Свадьба в большой семье

Глава 1

В Бостоне живёт большая семья, в которой всё очень сложно.

Николас со скандалом расстался с Салли в тот же день, когда узнал, что она ему изменяет. У Ника короткие чёрные волосы. Он давний возлюбленный Ким и отец Генри. Некоторое время был обручен с Салли, хотя всегда любил Ким, но им пришлось расстаться, и не на самой приятной ноте. Долгое время Ник думал, что Ким его ненавидит, но это не так. Ник – сын мистера Лайта – одного из самых богатых и влиятельных людей в городе. Ким - двадцативосьмилетняя девушка, поручитель и охотница за головами. Но это в прошлом. Сейчас она всего лишь шериф в Бостоне. У Ким мятежный и бунтарский дух, за который Николас её и полюбил. Она красива и очень отзывчива. У неё вьющееся длинные светлые локоны и большие зелёные глаза.

Два дня спустя Мелинда – приёмная мать Генри, замечает весьма забавную сцену в местном кафе. Мелинда красива, и у неё доброе сердце. Короткие волосы в неизменной изящной причёске, карие глаза и полные губы. Она приютила у себя малыша Генри, когда тому ещё и месяц не исполнился. Ким попросила её об этом сама, решив, что ребёнок не сможет жить с матерью-охотницей за головами.

— Ты меня преследуешь? — спрашивает Николас, когда к нему бесцеремонно подсаживается Ким.

— Я? Ты шутишь, верно? Здесь просто не занято.

Николас смотрит по сторонам — половина столиков пустует.

— Как будто это я хожу за тобой весь день. — Николас выжидательно смотрит на Ким.

Ну сколько ещё она будет это отрицать?

— Признаюсь.

Мелинда прячет улыбку в кружке кофе — она точно расскажет об этом Генри.

***

Сначала это был Генри, что вполне объяснимо. Он хотел, чтобы мама и папа снова сошлись. Потом Маргарет – мать Ким, что работает в местной школе учительницей старших классов. Ким при любом удобном случае упоминала Николаса. Затем Джеймс – её отец, который и взял её на должность шерифа, ещё не зная, что она его дочь. Она побывала в нескольких приёмных семьях. Так вышло, что ещё в роддоме её выкрали у них, чтобы продать малышку на органы, но у злоумышленников это не вышло, их поймали, а маленькую Ким отдали в детдом. Много лет Ким думала, что родители от неё отказались, но Джеймс заметил, как девушка похожа на них, подумал о том, что их дочери сейчас было бы столько же лет, сколько и Ким. Тест ДНК выявил, что она их дочь. Джеймс подружился с Ником и считал своей семьёй. Даже Мелинда намекала Ким, что им стоит возобновить отношения.

Ким всё отрицала подчистую, говорила, что не любит его, а сама вспомнила последнюю встречу с ним.

Как-то раз Генри уговорил всю свою семью выбраться в парк. Ким закончила уплетать гамбургер, к ней подошёл Лайт. Отец Ника был богат и влиятелен, но сыну всё это ни к чему. Он довольствуется тем, что есть сейчас, и никогда ничего не просил у отца.

— А ты неравнодушна к Николасу. — по-доброму усмехнулся он, с интересом рассматривая её глаза, словно пытаясь там найти ответ.

— С чего ты взял? — Ким старательно сделала безразличный вид.

— Не отрицайте, дорогая Ким. — улыбка стала шире.

Ким вспомнила недавний поцелуй.

— Прочитал по глазам.

А рядом стоит Николас, которого не видит Ким.

Она и сама не заметила, как озвучила свои мысли вслух, назвав сына Лайта красивым, сексуальным и то, что хотела бы…

Но тут подошёл Генри, на неё смотрели три пары удивлённых глаз. Ким поняла, что только что сказала и почувствовала себя очень неловко.

Я остаюсь. Ты - первая причина

Синий Жук остановился у гостиницы. Ким грустными глазами смотрит на Николаса.

— Что-то не так? — взволнованно спрашивает он.

— Надоело быть слабой. — вздохнула девушка.

Николас по-доброму усмехнулся.

— Ты никогда не была такой, Ким. Ты всегда боролась и побеждала. Ты всегда была сильной.

— Это другое. Теперь я должна решить с кем и где я хочу быть.

— Ты о чём, Ким? — Николас нахмурился.

— Дело в тебе. Я хочу быть с тобой, Николас. Но не где-нибудь,а здесь, в Бостоне, с нашим сыном, но…

Она замолчала, закусив губу. Николас медленно накрыл её ладонь, что так сильно вцепилась в руль, своей.

— Но что? — спросил он, предчувствуя неладное.

— Но ты уедешь, верно? Обратно в Нью-Йорк. Тебя здесь ничего не держит, теперь ты можешь изредка приезжать сюда к отцу и Генри. — говорила Ким, не глядя на него.

Он спокоен, как удав:

— С чего ты так решила? Бостон далеко не предел наших мечтаний, но… — он усмехнулся своим мыслям.

— Но что? — Ким обернулась к нему.

— Но здесь наша семья.

— Наша? — переспросила Ким, и надежда зажглась где-то глубоко в сердце.

Он кивнул:

— Я остаюсь. Ты — первая причина.

***

Уже три месяца они живут в одном из лучших номеров — это заслуга Мелинды. Она – успешная бизнесвумен, и по старой дружбе с Ким, помогла ей и Нику с переездом. Мелинда – брюнетка, которая обожает туфли на высоком каблуке и всегда очень модно одета.

Ким иногда кажется, что Николас её не замечает, и по совету, опять же, Мелинды, она надевает при нём самое вызывающее и открытое платье, что у неё есть, яркий макияж и украшения, обувь на самых высоких шпильках. Она напоминала девочку-подростка, который спешил на свою первую дискотеку.

Николас сосредоточенно стучит по клавишам ноутбука — Мелинда устроила его на должность журналиста, и он забылся в работе.

— Как я выгляжу? — к нему подходит Ким, делая вид, что ей безразличен его ответ, хотя она с нетерпением ждёт его реакции.

При виде неё у Николаса исказилось лицо, словно он съел лимон целиком.

— Куда ты намылилась в таком виде?

Между строк читалось:«В ЭТОМ ты никуда не пойдёшь!»

Ким, как могла, сохраняла спокойствие, но в душе расцвела улыбка.

— Во-первых, не намылилась, а собралась, а во-вторых, на свидание с Фредом. («В-третьих, оцени мою жертву ради тебя — я надела платье!»)

— Но… ты же его не любишь. И он встречается с Мелиндой.

— Но мы друзья и напарники, он же не в постель меня тащит! К тому же, ты меня никуда не водишь!

— Тогда я приглашаю тебя прямо сейчас! — уверенно заявляет он.

— Куда?

— В театр, в клуб, в ресторан, куда хочешь! Только с условием, что ты переоденешься и смоешь этот ужасный макияж.

— Уже бегу! — Ким крепко прижалась к щеке возлюбленного губами, прежде чем скрыться в комнате. — Николас, мне жутко тесно в этом платье, я бы хотела переодеться в джинсы.

— Ты неисправима! — с улыбкой хмыкнул он ей вслед.

Совет Мелинды сработал! Нужно будет её поблагодарить! Интересно, она на Фреде такое проверяла?

***

Они рассматривают фотографии годовой давности, что были сделаны в Бостоне.

Ким показывает фото, где они знакомятся с Салли. Гиблая история. Ким до сих пор жалеет, что успела врезать только ей, а Грегу нет – эта безмозглая парочка чуть не похитила Генри. Видите ли, они решили, что раз Ник сын богача, то можно будет на нём поживиться. Салли влюбила его в себя, а Грег выкрал Генри, чтобы требовать выкуп. Но Ник гол, как сокол, а сына они потом вызволяли всей семьей.

— Я приревновала тебя к ней.

— Знаю. Хоть ты и отрицала, но знаю. — улыбается он и обнимает её одной рукой за плечо, чуть прижимая к себе. — Но ты тогда встречалась с Фредом.

— Хотелось позлить. Тебя, Мелинду, всех. — она улыбается — всё это давно позади. — А Фред… он словно всё понимал. Или так и было? Но, думаю, он всё равно не скажет правду. Я была влюблена в тебя.

— Я… очень рад.

— Что была влюблена?

— Что любишь сейчас.

Пончики, мороженое и виски

Ким и девятилетний Генри за обе щеки уплетают мороженое — по одной круглой коробке каждый, в доме Маргарет и Джеймса, которые, как и мистер Лайт, являются его бабушкой и дедушкой. Входит Николас.

— Это так ты помогаешь сыну с домашкой? — мягко упрекает Николас и садится рядом с ней.

— Не ворчи. Миссия выполнена. Это — вознаграждение. — Ким улыбнулась и протянула возлюбленному ложку с клубничным мороженым.

Тот облизал ложку и с довольным видом откинулся на спинку дивана.

— А сейчас придёт дедушка Джеймс, и мы пойдём кататься на велосипеде, верно, пап?

Николас притворился, будто забыл:

— А разве не завтра?

— Сегодня. — поддакнула Ким. — И сегодня Рики пригласила нас на вечеринку: меня, маму, Мелинду, Эшли и Клэр. Так что, после прогулки можете ехать в белый особняк, составите компанию Фреду. — она обняла обоих своих мужчин одной рукой с каждой стороны. — И прихватить других…

Вечер обещал быть для каждого одним из лучших.

Дело в том, что Рики – заводная девчонка, которая очень любит выпить и ведёт достаточно раскованный образ жизни. Но она очень дружелюбна. Эта девушка работает в местном кафе официанткой – Рики внимательна и умеет выслушать, когда это нужно. Она прекрасный собеседник, с которым никогда не бывает скучно.

Эшли – девушка простая, но очень ответственная. В свои девятнадцать родила мужу Шону, который владеет небольшим отцовским бизнесом, ребёнка, прекрасного сына, что совсем недавно отпраздновал свой первый День Рождения. Умудряется одновременно работать и воспитывать сына, учитывая, что Шон почти целый день проводит в офисе, да ещё и получила второе высшее заочно. Своей жизнью девушка довольна, но не против уйти в отрыв.

Клэр – молодая жена мистера Лайта, мачеха Ника. Клэр очень любит читать, но несмотря на это, у неё довольно смелый характер. Когда-то ненавидела Мелинду, которая считала, что Клэр нужны только деньги Лайта, и отговаривала его от женитьбы на Клэр. Но девушки помирились, теперь у них нейтралитет.

***

После велосипедной прогулки Джеймс и Николас выпили пива, а Генри объелся картошкой фри, договорившись с дедушкой и отцом, что об этом не узнает Мелинда, которая следит за его правильным питанием.

По пути в белый особняк им встретились Шон и Виктор – врач, возлюбленный Рики. Николас также уломал отца составить им компанию, хотя Лайт для вида сопротивлялся, говоря, что у него полно дел, хотя на самом деле был рад провести остаток дня с сыном.

***

В ночном клубе очень шумно — девушки напились виски, и теперь их тянуло на приключения.

— Всем всё дозволено! — это Ким, с трудом ворочая языком кричит на весь бар. — Они всё рано не смогут вызвать шерифа!

— Мальчики нас убьют! — констатировала самая трезвая из всех — Маргарет, которая не просила повторить свой заказ вторично или даже больше, как например, Мелинда.

— Особенно меня. — подала голос Мелинда, заплетающимся языком. — Фред думает, что я не пила ничего, крепче сидра.

Каким-то чудом они доехали до дома Мелинды. И в машине поместились тоже чудом. И чудом пьяной походкой вломились в дверь, дружным табуном, держась за руки, плечи, талию или повиснув друг на друге, громко смеясь.

Мелинда мигом протрезвела, только представив себе, что подумает о ней Генри, если увидит её в таком виде. Ким и остальные девушки пришли в себя, увидев заснувших в гостиной мужчин — Лайт и Виктор удобно расположились в мягких креслах, остальные уместились на диване: Джеймс обнимал за плечи с двух сторон Фреда и Николаса, которые опустили головы ему на плечи, и рядышком в положении полулёжа, был Шон. На столике посередине стояли три опустошённые бутылки виски и стаканы для каждого.

— Вижу, мальчики тоже времени не теряли… — шепотом изрекла Рики.

На полу лежала приставка — наверно, они играли с Генри.

— Интересно, кто выиграл? — спросила Ким.

— Наверно, Генри. — отозвалась Мелинда. — Кстати, пойду проверю, спит ли он.

И пока она поднималась по лестнице в комнату сына, остальные девушки решили не будить мужчин.

Клэр тактично предложила остаться здесь всем вместе — алкоголь ещё не закончил своё действие, они просто не смогли бы дойти — девушек тоже начало клонить в сон. Эшли, став её новой подругой, согласилась — Александр под присмотром бабушки Рики. Пусть Эшли не родственница Рики, но её бабуля никогда не откажется понянчить малыша, как своего собственного. Ким и её мать кивнули. Мелинда вернулась — Генри спокойно спит в своей кровати.

— Узнаю, кто купил ему несколько банок колы и три пачки с чипсами — тому не жить! — беззлобно, но недовольно произнесла Мелинда.

— Утром устроишь допрос. — ответила Ким. — А пока нам всем лучше отоспаться.

Мелинда согласно кивнула и выделила каждой комнату на ночь.

***

День Святого Валентина начался очень тихо, словно это был самый обычный день. Было воскресенье.

Генри при всех сообщил, что у него появилась девушка — Габриэлла. И эта новость всех расшевелила. Ким, Николас и Мелинда подавились воздухом, на правах родителей, у которых десятилетний сын внезапно сообщает, что у него появилась девушка.

— Только Алана нам не хватало, в нашу «дружную» семью, для полного счастья! — первой подала голос Ким.

Она и Алан когда-то дружили, но она и подумать не могла, что сын станет встречаться с его дочерью. К тому же, мать Габриэллы все почти не знали, она погибла, когда малышке едва исполнилось два года, а жил он в Финиксе, внезапно вернувшись в Бостон с ребёнком на руках.

— Не успел я стать отцом, как у сына появилась девушка! — Николас хоть и удивился, но смотрел на Генри с некоторым оттенком гордости.

Дедушки, бабушки и Фред, похоже, давно знали о похождениях Генри, потому как даже не удивились.

— И у нас сегодня свидание! — продолжает радовать мальчик.

— Свидание?! — чуть ли не хором спросили все.

— День Святого Валентина. — пожал плечами Генри и убежал.

— Шустрый малый! — улыбнулась Ким, глядя сыну вслед.

— Весь в меня! — самодовольно улыбнулся Лайт.

— Пап! — упрекнул Николас с улыбкой.

Семья засмеялась, и каждая пара отправилась на своё персональное свидание.

Мила

Ким созвала девушек в кафе посплетничать. Она не была ярой охотницей за слухами, как Рики, но сегодня ей самой было, что сообщить. Правда, нужно было найти место, где нет Рики и Маргарет — если им доверить секрет, то через час об этом узнает весь город. С другой стороны, они ведь ни от кого не прячутся.

Рики словно специально рассказывает о том, как неделю назад стала случайным свидетелем свидания в порту Шэлдона и Астрид, потому что видит, как Ким хочется поделиться своей новостью. И была права — блондинка чуть не подпрыгнула на месте, громко оборвав её на середине рассказа, чуть ли не прокричав на всё кафе:

— Николас сделал мне предложение!

Ник как раз зашёл в кафе в тот момент, удивлённо взирая на свою невесту, которая неловко глядела по сторонам.

— Знаешь, когда ты сказала «хочу сообщить новость подругам», я не думал, что это значит «через минуту об этом узнают все!».

Ким неловко пожала плечами.

Рики радостно воскликнула:

— За это надо выпить!

Николас подошёл к Ким, поцеловав её в щёку.

— Генри у Мелинды дома, с Фредом и дедушками, только что его туда отвёз. — технически, он обращался к Ким, но в деле получилось так, что разговор задел всех. — Алан пригласил меня, Виктора и Шона сыграть в карты.

— Когда это вы успели стать с Аланом друзьями? — спросила с улыбкой Ким, легонько ударив его кулаком в плечо.

Николас не успел ответить, в разговор, уже по привычке, встряла Рики:

— Только будьте осторожны с чаем! — вполне серьёзно предупредила она Ника. — Виктор рассказывал, что у Алана очень необычный чай, и он жульничает в карты.

— Благодарю, Рики. — улыбнулся Николас и убежал.

— Я займусь девичником! — тут же предложила Рики в предвкушении.

Мелинда тихо шепнула Маргарет, что вместо обручального кольца у них будет пончик.

***

Мила — мать Ника и бывшая жена Лайта, почти никогда не интересовалась жизнью сына и бывшего мужа, но иногда…

Как-то раз в кафе она краем уха услышала от Рики, что Николас планирует свадьбу. Женщина тут же вскочила, достала мобильник.

— Наш сын собрался жениться? Это правда? — она вышла из кафе и тут же столкнулась с Лайтом, которому даже не пришлось доставать телефон из кармана.

Тот ухмыльнулся, с удовольствием вспомнив, в каком восторге был Николас, рассказывая, что сделал Ким предложение.

***

Лайт поймал её на улице — очевидно, девушка шла в дом своих родителей.

— А вот и она!

— Это — невеста нашего сына? — удивлённо спросила Мила.

— Да. Пойдём, я вас познакомлю. — довольно улыбнулся он.

Ким уже была готова спросить, что понадобилось от неё Лайту, но первой заговорила Мила.

— Значит, Ник выбрал тебя?

Ким замерла на месте, вспомнив, что видела эту женщину на одном из фото в доме мистера Лайта. Николас назвал ту своей матерью. Личность, кто действовал редко, но метко. Поэтому Лайт и подал на развод. Она смотрела на Ким с недовольством, и Ким чувствовала себя маленькой рядом с ней.

А Лайт молчал.

— Ким… — за её спиной вырос Ник, чему она была несказанно рада.

— Николас… — прошептала она в ответ, обернувшись к нему и взяв его за руку для моральной поддержки.

К ним подбежал мальчик одиннадцати лет. Он не понимал, что происходит посреди дороги, удивлённо глядел на взрослых.

Николас потрепал сына по голове, чуть улыбнувшись, а Ким прижала его к себе.

— Знакомься, мама, это твой внук. — наконец обратился он к Миле.

Ким отметила про себя, что особого удовольствия от общения с матерью у Ника не возникло.

— Ко всему прочему, Генри — сын Мелинды. Приёмный, но любимый так, словно он – её родной. — тихо шепнул Миле Лайт.

Лайт готов был спорить на что угодно, что у его бывшей сейчас разваливается голова от вопросов, которые, при Нике она точно не задаст, а после просто забудет, а также то, что она не сможет возражать против их свадьбы.

Свадьба

Посреди лесной поляны появилась маленькая белая беседка. На правах священника там стоял Алан. Рядом был сам жених — Николас, его шафер - Фред и подружка невесты — Мелинда.

На торжественно белых стульях с кружевным узором сидели приглашённые гости и семья: Лайт, Клэр, отец и мать Ким, Габриэлла, Рики и Виктор, Эшли и Шон, Генри и другие близкие и друзья Николаса и Ким.

Заиграла музыка — свадебный марш. Началось. Все замерли, нетерпеливо ожидая невесту.

Николас переминался с ноги на ногу, Фред опустил руку на его плечо, успокаивая нервничающего приятеля. Алан понимающе улыбался.

К алтарю шла Ким. Джеймс вёл дочь за руку. Девушка взволнованно, но счастливо улыбалась, крепко сжимая в руках букет. Простенькое длинное белое платье идеально облегало её фигуру.

Джеймс, прежде, чем отдать её Николасу, шепнул слова напутствия обоим и сел на своё место, между Лайтом и Маргарет.

— Ты прекрасна! — на выдохе сказал Николас, пожирая Ким взглядом.

— Ты тоже. Никогда не видела тебя в костюме. — отозвалась она.

Алан кашлянул для вида, обращая их внимание на себя:

— Я вас не отвлекаю?

Ким и Николас тут же смолкли, приготовившись его слушать.

Марш затих. Тишину разрезал только голос Алана.

— Мы собрались здесь…

Речь была долгой и местами монотонной, когда Алан старался выглядеть серьёзным, но не мог не радоваться за молодожёнов. Все присутствующие внимали каждому его слову и клятвам жениха и невесты.

Прежде, чем кольцо оказалось у неё на пальце, Николас спросил:

— Согласна ли ты стать моей женой, Ким?

— Да, Николас, да! — счастливо улыбается девушка.

Мелинда и Фред переглянулись между собой, улыбаясь, когда жених и невеста поцеловались. Алан даже не успел сказать традиционное «можете поцеловать…».

Дамы выстроились в ряд: все, кроме Эшли, Клэр Маргарет, потому что те уже женаты; Ким встала к ним спиной и через голову кинула букет. Больше всего она боялась, что цветы не поймал никто — было бы задето её эго меткости. Но нет. Развернувшись, Ким увидела крепко схваченный букет в руках Мелинды. И перед тем, как удалиться вместе с Николасом, шепнула ей:« Пригласишь на свою свадьбу?»

Мелинда не знала, что ответить, украдкой смотря на Фреда. Осмелится ли он сделать ей предложение? Фред отвёл взгляд от любимой, смущённо улыбнувшись. Им явно есть о чём поговорить, и пойманный цветок окажется одним из аргументов в её пользу.

***

Ким может поклясться, что Мелинда и Николас сговорились. Потому что их ожидали две белоснежные лошади.

— О, ну уж нет! Я не сяду на это! — упирается Ким. — Синий жук привычнее!

Николас мягко усмехнулся, словно ожидая такой ответ, схватил её на руки и аккуратно усадил на лошадь.

— Я знаю, что это Мелинда сказала тебе, что я боюсь лошадей. Верно, Николас?

— Понятия не имею, о чём ты. — пожал плечами Ник, садясь на свою лошадь.

— Это не смешно! — рявкнула Ким и округлила глаза, когда её конь сдвинулся с места.

— Ты права. — тут же согласился Николас, но Ким это не устроило.

— Тогда прекрати ржать!

— Извини.

— Сними меня быстрее, Николас! Я боюсь…

— Лошадь тоже тебя боится. — усмехается Николас.

— Я всё слышу! — прорычала она.

В итоге пришлось остановиться и Ким села вместе с Николасом на одну лошадь.

— Со мной тебе будет не страшно. — заверил он.

Ким крепко обняла его за талию, опустив голову ему на плечо. Ехали медленно, она что-то шептала ему на ухо, а потом лошадь сорвалась на бег.

— Николас? — Ким прижалась к нему ещё сильнее.

— Всё в порядке. Держись! — улыбнулся он.

Медленная, но вполне ощутимая рысь. Затем галоп, чтобы Ким привыкла.

Когда поездка, наконец, окончилась, Ким погладила ту лошадь, которую оставила одну, по носу.

— Ты же боишься лошадей. — «деликатно» напомнил Николас.

— Я боюсь сидеть у них на спине — не надёжно, и есть риск упасть. А не их самих. — улыбнулась девушка.

Париж

Они не планировали свадебное путешествие, но Лайт и отец и мать Ким подарили им путёвку в Париж, со словами: «Отдохните от Бостона».

Ким и Николас уже обосновались в гостинице и решили прогуляться по городу. Сейчас они искали кафе, чтобы перекусить.

— Признай, что мы заблудились. — ноет «немного» задолбавшаяся Ким.

Они уже сделали несколько кругов, но совершенно не сдвинулись с места. Всё бесполезно, а Николас упрямится.

— Я точно знаю, куда мы идём. — твёрдо настоял Ник, невозмутимо продолжая путь.

— Ты собирался показать мне этот живописный тупик? — Ким вздёрнула бровь, когда они чуть не врезались в стену. — Давай спросим дорогу.

— Я же сказал — скоро будем на месте. — повторил он.

— Да. Если не умрём от голода раньше. — пробормотала Ким.

***

Они смотрят в дисплей телефона — только что сфоткались на фоне Эйфелевой башни.

— Удали это сейчас же, Ким! — Николасу явно не понравился снимок.

— Но почему? Ты выглядишь таким счастливым на этой фотке.

Ким не хочет удалять. Фото прекрасно. Что ему не нравится? Они тут в обнимку, и светятся счастьем их глаза и улыбки.

— И таким нелепым. — мрачно добавляет Николас.

— А мне нравится. — она поцеловала его в губы и заговорщически прошептала. — Я могу его оставить? Только для себя, и никому не покажу. Обещаю.

— Но если только об этом никто не узнает. — улыбнулся Николас.

***

Их занесло неведомо куда. Большой, но малолюдный парк, из которого, кажется, нет выхода. Но им не хочется никуда спешить. Сейчас только середина дня, и в руке у каждого огромный гамбургер.

— Думаешь, пойти сюда — хорошая идея? — спросил Николас, когда они прикончили фастфуд.

— Нет. Мы плохо знаем город, даже пробыв тут неделю, но у нас, по-моему, нет выбора.

— Ты в самом деле дочь своих родителей, семейное не отнять — каждый раз сломя голову бросаешься навстречу опасностям.

— Про опасности ты загнул! — усмехнулась она. — А насчёт семейного — уж кто бы говорил! Или хочешь, чтобы я напомнила о твоих родственниках?

— Я могу лишь надеяться, что здесь мы не наткнёмся ни на одного из них.

Дом

Они вернулись в Бостон. В руках чемоданы, Ким и Николас устали, но сердца их счастливы. В гостинице начались неприятности. Оказывается, их номер заняли другие.

— Но как так? Мелинда забронировала номер для нас на год вперёд… — этот вопрос прозвучал эхом голоса Ким, когда они поднимались к её родителям по лестнице, чтобы оставить у них вещи.

Также, оказывается, за время, пока они отсутствовали, много чего произошло: Фред сделал Мелинде предложение, перед этим спросив у Генри, не будет ли он против их союза, но мальчик не возражал. Он хорошо относится к Фреду и одобряет выбор своей приёмной матери. В двух словах: Мелинда теперь невеста Фреда. Ким и Николасу не терпится поздравить друзей, но для начала нужно утрясти свои проблемы с гостиницей.

Джеймс мягко намекнул дочери, что они с Маргарет хотят завести второго ребёнка. Ну, а что? Не так уж они и стары. Им всего-то пятьдесят лет.

Рики, когда они зашли в родное кафе, сказала, что переехала к Виктору.

— Да что тут без нас произошло? — с улыбкой спросила Ким.

***

Синий жук припаркован у белого особняка. Супруги договорились, что Мелинда не узнает, что произошло с гостиничным номером.

— С приездом! — Мелинда заметила их ещё в окне, идущих под руку друг с другом и шепчущихся о чём-то.

Далее они без слов обняли её и Фреда. Из комнаты к ним спустился Генри, обнял взрослых, сказал, что собрался к Габриэлле.

Матери переглянулись между собой, понимая, что чем дальше, тем то ли ещё будет. Фред и Николас глядели на него и понимающе усмехнулись, за что и получили упрёк от девушек.

После паузы, когда за Генри закрылась дверь, Мелинда поправила свою блузку, у которой, по её мнению, помялись рукава, и обратилась к Ким и Николасу:

— Мы никого не ждали, но, если хотите, прошу вас присоединиться к обеду.

— С удовольствием! — ответил Николас. — Все в городе знают, что у тебя получается самая лучшая лазанья.

— Поддерживаю! — Фред улыбнулся и, обняв за плечо, поцеловал возлюбленную в щёку.

— Вам бы только льстить! — проворчала Мелинда и для приличия закатила глаза. — Но да, сегодня у нас лазанья.

Троица тут же ломанулась на кухню, оставляя Мелинду в шоковом состоянии.

Ким-любитель-пончиков-и-чего-нибудь-поесть сидела рядом с Николасом, напротив Мелинды и Фреда. Лазанью, что как всегда получилась отменной, они уже одолели и медленно пили вино, болтая о проблемах насущных.

Кстати, о проблемах.

— Вы ничего не хотите нам рассказать? — вдруг спросила Мелинда.

Ким и Николас на секунду переглянулись между собой, как бы спрашивая друг друга «а если она знает?».

— Нет. Но, может, вы нам расскажете? — невозмутимо отвечает Ким, отпив из бокала. — Когда свадьба? Можно ли мне, на правах лучшей подруги, отправится вместе с тобой покупать свадебное платье?

— Когда мальчишник? — поддержал Николас, обращаясь к Фреду.

— Как провели медовый месяц? — вступила в игру Мелинда.

«И всё же она знает!» — снова взгляд между собой. Они более, чем уверены в этом.

***

Семья держалась недолго. Что удивительно, всех сдала Клэр, когда компания собралась в кафе.

Оказалось, что пока они отсутствовали, Лайт и родители Ким купили им дом. Шутку про занятый номер придумали Мелинда и Рики. Из сбивчивых рассказов семьи, они узнали, что оформляли их новый дом Клэр, Мелинда, Джеймс и Рики.

***

Они стоят у подножья лестницы, с сумками в руках и отчего-то бояться заходить в дом.

— Ты в это веришь? — спрашивает Ким.

— С трудом. — вздохнул Николас.

— Они сделали это ради нас. — девушка шагнула на ступеньку, но снова отступила, словно после этого всё должно исчезнуть и нарисуется обрыв.

— Да. И мы обязательно их отблагодарим, но мы стоим здесь уже полчаса.

— Знаю. Но тебе и самому страшно! Признай это!

Он вздыхает, глядя на дом, как на дикого зверя, что вознамерился напасть. Николас смотрит назад и резко хватает Ким за руку.

— Сделаем это!

Они как в бреду прошагали по лестнице и открыли дверь, входя внутрь.

— Мы дома! — хором говорят они, оглядываясь по сторонам.

Где-то под Рождество.

— Непривычно. — Николас нарушил тишину, садясь к Ким на диван.

— Что? — спрашивает она.

Ким понимает, что непривычно всё: то, что жизнь устаканилась, что они теперь вместе, что у них есть свой дом.

— Видеть тебя такой. — отвечает он, глядя на неё и чуть прищуривается.

— Какой? Почему мне приходится, словно тисками, вытягивать из тебя слова?!

— Такой домашней. В моём свитере и с кружкой. Это — кофе с корицей?

— Да. Хочешь? — она протягивает ему кружку и улыбается детской, озорной улыбкой, наклонив вбок голову. — Честно, внезапно встретив тебя, я тоже всё не так представляла.

Николас отставил кружку на стол, забравшись, как и она, с ногами на диван.

— И я уж точно не заказал бы для тебя пиццу, верно? — он приподнял одну бровь и поцеловал супругу в губы.

— Пиццу? — у Эммы загорелись глаза.

Николас кивнул, достал из кармана телефон и Ким начала наглеть.

— Тогда, может быть, ещё закажем пончики, картошку фри и колу! — девушка невинно улыбнулась.

— Да. Вредная и вкусная еда.

Николас тихо удивился про себя, как она не озвучила список побольше.

— Только не говори этого при Мелинде. Никогда! — хохотнула Ким, а после заметила, что Николас изучает её взглядом.

— Что-то не так?

— Всё в порядке. Даже лучше. Иди ко мне. — приглашающий жест рукой и вот Ким уже в его объятиях.

***

Николас вызвался раз в жизни сторожить участок шерифа, пока его жена и Фред на обеденном перерыве.

Сначала всё шло хорошо, он осматривался вокруг, а потом…

— Николас… Николас, проснись! Ник, вставай! — на последней фразе Ким уже рычала, толкая его в плечо.

Он заснул на её рабочем месте! Хорош охранник! Ким запоздало вспомнила, что он допоздна писал статью, оттого его и одолел сон.

— Что? Я не спал. — оправдывается он. — Только закрыл глаза…

— Конечно. Так я тебе и поверила. — гнев сменён на милость, Ким улыбается.

— Кто-то заходил?

— Да. Пока ты дрых, как медведь в зимней спячке, здесь были Виктор, твой отец, а ещё целая бригада шахтёров полным составом.

— Ким! — прикрикнул Николас, когда девушка заливисто засмеялась.

— Никого не было. Я принесла кофе и пончики. Будешь?

***

— Опять!

— Сегодня просто не твой день, пацан. — утешающе обратился Николас к сыну.

— И вчера тоже. — вздохнул Генри.

— Почему? — подала голос Ким, оторвавшись от приставки.

Семья играла вместе и Генри, вот уже третий раз подряд познал горький вкус поражения.

— Джеймс и мистер Лайт пять раз победили! И оба сделали вид, что даже не знают, как пользоваться приставкой, а потом в два счёта меня обыграли. —расстроено вздохнул мальчик.

Ким и Николас переглянулись между собой, уже зная, с кем сразятся в следующий раз. И пусть победит сильнейший!

— Лайта я беру на себя! — азартно, чуть ли не с вызовом, воскликнула Ким.

— Тогда я с твоим отцом. — ухмыльнулся Николас, принимая вызов.

— Мы порвём их! — почти хором воскликнули они, словно дети.

Генри с ужасом представил себе такую битву, которая явно будет на спор. И в ходе этой баталии будут слышны восклицания со стороны всех четверых на весь дом. А после все отправятся отмечать свою победу или поражение в кафе и будут твердить об этом весь оставшийся день.

Я беременна

— Я хотела бы тебе кое-что сказать. Вчера я была у Виктора. Николас… он… обследовал меня. У нас будет ребёнок.

О, как трудно дались ей эти слова. В первый раз, когда это был Генри, ей было некому об этом сказать. Теперь ей было страшно отчего-то и безумно хотелось запомнить его реакцию.

Николас верил в её слова с трудом, мгновенье молчал, а после и сам не понял, откуда взял столько сил, чтобы, схватив за талию, поднять жену над полом.

— Ким! Это же прекрасно! — и тут же её отпустил. — Кто ещё знает?

— Только ты.

Ник удивлённо приподнял бровь:

— Разве Рики ещё не успела всем разболтать?

— Вик не успел. Он обещал, что никому не скажет. Даже возлюбленной. — Ким обняла мужа за шею, подарив ему сладкий поцелуй. — Я уверена, вечером в кафе соберётся вся семья, Мелинда и Фред вернутся из медового месяца… Тогда всем и расскажем.

***

У Ким бушуют гормоны. Она без малейшего зазрения совести издевается над Николасом, будя его по ночам, умоляя принести ей жареную курицу со взбитыми сливками, доводит его постоянными истериками, обвиняя его во всём, чем только может. В тот раз беременность была проблемой только для неё одной, теперь она хотела, чтобы он познал хотя бы часть её мучений.

— Хватит трогать мой живот! — недовольно бурчит Ким, не желая признаваться ему, что его внимание к их ещё не рождённому ребёнку очень ей нравится.

— Ты же сказала, что он толкается! — Николас нехотя убирает руку.

— Он? А может это девочка? И это не повод трогать мой живот. Я хочу апельсинов.

— Буду рад и девочке. — искренно улыбнулся Ник.

— Прости, я… наверно, слишком жестока… Почему апельсин такой кислый?

***

Николас мечется по больнице. Рано утром там собралась вся их с Ким семья и друзья — половина Бостона, одним словом. С тех пор, как его жену с криками и схватками увезли сюда, прошло уже несколько часов. Удивительно, но его отец и родители Ким спокойны, хотя он считал, что Маргарет разделит его волнения. Мелинда и Фред что-то рассказывают Генри.

— Когда уже всё закончится?! — Николас нервно смотрит туда, где в палате рожает Ким.

Иногда его взгляд падает на Генри, и он представляет себе, как бы волновался в первый раз.

— Никки, успокойся. Врач сказал, что всё будет хорошо. — пробует успокоить сына Лайт. — Ким с этим справится.

— Погоди, её роды принимает не Виктор? — кажется, Ник занервничал ещё больше.

А Виктор как раз присоединился к ним, подсев к Рики.

Генри спросил у Виктора:

— А как рождаются дети?

В этот момент Николасу безумно захотелось исчезнуть отсюда, никого не видя и не слыша.

— Очень просто. — улыбается Виктор, обнимая мисс Рики за талию. — Сначала выходит головка, ручки, тельце, ножки.

— А потом все части собирают вместе! — хихикнув, подал голос невесть откуда явившийся Алан, который был в очень хорошем расположении духа.

Сейчас Нику, всего на несколько минут захотелось придушить Алана.

— У вас крыши посносило?! — взорвался Николас. — У меня жена рожает, чёрт возьми!

Он подсел к Мелинде и наконец смог успокоиться, глубоко вздохнув. Девушка по-дружески взяла его за руку, Фред протянул приятелю фляжку «привести в порядок нервы».

Софи

Николас на негнущихся ватных ногах вошёл в палату. Улыбающаяся Ким кормила грудью их ребёнка. Он подошёл ближе, затаил дыхание, коснувшись плечика ребёнка, потом неловко обратился к супруге:

— Врач ничего не сказал мне. Ты в порядке? Кто у нас?

Ким ответила, погладив лобик новорождённого:

— Я в норме. А у тебя теперь есть не только сын.

— Это — девочка?

Она кивнула.

Малышка в её руках открыла глаза, внимательно глядя на родителей. Новорождённое дитя словно понимало, что речь идёт о нём.

— Она такая крошечная… — на одном дыхании протянул он.

— Точная копия своего папочки. — вторит Ким. — Взгляни, как она похожа на тебя!

Жена и дочка… Каждая из них получила от него поцелуй в лоб, а после Ким вручила её ему.

К ним вошёл Генри, познакомится с маленькой сестрёнкой. И вот так, незаметно, в крохотной палате уместились все, любуясь малышкой.

— Как назвали? — вдруг спросила мать Ким.

— Софи! — выкрикнул на всю палату Генри.

— Может быть, придумаем другое? — обратился к сыну Николас.

— А мне кажется, ей подходит это имя. — Ким взглянула на малышку — сейчас их дочь держал на руках Лайт.

***

Пока они с малышкой провели две недели в больнице, Ким не давали скучать. Николас проводил с ними почти целый день, приходя частенько рано утром, когда Ким ещё спала, а уходил к вечеру и всегда с подарками для неё и дочери.

Девушка чуть не поставила всех с ног на голову своим радостным вскриком, когда Ник протащил в палату целый пакет с фастфудом.

— Я так соскучилась по всей этой вредной жрачке… — с усмешкой сказала она вместо благодарности, и он кивнул, беззвучно засмеявшись в ответ, пока жена вдыхала приятный запах картошки фри и гамбургера.

Мелинда и Фред тоже навещают её. Брюнетка кормит её лазаньей и яблочным турновером, со словами «Тебе нужно набираться сил». Если честно, Ким думала, что Мелинда завалит её здоровой пищей, но лазанью и яблочные десерты она любила. Фред рассказывал ей, что происходит за пределами больницы и говорил «Быстрей возвращайся на работу, мне тебя не хватает».

— Я бы тоже хотела, но ближайшие пару лет мне это не светит.

Клэр тоже навещала её и приводила с собой Лайта. Ким относилась к таким посещениям почти безразлично. Но когда Лайт пришёл один, она удивилась. Отец Ника вскользь давал ей советы по воспитанию детей, держа малышку Софи на руках.

Судя по тому, что Софи так спокойно вела себя у него на руках, изредка улыбалась и смеялась дедушке, она его любила. Из всей семьи она могла захныкать на руках у бабушек — Маргарет и Клэр. И Ким, кажется, её понимала. Те явно злоупотребляли заботой по отношению к Софи.

— Вы думаете, я не справлюсь?! — прерывает Ким Лайта, явно раздражённая.

Лайт спокоен, улыбнулся внучке уголком губ.

— Это просто советы, Ким. Чтобы вам было проще. Но если уж вы спросили, я считаю, что вы будете хорошей матерью для Софи.

Ким совершенно не ожидала такого ответа, пролепетав застывшими губами:

— Спасибо.

И следующие его визиты были даже приятны ей, она запоминала его слова, иногда задавая ему вопросы, на которые Лайт отвечал.

***

Ким слышит за окном шум, пока собирает вещи и малышку из палаты. Ей хочется узнать, что это, и она спешит на выход.

Из роддома её встречают счастливый отец и пьяная половина города, именуемая семьёй.

— Happy birthday to you… — тянет Джеймс.

Это подхватывает Мелинда и Виктор. Остальные тоже поют позитивные песни, каждый на свой лад. Самые трезвые в этой компании — Маргарет и Клэр.

— Что происходит? — спрашивает Ким.

Повезло, что Софи крепко спит, не то бы плач легко вклинился бы в их несвязное пение.

— Прости, милая. — виновато ответил Николас. — Они «немного» выпили. Отмечали твой возврат в жизнь Бостона и встречу Софи с миром и городом… Последствия ты видишь.

— Я не об этом! Песни же не подходят. — улыбаясь, тихо смеётся Ким.

— Будут петь другое! — тут же встрепенулся Николас.

Восемь вечера и десять часов утра

Месяц прошёл.

Днём Софи играла, а ночью… Генри смывался из дома рано вечером, под предлогом того, что Мелинда будет волноваться. Ровно в восемь часов Софи начинала плакать и не замолкала до трёх ночи. Как по команде, абсолютно без причины. А утром всё снова было в норме.

— Она издевается! — восклицает Ким.

На часах шесть утра: в доме тишина. Ким и Николас только-только легли спать.

На часах десять утра: Николас открыл глаза — солнце светит в лицо. Осознал, что уже почти полдень.

— Ким, пора вставать. — он легонько толкнул её в плечо своим.

В ответ послышалось недовольное мычание:

— Не хочу… Хочу выходной…

— Но сегодня воскресенье. — деликатно улыбнувшись ответил муж.

— Хочу больше выходных… Твоя дочь меня совсем измотала.

Николас почти обиженно хмыкнул:

— Прости?! Что значит «твоя»?! К тому же, сегодня твоя очередь присматривать за ней.

— А разве это было не вчера? — с надеждой спросила Ким, без всякого желания открыв один глаз.

— Вчера с ней сидел я. А ты была у Мелинды.

— Точно. — блондинка удосужилась-таки открыть глаза и взглянула на часы. — Люблю, когда мы все вместе, а не по отдельности нянчимся с Софи. И откуда в этой девочке столько энергии?

***

Родители и малышка сидят на полу на тёплом ковре, играют. Софи что-то лепечет, пытаясь говорить. И вдруг…

— Она меня укусила! — вскрикнула Ким, отдёрнув руку — зубов у девочки пока нет, но всё равно больно.

— Может, она хочет есть? — предположил Николас — теперь она его укусила.

— Только что кормила.

— Чем? — осторожно поинтересовался он.

— Кашей. — просто ответила супруга.

— Своего собственного приготовления? Или в магазине?

— Своего… а почему ты спрашиваешь? — до неё дошёл смысл его вопросов, учитывая, что она не умеет готовить. — Николас!!!

— Я… — он растерялся и тут же вскочил, понимая, что даже лишняя секунда здесь грозит ему остаться без носа или получить фингал от жены с характером Лары Крофт. — Я побежал за десертом для малышки.

***

Супруги целуются на глазах у дочки. Ким крепко обняла его за шею, он держал её за талию. Софи умиляется счастливым родителям, улыбается и хлопает в ладошки.

Они смотрят на девочку, Ким обращается к Николасу:

— Мои тонкие намёки не сработали.

Она имеет ввиду sms: I want you. Эти безобидные смс-ки в количестве трёх штук пришли ему, когда он гостил у отца.

— Пришлось браться за тебя всерьёз. — блондинка требовательно взглянула на него, снова накрывая его губы в поцелуе.

— Мы не можем… сейчас. — он с трудом отстранился. — Кто приглядит за Софи?

— Дедушки, бабушки, Мелинда и Фред уже давно рвались в няньки. У нас желающих — половина Бостона, так почему бы им не дать то, чего они так хотят, м? Выходные только для нас. Соглашайся.

— Согласен. Уговорила. Но кто? Сразу все?

— Твой отец. На этой неделе.

Софи ходит!

Дни пролетели за днями. Быстро, похожие один на другой. Так незаметно прошло полгода и самым значимым был момент, когда Софи пошла. Её первые шаги!

Генри играл с сестрой в гостиной, а родители в этот момент на кухне целовались и пили шампанское.

И внезапно Генри закричал на весь дом:

— Мам, пап, Софи ходит!

Несколько секунд они ничего не понимали, глядя друг на друга, затем оба обернулись на дверь и ломанулись в гостиную к детям.

Тогда это был прекрасный момент. Но не теперь. Она не просто ходила, передвигаясь неуверенными шажками, она бегала по всему дому, как Флэш. Самым опасным для неё во всём доме была лестница, ведущая в комнаты. Но отчего-то она и сама не спешила туда лезть. Зато часто залезала под стол, на стол, или (у Ким каждый раз при этом останавливалось сердце) могла вскарабкаться на шкаф или полупустые полки.

После того, как малышке исполнился год, Ким часто посещает офис мэра или Фреда, обещает, что как только Софи исполнится три, она тут же вернётся на работу.

— Ким. — раздался в телефоне голос Мелинды.

— Да. — блондинка кормит Софи, другой рукой придерживая телефон.

— Ты сейчас не занята?

— Кормлю Софи. Николас сегодня с Виктором и Шоном у Алана, а что?

— Ты бы хотела временно вернуться, шериф?

— Что случилось? — кажется, Ким немного сорвалась.

— Фред заболел, у него температура. — в трубке послышался тяжёлый мужской кашель. — Слышала?

Ким вздохнула.

— Слышала. Передай, чтобы быстрей выздоравливал. А как его угораздило?

— Вчера на вечернем дежурстве искупался в прохладном море — сказал, что тонул котёнок, и он полез его спасать.

Фред и его доброе сердце. Ничего нового.

— Я готова.

***

Когда Мелинда пришла в офис шерифа, Ким вздрогнула от звука её каблуков по полу.

— Как идут дела?

— Всё в норме. Отвыкла от тишины.

Брюнетка хмыкнула.

— У материнства свои минусы. — повторила она слова Лайта, сказанные двенадцать лет назад, когда она стала мамой маленького Генри.

В руках у Мелинды пакет с лекарствами для Фреда. Брюнетка присела на стул рядом с Ким.

— Ты хочешь поговорить? — спросила Ким, не отрываясь от документов.

— Да. Мы давно не общались просто так. Кого оставила с Софи?

— Отца. У него сегодня выходной, и Софи давно просила… А как дела у вас с Фредом?

— Кроме того, что он заболел из любви к животным? — Мелинда мрачно усмехнулась, серьёзно ответив. — Он хочет ребёнка.

— Давно пора. Вы два года, как женаты. Вполне нормальное желание.

— А если Генри будет против?

А при чём тут он? — Ким совершенно её не поняла — он радовался малышке Софи, так с чего бы ему не любить ребёнка Мелинды, которую он столько лет считал матерью. — В чём проблема?

— В том, что у вас с Николасом Софи в центре внимания. Так будет и у нас с Фредом.

— Ты про синдром старшего ребёнка… или как он там называется? Думаю, ему это не грозит. — ухмыльнулась Ким. — У него родни — полгорода.

— Да. Ты права, Ким. Но я всё равно должна подумать. — она встала со стула и направилась к выходу. — Мне пора. Фредди, должно быть, уже проснулся.

— Пока. Софи ждёт тётю Мелинду в гости! — напоследок крикнула Ким брюнетке вслед.

***

Первой мыслью Ким на тот момент, когда она вернулась было «Опасно оставлять дом на день.» Рискуешь не узнать его. Коридор ничем не отличался, кухня, что удивительно, тоже. Но вот гостиная: игрушки Софи были разбросаны по всей комнате, словно здесь был ураган — ногой Ким «посчастливилось» наступить на одну из них, которая оказалась твёрдой (и завтра это нужно убрать), на столе две бутылки пива, упаковка от пончиков и других снэков.

Ким живо представила себе всё, что произошло в её отсутствие.

Софи играла с дедушкой Джеймсом, пришёл Николас и присоединился к игре. Когда малышку сморил дневной сон, они достали из холодильника пиво и закуски.

— Ким. — кто-то из них позвал её, оторвав девушку от лицезрения фирменного беспорядка.

Это был Джеймс.

— Как прошёл внеплановый рабочий день, шериф? — Николас хотел было нежно обнять её, но Ким его оттолкнула, строго посмотрев на мужчин.

— Рада, что вы уложили Софи, но вы оба так просто не отделаетесь. Как уже было сказано, я вернулась с внепланового рабочего дня, жутко устала и ничего не ела. — наконец она улыбнулась. — Поэтому, Николас, с тебя ужин. И я бы тоже не отказалась от пива. А отец уберёт этот красочный бедлам.

Мужчины согласились. Общение с Софи того стоило. И пока они были при делах, Ким приняла душ, переодевшись в майку и шорты, лениво щёлкала на кнопки пульта от телека. Через час они управились. В гостиной снова идеальный порядок, а Николас сварганил макароны в сырном соусе.

Ким поцеловала отца в щёку, поблагодарив:

— Спасибо, что приглядел за Софи.

Затем подошла к Николасу, поцеловав его в губы и обняв:

— Спасибо за ужин.

Отстранившись, она задумчиво усмехнулась, глядя на них.

Ветрянка

Ким и Николас старались не отвлекаться на плач дочки, которую пытался успокоить старший брат, и лихорадочно обзванивали всю свою семью и друзей — в Бостоне эпидемия ветрянки, и трёхлетняя Софи заболела. Ким помнит, как переболела этим ещё в детском доме. Николас плохо помнил своё детство лет до пяти, потому пришлось звонить отцу, который вспоминал это время с улыбкой, отчего Ник смутился.

— Зато теперь мы точно знаем, что ты болел ветрянкой. И Лайт тоже. Мелинда, Фред, Генри, мать с отцом. Кто же ещё?

Вместо Рики им ответила её бабушка, громко и уверенно заявив в трубку:

— Нас ветрянка не берёт!

— То есть, вы обе не болели? — чуть ли не хором вскрикнули в ответ Ким и Николас.

— И не заболеем! — снова ответила бабуля.

***

Софи танцевала перед ними. Ким и Николас восхищались своей маленькой принцессой с характером рыцаря, как у мамы, и оптимистичным реализмом отца. Но вдруг девочка упала на пол, словно её кто-то толкнул. Родители взволнованно подбежали к ней. У малышки горел лобик, и она почти внезапно покрылась красными пятнышками. Ким и Николас запаниковали и даже подумали о том, чтобы позвонить в скорую.

— Стоп! — переведя дух, воскликнула Ким. — У неё просто ветрянка. Самая обычная ветрянка, с кем не бывает?

Николас взял хнычущую дочь на руки и ушёл в детскую, уложив Софи в кровать — сегодня и ближайшие две недели их маленькую непоседу ждёт постельный режим.

***

Рики-нас-ветрянка-не-берёт пришла к ним — бабушка велела отнести им сэндвичи и кофе. Вид у этой всегда энергичной девушки был каким-то вялым.

— Рики, что случилось? — спросил Николас.

— Ничего. — не своим, слабым голосом отвечает она. — Перебрала немного лишнего прошлой ночью.

— А красные пятна на лице — побочный эффект? — поинтересовалась Ким и обменялась с мужем взволнованным взглядом.

Разве что, побочный эффект эпидемии ветрянки, что уже вторую неделю гуляет по Бостону.

— Комар укусил. — попробовала возразить Рики.

— Ветрянка. — хором заключили супруги, когда она чуть не свалилась на пол.

— У меня не может быть… ветрянки.

Кое-как они вдвоём уложили Рики на диван.

— Тогда значит, так выглядит твой иммунитет! — без шуток закатила глаза Ким.

— Я позвоню Виктору. Он заберёт и позаботится о тебе. — Николас уже схватил в руки телефон.

Жизнь

Гостиница. Ким сидит на кровати в любимой белой майке. Николас, лениво потянувшись, открыл глаза и, опираясь на локти, прижался губами к её обнажённому плечу, Ким тут же закрыла глаза и подалась ему навстречу, прижавшись к его телу.

— Ты уже оделась… — пробормотал он, руки мужчины медвежьей хваткой обняли девушку за талию, потянув к себе.

— Николас, пусти! — Ким пыталась вырваться, но не хотела и вскоре рухнула на кровать, обнимая Ника в ответ.

Она гладит его бок, плечо и спину энергичными движениями. А он… Когда он успел оказаться к ней так близко, Ким не помнит.

— Что ты задумал, Николас? — улыбнулась девушка.

Он поцеловал её, привычными мягкими движениями стянул с неё майку и усмехнулся.

— Всего лишь повторить то, что было ночью.

У Ким в голове на секунду мелькнула мысль, что через несколько дней он вернётся в Нью-Йорк, но тут он обнял её и все мысли разом испарились.

— Николас! — вскричала Ким, резко открыв глаза, и обнаружила, что плакала.

Это был лишь сон! Но если это сон — почему пуста кровать, где он и почему не откликается?

Разом прозвенели телефон — звонок от Генри; и будильник.

— Да? — еле ворочая языком, пробормотала Ким, отвечая сыну.

В мобильнике слышался какой-то посторонний звук, затем она услышала в трубке голос Генри.

— Ты не спишь?

— Генри, что-то случилось?

— Всё в порядке. Звоню напомнить, что у Мелинды сегодня День Рожденье, и очень надеюсь, что вся семья соберётся. Только не говори ей, это сюрприз!

— Хорошо, пацан. — улыбнулась Ким и бросила трубку.

Смутно начинала понимать, что происходит и даже вспомнила, что подарок для подруги хранится в шкафу. Далее Ким попробовала встать.

Послышался детский плач, и через несколько минут, пока Ким одевалась, в комнату зашёл Николас с дочкой на руках. У блондинки чуть дыхание не перехватило — это был сон, Николас никуда не уехал.

Она перехватила у него Софи, неожиданно улыбнулась ему самой тёплой улыбкой, на какую только была способна и поцеловала мужа в губы.

Ник скептически оглядел её.

— Кто ты и что сделала с Ким?

— О чём ты? — она устремила всё своё внимание на дочь, легонько целуя её в лобик и щёчку.

— Чтобы ты, Ким, и в хорошем настроении утром? — он мягко усмехнулся.

Учитывая, что её сон был не слишком радужным, а в реальности вовсю кипела жизнь, Ким была счастлива.

Она проигнорировала его слова, не зная, что ему ответить.

— Генри звонил. У Мелинды День Рожденья сегодня. Мы придём? Вместе? Генри хочет, чтобы собралась вся семья. Только не говори ничего Мелинде — это сюрприз, как сказал Генри. — подмигнула она.

— Придём. Я скажу отцу, думаю, Клэр его уговорит. — согласился Николас. — А сейчас я сделаю завтрак. Софи плакала оттого, что проголодалась. Посидишь с ней, пока я на кухне?

Ким кивнула и села с дочкой на кровать.

— Иди. Я не лучший повар, ты знаешь. — Ким хохотнула, когда Софи стала играть с её длинными блондинистыми локонами, и выудила откуда-то мягкую игрушку. — Держи, это лучше, дорогая.

Николас, убедившись, что всё в порядке, вышел из комнаты, а Ким впервые почувствовала себя настолько живой и счастливой, что не знала, куда себя деть.

Глава 14

Генри почти взрослый - через три месяца ему исполнится восемнадцать лет. Он до сих пор встречается с Габриэллой. Алан, видя столь крепкие отношения, гадает, когда дети решат пожениться.

Семья дружно гадает о подарках на его День Рожденья. Мелинда и Джеймс предлагают купить ему машину, Ким и Николас активно спорят с ними, заверяя, что пацан больше обрадуется какому-нибудь мотоциклу. Маргарет и Клэр предлагают купить что-то, что будет напоминать ему о совершеннолетии. Лайт и Фред считают, что нужен практичный подарок.

— Машина!

— Мотоцикл!

— А это не опасно? Ким, учти, если наш сын пострадает от этого драндулета из подвида металлолома…

Николас и Ким дружно пропустили слова Мелинды о жуке, хотя жутко обиделись.

— Машина тоже не особо безопасна!

— Нужен памятный подарок!

— Фотография и делов-то! А главное — память о семье.

Все закатили глаза.

***

Это был самый шумный День Рожденья Генри. Учитывая, что вся его семейка чуть не подралась друг с другом перед началом празднования, если бы не Габриэлла, приход которой внёс некоторую дисциплину в их сложную атмосферу.

Подарков была куча. Сначала все вышли на улицу — там стояли машина от Джеймса и Мелинды и мотоцикл от биологических родителей. Оба подарка очень понравились Генри. Но и это было ещё не всё. Фред раздобыл где-то самые настоящие лук и стрелы. Лайт сделал весьма необычный и неожиданный подарок.

— Через несколько лет мой бизнес будет твоим. — громко, но спокойно огласил Лайт. — А я… — он взглянул на Клэр. — Собираюсь полностью посвятить себя семье. И… Никки… — он обратился к сыну. — Ты хотел бы братика или сестричку?

— Папа? — у Николаса глаза на лоб полезли, а Ким, глядя на своего маленького пятилетнего братика, не могла скрыть улыбки и смеялась в голос, обнимая мужа.

Тут же на чету Лайтов посыпались поздравления, временно забыв об имениннике.

Больше всех удивил Генри, сказав, что они с Габриэллой задумали это ещё в прошлом году — уехать из Бостона. Лайт только попросил внука ненадолго отложить поездку — Клэр родит, и поедут все вместе — он уже давно ей обещал показать мир.

***

Вся семья собралась за чертой, провожая половину в Нью-Йорк. Мелинда и Ким всё не могли выпустить Генри из объятий и плакали, что-то шепча сыну. Тот тоже не слишком охотно выпутался из их стальной хватки и тут же угодил в другие — отцовские. Николас дал ему несколько наставлений о том, что делать в новом городе и сказал, что будет по нему очень скучать. Не обошлось и без Габриэллы, которая только-только высвободилась из тёплой хватки своего отца, а после её «окружили» Николас, Ким и Мелинда, крепко обвив её руками. Девушка уже не слышала их слов, что каждый говорил без умолку, но пообещала, что у них всё будет хорошо. Генри с Габриэллой простились с каждым, даже с Софи, сыном Мелинды и Фреда — Диланом, которому совсем недавно исполнилось три, и с пятилетним дядей Генри. Маргарет и Джеймс дружно обняли внука и его девушку. И Фред не остался в стороне, обняв их и Клэр и пожав Лайту руку.

Лайт крепко обнял сына на прощание, тот пожелал ему удачной дороги и не наломать дров со вторым ещё не родившимся ребёнком. Лайт долго смотрел на Ким, словно не понимая, правильно ли это, но всё же обнял и её, легонько прижав к себе. Софи, стоило ему отстраниться, тут же налетела на дедушку, просясь к нему на ручки, и он не смог отказать внучке. Мелинда, что было внезапно, тоже удостоилась чести быть им обнятой. Клэр тоже обняла и обнялась со всеми — только осторожно, она всё же беременна.

— Береги их, Лайт! — воскликнул Джеймс и указал взглядом на Генри и Габриэллу. — Они, думаю, дороги и тебе тоже, верно? Мы ведь семья?

Мистеру Лайту не удалось ответить — Николас хлопнул Джеймса по плечу и улыбнулся:

— Всё будет в порядке. Это же мой отец!

Лайт чуть было не расплылся в улыбке, но при Джеймсе не считал это правильным.

— Мы будем вести блог, чтобы вы знали где мы сейчас и как. — сообщил Генри. — Обещаем, что будем часто созваниваться и писать смс. И, приедем через два года. Все вместе. — он обвёл всех присутствующих взглядом. — Как одна большая семья.

Без ещё одних повторных объятий и слёз не обошлось. И ещё одних. И ещё. Это могло бы продолжаться до утра. Или до следующей недели.

Но вот Лайт и Клэр сели в машину. Генри с Габриэллой сели в свою. И уехали. Словно их и не было. А провожающие стояли долго. Софи и Дилан, и пятилетний сынишка Маргарет и Джеймса разразились громкими рыданиями, поняв, что половина их семьи уехала. Родители еле уняли их слёзы.

Осталось подождать два года.