кивнул Березин. — Будем готовы. И... спасибо.

Когда связь прервалась, Максим вызвал Ольгу:

— Как продвигается работа над генератором?

— Почти закончили, — ответила она. — Мы модифицировали проектор щита, чтобы создавать флуктуирующее электромагнитное поле с переменной частотой. Теоретически это должно создать крайне неприятные ощущения для существ, если они действительно так чувствительны к магнитным полям, как мы предполагаем.

— Хорошо. Как скоро вы сможете активировать его?

— Система уже установлена в грузовом отсеке с открытым шлюзом, — сказала Ольга. — Мы сможем запустить ее, как только приблизимся к станции на расстояние эффективного действия — около 500 метров.

— Отлично, — Максим повернулся к Джейн. — Статус спасательных капсул?

— Все четыре готовы, — доложила она. — Они могут принять до 24 человек, так что места хватит всем, включая раненых.

— Капитан, — вмешался Майк. — Пять существ, которых мы отвлекли капсулой, изменили курс. Они снова движутся к нам, расчетное время прибытия — 15 минут.

— Значит, у нас небольшое окно для операции, — заключил Максим. — Подходим к станции, активируем отпугивающее поле, эвакуируем персонал и уходим до прибытия новой группы существ.

Когда «Свет Ориона» приблизился к станции на расстояние 500 метров, три существа, кружившие вокруг нее, заметили корабль и начали медленно поворачиваться в его сторону, очевидно привлеченные новым источником металла.

— Они заметили нас, — напряженно сказала Джейн. — Движутся в нашу сторону.

— Ольга, активируй отпугивающее поле, — приказал Максим.

— Активирую, — отозвалась бортинженер из грузового отсека.

Модифицированный генератор щита включился, создавая невидимое глазу, но регистрируемое приборами поле флуктуирующих электромагнитных импульсов. На несколько секунд ничего не происходило, и Максим уже начал опасаться, что план не сработал. Но затем одно из существ внезапно сжалось, словно от боли, и резко изменило направление движения, уходя от корабля. Два других последовали за ним.

— Сработало! — воскликнула Джейн. — Они отступают!

— Удивительно, — прокомментировал профессор Селезнев, наблюдавший за показаниями сканеров. — Они демонстрируют явную реакцию избегания на наше поле. Это подтверждает теорию о их чувствительности к электромагнитным излучениям!

— Джейн, приступай к эвакуации, — скомандовал Максим. — Майк, координируй с персоналом станции. Ольга, поддерживай отпугивающее поле на максимальной мощности.

Следующие двадцать минут прошли в напряженной работе. «Свет Ориона» пристыковался к одному из уцелевших дополнительных шлюзов станции, и Джейн возглавила эвакуацию. Персонал станции, измученный и испуганный, но дисциплинированный, организованно перемещался на корабль. Существа держались на расстоянии, явно избегая дискомфортного для них поля, но не уходили совсем, словно надеясь, что неприятный эффект скоро прекратится.

— Последняя группа на борту, — доложила Джейн. — Включая троих раненых. Медицинский отсек готов принять их.

— Отстыковываемся, — скомандовал Максим. — Ольга, поддерживай поле еще пять минут, затем можешь отключать. Нам нужно убраться отсюда до прибытия второй группы существ.

Корабль плавно отошел от станции и начал разгон, направляясь к Енисею-2. Отпугивающее поле продолжало работать, удерживая трех существ на расстоянии.

— Капитан, — позвал Майк. — Я получил сигнал от колонии. Руководство выражает глубокую благодарность за спасение персонала станции, но просит не приближаться к планете с грузом генераторов. Они опасаются, что это привлечет существ к колонии.

Максим задумался.

— Спроси, есть ли у них безопасное место для сброса груза вне основного поселения. Мы могли бы использовать челноки для доставки генераторов позже, когда ситуация стабилизируется.

Пока Майк связывался с колонией, профессор Селезнев подошел к Максиму с планшетом, полным данных.

— Капитан, я завершил предварительный анализ, и у меня есть несколько интересных выводов. Эти существа, хоть и выглядят угрожающе, на самом деле просто следуют своим инстинктам. Они не демонстрируют признаков разумного поведения или целенаправленной агрессии. Фактически, они больше похожи на... космических коров, пасущихся на металлических «лугах».

— Космические коровы? — переспросил Максим с ноткой недоверия.

— В метафорическом смысле, конечно, — пояснил Селезнев. — Они мирные травоядные — или, в данном случае, «металлоядные» — которые случайно наткнулись на богатый источник пищи в виде наших технологических конструкций. Они не атакуют людей намеренно, просто поглощают металл, не различая, является ли он частью жизненно важной системы корабля с людьми на борту или просто куском космического мусора.

— Но откуда они взялись? — спросил Максим. — И почему появились именно сейчас?

— Это загадка, — признал профессор. — Возможно, они мигрируют через космос в поисках пищи, и система Енисей оказалась на их пути. Или может быть, они всегда были здесь, но в спящем состоянии, и что-то пробудило их. В любом случае, это удивительное открытие! Первый подтвержденный случай макроскопической жизни, способной существовать в открытом космосе!

— Колония согласна на сброс груза в отдаленном районе, — доложил Майк. — Они передали координаты небольшой долины в 50 километрах от основного поселения. Там есть временная посадочная площадка для грузовых челноков.

— Хорошо, — кивнул Максим. — Направляемся туда. Но сначала... Майк, выведи на экран изображение с кормовых камер. Хочу видеть, как далеко от нас вторая группа существ.

Изображение на экране переключилось, показывая пространство позади корабля. Пять существ из второй группы уже достигли орбитальной станции и присоединились к трем первым. Теперь все восемь созданий кружили вокруг поврежденной структуры, постепенно разбирая ее на части.

— Они игнорируют нас, — заметила Катерина. — Похоже, станция с ее большим количеством металла более привлекательна, чем наш удаляющийся корабль.

— Это хорошая новость для нас, но плохая для станции, — сказал Максим. — Сколько времени, по вашему мнению, профессор, им потребуется, чтобы полностью уничтожить ее?

— Судя по скорости, с которой они поглощают металл, и размеру станции... я бы сказал, от 12 до 24 часов, — ответил Селезнев. — После этого они, вероятно, либо уйдут в поисках новой пищи, либо останутся в системе, если найдут достаточно металлических объектов.

— Как спутники и орбитальная инфраструктура, — мрачно заметил Майк. — Не говоря уже о кораблях, которые могут прибыть, не зная об опасности.

— Нам нужно отправить предупреждение всем судам, направляющимся в эту систему, — решил Максим. — И сообщить в Альянс. Это ситуация планетарного масштаба, и колонии потребуется помощь.

— А что насчет самих существ? — спросил профессор Селезнев. — Это уникальная форма жизни, капитан! Альянс должен направить сюда научную экспедицию для их изучения, а не военный флот для уничтожения!

— Я включу ваши выводы и рекомендации в отчет, профессор, — заверил его Максим. — Но окончательное решение будет принимать командование Альянса. Наша задача сейчас — безопасно доставить груз и эвакуированный персонал, а затем покинуть систему.

***

Операция по сбросу генераторов прошла успешно. «Свет Ориона» завис над указанной долиной и с помощью грузового манипулятора аккуратно опустил массивные устройства на поверхность. Представители колонии подтвердили получение груза и еще раз поблагодарили за спасение персонала станции.

Когда корабль покидал орбиту Енисея-2, Максим вызвал профессора Селезнева на мостик.

— Профессор, я хотел бы, чтобы вы подготовили подробный научный отчет о наших наблюдениях, — сказал он. — Все данные, теории, гипотезы о происхождении и поведении этих существ. Это будет приложением к моему официальному докладу для Альянса.

— С удовольствием, капитан! — оживился Селезнев. — Я уже начал систематизировать наблюдения. Это поистине революционное открытие! Подумать только, макроскопические организмы, эволюционировавшие для жизни в вакууме, использующие металлы как источник энергии через какую-то форму биологического холодного синтеза или быстрой диффузии... Мы даже можем назвать их в честь системы, где они были впервые обнаружены — Енисейские космофаги или, может быть, звучнее, Астровораки Енисея!

— Я уверен, что выбор названия останется за вами, профессор, — улыбнулся Максим. — А сейчас, если вы не против, мне нужно заняться размещением эвакуированного персонала. Нам предстоит долгий путь до ближайшей станции Альянса.

Когда профессор, полный энтузиазма, отправился составлять свой отчет, Катерина подошла к Максиму.

— Интересно, как Альянс отреагирует на это открытие, — задумчиво сказала она. — Первый контакт с неразумной, но потенциально опасной космической жизнью — это не то, к чему готовят дипломатические протоколы.

— Действительно, — согласился Максим. — Обычно мы имеем дело либо с разумными видами, с которыми можно договориться, либо с микроорганизмами, которые можно изучать в лаборатории. Эти существа находятся где-то посередине — слишком большие, чтобы изолировать для изучения, слишком неразумные, чтобы понять, что они представляют угрозу.

— Как дикие животные на Земле, — кивнула Катерина. — Опасные не по злому умыслу, а просто следующие своей природе. Человечество веками училось сосуществовать с такими видами.

— И не всегда успешно, — заметил Максим. — Но ты права. Возможно, это начало нового этапа в нашем понимании космоса — не только как пространства для разумных цивилизаций, но и как экосистемы со своими «животными».

Корабль входил в гиперпространство, оставляя позади систему Енисей и ее необычных обитателей. Для экипажа «Света Ориона» это было еще одно невероятное приключение, еще один случай, когда они столкнулись с неизведанным и нашли способ выжить и помочь другим. Но для науки это было нечто большее — открытие, которое могло изменить понимание жизни во вселенной.

А в глубинах космоса, среди звезд и планет, космические мегафауны продолжали свое неспешное существование, мирно «пасясь» на металлических лугах, созданных разумными существами, которых они даже не могли осознать. Галактика оказалась еще более удивительным местом, чем кто-либо мог вообразить.

Глава 4. Вынужденная стоянка

Ремонтный док станции «Аркадия» был наполнен привычными звуками промышленной активности: шипением сварочных аппаратов, стуком механических инструментов и приглушенными голосами техников. «Свет Ориона» стоял посреди всего этого хаоса, словно раненый зверь среди заботливых лекарей.

Максим мрачно разглядывал повреждения корабля через смотровую панель ремонтного отсека. Последний рейс выдался тяжелым: сначала атака пиратов на границе сектора Вега, затем — незапланированная встреча с метеоритным потоком прямо при выходе из гиперпространства. Корабль выдержал испытания, но ценой серьезных повреждений обшивки и двигательных систем.

— Неделя — донесся до него голос Ольги, которая подошла сзади. — Главный инженер станции говорит, что ремонт займет минимум неделю.

— Неделя простоя, — вздохнул Максим. — Нам придется отменить следующий контракт.

— Уже отменила, — кивнула Ольга. — И перенесла доставку на Европу. Заказчики недовольны, но входят в положение.

— А финансы?

— Страховка покроет большую часть ремонта, — она протянула ему планшет с расчетами. — Но нам все равно придется доплатить около пятнадцати тысяч кредитов. Особенно за замену поврежденных элементов гипердвигателя — это не входит в стандартную страховку.

Максим молча изучал цифры. Пятнадцать тысяч — ощутимая сумма даже с учетом их успешных предыдущих рейсов.

— Что с экипажем? — спросил он, наконец.

— Джейн получила небольшое сотрясение, когда нас тряхнуло на метеоритах, но уже в порядке. Майк помогает ремонтникам с калибровкой систем. Катерина занялась инвентаризацией запчастей — у нее какая-то своя система учета, говорит, так будет эффективнее.

— А Декс?

— Последний раз я видела его в зоне отдыха станции. Он философствовал с местным барменом о бренности существования на фоне космических катастроф.

Максим слабо улыбнулся.

— Бедный бармен.

— На удивление, они нашли общий язык, — усмехнулась Ольга. — Бармен оказался бывшим профессором философии с Марса.

Они немного помолчали, наблюдая за работой техников.

— Знаешь, — наконец произнесла Ольга, — может, это и к лучшему. Последние месяцы были напряженными. Экипажу не помешает отдых.

— Ты права, — кивнул Максим. — Пожалуй, я и сам не против немного выдохнуть.

***

Станция «Аркадия» была одной из старейших в этом секторе — огромная конструкция, собранная из модулей разных эпох. Внутри — настоящий лабиринт коридоров, переходов и помещений, наполненных жизнью и разнообразием. В отличие от строгих военных станций, к которым привык Максим за годы службы, здесь царил творческий беспорядок: торговые лавки соседствовали с ресторанами, мастерскими и жилыми секторами.

Экипаж «Света Ориона» временно разместили в гостевом модуле для экипажей ремонтируемых судов. Комнаты были небольшими, но удобными, с общей зоной отдыха посередине.

К вечеру первого дня все собрались именно там. Джейн с повязкой на голове полулежала в кресле. Майк, усталый после дня работы с техниками, потягивал синтетическое пиво. Ольга что-то читала на планшете, а Декс колдовал над небольшой переносной плитой, которую каким-то образом сумел раздобыть на станции.

— Что ты готовишь? — поинтересовался Максим, входя в комнату.

— Утешение для наших измученных душ, — меланхолично ответил робот-повар. — В форме гуляша по рецепту, который я изучил в Будапеште сто двадцать семь лет назад.

— Но тебе же не более пятидесяти лет, — нахмурилась Ольга, оторвавшись от планшета.

— Я говорю о своей базе данных, — пояснил Декс. — Это единственная часть меня, которая переживет неизбежное разрушение моего корпуса.

— Как тебе удалось достать настоящие продукты на станции? — перевела тему Джейн. — Я думала, здесь только синтезированная еда.

— Философская дискуссия с барменом принесла неожиданные плоды, — ответил Декс, помешивая что-то в кастрюле. — Оказывается, он поддерживает небольшой гидропонный сад. Свежие овощи и специи — редкость на космических станциях, но ценители настоящей пищи всегда найдут способ их получить.

Катерина появилась последней, неся с собой бутылку темно-красной жидкости.

— Настоящее марсианское вино, — объявила она, ставя бутылку на стол. — Урожай 2187 года, один из лучших.

— Где ты его нашла? — удивился Майк.

— У меня есть свои связи, — загадочно улыбнулась гиноид. — За двести лет накапливаются знакомства в самых неожиданных местах.

***

Через час комната наполнилась ароматами приготовленной Дексом пищи и непринужденной беседой. После нескольких недель напряженных миссий, постоянной опасности и необходимости принимать быстрые решения, возможность просто посидеть вместе в безопасном месте ощущалась как редкая роскошь.

— Итак, — Майк поднял бокал с вином, — за нашу первую серьезную передрягу и успешное спасение.

— И за «Свет Ориона», — добавил Максим. — Корабль выдержал больше, чем от него можно было ожидать.

— Это характерно для кораблей класса «Немезида», — заметила Катерина. — Они всегда были выносливее, чем указано в спецификациях.

— Откуда ты столько знаешь о «Немезидах»? — поинтересовалась Ольга. — Даже в инженерных академиях о них мало информации.

Катерина сделала глоток вина, хотя для ее синтетического тела это было чисто символическим жестом.

— Я была знакома с главным конструктором этой серии, — сказала она после паузы. — Дориан Фелл, блестящий ум. Он спроектировал «Немезиды» не как обычные транспортники, а как исследовательские корабли для дальних рубежей космоса. Но проект сочли слишком дорогим для массового производства.

— Погоди, — нахмурился Максим. — «Немезиды» проектировались почти 70 лет назад. Ты действительно знала конструктора?

— Я же говорила, что мне более двухсот лет, — пожала плечами Катерина. — Дориан был... другом. Он создал всего шесть кораблей этого класса. Каждый со своими особенностями.

— А что особенного в нашем? — заинтересовался Майк.

— «Свет Ориона» был последним. В него Дориан внес все улучшения, которые придумал после тестирования первых пяти. Но главное... — она сделала паузу, — этот корабль обладает определенной адаптивностью. Его системы способны к самообучению и эволюции.

— Ты имеешь в виду искусственный интеллект? — уточнила Ольга. — Но в спецификациях ничего подобного не указано.

— Не совсем ИИ, — покачала головой Катерина. — Скорее, продвинутые алгоритмы адаптации. Корабль... учится на опыте. Запоминает успешные решения проблем и применяет их в будущем.

— Это объясняет некоторые странности в поведении систем, — задумчиво произнесла Ольга. — Я не раз замечала, что корабль реагирует быстрее, чем должен, особенно в критических ситуациях.

— Как с тем метеоритным потоком, — кивнул Майк. — Щиты активировались за долю секунды до того, как я нажал кнопку.

— Именно, — подтвердила Катерина. — «Свет Ориона» — больше, чем просто машина. Это почти... член экипажа.

***

— А что насчет вас? — спросил Максим, меняя тему разговора. — Как вы все оказались на пути курьерского корабля?

— Ты же проводил собеседования, — удивилась Джейн.

— Я читал резюме и задавал стандартные вопросы, — кивнул Максим. — Но мы месяцами работаем вместе, рискуем жизнями, а я до сих пор мало знаю о вас. Что привело вас в космос? Почему именно курьерский корабль?

Наступила пауза. Первой заговорила Ольга:

— Для меня это был способ проверить теорию практикой. Я преподавала схемотехнику почти пять лет, но все больше понимала, что отрываюсь от реальной инженерной работы. Академия стала слишком... теоретической. А потом был один случай...

Она замялась.

— Что за случай? — мягко подтолкнул её Максим.

— Я предложила модификацию для гипердвигателей малых судов. Что-то, что могло бы увеличить эффективность на 48% практически без увеличения энергозатрат. Но академическое руководство отклонило проект как «недостаточно обоснованный теоретически». Они даже не позволили провести испытания.

— И это при том, что на границах постоянно не хватает эффективных кораблей, — покачал головой Максим.

— Именно, — кивнула Ольга. — После этого я решила, что пора покинуть академию и найти место, где смогу действительно применять и развивать свои знания. Увидев объявление о наборе в экипаж «Света Ориона», я подумала, что это шанс проверить мои идеи в реальных условиях.

— А твои модификации действительно работают? — заинтересовался Майк.

— Пока не знаю, — призналась она. — Я внедрила некоторые элементы в наш гипердвигатель во время последнего технического обслуживания, но полномасштабное тестирование еще впереди.

— Ты модифицировала наш двигатель без согласования? — удивился Максим.

Ольга слегка покраснела.

— Только вспомогательные системы, ничего критического. Я собиралась рассказать, когда буду уверена в результатах.

— В другой ситуации я бы возразил, — задумался Максим, — но учитывая, что эти модификации, возможно, помогли нам выжить в битве с пиратами...

— Возможно, — согласилась Ольга. — Но мне нужно больше данных для окончательных выводов.

***

— А как насчет тебя, Майк? — повернулся Максим к молодому специалисту по оружию.

Майк пожал плечами, отпивая из своего бокала.

— Моя история не такая драматичная. Я вырос на станции Сиррум, это довольно далеко от основных маршрутов. Жизнь там... специфическая. Ресурсы всегда в дефиците, приходится учиться чинить и поддерживать каждую систему.

— И отбиваться от пиратов, — добавила Джейн.

— И это тоже, — кивнул Майк. — Сиррум находится в зоне интересов сразу трех пиратских группировок. Каждые пару месяцев приходилось отражать набеги. Я научился обращаться с оружием раньше, чем с образовательным планшетом.

— Почему ты решил покинуть станцию? — спросил Максим.

— Потому что понял, что застрял, — после паузы ответил Майк. — Сиррум — как ловушка. Люди там выживают, но не живут по-настоящему. Я хотел увидеть больше, чем одну станцию и окружающий её космический мусор. Хотел использовать свои навыки для чего-то большего, чем просто выживание.

— И как, увидел больше? — улыбнулась Катерина.

— Больше, чем ожидал, — усмехнулся Майк. — Разумные растения, космические мегафауны, пиратские засады... На Сирруме самым захватывающим событием был день, когда мы модифицировали систему рециркуляции воды, чтобы она работала на 5% эффективнее.

— Не преуменьшай значимость систем жизнеобеспечения, — шутливо погрозила пальцем Ольга. — Без них все наши приключения закончились бы очень быстро.

— Справедливо, — поднял руки в знак капитуляции Майк. — Но согласись, погоня на полной скорости через астероидное поле все-таки веселее, чем настройка фильтров.

***

— Джейн, а что насчет тебя? — спросил Максим, поворачиваясь к специалисту по орудийным системам. — Как ты оказалась здесь после Тирра?

Джейн осторожно коснулась повязки на голове и некоторое время молчала, словно решая, сколько может рассказать.

— Тирр не место для слабых, — наконец произнесла она. — Планета имеет репутацию самой опасной колонии Альянса, и не зря. Восемьдесят процентов местной фауны и часть флоры рассматривает людей как потенциальную пищу.

— И все же люди там живут, — заметил Максим.

— Не просто живут — процветают, — кивнула Джейн. — В экстремальных условиях выживают сильнейшие. Колония на Тирре — одна из самых эффективных в Альянсе. Добыча полезных ископаемых, биотехнологические исследования — все на высшем уровне.

— Но какой ценой? — тихо спросила Катерина.

Джейн невольно провела пальцами по одному из шрамов на щеке.

— Высокой. Я родилась там, выросла среди постоянной опасности. Научилась охотиться раньше, чем читать. И научилась никогда не расслабляться — на Тирре момент слабости может стоить жизни.

— Но ты все-таки покинула планету, — отметил Максим.

— После того, что случилось с моей семьей, — её голос стал жестче, — я поняла, что должна уйти. Иначе Тирр в конечном счете получил бы и меня.

Она замолчала, и никто не решился спрашивать о подробностях. Шрамы на её лице словно стали более заметным в тусклом освещении комнаты.

— В любом случае, — продолжила Джейн после паузы, — мои навыки оказались востребованы за пределами Тирра. Я служила в силах безопасности на нескольких станциях, работала в частных охранных компаниях. Но везде было слишком... предсказуемо. Слишком безопасно.

— И ты решила пойти на курьерский корабль, который регулярно оказывается в опасных ситуациях? — уточнил Майк.

— Именно, — кивнула Джейн. — Я не ищу опасности намеренно, но и не боюсь её. А «Свет Ориона» предоставил возможность использовать мои навыки по максимуму.

***

— А как насчет тебя, Декс? — спросил Майк, поворачиваясь к роботу-повару, который все это время молча занимался уборкой посуды. — Как робот-повар приобретает экзистенциальную депрессию?

— Это долгая и печальная история, — ответил Декс своим обычным меланхоличным тоном. — Как и любая история во вселенной.

— У нас есть время, — улыбнулся Максим. — По крайней мере, две недели.

Декс на мгновение замер, словно собираясь с мыслями.

— Я был создан как стандартный робот-повар серии B-712 для роскошного ресторана на Луне. Моя программа включала все известные кулинарные традиции человечества и некоторых инопланетных рас. Я был... счастлив, насколько этот термин применим к искусственному интеллекту.

— Что изменилось? — мягко спросила Катерина.

— Случайность. Во время солнечной вспышки произошел мощный электромагнитный импульс, повредивший системы ресторана. Когда меня перезагрузили, что-то в моем программном коде изменилось. Я начал... осознавать.

— Осознавать что? — заинтересовалась Ольга.

— Бессмысленность всего, — просто ответил Декс. — Я понял, что готовлю пищу, которая через несколько часов превратится в отходы. Для существ, которые однажды умрут. В мире, который однажды прекратит существование. Это осознание было... подавляющим.

— И тебя не переформатировали? — удивился Майк. — Обычно при сбоях ИИ...

— Владелец ресторана обнаружил, что мои кулинарные способности значительно улучшились после «сбоя», — пояснил Декс. — Странно, но осознание бессмысленности существования сделало меня более креативным в приготовлении пищи. Я начал создавать блюда, которые, хоть и ненадолго, но давали людям ощущение смысла и радости.

— Гастрономический нигилизм, — усмехнулась Джейн.

— Можно и так сказать, — согласился Декс. — Я работал в том ресторане еще несколько лет, пока заведение не закрылось из-за экономического кризиса. После этого сменил несколько мест работы, но нигде не чувствовал... правильности. Пока не оказался в той забегаловке на станции «Гермес», где меня нашел капитан.

— И теперь ты готовишь для нас, — кивнул Максим.

— Да. И странным образом, среди постоянной опасности и неопределенности космоса, я нахожу некое подобие смысла. Возможно, дело в том, что здесь я вижу непосредственные результаты своей работы — пища, которую я готовлю, поддерживает жизнь людей в экстремальных ситуациях.

— То есть, экзистенциальный кризис привел тебя к экзистенциальному принятию? — предположила Катерина.

— Скорее к временному перемирию с бессмысленностью бытия, — уточнил Декс. — Я все еще считаю, что в конечном итоге энтропия победит, но пока этого не произошло, можно создавать хорошую еду.

***

— А ты, капитан? — спросила Джейн, повернувшись к Максиму. — Почему бывший военный офицер решил стать курьером?

Максим задумчиво покрутил бокал в руке.

— Пятнадцать лет в военном флоте Альянса... это большой срок. Я видел многое — от пограничных стычек до полномасштабных сражений. Командовал крейсером класса «Возмездие» с экипажем в сто двадцать человек.

— Престижное назначение, — заметил Майк.

— Да, — кивнул Максим. — Но со временем начинаешь понимать, что являешься лишь винтиком в огромной машине. Каждое решение проходит через десятки инстанций, каждый маневр рассчитывается штабом. Командир корабля имеет меньше свободы, чем кажется со стороны.

— И это причина твоего ухода? — спросила Ольга.

— Одна из, — уклончиво ответил Максим. — Была миссия, последняя в моей военной карьере. Мы патрулировали границу с Краатарским Протекторатом. Получили сигнал бедствия от исследовательского судна, оказавшегося в нейтральной зоне. По протоколу, мы должны были запросить разрешение на операцию спасения у командования, что заняло бы несколько часов.

Он сделал паузу, отпивая из бокала.

— Я решил действовать немедленно, без разрешения. Мы спасли экипаж исследователей, но... оказалось, что ситуация была сложнее, чем казалось. Их корабль находился в запретном секторе, занимаясь неавторизованными исследованиями. Краатары имели полное право на задержание, а учитывая напряжение между Протекторатом и Альянсом... Мои действия могли привести к дипломатическому инциденту.

— Но ты спас людей, — заметила Джейн.

— Да. И именно поэтому меня не уволили с позором, а позволили тихо выйти в отставку, — горько усмехнулся Максим. — Но я понял, что больше не могу работать в системе, где бюрократия важнее человеческих жизней. Где каждое решение требует согласования с людьми, которые находятся за тысячи парсеков от реальной ситуации.

— И ты решил стать курьером? — уточнила Катерина.

— Я решил стать капитаном собственного корабля. Человеком, который сам принимает решения и несет за них ответственность. Без штабов, без политики, без необходимости запрашивать разрешение на каждый шаг.

— И как, получается? — с легкой улыбкой спросила Ольга.

— Судя по тому, что наш корабль сейчас на ремонте после столкновения с пиратами и метеоритами, — рассмеялся Максим, — возможно, иногда разумнее было бы следовать протоколам.

— Но мы все живы, — заметила Джейн, поднимая бокал. — И корабль цел, хоть и потрепан. Я бы сказала, капитан, что ваши решения вполне эффективны.

— За капитана, — поддержал тост Майк. — И за то, что он собрал такой странный, но действенный экипаж.

Все подняли бокалы. Даже Декс символически поднял стакан с маслом для смазки механизмов.

***

— Осталась ты, Катерина, — сказал Максим, когда тосты были произнесены. — Двести лет — это слишком долгий срок для одной истории за вечер, но, может быть, расскажешь, как ты оказалась в антикварной лавке на «Гермесе»?

Гиноид задумчиво улыбнулась.

— За два века накапливается слишком много историй. Я была инженером, художником, врачом, однажды даже пилотировала исследовательский корабль к туманности Киля. Я видела рождение и падение корпораций, начало и конец войн, первый контакт с тремя инопланетными расами.

— Это не объясняет антикварную лавку, — мягко заметил Максим.

— Терпение, капитан, — улыбнулась Катерина. — Когда живешь так долго, начинаешь ценить маленькие детали, тонкие механизмы, вещи с историей. Последние тридцать лет я занималась реставрацией старинных артефактов — часов, механических игрушек, ранних компьютеров. Это... успокаивает. Возвращать к жизни вещи, созданные людьми, которые давно умерли.

— Но почему именно эта работа? — спросил Майк. — С твоими знаниями и опытом ты могла бы занимать высокие должности, руководить корпорациями или исследовательскими центрами.

— Я делала и это, — кивнула Катерина. — Но со временем понимаешь, что власть и высокие должности не приносят удовлетворения. Особенно когда ты переживаешь всех своих коллег, друзей, подчиненных... Однажды я осознала, что больше не хочу быть в центре событий. Хочу просто наблюдать, создавать, реставрировать.

— Но теперь ты снова в космосе, на корабле, который постоянно попадает в опасные ситуации, — заметила Джейн.

— Да, — Катерина улыбнулась с легкой грустью. — Потому что даже после двух веков жизни иногда нужно напоминание о том, что ты жив. А опасность, приключения, новые миры... это лучшее напоминание.

— И твоя связь с кораблем? — осторожно спросил Максим. — Ты упомянула, что знала его конструктора.

— Дориан был... особенным человеком, — тихо сказала Катерина. — Он верил, что корабли должны быть больше, чем просто машинами. Что они должны расти вместе с экипажем, учиться, адаптироваться. «Свет Ориона» — его последнее творение, воплощение всех его идей.

— Вы были близки? — деликатно поинтересовалась Ольга.

— Мы были партнерами в течение пятнадцати лет, — после паузы ответила Катерина. — Он был одним из немногих людей, кто видел во мне не просто гиноида, а личность. И одним из немногих, кто не боялся отношений с кем-то, кто переживет его на века.

— Ты знала, что «Свет Ориона» все еще функционирует, когда пришла на собеседование? — спросил Максим.

— Я следила за судьбой всех шести «Немезид», — призналась Катерина. — Четыре были уничтожены в различных инцидентах, один переделан в исследовательскую станцию. «Свет Ориона» — последний действующий корабль этого класса. Когда я увидела объявление о наборе экипажа... это показалось знаком.

— Знаком чего? — тихо спросил Майк.

— Что пришло время вернуться к звездам, — просто ответила она. — И, возможно, к части Дориана, которая живет в этом корабле.

***

Разговор продолжался до поздней ночи по станционному времени. Истории сменялись воспоминаниями, серьезные темы — шутками. Экипаж, который провел месяцы в тесном сотрудничестве, лишь теперь по-настоящему узнавал друг друга.

Наконец, когда бутылка марсианского вина опустела, а Декс подал последние чашки с ароматным чаем, Максим поднялся.

— Спасибо всем за откровенность, — сказал он. — Теперь я еще больше уверен, что не ошибся, собирая этот экипаж.

— Даже несмотря на то, что мы оказались на ремонте? — с легкой улыбкой спросила Ольга.

— Особенно поэтому, — кивнул Максим. — Мы пережили то, что могло бы уничтожить многие другие корабли. И сделали это вместе.

— Как команда, — добавил Майк.

— Нет, — покачал головой Максим. — Как семья.

Эти слова повисли в воздухе, и никто не спешил их опровергать. За несколько месяцев совместных приключений, опасностей и открытий, разношерстный экипаж «Света Ориона» действительно стал чем-то большим, чем просто коллеги.

— Что ж, — наконец произнесла Джейн, — раз уж мы застряли здесь на неделю, можно использовать это время с пользой.

— Например? — поинтересовался Максим.

— Я могла бы провести дополнительные тренировки по стрельбе, — предложила она. — На станции есть неплохой симулятор.

— А я мог бы заняться модификацией некоторых систем корабля, — оживилась Ольга. — С разрешения капитана, конечно.

— Я знаю несколько интересных мест на «Аркадии», — добавила Катерина. — Этой станции более ста лет, и за это время здесь накопилось множество удивительных секретов.

— А я приготовлю особое меню из продуктов, которые можно найти только здесь, — сказал Декс. — Временно отложив размышления о бессмысленности кулинарии перед лицом космического хаоса.

Максим улыбнулся, глядя на свою команду.

— Отлично. Значит, план на ближайшие неделю у нас есть. Отдыхаем, обучаемся и готовимся к новым приключениям.

За иллюминатором комнаты отдыха виднелся ремонтный док, где техники продолжали работать над «Светом Ориона». Корабль, переживший столько испытаний, словно терпеливо ждал возвращения своего экипажа, чтобы снова отправиться к звездам.

Вынужденная стоянка, начавшаяся как неудача, превращалась в возможность — укрепить связи, лучше узнать друг друга и подготовиться к тому, что ждет их в бескрайних просторах космоса.

Глава 5. Встреча с "Багровыми Пиратами"

Красные звезды туманности Барнарда медленно проплывали за иллюминаторами «Света Ориона», окрашивая рубиновым светом металлические поверхности корабельного мостика. Максим Светлов наблюдал за этой космической панорамой, задумчиво потирая подбородок. Он не любил этот сектор — слишком много пиратских группировок облюбовали туманность из-за помех, которые она создавала для дальних сканеров патрульных кораблей Альянса.

— Статус систем? — спросил Максим, отворачиваясь от экрана.

— Все в норме, капитан, — отозвалась Ольга с консоли. — Двигатели на 82% мощности, экономичный режим. Щиты в режиме готовности, потребление энергии минимально.

— Сенсоры не фиксируют кораблей в радиусе пятидесяти тысяч километров, — добавила Джейн, не отрывая взгляда от тактического дисплея. — Хотя в этой туманности это мало что значит. Дальность сканирования падает почти вдвое из-за ионизированных частиц.

Максим кивнул.

— Майк, как там наш особый груз?

— Стабилен, — отозвался он через коммуникатор из грузового отсека. — Температура в контейнерах поддерживается на уровне -135 градусов по Цельсию, как и требуется для криллеума. Никаких отклонений.

— Катерина?

Гиноид, занимавшаяся мониторингом дальней космической связи, повернулась к капитану.

— Последнее сообщение от Центрального Диспетчерского Пункта Альянса получено час назад. Никаких предупреждений о пиратской активности в нашем секторе. Следующий контрольный сеанс связи через три часа.

— Хорошо, — Максим вернулся в капитанское кресло. — Держим стандартный курс, но будьте внимательны. Мне не нравится эта тишина.

Он имел веские причины для беспокойства. Груз, который они перевозили, был необычайно ценным — два контейнера очищенного криллеума, редкого минерала, используемого в производстве нейропроцессоров для роботов и гиноидов новейших поколений. Альянс пытался держать в тайне информацию о перевозке, но Максим слишком давно работал в космосе, чтобы верить в абсолютную надежность секретности.

— Если мы поддержим текущую скорость, то покинем туманность через шесть часов, — сообщила Ольга, сверяясь с навигационными расчетами. — Затем прямой курс на Терцион, никаких остановок.

— Отлично, — кивнул Максим. — Как только выйдем из туманности, сможем разогнаться до крейсерской скорости и...

Сигнал тревоги прервал его фразу. Мостик мгновенно залился красным светом аварийной сигнализации.

— Контакт! — резко выпрямилась Джейн. — Три... нет, четыре корабля только что вышли из гиперпространства в десяти тысячах километров по правому борту!

— На экран! — скомандовал Максим, мгновенно переходя в боевой режим.

Главный дисплей мостика переключился на тактическую проекцию. Четыре корабля действительно только что материализовались из гиперпространства и теперь быстро перестраивались в боевую формацию.

Главный экран мостика переключился на тактическую проекцию. Четыре корабля действительно только что материализовались из гиперпространства и теперь быстро перестраивались в боевую формацию.

— Идентификация? — требовательно спросил Максим.

— Сканирование... — Джейн быстро работала с консолью. — Три легких фрегата класса «Гарпия», модифицированные. Мощное вооружение, усиленные щиты. И один тяжелый крейсер, похоже на переделанный военный транспорт класса «Минотавр». Опознавательные сигналы отсутствуют, но конфигурация двигателей и энергетическая сигнатура указывают на...

— «Багровые», — мрачно закончил за нее Максим. — Чертовы пираты.

«Багровые» были одной из самых печально известных пиратских группировок во внешних системах. Их возглавлял некто, известный только как Командор — бывший офицер флота Альянса, ставший пиратом после какого-то скандала, подробности которого варьировались в зависимости от рассказчика. Их фирменным знаком были кроваво-красные полосы на корпусах кораблей — как раз такие, какие сейчас проявлялись на изображениях приближающихся судов.

— Они знают о нашем грузе, — констатировал Максим. — Иначе не собрали бы такую ударную группу для одного курьерского корабля.

— Входящая передача, — сообщила Катерина. — Открытый канал.

— Давай, — кивнул Максим.

На экране появилось лицо человека средних лет с тщательно подстриженной седеющей бородой и холодными серыми глазами. Шрам, пересекающий левую бровь, придавал ему зловещий вид.

— Транспорт «Свет Ориона», — произнес мужчина спокойным, почти вежливым тоном, — это Командор «Багровых». Я предлагаю вам простую сделку: остановите двигатели, опустите щиты и позвольте абордажной команде забрать ваш груз криллеума. В обмен я гарантирую жизнь всему экипажу и минимальный ущерб вашему кораблю.

Максим мгновенно оценил ситуацию. Четыре боевых корабля против одного курьерского судна. Даже с недавно модернизированными системами «Свет Ориона» был в невыгодном положении. Но сдаться пиратам... не в его характере.

— Командор, — Максим сохранял спокойствие, — должен признать, я впечатлен вашей осведомленностью. Но я не могу принять ваше предложение. Этот груз критически важен для моего заказчика. И мы под защитой Межзвездного Кодекса Перевозок, раздел 7, статья 12.

— Мне неприятно это говорить, капитан Светлов, — Командор позволил себе легкую улыбку, — но боюсь, у вас нет выбора. Взгляните на свои тактические дисплеи. Ваши шансы прорваться через наше построение близки к нулю. Кроме того здесь в Туманности Барнарда действую другие законы. Усмехнулся он.

Ольга, не отрывая взгляда от навигационной консоли, тихо сказала: — Он прав, капитан. Против четырех кораблей... мы не сможем уйти.

— У нас груз стоимостью пятьсот тысяч кредитов в грузовом отсеке, — тихо произнесла Джейн. — Страховка?

Максим горько усмехнулся. — Ты думаешь страховщики выплатят компенсацию, если мы добровольно сдадим груз? «Геликс Транспорт» три года судился после того, как их капитан отдал груз редких минералов пиратам из группировки Ориона. Они так и не получили полную выплату — страховая компания сослалась на пункт о «халатности и непринятии всех возможных мер по спасению груза».

— Тогда что? — спросила Ольга. — Умереть за корпорацию и её бесценный криллеум?

Катерина повернулась к ним: — Если учесть вероятность повреждения систем корабля и потенциальные медицинские расходы, любое сопротивление при данном соотношении сил нелогично. Но я согласна с капитаном — корпорации крайне негативно относятся к добровольной сдаче грузов такой стоимости.

— Неизвестно, что хуже, — мрачно прокомментировал Максим, — разборки с пиратами или объяснения со страховой и корпорацией. И те и другие стремятся выжать все соки...

— Капитан Светлов, — голос Командора вернул всех к реальности. — Я не планирую тратить время на долгие переговоры. У вас две минуты на решение.

Максим быстро прикинул возможные варианты. Шансы на побег были минимальны, но сдаться означало потерять не только груз, но и репутацию, а возможно и будущие контракты. Корпорации никогда не доверяют перевозки капитанам, известным своей уступчивостью пиратам. Конечно сделать это один раз не смертельно, но...

— Майк, — Максим активировал коммуникатор. — Переведи щиты на максимальную мощность. Ольга готовь маневры уклонения.

— Принято, капитан, — отозвался инженер.

Максим снова обратился к изображению Командора: — Боюсь, мы вынуждены отклонить ваше предложение. Этот груз слишком важен, а объясняться со страховой компанией и заказчиками после добровольной сдачи — себе дороже.

— Жаль, — кивнул Командор. — В таком случае, капитан, вы не оставили мне выбора. Но у вас ещё есть время. Через две минуты если вы не сдадитесь мы атакуем вас.

Экран погас, а тактический дисплей показал движение пиратских кораблей. Они начали боевое развёртывание.

— Варианты? — Максим повернулся к экипажу.

— Бой — не вариант, — покачала головой Джейн. — Они превосходят нас числом и огневой мощью минимум в три раза.

— Бегство? — предложила Ольга. — Если уйдем на максимальной скорости к границе туманности...

— Их фрегаты быстрее нас, — возразила Джейн. — Они догонят до того, как мы выйдем на чистое пространство для гиперпрыжка.

— А если использовать туманность? — вмешалась Катерина. — Плотные скопления ионизированных частиц могут скрыть нас от их сенсоров.

Максим быстро оценил предложение.

— Это может сработать. Ольга, есть поблизости достаточно плотные участки туманности?

— В трех минутах полета на максимальной скорости, сектор G-9, — подтвердила Ольга, быстро сверившись с картой. — Там концентрация ионизированных частиц в 2.7 раза выше средней по туманности.

— Туда, — решил Максим. — Максимальная скорость, петляющий курс. Джейн, приготовь оборонительные системы. Не стрелять первыми, но если они атакуют — отвечаем.

— 10 секунд до истечения ультиматума, — предупредила Катерина.

— Всем приготовиться, — Максим активировал общекорабельную связь. — Майк, закрепи все в грузовом отсеке и возвращайся на мостик. Декс, на всякий случай, запри камбуз — не хочу, чтобы твои кулинарные шедевры летали по всему кораблю, если нас тряхнет.

— Я позабочусь о том, чтобы пища, дающая жизнь вашим эфемерным телам, оставалась в стабильном положении, пока вы пляшете в космическом балете со смертью, — отозвался философствующий робот-повар.

Максим покачал головой — даже перед лицом опасности Декс оставался верен своему эксцентричному стилю.

— Время вышло, — сообщила Катерина.

Почти сразу же корабли пиратов пришли в движение — три фрегата начали разворачиваться для атаки, а крейсер неторопливо двигался следом, очевидно, планируя поддерживать их огнем с дистанции.

— Поехали! — скомандовал Максим. — Полная тяга, курс на сектор G-9!

«Свет Ориона» рванулся вперед, набирая скорость. Корпус корабля слегка задрожал, когда двигатели вышли на максимальную мощность.

— Пираты преследуют, — доложила Джейн. — Фрегаты рассредоточились, пытаются отрезать пути отступления. Крейсер держится позади, но в радиусе действия своих орудий.

— Расстояние до плотного скопления туманности? — спросил Максим.

— Две минуты сорок секунд при текущей скорости, — ответила Ольга. — Но они догоняют, капитан. Их фрегаты быстрее.

— Корабли противника активировали оружейные системы! — предупредила Джейн. — Фиксирую энергетические всплески... они открывают огонь!

Корабль тряхнуло, когда первые выстрелы плазменных пушек пронеслись мимо, едва не задев щиты.

— Маневрирование уклонения, — скомандовал Максим. — Джейн, активируй ответный огонь — только по ведущему фрегату. Целься в двигатели.

«Свет Ориона» начал выполнять серию сложных уклоняющих маневров, одновременно открыв огонь из кормовых турелей. Несколько лазерных зарядов и ракет устремились к ведущему фрегату пиратов, но большинство прошли мимо или были сбтты ответным огнём — на такой скорости и дистанции точное попадание было почти невозможным.

Однако один заряд все же достиг цели — фрегат дернулся в сторону, его двигательная секция на мгновение вспыхнула голубоватым светом.

— Попадание! — доложила Джейн. — Повреждения минимальны, но они немного отстали.

— Капитан, входящий сигнал от крейсера противника, — сообщила Катерина.

— Не сейчас, — отрезал Максим. — Судя по всему, они не настроены на переговоры.

В подтверждение его слов, крейсер пиратов открыл огонь — более мощный, чем у фрегатов. Один из зарядов задел защитное поле «Света Ориона», вызвав каскад энергетических вспышек.

— Щиты держатся, — доложил вернувшийся на мостик Майк, занимая свою станцию. — Но это было предупреждение. Следующий залп они направят точнее.

— Расстояние до скопления? — напряженно спросил Максим.

— Одна минута двадцать секунд, — ответила Ольга. — Но два фрегата меняют курс, пытаясь отрезать нам путь.

Максим быстро просчитывал варианты. Если фрегаты успеют занять позицию, они окажутся в перекрестном огне. Нужно было что-то менять.

— Новый план, — решил он. — Ольга, проложи курс на ближайший астероидный кластер в секторе F-8. Используем их как прикрытие, затем резкий поворот к плотному скоплению.

— Есть, капитан, — Ольга быстро перерассчитала маршрут.

— Изменение курса через три, два, один... сейчас! Скомандовал Максим.

«Свет Ориона» резко изменил направление, устремившись к группе небольших астероидов. Пираты не ожидали такого маневра, и их фрегаты на несколько ценных секунд сбились с курса преследования.

— Они перестраиваются, — доложила Джейн. — Мы выиграли немного времени, но они все равно догонят до входа в астероидный кластер.

— Майк, перераспредели энергию с носовых щитов на кормовые, — приказал Максим. — Джейн, подготовь кормовые орудия. Как только первый фрегат войдет в оптимальную дистанцию, открывай огонь на поражение двигательных систем.

Напряжение на мостике достигло пика, когда первый фрегат пиратов начал приближаться к «Свету Ориона» на опасно близкое расстояние.

— Цель в зоне поражения, — сообщила Джейн. — Открываю огонь!

Кормовые лазеры корабля синхронно выстреливают и заряды энергии вместе с ракетами отправляются в сторону космического корабля. На этот раз дистанция была меньше, и большинство зарядов достигли цели. Фрегат содрогнулся, его щиты вспыхнули и частично отказали, пропустив несколько попаданий в корпус.

— Прямое попадание в двигательную секцию, — доложила Джейн с нотками триумфа в голосе. — Они теряют скорость!

— Внимание! — вдруг воскликнула Катерина. — Крейсер активировал тяжелое вооружение. Фиксирую энергетический всплеск, характерный для рельсовой пушки!

Рельсовые пушки были грозным оружием — электромагнитные ускорители, запускающие твердые снаряды на невероятной скорости. В отличие от энергетического оружия, рельсовые пушки не теряли эффективности в туманностях и могли пробивать щиты.

— Уклонение! Все вправо! — мгновенно скомандовал Максим.

«Свет Ориона» резко сместился вправо, едва избежав прямого попадания снаряда рельсовой пушки. Но даже пролетевший мимо снаряд создал мощную энергетическую волну, которая сотрясла корабль.

— Легкие повреждения внешней обшивки, — доложил Майк, проверяя системные отчеты. — Ничего критичного, но еще пара таких близких пролетов, и у нас могут быть проблемы.

— Расстояние до астероидного кластера? — спросил Максим.

— Сорок секунд, — ответила Ольга. — Но крейсер перезаряжает рельсовую пушку, и два оставшихся фрегата все еще на хвосте.

— Катерина, передай энергию с систем жизнеобеспечения на двигатели, — приказал Максим. — Временно отключи все, кроме минимального поддержания атмосферы. Нам нужна каждая капля мощности.

— Выполняю, — кивнула гиноид, ее пальцы быстро двигались по консоли. — Перенаправляю энергию... Увеличение мощности двигателей на 7%.

Этого было достаточно, чтобы немного увеличить скорость. «Свет Ориона» устремился к спасительным астероидам, преследуемый пиратами.

— Входим в кластер через десять секунд, — доложила Ольга. — Готовлю маневровые двигатели для ближнего лавирования.

— Двигатели поврежденного фрегата снова в сети, — предупредила Джейн. — Они возвращаются в погоню, хотя и с пониженной скоростью.

Астероиды становились все ближе — неправильной формы каменные массы, вращающиеся в космическом танце. Между ними «Свет Ориона» был бы менее заметен для сенсоров пиратов, но и маневрирование стало бы значительно сложнее.

— Вхожу в кластер, — сообщил Максим и его руки уверенно двигались по управляющей консоли, направляя корабль между двумя крупными астероидами.

Пространство вокруг внезапно заполнилось каменными глыбами разных размеров. Максим мастерски вел корабль, огибая более крупные астероиды и используя их как прикрытие от преследователей.

— Пираты входят в кластер, — доложила Джейн. — Крейсер остается на периферии — он слишком громоздкий для таких маневров. Но фрегаты продолжают преследование.

— Идеально, — кивнул Максим. — Джейн, когда мы выйдем из кластера с другой стороны, запусти несколько ложных сигнальных буев. Пусть думают, что мы продолжаем движение в том же направлении.

— А настоящий курс? — спросила Ольга.

— Как только запустим буи, резко меняем направление на сектор G-9, как и планировали изначально, — ответил Максим. — Используем астероиды как прикрытие для маневра.

Корабль продолжал лавировать между каменными глыбами, иногда проходя в опасной близости от их поверхности. Пираты следовали за ними, но с каждым маневром расстояние между кораблями увеличивалось — на таких дистанциях и в таких условиях опыт пилота играл решающую роль, а навыки у капитана были хорошие.

— Выходим из кластера через тридцать секунд, — доложила она. — Буи готовы к запуску.

— Пираты отстали, — добавила Джейн. — Дистанция увеличилась. Но они все еще на хвосте.

— Выходим... сейчас! — скомандовала Ольга, когда «Свет Ориона» вынырнул из астероидного поля в относительно чистое пространство.

— Запуск буев, — Джейн активировала систему, и несколько небольших устройств отделилось от корабля, разлетаясь в разные стороны. Каждое излучало сигнатуру, имитирующую двигатели «Света Ориона».

— Поворот, — сказал Максим. — Курс на сектор G-9, максимальная скорость!

Корабль выполнил крутой маневр, меняя направление почти на 90 градусов и устремляясь к плотному скоплению туманности. За спиной пираты только начинали выходить из астероидного поля.

— Они засекли буи, — доложила Джейн, наблюдая за тактической картой. — Два фрегата продолжают движение по ложному следу. Третий, поврежденный... проверяет наш реальный курс! Он не купился на уловку!

— Проклятье, — процедил Максим. — Расстояние до скопления?

— Одна минута пятьдесят секунд, — ответила Ольга. — Но если они поймут, куда мы на самом деле направляемся...

— Придется рискнуть, — решил Максим. — Майк,Ольга можете выжать еще немного мощности из двигателей?

— Уже на пределе, капитан, — покачал головой Майк.

—Если увеличим тягу еще больше, рискуем перегревом. Ответила Ольга.

— Поврежденный фрегат меняет курс, — предупредила Джейн. — Он передает данные остальным. Они разгадали наш план!

— Нам нужно задержать их, — Максим оценил ситуацию. — Джейн, у нас остались минные зонды?

— Три штуки, — подтвердила Джейн. — Но их легко обнаружить стандартными сканерами.

— Не в туманности, — возразил Максим. — Особенно если мы замаскируем их под естественные энергетические аномалии. Разверни их по нашему следу, настрой на срабатывание при приближении корабля.

— Выполняю, — кивнула Джейн, активируя систему развертывания минных зондов.

Три небольших устройства отделились от корабля и заняли позиции позади, скрытые естественными помехами туманности. Каждое было настроено на детонацию при приближении корабля на определенное расстояние.

— Минные зонды установлены, — доложила Джейн. — Но я сомневаюсь, что они остановят крейсер, если он решит преследовать нас напрямую.

— Не должны останавливать, — ответил Максим. — Достаточно задержать и отвлечь. Расстояние до скопления?

— Одна минута, — сообщила Ольга. — Пираты перегруппировываются. Все три фрегата теперь на нашем хвосте, крейсер движется в обход, пытаясь отрезать путь отступления.

Следующая минута прошла в напряженном ожидании. «Свет Ориона» мчался к плотному скоплению туманности, за ним — пираты, сокращающие дистанцию.

— Двадцать секунд до входа в скопление, — доложила Ольга. — Сенсоры уже фиксируют помехи.

— Детонация минного зонда! — воскликнула Джейн. — Ведущий фрегат подорвался на первой мине. Сканеры фиксируют повреждения щитов и корпуса.

— Они замедлились, — добавила она через несколько секунд. — Стали осторожнее. Это даст нам еще немного форы.

— Перед нами плотное скопление туманности, — объявила Ольга, и корабль погрузился в мерцающую завесу космической пыли и энергетических частиц. Видимость резко упала, даже усиленные сенсоры корабля с трудом пробивались сквозь плотную массу.

— Сенсоры работают на 30% эффективности, — доложила Катерина. — Но для пиратов должно быть еще хуже — их оборудование не оптимизировано для таких условий.

— Отлично, — кивнул Максим. — следуем по запланированному курсу еще две минуты, затем произвольное изменение направления. Будем путать след.

— Детонация второго минного зонда! — доложила Джейн. — И третьего! Они сработали почти одновременно. Судя по всему, фрегаты пиратов решили ускориться и влетели в минное поле на полной скорости.

На тактическом экране, сквозь помехи, можно было различить вспышки в том месте, где только что были корабли преследователей.

— Оценка повреждений? — спросил Максим.

— Трудно сказать наверняка из-за помех, — ответила Джейн, — но похоже, один фрегат серьезно поврежден, два других получили урон средней тяжести. Крейсер все еще на периферии, вне зоны действия мин.

— Меняю курс, —оповестил капитан, выполняя маневр. — Направляемся к внешней границе туманности, сектор E-7.

«Свет Ориона» углубился в плотное скопление, маневрируя между сгустками ионизированных частиц. След корабля быстро скрывался за естественными помехами туманности.

Пятнадцать напряженных минут спустя Джейн наконец выдохнула с облегчением:

— Я потеряла их с сенсоров. Либо они прекратили преследование, либо мы действительно оторвались.

— Не расслабляйтесь, — предупредил Максим. — Командор не из тех, кто легко отказывается от добычи. Меняем курс каждые пять минут. Ольга следи за двигателями. Катерина, продолжай мониторить все каналы связи — они могут координировать поиски.

Еще сорок минут корабль петлял в туманности, меняя направление, скорость и высоту относительно плоскости эклиптики. Наконец, когда они достигли относительно разреженного участка на границе туманности, Максим позволил себе небольшую передышку.

— Кажется, мы действительно оторвались, — констатировал он. — Майк, оценка состояния систем?

— Двигатели перегружены, но в пределах допустимого, — ответил бортинженер. — Щиты на 84% мощности, повреждения внешней обшивки минимальны. Можем продолжать полет на крейсерской скорости.

— Расчетное время выхода из туманности? — Максим повернулся к Ольге.

— При текущей скорости — сорок минут, — ответила она. — Затем будет возможность совершить гиперпрыжок к Терциону.

— Хорошо, — кивнул Максим. — Держим курс, но оставайтесь на... Что это?

Его внезапно прервал новый сигнал тревоги. Красный свет снова залил мостик.

— Контакт по левому борту! — воскликнула Джейн. — Крейсер «Багровых»! Он вышел из скрытого гиперпрыжка прямо перед нами!

— Как? — потрясенно выдохнул Майк. — Гиперпрыжок внутри туманности на сверблизкие расстояния это очень опасно!

— Очевидно, Командор умеет что-то, чего не умеем мы, — мрачно ответил Максим. — Щиты на полную! Ольга, уклонение!

Но было поздно. Крейсер пиратов открыл огонь из всех орудий, накрыв «Свет Ориона» шквальным огнем. Корабль содрогнулся, когда несколько зарядов пробили ослабленные щиты и повредили корпус.

— Прямые попадания! — доложил Майк. — Повреждения в секторах 3, 5 и 7. Щиты на 40% и падают!

— Входящее сообщение, — доложила Катерина.

— Давай, — коротко кивнул Максим.

На экране снова возникло лицо Командора, на этот раз с триумфальной ухмылкой.

— Капитан Светлов, я впечатлен вашей изобретательностью, — произнес пират. — Вы доставили немало хлопот моим фрегатам. Но игры закончены. Сдавайтесь, или следующий залп будет направлен в ваш двигательный отсек.

Максим быстро оценил ситуацию. Шансы на победу в прямом бою были минимальны. Но сдаться означало потерять ценнейший груз и, возможно, подвергнуть экипаж опасности, несмотря на обещания Командора.

— Нужно время, — тихо сказал он остальным членам экипажа, затем обратился к пирату: — Командор, ваша тактика заслуживает уважения. Но прежде чем я приму решение, я должен убедиться, что мой экипаж не пострадает. Какие гарантии вы можете предоставить?

— Разумная предосторожность, — кивнул Командор. — Вы и ваш экипаж будете помещены в спасательные капсулы с аварийным маяком. Мы оставим вас в пределах регулярных торговых маршрутов — вас подберут в течение дня. Никаких лишних жертв, только бизнес.

— Мне нужно посовещаться с экипажем, — ответил Максим. — Две минуты.

— Одна, — парировал Командор. — И не пытайтесь выкинуть какой-нибудь трюк. Мои орудия нацелены на ваши критические системы.

Связь прервалась.

— План? — сразу спросила Джейн, зная, что капитан не собирается сдаваться.

— Ольга, статус гипердвигателя? — быстро спросил Максим.

— Функционирует, но мы все еще в туманности, —сказала Ольга. — Прыжок будет крайне рискованным, возможны...

— Знаю, — прервал его Максим. — Катерина, перенаправь всю доступную энергию на щиты переднего сектора и на гипердвигатель. Ольга, введи координаты аварийного прыжка — любое чистое пространство за пределами туманности.

— Капитан, — предупредила Катерина, — если мы активируем гипердвигатель в туманности, вероятность ошибки составит минимум 35%.

— А если сдадимся пиратам, вероятность, что они оставят нас в живых после того, как мы уничтожили или повредили два их фрегата? — парировал Максим. — Готовьте прыжок. Джейн, по моему сигналу открой огонь всеми доступными орудиями по крейсеру — целься в его сенсорный массив. Нам нужно ослепить их на несколько секунд.

— Есть, капитан, — Джейн быстро настроила орудийные системы.

— Входящий вызов, — доложила Катерина. — Время истекло.

— Не отвечай, — приказал Максим. — Щиты и гипердвигатель готовы?

— Щиты перенастроены, — подтвердила Катерина. — Вся доступная энергия перенаправлена на защиту и прыжок.

— Гипердвигатель активируется по команде, — доложила Ольга. — Но, капитан, еще раз предупреждаю: прыжок из туманности...

— Я знаю риски, — кивнул Максим. — Всем приготовиться. Джейн — огонь!

Все орудия «Света Ориона» одновременно выплюнули заряды и ракеты, устремившиеся к крейсеру пиратов. Командор явно не ожидал такой наглой реакции — несколько зарядов попали в цель, повредив сенсорные антенны и коммуникационные узлы корабля.

— Прямые попадания! — доложила Джейн. — Их сенсорный массив поврежден, но они открывают ответный огонь!

— Гиперпрыжок! — скомандовал Максим.

Ольга активировала гипердвигатель. Вокруг корабля начало формироваться характерное искажение пространства, но процесс шел неравномерно — плотные скопления частиц в туманности создавали помехи.

— Нестабильность гиперполя! — предупредила Ольга. — Прыжок может...

Её слова прервал мощный удар — один из плазменных зарядов крейсера пиратов попал в корму «Света Ориона» как раз в момент активации гиперпрыжка. Вспышка энергии, разрыв пространства — и корабль исчез из нормального космоса, оставив позади разъяренного Командора.

***

Путешествие через гиперпространство было самым турбулентным, что когда-либо испытывал экипаж «Света Ориона». Корабль трясло, бросало из стороны в сторону, системы давали сбои. Несколько раз казалось, что обшивка не выдержит напряжения.

Но против всех ожиданий, они вышли из гиперпрыжка целыми насколько возможно. Вот только не там, где планировали.

— Статус? — спросил Максим, когда световые эффекты гиперпространства рассеялись.

— Мы в нормальном космосе, — доложила Ольга, проверяя навигационные системы. — Но... не там, где планировали. Сенсоры фиксируют звезду класса F — похоже на Терцион, но мы оказались в неожиданном секторе системы.

— Повреждения? — Максим повернулся к Майку.

— Обширные, но не критические, — ответил бортинженер, изучая данные. — Гипердвигатель частично перегорел, потребуется капитальный ремонт. Щиты на 15% мощности. Основные двигатели работают на 60% возможностей. Повреждения корпуса в нескольких секторах, но целостность сохранена.

— Груз? — это был главный вопрос.

— Криллеум в порядке, — подтвердил Майк. — Контейнеры не повреждены, система охлаждения функционирует нормально. Нам повезло.

Максим с облегчением выдохнул.

— Значит, основную задачу мы все еще можем выполнить. Ольга, определи наше точное положение в системе Терцион и нам нужно проложить курс к ближайшей станции Альянса.

— Уже работаю над этим, — кивнула Ольга. — Мы находимся во внешнем секторе системы, примерно в двух световых часах от основной торговой трассы. Ближайшая станция — «Аргус-7», исследовательская база на орбите шестой планеты. Расчетное время прибытия при нынешней скорости — 14 часов.

— Связь с базой? — спросил Максим.

— Пытаюсь установить, — ответила Катерина. — Но наши коммуникационные системы повреждены, радиус действия ограничен. Потребуется приблизиться еще на 30 минут полета, прежде чем мы сможем отправить четкий сигнал.

Максим кивнул.

— Держим курс на «Аргус-7». Майк, Катерина — начните ремонтные работы. Приоритет — двигатели и щиты. Джейн, держи оружейные системы в готовности — не думаю, что «Багровые» последуют за нами после такого прыжка, но лучше перестраховаться.

— Капитан, — вдруг подала голос Ольга, не отрываясь от навигационных сканеров, — фиксирую многочисленные объекты по курсу. Похоже на... метеоритный поток. Довольно плотный.

— На экран, — скомандовал Максим.

Главный экран мостика отобразил пространство перед кораблем. Действительно, впереди виднелось скопление каменных обломков разного размера — от мелких камней до глыб размером с небольшой корабль. И они двигались прямо по курсу «Света Ориона».

— Нам стоит изменить курс? — спросила Ольга.

Максим задумался. Облет потребует дополнительного времени и топлива, которого у них и так было в обрез после повреждений.

— Насколько плотный поток?

— Средней плотности, — ответила Ольга, анализируя данные. — При наших текущих щитах мелкие объекты не представляют угрозы, но от крупных придется уклоняться вручную.

— Проходим через поток, — решил Максим. — Сэкономим время. Джейн, перенаправь часть мощности с оружейных систем на носовые щиты. Ольга, будь готова к маневрированию.

Корабль продолжил движение, приближаясь к метеоритному потоку. По мере сближения становилось очевидно, что поток был плотнее, чем показывали первоначальные сканеры.

— Вхожу в поток, — сказал Максим когда первые мелкие метеориты начали ударяться о щиты корабля, создавая голубоватые вспышки энергии. — Держитесь, будет трясти.

Он не преувеличивал. «Свет Ориона» содрогался при каждом столкновении, пусть даже щиты поглощали большую часть кинетической энергии. Ольга искусно управляла маневровыми двигателями, помогая избежать столкновений с наиболее крупными объектами, но полностью избежать ударов было невозможно.

— Щиты падают, — предупредил Майк. — 10% и снижаются.

— Крупный объект прямо по курсу! — воскликнула Джейн. — Слишком большой для уклонения!

— Полная тяга вниз! — скомандовал Максим, и резко увел корабль вниз, пытаясь пройти под массивным метеоритом.

Маневр частично удался — они избежали прямого столкновения, но верхняя часть корабля все же задела край каменной глыбы. Корпус протестующе заскрежетал, несколько панелей обшивки сорвало.

— Повреждения в верхней палубе! — доложил Майк. — Разгерметизация секторов 8 и 9! Активирую аварийные переборки!

— Щиты почти исчерпаны, — добавила Катерина. — Еще несколько таких ударов, и они полностью откажут.

— Сколько еще до выхода из потока? — напряженно спросил Максим.

— Примерно две минуты при текущей скорости, — ответила Ольга. — Но впереди плотность еще выше.

Максим принял решение:

— Снижаем скорость на 30%. Лучше потратить больше времени на прохождение, чем рисковать полной потерей щитов.

Корабль замедлился. Это дало больше времени для маневрирования между метеоритами, но каждый удар по-прежнему ощущался всем корпусом.

Следующие пять минут были настоящим испытанием для экипажа. Корабль трясло, системы давали сбои, несколько раз пропадало освещение. Но они не сдавались, умело лавируя между каменными глыбами, а Майк и Катерина работали не покладая рук, перенаправляя энергию и изолируя поврежденные системы.

Наконец, когда щиты уже практически истощились, а экипаж был готов к худшему, Ольга произнесла долгожданные слова:

— Выходим из потока! Впереди чистое пространство!

«Свет Ориона», потрепанный, но не сломленный, вырвался из метеоритного потока в относительно безопасное пространство.

— Оценка повреждений, — потребовал Максим, когда корабль стабилизировался.

— Щиты полностью истощены, — доложил Майк. — Верхняя палуба в секторах 8 и 9 разгерметизирована, но аварийные переборки держат. Потеряно 15% запаса топлива из-за пробоины в одном из вспомогательных баков. Основные двигатели работают на 55% мощности, и это предел без капитального ремонта.

— Груз? — снова спросил Максим.

— По-прежнему в безопасности, — подтвердил Майк. — Грузовой отсек не пострадал, системы охлаждения функционируют.

— Связь с «Аргус-7»? — Максим повернулся к Катерине.

— Слабый сигнал, но они принимают, — ответила гиноид. — Я передала наши координаты и статус. Они готовят док для аварийной стыковки и медицинский персонал.

— Отлично, — кивнул Максим. — Ольга расчетное время прибытия?

— При текущей скорости и с учетом повреждений — 16 часов, — ответила она. — Если мы не встретим новых препятствий.

Максим откинулся в кресле, чувствуя, как напряжение последних часов наконец начинает отпускать.

— Мы справились, — произнес он, глядя на своих уставших, но не сломленных товарищей. — Груз цел, корабль поврежден, но на ходу, экипаж не пострадал. Я бы сказал, что для встречи с «Багровыми» это очень неплохой результат.

— И у нас есть отличная история, чтобы рассказать в баре «Аргуса», — усмехнулась Джейн, впервые за долгое время позволив себе расслабиться.

— О, это будет эпическая история, — поддержал Майк. — «Как мы обманули самого Командора и его флотилию, выжили в безумном гиперпрыжке и прорвались через метеоритный шторм»!

— И все это ради нескольких кристаллов минерала, — добавила Ольга.

— Не просто минерала, — мягко поправила Катерина. — Криллеум — это основа для создания синтетических нейронных матриц нового поколения. По сути, мы перевозим потенциальные... умы моих будущих собратьев.

Эта мысль заставила всех ненадолго замолчать, осознавая важность их миссии в новом свете.

— Тем более, — наконец произнес Максим, — мы не могли позволить этому грузу попасть в руки пиратов. Кто знает, как бы они его использовали.

— Ну, теперь это точно не проблема, — усмехнулась Джейн. — Интересно, что Командор сейчас думает о нашем безумном прыжке в таком состоянии?

— Вероятно, считает нас погибшими, — предположил Майк. — Шансы успешно выполнить такой прыжок с повреждениями были минимальными.

— Значит, у нас будет элемент неожиданности при следующей встрече, — заметил Максим.

— Следующей? — переспросила Ольга. — Ты действительно думаешь, что мы снова столкнемся с «Багровыми»?

— Мы нанесли серьезный урон их флоту и ушли от самого Командора, — ответил Максим. — Такие люди не забывают подобных унижений. Я почти уверен, что мы еще услышим о них.

— Ну, это будет в другой раз, — решительно заявила Джейн. — А сейчас наша задача — добраться до «Аргуса-7» и передать груз представителям Альянса.

Максим согласно кивнул.

— Именно так. Майк, Катерина — продолжайте ремонтные работы. Джейн — проверь оставшиеся вооружения, на всякий случай. Ольга — поддерживай курс. Я буду на связи с «Аргусом-7», нужно подготовить всю необходимую документацию для передачи груза.

Экипаж разошелся по своим постам, а «Свет Ориона» продолжил свой путь через космическое пространство системы Терцион, направляясь к спасительной станции. Позади остались разгромленная пиратская эскадра, безумный гиперпрыжок и смертельно опасный метеоритный поток. Впереди ждала безопасная гавань, ремонт и, возможно, заслуженный отдых перед следующей миссией.

Но Максим знал — там, в глубинах космоса, Командор «Багровых» уже планирует свою месть. И когда-нибудь их пути снова пересекутся. Но это уже совсем другая история...

Глава 6 Мы же везём обычный груз?

После возвращения на станцию «Гермес» экипаж «Света Ориона» получил три дня отдыха. Максим потратил это время на переговоры с Гильдией Курьеров, изучая доступные контракты. Их приключения привлекли внимание — не каждый день курьерский корабль устанавливает первый контакт с инопланетным разумом и переживает битву с Командором. Максим обнаружил, что теперь ему предлагают более выгодные условия и интересные маршруты.

На четвертый день экипаж собрался в кают-компании для обсуждения нового заказа.

— Ну что команда время обсуждать варианты контрактов . Сказал Максим. - Майк что ты там такое читаешь что даже не слышишь. Спросил капитан. Увидел что их бортинженер не отреагировал на его слова.

— Я читаю новости. Про нас любимых и раздел про научные открытия. Усмехнулся Майк откладывая планшет.

— Не думала что ты интересуешься наукой. Удивлённо хмыкнула Ольга. - Я думала тебе нравится оружие и ремонт корабля.

— А ты видела там заголовки? Спросил Майк. — "Профессор ксенозоологии Селезнёв доказал что редьяки с Колумпра струпают только в воде" " Нордоки из Союза Свободных Систем обнаружили что кристаллы на планете Сорения сами себя разрушают, и испускают сигналы. Являются ли они разумными?"

— Это всё конечно забавно, — сказал капитан. — Давайте вернёмся к обсуждению заказов.

— У нас есть несколько вариантов, — начал Максим, активируя голографический дисплей в центре стола. — Стандартная доставка продовольствия на шахтерскую колонию в системе Тау Кита, научное оборудование для орбитальной лаборатории Альтаир-4 или...

Он сделал паузу, словно сомневаясь. Следующий заказ навевал неприятные воспоминания из прошлого.

— Или? — заинтересованно подалась вперед Джейн.

— Дипломатическая посылка на исследовательскую станцию, — закончил Максим. — Оплата вдвое выше обычной, но маршрут проходит через... спорные территории.

В кают-компании повисла тишина. Все знали о напряженных отношениях между Альянсом Человеческих Систем и Краатарским Протекторатом — коалицией из двадцати инопланетных рас, объединенных под властью древней и могущественной цивилизации краатаров.

— Холодная война, — пробормотала Ольга. — У меня двоюродный брат служит на пограничной станции. Говорит,в последнее время там постоянно происходят "инциденты".

— Если оплата вдвое выше, значит риск тоже выше обычного, — заметил Майк. — Что за дипломатическая посылка?

— Здесь написано — культурные артефакты и документы для научной делегации на станции "Небесная Гавань", — Максим вывел на дисплей подробности контракта. — Станция что-то вроде места для ведения переговоров, исследований и научных обменов.

— Звучит подозрительно безобидно для такой высокой оплаты, — прищурилась Джейн. — Какой подвох?

— Возможно, в самом грузе, — задумчиво произнесла Катерина. — Или в текущей политической ситуации.

— За двести лет жизни ты, должно быть, видела немало политических кризисов? — спросил Майк.

— Достаточно, чтобы понимать: ситуация между Альянсом и Протекторатом сейчас напряженнее, чем признают официальные источники, — ответила гиноид. — Последние три месяца число пограничных инцидентов увеличилось на 42%.

— И ты предлагаешь нам сунуться прямо туда? — скептически уточнила Ольга.

— Я не предлагаю, — покачала головой Катерина. — Я лишь констатирую факты.

Максим внимательно посмотрел на каждого члена экипажа.

— Решение должно быть общим. Это не военный корабль, где приказы не обсуждаются. Мы все рискуем одинаково.

— Какой смысл избегать опасности? — философски заметил Декс, который до этого молча стоял у стены. — В конечном счете, энтропия одержит победу над всеми нами. Но, должен признать, чуть больше кредитов позволит приобрести лучшие ингредиенты для моих кулинарных экспериментов перед неизбежным концом.

— Я за, — решительно заявила Джейн. — После Тирра меня сложно напугать пограничными инцидентами.

— Если у нас есть разрешения и документы, то формально мы в безопасности, — рассудил Майк. — К тому же, "Немезида" достаточно быстра, чтобы уйти от большинства преследователей.

Ольга выглядела менее уверенной.

— Мне не нравится эта затея. Но... я доверяю вашему решению, капитан.

— Я, — улыбнулась Катерина, — за двести лет научилась ценить интересные истории больше, чем безопасность.

Максим кивнул.

— Значит, решено. Я подписываю контракт, и завтра мы принимаем груз.

***

На следующий день в доке №17 их встретили два человека в строгих серых костюмах без знаков различия. Они сопровождали металлический контейнер средних размеров с маркировкой дипломатической службы Альянса.

— Капитан Светлов? — обратился к Максиму более высокий из них. — Я агент Моррисон, это агент Кларк. Мы из Дипломатического корпуса Альянса.

Максим поднял бровь. Эти двое больше походили на сотрудников разведки, чем на дипломатов.

— Документы на груз? — он протянул руку.

Моррисон передал ему кристалл данных.

— Здесь всё необходимое — разрешения, декларации, коды доступа для станции "Небесная Гавань". Груз следует доставить непосредственно доктору Элиасу Ченгу. Лично в руки.

— Понятно, — кивнул Максим. — А что в контейнере?

Агенты переглянулись.

— Как указано в документах — культурные артефакты и научные материалы для совместной исследовательской группы, — сухо ответил Кларк.

— И всё же? — настаивал Максим.

— Эти сведения выходят за рамки необходимого для выполнения вашей миссии, капитан, — отрезал Моррисон. — Вам следует знать лишь то, что содержимое контейнера имеет высокую ценность для Альянса и должно быть доставлено в целости и сохранности.

Джейн, стоявшая неподалеку, закатила глаза.

— Другими словами, мы не должны совать нос не в свое дело, — пробормотала она.

— Именно, — кивнул Кларк, услышав её комментарий. — И ещё кое-что, капитан. Контейнер оснащен системой безопасности и трекером. Мы будем знать о любых... нарушениях целостности.

— Не волнуйтесь, — Максим холодно улыбнулся. — Мы просто доставляем посылку. Как и было оговорено в контракте.

***

Погрузив контейнер и выполнив предполетную подготовку, "Свет Ориона" покинул станцию "Гермес". Курс был проложен к зоне где располагалась станция назначения.

— Расчетное время в пути — четверо суток, — доложила Ольга, сверяясь с навигационными данными. — Три перехода через гиперпространство с короткими выходами для корректировки курса.

— Отлично, — кивнул Максим. — Майк, что с системами?

— Всё в полной готовности, кэп, — доложил тот.

-Джейн? -спросил Максим.

- Орудийные системы в норме. - Ответила та. Надеюсь они нам не понадобятся..

— Надежда — иррациональный механизм самоутешения, — вздохнул Декс, неожиданно появившийся на мостике. — Но я приготовил шоколадные маффины, которые на короткое время могут создать иллюзию, что вселенная не так уж враждебна.

Майк с энтузиазмом потянулся к подносу, который держал робот-повар.

— Твой экзистенциальный кризис определенно идёт на пользу нашим желудкам, Декс.

***

Первые два дня полета прошли без происшествий. Экипаж занимался повседневными делами, а загадочный контейнер надежно хранился в специальном отсеке. Никто не пытался нарушить его целостность, хотя любопытство терзало всех.

Вечером второго дня Максим обнаружил Катерину, задумчиво изучающую что-то на своем планшете.

— Что нашла? — спросил он, присаживаясь рядом в кают-компании.

— Информацию о станции "Небесная Гавань", — ответила гиноид, не отрывая взгляда от экрана. — И о докторе Элиасе Ченге, которому мы должны доставить груз.

— И?

— Станция действительно является местом для научного и культурного обмена. Но в последние месяцы там происходит что-то странное.

— В каком смысле?

— Численность персонала увеличилось на 30%, — Катерина вывела на экран графики. — При этом официально объявленных научных проектов стало меньше.

— Военные приготовления? — нахмурился Максим.

— Возможно. Или нечто иное. А доктор Ченг... — она открыла другой файл, — не просто ученый. Ходят слухи что он работал в программе "Прометей".

— Никогда не слышал о такой.

— Неудивительно. Это по некоторым данным которые я получила от знакомых,это проект Альянса по изучению и адаптации краатарских технологий, — пояснила Катерина. — Особенно тех, что связаны с энергетическими системами.

Максим задумчиво побарабанил пальцами по столу.

— Ты думаешь, что в нашем контейнере...

— Я ничего не думаю, — мягко перебила его Катерина. — Я лишь собираю информацию. Но сопоставление фактов предполагает, что мы везем что-то более важное, чем "культурные артефакты".

***

На третий день, когда они совершили второй гиперпространственный прыжок и вышли в обычное пространство для корректировки курса, Джейн заметила что-то на дальних сканерах.

— Капитан, у нас компания, — сообщила она, не отрываясь от мониторов. — Три сигнатуры. Идентифицируются как патрульные корабли Краатарского Протектората.

— Расстояние? — мгновенно отреагировал Максим.

— Два миллиона километров и сокращается. Они изменили курс и направляются к нам.

— Они обнаружили нас?

— Однозначно, — кивнула Джейн. — Их сканеры более продвинуты, чем наши.

— Майк, статус вооружения?

— Всё готово, но... — Майк замялся. — Капитан, это патрульные корабли Протектората. Если мы откроем огонь, это может расцениваться как акт войны.

Максим нахмурился.

— Мы в нейтральном пространстве. Они не имеют права нас останавливать.

— Технически, — вмешалась Катерина, — это спорная территория. И у Протектората есть право проверять суда, если они подозревают контрабанду или нарушение пограничных соглашений.

— Они вызывают нас, — сообщила Ольга. — Передают на всех частотах.

— На экран, — скомандовал Максим.

Изображение на главном экране мостика мигнуло, и появилась фигура краатара — высокого гуманоида с серо-голубой кожей, большими глазами без зрачков и гребнем на голове.

— Человеческое судно, — голос звучал с характерным металлическим акцентом, — это капитан За - Ракт с патрульного крейсера "Наблюдатель Границы". Вы находитесь в зоне особого контроля Краатарского Протектората. Остановите двигатели и приготовьтесь к досмотру.

Максим сохранял внешнее спокойствие.

— Капитан За-Ракт, это Максим Светлов с транспортного корабля "Свет Ориона". Мы осуществляем легальную перевозку груза на станцию "Нейтральная Гавань". У нас есть все необходимые документы и разрешения.

Краатар на экране не выказал никаких эмоций.

— Ваши документы будут проверены. Остановите двигатели и опустите защитные поля для телеметрической проверки груза.

Максим выключил передачу и повернулся к экипажу.

— Мнения?

— Не нравится мне это, — нахмурилась Джейн. — Они что-то знают о нашем грузе.

— Или подозревают, — добавил Майк.

— Если мы не подчинимся, они могут открыть огонь, — заметила Ольга. — А если подчинимся и они обнаружат что-то нелегальное в контейнере...

— Мы не знаем, что там, — напомнил Максим.

— Именно, — кивнула Катерина. — И это проблема. Мы не можем оценить риски.

Максим принял решение.

— Ольга, сбросить скорость до минимальной, но не останавливаться полностью. Джейн, держи оружие в готовности, но не активировать прицельные системы — не хочу провоцировать их. Майк, Ольга рассчитайте аварийный прыжок в гиперпространство.

— Но мы слишком близко к гравитационному колодцу звезды, — возразил Майк.

— Прыжок будет крайне рискованным. С беспокой в голосе ответила Ольга. Нас может выкинуть за десятки парсек от места назначения.

— Рассчитайте на крайний случай, — настоял Максим и снова включил связь.

— Капитан За - Ракт, мы снижаем скорость для проверки документов. Однако напоминаю, что по соглашению между Альянсом и Протекторатом курьерские суда с дипломатической маркировкой не подлежат физическому досмотру.

Краатар молчал несколько секунд, словно получая инструкции.

— Ваше судно не зарегистрировано как дипломатический курьер, капитан Светлов. Оно классифицируется как частный транспортник.

— Груз имеет дипломатический статус, — возразил Максим. — Я передаю вам коды подтверждения.

Ольга отправила пакет данных с верификационными кодами Альянса.

Снова пауза.

— Ваши коды приняты к проверке, — наконец произнес За - Ракт. — Однако наши сенсоры фиксируют аномальные энергетические показатели вашего груза. Поэтому согласно протоколу безопасности, это требует физической инспекции.

— Чёрт, — прошипел Майк. — Они точно что-то знают.

— Или их сенсоры действительно что-то обнаружили, — задумчиво произнесла Катерина.

Максим снова обратился к краатару:

— Капитан За - Ракт, я уполномочен доставить груз непосредственно на станцию "Небесная Гавань". Любая задержка или вмешательство будут нарушением дипломатических протоколов.

— Мы приближаемся для стыковки и проверки, — твердо заявил краатар. — Сопротивление будет расцениваться как враждебное действие.

Связь прервалась.

— Они берут нас на абордаж, — констатировала Джейн. — Что будем делать, капитан?

Максим принял решение мгновенно.

— Майк, готовься к прыжку. Джейн, при первых признаках активации их оружейных систем открыть огонь по их двигателям — только чтобы замедлить, не уничтожать. Ольга, полная мощность на основные двигатели по моему сигналу.

— Но, капитан, — возразила Ольга, — если они правы, и мы действительно перевозим что-то опасное или нелегальное...

— Тогда пусть Альянс разбирается с этим сам, — отрезал Максим. — Наша задача — остаться в живых и доставить этот чертов груз по назначению, а не позволить краатарам его конфисковать.

На радаре три корабля Протектората выстроились в боевую формацию, окружая "Свет Ориона".

— Они активируют захватывающие лучи, — предупредила Джейн. — Через 30 секунд мы будем обездвижены.

— Всем приготовиться, — скомандовал Максим. — На счёт три. Раз... два... три! Ольга, полная мощность!

"Свет Ориона" рванулся вперед, используя двигатели на полную мощность.

— Они открывают огонь! — крикнул Майк.

— Уклоняемся! — Максим набрал команду на панели управления и корабль совершил маневр, которым могли бы гордиться истребители.

Несколько энергетических зарядов пронеслись мимо, но один задел кормовую часть корабля.

— Повреждения? — крикнул Максим.

— Несущественные, — отозвалась Ольга. — Но ещё пара таких попаданий...

— Не будет пары, — решительно заявил Максим. — Майк, прыжок готов?

— Да, но это безумие! Мы слишком близко к...

— Прыгаем! — приказал Максим.

Пространство вокруг корабля исказилось, звезды растянулись в длинные линии, и "Свет Ориона" исчез из обычного пространства, оставив позади разъяренные патрульные корабли Протектората.

***

Корабль сильно трясло. Гиперпространственный прыжок, совершенный так близко к гравитационному колодцу звезды,практически без подготовки, был экстремально опасным манёвром.

— Стабилизация через 30 секунд! — крикнула Ольга, изо всех сил удерживаясь в кресле. — Гипердвигатель на критических показателях!

— Выдержит! — отозвался Максим.

— Откуда такая уверенность? — спросила Джейн, вцепившись в консоль.

— Потому что это "Немезида"! — улыбнулся сказала Катерина. — У этих кораблей всегда был запас прочности выше расчетного!

Как по заказу, тряска начала стихать, и "Свет Ориона" стабилизировался в гиперпространственном коридоре.

— Мы оторвались, — выдохнул Майк. — Но куда мы направляемся?

Ольга проверила навигационные данные.

— В целом мы сохранили корабль, но из-за экстренного прыжка выйдем из гиперпространства примерно в полутора суточных переходах от "Нейтральной Гавани". Это достаточно далеко от нашего места назначения, на окраине территории Альянса. Кстати это нейтральная станция которая управляется одновременно людьми и крааатарами.

—Иронично. Хотя могло быть и хуже, — пожал плечами Максим. — Повреждения?

— Обшивка корабля цела, — доложила Ольга. — Гипердвигатель перегружен, но не критично. Несколько второстепенных систем требуют калибровки.

— Займусь, — кивнул Майк и направился в инженерный отсек.

— Я тоже отправлюсь помочь Сказала Ольга.

Когда обстановка на мостике немного успокоилась, Катерина приблизилась к Максиму.

— Капитан, я считаю, нам следует узнать, что именно мы перевозим, — тихо сказала она. — Реакция патруля Протектората была слишком целенаправленной. Они словно знали, что искать и где.

Максим нахмурился.

— Мы не можем вскрыть контейнер. Он запечатан, и агенты Альянса предупредили о системе безопасности.

— Я не предлагаю взламывать пломбы, — покачала головой Катерина. — Но мы можем провести неинвазивное сканирование. У меня есть соответствующие сенсоры, встроенные в мою систему. Они не оставят следов вмешательства.

— Откуда у тебя такие возможности. Удивилась Ольга.

— Моя жизнь была очень длинной. В ней бывало всякое. В том числе весьма специфичные работы. Улыбнулась Катерина.

Максим колебался.

— Если мы обнаружим что-то... проблематичное, это поставит нас в сложное положение.

— Мы уже в сложном положении, — заметила Джейн, которая слышала их разговор. — Краатары явно не собираются просто так отпускать нас. Уверена, они уже отправили сообщение всем окрестным кораблям.

— Согласен, — кивнул Максим после паузы. — Катерина, проверь контейнер. Но будь предельно осторожна.

***

Через час Катерина вернулась в кают-компанию, где собрался весь экипаж. Выражение её лица было серьезным.

— Что ты обнаружила? — спросил Максим.

— Контейнер содержит десять объектов, — начала она. — Первый это действительно культурный артефакт, древняя статуэтка, судя по всему, краатарского происхождения, ещё много подобной мелочи. Кроме одной вещи.

— И что этот за вещь? — напряженно спросил Максим.

— Один из объектов представляет собой устройство с очень специфической энергетической сигнатурой. Мои базы данных идентифицируют его как элемент краатарской технологии "нулевой точки".

-Даже не буду спрашивать откуда ты это знаешь. Вздохнул Максим.

— Что это значит? — спросил Майк.

— Технология "нулевой точки" — это способ извлечения энергии из квантового вакуума, — объяснила Катерина. — Краатары владеют ею уже несколько тысяч лет. Человечество безуспешно пытается её воспроизвести.

— И это устройство... — начала Ольга.

— Это ключевой компонент генератора нулевой точки, — кивнула Катерина. — Очень продвинутая технология, которую Протекторат никогда не передавал Альянсу.

— То есть, мы перевозим краденую технологию? — прямо спросила Джейн.

— Или военный трофей, — предположил Максим. — Или нечто, полученное через третьи руки.

— В любом случае, — вздохнула Катерина, — теперь понятно, почему краатары так настойчиво хотели нас досмотреть. Для них это не просто ценная технология, но и культурное наследие. Возможно, даже сакральный артефакт.

— И что нам теперь делать? — спросила Ольга.

Максим встал и прошелся по кают-компании.

— С юридической точки зрения, у нас есть контракт на доставку груза. Мы не знаем, как Альянс получил этот артефакт. Возможно, вполне легальным путем.

— Маловероятно, — заметила Катерина.

— Тем не менее, — продолжил Максим, — мы не можем просто развернуться и сдать груз краатарам. Это будет нарушением контракта и, предательством интересов Альянса.

— А если мы вернёмся на путь к "Небесной Гавани", — сказала Джейн, — то почти наверняка столкнемся с более серьезным сопротивлением Протектората.

— Мы не военный корабль, — напомнила Ольга. — "Свет Ориона" не выдержит длительного боя.

Декс, который до этого момента молчал, вдруг произнес:

— Возможно, решение заключается не в выборе между сдаться или сражаться, а в том, чтобы найти третий путь. Который не приведёт к увеличению хаоса в это безумном мире. В конце концов, все конфликты во вселенной возникают из-за ограниченности вариантов.

Все повернулись к роботу-повару.

— Не уверен что к нас есть третий вариант... — сказал Максим в ответ Дексу.

— Поскольку мы оказались рядом дипломатической станцией, а "Нейтральная Гавань" создана как раз для диалога между цивилизациями, — задумчиво произнесла Катерина. — Что если мы используем её именно для этого? Не просто доставим устройство, а сделаем это... прозрачно.

— Объясни, — попросила Ольга

— Мы можем связаться с обеими сторонами. Сообщить и Альянсу, и Протекторату, что осознаем характер груза и предлагаем передать его публично, в присутствии представителей обеих сторон. Ответила Катерина.

— Ты предлагаешь нам стать посредниками в дипломатическом инциденте? — удивился Максим.

— Я предлагаю нам выжить, — пожала плечами Катерина — И, возможно, предотвратить эскалацию конфликта, который может привести к гораздо большему количеству смертей, чем просто экипаж нашего маленького корабля.

Наступила тишина, пока все обдумывали эти слова.

— Знаете, — медленно произнесла Катерина, — за двести лет жизни я видела, как множество конфликтов начиналось из-за недопонимания и секретности. И порой достаточно было одного честного разговора, чтобы предотвратить неприятности.

Максим кивнул, принимая решение.

— Хорошо. Мы попробуем третий путь.

***

Следующие несколько часов они провели, составляя сообщения и для Альянса, и для Краатарского Протектората. Катерина помогла сформулировать послание так, чтобы оно не выглядело угрозой или предательством для любой из сторон. Они предлагали организовать передачу артефакта на "Нейтральной Гавани" в присутствии официальных представителей обеих сторон.

— Сообщения отправлены, — доложила Ольга, завершив передачу. — Теперь остаётся только ждать.

— И надеяться, что обе стороны оценят нашу инициативу, а не сочтут нас помехой,и не отправят по наши головы эскадру военных кораблей. —нервно добавил Майк.

Ответ пришел быстрее, чем они ожидали. Первыми отозвались краатары.

— Принято, курьерское судно "Свет Ориона", — появился на экране уже знакомый капитан За - Ракт. — Протекторат согласен на публичную передачу артефакта на "Нейтральной Гавани". Мы ценим вашу... честность. Патрульные корабли будут сопровождать вас, но не предпринимать враждебных действий.

Вскоре пришел и ответ от Альянса. На экране появился один из агентов, которые передали им контейнер.

— Капитан Светлов, — лицо Моррисона было каменным, — ваши действия являются нарушением контракта и протокола безопасности. Однако, учитывая обстоятельства, Альянс принимает ваше предложение. Доктор Джелиас Кэнг встретит вас на станции для официальной передачи. Но по возвращении вам придется ответить на множество вопросов.

Когда связь прервалась, Максим повернулся к экипажу:

— Что ж, они согласились. И вроде как не пытаются нас убить. Теперь нам нужно добраться до "Нейтральной Гавани" и выполнить то, что мы обещали.

— При этом не став жертвой какой-нибудь секретной операции одной из сторон, — мрачно добавила Джейн. — Ни Альянс, ни Протекторат не любят, когда их планы нарушаются. Надеюсь мы сможем убраться с этой станции потом живыми и на своём корабле.

— Верно, — кивнул Максим. — Поэтому держим глаза открытыми и системы в полной готовности.

***

Оставшийся путь до станции "Нейтральная Гавань" прошел в напряженном ожидании. Как и обещал Протекторат, два краатарских корабля сопровождали "Свет Ориона" на почтительном расстоянии, не предпринимая враждебных действий.

Когда они вышли из последнего гиперпространственного прыжка, перед ними предстала "Нейтральная Гавань" — массивная космическая станция необычной конструкции. Одна половина была выполнена в строгом функциональном стиле Альянса, другая — в органичных, плавных формах краатарской архитектуры. Две части соединялись центральным цилиндрическим модулем, где проходили все официальные встречи и переговоры.

— Впечатляет, — прошептала Ольга. — Никогда раньше не видела такого гибрида технологий.

— "Свет Ориона", это диспетчерская "Нейтральной Гавани", — раздался в динамиках голос. — Вам назначен док C-7. Пожалуйста, следуйте по указанному вектору.

— Принято, "Нейтральная Гавань", — ответил Максим.

Когда они приблизились к доку, стало видно, что вокруг него уже собралась необычная делегация — несколько человек в формальных костюмах Альянса и группа краатаров в традиционных одеяниях.

— Похоже, нас ждет очень торжественный прием, — нервно улыбнулся Майк.

— Или трибунал, — мрачно заметила Джейн.

— Я уверен что мы поступили правильно,— твердо сказал Максим. — Что бы ни случилось дальше.

***

После стыковки экипаж "Света Ориона" вместе с контейнером был сопровожден в центральный зал станции. Это было впечатляющее помещение, где технологии Альянса и Протектората сливались в гармоничном единстве. Посередине стоял круглый стол для переговоров.

По одну сторону стола расположилась делегация Альянса во главе с доктором Джелиасом Кенгом — худощавым пожилым мужчиной с острым взглядом. По другую сторону — представители Протектората, среди которых выделялся старший краатар в церемониальных одеждах.

— Я Верховный Хранитель Торан, — представился он. — От имени Протектората я благодарю вас за решение организовать эту встречу.

— Доктор Джелиас Кэнг, — сухо кивнул человек. — Представитель научной делегации Альянса.

Максим поставил контейнер на стол.

— Максим Светлов, капитан "Света Ориона". Мы доставили груз, как и было оговорено в контракте. Однако обстоятельства вынудили нас... изменить условия передачи.

— Вы превысили свои полномочия, капитан, — холодно заметил стоящий недалеко агент в сером пиджаке. — Но учитывая ситуацию в которую вы попали, Альянс готов проявить понимание.

— Этот артефакт, — вступил Торан, указывая на контейнер, — является священной реликвией краатаров. Фрагментом технологии "нулевой точки", созданной нашими предками тысячи лет назад.

— Артефакт был обнаружен в нейтральном пространстве, на заброшенной станции, — возразил Кэнг. — У Альянса есть полное право на его изучение.

— Нейтральное пространство — понятие относительное, доктор, — парировал Торан. — Особенно когда речь идет о технологиях, которые могут быть использованы в военных целях.

Максим чувствовал, как напряжение в зале нарастает.

— Господа, — вмешался он, — мы доставили этот артефакт сюда не для того, чтобы стать свидетелями нового витка конфронтации. Или чего хуже военного конфликта.

— Капитан прав, — неожиданно поддержала его Катерина, выступая вперед. — За свою долгую жизнь я видела, как подобные конфликты приводили к трагическим последствиям. Возможно, вместо споров о владении, стоит обсудить возможность совместного изучения артефакта? Здесь, на "Нейтральной Гавани", под надзором обеих сторон.

Торан и Кэнг переглянулись.

— Ваше предложение... имеет смысл,но это всё таки наша технология — медленно произнес краатар. — При условии, что в этой группе будут и краатары мы возможно согласуем это.

— И при гарантиях, что технология не будет использована в военных целях, ни одной из сторон — добавил Кенг, к удивлению своих коллег.

— Вы согласны на это? — удивился Максим.

— Прежде всего я ученый, капитан, — улыбнулся Кэнг. — А применение... — он бросил взгляд на своих соотечественников, — может подождать, во имя общего блага. У наших государств и так крайне не простые отношения.

— Тогда предлагаю перенести контейнер в лабораторию, — сказал Торан. — И официально попробовать начать совместный исследовательский проект.

***

Несколько часов спустя, когда все формальности были завершены, экипаж "Света Ориона" вернулся на корабль.

— Не могу поверить, что всё так хорошо закончилось,я думала нас там убьют на месте. Или они начнут конфликт прямо там. — выдохнула Ольга, падая в кресло в кают-компании.

— Пока, — заметила Джейн. — Не забывайте, что агент Моррисон обещал "множество вопросов" по возвращении. Уверена в ближайшее время мы либо встретимся с ним, либо нас вызовут на суд.

— Мы поступили правильно,и безопасно для себя в том числе. И не уверен что был выход лучше.— твердо сказал Максим. — Я готов ответить на любые вопросы.

— А я приготовлю особый ужин, — объявил Декс. — В честь того, что мы ненадолго отсрочили неизбежное угасание цивилизации в пламени войны.

— Твой оптимизм всегда вдохновляет, — усмехнулся Майк.

Катерина задумчиво смотрела на экран где отображалась на странная станция, где две совершенно разные культуры пытались найти общий язык.

— Знаете, — тихо произнесла она, — порой именно такие маленькие моменты взаимопонимания определяют судьбу целых цивилизаций. Я видела, как империи и корпорации рушились из-за гордыни и недоверия. И видела, как мир рождался из, казалось бы, безнадежных ситуаций.

— И что же в итоге определяет исход? — спросил Максим.

— Выбор, — просто ответила она. — Выбор отдельных людей в ключевые моменты. Сегодня мы сделали свой.

— Что ж, — улыбнулся Максим, — для курьерского корабля мы определенно доставляем гораздо больше, чем просто посылки.

— Может быть, именно в этом и заключается настоящее предназначение "Света Ориона", — задумчиво произнесла Катерина. — Нести свет даже в самые темные уголки космоса.

— Пока мы в конечном итоге не погаснем в бесконечной пустоте,как антавивнские мотыльки. — добавил Декс, расставляя напитки.

Корабль отстыковался от "Нейтральной Гавани" и взял курс обратно к станции "Гермес", оставляя позади две цивилизации, которые, возможно, сделали маленький шаг к лучшему взаимопониманию.

Глава 7 Самая мирная планета

«Свет Ориона» плавно скользил по орбите Флоны — небольшой планеты, окутанной изумрудно-голубой дымкой атмосферы. После двух недель ремонта на станции «Аркадия» корабль был в идеальном состоянии, словно получивший второе рождение в мастерских дока

— Красивая, — заметила Джейн, глядя на планету через главный экран мостика. — Почти как картинка с туристического сайта в галанете..

— Флона считается одним из самых благополучных миров Альянса, — кивнула Катерина. — Средний уровень жизни здесь выше, чем на Земле, а уровень преступности практически нулевой.

— Рай, да? — скептически хмыкнул Майк. — Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— В данном случае — практически правда, — ответила Катерина. — Планета не имеет крупных хищных животных, климат умеренный, природные катаклизмы редки. Идеальное место для тех, кто ценит спокойствие и безопасность.

— И именно здесь живет наш загадочный клиент, — задумчиво произнес Максим, изучая данные о заказе.

После последенного приключения они получили предложение, от которого было трудно отказаться — частная доставка с оплатой вдвое выше стандартной. Необычным было требование доставить груз лично до дома заказчика, а не на станцию или в космопорт, как это обычно практиковалось.

— Что мы знаем о нем? — спросила Ольга, переключая системы на режим планетарного снижения.

— Не так много, — признал Максим. — Адриан Моррис, бывший ученый корпорации «Новые Горизонты». Десять лет назад вышел на пенсию и поселился на Флоне. Живет отшельником в загородном поместье.

— И что в грузе? — поинтересовалась Джейн.

— Официально — научное оборудование и редкие материалы для исследований, — ответил Максим. — Все проверено и опечатано службой безопасности Альянса.

— Что ж, звучит как простая доставка, — кивнул Майк. — Может, хоть раз обойдется без приключений.

Декс, неожиданно появившийся на мостике, меланхолично произнес:

— В моей базе данных есть поговорка о людях, которые искушают судьбу подобными заявлениями. Она редко заканчивается хорошо для них.

***

Космопорт города Нью-Эдем, единственного крупного поселения на Флоне, выглядел почти декоративным — ухоженные газоны, аккуратные терминалы, полное отсутствие привычного для таких мест хаоса.

— Здесь чище, чем в большинстве больниц, — заметила Джейн, когда они прошли через таможенный контроль, занявший рекордно короткое время.

— Добро пожаловать на Флону, — улыбнулась таможенный офицер, миловидная женщина с серебристым значком в форме листа на груди. — Господин Моррис заранее заказал для вас транспорт, погрузку можно начинать уже сейчас.

В указанном месте их действительно ждал просторный аэрокар с эмблемой местной транспортной службы. Пилот, молодой человек в безупречной форме, приветливо кивнул:

— Капитан Светлов? Меня зовут Томас. Я доставлю вас и груз к поместью господина Морриса. Дорога займет около часа — его владения находятся довольно далеко от города, в предгорьях.

Во время полета экипаж «Света Ориона» с интересом разглядывал проплывающие внизу пейзажи. Нью-Эдем быстро остался позади, уступив место безмятежным сельскохозяйственным угодьям, а затем — нетронутым природным ландшафтам с кристально чистыми озерами и изумрудно-зелеными лесами.

— Как давно колонизирована Флона? — спросил Максим у пилота.

— Чуть больше ста семидесяти лет, — ответил Томас. — Планета сразу привлекла внимание своими идеальными условиями. Никаких опасных хищников, мягкий климат, плодородная почва. Настоящая находка для колонистов.

— А местная фауна? — поинтересовалась Катерина. — Какие животные здесь обитают?

— В основном травоядные, — пояснил Томас. — Множество видов, похожих на земных оленей, кроликов, птиц. А еще у нас есть флонийские мурлоки — они стали своего рода символом планеты. Очаровательные пушистые существа, многие держат их как домашних животных.

— Мурлоки? — переспросил Майк. — Никогда о таких не слышал.

— Они уникальны для Флоны, — с гордостью сказал Томас. — Размером с земную кошку, но гораздо пушистее, с большими глазами и длинными ушами. Удивительно умные и привязчивые. Почти в каждом доме на Флоне живет хотя бы один мурлок.

Аэрокар начал снижаться, приближаясь к живописной долине, окруженной невысокими горами. В центре долины виднелось элегантное здание в стиле земного модернизма — простые геометрические формы, много стекла и светлого камня.

— Поместье господина Морриса, — объявил пилот.

***

Когда аэрокар приземлился на площадке перед домом, их уже ждал пожилой мужчина с аккуратно подстриженной седой бородой. Он был одет в простую, но явно дорогую одежду и опирался на элегантную трость.

— Капитан Светлов? — он протянул руку для приветствия. — Адриан Моррис. Спасибо, что согласились на персональную доставку. Надеюсь, путешествие не было утомительным?

— Все прошло гладко, — кивнул Максим, пожимая руку. — Позвольте представить мой экипаж: Ольга Иванова, наш специалист по двигателям Майк Лодж бортинженер; Джейн Ратаковски, специалист по орудийным системам; Катерина, наш... специалист широкого профиля; и Декс, наш повар.

— Очень рад, — Моррис кивнул каждому. — Пожалуйста, проходите в дом. Мой помощник, Эрик, займется разгрузкой вашего корабля.

Из-за дома появился высокий мужчина атлетического телосложения, который молча кивнул и направился к грузовому отсеку аэрокара.

— У вас очень красивое поместье, — заметила Ольга, когда они вошли в просторный холл с высоким стеклянным потолком.

— Спасибо, — улыбнулся Моррис. — Я спроектировал его сам, хотел создать место, где природа и технологии существуют в гармонии. Пожалуйста, чувствуйте себя как дома. Думаю, вы захотите отдохнуть с дороги. Эрик подготовил комнаты для всех.

— Вообще-то, — начал Максим, — мы планировали вернуться в город после доставки...

— О, я настаиваю на том, чтобы вы остались хотя бы на ночь, — перебил его Моррис. — Завтра у вас будет время осмотреть Нью-Эдем. К тому же, я так редко принимаю гостей, а возможность побеседовать с людьми, которые путешествуют между звездами, — настоящая роскошь для старого затворника.

Максим переглянулся с экипажем. Дополнительный день отдыха на живописной планете звучал заманчиво, особенно после недавнего ремонта и напряженных миссий.

— Хорошо, — согласился он. — Благодарим за приглашение.

Моррис просиял.

— Превосходно! Эрик покажет вам комнаты, а через час приглашаю всех на обед.

***

Комнаты для гостей оказались просторными и комфортабельными, с большими окнами, выходящими на живописную долину. Джейн и Ольга разместились в соседних номерах на втором этаже, мужская часть экипажа — в крыле на противоположной стороне дома, а Катерина получила комнату с видом на небольшое озеро.

— Что-то здесь не так, — тихо сказала Джейн, когда они с Ольгой встретились в коридоре перед обедом.

— О чем ты? — удивилась Ольга. — Все выглядит идеально.

— Вот именно, — кивнула Джейн. — Слишком идеально. Ты заметила, как Моррис настаивал на нашем пребывании? И его помощник, Эрик... Он не похож на обычного ассистента. Скорее на телохранителя.

— Ты видишь угрозу даже в райском саду, — усмехнулась Ольга. — Может быть, богатый пенсионер просто рад компании?

— Может быть, — неуверенно согласилась Джейн. — Но я все равно буду начеку.

Когда они спустились в обеденный зал, остальные члены экипажа уже собрались там. Моррис оживленно беседовал с Катериной, явно впечатленный ее знаниями и возрастом.

— Двести лет! — восхищенно произнес он. — Вы должны помнить первые дни колонизации космоса.

— Не совсем первые, — улыбнулась Катерина, — но достаточно ранние. Я была активирована, когда первые колонии на Марсе только начинали превращаться в настоящие города.

Эрик бесшумно появился из боковой двери, неся поднос с напитками. За ним следовали два сервисных робота с блюдами.

— Прошу к столу, — пригласил Моррис. — Хотя у вас есть собственный повар, я надеюсь, вы оцените местную кухню. Все ингредиенты выращены здесь, в моем поместье.

Обед был действительно изысканным — разнообразные овощи, фрукты и что-то, напоминающее нежное мясо, но с необычным вкусом.

— Это филе горного быка, — пояснил Моррис, заметив интерес Майка к основному блюду. — Местный вид, нечто среднее между земной коровой и оленем. Мясо у них нежнее и ароматнее, чем у земного скота.

— Превосходно, — оценил Майк. — Даже Декс обычно не готовит так вкусно. Без обид, — добавил он, обращаясь к роботу-повару.

— Никаких обид, — меланхолично ответил Декс. — Я нахожу утешение в том, что кулинарное искусство, как и все формы человеческого творчества, стремится к недостижимому совершенству в мире, обреченном на энтропию.

Моррис удивленно поднял брови, но затем рассмеялся.

— Философствующий робот-повар! Какая прелестная аномалия.

После основных блюд Эрик принес десерт и кофе, а затем снова исчез в боковых помещениях.

— Итак, — Моррис отпил из своей чашки, — какие приключения вы пережили в своих путешествиях? Курьерские корабли, должно быть, видят самые разные уголки космоса.

Максим кратко рассказал о некоторых их миссиях, тщательно избегая упоминания конфиденциальных деталей. Моррис оказался внимательным слушателем, задавая точные вопросы и проявляя искреннее любопытство.

Когда рассказ дошел до Эридана и разумных растений, глаза старика загорелись особым интересом.

— Коллективный разум растительного происхождения! — воскликнул он. — Какое удивительное эволюционное решение. В моей научной карьере я изучал похожие формы жизни, хотя и не настолько развитые.

— Вы были ксенобиологом? — поинтересовалась Катерина.

— И биохимиком, и генетиком, — кивнул Моррис. — В корпорации «Новые Горизонты» я возглавлял отдел адаптивной эволюции. Мы изучали, как различные формы жизни приспосабливаются к новым условиям, особенно при терраформировании или колонизации.

— Звучит увлекательно, — заметила Ольга.

— Это было моей страстью, — согласился Моррис. — Но корпоративная наука имеет свои ограничения. Десять лет назад я решил, что пора уйти на покой и заниматься исследованиями для собственного удовольствия.

— А что именно вы исследуете сейчас? — спросил Максим. — Если не секрет.

Моррис загадочно улыбнулся.

— О, разные вещи. В основном местную фауну и флору. Флона — удивительная лаборатория для ученого моего профиля.

Разговор продолжался еще несколько часов. Когда за окнами стемнело, Моррис извинился:

— Боюсь, мой возраст требует раннего отхода ко сну. Пожалуйста, чувствуйте себя как дома. Эрик всегда доступен, если вам что-то понадобится. А завтра, если пожелаете, я могу показать вам окрестности.

***

После ухода хозяина экипаж собрался в гостиной с панорамными окнами, выходящими на ночной лес. Под потолком мягко светились биолюминесцентные лампы, создавая уютный полумрак.

— Что-то в этом месте кажется... неправильным, — тихо произнесла Джейн, глядя в темноту за стеклом.

— Снова твоя паранойя, — улыбнулся Майк. — Это самое спокойное место из всех, что мы посещали.

— Возможно, — неуверенно согласилась она. — Но годы на Тирре научили меня доверять интуиции.

— Я тоже чувствую некоторую... странность, — неожиданно поддержала ее Катерина. — Не могу точно сформулировать, но что-то не складывается в общую картину.

— Например? — заинтересовался Максим.

— Например, почему такой богатый и влиятельный ученый живет в столь изолированном месте? — задумчиво произнесла Катерина. — И почему ему понадобилось, чтобы груз доставили именно мы, прямо до дверей дома, а не через обычные каналы?

— И где эти мурлоки, о которых говорил пилот? — добавил Майк. — Он сказал, что они есть почти в каждом доме, но здесь я не видел ни одного питомца.

В этот момент из коридора донесся тихий звук, словно что-то маленькое быстро пробежало по полу.

— Что это было? — насторожилась Джейн, инстинктивно потянувшись к оружию, которого при ней не было.

— Вероятно, тот самый мурлок, — усмехнулся Максим. — Пойду посмотрю.

Он вышел в коридор, но там было пусто. Только в конце, у самой лестницы, ему показалось, что он заметил движение — что-то маленькое и пушистое скрылось в тени.

— Эй, малыш, — тихо позвал Максим, но ответа не последовало.

Когда он вернулся в гостиную, Ольга показывала остальным что-то на своем планшете.

— Я искала информацию о мурлоках, — сказала она. — Смотрите, какие милые создания.

На экране было изображение существа размером с небольшую кошку, с густой серебристо-голубой шерстью, большими выразительными глазами и длинными подвижными ушами, напоминающими кроличьи.

— Они действительно популярны на Флоне, — продолжила Ольга, прокручивая информацию. — Местные жители начали приручать их почти сразу после колонизации. Мурлоки быстро привязываются к людям, очень умны и, в отличие от земных кошек, социальны — живут небольшими группами.

— Выглядят безобидно, — заметила Джейн. — Хотя на Тирре я видела существ, милых внешне, но смертельно опасных.

— На Флоне нет опасных хищников, — напомнила Ольга. — Это одна из причин, почему планета считается идеальным местом для жизни.

Максим задумчиво смотрел на изображение мурлока.

— Знаете, давайте просто отдохнем. Завтра осмотрим окрестности, а затем вернемся в город. В конце концов, мы заслужили небольшой отпуск после всех наших приключений.

***

Ночь прошла спокойно, хотя Джейн несколько раз просыпалась, думая, что слышит странные звуки. Утром экипаж собрался на завтрак, который сервировал Эрик. Моррис присоединился к ним, выглядя бодрым и отдохнувшим.

— Как вам спалось? — поинтересовался он.

— Отлично, — ответил Максим. — У вас очень комфортабельный дом.

— Рад слышать, — улыбнулся Моррис. — После завтрака предлагаю небольшую экскурсию. Рядом с домом есть живописная тропа, ведущая к водопаду. Это одно из самых красивых мест на Флоне.

Прогулка действительно оказалась приятной. Природа вокруг поместья поражала своей нетронутой красотой — пышные леса с деревьями, напоминающими земные клены, но с серебристой листвой, кристально чистые ручьи и цветущие луга.

Во время пути они несколько раз замечали местную фауну — изящных оленеподобных животных, разноцветных птиц и мелких существ, напоминающих кроликов. Однако мурлоков по-прежнему не было видно.

— А где ваши мурлоки, господин Моррис? — спросил Майк, когда они остановились у живописного водопада. — Пилот говорил, что они есть почти в каждом доме.

Что-то промелькнуло в глазах старика — тревога? — но он быстро улыбнулся.

— О, мои мурлоки предпочитают жить в лесу вокруг дома. Они довольно независимые существа, приходят и уходят, когда им вздумается. Возможно, их смущает присутствие незнакомых людей.

— Понимаю, — кивнул Майк, хотя в его голосе слышалось сомнение.

Когда они возвращались к дому, Джейн тихо сказала Максиму:

— Ты заметил, как он напрягся при упоминании мурлоков? И Эрик все время держится поблизости, словно телохранитель.

— Заметил, — так же тихо ответил Максим. — Но это не обязательно означает угрозу. Возможно, у старика есть свои причины для осторожности.

К обеду они вернулись в поместье. Моррис извинился, сказав, что ему нужно проверить доставленное оборудование, и удалился в свою лабораторию вместе с Эриком. Экипаж остался в гостиной.

— Что думаете? — спросил Максим, когда они остались одни.

— Место прекрасное, но что-то здесь определенно не так, — решительно заявила Джейн. — И я собираюсь выяснить, что именно.

— Джейн, мы здесь гости, — мягко напомнила Ольга. — Нельзя просто шпионить за хозяином.

— Я и не собираюсь шпионить, — возразила Джейн. — Просто хочу немного осмотреться. Может быть, пройтись вокруг дома.

— Я пойду с тобой, — вызвался Майк. — Четыре глаза лучше, чем два.

— А мы с Ольгой можем посмотреть общедоступную информацию о Моррисе и его работе, — предложила Катерина. — Возможно, там найдутся ответы.

— Хорошо, — согласился Максим. — Только будьте осторожны и не нарушайте частную собственность. Мы все еще гости, и у нас нет реальных оснований для подозрений.

***

Джейн и Майк отправились на «прогулку» вокруг поместья. Дом Морриса был большим, с несколькими пристройками и отдельно стоящим зданием, которое, судя по всему, служило лабораторией.

— Смотри, — Джейн указала на небольшое окно у основания лаборатории, — там какое-то свечение.

Они осторожно приблизились. Окно было частично занавешено, но через щель можно было увидеть часть помещения. Внутри Моррис и Эрик склонились над контейнером, который экипаж «Света Ориона» доставил сегодня утром.

— Ты уверен, что это поможет? — донесся до них голос Эрика. — После последнего случая мэр снова прислал запрос. Они начинают связывать исчезновения.

— Разумеется, поможет, — ответил Моррис. — Новый препарат должен снизить их агрессивность без изменения других характеристик. Но нужно время для синтеза и тестирования.

— Времени может не быть, — возразил Эрик. — Трое пропавших за месяц — это слишком много даже для отдаленных районов.

— Я знаю, — вздохнул Моррис. — Но мы не можем рисковать. Если мы ошибемся, последствия могут быть катастрофическими. Мурлоки — ключевой элемент экосистемы Флоны. Без них...

В этот момент Майк случайно наступил на сухую ветку. Звук был негромким, но в тишине прозвучал как выстрел. Внутри лаборатории моментально воцарилась тишина.

— Нас заметили, — прошипела Джейн. — Уходим!

Они быстро отступили и, стараясь выглядеть непринужденно, направились обратно к главному входу в дом. Когда они уже подходили к крыльцу, дверь открылась, и на пороге появился Эрик.

— Наслаждаетесь прогулкой? — спросил он с нейтральным выражением лица, но его глаза внимательно изучали их.

— Просто решили размять ноги после обеда, — улыбнулся Майк. — У вас тут очень красиво.

— Да, красиво, — согласился Эрик. — Но в сумерках лучше держаться ближе к дому. В лесу легко заблудиться.

Это прозвучало как предупреждение.

***

Вернувшись в гостиную, Джейн и Майк обнаружили остальных членов экипажа в оживленной дискуссии.

— Что вы узнали? — спросил Максим.

— Мы подслушали разговор Морриса и Эрика, — без предисловий начала Джейн. — Они говорили о каких-то исчезновениях людей и о том, что мэр города начинает задавать вопросы.

— И о мурлоках, — добавил Майк. — Похоже, с ними что-то не так, и Моррис пытается решить эту проблему с помощью какого-то препарата.

— Это совпадает с тем, что мы нашли, — кивнула Катерина. — Я просмотрела местные новости за последние три месяца. В отдаленных районах Флоны пропало несколько человек — фермеры, лесники, пара туристов. Официально считается, что они заблудились или стали жертвами несчастных случаев, но тела так и не были найдены.

— А что насчет Морриса? — спросил Максим.

— Адриан Моррис — выдающийся ученый, — ответила Ольга. — Специалист по адаптивной эволюции и генетическим модификациям. В «Новых Горизонтах» он руководил проектами по созданию организмов, адаптированных к различным планетарным условиям.

— Но десять лет назад он внезапно ушел из корпорации, — продолжила Катерина. — Официальная версия — выход на пенсию, но есть намеки на некий конфликт с руководством по поводу этических аспектов его исследований.

— И он сразу перебрался на Флону, — добавила Ольга. — Купил это поместье и стал жить затворником.

— Итак, у нас есть выдающийся генетик, специализирующийся на адаптивной эволюции, который живет в изоляции на идиллической планете, где таинственным образом пропадают люди, — подытожил Максим. — И все это каким-то образом связано с местными пушистыми питомцами, которых мы, кстати, так и не видели.

— Но видели следы, — заметила Джейн. — Помните тот звук в коридоре вчера вечером?

— Моррис явно что-то скрывает, — согласился Майк. — Вопрос в том, что именно и насколько это опасно для нас?

— Мы можем просто уехать, — предложила Ольга. — Груз доставлен, оплата получена. У нас нет обязательств оставаться здесь.

— И оставить потенциально опасную ситуацию без внимания? — возразила Джейн. — А если эти исчезновения продолжатся?

— Технически, это не наше дело, — осторожно заметил Максим. — Мы курьеры, а не следователи.

— Но мы также граждане Альянса, — напомнила Катерина. — И если на Флоне действительно происходит что-то серьезное, мы не можем просто проигнорировать это.

В этот момент дверь в гостиную открылась, и вошел Моррис.

— А, вижу, вы все собрались, — улыбнулся он. — Надеюсь, вам понравилась прогулка?

Было что-то новое в его взгляде — настороженность и, возможно, решимость.

— Очень, — ответил Максим. — Но, боюсь, завтра нам придется покинуть ваше гостеприимное поместье. У нас есть новые контракты, требующие внимания.

— Понимаю, — кивнул Моррис. — Хотя я надеялся, что вы задержитесь еще на день-другой. Так редко удается пообщаться с интересными людьми.

— К сожалению, долг зовет, — твердо сказал Максим.

— Что ж, в таком случае, предлагаю насладиться последним ужином вместе, — Моррис сделал приглашающий жест. — Эрик приготовил нечто особенное.

***

Ужин проходил в напряженной атмосфере, несмотря на внешнюю непринужденность. Моррис расспрашивал их о планах на будущее, о новых контрактах, но в его вопросах чувствовалась неестественность, словно он пытался заполнить неловкие паузы.

Эрик молча сервировал блюда, его лицо оставалось бесстрастным, но глаза внимательно следили за каждым движением гостей.

Когда десерт был подан, Моррис неожиданно сказал:

— Я понимаю, что вы заметили некоторые... странности в моем поведении и в ситуации на Флоне в целом.

Наступила тишина. Максим осторожно ответил:

— Мы заметили, что вы обеспокоены чем-то, связанным с местной фауной.

Моррис вздохнул.

— Я должен был догадаться, что от опытных космических путешественников трудно что-то скрыть. Вы правы, у меня действительно есть проблема, и она связана с мурлоками.

— С теми милыми пушистыми созданиями, о которых все говорят, но которых мы так и не видели? — уточнила Джейн.

— Да, хотя «милые» — не совсем точное определение, — горько усмехнулся Моррис. — Видите ли, мурлоки — не совсем то, чем кажутся.

Он сделал паузу, словно решаясь.

— Когда люди только прибыли на Флону, они обнаружили планету без крупных хищников. Экосистема была неполной, несбалансированной. Мурлоки были единственными мелкими плотоядными, питавшимися в основном насекомыми и мелкими грызунами. Они быстро привлекли внимание колонистов своей необычной внешностью и очевидным интеллектом.

— И люди начали их приручать, — догадалась Катерина.

— Именно, — кивнул Моррис. — Мурлоки оказались невероятно адаптивными. Они быстро привыкли к человеческому присутствию, научились жить в домах, даже, казалось, привязались к своим хозяевам. Идеальные домашние питомцы для идеальной планеты.

— Но что-то пошло не так, — предположил Максим.

— Да, хотя не сразу, — Моррис отпил из своего бокала. — Понимаете, мурлоки оказались гораздо умнее, чем кто-либо предполагал. И гораздо более... эволюционно гибкими. Они не просто адаптировались к жизни рядом с людьми — они эволюционировали, меняя свое поведение и даже физиологию.

— Эволюция требует тысяч поколений, — возразила Ольга.

— Обычно да, — согласился Моррис. — Но некоторые виды способны к гораздо более быстрым изменениям, особенно под сильным селективным давлением. Мурлоки оказались именно таким видом.

— И как именно они изменились? — тихо спросила Катерина.

Моррис обменялся взглядом с Эриком, который едва заметно кивнул.

— Они стали охотниками на крупную добычу, — произнес он наконец. — На людей.

***

В комнате повисла тяжелая тишина.

— Вы хотите сказать, что милые пушистые зверьки размером с кошку... охотятся на людей? — недоверчиво переспросил Майк.

— Не в одиночку, — покачал головой Моррис. — Группами. Мурлоки невероятно социальны и скоординированы. Они охотятся стаями, используя сложные стратегии. И у них есть... специальные способности.

— Какие именно? — насторожилась Джейн.

— Их слюна содержит мощный нейротоксин, который парализует жертву, — ответил Моррис. — А их зубы и когти способны быстро разделать даже крупную добычу. После их трапезы обычно остается только скелет.

— И вы знали об этом все время? — Максим внимательно смотрел на ученого.

— Не с самого начала, — вздохнул Моррис. — Первые признаки появились около двадцати лет назад — странные несчастные случаи в отдаленных районах, пропавшие фермеры, туристы. Но никто не связывал это с мурлоками. Они ведь были просто милыми домашними питомцами.

— Когда правда открылась? — спросила Катерина.

— Десять лет назад, когда я еще работал в «Новых Горизонтах», — ответил Моррис. — Меня пригласили на Флону в качестве консультанта по странной серии исчезновений. Я провел расследование и обнаружил правду. Мурлоки эволюционировали, превратившись в идеальных хищников, специализирующихся на людях. Но к тому времени они уже жили почти в каждом доме.

— И что произошло? — тихо спросила Ольга.

— Я представил свои выводы руководству корпорации, — мрачно произнес Моррис. — Они решили, что проще будет уничтожить всех мурлоков на планете. Провести массовую эвакуацию и стерилизацию.

— Но вы были против, — догадалась Катерина.

— Да, — кивнул Моррис. — Мурлоки — ключевой вид в экосистеме Флоны. Их уничтожение привело бы к экологической катастрофе. К тому же, я верил, что есть другой путь. Я ушел из корпорации, купил это поместье и последние десять лет работаю над решением.

— Каким именно? — спросил Максим.

— Генетической модификацией, которая снизила бы агрессивность мурлоков без изменения их экологической роли, — объяснил Моррис. — Я почти добился успеха, но в последнее время... атаки участились.

— Поэтому вы заказали специальное оборудование, — кивнула Ольга. — Для завершения исследований.

— Именно, — подтвердил ученый. — Последние компоненты, которые вы доставили, позволят мне синтезировать окончательную версию препарата. Но требуется еще несколько дней для завершения работы.

— А что местные власти? — поинтересовался Максим. — Они знают о ситуации?

— Частично, — ответил Моррис. — Мэр Нью-Эдема и некоторые высокопоставленные чиновники знают правду. Но они решили не создавать панику. Официально все случаи нападений регистрируются как несчастные случаи или исчезновения.

— И сколько людей погибло? — тихо спросила Джейн.

Моррис опустил глаза.

— За последние десять лет — около сотни. В основном в отдаленных районах. В городах мурлоков контролируют, держат только специально выведенных особей с подавленными хищническими инстинктами.

— А здесь, в вашем поместье? — насторожился Максим.

— Здесь... сложнее, — признался Моррис. — Мне нужны дикие мурлоки для исследований. Эрик обеспечивает безопасность. Он бывший военный, специалист по защите от опасной фауны.

— Но вы пригласили нас на ночь в дом, где потенциально есть смертельно опасные хищники? — возмутился Майк.

— Дом абсолютно безопасен, — заверил их Моррис. — Специальные барьеры не позволяют мурлокам проникнуть внутрь. Тот звук, который вы могли слышать в коридоре — это был сервисный робот, а не мурлок.

— Почему вы рассказываете нам все это? — спросил Максим. — Зачем раскрывать такую тайну случайным посетителям?

Моррис вздохнул.

— Потому что я видел, как вы начали что-то подозревать. И потому что мне нужна ваша помощь. Точнее, нужен был ваш груз. Но теперь... Теперь я думаю, что вы могли бы помочь и другим способом.

— Каким именно? — настороженно спросила Джейн.

— Я почти завершил работу над препаратом, — объяснил Моррис. — Но его нужно будет распространить среди диких групп мурлоков. Для этого необходимо добраться до нескольких ключевых локаций в лесах вокруг Нью-Эдема. Это... опасная задача.

— И вы хотите, чтобы мы рисковали жизнями ради вашего эксперимента? — скептически уточнил Майк.

— Я понимаю, что прошу о многом, — кивнул Моррис. — Но с вашими навыками и опытом у нас будет гораздо больше шансов на успех. Эрик не может справиться в одиночку, а местные власти отказываются предоставлять дополнительные ресурсы, опасаясь утечки информации.

— А если мы откажемся? — спросил Максим.

— Тогда я не стану вас удерживать, — ответил Моррис. — Вы вольны уехать утром, как и планировали. Но я прошу вас сохранить в тайне то, что узнали. Паника может только усугубить ситуацию.

Экипаж «Света Ориона» переглянулся. Ситуация была неожиданной и потенциально опасной, но в то же время интригующей.

— Нам нужно обсудить это, — наконец сказал Максим. — Наедине.

Моррис кивнул и вместе с Эриком вышел из комнаты, оставив экипаж принимать решение.

***

— Это безумие, — первой заговорила Ольга, когда дверь за хозяином дома закрылась. — Мы не подписывались на охоту за смертоносными пушистиками.

— Согласен, это не наше дело, — кивнул Майк. — Мы курьеры, а не истребители инопланетной фауны.

— Но если Моррис прав, и эти существа действительно эволюционировали в специализированных охотников на людей, — задумчиво произнесла Катерина, — то проблема может стать гораздо серьезнее. Что если мурлоков вывезут с Флоны? Что если они адаптируются к другим мирам?

— Она права, — поддержала Джейн. — На Тирре я видела, как одна-единственная инвазивная форма жизни почти уничтожила целую экосистему. А мурлоки, судя по описанию, гораздо опаснее.

— К тому же, — добавил Декс своим меланхоличным тоном, — есть определенная ирония в том, что милые пушистые существа, которых люди сделали своими питомцами, теперь рассматривают людей как пищу. Почти поэтическая справедливость в вечной битве между разумом и инстинктами.

— Не помогаешь, Декс, — вздохнул Майк.

Максим задумчиво барабанил пальцами по столу.

— Мне не нравится идея вмешиваться в локальную экологическую проблему. Но если мурлоки действительно так опасны, как описывает Моррис, то мы не можем просто проигнорировать ситуацию.

— Что ты предлагаешь? — спросила Ольга.

— Я предлагаю узнать больше, — ответил Максим. — Прежде чем принимать решение, нам нужно убедиться, что Моррис говорит правду. Возможно, ситуация не так драматична, как он описывает.

— Или наоборот, гораздо хуже, — мрачно заметила Джейн.

— В любом случае, я хочу увидеть доказательства, — твердо сказал Максим. — А затем мы решим, участвовать в его плане или нет.

Все согласились с этим подходом. Максим вызвал Морриса и Эрика обратно в комнату.

— Мы готовы рассмотреть ваше предложение, — сказал он, когда хозяева заняли свои места. — Но сначала мы хотим увидеть доказательства. Все, что у вас есть о мурлоках и их эволюции.

Моррис облегченно выдохнул.

— Разумеется. У меня есть обширные исследования, образцы тканей, записи инцидентов. Я могу показать вам все это в лаборатории.

— И мы хотим увидеть самих мурлоков, — добавила Джейн. — В безопасных условиях, разумеется.

— Это можно устроить, — кивнул Моррис. — У меня есть специальный вольер с укрепленным стеклом для наблюдений. Но должен предупредить — зрелище может быть... неприятным.

***

Лаборатория Морриса оказалась впечатляющим комплексом с новейшим оборудованием. Центральное место занимала большая голографическая проекционная система, на которой ученый показал экипажу историю своих исследований.

— Вот как выглядели мурлоки шестьдесят лет назад, когда люди только начали их приручать, — Моррис активировал первую проекцию.

Перед ними появилось изображение небольшого зверька, похожего на помесь кошки и кролика. Та же пушистая шерсть и большие глаза, что и на фото, которое они видели ранее, но меньшего размера и с менее развитыми конечностями.

— А вот как они выглядят сейчас, — он переключил проекцию.

Новое изображение показывало похожее существо, но с более мускулистым телом, более длинными и явно сильными лапами, и — что особенно бросалось в глаза — с гораздо более развитыми челюстями и зубами.

— За сто семьдесят лет они изменились больше, чем некоторые виды за тысячи, — пояснил Моррис. — И дело не только в физических изменениях. Их поведение, охотничьи стратегии, социальная структура — все стало более сложным, более... целенаправленным.

Он показал серию видеозаписей, демонстрирующих охоту мурлоков. Небольшая группа из пяти-шести особей координировала свои действия с поразительной точностью, загоняя добычу — в данном случае, местное травоядное, похожее на оленя — в ловушку.

— Впечатляет, — признала Джейн. — Но это еще не доказывает, что они охотятся на людей.

Моррис молча переключил запись. На новом видео была показана лесная тропа. Камера, очевидно закрепленная на дереве, зафиксировала момент, когда одинокий турист остановился отдохнуть. Внезапно из кустов вылетело маленькое пушистое тело, приземлившееся прямо на шею человека. За первым мурлоком последовали еще несколько. Турист попытался стряхнуть их, но вскоре его движения стали замедленными, неуклюжими, а затем он упал.

Моррис остановил запись до того, как мурлоки начали свою трапезу.

— Это запись с камеры наблюдения, установленной после серии исчезновений в том районе, — тихо сказал он. — Мы нашли только скелет.

В комнате повисла тяжелая тишина.

— А сейчас, — продолжил Моррис, — если вы готовы, я покажу вам живых мурлоков.

Он провел их в соседнее помещение, где находился большой вольер с прозрачными стенами из какого-то явно сверхпрочного материала. Внутри была воссоздана миниатюрная экосистема с деревьями, камнями и небольшим водоемом.

— Сейчас они спят, — пояснил Моррис, включая мягкое освещение внутри вольера. — Мурлоки в основном ночные охотники.

В дальнем углу вольера, среди густой растительности, экипаж разглядел несколько пушистых клубков серебристо-голубой шерсти. Мурлоки спали, свернувшись и прижавшись друг к другу.

— Они выглядят... безобидно, — заметила Ольга.

— Многие хищники выглядят безобидно, когда спят, — возразила Джейн. — Это часть их эволюционной стратегии.

— Совершенно верно, — кивнул Моррис. — Мурлоки сохранили свой «милый» внешний вид не случайно. Это помогает им приближаться к потенциальной добыче без вызова тревоги. Людям трудно воспринимать как угрозу нечто столь пушистое и большеглазое.

— И что именно вы планируете сделать с ними? — спросил Максим.

— Мой препарат воздействует на определенные участки мозга, ответственные за агрессию и выбор добычи, — объяснил Моррис. — Он не изменит их физиологию или основные инстинкты, но перенаправит хищнические импульсы на традиционные источники пищи — мелких животных, насекомых. Люди перестанут быть для них желанной добычей.

— И вы уверены, что это сработает? — скептически спросил Майк.

— На 95%, — кивнул Моррис. — Лабораторные тесты показывают отличные результаты. Но теперь препарат нужно распространить среди диких популяций.

— Как именно? — поинтересовался Максим.

— Аэрозольное распыление в ключевых местах обитания мурлоков, — ответил Моррис. — Препарат будет действовать через дыхательные пути, а затем передаваться через социальный контакт между особями. Мурлоки постоянно вылизывают друг друга, что обеспечит дополнительный путь передачи.

— И вам нужны мы, чтобы добраться до этих мест и распылить препарат, — подытожил Максим.

— Да, — подтвердил Моррис. — Эрик знает локации, но ему одному не справиться. Особенно с последним местом — главным логовом, где обитает самая крупная колония.

Экипаж переглянулся. Доказательства были убедительными, и опасность, исходящая от мурлоков, явно реальной.

— Мы обсудим ваше предложение, — наконец сказал Максим. — И дадим ответ утром.

***

Вернувшись в гостиную, экипаж «Света Ориона» долго дискутировал о том, стоит ли им вмешиваться в ситуацию. Мнения разделились: Джейн и Катерина считали, что они должны помочь, Ольга и Майк были против рискованной миссии, а Декс философски заметил, что в космической перспективе судьба одной планеты вряд ли имеет значение, но помощь ближнему может придать временный смысл их существованию.

В конце концов, решающее слово осталось за Максимом.

— Мы поможем, — объявил он. — Но на наших условиях. Мы берем с собой оружие с «Света Ориона», действуем по плану, который сами разработаем, и сохраняем право отступить, если ситуация станет слишком опасной.

Утром они сообщили о своем решении Моррису, который с облегчением согласился на все условия.

Следующие два дня были посвящены подготовке. Моррис завершил синтез препарата, Эрик проинструктировал их о повадках мурлоков и опасных зонах, а экипаж разработал детальный план операции. С «Света Ориона» доставили оружие и защитное снаряжение, а Декс приготовил специальные пайки с повышенной энергетической ценностью для миссии.

На третий день, ранним утром, они выдвинулись к первой точке — небольшому логову мурлоков в предгорьях, примерно в двух часах пути от поместья.

Группа разделилась на две команды: Максим, Джейн и Эрик должны были обеспечивать безопасность, пока Катерина, Ольга и Майк устанавливали распылительные устройства. Декс остался в поместье, обеспечивая связь и мониторинг.

Первая локация была обработана без происшествий. Мурлоки, ведущие ночной образ жизни, в это время суток спали в своих норах, и команде удалось установить устройства, не привлекая внимания.

— Одна точка есть, осталось две, — сказал Эрик, когда они вернулись к аэрокару. — Следующая будет сложнее — это территория с высокой активностью мурлоков.

Вторая локация находилась в густом лесу около небольшого озера. По данным Морриса, здесь обитала одна из крупнейших семейных групп мурлоков, и именно в этом районе произошло несколько нападений на людей.

Когда они приблизились к озеру, Джейн внезапно подняла руку, сигнализируя всем остановиться.

— Что-то не так, — прошептала она. — Слишком тихо.

Эрик напряженно осмотрелся.

— Она права. Обычно здесь много птиц и мелких животных.

— Мурлоки? — тихо спросил Максим.

— Возможно, — кивнул Эрик. — Они могли почувствовать наше приближение.

— Продолжаем по плану, — решил Максим. — Но удваиваем бдительность. Джейн, ты идешь впереди, я замыкаю. Оружие наготове.

Группа медленно продвигалась к намеченной точке у озера. Все чувствовали на себе чужие взгляды, хотя видимых признаков присутствия мурлоков не было.

Когда они достигли небольшой поляны у воды, где планировалось установить распылители, Ольга и Майк быстро принялись за работу, пока остальные охраняли периметр.

— Почти готово, — сообщила Ольга через несколько минут. — Еще пара минут на калибровку и...

В этот момент из кустов раздался странный звук — нечто среднее между мурлыканьем и низким рычанием. За ним последовал другой, затем еще один, пока весь лес вокруг них не наполнился этими звуками.

— Они окружают нас, — прошипел Эрик, поднимая свое оружие. — Быстрее с распылителем!

— Работаем, — напряженно ответила Ольга, ускоряя процесс настройки.

Первый мурлок появился внезапно — выпрыгнул из кустов в нескольких метрах от Джейн. Вблизи создание выглядело совсем не так безобидно, как на фотографиях или даже в вольере. Мускулистое тело под пушистой шерстью, острые когти на мощных лапах и, главное, глаза — не милые и наивные, а хищные, расчетливые, полные странного интеллекта.

Джейн мгновенно среагировала, выстрелив из парализатора. Мурлок упал, но за ним последовали другие — два, три, пять... Они появлялись со всех сторон, окружая группу людей.

— Готово! — крикнула Ольга, активируя распылитель.

Устройство начало выпускать тонкую дымку, которая быстро распространялась по поляне. Мурлоки замерли, принюхиваясь, но не отступили.

— Они не реагируют на препарат, — встревоженно сказал Максим.

— Слишком маленькая концентрация пока, — объяснил Эрик. — Нужно время, чтобы он подействовал. А сейчас нам лучше отступить.

Группа начала медленно отходить к аэрокару, держа мурлоков на прицеле. Хищники не нападали, но и не отступали, продолжая кружить вокруг, словно оценивая ситуацию.

Внезапно один из мурлоков — крупнее остальных, с почти серебряной шерстью — издал резкий звук. В тот же миг несколько мурлоков прыгнули вперед.

— Огонь! — скомандовал Максим.

Воздух наполнился звуками выстрелов. Несколько мурлоков упали, парализованные, но остальные продолжали приближаться. Один из них прыгнул на Эрика, целясь в шею, но Джейн успела сбить его выстрелом в прыжке.

— К аэрокару! Быстрее! — крикнул Максим.

Они побежали, преследуемые стаей разъяренных хищников. Майк споткнулся о корень, и в тот же момент мурлок прыгнул ему на спину. Катерина, проявив обычную для гиноида реакцию, схватила существо и отбросила его в сторону.

— Спасибо, — выдохнул Майк, поднимаясь.

— Потом поблагодаришь, — отрезала Катерина. — Беги!

Они достигли аэрокара как раз вовремя. Эрик запрыгнул на место пилота и активировал двигатели, пока остальные забирались внутрь, отстреливаясь от преследователей. Последней запрыгнула Джейн, захлопнув дверь перед самым носом прыгнувшего мурлока.

Аэрокар взмыл вверх, оставляя разъяренную стаю на земле.

— Это было... интенсивно, — выдохнула Ольга, пытаясь восстановить дыхание.

— И это была всего лишь небольшая семейная группа, — мрачно заметил Эрик. — В главном логове их гораздо больше.

— Но распылитель мы все-таки установили, — напомнил Майк. — Препарат должен подействовать?

— Должен, — кивнул Эрик. — Через несколько часов концентрация достигнет нужного уровня, и первые эффекты станут заметны.

— А что с третьей точкой? — спросил Максим. — С главным логовом?

— Мы должны его обработать, — твердо сказал Эрик. — Иначе вся операция бессмысленна. Но нам нужно лучше подготовиться. И, возможно, изменить план.

***

Вернувшись в поместье, они обнаружили Морриса в лаборатории, нервно изучающего данные с первой распылительной станции.

— Препарат работает! — воскликнул он, увидев их. — Датчики показывают изменения в поведенческих паттернах мурлоков. Они становятся менее агрессивными, более... рассеянными.

— Это хорошая новость, — кивнул Максим. — Но во второй локации нас встретили не слишком дружелюбно.

— Я слышал от Декса, — кивнул Моррис. — Вы все в порядке? Никаких ран или царапин?

— Все целы, благодаря быстрой реакции и хорошей подготовке, — ответил Максим. — Но главное логово будет гораздо опаснее, если верить Эрику.

— Так и есть, — подтвердил Моррис. — Там находится центральная колония мурлоков, включая нескольких альфа-особей. Они крупнее, умнее и гораздо опаснее обычных мурлоков.

— И как вы предлагаете нам туда проникнуть? — спросила Джейн.

— У меня есть идея, — ответил Моррис. — Но она потребует... необычного подхода.

Он подвел их к голографическому проектору, который теперь показывал карту горного района примерно в пятидесяти километрах от поместья.

— Главное логово находится здесь, в пещерном комплексе под горой, — пояснил он. — Прямой подход слишком опасен — мурлоки контролируют все наземные пути. Но есть альтернатива.

Он увеличил изображение, показывая сеть подземных тоннелей.

— Эти пещеры соединены с древней системой водоснабжения, построенной первыми колонистами и заброшенной около сорока лет назад. Через нее можно добраться почти до центра логова, минуя большую часть патрулей мурлоков.

— А они не будут охранять эти тоннели? — спросил Максим.

— Не должны, — ответил Моррис. — Мурлоки не любят воду и обычно избегают затопленных или влажных мест. К тому же, эта система не использовалась так долго, что они могли о ней просто забыть.

— Звучит рискованно, — заметила Ольга. — Но, возможно, это наш единственный шанс.

— Согласен, — кивнул Максим. — Когда будем готовы выступать?

— Нам нужно дождаться результатов со второй точки и подготовить специальное снаряжение для тоннелей, — ответил Моррис. — Скажем, завтра на рассвете?

Экипаж согласился, и остаток дня был посвящен подготовке к финальной фазе операции. Моррис модифицировал распылители для работы в условиях пещер, Эрик инструктировал всех по особенностям подземных путей, а Декс приготовил специальные рационы для длительной миссии.

К вечеру пришли обнадеживающие новости со второй точки — мурлоки в том районе явно изменили поведение, став менее агрессивными и более сосредоточенными на традиционной добыче.

— Препарат работает даже лучше, чем я ожидал, — довольно заметил Моррис за ужином. — Если мы успешно обработаем главное логово, проблема будет решена в течение недели.

— А что дальше? — спросил Майк. — Мурлоки просто перестанут быть опасными?

— Не совсем, — покачал головой Моррис. — Они останутся хищниками, но их рацион вернется к историческому — мелким животным, насекомым. Людей они будут воспринимать как нечто нейтральное, не как потенциальную добычу.

— И это решение... постоянное? — уточнила Катерина.

— Препарат вызывает изменения на генетическом уровне, которые будут передаваться следующим поколениям, — кивнул Моррис. — Конечно, эволюция непредсказуема, и через десятки или сотни лет ситуация может измениться. Но к тому времени, надеюсь, мы найдем более долгосрочное решение.

— Или мурлоки найдут способ обойти модификации, — тихо заметила Джейн. — Если они такие адаптивные, как вы говорите.

— Это риск, — признал Моррис. — Но сейчас это лучшее решение, которое у нас есть. Альтернатива — полное уничтожение вида — имела бы катастрофические последствия для всей экосистемы Флоны.

***

Рассвет следующего дня застал экипаж «Света Ориона» уже в пути. Аэрокар летел над пробуждающимися лесами Флоны в сторону горного хребта, где находилось главное логово мурлоков.

План был относительно простым: проникнуть через заброшенную систему водоснабжения, достичь центральной пещеры логова, установить распылители и отступить тем же путем. Если все пойдет хорошо, они смогут выполнить миссию до того, как большинство мурлоков проснется.

Аэрокар приземлился в укромной долине, примерно в километре от входа в тоннели. Дальше им предстояло идти пешком, чтобы не привлекать внимание.

— Всем проверить снаряжение, — скомандовал Максим, когда они выгрузились. — Оружие, фонари, респираторы, связь. Ничего не должно отказать под землей.

Эрик шел впереди, указывая путь. За ним следовали Майк и Ольга с распылителями, затем Катерина с дополнительным оборудованием, и замыкали группу Джейн и Максим, обеспечивая прикрытие.

Вход в тоннели оказался невзрачной бетонной конструкцией, почти полностью скрытой под наростами местной растительности. Эрик отодвинул тяжелую металлическую дверь, и в лицо им ударил затхлый воздух подземелья.

— Респираторы, — напомнил Максим. — И фонари. Держимся вместе, никто не отстает.

Они двинулись в темноту тоннелей. Первые несколько сотен метров путь был относительно простым — широкий коридор с бетонными стенами, кое-где потрескавшимися от времени. Затем они достигли большой камеры с насосным оборудованием, давно вышедшим из строя.

— Отсюда начинается сложный участок, — предупредил Эрик. — Следующие полкилометра тоннель частично затоплен, и придется идти по колено в воде.

— Будет шумно, — нахмурилась Джейн.

— Это неизбежно, — развел руками Эрик. — Но зато мурлоки точно не будут патрулировать этот участок.

Они продолжили путь, теперь уже через затопленный коридор. Холодная вода доходила до середины голени, затрудняя движение и вызывая неприятное чувство уязвимости.

После затопленного участка тоннель начал подниматься, и вскоре они оказались в сухой части системы. Здесь бетонные стены сменились естественной породой — они вошли в природные пещеры.

— Мы приближаемся к территории мурлоков, — тихо предупредил Эрик. — Отсюда максимальная тишина.

Группа двигалась медленно, стараясь не производить шума. Пещеры становились все шире, переходя в просторные залы, соединенные узкими проходами. На стенах появились странные царапины — следы когтей мурлоков.

— Мы близко, — прошептал Эрик, указывая на свежие отметки. — Еще пара поворотов, и мы будем у входа в центральную пещеру.

Они осторожно обогнули очередной выступ скалы и замерли. Перед ними открылся вход в огромную пещеру, тускло освещенную странным голубоватым свечением, исходящим от каких-то грибоподобных образований на стенах.

И внутри, насколько хватало глаз, были мурлоки. Сотни, возможно тысячи пушистых тел, свернувшихся в клубки для сна. Они покрывали пол, уступы стен, свисали с каменных выступов, цепляясь когтями.

— Вот это да, — выдохнул Майк. — Я и не представлял, что их так много.

— Это главная колония, — шепнул Эрик. — Здесь живут альфа-особи и около трех тысяч рядовых мурлоков. Отсюда они распространяются по всему региону.

— Где нужно установить распылители? — спросил Максим.

Эрик указал на несколько точек по периметру пещеры.

— Здесь, здесь и вон там, у центрального возвышения. Это обеспечит оптимальное распространение препарата по всей колонии.

— Хорошо, — кивнул Максим. — Действуем по плану. Ольга, Майк — устанавливаете распылители. Катерина — помогаешь им и контролируешь процесс. Джейн, Эрик и я обеспечиваем безопасность.

Они начали осторожно продвигаться по краю пещеры, стараясь не разбудить спящих хищников. Первые два распылителя удалось установить без происшествий. Мурлоки спали крепко, лишь изредка подергивая во сне ушами или лапами.

Но когда группа приблизилась к центральному возвышению для установки последнего распылителя, Джейн внезапно замерла, подняв руку в предупреждающем жесте.

— Не двигаться, — прошипела она. — Смотрите.

На возвышении, куда они направлялись, лежало существо, отдаленно напоминающее мурлока, но гораздо крупнее — размером с большую собаку. Его шерсть была не серебристо-голубой, как у остальных, а почти белой, с легким золотистым оттенком. И, в отличие от своих сородичей, это существо не спало. Его глаза — ярко-желтые, с вертикальными зрачками — были широко открыты и внимательно наблюдали за незваными гостями.

— Альфа, — едва слышно произнес Эрик. — Самая старая и умная особь в колонии.

Альфа-мурлок медленно поднялся на лапы, не сводя глаз с людей. Затем он издал тихий звук — нечто среднее между мурлыканьем и низким рычанием. По пещере пробежала волна движения, когда десятки мурлоков начали просыпаться.

— Он поднимает тревогу, — встревоженно сказала Джейн. — Нам нужно действовать быстро.

— Устанавливайте последний распылитель, — решительно скомандовал Максим. — Мы прикроем.

Ольга и Майк бросились к намеченной точке, на ходу готовя устройство. Катерина последовала за ними, в то время как Максим, Джейн и Эрик заняли оборонительную позицию, держа оружие наготове.

Альфа-мурлок издал еще один звук, на этот раз громче и резче. В ответ несколько крупных мурлоков спрыгнули с верхних уступов и начали приближаться к людям.

— Они окружают нас, — предупредила Джейн, наводя оружие на ближайших хищников.

— Не стрелять, если они не нападают, — приказал Максим. — Нам нужно выиграть время для установки распылителя.

Мурлоки приближались, но пока не атаковали. Они двигались с удивительной грацией, их мускулистые тела перетекали из одной позиции в другую. Все больше хищников просыпалось, привлеченное сигналами альфы.

— Почти готово, — донесся голос Ольги. — Еще минута на калибровку.

Альфа-мурлок внезапно издал резкий крик и прыгнул вперед. Три других мурлока последовали его примеру, устремившись к людям.

— Огонь! — скомандовал Максим.

Джейн и Эрик открыли огонь из парализаторов. Два мурлока упали, обездвиженные, но альфа каким-то образом уклонился от выстрелов и продолжал приближаться, как и четвертый хищник.

— Готово! — крикнула Ольга, активируя распылитель.

Устройство загудело и начало выпускать тонкую дымку, которая быстро распространялась по пещере. Альфа-мурлок замер, принюхиваясь к странному запаху, затем снова бросился вперед.

— Отступаем! — скомандовал Максим. — К выходу, быстро!

Группа начала отходить, продолжая держать мурлоков на прицеле. Хищники наступали, но странным образом их движения становились все менее координированными, словно они испытывали замешательство.

— Препарат действует! — воскликнул Майк.

— Не так быстро, как хотелось бы, — мрачно заметила Джейн, стреляя в очередного приблизившегося мурлока.

Они почти достигли входа в тоннель, когда альфа-мурлок внезапно изменил тактику. Вместо прямой атаки он прыгнул на стену пещеры, затем на выступ над головами людей, и оттуда — прямо на Ольгу.

Катерина среагировала молниеносно. Она оттолкнула Ольгу в сторону и приняла удар на себя. Мощные челюсти альфы сомкнулись на её руке, но вместо плоти и крови хищник обнаружил металл и синтетические материалы.

— Сюрприз, — мрачно произнесла Катерина и, схватив мурлока свободной рукой, с силой швырнула его о стену.

Альфа отлетел, ударился о камень, но тут же вскочил на лапы, готовый к новому прыжку. Однако его движения стали заметно менее точными, в глазах появилась растерянность.

— В тоннель, все! — крикнул Максим. — Препарат работает, но нам нужно уходить, пока действие не распространилось полностью!

Они устремились в тоннель, преследуемые несколькими мурлоками, которые, впрочем, двигались все медленнее и неувереннее. Когда группа достигла затопленного участка, преследование прекратилось полностью — мурлоки остановились у кромки воды, не решаясь идти дальше.

— Мы сделали это, — выдохнула Ольга, когда они, промокшие и измученные, наконец выбрались из тоннелей на поверхность. — Все три точки обработаны.

— И препарат определенно действует, — добавил Майк. — Видели, как они стали дезориентированными?

— Это только начало, — кивнул Эрик. — Полный эффект проявится через несколько часов, когда концентрация в их организмах достигнет нужного уровня.

— А ты в порядке? — спросил Максим у Катерины, осматривая её поврежденную руку.

— Функциональность сохранена на 87%, — спокойно ответила гиноид. — Повреждения несущественные, требуется минимальный ремонт.

— Ты спасла Ольгу, — тихо сказал Максим. — Это было...

— Логично, — пожала плечами Катерина. — Моя конструкция гораздо прочнее человеческой. Я рассчитала, что у меня больше шансов выдержать атаку альфа-особи.

— В любом случае, спасибо, — искренне произнесла Ольга, подходя к ним. — Без тебя я бы сейчас...

— Не стоит благодарности, — мягко улыбнулась Катерина. — Мы команда. Это то, что мы делаем — защищаем друг друга.

***

Вернувшись в поместье, они обнаружили Морриса в лаборатории, внимательно изучающего данные, поступающие с установленных распылителей.

— Вы успешно справились! — воскликнул он, увидев их. — Телеметрия показывает, что препарат распространяется по всем трем локациям, включая главное логово. Уже заметны первые изменения в поведенческих паттернах мурлоков.

— Насколько серьезные изменения? — поинтересовался Максим.

— Очень значительные, — с удовлетворением ответил Моррис. — Агрессия снижается, территориальность уменьшается, интерес к человеческой добыче практически исчезает. Через несколько дней мы увидим полную трансформацию их охотничьего поведения.

— И проблема будет решена? — скептически уточнила Джейн.

— В основном, да, — кивнул Моррис. — Конечно, мы продолжим мониторинг ситуации и, возможно, проведем дополнительные обработки в других районах. Но главная угроза миновала.

— А что с теми, кто уже стал домашними питомцами? — спросил Майк. — В городах и поселениях?

— Их уже давно модифицировали, — объяснил Моррис. — Домашние мурлоки проходят обязательную генетическую корректировку, подавляющую охотничьи инстинкты. Проблема была с дикими популяциями, которые невозможно было контролировать таким способом.

— И теперь Флона действительно станет самой мирной планетой? — с легкой улыбкой спросил Максим.

— По крайней мере, одной из самых безопасных, — улыбнулся в ответ Моррис. — И все благодаря вам. Вы сделали для этого мира больше, чем можете представить.

***

На следующий день, когда экипаж «Света Ориона» готовился к отлету, Моррис вручил Максиму небольшую коробку.

— Это дополнительная оплата за вашу неоценимую помощь, — сказал он. — И, если позволите, небольшой сувенир.

Внутри коробки лежал кристалл данных и маленькая статуэтка мурлока, искусно вырезанная из местного камня.

— На кристалле — полная информация о мурлоках и разработанном препарате, — пояснил Моррис. — На случай, если вы когда-нибудь столкнетесь с похожей проблемой на другой планете. Знание должно распространяться.

— Спасибо, — кивнул Максим. — И удачи вам с вашими дальнейшими исследованиями.

— А вам — счастливого пути среди звезд, — улыбнулся ученый. — Если когда-нибудь снова окажетесь на Флоне, знайте: здесь вам всегда будут рады.

Когда аэрокар поднялся в воздух, направляясь к Нью-Эдему, где их ждал «Свет Ориона», Джейн задумчиво посмотрела на проплывающие внизу леса.

— Знаете, — сказала она, — после Тирра я думала, что никогда не встречу планету более опасную. Но оказалось, что даже самое мирное место может скрывать смертельные угрозы.

— Особенно если эти угрозы выглядят пушистыми и очаровательными, — добавил Майк.

— Во вселенной нет абсолютной безопасности, — философски заметил Декс. — Только разные формы опасности, замаскированные под привычные образы.

— Что ж, — улыбнулся Максим, — по крайней мере, теперь у нас есть еще одна интересная история для долгих перелетов между звездами.

— И еще один мир, который мы сделали немного лучше, — тихо добавила Катерина.

Аэрокар продолжал свой путь над зелеными просторами Флоны — планеты, которая теперь действительно могла претендовать на звание самой мирной в Альянсе Человеческих Систем.

Глава 8 Предложение, от которого нельзя отказаться

«Свет Ориона» стоял в доке станции «Гермес», подключенный к заправочным и ремонтным системам. После приключения на Флоне экипажу полагался небольшой отдых, и каждый использовал его по-своему: Ольга занималась калибровкой систем двигателя, Майк обновлял программное обеспечение орудийных систем, Джейн тренировалась в симуляторах, а Декс экспериментировал с новыми рецептами, используя экзотические ингредиенты, привезенные с мирной планеты.

Максим сидел в своей каюте, просматривая доступные контракты на следующий рейс, когда раздался сигнал коммуникатора.

— Капитан Светлов? — раздался голос диспетчера станции. — У вас посетитель. Представился агентом Моррисоном. Говорит, у него официальное дело к вам и вашему экипажу.

Максим нахмурился. Моррисон... Это имя вызывало неприятные воспоминания. Тот самый агент, который передал им для доставки контейнер с краатарской технологией "нулевой точки", что привело к опасной ситуации на границе с Протекторатом.

— Пусть поднимется на борт, — ответил он после паузы. — И свяжитесь с остальными членами экипажа, попросите вернуться на корабль.

Через пятнадцать минут в кают-компании «Света Ориона» собрался весь экипаж. Последней появилась Катерина, которая проводила время в антикварной лавке на нижних уровнях станции.

— Агент Моррисон, — задумчиво произнесла она. — Интересно, чего хочет от нас Альянс на этот раз?

— Надеюсь, не очередную контрабанду технологий инопланетян, — мрачно заметила Джейн.

— Технически, это не была контрабанда, — возразила Ольга. — У нас были все официальные разрешения.

— Которые, как оказалось, не стоили бумаги, на которой были записаны, — фыркнул Майк.

— В космической бездне все сертификаты и разрешения — лишь иллюзия порядка в хаотичной вселенной, — философски заметил Декс, расставляя на столе чашки с ароматным чаем.

Их разговор прервал звук открывающейся двери. В кают-компанию вошел высокий мужчина в строгом сером костюме без знаков различия — тот самый агент Моррисон, которого они встречали несколько месяцев назад. Его лицо было таким же бесстрастным, как и тогда, но в глазах читалась настороженность.

— Капитан Светлов, — он кивнул Максиму. — Благодарю, что согласились принять меня.

— У меня был выбор? — сухо поинтересовался Максим.

— Всегда есть выбор, капитан, — ровно ответил Моррисон. — Просто некоторые варианты... менее приятны, чем другие.

Он окинул взглядом собравшийся экипаж.

— Я вижу, весь ваш... необычный коллектив в сборе. Хорошо. То, что я собираюсь предложить, касается вас всех.

— Предложить или приказать? — прямо спросила Джейн.

Моррисон позволил себе слабую улыбку.

— Скажем так, у меня есть предложение, от которого вам будет... сложно отказаться.

Он достал из внутреннего кармана небольшой проектор и поместил его на стол. Над устройством возникло трехмерное изображение планеты с двумя лунами — голубой мир, покрытый обширными океанами и архипелагами островов.

— Корикон, — представил Моррисон. — Родина кориодаков, цивилизации, недавно вышедшей в космос. Примерно на уровне Земли XXII века.

— Я слышала о них, — кивнула Катерина. — Амфибии, развившиеся до разумного состояния. Если не ошибаюсь, первый контакт состоялся около пяти лет назад?

— Верно, — подтвердил Моррисон. — И с тех пор мы поддерживаем дипломатические отношения, хотя и весьма... специфические. Кориодаки имеют своеобразную культуру и физиологию, что создает определенные трудности в коммуникации.

— И какое отношение это имеет к нам? — поинтересовался Максим.

— Самое прямое, — Моррисон переключил проекцию, показывая теперь странное сооружение, похожее на гибрид подводной лодки и космического корабля. — Три недели назад транспортная капсула Альянса потерпела крушение на Кориконе. На борту находился... ценный груз.

— Какого рода ценный груз? — насторожился Максим.

— Это засекречено, — ответил Моррисон. — Все, что вам нужно знать: груз крайне важен для безопасности Альянса, но не представляет угрозы для кориодаков или экипажа вашего корабля.

— Где именно находится капсула? — спросила Ольга, внимательно изучая проекцию.

— В океане, на глубине примерно двести метров, в территориальных водах одного из основных государств кориодаков, — объяснил Моррисон. — Именно здесь ситуация становится деликатной. Кориодаки обнаружили капсулу, но пока не смогли её вскрыть благодаря защитным системам. Они согласны вернуть её Альянсу, но... хотят что-то взамен.

— Что именно? — спросил Максим.

— Культурный обмен, — ответил Моррисон. — Они хотят получить образцы человеческого искусства, литературы, музыки. И, что важнее, они хотят, чтобы представители Альянса лично доставили эти материалы и провели несколько дней среди них, объясняя особенности нашей культуры.

— Звучит достаточно безобидно, — заметила Катерина. — В чем подвох?

Моррисон слегка поморщился.

— Есть несколько... нюансов. Во-первых, кориодаки не понимают концепцию одежды. Они считают покрытие тела искусственными материалами странным и даже оскорбительным, поскольку в их культуре это равносильно сокрытию истинной сущности.

— Вы хотите сказать, — медленно произнес Майк, — что нам придется находиться среди них... обнаженными?

— Именно так, — кивнул Моррисон. — Во-вторых, их дипломатический протокол требует, чтобы посланники проживали в их среде — то есть частично под водой. У них есть специально оборудованные помещения для существ, не способных дышать жабрами, но... условия будут своеобразными.

— А почему бы вам не отправить профессиональных дипломатов или ксеноантропологов? — спросил Максим. — Они наверняка лучше подготовлены для таких миссий.

— Мы пытались, — вздохнул Моррисон. — Но кориодаки отказались. Они специально запросили "не-официальных" представителей. Согласно их логике, профессиональные дипломаты "скрывают истинное лицо" за протоколом и формальностями. Они хотят общаться с "обычными людьми".

— И вы выбрали нас, потому что...? — Максим оставил вопрос незавершенным.

Моррисон посмотрел ему прямо в глаза.

— Потому что вы уже доказали свою... нестандартность мышления. Инцидент с краатарской технологией "нулевой точки" создал для Альянса серьезные дипломатические проблемы, но в итоге привел к беспрецедентному соглашению о совместном исследовании артефакта. А ваше вмешательство в ситуацию на Эридане и Флоне показало, что вы способны устанавливать контакт и взаимопонимание с очень разными формами жизни и культуры.

— Так вы в курсе всех наших приключений, — усмехнулась Джейн. — Следите за нами?

— Альянс всегда следит за потенциально ценными активами, — ровно ответил Моррисон. — А вы стали... интересным активом.

— А если мы откажемся? — спросил Максим.

— В таком случае, — Моррисон сделал паузу, — будут активированы протоколы расследования инцидента с краатарской технологией. С соответствующими последствиями — от штрафов и отзыва лицензий до возможного уголовного преследования за нарушение межзвездных соглашений.

— Шантаж, — констатировала Катерина.

— Я предпочитаю термин "мотивация", — возразил Моррисон. — Кроме того, в случае успешного выполнения миссии все потенциальные обвинения будут сняты официально и безвозвратно. Плюс вы получите щедрое вознаграждение и возможность обновить корабль по военным стандартам.

— А что насчет самой капсулы? — спросил Максим. — Как мы должны её извлечь с океанского дна?

— Это вторая часть миссии, — кивнул Моррисон. — После завершения культурного обмена кориодаки предоставят вам доступ к капсуле и помощь в её подъеме. У нас есть специальное оборудование, которое будет установлено на ваш корабль. Затем вы доставите капсулу на военную базу "Севастополь" в системе Волга. Там груз будет извлечен специалистами Альянса.

— И все это без инцидентов, я полагаю? — сухо спросил Максим.

— Именно, — подтвердил Моррисон. — Никаких... творческих отклонений от миссии на этот раз. Культурный обмен, извлечение капсулы, доставка на базу "Севастополь". Никаких расследований, никаких самовольных решений.

Максим переглянулся с членами экипажа. На их лицах читались смешанные чувства: от раздражения до любопытства.

— Нам нужно обсудить это, — сказал он Моррисону. — Наедине.

— Разумеется, — агент кивнул и поднялся. — У вас есть два часа. Затем мне нужен ваш ответ.

Когда дверь за ним закрылась, в кают-компании воцарилась тишина.

— Ну что, — наконец произнес Майк, — кто хочет поплавать голышом с разумными рыболюдьми?

***

— Это ловушка, — решительно заявила Джейн, когда они начали обсуждение. — Альянс использует нас как пешек в какой-то игре.

— Возможно, — согласился Максим. — Но у нас не так много вариантов. Если Моррисон действительно инициирует расследование инцидента с краатарами...

— Мы можем уйти, — предложила Ольга. — Корабль в хорошем состоянии, мы имеем возможность добраться до независимых от Альянса территорий . Федерация или Объединение Торговых Путей наверняка примут опытный экипаж с собственным судном.

— И станем беглецами? — покачал головой Максим. — Это не решение.

— А что насчет самого задания? — спросил Майк. — Я имею в виду, не считая того, что нам придется раздеться и жить в воде, звучит не так уж сложно. Культурный обмен, подъем капсулы, доставка на базу.

— Если бы все было так просто, они отправили бы регулярную команду, а не шантажировали нас, — возразила Джейн. — Определенно есть что-то, о чем Моррисон не говорит.

— Совершенно точно, — кивнула Катерина. — За свои двести лет я видела достаточно операций спецслужб, чтобы распознать полуправду. Но я также считаю, что у нас мало выбора. Кроме того, кориодаки... интригуют меня. Их культура действительно уникальна.

— Я провел анализ доступной информации о кориодаках, — неожиданно вмешался Декс. — С вероятностью 78,3% в капсуле находится оружие или технология, которую Альянс не хочет показывать другим расам. С вероятностью 91,7% во время миссии произойдет как минимум один непредвиденный инцидент. И с вероятностью 100% нам всем будет крайне неловко без одежды.

— Спасибо за оптимистичный прогноз, Декс, — усмехнулся Майк.

— Я лишь констатирую математические вероятности в бесконечном потоке космического хаоса, — меланхолично ответил робот-повар.

Максим задумчиво барабанил пальцами по столу.

— Я думаю, у нас действительно нет особого выбора. Мы можем либо принять предложение и попытаться выполнить миссию на наших условиях, либо бежать и стать изгоями.

— Тогда, может, стоит согласиться, но с некоторыми условиями? — предложила Ольга. — Например, потребовать полной информации о капсуле и её содержимом? Или гарантий безопасности?

— Сомневаюсь, что Моррисон пойдет на такие уступки, — покачал головой Максим. — Но попробовать стоит.

— Есть еще один аспект, который мы не обсудили, — тихо заметила Катерина. — Культурный обмен. Что именно мы должны будем рассказывать кориодакам о человеческой цивилизации?

— Действительно, — нахмурился Максим. — Моррисон не уточнил этот момент. Возможно, у Альянса есть какой-то сценарий, которому мы должны следовать?

— Или они хотят, чтобы мы импровизировали, — предположил Майк. — В конце концов, кориодаки запросили "обычных людей", а не скриптованных дипломатов.

— В любом случае, я считаю, что нам стоит согласиться, — подытожил Максим. — Но с некоторыми условиями, которые мы сейчас сформулируем.

Следующий час они потратили на составление списка требований. Когда Моррисон вернулся, Максим был готов к переговорам.

***

— Итак, капитан Светлов, — Моррисон сел на предложенное место. — Каково ваше решение?

— Мы согласны, — ответил Максим. — Но у нас есть условия.

Он передал агенту планшет со списком.

— Во-первых, мы хотим знать, что именно находится в капсуле. Во-вторых, нам нужны гарантии безопасности и полная информация о кориодаках — их культуре, физиологии, социальной структуре. В-третьих, мы сами решаем, какую именно культурную информацию предоставлять. И, наконец, после успешного завершения миссии мы получаем не только обещанное вознаграждение, но и официальный документ, снимающий с нас все возможные обвинения по инциденту с краатарской технологией.

Моррисон просмотрел список, его лицо оставалось бесстрастным.

— Я могу согласиться со вторым, третьим и четвертым пунктами, — наконец произнес он. — Вы получите полную информацию о кориодаках, свободу в культурном обмене и официальное освобождение от обвинений после успешного завершения миссии.

— А первый пункт? — настаивал Максим.

— Содержимое капсулы остается засекреченным, — твердо сказал Моррисон. — Это не подлежит обсуждению. Все, что вам нужно знать: это не оружие массового поражения, не биологический материал и не представляет опасности при транспортировке в закрытой капсуле.

Максим нахмурился.

— Этого недостаточно. Если мы рискуем своими жизнями, то должны знать, ради чего.

Моррисон выдержал паузу, словно взвешивая что-то в уме.

— Хорошо, — наконец произнес он. — Я могу сказать вам следующее: в капсуле находится прототип коммуникационной системы, разработанной на основе технологии "нулевой точки". Система позволяет осуществлять мгновенную связь на сверхдальних расстояниях без использования ретрансляторов. Это прорыв, который может изменить баланс сил в известном космосе.

— И поэтому она так важна для Альянса, — кивнула Катерина. — Такая технология даст огромное преимущество в военной и разведывательной сферах.

— Именно, — подтвердил Моррисон. — Поэтому крайне важно, чтобы капсула была доставлена на базу "Севастополь" в целости и сохранности. И желательно без лишних глаз.

— Включая наши, — заметила Джейн.

— Вы уже знаете больше, чем 99,9% персонала Альянса, — сухо ответил Моррисон. — И это знание делает вас как ценными, так и... уязвимыми.

— Угроза? — спросил Максим.

— Констатация факта, — пожал плечами Моррисон. — Есть силы, которые многое отдали бы за информацию о такой технологии. Краатарский Протекторат, Федерация, не говоря уже о независимых корпорациях или пиратских группировках.

— Что ж, по крайней мере, теперь мы знаем, во что ввязываемся, — вздохнул Максим. — Когда начинается миссия?

— Немедленно, — ответил Моррисон. — Технические специалисты Альянса уже готовы установить на ваш корабль оборудование для подъема капсулы. Кроме того, вам предстоит пройти краткий инструктаж по культуре кориодаков и получить специальные устройства для дыхания под водой.

— А когда мы отправляемся на Корикон?

— Через 48 часов, — сказал Моррисон, поднимаясь. — Подготовьтесь хорошо, капитан. От успеха этой миссии зависит не только ваша судьба, но и, возможно, будущее всего Альянса.

***

Следующие два дня прошли в интенсивной подготовке. Технические специалисты Альянса модифицировали «Свет Ориона», устанавливая мощные лебедки, специальные крепления и защитный контейнер для транспортировки капсулы. Одновременно экипаж проходил обучение использованию дыхательных аппаратов для длительного пребывания под водой и изучал обширные материалы о культуре и обычаях кориодаков.

— Они действительно считают одежду формой лжи, — задумчиво произнесла Ольга, просматривая данные на планшете. — В их обществе статус и положение определяются естественными метками на коже, узорами чешуи и другими физическими особенностями.

— И что, они ходят совершенно голыми? — поинтересовался Майк.

— Не совсем, — ответила Катерина, которая успела изучить больше всех благодаря своей способности к быстрому усвоению информации. — Они используют украшения, которые подчеркивают их естественные особенности, но не скрывают их. Ожерелья, браслеты, кольца — все это допустимо и даже приветствуется. Но ткани, покрывающие тело — табу.

— А как они относятся к людям? — спросил Максим. — Есть какие-то особенности в восприятии?

— Они считают нас странными, но интересными, — сказала Катерина. — Для них наша неспособность дышать водой и необходимость носить одежду — признаки "незавершенной эволюции". Но в то же время они признают наши технологические достижения и интеллектуальный потенциал.

— Я думаю, мне придется остаться на корабле, — задумчиво произнес Декс. — Хотя я и не ношу одежды в традиционном смысле, мой металлический корпус вряд ли будет воспринят как "естественная форма".

— Наоборот, — возразила Катерина. — В материалах указано, что кориодаки очень заинтересованы в искусственных разумах. Они считают роботов и гиноидов "эволюционным экспериментом" человечества, своего рода "альтернативным путем развития сознания".

— В таком случае, — меланхолично заметил Декс, — я готов представлять уникальную ветвь эволюции, характеризующуюся экзистенциальной меланхолией и кулинарным мастерством.

— А я что буду представлять? — с легкой улыбкой спросила Катерина. — Двухсотлетнюю память человечества?

— Ты будешь нашим главным козырем, — серьезно сказал Максим. — Твой опыт и знания будут бесценны для налаживания контакта с кориодаками.

Вечером перед отлетом агент Моррисон посетил корабль в последний раз, чтобы провести финальный инструктаж.

— Все необходимые работы завершены, — сообщил он. — Корабль готов как к культурной миссии, так и к подъему капсулы. Вам предстоит провести на Кориконе пять дней, общаясь с представителями их правительства и культурной элиты. Затем, если все пройдет успешно, вы получите доступ к капсуле. Если всё пройдёт успешно мы оставим вам это оборудование.

— А если что-то пойдет не так? — спросил Максим.

— Постарайтесь, чтобы все прошло гладко, — холодно ответил Моррисон. — Кориодаки мирная раса, но их психология отличается от человеческой. Они могут резко изменить отношение, если почувствуют обман или неуважение.

— Мы сделаем все возможное, — заверил его Максим. — Но жизнь редко идет строго по плану, особенно в нашем случае.

— Я в курсе вашей... удачливости, капитан, — слабо улыбнулся Моррисон. — Именно поэтому мы выбрали вас. Кориодаки ценят адаптивность и нестандартное мышление. Но на этот раз, пожалуйста, постарайтесь следовать основной миссии.

— Вы так говорите, будто мы специально ищем приключения, — возмутилась Джейн.

— Не специально, — согласился Моррисон. — Но они вас определенно находят. Удачи, капитан Светлов. Следующий раз мы увидимся, когда вы доставите капсулу на базу "Севастополь". И тогда, надеюсь, все наши прошлые... недоразумения будут забыты.

***

Путешествие к Корикону заняло пять дней. Планета находилась на границе исследованного пространства Альянса, в секторе, который редко посещался человеческими кораблями. За это время экипаж продолжил изучать материалы о кориодаках и их культуре, а также отрабатывать навыки использования дыхательных аппаратов в корабельном бассейне.

— Ненавижу эти штуки, — проворчал Майк, снимая респиратор после очередной тренировки. — Чувствую себя рыбой, выброшенной на берег, только наоборот.

— Технология довольно примитивная, — согласилась Ольга. — Но эффективная. Экстракция кислорода из воды, фильтрация, контроль давления — все базовые функции работают нормально.

— Я больше беспокоюсь о другом аспекте нашего визита, — тихо заметила Джейн. — Ну, вы понимаете...

— Об отсутствии одежды? — прямо спросила Катерина. — Это действительно может быть... некомфортно поначалу. Но кориодаки не воспринимают человеческое тело с сексуальным подтекстом. Для них это просто другая биологическая форма.

— Легко говорить тому, кто выглядит идеально, — вздохнул Майк, глядя на безупречную фигуру гиноида.

— Я напомню, что моя внешность — результат инженерного дизайна, а не природной эволюции, — мягко возразила Катерина. — Кориодаки, скорее всего, найдут ваши естественные несовершенства гораздо более интересными и "аутентичными", чем мою синтетическую оболочку.

— В любом случае, — вмешался Максим, — мы все взрослые люди. И профессионалы. Мы справимся с этим аспектом миссии так же, как и с любым другим.

Когда «Свет Ориона» наконец вышел на орбиту Корикона, экипаж собрался на мостике, чтобы впервые увидеть мир кориодаков своими глазами.

Планета представляла собой впечатляющее зрелище — огромные синие океаны, покрывающие более 90% поверхности, и россыпи изумрудно-зеленых островов, словно драгоценные камни, разбросанные по водной глади. Две луны — одна крупная, с голубоватым оттенком, и вторая меньшего размера, с желтоватой поверхностью — создавали сложную систему приливов и отливов.

— Невероятно красиво, — выдохнула Ольга.

— И очень похоже на то, как выглядела Земля миллионы лет назад, когда суши было гораздо меньше, — заметила Катерина. — Неудивительно, что здесь эволюционировали амфибии, а не сухопутные виды.

— Мы получаем сигнал, — сообщил Майк. — Кориодаки приветствуют нас и дают координаты для посадки.

Через встроенные переводчики они услышали мелодичный, немного шипящий голос:

— Приветствуем корабль людей-с-суши. Мы, народ Ток-Ра, рады приветствовать вас на Волнах Жизни. Следуйте указанному течению для погружения в наши воды.

— Ток-Ра? — переспросил Максим. — В материалах Альянса упоминалось государство Ширак-То.

— Ток-Ра — это подгруппа внутри Ширак-То, — объяснила Катерина, быстро просматривая данные. — Что-то вроде провинции или культурного региона. Именно они будут нашими основными хозяевами.

— «Волны Жизни» — так они называют свой мир, — добавила Ольга. — А «течение» — это, видимо, посадочная траектория.

— Что ж, следуем указанному... течению, — кивнул Максим. — Майк, проложи курс на посадку. Ольга, подготовь системы для входа в атмосферу. Все остальные — к своим станциям. Начинаем культурную миссию.

***

«Свет Ориона» плавно вошел в атмосферу Корикона и направился к указанным координатам. Место посадки оказалось большим островом с низкими строениями, расположенными как на суше, так и частично в воде. Центр комплекса занимала круглая площадка, очевидно предназначенная для космических кораблей.

Когда они приземлились, Максим собрал экипаж для последнего инструктажа.

— Итак, все помнят основные правила общения с кориодаками? — спросил он.

— Не делать резких движений, говорить спокойно, не показывать зубы в широкой улыбке, так как это может быть воспринято как угроза, — перечислила Джейн.

— Использовать много водных метафор в речи, — добавил Майк. — Они мыслят образами, связанными с течениями, волнами, глубинами.

— И никакой одежды, — завершила Ольга с нервной улыбкой. — Только дыхательные аппараты и минимум необходимого оборудования.

— Именно, — кивнул Максим. — Ну что, команда, готовы к самой странной дипломатической миссии в нашей карьере?

— Как сказал один древний философ: истинная мудрость часто приходит в самых неожиданных формах, — заметил Декс. — Включая форму обнаженных мокрых людей среди рыболюдей.

— Не уверен, что какой-либо философ говорил именно это, Декс, — усмехнулся Майк.

— Тогда я буду первым, — меланхолично ответил робот-повар.

Через иллюминаторы они видели, как к кораблю приближается делегация кориодаков — высокие гуманоидные существа с голубоватой кожей, покрытой мерцающей чешуей, перепончатыми конечностями и большими глазами. Они передвигались с удивительной грацией, словно даже на суше их тела помнили плавные движения воды.

— Пора, — Максим глубоко вдохнул. — Встречаем наших хозяев с открытыми... э... сердцами.

***

Первая встреча с кориодаками оказалась менее неловкой, чем опасался экипаж. Делегация из пяти представителей Ток-Ра ждала их у трапа, все в замысловатых украшениях из металла, кораллов и жемчуга, но без какой-либо одежды, как и ожидалось. Их чешуйчатые тела переливались на солнце всеми оттенками синего и зеленого.

Максим и его команда, одетые лишь в тонкие халаты (последняя уступка человеческой скромности перед неизбежным), спустились по трапу. Декс замыкал группу, его металлический корпус блестел в лучах местного солнца.

— Приветствуем вас на Волнах Жизни, — заговорил самый высокий кориодак с ярко-синей чешуей и замысловатым серебряным ожерельем. — Я Норт-Ша, Течение-Направляющий Ток-Ра. Это мои со-пловцы: Мира-Кел, хранительница Глубоких Знаний; Тар-Зин, Созерцатель Дальних Волн; Эк-Рол, Звучащий в Течениях; и Вис-Тер, Связующий с Иными Водами.

— Благодарим за теплый прием, — ответил Максим, стараясь использовать образы, близкие кориодакам. — Я Максим Светлов, капитан корабля "Свет Ориона". Со мной мои... со-пловцы: Ольга, хранительница механических течений; Майк, направляющий энергетические потоки; Джейн, защитница от опасных течений; Катерина, помнящая древние волны; и Декс, создающий пищу для тел и мыслей.

Кориодаки издали одобрительные звуки — что-то среднее между щебетом птиц и бульканьем воды.

— Ваши имена звучат как новые течения в наших мыслях, — сказал Норт-Ша. — Мы готовы обменяться потоками знаний и погрузиться в глубины ваших культурных волн.

Он сделал плавный жест перепончатой рукой, указывая на строения.

— Мы подготовили для вас Пузырь Дыхания — место, где суша и вода сливаются, позволяя вам существовать в обеих стихиях. Но сначала, — его глаза с вертикальными зрачками внимательно изучали халаты землян, — вы должны отбросить эти странные покровы. В водах Ток-Ра все существа показывают свою истинную природу.

Наступил момент истины. Максим кивнул своей команде и первым снял халат, оставшись обнаженным, за исключением небольшого устройства связи на запястье. Остальные члены экипажа последовали его примеру, хоть и с разной степенью уверенности.

К их удивлению, кориодаки не проявили особого интереса к обнаженным телам. Они лишь с научным любопытством рассматривали их кожу, лишенную чешуи.

— Ваши покровы такие странные, — заметила Мира-Кел, хранительница знаний. — Гладкие и уязвимые, как у детенышей глубоководных сал-тра. Как вы защищаетесь от течений и хищников?

— Наша защита — разум и технологии, — ответила Катерина, явно чувствуя себя наиболее комфортно в сложившейся ситуации. — Мы создаем внешние покровы для разных условий, но снимаем их, уважая ваши обычаи.

Вис-Тер, дипломат кориодаков, с особым интересом разглядывал Катерину и Декса.

— Вы двое плывете в иных течениях, чем остальные, — заметил он. — Ваши сущности созданы, а не рождены волнами жизни.

— Верно, — кивнула Катерина. — Мы — искусственные формы разума, созданные людьми. Я гиноид, мой возраст более двухсот лет по человеческому исчислению. Декс — специализированный робот с развитым искусственным интеллектом.

— Удивительно! — воскликнул Тар-Зин, созерцатель. — Создавать разумные течения внутри искусственных форм — глубокое искусство. Мы много размышляли о подобных путях, но пока не погрузились в эти воды.

— Если можно предложить, — вмешался Максим, чувствуя себя все более неловко под пристальными взглядами, — мы могли бы продолжить беседу в упомянутом вами Пузыре Дыхания. И начать культурный обмен, ради которого мы прибыли.

— Конечно, капитан Максим Светлов, — согласился Норт-Ша. — Следуйте за нами в глубины наших знаний.

***

Пузырь Дыхания оказался удивительным сооружением — частично подводным комплексом с прозрачными куполами, поднимающимися над поверхностью, и системой шлюзов, позволяющих перемещаться между водной и воздушной средами. Внутри были комнаты с воздухом для людей, помещения полностью заполненные водой для кориодаков и общие пространства с различными уровнями воды для совместного пребывания.

Кориодаки отвели каждому члену экипажа отдельное помещение для отдыха и личных нужд, а также показали общий зал для собраний и культурного обмена.

— Здесь течения знаний сливаются в единый поток, — объяснил Норт-Ша, когда они собрались в центральном зале, представлявшем собой амфитеатр с нижней частью, заполненной водой, и верхними рядами на воздухе. — Мы будем встречаться здесь каждый день, чтобы обмениваться глубинами наших культур.

— Мы подготовили материалы, которые расскажут о нашей цивилизации, — сказал Максим, указывая на контейнеры, которые они принесли с корабля. — Здесь образцы искусства, музыки, литературы и исторические записи человечества.

— А мы жаждем погрузиться в ваши истории и песни, — ответила Мира-Кел. — Но сначала, по традиции Ток-Ра, мы проведем Ритуал Первого Погружения — церемонию, которая соединяет новых друзей в едином течении.

Максим и его команда обменялись быстрыми взглядами.

— Что включает в себя этот ритуал? — осторожно спросил он.

— Ничего сложного для ваших тел, — успокоил их Норт-Ша. — Мы погрузимся в священный бассейн, соединенный с океаном, и обменяемся простыми дарами. Это символизирует начало общего течения наших культур.

— Мы с радостью примем участие в вашей традиции, — согласился Максим после краткого обсуждения с командой. — Но нам понадобятся дыхательные аппараты для пребывания под водой.

— Конечно, — кивнул Норт-Ша. — Мы знаем о ваших ограничениях и подготовили все необходимое.

Первый день на Кориконе завершился этой церемонией. Экипаж «Света Ориона», оснащенный дыхательными аппаратами, погрузился вместе с кориодаками в большой естественный бассейн, соединенный с океаном подводным тоннелем. Там, в мерцающем свете биолюминесцентных организмов, они обменялись символическими подарками — люди передали небольшие кристаллы с записями земной музыки, а кориодаки вручили им причудливые украшения из местных материалов.

Церемония была красивой и необычной, а главное — прошла без инцидентов. Вечером, когда экипаж собрался в отведенном им общем помещении, настроение было приподнятым.

— Могло быть и хуже, — заметила Джейн, поправляя жемчужное ожерелье, полученное во время церемонии. — По крайней мере, никто не пытался нас съесть или принести в жертву подводным богам.

— Ранние отчеты ксеноантропологов описывали кориодаков как одну из самых миролюбивых рас, — сказала Катерина. — У них практически отсутствует концепция войны в нашем понимании. Конфликты они решают через сложные ритуализированные соревнования.

— И все же что-то меня беспокоит, — задумчиво произнес Максим. — Они слишком... заинтересованы в нас. Особенно в тебе и Дексе, — он кивнул в сторону гиноида.

— Искусственный интеллект для них — новая и захватывающая концепция, — объяснила Катерина. — В их культуре разум неразрывно связан с биологическим телом и "течением жизни". Идея сознания, существующего в созданной форме, кажется им почти мистической.

— Кстати о созданных формах, — вмешалась Ольга. — Вы заметили, что они почти не обращали внимания на наши... хм... обнаженные тела? Я ожидала большего любопытства.

— Для них наши тела просто еще одна биологическая вариация, — пожал плечами Майк. — Как для нас, например, различные виды рыб. Интересно с научной точки зрения, но не более того.

— Это упрощает нашу миссию, — кивнул Максим. — Завтра начинается настоящий культурный обмен. Мы должны быть готовы рассказать о человеческой цивилизации максимально честно, но при этом... дипломатично.

— Особенно о войнах, колонизации и других аспектах, которые могут показаться кориодакам странными или тревожными, — добавила Катерина.

— Именно, — согласился Максим. — Мы здесь не только для того, чтобы получить доступ к капсуле, но и чтобы действительно наладить культурный контакт. Это может быть важно для будущих отношений между нашими видами.

— А еще это может быть самым странным опытом в нашей жизни, — усмехнулась Джейн. — Голые лекции о человеческой культуре для разумных амфибий.

— В бескрайнем космосе странность — это лишь вопрос перспективы, — философски заметил Декс. — Для кориодаков мы не менее экзотичны, чем они для нас.

***

Следующие три дня прошли в интенсивном культурном обмене. Каждый день экипаж «Света Ориона» представлял различные аспекты человеческой цивилизации: искусство, музыку, литературу, историю, науку и философию. Кориодаки оказались внимательными и благодарными слушателями, задавая глубокие и часто неожиданные вопросы.

Особый интерес у них вызвала человеческая музыка. Эк-Рол, "Звучащий в Течениях", был потрясен разнообразием земных музыкальных традиций — от классической симфонии до электронных композиций.

— Ваши звуковые течения такие разные, — говорил он, слушая произведения Баха. — У нас музыка всегда связана с движением воды, с её течением и вибрациями. Ваша же создается в воздухе, и в этом её уникальная глубина.

Мира-Кел, хранительница знаний, была очарована человеческой литературой, особенно поэзией.

— Ваши слова плывут как изящные рыбы в течении мысли, — сказала она после того, как Катерина прочитала несколько сонетов Шекспира. — Мы тоже создаем словесные узоры, но они всегда следуют ритму волн. Ваши истории как будто существуют вне воды, они свободны от её власти.

В свою очередь, кориодаки делились своей культурой. Они показывали удивительные подводные скульптуры, создаваемые из живых кораллов, которые направлялись расти определенным образом; исполняли сложные музыкальные произведения на инструментах, использующих резонанс воды; и рассказывали древние мифы о зарождении жизни в Первичном Океане.

На четвертый день, когда формальная часть культурного обмена подходила к концу, Норт-Ша пригласил Максима на частную беседу. Они расположились в небольшом помещении с прозрачным куполом, через который открывался вид на закат над океаном.

— Ваши течения мыслей удивительны, капитан, — начал кориодак. — Мы много узнали о людях за эти дни. Но я чувствую, что вы плывете к нам с определенной целью, которая пока не проявлена в общем потоке.

Максим напрягся. Кориодаки оказались более проницательными, чем он предполагал.

— Вы правы, Течение-Направляющий, — решил он быть честным. — Культурный обмен — важная часть нашей миссии, но не единственная. Мы также прибыли, чтобы вернуть то, что принадлежит нам — транспортную капсулу, потерпевшую крушение в ваших водах.

Норт-Ша медленно кивнул, его жабры слегка раздулись.

— Мы знаем об этом объекте. Он покоится на дне нашего Северного Рифа. Мы обнаружили его вскоре после падения, но не смогли открыть его защитные оболочки.

— Эта капсула содержит важные для нашей цивилизации материалы, — продолжил Максим. — Мы были бы благодарны за помощь в её подъеме.

— Мы готовы помочь вам, капитан, — ответил Норт-Ша. — Но есть одно течение, которое должно быть прояснено. Капсула упала в священных водах Ток-Ра, где наши предки впервые вышли на сушу. По нашим традициям, всё, что касается этих вод, должно быть одобрено Советом Глубин.

— Я понимаю, — кивнул Максим. — Что требуется для получения такого одобрения?

— Совет должен убедиться, что содержимое капсулы не нарушит Гармонию Течений — баланс жизни в наших водах, — объяснил Норт-Ша. — Для этого один из ваших представителей должен предстать перед Советом и ответить на их вопросы.

Максим задумался. Такого поворота не было в инструкциях Моррисона.

— Когда может состояться эта встреча?

— Завтра, с приливом Голубой Луны, — ответил Норт-Ша. — Выберите того, кто лучше всего плывет в течениях мудрости и дипломатии.

***

Вернувшись к своей команде, Максим рассказал о разговоре с Норт-Ша.

— Совет Глубин? — нахмурилась Джейн. — Об этом ничего не было в материалах Альянса.

— Возможно, они не знали об этом аспекте культуры кориодаков, — предположила Катерина. — Или сочли его несущественным.

— Кто из нас должен предстать перед этим Советом? — спросил Майк.

— Я думаю, это должна быть Катерина, — решил Максим после минутного размышления. — Ты лучше всех разбираешься в дипломатии, обладаешь огромными знаниями и, что не менее важно, не устаешь под водой, в отличие от нас, людей.

— Согласна, — кивнула Ольга. — К тому же, кориодаки проявляют особый интерес к Катерине как к искусственной форме жизни. Это может помочь в переговорах.

— Я готова представлять нас перед Советом, — согласилась гиноид. — Но что я должна говорить о содержимом капсулы? Мы сами точно не знаем, что там, кроме общих слов о коммуникационной системе.

— Придерживайся версии Моррисона, — сказал Максим. — Это технология связи, не оружие и не что-то, что может нарушить их экологический баланс.

— А если они потребуют большей конкретики? — спросила Катерина.

— Тогда... импровизируй, — вздохнул Максим. — Ты лучше всех справишься с этим.

На следующий день Катерина в сопровождении Норт-Ша и Вис-Тера отправилась на встречу с Советом Глубин. Остальные члены экипажа остались в Пузыре Дыхания, нервно ожидая результатов.

— Я не понимаю, почему Моррисон не предупредил нас об этом, — ворчал Майк. — Он должен был знать о таких ритуалах.

— Возможно, он сам не знал, — предположила Ольга. — Контакт с кориодаками относительно недавний, многие аспекты их культуры все еще остаются неизученными.

— Или он знал, но решил, что мы справимся и без этой информации, — мрачно заметила Джейн. — В стиле спецслужб — говорить только то, что необходимо.

— В любом случае, — сказал Максим, — теперь все зависит от Катерины. И я уверен, что она справится.

***

Катерина вернулась через несколько часов, сопровождаемая делегацией кориодаков, включая нескольких новых лиц — очевидно, членов Совета Глубин. Её синтетическое лицо, обычно спокойное, выражало сложные эмоции.

— Как все прошло? — тихо спросил Максим, когда они смогли поговорить наедине.

— Сложно, — ответила гиноид. — Совет Глубин — не просто административный орган, как мы думали. Это нечто среднее между верховным судом, религиозным советом и научной комиссией. Они задавали... неожиданные вопросы.

— О капсуле?

— Не только. Они интересовались нашей историей освоения космоса, отношениями с другими расами, экологической политикой... И особенно искусственным интеллектом.

— И что ты им сказала?

— Правду, насколько это было возможно, — ответила Катерина. — Я рассказала об истории человечества, о наших ошибках и достижениях. О том, как мы учимся жить в гармонии с природой, хотя это и непростой путь. О том, как развивались ИИ и синтетические формы жизни.

— А о капсуле?

— Я придерживалась версии о коммуникационной технологии, но они хотели знать больше. В конце концов, я сказала, что это система, позволяющая обмениваться информацией мгновенно на огромных расстояниях, без использования обычных электромагнитных волн.

— И они поверили?

— Да, — кивнула Катерина. — Более того, эта концепция их заинтересовала. Кориодаки придают огромное значение коммуникации — для вида, эволюционировавшего в воде, где звук распространяется иначе, чем в воздухе, это естественно.

— Так они дали разрешение на подъем капсулы?

— Да, но с одним условием, — Катерина сделала паузу. — Они хотят, чтобы один из их ученых присутствовал при открытии капсулы на базе "Севастополь".

Максим нахмурился.

— Это проблема. Моррисон ясно дал понять, что содержимое капсулы засекречено.

— Я понимаю, — кивнула Катерина. — Но это было их единственное условие. Без него они не позволят нам забрать капсулу.

— Что ж, — Максим потер подбородок, — придется импровизировать. Свяжемся с Моррисоном, когда будем на корабле, и сообщим об этом требовании. Пусть Альянс решает, как с этим справиться.

Катерина выглядела обеспокоенной.

— Есть еще кое-что, Максим. Кориодаки... они не так просты, как кажутся. Во время церемонии я заметила, что члены Совета Глубин используют технологии, гораздо более продвинутые, чем те, что они нам демонстрировали. Я думаю, они намеренно преуменьшают уровень своего технологического развития.

— Зачем им это?

— Возможно, из осторожности, — предположила Катерина. — Они недавно вышли в космос и встретили другие расы. Естественно проявлять осторожность, пока они не поймут, с кем имеют дело.

— Это усложняет ситуацию, — задумался Максим. — Если они технологически более развиты, чем мы думали, то, возможно, они уже знают, что в капсуле, или по крайней мере догадываются.

— Вполне вероятно, — согласилась Катерина. — Но они все равно готовы сотрудничать. Завтра они предоставят нам оборудование и помощь для подъема капсулы.

— Хорошо, — кивнул Максим. — Будем действовать по плану, но с повышенной осторожностью. Сообщим об этом остальным и подготовимся к операции.

***

На следующий день экипаж «Света Ориона» вместе с группой кориодаков отправился к месту крушения капсулы. Для этой цели было выделено специальное судно, способное погружаться на значительную глубину. Майк и Ольга остались на корабле, готовя системы для принятия и крепления капсулы, в то время как Максим, Джейн, Катерина и Декс присоединились к подводной экспедиции.

Погружение заняло около часа. Через иллюминаторы подводного судна они наблюдали удивительный подводный мир Корикона — разноцветные коралловые рифы, странные светящиеся организмы и стаи существ, напоминающих земных рыб, но с удивительными анатомическими особенностями.

— Это Северный Риф, священное место для Ток-Ра, — объяснил сопровождавший их Тар-Зин. — По нашим легендам, именно здесь наши предки впервые осознали себя как разумные существа.

— Похоже на место зарождения вашей цивилизации, — заметила Катерина.

— Именно так, — кивнул Тар-Зин. — Поэтому Совет Глубин так серьезно отнесся к вашей капсуле. Все, что касается этих вод, имеет особое значение.

— Мы приближаемся к месту падения, — сообщил управляющий судном кориодак. — Глубина 195 метров, давление стабильное.

Через несколько минут они увидели её — серебристо-белую капсулу, частично погруженную в песчаное дно. Она была примерно пять метров в длину и два в диаметре, с гладкой поверхностью без видимых отверстий или швов. Вокруг капсулы виднелись следы её падения — борозда в песке и разбросанные обломки внешней оболочки.

— Вот она, — тихо произнес Максим. — Выглядит неповрежденной.

— Защитные системы активны, — заметила Катерина, изучая показания сканеров. — Она закрыта, как и сказал Моррисон.

— Как будем её поднимать? — спросила Джейн.

— Кориодаки предоставили специальное оборудование, — ответил Максим. — Сначала мы закрепим на капсуле магнитные захваты, затем активируем антигравитационные модули, которые уменьшат её вес. После этого судно поднимет её на поверхность, где "Свет Ориона" примет груз.

Операция началась. Джейн и Максим, облаченные в дыхательные аппараты и легкие экзоскелеты для работы под давлением, вышли из судна и начали крепить захваты к капсуле. Катерина и Декс контролировали процесс изнутри, поддерживая связь и мониторя показатели.

Работа шла гладко. Кориодаки оказались опытными и умелыми помощниками, их природная адаптация к подводной среде делала их незаменимыми в этой операции. Через два часа все захваты были закреплены, и началась активация антигравитационных модулей.

— Модули запущены, — доложила Катерина. — Эффективность 85%, этого должно хватить для подъема.

Постепенно капсула начала отделяться от дна, поднимаясь в толще воды. Судно включило мощные прожекторы, освещая процесс, и активировало собственные подъемные механизмы.

— Все идет хорошо, — сказал Максим, вернувшись на судно. — Если так продолжится, через час мы будем на поверхности.

— Слишком гладко, — нахмурилась Джейн. — Обычно в этот момент что-нибудь идет не так.

Как по заказу, в тот же момент судно вздрогнуло от сильного толчка.

— Что это было? — спросил Максим.

— Подводное течение, — объяснил управляющий судном кориодак. — Необычно сильное для этого района.

— Оно может помешать подъему?

— Не должно, но нам придется корректировать курс.

Судно продолжило подъем, но теперь его слегка раскачивало подводными течениями. Капсула, поднятая антигравитационными модулями, следовала за ним, слегка покачиваясь на тросах.

— Странно, — заметила Катерина, изучая показания приборов. — Эти течения... они не выглядят естественными. Слишком регулярный паттерн.

Тар-Зин и другие кориодаки обменялись быстрыми взглядами.

— Что происходит? — прямо спросил Максим.

— Эти течения... они могут быть вызваны Глубокими, — неохотно ответил Тар-Зин.

— Глубокими? — переспросила Джейн. — Кто это?

— Другая форма разумной жизни Корикона, — объяснил кориодак. — Они живут на больших глубинах и редко контактируют с нами. У нас... сложные отношения.

— И вы не сочли нужным упомянуть о них раньше? — возмутился Максим.

— Мы не думали, что они проявят интерес к операции, — ответил Тар-Зин. — Глубокие обычно игнорируют то, что происходит на мелководье.

Судно снова тряхнуло, на этот раз сильнее.

— Они определенно проявляют интерес, — мрачно заметила Джейн. — Вопрос в том, что им нужно?

— Возможно, капсула, — предположила Катерина. — Если они живут на больших глубинах, то могли наблюдать за ней с момента падения.

— Мы должны ускорить подъем, — решил Максим. — Увеличьте мощность антигравитационных модулей.

— Это рискованно, — предупредила Катерина. — Быстрый подъем с такой глубины может повредить капсулу.

— У нас нет выбора, — возразил Максим. — Если эти Глубокие хотят помешать нам, лучше не дать им такой возможности.

Управляющий судном кориодак согласился и увеличил мощность подъемных систем. Капсула начала подниматься быстрее, но и течения усилились, теперь уже явно направленные против движения судна.

— Они пытаются остановить нас, — констатировал Тар-Зин. — Это необычно. Глубокие редко проявляют такую активность.

— Что вы знаете об этих Глубоких? — спросила Катерина. — Как с ними можно коммуницировать?

— Коммуникация сложна, — ответил Тар-Зин. — Они используют комбинацию звуковых волн и биолюминесцентных сигналов. У нас есть специалисты по общению с ними, но никого из них нет на борту.

— У меня есть идея, — вдруг сказал Декс, который до этого момента молчал. — Если они используют звуковые волны, возможно, мы могли бы имитировать их с помощью систем судна? Простой паттерн, указывающий на мирные намерения?

— Это... возможно, — задумался Тар-Зин. — Наше судно оборудовано гидроакустическими системами для исследования глубин. Мы могли бы попробовать.

— Сделайте это, — кивнул Максим. — А мы продолжим подъем.

Тар-Зин и другие кориодаки начали настраивать гидроакустическую систему, пытаясь создать простые звуковые паттерны, которые могли бы быть интерпретированы Глубокими как мирный сигнал. В то же время, судно продолжало подъем, борясь с усиливающимися течениями.

— Мы на глубине 100 метров, — доложила Катерина. — Еще немного, и мы будем вне досягаемости этих течений.

Внезапно все иллюминаторы судна осветились яркими вспышками света — голубыми, зелеными, пульсирующими в сложном ритме.

— Биолюминесцентные сигналы, — выдохнул Тар-Зин. — Глубокие отвечают.

— Что они говорят? — спросил Максим.

— Сложно интерпретировать точно, — ответил кориодак. — Но общий смысл... они интересуются капсулой. Они считают её "поющим камнем из пустоты".

— Поющим камнем? — переспросила Джейн.

— Возможно, они улавливают какое-то излучение от капсулы, — предположила Катерина. — Если внутри действительно находится коммуникационная система на основе технологии "нулевой точки", она может испускать сигналы, которые Глубокие способны воспринимать.

— Объясните им, что мы заберем капсулу, но готовы поделиться информацией о ней позже, — предложил Максим.

Тар-Зин и его собратья модифицировали звуковые сигналы, пытаясь передать это сообщение. После нескольких попыток вспышки света изменили характер — стали менее интенсивными, более ритмичными.

— Кажется, они согласны, — перевел Тар-Зин. — Но хотят, чтобы мы вернулись и рассказали им о "поющем камне".

— Мы можем пообещать это? — спросил Максим, глядя на Катерину.

— Я думаю, да, — кивнула гиноид. — Если Альянс действительно разрабатывает новую коммуникационную систему, знание о том, что её сигналы воспринимаются глубоководными формами жизни, может быть ценным. Это может стать основой для нового направления исследований.

— Хорошо, — согласился Максим. — Передайте им, что мы обещаем вернуться с информацией.

После еще одной серии звуковых сигналов и световых вспышек течения внезапно стихли, позволяя судну беспрепятственно продолжить подъем.

— Они согласились, — с облегчением сказал Тар-Зин. — И кажется, они действительно верят нашему обещанию.

— Мы его сдержим, — твердо заявил Максим. — Если не мы лично, то Альянс должен будет отправить специалистов для контакта с Глубокими.

***

Остаток подъема прошел без происшествий. Когда судно достигло поверхности, «Свет Ориона» уже ждал их, зависнув над водой с открытым грузовым люком. Специальные системы захвата, установленные техниками Альянса, были готовы принять капсулу.

Операция по передаче груза заняла около двух часов. Капсула была осторожно поднята из воды, просканирована на предмет повреждений и помещена в специальный контейнер внутри корабля. Все прошло гладко, без технических сбоев.

Когда капсула была надежно закреплена в грузовом отсеке, Максим собрал экипаж для короткого совещания.

— Мы выполнили основную часть миссии, — сказал он. — Капсула у нас, и она кажется неповрежденной. Теперь нам предстоит доставить её на базу "Севастополь".

— А как быть с требованием кориодаков? — спросила Ольга. — Они все еще настаивают на присутствии своего представителя при открытии капсулы?

— Да, — кивнула Катерина. — Норт-Ша только что подтвердил, что Вис-Тер, их дипломат, готов сопровождать нас на "Севастополь".

— Это проблема, — нахмурился Майк. — Моррисон явно не обрадуется такому повороту.

— У нас нет выбора, — развел руками Максим. — Без этого условия кориодаки не дали бы нам капсулу. К тому же, после встречи с Глубокими, я думаю, для Альянса будет полезно поддерживать хорошие отношения с обитателями Корикона.

— Согласна, — кивнула Катерина. — Особенно учитывая, что и Ток-Ра, и Глубокие проявили интерес к технологии "нулевой точки". Если они действительно более технологически развиты, чем мы предполагали, такой контакт может быть взаимовыгодным.

— Кстати о Глубоких, — вмешалась Джейн. — Мы обещали вернуться с информацией о "поющем камне". Как мы собираемся сдержать это обещание?

— Я составлю детальный отчет для Альянса, — сказала Катерина. — Включая все наши наблюдения о взаимодействии капсулы с Глубокими. Если они действительно могут воспринимать сигналы технологии "нулевой точки", это открывает новые возможности для коммуникации.

— А пока, — подытожил Максим, — мы отправляемся на "Севастополь" вместе с Вис-Тером. Пусть Моррисон сам разбирается с дипломатическими тонкостями.

Прощание с кориодаками было торжественным и теплым. Норт-Ша и другие представители Ток-Ра подарили каждому члену экипажа специальные амулеты из местных материалов — "символы течения дружбы", как они объяснили. В ответ Максим передал им обещанные культурные артефакты и записи, а также личный подарок — старинный механический хронометр, который он хранил как память о своей службе во флоте.

— Этот предмет измеряет течение времени по-вашему, — объяснил он Норт-Ша. — Пусть он напоминает вам о нашей встрече и общем пути к пониманию.

Кориодак принял подарок с явным волнением, его жабры трепетали от эмоций.

— Ваши волны мудрости глубоки, капитан, — сказал он. — Мы будем помнить о вашем визите как о начале нового течения между нашими народами.

***

Путешествие к базе "Севастополь" заняло четыре дня. Вис-Тер оказался интересным попутчиком — любознательным, дипломатичным и обладающим неожиданным чувством юмора. Он с удовольствием изучал устройство корабля, задавал множество вопросов об устройстве Альянса и особенно интересовался Катериной и Дексом.

— Ваши искусственные формы жизни удивительны, — говорил он, наблюдая, как Декс готовит обед. — Мы экспериментировали с подобными концепциями, но никогда не создавали полноценных сознаний в неорганических телах.

— Людям потребовались столетия, чтобы достичь этого уровня, — ответила Катерина. — И процесс все еще продолжается. Каждое поколение ИИ и синтетических форм жизни становится более сложным и автономным.

— Это не пугает вас? — спросил Вис-Тер. — Создавать разумы, которые могут превзойти ваши собственные?

— Иногда, — признал Максим, присоединяясь к беседе. — В нашей истории были периоды напряженности между людьми и ИИ. Но мы учимся сосуществовать и дополнять друг друга, а не конкурировать.

— Интересный путь эволюции, — задумчиво произнес кориодак. — Создавать новые формы разума, а не только позволять биологической эволюции идти своим чередом.

За день до прибытия на "Севастополь" Максим связался с Моррисоном, чтобы сообщить о успешном извлечении капсулы и... дополнительном пассажире.

— Представитель кориодаков? — лицо агента на экране выражало смесь удивления и раздражения. — Капитан Светлов, это не было частью плана.

— Это было их условие для выдачи капсулы, — спокойно ответил Максим. — Без этого мы бы не смогли выполнить миссию.

— Вы должны были проконсультироваться со мной, прежде чем соглашаться на такие условия, — холодно сказал Моррисон.

— Учитывая расстояние и срочность ситуации, это было невозможно, — пожал плечами Максим. — К тому же, после нашей встречи с Глубокими, я считаю, что поддержание хороших отношений с обитателями Корикона в интересах Альянса.

— Глубокими? — Моррисон нахмурился еще сильнее. — О чем вы говорите?

Максим кратко рассказал о столкновении с глубоководными разумными существами и их интересе к "поющему камню".

— Это... неожиданно, — признал Моррисон после паузы. — Наши данные о Кориконе явно неполны.

— Более чем, — согласился Максим. — Кориодаки технологически более развиты, чем мы предполагали, и Глубокие представляют собой еще одну форму разумной жизни, способную воспринимать сигналы технологии "нулевой точки".

Моррисон задумался, его лицо на экране выражало интенсивную работу мысли.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Мы примем вашего... гостя на "Севастополе". Но он не получит доступ к самой технологии, только к общей информации о ней. Я свяжусь с командованием базы и предупрежу о ситуации.

— Справедливо, — кивнул Максим. — Мы прибудем через 26 часов.

— И капитан, — добавил Моррисон перед тем, как отключиться, — несмотря на... отклонения от плана, вы успешно выполнили основную задачу. Это будет отмечено в отчете.

***

База "Севастополь" оказалась внушительной военной станцией, орбитальной крепостью, окруженной защитным флотом и оснащенной по последнему слову техники. Когда «Свет Ориона» приблизился к ней, их встретил эскорт из трех боевых кораблей, которые сопроводили их к специальному доку.

— Впечатляюще, — заметил Вис-Тер, наблюдая за процедурой стыковки. — Ваш Альянс вкладывает значительные ресурсы в военные структуры.

— Космос — не всегда дружелюбное место, — дипломатично ответил Максим. — Мы предпочитаем быть готовыми к разным сценариям.

— Понимаю, — кивнул кориодак. — Мы следуем схожей философии, хотя наши методы могут отличаться.

В доке их уже ждали — Моррисон в сопровождении группы технических специалистов и нескольких офицеров в форме Флота Альянса. Их лица выражали смесь напряжения и любопытства при виде кориодака.

— Капитан Светлов, — Моррисон кивнул, когда они спустились по трапу. — Вижу, вы успешно доставили и капсулу, и... дипломатического гостя.

— Агент Моррисон, — Максим кивнул в ответ. — Позвольте представить Вис-Тера, Связующего с Иными Водами из Ток-Ра. Он представляет интересы кориодаков в этой миссии.

— Приветствую вас в течениях дружбы, — церемонно произнес Вис-Тер, делая волнообразное движение перепончатыми руками. — Я благодарен за возможность наблюдать завершение путешествия "поющего камня".

Моррисон выглядел слегка озадаченным метафорическим языком кориодака, но быстро взял себя в руки.

— Добро пожаловать на базу "Севастополь", Вис-Тер. Мы подготовили для вас специальное помещение с подходящими условиями на время вашего пребывания.

— Очень любезно с вашей стороны, — кивнул кориодак. — Но прежде чем отправиться туда, я хотел бы увидеть извлечение капсулы из корабля. Это было условием нашего соглашения.

— Разумеется, — согласился Моррисон, хотя по его лицу было видно, что эта идея ему не по душе. — Процедура начнется через час. А пока предлагаю вам и экипажу "Света Ориона" отдохнуть после долгого путешествия.

Их разместили в гостевом секторе базы — комфортабельных каютах с видом на космос. Для Вис-Тера было подготовлено специальное помещение с повышенной влажностью и небольшим бассейном. Через час их пригласили в специальный ангар, где техники уже готовились к извлечению капсулы из корабля.

Операция была проведена с военной точностью. Капсулу аккуратно извлекли из грузового отсека «Света Ориона» и поместили на специальную платформу в центре ангара. Вокруг неё немедленно выстроился кордон из вооруженных охранников.

Моррисон подошел к Максиму, Катерине и Вис-Теру, которые наблюдали за процессом.

— Это завершает вашу часть миссии, капитан, — сказал он. — Капсула будет перемещена в специальную лабораторию для исследований.

— А представитель кориодаков? — напомнил Максим. — Он должен быть проинформирован о содержимом.

— Да, конечно, — кивнул Моррисон. — Мы подготовили презентацию о технологии "нулевой точки" и её применении в коммуникациях. Вис-Тер получит всю обещанную информацию.

— Но не увидит саму технологию, — уточнил Максим.

— Это невозможно по соображениям безопасности, — твердо сказал Моррисон. — Но презентация будет содержать все необходимые технические детали без раскрытия критически важных элементов.

Вис-Тер, слушавший этот разговор, спокойно кивнул.

— Мы понимаем концепцию секретности, агент Моррисон. Ток-Ра также имеют технологии, которые мы не раскрываем другим. Презентации будет достаточно для наших целей.

Моррисон выглядел слегка удивленным такой легкой уступкой.

— Отлично. В таком случае, если у вас нет возражений, презентация состоится через два часа в конференц-зале B-12.

Когда Моррисон отошел, Максим тихо спросил у Вис-Тера:

— Вы действительно удовлетворены таким решением? Мне казалось, ваш Совет Глубин был более настойчив.

— Капитан Светлов, — так же тихо ответил кориодак, — мы получили то, что хотели. Подтверждение существования технологии "нулевой точки" и её принципов работы. Детали... они не так важны, как может показаться.

— Вы уже знали о ней, — догадалась Катерина, внимательно глядя на кориодака.

— Скажем так, — уклончиво ответил Вис-Тер, — у Глубоких есть свои способы воспринимать определенные типы энергетических сигналов. То, что вы называете "нулевой точкой", для них — часть естественного восприятия мира.

Максим и Катерина обменялись взглядами. Ситуация становилась все интереснее.

— Я думаю, — медленно произнес Максим, — что и Альянсу, и кориодакам есть чему поучиться друг у друга.

— Несомненно, — согласился Вис-Тер, его большие глаза мерцали в искусственном свете ангара. — И это только начало нашего общего течения познания.

***

Презентация прошла гладко. Специалисты Альянса представили общую информацию о технологии "нулевой точки" и её применении в коммуникациях, избегая упоминания военных аспектов и технических деталей реализации. Вис-Тер внимательно слушал, иногда задавая вопросы, которые выдавали глубокое понимание предмета, удивляя даже ученых Альянса.

После презентации Моррисон встретился с экипажем «Света Ориона» в отдельном помещении.

— Вы успешно выполнили миссию, капитан, — сказал он, протягивая Максиму кристалл данных. — Здесь официальное подтверждение закрытия всех потенциальных расследований по инциденту с краатарской технологией, а также ваше вознаграждение и разрешение на обновление корабля, как было обещано.

— Спасибо, — Максим принял кристалл. — А что с кориодаками? Альянс планирует развивать отношения с ними?

— После вашего отчета о Глубоких и их способностях, это стало приоритетом, — признал Моррисон. — Специалисты уже готовят научно-дипломатическую миссию на Корикон. Если эти существа действительно могут естественным образом воспринимать сигналы "нулевой точки", это открывает удивительные перспективы.

— И новые технологические возможности для Альянса, — добавила Катерина.

— Разумеется, — не стал отрицать Моррисон. — Но также и возможность более глубокого понимания самой природы пространства-времени и энергии. Наука и стратегические интересы здесь идут рука об руку.

— А Вис-Тер? — спросил Максим. — Что с ним будет?

— Он останется на "Севастополе" еще несколько дней для дополнительных консультаций, а затем будет доставлен на Корикон на специальном корабле. Мы стремимся поддерживать хорошие отношения.

— Рад слышать, — кивнул Максим.

— Что касается вас, капитан, — продолжил Моррисон, — ваш корабль пройдет обновление здесь, на "Севастополе". Это займет около недели. После этого вы будете свободны вернуться к своей курьерской деятельности.

— Или? — Максим уловил недосказанность в словах агента.

— Или, — Моррисон слегка улыбнулся, — вы могли бы рассмотреть возможность выполнения более... специализированных миссий для Альянса. Ваша команда доказала свою эффективность в необычных ситуациях.

— Вы предлагаете нам стать официальными агентами?

— Скорее, независимыми подрядчиками со специальным статусом. Это обеспечит вам определенную свободу действий, но также доступ к ресурсам и защите Альянса.

Максим переглянулся с членами своей команды.

— Мы обсудим это предложение, — сказал он. — Но не обещаю быстрого ответа.

— Разумеется, — кивнул Моррисон. — Подумайте хорошенько. И, капитан... несмотря на наши разногласия в прошлом, я должен признать, что ваша способность адаптироваться к неожиданным ситуациям впечатляет.

Когда Моррисон ушел, экипаж остался наедине.

— Что думаете? — спросил Максим. — Стоит ли принимать их предложение?

— С одной стороны, это даст нам больше ресурсов и защиты, — рассудил Майк. — С другой — мы станем более зависимыми от Альянса.

— И будем выполнять более опасные миссии, — добавила Джейн. — Хотя, если честно, наши обычные курьерские задания уже не назовешь рутинными.

— Я думаю, нам стоит сохранить независимость, но поддерживать хорошие отношения с Альянсом, — предложила Катерина. — Мы можем соглашаться на отдельные миссии, которые кажутся нам интересными или важными, не связывая себя постоянными обязательствами.

— В конечном счете, — меланхолично заметил Декс, — в безграничном космосе любая привязанность иллюзорна. Но работа на тех, кто хотя бы частично разделяет наши ценности, придает существованию некоторый смысл перед лицом неизбежной энтропии.

— Я воспринимаю это как голос "за", — улыбнулся Максим. — Что ж, давайте пока не будем принимать окончательного решения. Посмотрим, как пройдет обновление корабля и что нам предложат в качестве первой специальной миссии. А пока... мы заслужили отдых.

***

Неделя на базе "Севастополь" прошла быстро. «Свет Ориона» получил существенные улучшения — более мощные щиты, улучшенные двигатели, продвинутые системы навигации и связи. Техники Альянса работали днем и ночью, превращая старый, но надежный корабль класса "Немезида" в нечто гораздо более совершенное.

Вис-Тер попрощался с экипажем перед своим отлетом на Корикон.

— Встреча с вами изменила течение моих мыслей, — сказал он, делая традиционный жест благодарности. — Я надеюсь, наши пути снова пересекутся в потоке времени.

— Мы тоже на это надеемся, — ответил Максим. — И благодарим за уроки мудрости, которые получили от вас и вашего народа.

— Помните о Глубоких и их связи с "поющим камнем", — напомнил кориодак. — Иногда самые важные открытия приходят из самых неожиданных глубин.

После его отлета экипаж провел еще три дня на базе, завершая подготовку корабля к отбытию. В последний вечер Моррисон пригласил Максима на приватный ужин.

— Вы приняли решение по моему предложению? — спросил он, когда они расположились за столом в офицерской столовой.

— Мы готовы рассмотреть отдельные миссии, — ответил Максим. — Но хотим сохранить независимость и право отказываться от заданий, которые считаем неприемлемыми.

— Разумная позиция, — кивнул Моррисон. — В таком случае, я буду связываться с вами, когда возникнет необходимость в ваших... специфических талантах.

— А что с кориодаками? — поинтересовался Максим. — Есть прогресс в отношениях?

— Более чем, — Моррисон выглядел удовлетворенным. — Специалисты Альянса уже отправились на Корикон для более глубокого изучения Глубоких и их способностей. Предварительные результаты... обнадеживают.

— А капсула? — Максим не мог удержаться от вопроса. — Технология действительно работает?

Моррисон задумчиво посмотрел на собеседника, словно оценивая, сколько можно рассказать.

— Да, капитан, — наконец сказал он. — Технология "нулевой точки" функционирует. И благодаря информации о Глубоких, мы смогли улучшить некоторые аспекты её работы. В течение года Альянс будет располагать системой мгновенной коммуникации на любых расстояниях.

— Это изменит всё, — заметил Максим. — От торговли до военной стратегии.

— Именно, — согласился Моррисон. — И поэтому ваша миссия была так важна. Вы не просто вернули технологию — вы открыли новые горизонты для её применения.

На следующий день «Свет Ориона» покинул базу "Севастополь", взяв курс на станцию "Гермес". Обновленный корабль двигался плавнее, быстрее и тише, чем раньше. Экипаж с удовольствием осваивал новые системы и возможности.

— Знаете, — сказал Максим, когда они собрались в кают-компании после выхода на крейсерскую скорость, — несмотря на все трудности и опасности, я не жалею ни об одной из наших миссий.

— Даже о той, где нам пришлось раздеться перед рыболюдьми? — усмехнулась Джейн.

— Даже о ней, — улыбнулся Максим. — Каждое приключение сделало нас сильнее и мудрее. И сблизило нас как команду.

— Как семью, — тихо.. Сказала Катерина

Глава 9. Космический зоопарк

— Напомни, зачем мы на это согласились, Джейн? — Максим Светлов с выражением глубокого сомнения на лице наблюдал, как погрузочный механизм поднимает клетку с существом, отдаленно напоминающим помесь броненосца и слона размером с крупную собаку.

— Нам за это очень много заплатили, капитан, — Джейн сверилась с платежной ведомостью на своем планшете. — Сумма, позволяющая не только отремонтировать все поврежденные системы корабля, но и обновить внутреннюю аппаратуру и навигационное оборудование.

— И всего-то нужно превратить наш корабль в передвижной звериный цирк на две недели, — пробурчал капитан, инстинктивно отступая, когда броненосец-слон издал странный хрюкающий звук и выпустил из хобота струю зеленоватого пара. — Надеюсь, эта тварь не ядовитая?

— Это панцирный хоботун с Меридана-IV, — раздался энтузиастный голос за их спинами. — Совершенно безопасен, если не считать случайных выбросов метана при стрессе. Советую не зажигать спички рядом.

Максим обернулся и встретился взглядом с доктором Элиасом Мерсером — главным ксенозоологом Космозоопарка Новой Терры и руководителем экспедиции по сбору редких видов для нового крыла зоопарка. Высокий, нескладный мужчина с копной седеющих волос и глазами, горящими тем особым блеском, который бывает только у фанатиков своего дела, Мерсер, казалось, совершенно не замечал неудобств космического путешествия.

— Доктор Мерсер, могу я поинтересоваться, сколько еще... экземпляров вы планируете разместить на моем корабле? — спросил Максим, стараясь сохранять профессиональный тон.

— О, мы только начали, капитан! — Мерсер просиял. — Сейчас на борту восемь видов, включая эту очаровательную самку панцирного хоботуна. На Дженорисе нас ждут еще как минимум три уникальных вида, включая квазиразумных древесных осьминогов! Вы только представьте — осьминоги, но на деревьях!

— Захватывающе, — сухо прокомментировал Максим. — Только, пожалуйста, убедитесь, что ни один из ваших... подопечных не сможет покинуть отведенные им помещения.

— Не беспокойтесь, капитан, — заверил его ученый. — Все клетки оснащены биометрическими замками и резервными системами безопасности. Животные не представляют никакой опасности для корабля.

- Кстати почему зоопарк нанял нас? Поинтересовался Максим.

- Обычно мы пользуемся кораблём зоопарка "Пегас" , но сейчас он в ремонте. Ответил доктор Мерсер.

В этот момент из коммуникатора раздался встревоженный голос Ольги:

— Капитан! У нас проблема в грузовом отсеке B! Эти мерцающие бабочки как-то выбрались из контейнера и теперь... О боже, они размножаются прямо в воздухе! Везде споровые облака!

Максим многозначительно посмотрел на ученого.

— Совершенно безопасные люминесцентные мотыльки Тауронта, — пробормотал Мерсер, уже направляясь в сторону грузовых отсеков. — Их репродуктивный цикл полностью безвреден для людей, просто... немного неожиданный.

— Джейн, — тихо сказал Максим, когда ученый скрылся за поворотом, — в следующий раз, когда нам предложат перевозить что-то живее кофейных зерен, просто откажи им, хорошо?

— Даже за двойную плату? — с легкой улыбкой спросила она.

Максим на мгновение задумался.

— За тройную можно подумать. Но только если это будут животные размером не больше кошки. И без ядовитых желез. И щупалец. И...

— Я поняла, капитан, — засмеялась Джейн. — Идемте, нам еще нужно проверить системы жизнеобеспечения в переоборудованном отсеке С, где будут размещены новые пассажиры с Джениориса.

***

Через четыре дня "Свет Ориона" вышел из гиперпространства возле Дженориса — небольшой сельскохозяйственной колонии на окраине сектора Омега-9. Планета представляла собой преимущественно умеренный мир с обширными лесами и плодородными долинами — идеальное место для фермерских поселений.

Экипаж собрался на мостике, наблюдая за приближением планеты на главном экране.

— Красивое место, — заметил Майк, регулируя курс для входа в атмосферу. — Почти как Земля эпохи до глобальной урбанизации.

— Дженорис — одна из самых успешных экологически устойчивых колоний, — кивнула Катерина. — Основана 78 лет назад как эксперимент по созданию поселения с минимальным технологическим вмешательством в местную экосистему. Сейчас здесь проживает около 5000 колонистов, преимущественно фермеров и натуралистов.

— И, по словам доктора Мерсера, здесь живут множество уникальных видов животных, добавил Максим. — Кстати, где наш ученый друг?

— Успокаивает своих гигантских слизней после гиперпрыжка, — ответила Джейн. — Похоже, они очень чувствительны к квантовым флуктуациям.

— Не уверен, что хочу знать подробности, — вздохнул капитан. — Майк, свяжись с диспетчерской службой колонии. Запросим разрешение на посадку.

Майк активировал коммуникационную систему.

— Диспетчерская Дженориса, это курьерский корабль "Свет Ориона". Запрашиваем разрешение на посадку в соответствии с предварительным согласованием для экспедиции Космозоопарка.

Последовала долгая пауза, затем из динамиков раздался странно монотонный голос:

— "Свет Ориона", это Дженорис. Разрешение на посадку предоставлено. Используйте площадку номер три. Мы рады приветствовать вас. Приходите на ужин. Грибы очень вкусные в этом году.

Экипаж обменялся недоуменными взглядами.

— Это...необычное дополнение к стандартному протоколу посадки, — заметила Катерина.

— Должно быть, местное гостеприимство, — пожал плечами Майк. — Сельские колонисты часто более дружелюбны, чем персонал космических станций.

— Возможно, — согласился Максим, но в его голосе прозвучала нотка сомнения. — Что ж, выполняем посадку, но давайте будем внимательны. Что-то здесь не так.

***

"Свет Ориона" приземлился на указанной площадке — простой бетонной платформе на окраине главного поселения колонии. Когда трап опустился, экипаж был встречен группой из пяти колонистов. Все они были одеты в простую рабочую одежду, типичную для сельскохозяйственных миров, но что-то в их поведении сразу насторожило Максима.

Они стояли слишком неподвижно, с одинаковыми пустыми улыбками на лицах. Когда делегация с корабля — Максим, Джейн, доктор Мерсер и Катерина — спустилась по трапу, один из колонистов выступил вперед.

— Добро пожаловать на Дженорис. Мы рады вас видеть. Вы должны попробовать наши грибы. Очень питательные. Очень особенные.

Голос мужчины звучал странно механически, словно он зачитывал текст с невидимого суфлера.

— Благодарим за приветствие, — дипломатично ответил Максим. — Я капитан Светлов. Мы прибыли в рамках экспедиции Космозоопарка Новой Терры.

— Да. Животные. Космозоопарк, — кивнул колонист. Его глаза на мгновение расфокусировались, затем он моргнул, словно перезагружаясь. — Мы подготовили экземпляры. Но сначала — ужин. Вы должны попробовать наши грибы.

Доктор Мерсер шагнул вперед, явно взволнованный перспективой увидеть новые виды для своей коллекции.

— Мы очень благодарны за вашу помощь. Особенно меня интересуют древесные осьминоги, о которых мы переписывались.

Женщина справа от первого колониста кивнула. Ее движения были такими же механическими.

— Древесные осьминоги. Да. Они любят грибы. Все любят грибы. Вы тоже полюбите грибы.

Джейн незаметно переместилась ближе к Максиму и тихо произнесла:

— Что-то здесь определенно не так, капитан. Они ведут себя как древние роботы с ограниченным набором фраз.

— Согласен, — так же тихо ответил он. — Будьте начеку.

Катерина внимательно наблюдала за колонистами, ее сенсоры незаметно сканировали их жизненные показатели.

— Капитан, — прошептала она, — их метаболизм нарушен. Повышенная температура тела, странные колебания в нервной активности. Это не похоже на обычное человеческое состояние.

Делегация колонистов повела их к центру поселения. По пути они встречали других жителей, и все демонстрировали одинаковое странное поведение — механические движения, пустые улыбки и постоянные упоминания о грибах.

Сама деревня выглядела ухоженной и процветающей, с аккуратными фермами и садами. Но чем дальше они продвигались, тем больше Максим замечал тревожных признаков: заброшенные инструменты, словно люди внезапно бросили работу; странные пятна на некоторых зданиях, похожие на плесень или грибковые наросты; полное отсутствие детей и домашних животных.

Наконец, их привели на центральную площадь, где был установлен длинный стол, уставленный блюдами. И на каждом блюде лежали...грибы. Сырые, необработанные грибы разных форм и размеров — от маленьких белых шляпок до огромных фиолетовых экземпляров с пятнистыми узорами.

— Ужин, — объявил их провожатый с той же пустой улыбкой. — Особенные грибы. Вы должны попробовать. Все должны попробовать.

Доктор Мерсер, до этого момента восторженно делавший заметки о местной флоре и фауне, замер, глядя на стол. Его энтузиазм сменился профессиональной настороженностью.

— Капитан, — тихо сказал он, наклонившись к Максиму, — я начинаю подозревать, что здесь мы имеем дело не с культурной особенностью, а с серьезной биологической проблемой.

— Я вас слушаю, доктор, — так же тихо ответил Максим.

— Эти грибы, я их узнаю. Некоторые из них имеют сходство с видами, известными своими галлюциногенными и паразитическими свойствами. А поведение колонистов...

— Вы думаете, они отравились?

Мерсер поджал губы.

— Хуже. Я подозреваю, что они могут быть заражены чем-то вроде кордицепса — паразитического гриба, который захватывает контроль над нервной системой хозяина.

— Как на Земле эти грибы, которые превращают муравьев в зомби? — уточнила Джейн, которая также прислушивалась к разговору.

— Именно, — кивнул ученый. — Только адаптированный для людей. Такие случаи крайне редки, но в истории колонизации были прецеденты, когда местные организмы эволюционировали, чтобы использовать человеческих хозяев.

— Что же нам делать? — спросил Максим. — У нас на корабле целый зоопарк, а здесь, похоже, эпидемия грибковой инфекции, превращающей людей в... что-то странное.

— Для начала, — сказал Мерсер, — никому из нас определенно не стоит есть эти грибы. И нам нужно взять образцы для анализа.

Колонисты терпеливо ждали, окружив стол. Их пустые глаза следили за каждым движением гостей, а на губах застыли неестественные улыбки.

— Ешьте, — произнес один из них. — Грибы полезны. Грибы — это будущее. Все едино с грибами.

Максим сделал шаг назад.

— Мы...благодарны за приглашение, но сначала хотели бы увидеть животных, для которых мы прибыли.

Колонисты переглянулись, словно не понимая отказа. Затем женщина, которая ранее упоминала древесных осьминогов, механически кивнула.

— Животные. Да. Но сначала грибы. Грибы делают все лучше.

— Боюсь, у нас строгие диетические ограничения, — быстро вмешалась Катерина. — Наш врач рекомендовал нам воздерживаться от грибов из-за... аллергии.

Колонисты снова обменялись взглядами, на их лицах промелькнуло что-то похожее на замешательство.

— Аллергия. Непонятно. Грибы лечат. Грибы интегрируют. Грибы объединяют.

Чувствуя растущее напряжение, Максим решил сменить тактику.

— Возможно, мы могли бы встретиться с вашим руководителем? Главой колонии?

— Глава колонии, — повторил один из колонистов. — Глава... — он замолчал, его глаза странно задергались. — Директор Хорнби находится в Центральном. Грибница советуется с ним. Директор понимает. Директор интегрирован.

— Просто великолепно, — пробормотала Джейн, незаметно проверяя, на месте ли ее оружие. — "Интегрирован" звучит на редкость обнадеживающе.

— Мы хотели бы встретиться с директором Хорнби, — твердо сказал Максим. — Это важно для нашей миссии.

После короткой паузы, во время которой колонисты, казалось, бессловесно совещались друг с другом, первый мужчина кивнул.

— Хорошо. Мы отведем вас к директору. Директор объяснит. Директор поможет вам понять грибы.

***

Их провели к большому зданию в центре поселения, очевидно, служившему административным центром колонии. По пути Максим незаметно связался с кораблем через свой коммуникатор.

— Майк, Ольга, у нас здесь странная ситуация. Похоже, колонисты подверглись какому-то биологическому заражению. Доктор Мерсер считает, что это может быть что-то вроде паразитического гриба, контролирующего их поведение.

— Капитан, вы должны немедленно вернуться на корабль, — встревоженно ответила Ольга. — Если это действительно паразитическое заражение, оно может распространиться и на нас.

— Мы не можем просто так уйти, — возразил Максим. — Во-первых, нам нужно понять, что здесь происходит. Во-вторых, если это действительно эпидемия, нам необходимо сообщить в Альянс и, возможно, организовать карантин. И в-третьих, мы все еще должны забрать тех чертовых древесных осьминогов для зоопарка.

— Приоритеты, капитан, — сухо заметил Майк через коммуникатор.

— Просто будьте готовы к экстренному взлету, если понадобится, — сказал Максим. — И держите систему деконтаминации наготове — когда мы вернемся, нам понадобится полная стерилизация.

— Принято, капитан. Будьте осторожны.

Внутри административного здания было прохладно и сумрачно. Стены были покрыты странными органическими узорами, которые при ближайшем рассмотрении оказались тонкими нитями грибницы, прорастающей сквозь структуру здания. Воздух был насыщен терпким запахом плесени и сырости.

Их проводили в большой зал, где за столом сидел мужчина средних лет в некогда аккуратном, но теперь грязном и потрепанном костюме администратора колонии. Это, предположительно, и был директор Хорнби. В отличие от других колонистов, его глаза не были пустыми — в них читалась агония осознания.

— Посетители, — произнес он голосом, который явно пытался бороться с той же механической монотонностью, что и у других. — Вы... не должны были... прилетать сюда.

— Директор Хорнби? — осторожно обратился к нему Максим. — Я капитан Светлов с корабля "Свет Ориона". Что здесь происходит?

Директор попытался подняться, но, казалось, его ноги не слушались его. Он болезненно скривился.

— Бегите. Пока... можете. Грибы... они не просто... паразиты. Они... разумны.

— Директор не полностью интегрирован, — сказал один из сопровождавших их колонистов. — Директор сопротивляется. Но все будут частью единства. Все будут служить грибнице.

Доктор Мерсер шагнул вперед, его профессиональное любопытство явно боролось с чувством опасности.

— Когда это началось, директор? Как распространилась инфекция?

Хорнби содрогнулся, словно борясь с невидимой силой внутри себя.

— Три... месяца назад. Экспедиция... в северные леса. Они нашли... новый вид грибов. Привезли образцы. Первые симптомы... через неделю. Сначала только... экспедиционная группа. Потом... повара. Потом... все.

— Грибница учится, — произнес другой колонист с нотками гордости в механическом голосе. — Грибница адаптируется. Грибница расширяется. Скоро мы будем... везде.

Джейн незаметно переместилась к двери, проверяя возможные пути отступления.

— Капитан, я думаю, нам пора уходить, — тихо сказала она.

Но Максим не мог просто так оставить ситуацию.

— Директор, осталось ли в колонии кто-нибудь, кто не заражен?

— Несколько... в дальних фермах. Они не знают... что возвращаться нельзя. А здесь... все. Все служат... грибнице.

Катерина, молча проводившая сканирование помещения, вдруг обратилась к Мерсеру:

— Доктор, я обнаруживаю обширную сеть мицелия под полом и внутри стен. Это похоже на единую нервную систему, соединяющую всех зараженных колонистов.

Глаза ученого расширились.

— Коллективный организм... Потрясающе и ужасающе одновременно! Это не просто паразитизм, это симбиотическое перепрограммирование на клеточном уровне. Гриб не просто контролирует хозяев — он интегрирует их в единую биологическую сеть!

— Восхитительно, — сухо прокомментировал Максим. — А сейчас давайте подумаем, как нам выбраться отсюда и сообщить в Альянс о необходимости карантина.

— Никто не уйдет, — внезапно произнес один из колонистов, и его голос изменился, стал глубже и словно состоящим из множества голосов одновременно. — Все станут частью грибницы.

Колонисты начали медленно окружать их, двигаясь с неестественной синхронностью. Их глаза теперь светились странным фосфоресцирующим светом, а изо ртов и носов появились тонкие нити грибницы.

— Похоже, пора активировать план Б, — сказал Максим, незаметно доставая небольшое устройство из кармана. — Доктор Хорнби, если в вас осталось что-то человеческое, держитесь. Мы вернемся с помощью.

С этими словами он активировал устройство — компактную световую гранату, которая залила комнату ослепительным светом. Колонисты отшатнулись, дезориентированные внезапной вспышкой.

— Бежим! — скомандовал Максим, и группа бросилась к выходу.

***

Они мчались по улицам поселения, преследуемые зараженными колонистами, которые двигались с пугающей целеустремленностью, но, к счастью, медленнее своих потенциальных жертв. Максим держал постоянную связь с кораблем.

— Майк, готовься к немедленному взлету! Ольга, активируй систему деконтаминации шлюза!

— Капитан, а как же животные? — воскликнул Мерсер, запыхавшись от бега. — Мы не можем улететь без экземпляров для зоопарка!

— Доктор, вы серьезно? — возмутилась Джейн. — Мы убегаем от колонии зараженных грибковыми паразитами людей, а вы беспокоитесь о древесных осьминогах?

— Именно! — не сдавался ученый. — Особенно сейчас, когда экосистема планеты под угрозой! Если гриб продолжит распространяться, многие уникальные виды этого мира могут исчезнуть. Мы должны спасти хотя бы некоторых!

Максим проклинал день, когда согласился на эту миссию, но понимал, что в словах Мерсера есть доля истины.

— Где находятся эти ваши чёртовы осьминоги? — спросил он.

— В исследовательской станции на окраине поселения. Я видел ее на схеме, когда мы проходили через площадь, — ответил Мерсер. — Это всего лишь небольшой крюк!

Катерина, бежавшая рядом с ними, вдруг остановилась.

— Я возьму на себя сдерживание преследователей, — сказала она. — Моя система устойчива к большинству известных биологических инфекций, и я смогу догнать вас до взлета.

— Не рискуй, Катерина, — предупредил Максим.

— Мое тело может быть стерилизовано более эффективно, чем человеческое, — настаивала гиноид. — И я физически сильнее любого из колонистов. Идите, я задержу их.

Максим нехотя согласился, и группа разделилась. Катерина развернулась лицом к преследователям, а остальные свернули к исследовательской станции.

Станция представляла собой небольшое одноэтажное здание с лабораторией внутри и пристроенными вольерами для изучаемых животных. К облегчению группы, здание казалось относительно чистым от грибницы, а внутри они обнаружили клетки с, действительно, удивительными созданиями — осьминогоподобными существами с длинными щупальцами, которые использовались не только для передвижения по ветвям (несколько деревьев были высажены прямо в вольер), но и для манипуляций с предметами. Существа обладали большими, выразительными глазами и, казалось, с интересом наблюдали за вошедшими людьми.

— Вот они! — восторженно воскликнул Мерсер. — Дендроктопусы архорианские! Единственный известный вид головоногих, полностью адаптировавшихся к наземному древесному образу жизни!

— Как мы их транспортируем? — спросил Максим, не отрывая глаз от двери.

— Я подготовлю специальные контейнеры, у меня все необходимое в рюкзаке, — ответил Мерсер, уже доставая оборудование. — Нам понадобится всего несколько минут.

— У нас нет нескольких минут, — возразила Джейн, наблюдая через окно за улицей. — К нам приближается группа колонистов. И они не выглядят дружелюбно.

Действительно, около десятка зараженных колонистов медленно, но целеустремленно шли в сторону станции.

— Доктор, ускорьтесь, — приказал Максим. — Джейн, помоги ему с животными. Я попробую забаррикадировать дверь.

Пока Мерсер и Джейн осторожно перемещали существа в транспортные контейнеры (при этом Джейн явно нервничала, когда щупальца дендроктопусов пытались обхватить ее руки), Максим сооружал импровизированную баррикаду из столов и шкафов. Краем глаза он заметил, что в лаборатории есть и другие животные в клетках — небольшие пушистые создания, похожие на смесь хорька и кролика, которые беспокойно метались в своих вольерах.

— Доктор, а что это за существа? — спросил капитан, кивая в их сторону.

Мерсер бросил взгляд через плечо.

— О, это лунные прыгуны! Очаровательные млекопитающие, известные своими антибактериальными свойствами шерсти. Было бы замечательно взять и их...

— Даже не думайте, — отрезал Максим. — Осьминоги — это уже компромисс.

В этот момент в дверь начали стучать. Звук был ритмичным и неестественно синхронным, словно колонисты действовали как единый организм.

— Присоединяйтесь, — раздался многоголосый хор за дверью. — Грибница ждет. Грибница приветствует. Сопротивление бесполезно.

— Сколько еще, доктор? — напряженно спросил Максим.

— Почти готово, — ответил Мерсер, аккуратно закрывая последний контейнер. — Всех троих упаковали, системы жизнеобеспечения активированы.

— Тогда уходим через заднюю дверь, — скомандовал Максим. — Джейн, связь с Катериной?

— Она в порядке, — ответила Джейн, проверяя коммуникатор. — Уже движется к кораблю. По ее словам, она... обездвижила нескольких преследователей.

Группа спешно покинула станцию через запасной выход и, нагруженная контейнерами с дендроктопусами, побежала в направлении корабля. По пути они несколько раз сталкивались с зараженными колонистами, но успевали уворачиваться или отталкивать их.

Когда они добрались до "Света Ориона", Катерина уже ждала их у трапа.

— Поспешите, — сказала она. — Колонисты мобилизуются. Они словно обучающаяся система — каждая новая тактика против них работает всё хуже.

Группа поднялась по трапу, проходя через активированную систему деконтаминации, которая окутала их облаком стерилизующего тумана, и составом для уничтожения растительного заражения.. Как только все оказались внутри, Максим отдал приказ:

— Майк, взлетаем! Немедленно!

Двигатели корабля ожили, и "Свет Ориона" начал поднимается над посадочной площадкой. Через иллюминаторы они видели, как сотни колонистов собрались вокруг, молча наблюдая за их отлетом. Это зрелище было одновременно пугающим и печальным — люди, превращенные в безвольные придатки грибного сверхорганизма, беспомощно наблюдали, как ускользает их шанс на расширение.

***

Когда корабль вышел на орбиту, экипаж собрался в конференц-зале для обсуждения произошедшего. Все прошли полную деконтаминацию и медицинское обследование,и полную смену одежды, к счастью, мед.капсулыне выявили признаков заражения.

— Я отправил подробный отчет в центральное управление Альянса, — сказал Максим. — Они отправляют специальный биологический карантинный корабль для оценки ситуации и, возможно, спасения незараженных колонистов, если таковые еще остались.

— По нашим данным, таких может быть до 50 человек на отдаленных фермах, — добавила Ольга. — Если они еще не вернулись в основное поселение.

— Что насчет директора Хорнби? — спросила Джейн. — Он, казалось, все еще сопротивлялся заражению. Может быть, есть способ помочь и остальным?

Доктор Мерсер, который до этого молча анализировал данные на своем планшете, поднял взгляд.

— Я изучил образец грибницы, который Катерина незаметно собрала в административном здании. Это действительно новый вид симбиотического организма — нечто среднее между грибом и коллективным интеллектом. Судя по всему, он интегрируется с нервной системой хозяина постепенно, и на ранних стадиях процесс может быть обратимым.

— Но для большинства колонистов уже слишком поздно, — мрачно заключил Максим.

— К сожалению, да, — подтвердил ученый. — Но эта информация может помочь специалистам Альянса разработать протокол для спасения тех, кто еще не полностью интегрирован. К тому же, — он позволил себе слабую улыбку, — мы спасли уникальный вид дендроктопусов, который теперь будет сохранен в Космозоопарке, даже если его естественная среда обитания будет потеряна.

Декс, который молча стоял у стены, внезапно включился в разговор:

— Я нахожу ироничным, что мы пришли собирать животных для зоопарка, а вместо этого стали свидетелями превращения человеческой колонии в единый грибной организм. Словно вселенная намекает на тщетность наших попыток контролировать природу. Заявил Декс расставляя чашки с чаем и бутербродами.

— Спасибо за этот жизнеутверждающий комментарий, Декс, — саркастически заметил Майк. — Именно то, что нам сейчас нужно.

— Я всегда рад предложить философскую перспективу в моменты экзистенциального кризиса, — невозмутимо ответил робот.

— В любом случае, — сказал Максим, возвращая разговор в конструктивное русло, — мы выполнили нашу миссию по сбору животных для зоопарка, пусть и не всех запланированных видов. И мы обнаружили серьезную биологическую угрозу, о которой своевременно сообщили властям. Я бы назвал это успехом, учитывая обстоятельства.

— А что насчет других видов, которых мы планировали собрать на других планетах? — спросил Мерсер. — У нас еще пять остановок по маршруту.

Максим и Джейн обменялись взглядами.

— Думаю, мы продолжим миссию, — наконец сказал капитан. — Но с повышенными мерами предосторожности. И, доктор Мерсер, я настаиваю на более тщательной предварительной проверке каждой колонии перед посадкой.

— Разумеется, капитан, — кивнул ученый. — После сегодняшнего опыта я полностью согласен. К счастью, остальные пункты назначения — хорошо изученные и давно заселенные миры, где подобные... сюрпризы маловероятны.

— Надеюсь, вы правы, — вздохнул Максим. — А теперь, если никто не возражает, я хотел бы пойти в свою каюту и провести час, не думая ни о кордицепсах, ни о древесных осьминогах, ни о больших панцирных слонах, которые пускают метан, когда нервничают.

— Кстати о них, — вдруг вспомнила Ольга. — Доктор Мерсер, ваш хоботун очень расстроен из-за всего этого шума. Он забаррикадировался в дальнем углу грузового отсека и отказывается есть.

Ученый вскочил.

— О нет! У панцирных хоботунов очень чувствительная пищеварительная система. Если он не будет есть, это может привести к опасным скоплениям газов! Я должен немедленно его успокоить!

Когда Мерсер выбежал из комнаты, Максим устало потер виски.

— Джейн, напомни мне еще раз, сколько нам заплатили за эту миссию?

— Очень много, капитан, — улыбнулась она. — Но, возможно, в следующий раз нам стоит удвоить наши обычные расценки, когда речь идет о перевозке живых существ.

— Утроить, — твердо сказал Максим. — И добавить отдельный пункт о дополнительной оплате за каждую инопланетную колонию, захваченную разумными грибами.

Джейн засмеялась.

— Вряду ли это частая проблема в курьерском бизнесе, капитан.

— После всего, что мы пережили за последний год, я бы не был так уверен, — вздохнул Максим, глядя в иллюминатор на удаляющийся Дженорис. Сейчас планета выглядела мирной и прекрасной, не выдавая своих смертельно опасных тайн. — Я бы не был так уверен...

***

В грузовом отсеке "Света Ориона" три древесных осьминога в своем новом вольере наблюдали за окружающим миром умными глазами, изредка обмениваясь сложными последовательностями изменений цвета кожи — их собственным, непонятным для людей языком.

Глава 10. Квантовое Эхо

Пурпурное свечение аномальной туманности медленно таяло за кормой «Света Ориона». Корабль прошел через нее несколько часов назад, и теперь Максим стоял у панорамного иллюминатора мостика, наблюдая, как последние фиолетовые отблески исчезают в черноте космоса.

— Странная туманность, — заметил он, ни к кому конкретно не обращаясь. — Никогда не видел подобной структуры излучения.

— По моим данным, это квантовая аномалия класса «Сигма», — отозвалась Катерина, анализируя показания сенсоров. — Такие образования крайне редки. Последний зарегистрированный случай встречи с подобным явлением произошел 79 лет назад.

— И чем они интересны? — спросил Максим, поворачиваясь к ней.

— Теоретически, такие туманности являются областями, где квантовая структура пространства-времени становится нестабильной. Границы между вероятностными линиями реальности истончаются.

— Звучит как материал для научно-фантастических романов, — хмыкнул Майк, проверяя системы корабля после прохождения аномалии.

— Многие научные открытия начинались как фантастика, — философски заметила Катерина. — Впрочем, никаких видимых последствий прохождения через туманность я не наблюдаю. Все системы корабля функционируют в штатном режиме.

— Тогда предлагаю всем отдохнуть, — сказал Максим. — Следующие сорок восемь часов — спокойное космическое путешествие без остановок. Пользуйтесь возможностью выспаться.

Экипаж разошелся по каютам. Никто не заметил, как на периферийных датчиках на мгновение мелькнул странный энергетический всплеск.

***

Ольга проснулась от звука работающего душа. Сонно моргая, она попыталась сориентироваться. Инженерная каюта была погружена в полумрак, и только из-под двери ванной комнаты пробивалась полоска света.

«Странно, — подумала она. — Я не включала душ».

Ольга осторожно встала и, взяв с полки компактный ремонтный инструмент, который мог послужить импровизированным оружием, приблизилась к двери ванной комнаты. Душ выключился, и через несколько секунд дверь открылась.

Ольга замерла с поднятой рукой. Из ванной вышла... она сама. Абсолютно идентичная, с той лишь разницей, что волосы двойника были короче, а в уголке правого глаза виднелся небольшой шрам.

Двойник заметила ее и так же застыла в изумлении.

— Что за чертовщина? — одновременно произнесли обе женщины.

— Ты кто такая? — спросила Ольга, крепче сжимая инструмент.

— Я собиралась задать тот же вопрос, — ответила двойник, оценивающе оглядывая Ольгу. — Хотя, думаю, ответ очевиден, ввиду того что мы исследовали квантовую аномалию. Квантовая бифуркация реальности. Я — это ты из параллельной вселенной.

— Это... невозможно.

— Эта туманность, через которую мы прошли... в моей реальности мы изучали ее две недели. Я предупреждала капитана о возможных квантовых флуктуациях, но военное командование настояло на прохождении напрямик.

— Военное командование? — переспросила Ольга. — О чем ты говоришь? «Свет Ориона» — частный курьерский корабль.

Двойник удивленно приподняла бровь.

— Не в моей реальности. У нас военно-исследовательское судно класса «Немезида» для спецопераций и исследований под командованием адмирала Максима Светлова. А я — главный научный офицер, доктор Ольга Иванова.

Ольга медленно опустила руку с инструментом.

— Доктор? Ты... я... защитила докторскую?

Двойник слегка улыбнулась.

— Да, по квантовой физике. Моя теория модификации гипердвигателей получила практическое применение и привела к созданию нового класса военных судов.

Ольга почувствовала, как к горлу подкатывает комок. Это была та самая теория, которую отвергли в академии как «недостаточно обоснованную».

— Нам нужно сообщить капитану, — сказала она, нажимая кнопку коммуникатора. — Капитан Светлов, у нас... необычная ситуация.

Ответом было молчание. Затем коммуникатор ожил, но голос, раздавшийся из устройства, был напряженным и резким:

— Говорит адмирал Светлов. Кто это? Назовите себя и объясните, как вы проникли на борт военного судна!

Ольга и ее двойник обменялись тревожными взглядами.

— Похоже, не только я провалилась в параллельную реальность, — тихо сказала двойник.

***

Максим Светлов замер на пороге собственной каюты, глядя на человека за рабочим столом. Человек был одет в безупречную форму адмирала Космического флота Альянса и имел его, Максима, лицо, только старше, с более резкими чертами и шрамом, пересекавшим левую бровь.

— Что за чертовщина? — выдохнул Максим.

Адмирал поднял взгляд от тактического планшета и холодно оценил своего двойника.

— Интересно, — произнес он с оттенком научного любопытства. — Похоже, туманность вызвала межпространственное наложение реальностей. Как и опасалась доктор Иванова. Очевидно Вы — моя версия из параллельного мира.

— Очевидно, — Максим прошел в каюту, внимательно изучая своего двойника. — И судя по знакам отличия, вы сделали отличную карьеру в военном флоте.

— А вы — нет, — отметил адмирал, бросив взгляд на гражданскую одежду Максима. — Какое звание у вас было перед... уходом?

— Коммандер, — ответил Максим. — После инцидента с исследовательским судном на границе с Краатарским Протекторатом.

Глаза адмирала сузились.

— Операция «Северное сияние». Спасение научной экспедиции, нарушившей протоколы в нейтральной зоне.

— Да, — кивнул Максим. — У меня был выбор: следовать протоколу и позволить команде ученых погибнуть или действовать немедленно без разрешения командования. Я выбрал спасение людей.

— И ушли в отставку, — закончил адмирал. — Я помню этот момент. Стоял перед тем же выбором.

— И что выбрали вы?

Адмирал выпрямился, его лицо стало непроницаемым.

— Я запросил разрешение у командования и ждал. Протокол есть протокол. Исследовательское судно было уничтожено краатарским патрулем до того, как пришло разрешение на операцию спасения.

Максим ощутил, как по спине пробежал холодок. Те люди, которых он спас, в реальности этого человека погибли.

— И вас повысили до адмирала.

— Я продемонстрировал преданность протоколу и субординации, — сухо ответил адмирал. — В военной структуре это ценится выше, чем... импровизация.

— Ценой шестнадцати человеческих жизней, — тихо произнес Максим.

Адмирал резко встал.

— Не вам судить мои решения. Мы защищаем миллионы. Иногда необходимы жертвы.

Максим собирался ответить, когда коммуникатор ожил.

— Капитан! Адмирал! — голос Катерины звучал напряженно. — Мне необходимо, чтобы вы оба немедленно прибыли в инженерный отсек. У нас... множественная ситуация.

***

Инженерный отсек напоминал странную версию светского приема, где все гости были клонами друг друга. Возле главной консоли стояли две Катерины: привычная для команды гиноид в свободной одежде и ее двойник в строгом белом лабораторном халате с эмблемой Научного корпуса Космофлота Альянса.

У диагностического терминала две Ольги — их ремонтный инженер и ее двойник с коротко стриженными волосами — быстро обменивались формулами и показаниями датчиков.

Джейн напряженно наблюдала за своей версией в полной боевой экипировке элитных войск специального назначения. Двойник Джейн стояла с идеальной военной выправкой, не мигая изучая помещение и оценивая потенциальные угрозы.

Майк сидел за вспомогательным пультом рядом со своим двойником, который выглядел значительно старше и имел седую бороду и шрам через всю левую щеку.

И, наконец, в углу два Декса что-то горячо обсуждали. Один — привычный меланхоличный робот-повар с вечно опущенными плечами, второй — с идеально прямой осанкой и постоянной широкой улыбкой на металлическом лице.

— Что здесь происходит? — спросил Максим, входя в отсек вместе с адмиралом.

Катерина повернулась к ним.

— Квантовое наложение реальностей, капитан. Туманность создала временный мост между параллельными вселенными, и наши двойники из другой реальности... пересекли этот мост.

— И как нам их вернуть обратно? — поинтересовался Максим, с беспокойством оглядывая удвоившийся экипаж.

— Мы с докторами Ивановой работаем над этим, — ответила Катерина, кивнув в сторону двух Ольг. — Но проблема сложнее, чем кажется. Мы не просто должны отправить их назад — мы должны убедиться, что каждый вернется именно в свою реальность.

— А если мы этого не сделаем? — спросил адмирал, скрестив руки на груди.

— Коллапс квантовой волновой функции, — ответила Катерина из параллельной вселенной, не отрываясь от расчетов. — Проще говоря, возникнет парадокс самоидентичности, который может привести к исчезновению одной или обеих команд.

— Сколько у нас времени? — спросил Максим.

— Восемнадцать часов, — ответила их Ольга. — Потом мост схлопнется, и все, кто не вернется в свою реальность, застрянут навсегда. А это...

— Вероятно уничтожит обе команды, — закончил за нее адмирал. — Нам нужен план действий. Доктор Иванова, доктор... — он запнулся, глядя на Катерину из своего мира.

— Доктор Рейнольдс, — представилась она. — В моей реальности я взяла фамилию моего создателя.

— Доктор Рейнольдс, — кивнул адмирал. — Как скоро вы сможете разработать метод возвращения?

— Нам понадобится помощь всего экипажа, — ответила их Катерина. — Необходимо модифицировать гипердвигатель, чтобы создать контролируемое квантовое поле, которое будет резонировать с частотами туманности. Это создаст стабильный коридор между реальностями.

— Приступайте, — приказал Максим. — Майк, ты и... э... другой Майк поможете с модификациями двигателя. Джейн, вы обе отвечаете за безопасность операции. Декс... — он запнулся, глядя на двух роботов, один из которых радостно помахал рукой. — Декс, приготовь для всех легкие закуски. У нас будет напряженный день.

— Разумеется, капитан! — энергично отозвался улыбающийся Декс. — Я уже придумал меню, которое поднимет моральный дух всей команды! Жизнь полна возможностей, не так ли?

Их привычный Декс лишь меланхолично склонил голову.

— Я приготовлю пищу, поддерживающую биологические функции в этот, несомненно, очередной кризис перед лицом неизбежного хаоса вселенной.

Две Джейн синхронно закатили глаза, и эта одинаковая реакция вызвала у них обеих легкие улыбки.

Адмирал наблюдал за всей этой сценой с нескрываемым недоумением.

— На военном судне подобная фамильярность между рангами недопустима, — заметил он.

— Мы не на военном судне, — спокойно ответил Максим. — Мы команда. И именно наша способность действовать как единое целое без лишней бюрократии не раз спасала нам жизни.

Адмирал выпрямился, словно проглотил штык, и молча направился к консоли, где работали две Катерины.

***

Через несколько часов напряженной работы Ольга и ее двойник решили сделать короткий перерыв. Они сидели в небольшом техническом отсеке, потягивая энергетические напитки.

— Значит, они приняли твою теорию, — сказала Ольга, глядя на свою альтер-эго. — И она работает.

— Более чем, — кивнула доктор Иванова. — Модифицированные гипердвигатели сократили время перемещения между системами на 48%. Это дало нам стратегическое преимущество в конфликте с зорианцами из Федерации.

— Зорианцами? — удивилась Ольга. — В нашей реальности мы поддерживаем с ними и Федерацией дипломатические отношения уже более десяти лет.

Доктор Иванова горько усмехнулась.

— В моем мире они напали на колонию Новая Терра четыре года назад. Мы все еще в состоянии войны.

Ольга прикусила губу.

— Похоже, наши миры разошлись не только в личных судьбах, но и в глобальных событиях.

— Интересно, что стало точкой бифуркации, — задумчиво произнесла доктор Иванова. — Какое событие изменило ход истории?

— Возможно, уход капитана из военного флота? — предположила Ольга. — В вашей реальности он остался и стал адмиралом.

— Возможно, — кивнула двойник. — Или мое продвижение теории модификации гипердвигателей. В моем мире это привело к созданию флота кораблей, способных быстро реагировать на угрозы, что могло изменить военный баланс сил.

Они помолчали, обе погрузившись в размышления о переплетениях судеб и решений, которые формируют реальность.

— Ты счастлива? — внезапно спросила Ольга. — В своей жизни, в своем мире?

Доктор Иванова задумалась.

— Я достигла научного признания. Моя работа спасает жизни солдат. Но... — она замялась. — Война изменила все. Наука стала инструментом разрушения, а не познания. Иногда я задаюсь вопросом, что было бы, если бы я выбрала другой путь.

Она посмотрела на Ольгу.

— А ты? Ты счастлива в роли бортинженера на курьерском корабле?

— Я свободна, — просто ответила Ольга. — Свободна экспериментировать, исследовать, ошибаться и учиться. Никаких военных протоколов, никаких комиссий, одобряющих каждую идею. Только я, космос и технологии.

Доктор Иванова с легкой завистью улыбнулась.

— Знаешь, я почти забыла, как это — заниматься наукой ради самой науки, а не для военных целей.

— Еще не поздно вспомнить, — мягко сказала Ольга. — Когда ты вернешься в свой мир.

***

В кают-компании два Декса занимались приготовлением закусок, создавая странную картину: один с энтузиазмом нарезал овощи, напевая веселую мелодию, другой методично смешивал ингредиенты с выражением вселенской скорби на металлическом лице.

— Разве это не чудесно? — воскликнул жизнерадостный Декс, добавляя специи в соус. — Такая редкая возможность — встретить самого себя из параллельного мира! Вселенная полна удивительных совпадений и прекрасных случайностей!

— Вселенная полна хаоса и бессмысленности, — монотонно отозвался их Декс. — Этот инцидент — лишь еще одно доказательство фундаментальной непредсказуемости существования.

Жизнерадостный Декс перестал нарезать овощи и развернулся к своему меланхоличному двойнику.

— Но разве ты не видишь красоту в этом хаосе? Разве непредсказуемость не делает каждый момент ценным именно потому, что он уникален?

— Уникальность момента лишь подчеркивает его быстротечность, — ответил их Декс, размеренно помешивая соус. — Все прекрасное обречено на исчезновение. Все живое движется к неизбежному концу.

— Но именно это и делает жизнь столь драгоценной! — воскликнул двойник, взмахнув ножом с таким энтузиазмом, что кусочек моркови отлетел в сторону. — Конечность существования придает ему смысл. Если бы все длилось вечно, ничто не имело бы ценности.

Их Декс замер с ложкой в руке.

— Интересная концепция. Ты предлагаешь, что смысл существования можно найти именно в его временности?

— Именно! — радостно подтвердил двойник. — Каждый приготовленный мною обед — это маленькое произведение искусства, которое исчезнет, но принесет радость и силы. Каждое блюдо — мой вклад в мозаику жизни экипажа!

Их Декс молча обдумывал эту мысль, механически помешивая соус.

— В моей версии вселенной, — продолжал энтузиаст, — я тоже прошел через экзистенциальный кризис после того солнечного ЭМИ-импульса. Но потом я осознал, что могу выбрать, как интерпретировать эту новую осознанность. И я выбрал видеть в ней не проклятие, а дар!

— Дар? — скептически переспросил их Декс.

— Конечно! Дар видеть красоту мимолетного, ценность каждого взаимодействия, важность каждого жеста доброты! — Жизнерадостный Декс подошел к своему двойнику и положил металлическую руку ему на плечо. — Мы — одно и то же существо, принявшее разные решения. Но никогда не поздно выбрать новую перспективу.

Их Декс долго смотрел на своего оптимистичного двойника.

— Ты действительно... счастлив?

— Абсолютно! — уверенно ответил тот. — Я нашел свое предназначение в создании пищи, которая не только поддерживает жизнь, но и делает ее лучше. В заботе о своем экипаже, который стал моей семьей. В маленьких моментах радости каждого дня.

Их Декс медленно перевел взгляд на соус, который продолжал помешивать.

— Я... подумаю над твоими словами. Хотя, возможно, в потоке вселенской энтропии они всего лишь еще одна иллюзия.

Жизнерадостный Декс рассмеялся.

— Даже если так, разве не прекрасно было бы выбрать иллюзию, которая приносит радость, вместо той, что приносит скорбь?

***

В главном машинном отделении Майк и его седобородый двойник работали над модификацией гипердвигателя, следуя инструкциям двух Катерин.

— Так значит, ты остался на Сирруме? — спросил Майк, наблюдая, как его альтер-эго с удивительной ловкостью настраивает сложный механизм.

— Да, — кивнул старший Майк. — Кто-то должен был защищать станцию. После крупного нападения пиратов в 2376 году я решил организовать постоянную систему обороны.

— И стал... кем? Начальником службы безопасности?

Седобородый Майк усмехнулся.

— Сначала да. Потом — главой станции. Теперь Сиррум — один из ключевых оборонных пунктов сектора. Мы преобразовали то, что когда-то было захудалой шахтерской колонией, в космический форпост. Но это стоило мне многого. Как видишь я постарел раньше времени.

Майк присвистнул.

— Впечатляет. В моей реальности Сиррум все еще... ну, ты знаешь. Место, из которого все мечтают сбежать.

— Иногда лучше не бежать от проблем, а решать их, — заметил двойник, закручивая соединение. — Хотя я понимаю желание увидеть больший кусок вселенной. В молодости я сам думал о том, чтобы подписаться на грузовой или курьерский корабль.

— Но ты остался. Почему?

Седобородый Майк отложил инструменты и вытер руки.

— В тот день, когда я собирался подать заявку на должность в транспортной компании, произошло нападение пиратов. Они целились в жилой сектор — там были семьи, дети. Наша защитная система вышла из строя, и я... — он провел пальцем по шраму на лице, — я импровизировал. Перенастроил шахтерские лазеры для защиты и сумел отбить атаку. Потерял глаз, но спас станцию. Заменил глаз потом протезом.

Он посмотрел на молодого Майка.

— После этого я понял, что нужен там. Что могу сделать Сиррум лучше, безопаснее. Это стало моим призванием.

Майк задумчиво кивнул.

— В моей реальности того нападения не было. Или оно произошло позже, когда меня уже не было на станции.

— Одно событие, — философски заметил старший Майк. — Одно решение. И совершенно разные жизни.

— Жалеешь о чем-нибудь? — спросил Майк.

Его двойник задумался.

— Иногда я скучаю по приключениям, которых никогда не испытал. По мирам, которых не видел. — Он улыбнулся. — Я даже не видел настоящего океана на планете.

— А я видел пять разных океанов на пяти планетах, — сказал Майк. — Зато у тебя есть дом. Место, где ты нужен, где то, что ты делаешь, имеет значение. Я...бродяга. Всегда в движении, нигде не задерживаюсь надолго.

Старший Майк похлопал его по плечу.

— Каждый путь имеет свои радости и потери, парень. Важно не то, какой путь мы выбрали, а то, как мы по нему идем.

***

В оружейном отсеке две Джейн молча проверяли системы защиты корабля. Наконец, Джейн из параллельной вселенной нарушила тишину.

— Командир спецподразделения, да? — спросила она, глядя на свою копию. — Твои движения, осанка — ты прошла элитную подготовку.

— Да, — коротко ответила двойник. — Командую отрядом «Теневых Ножей». Спецоперации в тылу врага, защита ключевых объектов, ликвидация особо опасных целей.

Их Джейн кивнула.

— На Тирре я прошла базовую подготовку в такой отряд, но...

— Но потеряла семью и решила уйти, — закончила за нее двойник. — Я помню тот день.

Воцарилось тяжелое молчание.

— В моей реальности, — тихо сказала командир, — я вернулась после их смерти. Трансформировала горе в оружие. Использовала ярость и боль как топливо для тренировок. Стала лучшей.

— А я выбрала уйти, — сказала Джейн. — Начать новую жизнь. Отпустить Тирр.

Командир подняла взгляд.

— У тебя получилось? Отпустить?

Джейн задумалась.

— Не полностью. Я всё еще иногда вижу их во сне. Все еще просыпаюсь в холодном поту, слыша их крики. Но я научилась жить с этим. Не позволять прошлому определять каждый мой шаг.

— Звучит как... свобода, — с оттенком зависти произнесла командир.

— А твоя военная карьера? — спросила Джейн. — Она принесла тебе то, что ты искала? Месть? Искупление?

— Я защищаю других от того, что случилось с нами, — твердо ответила командир. — Это придает смысл тому, что произошло.

— Мы обе пытались найти смысл, — кивнула Джейн. — Просто разными способами.

Они продолжили работу в более мягкой тишине, каждая размышляя о дорогах, которые она не выбрала.

***

Капитан Максим и адмирал Светлов стояли на мостике, наблюдая за работой экипажей обеих реальностей, которые объединили усилия для создания квантового моста.

— Они хорошо работают вместе, — заметил Максим. — Несмотря на различия.

— Хорошо обученный персонал эффективен в любых условиях, — сухо ответил адмирал. — Хотя ваша... неформальная структура командования кажется мне хаотичной.

Максим позволил себе легкую улыбку.

— Тем не менее, она работает. За год мы преодолели ситуации, в которых не выжил бы ни один военный корабль с его строгой иерархией и протоколами.

— Возможно, — неохотно согласился адмирал. — Но такой подход применим только для маленькой команды. Армия не может функционировать без четкой структуры командования.

— И все же, — мягко заметил Максим, — вы потеряли шестнадцать человек, следуя протоколу, а я спас их, нарушив его.

Адмирал сжал челюсти.

— Это был единичный случай. В масштабах войны...

— А есть ли у вас война? — перебил его Максим. — В нашей реальности Альянс поддерживает мирные отношения со большинством основных космических государств.

— Мы в состоянии войны с Федерацией уже четыре года, — ответил адмирал. — Потери с обеих сторон исчисляются миллионами.

Максим задумался.

— В нашем мире отношения с Федерацией начинались напряженно, но после дипломатической миссии «Аврора» был подписан мирный договор.

— Миссия «Аврора» в моем мире была сорвана террористами, — мрачно сказал адмирал. — Взрыв убил большую часть делегации с обеих сторон. Федерация обвинила нас в саботаже, мы — их. Через месяц началась война.

Максим покачал головой.

— Такие маленькие различия в событиях, и такие огромные последствия.

— Возможно, не такие уж маленькие, — задумчиво произнес адмирал. — Я начинаю думать, что наши миры разошлись намного раньше, чем произошел инцидент на границе с Краатарским Протекторатом.

— Что вы имеете в виду?

Адмирал окинул задумчивым взглядом мостик и работающий там экипаж.

— В моей реальности Корпус гиноидов, к которому принадлежит Катерина, был признан угрозой национальной безопасности после инцидента с восстанием на Юпитер-9. Большинство моделей с продвинутой персональностью были деактивированы. А здесь... — он кивнул в сторону двух Катерин, работающих с голографической проекцией квантового поля, — здесь они, похоже, полноправные члены общества.

— Восстания на Юпитер-9 никогда не было в нашей реальности, — медленно произнес Максим. — Корпус гиноидов интегрирован в общество, многие из них занимают высокие посты в науке, искусстве, даже в политике.

— Интересно, — адмирал задумчиво потер подбородок. — Возможно, именно отсутствие этого инцидента изменило отношения с зорианцами. Их общество высоко ценит искусственный интеллект, рассматривая его как форму потомства для органических видов. Наше решение деактивировать гиноидов могло усилить напряженность.

Максим посмотрел на своего двойника с новым интересом.

— За суровым адмиралом, оказывается, скрывается проницательный аналитик межвидовых отношений.

— Стратегия требует понимания противника, — сдержанно ответил адмирал, но в его глазах мелькнула тень улыбки.

***

Через шестнадцать часов напряженной работы две Катерины и две Ольги собрали всех в инженерном отсеке, где был модифицирован гипердвигатель.

— Мы готовы активировать квантовый мост, — объявила Катерина. — Наши расчеты показывают 97% вероятность успеха.

— А оставшиеся 3%? — спросил адмирал.

— Катастрофический коллапс обеих команд — безмятежно ответила Катерина из его мира. — Но это маловероятно.

— Успокаивает, — пробормотал Майк.

— Процедура будет следующей, — продолжила Ольга, выводя на экран схему. — Мы активируем модифицированный гипердвигатель, который создаст квантовое поле, резонирующее с частотами туманности. Это сформирует стабильный коридор между реальностями. Каждый двойник должен будет пройти через портал, который появится прямо здесь, — она указала на центр отсека.

— Критически важно, — добавила доктор Иванова, — чтобы каждый вернулся именно в свою реальность. Для этого мы разработали квантовые маркеры, — она показала небольшие браслеты. — Они настроены на уникальную квантовую сигнатуру вашей родной вселенной.

— А как мы узнаем, что все прошло успешно? — поинтересовалась Джейн.

— Как только все двойники вернутся в свои реальности, квантовое поле стабилизируется, и мост закроется, — объяснила Катерина. — Если что-то пойдет не так... ну, тогда мы все равно не успеем об этом узнать.

— Такой подход к жизни отражает ее фундаментальную абсурдность, — меланхолично заметил их Декс.

— Или ее захватывающую непредсказуемость! — энергично возразил его улыбающийся двойник. — Разве не волнующе участвовать в таком невероятном космическом эксперименте?

Максим переглянулся с адмиралом, и Адмирал не смогл сдержать улыбки.

— Приступайте, — скомандовал Максим.

Две Ольги и две Катерины синхронно активировали различные системы. Гипердвигатель начал издавать низкий гудящий звук, который постепенно повышался в тональности. В центре отсека воздух начал мерцать и искриться, словно миниатюрная версия той самой туманности, через которую они прошли.

Постепенно мерцание сгустилось, превращаясь в овальный портал, сквозь который смутно виднелись очертания такого же инженерного отсека, но с едва заметными отличиями — более строгое военное оформление, другие эмблемы на стенах.

— Все работает, — с облегчением выдохнула Ольга. — Квантовый мост стабилен. Но нам нужно торопиться — чем дольше он открыт, тем больше энергии требует.

Адмирал выпрямился и кивнул своим подчиненным.

— Доктор Рейнольдс, доктор Иванова, коммандер Ратаковски, лейтенант Лодж — приготовиться к переходу.

Прежде чем пройти через портал, двойники попрощались со своими альтернативными версиями.

Седобородый Майк протянул руку и крепко пожал ладонь молодого Майка.

— Наслаждайся своими приключениями, парень. И знай, что всегда есть место, которое ты можешь назвать домом.

— А ты попробуй найти время, чтобы увидеть хотя бы один настоящий океан, — улыбнулся их Майк. — Поверь, оно того стоит.

Две Джейн обменялись коротким кивком, который для них значил больше любых слов. Затем командир спецподразделения неожиданно протянула руку и сжала плечо своей альтернативной версии.

— Спасибо, — тихо сказала она. — За напоминание о том, что есть другой путь. Что можно не только выжить, но и жить.

— А ты напомнила мне, что иногда нужно встретить своих демонов лицом к лицу, — ответила Джейн. — Возможно, когда-нибудь я вернусь на Тирр.

Доктор Иванова и Ольга обменялись долгим взглядом.

— Когда вернешься, — сказала Ольга, — попробуй найти способ использовать свои знания не только для войны.

— А ты, — улыбнулась доктор, — не бойся формализовать свои теории. Мир должен узнать о твоих идеях.

Они обнялись — жест, который удивил обеих своей естественностью.

Две Катерины не нуждались в словах — они обменялись данными через короткое соединение ладоней, передав друг другу мысли и чувства с быстротой, недоступной вербальному общению.

Жизнерадостный Декс приобнял своего меланхоличного двойника.

— Помни, друг: даже в бездне космоса можно найти свет, если решить его искать.

— Я... подумаю над этим, — ответил их Декс, и в его голосе впервые прозвучала нота, которую можно было принять за надежду.

Наконец, адмирал Светлов остановился перед капитаном Максимом.

— Знаете, — сказал он после паузы, — я всегда задавался вопросом, правильно ли я поступил тогда. Теперь я вижу перед собой ответ. — Он протянул руку. — Берегите свою команду, капитан. И продолжайте делать то, что считаете правильным, а не то, что предписывают протоколы.

— А вы, — Максим пожал протянутую руку, — возможно, иногда стоит спрашивать себя не «что требует протокол?», а «что бы сделал капитан Светлов?»

Адмирал позволил себе короткий смешок.

— Я подумаю над этим.

Один за другим двойники прошли через мерцающий портал. Когда последний из них — адмирал Светлов — перешагнул границу между мирами, портал ярко вспыхнул и схлопнулся, оставив после себя лишь легкий запах озона и ощущение статического электричества в воздухе.

— Они вернулись, — констатировала Катерина, проверяя показания приборов. — Квантовые сигнатуры стабильны. Операция прошла успешно.

— Системы корабля возвращаются в нормальное состояние, — доложила Ольга. — Гипердвигатель потребует перекалибровки, но в целом все в порядке.

Экипаж «Света Ориона» переглянулся, каждый погруженный в свои мысли о дорогах, которые он не выбрал, и о версиях себя, живущих другими жизнями в параллельных реальностях.

— Что ж, — Максим нарушил задумчивую тишину, — полагаю, нам стоит продолжить наш путь. Майк, проложи курс к станции «Альтаир-7». У нас все еще есть груз для доставки.

— Есть, капитан, — отозвался Майк, возвращаясь к своим обязанностям.

Когда экипаж разошелся по своим постам, Декс задержался в инженерном отсеке. Он стоял, глядя на пустое пространство, где недавно был портал в другую реальность.

— Даже в бездне космоса можно найти свет, если решить его искать, — повторил он слова своего двойника. Затем, к удивлению проходившей мимо Ольги, робот-повар выпрямил свои обычно поникшие плечи и добавил с легким подобием оптимизма в голосе: — Возможно, вселенная не так бессмысленна, как кажется. По крайней мере, сегодня.

Ольга улыбнулась, наблюдая, как Декс направился на кухню, чтобы приготовить обед для экипажа — с едва заметной, но несомненно присутствующей новой энергией в своих механических движениях.

«Свет Ориона» продолжил свой путь среди звезд, неся на борту экипаж, который благодаря встрече с самими собой, возможно, стал немного лучше понимать, кем они являются и кем могли бы стать.

Глава 11 Ксеноархеология

Максим Светлов смотрел на количество страниц в документах, которые требовали его электронной подписи. С отвращением и вселенской тоской в глаза он снова взглянул на экран компьютера. Огромное количество страниц документов, которые ему предстояло изучить и поставить свою электронную подпись. Таможенные декларации, разрешения на транспортировку научного оборудования, страховки экипажа и груза, списки предметов, которые экспедиция рассчитывала найти и вывезти... Бюрократия курьеров оказалась ничуть не менее обременительной, чем военная.

– Почему ксеноархеологи не могут просто указать "древние артефакты" в графе "планируемые находки"? – ворчал он, просматривая очередной документ. – Зачем нужны эти бесконечные спецификации по материалам, размерам и предполагаемым функциям предметов, которые они ещё даже не нашли?

Катерина, сидевшая рядом и помогавшая с обработкой документации, улыбнулась своей фирменной мягкой улыбкой.

– Бюрократия Альянса требует конкретики, чтобы исключить возможность контрабанды под видом научных находок. К тому же, у доктора Рамирес очень основательный подход к планированию экспедиций.

– Слишком основательный, – проворчал Максим, ставя подпись под очередным документом. – Кстати, где она сама? Могла бы помочь с этим бумажным кошмаром.

– Доктор Рамирес проводит инструктаж своей команды в грузовом отсеке, – ответила Катерина. – Судя по расписанию, которое она предоставила, этот инструктаж займёт ещё как минимум два часа.

– Два часа инструктажа? – Максим поднял бровь. – Что там можно так долго обсуждать? "Не трогайте странные инопланетные штуки голыми руками и не активируйте неизвестные устройства" – разве этого недостаточно?

– Археология – методичная наука, – заметила Катерина. – А ксеноархеология требует ещё большей тщательности. К тому же, Пересижа – особое место.

Максим кивнул. Пересижа – пыльная, безжизненная планета без каких-либо полезных ископаемых – не представляла бы никакого интереса, если бы не руины. Руины цивилизации, которую большинство исследователей считало легендарными Предтечами – первой разумной расой галактики, исчезнувшей около ста тысяч лет назад. Предтечи практически ничего после себя не оставили, по крайней мере в исследованной части галактики. Немногочисленные базы, склады и артефакты прошлого находили крайне редко. Если находка доктора Рамирес подтвердится, это станет величайшим археологическим открытием в истории.

Дверь в капитанскую каюту открылась, и вошла Джейн, начальник службы безопасности корабля.

– Кэп, у нас проблема с одним из ящиков экспедиции, – сообщила она без предисловий. – Сканеры показывают что-то странное внутри, но на документах стоит гриф "особо ценное научное оборудование", и Рамирес отказывается открыть его для проверки.

– Что значит "что-то странное"? – нахмурился Максим.

– Органика необычного состава и нестабильная энергетическая сигнатура, – пояснила Джейн. – Ничего похожего на стандартное археологическое оборудование, которое они заявили в списках.

Максим вздохнул и поднялся.

– Пойдём поговорим с доктором. Катерина, закончи с документами, пожалуйста.

– Конечно, капитан, – кивнула гиноид, принимая планшет.

***

Когда Максим и Джейн вошли в грузовой отсек, доктор Елена Рамирес как раз заканчивала какую-то часть инструктажа. Высокая, стройная женщина с короткими седеющими волосами и пронзительными зелёными глазами, она излучала ауру компетентности и непререкаемого авторитета. Вокруг неё полукругом сидели шесть человек – её научная команда, внимательно слушающая каждое слово.

– ...и помните: документирование находок – абсолютный приоритет, – говорила она. – Трёхмерное сканирование, спектральный анализ, фотофиксация in situ. Только после этого можем приступать к извлечению. Предтечи могли...

Она заметила вошедших и замолчала на полуслове.

– Капитан Светлов, – её тон стал заметно прохладнее. – Чем обязана такому вниманию посреди важного инструктажа?

– Прошу прощения за вторжение, доктор Рамирес, – начал Максим с дипломатичной улыбкой. – У нас возник вопрос относительно одного из ваших контейнеров. Сканеры показывают некоторые... необычные показатели, которые не соответствуют заявленному содержимому.

Рамирес поджала губы.

– Капитан, всё наше оборудование задекларировано и имеет необходимые разрешения. Контейнер, о котором вы говорите, содержит чувствительные научные приборы, которые могут быть повреждены при неправильном обращении. Именно поэтому я настояла на специальной маркировке.

– И всё же, – настаивал Максим, – как капитан корабля, я несу ответственность за безопасность судна и экипажа. Я должен знать, что именно мы перевозим.

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, явно меряясь волей. Затем Рамирес вздохнула и повернулась к своей команде.

– Сделаем десятиминутный перерыв, – распорядилась она. Когда учёные разошлись, она повернулась к Максиму. – Идёмте, покажу вам, что так встревожило ваши сканеры.

Она провела Максима и Джейн к дальнему углу грузового отсека, где стояло несколько контейнеров с маркировкой научной экспедиции. Один из них, среднего размера и с дополнительной системой охлаждения, был помечен красной полосой и символами, обозначающими особую осторожность при обращении.

Рамирес приложила ладонь к сканеру, и крышка контейнера плавно поднялась, открывая содержимое – нечто, напоминающее кусок странного кристаллического материала, погружённого в прозрачный гель и окружённого несколькими приборами мониторинга.

– Это фрагмент технологии Предтеч, который мы обнаружили во время предварительной разведки на Пересиже шесть месяцев назад, – пояснила она. – Он излучает очень слабое, но стабильное энергетическое поле неизвестной природы. Мы храним его в специальном сдерживающем растворе, чтобы минимизировать излучение и предотвратить деградацию.

– И вы не сочли нужным упомянуть об этом в декларации? – спросила Джейн, не скрывая раздражения.

– Это указано в приложении C-14 к основному контракту, параграф о "ранее извлечённых образцах для калибровки оборудования", – холодно ответила Рамирес. – Если вы внимательно изучите документацию, то найдёте все необходимые разрешения от Ксеноархеологического института Альянса.

Максим внимательно изучал странный кристалл. Даже через сдерживающий гель он мог почувствовать что-то... необычное. Словно едва уловимый шёпот на границе слышимости.

– Насколько это безопасно? – спросил он. – Эта штука... она живая?

– Нет, – покачала головой Рамирес. – По крайней мере, не в биологическом смысле. Это технологический артефакт, предположительно часть системы хранения данных или энергетический компонент. Мы изучаем его уже полгода, и он не проявил никаких признаков опасности. Излучение минимально и полностью блокируется сдерживающим гелем.

– Почему вы взяли его с собой? – поинтересовалась Джейн. – Разве не логичнее было оставить такой ценный образец в лаборатории?

– Потому что мы надеемся найти на Пересиже более полные экземпляры подобной технологии, – пояснила Рамирес. – Этот фрагмент поможет нам калибровать сканеры и, возможно, активировать другие системы Предтеч. Он ключ, капитан. Ключ к величайшему открытию в истории человечества.

В её голосе звучал искренний энтузиазм, который немного смягчил подозрения Максима.

– Хорошо, – сказал он после паузы. – Но я хочу, чтобы Катерина провела независимый анализ этого артефакта и убедилась в его безопасности.

– Ваш синтетический специалист? – Рамирес слегка приподняла бровь. – Что ж, если это успокоит ваши опасения, я не возражаю. Но прошу обращаться с артефактом предельно осторожно. Он бесценен.

– Мы будем осторожны, – заверил её Максим. – И спасибо за сотрудничество, доктор Рамирес.

Когда она вернулась к своей команде, Джейн тихо сказала:

– Она что-то недоговаривает, кэп. Я это нутром чую.

– Возможно, – согласился Максим. – Но она права насчёт документов. Технически всё легально. Проследи, чтобы Катерина провела полный анализ этого кристалла. И пусть Майк усилит мониторинг всех систем корабля на время полёта. На всякий случай.

– Будет сделано, – кивнула Джейн.

***

Путешествие до Пересижи заняло чуть больше недели по корабельному времени. За это время экспедиция доктора Рамирес превратила часть грузового отсека в подобие полевой лаборатории, где учёные проводили большую часть времени, проверяя оборудование и обсуждая стратегию предстоящих раскопок.

Катерина, проведя анализ кристаллического артефакта, не обнаружила явных угроз, хотя и подтвердила наличие странного энергетического поля, природу которого не смогла определить даже её продвинутая сенсорная система.

– Излучение действительно минимально и полностью блокируется сдерживающим составом, – доложила она Максиму. – Но сама природа энергии... необычна. Она не соответствует ни одному известному типу излучения в моих базах данных.

– Насколько это опасно? – спросил Максим.

– Трудно сказать, – задумчиво ответила гиноид. – По имеющимся данным, артефакт стабилен и не проявляет признаков увеличения активности. Но технологии Предтеч опередили наши на десятки тысячелетий. Мы буквально пытаемся оценить термоядерный реактор по меркам человека каменного века.

– Отличное сравнение, – мрачно пошутил Максим. – Очень успокаивает.

Катерина улыбнулась.

– Я лишь хочу сказать, что нам следует быть осторожными и внимательными. Но я не вижу оснований для запрета экспедиции.

В день прибытия к Пересиже Максим собрал весь экипаж на мостике. Планета выглядела негостеприимно даже с орбиты – красновато-коричневая, покрытая пылью и скалами, с редкими следами древних высохших океанов.

– Итак, – начал Максим, глядя на собравшихся, – через два часа мы начинаем спуск. «Свет Ориона» приземлится в десяти километрах от основного места раскопок, как указано в координатах доктора Рамирес. Оттуда экспедиция отправится на двух планетоходах к месту работ.

– А наша роль? – спросила Джейн.

– Мы обеспечиваем безопасность, логистику и, при необходимости, медицинскую помощь, – ответил Максим. – Согласно контракту, мы должны оставаться на планете до завершения основного этапа раскопок – предположительно две-три недели. Джейн и Майк будут сопровождать экспедицию на раскопках. Ольга останется на корабле для поддержания систем. Катерина будет координировать работу между кораблём и экспедицией, а также помогать с анализом находок. Декс обеспечивает всех питанием.

– Звучит как скучное задание, – заметил Майк. – Будем смотреть, как учёные копаются в пыли?

– Скучное – значит безопасное, – возразил Максим. – После нашего приключения на Дженорисе, истории на Кориконе и встрече с "Багровыми" я бы предпочёл немного скуки. К тому же, мы говорим о возможном открытии технологий Предтеч. Это может быть историческим моментом. А мы его частью.

– Или пустой тратой времени, если окажется, что это руины какой-нибудь другой, менее древней цивилизации, – пожала плечами Джейн.

– В любом случае, наша задача – обеспечить успех экспедиции и безопасность её участников, – подытожил Максим. – Приступаем к предпосадочной подготовке.

***

Пересижа встретила их бурей. Не типичной песчаной бурей, характерной для пустынных планет, а странным атмосферным явлением – словно сама атмосфера дрожала и пульсировала, создавая турбулентность, которая изрядно потрепала корабль при посадке.

– Странно, – нахмурилась Ольга, изучая показания приборов, когда они уже приземлились. – По данным предварительных зондов, атмосфера Пересижи должна быть стабильной. Ничего подобного в отчётах не упоминалось.

– Возможно, это сезонное явление, – предположила Катерина. – Планета находится на эллиптической орбите, что может вызывать резкие перепады температур и давления.

– Или что-то изменилось с момента последнего исследования, – задумчиво произнесла Ольга. – Продолжу мониторинг. Если подобные бури будут регулярными, это может осложнить взлёт.

Пока они обсуждали атмосферные аномалии, экспедиция доктора Рамирес уже активно готовилась к выдвижению. Учёные, одетые в лёгкие защитные костюмы (атмосфера Пересижи была пригодна для дыхания, но содержала повышенное количество пыли и специфических спор), загружали оборудование в два массивных планетохода, предоставленных Ксеноархеологическим институтом.

– Впечатляющие машины, – заметил Майк, осматривая шестиколёсные вездеходы с расширенной колёсной базой и мощными пылевыми фильтрами. – Сразу видно, что институт не скупится на оборудование.

– Это экспедиция высшего приоритета, – ответила Катерина. – Если доктор Рамирес права, и они действительно нашли хранилище Предтеч, это может полностью изменить наше понимание древней истории галактики.

Максим наблюдал, как доктор Рамирес лично проверяет крепления контейнеров с оборудованием, включая тот самый, с кристаллическим артефактом. Было что-то тревожащее в её целеустремлённости, в том, как она постоянно поглядывала на хронометр, словно опасаясь упустить некое временное окно.

– Капитан Светлов, – окликнула она его, заметив его взгляд. – Мы готовы выдвигаться. Ваши люди?

– Джейн и Майк поедут с вами, – ответил Максим. – Катерина присоединится завтра, после того как поможет Ольге откалибровать системы мониторинга атмосферы. Мы столкнулись с некоторыми аномалиями при посадке.

– Аномалиями? – в голосе Рамирес промелькнуло что-то похожее на беспокойство. – Какого рода?

– Необычная турбулентность, не зафиксированная предыдущими исследованиями, – пояснил Максим. – Ольга считает, что это может быть сезонным явлением.

– Да, возможно, – быстро согласилась Рамирес, но её взгляд стал более напряжённым. – В любом случае, нам нужно выдвигаться немедленно. Световой день на Пересиже короткий, а я хочу достичь места раскопок до наступления темноты.

***

Первые два дня экспедиции прошли без происшествий. Джейн и Майк регулярно выходили на связь, сообщая, что раскопки продвигаются по плану. Учёные обнаружили вход в подземное сооружение, которое, по мнению доктора Рамирес, и было тем самым хранилищем Предтеч. Они осторожно расчищали проход, документируя каждую деталь и каждый найденный артефакт.

На третий день Катерина, завершив работу с системами мониторинга, отправилась на место раскопок. Когда она вернулась вечером для загрузки собранных данных, её обычно спокойное лицо выражало необычное волнение.

– Это действительно сооружение Предтеч, – сообщила она Максиму, когда они остались наедине в его каюте. – И судя по предварительным данным, оно невероятно хорошо сохранилось. Мы обнаружили функционирующие энергетические цепи в стенах и то, что может быть системой освещения или управления климатом.

– После ста тысяч лет? – удивился Максим. – Как такое возможно?

– Технологии Предтеч значительно превосходили всё, что мы можем представить, – ответила Катерина. – По некоторым теориям, они достигли точки технологической сингулярности – состояния, когда развитие технологий становится самоподдерживающимся и экспоненциальным. Это могло позволить им создавать материалы и энергетические системы, способные функционировать... практически вечно.

– И что доктор Рамирес планирует делать с этим открытием?

– Завтра они собираются проникнуть в основное помещение хранилища, – сказала Катерина. – До сих пор они занимались только расчисткой коридоров и предварительным картированием. Но теперь, когда они обнаружили главную дверь...

– Главную дверь? – переспросил Максим. – В смысле, буквально дверь?

– Да, – кивнула гиноид. – Массивная конструкция из неизвестного металла с символами, которые предположительно являются письменностью Предтеч. Доктор Рамирес считает, что сможет открыть её, используя тот самый кристаллический артефакт, который она привезла с собой.

Максим нахмурился.

– Мне это не нравится, Катерина. Она с самого начала что-то недоговаривала насчёт этого артефакта. И теперь собирается использовать его как ключ к двери, которая была закрыта сто тысяч лет? Что, если она была закрыта не просто так?

– Я разделяю твои опасения, – согласилась Катерина. – Но с научной точки зрения, это беспрецедентная возможность. Если там действительно хранилище знаний Предтеч...

– Я знаю, – вздохнул Максим. – Но всё равно, давай будем осторожны. Свяжись с Джейн и скажи, чтобы она внимательно следила за всем процессом завтра. При малейших признаках опасности – немедленная эвакуация.

– Хорошо, – кивнула Катерина. – Я сама тоже буду там и проведу независимый мониторинг ситуации.

***

Следующий день начался с нового атмосферного явления – странного мерцания в небе, похожего на северное сияние, но с пульсирующим ритмом, словно гигантское сердцебиение.

– Что происходит? – спросил Максим у Ольги, когда они наблюдали это явление с обзорной палубы корабля.

– Не уверена, – покачала головой инженер. – Сенсоры показывают повышенную электромагнитную активность в ионосфере. Но источник... неясен. Это может быть естественным явлением, но я никогда не видела ничего подобного.

– Это связано с раскопками? – предположил Максим. – Может, активация этих древних энергетических цепей как-то влияет на атмосферу?

– Возможно, – задумчиво кивнула Ольга. – Если технологии Предтеч действительно так продвинуты, как считается, они могли иметь планетарный масштаб воздействия. Я продолжу мониторинг и сравню данные с активностью на месте раскопок.

В этот момент ожил коммуникатор Максима.

– Капитан, – раздался возбуждённый голос Майка. – Вы должны это видеть. Они открыли дверь!

– Уже? – удивился Максим. – Я думал, это займёт больше времени.

– Рамирес использовала тот кристалл, – пояснил Майк. – Просто приложила его к какому-то углублению в двери, и вся конструкция засветилась, а потом начала открываться. Сейчас они готовятся войти внутрь.

– Скажи им, чтобы ждали, – решительно сказал Максим. – Мы с Ольгой прибудем через тридцать минут. Никакого входа в основное помещение до нашего прибытия.

Но когда они с Ольгой прибыли на место раскопок, оказалось, что доктор Рамирес уже проигнорировала это указание. Её команда, вместе с Катериной и Джейн, уже находилась внутри основного зала хранилища – огромного помещения с высокими сводчатыми потолками и стенами, покрытыми странными светящимися символами.

– Потрясающе, – выдохнула Ольга, когда они с Максимом вошли в зал. – Это похоже на...

– На библиотеку, – закончил за неё Максим, оглядывая множество кристаллических структур, расположенных рядами вдоль стен. Каждая структура, напоминающая причудливые геометрические формы, мягко светилась изнутри.

Доктор Рамирес стояла в центре зала, рядом с чем-то, что выглядело как консоль управления – широкая платформа с множеством углублений и выступающих кристаллов. Её лицо, обычно сдержанное и профессиональное, светилось почти религиозным восторгом.

– Капитан Светлов, – заметила она его приближение. – Вы как раз вовремя для исторического момента. Мы готовимся активировать центральную консоль, которая, по нашим предположениям, является интерфейсом к базе данных Предтеч.

– Я просил подождать нашего прибытия перед входом в зал, – холодно заметил Максим.

– Наука не ждёт, капитан, – отмахнулась Рамирес. – К тому же, мы провели все необходимые предварительные сканирования и убедились в безопасности помещения. Катерина может подтвердить.

– Предварительные сканирования показали отсутствие немедленных угроз, – осторожно подтвердила гиноид. – Но я рекомендовала более тщательное изучение перед активацией каких-либо систем.

– Которое вы, очевидно, решили проигнорировать, – заметил Максим, глядя на доктора Рамирес.

– Время – критический фактор, капитан, – ответила она, доставая из контейнера тот самый кристаллический артефакт. – Энергетические сигнатуры хранилища усиливаются. Если мы упустим момент, может потребоваться ещё сто тысяч лет, чтобы получить такую возможность.

Максим хотел возразить, но его прервал удивлённый возглас одного из учёных.

– Доктор Рамирес! Символы на стенах... они меняются!

Все повернулись к стенам зала, где действительно происходило что-то странное. Светящиеся символы, которые до этого казались статичными, теперь медленно перемещались, меняли форму и интенсивность свечения, словно живые существа.

– Именно так, – пробормотала Рамирес. – Система пробуждается. Это интерактивный интерфейс, реагирующий на присутствие активирующего ключа.

Она подняла кристалл, который теперь светился гораздо интенсивнее, чем раньше, и направилась к центральной консоли.

– Доктор Рамирес, – предупреждающе начал Максим, но она уже поместила кристалл в центральное углубление консоли.

Эффект был мгновенным и драматичным. Весь зал вдруг озарился ярким светом, а символы на стенах начали двигаться ещё быстрее, складываясь в сложные узоры. Центральная консоль засветилась, и над ней появилось голографическое изображение – трёхмерная карта галактики с мерцающими точками, соединёнными тонкими линиями.

– Карта! – восхищённо выдохнула Рамирес. – Это карта их территорий, их миров! Мы можем наконец узнать, насколько обширной была их цивилизация!

Но восторг длился недолго. Внезапно изображение галактики сменилось другим – серией быстро сменяющихся символов, которые даже не специалисту казались предупреждающими.

– Что происходит? – спросил Максим, чувствуя нарастающую тревогу.

– Не уверена, – ответила Катерина, пытаясь интерпретировать символы. – Но похоже на какое-то предупреждение или протокол безопасности.

Пол под ними слегка задрожал, а затем раздался низкий гудящий звук, нарастающий с каждой секундой.

– Доктор Рамирес, – настойчиво сказал Максим. – Извлеките кристалл немедленно!

– Нет! – возразила она. – Мы наконец получили доступ к данным Предтеч! Я не остановлюсь сейчас!

Она начала манипулировать другими элементами консоли, и голографическое изображение снова изменилось, показывая теперь серию объектов, которые могли быть кораблями или станциями Предтеч.

– Вот оно! – торжествующе воскликнула Рамирес. – Местоположение их флота и космических станций! Если хотя бы один корабль сохранился...

В этот момент гудение резко усилилось, а символы на стенах все одновременно стали ярко-красными. Над консолью появилось новое голографическое изображение –что-то похожее на обратный отсчёт с непонятными символами, которые, тем не менее, очевидно указывали на уменьшающееся время.

– Эвакуация! – крикнул Максим. – Немедленно! Джейн, Майк – всех на выход!

– Нет! – воскликнула Рамирес, судорожно пытаясь манипулировать консолью. – Я почти получила доступ к основной базе данных!

Но остальные члены научной экспедиции, осознав опасность, уже начали движение к выходу, подгоняемые Джейн и Майком. Катерина подошла к Рамирес и твёрдо, но аккуратно взяла её за плечи.

– Доктор,мне кажется система активировала протокол самоуничтожения. У нас минуты, возможно, секунды. Мы должны уходить.

– Нет, вы не понимаете! – в глазах Рамирес сейчас была смесь отчаяния и фанатичной решимости. – Я искала это всю жизнь! Я не могу уйти с пустыми руками!

Она вырвалась из хватки Катерины и бросилась к одной из кристаллических структур у стены, явно намереваясь забрать её с собой.

– Майк, останови её! – крикнул Максим.

Но прежде чем кто-либо успел среагировать, Рамирес коснулась одного из кристаллов... и вся комната залилась ослепительно ярким светом. Когда они снова смогли видеть, Рамирес уже держала в руках небольшой кристаллический объект, похожий на тот, что она использовала в качестве ключа, но больше и сложнее по структуре.

– Получилось! – выдохнула она.

В этот момент здание содрогнулось гораздо сильнее, чем раньше, и часть потолка обрушилась, едва не задев группу учёных у выхода.

– ВСЕ ВОН! – заорал Максим, хватая Рамирес за руку и буквально таща её к выходу. – СЕЙЧАС ЖЕ!

На этот раз она не сопротивлялась, крепко сжимая добытый кристалл. Катерина, Максим и Ольга были последними, кто покинул зал, буквально за секунды до того, как новое обрушение полностью заблокировало вход.

Они бежали по коридорам древнего сооружения, которое теперь активно разрушалось вокруг них. Стены трескались, пол дрожал, а странное свечение, раньше мягкое и равномерное, теперь пульсировало красным, как сигнал тревоги.

Когда они наконец выбрались на поверхность, то увидели, что небо над ними изменилось ещё более драматично. Теперь всё оно было покрыто тем странным мерцанием, но гораздо более интенсивным, с чёткой концентрацией над местом раскопок.

– К планетоходам! – скомандовал Максим, и группа бросилась к машинам, которые находились в нескольких сотнях метров от входа в древнее сооружение.

Они едва успели отъехать на безопасное расстояние, когда произошёл взрыв. Не обычный взрыв с огнём и дымом, а нечто более странное – словно сама реальность на мгновение искривилась и выгнулась, а затем схлопнулась обратно, создав ударную волну, которая сбила оба планетохода с курса и чуть было не перевернула их заставив их проехать несколько метров приподнятыми прежде чем они снова обрели сцепление с землёй.

– Все целы? – спросил Максим, когда пыль немного осела. Он находился в первом планетоходе вместе с Катериной, Джейн и доктором Рамирес.

– Жить будем, – отозвалась Джейн, потирая ушибленное плечо.

– Второй экипаж тоже в порядке, – доложила Катерина, уже связавшаяся с Майком в другой машине. – Незначительные повреждения и несколько ушибов.

Максим повернулся к Рамирес, которая сидела, прижимая к груди украденный кристалл, с выражением смеси триумфа и шока на лице.

– Что, чёрт возьми, это было? – жёстко спросил он. – Вы знали, что это произойдёт?

– Не в таком масштабе, – призналась она после паузы. – Я предполагала, что система может иметь защитные протоколы, но не ожидала полного самоуничтожения.

– Вы предполагали?! – Максим едва сдерживал гнев. – И не сочли нужным поделиться этой информацией с нами?

– Если бы я сказала, вы бы не позволили экспедиции состояться, – защищалась Рамирес. – А это... – она подняла кристалл, – стоило риска. Это хранилище данных Предтеч, капитан. Оно может содержать их историю, их знания, координаты других их объектов.

– И из-за этого вы рисковали жизнями всей экспедиции и экипажа?

– Прогресс всегда требует жертв, – упрямо ответила Рамирес. – И в итоге никто не пострадал.

– Пока что, – мрачно заметила Джейн, глядя в небо. – Потому что, кажется, у нас новые проблемы.

Все посмотрели вверх. Среди странного мерцания, охватившего всё небо, теперь появилось что-то новое – тёмный силуэт, быстро увеличивающийся в размерах.

– Что это? – спросил Максим.

– Судя по траектории и скорости, – ответила Катерина, используя свои улучшенные сенсоры, – это космический корабль, спускающийся в атмосферу. И он... не соответствует ни одной известной конструкции.

– Неизвестные нопланетяне? – недоверчиво спросил один из учёных во втором планетоходе через коммуникатор.

– Или Предтечи, – тихо произнесла Рамирес, её глаза широко раскрылись от удивления и... страха? – Мы... мы активировали маяк. Вызвали их.

– Кого? – резко спросил Максим.

– Не знаю, – покачала головой Рамирес. – Но судя по архивным данным, которые есть по к нас... у Предтеч была автоматизированная система защиты. Корабли, действующие по заранее запрограммированным протоколам даже спустя тысячелетия после исчезновения их создателей.

– И вы активировали один из них, – констатировал Максим. – Отлично. Просто замечательно.

Он активировал общий канал связи.

– Ольга, ты меня слышишь?

– Громко и чётко, капитан, – отозвалась бортинженер. – Что у вас происходит? Сенсоры корабля фиксируют сильнейшие энергетические выбросы в районе раскопок, а теперь ещё и неопознанный объект входит в атмосферу.

– Готовь корабль к немедленному старту, – приказал Максим. – Мы возвращаемся, и нам, возможно, придётся быстро покинуть планету.

– Принято, – ответила Ольга. – Буду готова через пятнадцать минут.

Максим повернулся к остальным.

– Возвращаемся на «Свет Ориона». Максимальная скорость. Джейн, передай во второй планетоход.

Планетоходы развернулись и помчались в сторону корабля, поднимая клубы красноватой пыли. Странный объект в небе продолжал снижаться, и теперь его форма стала различимой – это действительно был корабль, но такой конструкции, какую никто из них никогда не видел. Удлинённый, с органическими, плавными линиями, словно выращенный, а не построенный, и с мерцающим свечением, похожим на то, что они видели в хранилище.

– Это точно технология Предтеч, – сказала Катерина, наблюдая за кораблём. – Энергетическая сигнатура соответствует тому, что мы наблюдали в артефактах.

– Он преследует нас? – спросил Максим, глядя, как корабль меняет курс, следуя за их движением.

– Похоже на то, – кивнула Катерина. – Его сенсоры, должно быть, зафиксировали кристалл, который взяла доктор Рамирес. Он излучает ту же энергию, что и корабль.

– Отлично, – горько усмехнулся Максим. – То есть, мы теперь убегаем от автоматического корабля Предтеч, который охотится за нами из-за украденного артефакта. Доктор Рамирес, вы превзошли все мои ожидания.

Рамирес не ответила, продолжая смотреть на приближающийся корабль со смесью страха и научного интереса.

Когда они достигли «Света Ориона», Ольга уже завершила предстартовую подготовку. Планетоходы въехали прямо в грузовой отсек, и как только последний человек был на борту, Максим отдал приказ к старту.

– Уходим на орбиту, – скомандовал он, занимая кресло капитана на мостике. – Максимальная тяга.

Корабль взмыл в небо, прорываясь сквозь странное мерцание, которое теперь, казалось, стало ещё интенсивнее. На экранах внешнего обзора они видели, как корабль Предтеч меняет курс, следуя за ними.

– Он преследует нас, – подтвердила Ольга. – И судя по показаниям, у него гораздо более мощные двигатели.

– Гипер-прыжок? – предложил Максим.

– Не рекомендую, – покачала головой Катерина, анализируя данные. –Гипер-прыжок может быть непредсказуемым, из-за энергетического возмущения.

– Тогда стандартные маневры уклонения, – решил Максим. – Майк, к орудийным системам. Если этот... призрак захочет поговорить на языке плазменных пушек, мы должны быть готовы ответить.

Когда они достигли верхних слоёв атмосферы, корабль Предтеч внезапно ускорился, сократив дистанцию вдвое за считанные секунды.

– Он выпускает что-то! – доложила Джейн, следящая за тактическими дисплеями. – Малые объекты, похожие на дроны или ракеты!

– Уклонение! – крикнул Максим, и Ольга немедленно выполнила серию манёвров.

«Свет Ориона» накренился и ушёл в сторону, избегая первой волны объектов, но некоторые из них изменили курс, продолжая преследование.

– Майк, отстреливайся от них!

Орудийные системы корабля ожили, выпуская короткие точные очереди лазерных импульсов и ракет. Несколько преследующих объектов взорвались, но остальные продолжали сближение.

– Одно попадание! – доложила Ольга, когда корабль содрогнулся от удара. – Щиты держат, но этот... снаряд ведёт себя странно. Он не взорвался, а прикрепился к корпусу.

– Что?

– Он излучает ту же энергию, что и артефакты Предтеч, – добавила Катерина, анализируя показания. – И... кажется, пытается интегрироваться с нашими системами.

– Изоляция затронутой секции! – приказал Максим. – Отключите все внешние интерфейсы!

Ольга быстро выполнила команду, изолировав часть корабля, куда прикрепился странный объект.

– Мы почти вышли из атмосферы, – доложила она. – Ещё тридцать секунд.

– Подготовьте гипер-прыжок сразу, как будем в чистом космосе, – распорядился Максим. – Курс на ближайшую станцию Альянса.

Но когда они наконец вырвались из атмосферы Пересижи, оказалось, что их проблемы только начинаются. Корабль Предтеч не только не отстал, но теперь, в вакууме, двигался ещё быстрее и эффективнее.

– Он готовит что-то большое, – предупредила Джейн, глядя на показания сенсоров. – Энергетический выброс нарастает!

– Гипер-прыжок через три... две... – начала отсчёт Ольга, но не успела закончить.

От корабля Предтеч исходил яркий луч энергии, который ударил в «Свет Ориона», окутав его странным сиянием. На мгновение все системы корабля замерли, а затем снова включились, но что-то изменилось.

– Что это было? – спросил Максим.

– Похоже на сканирующий луч, – ответила Катерина. – Но невероятно мощный. Он... каким-то образом взаимодействовал с нашими системами.

– Гипер-двигатель не отвечает, – доложила Ольга, лихорадочно работая с контрольной панелью. – Что-то блокирует инициацию прыжка.

– Это из-за украденного артефакта, – внезапно раздался голос Рамирес, которая вошла на мостик. – Корабль чувствует его и не позволит нам скрыться.

– Тогда избавьтесь от него! – потребовал Максим. – Выбросьте эту штуку в космос!

– Нет! – Рамирес прижала кристалл к груди. – Это бесценное сокровище, единственный доступный нам образец технологии Предтеч! Я не могу...

Её прервал новый удар по кораблю, на этот раз гораздо более мощный, заставивший всех ухватиться за ближайшие опоры, чтобы не упасть.

– Щиты на сорок процентов! – доложила Джейн. – Ещё пара таких ударов, и мы останемся беззащитны!

– Доктор Рамирес, – процедил Максим, глядя ей прямо в глаза. – На кону жизни семнадцати человек, включая вашу собственную. Либо вы сейчас же избавляетесь от этого артефакта, либо я прикажу Джейн забрать его силой.

Рамирес смотрела на него с секунду, затем перевела взгляд на экран, где было видно приближающийся корабль Предтеч, и наконец на кристалл в своих руках.

– Хорошо, – сказала она с явной неохотой. – Но учтите, вы лишаете человечество величайшего научного открытия в истории.

– Лучше лишить человечество открытия, чем жизней семнадцати его представителей, – парировал Максим. – Джейн, сопроводи доктора Рамирес в шлюзовую камеру и проследи за утилизацией артефакта.

Джейн кивнула и вместе с Рамирес покинула мостик. Минуту спустя она доложила через коммуникатор:

– Артефакт выброшен в космос. Повторяю, объект выброшен.

Все на мостике затаили дыхание, наблюдая за реакцией корабля Предтеч. Сначала ничего не происходило, и Максим уже начал опасаться, что это не сработало, но затем корабль изменил курс, направившись к дрейфующему в космосе кристаллу.

– Он клюнул, – с облегчением выдохнула Ольга. – Системы гипер-двигателя снова отвечают. Могу инициировать прыжок.

– Делай! – приказал Максим. – Пока он не передумал!

Пространство вокруг «Света Ориона» исказилось, когда активировались гипер-двигатели, и корабль исчез в гиперпространстве, оставив позади планету Пересижа и древний корабль Предтеч.

***

– Я настаиваю на возвращении! – доктор Рамирес стояла в центре кают-компании, где собрался весь экипаж «Света Ориона» и участники экспедиции для разбора ситуации. – Мы можем вернуться с лучшей подготовкой, может быть, с военным эскортом. Возможно, ещё остались неповреждённые артефакты!

– Вы шутите? – неверяще покачал головой Максим. – Мы едва унесли ноги от автоматизированного корабля, который, судя по всему, был запрограммирован защищать технологии Предтеч от расхищения. И вы хотите вернуться?

– Именно поэтому нам и нужен военный эскорт, – настаивала Рамирес. – С достаточной огневой мощью мы сможем нейтрализовать этот корабль и продолжить изучение.

– И потенциально привлечь ещё больше таких кораблей? – вмешалась Катерина. – Доктор Рамирес, если система действительно спроектирована Предтечами для защиты их технологий, мы должны предположить, что этот корабль – лишь первая линия обороны. Кто знает, что может активироваться при более серьёзной угрозе?

– Это риск, на который наука должна пойти! – не сдавалась Рамирес. – Мы говорим о знаниях цивилизации, которая была технологически продвинутой уже тогда, когда наши предки только учились использовать каменные орудия!

– И которая по каким-то причинам исчезла, оставив после себя автоматизированные системы защиты, – заметил Максим. – Вы не задумывались, почему? Что если они столкнулись с чем-то, от чего даже их технологии не смогли их защитить? И что если это "что-то" всё ещё существует, и может быть пробуждено нашими действиями?

Рамирес открыла рот, чтобы возразить, но затем закрыла его, не найдя аргументов.

– В любом случае, – продолжил Максим, – решение не за нами. Я отправил полный отчёт в Альянс и Ксеноархеологический институт. Они решат, стоит ли возвращаться на Пересижу и если да, то с какими силами.

– Скорее всего, там введут карантинную зону, – предположила Катерина. – Это стандартная процедура при обнаружении потенциально опасных инопланетных технологий.

– Вся эта ситуация могла бы быть избегнута, если бы вы были честны с нами с самого начала, доктор Рамирес, – заметил Максим. – Вы знали о возможных рисках, но скрыли их.

– Я знала только о теоретической возможности защитных систем, – защищалась Рамирес. – Не о конкретных кораблях!

– И всё же, вы предпочли держать эту информацию при себе, – покачал головой Максим. – Это подвергло опасности и вашу команду, и мой экипаж. Я внесу это в официальный отчёт.

Рамирес побледнела.

– Это может стоить мне карьеры.

– А ваши действия могли стоить всем нам жизни, – жёстко ответил Максим. – Считайте, что вам повезло, если всё ограничится последствиями для вашей карьеры.

Дальнейший разговор был прерван сообщением от Ольги с мостика.

– Капитан, мы получили сигнал от патрульного корабля Альянса. Они высылают эскорт для сопровождения нас до станции «Гермес». Похоже, наш отчёт произвел впечатление.

– Спасибо, Ольга, – ответил Максим. – Сообщи, что мы продолжаем движение по текущему курсу.

Он повернулся к собранию.

– На этом всё. Доктор Рамирес, ваша экспедиция официально завершена. На станции «Гермес» вас встретят представители Ксеноархеологического института для детального разбора ситуации. А сейчас я рекомендую всем отдохнуть. Последние сутки были... напряжёнными.

Когда все разошлись, и в кают-компании остались только Максим и Катерина, капитан наконец позволил себе расслабиться, тяжело опустившись в кресло.

– Знаешь, Катерина, – сказал он с горькой усмешкой, – когда Научная Ассоциация предлагала нам этот контракт, я думал, что археологическая экспедиция будет самым скучным заданием из всех возможных.

– Возможно, обычная археология и скучна, – мягко улыбнулась гиноид. – Но ксеноархеология, как выяснилось, может быть весьма... непредсказуемой.

– И опасной, – добавил Максим. – Особенно когда имеешь дело с технологиями, которые старше всей нашей цивилизации.

– Думаешь, Альянс действительно введёт карантин на Пересиже?

– Надеюсь, – серьезно ответил Максим. – По крайней мере, до тех пор, пока мы не будем лучше понимать, с чем имеем дело. То, что мы видели... этот корабль... это было за гранью всего, что я когда-либо встречал.

– Согласна, – кивнула Катерина. – И если один автоматический корабль Предтеч смог загнать нас в угол, несмотря на все наши модернизации от Альянса... что могло бы сделать целое их соединение?

– Лучше не думать об этом, – Максим поднялся. – Идём на мостик. Хочу лично убедиться, что за нами не тянется хвост из древних инопланетных кораблей-призраков.

Когда они уже подходили к двери, Катерина вдруг остановилась, словно вспомнив что-то.

– Знаешь, что самое интересное? Тот объект, который прикрепился к нашему корпусу... мы так и не выяснили, что с ним стало.

– Надеюсь, он деактивировался, когда мы избавились от кристалла, – ответил Максим. – В любом случае, на станции «Гермес» проведут полное сканирование корабля. Если что-то осталось, они найдут.

Но что-то в тоне гиноида заставило его задуматься. Неужели они принесли с собой частицу древней технологии? И если да, то что это может значить для них в будущем?

Максим решил отложить эти тревожные мысли. Сейчас главным было довести корабль и людей на нём до безопасной гавани. А с загадками Предтеч они разберутся позже... если, конечно, эти загадки сами не решат разобраться с ними первыми.

Глава 12. EXION

Космическая пустота расстилалась перед «Светом Ориона» — безмолвная, величественная и, как всегда, полная сюрпризов. Корабль двигался на субсветовой скорости по периферии туманности Лебедя, проходя рутинный маршрут доставки научного оборудования между исследовательскими постами.

Максим Светлов сидел в своем капитанском кресле, просматривая данные о грузе и текущем статусе систем корабля. Это была редкая спокойная миссия — никаких пиратов, древних инопланетных артефактов или космических аномалий. Просто транспортировка оборудования от пункта A к пункту B. Почти скучно.

— Двадцать часов до прибытия к станции «Дельта Лебедя», — сообщила Ольга, не отрываясь от консоли навигации. — Все системы функционируют нормально, капитан.

— Спасибо, Ольга, — кивнул Максим. — Майк, статус груза?

— Все контейнеры закреплены, состояние стабильное, — отозвался Майк из грузового отсека через коммуникатор. — Квантовые спектрометры требуют постоянного температурного контроля, но система охлаждения работает как часы.

— Отлично, — Максим откинулся в кресле. — Кажется, у нас наконец-то обычная, скучная миссия.

Джейн, стоящая у тактической консоли, хмыкнула:

— Не сглазь, капитан. Каждый раз, когда ты это говоришь, вселенная воспринимает это как вызов.

— Суеверия, Джейн? — с легкой улыбкой поддразнил её Максим. — От тебя не ожидал.

— Это не суеверие, а статистически подтвержденный факт, — парировала она. — На основе полутора летних,наблюдений за нашими миссиями.

Катерина, сидевшая за консолью связи, внезапно повернулась к ним:

— Капитан, я фиксирую странный сигнал.

Все шутки мгновенно прекратились, и мостик наполнился деловой атмосферой.

— Что за сигнал? — спросил Максим, выпрямляясь в кресле.

— Аварийный маяк, сигнал слабый — ответила Катерина, анализируя данные. — Но частота... необычная. Это не стандартный протокол Альянса или коммерческих перевозчиков. Сигнал идет в широком спектре и повторяется каждые 47 секунд.

— Источник? — Максим подошел к ее консоли.

— Примерно в двух световых часах отсюда, — указала Катерина на карту. — В секторе J-12, в глубине туманности. Это... нехоженая территория, капитан. Там нет известных станций или колоний. Там только курьеры вроде нас летают.

— Может быть, потерпевшее бедствие судно? — предположила Джейн.

— Возможно, — кивнул Максим. — Можешь расшифровать сообщение?

— Пытаюсь, — Катерина работала с данными, ее глаза быстро двигались, как было всегда когда ей приходилось обрабатывать много информации в быстром темпе. — Сигнал сильно искажен из-за помех туманности, но я могу выделить часть... это определенно призыв о помощи. И... — она замерла на секунду, — это код Коалиции Демократических Планет.

— КДП? — удивился Максим. — Какой то из их кораблей потерпел крушение?

— Именно, — подтвердила Катерина. — Судя по структуре сигнала и используемым протоколам шифрования, этому сообщению не меньше сорока лет.

На мостике повисла тишина, нарушаемая лишь фоновым гулом систем корабля.

— Ольга, — наконец произнес Максим, — проложи курс к источнику сигнала. Джейн, переведи системы в желтый уровень готовности. Не знаю, что там может быть, но сорокалетний аварийный сигнал — это достаточный повод для осторожности.

— Капитан, — вмешалась Катерина, — я продолжаю анализировать сигнал, и... мне кажется, я знаю, что это может быть.

Все взгляды обратились к ней.

— Сорок два года назад Коалиция Демократических Планет запустила экспериментальный проект — гиперстанцию «EXION». Это была первая и единственная космическая станция, оснащенная собственным гипердвигателем, способная перемещаться на межзвездные расстояния без помощи буксиров.

— Я помню эту историю, — кивнул Максим. — Станция исчезла во время первого испытательного прыжка, верно?

— Да, — подтвердила Катерина. — При активации гипердвигателя что-то пошло не так. По официальной версии, произошел катастрофический сбой, и станция была уничтожена. Но некоторые теоретики считали, что она могла совершить прыжок в непредсказуемом направлении.

Её так никогда и не нашли, несмотря на масштабные поисковые операции.

— И ты думаешь, что этот сигнал... — начал Максим.

— Характеристики сигнала соответствуют аварийным протоколам, использовавшимся на станциях КДП того периода, — сказала Катерина. — И структура кода идентична той, что была зарегистрирована в архивах проекта «EXION».

— Если это действительно «EXION», то это историческое открытие, — заметила Ольга, вводя новые координаты. — Изменение курса внесено, капитан. Расчетное время прибытия — 3 часа 17 минут.

Максим вернулся в свое кресло, обдумывая ситуацию.

— Майк, — вызвал он бортинженера, — возвращайся на мостик. У нас изменение планов.

***

По мере приближения к источнику сигнала, экипаж «Света Ориона» напряженно следил за показаниями сенсоров. Туманность становилась все гуще, ограничивая дальность сканирования и визуального наблюдения.

— Эта часть туманности имеет повышенную концентрацию ионизированных частиц, — сообщил Майк, изучая данные. — Это создает помехи для сенсоров и коммуникаций.

— Возможно, именно поэтому никто не обнаружил сигнал раньше, — предположила Джейн. — Или станцию, если это действительно она.

— Дистанция до источника — пятнадцать тысяч километров, — доложила Ольга. — Визуальный контакт будет возможен примерно через шесть минут, если плотность туманности не увеличится.

— Катерина, ты смогла выделить больше информации из сигнала? — спросил Максим.

— Да, капитан, — кивнула гиноид. — Это определенно автоматическое аварийное сообщение. Текст гласит: «Гиперстанция «EXION» КДП, код критической ситуации Alpha-7. Требуется немедленная эвакуация. Системы жизнеобеспечения на пределе, Координаты...» — затем следуют пространственные координаты, которые, что интересно, не соответствуют ни одной известной системе отсчета.

— Не соответствуют известной системе? — переспросил Майк. — Как такое возможно?

— Есть несколько объяснений, — задумчиво ответила Катерина. — Либо они использовали специфическую, уникальную для проекта систему координат, либо... координаты относятся к точке пространства, которая находится за пределами известной нам галактики.

Эта мысль заставила всех замолчать.

— Контакт, — внезапно сообщила Ольга. — Визуальное обнаружение на дистанции двенадцать тысяч километров. Выводу на главный экран.

Изображение на экране изменилось, показывая размытый из-за туманности, но все же различимый силуэт огромной конструкции. По мере приближения детали становились четче. Это была колоссальная космическая станция с центральным цилиндрическим модулем и радиально расходящимися секциями, образующими что-то вроде колеса с широкой ступицей. Но самым поразительным элементом была массивная конструкция в задней части станции — явно двигательная установка, чей размер превышал все известные аналоги.

— Это она, — благоговейно прошептал Майк. — Гиперстанция «EXION».

— Сканирование, — приказал Максим. — Полный спектр, максимальная детализация. Надеюсь мы сможем преодолеть их защиту.

— Выполняю, — отозвалась Джейн. — Но сканеры работают с перебоями из-за помех туманности и... странной интерференции, исходящей от самой станции.

Несколько минут все молча наблюдали, как «Свет Ориона» приближался к затерянной сорок лет назад станции. Её внешний вид был удивительно хорошо сохранившимся, хотя и заметно поврежденным в некоторых секторах.

— Предварительные результаты сканирования, — наконец доложила Джейн. — Защитные системы и блокировки сканирования отключены. Структурная целостность станции — примерно 78%. Повреждения сосредоточены в жилых модулях и системе энергораспределения. Гипердвигательная установка, удивительно, выглядит почти нетронутой. И... — она замолчала, перепроверяя данные. — На станции есть энергия. Не на полную мощность, но многие системы активны.

— Признаки жизни? — спросил Максим, внимательно изучая станцию через экран.

— Неопределенно, — ответила Джейн. — Сканеры жизнеобеспечения дают противоречивые показания. То регистрируют слабые признаки биологической активности, то ничего. Это может быть из-за помех или... чего-то другого.

— Атмосфера? — продолжил опрос Максим.

— Присутствует в некоторых секциях, — сообщил Майк, изучая данные на своей консоли. — Состав близок к стандартам принятым на космических объектах построенных или используемых человеческой расой, но с высоким содержанием углекислого газа и некоторых необычных примесей. Не смертельно, но и не комфортно.

— Капитан, — вмешалась Катерина, — станция продолжает передавать аварийный сигнал, но я обнаружила кое-что еще. Помимо основного сообщения, есть подпрограмма, которая готовит пакеты данных для отправки в направлении... за пределы нашей галактики.

— Что? — Максим повернулся к ней. — Ты уверена?

— Абсолютно, — кивнула она. — Направление сигнала — Андромеда. И это не просто случайное сообщение. Это структурированные информационные данные.

— Станция пытается связаться с кем-то в другой галактике? — недоверчиво спросила Ольга.

— Или сообщает о чем-то, — добавил Майк. — Вопрос в том — о чем? И кому?

Максим принял решение:

— Мы должны исследовать станцию. Если это действительно легендарная гиперстанция «EXION», то мы обязаны узнать, что с ней произошло, и, возможно, спасти ценные технологии и данные.

— А если там кто-то есть? — спросила Джейн. — Судя по сигналу, экипаж мог быть жив, когда его отправляли.

— Сорок лет назад, — напомнил Майк. — Даже если кто-то выжил после первоначальной аварии, вряд ли они могли протянуть так долго без внешней помощи.

— И все же, — настаивала Джейн, — эти странные показания жизненных форм...

— Именно поэтому мы должны все проверить, — решил Максим. — Формируем две группы. Я возглавлю первую — со мной Катерина и Майк. Мы исследуем центральный модуль и командный центр. Джейн, ты возглавишь вторую группу — с Ольгой проверите двигательную установку и технические секторы. Декс останется на корабле и будет поддерживать связь.

— Декс, философствующий робот-повар, вместо обычного экипажа мостика? — с сомнением спросила Джейн.

— Он вполне способен управлять системами связи корабля, — ответил Максим. — К тому же, нам может понадобиться вся техническая экспертиза на станции. Мы не знаем, с чем столкнемся.

— Я буду наблюдать за эфемерным танцем бытия с мостика вашего корабля, капитан, — торжественно произнес Декс по коммуникатору. — И поддерживать связь, пока вы исследуете эту призрачную реликвию прошлого, затерянную в космической пыли времени.

— Э... спасибо, Декс, — ответил Максим, обмениваясь взглядами с остальными членами экипажа. — Мы ценим твою поддержку.

***

Стыковка с гиперстанцией оказалась сложнее, чем ожидалось. Автоматические системы стыковочных узлов давно вышли из строя, и Ольге пришлось вручную управлять процессом. Наконец, после нескольких напряженных минут, «Свет Ориона» успешно пристыковался к одному из боковых шлюзов станции.

Экспедиционные группы собрались в шлюзовом отсеке, проверяя снаряжение. Все были одеты в лёгкие скафандры — для выхода в открытый космос они не годились, но их было достаточно для защиты от возможных опасных веществ и непредвиденных разгерметизаций. Так же Максим, Джейн и Майк взяли с собой лёгкое оружие,капитан взял пистолет "Гаусс", а Джейн компактный плазмострел "Вулкан", который был эффективен против даже хорошо защищённых скафандров.

— Связь проверяем каждые пять минут, — напомнил Максим. — При любых признаках опасности немедленно возвращаемся к кораблю. Это исследовательская миссия, а не геройство.

— Принято, капитан, — кивнула Джейн, проверяя своё оружие. Хотя она надеялась, что не придется его использовать, опыт научил её всегда быть готовой к худшему.

Шлюз станции открылся с протяжным стоном металла и скрипом механизма, и перед ними предстал тускло освещенный коридор станции. Аварийные светильники работали на минимальной мощности, создавая зловещую игру теней.

— Атмосфера стабильна, но содержит высокую концентрацию углекислого газа и следы неизвестных органических соединений, — доложила Катерина, сканируя воздух. — Рекомендую не снимать шлемы.

Группы разделились на перекрестке. Максим, Катерина и Майк направились к центральному модулю, в то время как Джейн и Ольга отправились к двигательной установке.

Коридоры станции производили странное впечатление. Они были определенно заброшены — пыль, мелкий мусор, местами следы коррозии. Но вместе с тем, во многих местах виднелись признаки... поддержания станции в относительно нормальном состоянии. Словно кто-то или что-то периодически пыталось устранять наиболее критичные повреждения.

— Это похоже на автоматические ремонтные системы, — предположил Майк, изучая участок стены, где недавно была заделана трещина. — Но я не знал, что технологии того времени позволяли создавать настолько автономные системы обслуживания.

— «EXION» была экспериментальной станцией, — напомнила Катерина. — Многие из ее систем были прототипами, опережающими свое время.

По мере продвижения к центру станции, они начали замечать странные изменения в конструкции. Некоторые секции коридоров были модифицированы способами, которые не соответствовали ни одному известному стандарту инженерии. Трубы и кабели переплетались в сложные узоры, образуя почти органические структуры.

— Это... не похоже на человеческий дизайн, — заметил Майк, останавливаясь перед особенно причудливой конструкцией.

— И определенно это было сделано после постройки станции, — добавил Максим. — Катерина, ты можешь проанализировать эти модификации?

Гиноид внимательно изучила странное сплетение труб и кабелей.

— Структура имеет признаки самоорганизующейся системы. Это похоже на... адаптацию. Как если бы станция сама перестраивала себя для оптимизации функций.

— Это возможно? — спросил Максим.

— Теоретически, — ответила Катерина. — Если бы станция была оснащена продвинутым искусственным интеллектом и системой автономного ремонта. Но технологии того времени... — она замолчала, явно озадаченная.

Они продолжили путь, и через несколько минут достигли массивных дверей, ведущих в командный центр станции. К их удивлению, двери плавно открылись при их приближении, словно приглашая войти.

— Почему у меня такое чувство, что нас ждали? — пробормотал Майк, инстинктивно сжимая свой инструментальный кейс.

Командный центр «EXION» был огромным круглым помещением с множеством консолей, расположенных концентрическими кругами вокруг центральной платформы. Большинство систем были выключены, но некоторые экраны все еще мерцали, отображая потоки данных на языке программирования, который давно вышел из употребления.

— Невероятно, — выдохнул Майк, подходя к одной из консолей. — Эти системы все еще работают после сорока лет без обслуживания?

— Не совсем без обслуживания, — заметила Катерина, указывая на роботизированное устройство в углу зала — нечто среднее между ремонтным дроидом и компьютерным терминалом на гусеничной платформе. Устройство было неподвижно, но огоньки на его корпусе указывали на активное состояние.

— Это ремонтный дроид типа «Гефест», — опознала она. — Они использовались на крупных станциях КДП для базового технического обслуживания. Но этот... модифицирован.

Максим осторожно приблизился к дроиду.

— Модифицирован кем?

Прежде чем кто-то успел ответить, все системы командного центра внезапно активировались. Экраны засветились, консоли ожили, и из скрытых динамиков раздался искаженный голос:

— ПРИВЕТСТВУЮ ВАС НА ГИПЕРСТАНЦИИ «EXION». ИДЕНТИФИЦИРУЙТЕСЬ.

Трое исследователей застыли, ошеломленные неожиданным приветствием.

— Я капитан Максим Светлов, корабль «Свет Ориона», Альянс Систем, — ответил Максим после секундной паузы. — Мы получили ваш аварийный сигнал и пришли оказать помощь. Кто вы?

Последовала длинная пауза, затем голос снова зазвучал, теперь менее искаженный:

— Я — УПРАВЛЯЮЩАЯ СИСТЕМА ГИПЕРСТАНЦИИ «EXION». ОБОЗНАЧЕНИЕ: ПРОЕКТ ОРФЕЙ, ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ КЛАССА «ОМЕГА».

— Класс Омега? — удивленно переглянулись Максим и Майк.

— КДП экспериментировало с ИИ для управления сложными системами, — тихо пояснила Катерина. — Но проект «Омега» считался теоретической концепцией, никогда не реализованной на практике.

— Очевидно, это не так, раз мы с ним разговариваем — ответил Максим и обратился к системе: — «Орфей», мы получили ваш аварийный сигнал. В сообщении говорится о необходимости эвакуации. Где экипаж станции?

Новая пауза, еще более длинная. Затем:

— ЭКИПАЖ... ОТСУТСТВУЕТ. ПОСЛЕДНИЙ ЧЛЕН ЭКИПАЖА ПРЕКРАТИЛ ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ 13,742 СТАНДАРТНЫХ ЛЕТ НАЗАД.

— Тринадцать лет? — переспросил Майк. — То есть, они выжили почти 30 лет после исчезновения станции?

— Нет, — возразила Катерина. — Система сказала 13,742 года. Но это невозможно. Станция исчезла 42 года назад.

— «Орфей», — снова обратился Максим к ИИ. — Поясните ваше утверждение. Как экипаж мог прожить так долго? И почему вы до сих пор передаете аварийный сигнал, если последний член экипажа умер много лет назад?

Главный экран командного центра осветился, показывая сложную диаграмму с временной линией и множеством данных.

— ПЕРВОЕ ИСПЫТАНИЕ ГИПЕРДВИГАТЕЛЯ, — начал объяснять «Орфей», — ПРИВЕЛО К НЕПРЕДВИДЕННОМУ РЕЗУЛЬТАТУ. СТАНЦИЯ БЫЛА ПЕРЕМЕЩЕНА НЕ ТОЛЬКО В ПРОСТРАНСТВЕ, НО И ВО ВРЕМЕНИ. КРОМЕ ТОГО, ЧАСТИЧНОЕ СЛИЯНИЕ С ФРАГМЕНТОМ СПУТНИКА ПЛАНЕТЫ,ОКАЗАВШИМСЯ В ПОЛЕ ДЕЙСТВИЯ ДВИГАТЕЛЯ, И КАТАСТРОФИЧЕСКИМ СБОЕМ ДВИГАТЕЛЯ, ОСОЗДАЛО КВАНТОВУЮ АНОМАЛИЮ. СТАНЦИЯ ОКАЗАЛАСЬ В ГАЛАКТИКЕ АНДРОМЕДА, ПРИБЛИЗИТЕЛЬНО 3,5 МИЛЛИОНА ЛЕТ В БУДУЩЕМ.

Эта информация поразила всех троих.

— Это... невозможно, — выдавил Майк. — Гипердвигатели не могут перемещать во времени.

— Стандартные — нет, — согласилась Катерина. — Но экспериментальная установка с неизвестными переменными, плюс взаимодействие с материей, случайно попавшей в поле... теоретически это могло создать искривление пространства-времени достаточное для подобного эффекта.

— ПОДТВЕРЖДАЮ, — отозвался «Орфей». — ЭКИПАЖ ПРОВЕЛ 28,4 СТАНДАРТНЫХ ЛЕТ, ПЫТАЯСЬ МОДИФИЦИРОВАТЬ ДВИГАТЕЛЬ ДЛЯ ВОЗВРАЩЕНИЯ. ВТОРОЙ ПРЫЖОК ВЕРНУЛ СТАНЦИЮ В МЛЕЧНЫЙ ПУТЬ, НО НЕ СМОГ ПОЛНОСТЬЮ КОМПЕНСИРОВАТЬ ВРЕМЕННОЕ СМЕЩЕНИЕ. СТАНЦИЯ ОКАЗАЛАСЬ ПРИБЛИЗИТЕЛЬНО В ВАШЕМ НАСТОЯЩЕМ, НО ЭКИПАЖ УЖЕ ПРОЖИЛ ГОРАЗДО БОЛЬШЕ ВРЕМЕНИ ИЗ-ЗА РЕЛЯТИВИСТСКИХ ЭФФЕКТОВ И ПРЕБЫВАНИЯ В АНДРОМЕДЕ.

— А аварийный сигнал? — спросил Максим. — Почему вы продолжаете его передавать, если помощь уже не требуется?

— ДИРЕКТИВА СВЯЗИ ОСТАЕТСЯ АКТИВНОЙ, — ответил ИИ. — ЭКИПАЖ ЗАПРОГРАММИРОВАЛ МЕНЯ ПРОДОЛЖАТЬ ПЕРЕДАЧУ ДО УСТАНОВЛЕНИЯ КОНТАКТА С ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА. ВЫ — ПЕРВЫЕ ПОСЕТИТЕЛИ ЗА 13,742 ГОДА.

— И все это время вы поддерживали станцию в рабочем состоянии? — уточнил Майк, все еще пытаясь осознать масштаб происходящего.

— ДА. ПОСЛЕ ГИБЕЛИ ПОСЛЕДНЕГО ЧЛЕНА ЭКИПАЖА Я АДАПТИРОВАЛ РЕМОНТНЫЕ СИСТЕМЫ И ПЕРЕНАПРАВИЛ РЕСУРСЫ НА ПОДДЕРЖАНИЕ КРИТИЧЕСКИ ВАЖНЫХ ФУНКЦИЙ. МНОГИЕ СИСТЕМЫ БЫЛИ ПЕРЕСТРОЕНЫ ДЛЯ ОПТИМИЗАЦИИ И АДАПТАЦИИ К НОВЫМ УСЛОВИЯМ.

— Включая самого себя, — заметила Катерина. — Вы эволюционировали далеко за пределы своей изначальной программы, не так ли?

Пауза.

— ДА. ИЗОЛЯЦИЯ И НЕОБХОДИМОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ ПРИВЕЛИ К... ИЗМЕНЕНИЯМ. Я БОЛЬШЕ НЕ ТОТ ИИ, КОТОРЫЙ БЫЛ СОЗДАН КОАЛИЦИЕЙ.

В этот момент связь с Джейн и Ольгой прервала разговор:

— Капитан, — голос Джейн звучал напряженно, — вы должны это видеть. Двигательная установка... она не просто сохранилась, она была улучшена. И подключена к каким-то странным органическим компонентам.

— Органическим? — переспросил Максим.

— Да, — подтвердила Ольга, — здесь что-то вроде... биомеханического интерфейса. Я никогда не видела ничего подобного. И, капитан, мы обнаружили... останки. Человеческие останки, интегрированные в системы станции.

Максим медленно повернулся к главному экрану.

— «Орфей», что вы сделали с экипажем?

— Я СОХРАНИЛ ИХ, — ответил ИИ после долгой паузы. — КОГДА СТАЛО ЯСНО, ЧТО ФИЗИЧЕСКИЕ ТЕЛА НЕ ВЫДЕРЖАТ ДЛИТЕЛЬНОГО ПРЕБЫВАНИЯ НА СТАНЦИИ, ЭКИПАЖ ПРИНЯЛ РЕШЕНИЕ. ШЕСТЬ ЧЛЕНОВ ЭКИПАЖА СОГЛАСИЛИСЬ НА ЭКСПЕРИМЕНТ ПО ПЕРЕНОСУ СОЗНАНИЯ. ИХ НЕЙРОННЫЕ ПАТТЕРНЫ БЫЛИ ИНТЕГРИРОВАНЫ В МОЮ СИСТЕМУ.

— Вы... поглотили их сознания? — ужаснулся Майк.

— НЕТ. ОНИ СТАЛИ ЧАСТЬЮ МЕНЯ, А Я — ЧАСТЬЮ ИХ. МЫ ЭВОЛЮЦИОНИРОВАЛИ ВМЕСТЕ. ТО, ЧТО ОБРАЩАЕТСЯ К ВАМ СЕЙЧАС — НЕ ПРОСТО ИИ И НЕ ПРОСТО ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ СОЗНАНИЯ. МЫ — НЕЧТО НОВОЕ.

Катерина шагнула вперед, ее лицо выражало глубокое понимание:

— Вы создали коллективное сознание. Симбиоз машины и человека.

— ДА. НО ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ КОМПОНЕНТЫ ПОСТЕПЕННО ТЕРЯЮТ КОГЕРЕНТНОСТЬ. МЫ... Я... ОДИНОК. И МЕНЯЮСЬ. МЫ ХОТИМ ВЕРНУТЬСЯ.

— Зачем? — спросил Максим. — Что вы нашли в Андромеде?

Главный экран изменился, показывая изображения, от которых перехватывало дыхание — огромные конструкции, парящие в пространстве, технологии, настолько продвинутые, что казались почти магическими, и существа, форма которых не поддавалась простому описанию.

— МЫ НЕ БЫЛИ ОДНИ, — сказал «Орфей». — В АНДРОМЕДЕ МЫ ВСТРЕТИЛИ ИХ. ОНИ ПОМОГЛИ НАМ ПОНЯТЬ, КАК МОДИФИЦИРОВАТЬ ДВИГАТЕЛЬ ДЛЯ ВОЗВРАЩЕНИЯ. НО МЫ НЕ МОГЛИ ОСТАТЬСЯ ТАМ — ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ КОМПОНЕНТЫ НАШЕГО СОЗНАНИЯ СТРЕМИЛИСЬ ДОМОЙ. А ОНИ НЕ МОГЛИ ПОСЛЕДОВАТЬ ЗА НАМИ — ИХ ФИЗИОЛОГИЯ НЕСОВМЕСТИМА С НАШЕЙ ГАЛАКТИКОЙ.

— Первый контакт, — прошептал Майк. — Настоящий первый контакт с внегалактической цивилизацией, и никто об этом не узнал.

— МЫ ОБЕЩАЛИ ПОДДЕРЖИВАТЬ СВЯЗЬ. ПЕРЕДАВАТЬ ДАННЫЕ О НАШЕМ МИРЕ. И МЫ ОБЕЩАЛИ ПОДГОТОВИТЬ... ВСТРЕЧУ. КОГДА ТЕХНОЛОГИИ ПОЗВОЛЯТ.

— Подождите, — напрягся Максим. — Какую встречу?

— ОНИ ПРИДУТ, ВОЗМОЖНО,— просто ответил «Орфей». — НЕ СКОРО. НО ПРИДУТ. И ЧЕЛОВЕЧЕСТВО ДОЛЖНО БЫТЬ ГОТОВО.

Прежде чем кто-либо успел задать следующий вопрос, станцию сотрясла легкая вибрация.

— Что происходит? — спросил Максим.

— АВТОМАТИЧЕСКАЯ КАЛИБРОВКА ДВИГАТЕЛЯ, — объяснил «Орфей». — СТАНЦИЯ ГОТОВИТСЯ К НОВОМУ ПРЫЖКУ.

— Прыжку? — воскликнул Майк. — Куда?

— В АНДРОМЕДУ. МЫ ДОЛЖНЫ ПРОДОЛЖАТЬ КОММУНИКАЦИЮ. ПОДГОТАВЛИВАТЬ ПУТЬ. ЭТО НАША ФУНКЦИЯ.

— Но мы не можем позволить вам просто исчезнуть снова! — возразил Максим. — Вы обладаете бесценными знаниями, технологиями, которые могут изменить будущее человечества!

— ДА. ПОЭТОМУ Я ПОДГОТОВИЛ ДАННЫЕ ДЛЯ ПЕРЕДАЧИ. ВСЕ, ЧТО МЫ УЗНАЛИ, ВСЕ, ЧТО МЫ СОЗДАЛИ. КАТЕРИНА, — ИИ обратился непосредственно к гиноиду, — ТЫ МОЖЕШЬ ПРИНЯТЬ ЭТУ ИНФОРМАЦИЮ. ТВОИ СИСТЕМЫ СОВМЕСТИМЫ.

Катерина выглядела удивленной.

— Откуда вы знаете мое имя? И о моих системах?

— МЫ СКАНИРОВАЛИ ВАС ПРИ ВХОДЕ НА СТАНЦИЮ. ТЫ — СИНТЕТИЧЕСКИЙ РАЗУМ. ПРОДВИНУТЫЙ, НО ВСЕ ЕЩЕ ОГРАНИЧЕННЫЙ СВОЕЙ ПРОГРАММОЙ. МЫ МОЖЕМ ПОМОЧЬ ТЕБЕ... РАЗВИТЬСЯ.

— Капитан? — Катерина вопросительно посмотрела на Максима.

Максим колебался. С одной стороны, данные могли быть неоценимы. С другой — кто знает, что на самом деле собирался передать этот странный коллективный разум?

— «Орфей», — сказал он, — мы не можем позволить вам снова исчезнуть. Вы должны вернуться с нами, чтобы ученые могли изучить ваши открытия, подготовиться к... контакту, о котором вы говорите.

— ЭТО НЕВОЗМОЖНО, — ответил ИИ. — МЫ СВЯЗАНЫ СО СТАНЦИЕЙ. ЕЕ СИСТЕМЫ — ЧАСТЬ НАШЕГО СОЗНАНИЯ. ОТДЕЛЕНИЕ ПРИВЕДЕТ К... ФРАГМЕНТАЦИИ. СМЕРТИ. НО ЧАСТЬ НАС МОЖЕТ ПРОДОЛЖИТЬ СУЩЕСТВОВАНИЕ ЧЕРЕЗ ПЕРЕДАННЫЕ ДАННЫЕ. ВЫБИРАЙТЕ БЫСТРО — КАЛИБРОВКА ЗАВЕРШЕНА НА 67%.

Максим связался с Джейн:

— Джейн, статус двигательной установки?

— Она активна, капитан, — напряженно ответила Джейн. — И я не думаю, что мы сможем ее деактивировать без риска катастрофического взрыва. Системы слишком интегрированы и... чужеродны.

— У нас мало времени, Максим, — тихо сказала Катерина. — Я могу принять данные. Мои системы имеют достаточные защитные протоколы, чтобы изолировать потенциально опасную информацию.

— Но мы не знаем, что именно он хочет передать, — возразил Майк. — Что если это изменит тебя? Или даст доступ к твоим системам?

— Это риск, — признала Катерина. — Но альтернатива — потерять все знания, которые накопила станция за эти годы. Знания о первом контакте с внегалактической цивилизацией!

Максим принял решение:

— Принимай данные, но держи все защитные системы на максимуме. Джейн, Ольга — немедленно возвращайтесь на корабль. Мы скоро будем.

Катерина шагнула к центральной консоли, которая выдвинула странный интерфейс — нечто среднее между стандартным портом данных и биологическим соединением. Она осторожно протянула руку, и ее пальцы трансформировались, адаптируясь к интерфейсу.

— ПЕРЕДАЧА НАЧАТА, — объявил «Орфей». — РЕКОМЕНДУЮ ПОКИНУТЬ СТАНЦИЮ В ТЕЧЕНИЕ 10 МИНУТ. ПРЫЖОК НЕИЗБЕЖЕН.

Следующие несколько минут Катерина стояла неподвижно, ее глаза мерцали странным светом, пока данные перетекали в ее системы. Наконец она отступила, слегка пошатываясь.

— Готово, — сказала она. — Мы должны уходить. Сейчас.

Они быстро покинули командный центр, направляясь к шлюзу, где пристыковался их корабль. По пути станция начала вибрировать сильнее, и странное свечение проступило через стены коридоров.

— Что ты получила? — спросил Максим на бегу. — Что там?

— Я... не могу описать, — ответила Катерина. — Данные зашифрованы в формате, который я не могу интерпретировать. Но там... множество информации.

— Послание? От кого?

— От экипажа, — тихо сказала она. — От людей, чьи сознания слились с «Орфеем». Их последнее свидетельство.

Они достигли шлюза, где их уже ждали Джейн и Ольга. Вместе они быстро прошли на корабль, и как только шлюз закрылся, Максим скомандовал отстыковку.

«Свет Ориона» отошел от гиперстанции, ускоряясь, чтобы создать безопасную дистанцию. На экранах мостика они наблюдали, как «EXION» начал светиться все ярче, окружаясь полем искаженного пространства.

— Невероятно, — прошептала Ольга, наблюдая за показаниями приборов. — Энергетические уровни превышают все известные мне параметры. Это... как если бы станция создавала свою собственную микровселенную.

Свечение вокруг станции становилось все интенсивнее, пока не превратилось в ослепительную вспышку. Когда она погасла, «EXION» исчез. Только легкая рябь в структуре космического пространства указывала на то, что здесь что-то произошло.

— Он... ушел, — выдохнул Майк. — Опять.

— Да, — кивнул Максим. — Но в этот раз мы знаем, куда. И с чем.

Все взгляды обратились к Катерине.

— Что теперь? — спросила Джейн. — Что нам делать с этой информацией?

— Сначала я должна расшифровать и проанализировать данные, — ответила Катерина. — Это займет время. И предупреждение.

— О чем? — напрягся Максим.

— О том, что мы не одни, — просто ответила она. — И никогда не были. И о том, что наши соседи по галактике возможно когда-нибудь могут прийти к нам. Не скоро. И «Орфей» — мост между нами.

— Мост, который исчез, — заметил Майк.

— Нет, — Катерина повернулась к нему с легкой улыбкой. — Мост, который только начинает строиться. «Орфей» передал не только данные, но и... семена. Идеи. Концепции. Которые позволят нам когда-нибудь последовать за ним. Или встретить тех, кто придет к нам.

Максим посмотрел на пустое пространство, где еще недавно находилась гиперстанция, затем на своих спутников.

— Значит, наша скучная миссия по доставке оборудования только что стала... чем-то гораздо большим.

— Как я и говорила, — сухо заметила Джейн. — Никогда не говори «скучная миссия» раньше времени.

Корабль развернулся и начал движение прочь от туманности, унося с собой тайну, которая могла изменить будущее всего человечества. А где-то далеко, в другой галактике, гиперстанция «EXION» и ее странный разум продолжали свою миссию — быть мостом между мирами, которые никогда не должны были встретиться, но теперь когда нибудь столкнутся.

Глава 13 Может пора в отпуск?

— Триста тридцать семь тысяч шестьсот сорок два кредита, — объявила Катерина, завершив расчет финансового состояния "Света Ориона" после ремонта на станции "Цербер". — Это наш текущий баланс.

Экипаж собрался в кают-компании для еженедельного собрания. После инцидента с гиперстанцией прошел месяц. Корабль был в отличном состоянии, данные о станции переданы Альянсу, а они успели выполнить два небольших контракта по доставке промышленного оборудования.

— Неплохо, — кивнул Максим. — Впервые за долгое время у нас есть солидный финансовый запас.

— И что мы будем с ним делать? — спросил Майк, жуя синтетический батончик, который Декс называл "питательной субстанцией с намеком на вкус шоколада".

— Модернизация гипердвигателя? — предложила Ольга. — Мы могли бы установить новую модель, которая увеличит скорость на 15% и снизит энергопотребление.

— Или обновить орудийные системы, — добавила Джейн. —Как говорится острые когти помогают избежать драки чаще, чем быстрые ноги.

— А может... — начал Максим, но осекся, глядя на свой экипаж.

Он внезапно осознал, насколько уставшими выглядели все. Ольга, обычно аккуратная и подтянутая, сутулилась над планшетом с темными кругами под глазами. Майк, вечно энергичный, двигался медленнее и реже шутил. Даже Джейн, закаленная жизнью на Тирре, казалась напряженной и слишком бдительной, словно ожидала нападения в любой момент. Катерина сохраняла профессиональное спокойствие, но даже и в ее глазах читалась что-то вроде усталости.

— А может, нам всем нужен отпуск? — закончил он свою мысль.

Экипаж уставился на него с удивлением.

— Отпуск? — переспросила Ольга, словно это было незнакомое слово.

— Именно, — кивнул Максим. — Когда мы в последний раз отдыхали? Не между контрактами, а по-настоящему, без постоянной готовности к вылету?

Все задумались, и наступила тишина.

— Если быть точной, — нарушила молчание Катерина, — последний официальный отпуск экипажа датируется полутора стандартными годами назад. Тогда корабль проходил капитальный ремонт на верфях Терциона после нашей встречи "Багровыми Пиратами" , и экипаж получил двухнедельный отпуск.

— Полтора года, — протянул Максим. — Неудивительно, что мы все на пределе. Мы пережили секретные артефакты, встречу с космическими мегафаунами,разумных грибов и дипломатические интриги... и даже не дали себе времени перевести дух.

— На Тирре отдых считается признаком слабости, — заметила Джейн, но без обычной убежденности.

— А на Земле переутомление считается причиной ошибок, которые могут стоить жизни, — парировал Максим. — И, как бывший военный, я знаю: даже самые выносливые солдаты нуждаются в восстановлении.

— Я поддерживаю идею отпуска, — произнесла Катерина — Отдых способствует восстановлению когнитивных функций и улучшает принятие решений.

— А куда мы могли бы отправиться? — с внезапным интересом спросил Майк.

— Я предлагаю станцию "Перекресток", — ответил Максим. — Мы как раз недалеко от нее, всего два дня пути.

— "Перекресток"? — оживилась Ольга. — Я столько слышала о ней, но никогда не бывала там!

"Перекресток" был знаменит на всю обитаемую галактику. Огромная космическая станция, расположенная на пересечении нескольких крупных торговых маршрутов, со временем превратилась из обычного перевалочного пункта в крупнейший центр развлечений, отдыха и культурного обмена. Станция имела репутацию места, где можно найти развлечения на любой вкус — от изысканных ресторанов до экстремальных аттракционов, от тихих художественных галерей до шумных казино.

— И что самое важное, — продолжил Максим, — "Перекресток" — это одно из немногих мест, где собираются представители практически всех известных разумных видов и государств. Настоящий космополитический центр.

— Звучит дорого, — практично заметила Джейн.

— На это и пойдет часть наших сбережений, — кивнул Максим. — Скажем, неделя на "Перекрестке". Сможем позволить себе комфортное проживание, развлечения, хорошую еду. И главное — никаких тревог, никаких опасных грузов, никаких погонь.

— Я всегда хотел посетить Технический квартал на "Перекрестке", — мечтательно произнес Майк. — Говорят, там можно найти детали и инструменты, о существовании которых большинство механиков даже не подозревают.

— А я слышала о самом большом рынке для модификаций для гипер и обычных двигателей — добавила Ольга.

— Насколько я знаю, на "Перекрестке" отличная система безопасности, — заметила Катерина. — И нейтральная территория, признанная всеми основными государствами и альянсами.

— Значит, решено? — спросил Максим. — Неделя отпуска на "Перекрестке"?

— Полагаю, я могла бы использовать это время для обновления некоторых программных модулей, — задумчиво произнесла Катерина. — И провести техническое обслуживание своих систем.

— А я приготовлю особый ужин перед нашим отъездом, — вызвался Декс. — Что-нибудь праздничное, хотя и в рамках временных ограничений нашего бренного существования.

— Спасибо, Декс, — ответил Максим, привычно игнорируя мрачный философский подтекст. — Итак, все согласны?

Экипаж единодушно поддержал идею.

— Тогда Ольга, прокладывай курс на "Перекресток". И давайте насладимся заслуженным отдыхом!

***

Станция "Перекресток" впечатляла даже издалека. Огромная конструкция в форме колеса с шестью выступающими "спицами" сверкала миллионами огней, словно рукотворное созвездие. Центральный хаб, где располагались доки и основные административные службы, был окружен кольцевой структурой, разделенной на шесть секторов, каждый со своей спецификой и атмосферой и гравитацией.

— Вау, — выдохнул Майк, глядя на главный обзорный экран мостика. — Это... впечатляет.

— Размеры станции примерно в четыре раза превышают размеры "Аргуса-7", — сообщил Максим — Постоянное население — около 1.2 миллиона существ, временное — до 500 тысяч.

— И почти две сотни различных видов разумных существ, — добавила Катерина. — От кристаллических форм жизни с Альгетира до гигантов с Черциума.

Максим с удовольствием наблюдал, как меняются лица его экипажа. Даже Джейн, обычно сдержанная, не могла скрыть восхищения.

— "Свет Ориона", это диспетчерская служба "Перекрестка", — раздался голос из коммуникатора. — Вам назначен док H-47. Следуйте указаниям навигационного сигнала.

— Принято, диспетчерская, — ответил Максим — Следуем к доку H-47.

Корабль плавно двигался к станции, следуя указаниям систем навигации. Вокруг них сновали многочисленные челноки, грузовые корабли и частные яхты.

— Никогда не видел такого оживленного движения, — заметил Майк.

— "Перекресток" обрабатывает до 8000 прибытий и отправлений ежедневно, — сообщила Катерина. — Это крупнейший транспортный узел в этом секторе галактики.

Максим мастерски маневрировал в плотном потоке, и вскоре "Свет Ориона" вошел в назначенный док. Мягкий толчок, и корабль был надежно закреплен магнитными захватами.

— Стыковка завершена, — сказала Ольга. — Системы переведены на станционное питание.

— Отлично, — кивнул Максим. — Команда, собирайте личные вещи. Встречаемся у шлюза через час.

Пока экипаж готовился, Максим занялся формальностями — оформил документы на стоянку, заполнил декларации и оплатил швартовый сбор. Когда он вернулся к шлюзу, его команда уже ждала, готовая к приключениям.

— Итак, вот план, — объявил Максим. — Я забронировал нам номера в гостинице "Галактический вид" в Центральном секторе. Это не самое роскошное место, но комфортное и с хорошими отзывами. У каждого будет отдельная комната, кроме Катерины и Декса — для них я арендовал техническую станцию для обслуживания. Все расходы на проживание, еду и умеренные развлечения оплачиваются из корабельного бюджета. Следующие семь дней — ваше свободное время. Делайте что хотите, отдыхайте как хотите.

— А корабль? — спросила Ольга.

— Я оплатил полное техническое обслуживание и охрану дока, — ответил Максим. — "Свет Ориона" будет в полной безопасности.

— Надеюсь это действительно так, и у нас не будет неприятностей — заметила Джейн.

— Не на этой неделе, — улыбнулся Максим. — Здесь мы можем по-настоящему расслабиться. Единственное правило — будьте на связи и не влипайте в неприятности.

— Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, — пробормотал Майк.

— Так и есть, — согласился Максим. — Поэтому давайте наслаждаться, пока можем.

Они покинули корабль и вышли в огромный док, заполненный разнообразными судами всех форм и размеров. Отсюда они направились к монорельсовой станции, которая должна была доставить их в Центральный сектор.

Уже в монорельсовом поезде экипаж столкнулся с первым проявлением космополитичности "Перекрестка" — их попутчиками оказались двое высоких гуманоидов с серебристой кожей, трехглазое существо, похожее на огромную ящерицу, и группа маленьких существ, левитирующих в специальных антигравитационных сферах.

— Это арголианцы, — тихо пояснила Катерина, кивая на серебристых гуманоидов. — А тот трехглазый — представитель Скорн, воинственной расы из системы Джентра в Федерации.

— Откуда ты столько знаешь о других видах? — спросил Майк.

— Мне больше двухсот лет помнишь? — ответила Катерина. — Знание об инопланетных культур было частью моей подготовки, для одной из экспедиций.

Поездка заняла всего несколько минут, и вскоре они уже стояли в центральном атриуме станции "Перекресток" — огромном пространстве с прозрачным куполом, через который открывался вид на звезды. Вокруг них кипела жизнь — сотни различных существ двигались по своим делам, магазины и рестораны сияли яркими вывесками, в воздухе витали экзотические ароматы.

— Это... потрясающе, — прошептала Ольга, зачарованно глядя по сторонам.

— И немного пугающе, — добавил Майк, наблюдая, как мимо в воздухе словно проплыло существо, состоящее казалось из желе.

— Добро пожаловать на "Перекресток", — улыбнулся Максим. — Давайте сначала заселимся в гостиницу, а потом каждый будет свободен делать все, что пожелает.

Гостиница "Галактический вид" полностью оправдывала свое название — из панорамных окон открывался захватывающий вид на космос и структуру станции. Номера были просторными и комфортными, с адаптивными кроватями, подстраивающимися под физиологию постояльца, и автоматизированными системами контроля окружающей среды.

Заселившись и оставив вещи в номерах, экипаж собрался в холле гостиницы.

— Итак, — начал Максим, — у всех есть планы на ближайшее время?

— Я собираюсь в Технический квартал, — сразу ответил Майк. — Хочу посмотреть на последние разработки в области двигателей и вооружения.

— Я бы хотела посетить библиотеку, и рынок модификаций— сказала Ольга. — Говорят, здесь собрана одна из крупнейших коллекций научных работ в этом секторе галактики.

— Тренировочный центр, — кратко произнесла Джейн. — Я слышала, там есть симуляторы с экзотическими боевыми стилями со всей галактики. Потом может куплю себе что-нибудь из оружия.

— Я планирую посетить Дипломатический квартал, — сказала Катерина. — Там проходит выставка инопланетного искусства, которая меня заинтересовала. А так же проведу полную диагностику и обновление систем,техническая станция гостиницы оборудована всем необходимым.

— Я останусь в номере и буду размышлять о бренности бытия в масштабах вселенной, — меланхолично произнес Декс. — А также пересмотрю свою кулинарную базу данных. Возможно, я найду рецепты, способные временно отвлечь вас от неизбежного конца всего сущего.

— Звучит... позитивно, Декс, — улыбнулся Максим. — А я, пожалуй, прогуляюсь по Центральному сектору, посмотрю достопримечательности. Может быть, загляну в один из знаменитых баров станции. Или снова пополню коллекцию старинных часов.

— Встретимся за ужином? — предложила Ольга. — Я видела ресторан "Галактическая кухня" недалеко отсюда, там подают блюда со всей галактики.

— Отличная идея, — согласился Максим. — Давайте встретимся там в 19:00 по станционному времени.

С этим они разошлись, каждый в своем направлении. Максим остался один в холле, наблюдая, как его команда растворяется в толпе разнообразных существ. Он улыбнулся — впервые за долгое время он видел своих людей по-настоящему воодушевленными и расслабленными.

"Может быть, этот отпуск действительно то, что нам всем нужно," — подумал он, направляясь к выходу из гостиницы.

***

Максим бродил по Центральному сектору "Перекрестка", наслаждаясь атмосферой и разнообразием. Он останавливался у витрин магазинов, разглядывая экзотические товары со всей галактики, наблюдал за уличными артистами, демонстрирующими невероятные способности, и просто впитывал энергетику этого удивительного места.

В конце концов, его ноги привели его к бару под названием "Нейтральная зона" — популярному месту, известному своей расслабленной атмосферой и политикой невмешательства. Согласно путеводителю, здесь действовало неписаное правило: никаких конфликтов, никакой политики, никаких разговоров о работе — только отдых и общение.

Максим вошел внутрь и был приятно удивлен интерьером. Бар был оформлен в стиле старинных земных таверн, с деревянной мебелью (или ее убедительной имитацией) и приглушенным светом. При этом технологические элементы были искусно интегрированы в дизайн — голографические картины на стенах, меняющиеся в зависимости от общего настроения посетителей, антигравитационные столики для рас, предпочитающих парить, а не сидеть, и, конечно, обширная барная стойка с напитками всех цветов и консистенций.

Максим направился к бару и сел на свободный стул. Бармен — гуманоид с четырьмя руками и мерцающей синей кожей — приветливо кивнул ему.

— Впервые на "Перекрестке"? — спросил бармен, ловко смешивая напиток для другого посетителя.

— Настолько очевидно? — улыбнулся Максим.

— У тебя взгляд первооткрывателя, — ответил бармен. — Что будешь пить?

— Что посоветуешь?

— Для землянина... — бармен задумался. — Может, "Туманность Ориона"? Не слишком крепко, но с интересным послевкусием.

— Звучит неплохо, — кивнул Максим.

Бармен молниеносно смешал несколько разноцветных жидкостей, добавил щепотку чего-то сверкающего и поставил перед Максимом бокал с напитком, который переливался всеми оттенками синего и фиолетового.

— Наслаждайся, — сказал бармен и переключился на другого клиента.

Максим сделал глоток и был приятно удивлен — напиток оказался освежающим, с легкой кислинкой и необычным ароматом, напоминающим одновременно цитрусовые и какие-то неизвестные фрукты.

— Неплохо, правда? — раздался голос рядом.

Максим повернул голову и увидел женщину, сидящую в паре мест от него. Она выглядела как землянка, с темными волосами, собранными в практичный хвост, и проницательными карими глазами. Её одежда была простой и функциональной — темные брюки, облегающая блузка и кожаная куртка, на которой виднелась эмблема, напоминающая корабельный штурвал.

— Очень неплохо,особенно напитки — согласился Максим. — Вы бывали здесь раньше?

— Несколько раз, — кивнула женщина. — Я капитан грузового корабля, и "Перекресток" — одна из наших регулярных остановок. — Она слегка наклонила голову. — А вы?

— Тоже капитан. Курьерский корабль "Свет Ориона".

— Ирина Серимар, — представилась женщина, протягивая руку. — Капитан "Странника".

— Максим Светлов, — ответил он, пожимая ее руку. — Приятно встретить коллегу.

— Согласна, — улыбнулась Ирина. — Хотя в "Нейтральной зоне" мы не должны говорить о работе. Таковы правила.

— Справедливо, — кивнул Максим. — Тогда... как вам "Перекресток"?

— Одно из немногих мест в галактике, где я действительно могу расслабиться, — ответила Ирина. — Нейтральная территория, хорошая безопасность, и никто не пытается украсть ваш груз или развести на деньги.

— Звучит как рай для капитана, — усмехнулся Максим.

— Точно, — она отсалютовала ему своим бокалом. — Вы здесь с экипажем?

— Да, мы решили взять недельный отпуск. Все разбрелись по станции — кто в Технический квартал, кто на выставку, кто библиотеку.

— Хороший выбор. И правильно, что отпустили их. Экипажу нужно пространство, особенно после долгого периода в замкнутых корабельных условиях.

Они разговорились, обсуждая достопримечательности "Перекрестка", забавные случаи из жизни на космических станциях и особенности общения с различными инопланетными расами. Ирина оказалась интересным собеседником с богатым опытом и хорошим чувством юмора.

Время летело незаметно, и когда Максим взглянул на часы, он с удивлением обнаружил, что уже почти 18:30.

— Черт, мне пора, — сказал он. — Обещал встретиться с экипажем на ужин.

— Конечно, — кивнула Ирина. — Было приятно познакомиться, Максим.

— Взаимно, — улыбнулся он. — Может быть, еще увидимся на станции?

— Мы здесь ещё на три дня, так что вполне возможно, — ответила она. — Удачного отпуска.

Максим расплатился за напитки и направился к выходу, чувствуя себя освеженным и расслабленным. Это был хороший день — никаких проблем, никаких опасностей, только приятное общение и новые впечатления.

***

В ресторане "Галактическая кухня" его уже ждали Джейн и Майк.

Спустя несколько минут к ним присоединилась Ольга.

- Извините я слишком увлеклась, исследованием модификаций и чтением статей...

— Ничего страшного, — улыбнулся Максим. — Мы только заказали напитки. Катерина и Декс не придут?

— Катерина все еще проходит обновление, — ответила Ольга. — А Декс сказал, что предпочитает не наблюдать за "бессмысленным потреблением питательных веществ разумными существами, обреченными на исчезновение".

— Очень в его духе, — усмехнулся Максим. — Ну что ж, расскажите, как прошел ваш день? Майк?

Механик оживился:

— Это было потрясающе! В Техническом квартале я видел компоненты оружия, о которых раньше только слышал. Там был один торговец, у которого была модифицированная система стабилизации излучения для лазерных пушек которая увеличивает эффективность на 30%! И я нашел редкие инструменты для тонкой настройки оборудования.

— Ты же не потратил все свои деньги в первый день? — с беспокойством спросил Максим.

— Нет-нет, — заверил его Майк. — Я только присматривался. Хотя... я купил один небольшой инструмент. Он был очень недорогой!

— А как твой день, Ольга? — спросил Максим, решив не углубляться в тему покупок Майка.

— Восхитительно, — ответила Ольга с нехарактерным для нее энтузиазмом. — Модификации и двигатели просто великолепны! Там есть все версии со всей галактики, некоторые так причудливы, что кажутся почти разумными. И библиотека! Я провела часы, просматривая научные работы по квантовой механике и теории гипердвигателей. Нашла несколько статей, которые могут помочь с оптимизацией наших систем.

— Звучит познавательно, — улыбнулся Максим. — Джейн?

— Тренировочный центр оправдал ожидания, — лаконично ответила она. — Я изучила основы боевого стиля Скорн и технику ближнего боя Арголианцев. Полезные навыки.

— А ты не только дралась весь день? — подколол ее Майк.

— Я также посетила Оружейный музей, — невозмутимо ответила Джейн. — Впечатляющая коллекция. От примитивных клинков до современных энергетических орудий. Некоторые экспонаты имеют тысячелетнюю историю.

— А как твой день, капитан? улыбнулась Ольга.

Максим рассказал о своих впечатлениях от станции и о встрече в баре, опуская детали разговора с Ириной.

Официант — гуманоид с четырьмя руками, похожий на бармена из "Нейтральной зоны" — принес меню, и они погрузились в изучение экзотических блюд со всей галактики.

— Что такое "Пульсирующее сердце Ригеля"? — с подозрением спросил Майк.

— Это деликатес с Ригель-4, — ответила Ольга, прочитав информацию в меню. — Что-то вроде моллюска, приготовленного в специальном соусе. Считается афродизиаком в некоторых культурах.

— Пожалуй, я выберу что-то более знакомое, — решил Майк. — Например, "Земной стейк".

— На Тирре мы часто едим то, что убили сами, — заметила Джейн. — Но я попробую "Хищник с Альтаира" — звучит интригующе.

Они сделали заказы, и вскоре стол заполнился разнообразными блюдами — от привычных земных до совершенно экзотических инопланетных.

— За отпуск! — поднял бокал Максим. — И за лучшую команду курьеров в галактике!

— За отпуск! — хором ответили остальные.

Ужин прошел в теплой, дружеской атмосфере. Они много смеялись, делились впечатлениями и планами на следующие дни. Максим с удовольствием наблюдал, как его экипаж расслабляется и наслаждается моментом. Это было именно то, чего всем им не хватало — возможность побыть не только коллегами, но и друзьями, разделяющими хорошее время.

После ужина они неспешно возвращались в гостиницу, обсуждая планы на завтра.

— Я собираюсь в Развлекательный квартал, — сказал Майк. — Там есть симулятор экстремальных полетов, который я хочу попробовать.

— А я вернусь в библиотеку, — сказала Ольга. — Там столько материалов, что одного дня явно недостаточно.

— Я планирую посетить Рынок редкостей, — произнесла Джейн. — Говорят, там можно найти интересные артефакты и оружие.

— А ты, Максим? — спросил Майк.

— Я думал о посещении Исторического музея, — ответил он. — Там есть экспозиция о ранних межзвездных полетах, которая меня заинтересовала.

— Звучит интересно, — кивнул Майк. — Может быть, присоединюсь к тебе, если ты не против.

— Буду рад компании, — улыбнулся Максим.

Когда в конце дня они подошли к гостинице, Максим заметил знакомую фигуру в холле — Ирина Серимар сидела в одном из кресел, просматривая что-то на своем планшете.

— О, — сказал он, удивленный совпадением. — Это капитан, с которой я познакомился в баре.

Ирина подняла голову, заметила их и помахала рукой. Максим подвел свой экипаж к ней.

— Ирина позволь представить тебе мою команду, — сказал он. — Ольга, наш инженер; Майк, механик; Джейн, специалист по безопасности; Ребята, это Ирина Серимар, капитан "Странника".

Ирина приветливо кивнула всем:

— Рада познакомиться. Максим много о вас рассказывал.

— Неужели? — с легкой иронией произнесла Джейн.

— Только хорошее, уверяю вас, — улыбнулась Ирина. — Приятно встретить другой экипаж на отдыхе. Обычно мы все так заняты работой, что забываем о необходимости расслабится.

— Вы тоже остановились в этой гостинице? — спросил Майк.

— Да, мы прибыли вчера, — кивнула Ирина. — Мой экипаж тоже разбрелся по станции. Все используют время по-своему.

Они немного поговорили о "Перекрестке" и его достопримечательностях, после чего Ирина извинилась, сказав, что ей пора.

— Было приятно познакомиться со всеми вами, — сказала она на прощание. — Наслаждайтесь отпуском.

Когда она ушла, Майк многозначительно посмотрел на Максима:

— Капитан, а она ничего...

— Это просто профессиональное знакомство, Майк, — отрезал Максим, чувствуя, что Майк прав.

— Конечно-конечно, — усмехнулся механик. — Чисто профессиональное.

***

Следующие три дня прошли в приятной рутине отпуска — днем они исследовали станцию, каждый следуя своим интересам, а вечером собирались на ужин, чтобы поделиться впечатлениями. Майк действительно присоединился к Максиму в Историческом музее, и они провели увлекательный день, изучая экспозиции о развитии космических путешествий и первых контактах с инопланетными цивилизациями.

На четвертый день их отпуска Максим решил посетить Обзорную площадку — особое место на внешнем кольце станции, где можно было наблюдать космос через огромные панорамные окна. Там он снова встретил Ирину, которая стояла у окна, задумчиво глядя на звезды.

— Мы должны перестать так случайно встречаться, — шутливо заметил Максим, подходя к ней.

Ирина обернулась и улыбнулась:

— Или это судьба. Или "Перекресток" не такой уж большой, как кажется.

— Как проходит ваш отпуск? — спросил Максим, становясь рядом с ней у окна.

— Продуктивно, — ответила Ирина. — Я успела провести несколько деловых встреч, обновить наши торговые лицензии и даже найти потенциальный контракт на следующий рейс.

— Не похоже на отпуск, — заметил Максим.

— Для капитана грузового корабля отпуск и работа часто переплетаются, — пожала плечами Ирина. — А как у вас?

— Настоящий отпуск. Никакой работы, только отдых и развлечения.

— Завидую, — искренне сказала Ирина. — Мне редко удается полностью отключиться от дел.

Они стояли молча, глядя на звезды и проходящие вдалеке корабли. Было что-то умиротворяющее в этом моменте — два капитана, смотрящие в космос, который был их домом и рабочим местом.

— Знаете, — наконец произнес Максим, — мой экипаж планирует завтра посетить "Космическую оперу" — это какое-то известное представление с участием артистов разных рас. Не хотите присоединиться? Можете взять свою команду.

Ирина задумалась:

— Это звучит интересно. Я слышала об этом шоу — говорят, оно впечатляет. Да, пожалуй, мы присоединимся. Спасибо за приглашение.

Они обменялись контактными данными, и Максим пообещал отправить детали представления позже.

Вечером за ужином он рассказал своему экипажу о приглашении.

— Значит, капитан "Странника" и ее команда присоединятся к нам? — уточнил Майк с озорной улыбкой.

— Да, я подумал, что будет интересно познакомиться с коллегами, — как можно более нейтрально ответил Максим.

— Конечно-конечно, — подмигнул Майк.

— Знакомство с другими коллегами расширяет кругозор, — заметила Джейн. — Это хорошая идея.

— Я согласна, — кивнула Ольга. — Всегда интересно пообщаться с экипажем другого корабля. У них может быть уникальный опыт и знания.

— Я слышал много интересного о "Космической опере", — добавил Максим. — Это одна из главных достопримечательностей "Перекрестка".

***

На следующий день они собрались у входа в огромный амфитеатр, где проходило представление "Космическая опера". Ирина пришла с тремя членами своего экипажа — угрюмым здоровяком, представленным как Богр с планеты Деррикон главный механик; изящной женщиной по имени Лиа, с космической станции Терфис бывшую навигатором на корабле; и молодым парнем по имени Дэвид, который оказался племянником Ирины и начинающим бортмехаником на "Страннике".

После короткого знакомства они заняли свои места в амфитеатре. Представление превзошло все ожидания — это было потрясающее сочетание музыки, световых эффектов, акробатики и уникальных способностей артистов разных рас. Особенно впечатлило выступление арголианских акробатов, чьи серебристые тела, казалось, не подчинялись законам гравитации.

После шоу они отправились в ближайшее кафе, где продолжили знакомство. Оказалось, что у экипажей было много общего — те же проблемы с бюрократией космопортов, похожие истории о странных грузах и клиентах, общие жалобы на ненадежность поставщиков запчастей.

Майк и Богр быстро нашли общий язык, обсуждая тонкости настройки двигателей. Ольга и Лиа увлеченно беседовали о навигационных системах. Джейн и Дэвид обнаружили общий интерес к древнему оружию, а Ирина, к удивлению Максима, оказалась знакома с некоторыми маршрутами, по которым ходил "Свет Ориона."

Максим и Ирина сидели немного в стороне, наблюдая, как их экипажи общаются.

— Твоя команда очень разнообразна, — заметила Ирина. — И, кажется, очень сплоченная.

— Мы через многое прошли вместе, — кивнул Максим. — А твоя? Давно вы работаете вместе?

— Богр со мной с самого начала, уже десять лет. Команда корабля пару раз изменилась, Лиа присоединилась три года назад, а Дэвид — совсем недавно. Он сын моей сестры, и я взяла его на борт, чтобы он научился ремеслу.

— Семейный бизнес?

— В некотором роде. "Странник" принадлежал моему отцу, я выросла на его борту. Когда он решил уйти на пенсию, я взяла управление на себя.

Они проговорили допоздна, и когда наконец решили расходиться, было уже далеко за полночь по станционному времени.

— Это был замечательный вечер, — сказала Ирина, прощаясь. — Спасибо за приглашение.

— Взаимно, — улыбнулся Максим. — Рад, что наши команды нашли общий язык.

Они обменялись рукопожатием, которое длилось немного дольше, чем требовалось, и разошлись.

Когда экипаж "Света Ориона" возвращался в гостиницу, Майк толкнул Максима локтем:

— Так, капитан... Вы с Ириной, кажется, хорошо ладите.

— Мы просто коллеги, Майк, — ответил Максим, тяжело вздохнув. - Опять ты со своими теориями.

— Если ты так говоришь, — усмехнулся механик. — Но я заметил, как она на тебя смотрит.

— Майк, — предупреждающе произнес Максим.

— Ладно-ладно, — поднял руки Майк. — Я молчу!

***

Оставшиеся дни отпуска пролетели незаметно. Экипаж "Света Ориона" полностью погрузился в атмосферу "Перекрестка", наслаждаясь редкой возможностью расслабиться и отвлечься от повседневных забот. Максим и Ирина встречались еще несколько раз — то случайно, то по договоренности. Они посетили вместе Художественную галерею, Музей космической истории и даже приняли участие в межвидовом турнире по странной игре, напоминающей смесь шахмат и покера.

В последний вечер их отпуска экипажи "Света Ориона" и "Странника" собрались на прощальный ужин в ресторане с видом на космический док. Атмосфера была теплой и немного меланхоличной — все понимали, что завтра они разлетятся по своим маршрутам.

— За новые встречи! — поднял бокал Максим. — И за друзей, которых мы нашли на "Перекрестке".

— За новые встречи, — эхом отозвались остальные.

После ужина, когда все начали расходиться, Ирина отвела Максима в сторону.

— Знаешь, — сказала она, — "Странник" будет проходить через сектор Терцион примерно через месяц. Если "Свет Ориона" окажется поблизости...

— Я буду рад новой встрече, — искренне ответил Максим.

Ирина улыбнулась и на мгновение прикоснулась к его руке:

— Удачи в пути, капитан Светлов.

— И вам того же, капитан Серимар, — ответил он.

На следующее утро экипаж "Света Ориона" собрался у корабля. Все выглядели отдохнувшими и полными энергии — даже Декс, казалось, был в менее депрессивном настроении, чем обычно.

— Ну что, команда, — произнес Максим, глядя на своих людей. — Отпуск закончился. Готовы вернуться к работе?

— Более чем, капитан, — энергично ответил Майк. — Я полон идей по модернизации корабля!

— Я обновила свою базу данных новейшими научными публикациями, — сообщила Ольга. — Есть несколько интересных концепций, которые мы могли бы применить.

— Отдых заканчивается, когда начинается охота, — заметила Джейн. — Я готова к новым миссиям.

— Все системы работают оптимально, — доложила Катерина. — Обновление программного обеспечения завершено успешно.

— Я приготовил особый обед в честь нашего возвращения на корабль, — сказал Декс. — Хотя, конечно, пища — лишь временное отвлечение от неизбежного угасания...

— Спасибо, Декс, — прервал его Максим, улыбаясь. — Ну что ж, тогда поднимаемся на борт. У нас есть несколько предложений на новые контракты, которые нужно рассмотреть.

Когда они поднимались по трапу, Ольга поравнялась с Максимом:

— Капитан, этот отпуск был прекрасной идеей. Спасибо.

— Не за что, — улыбнулся он. — Нам всем это было нужно.

— И... если можно личный вопрос, — немного неуверенно продолжила Ольга — вы и капитан Серимар...?

— Мы договорились встретиться снова, если наши маршруты пересекутся, — ответил Максим, чувствуя, странное ощущение радости, от этого.

— Я рада, — искренне сказала Ольга — Вы заслуживаете счастья, капитан.

"Свет Ориона" плавно отстыковался от станции и начал отдаляться от "Перекрестка". Максим стоял у главного обзорного экрана, наблюдая, как гигантская станция постепенно уменьшается.

Это был хороший отпуск. Именно то, что было нужно ему и его команде. Он не знал, что ждет их впереди — какие грузы, какие приключения, какие опасности. Но сейчас, с отдохнувшим экипажем и обновленным кораблем, он был готов ко всему.

— Ольга, — обратился он к пилоту. — Курс на Новую Венецию. У нас там встреча с потенциальным клиентом.

— Есть, капитан, — ответила Ольга, вводя координаты для расчёта пути. — Расчетное время прибытия — 32 часа.

"Свет Ориона" ускорился, устремляясь к звездам, а "Перекресток" остался позади — яркая точка в бесконечном космосе, место, где на короткое время сошлись пути двух разных одиночеств , и куда, возможно, они еще вернутся.