Суженая для Повелителя Пламени

Часть I. Дарья

Глава 1

«Пляши, ведьма: подарок тебе!»

С недавних пор я жила в другом городе, отдельно от родителей в попытке доказать им свою самостоятельность. Иногда, конечно, скучала, но только не сегодня. Сегодня я проснулась в приподнятом настроении – наступил мой двадцать третий день рождения.

Звякнуло сообщение – это старшая сестра Лида поздравляла и согласилась зайти в гости после работы.

«ОК, буду ждать!» - напечатала я, а потом проверила всю почту и поспешила на рынок отовариваться – в холодильнике мышь повесилась, а у меня сегодня уже три гостя: Лида, а также лучшие друзья Марго и Тарас.

Выйдя из квартиры, я услышала шум на широкой лестничной площадке. Старая-престарая соседская дверь была обита залатанной кое-где клеёнкой. Из дыр некрасиво торчали пучки войлока, а уж под ним скрывалось одно из двух – железо или дерево. Хотя, скорее всего второе, так как этой двери было в обед сто лет, равно как и квартире, что скрывалась за ней. Принадлежала она одной древней одинокой старухе. Я никогда не видела, чтобы кто-то общался с соседкой, у неё не было гостей, да и вообще вела она себя очень тихо. Только иногда выходила во двор, чтобы посидеть на скамеечке и, заботливо подкармливая тощих и грязных бродячих кошек, подышать воздухом. От этой бабушки и её квартиры все шарахались, даже в лифт не заходили, когда она в нём ехала после «прогулки» на свой пятый этаж. Мне, как новенькой, одна молодая мамочка рассказывала и доказывала, что я живу на одной площадке с ведьмой. В это время её малыш так ужасно кричал, что мне стало не по себе.

Сейчас из-за старой двери раздавались стоны, охи и старческая шаркающая поступь. Я хотела рвануть отсюда побыстрее, но задержалась: вдруг бабке этой плохо и помощь нужна? Сомневаюсь, если честно, что она ведьма. На худой конец, просто гадалка какая-нибудь…

Дверь с громким щелчком щеколды открылась, и в полумраке коридора стало видно пятно света, выбивающееся из боковой комнаты справа. Скрипнула кровать. Похоже и впрямь что-то случилось…Вскоре я топталась в прихожей соседки, сгорая от стыда и страха. А главное, совсем не помнила, как и зачем вошла. Будто за руку кто-то затащил.

- Кто здесь?.. – прошелестел слабый голос старухи, - Скорее… Не вытерплю…

Мне захотелось убежать отсюда как можно дальше. Чувствовала себя воровкой, но страх возрос, когда я услышала своё имя:

- Дарья, наконец-то, быстрее…

Старуха закашлялась, а по моей спине побежали мурашки: ужас! Откуда она знает, как меня зовут?!

На широкой антикварной и скрипучей кровати я едва отличила соседку, похожую на сухое дерево. На ней была длинная до пят юбка и свободная блуза, сильно болтающаяся на тщедушном бледном теле. Спутанные волосы белее снега были неряшливо убраны в хвост.

- Я… Я могу вам помочь?.. – пискнула я.

Она приоткрыла глаза и впилась в меня изучающим взглядом. Глаза у неё оказались чёрные и блестели, как морские камни на набережной. В них читалось презрение пополам с задумчивостью.

- Ты? Так вот кто ты… - неопределённо пробурчала она скорее себе, чем мне, а потом вдруг вцепилась мне в запястье своей узкой костлявой пятернёй, похожей на куриную лапу. Да так крепко – не вырвешься! Это было довольно больно. Я запаниковала, судорожно сглотнула и чуть не выронила ключи от дома.

- Боишься? Не тряси головой, по глазёнкам вижу, что права. Ну, на, возьми, если не передумала помогать мне, - проворчала соседка.

Жалея о своём поспешном предложении, я перевернула пленённую кисть ладонью вверх. В неё лёг маленький холщовый мешочек – в таких, судя по старым сказкам, когда-то передавали деньги. В этот миг почудилось, что старуха недовольно, чуть слышно буркнула что-то вроде: «пляши, ведьма – подарок тебе».

Мама и папа, конечно, учили меня ничего не брать у незнакомых, а особенно у подозрительных людей, но в этот раз было страшно отказаться – разгневаешь эту старуху, а потом проблем не оберёшься. Лучше быть послушной девочкой и брать, что дают. Дома выкину.

- Носи с честью, - прошептала старуха и, закрыв глаза, отвернулась, потеряв ко мне всякий интерес.

Я рванула вон из квартиры, а потом вниз по лестнице: слишком страшно было ждать лифт на этой площадке! Только этажом ниже меня заставил остановиться сосед. Я чуть не налетела на него и его немецкую овчарку. Последняя вдруг стала лаять на меня, как сумасшедшая.

- Дарья, что стряслось? – лицо соседа стало озабоченным, - Фу, Арон, фу! Замолчи! Плохой пёс, тихо, я сказал!..

Лай гудел на весь подъезд, из собачьей пасти полетела слюна, глаза налились ненавистью и страхом одновременно.

- Там, наверху… Моя соседка… и я… - пыталась я побороть волнение.

- Арон! Да что ж он делает… Вы извините этого дурака, Дарьяша…

Приоткрыв щель в свою квартиру, сосед начал потихоньку запинывать в неё расшумевшееся животное, которое продолжало огрызаться и даже укусило его за палец.

- Ай! Негодник!.. Дашенька, всё будет хорошо. Идите себе, ничего не бойтесь. Я сам схожу, узнаю, что там с этой старухой…

Закивав, я рванула дальше, стараясь больше ни с кем не пересекаться. Да уж… Вот и встречайся теперь нос к носу со старыми ведьмами…

После возвращения домой я была так занята приготовлением праздничных блюд, что совсем забыла про ведьмин подарок, и он затерялся где-то в сумках с продуктами.

Дальше всё шло по плану, и праздник мой начался отлично. Мы слушали музыку, украшали стол, я открывала подарки, принесённые гостями (серьги, косметика и новые колонки). Колонки были мигом присоединены Тарасом к моему ноутбуку, и из них полилась музыка. Но когда таким образом начались танцы, мне стало как-то не по себе. То ли я переутомилась, то ли попала под впечатления, выходящие из ряда вон… Пока мои гости веселились и ничего не замечали, я ушла на кухню и стала мыть посуду. Музыку здесь было слышно плохо, шум бьющей из крана воды успокаивал. Я умылась.

- Дашуля, пошли танцевать, - рядом нарисовался Тарас, – Не сбегай с собственного праздника, ты что?

- Ничего, - грубовато отрезала я, снова вытирая лоб, который вспотел как-то уж слишком быстро, – Не пойду, отстань!

Я знала, что старый друг хочет развеселить меня, но в то же время во мне вдруг пробудилась ненависть ко всему, что связано с этим парнем: чего он сюда притащился? Ещё и требует дополнительного внимания к своей персоне – да кто он такой?! Ему что, мало развлечений? Больше пригласить некого? Захотелось наорать на него или даже ударить чем-нибудь тяжёлым, толкнуть, укусить…

Лицо друга стало серьёзным. Он усадил меня на табуретку, оглядел с недоверием и волнением:

- Ты здорова? Выглядишь не очень. Красная вся… как рак.

И неуверенно ухмыльнулся.

Но меня только разозлила эта невинная шутка. Снова захотелось нагрубить, чтобы за языком следил, но не тут-то было. Неожиданно меня качнуло. Закружилась голова. Схватив полотенце, начинаю им обмахиваться.

- Открой окно! Окно, скорее! – хрипела я не своим голосом.

Совсем забыла, что оно уже было открыто!

Друг засуетился. Он что-то говорил мне, усердно обмахивал коробкой от диска, которую зачем-то принёс на кухню, а потом стал звать на помощь.

- … у неё жар, она вся горит!!! – разобрала я.

Остальные примчались по первому зову. Их испуганных лиц не забыть. Марго выбежала из кухни, но когда Тарас нёс меня в комнату, я мельком видела, как она звонит в «скорую». Видела и врача в белом халате, которого привела Лида. Сестра что-то говорила… Последнее, что запомнилось – танцующая красная ящерка… Как странно!

У кровати, когда я проснулась, сидела Маргарита. Она рассказала, что температуру мне сбили, а она осталась за мной следить. Спросила, что это со мной было – я не знала, что ответить! Самым странным оказалось то, что мой недуг исчез так же неожиданно, как и появился. Я чувствовала себя абсолютно здоровой. Даже стало немного стыдно. Может, и вправду переутомилась?..

- Ты можешь идти домой, если хочешь, - предложила я Рите.

- Я боюсь, - немного помявшись, пряча глаза, призналась подруга, - Жутковато проходить мимо квартиры покойника…

По телу пробежали мурашки: кто умер? Что я ещё пропустила, лёжа с температурой?

- Советую тебе тоже пока дома посидеть, Даш, - продолжала Рита.

- Так что случилось-то? – я уже не на шутку разволновалась.

- Соседка твоя умерла. Ну, та старуха из квартиры напротив. Ведьма которая.

Я заступилась за странную бабушку, мол, не ведьма она никакая. Просто общество не любит, может, у неё есть причины. Тут и «подарочек» вспомнился от неё. Я ведь так и не заглянула в тот холщовый мешочек.

Узнав про сомнительное приобретение из ведьминой квартиры, подруга обозвала меня дурой и потребовала, чтобы я его немедленно выкинула.

- Из-за него ты болеешь! – утверждала она, - Любят эти старые кошёлки вот таких наивных девиц к себе зазывать и силу передавать через прикосновения! Она тебя трогала?!

- Не совсем… Только вложила в руку мешочек, и всё…

Я была скептиком и никогда не верила в подобные вещи.

В мешочке, когда мы его с огромной осторожностью развязали, оказался маленький флакончик с какой-то жидкостью без цвета и запаха и антикварное кольцо. На нём имелось место для какого-то драгоценного камня, но сам камень отсутствовал.

Мы пошли на кухню пить чай с тортом. Мне становилось легче и легче. Зато Марго всё больше впадала в задумчивость, и к концу чаепития вынесла вердикт:

- Знаешь что? Ты поправляйся, а я возьму этот мешочек с собой. У меня есть одна знакомая женщина-экстрасенс. Спрошу, что ли, у неё, опасно эта вещь или нет…

- Ладно, мне он особо-то и не нужен, - не стала спорить я, - Всё равно хотела выкинуть, забыла просто.

Мы обнялись на прощание, и Маргоша удалилась. Я долго махала ей из окна, а потом села копаться в телефон, но покой длился недолго. Едва пробило десять часов, как раздался телефонный звонок. Это была Марго. Нажимаю «принять»… Что же я слышу?! Мамочки мои! Что-то грохается с огромной высоты, раздаётся оглушительный треск, которому вторит истерический ор Бориски и Пушинки – Ритиных кота и кошки. На фоне всего этого безобразия и сама подруга в порыве сумасшедшего триумфа что-то неразборчиво кричала мне в трубку. Правда, слов было не разобрать – она захлёбывалась от восторга.

- Рита! Рита! Что там?! – кричу в ответ.

Посыпались короткие гудки. Я испуганно вскочила с кресла: нечего и сомневаться в том, что моя подруга попала в беду.

Глава 2

Пора…

На такси я быстро добралась до дома Марго. За это время, глядя пустым взглядом на темнеющие улицы, передумала всё-всё. Ведьмин подарок свёл её с ума? Или ей плохо? Может, к ней залез вор?.. – нет, вряд ли: воры не грабят при хозяевах дома… А может, на подругу напал какой-нибудь маньяк, затолкал в квартиру и так далее…

Дальше я боялась и думать. Успеть бы вовремя!

Взлетаю по лестнице на третий этаж, стучу в такую знакомую дверь Ритиной квартиры. Жму на кнопочку звонка так, что аж палец побелел. Слышу монотонную неприятную трель звонка. Но когда она затихла, мне снова стало жутко: в квартире не ощущалось ничьего присутствия; ни шагов подруги, ни каких-то других звуков – просто звенящая тишина. Хоть бы сосед какой в подъезд вышел, что ли…

- Пора, пора! Ведьма, пора! – услышала я озабоченную болтовню позади себя.

Говорили с придыханием, и как будто голос был детским. Вздрогнув, оборачиваюсь. Вижу: на последней ступеньке нижнего пролёта, метрах в двух от меня стоит девушка лет двадцати пяти. Рыжая, как огонь, огромные синие глаза пожирают меня. Ей явно были интересны мои дальнейшие действия.

- Чего обзываешься? – спрашиваю у неё, - Какая я тебе ведьма?

- Настоящая, Дарья, настоящая! В путь пора!

- Где моя подруга?!

Довольно милое лицо моей собеседницы исказила неприязнь.

- Наглая девка не в праве пользоваться чужими вещами. Её покарают за это. И поделом! Может, пятьдесят лет карцера приведут её в чувства и научат не совать свой нос, куда не следует...

Развернувшись, она стала быстро спускаться по лестнице, будто обидевшись на сам мой вопрос. Я бросилась следом. Но как бы сильно я не разгонялась, пробежать эти два метра у меня не выходило: какая-то магия возвращала обратно после двух шагов, и я бежала как белка в колесе – почти не двигаясь с места. Незнакомка тем временем уже исчезла из виду на нижнем этаже. Тут, наконец, меня отпустило, и я выскочила на улицу. Затравленно огляделась – эта странная девушка не могла уйти далеко. Но улица была пуста! Вернее, люди и машины на ней были, и ночной Петербург шумел ещё громче дневного, но рыжеволосой девушки нигде не было видно.

Рядом со мной у тротуара остановился серо-голубой «Пежо», тонированное стекло отъехало вниз. Сидевший за рулём белобрысый парень чуть старше меня весело улыбнулся и спросил:

- Вы ещё здесь? Нехорошо заставлять старейшин ждать. Они этого не любят, да… Ну, разве сейчас время на меня смотреть?! По-то-ро-пи-тесь же!

Печатая последнее слово по слогам, он коротко сигналил после каждого, а потом быстро надел тёмные очки и, подняв стекло, уехал, а я так и осталась стоять с отвисшей челюстью. Чего они все от меня хотят?!

Я вернулась обратно в подъезд и на удачу подёргала дверь. Та вдруг поддалась, оказавшись незапертой. Передо мной была тёмная и пустая передняя, только зеркало в пяти шагах от меня загадочно серебрилось в свете фонарей. На стекле разобрала торопливо накаляканные губной помадой буквы: «Дашка! Ура, сработало!!!»

Спешу в комнату, но тут из неё мне в ноги бросился пушистый комок нервов, в котором с трудом можно было признать сонного добряка-Борьку. Кот как с цепи сорвался. Он выгибал спину и громко шипел, рыжая шерсть стояла дыбом, глаза лезли из орбит. Он явно не хотел пропустить меня. Позади него, стараясь держаться подальше от меня, пугливо застыла белая кошка с оранжевым пятном вокруг глаза. Благо, я знала, где Марго хранит швейные принадлежности – в маленькой корзинке из шкафа! Она несколько раз брала их при мне. Притворившись, что никуда идти не собираюсь, я попятилась взяла клубок и бросила его в чулан. Борька рыжей стрелой умчался следом, а за ним и Пушинка. Я быстро закрыла их там на крючок.

В комнате Риты царил беспорядок, вещи валялись на полу и кровати как попало, будто сброшенные. Белели осколки вазы – моего подарка на Восьмое марта. Люстра тоже висела криво, и с неё слетел плафон. На туалетном столике ждал своей участи злополучный холщовый мешочек. Он был развязан. Внутри я обнаружила уже неполный стеклянный флакончик и пропажу кольца с пустой вмятиной. Его забрала с собой подруга. Но куда и зачем?..

Присмотревшись внимательнее, я нашла на дне мешочка письмецо, написанное на куске старой жёлтой бумаги. Оно гласило:

«Приветствую тебя, новенькая!

Не откажи в чести показаться нам в своей природной красе. Сегодня ровно в 00:00 часа имеет место быть празднество в честь Ивана Купалы, на котором ты сможешь повеселиться и испытать силы, Дарья.

Жду с нетерпением,

Верховный чародей Варлаам».

Так вот за что накажут Маргариту и куда она подевалась! Она отправилась на праздник вместо меня! Значит, придётся торопиться следом, только вот как и на чём?

На обратной стороне записки обнаружилась инструкция. Коротенькие указания велели:

«Выпить зелья и, раздевшись, ждать».

Так я и поступила. Исключительно ради подруги.

Пока ждала, смущённо разглядывая себя в зеркале, позади моего нагого отражения что-то задвигалось. Обернувшись, я решила, что попала в произведение Михаила Булгакова: ко мне неспешно приближался веник. Причём без посторонней помощи. Было жутко, но когда веник завис передо мной, приглашая садиться, содержимое флакона сделало своё дело, и моё состояние изменилось до неузнаваемости. Стало весело, и появился интерес к происходящему. Так вот почему Марго была так возбуждена во время телефонного разговора…

Сильный порыв ветра распахнул окно настежь, и меня приятно окатило прохладной волной. Стало легко и весело, всё во мне трепетало от предвкушения чего-то выходящего из ряда вон. Веник вынес меня за пределы двора и мчал над домами. Это было похоже на сон, но просыпаться я не хотела. Не сдержав восторга, завизжала.

- Мама, смотри! Как эта тётя летает?! – раздался снизу детский возглас.

Мигом закрыв рот, я попыталась разглядеть зоркого ребёнка, но куда там! Веник мчал меня дальше и дальше.

Вылетев за пределы города, я уже потеряла интерес к полёту: внизу потянулись скучные поля, да и холодновато мне стало. Я мечтала об одежде или хотя бы каком-нибудь пледе… Ощущение уже не то.

Наконец, мой веник пошёл на снижение, и я угодила в холодную воду обеими ногами, правда, по щиколотку и смогла быстро выбраться из реки. Оглядела пустынный каменистый пляж. Было темно, тихо и ровным счётом непонятно, зачем меня принесло сюда.

В лесу стало совсем худо: почти при каждом шаге под босые ноги попадали то камень, то сук, то колючка какая, а то и вовсе бурелом в потемневшем овраге… Почему я не обулась?! Что теперь делать?!

Заслышав чьи-то шаги, я шмыгнула за дерево. Раздавались женские голоса и смех. Выглянула. Чуть поодаль шла целая вереница молодых девушек под предводительством тех парня и девушки, что советовали мне поторопиться. Ведомые были, как и я, раздеты, чего не скажешь о провожатых – эти двое чем-то напомнили бортпроводников. Та же аккуратность во всём. Рыжие волосы девушки были убраны в безукоризненный пучок, а чёрные туфельки блестели. Парень зачем-то надел костюм и даже галстук-бабочку. Кажется, у него и укладка была…

- А, новенькая! И ты иди сюда! – махнула мне провожатая, - Меня Ниной зовут, а это Алексей. Мы проводим вас на регистрацию.

- Рад знакомству, - коротко ответил Алексей.

Я присоединилась к строю, шла последней.

Мы двигались, огибая реку вдоль, и остановились на опушке, где стоял письменный стол. За ним сидел мужчина средних лет в костюме и ещё две нарядные, но строгие на вид женщины того же возраста. Все трое внимательно и без всякого стеснения разглядывали нас. Мои щёки заалели от стыда, я набросила на плечи свои длинные волосы, и не я одна.

- О, пополнение! Прекрасные юные колдуньи! – воскликнул мужчина за столом.

- Ничего особенного, девочки. Обычная бумажная волокита, - объяснила женщина слева, - Когда-то мы тоже были на вашем месте. Вскоре вы ознакомитесь с нашими законами и, подписав их, получите силу, что таится в ваших перстнях.

Девушки одобрительно закивали, шутливо поигрывая старинными перстнями. У каждой было по одному такому, и она им страшно гордилась… У каждой, кроме меня…

- Дарья! – вдруг окликнула меня женщина справа, - Выйди вперёд.

Я шагнула вперёд, и увидела у неё в руке тот самый потерянный перстень. Значит, я на верном пути и Марго где-то рядом… Алексей передал мне украшение и встал на своё место.

- Не теряй больше, - предупредила женщина справа, - Если потеряешь, всей силы колдовской лишишься. А она у тебя, кстати, не маленькая. Покойная Зинаида собирала её по крупицам не одно столетие, да и артефакт этот довольно древний, нельзя его просто так давать поносить.

Я виновато кивнула.

Потом Нина зачитала нам законы ведьм с жёлтой от времени бумаги. Из них следовало, что мы все будем использовать силы с умом и прилежно развивать навыки в специальном учреждении для колдуний. С получением колец каждая из нас уже внесена в список тамошних первокурсников, а сейчас требуются наши подписи. Кровью.

Алексей взял булавку и двинулся вдоль строя, протыкая палец каждой юной ведьме. Добрался и до меня…

- Послушай, а без этого нельзя? – севшим голосом поинтересовалась я.

- Ты что, Дарья, кровь никогда на анализы не сдавала?

- Сдавала…

- Ну и всё, дай сюда палец. Не вижу разницы. Так даже веселее.

Он схватил мой палец, на котором сидел перстень и кольнул его. Я вскрикнула. Стало противно, больно и страшно. Алексей выдавливал кровь с какой-то особенной радостной усидчивостью, как голодный вампир, дорвавшийся-таки до деликатеса.

- Давненько мы тут свежей кровушки не видели, - вздохнул он больше про себя, - Ох, сейчас пойдёт веселье… Вот так, пиши.

Я расписалась на листе, и он исчез.

- Вот и славно! Жду вас всех здесь же осенью, а сейчас да начнётся празднество! Поверните же свои перстни и отдохните, как следует! – призвал мужчина.

Подавая пример, он первым повернул своё огромное чёрное кольцо влево, и письменный стол вместе со стульями, выглядящий так нелепо в лесу, исчезли, будто их и не бывало. Сам верховный колдун Варлаам (это был он, тот самый автор письма) остался в одной набедренной повязке, подпоясанной толстой золотой цепью. Его соседки, а следом и Нина, повторили действие и тоже мигом обнажились. Их тела только слегка прикрывали полупрозрачные накидки в пол. Обвивающие грудь, они будто были сотканы из воды и тумана, чем-то напоминали вечерние платья стального или светло-сизого оттенка. Каждое из них даже имело свой декор: на чьём-то была лямка, на чьём-то бант или пышная головка розы, а то и вовсе завязывались верёвочки на шее.

У новеньких подобные накидки оказались короткими и слабенького сероватого цвета, исключая мою. Эта была сизая, ниже колен и с пышным цветком у плеча. Она даже могла бросить вызов платьям взрослых ведьм, не говоря уж о синем наряде Нины до колен.

- Взгляните, учителя! Сила перстня Дарьи почти равна вашей! - воскликнула последняя.

- От Зинаиды ей много что досталось, но это только начало, - сказал Варлаам и громко хлопнул в ладоши, - Да начнётся праздник!

Вмиг по всей поляне вспыхнули костры. Зашумев, мои сокурсницы разбрелись кто куда, стали слетаться на всём, чём только можно другие ведьмы и колдуны, постарше и поопытнее нас, таких как Алексей и Нина. Последние же стояли недалеко от меня и тихо разговаривали о чём-то своём, изредка прерываясь, чтобы поприветствовать знакомых. Я подошла к ним и спросила, откуда здесь взялся мой перстень вперёд меня. Не прилетала ли с ним сюда рыжеволосая девушка, и где она сейчас.

- Я же сказала, её ждёт кара, - нехотя повторила Нина, - Это непростительно! Она украла столь ценный артефакт…

- Да не крала она, я сама ей дала его! – нетерпеливо объяснила я, - Если кто и совершил непростительный поступок, то это я. Отпустите Марго. Ну или, хотя бы, поговорить нам с ней дайте…

- Туда нельзя ходить, - заметил Алексей, задумчиво позвякивая своей серебряной цепью на поясе, - Это противозаконно.

Я долго упрашивала их, и это было делом нелёгким. Кроме них никто не мог мне помочь, но когда я, отчаявшись, пошла своей дорогой, колдун и ведьма заволновались. Они стали шептаться, а потом догнали меня. Алексей сообщил, что после недолгого совещания они с Ниной решили нарушить правила, ведь кто, в конце концов, их не нарушает, а мне одной здесь бродить опасно…

Молодые ведьмы и колдуны пели, водили хороводы, устраивали магические поединки, прыгали через костры. В густой куще то и дело обнаруживались парочки. Решив уединиться, они были настолько заняты друг другом, что забыли всё и всех вокруг, включая рамки приличия. Сначала мне было неприятно проходить мимо, но потом, беря пример со старших, я просто уставилась в одну точку и, стараясь не обращать внимания ни на что лишнее, шла туда, куда меня вели.

Пару раз меня пытались куда-то утащить несколько ведьм и колдунов с криками: «Ай, новенькая! Ай, красавица! Да иди ж ты к нам! Весело будет, не обидим…». Все они были изрядно подвыпившими, хватали меня за руки и с удовольствием трогали, где вздумается.

Всякий раз у меня сердце в пятки уходило, пока, наконец, Нина и Алексей не догадались, вторично разогнав этих бездельников, взять меня под конвой. В окружении старших стало безопасно.

- Уже вот и пирушка началась. Скоро купаться пойдут, - задумчиво сказал Алексей.

Едва он договорил, как мы заметили в небе зелёную вспышку. Отовсюду послышался рёв, смех и гогот, а потом топотание сотен пар ног – все бежали к реке. На нас едва не налетел колдун, несущий на закорках ведьму в одних перчатках (спрашивается, зачем они ей?).

- О, Лёшка, вот ты где, плутишка?! – спросил незнакомец, - Не тормози, погнали к речке, и очаровашек своих захвати обязательно!

- Да, да, непременно, - снисходительно закивал Алексей.

- Валера, хватит болтать! Но! – его лихая подруга точно кнутом хлестнула его по плечам давно сброшенной с себя волшебной мантией, и они с улюлюканьем и молодецким свистом помчались дальше.

Дальше шли без приключений и очутились у какой-то землянки.

- Я вообще против этой затеи, но… - прошептала Нина, и всё-таки открыла старую скрипучую дверь маленьким золотым ключиком.

Там, в большой и пустой сырой комнате с едва заметными окошками, съёжившись, сидела на полу Рита. Единственное, что на ней было - это простыня. Она, чуть не плача, смотрела то ли в пол, то ли на свою лодыжку, к которой крепилась железная цепь с тяжеленной гирей. Мою подругу просто держали взаперти, как какое-нибудь животное для зоопарка.

- Иди к ней. Ты пройдёшь, а мы нет: наша сила не такая большая, - велела Нина.

Я шагнула в землянку. Ничего особенного, только слегка серебрятся стены и круг, в центре которого, не имея возможности перемещаться, сидела Марго.

После моего оклика подруга подняла глаза и не выдержала - расплакалась. Я бросилась к ней. Она не могла преодолеть круг без перстня, зато я могла и, негромко ругая тех садистов, что посадили подругу на цепь как собачонку, освободила её от оков. Марго продолжала плакать навзрыд и извиняться, просилась домой. Клялась, что больше ни одну чужую вещь в руки не возьмёт.

Я осторожно вывела её из землянки, и пока Алексей создавал её двойника на прежнем месте, а Нина закрывала дверь, протянула свой летающий веник, появившийся рядом по щелчку:

- На нём ты можешь улететь домой прямо сейчас…

- Осторожно…

- Да, и не забывай об осторожности. Не бойся, никто не заметит…

- Осторожно, Даша! – Марго показала вперёд и я, поздно сообразив, оглянулась, готовая защищать её. Но не тут-то было. Нас ждало нечто пострашнее…

Глава 3

Его величество

Повелитель Пламени

Нас обступили рыцари с огненными перьями на шлемах. Все они сидели на высоких и крепких конях тёмно-коричневого цвета с ярко-рыжими и тоже сверкающими как пламя гривами и хвостами. Их глаза горели, как уголья в печи. Один из всадников прицелился из лука в Риту. Она завизжала и была сбита мной на землю. В следующую секунду по лесу пронёсся мой собственный рёв, которого я даже испугалась. Сильная жгучая боль мучила изнутри, но снаружи был виден только большой ожог в области сердца. Моё тело стремительно краснело. Марго попыталась что-то сделать, старшие защищали меня от незваных гостей, но их всех, точно бумажных человечков, вдруг смёл в сторону горячий ветер.

- Не трогать! Повелитель Пламени прислал меня забрать свою невесту! – велел властный девичий голос.

Я перестала что-либо слышать и понимать. Было нестерпимо горячо и нечем дышать, будто на пожаре. Меня, закашлявшуюся и обмякшую, вмиг загоревшую и абсолютно беспомощную, чуть ли не на руках понесли неизвестно куда…

Уловив слабый плеск и движение, я приоткрыла глаза. Первым, что увидела, была ящерка огненно-красного цвета, извивающаяся в сложном танце прямо на моей груди. Та самая, которую я видела дома! Вокруг неё распространялось тепло и разгорался костерок. Чем задорнее был её танец, тем хуже мне становилось: мало того, что она мелькает перед глазами, так ещё и дышать тяжелее становится…

«Я тебя знаю! Чего ты пристала?!» - хотелось закричать мне изо всех сил с обидой, но пересохшие, потрескавшиеся губы едва шевелились.

- Даш-ш-ша… Даш-ша, ты избранная… - прошелестела она, впиваясь в меня своими рыжими глазами.

- Я? Нет… Уйди… - кашляя, я завозилась, стремясь согнать её с себя. Но не тут-то было… Руки как чужие, тело меня тоже явно не слушается. Или слушается, но уже не меня…

Я лежала на дне ладьи, которая, покачиваясь, плыла в неизвестном направлении, управляемая невесть кем. Казалось, горю заживо. Пыталась заплакать, но нечем: слёз просто не было! Зато мои всхлипы услышал некто, нависающий надо мной в полный рост. В ночной тьме я не видела его лица под капюшоном.

- Ничего, Дарья, всё идёт по плану. Терпи… - негромко сказал женский голос.

Ладья привезла нас к замку. Незнакомка помогла мне встать и, прижав к себе, закутала в плащ, похожий на дождевик. Как только он коснулся моего тела, боль стала вполне терпимой. Теперь жгло только изнутри и очень хотелось пить.

- Я могу помочь тебе только этим, - сказала моя спутница.

В знак благодарности я смогла только кивнуть, но рано обрадовалась. Оказывается, мои страдания были облегчены только для того, чтобы я смогла самостоятельно подняться в какую-то башню. Пройдя триста крутых ступенек, к слову, в затхлом и сыром коридоре, я была никакая. В крохотной круглой комнатке с маленькими оконцами у крыши было разрешено прилечь на узкую дощатую скамейку. Оставшись тут в одиночестве, я мигом воспользовалась своей единственной привилегией. Тем более пол здесь тоже был горячим, а дышалось как в бане.

Не знаю, сколько я так лежала, в полной темноте и духоте, но вскоре услышала за дверью торопливые, почти бегущие шаги.

- Наконец-то! Я должен сейчас же её увидеть! – говорил торопливый мужской голос, – Скорее, скорее! Я не допущу, чтобы она мучилась. Нельзя так…

- Но обряд ещё не закончен! Сутки не прошли! – оправдывалась та, что доставила меня сюда.

- Плевать мне на обряд! Никому не под силу пройти его! Разумеется, кроме магов, неотделимых от огня. Помнишь, что было с Кларой? А Еленой?

- Они были совсем юны, Владимир! Давай подождём ещё!

- Я сказал нет! Ещё одну девушку убить не позволю! Довольно!

Толстая дубовая дверь с нетерпеливым грохотом распахнулась, и торопливо вошли двое.

- Кыш отсюда, - неприязненно сказал мужской голос.

По моей груди перестали топотать крохотные лапки, и стало легче. Я даже смогла дышать, но ничего толкового не увидела: белый пар, какие-то искры… Их будто вытаскивали из меня, как причиняющие боль иголки. Было немного больно. А лицо мне застилали слёзы горя и боли душевной: я вдруг поняла, что никогда не вернусь обратно в Петербург…

- Не плачь, скоро пройдёт, - мягко успокоил меня тот, кто прогнал ящерицу. Им оказался довольно симпатичный и нарядный молодой человек с карими глазами. Последние искры и клочки белого пара он лениво скатывал в клубки, как использованную вату, и они исчезали.

Я вскочила и испуганно отодвинулась. Снова брызнули слёзы:

- Зачем я здесь?! Кто вы?! Пустите!

- Тише. Я Повелитель Пламени, а зовут меня Владимир. Не надо никого бояться, я тебя не обижу. Особа, которую ты уже видела по дороге сюда – моя сестра Ирина.

Мне дружелюбно подмигнула пришедшая с ним девушка с волосами цвета меди, одетая в красивое платье.

- Я хочу домой, - сказала, наконец, я, - Зачем я здесь?

- Огненная хозяйка уже не отпустит назад ту, с кем был проведён обряд, пусть даже прерванный мной, - объяснил Владимир, - Саламандра избрала тебя моей невестой. Она считает, что ты та самая. Хоть ты и не рыжеволосая, но… Так ли это важно? Испытание жгучей пыткой выдержит не каждая ведьма. С этой минуты мы с тобой связаны против нашей воли. Прими от меня скромный свадебный подарок.

Я даже растерялась, а он, опустившись на одно колено, протянул коробочку, в которой лежала золотая цепочка с красивым медальоном.

- Дарья, во мне проснулось уважение к тебе и желание заботиться о тебе в дальнейшем. Я, Повелитель Пламени, предлагаю тебе все свои богатства. Прошу руку и сердце!

- Ну… - выдавила я в абсолютной растерянности.

Ирина вопросительно посмотрела на меня, мол, чего ты ждёшь, и, поймав мой взгляд, кивнула.

- Полагаю, выбора у меня нет?.. – снова помрачнела я, глядя в пространство между братом и сестрой. Дрожащая рука медленно, с сомнением взяла украшение, и Владимир помог застегнуть цепочку на шее.

- Красиво… Не снимай его, и уже сделаешь мне приятное. На самом деле, я тебя понимаю, - непрошенный жених накрыл меня плащом и протянул платок, чтобы я вытерла потное с остатками слёз лицо. Сел рядом: - Женитьба – мой единственный выход. Только так я перестану хандрить и смогу взять под контроль свои расшалившиеся силы.

- Разве ты не заметила, как горяча была вода, когда я везла тебя на ладье? – спросила Ирина, - Разве не ощущаешь запаха? Пахнет палёным деревом.

Я принюхалась – и впрямь пахнет, будто что-то сгорело.

- Пожалуйста, - умоляюще попросил Владимир, - Иначе огненная саламандра спалит тебя.

- Хорошо… Я согласна, - без выражения даю своё согласие.

Улыбнувшись, он поцеловал меня:

- Спасибо! Спасибо, Дарья. Ты просто моя спасительница. Обещаю, тебе здесь понравится, о выборе не пожалеешь. Будем помогать друг другу, я научу тебя всему, что знаю сам, а ты… Тебе просто нужно быть поблизости от меня, чтобы огонь был под контролем. Повелитель есть повелитель, но огню ведь и хозяйка нужна… Что же мы сидим?! Ирина, прошу, отведи её в комнату и дай прислугу.

- Точно, пойдём отсюда, - Ира схватила меня за руку и повела прочь из тёмной и затхлой комнатушки под самой башенной крышей.

Она вела меня под руку, не давая оступиться на покатых ступеньках в темноте. А ведь мне и вправду грозила такая беда – чувствовала я себя всё ещё не очень хорошо. Несколько раз действительно споткнулась. Прокладывающий путь впереди Владимир в таких случаях резко оглядывался, готовый ловить, если вдруг упаду. Вести меня вдвоём им не позволяла ширина лестницы.

Смутно помню, что после этого спуска добиралась до комнаты попросту на руках Владимира.

- Отдыхай, Дарья, набирайся сил. Увидимся позже, - сказал он на прощание, закрывая дверь снаружи.

Поводив глазами по высокому сводчатому потолку своих покоев, я заснула на рассвете и проспала весь день.

Наконец-то голова стала ясной. Какое-то время я просто осознавала, что со мной было, а когда поняла, снова расплакалась: я сама подписала себе приговор. Придётся жить остаток своей жизни здесь с этой непонятной личностью. Что, в сущности, я знаю о Владимире, кроме титула? Ничего! Вдруг ящерица ошиблась? Тот всадник целился в Маргариту, а я оттолкнула подругу… Получается, здесь должна быть она! А она и впрямь рыжеволосая и на несколько лет моложе меня. Владимир говорил что-то про рыжеволосых девушек, кажется… Нет, она здесь не выживет. И она не ведьма. В своих колдовских силах я пока тоже не уверена, но, думаю, стоит попробовать их развить или убедиться в отсутствии. В конце концов, как-то же я перенесла свою хандру.

Немного подумав, выскользнула в тёмный коридор. Бежать отсюда надо, бежать! Не знаю, как отсюда добраться до Петербурга, но если выйду из замка, уже буду в безопасности. Только вот как?.. Натянув первое попавшееся платье, выскальзываю в коридор.

Здесь было не так темно, как казалось. Через равное расстояние по обеим сторонам коридора стояли на тумбах подсвечники, из стрельчатых окон лился лунный свет, а до блеска надраенные полы казались разлинованной водной гладью и отражали свет.

Взяв один подсвечник, я двинулась вперёд, как-то сразу не подумав, что меня могут поймать и наказать. Из окна виднелись только другая сторона замка и пышный сад внизу, а вокруг скалы… Я сама находилась этаже на третьем из девяти возможных, а одна из башен имела все пятнадцать. Не удивлюсь, если это та самая, в которую меня посадили по прибытии сюда… Зачем-то…

Казалось, что за мной кто-то внимательно следит. Тут и там мелькали тени, а огоньки на свечах весело потряхивали своими светлыми головками. Поминутно вздрагивая и оглядываясь, стараясь ступать как можно тише босыми пятками, я высоко поднимала подсвечник и уходила всё дальше и дальше от комнаты, в которую меня поселили.

Спустившись до упора по подвернувшейся впереди лестнице, я открыла большие двери и оказалась в красивом зале. Здесь было сухо и прохладно, пахло деревом и старой бумагой... Я испуганно присела, услышав позади себя скрип и дверной хлопок. Свет, вернее, множество факелов, загорелись сами по себе. Стало светло, как днём, и я поняла, что случайно нашла библиотеку. Старую, погружённую в хаос, с непонятными символами, вырезанными на полированных стеллажах. Где-то вдалеке на фоне светлой стены отчётливо выделялась сутулая тень и было слышно чьё-то торопливое бормотание. Я остановилась в раздумье, а потом стала приближаться.

- Нет, не то… Мне это уже не поможет, слишком мало времени осталось… - разобрала я помимо шелеста страниц.

Подкрадываюсь поближе и вижу какого-то парня в потрёпанной одежде. С первого взгляда я приняла его за Владимира – сходство идеальное. Он сидел спиной ко мне и, конечно, не замечал ничего, кроме книги, а стеллаж скрывал его от посторонних глаз. Незнакомец торопливо что-то искал, а потом, тихо ликуя, вскинул вверх руку. На запястье у него я увидела страшное: два огромных одинаковых ожога. Волдыри успели в процессе заживания полопаться, и теперь местами провисала опалённая кожа.

- Ему конец!.. – услышала я.

Неожиданно свет в библиотеке снова погас. Я прижалась к стене между двумя стеллажами, а ночной посетитель с ожогами спрятаться не успел. Его громкое «чёрт!» спровоцировало нападение – громко лязгая доспехами, прибежала стража. Что-то зашипело, беглец взвыл от боли, и после недолгого сопротивления был повержен.

Подождав, пока стража отойдёт подальше, я выбралась из укрытия и заторопилась в обратный путь. Но не тут-то было. Ища выход, заблудилась в этом непонятном месте, как в лабиринте, окончательно. Коридоры, лестницы – всё такое одинаковое!..

Уже давно наступила глубокая ночь, платье почти не грело, а бродить туда-сюда, замирая при каждом звуке, надоело до тошноты. Поэтому я потушила свой подсвечник, забилась в пустую нишу, оставленную для какого-нибудь памятника, и уже собралась спать, как вдруг меня обступили стражники.

- Беглянка?! – прорычал басом их командир.

А дальше… Дальше меня схватили под белы рученьки и доставили в тронный зал, где Владимир что-то изучал на географической карте, держа в ладони небольшой костерок. Увидев меня, приведённую к нему в кандалах и под конвоем, да ещё и в таком неприглядном виде, он торопливо отложил свои дела и спустился к нам.

- Даша? Откуда?.. Что случилось?

- Ваше сиятельство, она пыталась сбежать… - отрапортовал главный стражник.

- Вот как? - Владимир недоверчиво скользнул по мне изучающим взглядом, высоко поднял рыжие брови.

- Не так! – горячо заявила я, топнув ногой, - Поверь, Владимир, это не так! Я заблудилась… Я больше не буду!

- А, вот оно что! Ты получила урок. И всё же, Дарья, придётся мне тебя наказать, уж прости. Чтоб неповадно было.

- Нет! Нет, прошу!..

Правда, меня уже никто не слушал. Я оказалась привязанной стражниками к толстой балке. Одна рука осталась свободной, и ту мне держали. Сам же Владимир взял из потухшего камина кочергу и какое-то время держал её за тот край, которым ворошат угли, а когда подошёл ко мне, я увидела, что этот конец покраснел от высокой температуры. Сказать о том, что я визжала как поросёнок, когда этот конец коснулся моего запястья на добрых полминуты – ничего не сказать. Вмиг вздулись огромные красные волдыри. Я, всхлипнув, уставилась на обидчика злыми глазами. Он же положил руку мне на плечо.

- Нельзя бродить по замку ночью. Это опасно для юной особы. Так я наказываю всех, кто не подчиняется моим порядкам, - объяснил Владимир, который неожиданно оказался не таким уж и добродушным, как я думала, - Предупреждение будет и во второй раз, а в третий…

Он выдержал паузу и продолжил с лёгкой улыбкой на более позитивной ноте:

- Ты, верно, скучаешь по дому, вот и не спалось… Пойдём, я сам покажу тебе дорогу в покои и ты спокойно заснёшь до утра. Мой урок плотно закрепится у тебя в уме, а те, кого ты знала и любила до нашей встречи, уйдут прочь. Твоя память будет стёрта.

Не поверив своим ушам, я стала плакать, говорить что-то против, даже кричала на него – никакого эффекта. Непрошенный жених относился ко мне как к капризному ребёнку и, взяв под руку, повёл в коридор, утешая и уговаривая. Я слышала отдельные обрывки, мол, «это не больно», «я хочу помочь», «ты просто будешь спать» и так далее.

Подождав, пока я улягусь, он присел на край кровати, и в полной темноте я увидела небольшой огненный шар, в котором виднелась часть лица Владимира. Больше ничего не было видно, и мне стало жутковато. Особенно когда далеко внизу что-то загудело. Я слышала со стороны какое-то шипение. Шум не то чтобы приближался ко мне, он как будто плыл, поднимаясь вверх искристой газированной пеной.

- А что шипит?..

- Ничего не шипит. Смотри сюда, на меня.

Я начала было что-то говорить, но тут огонёк стал, подчиняясь движениям повелителя, раскачиваться вправо-влево. В глазах Владимира тоже сверкали огоньки.

- Пора спать. Отдохни, и тебе полегчает. Ты в безопасности, - тихо и мягко говорил он, а огненный шарик всё с шипением качался между нами, как маятник на часах. Это и впрямь убаюкивало.

Осоловело поводив глазами, я прикрыла их буквально на пару секунд, но веки мигом налились свинцом, а в сознании, как оказалось, давно подстерегал готовый вот-вот начаться сон. Опиравшаяся до этого на локоть, я ощутила несильный толчок в плечо и повалилась на подушки в глубоком сне. Огонёк погас, и мне стало глубоко наплевать на то, что происходит в реальной жизни.

Как ни странно, проспала остаток ночи я хорошо и спокойно. А под утро… (О Боже!) меня ждало очередное испытание. Причём о нервной системе я уже молчу – на кону стояла жизнь!

Дело в том, что открыв глаза, я поняла, что лежу на гигантской белой перине. Во все стороны расстилалась такая же белая территория. Наверное, она тоже была мягкой, но идти к ней оказалось довольно далеко. Спускаясь вниз по перине, я рисковала слететь с неё кубарем. И слетела-таки, наконец, как с крутой горы, потому что запнулась. Мне явно мешало что-то скользкое, болтающееся под ногами.

Я оглянулась на своё неуклюже распластавшееся после падения тело и была шокирована: оно не моё! Явно не моё! Где же ноги, руки, талия?! Последняя была узковата, но хоть какая-то же должна была остаться, правда?! Нет, меня встретили тонюсенькие прыткие лапки, скользкое туловище и огромный, длинный, мешающий ходить хвост! Ощупав свою голову, я убедилась, что у меня нет ни затылка, ни волос на нём, ни ушей. Зато какой язык…

Я стала гекконом в два с половиной сантиметра длиной, причём прямо на кровати, в которой спала. Какой кошмар! И что мне делать? Как позвать на помощь? Крошечная теперь – хоть оборись – не услышат. И вообще, как разговаривают ящерицы?..

Тут, вдобавок к моим проблемам, открылась дверь в покои. Я юркнула под одеяло и затаилась там.

- Доброе утро, ваше высочество, - заученно, как учитель перед началом урока, поздоровался женский голос.

Да, так и есть: две служанки пришли, чтобы привести меня в порядок.

- Меня зовут Элла, а это Татьяна, продолжал голос, - Её высочество Ирина пожелала, чтобы мы служили вам до самой коронации.

«А это долго?» - хотела поинтересоваться я, но потом вспомнила про свою внешность и отодвинулась как можно дальше от края одеяла, чтобы не быть замеченной. Толстое одеяло было постелено так, что создавалось впечатление лежащего под ним человека, правда, без подушки и свернувшись клубком.

Так как царственная особа не отреагировала, служанки решили поднять её насильно, ибо так требовал плотный график.

- Ваше высочество Дарья, пора вставать! – повторил другой голос, кажется, Татьяны.

Было видно, как нависают над постелью подобно тучам их тени. В одеяле, которое служило целым шатром на пару-тройку сотен таких же геккончиков, как я, стало совсем темно, а потом – раз! И я оказалась на воле. Бестолково забарахталась на неуклюжих лапках, спотыкаясь о петли и складки. Меня оглушил дружный визг прислуги. Кое-как свалившись с кровати, поскальзываясь на плиточном полу, мчусь к окну. Вслед с грохотом летели какие-то вещи. В своём новом образе я их не узнавала. Знала только, что в данный момент ими может пришибить так, что не встану. Служанки же одним своим видом показались мне немыслимыми чудищами из мифов, которые были пострашнее титанов.

Хорошо, что теперь я могла бегать по стене. Необычно, конечно, но восхищаться некогда. Из покоев доносились крики, что «её высочества нет!». «Моё высочество» тем временем с огромной осторожностью ползло по каменной стене замка к земле, минуя второй и первый этажи и молясь, чтобы облик не вздумал меняться снова именно сейчас.

Добравшись до подоконника первого этажа, я услышала разговор в комнате, явно не предназначавшийся для чужих ушей. Заглянула туда.

Вижу маленькую комнатку со столом, двумя стульями и окошком. Задёрнутые почти полностью красноватые шторы обеспечивали полумрак, в котором горели зажжённые свечи. Я, кажется, застала что-то интересное. В помещении находились две дамы. Одна, лежащая на кушетке, оказалась не старше меня, второй же, сидевшей рядом за столом было лет под семьдесят, не меньше.

- Плохо мне… Снова начинается… - слабым голосом сказала девушка, - Очередную дуру, небось, привёл. Вот и пьёт она мои силы…

- Не ругайся, Зоечка, - с сочувствием сказала её собеседница, - Бедняжка не знает, куда попала. Она сюда не рвалась.

- На её месте должна быть я! Это моё место!

- Твоё, твоё… Посмотрим, что ли, на будущее?

- Ну, давай, старая гадалка…

Старушка начала расставлять на столе свечи, раскладывать карты. Мне было очень интересно посмотреть и послушать, что получится, но тут сзади на меня опустилась тень. Это оказалось… Даже не знаю, кто это… Существо напоминало крысу. Огромнейшую и мерзейшую из всех когда-либо мной увиденных крыс. Встрёпанная шерсть у неё была какой-то сизой, а по позвоночнику, как у дракона, тянулись шипы до самого хвоста. На меня с яростью смотрели налитые кровью красные глаза, из пасти угрожающе торчали острые клыки.

Глава 4

Владимир темнит

Она приближалась. Зажмурившись от страха, я оступилась и упала с подоконника.

- С-сдохнеш-ш-шь... С-скоро с-сдохнеш-ш-шь… - пообещало существо.

Да, определённо странная крыса. Передвигающаяся на задних лапах, жуткая, а главное крупная! Ростом с трёхмесячного котёнка. Я думала, она меня сейчас съест, если не разобьюсь, но вдруг…

- Даша! Боже мой, что ты здесь делаешь?! Испачкалась вся… Из окна, что ли, выпала?

Руки, ноги – всё на месте. Я лежала на красиво постриженных пышно цветущих в саду кустах, а надо мной склонилась удивлённая Ирина.

- Где она?! – вскочила я, испуганно оглядываясь.

- Кто? Кого ты видела?

- Крысу! Огромную, противную такую…

- Крысу? Не знаю, никого тут не было… - задумчиво сказала сестра Владимира, - Это королевский сад. Вон там вход в замок, а крыс у нас нет и не было никогда.

В коридоре я попала под опеку сбившихся с ног Эллы и Татьяны. От них было не отбиться, и пришлось угрюмо ждать, когда закончится умывание, одевание и прочая ерунда, которую здоровый взрослый человек может делать самостоятельно. На завтрак я немного опоздала, но Ирина, спокойно ждавшая меня в зале, не стала ничего говорить. Она сообщила, что сегодня мы сами себе хозяйки: Владимир взял свою армию и отбыл по важным делам. Из окна было видно, как они уезжают на лошадях. Мы даже смогли помахать им вслед. Увидев меня, Владимир так и просиял.

- Где ты была? – спросила моя собеседница.

Я не хотела об этом говорить. Мы, как и договаривались, пошли на завтрак, а потом на уроки: царственной особе, как известно, положено уметь танцевать, знать своё государство и многое другое. Вот он, обещанный плотный график.

За роскошным обедом Ирина, которая оказалась не такой замкнутой и строгой, как я думала, была настроена благодушно. Спросила, чем я теперь хочу заняться.

- В замке много чего интересного, - задумалась я, - Может, по коридорам побродить? Я ещё не всё тут выучила… А может, в подвал спуститься? Там, кажется, шум какой-то…

Ира ударила по столу и даже вскочила:

- И не думай об этом!

- Почему?

- Потому что!.. Потому что не царское это дело, лазить по подвалам, как мальчишка! Владимир накажет тебя. А я не буду выгораживать.

На самом деле сейчас мне не хотелось идти ни в какой подвал. Пока что я собиралась посидеть в библиотеке и почитать что-нибудь полезное. Услышав об этом, моя собеседница успокоилась и предложила составить компанию.

В светлой библиотеке не было никого, кроме нас двоих. Конечно, я и виду не подала, что была здесь вчера ночью и уже знаю это место. В конце концов, наказание за эту прогулку было получено сполна.

Ира взяла несколько книг и села за столик. Я собралась последовать её примеру, но когда протянула руку к одной из книг, раздался её вопль:

- Не трогай!

Испуганно отдёрнув руку, я оглянулась: Ира поспешно придала лицу спокойное выражение и даже виновато улыбнулась:

- Ничего особенного, Даш… Эта книга очень старая, ветхая… Мы её лишний раз не трогаем. Зато старому горбуну Карлу она душу греет. Просто реликвия.

- Кому?..

- Библиотекарю. Горбатый такой, на игуану смахивает.

Мы весело засмеялись над этим сравнением.

Заниматься мне пришлось долго. Были освоены только азы колдовства: передвижение предметов на небольшие расстояния, заклинание полива, а также оборонительное. Когда я показала Ире, как превращаюсь в ящерку, она пришла в восторг и даже захлопала в ладоши, а потом помогла мне вернуть прежний облик и предложила закончить на сегодня. Я согласилась, но захотела почитать ещё.

Перед уходом Ира показала мне главное достояние библиотеки – чтобы не искать книгу на ту или иную тему, можно было просто положить руку на большой глобус и назвать то, что тебя интересует. Объяснив так, сестра Владимира повторила, что трогать ветхую книгу строго запрещено, ушла, оставив меня наедине с литературой. Я долго и с удовольствием читала то одно, то другое, многое узнала о королевстве и его необычных жителях. Могла бы читать и дальше, но тут у меня с языка сорвался вопрос, о котором я вскоре сильно пожалела. Знала бы, ни за что его не задавала:

- Планы его величества Повелителя Пламени на избранную.

Язык мой – враг мой. Как только с него сорвалось последнее слово, куча книг слетела со своих мест и, хлопая страницами как крыльями, начала бить меня и дёргать за волосы. Они мельтешили перед глазами назойливыми мухами, кусались, висли на одежде и рвали её.

- Нет! Перестаньте, мне больно! Ну хватит, пожалуйста! – визжала я, опустившись на корточки и прикрывая голову, по которой пребольно били острые углы толстых фолиантов.

Пурга из книг не прекращалась. По крайней мере, пока чей-то визгливый голосок не крикнул слово на непонятном языке. После этого книги зависли в воздухе и стали падать одна за другой. Осторожно приоткрыв глаза, я увидела впереди невысокого человечка. Он был лыс, с вытянутой далеко вперёд пухлой нижней губой и припухшими глазками. Кривобокое тельце венчал горб, а короткие тоненькие ноги – длинные ступни. Кажется, это и есть Карл.

- Спасибо… - виновато сказала я и поспешила удалиться.

Торопливо поднимаясь по лестнице с факелами, случайно столкнулась нос к носу с Владимиром, идущим навстречу. Быстро поздоровавшись, хотела проскочить, но он не собирался меня пропускать и сгрёб в охапку:

- Подожди. Почему ты кричала? Что случилось?

Вывернувшись из его рук, подхватываю полы разорванного платья и бегу к себе. Сгоряча даже телепортировалась несколько раз, чтобы побыстрее кончилась лестница. Откуда только силы взялись!

- Даша, вернись! Вернись!.. – гулко доносилось снизу.

Переоделась я быстро, а вот с растрёпанной причёской пришлось повозиться, пока не были извлечены все шпильки. Решив не мудрить, я просто завязала конский хвост и едва успела оглядеть себя в зеркало, как в дверь осторожно постучали.

- Уходите. Не хочу никого видеть.

Дверь открылась, и Повелитель Пламени вошёл в комнату.

- Я должен убедиться, что ты цела, - сказал он.

- Цела. И что дальше? – с вызовом спрашиваю я, не на шутку обидевшись: как вообще можно держать такое в библиотеке?! Что ещё за засада?!

Владимир вздохнул и встал позади меня:

- Я спросил у Карла, какой вопрос ты задала. Даша, я огорчён. Ты что, не доверяешь мне?! Разве ты не видишь, как я стараюсь? Я хочу сделать тебя своей повелительницей. И ты, помнится, согласилась…

- Но раз так, почему на меня ополчилось столько книг? Это тайна?

- Да потому что там нет этой информации! – вспылил Владимир, и на его волосах разом вспыхнуло пламя. Оно тут же опало. Маг с измученным видом опустился на табурет и задумчиво гладил свой лоб и глаза рукой, - У книг не было ответа на этот вопрос. Он есть только у меня, и ты его хорошо знаешь.

- Не верю… - глубокомысленно сказала я, и испугалась: это явно стало последней каплей.

- Что-что?! - Владимир вскочил. Вид у него стал таким, будто он собрался дать мне пощёчину. Я испуганно зажмурилась и заслонилась руками, но он всего лишь больно сжал моё запястье горячей ладонью и потащил вон из комнаты.

Так мы и шли. Владимир в буквальном смысле пылал гневом и не смотрел на меня, а мне, едва поспевающей за его широкими и быстрыми шагами, было страшно хоть слово сказать.

Он отпустил меня, только выйдя из замка. На запястье остался красный ожог. Я решила, что мне пришёл конец. В лучшем случае меня выгонят, а в худшем убьют. Но нет, вместо этого Владимир, всё ещё не оглядываясь на меня и зло сжимая кулаки, спустился в сад, обхватил руками старое сухое дерево. Оно вспыхнуло как спичка и сгорело. Ещё несколько огненных вспышек были с яростью отправлены в небо. Успокаиваясь, выдохнул.

Рыжие, как морковь волосы Повелителя Пламени горели в сумерках не хуже любого факела, но больше он не буянил.

- Дарья!

Пришлось подойти. Владимира сейчас лучше не злить.

- Я очень недоволен. Никто, даже Ирина, не смеет подвергать сомнению мои слова! Мы поженимся через пять дней. Ты получишь корону… Мы не должны сомневаться в данных друг другу обещаниях, понимаешь?

- Понимаю… - виновато сказала я, - Прости меня, просто заигралась и зашла слишком далеко.

- Библиотека не для забав. Знаю, для тебя тут всё ново, незнакомо, но это не оправдание. Мне следовало бы наказать тебя во второй раз… Но я не сделаю этого. Прощу, потому что ты созналась.

Он поцеловал меня в лоб, а я осторожно потрогала его волосы. Они больше не горели, выглядели непримечательно, а кожа головы даже не нагрелась

- Давно ты вернулся?

- Нет, только что. Захотел тебя проведать, а тут такая история…

Мы сели на скамейку, и я рассказала, как утром смогла превратиться в геккона. Владимир был приятно удивлён и порадовался со мной вместе, но почему-то больше смотрел на подаренный им же самим кулон, чем на меня. В его глазах отражался розовый отблеск, падающий на драгоценный камень, а по губам бродила загадочная улыбка.

Я не стала терпеть то, как он пялится не то на сверкающий камень, не то на мою грудь, и возмущённо окликнула его. Маг будто очнулся от транса:

- Ах, да-да… Прости… Ты, наверное, замёрзла. Пойдём. Кажется, гроза начинается, - засуетился он, и накрыл меня своим сюртуком.

Мы не спеша двинулись по тропинке обратно в замок. Ведя меня под руку, Владимир слушал про моё случайное знакомство с больной девушкой и её пожилой собеседницей. Правда, этот рассказ его не впечатлил. Когда я спросила, кто это был, он ответил, что девушка эта сирота. Она не в своём уме и на правах дальней родственницы живёт в замке со своей няней.

И тут стал накрапывать дождь. Лицо моего жениха выразило брезгливость. Он ускорил шаг:

- Вот гадость… Скорее, надо успеть укрыться в замке…

Но я смело выдернула руку. Наоборот хотелось побыть под дождём, тем более я люблю такую погоду. Особенно запах мокрой травы…

- Что?.. – Владимир уставился на меня с неподдельным удивлением, - Пойдём, мы же промокнем! Только не говори, что ты любишь дождь. Я молча кивнула и с удовольствием вдохнула посвежевший воздух.

- Но, позволь, он ведь такой мокрый… - растерялся он.

Капли зашипели, попадая на Повелителя Пламени. Баюкая обожжённое ими плечо, он исчез и вскоре появился под высоким деревом с густой кроной, откуда угрюмо смотрел на мою детскую радость: как я, приподняв платье, брожу по лужам и с радостью задираю лицо кверху, чтобы намочить и освежить его. Вскоре увидел, что это безвредное занятие и виновато улыбнулся.

Летний дождь оказался коротким. Когда гроза прошла, земля мигом высохла от одного только шага моего жениха. Меня высушил порыв горячего ветра, посланного им же.

- Идём, - негромко позвал Владимир.

Я думала, он опять завёл свою песню про то, что пора назад, сушиться и греться, но снова прогадала. Он свернул с тропинки и углубился куда-то в кущу. Стало неприятно, но пришлось следовать за ним: я уже заблудилась в этом саду!

Продравшись сквозь высокие кусты, увидела низину, в центре которой торчал широкий пень. Не вовремя пришла мысль, что Владимир как-то плохо бережёт замковый сад: одни деревья сжигает в приступах ярости, другие зачем-то рубит… Но, наверное, недавно: сад пока выглядит очень даже прилично и даже немножко буйно.

Небывалый размер пня поражал воображение и напрашивался вопрос: зачем спиливать такую редкость?! Оглянулась на Владимира - он улыбнулся.

- Поверила, да? По-твоему, это пень? – весело спросил он.

- Да, а что же ещё?..

- Смотри внимательнее, Даша. Это карта наших с тобой владений.

Присмотревшись, я заметила, что это действительно всего-навсего замаскированный под пень стол, на котором были искусно вырезаны чем-то мелким бесчисленные круги, определяющие возраст срубленного дерева. Они были на месте океанов, а где была суша, прерывались, и я разглядела, наконец, географические границы.

- Потрогай её. Здесь, - мне указали на одну из частей карты. Я аккуратно нажала туда пальцем.

От моего прикосновения карта будто встрепенулась, по ней прошла рябь.

- Что это было? – я поспешно убрала палец.

- В той стороне горел лес, но ты послала туда дождь и потушила его. Молодец.

Мы двинулись в обратный путь. По дороге Владимир сорвал с куста цветок и осторожно вставил мне в волосы. Оглядел свою работу:

- Тебе идёт. Я дарю тебе и этот цветок, и этот сад… Теперь он твой по праву, и ты можешь сюда приходить, когда захочешь. Зря я заставлял тебя всё это время сидеть в четырёх стенах.

Посреди ночи меня разбудил какой-то шум. Странно… Повозившись, но так и не обретя покоя, я вылезла из-под одеяла и пошла посмотреть.

Казалось, брякало где-то совсем рядом, но идти мне пришлось далеко, стараясь держаться подальше от рыцарей, патрулирующих каждый коридор. Свой человеческий облик я смогла вернуть только на лестнице, по которой ещё долго спускаться вниз. Лестница оказалась гораздо длиннее и уже той, что вела в библиотеку. Здесь не горели факелы, а мои босые ступни скользили по каменным ступеням, поросших тиной.

Стало душно. Уж не знаю, куда меня завели бесконечные ступеньки, но вдруг до меня донёсся смех! Негромкий такой, будто листья шуршат. Стук ненадолго прекратился. Лестница, наконец-то, кончилась. Впереди ждала небольшая площадка и массивная железная дверь. Из-за неё раздавался невнятный гул голосов и слабый свет.

Это был какой-то цех, похожий на кузницу. Стук, который я слышала, издавали молоты, дышала жаром печь, сверкало жидкое золото, но из кузнецов никого не было. Здесь горели канделябры, в их свете явно кто-то шевелился, но увидев, кто, я остолбенела. Конечно, меня почти сразу заметили, но эта встреча не была одной из взаимно радостных. Они двинулись в мою сторону, так и не положив молотков… Их оказалось даже больше, чем я думала.

Глава 5

«Прогулка»

Зомби! Выронив вмиг потухший подсвечник, я бросилась вверх по лестнице, захлопнула и закрыла на засов дверь, ведущую к ней, а потом помчалась назад по коридору, всё ещё лелея слабую надежду на то, что меня не хватились.

Конечно, если бы не превращение в геккона, меня бы поймали за первым же поворотом.

Маленькая ящерка добежала до дверей покоев, но подлезть под них не смогла – слишком узко. Обратное превращение не укрылось от глаз охраны. Надеялась проскочить я, конечно, зря. Почти сразу в темноте замаячил знакомый светящийся хохолок рыцарского шлема, и меня схватил за руку главный стражник. Он отличался тем, что носил чёрные как уголь доспехи, а забрало на его шлеме было поднято. На меня без выражения смотрело лицо с горбатым носом и равнодушными серыми глазами.

- Могу я узнать, что вы делаете здесь ночью? – отчеканил он.

Конечно, меня отвели в тронный зал на разборки. Там, вырвавшись из цепкой хватки рыцаря, я сама подбежала к Повелителю Пламени.

- Владимир! Там…

- Думаю, ты поняла, что мне придётся тебя наказать? – спросил он, но когда подошёл поближе, ускорил шаг: - Даша, на тебе лица нет, успокойся! Что случилось? Где ты была?!

Нет, я не могла успокоиться. Страшная кузница всё ещё стояла перед глазами.

- Там… Там зомби в подвале… Ужасные, противные!.. Их много!

Старания не разреветься ни к чему не привели, и вскоре слёзы покатились градом. Я ничего не видела, но слышала, как Владимир вызвал охрану и приказал осмотреть подвал.

- Разве тебе не говорили, что нельзя ходить после отбоя, да ещё и в подвал? – осведомился он, протянув мне платок и немного подождав, пока я успокоюсь, - Ты не оставила мне выбора, Дарья. Мне придётся тебя наказать.

Он взял кочергу, и вскоре я получила ожог. Рядом уже был ещё один такой, тоже отзывающийся болью, но при попытке вспомнить, когда он тут и за что, моя голова заболела. Воспоминаний сохранилось очень мало, и все они касались только моего жениха, его сестры и этого замка.

- Всё. А теперь иди спать, и чтобы без ночных прогулок, - велел Повелитель Пламени.

Пришлось уйти.

Утром я проснулась с ощущением того, что лежу в постели не одна. Одеяло рядом надулось пузырём, а мне в живот упиралось что-то мягкое и большое. Раздавался приглушённый храп.

- Кто это? Кто здесь?

Мне не ответили.

Заглянув под одеяло, вижу светящуюся в полумраке пару нечеловеческих глаз. Правда, когда я открыла рот, чтобы закричать, мне его зажали ладонью:

- Тише.

Одеяло отлетело в сторону, и я увидела человека. По крайней мере, некую не очень удачную пародию на него. Хитрые глаза без бровей глядели с недоверчивым прищуром. Какие-то недоразвитые, мелкие, удлинённые на концах ушки, как и скулы, и даже лоб, покрывали рыжие волоски. На лице в мелких морщинках был кошачий нос, а к нему задиралась короткая, рассечённая пополам верхняя губа. Между ней и носом росли самые настоящие кошачьи усы. Одет человек-кот был как попало – в грязноватую стариковскую рубашку навыпуск, мешковатые штаны, к которым прилагался старый пиджак. Пиджак был впору, а штаны коротки. На ногах красовались пыльные стоптанные туфли.

- Кто ты?! – к счастью, ширина кровати позволяла мне отползти подальше от него.

Неизвестный попытался добродушно улыбнуться, но его улыбка оказалась кошмарной: маленький, меньше человеческого, рот был полон мелких и острых зубов со звериными клыками, совсем как у кота.

- Даша, неужели ты и вправду меня не узнаёшь?

Я испуганно затрясла головой, мечтая, чтобы он перестал улыбаться, и добилась своего.

- Ну, это же я – Борька!

- Борька?..

- Конечно! Мне не нужно было отпускать тебя тогда из квартиры… Ты можешь мне довериться, Даша. И мне, и Марго. Твоя подруга себе места не находит. Став колдуньей, она сразу прислала меня сюда, чтобы помочь. Я вчера еле-еле проскочил, а потом ты портал закрыла.

- Марго… - моя голова заныла, будто кто-то задел старую ссадину.

- Да. Моя хозяйка, забыла ты её, что ли? - Борька показал мне хвост. Кошачий хвост, свисающий из-под одежды. Настоящий и живой! – Маргарита попросила остаться колдуньей, и ей разрешили. Она сварила для тебя кое-что. Выпить надо. Вижу, тут тяжёлый случай со стёртой памятью. Моя хозяйка оказалась умной колдуньей, она это предвидела. Тебе сразу легче станет, вот увидишь. Пойми, заклятие на тебе…

Я растерялась:

- Но как же так?! От кого меня спасать?

- Ты думаешь, что нашла себе завидного жениха, да?

- Борис, кем бы ты ни был, ты не знаешь Владимира.

Тогда человек-кот шлёпнул на тумбочку большую и очень красивую книгу с узорами и геометрическими фигурами. В центре золотилась аппликация в форме горящего огня. Я успела прочитать в библиотеке, что этот костерок – герб королевства.

- Почитай это, и ты всё поймёшь. Тогда поверишь наверняка. Но будет поздно. Я украл это из библиотеки. А сейчас открывай рот.

Я не собиралась подчиняться и после вторичного, более грубого приказа. Тогда Борис набросился на меня и, не давая шевельнуться, быстро поднёс к моему рту пробирку, в которой плескалось что-то красно-синее. Я не собиралась разжимать губы. Горлышко пробирки прищемило их. Дёрнув головой, случайно вскрикнула. Встрепенувшийся Борька торопливо плеснул мне в рот жидкости, и мне, наконец, удалось оттолкнуть его. Было выпито не всё, но человек-кот всё равно радостно улыбался, глядя, как я кашляю и отплёвываюсь: не зелье, а отрава какая-то! Горькая…

На мои крики прибежали служанки и стража. Таня и Элла присели по бокам моей кровати, напоминая телохранителей. Высокие, плотные, они вполне могли защитить меня, если что. Но пока с этой задачей прекрасно справлялась стража. Пять солдат укрощали человека-кота огненными стрелами, наступая со всех сторон. Борис тоже был не промах – прыгая как мячик, он оказался неожиданно гибким и грациозным, его здорово выручал хвост. Угрожающе крича по-кошачьи, он отбивал стрелы руками и ногами, Вся шерсть на нём встала дыбом. Три солдата были сбиты им с ног, а вот когда он попытался после этого выпрыгнуть в окно, был схвачен ещё двумя. Его били до тех пор, пока я не вскочила с кровати с криком «прекратите!». Тогда стражники за шиворот, как шкодливое животное, подтащили его ко мне и спросили, хочу ли я что-нибудь сказать ему напоследок.

В моей голове творился какой-то сумбур. Проклёвывалась какая-то мысль, а потом опять куда-то пропала. Взглянув в подбитые глаза Бориса, махнула стражникам рукой:

- Уведите к Владимиру.

- Даша, подожди! - кричал пленник, - Не надо, ты совершаешь ошибку! Скоро ты всё вспомнишь, и пожалеешь об этом!..

Потом ему в рот воткнули кляп и унесли, а я, понуро и отрешённо проследовав до дверей, остановилась на пороге своих покоев и просто не знала, что делать. В голове роились обрывки воспоминаний, не имеющие начала и конца, а соответственно и смысла. Они вызывали боль и грусть. Я запуталась! Кажется, я делаю что-то не так…

Таня одела меня, Элла принесла успокоительное. Теперь, когда несколько горничных провели уборку, мне стало немного полегче, однако есть всё равно не хотелось. За завтраком я сидела, лениво разгребая дорожки в каше. Владимира снова не было, Ирина поглядывала на меня озабоченно

- Ты сегодня как сонная муха, Даша, - заметила она, - Бледная какая-то…

- Всё нормально, - тихо сказала я.

- А почему не ешь? Каша очень вкусная. Да не только каша. Вон сколько разносолов!

- Не хочу, - я решительно отодвинула тарелку и собралась встать, чтобы выйти из зала, но вдруг меня качнуло. Голова стала какой-то тяжёлой, веки тоже. Потолок будто падал на меня, а пол уходил вниз. Не понимая, что происходит, я просто соскользнула со стула…

И вот я снова в своей съёмной квартире. Мы с Лидой и Марго пьём чай. Подруга, как всегда, красавица, одета во всё с иголочки. Она протянула мне браслет… Вроде, это было Восьмого марта два года назад.

Мы втроём гуляем в сквере. Тарас поспорил с нами, что съест три порции мороженого. Спор-то он выиграл, но простудился…

А вот Марго завела себе котёнка. Маленький, пушистый, рыжий, он лежал на подлокотнике дивана и был похож на мягкую подушечку. А как мило мяукает!..

Мои родственники, мои друзья, как же я могла их позабыть-то! Ещё ведь есть мама и папа! Вспомнилось, с какой грустью они провожали меня, когда я уезжала из дома…

- Мама…

Когда я открыла глаза, они были полны слёз. Но одновременно становилось лучше – что-то важное и нужное вернулось на место и заполнило дыру, возникшую в сознании с первого дня моего пребывания здесь.

Очнулась я уже в своих покоях в окружении трёх служанок и Ирины.

- Может, объяснишь, что всё это значит? – спросила последняя, - Заболела-таки после прогулки под дождём?..

В комнату без стука вбежал обеспокоенный Владимир. На ходу сбросил дорожный плащ:

- Где Даша?..

Заметив меня, он бросился навстречу и, схватив за руки, начал трясти:

- Зачем пугаешь?! Никогда, никогда больше не падай так, ясно тебе? Возвращаюсь, а мне докладывают… Эй, а это ещё что такое?! Откуда она здесь?!

Я испуганно оглянулась. Владимир указывал на книгу из библиотеки. Ту, что мне оставил Борька.

- Просто почитать взяла… - сбивчиво, но довольно удачно соврала я, - А что, нельзя?

- Нельзя! Это личное! – отрезал Владимир, и его рыжие волосы вспыхнули пламенем.

Я вздрогнула от неожиданности и испуганно отодвинулась, чтобы не попасть под огненный обстрел, если он вдруг начнётся. Служанки тоже сгрудились вокруг меня, но, как оказалось, против повелителя идти ни они, ни даже его сестра, не могли и были выгнаны.

Владимир перестал сердиться и даже извинился за неожиданную вспышку гнева. Он рассказал, что это его личный дневник, который я бы даже открыть не смогла, потому что на нём тайный замок.

- Ты уже видел нового заключённого? – случайно спросила я, - Человека-кота? Что с ним будет теперь?

- Казнят, конечно, чего же ещё?

Всё внутри меня оборвалось: Борька это или нет, с живым существом так нельзя.

- Нет, не надо казнить! Может, лучше… дать исправительную работу? Мне его немного жалко.

- О, да ты сама гуманность, Дашенька… Пожалуй, так и поступим. Я пойду, обрадую заключённого, а ты… Ты, пожалуй, сегодня на уроки не ходи. Погуляй в саду, подыши воздухом.

Отказавшись, я изъявила желание полежать и отдохнуть, сославшись на головную боль. Владимира это немного взволновало.

- Голова болит?! – переспросил он, - Тогда врача нужно позвать. Я лично буду следить за процессом лечения, пока не станет лучше…

Тут я испугалась: такой поворот меня не устраивал.

- Нет! Не надо врача! Я же сильная ведьма, справлюсь! Всё будет в порядке! Такое иногда случается…

Еле-еле убедив Владимира оставить меня одну и помахав на прощание, наконец, стащила одеяло, которым меня заботливо накрыли. Хорошо, что я лежала в кровати одетая, теперь можно было не тратить лишнее время и сразу начинать планировать побег.

Конечно, на самом деле голова у меня не болела, просто с тех пор, как память вернулась, Владимир казался мне совсем другим, и если раньше я его хотя бы уважала, то теперь только боялась. Мне очень не нравилось, как он взрывается. Да, Ирина предупреждала, что характер у её брата непростой, но тот лично обещал вести себя нормально, если я буду рядом. Сколько мне ещё ждать? И почему он так озаботился, когда мне «стало плохо»? С чего это вдруг?

Коротко говоря, решила я бежать отсюда, пока ещё не поздно. Но, кажется, эта идея пришла в голову не только мне. За дверью раздался шум и крики. Приоткрыв её и выглянув в коридор, я увидела тени на стене, а потом ко мне забежал… Борька! Он нырнул за штору, а ещё через минуту в дверь постучала стража. Главный рыцарь – тот самый, в чёрных доспехах – спросил, не видела ли я сбежавшего бунтовщика, похожего на кота. Я заверила, что сижу здесь одна-одинёшенька.

За дверью стало тихо, и Бориска покинул своё укрытие. В его глазах сквозило недоверие и укор, а я, всхлипнув, сама подошла и обняла это милое пушистое чудо-юдо. Борька, оказавшийся на голову ниже меня, заурчал.

- Вижу, помог тебе отвар, - сказал он, когда я его отпустила, - Вспомнила.

- Бориска, мне так стыдно… Пожалуйста, прости меня.

- Подумаю. Нам надо выбираться отсюда.

А это и впрямь было проблемой. Если я ещё могла превратиться в геккона, то как быть коту моей подруги? Гибкость гибкостью, но теперь он получеловек и вряд ли приземлится на лапы (или ноги), особенно прыгая с третьего этажа.

Меня он галантно пропустил вперёд, а сам заметался и засуетился, сооружая канат из всех сподручных тканей, включая наряды из огромного гардероба будущей хозяйки пламени.

Оказавшись в густой куще подаренного мне сада, я приняла человеческий облик и бросилась бежать – ящерка, конечно, менее заметна, но уйти далеко у неё вряд ли получится.

- Стой! – услышала оклик Борьки, - Я что-то не понял, как ты закрыла портал вчера? Владимир показывал тебе что-то вроде карты?

- Карту, да.

Стол, замаскированный под пень, был недалеко отсюда, и мы его нашли. Борька оглядел карту и указал в один её конец:

- Так, мы сейчас тут. А чтобы выбраться отсюда, придётся двигаться… Да, путь неблизкий… Аж в-о-о-о-он туда! – его короткий палец, увенчанный когтем, указал так далеко, что у меня отвисла челюсть.

- Болота?!

- Ничего не поделаешь, Повелитель Пламени не имеет никакой власти только над ними.

Оказывается, касаясь этой карты, я умею открывать и закрывать порталы, где захочу. От Борьки узнала, что Владимир просто нагло воспользовался моей наивностью, обманом заставив вчера во время прогулки закрыть один. Хорошо, кот Маргариты успел проникнуть сюда чуть раньше.

Пока огромный каменный замок был близко, мы бежали, стараясь оказаться как можно дальше. Через терновник, служивший забором в саду, геккон перебрался легко, а вот человеку-коту пришлось попотеть, и то он содрал несколько клочков шерсти и порвал пиджак.

Переправа на другой берег узкой, но глубокой реки вплавь тоже принесла ему мало приятного. На Борьку стало невозможно смотреть без смеха, когда он отряхнулся, а его по-прежнему мокрая шерсть встала дыбом. Я смеялась до слёз.

- Я не люблю воду, - проворчал Борька и, помахивая хвостом, быстро пошёл вперёд.

Длинное платье мешало путешествию по скалистой местности, и подол его пришлось оторвать. Стало удобнее. После небольшого привала в горах мы залезли-таки на самую низкую из вершин, и тут… склон оказался пологим! То есть, спуститься с него было нереально. Внизу узкой полосой тёк какой-то ключ, а до противоположной горы было рукой подать. Мне показалось, что можно перепрыгнуть этот ручеёк, но Борька был категорически против.

- Даша, у кота, что рядом с тобой, не девять жизней! – заявил он, - Надо поискать спуск…

Мы двинулись вдоль, но неожиданно началось землетрясение. Скала треснула, и кусок, на котором стоял человек-кот, обвалился. Борькина нога сорвалась, а прыгнуть он не успел. Вовремя бросившись вперёд, хватаю его за руки. Кот кряхтел и пытался подтянуться, но никак не мог мне помочь затащить его обратно. Добился только того, что почва, по которой он бестолково возил второй ногой, тоже обкрошилась. Он оказался тяжёлым. Конечно, я не удержала его, и мы оба упали.

Во время падения я визжала, но недолго: Борьке удалось не только зацепиться за торчащую из скалы ветку, но и меня за руку поймать.

Тонкая ветка прогнулась под нашей тяжестью, его рука медленно, но верно съезжала к краю, обрывая листья. Не сомневаюсь, что дело не обошлось без заноз. В реку посыпались мелкие камешки…

- А-а! Даша, сделай что-нибудь! – в панике завопил он.

- Что?.. – я торопливо оглядывалась и бестолково замахала свободной рукой, на пальце которой был перстень: вдруг случится чудо. Но чуда не случилось.

- Придумай… Я больше не могу!..

Его рука сорвалась, и падение продолжилось.

- Нет-нет-нет! – я обречённо махала рукой, не желая падать в воду.

И тут перстень слегка нагрелся. Вода прямо под нами забурлила и заволновалась, будто в неё упало что-то тяжёлое, а потом оттуда, где были брызги, показала свой нос узкая ладья, сделанная, казалось, из стекла и воды. Она была совершенно прозрачна. Как по горке мы съехали по ней до второго конца, а потом она плюхнулась на воду всем корпусом и закачалась на волнах. Без мачт, парусов и вёсел с гребцами она быстро двинулась вперёд, полностью находясь во власти моей магии воды.

Борька стоял сзади, вцепившись мне в плечи для устойчивости.

- Я не знаю, что это, но мне нравится… - испуганно пробормотал он, разглядывая стайки рыбок, проплывающих прямо под нашими ногами.

Скалы, вдоль которых тянулась река, снова сотряс толчок. Я едва успела остановить лодку, ведь прямо перед ней упали в воду огромные валуны. На них стали нагромождаться другие, в конце концов образовав кривобокую, чем-то напоминавшую подобие человеческой, фигуру. Открылись светящиеся глаза.

- Кто проник в мои владения?! – взревел каменный гигант так, что где-то сзади загрохотал оползень, а над нашими головами закружилась стая перепуганных птиц.

Оторвав от скалы ещё один камень, гигант швырнул им в сторону нашей ладьи. Поднявшаяся волна немилосердно оттолкнула её назад, я, не удержавшись на ногах, потеряла управление. Ладья, налетая на всё подряд, включая подводные камни, кружилась во все стороны. Лёжа навзничь, я смутно ощущала боль в спине, но ситуацию спас Борька, который догадался меня растормошить.

- Даша, течь!

Оказалось, что сбоку ладья и впрямь треснула, неудачно напоровшись на что-то. Только она не протекала, как обычная лодка, а медленно таяла на месте удара. К счастью, Ритин кот вовремя заметил это. Я вернула первоначальный вид нашему транспорту и положила его на верный курс. До великана мы доплыли быстро, он даже был на месте. Предложив Борьке принять более устойчивую позу, резко вытягиваю руки.

- Вперёд!

И мы понеслись так, что любая моторка позавидует. Великана только брызгами обдало. Он даже опомниться не успел.

По поводу того, что болота были далеко, Борька не преувеличивал. Мы шли к ним целый день, а когда добрались, были уже никакими. Во время заката вошли под тени старых вязов, и Борька тут же рухнул на землю, где принялся быстро разуваться, причитая и жалуясь, что натёр «бедные лапки».

Я тоже прилегла отдохнуть и, кажется, задремала. Но ненадолго. Вскоре разбудило то, что Борьки нигде не было. Странно, куда он ушёл один? Ещё и босиком – пыльные туфли остались аккуратно стоять у корней дерева.

Окликнув Борьку, я пошла его искать. Следы босых человеческих ног с кошачьими коготками уводили куда-то вгдубь болот, где царил вечный полумрак, а земля никогда не просыхала. Здесь росли необычные растения, а тени, что они отбрасывали, походили на страшных чудищ.

Тут я услышала кошачье мурлыканье. Следы обрывались на небольшой полянке, где и отыскался Борька, да не один, а в компании подобного ему существа. Шерсть белого цвета у него или, лучше сказать, неё, выглядела очень аккуратной, из всей одежды – летящее платьице, а под ним пушистый кошачий хвост… Да это же Пушинка – Борькина подружка, как и он живущая у Маргариты. Ай да Марго, почувствовала беду, послала второй шанс на спасение… А уж Бориска-то как рад был, даже не хотелось им мешать. Вместе они смотрелись очень мило.

- Наконец-то, любимый, я так волновалась! – говорила Пушинка, поглаживая его пушистые щёки, - Боря… Бориска мой…

- Я больше никогда тебя не оставлю, - уверял он, - Мы сегодня же вернёмся домой, в скором времени заведём котят, как собирались, помнишь?

Пушинка, загадочно улыбаясь, мельком коснулась живота:

- Уже. Мы уже это сделали. Ещё тогда, в чулане…

Восхищённый человек-кот прижал к себе свою кошечку и стал целовать её, а я собралась подойти поздороваться, но не всё оказалось так хорошо. Скоро Борькины руки порывисто обвисли, хватка ослабла. Он начал стонать, причём не от положительных эмоций. Ему явно было больно. Пушинка сама вцеплялась в него крепче и крепче, выпустила когти. Что-то подсказало мне, что это не она. Кошка, живущая с Борькой у Марго – зверёк безобидный и совсем не агрессивный. Это совсем на неё не похоже.

Кое-как оторвав от себя пародию на Пушинку, Борька отпрыгнул подальше и, тяжело дыша, рассеянно зализывая царапины, смотрел на это чудо-юдо. Белая шёрстка его подружки позеленела и торчала некрасивыми пучками, синие глаза почернели и стали похожи на пуговицы, а маленький ротик разросся в такую пасть, что туда спокойно мог бы поместиться человек, причём мелкие зубки значительно тоже выросли в размерах. У бедного человека-кота шерсть встала дыбом, испуганный вопль сорвался на кошачий ор.

«Суккуб! - щёлкнуло в моей голове, - Вода!».

- Вон! – кричу, плеская струи воды в пасть этому омерзительному существу, - Пошёл вон!

Ещё несколько выстрелов, и нечто исчезло, хищно глядя на Борьку. К счастью, тот отделался испугом. Сильным испугом. Он трясся как осиновый лист, сжавшись в комок, а когда я подошла и обняла его, не справился с собой, заплакал.

- Моя Пушинка… - всхлипывал он, - Как больно… Как низко... Я так верил в своё счастье!

- Это не она, - втолковывала я, когда хлынул новый поток слёз., - Это просто суккуб. Заглянул в твои мысли и вызвал твою грусть, приняв облик того, кого ты больше всех любишь. Его подпитывает твоё отчаяние и слёзы.

Когда Борька попил и успокоился, мы продолжили путешествие. Всё было спокойно, пока не село солнце. Это время совпало с выходом к равнине, за которой уже искрился портал. Стало прохладно, но не холодно.

Вдруг что-то зашуршало, казалось бы, прямо подо мной. Визжа, отскакиваю в сторону, ощутив прикосновение чего-то холодного к лодыжке. Там, где я стояла секунду назад, на земле вырос небольшой холм, из которого торчала… рука! Реальная человеческая рука!

Земля крошилась, нас окружали зомби, которые лезли из-под неё, как грибы после дождя. Моя магия не действовала на них, могла только сбить с ног. Многочисленные зомби разваливались, но почти сразу вставали на ноги, а то и вовсе собирали себя по частям – это народ хрупкий, но живучий.

- А ну закатали губёшки, мозгоеды бестолковые! - Борька попытался заслонить меня, зашипел и, приготовившись к прыжку, выпустил когти. Сейчас он как никогда напоминал одетого кота ростом с человека.

Зомби с драной бородой, который, кажется, был их главарём, грузно поднялся и понюхал воздух, а потом изрёк противным голосом:

- Добыча! Чур, мозг мой!!!

Старик бросился на меня, но получил отпор. Магия моего перстня отшвырнула его в сторону. Раздался писк. Зомби визжал, как голодный ребёнок и мелко трясся. Меня чуть не вырвало, когда он совсем обрюзг, упал на землю и, всё ещё трясясь, его плоть начала быстро оплывать, как талая вода. Вот и всё.

Все остальные зомби бросились на нас. Всё, теперь они злы как никогда…

- Бориска, беги один! – кричу своему спутнику, но без толку.

Человек-кот храбро бросился в толпу, уверенный в своей победе.

- Меня так просто не взять! – храбрился он.

Зомби напирали со всех сторон, висели на моей одежде, больно вцеплялись в волосы…

- Антизло! – я вдруг вспомнила выученное недавно заклинание, работающее против любого вида нечисти.

Слабые звёздочки едва коснулись моих врагов. Ближайшего зомби мазнуло по животу, и он расхохотался в усы:

- И что, всё?

Я отвела глаза, но чудо вдруг случилось: атакованный неожиданно начал чихать, да так, что у него вылетела челюсть и глаз. Потом взорвалась голова.

«Неплохо» - подумала я, и двинулась потихоньку к порталу, изредка постреливая лишь в тех, кто мне мешал.

Дело в том, что у этого заклинания было запланировано определённое количество ударов – семь. После этого перстень не работал целых пять минут.

И вот я заношу руку для последнего удара, как вдруг замечаю краем глаза молодого зомби, крадущегося к Борьке с ножом со спины. Тот был слишком занят, чтобы заметить его: на руках и шее у него уже висело по одному противнику, а ещё один пиявкой повис на спине и кусал за ухо. Моё заклинание повалило хитреца с ножом на землю, да с такой силой, что у него отвалились обе руки и голова.

Борька, который выглядел довольно неказисто в порванной одежде, нашёл меня взглядом. С благодарностью кивнул.

Мы снова с головой ушли в сражение, только вот я не знала, что делать дальше, когда перстень больше не работал… Надо было продержаться пять минут, а для этого найти убежище.

Оглядев равнину, я облюбовала для этой цели большой камень. До него, правда, оказалось непросто добраться.

Не подумав о последствиях, превратилась в геккона, и тут же лишилась хвоста. В следующий миг меня чуть не раздавили. Пришлось принять обычный облик и, опустившись на четвереньки, ползти. И я поползла, набивая ссадины на коленях.

Сначала всё шло неплохо, меня не замечали, а потом…

- Уй-юй-юй… - я закусила губу и чуть не рухнула на пол от ослепляющей боли.

Губы побелели, дыханье прервалось: кто-то изо всех сил наподдал мне в бок сапогом, да ещё и на довольно длинном и тонком женском каблучке… Я дёрнулась. На спину мне кто-то опрокинулся и, жутко ругаясь, сломался.

Разглядеть в этой куче мала, да ещё и в темноте Борьку теперь было невозможно. Интересно, как у него дела? Справляется?..

Со всех сторон толкались, кричали, падали, и я вспомнила о своей главной задаче – доползти до камня. Ползла. Медленно, мучаясь, как раненый солдат, и испуганно оглядываясь. Что и говорить, мы хорошо переполошили зомби. Сейчас они бродили тут, безрукие, безголовые. Эти отдельные части тела тоже пытались схватить меня: на распустившихся волосах висела чья-то прыткая кисть, за руку попыталась укусить потерянная, чересчур активная голова, Я вовремя прижала её лицом к земле.

- А!.. – грузно повалившись на живот, я потрогала бок, разрываемый дикой болью. Осмотрела пальцы – они были в крови, и на сером платье разрасталось сизое пятно…

Нельзя лежать так и дальше, не то меня найдут эти твари и съедят мозги. Как я поняла, мой мозг у них считается деликатесом.

Думая о спасении, я доползла-таки до цели и увидела, наконец, Борьку. Он вынырнул откуда-то из-под сплошь кишащих тел, разбросав их в разные стороны. Бесспорно, он держался молодцом, дрался как лев, однако откусил больше, чем смог проглотить. У человека-кота тоже заканчивались силы, всё чаще и чаще зомби удавалось прижимать его к земле. Один из них, кажется, ребёнок, повиснув на нём спереди, начал его душить.

- Нет! Замри! – я торопливо выкрикнула заклинание остановки, совсем забыв, что магии в моём кольце не осталось.

Зато мой крик выдал меня подземным жителям… Ой-ой…

Глава 6

Последнее «долго и счастливо»

Съёжившись, я прикрыла голову руками, готовая почувствовать впивающиеся зубы. Сейчас кто-нибудь начнёт драть меня за волосы, высосет мозг, и таким образом претендентке на трон придёт конец…

Но тут случилось неожиданное чудо: кольцо вдруг обожгло мне палец и остановило Борьку. Он так и остался стоять в неестественной позе, будто окаменев.

А скольких трудов стоили две жалкие звёздочки! Это был верх моих умений! Магии в перстне не осталось, правда, я смогла неизвестным образом ввести зомби в какой-то ступор. Пока они тупо таращились часть на меня, а часть на Борьку, я схватила за руку человека-кота и заспешила к порталу на другом конце харчевни, распихивая тех, кто был на пути. Главное оказаться подальше отсюда… Но не тут-то было! Мой друг стоял обездвиженный. Я попыталась тащить его как-нибудь на себе и вскрикнула: сама-то толком разогнуться не могу, а уж когда протащила пару шагов такую тяжесть, бок взорвала немыслимая боль. Она застилала мне глаза, лишала последних сил, заставила упасть на землю, вцепившись в рану. Пытаясь вцепиться в Борьку для хоть какой-то поддержки, я утянула его следом. Он не проронил ни звука, будто стал статуей.

К нам приближались, но не один и не двое, а целая толпа. Прихожу в отчаяние: неужели мы не справились?! Второй раунд выстоять не получится…

Высокая трава шуршала всё ближе, а потом надо мной нависла зловещая высокая тень. Так и не разглядев, кто это, я лишилась сознания.

Очнулась я уже днём в пустой, абсолютно белой комнате. Именно комнате, а не покоях. Здесь пахло ароматными палочками, было сухо и тепло. Оглядев себя, поняла, что лежу на узкой, но очень мягкой кровати. Поверх чистой ночной рубашки на мне была цепочка с медальоном – свадебным подарком Владимира. Кулон почему-то изменил цвет – стал голубым, как небо.

Мне было уютно и тепло, только вот на руке ощущался свежий ожог. Третий и, думаю, служащий последним предупреждением. Ну, теперь понятно, кого я видела на равнине перед потерей сознания… Стало очень обидно: этот замок – просто тюрьма какая-то, а Владимир никогда меня отсюда не выпустит… Не знаю, сколько ещё он будет меня мучить.

Я вскочила с кровати, только вместо прыжка… взмыла вверх! Плавно, как воздушный шарик. Ну и ну!..

Чуть позже пришёл врач – маленький, зелёненький человечек с огромными красивыми чёрными глазищами. При виде меня, сосредоточенно наматывающей круги над кроватью, он одобрительно улыбнулся, и его тугие щёчки стали похожи на большие орехи:

- Вижу, самочувствие вашего высочества улучшается с каждым часом? – весело спросил он.

- Да, благодарю.

Болтание под потолком лазарета, да ещё и в присутствии врача – дурной тон. Я осторожно спланировала обратно на кровать, приготовившись к осмотру, однако его не намечалось. Врач, оказывается, пришёл не один. В комнату осторожно заглянула рыжая голова Владимира. Недоверчиво всмотревшись в меня, он порывисто подошёл и чуть не задушил меня в объятиях. Потом, будто вспомнив о чём-то, резко отстранился и торопливо ощупал голову, плечи, руки, талию.

- Болит что-нибудь?! – спросил встревоженно.

Я прислушалась к себе. Ничего не болело, даже бок не беспокоил. Рана была забинтована и почти зажила. Кажется, даже сила выросла…

Хвастаться новым умением я не стала, но Владимир, кажется, и так всё знал. Он снова смотрел на мой кулон каким-то голодным взглядом.

- Всего два дня, и её высочество абсолютно здорова, - сказал врач, - Как я и обещал.

Ответом было молчание. Поблагодарив врача, я перехватила руку Владимира, зачем-то потянувшуюся к моей груди:

- Ты что?!

- Ой! Это не то, что ты подумала… Я позже объясню… - замялся Повелитель Пламени, но тут же нашёл новую тему для разговора, и пришла моя очередь стесняться: - И зачем ты ходила на болота, интересно мне знать?

Я густо покраснела и, опустив голову, мыча, разглядывала его сапоги. Подняв глаза, поняла, что лучше продолжать молчать и всё-таки смотреть вниз.

- Понятно, - сухо кивнул Владимир, и его волосы заискрились, а сжимавшая мою ладошку рука нагрелась, - Не говори, если не хочешь. Сбежать хотела, а признаться стыдно, да?

От его прикосновения третий ожог – самый свежий – отозвался жжением. Я скривилась.

- Это предупреждение было последним, Дарья. Ещё одна попытка побега – и я буду вынужден запереть тебя в башне в компании огненной саламандры. Надеюсь, ты понимаешь, чем это может кончиться? Как я понял, память к тебе уже вернулась…

Не помнить этого кромешного ада было невозможно. Терпеть эти муки вторично я не имела никакого желания. Похоже, испуг перед этой перспективой отразился на лице слишком явно. Владимир остался доволен. Пытаясь успокоить, погладил меня по голове:

- Правильно, ни ты, ни я на самом деле не хотим этого. Но что прикажешь мне делать, если ты такая непоседа? Я не зверь, наказываю тебя ради твоего же блага, поэтому просто следуй правилам и всё у нас будет хорошо. Отпустить тебя до коронации не в моей власти: выбранная саламандрой молодая ведьма становится частью замка. Ты нужна мне, понимаешь? Больше не убегай, ладно?

Вяло кивнув, я тут же попала в неожиданные и очень крепкие объятия. Радости никакой не получила, терпела молча.

Сегодня же Владимир забрал меня из больницы и мы даже вместе позавтракали, а потом надел мне на руку с виду очень простой тяжёленький браслет из стали. Тот сразу же обхватил моё запястье. Это было совсем не больно, только он не снимался. Я поморщилась: ладони будто покалывало невидимыми иголочками, а магический перстень остыл.

- Через пару деньков сниму, - сказал Повелитель Пламени, - Не могу позволить тебе использовать магию до коронации.

- Я же обещала, что не сбегу! – я чуть не плакала, расстроенная тем, что меня так легко обманули, - Как не стыдно оставлять свою невесту беззащитной…

Конечно, таким образом я пыталась давить на жалость, чтобы мне вернули магию. Владимир улыбнулся:

- Нет, в том-то и дело, что я думаю о будущей повелительнице и только о ней. У меня нет никакого желания прибегать к жестокому наказанию. До коронации ты будешь находиться денно и нощно под усиленной охраной. Завтракать, обедать и ужинать мы отныне будем вместе, на занятиях за тобой присмотрит Ирина.

Опешив, я вытаращила глаза. Это ж надо! Как в тюрьме, да ещё и под строгим контролем! Вспомнить, как пользоваться голосом мне удалось не сразу, но этого не потребовалось. Едва шевельнула губами, как мой жених протестующе поднял руку:

- Без обсуждений. А сейчас Элла и Татьяна проводят тебя к портнихе. После трёх дней болезни придётся поторопиться, подгоняя платье для коронации.

Приставленные ко мне служанки будто ждали этого момента за дверью. Они торопливо вошли в зал и, щебеча что-то про опоздания и что негоже готовиться к свадьбе впопыхах, увели меня из зала.

Это было не платье, это был шедевр!

Белое, с алыми вставками впереди, оно имело спущенные с плеч толстые и рваные, но блестящие лямки. Из-за этого казалось, что на плечах у меня маленькие красные костерки с рыжей каймой. Такой же цвет имел и шлейф пушистой юбки. На манекене присутствовали и перчатки без пальцев.

Всё это пришлось мне впору, только шлейф не понравился своей невероятной длиной. Едва портнихи подшили его, в комнату осторожно заглянула Элла:

- Ваше высочество, повелитель вас к себе просит. Безотлагательно, скорее.

Что же у него там случилось? Сам отпустил каких-то полтора часа назад… Обедать ещё рано, наказана за свой поступок я уже была… Может, случилось что-то? И к чему такая спешка, что за «безотлагательно»?

Тронный зал пустовал. Колонны были увиты разными цветами, на полу лежала красная ковровая дорожка, ведущая к двум тронам. Я уже видела утром, что их два, и знала, что скоро сяду на вон тот, поменьше и поизящнее, справа.

Пока я любовалась украшенным залом, мне на плечо легла широкая горячая рука. Вздрогнув и обернувшись, увидела Владимира. Рядом со мной остановилась и улыбающаяся Ирина.

- Какая красота, да? – спросил мой жених.

- Да, - хором ответили мы с его сестрой, только вот они вдвоём почему-то смотрели не на убранства, а на меня. И взгляды у них были такими, что стало понятно: на уме не только созерцание моего платья, а что-то ещё.

Заметив мою растерянность, Владимир поцеловал мне руку, а потом вдруг снял этот ужасный браслет:

- Всё хорошо. Извини, мы не хотели тебя испугать. Прошу, сядь на трон на минутку.

Я телепортировалась и секундой позже грациозно опустилась на свой будущий трон.

- Это что, репетиция?

Снова нехорошие ухмылки. Мне очень не нравилась эта двусмысленность: чего они хотели-то?!

- Нет, - ответила Ира, напустив на себя виноватый вид, - Видишь ли, Дашенька, у нас немного поменялись планы. Коронации через два дня не будет.

- Потому что она пройдёт прямо здесь и сейчас, - закончил её брат.

По его щелчку из подлокотников трона вылезли безобразные корни и железные кандалы, которые сковали мне запястья. Телепортироваться или превратиться в геккона, чтобы убежать у меня не получалось: проклятый трон поглощал магию.

- Зачем это?! Отпустите!

Двери открылись, и в зал стали входить странные уродливые существа: тролли, лешие, гоблины, гуманоиды, оборотни, упыри и зомби. Пришло даже существо, похожее на смерть с косой, прибежала целая стая огромных и лохматых крыс. Вот они, гости злополучного пира! Я смотрела на них и, всхлипывая, тщетно выдёргивала руки из оков, а они только заинтересованно улыбались и смотрели на меня, как на добычу.

Ира поправляла брату волосы и воротник камзола. Они, как ни в чём не бывало, что-то обсуждали. Девушка периодически поглядывала на меня, и мне удалось встретиться с ней взглядом:

- Ира! Ирочка! Помоги мне! – кричу ей в слезах. Сердце билось как сумасшедшее.

Она, скользнув по мне оценивающим взглядом, нарочито медленно, на показ, поцеловала Владимира в щёку, а потом… превратилась в крупную мерзкую крысу! Ту самую, которую я видела в комнате Зои, впервые став гекконом.

Бешено вырываясь, до крови раздирая запястья в кандалах, я орала до хрипоты, перекрикивая шум ливня и ворчание грома за стенами замка.

- Громче! Громче, Дашенька, дорогая! - издевался Владимир, - Давай, чтобы все твой голосок слышали! Никто не поможет. Смотри-ка, даже твоя любимая погода воцарилась, прямо подарок тебе! Любишь грозу? Ты же у нас смелая?

И его сатанинский хохот вторил мне.

Кто-то из зомби принёс череп с нахлобученной на него красивой короной-обручем, украшенной камнями.

- Поприветствуем повелительницу пламени! – объявил гостям подошедший к трону Владимир и водрузил корону мне на голову. Ох, как больно! Как туго! Обруч оказался совсем не по размеру и сильно сдавливал виски. Да и надет был небрежно. Раздались бурные овации, рёв, аплодисменты.

- Это в твою честь. Встань, неблагодарная, когда я с тобой говорю!..

Оковы исчезли, и меня, грубо взяв за локоть, поставили на ноги. К нам подошёл какой-то гоблин и спросил, согласен ли Повелитель Пламени взять меня в жёны. Он торопливо сказал «да», а меня вообще никто не спросил и, похоже, не собирался спрашивать.

- Владимир, зачем? – испуганно спросила я, когда он развернул меня к себе и вытащил из кармана парадного сюртука с оранжевой каймой простенькое медное колечко, - Зачем ты так?..

- Я предложил тебе стать моей повелительницей, и ты была согласна, помнишь? Ещё в первую нашу встречу в башне. Ты избранная, Даша.

- Ты меня обманул!

- Перехитрил. Но убивать я тебя не стану, ты будешь моей игрушкой. Мне нужна всего лишь твоя сила.

Вспышка гнева помогла мне вырвать руку с перстнем из его ладоней. Применив огромные усилия, отталкиваю жениха, взлетаю к сводчатому потолку, под которым было окошко. Только бы успеть его разбить: снаружи идёт дождь, и Повелитель Пламени вряд ли станет меня преследовать в такую погоду… Я улечу отсюда!

Только вот окно оказалось зачарованным: оно не билось и не открывалось, а его ручка была раскалённой.

Трон сделал всю работу за хозяина, и пока я бестолково порхала, пытаясь открыть себе путь на волю, мои локти оплели безобразные толстые корни вперемешку с цепями и потянули вниз.

- Моему безграничному терпению пришёл конец, дорогая! – поднявшийся с пола Владимир был зол, как никогда. На голове у него вовсю пылал костёр, - Пора обменяться кольцами, и покончим с этим!

Он сорвал с моего пальца волшебный перстень и ловко заменил его на то медное колечко. Посмотрел на мой кулон, а потом сорвал и его:

- Вот она, вся твоя магия! Хранить её в накопителях очень безрассудно. Ты сильная ведьма, Дарья. Сильная, но глуповатая. Оставь колечко себе. Оно не волшебное. Просто, утешительный подарок от меня. Последний в твоей жизни.

Оковы сразу спали. Обрадовавшись свободе, я указала рукой на своего жениха – ничего. Боевые удары, левитация, телепорт – всего этого будто и не было никогда. Гости засмеялись.

Владимир прервал их поднятием руки. Сразу же воздух в зале стал сухим и душным, стало в десять раз светлее, а прозрачный плиточный пол окаменел и покрылся трещинами. От него шёл пар. Украшения из цветов тотчас сгорели и превратились в пепел. Тронный зал теперь чем-то напомнил мне кратер вулкана.

- Пошли, нам с тобой ещё вальс танцевать, - меня силком потащили вниз.

Стоило случайно взглянуть в золотисто-карие глаза Владимира, как они поймали мой взгляд и не дали его отвести. Я не умела и не хотела танцевать с ним, но Повелитель Пламени заставлял это делать. Уверенно ведя в танце, он крепко вцепился в мою руку и талию, а глаз не отводил ни на минуту. В них то вспыхивали, то гасли огоньки, и невозможно было не поддаваться гипнозу.

Вокруг вспыхивали костры и сыпались искры. Пол под ногами накалялся, и ступать на него становилось горячо. Я задыхалась от жара, по щекам катились слёзы. Их Владимир с отвращением утёр своим рукавом, когда затих последний звук, а потом мы поднялись обратно к тронам под бурные аплодисменты гостей.

- Горько! Горько! – скандировали из толпы.

Нет, нет, ещё этого не хватало!..

Я попыталась увернуться, однако огненный маг будто ждал этого, и с лёгкостью придержав за затылок, настойчиво присосался к губам. Стоило шевельнуть рукой, надеясь оттолкнуть его, как я снова оказалась в цепях. Губы Владимира были сухи и горячи, они жгли меня, как и легшие на талию руки через материал платья. Повелитель Пламени нагревался всё сильнее, и мне казалось, что я горю и целую если не сам огонь, то предмет, который из него только что вытащили. На самом же деле холодела я сама: мои физические силы уходили.

Наконец, Владимир отстранился и отшвырнул меня в сторону. Я упала на трон, как тряпичная кукла, пребывая в невероятной слабости, откуда наблюдала, как Повелитель Пламени надел на шею мой кулон и, будто передразнивая меня, взмыл к потолку. До меня слишком поздно дошло, что ему нужны были мои физические силы, чтобы получить доступ к волшебным.

- Спасибо, - нехотя, совсем не от души бросив слово благодарности, Владимир утратил всяческий интерес к моей персоне и вышел из зала вместе с гостями.

- Что с ней делать-то будешь? – спросила брата Ирина.

- А пусть сидит пока. Она ведь слабая, недолго жить осталось. К вечеру глядишь и загнётся.

Часть II Варвара-Маргарита

Тревога!

- Дашка!.. – никогда не забуду, как пропала моя подруга.

Меня уже не в первый раз будил ужасный сон. Сначала он был каким-то отрывочным, а теперь с каждым повторением длился всё дольше, становясь реалистичнее. И вот снова вокруг крутились непонятные фигуры, желавшие мне зла.

Но это только во сне – в комнате царил полный порядок и покой. Часы показывали четыре утра, а глянув на бело-рыжий комочек шерсти в ногах, я с сожалением вспомнила своего Борьку. Мне удалось пропихнуть его в параллельный мир, и с тех пор наша с ним связь оборвалась, а утешать меня осталась только Пушинка – его подружка. Без Борьки кошка чахла на глазах, но почему-то мы обе были уверены, что вскоре получим новости от разведчика.

С ночи на Ивана Купалу – прошла неделя - я не видела никого из ведьм и колдунов. Старейшины дали мне только длинный пояс и велели всегда носить на пальце одно и то же колечко, а зачем – неизвестно. Сколько раз я уже мысленно просила кого-нибудь из колдунов прибыть за мной!..

Вдруг, перебивая раздумья, раздались шаги в прихожей по направлению к комнате. Пушинка выгнула спину и зашипела. Мне и самой захотелось юркнуть под одеяло, но нет.

- Маргарита, ты теперь колдунья! – одёрнула я себя.

Это придало мне сил, но ненадолго. Кто-то спокойно разгуливал по моей квартире, как по своей собственной. А заклинания выявления-то я не знаю… Я вообще колдовать не умею.

- Марго?.. Здесь ты, что ли?..

Я узнала по голосу Никиту – довольно симпатичного молодого колдуна годом старше меня. Он приходился младшим братом Нине и стал не только случайным свидетелем Дашкиного исчезновения, но и провёл со мной весь следующий день: я просто валялась вот здесь, на кровати вся в слезах, а он наводил в квартире порядок после ночного погрома, готовил ужин (обедать я отказалась) и успокаивал меня. Его конёк – магическая психология и язык животных для разнообразия. Вот мы и болтали на философские темы. Ну, как болтали?.. Он читал лекции с элементами ненавязчивого утешения, а я молча гладила мою сладкую парочку котеек. Кстати, отправить Борьку разведчиком к Дашке – его идея.

И вот Никита снова пришёл ко мне. Догадался заглянуть под одеяло:

- Всё хандришь?

- Нет, тут другое, - я постеснялась говорить, что испугалась его: ведьмам бояться не полагается.

- Что же?

Я кивнула на будильник. Он вмиг всё понял и заторопился:

- А, ну я это… Да… Жду, в общем, за дверью, ага?

- Ага, - согласилась я.

Подождав, пока шаги утопают подальше, на кухню или в другую комнату, я быстро натянула юбку, маечку поприличнее и, заправив постель, отправилась к гостю.

Пока мы завтракали бутербродами с чаем, Никита рассказал, зачем пожаловал: не по своей воле, а в качестве сопровождения - меня вызывали к себе старейшины.

- Ух-ты! Полетим?! – обрадовалась я.

Но Никита покачал головой:

- Поедем.

- На чём? – в такую рань не иначе такси вызывать придётся, но вряд ли юный колдун знает, сколько стоит это удовольствие. Сама я слышала про заведение для ведьм и колдунов, но понятия не имела, что туда ходит транспорт, и какой он из себя. Неужели опять поезд с несуществующей платформы?

- Скоро увидишь, - Нинин брат взял на руки подошедшую к нему Пушинку и стал гладить её по шёрстке.

Кошка спокойно мурлыкала, хотя обычно относилась к чужим с недоверием. Даже Дашке в руки не давалась.

- Да ты же голодная! – услышала я его слова в кошкин адрес, когда начала мыть посуду.

- Ничего, сейчас покормлю, не суетись, - говорю, и лезу в шкаф за кошачьим кормом.

Поворачиваюсь – боже! Эта краля уже умяла полкотлеты, а рядом ещё блюдечко сметаны ждёт! Прямо шведский стол у неё! А рядом Никита сидит, за ушком её, барыню, чешет.

Я молча спасла то, что могла – сметану.

- Оставь ей, кошки любят сметану! Она мне сказала, что мечтает о ней уже три дня! – заступился маг.

- Да? Я тоже много чего люблю и много о чём мечтаю. Вот, продолжение банкета, - я почти не глядя насыпала в миску корма.

- А это химия, - негромко заметил собеседник.

- Да, но, замечу, довольно вкусная… - заметил чей-то слащавый голосок.

Я вцепилась в руку Никиты. Ту, на которой был волшебный перстень. Нас, не считая кошки, по-прежнему было двое на кухне, а кто говорил – непонятно. Никита был совершенно спокоен, даже улыбался. А может, у него со слухом проблемы?..

- Ты это слышал?!

- Да, - и продолжает улыбаться. Причём ещё шире.

Мамочки, я с ума схожу… От страха затошнило.

- Вкусная, но не сейчас, – продолжил незнакомый голос.

Пошатнувшись, я вцепилась в столешницу. Старательно, но тщетно пыталась увидеть тут ещё кого-нибудь постороннего. У меня сильно стучало сердце, перед глазами плясали круги и «мушки».

- Марго? Что это, тебе плохо? – спросил Никита.

- Да ничего не плохо, с чего ты взял? – еле ворочая языком, храбрюсь я.

Подкосившись, меня подвели собственные ноги. Упасть не дала своевременная реакция колдуна. Дальше помню, что сижу на мягком диване в гостиной. Перед глазами всё рябое, в мелких раздражающих точках, а лицо мокрое. Никита сидел прямо передо мной и разговаривал с кем-то:

- Вид у неё какой-то странный, обычно она не такая, - говорил незнакомый голосок.

- Странный? Она впервые услышала тебя. Поставь себя на её место, - отозвался маг.

- А я бы обрадовалась.

Я скосила глаза, пытаясь, всё-таки, найти взглядом Никитиного собеседника или, точнее, собеседницу. Никого. Может, я зря боюсь? Может, это громкая связь на его телефоне?..

Тут мне на колени залезла Пушинка и потёрлась об руку, требуя ласки. Я начала её гладить трясущейся рукой и уже почти успокоилась, как вдруг…

- М-м-м, кайф… Если бы ты ещё мне на еду не скупилась, то стала бы лучшей хозяйкой в мире.

- А-а-а-а!!!

Я завизжала так, что Никита вздрогнул, зажал уши и едва не упал со стула. Отшатнулся к стене. Туда же метнулась и я, отшвырнув прочь страшное животное.

- Она… она… ОНА!.. – ору в ужасе.

Меня колотила крупная дрожь. Схватив его руку с перстнем, вытягиваю её вперёд:

- Стреляй!!!

Без толку. Никита просто стоял и смотрел, как к нам осторожно приближается этот монстр. Тогда, решив взять ситуацию под контроль, я сама схватила его ладонь и потащила прятаться за книжный шкаф. Нет, это чудо-юдо идёт сюда! Спину выгибает, явно к прыжку готовится… Сообразив очень быстро, я схватила первую попавшуюся книгу на полке и метнула в свою кошку, вернее, то, что замаскировалось под неё:

- Назад! – рявкнула так громко, как могла, - Кыш! Вон! Где Пушинка?! Что ты с ней сделал, сатана?!

Швырнув несколько книг, я повернулась за следующей, но, как оказалось, неудачно. Рука у плеча заболела. Вскрикнув, я выронила книгу и схватилась за плечо, но тут Никита развернул меня к себе:

- Не бей животное! – крикнул он, потеряв терпение, но почти сразу овладел собой и отстранился: - Никогда не бей… - продолжил уже мягче.

- Но… - я испуганно посмотрела на торчавший из-под дивана бело-рыжий хвост-ёршик.

- Да не нежить это! Кошка твоя!.. – с досадой продолжал парень.

Подозвав Пушинку, он погладил её, чтобы успокоить, подержал на руках и, опустив, загадочно улыбнулся:

- К тому же, в положении… Начало второй недели, как-то так.

Успокоившись, кошка удалилась спать на диван, демонстративно наступив мне на руку лапкой с выпущенными коготками. Вот так новость!

- Только не говори мне, что ты не знала об этом… - сказал Никита, поспешно помогая мне убирать книги.

- О беременности кошки или о том, что понимаю её язык?

- Оба варианта хороши.

- Да я первый раз её слышу!..

- Ага, как же…

Пока мы спускались по лестнице во двор, он ворчал, но когда вышли к трассе, посерьёзнел и вытянул руку, как человек, ловящий такси.

Только вот никаких машин на дороге я пока не наблюдала. Правда, моё недоумение длилось недолго: из-за угла почти сразу, как по мановению волшебной палочки, выехал «Запорожец». Старенький, дребезжащий, но довольно резвый, он взвизгнул шинами и резко тормознул около нас. Никита сел впереди, рядом с водителем, а я сзади. Машин пока было мало, и «Запорожец», громыхая, повёз нас неизвестно куда. Вернее, непосвящённой тут оказалась я одна. Никита был воплощением невозмутимости, а вот водитель отличался ненормальным поведением. Вдавив педаль в пол, гнал автомобиль на огромной скорости, вцепившись в руль и застыв в одной позе, смотрел только вперёд.

Я закрыла глаза и вопила, а открыла их, услышав смешок. Никите было очень весело, и он непонимающе оглядывался на меня, мол, как я могу этого бояться.

- Ой, да успокойся! – отмахнулся он, - Я же рядом. Или боишься, а, трусишка?

Слово «трусишка» заставило меня закрыть рот и оскорблённо насупиться.

Автомобиль нёсся всё дальше. Никита справился о цене, демонстративно позвенев в кармане чем-то похожим на монеты.

- Сто рублей, - буркнул водитель, сидя в той же позе.

- Легко!

Зашуршали деньги, водитель не глядя бросил их в отрезанную нижнюю часть баклажки и продолжил рулить, а я снова заметила, что мой попутчик самодовольно ухмыляется. Поймав мой взгляд в зеркале, он подмигнул, и тут раздался запах палёной бумаги.

- Ты что, его заколдовал? И деньги были фальшивыми?! – спросила я, когда попутчик попросил остановить на пустыре и мы вылезли из автомобиля.

- Ну… Пришлось поколдовать немножко. А я виноват, что у меня нет человеческих денег? Это была простая бумага. Подумаешь… Через перу минут не вспомнит, кто мы такие.

Было всё ещё немного стыдно, но Никита увёл меня оттуда в сторону пятиэтажек через дорогу и пустырь. Наступило позднее утро, а мы шагали по пустырю, заслоняя глаза от палящего солнца. Когда же, наконец, шагнули в маленький угрюмый дворик советских времён, я почувствовала что-то необычное: будто меня обдало ветерком. И воздух здесь другой совсем, не пыльный… Подняла глаза на спутника, но он вроде как ничего не заметил, только улыбнулся, а потом, когда мы прошли ещё метров сто, сказал:

- Ну, Маргарита, новоиспечённая ведьма, позволь представить тебе Тайный Колдульон – городок ведьм и колдунов. Здесь никто не скрывает своей магии, а попасть сюда могут только маги.

- А я-то липовый маг!..

- Тихо!

Зажав мне рот и погрозив пальцем, Никита осторожно огляделся и, крадучись, завёл меня в тёмный переулок. Там, мягко втолкнув в дом, зашёл следом и закрыл дверь на все шесть замков.

- Ты хоть знаешь, каких трудов мне стоило привести тебя сюда?! – с досадой спросил он, - Побег пришлось организовывать! Лучше молчи о своём происхождении, понятно? Жители тут не сахар, вмиг донесут, что я самозванку привёл.

Никита также заявил, что в таком виде он просто не может вести меня к старейшинам.

- А что не так? – я оглядела свои блузку и юбку: всё в порядке, вид и длина приличные.

Не ответив, колдун стал рыться в шкафу, а вскоре с триумфом протянул мне короткое тёмно-синее платье. Безрукавное, облегающее, оно показалось мне каким-то вульгарным из-за довольно широкого выреза. Пока я разглядывала его, Никита извлёк из-под пухлого кресла женские босоножки на здоровенной шпильке и небрежно швырнул их мне под ноги со словами:

- Надень. Нина всегда носит их вместе, говорит, сочетаются.

- Так она тебе оставила, чтобы ты мне отдал?

Парень кивнул и отправил меня переодеваться в соседнюю комнату. Ничего особенного, комната как комната: старая кровать, туалетный столик и резная скрипучая мебель. Стены были выкрашены в серый цвет, а последняя стена оказалась зеркальной, как в балетном классе. Учитывая расстановку мебели, стоять нужно было боком к зеркалам. Переодеваясь, я против воли нет-нет да взглядывала на себя, скорее реагируя на постороннее движение краем глаза, чем интересуясь внешним видом: что я себя раздетой не видела?

Однако совсем забыла, что нахожусь отнюдь не в примерочной магазина, и здесь оказалось намного опаснее. Когда я, быстро сбросив одежду, взяла платье, раздался странный звук. В зеркале помимо меня отразился некто похожий на огромного волка. Он передвигался на задних лапах, а нос его казался лысым и сморщенным. Уши напряглись. Испуганно обернувшись, я увидела это существо вживую.

Дверь открылась, и на мой визг в комнату вломился Никита. Он озабоченно озирался по сторонам, а сообразив, что происходит, с помощью магии связал незваного гостя чем-то светящимся и уже замахнулся для следующего действия, но существо вдруг исчезло.

- Вот гадкий оборотень! Телепортировался! Сейчас будет бродить по Колдульону и рассказывать всем и каждому о подозрительной девице в моём доме.

- А что, видно? Я как-то выделяюсь?

- Да… - случайно заметив моё возмущённое отражение в зеркале, он поспешно отвернулся и заслонил лицо ладонью так, чтобы не видеть меня даже случайно. Сев на кровать, заговорил с дверью: - Тебе не хватает уверенности. Жёсткости.

Влезть в платье я смогла не сразу. Наряд оказался довольно тугим и коротковатым. Потянув концы как можно ниже, я застегнула доверху серебряный замочек на воротнике и надела босоножки. Ого-го! – у меня перехватило дыхание, когда я разогнулась: подошва оказалась почти отвесной, стоять приходилось буквально на пальцах. Но мало того, ноги здорово затекали от непривычного положения. Щиколотка норовила скоситься наружу.

Получив разрешение повернуться, Никита обвёл меня взглядом, одобрительно кивнул и велел распустить волосы. Они у меня густые, вьющиеся, тёмно-рыжие. Я распушила их и положила себе на плечи.

- Великолепно. Теперь ты похожа на ведьму внешне. Остался только последний штрих. Не шевелись…

Парень протянул руку к замочку на моём платье. Я ударила по ней.

- Послушай, это нужно тебе, а не мне, - вздохнул брат Нины, - Местные девушки всегда носят откровенный вырез, а ты должна сойти за местную.

- Нет, я должна спасать подругу, а не наряжаться тут…

- Я понимаю. И помогу. И не только я, но и старейшины, и моя сестра – все мы встанем на защиту самой сильной ведьмы. Это первый шаг к спасению Дарьи, Марго. Пожалуйста…

Осторожно взявшись за конец замка, он увёл его вниз до упора – почти до самой груди и вывернул наружу уголки, чтобы вырез стал треугольным. Мне стало неловко: платья с таким вырезом – не мой стиль.

- Прекрасно. Теперь, когда ты готова, я с удовольствием провожу тебя к старейшинам и объясню, как правильно себя вести. По Кодульону кто только не шляется, особенно ночью и ранним утром.

Оказалось, что быть ведьмой не так легко, как я думала. Старый асфальт был весь в колдобинах, на которые постоянно натыкались высокие каблуки. Несколько раз я чуть не упала

- Послушай, может, это и вправду не твой стиль? Разуйся лучше, пока шею не свернула, - сдался Никита, от которого я уже начала отставать.

Я с облегчением ступила босыми ногами прямо на землю. Было немного колко, но это меня только порадовало: зато кости целы останутся, а первые секунды после снятия шпилек – вообще кайф! Никита галантно взял из моих рук сестрины туфли и… они исчезли!

- Пусть побудут в копилке мыслей пока, - объяснил колдун, - Так мы их не потеряем.

Но тут на улице, по которой мы шли, стали возникать какие-то подозрительные личности: маги в плащах, сероватые существа в лохмотьях, какие-то уродливые гоблины… Все они смотрели на меня голодными глазами, потом начали хватать за руки. Какой-то невысокий мужичок в кепке схватил меня своими костлявыми руками вокруг пояса и без всякого зазрения совести принялся жадно обнюхивать.

- А-а, добыча! – завопил он.

Не помня себя от ужаса, я завизжала. Колечко на моём пальце неожиданно нагрелось. Обмотанный платком торс под платьем тоже. Задыхаюсь, отдираю от себя нахальные руки. И тут до меня дошло, что от этого мужичка воняет гнилью!!!

- Молчи, Марго! Замолчи! – потребовал Никита, обстреливая магией сгрудившихся вокруг нас существ, - Нежить питается чувством страха!

Мне стало дурно. Задыхаясь от смрада, я потихоньку сползала на землю, а потом вдруг…

Бах-ба-бах-бух!!! – во все стороны из моего кольца выстрелили искры. Задело всех, включая Никиту. Он вскрикнул и упал, как подкошенный. Зато я освободилась и, дрожа, подошла к нему. Упала на колени рядом.

- Никита! Никита!..

Он был без сознания и не ответил. Количество уродцев росло, а у меня остался только один выход. Перевесив его руку себе через плечо, оттащила волшебника подальше. Далеко мы, конечно, не ушли - Никита оказался очень тяжёлым, чего я, в принципе, ожидала. Он тихо стонал и неумолимо съезжал по мне, а враги всё наступали… Подтянув спутника повыше, обняв за пояс, я зажмурилась и уткнулась в его плечо. Из моей души отчаянно рвался крик о помощи…

Вокруг раздавались какие-то звуки, но мне было уже всё равно: нас вот-вот растерзают, а я, растяпа, по незнанию причинила сильную боль тому, кто мог меня защитить… Зачем только сунулась?..

- Оставь… Марго, оставь меня… - тяжело дыша, с огромным трудом сказал Нинин брат, - Беги…

- Нельзя бросать друга, - негромко ответила я, - Без тебя я никуда не пойду.

А бежать-то было и некуда: мы стояли спиной к стене, впереди наступала полукругом нечисть.

Глава 2

Л.Е.С.

Кажется, они собирались съесть если не Никиту, то меня точно. Сначала было очень страшно, а потом я смирилась и посмотрела на них на всех. Ноги молодого колдуна подкосились, он скособочился и, слабо вздохнув, упал в противоположную сторону, увлекая следом и меня. Быстро присев на колени, я едва поймала его и, прижав к себе за голову, вжалась в стену. Зажмурилась. Но тут раздался страшный грохот и шум, меня схватила за плечо чья-то рука, кто-то попытался забрать Никиту.

- Нет! Нет! Вон, пошли вон, я вам не сдамся!.. – моё кольцо снова накалялось, только довольно медленно, и я не успевала ничего сделать. В руках уже ничего не было. В последний раз безрезультатно цапнув воздух, я заплакала.

- Марго, это мы! – меня кто-то тряс. Резко вытер мне слёзы. Проморгав их, я увидела перед собой Нину. Обняла её.

- Нина!.. Я тут столько всего пережила, мне так страшно… И Никита… Прости, но я его… как бы…

Её младший брат лежал неподалёку. Он всё ещё был без сознания, зато под присмотром Алексея.

- Ты ранила его довольно серьёзно, - негромко сообщил тот, - Ну да ничего, скоро он придёт в себя. Правда, лежать в больнице будет ещё долго.

Мне было очень стыдно. Я смущённо и сбивчиво забормотала какие-то извинения, адресованные сестре пострадавшего. Наверное, она будет сердиться, что я просто так покалечила её брата, но нет, она просто сказала, что мне нужно научиться, наконец, управлять своей силой.

Заведение, в котором ведьмы и колдуны обучались магии, находилось в центре города. Когда мы, уже без приключений, добрались туда, Алексей на руках понёс Никиту в больницу.

- Не время раскисать, - мягко сказала Нина, протягивая мне пару мокасин, - Мы зайдём к нему позже, а сейчас тебя ждут. Обуйся.

Ужасно волнуюсь. Со старейшинами я была знакома плохо, видела их всего раз. Но отпираться было уже поздно. Пока мы шли по лестнице, выпускница ежеминутно оборачивалась, поправляла мне платье или волосы, и параллельно давала советы:

- Не садись, пока не разрешат. Обращайся только по имени, а если не знаешь их, то просто «уважаемый совет». Не смотри в глаза их предводителю. Поняла?

Я отрицательно мотнула головой. Информация не лезла мне в голову после всего случившегося. Это был шок.

Нина, досадуя на мою тупость, хлопнула себя ладонью по лбу, а потом вдруг затолкала в маленькую комнатку, и я поняла, что это приёмная:

- Удачи, выше нос! И не мямли! Веди себя как ведьма!

В приёмной стоял высокий письменный стол без стула, но зато на нём была открытая птичья клетка, в которой я заметила крупную ворону. Ворона тоже заметила меня и, моргнув карими глазами, выпорхнула на волю. Высокое окно в приёмной было открыто, но птица полетела совсем не туда. Она пронеслась над моей головой, опустилась на пол у дверей, а когда я повернулась, увидела худую, чуть сутулую пожилую женщину. С горбатым носом, в накинутой на голову тёмно-серой шали и чёрном платье она и впрямь чем-то напоминала ворону. Казалось, она сейчас начнёт каркать, однако секретарь вдруг заговорила на редкость красивым голосом. Таким не стыдно и оперу петь:

- Ах, скорее, Маргарита, скорее! Вас уже давно ждут! Пройдите!..

Набрав в грудь воздуха, я шагнула в кабинет. Здесь было очень светло, а места оказалось больше, чем я думала. Возможно, не обошлось без магии. Я как будто оказалась в зале суда цилиндрической формы. Под высоким сводчатым потолком было слуховое окошко, трое старейшин – две женщины и один мужчина – сидели за высоким, но узковатым столом, напоминающим длинную кафедру. Когда я вошла, они встали. Потом женщины сели на места, а мужчина так и остался смотреть на меня стоя. Мне было не по себе: похоже, это и есть их предводитель… Как же его зовут?.. Я ведь слышала его имя!.. Помнила…

Стало неудобно, я замялась, а он продолжал сверлить меня взглядом

- Здравствуйте!.. – еле-еле выдохнула я, решив, что для начала в любом случае надо поздороваться, если на меня направлены аж три пары глаз.

- Ну, здравствуй, Маргарита, - сказала женщина справа. Меня зовут Галина, а это Антонина. С Варлаамом, верховным чародеем, ты уже, наверное, знакома.

Ах, да! Варлаам, отправитель того самого письма, что я нашла в холщовом мешочке!

- Рассказывай, Маргарита, как успехи твои? Как развиваются силы? - поинтересовался он.

- Нормально, - соврала я, упорно не поднимала на него глаз, как советовала Нина.

Пол подо мной неожиданно нагрелся. Стало жарко. Я шагнула в сторону, но и здесь было не лучше. Глаза мага так и сверлили меня. Не нужно было большого ума, чтобы понять: обман не сработал, а если и сработал, то я выдала себя с потрохами виноватым видом.

- Варлаам, не надо. Девушка напугана, - сказала Антонина.

Мне было предложено сесть в кресло и рассказать о своих делах: на что я трачу силы, как собираюсь спасти подругу и что планирую делать в будущем, раз уж захотела остаться ведьмой.

- Ах, я уже двести раз пожалела о своём необдуманном желании!

Страх, досада и боль развязали мне язык. Перестав стесняться, я выкрикнула это на весь зал и разрыдалась. Да, платок, связывающий мой торс, давал магические силы, но пока что ни к чему хорошему они не привели: до смерти испугалась собственной кошки, покалечила Никиту, а местные меня и в грош не ставят. Больно, обидно и бесполезно. Я могу причинить вред кому-то ещё или себе самой. Я начинаю бояться саму себя…

Выразив всё это срывающимся голосом, я даже предложила вернуть им магический платок, но никто об этом и слышать не хотел. Старейшины сгрудились и шептались между собой.

- Сколько дней прошло с того дня? – спросила Галина.

- Неделя, - ответила я.

- Уже поздно. Платок ещё вчера передал тебе всю магию, можешь его снять.

- И с сегодняшнего дня ты принята в наш Л.Е.С., - добавил Варлаам.

- Куда, простите?..

- Лицей Естественных Сил, - расшифровала Галина, - Сейчас лето и здесь никто не учится, но для тебя проведут специальный двухмесячный курс. Жить на это время ты тоже останешься здесь. Можешь идти.

Нина ждала у дверей приёмной, а потом мы вместе пошли проведать её брата.

Лежавший на больничной койке Никита уже пришёл в себя, а когда мы вошли, приподнялся на локтях в знак приветствия. Он всё ещё был бледен и с трудом двигался, но улыбка у него получилась удачная.

Его обняла сестра, а я стояла рядом и, отводя глаза, стыдилась. Убрала руки за спину и нервно дёргала своё колечко на пальце, выполняющее роль волшебного перстня. Довольно своенравного перстня… В конце концов, я его выронила и, сконфузившись, стала шарить по полу руками.

- Что это с ней? – услышала удивлённый Никитин голос, но оглядываться не стала - И почему я здесь? Ничего не помню…

Нина пожевала губами и взглянула на меня.

- Пусть она сама тебе скажет.

Парень не возражал, а вот мне было неприятно. Правда, меня никто не спрашивал. Тут как раз и колечко нашлось. Подняв его, я медленно, порывисто поднялась на ноги и отошла к окну.

Игнорировать себя Нина не позволила. Она положила руки мне на плечи и подтолкнула к кровати брата:

- Иди же. Он у меня смирный, кусаться не будет, - она хихикнула.

Решившись взглянуть на юного колдуна, я прочитала на его лице только один большой вопрос. Всё ещё приподнимаясь на локте, он смотрел на меня так, будто я перестала с ним общаться на пустом месте.

- Вы пока поговорите, а я пойду, возьму для тебя учебники в библиотеке.

Дверь в палату закрылась, и мы остались вдвоём. Я всё ещё старалась держаться подальше от Никиты, а вот он, подвинувшись, постучал ладонью по краю кровати, приглашая сесть рядом. Не понимая, почему я так сильно переживаю, послушно сажусь рядом.

- Марго, я тебя чем-то обидел? – спросил Никита.

- Нет-нет, что ты? Наоборот, помог!

Он совсем растерялся. Решив не мучить больного, я глубоко вздохнула и, наконец, выдала:

- Да это я виновата! Я тебя ранила и поэтому ты оказался на этой койке! Пожалуйста, прости меня, я буду учиться, обещаю…

- Стой, подожди, подожди!.. Последнее, что я помню – это как на нас напала нечисть. Я один не справлялся, ты испугалась вурдалака и закричала. Я бросился на помощь, а потом… Темно. И больно… Потом кто-то шумел, меня куда-то тащили, а я боялся за тебя и держался на ногах из последних сил.

Я расстроилась.

- Тебе было очень больно?..

- Да… Боль просто оглушала, дальше ничего не помню. А ты Марго? Ты сама цела?

- Почему ты спрашиваешь? Я ведь тебя чуть не убила!

- Не сможешь. Ранить – ранила, но не убить. Сил маловато для этого. И колдовала наобум.

Я повесила голову: да, деликатный способ избрал Никита, чтобы сообщить очевидный факт моей никчёмности в мире магии. Но, оказалось, он не преследовал эту цель, потому что сразу же сказал, что я не виновата. Предложил остаться здесь, чтобы научиться хотя бы азам колдовства.

- Уже осталась, - я наконец-то сообщила свою главную новость, - Старейшины велели.

- Класс, - тихо выдохнул Нинин брат, и низко опустил свои синие глаза, Они у него стали голубыми, какими-то затуманившимися. На лбу пролегла складка.

- Никита, тебе плохо?

Вскрикнув, он схватился за живот. Не удержался на локте, снова повалился на подушки. Отдышался:

- Ничего… Терплю…

Я предложила вызвать врача и получила согласие. В палате была на этот случай верёвка. Парень не смог до неё дотянуться, а вот я – запросто. Где-то далеко зазвонил колокол, и что-то подсказало мне, что лучше скорее отсюда убраться: Никите сейчас ни до чего, а у меня много дел.

- Пока, - шепнула я. Глядя в одну точку, маг отрешённо кивнул в ответ.

Обречённо оглянувшись уже в дверях, я ушла.

Пока я была в больнице у нового знакомого, его сестра доставила в Кодульон Пушинку и чемодан с вещами. К нему был привязан летающий веник, который доставил меня в своё время на купальский праздник.

Взяв небогатое барахлишко в одну руку и ко всему безучастную сонную кошку в другую, я отправилась вслед за Алексеем в свою новую комнату.

- Имей в виду, Марго, - строго поучал выпускник, - Здесь у нас колдуны учатся да ведьмы. Отношения у тебя со всеми будут разные, а ты никого не бойся. Травля, обиды, мелкое докучливое подшучивание, смахивающее на унижение – всё это здесь есть, но это не опасно. Если кто обидит, говори мне. Или Нине. Большинства учителей в Колдульоне сейчас нет, поэтому преподавать тебе будут те, кого ты уже видела, включая старейшин.

- А вы с Ниной?

- И мы с Ниной тоже. Ты не одна летом учишься: кто-то экзамены сдаёт, кто-то практикует боевые чары, мы – выпускники – дипломы пишем и старейшинам помогаем.

Мы поднялись по лестнице на четвёртый этаж, прошли по коридору. Остановившись у одной из дверей со стеклянными вставками, Алексей предупредил, что, к сожалению, соседка моя не очень вежлива. Можно даже сказать, с ней нет практически никакого сладу. Не дав мне ничего сказать, он постучался.

- Эй, по башке себе постучите! Или мне постучать выйти?!– раздался недружелюбный ответ.

- Давай, а я посмотрю, как получится, - спокойно сказал Алексей.

Наглая девица прикусила язычок и мигом открыла дверь. Волосы у неё были перекрашены в зелёный цвет, джинсовая юбка еле-еле закрывала то, что должна была закрывать, из-под короткого топа виднелся голый живот. Образ довершали ботинки на высокой платформе и гольфы до колен. Она стояла по стойке «смирно», как солдат в строю, внимая каждому слову выпускника и глядя на него внимательными, послушными глазами.

- Нет-нет, что вы, Алексей, как можно… Я пошутила… Больше не буду! - на её лицо выползла виноватая улыбка.

Выпускник заторопился и подтолкнул нас друг к дружке.

- Принимай, пополнение, Лера. Это Маргарита. Твоя соседка.

Озадачившаяся Лера нахмурила идеальной формы брови:

- Как соседка? Алексей, мы же договаривались…

- Договаривались до первой грубости. А ты мне уже нагрубила. В общем, девушки, знакомьтесь. Марго, располагайся, а я… мне пора идти. Увидимся завтра утром на занятиях. Не опаздывайте.

Как только Алексей скрылся из виду, Лера перестала улыбаться и преградила мне вход, уперев руку в противоположный косяк:

- Стоять, овца, не домой пришла!

Я удивилась: чего она мне грубит? Я же ничего ей не сделала.

- Вот свалилась на мою голову! Да ещё с живностью! Терпеть не могу кошек…

Я взирала на неё с молчаливым презрением, всем видом давая понять, что уже ненавижу её. Похоже, она почуяла своим ведьмовским нутром исходящий от меня гнев. Её рука дрогнула и стала опускаться, освобождая проход, а вот лицо – нисколько. На нём появилось выражение снисхождения:

- Ну ладно уж, я сегодня в хорошем настроении. Тащи сюда свои шмотки, мямля несчастная.

Комната оказалась небольшой. Одна кровать стояла в укромном тенистом уголке, и моя соседка тут же улеглась на неё. Приклеила на стену фото, на которой была группа молодёжи, одетая в готическом стиле. Поставила на тумбочку светильник в виде остроконечной шляпы:

- Вот что: я сплю ЗДЕСЬ. А ты – где хочешь.

Выбор был невелик: вторая кровать находилась параллельно окну. Она даже нагрелась от солнечных лучей. Пушинка недовольно завозилась и нырнула под кровать, когда я положила её на матрас. Я поставила ей миску и насыпала корма, но увидев Леру, она отказалась вылезать из-под кровати, особенно когда девушка, слегка подпрыгнув, крикнула, почти рявкнула «бу-у-у!!!».

- Вот ведьмы пошли! Никакого уважения к будущей матери! Одни кормят чем попало, другие пугают… Достали!.. – раздражённо сказала она, и затаилась где-то в темноте.

- Так она ещё и плодиться собралась?! – переспросила Лера. – Здорово, будет зверинец! Зоопарк!

- Не будет.

Добрых полчаса мы препирались между собой, обсуждая Пушинку и её будущих малышей. Нам помешало громкое, требовательное бурчание в животе Леры:

- Ладно, живи пока, а то до ужина с тобой лясы точить можно, - снизошла она, - Может, на кухню отвалишь, наконец? Состряпаешь чего… Хоть какая-то польза от тебя будет.

- А почему я?! – взвилась я, - Сама стряпать не умеешь? Или пачкать ручки ниже твоего достоинства?

Лерку будто по щеке ударили.

- Значит, слушай сюда, язва малолетняя: не доросла ты ещё, чтобы меня куском хлеба попрекать, уяснила? Силёнок не хватит. Захочу – ночью мне готовить будешь. Магии ни гроша, хоть руками поработай.

- Нет, - я чувствовала, что выхожу из себя.

Что было бы дальше, не знаю, но тут в нашу комнату заглянула симпатичная черноволосая ведьмочка и позвала меня в коридор. Я вышла. Оказалось, Нина звала меня к себе. Интересно, зачем?

Нина жила одна в роскошной комнате, больше похожей на номер в отеле: мягкая двуспальная кровать с простой деревянной спинкой, голубой тюль на окнах. Пахло чистотой: какая-то молодая ведьма сосредоточенно мыла здесь полы. Поднявшая на меня глаза выпускница сидела лицом к двери за большим письменным столом, заваленным бумагами.

- А, Маргоша, заходи! – доброжелательно улыбнулась она, - Не бойся.

- Я не боюсь.

Нина снова погрузилась в бумажную работу, Давалась она ей тяжело, она морщила лоб и, поминутно трогая левый висок, поджимая губы, что-то записывала:

- Марго, повесь моё платье на кровать. Оно в шкафу, зелёное такое… И чаю подогрей – пить хочу очень сильно.

Когда я нашла и положила на кровать её платье, она вспомнила о чёрных туфлях-лодочках. Велела найти и их тоже. Господи, я облазила весь её гардероб!

- Ну, чем ты там гремишь? Алевтина, помоги ей, что ли… - страдальческим голосом сказала Нина

Девушка, мывшая пол, бросила швабру и стала искать туфли. Я же решила в это время взять быка за рога:

- Красивая комната, Нина!

Сосредоточенно перечитывая и корректируя свои записи, старшекурсница отрешённо кивнула. Тогда я напрямую спросила, для чего она меня звала.

- Э-э-э… Да, ты… приготовила мне чай?.. – отрешённо спросила она.

Я удивилась: молодая здоровая девушка, имеющая способность колдовать, не может напоить саму себя? Жуть!

- Так ты позвала меня искать твою одежду и наливать чай?.. – с обидой в голосе произнесла я, - Понятно…

- А чего ты ожидала? – спросила Аля, - Мы с тобой младшее звено, и обязаны выполнять прихоти старших учеников. Вот в следующем году сама кого-нибудь гонять будешь.

Она поставила на пол пару прекрасных замшевых туфель-лодочек. Трудолюбиво протёрла их тряпочкой.

Нина с облегчением откинулась на спинку кресла и тяжело вздохнула. Уронила ручку и стала разминать уставшие пальцы:

- Да-а!.. Ну, девушки, чего вы копаетесь?! Ладно, пока дождёшься вас…

Приоткрыв входную дверь, она воровато оглядела сумрачный коридор и, закрывшись на засов, сложила ладони в просящем жесте, а когда разомкнула, в них оказалась чашечка чая. Мне объяснили, что колдовать в здании нельзя во избежание хаоса. Везде разбросаны охранные заклинания, а вот выпускникам ЛЕСа доверяют, но лучше лишний раз не рисковать.

- Марго, пойми меня правильно: я заваливаю вас работой не из вредности, - призналась мне Нина, - Днём я себя сдерживаю, но под вечер терпение начинает давать сбои. Я буквально зашиваюсь: на носу защита диплома, надо составлять планы по чарам, навещать брата в больнице, а ведь я ещё и ведущая конкурса летунов…

И я, и Алевтина вытаращили глаза: я от удивления, она – от восхищения. Когда я спросила, что это за конкурс, выпускница рассказала про головокружительные полёты наперегонки на определённую территорию. Летать мне понравилось, и я попросилась на пробы: пока что жюри отбирало лучших.

- А почему бы и нет? Ты летаешь на венике… Точно, веник подойдёт! Я пришлю тебе птицеграмму, когда будет нужно явиться, а сейчас меня старейшины вызывают.

Она переоделась за ширмой в найденное мной строгое платье, обулась и стала торопливо, нервно рыться в старых книгах на полке, роняла их, поднимала и снова роняла. Многие из них обтрепались. Потом Нина указала нам деликатным кивком на порог, где лежал резиновый коврик, а на нём стояли грязнущие сапоги:

- Девочки, не в службу, а в дружбу: приберите книги и это, прошу. Потом можете идти. Ох, собрания-собрания-собрания… Сил никаких нет!..

Цокая каблучками, она покинула комнату почти бегом.

Ниниными сапожками занялась Аля. Она оказалась очень мягкой и миролюбиво настроенной девушкой, которая, попав в ЛЕС из какой-то деревни, страшно гордилась тем, что убирается в комнате самой выпускницы-активистки.

- Ничто не поднимает дух так, как честь помочь этой милой девушке! – восклицала она, - Ниночка у нас просто прелесть. Она хорошая, Марго. В прошлом году тоже пользовалась большим авторитетом. Знает, за что берётся, всё делает на совесть… Жаль её брата. Знаешь Никиту? Он в больнице теперь лежит. Кто ж его так?

Я молча вернулась к работе с разбросанной как попало на полках и полу литературой. Говорить этой сомнительной личности, что это я «поколдовала» не хотелось – стану врагом народа.

Как и все выпускники мира обычного, студенты-волшебники много читали. Поэтому библиотека у Нины оказалась довольно объёмной, и мне уже заранее стало страшно погружаться в это ведьмовское дело: я столько не запомню…

Но вдруг на одной из книг, когда я её поправила, что-то сверкнуло. Присматриваюсь и вижу - на обложке буквы пропечатываются. Не русские, не иностранные, и даже не иероглифы. Собираясь позвать Алю, я обернулась, но девушка уже счистила с сапог что могла и унесла их в ванную оттирать основательно. Ладно, сама разберусь.

Схватив ручку, я накалякала буквы на своей ладони, но вдруг сразу после этого на конце книги появился здоровенный уродливый отросток, похожий на хвост крысы. Этот хвост обмотался вокруг моего запястья. Испугавшись до смерти, я вскрикнула и шевельнула рукой. Отпрыгнула от полки. Страшная книга тоже на месте не застоялась и упала на пол, хотя стояла до этого преспокойно. Меня же начало мутить и покачивать. В ушах стоял шум, напоминающий тысячу наперебой что-то шепчущих голосов. Они были прямо в голове и доставляли сильный дискомфорт. Я испугалась и ничего не понимала. Хотелось бежать, но дверей почему-то стало целых три, и я не знала, в какую мне нужно. При попытке шагнуть мои ноги подогнулись. Услышав глухой стук, отдалённо ощущая боль в спине, я поняла, что уже на полу и, дёрнувшись в последний раз, утонула во мраке.

Глава 3

Последствия

Слабо горел ночник, пахло какими-то травами. Моя голова всё ещё кружилась.

- Я… я ничего не понимаю, пожалуйста, простите… Мне очень страшно! Захожу, а она лежит… Извернулась вся ужом.

Передо мной маячили три тени. Присмотревшись внимательнее, я разобрала, что принадлежат они Нине, какому-то незнакомому мне крупному лохматому парню с небольшой бородкой и Але. Последняя, рассказывая о случившемся, готова была вот-вот разрыдаться. В её дрожащем голосе отчётливо звучали слёзы.

- Ты не должна извиняться. Всё в порядке, не дрожи… Всё хорошо… - выпускница едва не силой усадила её на стул и погладила по голове.

Сопровождающий их парень, мельком скользнув по мне взглядом, подошёл поближе. Нагнулся и весело спросил:

- Ожила? Ну ты даёшь! С Алевтиной чуть истерика не случилась. Нина с места сорвалась, меня вызвали на подмогу… Чего раскисла-то, ведьма?

- Саша! – окликнула Нина укоризненно и подбежала ко мне сама. Заключила в объятия, - Ох, Марго… Что же стряслось, Марго? Мы все так волновались… Тебе очень плохо?

- Я в норме, - пробормотала я, - Там книга с крысиным хвостом… В комнате… И буквы! Они сверкали!

- Какая ещё книга, у меня такой нет! И что за буквы?

- Вот, - я протянула ладонь, на которой накатала непонятные знаки.

Посмотрев на них, Нина побледнела. Её глаза расширились.

- Это на крысином языке! Ой, не к добру…

Она потребовала, чтобы я сейчас же встала и вымыла руки от этой гадости. Переводить с крысиного, к счастью или сожалению, никто не умел.

Когда я улеглась обратно, меня известили о требовании врача провести ночь здесь. Александру велели держать рот на замке по поводу хвостатой книги, моей хандры и надписи на крысином языке. Потом деятельная Нина отбыла в комнату искать опасный том, чтобы избавиться от него, убежал и Саша, которого здесь больше ничто не держало. Только Аля ещё долго пила успокоительное и причитала, мол, как же мне не повезло в жизни, не навёл ли кто порчу и тому подобное.

Ночью мне снилось что-то очень неприятное: за мной гонится нежить и целая армия помойных крыс огромного размера, а впереди маячит кто-то в плаще. Он поцеловал меня, да так, что я обожглась. Потом падаю куда-то в пропасть, в холодный туман и чувствую запах гнили. Холодно, мерзко, страшно… Я рывком вскочила с кровати и застала рассвет.

- О, да ты у нас ранняя пташка, Марго, - спокойно сказал Алексей.

Покачивая ногой, он сидел на стуле в ожидании моего пробуждения, и мне стало стыдно за выражение своего лица: перепуганная, бледная, в холодном поту… Что он обо мне, трусихе, подумает?

Пока я умывалась и одевалась за ширмой, он объяснил, что пришёл с целью сопроводить меня до комнаты, а потом отвести в кабинет магических технологий и алхимии вместе с другими первокурсниками.

- Первый урок у вас буду вести я, - известил он в ожидании, пока закончится завтрак на скорую руку. Есть манную кашу не хотелось, но врач заставила..

- Да? Какое счастье… - саркастично выплюнула я, и в ужасе зажала себе рот: что же я делаю? Зачем грублю?..

К счастью, Алексей оказался настолько умён, что смог пропустить дурацкую фразу мимо ушей.

Потом мы пошли ко мне в комнату за вещами. Леры там не оказалось, но из кухни через стенку донёсся её возмущённый вопль. Там ворчала на сковороде яичница, а моя как всегда недовольная соседка стояла в дверях. Я тоже заглянула в кухню и поняла, что Лера не такая уж и злая – тут любой бы разозлился. Просто какой-то парень нагло уплетал её завтрак прямо со сковороды.

- Эй, барсук! – восклицаю, удивив не только посторонних, но и себя. Отметила про себя, что парень и впрямь на барсука чем-то смахивает, - Пошёл отсюда обратно в нору!

- Это что тут за писк? – смачно облизывая вилку, воришка повернулся, намереваясь показать, кто тут круче, но вдруг, увидев меня, охнул и отшатнулся к плите. Обжёг руку, выронил вилку, ругнулся матом.

- Спасибо, мне не нужна помощь, - выпустив его из кухни, сквозь зубы поблагодарила Лера, но вдруг тоже испуганно посмотрела на меня и даже попятилась. Указала куда-то на стену.

Я испугалась, решив, что там что-то страшное, но нет, всё нормально... Однако и Алексей почему-то сторонился меня, глядя с недоверием и лёгким испугом:

- Сюда Лера, сюда… Отодвинься, это опасно.

Где опасно? Что опасно? Почему и от кого выпускник защищает эту выскочку? Я ничего не понимала, но потом вдруг почувствовала зверский голод, несмотря на только что съеденную тарелку каши. Оглядевшись в поисках еды, подбежала к плите и принялась за обе щеки уминать яичницу. Стрескала одно за другим все печенья в вазочке, причём очень быстро. Попила воды прямо из графина. Отдышалась. Вроде полегчало.

- Марго? Ты точно в порядке? – осторожно спросил Алексей, всё ещё косясь на меня с подозрением и отправляя Леру в комнату. Та ушла с удовольствием, даже убежала.

Я заверила его в этом. Тогда он повёл меня в кабинет через жилой этаж, собирая всех первокурсников. Набралось человек пятнадцать.

В кабинете алхимии было тепло и светло. Когда я, улыбнувшись, поделилась этим с Алексеем, он засмеялся:

- Ожидала увидеть грязные котлы, полумрак и разлагающиеся трупы животных? Что ты! Так колдовали во времена инквизиции! Может, поэтому эти тёмные времена прошли…

Сегодня мы, как выразился юный педагог, «варим грамматику и знакомимся с ней». Оказывается, в волшебном мире нет таблицы Менделеева, но есть грамота ксораксиканцев – алфавит инопланетян, с которыми, если верить истории магии, встречался первый в мире колдун-алхимик.

Рецепт этой грамоты оказался простым. Я приготовила всё очень быстро, и Алексей помог мне достать прямо из кипящего варева тонкий бумажный листик с непонятными символами.

- Прекрасная работа, Марго! На следующем занятии у нас будет теория и мы будем переводить эти буквы, а заодно запишем несколько рецептов зелий. Делается это на ксораксиканском языке.

Теперь можно было отдохнуть и посмотреть, как работают другие. То и дело Алексей помогал кому-нибудь вытаскивать готовые грамоты с красивыми, но пока непонятными символами, а мне вдруг ужасно, прямо до дрожи захотелось надеть свой котёл на голову выпускнику… Что со мной?! Мои руки меня не слушались и взялись за горячие ручки котла. Появилось навязчивая картинка перед глазами: я бегу и выплёскиваю своё творение прямо на Алексея.

Из этого состояния меня вывел вопль, но вовсе не нашего нынешнего педагога, а девичий. Моргнула и была шокирована: я действительно стою посреди кабинета с пустым котлом в руках, только вот Алексей увернулся от вещества, а попало оно на стоявшую рядом белокурую Лилию. Кричала от боли и неожиданности именно она: я её ошпарила.

Однокурсники, начав шептаться, взирали на меня с осуждением и враждебностью. Лилия плакала. Её увели в больницу.

- Все успокоились, - строго сказал Алексей, очень внимательно рассматривая меня, - Не подходите к ней, это опасно.

- Правильно, трусы, держитесь подальше! Вам до меня ещё ох как далеко, - вдруг выдала я против воли. Сама не знаю, как оно выскочило! – Некогда мне тут с вами чаёчки ложечкой помешивать, за дела браться надо!

- Толково придумано. А… можно узнать подробнее? – осторожно осведомился выпускник, - чем, например, ты собираешься заняться, покинув нас?

- Например, поискать книгу на крысином языке…

- Зачем же?

- Отдать хозяйке - Великой Крысе.

На лице ранее спокойного студента отразился дикий ужас. Он стал кричать, что лучше умрёт, чем позволит мне это сделать, а я стояла с опущенной головой и ничего не понимала: что такого было мной сказано? Мой мозг и язык работали как-то сами по себе, казалось, я схожу с ума, но не могла остановить это безобразие. Я и сама не знала, как осуществить только что изложенный план. Делать этого тоже, конечно, не собиралась. Наоборот, даже противно было брать в руки страшное чтиво. За меня будто говорил кто-то другой.

Алексей перевёл дух и, увидев мой затравленный вид, успокоился. Взяв за руку, вывел в коридор:

- Я всё понял, - тихо сказал он, встряхнув меня, - У тебя слияние теней. Вчера, когда ты тронула книгу, тобой завладела тьма. Твоё тело под её периодическим контролем до сих пор. Долго ждать нельзя: заживо сгоришь.

Мне очень не понравился этот диагноз. Захотелось плакать не то от страха, не то от бессилия и жалости к себе. Всхлипнув, я повисла на своём молодом учителе. Он не отстранился, понимающе гладил по голове.

- Дай-ка подумать… У Нины, кажется, «окно», посидишь с ней, а я пока… Идём.

И он, всё ещё придерживая за плечи, повёл меня в уже знакомую роскошную комнату своей однокурсницы.

Нина как раз собиралась уходить, и мы столкнулись в дверях. Я даже не слушала диалог старших и, в конце концов, девушка меня впустила. Напоила чаем. Как раз кстати: в горле пересохло после тех гадостей, что я наговорила в кабинете.

- Что же ты сидишь, как в воду опущенная? И такое бывает в нашем мире, Маргоша, - примирительно вздохнула она, - Может, тебе отвлечься? Я тут вчера кое-какие наряды заказала, мне посылка пришла утром. Хочешь посмотреть?

Красавица-Нина знала толк в моде. При каждой нашей встрече она была одета с иголочки во что-нибудь классное. Одно то платье, что я искала для неё в шкафу, чего стоило. Новые же наряды были один другого краше. Их была целая стопа, и добрая старшекурсница разрешила мне их примерить. А ведь некоторые платья и впрямь мне понравились. В одно из них я буквально влюбилась. Долго вертелась в нём перед зеркалом, стараясь оттянуть момент переодевания.

- Что, нравится? – догадалась выпускница, - Ладно, забирай. Дарю.

Испугавшись, я стала торопливо переодеваться:

- Что ты, что ты?! Оно же твоё, я не могу…

- Да бери уж! Ты ведьма теперь, тебе нужно собирать новый гардероб. Можешь выбросить всю свою одежду: в ней Колдульон тебя так и не признает, потому что человеческий дух остался. Это зелёный свет для нападения нежити.

- А почему же тогда нежить напала на нас с Никитой, когда я была в твоём платье?

- Тогда дело было не в твоём наряде, а в поведении. Ну и запахе, конечно, тоже. Ты вела себя как человек. Повторяю: оставь платье себе. А вот туфли к нему, - она протянула мне сандалии и ушла за ширму.

Вскоре я увидела её отражение за своей спиной в одном из платьев и отошла в сторону.

Полюбовавшись на себя, Нина вытащила две пары обуви и спросила у меня, какие больше ей подойдут. Я открыла рот, чтобы ответить, но вдруг мне стало как-то нехорошо, мысли спутались, а в носу защекотало.

- Да надевай уже что хочешь, тряпичница, мне как-то побоку. Некогда возиться с твоими тряпками, - выдала я вместо ответа, удивляясь своей неслыханной грубости. Нина, бедная Нина! Как она это терпит?! Мне так жаль…

Но чем-то очень удивлённая и испуганная девушка промолчала. Только туфли выронила и опустилась на кровать.

- Да? – сохраняя спокойствие, спросила она, - А позволь узнать, чем ты планируешь заняться?

- Я буду искать книгу, которая по праву моя! Она где-то здесь, я чувствую это…

- Отличная идея. Мне самой интересно, где она, ведь у меня такой в наличии нет.

- Тогда ты мне не нужна. Прощай, глупая девка.

Моя рука сжалась сама собой, а кольцо выбросило всего одну звёздочку. Комната вмиг вспыхнула. Нина вскрикнула и испуганно посмотрела на меня, будто спрашивая, неужели я оставлю её в таком положении. А я оставила… Я хотела её успокоить, помочь выйти, но кто-то словно вселился в меня, и вместо своих слов я с ужасом слышала нелепый жуткий смех.

Ноги сами унесли меня оттуда, но вот беда: по дороге не пойми куда я встретила Алю. Бедняжка даже не поняла, в какую беду попала. Выглядела она сегодня нездоровой и сонной.

- Привет, Марго. Что, урок уже кончился? Слушай, ты не знаешь, где Алексей? Я пишу реферат, у меня вопрос к нему…

Мои губы растянулись в зловещей кривой усмешке:

- Подсказать не могу, но отправлю к нему прямиком.

- Ой, спасибо!.. Так куда идти?

- Не за что, - захохотал тот, кто влез в моё тело, и ни в чём неповинную Алевтину закружил вызванный моей магией смерч.

Она кашляла, задыхалась, хрипела и звала на помощь, а я спокойно зашла в библиотеку и стала рыться в старинных фолиантах. Книги, которые мой «сосед» считал недостойными его внимания, моим рукам приходилось рвать и отбрасывать прочь с брезгливостью на лице.

Было противно и страшно вести себя так. С неимоверным трудом заставив себя отдёрнуть руку от очередного фолианта, я закрыла глаза и попыталась взять над собой контроль. Стало только хуже: комната перед глазами закружилась, я упала на четвереньки, будто от удара кнута. Надо бежать отсюда. Бежать из Колдульона, пока не покалечила кого-нибудь ещё. Здесь от меня слишком много проблем. Будет только лучше, если меня по пути найдёт нежить.

Покинув пределы ЛЕСа, я пошла, куда глаза глядят. Растения, на которые я наступала, горели, воздух нагрелся. Минуя оживлённые места, добралась до какой-то старенькой двухэтажной башни из камня. Вид у неё был полуразрушенный и нежилой.

- Здесь не опасно, - сказала я самой себе и, обняв испачканные копотью колени, заплакала.

Не знаю, долго ли я так сидела, но вскоре оказалось, что меня настигла погоня. Входная дверь, у которой я сидела, открылась, и белый пар, (тоже, надо думать, моё творение) пошёл наружу.

- Вот она! Бедная, ей плохо!.. Ну и баня…

- Конечно, плохо, она же задыхается! Мокрая вся!

На меня испуганно смотрели Нина и Алексей. Выпускник сжимал в руке что-то белое и скользкое, напоминающее гриб. Его однокурсница держала меня под прицелом перстня.

- Оставьте меня здесь, прошу! – взмолилась я со слезами на глазах, - Я не могу вернуться назад и снова вредить ни в чём не виноватым обитателям Лицея… Вы как раз вовремя, чтобы ещё раз испытать на себе мою безграничную ярость! Где книга на крысином языке?!

Переставая понимать смысл сказанного, я порывисто поднялась на ноги и бросилась к Алексею, который стоял ближе. Он оказался сильнее, чем я думала и, выкрутив мне руку, повалил на живот. Уселся верхом… Ой, как больно! Я закричала. Тогда он размахнулся и ловко засунул мне в рот принесённый с собой гриб. Вкус у него оказался противный до тошноты, меня передёрнуло, и мы оба перевернулись на бок, а потом моё тело стало извиваться само по себе.

- Скоро, уже скоро, жуй! Продолжай жевать! – обхватив мои ноги своими во избежание пинков, а одной рукой придерживая в области локтей, молодой колдун всё торопливее и как-то яростнее давил на шляпку гриба, ножку которого я грызла с максимальными усердием и скоростью, завидуя белкам, хотя… Какая белка будет грызть презент со вкусом мыла?

Всё ещё слабо дёргаясь, я торопливо жевала, давясь, кусала и снова жевала. Наконец, гриб закончился.

- Умница, молодец, - Алексей платком вытер моё покрасневшее лицо и велел ничего не бояться.

Тут и хлынуло наружу всё зло, что владело мной. Всё вокруг меркло, тряслось и кружилось, а на стене… Боже, у меня было две тени! Одна моя, а вторая… Тень здоровенной крысы! Поворачивать голову было тяжело, слипающимися глазами я смотрела в стену и видела сражение. На крысиную тень набросилась тень Нины, вспыхивали и гасли искры, что-то свистело, а потом стало сыро…

Когда в голове прояснилось, сообразила, что, постанывая, ковыляю по высокой луговой траве в сопровождении обоих выпускников.

- Что это?.. Крыса где?..

Нина обняла меня и объяснила, что это был очередной приступ, только крысиная сущность, захватившая моё тело, вырвалась после того, как я съела гриб, но проиграла.

- И знаешь, кому? – добавил Алексей, - Тебе! Ты заморозила и разрушила башню до основания! Насквозь!

Только теперь я заметила, что мы все покрыты инеем.

Нина взглянула на темнеющее небо и, сославшись на скорую грозу, предложила вернуться в ЛЕС. Мне идти не хотелось: неприятно возвращаться туда, где по твоей вине пострадало столько человек. У той же Нины были опалены волосы и красовался ожог на ноге…

- Ты не виновата, - заявила мне выпускница, выслушав мои опасения, - Я не в обиде. Ожог заживёт, а комнату отреставрировать - проще простого.

Ничего себе проще простого… Ну, ей-то с её уровнем знаний может и так, а как быть Алевтине? А Лилии, которую я обдала кипятком, как птицу какую-нибудь? Что я там ещё натворила..? Стыдно вспомнить!

Алексей тоже велел не переживать по этому поводу, хоть я обижала и его, правда, словами.

Легко сказать «не обращай внимания»… Прошла неделя, а учащиеся ЛЕСа поглядывали на меня недружелюбно. Алевтина перестала здороваться и шарахалась при случайных встречах, как чёрт от ладана. Лера продолжала поддевать, а когда я огрызалась, выдавала:

- А что ты мне сделаешь, крысиная тень? Горячий бульон на голову выльешь, а? Или, может, сегодня желаешь вот этой сковородой мне пальцы прижечь?

Крысиная тень… Это обидное прозвище закрепилось за мной в этих стенах раньше собственного имени. Однокурсники не представляли, кто такая Маргарита, а вот Крысиную тень знал каждый таракан.

- Осторожнее, Крысиная тень идёт! Сейчас мы познаем её ярость! – ухмыляясь, дразнили меня молодые колдуны и ведьмы на кухне во время приготовления еды.

Я обижалась, даже хотела пожаловаться кому-нибудь из выпускников, чтобы они избавили меня от издёвок, но потом вспомнила слова Алексея, сказанные мне в день поселения: «Отношения у тебя со всеми будут разные, а ты никого не бойся. Травля, обиды, мелкое докучливое подшучивание, смахивающее на унижение – всё это здесь есть, но это не опасно».

Так и терпела. Последней каплей стал завтрак одним утром в конце июля. К этому времени я, конечно, освоила некоторые базовые заклинания, и довольно успешно. Но применять их вне аудитории всё равно было нельзя. Первокурсникам это разрешалось только под внимательным присмотром старейшин или кого-то из выпускников.

И вот, когда я примчалась на кухню, чтобы наспех состряпать себе что-нибудь, меня накрыла высокая тень:

- Крысиная тень! Что это ты тут посеяла, а? Хватит лопать, дуй на занятия!

- Тебя не спросила…

Сегодня я и без того была не в настроении. Ко мне же, как оказалось, подошёл Константин - тот парень, похожий на енота, у которого я отбила Лерину яичницу. Зря, правда, я это сделала. С того дня Костя познакомился с моей соседкой и теперь они пара. Пожалуй, самая невыносимая пара в этом заведении: когда они вместе, на них есть только одна управа – старейшины.

- Опаздываешь, крыса, - сообщил мне Константин. Мне, вытащившей себя из постели за волосы, когда он сам дрыхнул в нашей комнате вместе с Леркой. Влюблённые отгородились от меня ширмой, и я полночи слушала соответствующие звуки вперемешку со скрипом кровати. Взывать к совести этих двоих без толку, но мешать мне спать, а потом командовать в грубой форме – это уже слишком!

С пренебрежительным «вали, не порти аппетит с утра пораньше!» Костик толкнул меня к выходу. Я захлебнулась чаем и, наконец, моё терпение лопнуло. Пришлось применить самое безобидное – связывающее заклинание. Костя упал, связанный по рукам и ногам, но не верёвкой, как положено, а суровыми нитями: на большее я пока не была способна.

- Ты не ведьма, а мягкотелая неудачница. Позорище!

С трудом порвав нити, он вскочил и бросился ко мне. Я что было силы ударила его по лицу, только вот его лапища почти сразу больно вцепилась в моё запястье. Получив сдачи, ойкнула и отшатнувшись, стала пятиться, но мой противник, как оказалось, владел ещё и телепортацией. В конечном итоге я врезалась в него спиной. Он схватил в охапку мои длинные волосы. Кожу чем-то обожгло, а потом всё вокруг стало увеличиваться в размерах.

Теперь я стала ростом примерно с палец. Тогда однокурсник бросил меня в бутылку, налил туда воды и, переворачивая так и этак, стал трясти. Я стучала в пластиковые стены, кричала, но меня никто не слышал. Шутка зашла слишком далеко…

Глава 4

Старенькая новенькая

Наконец, наигравшись, Костик оставил бутылку в покое и, вспомнив о начавшихся занятиях, умчался.

Проводив его взглядом, я с ужасом вспомнила, что сейчас все занятия ведут только старейшины. Нину и Алексея не было видно уже довольно давно. Не ходили они ни на кухню, ни на регулярные обходы спален перед отбоем. Первокурсники судачили, что выпускники больше никого не вызывают выполнять незначительную работу вроде чистки обуви, подготовки перекуса или уборки комнаты.

Воды в бутылке было много, а силы у меня постепенно кончались. Я стала биться о стенку своей пластиковой тюрьмы плечом и спиной, и всё-таки добилась успеха: бутылка упала. Я вылезла в её круглое горлышко, но тут меня ждал спуск по массивному кухонному столу. Сейчас он напоминал мне горную вершину.

- Да что же это творится?! – я яростно выжимала подол своего платья и волосы, а вода с них всё лилась и лилась.

Стало ужасно обидно за саму себя. Неизвестно, что мне теперь делать. Но тут в кухню, прогуливаясь, забрела моя Пушинка. Сонная, недовольная, с уже заметно округлившимся животом… Ох, как я рада была видеть свою беременную кошку в этот раз!

- Пушинка! – кричу ей.

Кошка завертела бело-рыжей головой, не понимая, откуда звук. С третьего или четвёртого окрика, когда я, вопя во всё горло, добилась лёгкой изжоги, она меня заметила.

- Марго? Да ты с мышонка ростом!

- Скорее двигай стул!

В углу стоял потёртый, но всё ещё мягкий стул на длинной ножке, как в барах. Наваливаясь головой и передними лапами, кошка придвинула его поближе и я, набравшись смелости, прыгнула, а потом соскользнула по ножке вниз.

Как только я оказалась на полу, голова у меня закружилась от такого непростого путешествия. Но я не поддалась неприятному ощущению: крепко зажмурилась и, сжав кулаки, решительно топнула ногой. Всё, хватит! Надоело! Мне надоело быть боксёрской грушей!

- Получилось, Марго! У тебя получилось! – воскликнула моя кошка.

Открываю глаза, а передо мной всё по-старому: кухня как кухня, я стою рядом со стулом, а на меня, как обычно снизу вверх, а не наоборот, смотрит Пушиночка. Как всё-таки хорошо быть своего размера! Я подхватила кошку на руки и с удовольствием почесала за ушком. Погладила животик. Надо же, уже и котятки там шевелятся! Я думала, семейство кошачьих, исключая, конечно, Чеширского Кота, не улыбаются, но вдруг показалось, что Пушинка тоже улыбнулась. Ласково так, примирительно.

Судя по времени, прошло уже пол-пары у самого Варлаама, а я всё ещё тут топчусь, не позавтракаю никак, и мокрая до нитки…

Накормив кошку её любимыми суповыми фрикадельками (заслужила!), я, перекусывая бутербродом, решительно отлила немного супа в кастрюльку, взяла булочку и, подогрев немного, отправилась на поиски выпускников. Что-то мне подсказывало, что дела у Нины и Алексея плохи, чем бы они ни были заняты сейчас.

Нинина комната оказалась заперта и, кажется, пустовала. В ответ на вежливый стук не раздалось ни звука. Пришлось идти к Алексею. Я уже знала, где он живёт – этажом выше, рядом с классными комнатами. О, здесь надо быть осторожнее, ведь в аудиториях уроки идут! Так легко напороться в такое время на случайно выглянувшего учителя или отпросившегося куда-нибудь юного колдуна. Последний обязательно сдаст Крысиную тень с потрохами.

На цыпочках подкравшись к двери, я постучала. Алексей почти сразу приоткрыл узенькую щелочку, посмотрел на меня вопросительно.

- Что ты здесь делаешь? – спросил он.

Я заметила, что он побледнел, похудел и совсем перестал следить за собой. Зубы не чищены, на щеках отросла колючая щетина, и без того торчавшие в разные стороны светлые волосы парня совсем спутались и даже как-то свалялись, под глазами появились круги от недосыпа, а в самих глазах лопнула пара сосудов и возникли красные трещины. Одет он тоже был уже не как раньше, с иголочки, а неопрятно, во всё старое и потёртое.

- Что с вами произошло? – шокировано спросила я.

На моём собеседнике буквально не было лица.

- Нормально всё, иди на занятия, - коротко ответил он, и хотел закрыть дверь, но я вовремя протянула ему кастрюльку с супом:

- Никто не видел вас уже много дней. Я вот супа принесла, пообедаете. Сама готовила.

Выпускник посмотрел на кастрюльку так, будто в жизни ничего не ел.

- Ты одна пришла? – воровато оглядев пустой коридор, он поскорее завёл меня в комнату. Плотно прикрыл дверь и запер её на засов.

Здесь пахло зверьём. В полумраке горел только один маленький, самый далёкий светильник. На широкой кровати, закутавшись п какую-то сероватую простынку, спала Нина. Странно, но выглядела она не лучше своего однокурсника: под её глазами тоже были круги, а лицо побледнело и осунулось. Как видно, девушка давно забыла, что такое косметика, пинцет для бровей и фен. Да что у них тут творится?!

- Тс-с, - приложив палец к губам, Алексей как можно тише перелил в тарелку немного супа, разломал булку пополам, и с удовольствием принялся обедать. Я никогда не видела, чтобы ели так жадно и быстро. Их тут что, никто не кормят?! Но почему бы самим не сходить на кухню?

- Удивлена, да? Лично я не спал две ночи. И не ел три дня, – измученно улыбнулся выпускник.

Я хватилась, что не заблокировала мысли. Никак не привыкну, что в Колдульоне или ЛЕСе их может прочитать кто угодно, вовремя ухватив за незримый черенок на затылке.

- Что происходит? – спросила я.

- Не могу сказать. Мы с Ниной поклялись молчать.

Пустив в ход всё своё обаяние и вежливость, я просила его всё-таки рассказать, но ничего не добилась. Алексей отвечал своё «нет» всё твёрже и увереннее. Чуть позже, устав спорить, он упал в кресло и спрятал лицо в ладонях. Протёр осоловелые глаза:

- Думаешь, я с тобой из вредности спорю? Мне не жалко, просто на мне клеймо молчания. Смотри.

Он открыл рот и стал что-то рассказывать, но неожиданно онемел. Его губы быстро двигались, судя по мимике, даже повышался голос, а я не услышала ни звука, будто говорила с рыбой. Хотя нет, зря я обижаю мирных подводных обитателей. Может, у меня и рыбка заговорит, раз уж я кошку понимаю.

- … Вот так, - закончил свою немую тираду Алексей, снова обретая голос, - Видишь, что бывает, когда я говорю об этом? Нина тоже не сможет проговориться, даже если захочет... Ой! Ай, больно!..

Я испуганно подбежала к нему. Выпускник схватился за свои спутанные волосы на затылке и принялся, постанывая, осторожно приглаживать их. После объяснил, что каждый раз после немой тирады на запретную тему неведомая сила дёргает и его, и его однокурсницу за волосы, будто приучая не говорить о лишнем. Так происходит даже когда Алексей и Нина были наедине все эти дни.

Наконец, боль отпустила его, пришло облегчение. Алексей с трудом боролся со сном. Снова вытер ладонью бледное лицо, мечтательно улыбнулся.

- Двадцать минут. Потом меня сменит Нина. Кто-то из нас обязательно должен бодрствовать. Ещё две недели боли и мытарства, а потом...

Он широко зевнул. Да так сладко и заразительно, что я повторила. Мне тоже захотелось спать после ночного безобразия, устроенного бессовестной соседкой.

- А что потом? – спросила я.

Ответом был негромкий храп. Алексей полулежал в кресле и, вытянув ноги, погрузился в сон. Не вытерпел, бедный, устал… Можно было идти восвояси, да вот только что-то меня держало здесь. Я чувствовала, что выпускники, такие несчастные и изнурённые, вдвоём точно не справятся. Надо хотя бы подождать, пока проснётся Нина.

За дверью в дальнем углу раздался какой-то мокрый звук и недовольное рычание. Там, кажется, была персональная ванная комната. Боже, я совсем недавно попала в ЛЕС, но уже успела соскучиться по этой роскоши, чтоб как дома… Здесь же такая привилегия имелась только у самых трудолюбивых, примерных колдунов и ведьм. Остальным было суждено посещать общественные душевые. Ванная, конечно, не моя, но хоть гляну. А ещё меня разобрало любопытство: кто там рычит?

Оглянувшись на Алексея и Нину, которые продолжали мирно посапывать в кресле и на кровати, я тихонько нажала на ручку двери и медленно, опасаясь скрипа, открыла её. Ванная комната оказалась довольно большой, а зверьём несло, как оказалось, именно отсюда. Если снаружи запах рассеивался, и к нему вполне можно было привыкнуть, то здесь было не продохнуть. Зажав нос, я уже собралась выйти, но тут увидела необъятных размеров существо, которое вообще непонятно как сюда поместилось. Огромная львиная туша лежала на скользком от луж плиточном полу и лакала воду из ванны. Почуяв меня, повернуло голову. На меня смотрело человеческое лицо с мягкими женскими чертами и чёрными глазами.

- Маргарита. Иди ко мне, - голос был мягок и действовал успокаивающе. Такой медоточивый и тихий, он заставлял повиноваться против воли.

Это был греческий сфинкс. Львиное тело лоснилось, из него торчали огромные, как паруса, пернатые крылья, женское лицо улыбалось мне нежной и покровительственной, почти материнской улыбкой.

- Что-то тебя тревожит, моя бедная девочка.

Не понимая, что течёт у меня по лицу, я провела по нему рукой и поняла, что плачу. Нижняя челюсть ходила ходуном. Закусив губу, я всхлипнула и закрыла лицо руками. Внезапно мне стало очень-очень жалко себя. Дело было не в исчезновении Дашки, не в каких-то других неприятностях или обидах, просто так действовал голос сфинкса. Скажи он о чём-то хорошем, я бы прыгала от счастья.

- Подойди ближе, я помогу тебе, - лился голос, который был слаще мёда, - У нас с тобой всё получится, Не ищи помощи у ведьм и колдунов, лучше доверься мне. Ничего плохого не случится, а они будут только мешать твоей силе развиваться.

Я мучительно боролась сама с собой. Сфинкс говорил убедительно, а мне было так больно… Казалось, больше никто во всём мире не понимает меня так, как это мифическое существо. Стоп! Но здравый смысл тоже существует! Не за «спасибо» же сфинкс напрягаться будет! Нина рассказывала на одном из уроков, что любой из трёх видов сфинксов ищет выгоду во всём.

Медленно и болезненно здравый смысл стал побеждать. Я оклемалась и, наконец, спрятала свои нагло считываемые мысли. Что тут началось! Сфинкс пришёл в неописуемую ярость.

- Ты от кого скрываешься, мерзкая девчонка?! От меня?! Да я твой лучший друг! Посмотри мне в глаза, посмотри, говорят тебе! - медоточивость и доброжелательность осыпались, как мишура.

Взвизгнув, я поспешила к двери. Огромная львиная туша бросилась следом, но поскользнулась на разлитой по полу воде

- Мы с тобой ещё встретимся! Сама ко мне приползёшь! – неслось мне вслед.

Выскочив из ванной, я изо всех сил навалилась на дверь, трясущимися руками, не сразу попав в петли, повесила засов.

Кажется, я проделывала всё это слишком шумно. Услышав стуки и моё тяжёлое дыхание, проснулись выпускники. Подбежали.

- Ты ходила туда?! Отвечай! – требовал ответа Алексей.

Но ответить было невозможно: язык точно отнялся. Я могла только пялиться на них обоих лезущими из орбит глазами и трястись как осиновый лист. Потом, судорожно вздохнув, медленно сползла вниз по стене.

До кровати, стоявшей в каких-то двух метрах от ужасной двери, я добралась только благодаря Нине. Девушка укрыла меня сразу двумя одеялами, закутала как ребёнка и, прижимая к себе, долго-долго гладила по волосам. Мы видели, как её однокурсник метался туда-сюда, а потом, громко хлопнув дверью, скрылся в ванной. Я никогда не слышала, чтобы этот всегда сдержанный и вежливый колдун так орал и даже, кажется, чем-то швырял в кого-нибудь.

- А он его даже не боится, - пробормотала я, засыпая в объятиях Нины.

Проснулась я, видимо, быстро и поняла, что всё ещё нахожусь там, где была, а на меня с обеих сторон весело смотрят выпускники.

- Как чувствуешь себя? – спросила Нина, улыбаясь.

Всё оказалось в полном порядке, даже силы вернулись. Я сообщила им об этом, спросила, что со мной стало и почему они так странно на меня смотрят.

- Сфинкс видел тебя, - сказал Алексей, - Его пророчества всегда сбываются, и когда-нибудь должна будет состояться ваша вторая встреча. Понравилось?

Я испуганно затрясла головой.

- Верно, неприятное существо, - продолжил выпускник, - Поэтому мы решили уберечь тебя от этой встречи. Отныне Маргариты не существует.

- Как не существует?! Я же здесь…

- Только не внешне, - возразила Нина, протягивая мне зеркальце, - И ещё: мы подумали, что хватит уже терпеть оскорбления со стороны окружающих.

Из зеркальца на меня смотрела незнакомая круглолицая девушка с веснушками. Я стала ниже почти на голову, глаза из больших и карих стали чуть прищуренными и ярко-зелёными, а волосы – благородного тёмно-рыжего цвета. Они покрылись мелкими кудряшками и вились, делая мою причёску пушистой и немного неряшливой. В зеркале на двери шкафа я увидела своё новое тело – точёная фигура, узкие плечи, длинные ноги.

- Нравится? – поинтересовался Алексей, с усмешкой следя за моим подробным изучением нового образа, - Это твоя маска. Прикрытие. Имя тебе тоже придётся изменить. Знать, что это ты, будем только мы с Ниной.

- Переоденься, когда придёшь в свою комнату, - посоветовала Нина, - Я заказала для тебя пару нарядов.

Потом они стали спорить, как меня назвать. Выпускник настаивал на Евгении или Кларе, на худой конец, предлагал Диану. Начитанная Нина спорила, что я обязательно должна стать Татьяной, Тамарой или Светланой, а мне не нравилось ни одно из этих имён. Ну уж нет, назовусь я теперь сама, не маленькая! Когда они оба посмотрели на меня, ожидая чьей-нибудь победы, я заявила, что моё новое имя – Варвара. Оно мне всегда нравилось.

Переглянувшись, выпускники пожали плечами, мол, как хочешь.

Через две недели все, даже моя соседка Лера, от которой мне пришлось прятать Пушинку, уже забыли про Крысиную тень и перестали интересоваться её судьбой. Меня звали просто Варей, и никто не смеялся. Травля и издевательства прекратились, хоть я иногда и продолжала вести себя несколько странно и слегка отставать на занятиях. Я была очень благодарна старшекурсникам за это избавление, охотно выполняла Нинины поручения, а вот Алексей всё ещё сидел со сфинксом в своей комнате, вход в которую теперь строго охранялся… Растением! Да, дверь при каждом приближении чужака зарастала крапивой, которая обжигала руки и ноги стучавшего.

Со мной пытались дружить, но мне ни до кого не было дела. Особенно если дразнили и отравляли мне жизнь именно они, причём совсем недавно. Единственный, на кого мне было не наплевать – это Никита. Нинин брат уже выписался из больницы и явно искал меня. Меня в облике Маргариты… Он общался с теперешней Варварой, был доброжелателен и приветлив, но эта приветливость была какой-то дежурной и натянутой. С Маргаритой он, конечно, пообщался бы с большей радостью. Так и хотелось порой подойти и сказать, что это я, но его сестра запретила мне это делать. «Чем меньше народу знает, тем лучше для тебя» - отвечала она.

Мой веник был также замаскирован ею под седло, которое оказалось ещё удобнее, и это никак не мешало мне готовиться к полётному состязанию.

А вот на самом состязании я опозорилась. Нет, я не перепутала заклинание и не грохнулась на землю, а просто посадила позади себя в седло Алевтину. У бедняжки порвался ремешок на крылатой сандалии Гермеса. Ох, как надо мной смеялись! Многие обзывали меня дурой или тряпкой, спрашивали, зачем я помогла сопернице. Но в такой милой девушке как Аля видеть соперницу было трудно. Просто неприятность случилась, бросать её, что ли?..

На моей стороне были только Нина и Аля. Выпускница была рада, что я наделена даром сострадания и взаимопомощи, что редко встречается у молодых колдуний. А мне-то что? Настроение после состязания безвозвратно испортилось, и сколько заступницы ни звали меня на праздничную вечеринку, я не пошла. Не собиралась и открывать дверь какому-то нежданному гостю

- Нина, я никуда не пойду! – уже в который раз крикнула я, начиная раздражаться.

Но пожаловала ко мне совсем не Нина, а её брат. Никита поздравил с вполне заслуженной победой и даже похвалил. Сначала я решила, что его подослала старшая сестра, но вдруг заметила, что он улыбается уже не дежурной улыбкой приветствия, а с восхищением и робкой надеждой.

- А, извини… - пробормотал в ответ на мой вопросительный взгляд, - Ты похожа на одну ведьму, которую я знал… Думаю, она поступила бы так же, как и ты. Не стесняйся, в этом нет ничего зазорного.

- Правда? А как её звали? – мне было интересно узнать подробности о себе подобной мямле магического мира. У ведьм и колдунов такие явно не в почёте.

- Сначала дай мне кое-что проверить. Закрой глаза и не открывай, пока я не разрешу.

Я подчинилась. Чувствовала только, как он берёт меня за руку и поворачивает кольцо на пальце, так же, как и свой магический перстень, а потом дохнуло прохладным ветром…

Когда мне разрешили открыть глаза, мы стояли на холме, среди высокой травы. Этот и ещё несколько холмов образовывали чашу, в которой поблёскивало спокойное круглое озеро.

- Моё укромное местечко для размышлений, - объяснил Никита, - Что ж, пошли.

К озеру мы спустились по узкой, почти пологой тропинке.

- Ты выглядишь немного усталой, Варя. Умойся, освежись, лучше станет.

Мне, в принципе, было и без этого нормально, но ладно, раз уж я как-то не так выгляжу…

Ещё не закончив тереть лицо мокрыми руками и, соответственно, ничего не видя, ощущаю на плечах его руки:

- Так вот она ты. Здравствуй, Маргарита, я, признаться, скучал.

- Никита, что ты говоришь? Какая Маргарита, я Варвара!

Он смотрел на меня, как на ребёнка, увлечённо рассказывающего что-то о своём выдуманном мирке. Не поверил ни слову, конечно. А когда я, заметив это, расстроилась, обнял. Крепко и по-дружески.

- Из тебя получится очень хорошая ведьма, Марго. Хранить тайны ты умеешь, я вижу. Но от меня можно больше не скрываться.

Я ошарашенно смотрела вниз. Озеро отразило этот неловкий момент, только вот отражение Никиты обнимало вовсе не бойкую кудрявую Варвару, а именно Маргариту!

Вскоре Никита отпустил меня и, посмеиваясь, наблюдал за недоверчивыми исследованиями. Досконально разглядывая себя в воде, я осторожно трогала волосы, ощупывала лицо, изменившее форму. Кожа на руках стала белее, исчез маникюр на пальцах, да и сами пальцы удлинились. Вернулся и прежний рост – выше на полголовы.

- Заклинания с тебя никто не снимал, поэтому по возвращении ты снова станешь Варей, - объяснил Никита, - А здесь все секреты раскрывает Озеро Правды. Мне просто хотелось знать, кто ты на самом деле. Уж больно хорошо я запомнил твоё необычное поведение…

- А зачем ты меня искал?

Щёки колдуна порозовели:

- Ну…

В следующий момент мы оба пошатнулись: почва под ногами затряслась и начала трескаться. Озеро забурлило – начиналось землетрясение. Мы бросились вверх по тропинке. Далеко впереди появилась фиолетовая воронка, она дрожала и переливалась, по ней пробегали молнии.

- Скорее, сейчас закроется! – Никита толкал меня перед собой, чтобы я не упала на кривоватой каменистой тропинке, - Давай, давай!..

Земля под моими ногами снова содрогнулась, появилась толстая трещина. Вскрикнув, я упала в воронку, а вот Никите повезло меньше: он так и остался закрытым в своём мирке, меня же в последний миг оттуда выдернула за руку его сестра за секунду до исчезновения портала.

- Марго, где ты ходишь?! Я тебя обыскалась!

- Нина! Там твой брат...

- Я знаю, где он. Из собственного мирка он выбирается обычно сам, а вот тебя срочно зовёт к себе Алексей.

Нина нисколько не боялась за брата.

Убедившись, что из зеркала на меня по-прежнему смотрит веснушчатая Варвара, я заторопилась к выпускнику. Должно было случиться что-то из ряда вон, чтобы он прислал за мной не обычного студента, а свою однокурсницу.

Глава 5

Последняя надежда

Разросшаяся перед дверью старшекурсника поросль расступилась и пропустила нас. Свет в комнате не горел, по-прежнему пахло зверьём.

Алексей лежал на своей кровати совсем обессилевший и белый как мел. Дыхание из него рвалось тяжело, со свистом, а взгляд, злой и презрительный, был направлен в сторону ванной комнаты, где поселился сфинкс. Рубашка на нём была расстёгнута, а по голой груди едва ли не от самого горла тянулись толстые кровоточащие царапины. Нетрудно было догадаться, кто их оставил.

Стало ужасно жалко его. У меня заблестели глаза: так вот оно что! Вот почему Алексей так странно морщился, когда я была здесь в прошлый раз! Вот чем для него кончилась перепалка со сфинксом! А боль, наверное, усиливается с каждым днём…

Наверное, я переменилась в лице, потому что раненый приказал:

- Перестань! Ненавижу все эти сопли, уймись, тебе говорят!

Извинившись, я поспешно вытерла лицо, а он продолжил:

- Садись сюда и слушай меня внимательно. Время поджимает, так что без подробностей. В общем, как видишь, я ранен. Мне нужен помощник. Вот, даю тебе…

Царапины на его груди снова стали саднить и кровоточить. Дёрнув головой и закатив глаза, колдун зашипел, вцепился в складку простыни,

- Мазь! Скорее, мазь давай, где она?! – застонал он сквозь зубы.

Нина, кажется, уже привыкла к этим ужасам. Спокойно вытащив нечто похожее на пудреницу, она помогла однокурснику осторожно намазать вязким содержимым рану. Продолжая размазывать по царапинам это вещество, Алексей продолжил уже более спокойно и уверенно:

- Я даю тебе свой перстень и пару дней срока. Ты должна слетать в мир людей и найти человека, близкого по духу нам, колдунам. Потом доставишь его сюда, а дальше я сам с ним поговорю.

- Как мне найти его? Этого человека?

- Не знаю. Мой перстень должен помочь. Выбирай внимательнее: этот человек, кем бы он ни был, последняя надежда. Не только наша, но и всего Колдульона. Я плохо рассчитал свои силы…

Было по-настоящему страшно. Повернувшись к зеркалу, я загадала вернуть облик Маргариты и смотрела, как песком осыпается малознакомое обличье круглолицей Варвары, а под ним остаётся желаемый. Выпускник снял с пальца перстень и протянул мне, Нина вернулась с летающим седлом, которое превратилось в мой веник.

Покинув ЛЕС и территорию Колдульона, я не знала, куда податься и к кому обратиться. Кто сможет помочь из тех, кого я знаю?.. В первую очередь, это моя двоюродная сестра Соня. В детстве мы были с ней очень дружными, придумывали всякие колдовские истории…

От родителей Соне досталась однушка на окраине Петербурга. Адрес я знала, но когда пожаловала к ней в гости, дверь открыл какой-то рослый парень с небольшой бородкой. В нём с трудом можно было узнать Петьку – её последнего молодого человека. А вот он узнал меня почти сразу и заорал:

- Сонь! Сонь, иди сюда, говорю! Глянь, кто пришёл!!!

- Да чего ты орёшь-то?! Ну?..

На ходу завязывая пояс банного халата, рядом возникла и сама София. Мы были так рады друг друга видеть, что завизжали, наверное, на весь подъезд. Её Петька только уши зажал и поспешно исчез в комнате, не имея ни малейшего желания слушать девичьи беседы и участвовать в посиделках, которые грозили затянуться до глубокой ночи.

- Да не стой ты как не родная, заходи! – сестрица за рукав потащила меня в квартиру, затолкала на кухню, принялась суетиться, собирая на стол.

Стало светло и весело, булькал электрический чайник. Мне не хотелось с порога грузить родственницу своими проблемами, поэтому я развернула в обратную сторону её вопрос «как дела?». Тут-то и началось… Оказывается, Соне было, что рассказать. Она радостно поведала, что ей очень повезло в жизни, особенно личной. Расхваливала своего Петеньку, перечислила мне целый список курортов, на который они съездили вдвоём и, наконец, закончила тем, что завтра состоится их свадьба…

Выговорившись и сияя как начищенный пятак, она удивлённо посмотрела на меня:

- Рита, я что-то не то сказала? Почему ты грустишь? Я отправила тебе приглашение на свадьбу неделю назад, разве ты не получала?

Конечно, я расстроилась. Нет, мне не было грустно или завидно, просто я жалела, что моя двоюродная сестра не сможет мне помочь. Вот она, взрослая жизнь, у каждого своя… Столько лет дружили, а теперь у Соньки своя семья будет, потом дети родятся. Мне придётся продолжить поиски.

Неожиданно волшебный перстень Алексея обжёг мне бок через ткань платья. Поморщившись, я вынула его из кармана, а когда моя собеседница спросила, почему я подпрыгнула, как ужаленная, моментально созрел план. Я просто показала ей перстень со словами:

- Что это и как им пользоваться?

- Колечко, надо же… - Соня повертела толстое тяжёлое кольцо в руках, надела на палец, сняла, - Не мой размерчик. А чего оно у тебя такое старое и грубое?.. Фу, его место в музее… Зай, а где, кстати, наши обручальные кольца? Ты их не потерял?

Вскочив, она убежала к засевшему в комнате у телевизора жениху. Петька что-то глухо ответил, но я уже не прислушивалась. Нет, определённо мне нужен кто-то другой. Соня мне не поверит, её мир совсем другой. А изменилась-то не она, а я.

Соня заявила мне, что на ночь глядя свою двоюродную сестру никуда отпускать не собирается. Никакие отговорки не подействовали. Мне влюблённые отвели целую гостиную с огромным диваном, и удалились в спальню.

Под утро, едва за домами сверкнули первые лучи, волшебный перстень Алексея нагрелся и разбудил меня: это был сигнал к подъёму. Оставив гостеприимным хозяевам записку с благодарностью и пожеланиями всего самого лучшего, я быстро оделась и, схватив веник, вылетела в окно. День предстоял непростой…

Я побывала ещё у нескольких одноклассников, но никто из них, видать, тоже не подходил на нужную роль, а к вечеру меня вдруг осенило: Тарас! Наш Тарас! Как же я его-то забыла?! Такой шустрый и сообразительный, выдумывающий всякие небылицы… Если он мне не подойдёт, то даже не знаю, что делать.

Жил Тарас в угрюмой старенькой и, как говорится, «убитой» квартирке, состоящей из двух комнат, одну из которых занимала хозяйка – одинокая пожилая дама. Добралась до места я очень быстро, позвонила в дверь. Ответил басистый лай, а потом наступила тишина – меня рассматривали в глазок. Приоткрылась узенькая щель, в которую высунулось худое сморщенное лицо седеющей женщины: На руках, как ребёнка, она держала французского бульдога. Тот продолжал рычать и огрызаться на меня.

- Неужто наш кавалер другую барышню себе нашёл? – удивилась хозяйка.

Я не удивилась. Раньше-то к нему Дашка вот так приходила музыку слушать или кино смотреть, а меня она первый раз тут видит. Не найдя ответа лучше, выдаю:

- Нет, мне только на минутку, один вопрос задать. Можно?

Хозяйка сообщила, что Тараса нет дома. Поделилась по секрету, что вообще в последнее время он часто где-то пропадает, всю ночь торчит в интернете и превратился из спокойного и аккуратного парня в какого-то дёрганого чудака, которому не дай Бог сказать лишнее слово – сразу повышает голос и огрызается.

- Эх, мимо, - проворчала я и, извинившись, ушла.

«Нет, невозможно найти одного человека в таком огромном городе!» - размышляла я. Грустно. Очень хотелось отыскать нашего друга и помочь ему, а телефон я так и не взяла. В конце концов, только я знала причину произошедшей в нём перемены: он слишком сильно любил Дашку. В нём что-то надломилось… Особенно когда исчезли мы обе.

После целого дня полётов голова немного кружилась. Решив, что полезно будет пройтись пешком, я снизилась в узком переулке и вскоре шла по двору, который совсем недавно считала своим. Мой дом стоял последним у единственного прохода. Я остановилась и долго смотрела на тёмные окна бывшей квартиры, с удовольствием слушая обычный уличный шум, от которого уже постепенно стала отвыкать: кричали и бегали дети на площадке, кто-то кого-то звал или с рёвом волок домой, шумели плавно въезжающие во двор автомобили, ищущие место для парковки. Мне даже на время показалось, что ничего особенного не происходит, как вдруг…

- Марго! Марго, это ты! Слава Богу! – меня неожиданно подхватили под мышки чьи-то сильные руки и закружили.

Последовавшие далее объятия оказались такими крепкими, что я испугалась за свои кости. Подняла голову. На меня с неподдельным восхищением со своего немалого роста смотрел Тарас. Он улыбался мне, а вот в глазах была грусть. Однокурсник, как и сказала хозяйка его квартиры, пребывал в какой-то апатии.

- Я тебя ищу! – хором закричали мы друг на друга, - Уже начинаю волноваться, а ты…

Потом Тарас выдержал паузу и тихо закончил:

- Что произошло, Марго? Я ничего не понимаю! Я уже больше месяца ищу вас с Дашей, но на звонки и сообщения вы не отвечаете. Дома тоже никого…

Мы и не заметили, как начался дождь. Так и стояли под окнами моего бывшего дома в быстро пустеющем дворе. Радоваться тут было нечему, но я, сама не знаю зачем, обняла друга и засмеялась. Сердцем чувствовала – вот родственная душа, о которой упомянул Алексей! Он всё поймёт!

Но проверить это в данный момент не представлялось возможности. Дело в том, что когда я вытащила из кармана волшебный перстень моего юного наставника, он мигом намок под дождём и выскользнул из пальцев, напоследок обдав их слабым жаром. Звеня, кольцо упало в лужу, но этого оказалось мало. Его почти сразу схватил какой-то пробегавший мимо дядька, и поскорее исчез из виду. Меня как током ударило. Я вскрикнула. Гневно и возмущённо, испуганно и пронзительно. Не моя ведь вещь, которая очень, очень нужна владельцу…

Бросилась бежать следом, пытаясь догнать вора. Но куда там! Этот молодчик нёсся со скоростью антилопы гну. Очень скоро я стала задыхаться и, остановившись, поняла, что забежала в какое-то незнакомое место. Это, должно быть, стройплощадка для новых высоток. А они заметно выросли с тех пор, как я видела их в последний раз, надо же…

- Кис-кис-кис. Бедная девочка потерялась! – раздалось рядом, и меня толкнули к грязной холодной кирпичной стене, - Какая жалость! Давай станем друзьями. Мы тебя проводим…

- Нет, - твёрдо сказала я.

Здоровенная тяжёлая лапища грубо провела по моей щеке:

- А она ничего так. Самостоятельная девочка, люблю таких.

- Вы не с той связались! – храбро заявила я, пытаясь скорее успокоить себя, чем напугать их.

Эх, вырубить бы их так же, как сделала это с Никитой в Колдульоне, да только я до сих пор не поняла, как так вышло… Наверное, для этого надо по-настоящему испугаться или разозлиться, а не стоять «всего лишь» прижатой к стенке парочкой хулиганов. На пальце одного из них в свете далёкого фонаря сверкнул украденный перстень.

Пока я думала, что делать, эта рука пристала к бедру и шустро скользнула под юбку. Лицу стало горячо от возмущения. Завопив, перехватываю её снаружи:

- ОТВАЛИ-И-И-И!!!

Из моего колечка выстрелило несколько жёлтых звёздочек. Как оказалось, перстень Алексея отреагировал на них белыми. Смешавшись, магия исчезла, но почти сразу передо мной возникла какая-то туманная дымка. Может, совпадение, а может и нет, но очередной удар молнии пришёлся на ближайшую электрическую будку. Из неё на моих обидчиков посыпались искры. Вскрикивая и ругаясь, они собрались бежать, но я поставила подножку тому, у которого было кольцо:

- Отдай!

Перстень секундой позже катился по земле, но на этот раз подобрала его я. Может, это плохо, но я собой гордилась: это была моя первая победа. Справилась без помощи старшекурсников.

- Марго! Где ты, Марго, здесь?! – совсем рядом остановился Тарас.

Парень крутил головой, но в упор меня не видел. Как так, если я стояла в двух метрах прямо перед ним?!

- Тарас, ты ослеп? Я здесь! Вот она я, вот! – я схватила его за руку, пожала её, похлопала себя по плечу.

Но друг продолжал чудить. Он слабым голосом спросил, почему кольцо летает в воздухе, а потом медленно сел на землю, широко отрытыми глазами уставившись на мою тень. Опустив глаза, я тоже не увидела у себя ни рук, ни ног. Сделала то, что могла – завопила. Ну, как же так?! Что мне теперь делать?!

- Не преувеличивай, - вдруг посоветовал Тарас, - Я, например, иногда хотел быть невидимым. Как ты это сделала?

- Да не знаю! Мне просто очень захотелось, чтобы они меня не видели, и вот…

- А сейчас хочешь обратно?

- Да, хочу!

Выкрикнув это, я вдруг увидела своё тело. Оно появлялось постепенно сверху вниз, будто его кто-то рисовал на тёмном фоне мелом: сначала очертания, потом «разукрашивание с подборкой тонов. Выдохнув с облегчением, я обняла Тараса, сидевшего прямо на земле с отвисшей челюстью.

- О-обалдеть!.. Это колечко случайно не волшебное?

Мне даже не пришлось ничего спрашивать. Определённо это был тот самый человек, о котором говорил Алексей.

- Волшебное, - отозвалась я.

Смеяться у него и в мыслях не было. Я, пообещав рассказать о случившемся со мной и Дашей по дороге, предложила ему сесть на веник позади.

Рассказать о случившемся до конца я не успела. Отвлеклась, а веник клюнул носом и стал, кружась, падать. Тарас вцепился в меня и завопил, а вот я сама обратила на аварию меньше внимания, чем следовало бы. Не давая думать о ней, в голове шумело, как в барахлящем приёмнике, а потом, словно издалека, я услышала голоса Никиты и его сестры.

Из этого странного состояния вывел отчаянный вопль Тараса. Бедняга, видно, уже потерял надежду выжить, а вот я нет! Крепко обхватываю веник руками и тяну вверх. Он с натугой выровнялся совсем близко от земли. До пустыря мы добрались, а дальше можно было пойти пешком. Тарас не отказался прогуляться, а я показывала дорогу, но тут снова как взрыв в голове зашумели голоса настырно дозывающихся друзей. Остановившись, что было сил затрясла головой - бесполезно. Неужели беда?

- Бежим, Тарас! – я схватила его за руку и потащила в нужном направлении.

- Куда?! Зачем?.. – не понял он.

- Что-то произошло! Плохое, ужасное! Я слышу отчаянные призывы.

Студенческий этаж пустовал, но добежав до маленькой гостиной, я заметила Нину. Девушка сидела в кресле и была мрачнее тучи.

- Это и есть наш спаситель? – избегая моего взгляда, тихо спросила она.

Кивнув, спрашиваю, зачем она так настырно дозывалась меня, что произошло и где её брат, который тоже в этом участвовал.

- Никита в твоей комнате ждёт, - был ответ, - Зайди. Но предупреждаю, ты можешь испытать сильное потрясение.

Я, передав ей волшебный перстень Алексея, пошла к себе. Открыла дверь, и в глазах помутилось от ужаса…

Глава 6

Кассандра

Отправив Маргариту в комнату, Нина осталась спокойно сидеть в кресле. Её внимательный взгляд оценивающе скользнул по Тарасу. Надежды на него у неё не было никакой, но очень уж было жаль Алексея. В конце концов, если Марго не ошиблась и если правильно, осторожно ввести новичка в курс дела, может и получиться повлиять на сфинкса.

Парень либо плохо, либо вообще не понимал, что он тут делает и чего от него хотят. Его можно было понять.

- А вы, простите…

- Нина. Добро пожаловать в Колдульон, Тарас. Ничего не бойся, следуй за мной.

Встав, она целеустремлённо двинулась вдоль по коридору к лестнице в конце него. Тарас, опомнившись, догнал её в несколько прыжков. Он ещё никогда не видел таких девушек. Она была годом-другим старше него, но уже не по годам рассудительной и очень умной. Это вызывало уважение даже у самых отъявленных нарушителей дисциплины.

Над ними сновали бумажные птички - птицеграммы, внутренняя почта Лицея, как объяснила Нина, но вскоре Тарас стал замечать на себе любопытные и удивлённые взгляды идущей мимо молодёжи. Многие шептались. Остановившись, парень стал оглядывать самого себя:

- Чего они уставились? Со мной что-то не так?

- У тебя другая аура и нет магического перстня, - ответила Нина, - А может, оно и к лучшему. Смотри, мы пришли.

Они остановились у дверей, заросшей растениями в прямом смысле, но когда девушка коснулась их перстнем, они пропали, а ручка оказалась в свободном доступе.

- Алексей, это мы!..

- Конечно, входите, я заждался, - последовал ответ.

Выпускник оглянулся на посетителей и закрыл окно, свет из которого золотил его блондинистые, немного всклокоченные волосы. Ему стало лучше настолько, что он смог привести себя в порядок, пока ждал: не демонстрировать же будущему союзнику свои ещё не зажившие царапины?

- Я привела Тараса, - продолжала Нина, - Марго не придёт в силу м-м-м… непредвиденных обстоятельств.

- Это необязательно, справимся сами. Она передала перстень?

Девушка передала ему кольцо и подтолкнула спутника поближе:

- Не переживай, сейчас тебе всё станет понятно.

Алексей разрешил визитёрам сесть, а сам заметался по комнате, явно ища что-то. Даже в сундук с вещами нырнул, и оттуда полетели на пол исписанные тетради, грязные колбы, мятые шпаргалки, стоптанные кроссовки, очень грязные резиновые сапоги и разная мелочь вроде завалявшихся карамелек и картонных коробочек.

Ворча всё громче, выпускник снова закрыл крышку, смахнул с плеч обвивавший их рукав свитера и, спотыкаясь о разбросанное барахло, заспешил к окну.

- Вот! Всю ночь готовил, а потом остывать поставил и забыл, спать лёг… Пей!

Тарас недоверчиво взял колбу и осмотрел её содержимое. Запах ему уже не нравился, отдавало не то тиной, не то рыбой.

- Не опасно? Точно? – осторожно спросил он.

- Простая рассудительность в жидком состоянии, - заверил Алексей, - Я добавил туда три ложки сокровенных мыслей, тебе этого хватит, - он с беспокойством оглянулся на часы, - А время-то поджимает… Как только выпьешь, прячься. Прячься и жди. Дальше зелье сделает за тебя всю работу. Ну!

Зажмурившись, парень быстро глотнул содержимое, вздрогнув, едва не выплюнул всё назад. Жидкость оказалась солёной до горечи, как морская вода. Правда, своё дело она сделала и когда Тарас, откашлявшись, открыл глаза, он оказался в каком-то огромном пустом зале с высоким потолком, отражающемся в плиточном полу. Здесь было немного мрачно, только на далёких стенах висели факелы. Горели они здесь денно и нощно из-за отсутствия окон.

Вспомнив приказ Алексея, Тарас спрятался за ближайшую колонну и как раз вовремя. Ворота в другом конце зала открылись и вошёл огромный сфинкс со свалявшейся шерстью и женским лицом. Крылья плотно прижаты к бокам, вокруг разнёсся немыслимый запах немытого животного.

В небольшую железную дверь с другой стороны зала вошли Алексей и Нина. Тарас заметил, что молодому колдуну составляет много труда не сутулиться. Кто, чем и куда ранил Алексея, ему тоже было известно, что очень его удивило.

Сфинкс спокойно сидел на полу и вылизывался. Нина не без жалости и сожаления оставила однокурсника и встала в защитный круг. Тарасу ужасно захотелось оказаться рядом с новыми знакомыми, но интуиция подсказывала, что лучше из своего укрытия не выходить. Тем более, отсюда хорошо слышно, о чём идёт речь.

- Итак, Кассандра, я надеюсь, ты помнишь, зачем мы здесь? - спросила Нина

- Разумеется, - сфинкс откровенно скучал, - Давайте уже покончим с этими формальностями, и вы просто сдадитесь мне. Получив ключ от Неведомых миров, я удалюсь, расцеловав вас.

Девушка поморщилась, представив себе этот поцелуй. Она велела принести клятву.

Сфинкс встал на все четыре лапы, прочистил горло и заговорил так громко и чётко, что его голос эхом разлетелся по залу:

- Я, Кассандра Великая, греческий сфинкс, являющийся языческим полубогом, исполню любое желание того, кто отгадает мою загадку. У ответчика один шанс, иначе он будет убит. Клянусь жизнью!

Нина с тяжёлым сердцем поклялась жизнью не вмешиваться. Алексей уже давно готовился к этому дню и запретил ей проявлять сочувствие, а тем более жалость к нему. Даже если молодого колдуна будут пытать или разрывать на части, девушке ни в коем случае нельзя было покидать круг. Её задачей было оказать помощь, когда всё закончится, а помогать Алексею должен будет Тарас – мозговой центр и запасной козырь.

Сфинкс лениво махнул хвостом с кисточкой в одну, в другую сторону, потом задумчиво посмотрел на потолок и загадал:

- Чего нет и быть в волшебном мире не может?

Алексей растерялся, поскрёб затылок, но тот вдруг пронзила ужасная боль, от которой молодой колдун чуть не потерял сознание. Приоткрыв глаза, он сообразил, что лежит на холодном полу.

- Кто сказал, что думать будет так просто? – оскалился сфинкс, и его когти прошлись по телу Алексея до самого пояса, порвав футболку. Эти раны были куда глубже прежних, которые только стали заживать.

На возмущённый крик Нины Кассандра ответила, что просто играет от скуки.

Воспользовавшись затишьем, Алексей начал потихоньку отползать. Голова у него раскалывалась, тело противно жгло, но он не проронил ни звука: нужно было тянуть время, пока Тарас думает над загадкой, да только вряд ли он догадается. Тут даже он, выпускник ЛЕСа, не знает ответа, куда уж простому человеку…

«Я просчитался…» - подумал колдун с досадой.

Кассандра в это время подняла лапу и изо всех сил ударила по кругу, в котором стояла Нина, собираясь раздавить девушку и спровоцировать Алексея на открытое нападение.

- Разве шла речь о клятве не трогать посторонних? – торжествуя, спросила она под девичий визг.

Нина подняла руки, чтобы хоть как-то защититься, но тут их обеих ослепила яркая вспышка. Нину она защитила, а вот Кассандра поджала обожжённую лапу и, раздражённо тряхнув крыльями, несколько раз обошла круг. Неожиданно прыгнула прямо на грудь Алексею, предварительно пнув его в другой конец зала, как тряпичную куклу.

Запах свалявшейся шерсти усиливался, сфинкс был очень-очень близко, разумеется, мешая думать. Перед глазами мелькали «мушки»

- Пошла вон!

Никакого эффекта. По земле пошла трещина. Сзади кричала Нина, но по-настоящему Алексей забеспокоился и собрался с силами, когда что-то захрустело внутри него. Перстень на сжавшемся кулаке сверкнул.

- Абскурум бум!

Кассандру будто ударили чем-то невидимым под подбородок. Зарычав, она отлетела в сторону. В кошачьих глазах пылала ненависть:

- Это твой ответ?!

- Это просьба не распускать лапы. У меня ещё есть время.

В следующую секунду молодой колдун услышал громкий крик, в котором даже не сразу узнал свой голос Боль настигла его чуть позже, и усиливалась с каждой секундой. Дыхание рвалось тяжело, со свистом, но Алексей заставлял себя глотать этот холодный воздух.

- Знаешь, почему больно дышать? Я сломала тебе пару рёбер слева, но это поправимо, - глумился сфинкс, а потом набросился на него снова.

- А-а-а-а-а!!!

- Теперь сломаны рёбра и справа, поздравляю. Если применишь магию ещё раз, сломаю позвоночник. Очень надеюсь, что рот ты откроешь уже для ответа, иначе пожалеешь.

Нина, не сдержавшись, собралась шагнуть вон из круга, заступиться за однокурсника, но тот вовремя увидел её и махнул рукой, чтобы не вздумала сюда соваться. Увидев жест, сфинкс оглянулся и заговорил обиженным тоном:

- Клятву нарушаете, девушка, нехорошо! И не стыдно ведь!.. Тебе жалко этого лягушонка, что ли? Вон он, разлёгся, дышит еле-еле… Нет, позвоночник ломать пока рановато, ограничусь ногой…

Но Алексей оказался крепче, чем думала Кассандра. Когда она подошла, он уже полусидел, опираясь на руку, но при этом мысленно умолял Тараса поторопиться.

- Надо же, какой крепкий орешек!

Из глаз колдуна брызнули слёзы, когда он во всех подробностях ощутил как ломается левая лодыжка. Сил думать над загадкой у него уже не осталось, губы побелели, сдерживая рвущийся крик

- Сдаёшься?

Сдаваться Алексей не хотел, но приходилось. Он уже не мог говорить, собрался кивнуть, но тут…

- Это я!

- Тарас… - в ужасе выдохнула Нина.

Вот только его тут не хватало! Со сфинксом не смог справиться даже её однокурсник, что уж говорить о простом парне? Сейчас из него сделают фарш…

Однако Кассандра не спешила с действиями. Лениво оглянувшись, она окинула незнакомца взглядом:

- Ты ещё кто такой?

- Ответ на загадку в наглядном виде. В вашем магическом мире нет и не может быть меня – человека!

Он с триумфом показал сфинксу все десять пальцев, ни на одном из которых не было волшебного перстня.

- Человек!.. – прорычала Кассандра, и бросилась на Тараса. Тот упал.

Закричав, Нина бросилась на помощь. Нельзя было допустить, чтобы их помощника хоть пальцем тронули.

- Клятва… - чуть слышно напомнил Алексей, о которого она чуть не споткнулась.

Сфинкс уже собрался раздавить Тараса. Прикрывшись руками, тот съёжился на полу, вскрикнул, когда на него легла огромная тень, но вдруг… Бах! – зашипев, как разозлённая кошка, сфинкс попятился, жмурясь от ослепляющего света.

Страх куда-то испарился, и Тарас даже почувствовал своё превосходство. Кассандра почему-то боялась его. Внешне она, конечно, этого не показывала, даже глаза остались безучастными, а вот свалявшаяся шерсть будто встала дыбом.

- Так, кошечка, ещё хулиганить будем? – спросил парень, вставая. – Нет? Ну тогда пошли. Пошли-пошли, разговорчик есть. Кто-то клялся желание выполнить…

- Да, да, выполню. Всё выполню, только волосы… Не дёргай мои прекрасные волосы, человек… - захныкал сфинкс, когда его ухватили за густую прядь тёмных волнистых волос.

Они вместе покинули зал всё через те же ворота. Выпитое зелье ещё подсказывало Тарасу, что надо делать, и он справлялся с задачей без помощи выпускников.

По первому же зову Нины явились четыре эльфа-санитара, которые принялись, причитая укладывать раненого Алексея на носилки. Тот побледнел, кусал губы, но стоически молчал

- Я пойду с тобой! – метнулась следом однокурсница.

Колдун протестующе замахал руками и подозвал её к себе. Девушка нагнулась как можно ниже, и он прошептал ей на ухо:

- Помнишь, говорила про экспедицию?.. Делай… Догоню потом…

Нина шарахнулась в сторону. Она смотрела на него как на безумного. Да, она недавно предлагала ему дождаться возвращения Маргариты и отправиться в экспедицию спасать Дашу, но кто знал, что цена желания окажется такой высокой.

- Ты что! Лёш, какая экспедиция, тебя чуть не убили! Одни переломы, куда ты собрался?!

Страдальчески поморщившись от её возгласов, Алексей взял её за руку:

- Обещай, - сказал чуть громче и твёрже, - Сегодня же… Можете не успеть… О-о…

Его глаза закатились, хватка ослабла. Выдернув руку, Нина отшатнулась в сторону.

- Нет, я не могу его таким видеть!.. Ради бога, сделайте что-нибудь.

- Всё будет хорошо, ваш друг просто без сознания, - успокоил один из эльфов, - В основном, у него переломы, они быстро лечатся. А уж усталость пройдёт сама по себе. Поставим на ноги очень скоро.

Понимая, что про экспедицию – вот дёрнуло же её за язык подбросить идею! – Алексей говорил совершенно серьёзно, девушка начала сборы. Отыскав свой дорожный плащ, сапоги и монетку удачи, она зашла в комнату брата и оставила записку, в которой говорила, что идёт напрямик, а он и Марго должны безопасности ради двигаться обходными путями. Куда? Во владения Повелителя Пламени. Вскоре должна была подоспеть помощь в лице сфинкса, Тараса и Алексея. Рядом с запиской лежала колба, в которой ждали своего часа две маленькие искры – их внимательная ведьма успела поймать на лету в ночь исчезновения Дарьи, пока Никита и Алексей удерживали от погони за всадниками безутешную Марго.

Сама Нина выпустила из колбы только одну искорку – этого было достаточно, чтобы открылась такая же огненная воронка, от которой нагревался воздух в комнате.

- Замок Повелителя Пламени! – приказала девушка, и шагнула в открывшийся портал.

На время воздух стал сухим и горячим, потом наоборот остыл и наполнился сыростью. Глаза ещё не привыкли к темноте, но слух уловил какое-то звяканье.

Путешествие началось…

Глава 7

Время спасения

Внутри меня всё похолодело, пробрала неприятная дрожь - уж слишком сильно было потрясение. Я ожидала увидеть всё что угодно, но только не это… На любимой подстилке, подмяв её под себя на подобии гнёздышка, неподвижно лежал пушистый белый комок. Его невозможно было не узнать. Рядом, обняв колени, сидел Никита.

- Пушинка! – я, всхлипнув, бросилась туда. Происходящее казалось кошмаром, от которого хотелось поскорее проснуться

Встрепенувшись, Никита бросился ко мне. Поймал в объятия и, развернув, не пускал дальше. Потом его ладонь накрыла мои глаза:

- Не надо, не смотри туда… Тихо, тс-с, давай выйдем.. Пойдём, пойдём со мной, Марго…

- Пусти к ней! Мне нужно!.. Там моя кошка!!! – я рвалась как сумасшедшая, била, пинала и царапала его, а он даже не пытался пресечь эту истерику.

- Спокойно. Успокойся, Марго! Ты слышишь меня, я сказал, тихо… - не повышая голоса, упрямо твердил он мне на ухо.

Наконец, воспользовавшись усталостью, Никита развернул меня. Его перстень задел моё кольцо. Я тут же оторвала от себя его руки, хватка которых значительно ослабла. И ясно, почему – мы вновь оказались в том придуманном мирке с озером, где нас застало землетрясение.

- Верни меня обратно! – потребовала я, бегло взглянув на своё красное от борьбы лицо, отразившееся в воде.

Терпение Никиты лопнуло. Он зачерпнул пригоршню воды и энергично умыл меня:

- Остынь, будешь здесь столько, сколько мне нужно! В данном случае, пока не успокоишься. Это моё место, я решу, когда тебя вернуть назад! – прикрикнул так, что я притихла и порывисто села на траву, подавившись тем горем, которое так хотелось выплеснуть слезами или истерикой.

Брату Нины, кажется, стало стыдно за свой взрыв. Я слышала, как он опустился рядом и тяжело вздохнул. Он рассказал, что решил помочь – покормить Пушинку в моё отсутствие. Это было ранним утром, когда ЛЕС только проснулся (надо же, он даже знает время, в которое моя кошка любит покушать). Но Пушинка даже не смотрела на еду, вела себя очень странно и была встревожена – ей приспичило окотиться. Никита, в отличие от меня, плохо знал кошачий язык и позвал сестру в надежде на какую-нибудь помощь, но она тоже не смогла ничего сделать, разве что немного уменьшить боль особым заклинанием. Оказалось, на животных оно действовало намного хуже, чем на людях.

- Мы с Ниной даже на занятия сегодня не пошли, с Пушинкой были, - поделился Никита, - Пытались хоть как-то ей помочь или до тебя достучаться, но ты не отвечала. Твоя кошка так и не смогла разродиться. Умерла и она, и её малыши.

Слушая его, я комкала в руках длинные травинки, рвала их на мелкие части, а потом неожиданно для самой себя заявила, что не намерена принимать этот факт таким, какой он есть.

- Это смерть, Марго, - напомнил Никита с грустью, - И ей плевать на твоё мнение. Ты ничего теперь не изменишь.

В сумке, которую я в суматохе даже не сняла с плеча, нашлась опустевшая бутылка из-под воды. В неё я набрала воды из озера, намереваясь проверить теорию на практике.

- Изменю. Пожалуйста, давай вернёмся назад, - во мне говорила такая решимость, что Никита не нашёлся, что ответить.

Когда мы вернулись назад, ситуация не поменялась. Пушинка лежала неподвижно. Порывисто присев рядом, я намочила руки и погладила её. Похожий на бутылочный ёршик белый хвост; бесформенное рыжее пятно вокруг закрытого глаза; большой округлившийся тугой живот, к которому я уже привыкла – всё как обычно. Только реакции не было никакой. Я, если честно, не очень надеялась на это, но всё-таки надежда теплилась в душе. Теперь же она быстро таяла. Плеснула на руки воды и погладила кошку снова.

Никита стоял где-то там, сзади, вне зоны видимости. И пусть. Я не хотела его видеть. Не знаю, сколько просидела так, всё ещё поглаживая Пушинку по бочку и животу, но вдруг отчётливо почувствовала, как живот этот шевельнулся. По нему будто дрожь пробежала.

Это, конечно, могло и показаться, но громкое сумасшедшее мяуканье, которое я услышала в следующий миг, вывел из печального оцепенения даже Никиту.

- Наверное, уже скоро… - начал он.

- Уже, - закончила я, осторожно поглаживая тугой живот, чтобы кошке было полегче. Но она вскоре сама удалилась под кровать, где съёжилась в гордом тёмном одиночестве. Упрямица никогда не любила повышенное внимание к своей персоне. Через четверть часа появились малыши – малюсенькие, слепые и глухие комочки шерсти, больше похожие на мышат. Всего котят было пять – белый, бело-рыжая кошечка, рыжий, полосатая кошечка и белый с пятном вокруг глаза, как у кошки-мамы.

- Подумать только, они ведь погибли… Вроде как, - недоумевал Никита.

А мне было как-то всё равно. Живы все, и это главное. Плюхнулась на кровать, видя нечто среднее между явью и сном.

- Да, отдохни, пока можно, - сказал сообразительный колдун.

- А что… что потом?..

Одеяло ползёт по мне вверх, Нинин брат улыбается, а потом я моргнула, но веки оказались слишком тяжёлыми.

Засыпая в своей комнате, я никак не ожидала проснуться в незнакомом месте. Было немного странно лежать, закутанной в плед под открытым небом. Уже наступил не очень поздний вечер – часов семь, а вокруг кипела жизнь. Кто-то ходил, разговаривал, плескалась вода… В чём дело?!

Рядом дремал Никита. Во сне он хмурил брови и лениво отмахивался от ему одному видимых помех. Но находились мы с ним не в его придуманном мирке, а в какой-то долине, окаймлённой крутыми перевалами. Здесь росли плакучие ивы, а за ними плескалась река.

Осматривая окрестности, мой взгляд нашёл неизвестного науке зверя. Вылизывая свои передние конечности, он пока не обращал на меня внимания, а вот я разглядывала его с интересом: гладкая короткая шерсть, пушистый хвост, недоразвитые волосатые уши… Он напомнил мне Борьку в облике получеловека, но выглядел опрятнее и женственнее. Кстати, этот зверь был одет в моё старое платье. Видимо, почуяв на себе взгляд, поворачивает голову... Так и есть – женская версия Борьки. Длинные ресницы, аккуратно уложенная шерсть (или волосы?) и даже некоторое подобие стрижки пикси на голове.

- Здравствуй, - сказала она, подняв оставшиеся кошачьими глазки. Вокруг одного из них сохранилось рыжее пятно…

Я не испугалась, я обрадовалась! Бросилась обнимать Пушинку. Поздравила с пополнением, похвалила. Она терпеливо дождалась конца монолога, добродушно поблагодарила и рассказала, что пока я спала, было принято решение отправляться в экспедицию по спасению Даши и Борьки. Оказалось, не я одна чувствовала, что подруге приходится несладко. Примерно то же самое по отношению к моему коту ощущала и Пушинка. Последней каплей стало видение Алексея, который эту экспедицию и возглавил.

- И он здесь?! – невозможно было представить себе, как юный колдун с ужасным самочувствием и ещё более ужасным внешним видом собрался кого-то куда-то вести. Да эта затея изначально обречена на провал! Кто ему позволил?! Нина-то куда смотрела?!

- Приводит себя в порядок, - кивнула моя любимица, - Скоро закончит.

Мы подождали минут двадцать, но картина не изменилась: Никита всё ещё пребывал в мире грёз, а его сестра со своим однокурсником как сквозь землю провалились. Пришлось идти на поиски к реке: не утонул ли наш предводитель? Не дай Бог, конечно, но с таким здоровьем это не удивительно.

Осторожно раздвинув хлёсткие ивовые ветви, свисающие почти до самой земли, мы обе поняли, что волновались напрасно. Сцена у реки была самая что ни на есть идиллическая: Алексей стоял на коленях, спустив с плеч рубашку. Его голова и торс были мокрыми, волосы даже потемнели от влаги. Нина была рядом, помогала однокурснику их выжать, а потом протянула гребешок, чтобы он причесался.

- Как твоя рана, болит? – спросила она.

- Теперь нет. Спасибо, - он протянул назад гребешок и стал застёгивать рубашку, - И спасибо за помощь. Теперь хоть выгляжу по-человечески.

- А главное, ты почти здоров, - Нина добродушно взлохматила ему волосы, - Ты не представляешь, как мы с Марго боялись за тебя в последние дни. Без тебя бы…

- Тс-с-с, - он приложил палец к губам, - Не будем о грустном. Я-то здесь…

Мелодраматичный, довольно предсказуемый эпизод налицо. Нас старшекурсники не замечали: Пушинка умело пряталась среди листьев и веток, а я стала невидимой. Поцелуй вот-вот должен был состояться, но тут, не сдержавшись, я чихнула. Громко.

- Будь здорова, Маргарита, - пожелал усмехнувшийся Алексей, но в глазах у него была досада. Нина смущённо отвернулась. Я тоже: честно, не хотела ведь мешать…

Мне очень захотелось узнать, где Тарас и как Алексей смог так быстро выздороветь, но вдруг оказалось, что Пушинка куда-то пропала. Выпускники же совсем не удивились этому, а выказали желание найти более укромное местечко для двоих. Даже мои сбивчивые объяснения недослушали, как странно!

Разбрелись мы как раз вовремя: с полянки, где остался спать Никита, донёсся его жалобный стон.

- Кажется, ему снится кошмар, - моя кошка уже была здесь. Сидела рядом и внимательно вглядывалась в парня. Тот отчаянно махал руками, извивался всем телом, даже пытался что-то кричать, но слов разобрать мы не смогли.

Видеть, как он беснуется, было страшно, поэтому мы дружно вцепились ему в плечи и стали аккуратно трясти.

- Просыпайся! – кричала я, - Никита, это просто сон! Вставай, вставай скорее!

Он мигом распахнул глаза и сел. Впервые я видела его таким неуверенным, трясущимся от неподдельного страха, покрытым крупными каплями холодного пота. Приговаривая, что всё в порядке, попыталась обнять его, чтобы успокоить, но Никита униматься не желал, боднул меня лбом в шею:

- Уйди! Сама-то поняла, во что мы с тобой ввязались? Там, во сне, я только что видел нас в окружении каких-то страшных существ. Это очень плохо.

- Это был сон, Никита. Скоро придёт твоя сестра, она сейчас с Алексеем… Гм... Неловкая ситуация вышла…

Я рассказала об увиденном у реки, думая, что Нинин брат либо скорчит рожу, либо посмеётся над влюблёнными, но колдун очень озаботился к концу рассказа. Он сказал, что не чувствует присутствия где-то рядом сестры или её однокурсника, как это бывало раньше.

- Алексей вообще остался в Колдульоне, откуда ты его взяла? – удивлялся он, - Да, он хотел возглавить экспедицию, но не смог. Нина взяла это на себя и отправила нас с тобой обходным путём. Сказала ждать здесь. Я бы почувствовал, окажись она в этой долине, особенно если со мной что-то случится. Как ты объяснишь то, что ты пришла мне на помощь раньше родной сестры?

- Тогда кто целовался у реки?! – это был козырь, которым я с триумфом собиралась добить Никиту, но он только засмеялся и объявил, что я совсем плохо знаю его сестру, если купилась на этот дешёвый фокус. Дело в том, что у старшекурсников были исключительно дружеские отношения и никакая великая радость не заставит их поцеловаться.

Вдруг до меня донёсся шёпот тех, кому явно не были нужны лишние уши. Разговаривали наши старшие, а слышала их, кажется, только я. Связь была ужасной, поэтому когда Никита спросил, что происходит, я быстро зажала ему рот:

- Тихо. Слышу разговор этих двоих… Да, ты был прав, это не маги вовсе! Хотят убить нас… О нет!.. Нас, а потом и до Даши с Борькой добраться!

- Всё понятно. Это грифолеоны – крылатые нелетающие твари, коварные подлизы волшебного мира. Принимают облик тех, на кого ты больше всего надеешься в данный момент, а потом жестоко предают мага. Когда его жизнь обрывается, они съедают тело и ищут новую поживу.

Я, мягко говоря, была в шоке от услышанного, но Никита, кажется, уже что-то придумал. Он предложил вести себя естественно, будто ничего не случилось. Разве это возможно?! Ещё он просил держаться рядом и беспрекословно выполнять все его приказы, какими бы нелепыми они не казались. С перепугу я согласилась и на это.

Картина у реки несколько изменилась. Теперь здесь сидели два уродливых чудища с кожей цвета глины. За людей их мог принять только полуслепой: горбатые, с большими птичьими лапами и кожистыми крыльями, как у летучих мышей, они издавали яростное шипение и брызгали слюной из своих клювоподобных ртов. Маленькие лысые головки на длинных дряблых шеях терялись где-то за горбом, а две пары ушей были расположены попарно с каждой стороны. Раскосые глаза лезли из орбит и смотрели в разные стороны, но при этом светились.

- Вон, видишь? Маскируются, - шепнул Никита.

Да, я видела это отвратительное зрелище. Крылья грифолеонов всасывались в туловища, горбы уменьшались, кожа сменила цвет и на ней появилась одежда. Ноги, руки, голова и даже волосы на ней – всё было точь-в-точь как у Нины и Алексея, разве что глаза их по-прежнему были косыми и светились, а изо рта текли слюни. Тогда эти жалкие пародии бросились умываться в реке и пить из неё. Так вот почему они не отходят от воды!..

Наконец, мы были замечены. Я напряглась, а Никита – нисколько. Даже руки на груди скрестил и притворно зевнул послаще.

- Никита, братик! Проснулся, мой хороший? Как спалось? - защебетала пародия на Нину, - Иди-ка умойся!

Парень чуть поморщился. Даже мне было известно, что с ним так уже лет пятнадцать-двадцать никто не сюсюкался.

- Благодарю, воздержусь, - сдержанно ответил колдун, - Спалось нормально, спасибо. А что у тебя с голосом, ты хрипишь.

Девушка откашлялась и на голубом глазу сказала, что про простудилась из-за «этого холодного ветра».

Эта непродолжительная беседа с «сестрой» оказалась всего-навсего отвлекающим манёвром и чуть не стоила Никите жизни: сзади к нему подкрался второй грифолеон под видом Алексея и попытался задушить. Я что было сил треснула его по руке, такой серой, когтистой и огромной…

- Бежим! – крикнул маг, и мы с Пушинкой помчались.

Сзади раздался тяжёлый звук падения. Оглядываемся – и впрямь подтвердились наши худшие опасения: Никита барахтался в высокой, усеянной валежником траве, зацепившись ногой за корягу. Шум погони нарастал. Вскочив, он торопливо замахал нам руками, мол, бегите скорее сами и начал торопливо рыться в сумке. А мы бы и рады бежать, да вот только куда? – впереди обрыв…

Грифолеоны, наступавшие сзади, уже готовились полакомиться нами и даже перестали скрывать свою жуткую внешность. Они решили, что мы всё равно никуда не денемся, и мне показалось, что на сей раз Никита просчитался… Оказалось, нет! Этот юный колдун продолжал меня удивлять. Он бросил нам с Пушинкой по огромному куску сырого мяса:

- Держите! А теперь вниз!

Я уже хотела бросить этот шмат вниз, как велели, но парень вдруг толкнул туда меня саму, да так быстро, что я и рта раскрыть не успела! Следом полетела Пушинка.

До земли было далеко, мы испуганно вопили, исключением был один Никита, который напряжённо, будто чего-то ожидая, смотрел на горизонт. Вскоре стало понятно, почему. На фоне едва различимой в той стороне луны появились три большие крылатые тени. Это какие-то птицы. С горизонта они вскоре пропали, а нас всех схватили под мышки огромные, толщиной в две моих ноги, когтистые птичьи лапы. Над головами будто раскрылись парашюты, несущие вверх и вперёд.

- Очень вовремя, друзья мои, - сказал кому-то Никита, и оглянулся на нас: - Отдайте им мясо.

- Кому – им? – я догадалась поднять голову только после того, как кто-то большой и шустрый выхватил у меня шмат мяса и стал очень громко его есть. Оказалось, что нас несут ястребы таких огромных размеров, что эти куски мяса им на один зубок… или чем там жуют хищные птицы?..

Когда нас опустили на землю, Пушинка судорожно вцепилась мне в руку, да и я смелостью не отличилась: съёжилась и попыталась спрятаться за Никиту, но тот выбросил руку в сторону, напряжённо глядя на парящих вокруг крылатых великанов:

- Не надо резких движений, Марго! Нас не тронут… Замрите. Да, эти ребята своенравны, никто не спорит.

С минуту тишину нарушал только свист ветра в трёх парах огромных крыльев, а потом самый важный и крупный из этой троицы, тот, что нёс мага, протяжно крикнул и взмыл в небо. Остальные последовали за ним.

Пошёл дождь, стало очень холодно. Уже наступила ночь, а мы всё ещё не нашли ночлега: кого-нибудь обязательно что-то не устраивало. Попадалось то чересчур доступное место, то яма или овраг с камнями, а то вдруг выяснялось, что нашими соседями будут клопы или красные муравьи. Ворча, Пушинка упрямо искала подходящее место, Никита нёс вещи, а я безучастно плелась в конце, став невидимой и думала...

Хватившись, молодой колдун оглянулся.

- Марго?.. Марго, ты здесь?

Пряча глаза и двигая окоченевшими ногами на автомате, появляюсь перед ним. Я вымокла до нитки, платье совсем не грело, распустившиеся волосы спутались. Не хотелось, чтобы он видел меня такой расклеившейся.

- Ой, ты вся синяя! – ужаснулся парень и, быстро вернувшись, набросил мне на плечи свою тёплую куртку.

Когда место для ночлега – довольно уютная пещерка – было найдено, а костёр почти разведён, я нагнулась за охапкой хвороста. Тут из кармана Никитиной куртки посыпался песок. Странно, зачем он его с собой таскает?

А песок тем временем взмыл вверх, и я увидела перед собой Дашку! Она послала мне воздушный поцелуй… В порыве радости я бросилась ей на шею, но вдруг поняла, что ощущаю в объятиях пустоту. Даши и в помине не было, но чуть поодаль возникла Нина, приветливо протягивающая руку своему брату. Он оказался умнее меня и не стал приближаться. Порывисто сев на землю, я украдкой вытерла глаза: только-только стала забываться, и вот опять какая-то колдовская фигня напоминает о моей подруге… Что за издёвка?!

- Это песок-отвлекун, - объяснил присевший рядом Никита, бросив ещё одну горсть в сторону Пушинки. Перед ней возник отец её котят, - Мелочь, а в дальней дороге пригождается, когда скучаешь по кому-то. Даже умерших показывает.

- Нет, это не Борька, - Пушинка хвостом разметала и развеяла по ветру изображение улыбающегося ей в усы человека-кота, - Слишком рассыпчатый.

Я улыбнулась сквозь слёзы: кто-кто, а моя умница верит, что с её любимым всё хорошо. Надо бы поучиться у неё терпению…

Тут я переключилась на Никиту, который попросил немножко нашего с Пушинкой внимания, чтобы изложить план дальнейших действий.

- Разве мы не будем ночевать? – удивилась моя кошка.

- Будем, но спим только до полуночи. Нина близко, я чувствую её. Она хотела внедриться в замок Повелителя Пламени, а наши дальнейшие действия зависят от тамошней обстановки.

В нужное время меня разбудило радостное урчание Пушинки. В пещерке перед догорающим костерком я лежала одна, но прекрасно слышала тихие голоса, в том числе и Нинин.

Памятуя о грифолеонах, выбралась из убежища и недоверчиво всмотрелась в говоривших. Всё нормально, Никита, оглянувшись, призывно махнул рукой. Рядом была его сестра. Пушинка радостно обнимала Борьку, человек-кот урчал. Заметив меня, он выпутался из объятий любимой кошечки и вид у него стал виноватым, пристыженным.

- Бориска! – я обняла его и почесала за ушком, - Котик мой дорогой, поздравляю, ты теперь папа! Ваши с Пушинкой котятки просто чудо!

- Да, да… - без выражения отмахнулся он и спрятал глаза. Странно, чего это он? Может, к новому статусу не привык? Или ранен? Я с тревогой осмотрела его - нет, не ранен… А смотрит так, будто вот-вот заплачет.

Не сразу, но всё-таки обратив внимание на остальных, я заметила, что Пушинка тоже примолкла, а Нина тихо вытирала слёзы. Брат что-то шептал ей на ухо, но когда наши с ним глаза встретились, он прервался и очень быстро отвёл взгляд.

- Что такое? – спрашиваю у них.

Нина и Борька переглянулись.

- Кто-то из вас ранен?

Вместо ответа Нина зажмурилась, и отодвинула в сторону подол своего плаща… Вот тут раздался вопль так вопль! Рёв! Ноги стали ватными. Помню, Никита и Борька поймали меня под руки, кто-то пытался говорить со мной, но всё вокруг – и лес, и луна над ним, и лица друзей, смешалось в едва различимые пятна и разбилось вдребезги, как стёклышки в сломанном калейдоскопе. Голоса тоже превратились в однообразный гул. Я проваливалась куда-то вниз, в чёрную бездну.

Увидев луну, я бездумно смотрела на неё, пока не услышала Нинин оклик.

- Приснилось, что Даша погибла, - пожаловалась ей, - Это был всего лишь сон, правда?

Девушка отвечать не спешила. Только когда молчание затянулось, она сказала, что мы обе видели это в реальности, и ей, в отличие от случая с Пушинкой, уже ничем не помочь – прошло слишком много времени. Плакать не было ни сил, ни смысла. Поднявшись на ноги, я медленно пошла прочь. Борька, Никита и Пушинка торопливо заслонили собой тело погибшей, все трое смотрели на меня испуганно и сочувственно, но не были удостоены и беглым взглядом. Апатия.

- Марго, куда ты? – Никита метнулся следом, но старшая сестра придержала его за руку, ясно дав понять, что он будет лишним.

Она, что и говорить, понимала мои желания без слов. Чтобы меня не нашли, стала невидимкой и, добредя до развилки дорог, похожей на рогатку, свернула влево. Здесь густо разрастались деревья и кустарники, под ногами шелестел целый ковёр из листьев, нападавших не за одну осень. Было особенно темно, тихо, и стояла самая настоящая ночь, хотя в других частях леса уже начался рассвет.

Из странного состояния меня выдернула сильная боль в запястье, будто его надрезали острым кинжалом. Поскорее став видимой, я исследовала больное место: нет, всё в порядке. Никакого пореза, синяка и даже царапины. Абсолютно здоровая кожа, но…

- А! Что это?! – против воли сорвалось с языка.

На внутренней стороне запястья прямо под ладонью появилось жуткое изображение толстой книги с крысиным хвостом. Где-то я такую уже видела… Ах да, при уборке в Нининой комнате! Искусное изображение, похожее больше на тату, жгло кожу. Послюнив палец, я попыталась охладить его, но как только коснулась, чуть не ослепла от какого-то яркого света. В ушах засвистело.

Глава 8

Повелители

Настенные часы показывали 21:30, а рядом календарь, судя по которому я перенеслась на три дня назад. Кажется, ночью Борька сообщил, что именно в это время Даше стало совсем плохо. Её жизнь кончится через несколько часов, если я не потороплюсь…

Оглядевшись, поняла, что нахожусь в читальном зале. Здесь было привольно, пусто и светло, а старые книги на полках прямо-таки пахли историей. Раздавались забавные звуки вроде писка и звона. Рука, наконец, перестала болеть, а страшной татуировки как не бывало.

Я обратила внимание на красивый корешок книги: изумрудный, с чуть потёртым уголком, который украшала выпуклая вставка, чем-то отдалённо напоминающая по форме позвоночник. Заглядевшись на неё, чуть не забыла о своей миссии. Встряхнулась и выскользнула из библиотеки, став для безопасности невидимкой.

Какая-то узенькая дверка в стене открылась и… я оказалась снаружи, в саду. Здесь красиво цвели розы, пионы, маки, росли огромные деревья… Но что-то мне тут не нравилось… Не по себе как-то было. Кажется, недавно прошёл дождь – земля была ещё влажной.

Кто-то протрубил в рог, видимо, заметив пребывание постороннего. Несмотря на то, что предполагаемый охранник не мог меня видеть, следы отпечатывались лучше некуда. К счастью, я стояла боком к сиреневому кусту, когда пришла охрана из трёх рыцарей с перьями на шлемах. Перья эти горели, как у Жар-Птицы и прекрасно заменяли факелы. В их свете и стало видно, что следы оборвались сами собой. Выкрикивая «кто здесь?!», «выходи!» и другие угрожающие фразы, рыцари стали рубить кусты и даже молодые деревца, надеясь попасть по скрывшемуся в них нарушителю. Только я-то нигде не скрывалась, а так и стояла рядом с ними. Оружия просто не дотягивались сюда.

- Что здесь происходит?! Прекратить! – окликнули их.

Со стороны замка быстро приближался рыжеволосый молодой человек в мантии поверх расстёгнутой до половины свободной бедой блузы. В руке он держал горсть огня, которым освещал себе дорогу и выглядел слегка раздражённым: ему явно мешал шум внизу.

Рыцари рухнули на колени и стали объяснять, что произошло вторжение, а нарушитель скрылся.

- Прочешите весь сад, сторожите с удвоенной бдительностью все его выходы, но не смейте трогать и засохшего листочка! Это всё собственность моей невесты, понятно?

Рыцари бросились врассыпную, да и я, собственно, здесь оставаться не собиралась, а увязалась за рыжеволосым. Особенно меня беспокоило то, что на его пальце был наш знакомый волшебный перстень: ведьмы расстаются с ними только перед смертью, неужели всё настолько плохо?.. Наверное, Повелитель Пламени собрался навестить Дашу, я тоже должна там быть! Обязательно!

Мы пересекли широкий вестибюль, поднялись по главной и ещё двум лестницам на третий этаж, а потом вошли в покои. Я была поражена, увидев, что здесь его ждёт вовсе не Даша, а какая-то другая девушка. Рыжеволосая, длинная, с огромными зелёными глазами, она красиво возлежала на кровати, разодетая в шелка. Не было ни намёка на болезнь…

- Владимир, как ты себя ведёшь? Кто тебе позволил уходить?

Маг сбросил мантию на пол, поцеловал ей руку и прилёг рядом:

- Прости, огонёк, нужно было кое-что уладить. Неспокойно у нас. Твоя предшественница оказалась сильнее, чем я думал. Она ещё жива.

Глаза незнакомки стали удивлёнными:

- Да?! Но почему?!

- Потому что избранная ведьма. Утечка подаренных сил не лишает ведьмы жизни в таком случае, но сильно ранит. Я видел её вчера, она совсем плоха, правда, держится ещё.

- Ну так сделай с ней что-нибудь. Зачем она тебе нужна?

- Нет, она будет долго и мучительно уходить из жизни сама по себе, тем самым развлекая меня. А ты, Зоечка, останешься со мной.

- О да…

Забыв весь мир, они принялись страстно целоваться, а я так и осталась стоять столбом в дверях, переваривая услышанное и шокированная настолько, что не могла ни пошевелиться, ни слова сказать. Уму непостижимо! Зачем красть невесту, которую так и не поведёшь под венец?! Женился бы лучше на этой Зое, а Дашка и её смерть-то ему зачем?!

Тем временем Зоя, поглаживая своего жениха, попыталась незаметно стянуть медальон с его шеи, только вот её рука была вовремя перехвачена. Повелитель Пламени тут же открыл глаза и отстранился. Мне было не видно выражения его лица, но Зоя заметно напряглась

- Он так мешает… Сними, колется же!

Шевелюра Владимира вспыхнула, но почти сразу погасла, он нехотя протянул ей с виду невзрачное украшение. Зоя положила его на тумбочку и посмотрела прямо туда, где я стояла. Едва заметно подмигнула с заговорщицким видом.

- Что там такое? Кого ты видишь? – спросил огненный маг.

- Кто, я? Никого… - замялась она, снова прижимаясь к нему.

Повелитель Пламени обнял её за плечи и стал гладить, но девушка продолжала «капризничать», тайком поглядывая на меня:

- Ай! Владимир, да что у тебя там такое?! Чего царапаешься?

- Разве больно? – Повелитель Пламени удивлённо оглядел свою руку, которой гладил её. Единственное, что могло мешать – это старинный перстень. Тот самый, Дашин.

- Конечно! Знаешь, какая у меня нежная кожа? Зачем ты вообще носишь перстень моей предшественницы? Мне же обидно!..

С кольцом Владимир расстался абсолютно спокойно, и оно заняло место рядом с медальоном. Огненный маг даже не смог ответить, зачем оно ему нужно. Наверное, просто чтобы не возвращать законной владелице хотя бы при жизни.

Зоя снова подмигнула мне, но на этот раз Владимир ей не поверил и заявил, что тут творится что-то подозрительное. Когда он отвернулся, его невеста глазами указала мне на дверь, и я поняла, к чему она клонит. Вышла и погромче захлопнула дверь комнаты. Зоя как в воду глядела: вскоре мне на хвост сел Повелитель Пламени. Раздосадованный и очень злой, он уверенно шёл следом, внимательно оглядываясь и подсвечивая себе путь огненным шаром в руке. Пропустив его вперёд, я долго слушала, как полы его мантии легко касались ковровой дорожки, а шаги удалялись.

В покоях осталась ждать Зоя, которая сразу вскочила и, прихватив медальон с перстнем, бросилась навстречу.

- Я тебя всё равно вижу, потому что тоже обладаю силой воздуха, - обратилась ко мне она, - Вот, возьми. Отдай Даше, и к ней вернутся жизненные силы. Владимир высосал их, но они все здесь.

- А ты? Бежим, разве ты не знаешь, что тебя постигнет та же участь?

- Уже постигла. Я единственная невеста Повелителя Пламени, которая смогла выжить после коронации.

- И после всех издевательств над тобой ты хочешь остаться здесь? Почему?! И вообще как ты выжила?..

Чем дольше я с ней говорила, тем меньше мне нравилась эта девица. Очень подозрительная личность! Не могу я ей простить то, что она свергла мою подругу. Она вообще на чьей стороне?!

Девушка вздохнула:

- Знаю я, о чём ты думаешь. Долгая история, не хочу говорить, уж очень больно… Меня спасла только любовь. Безответная до поры. Не скрою, я хотела занять место твоей подруги, но только чтобы она не мучилась так же, как я! Не держи зла… Мне было непросто. Ну, люблю я Владимира до чёртиков, что поделать?! Не хочу, чтобы другие девушки страдали, а он всё новых крадёт. Я ему нужна только в перерывах, пока не пройдёт сорок дней со смерти очередной красавицы.

- И ты ему позволяешь так с собой обращаться?! Не жена, не невеста, а так, запасная?.. Зачем унижать себя?!

- Не могу я иначе! Люблю и всё! С первого взгляда.

Тяжёлый случай…

Я отвлеклась и совсем потеряла бдительность. Тут-то огромная горячая ладонь и сжала моё запястье.

- Кажется, у нас гости? Весьма рад, - Повелитель Пламени, улыбаясь, лично поцеловал мне руку.

Меня почти сразу охватило странное и неприятное чувство. В ушах зашумело, плохо получалось сконцентрировать взгляд. Попробовала трясти головой и потеряла равновесие.

- Ощущается лёгкая слабость, правильно? – спросил Владимир, придержав за плечо, чтобы я не упала, - Скоро пройдёт. А вот силы… Не могу сказать, когда они восстановятся полностью и восстановятся ли вообще.

Испугавшись не на шутку, я напряглась, но… ничего. Не получалось ни поменять внешность, как меня учила Нина, ни стать невидимой. Владимир смотрел на меня и улыбался.

- Перестань! – крикнула ему Зоя. Она смотрела на меня с жалостью, - Отпусти её…

- С удовольствием. Она мне больше не нужна. Охрана!

Меня увёл рыцарь с огромным пером Жар-Птицы на шлеме. Он был абсолютно безучастен ко всему, но как только мы оказались в фойе и он поднял забрало, я узнала переодетого Алексея и очень обрадовалась. Даже обняла его.

- Алексей! Вы здоровы… Откуда вы здесь?!

- Вообще-то я хотел спросить об этом у тебя, Маргарита. Ты что здесь забыла? Мы немедленно уходим.

Я стала упираться, требовать, чтобы он помог мне спасти Дашку, пока она ещё жива, но выпускник заявил:

- Нельзя вмешиваться в прошлое, глупая. Если ты увидела подругу мёртвой, значит так и должно всё оставаться. Я знаю, как ей помочь там, в настоящем. Пошли, говорю!

Мы вернулись обратно в библиотеку, и мой спутник коснулся той самой книги, которая ранее заинтересовала меня своим необычным внешним видом.

В следующую секунду всё заволокло туманом, пол исчез из-под ног, и мы стали падать, причём с очень большой высоты. Нас как будто выбросили с самолёта.

- Алексей!- визжала я, - Мы разобьёмся, мы погибнем!

Ничего не ответив, старшекурсник засвистел, да так громко и задорно, что свист этот разнёсся по всему небу долгим и чистым звоном. В ответ раздался чей-то рык и хлопки могучих крыльев. Я боялась смотреть вниз, чтобы узнать, кто это, но вскоре мы оба упали на что-то мягкое, шерстяное и определённо живое.

- Здравствуй, Маргарита. Вот мы и встретились. Снова, - сказал смутно знакомый медоточивый голос.

Я испугалась: это был тот самый сфинкс из ванной, Определённо, выпускники ошиблись, и я становилась Варварой абсолютно зря… Правда, сейчас Алексей уверенно прижал меня к себе. Восседавший впереди Тарас негромко сказал:

- Со сфинксами нужно вести себя спокойнее. Расслабься… Мы договорились, что Кассандра поможет нам и будет отпущена восвояси.

Не скрою, эта новость оказалась очень хорошей. Я перестала бояться сфинкса, а он потерял ко мне интерес и стал молча снижаться.

Волосы с кисточки хвоста сфинкса оказались одним из составляющих отвара жизни. С ними мы и вернулись к остальным членам экспедиции, после чего закипела работа. Выпускники взялись за отвар, Борька и Пушинка держали оборону, Тарас изъявил желание побыть с Дашей.

Одним словом, были заняты все, а я металась вокруг пещеры как ненормальная. Мне казалось, что Владимир ещё даст о себе знать и мы отделались как-то чересчур легко.

- Марго, - окликнули сзади и я, перепуганная, развернулась, готовая драться. Но драться было не с кем: на меня удивлённо смотрел Никита, - Ты чего, это же я. Не пойму, ты какая-то дёрганная… Успокойся.

Я поделилась с ним своими соображениями, но второкурсник не согласился. Сказал, что не надо думать о плохом, а тем более придумывать то, чего нет. Вряд ли Повелитель Пламени хватится Даши, вернее, её тела, и будет нападать на нас из-за того, что мы его забрали.

Мне стало легче после этих объяснений. Хорошо подумав, я, наконец, успокоилась.

И тут грянула молния. По-моему, она была создана не природой: я чувствовала отобранные у меня силы, использованные кем-то другим. Никита нахмурил брови и посмотрел куда-то вверх. Туда же были устремлены взгляды Алексея и Нины, выбежавших из пещеры на грохотавший в вышине голос:

- Воришки! Силы ветра и воды украдены! Я, Повелитель Пламени, Владимир, вызываю на дуэль Маргариту и её помощника, что посмел обмануть меня! Пусть слабейший падёт. Мы только так решим, кто самый сильный и лучший из нас. Жду вас обоих у старого тиса в центре туманной низины.

Алексей первым двинулся в указанном направлении. Я заторопилась следом, но меня придержали Никита и его сестра.

- Куда ты собралась? – осведомилась последняя, - Я пойду.

И тут я увидела свою копию, точно вышедшую из зеркала. Улыбнувшись, выпускница приказала брату доварить почти готовое зелье и следить за мной, а сама отправилась вслед за однокурсником.

Мы вынуждены были вернуться. Никита взялся за капризный отвар, а я молча наблюдала за ним, чувствуя себя виноватой во всём этом. Узнав, что я что-то украла у Владимира, Никита пришёл в восторг, а потом сообщил, что теперь мы наверняка сможем вернуть Дашу к жизни. Юный маг даже признался, что гордится мной. Я несмело улыбнулась, но вдруг парень выронил ложку, которой помешивал зелье против часовой стрелки и схватился за горло. Он хрипел и задыхался, явно борясь с потерей сознания. На лбу выступил пот. Когда Никита, наконец, упал на пол, я вышла из состояния ступора и бросилась к нему. Заметалась, не зная, что делать и как помочь.

- Нина… Нине плохо… - прошелестел он, - Мы связаны…

Поглядывая на грозу, я выбежала из пещеры и помчалась в ту сторону, куда недавно ушли выпускники.

В туманной низине уже давно продолжался бой, но я почему-то различила только две фигуры… В данный момент Алексей с перекошенным от ярости лицом держал однокурсницу метрах в двух над землёй. Его кулак сжимался всё крепче, а Нина хрипела и задыхалась ещё хуже, чем её брат. Лицо девушки побелело и, кажется, даже чуть посинело.

- Отпустите её! – я попыталась разжать кулак Алексея, но тот грубо оттолкнул меня:

- Не лезь. Я вот-вот прикончу этого гада…

Он даже высунул язык от усердия, я видела, как всё чётче обозначаются костяшки пальцев на тыльной стороне его ладони. Вскакиваю, бросаюсь на своего первого наставника и, заранее извинившись, кусаю ему руку – а что ещё оставалось делать, чтобы спасти Нину? Алексей чертыхнулся, разжал кулак и сбросил меня. Ставшая моей копией Нина рухнула на землю, жадно хватая ртом воздух, но почти сразу же встала и, качнувшись, прицелилась перстнем в оппонента:

- Получи, огненный тиран!

- ПРЕКРАТИТЕ ДРАТЬСЯ!!! – изо всех сил заорала я.

Но выпускники будто взбесились. Они осыпали друг друга магией высочайшего уровня, да так рьяно, что не подступишься. Тогда я додумалась сделать Нине подножку. Она упала, и я оттащила её за куст.

- Пусти! Отпусти меня! Я должна победить Владимира! Если он меня одолеет, всему придёт конец, - вырывалась она.

Честное слово, оба как замороченные! На мой вопрос, где она видит Владимира, её палец ткнул в Алексея, грозящего ей кулаком. Кажется, выпускники думают, что каждый из них борется с Повелителем Пламени в одиночку. Как это прекратить, тем более без грамма магии, я не знала, но на помощь пришёл обыкновенный дождь. Облив выпускников, он открыл им глаза на неутешительную правду, развеяв дурман.

Нина перестала копировать мою внешность и, быстро собрав растрёпанные волосы в пучок, с досадой оглядела свои ссадины. Аккуратно потрогала длинную царапину на лице. Встать ей помог осторожно приблизившийся Алексей – его однокурсница вывихнула ногу и теперь хромала. Да и ему самому досталось – огромный синяк вокруг глаза и куча ссадин – лишь часть приобретённых «подарков». Кроме того, тянул Нину он только одной рукой, а другую держал как-то неловко, пряча от посторонних глаз. Как оказалось, она была не только сломана, но и опалена до мяса.

- Очень больно? – с сочувствием спросила я, и по его лицу поняла всю глупость вопроса: нет, блин, сломать и обжечь руку – это такое блаженство!

- Есть такое дело, - тихо сказал Алексей, накладывая гипс, - Но бывало и хуже.

Тут раздался рёв так рёв:

- Ну когда же закончится этот проклятый дождь?! Мр-р-ра-а-а-а-а!!!

Тис вспыхнул как спичка, но тут же зашипел и был потушен, а мы увидели на рыхлой земле следы кого-то невидимого, приближающегося к нам. Я узнала свои похищенные силы. Похоже, Владимир стал невидимкой, под шумок наложив на старшекурсников заклятие. Он надеялся, что они ему на радость поубивают друг друга, но тут вмешались Никитины ощущения и моё прибытие.

- Ах, да. Помнится, кто-то у нас тут его не жалует? Здравствуй, муженёк.

Я даже протёрла глаза, не веря им. Это кто, призрак?! Нет, она никуда не делась, выглядит вполне реально. Вот горит на шее медальон, украденный для меня Зоей. Вот старый перстень на пальце. Лучшая подруга обняла меня, быстро чмокнула в щёку:

- Привет. Я очень соскучилась, но сейчас некогда. Справлюсь сама, а вы все пока лезьте на дерево. Ох, и поплавает он у меня!..

Даша целеустремлённо направилась вперёд, а со мной остались все остальные, пришедшие из пещеры с ней вместе. Мы полезли на дерево, но это оказалось не так просто: раненым Алексею и Нине понадобилась помощь. Чего уж тут скрывать, я была здорова, но сама бы упала, не помоги мне Пушинка.

И тут заметно похолодало, а потом хлынул ливень, какого, наверное, тысячу лет не видели. Ещё и река какая-то из берегов вышла. Моя подруга стояла, с лёгкостью сдерживая её напор и надеясь, что Владимир утонет. Правда, её хитрый план вышел боком: маг тоже сдерживал напор воды, правда, не так уверенно. Вскоре он не выдержал и, опустив щит, плавно взмыл в небо.

- Спасибо, милая. Благодаря тебе я умею летать. А ты ещё не разучилась?

Даша неожиданно для всех нырнула в воду, на самое дно реки и пропала из виду. Секунд десять было тихо, потом даже пузырьки на поверхность подниматься перестали. Тарас переживал за свою девушку больше всех, уже собрался прыгать следом.

- Дай ей немного времени, - остановил его Борька.

Мы подождали ещё, и оно того стоило. Через несколько секунд даже у выпускников отвисла челюсть от увиденного: над водой появилась… голова! Огромная, полупрозрачная человеческая голова, затем шея, плечи, грудь… Водяная фигура девушки, которой было по бедро самое высокое дерево в лесу, будто вставала из ванны, при этом впитывая в себя воду. Река значительно обмелела, и последние её литры уходили на ноги в области щиколоток. За все мысли и действия этой фигуры отвечала Даша, удобно расположившаяся в огромном пузыре воздуха внутри левой груди своей гигантской копии – там, где у простого человека находится сердце.

Водяная копия протянула руку, чтобы схватить Владимира, но он отбился огненными вспышками. Они погасли, впитавшись в ладонь великанши, никак не навредив ей. Тогда на поляну выбежала огромная и очень противная крыса с отвратительными наростами на позвоночнике. Как ни странно, она умела говорить и тотчас принялась осыпать Дашу проклятиями.

- Я всегда хотела это сделать, - сказала Даша, поднимая ногу. Водяная копия повторила её движение, и крыса оказалась под её многотонной пятой, где было невозможно дышать. Но вдруг по ноге и вообще всей фигуре из воды пробежал ток. Даше стало больно, она отшатнулась в сторону синхронно со своим двойником. Там, где лежала безобразная крыса, я увидела довольно привлекательную рыжеволосую девушку и узнала её: эта особа являлась на шабаш в компании всадников, чтобы забрать мою подругу. Сейчас она была без сознания. Дашин гигантский двойник безжалостно взял её в руку и проглотил. Забавно было наблюдать, как что-то глотает существо, у которого нет вообще никаких органов. Злодейка просто медленно опустилась на невидимое дно где-то в области его необъятного прозрачного живота и осталась лежать там.

- Ира! – воскликнул Повелитель Пламени, - Отпусти мою сестру! Она утонет!

- А ты? Ты отпустил меня, когда я умирала?! – зло спросила Даша, - Или ты пожалел меня на коронации?! Нет и нет!

- Логично. Раз ты выбрала такую тактику, не обижайся

Раздался громкий треск, и мы с ужасом увидели, что горит дерево, на котором мы сидим… Но мало того, в этот миг хрустнул и полетел вниз сук, на котором сидел Алексей! Не было никаких шансов на спасение даже со здоровой рукой, а уж с больной тем более. Парень не кричал – гордость не позволяла.

- Помогите, помогите кто-нибудь! – в истерике вопила Нина, успевшая схватить его за гипс. Тут он и стал кричать, но не от страха, а от боли.

Мы все находились на другой стороне ствола или выше них, внизу только Борька. Но у моего кота, отлично лазающего по деревьям, не хватило бы сил затащить слишком тяжёлого для него колдуна на свою ветку. То же самое касалось и хрупкой Нины. Алексей полетел вниз, в костёр. Мы не справились…

Глава 9

Сизая орлица

Как назло дела у Даши тоже шли неважно. Внутри её творения снова заворочалась Ира со своими молниями. Ещё два зигзага точно ножом разрезали водяную фигуру изнутри. Моя подруга схватилась за раздираемый болью живот и упала на землю. Великанша из воды вышла из-под её контроля и рассыпалась брызгами. Владимир специально позаботился, чтобы ни одна капля не попала на горящее дерево, на котором мы сидели. Пожар распространялся быстро, загорелась и ближайшая растительность. Повелитель Пламени чувствовал себя как рыба в воде, это только прибавило ему сил, а я недоумевала, как целая река исчезла, стоило ему лишь пальцами щёлкнуть, если он не выносит воду?

- Как?! Где вода?! – шокировалась я.

- Вода не одолеет пламя, пока на мне обручальное колечко твоей подруги, - любезно пояснил Владимир, - Оно нашло, что вытянуть из неё, даже когда она лежала при смерти, и я очень рад этому.

Честно, я была готова спрыгнуть вниз и дать ему по физиономии, если бы не Борькин вскрик:

- Мы падаем!!!

Действительно, раздался характерный хруст, ствол дерева прогорел насквозь и сломался, при этом продолжая гореть. Мы завопили, а потом раздался отчаянный рёв. Стало страшно.

Даша всё слышала и бросилась на помощь, но оказалась под огненным куполом, который постепенно уменьшался. Обожглась.

- А вот теперь поговорим с тобой по-взрослому, моя дорогая, - в руках у мага возникла хлёсткая огненная плеть. Даша прикрылась куполом из воды, - Что ж, посмотрим, насколько тебе хватит кислорода.

Даша обречённо оглянулась на нас и продолжила бой, а я оглядела остальных:

- Все живы?

- Никита… - Нина с ужасом смотрела на своего брата. Пушинка тоже была шокирована. Маг неподвижно лежал навзничь у них под ногами, придавленный в области живота к земле. А пламя было совсем близко.

Когда Борька и Тарас приподняли ветку, я помогла выпускнице вытащить оттуда пострадавшего. Прислушалась к его сердцебиению.

- Живой. Он без сознания.

Вздохнув с облегчением, Нина шустро подхватила своего брата, перевесила его руку мне через плечо, насильно положила мои руки ему на пояс и запястье и подтолкнула:

- Забери его отсюда! Бегите… вы бегите, а мы останемся Даше помогать.

- А не лучше ли… - я скользнула удивлённым взглядом по Тарасу: он-то посильнее будет.

- Пожалуйста… Только ты сможешь преодолеть этот огонь. Я верю в твои силы. И ты верь. Ни о чём не беспокойся… Все остальные вперёд! За мной!

Вокруг горел огонь, было не продохнуть. Часто оглядываясь, я передвигалась со скоростью улитки – на плече тяжёлой гирей висел Никита. Поглядываю на него и понимаю, что если он задохнётся, это будет полностью моя вина – я не только не отблагодарю его за всё хорошее, но и оставлю Нину без родного человека, не говоря уже о том, что подведу её и потеряю последние крупицы уважения.

Ох, как жарко… как душно! Никита хрипит всё громче, а к нашим ногам подбирается огонь. Идти невозможно… Да и некуда… Бросила злой взгляд на своё «волшебное» кольцо, оставшееся без магии. Дурацкая побрякушка, почему ты не действуешь, когда нужно?! Да что ж я за ведьма такая непутёвая?!

- Не могу идти!

Не выдержав такой тяжести, опускаю спутника на землю, а потом, разозлившись на всё, даю волю истерике. Да какой! Собственного рёва испугалась… Но вдруг этот глупый выход оказался единственным правильным! От меня во все стороны резко распространился холодный воздух. Деревья во всей низине погасли так же быстро, как задуваемые свечки на праздничном торте. Палец обожгло нагревшееся кольцо.

Я устало рухнула на колени после такого выброса энергии, но вдруг из пелены дыма навстречу вышли две фигуры. Кого-кого, а их я уж точно не ожидала здесь увидеть. Алексей, баюкающий свою больною руку и… Владимир! Причём последний почему-то имел весьма потрёпанный вид и одет был совсем по-другому. Осторожно, будто имея дело с загнанным в угол зверьком, он тоже опустился на колени, протянул руку к моей голове, видно, намереваясь погладить.

- Это ты пожар потушила? Молодец, умница. Один я бы не справился. Всё позади, не дрожи… Не бойся, это я - Владимир.

Я отползла подальше. По опыту знаю, что эти его мимолётные ласки ведут к большим проблемам. Алексея, вижу, он уже поработил, себя в обиду не дам. Никиту тоже.

- Вижу, что не Прохор. Не прикасайся ко мне, гад!

Повелитель Пламени оторопел от такой грубости, но мне было плевать. Тогда к нам подошёл Алексей:

- Ничего страшного, Маргоша, У меня была такая же реакция. Это настоящий Владимир и подлинный Повелитель Пламени. Он на нашей стороне. Можешь ему довериться.

Я была в шоке. Оглянулась:

- Но… Но кто тогда там?!

- Это Мстислав. Мой брат-близнец, - пояснил Владимир.

Мы оба видели, как ему было стыдно за родственника. Рассеянно поглаживая меня и Никиту по волосам, он поведал, что был самым послушным и добрым из трёх наследников престола, поэтому отец завещал корону именно ему. К тому времени у него уже была любимая и любящая его девушка – очень сильная ведьма, избранная саламандрой и успешно прошедшая огненную пытку. Но в преддверии свадьбы Мстислав подговорил их сводную сестру Ирину, и они вместе напали на него. Он оказался в темнице, несколько раз тщетно пытался сбежать, и всякий раз получал от брата позорное клеймо, а потом тот и вовсе присвоил все его умения. От него Владимир узнал, что его девушку постигла та же участь прямо на свадьбе с мнимым женихом. Себе Мстислав хотел найти другую невесту и, судя по слухам, погубил много молодых ведьм, забрав их жизненные силы вместе с магией.

Чем дольше он гладил меня, тем лучше становилось. Силы стремительно возвращались и ко мне и, видимо, к Никите. Он пришёл в себя и открыл глаза. Только вот встать не смог, пожаловался на сильную боль в спине. Это было не удивительно: после такого-то тяжёлого удара! Определённо, никто не собирался отправлять его в бой. Оставлять без присмотра – тоже.

- Наверное, я останусь, - решил Алексей, с досадой взглянув на гипс, - Какой из меня теперь боец? А вы идите.

- Нет, это я должна остаться с ним, - возражаю я, - Ведьма из меня с самого начала была никудышная. Сил не хватит, умений мало, что мне там делать?..

Алексей растерялся, но Никита взял меня за руку, повернул на пальце кольцо, и секунду спустя надо мной было далёкое голубое небо с пушистыми облаками. Мы оказались среди высокой травы, и я узнала тот самый придуманный мирок. Никита продолжал держать меня за руку, а потом, развернувшись ко мне, сказал очень строго:

- Ты не никудышная, а неуверенная в себе ведьма. Разве можно так о себе отзываться?! Твои силы сформировались окончательно, не хватает только смелости.

Сформировались окончательно?! Они исчезают на целый день, не срабатывают вовремя и моё кольцо меня не раз подводило! Это он называет «сформировались окончательно»?! Я отвернулась, пряча слёзы досады. Откуда ей взяться, смелости этой, если мне доверяют меньше чем Тарасу? Иначе почему остался бороться он, обычный парень, а не я, такая «сильная» ведьма?!

- Слезами делу не поможешь, к сожалению, - тихо вздохнул Никита, и развернул меня к себе. Обнял, - Ничего не бойся, поняла? Если ты захочешь, то всё получится. В волшебном мире многое зависит от веры в себя. Думаешь, Дарья в тебя не верит? Или я?

- Нина велела быть с тобой, - отвечаю с горечью, - Она думает, Тарас сражается лучше, чем я, а ведь он даже не колдун…

- Всё не так! Нина хочет, чтобы со мной осталась та, кому она больше всех доверяет. Та, кто защитит её брата! Только она забывает, что я не люблю отсиживаться в стороне…- ещё одна неудачная попытка встать, - Но вынужден.

Никита полез за пазуху и вложил мне в руку вырезанную из дерева фигурку птицы, кажется, орла. Насильно сжал пальцы.

- Вот мой тайный оберег бесстрашия. Пусть теперь тебя бережёт, хозяйка ветра. Пригодится.

Я мямлила, что не могу принять подарок, который так дорог самому владельцу. Попыталась вернуть фигурку, и вдруг застыла: Никитины губы коснулись моей щеки.

- Сделай это за нас обоих. Помоги моей сестре и от моего имени.

Наше с Владимиром появление было воспринято всеми по-разному. Бедный Тарас решил, что у него двоится в глазах, Нина тут же набросилась на меня с вопросами о брате, но была очень рада новости о том, что и он, и Алексей живы. А вот псевдо-Владимир или, точнее, Мстислав и Ирина появлению родственника не обрадовались.

- Ну, здравствуй, братишка, - злая ухмылка перекосила лицо Повелителя Пламени.

Растерялась и Даша. Испуганно вытаращив глаза, она чуть отошла, и правильно сделала: вокруг летали искры и огненные вспышки. Близнецы сцепились не на жизнь, а на смерть. К ним было не подойти.

Пока они разбирались между собой, мы с подругой держали в отдалении Ирину, чтобы она не помогала Мстиславу. Тогда она превратилась в уродливую крысу с какими-то непонятными наростами на позвоночнике и стала бешено вырываться из пузыря, в который была посажена. Заметив нашу борьбу, подключилась Нина, пустившая в ход какие-то другие, усовершенствованные заклинания. Произносила их она очень тихо, а эффект был поразителен. Крыса оказалась в узком круге, который не могла перешагнуть, а потом из этого круга вырвалось яркое свечение. Мы зажмурились, а когда открыли глаза, не было ни круга, ни крысы. Лежала только, тяжело дыша, вконец измученная девушка. Выдохлась.

Как раз в это время Мстислав повалил брата на землю и прижал ногой:

- Ну что, правитель недоделанный, где твоя корона? Поклонись мне.

Владимир стал потихоньку поворачиваться на живот, чтобы подняться, но брат-близнец наступил ему на плечо:

- Я ещё никого не отпускал. Поклонись! И мотай на ус: своей гуманностью и справедливостью ты ничего не добьёшься. Взгляды нашего отца давно устарели, он совершил большую ошибку, сажая на престол такого тюфяка, как ты.

Владимир с трудом повернул голову и посмотрел на нас. Печально вздохнул:

- Я ошибся… он сильнее, чем кажется. Убегайте! Бегите прочь!..

Но тут во все стороны брызнул целый сноп искр, заставивший всех упасть на землю, прикрывая головы руками. Встать уже не получилось. Что-то будто давило на спину. На ногах осталась одна Даша, защитившаяся от искр барьером из воды. Правда, её вскоре тоже стало пригибать к земле.

- Особое приглашение нужно? – разошёлся Мстислав, - Ну-ка быстро пали ниц, а не то сожгу.

- Нет! – очень требовательно и твёрдо ответил чей-то голос.

Мстислав отвлёкся, и мы приподняли головы. К близнецам бежала Зоя. Даже она пришла в замешательство, увидев братьев вместе: чумазые, потрёпанные, взлохмаченные и одетые в опалённую одежду, они в свою очередь рассеянно смотрели на неё. Оба приветливо улыбались, как будто ничего и не случилось.

- Пришла, дорогая моя? – спросил Мстислав, - Не думал, что у тебя хватит духу вернуться после того, как ты меня предала. Я беру слова обратно, свадьбы не будет. Разберусь с тобой позже, в темнице, а пока…

Он разжёг пламя вокруг неё, только оно почти сразу потухло. Зоя сопротивлялась несостоявшемуся жениху лучше Даши, причём, не прибегая к помощи каких-то особо сложных заклинаний. Внимательно наблюдая за ней, я почувствовала, что смогу так же.

Видно, Зоя тоже почувствовала во мне родственную душу, потому что подошла и протянула руку. Потом она точно так же «забрала» Дашу, и мы втроём рука об руку подошли к близнецам. Встали в круг.

- Столько беспокойства… И столько мучений… Надо же, сколько нужно сил, чтобы искоренить паршивую овцу из стада…

Я удивлённо оглянулась: даже не верится, что это та самая девушка, которая недавно была по уши влюблена в Повелителя Пламени и сообщила лично мне, что готова ради него на всё. Что с ней стало?! Сейчас же нас с Дашей держала за руки совсем другая Зоя. Она мыслила здраво и серьёзно. Её лицо покраснело от усердия, а когда она прикрыла глаза, из них выкатилась слезинка. Только одна – Зоя не позволяла себе раскисать.

- Прощай, Мстислав. Ты сам себя выдал. Довольно жертв, а ведь я почти попалась...

Помогая друг другу, мы старались накопить достаточное количество энергии, чтобы пробить огненный цилиндр, в который малодушно спрятался Мстислав. Вернее, копили Даша и Зоя, а я, кажется, была лишней. Кольцо снова подводило… Как я ни старалась, ничего не выходило. Удивительно, что меня ещё не попросили отсюда. Мстислав первым заметил моё бездействие и ехидно улыбался. Девочки тоже начали вопросительно поглядывать на меня. Было очень стыдно, только вот что я поделаю?

Зажмурившись от усердия, вдруг ощущаю в руках пустоту, с досадой понимаю, что меня исключили, как мешающее звено, но вдруг… вижу слева рыжую белку, а ещё левее – едва различимую ящерку. Обе показывали куда-то вверх. Туда же смотрели все, кто пал ниц, но пока что ещё мог слабо сопротивляться. Над моей головой висела огромная голубоватая сфера, похожая на воздушный шар, в который налили воду. Я потрогала его – внутри было влажно и холодно.

- Поняла!

Неожиданно ко мне пришла уверенность, что это такое и чего от меня хотят. И я это сделаю! Память также услужливо восстановила Никитин поцелуй, причём во всех подробностях. Это приятное воспоминание заставило мою уверенность взлететь до небес, а вместе с ней взлетела и я сама! В буквальном смысле. Теперь все смотрели на меня.

- Отлично, Марго! Сизая орлица нам не помешает… - восхищённо подбодрила Даша.

Я оглядела себя: и впрямь орлица! Крылья, когтистые лапы, идеальное зрение… Вместо восхищённого возгласа из меня вырвался клёкот.

Увидев, что я снижаюсь в его сторону, Мстислав заслонился огненным щитом, но трогать этого самозванца я не собиралась. По крайней мере, пока. Птичьи лапы толкнули в его сторону сферу. Раздалось очень громкое шипение, и мы увидели Мстислава. Он промок и был зол, как собака, пытаясь высушить потрёпанный сюртук. Тут Владимир и подмял его под себя.

- Не надо, - невеста мягко взяла его за плечо и оттащила его в сторону, - Милый, он того не стоит.

- Ты ведь сразу узнала, кто есть кто, не так ли? – с подозрением спросил он.

- Конечно. Сначала не разобралась, но когда увидела твои сияющие глаза… Этот негодяй никогда не смотрел на меня так. О, ты не представляешь, как я рада тебя видеть, мой суженый.

Взяв её за руку, Владимир вдруг спросил, куда подевалось обручальное колечко, что он ей подарил, как вдруг:

- Это? – его брат-близнец, успевший подняться, демонстрировал колечко, которое вроде как недавно носила и Даша… Боюсь представить, сколько у него было владелиц ещё до неё.

Соваться к нему за кольцом никто не решился. По крайней мере, с земли, а я-то с воздуха наблюдала… Только промахнулась – Мстислав вовремя перехватил его в другую руку. Налетев на него снова, я стала драть когтями его волосы и воротник. Ох, как хотелось выцарапать эти бесстыжие глаза и поругаться! Как хотелось высказать ему всё, что я думаю, да только вместо слов раздавался клёкот.

- Глупая птаха! – пытаясь оторвать меня от себя, самозванец давно выронил кольцо. За ним тотчас наклонился его брат.

Мстислав был в ярости. Каждое его прикосновение обжигало меня. Стоял запах палёных перьев. Моих перьев… Наконец, он отшвырнул меня в сторону. Я смутно понимала, что лежу на земле в опалённом платье. На коже появились ожоги.

Ко мне, попутно принимая человеческий облик, подбежала Даша. Первое же её прикосновение при попытке развернуть меня к себе отозвалось сильным жжением. Вскрикнув, попросила её не трогать меня. И мы вместе наблюдали за Владимиром.

Надев кольцо, он повернул его на пальце против часовой стрелки, и вдруг я почувствовала себя лучше. Ко мне вернулись силы, отобранные когда-то его братом через поцелуй руки. Стало легче, по-видимому, не только мне, но и Зое, и Даше. Обе стали увереннее. Потом Владимир надел кольцо на палец невесте.

- Повелитель Пламени, ваше сиятельство, - окликнул его Борька. В волосатых руках с коротковатыми гнутыми пальцами и смахивающими на когти ногтями он сжимал корону, которая давно упала с головы Мстислава, - Она ваша по праву.

Поблагодарив, законный наследник надел её. На брата он смотрел совсем другим, презрительным взглядом, а потом заговорил непривычно по-деловому:

- Мстислав Игоревич Воинственный! Ты предал меня, и я обойдусь с тобой так, как наш отец обходился с предателями. Я приговариваю тебя к казни.

Почему-то, произнося эти слова, он нервничал больше, чем сам обвиняемый. Тот лишь ехидно улыбался, почти не обращая внимания на открывшийся портал, из которого вышел целый полк рыцарей с огненными перьями на шлемах.

Земля под ними подрагивала, и лёжа на ней, я прекрасно это ощущала. Усталость, боль и жжение давали о себе знать, Мне было как-то не особо важно, что ждёт этого мерзавца, а принимать участие ещё и в казни не было никакого желания. Прикрыв глаза, я погрузилась в долгий и тяжёлый сон без сновидений.

Разбудило меня слабое, но противное пощипывание на лице и шее. Открыв глаза, увидела, что лежу на больничной койке. Рядом была Даша. Одетая в простенькую тунику и бриджи, она вновь стала такой, какой я её привыкла видеть ещё до похищения, но её занятие меня удивило – она надевала свой перстень мне на палец.

- Зачем ты это делаешь?

Подруга обняла меня и сказала, что они с Тарасом собираются вернуться назад в Петербург.

- А где же наш Тарас? – спросила я.

- Здесь, - он остановился с другой стороны от меня, - Это была фантастика, Марго! Орлица просто чудо… Из тебя получилась отличная ведьма.

- Но как… Что я пропустила?

Друзья наперебой стали рассказывать, что было дальше. Оказалось, Зоя убедила Владимира смягчить наказание брата. В результате Мстислава и помогавшую ему Ирину просто выгнали. Так что о троне им остаётся лишь мечтать. Насчёт Повелителя Пламени и его невесты можно не сомневаться – они будут жить долго и очень счастливо.

Алексей и Нина уже получили первую помощь, сейчас они отдыхают каждый в своей комнате. Меня отпустили на другой день, я даже проводила друзей к выходу – им не терпелось как можно скорее покинуть Колдульон. Без слёз не обошлось, мы с Дашей всплакнули. Тарас тоже загрустил, а позже я заметила, как он что-то смахивает с глаз.

- Тарас, ты плачешь?

- И не думаю! Что за ерунда такая? Пф… Плачу! Вот ещё..! Но, если серьёзно, Марго, я буду скучать. Прилетай к нам на своём венике, что ли…

На том мы и распрощались.

Я махала рукой, а потом просто стояла в вестибюле и смотрела вдаль, туда, где исчезли Даша и Тарас. Уходили они быстро, торопливо: без кольца остатки магии моя подруга теряла очень быстро, а им нужно было пересечь Колдульон… Хорошо, что сейчас день.

Вот и всё. Снова стало безумно грустно.

- Все должны быть на своих местах, Марго. Твоё место здесь, - сзади меня остановился Никита, - Были случаи, когда даже избранной ведьме сила не принесла ни пользы, ни радости. Дарье будет лучше без неё. Ты, конечно, тоже можешь отказаться от магии и покинуть Колдульон, сдав перстень старейшинам, если хочешь. Тебя никто не осудит…

В его голосе засквозили опасение и тоска, а я задумчиво покручивала тяжёленькое кольцо на пальце: с одной стороны домой хочется и мне, но с другой… Я ведь только-только привыкла к тому, что стала ведьмой. Вроде бы ощутимые сдвиги появились, нужно учиться дальше. Да и жизнь в Петербурге теперь будет казаться скучной.

- В первую очередь, я должна благодарить тебя, - повернулась я к нему, - Если бы не твой деревянный орёл, то ничего бы не вышло. Ты заставил меня поверить в себя.

Никита улыбнулся:

- Вот теперь я вижу перед собой настоящую ведьму. Уверенную в себе и своём будущем. Марго, для меня честь быть рядом.

- Рядом? То… то есть помогать там, гордиться, что мы друзья, или…

Никита порозовел и рассеянно кивнул:

- Наверное, всё-таки «или»… - сказал он, и его губы нашли мои.

Я даже сначала не поняла, что произошло. В один момент стало легко и приятно, меня охватила эйфория, Взбудораженная, встаю на цыпочки, осторожно обхватываю ладонями его голову

В вестибюле больше никого не было, а мы стояли в самом его центре, не в силах оторваться друг от друга, не думая ни о чём… Хотя нет, очень скоро я вспомнила о своих питомцах и, отстранившись, порывисто убрала руки. Спросила, где Борька и Пушинка.

- Не знаю, - честно признался Никита, торопливо соображая, когда в последний раз их видел.

- А я знаю, - усмехнулась Нина.

Мы даже не видели, как она появилась со стороны лестницы. Как всегда неотразимая в одном из своих нарядов, она всё ещё немножко прихрамывала. Шутливо взлохматила волосы подбежавшему на помощь брату:

- Хулиганы… Как не стыдно?

Эти слова были сказаны строгим «учительским» тоном, но мы оба видели её счастливую улыбку. Я тоже подбежала и радостно обняла её. Справилась о здоровье.

- Уже лучше, спасибо, - отозвалась она, - Борька, Пушинка и их малыши в безопасности, не беспокойся. Пока нас не было, я отдавала их своей хорошей подруге, а сейчас они у меня живут. Верну их тебе сегодня же, но сначала давай зайдём к Алексею. Один он у нас в медпункте остался со своим гипсом.

Мне стало немного неловко: только что оттуда вышла, а своего наставника даже не навестила… А вот когда я попала в медпункт впервые, он ко мне приходил… Но ведь я не знала, что он там лежит!

Нина уже поняла, о чём я думаю, и ободряюще толкнула в плечо:

- Эй, что за лицо такое? Не надо огорчаться, ты же не знала. К тому же, тебя бы к нему не пустили – он спал. Окреп только сегодня. Я и сама иду его навещать, составишь компанию?

- Конечно!

И мы отправились к нашему приболевшему другу.