Сутяжница

Глава 1

Светланапоставила на праздничный стол пустой бо-кал. Выпитоебелое вино немногосняло горечь пораже-ния. Дочь, интересы которой она представляла в суде, видя ее настроение, сказала: «Надо уметь проигрывать». Светлана ничего не ответила ей.

Она откинулась на спинку стула.В голове прокручи-вались мысли, в чем была ее, представляющей интересы дочери в суде, ошибка.Почему суд отказалим в закон-ных требованиях. Судья постоянно переносила судеб-ные заседания, искусственно затягивая рассмотрение дела с формулировкой истребования каких-то доказа-тельств или по иным причинам,о чем регулярно дела-лись отметкив карточке, на сайте суда. На уговоры судьи снять главноеисковое требование к строительной фир-ме о признании недействительной перепродажи кровли над нежилым помещением, принадлежащим ее дочери на правах частной собственности, оставив только требова-ние о ремонте кровли,Светлана ответила отказом.

Вскоре и нанятыйюрист, получивший хороший гоно-рар, стал вторитьсудье, переметнувшись на сторону от-ветчиков, в связи с чем Светлана решила отказаться и от его услуг. Она встала из-за стола и прошла в холл с ка-мином. Села в кресло, стоящее около наряженной елки

с переливающейся разноцветными огоньками гирлянды. Старые, потускневшие, но милые елочные игрушки, со-хранившиеся еще с советских времен, грели душу. Слов-но успокаивали Светлану.

В ушах звучало:«Встать, суд идет». Ее коробило, при-водило в состояние шока ощущение несправедливости, какой-то грязи, мошенничества со стороны судьи. Ис-пользование судьей искового заявления ее дочери для возбужденияпроизводства по гражданскому делу. Она поняла:ее с дочерью суд превратил в марионеток, кото-рые беспрекословно должны подчиняться суду, у которо-го для муштры человекаесть судебные приставы.

Как-то в одном из судебных заседаний Светлана по-просиласудью сделать перерыв. Выйдя с дочерью из зала, она оставила диктофон, забыв выключить его. Дома, про-слушивая запись, она услышала, радостный голос судьи:

«Какой шанс, какой шанс мне подарила судьба!» — и да-лее переговорыс ответчиками об исходе дела в их пользу. Светлана обратилась к исполняющей обязанности пред-седателя суда Ирине Витальевне с жалобой на судью, дав ей прослушать запись. На ее просьбу отдать ей пленку сзаписью Светлана отказалаей, запальчиво заявив,что она обратится в компетентные инстанции с просьбой об освобождении судьиот занимаемой должности. Фраза, однажды брошенная судьей в сторону ответчиков: «Ни-когда не знаешь,с чем придет истец»,— подсказала Свет-лане, что состязается она с судьей, у которой есть свои внутренние убеждения, а не с ответчиками. Ответчи-ки были такими же марионетками, как и они с дочерью, только в качествеподтанцовщиков судье, в проводимых судебных заседаниях.

Как-то после одного из заседаний Светланаспроси-ла у представителя ответчиков: «Вы что, судье взятку дали? На что та ответила:«Ну не будем же мы ссориться с судьей». Светлана гнала прочь все воспоминания о дли-тельных,изнуряющих судебных тяжбах, в конце концов они с дочерью недавно вернулись из филармонии, где послушали роскошный новогодний концерт. «Все хо-рошо,— пыталась успокоить она себя.— У меня естьеще возможность подать кассационную жалобу после полу-чения мотивированного решения суда и ознакомления с протоколомсудебного заседания, за точность которого несет ответственность судья».Но характер Светланы, не терпящий несправедливости, не позволял ей угомонить-ся, и она снова и снова возвращалась к воспоминаниям о проигрыше в суде.

Стрелки напольных часов, приближались к двенадца-ти часам ночи.

Светланавернулась к праздничному столу. Она поня-ла игру, затеяннуюсудьями Приозерного районного суда. Не зря судейка целый год волокитиларассмотрение дела. Это им с дочерью подарок к новому году как назиданиеза упрямство. Кроме того, с дочери были взысканыв поль-зу ответчиковвыплаты за оказание юридических услуг по подложным финансовым документам. Судебная система в лице судьи, рассматривающей иск дочери, доказала ей, что в суды за законностью лучше не обращаться, вообще, неровен час, можноостаться без всегоимущества. «Ка-кими же изощренными методами владеет судейка, чтобы приниматьтакое решение»,— подумала Светлана. А ка-кой роскошный новогодний подарок — принятое решение судейкой строительной фирме, перепродавшей кровлю,

не только над нежилымпомещением ее дочери, но и кров-лю всего дома, принадлежащую всем дольщикам строи-тельствадома. Если в вышестоящей инстанции не удастся опротестовать решение,то никто из них не сможет подать в суд на перепродавцов общедолевого имущества.

Бой часов оповестил, что старый год уходит в про-шлую жизнь. Продолжать борьбу с судами Светлане придется в новомгоду. С дочерьюони подняли бокалы с шампанским. Проводили уходящий год, а после высту-пления президента страны, пожелавшего своему народу счастья под бой часов кремлевской башни, встретили но-вый год. В доме раздалсяпервый в новом году телефон-ный звонок.

Валечка, сволочь, наверно, звонит со своими не-нужными поздравлениями,— направляясь к телефону, сказала Светлана дочери.«Хорошо, что нежилое помещение я оформила на дочь. При нашем законодательстве надо ухо держать вос-тро. Женщина будет вкалывать, а муж бездельничать, жить в свое удовольствие. С друзьями в гараже водку пить. А при разводе имуществос мужем делить поров-ну»,— размышлялаСветлана, пока подходила к телефону, и не торопилась снимать трубку. С Валентином, вторым мужем, Светлана уже несколько лет жила врозь, убе-жав от его бесконечных пьянок, оскорблений, истерич-ных криков «убирайся из моей квартиры!». Он, вымещая на ней свою пьяную и небезопасную злобу, предприни-мал попыткирукоприкладства. Она простобоялась его невменяемости, когдаон был пьян. «Хорошо,— думала она,— если он сразуубьет, а если сделает меня инвали-дом, кому я нужна буду?»

Спасибо,— ответила Светлана мужу, поздравив-шему ее и ее дочь от первого брака с новым годом.—Мы тебя тоже поздравляем,— ответила коротко ему Светла-на,— как-нибудь заеду к тебе. За продуктами в магазин еще можешь сам ходить?Потихонечку хожу,— ответил он ей.Меньше пить надо. И мог подлечитьсвои боляч-ки,— посоветовала ему Светлана.— Ну, если тебя все устраивает, живи как знаешь. Пока,— попрощавшись с ним, она повесила трубку.Новогодняяночь не очень радовала Светлану, она по-желала дочери спокойной ночи. Поднялась по лестнице на мансардный этаж своего дома, в спальню.«Как же хо-рошо,— подумала она,— что Валентин своим отношением меня выжилиз квартиры». Когда-томама, которая лю-била больше младшего братишку от второго брака, чем ее, Светлану, вынудила пятнадцатилетнюю дочь пойти насвои хлеба, чтобы она материально обеспечивала себя.

«Спасибо им,— подумала Светлана,— они научили меня ни от кого не зависеть. И надеяться только на себя. Те-перь у меня свой дом, где мне и стены помогают. Свой участок земли с садом. Своя жизнь. Впрочем, даже живя с мужем, я всегда была независима от него, делала то, что считала нужным и интересным».

А когда большую часть населения правящая элита страны выбросила с борта корабляпод названием «Со-ветский Союз», расчленив страну, развалив экономи-ческие и производственные связи, Светлана открыла свою фирму.Тем более что все новоевсегда захватыва-ло и интересовало ее. Хотя поначалу было трудно одной справляться с навалившимися обязанностями. На мужа

надеждыне было, кооперироваться в работе с кем-либо, принимая в соучредители, ей было не нужно.

«Надо принять душ и поскорее лечь спать. Утро ве-чера мудренее»,— успокаивала себя Светлана. Природа одарила ее в целом неплохим здоровьем. Хотя в детстве она часто болела и даже помнила один эпизод из сво-ей детскойжизни. Она сидела у окна больничной па-латы,смотрела на заснеженные деревья и кустарники, детей, катающихсяс горки на санках, задорно играющих в снежки. В палату вошла санитарка, увидев ее блестя-щие глаза, спросила:«Тебе завидно?» — «Нет, незавид-но,— ответила она.— Я скоро выздоровею и буду бегать по белому снегу и кататься на саночках с большой гор-ки».— «То-то,— пробурчала санитарка.— А врачи сказали твоей матери, что твоему организму не справиться с тя-желым тифознымзаболеванием, ты пять дней без памя-ти пролежала с высокой температурой, в бреду и только размахивала своими тоненькимиручонками, словно зва-ла кого-то на помощь.Врачи-то все перешептываются и не могут понять,как тебе удалосьизбавиться от тифа, поди, ангел-хранитель тебя опекает»,— добавила сани-тарка, скрываясь за дверью с детскими горшками в руке. Выйдя из душа, сбросив с себя халатик, едва коснув-шись головой подушки в белоснежной наволочке с рюш-

ами, Светлана заснула.

Утром, посмотревв окно, она увидела серое небо, ко-е-где мерцавшее синевой. «А за этой синевой должно по-явиться солнце»,— подумала Светлана.

Новогодние каникулы с вкраплением в них рожде-ственских праздников тянулись для Светланы бесконеч-но долго…

Председатель Приозерного районного суда Галина, симпатичная блондинка, ответила по телефону предста-вителю строительной фирмы: «Нас будет трое. Столик сизысканным меню закажитена четверых, с учетом ва-шего представителя. Записываю адрес ресторана и время встречи.Сумма вашего долга,— парировала Галина,— как и договорились. Никаких косяков в сторону уменьше-ния. Мы же не знали изначально, что вы нас некорректно развели, сказав, чтоперепродали небольшой козырек над помещением истицы, а оказалось, вы перепродали всю кровлю дома дольщиков. Мы помогли вам, переквалифи-цировали кровлю в террасу».— «За оказание вам юриди-ческой помощи судом и сокрытие вашего мошенничества надо рассчитываться сполна».— «Вот об этом, не волнуй-тесь,— твердо ответилаГалина собеседнику.— Все ваши опасения напрасны. Истице не удастся опротестовать наше решение. Мы ее подставили, доказательства „утопи-ли“, как это водитсяв нашей судебной практике. Выше-стоящая инстанция,как правило, на все закрывает глаза. Там судьи из единой судебной системы.Тем более в го-родскомсуде у насестьсвои люди… Согласна,— продол-жала переговоры Галина,— представитель истицы умная, но, когда ознакомится с материалами дела после празд-ников, придя за получениемоформленного решения, по-смотрим,как она будет действовать, совершенно не зная законов и их правоприменение. Схемы, которыми мы пользуемся для разводов неугодных нам клиентов, отра-ботаны судебной системой хорошо. Шансов выйти из на-ших капканов практически нет. Законы не для нас, и вы этознаете. Мы, судьи,только вправе, но не обязанывы-полнять их. Как решим, на свое усмотрение, подчиняясь

своему внутреннему убеждению, так оно и будет»,— ска-зала Галина.

Метрдотельзагородного ресторана, встретив женщин, с дежурной улыбкойпроводил их в оформленное в стиле тридцатых годов прошлого века уединенное помещение. Официантв длинном холщовом фартуке, приспущенном ниже талии, предложил женщинам ознакомиться с меню, заказанным для них.

— Девочки, ознакомьтесь,— обратилась она к сво-им спутницам,— по-моему, лучшего столанельзя даже представить себе, чувствуется рука мастера. Теперь ждем к столу представителя строительной компании, который должен передатьнам крупную денежную сумму,— поер-зав на стуле, сказалаГалина своим спутницам.

Ирина, ее заместитель, и Наталья, судья, негласный кассир суда, с настороженностью ожидали курьера от строительной фирмы.

НатальяКарпуха, наряду с обязанностями судьи, дер-жала на контролевсе взяткоемкие иски и собирала в об-щак все денежные вознаграждения судей, получаемые ими за заказные, хорошо оплаченные решения суда. Ци-ничная, с жестким характером, умеющая держать язык за зубами, она устраивала Галину.

Наталья знала все, что происходит в суде, знала сла-бые сторонысвоих сослуживцев, держалавсех в страхе, подчиняя их себе, и манипулировала своими коллегами, которые, будучи зачастую безграмотными в юриспруден-ции, обращались к ней за консультацией. Она сделала почти всех судей зависимыми от нее.

Галина все отдала на откуп Наталье, которая счита-ла себя министром анархии, завела свои порядки в суде,

дающие возможность никому ни за что не нести ответ-ственности, обучив всех, включаясекретарей и помощ-ников судей, выкручиваться из любой ситуации.

Кто будет от строительной компании? — полюбо-пытствовала с ядовитойухмылочкой Ирина.Посредник, зовут Эдуардом.Такого пока не знаем. Интересно, что за тип? — на-сторожившись, включилась в беседу Наталья.Вот и познакомимся за дружескимстолом,— успо-коила ее Галина.— Тебе придется взять у него саквояж и пересчитать всю валюту. Официантов попросим не вхо-дить в наш гостевой зал, пока будем подсчитывать плоды нашего судопроизводства,— веселосказала Галина.Это мое, люблю ощущать купюры в своих руках,—ответила Наталья.Юркие официанты блестяще справились со сво-ими обязанностями. В мгновение стол был уставлен большими белыми тарелками продолговатой формыс изысканными салатами,разнообразными соленьями, копченостями и другими пикантными угощениями. Гра-фины с компотом из вишни и малины, сваренным ресто-раннымиповарами, дополняли праздничный стол.

Лучшимисортами вин официанты наполнили бокалы из тонкого стекла для высокопоставленной элитной ком-пании.

Мы теперь — вся власть в стране. Государство в го-сударстве,— подняв бокал белого вина, весело произнес-ла Галина.— Выпьем за то, чтобы у нас все было и нам за это ничего не было!Деньги и их количество — это самое главное вжиз-ни,— чокаясь бокалами, глухо произнесла Наталья.Вот и Эдуард,— представила Галина молодого че-ловека, этакого денди с кожаным саквояжем в руке.Присоединяйтесь к нам,— указав на свободный стул, предложилаему Ирина со свойственной ей откро-венностью и ехидностью рассматривая гостя.Наталья, избавь молодого человека от саквояжа,—попросила Галина.— У вас будут к нам вопросы процес-суального характера? — спросила она севшего за стол Эдуарда.Я бы хотел получить от вас проект решения как га-рантию за денежноевознаграждение.Пожалуйста,— протянула она ему оформленное ре-шение.— С вашим юристомтекст согласован.Лады,— взяв в руки решение, сложив его пополам и утопив во внутреннем кармане пиджака, засмеялся Эдуард.— Каковы перспективыего обжалованияистицей в кассационной инстанции? — поинтересовался предста-витель ответчиков.Никаких, она даже не сунется туда. Мы все меры для этого предприняли,— ответила Галина.— Хотя,— на-чала замедленнопроизносить она,— отпредставителя ис-тицы можно ожидатьвсего.Наталья, насупившись, добавила:

Вам придетсяоплачивать все ее возможные обра-щения в вышестоящие инстанции.Пардон, но мы так не договаривались,— парировал Эдуард.Ну, мы же с вашим юристом потрудились, рассмо-трев возможныепрепоны для того, чтобы обрубитьвсе дорожки истице, вернее ее представителю, для обжалова-ния нашегорешения,— вставила свое слово Ирина.Ваша фирма юристов-дураков не держит,— Эду-ард,пристально посмотрев на нее, поднял бокал.— За успех! — предложил он тост.Все, кроме Натальи, подняли бокалы.

А ты что не с нами? — спросила ее Галина.Я воздержусь,— ответила Наталья, посматривая на кожаный саквояж,стоявший рядом.Тебе, наверное, не терпится подержать в руках бу-мажные купюры,— с улыбочкой процедила Ирина.Водительтакси вез женщин из загородного ресторана, стараясь придерживаться наезженной колеи заснежен-ной дороги.Пассажирки, сидевшие на заднем сиденье, о чем-то перешептывались. Изредкаслышался их смех. Только Наталья с саквояжем, сидевшая рядом с водите-лем на переднемсиденье, была мрачна и молчалива. Во-дитель не заметилзаснеженной кочки на дороге, машину немного тряхнуло, что стало поводом для Галины сде-лать ему предупреждение: «Осторожнее, власть везете! Следующийдом, ко второйпарадной»,— приказным то-ном сказала Галина, когда машина ехала по одной из цен-тральных улиц города.

Женщины вошли в парадный вход дома, построен-ного в стиле северный модерн. Прошли мимо старин-ного камина,облицованного мрамором серого цвета. По широкой лестницес пологими ступенями поднялись на второй этаж. Галина нажала на кнопку звонка, дверь им открыламиловидная домработница.

Дуся,— обратилась Галина к ней,— ты можешь быть свободной.Дуся, кивнув головой, начала торопливо собираться домой.

До завтра,— сказала она на прощание своей хозяй-ке, быстро выскользнув за дверь квартиры.Наталья, проходи на кухню, еще раз пересчитай бабло и разложи по конвертам.Кому и сколько, мы с то-бой обговорили.Устроившись в мягких креслах,сослуживицы разго-ворились.

Скоро заканчивается срок моих председатель-ских полномочий. Уйду в отставку, на пенсии отдох-ну, покатаюсь по миру. Может, мужа заграничного себе найду, а то в России мужиков мало осталось,— сказала Галина.В дверяхгостиной появилась Наталья,протянув сак-вояж Галине.

Ну, вот и ладно, девочки. Можно расходиться. Все свои дивиденды получат сразу,как только эта сутяжни-ца, мамочка истицы, ознакомится с оформленным реше-нием суда.Как тебе квартирка?— выйдя на главную маги-страль города, спросилаИрина у Натальи.Антиквариат, а не квартира. Одни потолки с леп-ниной и камин из изразцовой розовойплитки с рисун-ками флоры и фаунычего стоят. Шелковаядрапировка стен. Трехслойные занавески из лучших жаккардовых материалов. Итальянская мебель, чешские хрустальные люстры. Старинные часы, картины. Даже подлинник ма-лоформатной картины Айвазовского у нашей вельмо-жи есть. Об остальноми говорить нечего. Не жить же ей в квартире, которой нас бесплатно обеспечило государ-ство,— раздраженно сказала Наталья.Что ты имеешь в виду? — заинтересовалась Ирина.То и имею в виду, что за этой квартиркой шлейф смертей тянется.Наталья, ты, как отдел кадров,все и про всех зна-ешь. Галина сама дала мне такую индульгенцию, на-значив меня кассиром. Где деньги, там и все тайны крутятся. Похоже, что она от тебя просто откупилась, давтебе закулисную власть в суде и довериввсе денеж-ные потоки.Не тебе же, своему заместителю, поручать эту мис-сию, во мне она увидела жажду первенства и поняла, что яхороший психолог,— сказалаНаталья.Я надеюсь, что ты не имеешь против меня како-го-либо компромата.Пока нет,— ответила ей Наталья, ухмыльнув-шись.— У меня нет доказательств, что я выдавала тебе вознаграждения из нашей черной кассы. Ты же мне рас-писок не давала.Ошарашенная Ирина замолчала, взяв длительную па-узу. Придя в себя, она отшутилась:

А ты и не просила никаких расписок.Вызвав себе такси, она поспешиларасстаться со своей попутчицей.

Вернувшись домой, Ирина схватила трубку телефона. Нервно нажимаяна кнопки, она сгорала от нетерпения переговорить с Галиной.

Ты знаешь,— задыхаясь, начала она разговорс ней,— мы выпустили опасного для нас джина из бутыл-ки.Допустим, мне,— ответила Галина,— она опасно-сти не несет. Я всего лишь председатель суда и не имею права по законодательству вмешиваться в те судебные

дела, которые рассматривают судьи, и более того, я по законодательству должна отчитываться перед судья-ми о проделанной мною работе по улучшению условий труда судей и наемных работников суда. Судьи сами по себе, а я со своимаппаратом помощников сама по себе. Жалобы на судей поручиларассматривать тебе. Ты хо-рошо включаешьдурку и быстро на все жалобенки на-доедливых заявителей пишешь ответы, что изложенные в вашем обращения факты не подтвердились. Все, что я должна была сделать,это найти надежного и молчали-вого кассираиз состава судей. Наш с тобой выбор пал на Наталью. В ее характере есть черты мужской жестоко-сти, цинизма, женской изворотливости, наглости, бес-принципности, которой могут позавидовать многие. Ей все божьяроса, сколько и кто бы ей ни лил мочи в гла-за. Она может взять власть над любым человеком, на-копав на него компромат. Не накопает, так подкопает, подставив невинного человека, накинув на него ярмо виноватого. Она каким-то образом, словно кобра, гип-нотизирует людей, заставляя их работать на себя. При случае умеет прикинуться несчастной, чем вызывает к себе жалость. Сколько раз по жалобам людей, недо-вольных ее работой, Наталью вызывали на заседания квалификационной коллегии судей. Заявители про-сили о дисциплинарном наказании в виде досрочного прекращения ее судейских полномочий. Она частич-но признавала свои проступки, поэтому отделывалась только предупреждениями.

Послушай, перебила Галину Ирина,— она что-тоимеет против тебя. Когда мы ушли, она заикнулась на-счет приобретения тобой этой роскошной квартиры.

Квартиры? — началаволноваться Галина.— Надо пораскинуть мозгами, что она может знать об этом,— не-вольно проговорившись, ответила она Ирине.— Наталья все знает. У кого какая собственность, какие доходы. С ее большими связямис криминалом,хакерскими способно-стями она может знать любую интересующую ее инфор-мацию. Устроит слежку за каждым человеком.Наталья не однаждызаявляла, что кто владеет информацией, тот владеет миром.«Да, Наталья стала опасной, доведется, она и меня подставит, ни за грош сдаст. Оговорит, мало не покажет-ся,— подумалаИрина, повесив телефонную трубку.—Мне теперь надо крутиться между Галиной и Натальей. Опасаться обеих, но больше Наталью, этого ужа. Галина скоро ускользнет в отставку. А мне еще надо некоторое время тянуть свою лямку, прежде чем и я окажусь на пен-сии. Надо же было мне встретиться с Натальей в купе по-езда, познакомиться с ней. Помочь попасть на должность мирового судьи. Потом перетащитьв наш районный суд. Кого из претендентов на должность председателя наше-го суда поддержит квалификационная комиссия, пока держится в тайне. С кем предстоит сотрудничать после ухода Галины, неизвестно. И какие взаимоотношения у своенравной, привыкшей к власти Натальи сложатся с новым председателем суда,непонятно».

Тетя Нюся, я пришла,— войдя в квартиру, сказала Наталья.Сухонькая престарелая женщина вышла из комнаты.

Вот я и дождалась тебя,— обрадовалась тетка.—Сейчас разогрею жареную картошку с котлетами. Будем ужинать.Я не хочу,— ответила ей Наталья.Ну, как знаешь, а я немножко поем.Пожалуй, я присоединюськ тебе,— передумалаНа-талья, решив посидеть на кухне с тетей.Ну, что у тебя нового на работе?Ничего, все то же. Многие коллеги, заполучив ман-тии, заранее зная исход дела, вообще не работают годами, только делают вид, что занимаются работой.Можно подумать, Наташенька,— отламывая кусо-чек хлеба, сказала тетя,— что ты святая, да я тоже, как все. У нас единообразное отношение к работе. Мы все теперь самозанятые, никому не подчиняемся.Только в отличие от других судейя в новом зако-нодательстве хорошо разбираюсь. Судебные акты пишу стилистически правильно и без грамматических оши-бок. Любое дело могу замотать так, что комар носа не подточит. А ты бы, теть Нюся, знала, сколько мошенни-ков приходят в суд под видом юристов. Честных и гра-мотных защитников днем с огнем не найдешь. Совесть теперь не в моде,— разразилась истерическим смехом Наталья.А как твой бывший друг? — подняв от тарелки гла-за, спросила тетка, сменив тему разговора.У него все сложилось,— ответилаНаталья,— под-нялся по служебнойлестнице, уже подполковник. В Ом-ске живет. Двое детей. Отец хотел выдать меня за него замуж, все говорилмне: «Смотри, Наташка, он перспек-тивный,таких мало мужиков». Переспали мы с ним пару раз. Удовольствия я от него не поимела, тихо разбежа-лись.Небось, подружка твоя тебя приревновала к нему?Да, с ней мне было приятнее общаться, у нас с ней любовь была,— жесткоответила Наталья.Ой, совсем забыла,— встрепенулась тетка,— пись-мо мать тебе прислала, в почтовом ящике неделю проле-жало. Сейчас принесу.Да не торопись, перед сном прочту его,— равно-душно сказала Наталья.Мать-то у тебя, поди, совсем плохо чувствует себя. Молодые мы еще были с ней, когда я заметила за ней ка-кие-то странности. Дружила она с твоим будущим отцом. Он горяч был. Любил ее, и чем холодней она к нему от-носилась,тем больше он за ней приударял. Однажды она пришла ко мне и прошептала на ухо: «Он меня изнаси-ловал и замуж зовет».После чего твоя мать замкнулась в себе. Неделю не разговаривала ни с кем. Словно была в забытье. Потом мы узнали, что у нее была депрессия и она давно болела вялотекущей шизофренией. И за то-бой, Наташенька, я замечаю, что ты неделями можешь со мной не разговаривать, особеннокогда в отпуске.Поэтому и беру отпуск, заранеечувствую начало приступа.Это тебе от матери такое наследство досталось.Лучше бы мне другое наследство от нее досталось.Наташенька, родителей не выбирают. Да и что она тебе может оставить? Живетс отцом, на казенном обе-спечении.Подожди, тетя, звонит телефон. Хорошо, дорогая, завтра подойди ко мне,— ответила Наталья и положила рубку.Что за девица тебе названивает? — спросила тетка у Натальи.Да это та, что снимает у меня квартиру. У нас мно-гие судьи сдают свои предоставленные им государством квартиры.Наташенька, я рада,что ты живешь со мною.Мне одной-то скучно.Теть Нюсь, а у тебя что, никого не было?Ну ты же знаешь, всю жизнь проработала в женском коллективе, судьей, народной избранницей.Какое-то вре-мя похаживал ко мне один знакомый. Он работал юристом в научном институте.Былженат, детей у них небыло. Одна радость — собакас кошкой да фазенда. Да и давно это было, до развалаСоветского Союза. Жена его узнала о наших встречах и грозилась написать жалобу в партком, во вся-ком случае,так он мне сказал об этом. Мне пришлось рас-статься с ним. После него у меня никого не было. Я долго помнила его. Думала, что хоть открыточку когда пришлет с поздравлением или позвонит.Да так и не дождалась. Со временемпережила все свои несбывшиеся надежды. Ушла на пенсию, оказавшись в другой стране зарождающегося капитализма. Весь мой капитал на тот момент был ваучер. И небольшая пенсия. Теперь пенсию хорошо увеличили. Ни в чем не нуждаюсь,еще и скопила приличную сумму. На тебя завещание составила.Теперь все круто изменилось,— взяв кружку с чаем, сказала Наталья.— Вовремя я приехала к тебе. По твоим стопам пошла в судьи, только теперь не на-род судей избирает,а президент назначает претендента на эту должность. Хорошо, что я параллельно с уче-бой работалав коммунальной системе,в юридическом отделе, куда ты меня пристроила. Благодаря знаком-ству в поездес Ириной попалав мировые судьи,потомв Приозерныйрайонный суд. Ладно,— сказала Наталья тетке,— я пойдуотдыхать, еще три дня праздников, по-том на работу.

Письмо-то от матери возьми.Давай,— протянула руку Наталья.Войдя в свою комнату,письмо положила на прикро-ватную тумбочку, легла на кровать, ей вспомнилось, как она ехала к тетке в одном купе с Ириной,возвращавшей-ся со съезда судей, и как в купе к ним подсели два по-путчика. Один из которых,как выяснилось позже, был Александр Ильин, ехавший из того города, где теперь жил ее несостоявшийся жених.

Александрсразу приглянулся Наталье. Высокого ро-ста, рыжеватый, широко улыбающийся, вежливо и как-то по-особому, учтиво он разговаривал с попутчиками. С собой он вез стопку аккуратнообернутых книг, нежно перекладывал ее с места на место, словно подыскивая, где удобнее стопке книг будет лежать.«Как будто с ребенком нянчится»,— подумала тогдаНаталья. Надо же, судьба свела ее тогда не толькос Ириной, но и с Александром Ильиным, который ехал на новое место службы, в город-ской суд, на должностьсудьи кассационной инстанции.

Наталья повернулась на бок и подумала: «А вдруг эта сутяжница, упрямаяСветлана, напишет кассационную жалобу и она попадет на рассмотрение к Ильину? Это не мое дело,— шмыгнув носом, повернувшись на спину, успокоила себя Наталья,— я не рассматривала ее дело и решение по нему не принимала. Рассматривала его Татьянапод руководством Галины и Ирины, пусть они беспокоятся. Им и решать в случае чего. Мое дело — пе-ресчитать и раздать деньги нужным людям».

Светланаподошла к автобусной остановке. Взгляд ее остановился на баннере о горящих турах в Грецию. Устро-ившись на заднем сиденьев салоне автобуса, подсчитала, что до суда, где она должна была получить оформлен-ное решение, ей ехать минут сорок. «Греция…— вспо-минала Светлана о своей поездке в эту дивную страну мифологических героев, первых олимпийских игр, древ-негреческих театров, устроенных в скалах, православных монастырей, теплогоморя с песчаными берегами.— Надо же мне было тогда в туристической поездке познако-миться с симпатичной, маленького росточка женщиной, которая когда-тоработала в Приозерном районном суде народнымзаседателем. Теперь катается по всему миру на деньги, вырученные от продажи квартиры, доставшейся ей после умершейсестры». Сусанна Ефимовна, так зва-ли туристку,была интересным собеседником. Фразы, ко-торыми она рассказывала о себе и о своей жизни, были окрашены красивыми деепричастными оборотами. Свет-лана с наслаждением слушала ее речь. Особенно Светла-не нравилось выражение Сусанны Ефимовны, что «над ней и ее сестройвисел венец безбрачия».

Светлана после туристической поездки в Грецию

сдружиласьс Сусанной Ефимовной, и та часто приходи-ла к ней в гости. Как-то раз за обеденнымстолом они раз-говорились о судьях. Светлане было интересно узнать из уст Сусанны Ефимовны о них.

Знаете, Светлана,— сказала Сусанна Ефимовна,—раньше, когда я работала в суде, если кто из судей и брал взятку, так делал это тайно, чтоб об этом никто не знал. Акогда судьи получили обмундирование в виде мантий и стали руководствоваться новыми законами,они какс цепи сорвались, почти все открыто берут взятки. Судья, которая рассматривала дело вашей дочери, очень непоря-дочная. Я всегда считалаи открыто в суде говорила,что она принимает несправедливые решения. За это я была наказанатем, что она облила меня грязью, что стоило мне тяжелых переживаний.

Это мне знакомо,— ответила Светлана.— Такие по-вадки у судей сохранились и до наших дней. Это один из маневров судебной системы — унизить, раздавить чело-века клеветой, отбить желание ходитьпо судам за спра-ведливыми решениями.Светлана вошла в здание суда. Поднялась на вто-рой этаж, заняла очередь в канцелярию, чтобы полу-чить решение суда.Она поймала себя на том, что ей не по себе. На душе было тревожно. «Ничего,— успокаи-вала она себя,— сейчас все узнаю и обязательно подам жалобу в кассационную инстанцию». Она оглянулась вокруг, посмотрела на мрачные лица людей. Создава-лось такое впечатление, что стоящие в очереди за су-дебнымипостановлениями люди пришли на похороны, получить гробы с покойниками. Внезапно она почув-ствовала, что кто-то сзади тронул ее за локоть. Она по-вернулась и увидела моложавого мужчину, который спросил у нее:

Вы выиграли дело или проиграли?Проиграла.Не отчаивайтесь, пройдите всю вертикаль судеб-ных разбирательств и отправьте жалобув Европейский суд по правам человека.Но я не знаю, как ее написать,— отчаянно ответила ему Светлана.Оставьте мне свой номер телефона, я позвоню вам и дам образец. Главное — не упустите сроки подачи жало-бы. Ну, вот и ваша очередь подошла,— сказал он Светлане. Она вынулаиз сумочки свою визитку, отдалаее муж-чине и скрылась за дверью канцелярии, даже не спро-сив имени незнакомца. Получив решение суда, Светлана сразу поднялась на четвертый этаж, в помещениедля ознакомления с делом.Взяв в руки папку, раскрылаее. Первым, что она увидела, были неподшитые листы опре-делений, которые в судебном заседании судья не огла-шала.Определений было много,и они уже вступили в законнуюсилу. «Сволочь судейка,— подумала Светла-на,— вбросилав дело эти определения, потом поди дока-жи, что я их не получалав судебном заседании и об этих определениях ничего не знала. Нас подставили». Свет-лана поняла,что одно из определений о том, что они с дочерью сами просили суд оставитьбез рассмотрения требование о незаконной перепродаже кровли жильцам второго этажа, оспаривать бесполезно. Сроки судебная рать не восстановит. «Вот мразь,— подумала Светлана со слезамина глазах.— Таким способом эта сволочуга в ман-тии отомстила нам. Да, хорошо меня умыли».

Она ознакомилась с протоколом последнего судебно-го заседания, в котором было отражено то, чего на самом деле не происходило в зале суда. Светлане показалось, что у нее началисьгаллюцинации оттого, что ей пришлось ис-пытать в этот момент. У судьи был точный расчет — прове-сти судебноезаседание перед закрытием суда на годовой отчет и новогодние каникулы, чтобы все определения вступили в законную силу. А когда Светлана прочита-ла решение суда, то поняла,что наглость сучары в ман-

тии зашкалилаза все границы добра и зла. Поскольку суд пришел к мнению,что металлические перегородки, уста-новленные на кровле, это и есть обустроенные террасы, Светлана поняла, что судья и руководство суда, к которо-му она обращалась, чистой воды мошенники. Суд своим решением узаконил беззаконие и наказал ее дочь, прису-див ответчикам выплаты на юридические расходы.

Вернувшисьиз суда, Светлана, прилегла на диван, не зная, что ей делать.Определения опротестовывать бес-смысленно,значит, и кассационную жалобу подаватьбес-полезно. В топке камина догорали дрова. Прошло немного времени, и в полудремеей привиделась строка, пробежав-шая перед глазами: «Напиши жалобу в кассационную городского суда». «Опять мне кто-то подсказывает, как поступить»,— проснувшись, подумала она. Видения всег-да приходилик ней в трудные минуты жизни. С их по-мощьюона легко решала,казалось бы, неразрешимые проблемы.

Светланас дочерью вошли в зал судебного заседания городского суда. Председательствующий судебного засе-дания зачиталакассационную жалобу. Дала возможность выступить Светлане, которая просила судебнуюколле-гию рассмотреть исковое заявление ее дочери и отменить решение суда. Однако судебнаяколлегия отказала в удов-летворениижалобы и оставила без изменения решение суда первой инстанции. Они с дочерью были в расте-рянности, продолжали стоять как вкопанные. Предсе-дательствующий судебной коллегии посмотрела на них, обратиласьк ним с вопросом: «А это нежилое помещение принадлежало истице?» — «Конечно»,— ответила ниче-го не подозревающая Светлана. Судья, переглянувшись

с коллегами,стала нервно собирать все документы, нахо-дящиеся на столе. Вся судебная коллегия в секунду поки-нула зал судебного заседания.

Надежды на справедливое решениевопроса в касса-ционной инстанции рухнули. Светлана чувствовала себя виноватой перед дочерью за проигрыш дела. Она была немало удивлена, что в судебном заседании отсутство-вал юрист от строительной фирмы. «Хотя,— подумала она,— законодательство допускает проводить судебные заседания в отсутствии любого извещенного участника судебных заседаний. Что-то здесь не так».

Пролистав гражданско-процессуальный кодекс, Свет-лана ощутила всю бесправность человека. Поняла, что все права у судьи,который вправе, но не обязанподчи-няться никаким законам.Гражданин имеет толькопра-во на обращение в суд, но не имеет никакого права на защиту в суде, что и подтверждали судебные акты, по-лученные Светланой. Судьи плевать хотели на консти-туционные и федеральные законы. Подчиняться им не намерены. Светлана, привыкшая идти вперед и не оста-навливаться, решила обратиться в налоговую инспекцию в отношении директорафирмы Свозовского, представив-шего в суд подложные квитанции за юридические услуги ответчикам.

Зацепившись за письмо, которое она получила по сво-ему запросуиз налоговой инспекции, Светлана подала в районный суд заявление на пересмотр дела по вновь открывшимся обстоятельствам со ссылкой на то, что до-кументы на оплату юридических услуг, поданные ответ-чиками,были подложными. Однако суды не реагировали на это обстоятельство дела и отказали в удовлетворении

заявления,во всех инстанциях узаконив мошенничество юридической фирмы.

Светлана вошла в азарт. Она решила продолжать борьбу без всякой надежды на успех. Она понимала, что в конце концов приобретает какие-то знания, навыки по-ведения в судах. Знакомится с контингентом в манти-ях. Ранее она испытывала уважение к судебной власти и даже выигрывала в судах. Но это было до развала стра-ны. Светланагладила белье, когда раздался телефонный звонок.

Привет, сколько зим, сколько лет,— услышала она голос приятельницы, с которой не один год проработала на заводе.Как чувствует себя твой бизнес? — спросила Свет-лана приятельницу.Отдала его сыну,— ответилаВалентина.— Он же-нился. Теперьработает на пару с моей невесткой.Это здорово, что ты освободилась от своего бизне-са. Я помню, как ты, уволившись с завода, начала осва-ивать новую для тебя специальность «индивидуальное предпринимательство». Я оставалась работать на заво-де в отделе. Мы месяцами сидели без зарплаты. Тогда, чтобы поиметь хоть какую-то компенсацию от руковод-ства, я попросилась, чтобы меня отправили на курсы ме-неджмента.Закончив курсы, сразу уволилась. Учредила свое малое предприятие. Благо у меня был опыт рабо-ты в инструментальном производстве и связи с завода-ми-поставщиками. Это мне помоглозанять свою нишу в незнакомой мне дотоле рыночной экономике. Пятнад-цать лет работы на износ превратили меня в работома-на, но доставили мне удовольствие, я работала на себя,на будущеесвоих детей. Приобрела имущество для сдачи в аренду.Купила участок земли в городскойчерте. По-строила небольшой коттедж. А теперьжизнь поверну-лась ко мне новой стороной, я сутяжничаю.

Что это такое, куда ты опять влипла? — спросила Валентина.Хожу по судам, судейский корпус озадачиваю ис-ками. Даю судьям работу. Я хочу все-таки понять, как судьи дурят народ. И еще подразнить этих завистливых теток в черных манто своиминарядами.Бедные, бедные они люди,— расхохоталась Вален-тина.— Как мне их жалко, они не знают, с кем связались.Сейчас лучше пожалей меня, судьи нас с дочерью кинули, да еще деньгусебе в карман сорвали с ответчи-ков.Как кинули? — спросила Валентина.Они, в отличие от меня, знают законодательную базу, неукоснительно применяют ее для своего ненасыт-ного кармана.Это у них судебная практика такая — зани-маться служебными подлогами.Светлана написала жалобу в квалификационную коллегию судей по факту обмана и коррупции при рас-смотрении исковых требований ее дочери, приложив стенограмму записи переговоров судьи с ответчиками о шансе на их выигрыш. Однако получила отказ в рас-смотренииее жалобы и предупреждение о том, что она может попасть под уголовноепреследование за клевету на судей.

Светлана прочувствовала, насколько паскудная эта корпоративная судебная система и как опасна, в том чис-ле и для нее. Однако отступать было некуда. «Надопо-

пробовать покошмарить эту систему, насколько у меня хватит сил»,—подумала Светлана. Она просто начала мстить судьям, чтобы хоть как-то досаждать им. Свет-лана с интересом следила за развитием событий. Поче-му-то толькона последних судебныхразбирательствах, которые она инициировала, появился ответчик от стро-ительной компании. Он приходил на заседания с боль-шим коричневымкожаным портфелем. Всегда со злобой смотрел на Светлану, которая понимала, что он носит деньги судьям. Однажды после одного из заседаний она сказалаему: «Я буду еще и еще искать возможности и по-давать новыежалобы, заявления, ходатайства и разорю вашу организацию на взятках судьям». По мере судеб-ных тяжб Светлана все больше и больше убеждалась, что в судах какую-либосправедливость и законность искать бесполезно. «Боже, какой же бардак творитсяв стране. Никто ни за что не отвечает. Суды, в которыхтечет пол-нокровнаярека лжи, взяточничества,— это лобное место растленияобщества»,— вынесла свой вердикт Светлана. Понимая обреченность своего положения, она все боль-ше и больше уходилав себя. Дочь,обиженная на мать, ане на судей, упрекала ее за проигрышв суде. С мужем на эту тему она не разговаривала, так как эти разговоры раздражали его.

На фоне происходящих событий Светлане вспомни-

лось ее прошлое.

Мать не баловала Светлану, она больше любила ее брата, родившегося во втором браке. Отчиму вообще не было дела до Светланы,да и до своего сына. Работать он не любил, любил выпить,прийти домой и сразу тихо лечь спать.

Как-то раз мать, войдя в комнату, сказала: «Иди на улицу, там тебя ждет твой родной отец».— «Отец? — удивленно спросилаСветлана.— Но я его никогда не ви-дела».—«Ну вот и увидишь, он проездом в нашем городе, хочет посмотреть на тебя». Светлана вышла на улицу. Недалеко от парадной стоялвысокого роста поджарый мужчина. Светлана робко подошлак нему, сказала:

Мама меня послала к вам.Ну как ты живешь? — разглядывая дочь, спросил отец.Хорошо живу,—тихо ответила Светлана.— Ну, я пошла,— постояв некоторое время, попрощалась с от-цом Светлана.Хорошо, иди,— ответил он.Светланаотвернулась от отца, чтобы уйти, но ноги не хотели уводитьее, она спинойпочувствовала его тепло-ту и ласку, которой никогда не получала от матери. Обер-нувшись к отцу, она увидела его добрую улыбку.

Ты пиши мне, доченька,— сказал он ей.Хорошо,— пообещала ему Светлана.Светка, иди домой,— услышала она раздраженный голос матери.— Что тебе сказал отец?Чтобы я писала ему письма,— ответила матери дочь.Через несколькодней мать заставила Светлану под ее диктовкунаписать отцу, у которого был свой дом с при-усадебной плантацией овощей, чтобы тот прислал ей посылку с огурцами. Светлана возмутилась, ответила ма-тери, что отец и так помогаетим деньгами, проситьона у него ничего не будет. Мать отняла у Светланы недопи-санное письмои убрала его, сказав: «Последопишешь».

Письмо, несмотряна уговоры матери, Светлана так и не стала дописывать.

Мать много работала, бралась за любую работу. Днем работала в одном месте, а поздно вечером шла мыть полы в ресторане, где не толькоприкармливалась сама, но и подкармливала Светлану, которую брала себе в по-мощь на ночную работу,заставляя убирать, а потом, ког-да протиралапод столами пол, ставить на место стулья. Ресторанные повара для уборщицы всегда оставляли ка-кие-то гарниры,булочки. Все эти лакомства мать брала домой и кормила сына и мужа.

Домой далеко за полночьони шли по темным улицам города. Светлане было страшно, у нее было только одно желание— поскорее скрыться с матерью за дверьюсвоего дома. Светланаучилась посредственно, она всегда испы-тывала чувство голода и, сидя на уроках в школе, думала лишь об одном: скорее бы закончить обучение в средней школе и пойти на работу,чтобы на зарплату купить себе колбасы и съесть ее без хлеба.И еще она мечтала о кра-сивом платьеи туфельках на каблучках. Мать смеялась над ней, говоря, что ее дочь будетработать «водителем кобылы».

Время пришло,и в пятнадцать лет она стала ученицей фабрично-заводской ткацкой школы. Учиться и работать в школе ей доставляло огромное удовольствие. Уроки по дисциплинам ткацкого производства давались ей легко, все экзамены она сдала на отлично. С первой зарплаты Светлана купила себе большой кусок телячьейколбасы, не выходя из магазина, с вожделением съела его. Свет-лана испытывала гордость за себя. Она теперь не зави-села от матери.Вскоре она взялакредитную справку

в бухгалтерии фабрики и пошла с матерью в магазин, где они купили зимнее пальто с воротникомиз меха лисы для матери и для нее два платьица— одно из жатого поплина, коричневого цвета, с набитым рисунком из желтых круп-ных цветов.Второе платьице из ситца, с рисунком из по-левых мелких цветов. На удивление всех продавщиц, платья, которые долго висели на вешалках и их никто не покупал, на стройной девичьей фигуре Светланы выгля-дели великолепно. Светлана сказала продавщицам, что эти платья она давно присмотрела и очень хотела купить их. «Вот платья и дождались меня».

Однажды,задержавшись на работе в ожидании смен-щицы, Светлана поздно вечером возвращалась домой. Она обратила внимание на трех парней, идущих по ули-це ей навстречу. Светлана огляделась вокруг и поняла, скорее, почувствовала, что эта троица может быть опас-ной для нее. Улица была пуста. «Если я сейчас побегу, то покажу этим парням,что испугалась их»,— подумала Светлана. В своей сумке она всегда носила длинныйкрю-чок для заправкинити в петлю каретки ткацкого станка. Фабричные, выдаваемые ткачихам металлические крюч-ки для работы были короткие,неудобные и некрасивые. Светлана, договорившись с одним из работяг «с руками», работавшим на фабрике, попросила сделать ей крючок из латуни другой конструкции. В опасный момент Светлана вспомнила об этом крючке, достав его из сумки. Припря-тавего за спину, она храбро шла навстречупарням. Не дойдя пару шагов до нее, троицаостановились, прегра-див ей путь, и она услышала:«Пойдешь с нами, куда мы скажем».Светлана спросила у них, вспомнив первое при-шедшее ей на ум имя: «А вы Пашу знаете?»Парни пере-

глянулись,Светлана быстро уловила их замешательство, добавила к сказанному, что пожалуется ему на их пове-дение, показавим крючок, который в темноте был похож на тонкий нож-перо.Спросила парней: «А это видели?» Они расступились, дав ей пройти. До дома, где она жила на первомэтаже, было рукойподать; она, не оглядыва-ясь, ускорившаг, дошла до парадной и, постучав мате-рив окно квартиры первого этажа, быстро скрыласьза входной дверью. В коридоре ей стало плохо, сердце силь-но застучало, руки тряслись, ноги подкашивались. Мать с бранью напустилась на нее: «Где ты шляешься, в подо-ле хочешь принести?»У Светланы не было сил, чтобы ей что-то отвечатьна ее оскорбления. Мать разошлась еще больше, схватиладеревянные плечики, стала бить Свет-лану, норовяударить ее по голове.

Работала Светланас азартом, ей хотелось побольше зарабатывать. С обслуживания четырех ткацких станков она перешла на обслуживание шести. В совершенстве ос-воив приемы ткацкогопроизводства, взялась за обслужи-вание двенадцати станков. Успех сопутствовал Светлане, она была на хорошем счету у руководства фабрики. Ее фотография висела на доске почета. Корреспонденты, приезжавшие на фабрику, часто снимали Светлану для га-зетных рублик о комсомольцах, которые трудятся и про-должают учебу в вечерней школе рабочей молодежи.

Светлана умудрялась еще заниматься в кружке те-атральной самодеятельности, созданном при фабрике, вкотором работала преподавателем любящая свое дело вышедшая на пенсию актриса.Любовь Ивановна сразу взяла на заметку веселую, легко и пластично двигающу-юся Светлану,дав ей роль взяточницы в одной из сцен

спектакля. Бурными аплодисментами награждали зрите-ли Светлануза сыгранную роль. Любовь Ивановна виде-ла потенциалактерского дарования в Светлане, поэтому поручила ей еще читать детскиестихи, которые сама для нее написала. Когда Светлана читала детские стихи, зал заливался от смеха и заставлял ее долго не прекра-щающимися аплодисментами снова на бис читать сти-хи, написанные Любовью Ивановной. «И если бы тогда язнала,— вспоминала Светлана,— что через много-много лет судьба уготовит мне опять оказаться на этой сцене…» Светлану увлекало все, она даже записалась в спор-тивный клуб, чтобы обучитьсяазбуке Морзе, где и встретилась со своим первым мужем. Он мечтал рабо-тать радистомна корабле, плаватьи повидать мир. Их дружба переросла в любовь, как казалось тогдаСветла-не. Она, видя, что многие ее подружки были замужем, обзавелись детьми,подумывала о замужестве. При-родное чувство материнства и сыграло свою роль. Она вышла замуж за Бориса,который любил ее, дочь, но морскую стихию он любил еще больше.Через пятнад-цать лет их брак распался. Основнойпричиной послу-жило то, что Светлана встретила Валентина,ставшего впоследствии ее вторыммужем. Безумная страстьвлек-ла их друг к другу.Они были красивойпарой. Лица их

светились от счастья.

Кровля над нежилымпомещением, которую эксплуа-тировалижильцы второго этажа под видом террас, про-текала. Но обращаться к жильцам второгоэтажа было бесполезно, так как они отправляли ее дочь к предсе-дателю товарищества собственников жилья, Сергееву, а председатель, который также имел террасу, издеваясь

над ней, отправлял ее к жильцамвторого этажа, добав-ляя: «А вы докажите, что с наших террас протекает вода, может быть, вы сами из пожарногошланга поливаете по-толок». Наглость и хамство дружка Свозовского, пред-ставлявшего в суде интересы соответчиков строительной компании, перекупивших кровлю над помещением, при-надлежащим ее дочери, задели Светлану, и она угово-риладочь подать новый иск в суд «о причинении вреда имуществу».

Светлана, уверенная, что они с дочерью выиграют дело, с исковым заявлением вновь обратилась в суд. За-няла очередь в канцелярию для подачи заявления за жен-щиной, которая всем улыбаласьи каждому была готова рассказать о том, что нотариус ее обманула. Очередь была большая, им только к концу дня удалось сдать заявления. Мартя Павловна, новая знакомая Светланы, дождав-

шись ее, поинтересовалась:

А какой судья будет рассматривать ваше заявле-ние?Наталья Евгеньевна Карпуха,— ответила ей Свет-лана.Наши заявления попали к одной судье,— обрадо-валась МартяПавловна.— Это знак, значит, нам ходить в один и тот же зал судебныхзаседаний.Я давно обиваю пороги районного суда и кассаци-онной инстанции по первому иску моей дочери. Ни од-ного уважающего себя судью не встретила. Везде облом. Посмотрим, что из себя представляет судья Карпуха.А вы сможете мне помочь? — спросила Мартя Пав-ловна.— У вас уже опыт есть.А что у вас за иск, о чем? — спросила Светлана.После смерти мужа,—начала свое повествование Мартя Павловна,—я обратилась к нотариусу, чтобы офор-мить свидетельство о праве на наследование всей кварти-ры. Однакополучила в наследство только пять шестых долей квартиры по завещанию моего мужа. В мое свиде-тельствонотариус вписала, что на одну шестую долю квар-тиры выданосвидетельство, также позавещанию. Однако фамилию, кому выдано свидетельство, нотариус не указа-ла. Вот это свидетельство о праве на наследство,— вынула его из авоськи Мартя Павловна.— Я уточнила у нотариуса фамилию человека и попросила объяснить мне, на каком основании ему выдано свидетельство о праве на наслед-ство. Нотариуссообщила фамилию Вогданова. И сказала, что у него имеется завещание от первой жены моего мужа, которая завещала ему свою половину квартиры. «Так что радуйтесь, что ему выдано свидетельство только на одну шестую долю квартиры». Свидетельство о праве на на-следствопо завещанию от восемнадцатого числа Вогда-нов получилв день смерти моегомужа,— добавила Мартя Павловна, ткнув пальцем в документ.Вы сами написали исковоезаявление о призна-нии недействительными завещания первой жены мужа и сделки на одну шестую долю квартиры?

Нет,— ответила МартяПавловна.— Я обратилась к юристу, работавшему в агентстве недвижимости.Вас обманул юрист,поскольку завещания первой жены не было и не могло быть и признавать и завещание, и сделку недействительными абсурдно. Юрист из агент-ства умышленно перепутал в исковом заявлении дату смерти первой жены вашего мужа, поскольку из вашего иска следует, что первая жена вашего мужа умерла позжевашего мужа. Очевидно,юрист знает нотариуса. Возмож-но, пользуетсяее услугами по изготовлению подложных завещаний и других документов. Расскажите мне, пожа-луйста,—попросила сутяжница,— вашу историю знаком-ства с вашим мужем.

Толя после внезапной смерти жены растерялся, был озабоченслучившимся. Он был инвалидом, органи-зовать похороны жены самостоятельно не мог,— сказала Мартя Павловна, выходя со Светланойиз здания суда.Давайте зайдем в какое-нибудь кафе,— предложи-ла Светлана,— за чашкой кофе вы мне расскажете свою интригующую историю.Они устроилисьу окна за столиком кафе. Отпив гло-ток кофе,Светлана обратилась к Марте Павловне:

Итак, я слушаю вас.Так вот, детей и родственников у него с женой не было. С женой он часто ссорился из-за ее слабости к спиртному. Она встречалась с какими-то подружка-ми. Они вместеотмечали праздники у соседа, жившего этажом ниже. Когда жена Анатолия внезапно умерла, он пролистал ее записную книжку. Начал звонить по но-мерамтелефонов. На два номера никтоне ответил. Он набрал следующий, ответила женщина, назвала свою фа-милию, Вогданова.Толя сказал ей, что его жена умерла, и попросил ее организовать похороны. Она согласилась, быстро приехалак нему, предварительно уточнив адрес. При встрече с Анатолием взяла деньги на похороны и по-просила у него договор на приватизацию квартиры, ска-зав, что без этогодоговора ей не разрешат кремировать его жену. Толя и отдал ей этот документ.Договор после похоронона не вернула. Мы с Толей начали жить вместечерез месяц после смерти его жены. Он давно меня знал и даже был влюбленв меня. Мужик он был веселый, по-кладистый, добрый.

А где вы с ним познакомились? — заинтересовалась Светлана.На стройке, где он работалвместе с моим братом, которому я носила обеды. Толя так и норовил ущипнуть меня за задницу.Часто звонил мне. О своемнамерении жениться на мне Анатолий рассказалсоседу с нижнего этажа. Однажды, когда я вернулась из магазина, то уви-дела, что дверь в квартиру открыта.Я вошла, Анатолий с окровавленной головой полусидел, прислонившись спиной к батарее. Я два месяца провела с ним в больнице, выхаживая его. Анатолий никак не мог вспомнить, кому он открылдверь в тот роковой день.Когда Толя вернул-ся домой, то обнаружил, что из квартиры исчез семейный альбом.Так, так, так,— сказала Светлана,— значит, у жены Вогданова оказались договор о приватизации кварти-ры, свидетельство о смерти жены вашего мужа, и можно предположить, что семейный альбом. Если бы они убили Анатолия, то вся двухкомнатная квартира оказалась бы у Вогдановых. Завещание в наше времяне проблема ку-пить у «черного нотариуса». Мартя Павловна,— сказала Светлана,— вам свидетельство о праве на наследство вы-дано по завещанию, а не по закону.Да, Толя после выздоровления написалмне заве-щание. Потом мы с ним расписались.Из выданного вам свидетельства следует,что и Вогданову свидетельство о праве на наследство выдано по завещанию от восемнадцатого января.Мой муж не мог написать завещание Вогданову в день своейсмерти. Ночью я отправила его в больницу на скорой помощи с инсультом.Утром в больнице Толя умер, не приходя в сознание.Интересно,— с улыбкой сказала Светлана,—и у Вогдановаотчество Анатольевич. Вроде как сын дол-жен бы быть вашему покойномумужу. Вообще вам надо было бы обратитьсяв суд и признавать завещание от во-семнадцатого января недействительным. Свидетельство о праве на наследство, выданноевам на пять шестых до-лейквартиры, подложное, потомучто оно не отражает действительного положения дела.А вы не сходите со мной хотя бы на первое заседа-ние? Я боюсь идти одна, я не знаю законов,— жалобно по-смотрев на Светлану, спросилаМартя Павловна.Да вам, по большому счету,их и знать не надо.Вы должны в суд только подать заявление и приложить все правоустанавливающие документы на наследство. Судья должна запроситьу нотариуса наследственные дела пер-вой жены вашего мужа и его, коль скоро после привати-зации квартира была в их общей долевой собственности.Так вы поможете мне? — переспросила Мартя Пав-ловна Светлану,которая пообещала ей сходить только на первое судебное заседание, сочтя, что в деле есть кри-минал.Вам срочно нужно нанять юриста,— сказала Свет-лана. Женщины обменялись номерами телефонов и рас-прощались.Ты представляешь,— войдя в совещательную ком-нату к Ирине, нервно сказала Наталья,— эта упрямая сутяжница, представляя интересы дочери, подала в судновое исковоезаявление «о возмещении вреда, причи-ненного имуществу» к жильцам второго этажа. В за-явлении указала, что с террас жильцов второго этажа протекает вода и заливает потолок и стены помещения,—нервно сказала Наталья.

Она так и не догадалась, на чем мы ее развели,да нас трудно поймать,— чихнула Ирина.Что будем делать? спросила Наталья.Мы не можем не принять иска. Мне помнится, что в техническом паспорте при рассмотрении первого иска упоминалось о незаконной перепланировке помещения ее дочери. Ты, Наталья,не пасуй, на основании первого их проигрыша извернешься, откажешь дочери сутяжни-цы в удовлетворении их иска. В случае чего я подскажу, как подтасовать законодательную базу и подменить но-веллу заявления. Не справимся — Галину привлечем, она у нас кандидат юридических наук.Хорошо бы,— сказала Наталья,— а то Галина толь-ко барыши умеет распределять, пятую шубу уже себе ку-пила.Завидуй молча и не считай чужих шуб и денег, свои зарабатывать и считать некогда будет,— с укором произ-несла Ирина.Посмотри на себя, ходишь вмужланской одежонке.Ты же знаешь,— ответила ей Наталья,— меня не интересует женская одежда, меня женщины больше ин-тересуют.Ладно, хватит паясничать, отрезала Ирина.Неизвестно,— обтерев мантией стол, сказала Ири-на,— чего можно ожидать от этой сутяжницы. Она на-рушает все традиции. Ее действия всегдаоригинальны.Она не знает законов, однако нутром чувствует их, по-тому что у нее хорошо развиточувство справедливости. Таких борцов за справедливость у нас единицы. Надо бы поставить на контрольвсю ее переписку, смотришь, и в Страсбург пожалуется.

Пусть жалуется куда хочет. В Европейском суде по правам человека наши юридические референты сообщат ей, что еежалоба не полежит рассмотрению по критериям приемлемости. У нас везде свои люди,— равнодушно про-изнеслаНаталья.— Кстати, скоро Татьяна вернется к сво-им обязанностям. Галине на время пришлось убрать ее из суда, когда судьи кассационной инстанции узнали, что не-жилое помещениепринадлежало ее дочери. Девочки из кассацииочень разозлились на нас за обман, мало отстег-нули,— с иронией произнесла Наталья.— Пришлось допла-чивать им. Неизвестно, что еще придет на ум сутяжнице, какое заявление она подаст вследующий раз. Ладно, пойду на свое рабочее место,— сказала Наталья, вставая со стула.Слушаю,— ответила Ирина, взяв мобильник. Ильин? АлександрИльин? На место Галины? Квалифи-кационная комиссия рекомендовала его кандидатуру на должность председателя суда? Документы пошли по ин-станциям выше? Судебный департамент ждет указа пре-зидента? — Ирина, машинально переложив папку сделомс одного края стола на другой, сказала: — Будем ждать но-вого председателя нашего суда.Решил идти в Приозерный районный суд? — вой-дяв лифт, спросил Егор Александра. Тот молча кивнул головой.— Однако,— подергав себя за мочку уха,сказал Егор,— ты смелый, ты же знаешь,какая репутация в го-роде у этого суда.Когда приду в суд, попробуюразобраться, так ли плохколлектив суда. Ладно,— хлопнув Александра по плечу,— сказал Егор,— давай, тебе виднее.— Лифт оста-новилсяна пятом этаже.— Я приехал, а тебе выше,— ска-зал Егор,попрощавшись с Александром.Александр в городской суд в качестве судьи касса-ционной инстанции перевелся из Омска. Спокойный, мягкий, обходительный, застенчивый, всегда опрятный. К своей должности судьи относился с достоинством, предельно строгособлюдал законодательство, чего и от других требовал. Не был податлив на мздоимство. С со-служивцами дружил, но аккуратно, не давая подставлять себя. Душу никогдаи никому не открывал, о его семей-номположении в суде никто ничегоне знал.

«Мама, мама, я Настю защитил! Колька ее обижал, я стал с ним драться, упал».— «Санечка, ты молодец, на-стоящиймужчина, защитник. Снимай скорее рубашку, она вся грязная».— «Да,— звонко засмеялся сын,— упал неудач-но, весь измазался в грязи».— «Сейчас я тебе дам чистую рубашку,—сказала мать, доставая из шкафа другую,осле-пительно белую, безукоризненно отглаженную.— Умой-ся, переоденься,я приготовила,твои любимые блинчики, будем кушать».—«Мама, я и тебя будузащищать».— «Ко-нечно, сыночек, у тебя и имя Александр, что значит по православию „защитник“».— «А кто такое православие?» — с любопытством спросил он. «Подрастешь, узнаешь».—

«Ой, какие вкусныеблины, с вареньем,— доев последний, сказал сын.— Мама, а когда наш папа приедет?» Мать, ухо-дя от ответа, сказала: «Не знаю, наверно, у него много рабо-ты. Ты, сыночек,иди помой ручки,почитаем книжки, потом будем укладываться спать».— «Мама, апочему наш папа

живет один в большойквартире, а мы с тобой в маленькой комнате? Раньше мы жили в квартире, и у нас было две комнаты, одна моя».— «Потому что так решила судья, при-судила нам комнату».— «Это несправедливо»,— сгневом сказал сын. «Где ты такое слово слышал?»— «Наша сосед-ка все время жалуется на свою несправедливую жизнь».—

«Да, у нее, сыночек, жизнь тяжелая».— «Я вырасту, стану судьей и присужу ей легкую жизнь и нам с тобой большую квартиру».— «Санечка, устраивайся на диване, будем чи-тать книгу».—«Сказки?» — с интересом посмотрев на мать, спросил сын. «Да, сыночек,будем читать самыедобрые сказки».— «Давай»,— махнув рукой, ответил сын.

Добрый вечер,— поздоровался Александр с вышед-шей из кухни Иридой.— Как вы тут?Ксения с Сергеем ушли в филармонию,— мягко сказала Ирида,— на них приятно смотреть, красивая пара.Александр, улыбнувшись, кивнул головой.

Настюха, чем занята?На юридических сайтах для тебя отыскивает но-вые законопроекты, постановления пленумов Верховно-го суда, разные проекты нормативно-правовых актов для внесенияпредложений в Государственную Думу. Новы-ми приказами и инструкциями интересуется. Да еще за всеми съездамисудей следит, за отчетными материала-ми квалификационных комиссий,— расставляя тарелки на кухонном столе, сказала Ирида, знающая все, что шту-дирует Настя.У нее это хорошополучается,— с явнымудоволь-ствием ответил Александр.Саша, ужин готов, через десять минут садимсяза стол.Хорошо, а то я проголодался. А вот и мы,— ввез на кухнюинвалидную коляску, в которой сиделаНастя, Александр.— Настюха, тебе удобно так? — подкатив ко-ляску к столу, спросил он.Чуть-чуть еще поближе, вот хорошо, теперь удоб-но, спасибо, Санечка,— ласково ответила жена.Утром, перед уходом на работу, Александр сказал Ириде:

Что-то Настюхаплохо спала, поговорис ней, мо-жет, что-то ее беспокоит, мне жаловаться она не будет.Хорошо, не беспокойся, все разузнаю,— тихо по-обещала Ирида.«Как нам повезло,какая у нас помощница по дому, не нарадуюсь»,— подумалАлександр. Закрывдверь кварти-ры, он чинноспустился по лестнице.

Прошло несколько заседаний по второмуиску доче-ри Светланы.Судья Карпуха ни разу не надевала судей-ской мантии при ведении судебныхзаседаний. Светлана с ужасом разглядывала то тряпье, в которое она одевалась. Темные, сверлящие глаза судьи, орлиная форма носа, уз-кое, бледное лицо приводили сутяжницу в состояние шока. Негатив, исходящий от судьи, Светлана чувствова-ла на расстоянии. После заседаний, которые бесконечно переносились, Светлане ужасно хотелось скорее попасть домой и встать под душ. Отмыться от грязной ауры судеб-ных заседаний.Ответчики на судебных заседаниях не по-являлись.Представителем ответчиков и на этот раз был Свозовский. Отдал судье отзыв с просьбой отказать в удов-летворении исковых требований истицы ипринес судейке подложные квитанции за юридические расходы. Светла-на с усмешкой заметила, как Карпуха буквально выхвати-

ла квитанциииз рук Свозовского. Сжав свои тонкие губы, она деловито приобщилаих к делу. Светлана сразу поня-ла, что она опять проигралаи ее дочери нагло присудят не-хилую оплату за юридические расходы ответчиков.

Домой Светлана вернулась расстроенная. Под руки ей попался старый кадастровый паспорт, в котором зна-чилось, что в помещении произведена незаконная пе-репланировка. В паспорте было указано, что проектная документация отсутствует. Какая-то неведомая сила дов-лела над ней. Она зачем-торешила приобщить его в дело.

Мартя Павловна, у меня прошло уже несколько за-седаний у судейки Карпухи. Куда же вы пропадали? По-вторите, на какое число назначено судебное заседание по вашему делу,— прижавтрубку к уху, спросила Светла-на.— Я обещала, обязательно буду на заседании суда. Хо-рошо, что вы успелисдать заявление в последний день искового срока. Необоснованный отказ Карпухи принять ваше заявление отмела кассационная инстанция. Я по-здравляю вас, Мартя Павловна. Ей придется заняться ва-шим взяткоемким иском.Светлана вследза Мартей Павловной вошла в зал су-дебного заседания, где уже находилсяответчик. Она за-метила, что судья обомлела от неожиданности. Придя в себя судейка спросила:

А вы что здесь забыли?Я представитель Марти Павловны,— отдав дове-ренность секретарюсудебного заседания, спокойно отве-тила Светлана.В зале воцарилась тишина. Судья, одетая в платье, приобретенное на рыночных развалах, открыла судебное заседание.

Светланапопросила Вогданова показать завещание от восемнадцатого числа, составленное в день смерти мужа Марти Павловны,и свидетельство о праве на наследство на одну шестую долю квартиры. От неожиданного вопро-са тот растерялся, но, придя в себя, вынулиз портфеля свидетельство о праве на наследство на одну третьквар-тиры, выданное ему нотариусом по завещанию первой жены мужа Марти Павловны. Потом начал размахивать им над головой и заявлять, что одна треть квартиры — это и есть одна шестаядоля от всей квартиры. Светлана не унималасьи требовала показать свидетельство о пра-ве на наследство на одну шестую доли квартиры,о чем было указано в свидетельстве Марти Павловны. Судья, пытаясь исправить незапланированный сценарий судеб-ного заседания,подошла к Марте Павловне, начала гла-дить ее по плечу и уговаривать ее отдать одну шестую долю квартиры Вогданову: «Вам что, жалко?» — спра-шивала ее судейка. Светланувозмутило хамство судьи, и она предложила судье отдать свою часть квартиры Вог-данову. В зале судебного заседания мгновенно появились два пристава, вызванные секретарем. Приставы попро-сили Светлану удалиться из зала. Светланаотказалась, сославшись на то, что на Мартю Павловну судья будет оказывать давление. Приставысхватили упирающуюся Светлануза руки и потащили в коридор. Светлана толь-ко успела крикнуть Марте Павловне, чтобы та ничего не подписывала судье. От этой неожиданновозникшей си-туации МартяПавловна разнервничалась, и у нее резко подскочило давление. Кода приставы выдворялиСвет-лану из зала заседаний, она успела увидеть, что у Марти Павловны было мертвецкибледное лицо, она почти ле-

жала на лавке, стоявшейв зале, и просила пить. Светлана уговорила одного из приставов принести Марте Пав-ловне воды и вызвать скорую помощь. Скорая приехала быстро. Санитары уложили Мартю Павловну на носил-ки и бережно вынесли из суда. Светлана поблагодарила врача скорой помощи. «К судам мы приезжаембыстро, знаем, как доводят людейв судах до опасных сердечных приступов».

Зазвонил телефон,Светлана услышала голос Марти Павловны.

«Меня хотели надолго уложитьв больницу, но я че-рез три дня выписалась».— «Мартя Павловна, вы нашли адвокатаили юриста для ведения вашего дела в суде?» —

«Да, нашла,— ответила она.— Договорилась с нейо встре-че и хочу попроситьвас, Светлана, поехать со мной. Везу адвокату большую сумму денег в привокзальное кафе, где она назначила мне встречу».— «Хорошо,— ответила Светлана,— хочу передатьвас в надежные руки и успо-коиться по вопросу рассмотрения вашего дела. Я вни-мательно прочитала ваше свидетельство о праве на наследство, почувствовала, что ввязалась в какое-то дело с душком преступления. Мы с вами обратились не в суд, а в логово преступников в манто, защищающих в судах мошенников. Мне стало страшно. У этой же судейки я веду дело своей дочери.Мне, Мартя Павловна,не сто-ит браться и за ваше дело, я не имею юридического обра-зования, а на кону стоит, возможно, ваше право на всю квартиру, которой вы владеете, но не имеете права распо-ряжатьсяею. Ваше свидетельство на пять шестых долей квартиры имеет признаки подложности, ничтожно и не имеет юридического статуса. Пустая бумажка. Вам муж

завещал вам всю квартиру. С какого бодуна нотариус вам оформила только частьквартиры, а частьотписала Вог-данову?Он же не был вашим сонаследником. Более того, я не могу понять,о каком завещании от восемнадцатого января, указанном в вашем свидетельстве о праве на на-следство,идет речь»,— попрощавшись, сказала Светлана.

А где ваш адвокат? — подойдя к залу заседания, спросила Светлана у Марти Павловны.Не знаю, я ей звоню, она не отвечает.Как это так? — возмутилась Светлана.— Вы же ей в моем присутствии заплатили денежное вознагражде-ние за участие в деле. Может быть, вы номер телефона неправильно набираете?Я вчера ей по этому номеру звонила, уточнила вре-мя начала заседания.Давайте попробуем ей позвонить с моего мобиль-ника. Говорите, она подключилась,— отдав свой мобиль-ник Марте Павловне, сказала Светлана.Мы вас ждем в суде. Что-что?— растерянно пере-спросила Мартя Павловна.— Задерживаетесь? На такси денег нет, а вы далеко живете?— спросила Мартя Палов-на у адвокатши.— Мой представитель вас ждет, чтобы рассказать вкратцео сути дела. Судья задерживает нача-ло заседания, ждет вашего появления,— сказала Мартя ПавловнаОльге Даниловне, попросив ее поторопиться.А что, ответчик еще не пришел? — спросила Свет-лана у секретаря, вышедшей в коридор из зала судебного заседания.Он уже давно в зале вместесо своим представите-лем,— небрежноответила секретарь, забравшая у Свет-ланы паспорт и доверенность.— А вам,— обратиласьсекретарьк Марте Павловне,— судья разрешила присут-ствовать в зале суда без паспорта,коль скоро вы забыли егопри ознакомлении с материалами дела. Но учтите, су-дья сама лично ходилана поиски вашегопаспорта и не нашла его.

Светлана хоть и начала нервничать, переживая за Мартю Павловну, но решила дождаться адвоката. Ее ох-ватило беспокойство за Мартю Павловну.

Ой, забыла сказать вам, что мой адвокат сказала, поскольку вы у меня в качестве представителя, поэтому она вообще может не приходить на судебные заседания.А вы ей не сказали, что оплату за ведение ваших дел в суде получила только она?Светлана,входя в зал заседания вслед за Мартей Пав-ловной, почувствовала на себе колючийвзгляд судейки Карпухи. Вместе с Мартей Павловной она села на ска-мейку, стоящую вдоль стены. Ольга Даниловна устро-илась за адвокатским столиком. Напротив нее сидел ответчик, рядомс женщиной, одетойв строгое платье. Судья, как всегда, не сочла нужным надеть мантию,от-крыла заседание и начала расспрашивать адвокатшу, кто она, какие дела ведет.

Разные, в основном уголовные,— ответила Ольга Даниловна.Не хотите перейти работать в гражданское судо-производство? — спросилаее судейка Карпуха.Ольга Даниловна, отказалась.

Такой некорректный вопрос судьи насторожил Светлану, она сразу поняла, что судья пытается под-купить авдвокатшу, склоняет к сотрудничеству с ней. Ольга Даниловна сидела молча, пока Мария Павловна

заявляла суду, что она является законнымправопреем-ником всей квартиры. Какое отношение к квартире име-ет Вогданов, она не знает. Мартя Павловна объяснила: она Вогданова увидела первый раз. Муж никогда рань-ше ничего не рассказывал о нем. Светлана добавила, что ей непонятно, на каком основании нотариус решил, что Вогданов, которомубыло произведено отчуждение части квартиры, является сонаследником Марти Пав-ловны. Вогданов опять вынул из портфеля копию сви-детельства о праве на наследство, выданного ему по завещанию первой жены восемнадцатого января. Оль-га Даниловна, прочитав копию свидетельства, отшвы-рнула его в строну, давая понять, что она не признает этого свидетельства о праве на наследство. Судья, взяв паузу, обратилась к Марте Павловне, не нашла ли она свой паспорт,на что та ей ответила,что не нашла и что вечером она обратилась в милицию и написала заявле-ние о том, что паспорт забыла в комнате для ознаком-ления с документами в суде. После расспросов истицы о паспорте судья начала диктовать секретарю текст су-дебного запроса к нотариусу. Ольга Даниловна не воз-ражала противнекорректного поведения судьи.Как-то смякла. Карпуха быстро объявила о закрытии очередно-го судебного заседания.

Светлана подметала пол, когда раздался звонок те-

лефона. «Слушаювас, Мартя Павловна». — «Я прослу-шала аудиозапись судебного заседания, — растерянно начала свое сообщение Мартия Павловна, — услышала, что представитель Вогдановашепотом говорила Ольге Даниловне: „Возьмите, возьмите, это ваше, ваше“. Пред-ставляете, взятку дали моему адвокату прямо в ходе су-

дебного заседания». — «Какая же дрянь эта судейка, устроила провокацию вашему адвокату, вынудив ее взять деньги».— «Карпуха отвлекала нас, расспрашивая о па-спорте?»— «Именно в тот момент представитель ответчи-ка втюхала взятку Ольге Даниловне.Так вы говорите, что Ольга Даниловнаисчезла, на звонки опять не отвечает?»

Светлана послеразговора с МартейПавловной рас-строилась,опять ей придется пойти к этой мужеподоб-ной судейке,при виде которойСветлану тошнило.

Деточка, ты неправильно составилаотчет, к доку-ментам надо относиться более скрупулезно. Пожалуйста, переделай сведения по третьей графе отчета,— возвращая отчетный бланк архивариусу суда, сказала Галина.— Пой-дешь мимо двести пятого кабинета, попросисекретаря Карпухи прислать судьюко мне.Я по вызову к вам,— развязно произнесла Наталья.Проходи, садись,— указав на стул, стоящий рядом с ее столом, сказала Галина.— Послушай, Наталья, ты на меня зла-то не держи. Мне Ирина все рассказала. Язы-чок попридержинасчет приобретения мною квартиры. Ты меньше завидуй людям. Ты же знаешь за собой все свои грешки.Знаю,— спокойно ответила Наталья.— Но люблю, очень люблю получать денежки за свои грешки. Каждую купюру кладу перед собой и разглаживаю, как это дела-ла моя мама. Только у нее, в отличие от меня, их было мало,— циничнопроцедила сквозь зубы Наталья.Ты скоро уходишь в отставку, за тобой и Ирина по-тянется, а мне здесь оставаться, руководить и следитьза всем эти безграмотным, ленивым сбродом. Читать в их персональных компьютерах судебные акты, которые онивыносят, и определять их стоимость. Заставлять судей сбрасываться в общий судопроизводственный котел.

Ты способная, справишься.Тебе надо как-то будет договариваться с новым председателем суда. Либо все финансовые потоки рас-пределять за его спиной,— задумчивопроизнесла Галина.Председатель будет новый, а порядки в суде долж-ны оставаться старые,— щелкнув пальцами рук, сказала Наталья.— Компромиссы не предвидятся.Я тебя вот зачем вызвала,— сказала Галина.— Зав-тра я привезу долгожданные конверты за нашу «операцию террасы» по принятому решению в пользу строительной компании и жильцов квартир, обустроивших эти терра-сы, с нашей легкой руки, на кровле нежилого помещения, принадлежащего дочери сутяжницы. Судьи кассацион-ной инстанции получили свои барыши.Отбили сутяж-нице охоту писать жалобы.Ой ли? — усомнилась Наталья.— Эта не успокоит-ся, мне кажется, что она вошла во вкус бороться с нами. Сделала это стимулом своей жизни. Она с недавнего вре-мени на пенсии,чем-то надо же себя занять,— подвинув стул ближе к столу Галины,сказала Наталья.Я бы никогда не подумала, что она пенсионерка. Мо-жет, на досрочную пенсию вышла. Она выглядит намного моложе. Обладательница прекрасной фигуры, европейско-го типа лица. Она похожа на иностранку. Среди всей толпы посетителей суда выделяется. Походка у нее летящая. На-талья, Наталья,да ты смотри не заболей ею,— начала под-шучивать Галина.— От ненависти до любви один шаг. Вот еще чем порадую тебя,— сменив тему разговора, продолжи-ла Галина.—На мое место придет работать Ильин.Ильин? — изумилась Наталья.Как загнанный кролик, Светлана шла на очередное судебное заседание к судье Карпухе. Тряслась от стра-ха предстоящего общения с судьей. Знала, что предстоит пережить очередную пощечину при получении очеред-ного судебного решения, которое судья огласит в пользу ответчиков. Через несколько дней, получив оформлен-ное решениена восьми листах, Светлана не стала читать его, брезгуя тем, что его в руках держала наглая судей-ка. Швырнуврешение в прихожей дома, она поспешила в душ — отмыть удушающую ауру, исходящую от судейки даже на расстоянии.

На следующийдень, бегло пробежав глазами по тек-сту решения, Светлана обратила внимание на то, что судейка подменила дочери статус,превратив ее из соб-ственниканежилого помещения в арендатора этого по-мещения. Нежилоепомещение дочери спроецировала в зеркальномотражении, из-за чего в решении усматри-валось два одинаковыхпомещения. Выходило, что одно помещение истицакак бы арендовала. А другое,анало-гичное помещение, сдавала в аренду, извлекая прибыль.

«Классное мошенничество и подтасовка судьей новеллы искового заявления»,—поняла Светлана.

Светлануне удивило, что судейка оклеветала ее, напи-сав в решении суда, что «при ознакомлении представите-ля истца с делом пропала проектная документация». Она понимала, что эта тварь,Карпуха, безнаказанно может клеветать на нее. Светланавпала в депрессивное состо-яние, понимаявсю свою беспомощность и то, что судов в стране нет. Не дратьсяже ей врукопашную с судьями.

«Умные люди,— подумала Светлана,— которые уехали за

границу.Подальше от российских судов, в которых вла-ствуют ненавистьк честному человеку, произвол, зло, об-ман, коррупция».

В судебнуюколлегию городского суда поступила кассационная жалоба. Расписана на рассмотрение ваше-му составу судей.Из какого суда поступила жалоба? — улыбнувшись своему помощнику, спросилИльин.Из Приозерного районного суда, в который вы ско-ро переходите. Истица уже неоднократно и безуспешно по разным основаниям подавала жалобы об отмене ре-шения суда первой инстанции, о признании незаконным перепродажи кровли над ее нежилымпомещением. При рассмотрении второго иска, о возмещении вреда имуще-ству, представитель истицы поняла, что их обманули, ре-шив, что помещение не принадлежит истицена правах частной собственности. Приозерный суд прислал три пухлые папки с материалами дела.«Сегодняопять придется надолго задержаться,— по-думал Ильин.—Надо будет позвонить домой, предупре-дить, что приеду поздно.Это одно из моих последних дел, надо будет изучить все документы тщательно, разобрать-ся во всем».

Светланаподошла к залу судебного заседания. В рас-писанииназначенных к слушанию дел прочла фамилию судьи, который будет рассматривать жалобу ее доче-ри. «Ильин Александр Алексеевич»,— прочитала она данные о судье. Секретарь пригласила Светлану в зал судебного заседания, уточнив ее статус и проверив до-кументы. «Встать! Суд идет!» Светлана,стоявшая у три-буны с опущенной головой, даже не хотела смотреть на

очереднуюсудебную коллегию в ожидании нового отка-за ее дочери.

Председатель судебной коллегии начал зачитывать основную часть ее жалобы. Услышав мягкий мужской голос, Светлана подняла глаза на судью. Его доброе лицо удивило ее. На его вопросы она только развеларуки в стороны и сказала: «На последнем судебном заседании судьей был устроен концерт, похожий на цирк шапито. Я вообще не поняла, что там происходило». Председа-тельствующий внимательно посмотрел на нее, встал, вме-сте с ним встали другие судьи. Все молча удалились всовещательную комнату. Светлана смотрела вслед им. Взгляд ее остановился на председательствующем. Вне-запно у Светланы из глаз потекли слезы, которые она не в силахбыла сдержать. Она не понимала, что с ней про-исходит,она только чувствовала, что председательствую-щий судебного заседания был на ее стороне. Она боялась услышать долгожданный результат рассмотрения ее жа-лобы. Почти бегом вышла из зала, забрав свои документы у секретаря, не дождавшись появления судебной колле-гии для оглашения вердикта. В гардеробе сняла с шеи цепочку с иконкой КсенииПетербургской, взяла в руку и крепко сжала ее.

В сторону дома Светлана шла пешком несколько оста-

новок. Низкое весеннеесолнце светило ей в глаза, застав-ляя щуриться.Когда добралась до дома, ее впервые после посещения суда не тянуловстать под струиводы, впер-вые она почувствовала человеческое отношение к ней, не унижающее ее достоинства. Светлануохватило чувство вины перед судебной коллегиейи ее председательству-ющим Ильиным,она представила, как он будет оглашать

определение в пустом зале, и ей стало неловко за свой по-ступок.«Надо будет извиниться,— подумала она,— если представится такаявозможность». Невзначай Светлана вспомнила, что в судебномзаседании была одна.Ответ-чиков не было. «Значит,— подумала она,— взяток этотсо-став судебной коллегии не берет».

Галина, узнав, что судебнаяколлегия вынесла опре-деление в пользу Светланы, обязав суд первой инстан-ции пересмотреть дело по существу, собрала совещание. Наталья сидела нахмуренная, сбылись ее опасения,что какая-нибудь жалоба сутяжницы может попасть на рас-смотрение Ильину. Ирина предложила для пересмотра дела дочери сутяжницы привлечь судью Лебедь. До-стойный отпрыск судейского бесчестья, подружка На-тальи.

Светлана, войдя в зал судебного заседания, в кото-ром уже находился представитель от строительной ком-пании, поняла,что это судебноезаседание опять будет проведено как театрализованное представление. Кукло-вод-аранжировщик, председательствующий судебного заседания, рассматривающая дело единолично, покажет мастер-класс на предметочередного обмана истицы и ее представителя. И плевать они хотели на указание су-дей из кассационной инстанции. «Ну не драться же мне с ними»,—опять подумала Светлана, когда было вынесе-но определение об очередном отказе о пересмотре дела по существу первого исковогозаявления ее дочери.

Светлана стояла неподалеку от торговой точки на рынке, где Мартя Павловна, взяв в аренду металличе-ский гаражный отсек,продавала подержанные, старые вещи.

Снимай,— сказала Мартя Павловна покупателю,—эта джинсовая куртка тебе велика.Да сейчас так модно,— ответил он.Снимай, я тебе подберу другую.Мне в этой курткекомфортно,— начал спорить мо-лодой человек с Мартей Павловной.Светланарешила стать на защиту покупателя. Подой-дя ближе к спорщикам, она сказала:

Покупатель всегда прав, таков закон торгового эти-кета.Мартя Павловназвонко рассмеялась, быстро сверну-ла куртку,упаковала ее в полиэтиленовый пакет и, полу-чив деньгиу покупателя, спросилаСветлану:

Как вы здесь оказались?Пришла посмотреть, какой вы коммерсант.И какой же?Да хреновый,— рассмеялась Светлана,— разве можно отговаривать покупателя от понравившегося ему товара?Ну, я же хотела по-честному.В данном случае честность была на его стороне, а не навашей. Вы честноборетесь в суде за ту часть кварти-ры, которая у вас была отчуждена нотариусом незаконно. Мартя Павловна, я сходила с вами на судебное заседа-ние к стервозной Карпухе.Мне хочется убежатьот нее. Я ввязаласьеще и в ваши судебные дела, теперь мне при-ходитсяидти против своей воли. Вчера, ознакомившись с вашим делом, из запроса, который сделала судейка, я поняла, что она хочет получить от нотариуса подтверж-дение, что одна шестая доля от вашей квартирыбыла от-чуждена в пользу Вогданова по завещанию вашего мужа,которое он как бы написал в день своей смерти. Если она такоеподтверждение получит, то, неровен час, вы може-те остаться без всей квартиры, поскольку первое завеща-ние вашего мужа, составленное им за год до смерти, уже не будет иметь силы. Вам надо срочно нанять другого за-щитника с юридическим образованием. Я больше не могу нервничать из-за вашей собственности.

Да вы не нервничайте,— спокойно ответила Мартя Павловна.— Я намедниходила в церкву.Куда-куда? не поняла Светлана.Да в церковь. Это моя мама так говорила — «в церк-ву», вот я и привыкла так говорить.Ну и кого вы в церкви нашли, юриста?Нет, адвоката, меня с ней батюшка познакомил, она приходит молиться за осужденных, многих из кото-рых посадилини за что, покалечив жизнилюдям.Мартя Павловна, мы с вами договорились, на сле-дующее судебноезаседание вы идетес человеком, кото-рый, надеюсь, знает гражданское законодательство.Да, я уже и договор с адвокатшей заключила. Запла-тила ей за ознакомление с материалами дела,— радостно сообщила Мартя Павловна.— Мне дочка помогла с день-гами. На рынке на судебные издержки не заработаешь, за аренду торговой точки приходится много платить.Если вы еще будете уговаривать покупателей не брать товар, который им пришелся по душе, будете рабо-тать в убыток,— сказала Светлана.Нет, в убыток я работать не могу. Сыну-инвалиду надо помогать.Мартя Павловна, вы по своейдоброте сына сдела-ли псевдоинвалидом. На работу не пускали. Мол, нарабо-таешьсяеще, успеешь. Вот он и сел вам на шею. Звоните мне.

Хорошо, хорошо, позвоню,— кивнув головой, про-щаясь со Светланой, ответила Мартя Павловна.Светлана понимала, что она состязалась в неравном бою, проигрывая судьям всех инстанций. Для нее это были не проигрыши, а ходьба по минному полю судеб-ной практики.Но при этом она волей-неволей осваива-ла законодательную базу. И чем больше она узнавала законодательных норм, тем больше досаждаласудейкам своими новыми заявлениями, ведя защиту Марти Пав-ловны.

Мартя Павловна, почему вы не звоните мне? Как прошло судебноезаседание с новым адвокатом?Я не могу головы от подушки оторвать, опять вы-сокое давление,—ответила тихим, с хрипотцой, голосом Мартя Павловна.У Светланы сжалосьсердце.

Вы сможете сейчас рассказать, что случилось?Попробую. Заседания никакого не было. Карпуха, когда узнала,что я пришла с новым адвокатом, впусти-ла в зал только ее для ознакомления с материалами дела. Адвокатша, выйдя из зала заседания, сказала:«С граж-данскими судьями судиться бесполезно, все белое вы-дается за черное, а черное за белое. У вашей судьи все решено. Вам будет отказано, судья пригрозила, как бы вам вообще не остатьсябез всей квартиры. Судья неадек-ватная, истерично кричала на меня.Не давала мне тол-ком ознакомиться с материалами дела. Советует вам лечь в больницу»,— проговорила свойдиалог адвокатша и, не прощаясь, ушла.Сколько цинизма, — возмутилась Светлана,— у этой Карпухи! Да и адвокат из церкви не лучше. На-верняка судья дала ей взятку или посулила какие-то преференции.Вам, Мартя Павловна, надо срочно отка-заться от иска о признании недействительным завещания первой жены вашегопокойного мужа. Это подложное завещание. По нему Вогданов никакого наследства не мог получить. Адвокаты, которыхвы нанимали, оказа-лись продажными. Мартя Павловна, как только оклема-етесь, приезжайте ко мне, напишем заявление об отказе от иска, чтобы вам не остаться без всей квартиры. Судей-ка Карпуха опасна.Она нам будет мстить, если мы откажемся от иска, поскольку ей не удастсявыполнить заказное, уже опла-ченное решениесуда в пользу Вогданова. Когдая по до-веренности моего мужа Анатолия,— начала рассказывать Мартя Павловна,— сдавала нотариусу документы на оформление ему наследственных прав на половину квар-тиры его жены, нотариус искусственно затягивал выдачу свидетельства о праве на наследство. Причем она попро-сила меня сообщить дату смерти, если мой муж не успе-ет оформить своих наследственных прав. Я позвонила ей и сообщила о том, что Толя умер. Назвала дату его смер-ти. Она воспользовалась моей информацией и оформи-ла свидетельство о праве на наследство Вогданову в день смерти моего мужа. Надо будет написатьжалобу на но-тариуса.Ой, да бросьте, Мартя Павловна,— возразила Светлана.— Нотариальная палатаприкроет пакостные делишки нотариуса. У них там своя коалиция. Мартя Павловна, у меня пошаливаютнервишки. Я достаточ-но наглоталась судопроизводственной пыли, лжи, без-успешно бегая по коридорам судов, защищая права дочери и ее законные интересы. Теперь мне Бог подбро-сил еще и ваше запутанное дело,— расстроенно сказала Светлана.

Случайного на этом свете ничегоне бывает,— де-ловито ответила Мартя Павловна.— Сверху видно, кто и с кем должен встретиться в этой жизни.Тебе чего? По какому случаю ты вспомнил обо мне? Зачем звонишь? — спросила Светлана мужа.— По-слушай, я тебе не мешала пропадать в гараже неделями. Я поначалу волновалось, чтобы с тобой ничего не случи-лась, помня, как ты как-то перепуталшланги и глотнул бензин, после чего твою физиономию разнесло. Я не-сколько раз бегала в гараж, когда ты днями пропадал там. Убеждалась, что ты жив, здоров, со своими дружками пропиваешь халтурные деньги. Теряла время и здоровье. Если ты не понял,—продолжала она на повышенных то-нах,— что время коллективных пьянок на заводахи в га-ражах ушло, то это твоя проблема. Я нашла, чем мне заняться,открыла свое предприятие, чтобы работать на себя, а не на тех дяденек,которые мною пыталисьруко-водить. Я даже в советское время была сама по себе,лю-била, хорошо знала и выполняла свою работу. Поэтому никогда не боялась ни начальников, ни переаттестаций. Все члены аттестационной комиссии молчали, не зная, с какой стороны меня укусить.Мне самой приходилось задавать членам аттестационной комиссии вопрос: «Что вас интересует?» После продолжительной паузы они меня спрашивали: «Нравится ли вам ваша работа?» Я от-вечала: «Очень».Все кивали головойи больше никакихвопросовмне не задавали. Давай раскалывайся, что тебе надо от меня? Привеститебе капли в глаза послеодин-надцати часов дня? А почему после одиннадцати? Я буду в твоем районе около десяти утра. Почему аптеки откры-ваются в одиннадцать? Тьфу,так бы сразу и сказал,что нужен коньяк и продают его после одиннадцати. Хоро-шо, приеду попозже, составлю тебе компанию, приготовь что-нибудь вкусненькое.

Александр Алексеевич, вас просит зайти председа-тель городского суда,— забирая папки с материалами су-дебных дел, тоненьким голоскомсказала помощник.Ильин вопросительно посмотрел на нее, спросив?

Она не намекнула, чем вызвана ее просьба?Нет, ничегоне сказала,— уходя,ответила помощ-ница.Проходите,— приветливо улыбаясь, встав с крес-ла, обратилась к Ильину Валентина Григорьевна.— Я как председатель городского суда должна вас предупре-дить,— начала она сразу с главного,— что в Приозерном суде, который вам вверен, работаетсудья Карпуха.Наслышан о такой.Как, вы уже знаете? — нервно поправив воротничок на кофточке, спросила Валентина Григорьевна.Наслышан о ней, очень грамотная судья, хорошо знающая законы. Отлично владеет судебной и правопри-менительной практикой,— улыбнулся Ильин.— Наша судебная коллегия вынесла определение по заявлению истицы,которая благодаря решению судьи Карпухи до-гадалась о том, что ее и представителя просто развели. Слабый судья вряд ли бы изощрился одно нежилое по-мещение превратить в два.Да,от фейковых решенийнам никуда не уйти,— снис-ходительно поддержала Ильина председатель суда.— И это все, что вы знаете?Да, это для меня главное, что я должен знать о сво-их коллегах, с которыми мне придется сотрудничать.Председатель суда опустила глаза,не зная, как доне-сти щепетильную информацию Ильину о том, что судья Карпухалесбиянка. Взяв паузу, она поддержала Ильина:

Грамотности у судьи Карпухи не отнимешь, но тут вот в чем дело,— посмотрев в глаза собеседнику, сказала председатель.— Она лесбиянка, и у нее очень непростой характер. Она любит поджимать под себя всех судей.Ее нетрадиционный образ жизни,— медленно на-чал рассуждать Ильин,— это ее личное дело. Ну а если су-дьи будут давать ей возможность командовать собой, так это их дело. Я не буду читать им нравоучения, это не вхо-дит в компетенцию председателя районного суда.Да, вы человек, который на проблемы взаимоотно-шений коллег смотрит в общих чертах, не вдаваясь в под-робности,— спокойно заметила Валентина Григорьевна.Я выполняю законы в тех рамках, которых от меня требует мой судейский статус,и будущие полномочия председателя районногосуда я не намерен превышать.Александр Сергеевич, квалификационная колле-гия судей дала положительное заключение о назначении вас на должность председателя Приозерного районного суда. Вы спокойно отвечали на все интересующие кол-легию вопросы.Были убедительны. Это правильно с ва-шей стороны попробовать себя на разных должностях в нашей системе. Полагаю, что вы справитесь. Вам доста-нется коллектив не с самымилучшими судьями. Вы жезнаете,с грамотным, воспитанным контингентом судеб-ного корпусав стране проблема.

Не сразу Москва строилась,— не найдя ничего дру-гого, спокойносогласился с ней Ильин.— А достойную судебную систему надо выстраивать, начинаяс себя.Это вы правильно заметили,— выйдя из-за своего стола, заулыбалась Валентина Григорьева, давая понять Ильину, что она сказала ему все, что хотела.Разрешите уйти?— вежливо и спокойно спросил Ильин.В добрый путь,— кивнув головой, напутствовала его председатель городского суда.«Сибиряк,—подумала она, перебирая документы на своем рабочемстоле,— твердый в своих убеждениях. Для него закон есть закон. В прошлом году, рассмотрев жало-бу организаторов марша геев на запрет проведения ше-ствия, посчитал,что запрет, принятый районным судом, нарушаетправа и свободы геев. При вынесении определе-ния воспользовался своим правом председательствующе-го в судебнойколлегии, голос которого был решающим, для положительного исходадела.

Наташенька,— сказалатетя Нюся,— с введением новой законодательной базы многое изменилось в судах. Это когда я работала судьей, председатель суда по звонку из районной администрации или других лиц мог коман-довать нами и рекомендовать, в чью пользупринимать решение,— расставляя рюмки на столе, вспоминала, тет-ка Натальи.В тех судах,— взяв рюмку в руки, ответила Ната-лья,— в которых не поменялись председатели старой формации, так и остались эти порядки. Старорежимнымпредседателям не изменить свою психологию, они про-должают чувствовать себя начальниками. Им от власти трудно отказаться.

Ты считаешь, что вновь пришедшие в суд председа-тели,— ставя сковородку на стол, спросила тетка,— будут с другойпсихологией? Да они все выходцыиз одной су-дебной системы.Не скажи,тетя,— поддевая тушку рыбы со сково-родки, стоящей на столе, ответилаНаталья.В судах изредка попадаются судьи, для которых закон превышевсего, и ты знаешь таких? — удивленно спросила ее тетя.Знаю, к нам из городского суда прислали нового председателя. Работу начал со знакомства с коллекти-вом. Ведет прием посетителей суда, наверно, хочет узнать о нас, судьях, побольше от тех, кто жалуется на нас,— ус-мехнулась Наталья.— Готовится к перепланировке по-мещений канцелярий суда, чтобы людям было удобно ждать своей очереди, асотрудникам суда — обслуживать посетителей. Занимается воспитательной работой в от-ношении подчиненных ему аппаратом работников суда. Обязывает их вежливо и корректно разговаривать с по-сетителями. Проводитсовещания, оповещая нас о про-деланной им работе. В рамках своихполномочий, имея статус судьи, рассматривает заявления по гражданским и административным делам. Решает досудебныевопро-сы, облегчаяработу судьям. Жесткоотказывает в прось-бах заявителям об ускорениирассмотрения уголовных дел. Четко очертил грань своих полномочий и обязан-ностей. В процессуальные вопросыне вмешивается. К тому же,— взяв паузу, поделиласьНаталья с тетей,—он хорошо воспитан,выдержан, элегантен, с ним прият-но общаться.

Ой, Наташенька, да ты вся расцвела, зарделась, го-воря о новом председателе.Это я от выпитой водки разрумянилась,— уходя от продолжения темы, отговорилась Наталья.Так как же ты теперь будешь действовать в суде? — наполнив пустые рюмки, продолжила расспросы тетка.—Ты же привыкла, чтоб все по-твоему было, судьи тебе подчинялись, особенно вновь пришедшие в суд. Ты их сразу берешь в оборот. Проверяешь их знания по юри-спруденции, при случае помогаешь им. Пишешь за них определения и решения суда.Да, тетя, приходится заниматься и этой работой. Поэтому у меня высокая зарплата из нашей общей кассы. Коллективу это не нравится. Шепчутсяза моей спиной, потом все равно подходятко мне и просят помочь.Они даже законы читать не умеют, тем более применять их.—Наталья, выпив несколько глотков водки, продолжала откровенничать с теткой.— У меня большой опыт в судеб-ной практике,как из любого закона сделать перевертыш и обратить его в оружие против того, кто прав,— нервно расхохоталась Наталья, цинично добавив: — Такова наша жесткая судебная практика.А как же при новом председателе будешь жить? — спросила тетя.Я же тебе говорила,— допив рюмку водки, закусив селедкой с луком, сказалаНаталья,— я как была мини-стром анархии в суде, так им и останусь. Буду теневым председателем суда. С нашими сговорчивыми клушами я всегда найду общий язык. Они как брали взятки,таки сейчасбудут их брать,и им нужна крыша. Вот я и есть такая крыша для них. Новому председателю с нами не по пути,— вытеревмасляные губы салфеткой, ответила На-талья.— Взятками брезгует, кнему с такими предложени-ями не подъедешь.Пожалуй, я пойду отдыхать. Мы уже целую бутылку водки опустошили. Спасибо, тетя, за при-готовленный ужин,— медленно вставая со стула, сказала Наталья.

Заперев на ключ дверисвоей комнаты, Натальяпро-вела рукой по краю дверной коробки, потом с силой уда-рила по ней кулаком. Услышав крик тети Нюры: «Что случилось?» — ответила ей: «Все в порядке, тетя».Ната-лья разделась, леглана кровать. Головакружилась. Ты-сячи мыслей пролетали ежесекундно. Эта ненавистная ей сутяжницасо своим упрямством и достоинством, но-вый председатель суда, секретарши, которые из-за ее до-могательств тихо слиняли с работы,— все перемешалось в мозгах. Душу разрывало чувство зависти, злобы, не-нависти. На секунду ей показалось, что непонятные ей тончайшие чувства любвизарождались в ее душе. «Вот только к кому?» — вдруг испугалась Наталья. Неужели к сутяжнице?Она красивая, женственная и добрая, обла-дала тем, чем обделилаНаталью природа. Или к Ильину, галантному, великодушному, мягкому, честно относяще-муся к своей работе,чего не было в характере и в прави-лах поведения Натальи?

В полудреме перед ней всплылакартина детства,

юности: дорога в город из гарнизонного городка, где она жила с отцом и матерью.Воспитывалась Ната-лья в семье, в которой отец был главой.Подчинял себе жену, страдающуюшизофренией, младшего сына и,как

ему казалось, старшую строптивую дочь. Нравом отец был крут. Любил поиздеваться над сослуживцами. Но-вобранцев, за людей не считал. При малейшем непо-виновении отправлял на гауптвахту. Сослуживцы не любили его, старалисьдержаться подальше. Он был на-вязчив, хитер, ловко выкручивался из любых, даже са-мых сложных ситуаций, которыесам же и создавал. За нимзамечали склонность к воровству. Он был среднего роста, плотного телосложения, с маленькой, наголооб-ритой головой, узкимлицом, пытливым взглядомчер-ных глаз. Крупный нос с горбинкой придавал ему вид ястреба. Мать была невзрачной, бесформенные короткие ноги переходили в широкие бедра,придавая ее фигуре форму матрешки. Работала мать уборщицей. Вяло теку-щая шизофренияне очень-то беспокоила ее. Депрессии редко наступали ей на горло.

Дочь не любила ни отца, ни мать, к брату относилась как к пажу: принеси,подай, выйди вон. В школе Наталья училась неплохо, но точные науки не любила, гуманитар-ные предметы,особенно русский и литература, ей дава-лись легко. Любила черный юмор, вульгарные школьные анекдоты и обожала подставлять своих одноклассников. Однажды она подговорила самого хулиганистого маль-чишку подложить кнопки иголкамивверх на стул пре-подавателя математики. Учительница, войдя в класс, поздоровалась с учениками, выдвинувстул из-под учи-тельского стола, не глядя на сиденье, хотела присесть на него. В это время раздалсяпредупреждающий крик На-тальи, чтобы учительница не садилась на стул. Та увиде-ла кнопки, спокойнособрала их, положила на стол и без выяснений, кто это сделал,начала проводить урок.

Наталья выискивала самых слабых и глупых детей в классе.С самой красивой девочкой она вступила в дет-ские неосознанные сексуальные отношения. Уговорила ее лечь с ней в кровать,обнимала, целовала ее, гладила по бедрам, запускаясвои руки в ее трусики.

Натальябыла беспощадна к одноклассникам, подби-вала их на всякогорода грязные, неприглядные делишки. Была расчетлива, знала, кому и что поручить. С удо-вольствиемнаблюдала, как колошматят по ее заказу не-угодного ей одноклассника. Придумала кличку самой некрасивой девочке в классе, чтобы делать ей больно. Наталья создавала разного рода конфликты, но легко из них выкручивалась, незапятнанной выходила из ситуа-ции. По характеруи внешности была копией своего отца. В классе случались пропажиденег и конфет из портфе-лей учеников, но как-то все выходило так, что умело, невзначай брошенная фраза Натальи указывала на вино-вника кражи — на того мальчишку, которого онаподби-ла положить кнопки на стул учительницы. Своим видом всегда взъерошенный рыжеволосый мальчик обращал на себя вниманиеНатальи. Она, выбрав его в жертву, сдела-ла его объектом для издевок и подстав.

Наталья никогда и ни с кем не говорила о своей се-мье. Родители в школу не ходили. Когда учительница устраивала родительские собрания, мать или отец отде-лывались записками, которые их дочь передавала учи-тельнице. Наталья никогда, в отличие от других детей, не говорила, кем она хочет стать.

В конце восьмидесятых годов, окончив школу, устро-илась работатьпо вольному найму в воинской части бух-галтером. Работа ей претилаи раздражала ее, так как

бумажныекупюры она видела только в цифрах отчетных бухгалтерских документов. Натальеже надо было ощу-щать купюры наяву, упиватьсяи наслаждаться, держать их в руках. Вскоре ей пришлось столкнуться с ситуаци-ей на работе, которая требовала юридических знаний. В стране повеял ветер перемен. Наталья всегда держала нос по ветру. Денежныйвектор, который она чувствова-ла всем своим нутром,заставил ее искатьновое занятие в жизни. Братишка Натальи, загнанный в угол отцом, старался ничем не выделяться в семье, был самым не-заметным, но, когдав жизнь народавошел интернет, он проявил немалый интерес этомуновшеству.

Натальярешила перебраться в город, где жила ее тет-ка. Из воинской части,находившейся в ста километрах отжелезнодорожной станции, Наташа добралась сравни-тельно быстро,без приключений. Были какие-то попут-чики, ехавшиес ней на электричке, но Наталья с ними вразговор не вступала. Их развязное поведение, пошлые шуточки не нравились Наташе, тем более время прибли-жалось к двенадцати часам ночи. Знакомство с ними не сулило ей каких-либо удовольствий. Родители дали На-таше адрес и номер телефонатетки, которая обещала по-мочь зацепиться за город федерального значения.

До отправления ее поезда оставалось часа полто-ра. Пассажиры, ожидавшие отправления своих поездов, устроившись на металлических креслах вокзального зала, мирно дремали.Наталья, найдя укромный уголочек, при-села рядом с одинокойпожилой женщиной. Мысли ста-ли одолевать Наташу, в душу заползла апатия.«Вот так и я,— подумала она, разглядывая соседку,— состарюсь, и жизнь меня будет заставлятькуда-то по ночам разъез-

жать». Скрытнаяот природы,не любящаялюдей, Наташа решила отвернуться от старухи. Но вскоре она услышала ее грудной голос: «Доча, а ты куда едешь?» — «Какая я вам доча?» — огрызнулась Наталья. «Да ты не серчай на меня,—продолжала женщина.— Я уже здесь третий час коротаю. Спать, как другие люди, сидя не могу. Вот и подумала, что, видно Бог тебя ко мне прислал».—«Бабуль,— нехотя спро-сила Наташа,—а ты что, в Бога веруешь?» — «Как не веро-вать? — поправивстаренький пуховой платок на голове, тихо ответила женщина.— Мне, поди, сколько лет. Вот что, доченька, проживешь с мое,поймешь: если ты сама вовре-мя не придешь к Богу, он придет к тебе».— «Еще добавь

„в нужное время“,— раздраженно ответила пожилой жен-щине Наталья.—Не учи меняжить»,— внезапно с гневом резко ответилаНаталья. «Ну, как знаешь»,— тихо ответи-ла женщина,отведя глаза.

Дежурныйпо залу объявил о начале посадки на поезд дальнего следования. Старая женщина посмотрела вслед уходящей Наталье, у которой на плечах висел рюкзак, а в руках она несла чемоданы. «Бог в помощь, доча»,— пе-рекрестила ее пожилая женщина.

Наталья нашлатретий вагон. Показалапроводнику билет, тот, проверив его, сказал Наталье: «Ваше семнад-цатое место в пятом купе». В тесном коридоревагона тол-кались люди. Не убранные из коридора вагона чемоданы, коробки, тюки путались у Натальи под ногами. Чертыха-ясь, она с трудомпротиснулась в свое купе.

На нижней полке, напротивместа Натальи, сидела мо-ложавая сухопарая женщина. Она поздоровалась с Ната-шей, явно желая расположить ее к себе. «Вам помочь?» — спросила она. «Нет, я сама справлюсь», — ответила

пренебрежительно Наташа. Попутчица ухмыльнулась:

«Да, я вижу, вы гражданка с характером», — скривив тонкие губы в улыбке, сказала она. Наталья, уловив за-пах спиртного, спросила: «Вы, наверно, с вечеринки?» —

«А что, заметно?» — заинтересовалась у Натальи собесед-ница. «Еще как»,— парировала Наташа. «Вы очень про-ницательны,— взбив прическу, сказала женщина. — Меня зовут Ирина, а вас как?» — «Если интересно,Наташа». —

«Значит,Наталия». — «Не Наталия, а Наталья», — попра-вила ее Наташа. «Ну, пусть будет Наталья»,— снисходи-тельно ответилаИрина.

Вскоре в купе друг за другом протиснулись еще два пассажира. Это были мужчины разных возрастов. Один из них обратил на себя вниманиеНатальи. У него была рыжеватая бородка, добрыеглаза. Рыжие волосына го-лове несколько всклочены. Он был высокого роста,одет по-дорожному. Войдя в купе, вежливо поздоровался. На-талья невольно вспомнила рыжеволосого мальчишку, над которым когда-то в школе издевалась. «Мы,— ска-зал новый пассажир,— ваши попутчики».— «Надолго ли?» — подумала про себя тогда Наталья.Поезд набирал скорость, проводник,войдя в купе, проверил и забрал би-леты у пассажиров, разложил их в кассовую сумку. Муж-чины закинулисвои вещи в верхнюю нишу купе.

Ирина, заметив,что высокий рыжеволосый мужчина везет с собой аккуратно обернутую стопку книг, спроси-ла: «Это у вас мемуарнаялитература?» Он, улыбнувшись, ответил: «Да, что-то вроде этого».

В купе заглянул второй проводник: «Чаю хотите?» Мужчины отказались, желая поскорее лечь спать. Ната-лья в силу своей врожденной скупостиничего не отве-

тила проводнику, и только Ирина заказала себе стакан чая. Осторожно отпивая горячий чай, она начала вни-мательно разглядывать Наталью. Отметила про себя ее пытливый, пронзительный взгляд. Допив чай, спросила у нее: «В наш городв гости или искать работу?»— «И то и другое»,— нехотя ответила Наталья. Поезд прибли-жался к городу. Мужчины, проснувшиеся раньше своих спутниц, уже стояли у окна в коридоре вагона и о чем-то разговаривали, готовясь к выходу.Поезд подъезжал к перрону.Ирина поспешно одевалась, поздоровавшись со спутницей. Сунула ей свою визитку:«Возьми,— сказа-ла она Наталье,— авось пригодится».

Натальяоткрыла глаза, услышав, как тетка обронила чашку на кухне.Воспоминания о давнемнеожиданном знакомстве в поездене давали ей заснуть. Она поверну-лась на бок, вспомнила, что, когда она вышла из вагона, большой город встретил ее туманнойдымкой. Наталья тогда даже себе представить не могла, что она через не-сколько лет после встречив купе поезда с однимиз по-путчиков и Ириной будетработать в районномсуде.

Наталье вспомнилась старая женщина в пуховом платке, с которой она разговаривала в зале ожидания на вокзале.Спиртное будоражило ее память. «Надо попро-бовать заснуть,— успокаивала себя Наталья,— зря я вы-пила лишнего».

Лежа в постели, Наталья,вспомнив сутяжницу и ее подзащитную Слоину Мартю Павловну, внезапно гром-ко расхохоталась. «Ишь чего захотели, справедливость найти в суде, а получили хрен на блюде».Через минуту в комнату постучалась тетка с уговорами принять таблет-ки, назначенные врачом Наталье.

Наталья, мне позвонили из Дзержинского район-ного суда,— нервно по телефону сообщила Ирина.— Сло-ина с подачи сутяжницы обратилась с иском к нотариусу. Просит истребовать у нотариуса и ознакомить ее с заве-щанием от восемнадцатого января.Наша коллега при-нялазаявление. Мы нашликонсенсус. В решениисудья напишет, что завещания от восемнадцатого не существу-ет, а просто в этот день выдано Вогданову свидетельство о праве на наследство. Окажет юридическую услугу и но-тариусу, и Вогданову,который сможет зарегистрировать свое право на часть квартиры Слоиной Марти Павлов-ны. Наша судебная практика позволяет нам руковод-ствоваться не законами, а понятиями. Иск был подан в отношении одного ответчика. А судебное постановле-ние вынесеноуже в пользу двух. Посмотрим, что сутяж-ница еще придумает,в какой суд подастся вместе со своей подзащитной.У нее и так трясутся руки,когда она приходитна судебные заседания. Почему-то мне доставляет радость видеть, как она нервничает.Наталья, мне кажется, что ты к ней неравнодушна, но учти,она тебе не по зубам.Время покажет,— ответила Наталья.Достав спасительную таблетку, Наталья быстро про-глотилаее, запив водой. «Сутяжница помешала мне про-тащить и узаконитьзавещание от восемнадцатого января, подсказав Слоиной отказаться от иска»,— разозлилась она. Начало рабочегодня было испорчено сообщением Ирины.

После всех проигрышей обманутая судьями Светла-на внутрипостоянно испытывала чувстводискомфорта

и тревоги.Работая в своем саду, она вспомнила услышан-ный в суде разговор юриста с женщиной, которая наняла его после того, как к ней пришли приставы с решени-ем суда о ее выселении из квартиры. Юрист,пролистав материалы ее дела,сказал женщине: «Вас же вызывали на судебные заседания, вот в деле подшиты извещения о том, что вы уведомлены и получили повестки в суд». Женщина посмотрела на подделанные судьей почтовые извещения и расплакалась, сказав, что она их впервые ви-дит и на повестках подпись не ее.

Страх все больше и больше загонялСветлану в угол. Она понимала, что если на основании незаконных ре-шений суда приставы сначала арестовали помещение ее дочери,то потом заберут и жилье для принудительного взыскания с нее юридических расходов, присужденных судом ответчикам во исполнение решениясуда. И если будет третье решениесуда, которое Карпухаобеща-ла Свозовскому провести так, что она ничего не узнает о судебных заседаниях, то можно остаться и без нежи-лого помещения. Светлана, в ожидании неприятностей сжав нервную системув комок, приготовилась к очеред-ной подставе. Она понимала, что ввязалась в неравный бойс мерзкими хозяевами жизни, способными на всякие подлости, уверенными в своей безнаказанности.

Мартя Павловна, вас можно поздравить, у вас ро-дилась внучка.Да, родилась,— ответила печально Мартя Павлов-на.— Я хочу отдатьее в детский дом.Мартя Павловна, мало ли, чего вы хотите, у нее естьмама. Вообще, МартяПавловна в своемли вы уме? Почему вы решаете за свою дочь?Потому что она наркоманка и пьяница, а я рабо-таю, мне надо зарабатывать деньги, у меня есть еще и сын.Помню,— сказала Светлана,— которого вы превра-тили в псевдоинвалида. А что, сын не может работать? Какое у него образование?Он училсяв платном институте, я оплачивала его учебу, а когда Анатолий позвал меня жить у него, я не смогла работать. Анатолий плохо передвигался, я уха-живала за ним, кормилаего с ложечки. Приходилось под ним часто белье менять,убирать из-под него сами знаете что.Догадываюсь,— кивнув головой, сказала Светлана.Так вот,— продолжала Мартя Павловна,— мой сын забросил учебу, нашелдевочку. Они сняликвартиру.А где прописан ваш сын?В квартире, которая находится у нас троих в до-левке. В свое время наша семья имела двухкомнатную квартиру. Дочь заработала большую сумму денег на про-ституции. Мы продали двушку и купили трехкомнатную квартиру.Значит, теперь вы живете с дочерью и с внучкой в трешке, а сын, который расстался с девочкой, перебрал-ся в вашу двухкомнатную квартиру, из-за которой мы су-димся?Да, выходит, что так,— с улыбкой ответила Мартя Павловна.— Сын у меня больной, целыми днями лежит на диване, у него инсульт.Это вам врач сказал?Нет, врача мы еще не вызывали, потому что вся квартиразавалена шмотьем, которыммне приходится торговать на рынке.Мартя Павловна, вы единственная по закону на-следницана эту квартиру. Я пока больше не смогу помо-гать вам.Дочь хочет отвезтименя в психушку, считает, что у меня совсем расстроилось мышление.Мартя Павловна, вы пока помогайте дочери рас-тить внучку, кстати, как ее назвали?Миланочка,— ответилаласковым голосом Мартя Павловна.Я пока должна оклематься от своих навязчивых идей, мне все время кажется, что судьи меня не отпуска-ют и пытаются догнать и нагадить мне вместе со свои-ми подельниками — юристом Свозовским и его дружком, председателем товарищества собственников Сергеевым.Ирина, ты скоро уходишьв отставку? — без пред-упреждения войдя в совещательную комнату, спросила Наталья.С Ильиным кашу не сваришь. Это не наш человек. Он пришел в суд и начал с того, что ведет прием посе-тителей суда. Наверно, хочет адаптироваться. Узнать все о нас. Ведь посетители приходят только для того, чтобы жаловаться ему на нас и на решения, которые мы прини-маем.Да пусть жалуются,— с присущей ей наглостью от-ветила Наталья.—У него нет компетенции давать ука-заниянам, как рассматривать поступившие иски и кто должен выиграть, это тебе не Галина, та была в нашей компании.Тебе, Наталья, будет трудно одной собирать обро-ки с судей.Будь осторожна, у Ильина найдутсяжелаю-щие заложить тебя.Что-что? — нервно расхохоталась Наталья.— Они все под моим контролем. Благодаря мне они выполняют липовый план по рассмотрению дел. Никто не проверяет, есть ли бумажные носители по делу. Количество рассмо-тренных дел по итогам года подсчитывает компьютерная программа.Согласна с тобой,— поддержала ее Ирина.— Ты классный хакер. Не важно, сколько дел мы рассмотрим, важно, сколько подсчитает программа. Ильин ни с кем пока из судей не сближается, всех держит на расстоянии вытянутой руки. Кстати,он интересовался у меня как бы невзначай о тебе, я поняла, что его интересовало, с кем из судей ты дружишь. Мне показалось, что он знает о твоих нетрадиционных пристрастиях, для удовлетворения ко-торых ты нередко используешь свое рабочее время.А что, нельзя? — надменно усмехнулась Наталья.—Мне государство выделило по закону совещательную комнату,понимаешь? — ударив себя в грудь, сказала На-талья.— Мне лично, мне, и я буду использовать этот ка-бинет, как мне заблагорассудится.Остынь,— одернулаее Ирина,— все это ты могла делать при Галине, при Ильине не удастся, пожалуй, тебе пора выезжать со своими подружкамидля наших любов-ных оргий на природу.Пожалуй,— согласилась Наталья с Ириной.— В со-вещательной комнате нам становится тесновато и опас-но. Я подумываю,— сказала Наталья Ирине,— за городом, недалеко от залива, снять коттедж с большим участком, там у меня будет вожделенный притон, там я буду един-ственной хозяйкой, организую закрытый пляж только для женщин. Помню, в Паланге такой есть, там все жен-щины загорают нагишом. Буду наслаждаться женскими фигурами, правда,стройных мало.

Наталья, хватит ли бабок на содержание притона?Хватит, будем разбавлять наше женское общество и другим народишком, с нетрадиционными способностя-ми. Кстати, защищать права геев, разрешая им проводить шествие по городу,— тема Ильина. Ты помнишь, как он вынес определение в их пользу,работая в кассации?Не подначивай его,— произнесла Ирина.— Еголюби-мая тема — права человека, свободы и законные интересы.Не знаю, не знаю,— загадочно произнесла Ната-лья.— Однако, Ирина, ты меня порадовала известием о том, что Ильин интересовался мною,— прихлопывая рукой по папке с делом, которуюона держала, повеселев, произнесла Наталья.Ой, Наташка, никак влюбилась в Ильина?Ну, до моей любви ему еще надо дорасти.А ты думаешь, что ему нужна твоя любовь? — рас-смеявшись, спросила Ирина.А это время покажет,— перешла на жесткий тон в голосе Наталья.Ну ты и жесть,— тихо сказала Ирина, дав понять Наталье, что пора заканчивать разговор.Наталья было направилась к двери, как Иринаостановила ее: — Галина интересовалась, когда мы проведем третье судебное засе-дание в отношении имущества дочери сутяжницы. Она ждет своей доли.Подождет,— ответила Наталья.— Чем больше су-тяжница жалуется во все инстанции в желании добить-ся своих прав в государственных учреждениях, тем легче будет оставитьее без имущества. Все идет своим чередом.Собравшисьза столом незатейливого загородного ре-сторанчика, Наталья и Свозовский со своим дружбаном, председателем товарищества Сергеевым, начали стро-ить планы, как отомститьСветлане за ее обращения в го-сударственные службы по поводу постоянных протечек кровли нежилого помещения.

Кадастровый и технический планы, которые су-тяжница приобщила в дело, и ее жалобы на нас в разные инстанции помогут вам привести механизмв действие. Вам надо связатьсяс инспектором Никитиным из город-ской жилищнойинспекции, куда она обращалась с жа-лобами на вас. Он нам поможет направлять в ее адрес зарегистрированные письма, написанные нами на блан-ках жилищнойинспекции. Тексты писем буду составлять я сама,— с перекошенной улыбочкой сказала Наталья.—Вам надо будет подкупить сотрудницу районной межве-домственной комиссии, чтобы отправить сутяжнице еще и предписание, котороеона никогда не сможет выпол-нить. Я навела справки, дочь переоформила это нежилое помещение на сутяжницу.Сутяжница теперь имеет ста-тус индивидуального предпринимателя. Надо будет свя-заться с нашими людьми из налоговой инспекции, пусть проведут камеральную проверку ее деятельности. Уси-лим давление на ее нервнуюсистему. От нашего наезда ейбудет не уйти. Рычаги судебной системы работают для нас безотказно. Мы соберем копии всех писем, адресо-ванных ей, и приложим предписание из межведомствен-ной районной комиссии, которое она никогда не сможет выполнить. Проведем еще и третье судебное заседание так, что сутяжницаоб этом не узнает. Решение, вступив-шее в силу, получитпо почте.К тому времени,— допив водку, сказалСергеев,—когда помещение окажется в моих руках, как у добросо-вестного приобретателя.Наталья и Свозовский переглянулись, давая понять друг другу,что от конкурента, председателя, надо изба-виться.

Возвращаясь домой, Светлана увидела, что из почто-вого ящика нарочитовыступающим вверх кончиком кон-верта торчалописьмо. Будто его специально опустили так, чтобы оно было заметно. Она сразу встревожилась, достала письмо, войдя в дом, посмотрела, от кого оно при-шло. Письмо было из администрации города,куда она обратиласьпосле проигрыша в суде. Оно было адресова-но трем адресатам:в жилищную инспекцию, в районную администрацию, товариществу собственников жилья дома. В письме давалиськакие-то распоряжения для го-родской жилищной инспекции, администрации района, для председателя товарищества. Светлана насторожи-лась, подумала: «При чем здесь районная администрация и жилищная инспекциягорода?»

Ровно через неделю опять пришло письмо, на этот раз из жилищной инспекции, его составителем был некий инспектор Никитин. Сильное чувство тревоги охватило Светлану. Она поняла, что какой-то подвох есть в этих письмах, стиль написания которых был очень близок к тому, которым были написаны судебные решения. Ров-но через неделю пришло еще одно письмо из жилищной инспекции о каких-то других проверках. Светлана поня-ла, что кто-то оказывает давление на ее психику, и уже не рада была,что вообще они с дочерьюжаловались в суд ив администрацию городана беззаконие.

Из статей законодательства, на которые ссылалась жилищная инспекция, получалось, что собственник жи-лую квартиру незаконно перепланировал в нежилое помещение и использует его без разрешения админи-страции района под магазин детских товаров. Эта подо-плека пугала Светлану, ее предчувствия оправдались, она вдруг осознала, что это организованный судьями на-езд на ее помещение с целью отжать у нее его. С дочерью она перестала делиться, поскольку эти ее опасения раз-дражали дочь. Оставшись одна, один на один со своими тревожными мыслями, она ходила из угла в угол по дому, пытаясьнайти выход из создавшейся стрессовой для нее ситуации.

Светланарешила пойти в магазин своих арендаторов и переговорить с директором. Юля ей рассказала, что ее вызывали к председателю товарищества. Представитель жилищной инспекции требовал какие-то чертежи и раз-решение на перепланировку помещения. «Да, вот еще что,— улыбаясь, сказала Юля,— приходил управляющий дома, предложил прорубить люк в полу для соединения магазина с подвальными помещениями. Мне показалось, что он болен на всю голову». Светлана вдруг с ужасом ощутила,что помещением, принадлежащим ей, кто-то уже командует. Она вспомнила о решениях суда,о том, как ее с дочерью спросилив кассационной инстанции:

«А это помещение принадлежало вам?» С ужасом поняла, что суд тогда отказал им в исках, поскольку посчитал, что помещение,принадлежавшее дочери на правах частной собственности, является государственным имуществом.

Помещение,которое она оформила на дочь, досталось Светлане благодаря тому, что она в концевосьмидесятых

годов организовала свою фирму, приносящую ей доходы. Продала свою двухкомнатную квартиру, для того чтобы вложитьсяв строительство дома, приобрести в нем нежи-лое, коммерческое помещение. Она вспомнила, как жен-щины из проектногоинститута, когда Светлана пришла проверить, какое количество электроэнергии запроекти-ровано для нежилогопомещения, спросили у нее: «А для чего вам это помещение?» — «Для куска хлеба, когда я пойду на пенсию».— «Хороший кусок хлеба, и на масло хватит»,— с завистьюв голосе произнесла одна из сотруд-ниц отдела.Светлана, посмотрев на завистливую блон-динку, ответила: «А чего вы сидите за этим кульманом? Откройте свое предприятие и зарабатывайте не только на масло,но и на икру из разных породрыб».

Светлана, тяжело опустившись в кресло, стоящее око-ло окна, прикрыв глаза, из уголков которых потекли сле-зы, начала вспоминать, сколько инстанций, надуманных властями, она прошла,утверждая проекты по электро-энергии и перепланировке помещения под магазин, чтобы получить разрешение на запуск помещения в экс-плуатацию его под сдачув аренду.

Она подняласьна второй этаж дома, в ванной комна-те смыла с лица следы слез. Посмотревна себя в зеркало, подумала: «Как же я плохо выгляжу». Прошла в кабинет, сняла трубку телефона, набрала номер своейприятель-ницы.

Валюша, добрый день. Мне надо с тобой пообщать-ся, у тебя есть время и настроение?Привет, привет,—ответила Валентина,— давно тебя не слышала, дачный сезон еще не начат, времени на-валом. Рассказывай, что у тебя новенького.Похоже, на мое имущество наехали.Бедные, бедные они люди,— рассмеялась Валенти-на,— как мне их жалко.Они просто не знают, с кем свя-зались. Ты всегда знала, куда надо вкладывать деньги. Сначала вложилась в развитие своего предприятия, по-том в имущество, которое будет тебе давать возможность достойно жить. Ты о нежилом помещении беспокоишь-ся? Его хотят отжать?Да, о нем,— ответилаСветлана.— Суки судейки снюхались с руководством нашего дома, те, подкупив го-родскихчиновников, забрасывают меня письмами. Речь идет о незаконной перепланировке. Похоже, что онис кучей этих писем хотят состряпать на меня дело и по-датьв суд. Судебные заседания провестибез моего при-сутствия. В суде я встретила одногомужика, он судится с бывшими работодателями по вопросу восстановления его на работе и с банком, которому он задолжал по своей кредитной карте, потерявработу. Рассказала ему о своих опасениях,он посоветовал мне писать ответные письма.«Чем больше напишешь, тем лучше»,— сказал он. Мо-шенники боятся огласки.Они норовят тихо провернуть свои делишки. Я уже вступила в переписку с чиновника-ми. Даже сходилана прием к начальнику жилищной ин-спекции.Прием вел его заместитель. Надо тебе сказать, Валюха, отвратное чмо, жирный, наглый, высокомер-ный. Напомнилмне инспекторшу из налоговой службы, та тоже была жирная,наглая, с белесыми глазами, я тебе как-то давно рассказывала, что она, найдя ошибку в ба-лансовомотчете, допущенную моим бухгалтером, наеха-ла на меня с требованием взятки на кругленькую сумму. Да ей тогда обломилось по полной программе. Не помог

и арест моего расчетного счета. Я провернула бартер-ную сделку. Впоследствии получила деньги наличкой. Инспекторши хотели арестовать мой спортивный авто-мобиль форд, да не вышло. Я приобрела его как учреди-тель своегопредприятия, на чистуюприбыль. Валюша, не спросилау тебя: как здоровье, давление часто скачет?

У меня под рукой всегда таблетки,— ответила при-ятельница.— Скоро сын отвезет меня на фазенду, на при-роде мне легче.Валюша, спасибо за общение, только с тобой могу поделиться, ты давно меня знаешь и понимаешь, как я могла достичь то, что имею. Только единицырадуют-ся моим успехам, у остальных я вызываю злость, зависть и раздражение,— прощаясь,сказала Светлана.Она спустилась на первый этаж своего дома, прой-дя мимо камина, подошла к окну, посмотрела в свой сад. Верба на дереве распушилась, на кустах сирени набухли почки, из-под талого снега выглянули головки первоцве-тов. «Хорошо,—подумала Светлана,— что я когда-то при-купила на этой тихой улочке участоксо старым домом подснос». С возрастом Светлану тянуло к земле, ей хо-телось иметь свой дом с каминоми деревянной лестни-цей, ведущей на второй этаж. Она мечтала сажать цветы, украшая ими тропинкук дому.

По жизниу нее все складывалось. Все задуманное ею сбывалось, будто кто-то сверху помогал ей и вел к на-меченной цели. В раздумье стоя у окна, она поняла,что ни начало весны, ни яркое солнце не могут отвлечь ее от мыслей, от той ситуации,в которой она оказалась. Свет-лана уже хотела отойти от окна, как увиделапочтальона, подошедшую к почтовому ящику, висевшему на столбе

калитки.Сердце Светланы сильно забилось, она боялась получать письма, которыенесли ей неизвестность. Оче-редное письмо ее испугало, она почувствовала, что новое почтовое отправление несет ей плохую весть. Выйдя на улицу, она дрожащей рукой вынула письмо из почтового ящика. Письмо было из районного жилищного агентства, адресованное на ее имя, в нем находилось предписание, из содержания которогоследовало, что она использует нежилое помещение, в котором проходят коммуникации жилого дома, и произвела там незаконную переплани-ровку. Непонятно,кому адресовано предписание, то ли ей как собственнику, то ли председателю товарищества собственников жилья. В сообщении был установлен срок предоставления проектной документации, нереаль-ный для изготовления и утверждения перепланировки.

«В противном случае,— читала она,— межведомственная комиссия подаст в суд с целью отчуждения из частной собственности этогопомещения». В предписании была ссылка на законодательную норму в жилищном кодексе. Теперь все пазлы сложились: и письма из государствен-ных структур, и тот кадастровый паспорт, в котором было сказаноо незаконной перепланировке помещения и отсутствии проектнойдокументации, который Светла-на приобщила к материалам дела, рассматриваемого су-дейкой Карпухой. И решения Приозерного районного суда. Поначалу законопослушная Светлана растерялась. Мысли путались в голове.Очередной стресс заставилее действовать. Порывшись в многочисленных докумен-тах и папках своего архива, она нашла узаконенную во всех инстанциях перепланировку помещения под мага-зин, проектнуюдокументацию, разрешающую ей прове-

сти электрическую разводку по помещению, и договор с организацией, снабжающей электричеством нежилое помещение. Более того, у нее был акт ввода в эксплуата-цию помещения под магазин, подписанный в том числе и прежним председателем товарищества собственников жилья. А документы о незаконной перепланировке и от-сутствиипроектной документации, которые она приоб-щила к судебнымматериалам дела, утратили свою силу. Судьи, замышлявшие отчуждениеу нее нежилого поме-щения, об этом факте не знали и знать не могли.

Натальявернулась домой ближе к утру. Тетка, наспех накинувшая на себя ситцевый халат, вышла на кухню, проворчав Наталье:

Тебе скоро на работу надо уходить.Вот на работе и досплю,— пьяным голосом пробор-мотала Наталья.Конечно, теперь ты сама себе начальник.Да, законы мне это позволяют.Кушать будешь? — спросила тетка.Что-нибудь перекушу,— найдя в прихожей свои та-почки, ответила племянница.Наташа, я давно хочу спросить тебя, почему ты не хо-чешь приобрести какую-либо недвижимость на будущее. Твои денежные накопления даже в валютенаша эконо-мическаяполитика со временем обесценит. Собственное имущество — оно всегда будет приноситьдоходы.Не будь наивной, тетя. Имущество может исчез-нуть из владения собственника благодаря нашим за-конами их правоприменительной судебной практике. Да так, что собственник об этом узнает, когда вернуть свое имущество уже не сможет,поскольку им будетуже владеть добросовестный покупатель, по решению суда собственника приставы выкинутв один день. Игры в приватизацию квартир — это туфта. Дом все равно на-ходится на балансе государства. Так что, кроме оконных рам, батарей, обоев, мебели, домашней утвари в кварти-ре, у людей никакой собственности нет. В конце концов, нам дано право на ошибочныерешения, чем мы и поль-зуемся, посколькунаши ошибки не наказуемы и за них мы ответственности не несем. Ты, тетя, не беспокойся за меня. Я, имея статус судьи, всегда буду на полном, при-личном государственном довольствии. Когда буду на пенсии, мой кошелек не будет страдать от отсутствия денег. А зелененькие, которыея скопила непосильным трудом, мне не помешают. Поживу в Италии. Посмотрю все достопримечательности. Италия и сегодня являет-ся законодателем моды во всех ее направлениях. В эпо-ху возрождения именно там, в Италии, зародился театр комедии масок.

У тебя, Наташенька, все жизненные ориентиры пе-ревернуты,ты стала агрессивной. Не найти ли тебе хоро-шего психолога? Может, он тебе поможет,— с жалостью в голосе произнеслатетя.— Ведь тебе на работе надо по-стоянно думать, как переиграть всех. Твое желание пер-венства, превосходства заставляет тебя строить схемы интриг и терок в коллективе. Постоянно изворачиваться. Можно просто умом тронуться.

Тетя Нюся, а ты думаешь, что судьи — нормальные люди? Случись такое, кто, как не судья, мог бы навести порядок в стране? Для основноймассы судей чем хуже, темлучше,— внезапно разразилась громким смехом На-талья.Наташенька, ой, Наташенька, как же тебе труд-но приходится,— покачав головой из стороны в сторону, пожалела ее тетка.—Ты чай-то с каким вареньем будешь пить?Мне все равно,— ответила Наталья.Оголенные нервыСветланы не давалией покоя. До-ждавшись утра, она к началу рабочего времени приехала в районную межведомственную комиссию. Войдя в каби-нет, Светлана спросила, где она может найти начальника. Строго одетая моложавая женщина ответила ей, что он в отпуске. «А кто подписал за него это предписание?» — спросила Светлана.— «Я».— «А вы кто, секретарь? Вас приказом назначили исполнять должность председате-ля комиссии?— Секретарь пожала плечами, ничего не от-ветив ей.— Вот, возьмитедокументацию,— протянув ей папку с утвержденным проектом,с гневом произнесла Светлана,— и отзовитепредписание. И покажите, что за письма с жалобами написали в мой адрес жильцы дома». Секретарша, явно не ожидавшая такого напора от Свет-ланы и того, что она предъявитей узаконенный проект и акт о вводе нежилого помещения в эксплуатацию под магазин,растерялась. «Яничего не знаю,— дрожащимго-лосом ответила секретарь».— «Тогда зачем за спиной на-чальникавы написали предписание?» — «Предписание приказал подписать инспектор Никитин.— От отчаяния и понимая, что ее подставили, секретарь межведомствен-ной комиссииначала объяснять, что она вообще не по-нимает, каким образом инспектор Никитин оказался на этом объекте.Раньше он инспектировал дома по другому адресу.— Вы понимаете,— расстроенным голосом нача-ла она оправдываться перед Светланой,— что жилищная

инспекция может нам просто приказать, договорившись с районной администрацией? Мы люди маленькие, по-дневольные. Я тут ни при чем, ни при чем,— чуть не пла-ча, оправдывалась секретарша.— Это Никитин, он мне приказал. Мы работу потерять боимся».

Все, что Светлана узнала от секретарши, усилило ее стрессовоесостояние от запугивания ее новыми судами, о которых говорилось в предписании. Когда из отпуска вернулся начальник районной межведомственной ко-миссии, Светлана пришла к нему на прием и попроси-ла отозвать предписание. Он уже был введен в курс дела и сказал Светлане: «А чего вы паритесь? У вас узаконен-ная проектная документация на перепланировку есть, акт есть».— «Прошу без всяких судов отозватьпредпи-сание».— «Я не могу этого сделать,— ответил началь-ник межведомственной комиссии,— пока изжилищной инспекции не получу разрешение».— «Это помещение является моей частной собственностью, а не государ-ственной!» — возмущалась Светлана.

«Вот они что придумали,— выйдя на улицу, подумала Светлана.— Нежилое помещение подвести под кварти-ру, в которой произведена незаконная перепланировка». Ей стало опятьстрашно, так как она знала,что судьи ни передчем не остановятся, если это будет сферой их ин-тересов. Через пару дней Светлана вынула из почтового ящика новое письмо с предписанием, в котором ее обязы-вали изготовить новую проектную документацию, в про-тивном случае ей грозил поход в суд.

На всякий случай она обратиласьв юридический отдел с просьбойпоставить ее в известность, если будет подан иск в суд в отношенииее имущества. Оставив начальни-

ку этого отдела полученныеею новые технический и ка-дастровый паспорта, в которых теперьне упоминалось о незаконной перепланировке и отсутствии проектной документации, и акт ввода в эксплуатацию помещения, Светлана начала в душе посмеиваться над своими врага-ми. Однако со временем она заметила, что иногда начи-нала смеятьсябез причины. Хорошо знавшая пословицы, которые для нее были кладеземмудрости, она немного испугалась, решив, что смех безпричины — признакду-рачины.

Она шла по улице,когда услышала мелодиюсвоего телефонного звонка. «Добрыйдень, слушаю вас, да, уз-нала вас, Юленька, недавно к нам в магазин приезжа-ли чиновники из районной администрации совместно с прокуратурой,— сказала директор,— дали предписание об установке пандусовна лестнице при входе в магазин с угрозой, что приостановят работу магазина, если мы этого не сделаем.Вчера еще приходила ведущий инженер из администрации по торговому рынку, проверяла, ка-ким товаром мы торгуем. Она просила вам ничего не го-ворить о проверке».— «Спасибо, Юленька, молодец, что позвонила.Что еще? — не сразурасслышала Светлана.—Съезжаете в другое место со следующего месяца. К нам приходилуправдом и просил нас несъезжать!» Светлана, получив еще дозу негативной информации, поняла, что гангстеры-неудачники из театра масок начали мстить ей за свой проигрыш.

Вынув из почтового ящика очередное письмо, она ощутила озлобленную агонию писавшего это письмо. Она почувствовала, что это было последнее письмо, про-щальное. Светланана расстоянии чувствовала желчь,

которая исходилаот проигравшей ей в этой схватке су-дейки Карпухи. «Я выдержала их натиск, выдержала, но сколькоже мне это стоило здоровья и нервов»,— подума-ла она и вдруг заплакала,представив себе, что она могла бы потерятьдокументацию. Тогда бы эти вонючие жабы точно оставили ее без нежилого помещения. Светлана разрыдалась.

Через некотороевремя ей стало казаться, что за ней следят. По улицам Светланаходила, страшась любого. Ей казалось, что эти люди не просто так, случайно ока-завшиеся около нее, это тотальная слежка за ней. Дочь, наблюдая за изменениями поведения Светланы,угово-рила ее проконсультироваться в районном психиатриче-ском диспансере.

Светланаи сама понимала, что пора обратиться к вра-чу. Казалосьбы, угроза прошла после предпринятых ею действий. Она поняла, что судьи решения приняли на пустом месте, надумав второе, аналогичное нежилое по-мещение, как бы государственное. Однако по ночам ей снились сны, что без ее ведома судьи проводят заседания с целью лишить ее собственности, а ее дочь и внука — на-следства.

Смысл жизни для нее был потерян, она ушла в де-прессию, но глубоко запавшая ненависть к судьям вытаскивала ее душу из преисподней забвения и за-ставляла бороться, возвращая ее к жизни. Она осозна-ла, что жаловаться в какие-либо инстанции на судей бесполезно.

Светланасогласилась пойти с дочерью в больницу. За себя она уже не ручалась.Ей хотелось поджечь все квар-тиры своих обидчиков, купивших в суде нужные им ре-

шения, а судеек просто отстрелять. Временами страх отпускал Светлану. Она написала заявления во все су-дебные инстанции о том, чтобы в случае подачи исков в отношениинее и ее имущества судьи без ее участия су-дебных заседаний не проводили.

Лена, Горышина! — окликнула на улице Светлана невысокого роста хорошенькую женщину.— Извини за любопытство, куда путь держишь? — спросила она у нее.В Приозерный суд,— ответила с улыбкой Лена.—Уже восемь лет туда хожу. Работу судьям даю да го-спошлину плачу. Они волокитят все дела для вида пере-загруженности. Хотя многие иски можно рассмотреть за десять дней.У тебя опять судебная тяжба по оплате комму-налки?Нет,— ответила Ленка.— Я хожу на судебные засе-дания по уголовным делам в качестве вольнослушателя, поскольку это судебное заседание идет в открытом ре-жиме.А твой интерес в чем, чтобы время и нервы тратить в этом театре абсурдов?Представляешь,— началарассказывать Лена.—У меня некотороевремя снимала квартиру семья из Гру-зии. Они привезлисына, чтобы устроить ему быт в нашем городе и проконтролировать его поступление в институт, на журналистику. Папа — научный работник, мама — из-вестныйв своей стране журналист. Сын на отлично сдал экзамены.В общении вежливый, хороший мальчик. Пре-красно воспитан.И как же его угораздило попасть под уголовщи-ну? — спросила Светлана.Он шел в магазин, когдак нему подошел незнако-мец, попросилкупить для него пачку сигарет, сказав, что их ему не продают,поскольку он моложе восемнадцати лет. Дал ему крупнуюкупюру, сказал, что подождет его на выходе из магазина. Как только наш студент стал рас-считываться за сигареты, ему надели наручники полицаи, ждавшие его у кассы. Теперь его обвиняют в подделке де-нег. Обвинители себе звездочки да повышения должно-сти зарабатывают. Театрально, каждый по способности, разыгрывая сцены перед судьей.А судью не интересует, где он взял эти деньги, коль скоро она не верит, что получил от незнакомого ему чело-века и его подставили?Конечно, нет, по ее зажравшейся физиономии это видно. Она же выполняет обвинительный заказ государ-ственных служащих,— с ненавистью в голосе ответила Лена.А адвокаты мальчика не просили уточнить у обви-нителей, где стоит печатныйстанок, с которогомог бы обвиняемый приобрести эту купюру?Ой, да какие там адвокаты, они сидят тихо. Как будто в рот воды набрали.Родители мальчикав Грузии. Приехатьне могут. Выкуп судья не получит.Зато за количество осужденных и посаженных граждан страны судейка получит от госу-дарстваблагодарность в виде какого-нибудь поощрения. Я давно уже пришла к мнению,— сказала Светлана,—что наши суды с ихвнутренними убеждениями — это ин-струмент государства для ведения гражданской войны с честными и беззащитными гражданами в собственной стране.У власть имущихэто ловко получается,— добави-ла Ленка.Мошенническая власть,— вторила ей сутяжница.—Лена, давайзайдем в кафешку,я угощаю,— предложи-ла Светлана.—Любой твой капризза мойсчет,— сказала она, протягивая Лене меню, когда они удобно устрои-лись за столиком.— Что нового из Страсбурга? — спроси-ла Светлана,отпив немного белого вина.Европейский суд по правамчеловека,— ответила Лена,— присудилРоссии выплаты в качестве моральной компенсации мне и моему сыну за волокитудела. В рам-ках шестой статьи Европейской конвенции о праве на справедливое судебноеразбирательство мое заявление Страсбургский суд не рассматривал.А чего ты хочешь, там же сидят наши референ-ты, решающие, какие жалобы подготавливать к рас-смотрению. Они знают, что большинство судебных актов — просто пирамида обманов, поскольку прини-маются нашими кривосудными судами. Если за эту пирамиду валового продукта судейского произвола Россия будет рассчитываться рублем, то рухнет бюд-жет страны.Ленка весело рассмеялась, услышав выводы Свет-ланы.

А у тебя как с твоими сутяжными делами?Да никак,— ответила Светлана.— Плетью обуха не перешибешь. Суд — это как стальная броня. Особенно противная в нашем районномсуде, Карпуха.Она рассматривала мой иск к управляющей компа-нии,— начала говорить Лена.— Так юрист моих ответчи-ков отказалась вести судебный процесс.А что так? — спросила Светлана.Ленка оглянулась вокруг, сощурила глаз, тихим голо-сом произнесла:

Она оказалась лесбиянкой.Кто, юрист? — спросила Светлана.Да нет, разве ты не знаешь или придуриваешься?Судейка Карпуха,— шепотом произнеслаЛенка.

С чего ты это взяла?У нас шел гражданско-правовой спор. Судейка все время затягивала рассмотрение дела. Без причин пере-носила сроки судебных заседаний. Юристка ответчиков, красивая блондинка, пухленькая, невысокого росточ-ка, обладалапокладистым характером. Карпуха неодно-кратно приглашала ее в свою совещательную комнату, как бы для уточнения юридических вопросов по иску. Однажды юристка выскочила из совещательной ком-наты Карпухи.Лицо у нее было красное,глаза испуган-ные, волосы растрепаны. Позже я узнала, что Карпуха лесбиянка, и довольно настырная. Наметив себе жертву, она будет добиватьсясвоего. Сначала уговорами, потом угрозами, шантажом, преследованием женщин, которые отказали ей.Вот оно что,— сказала Светлана,— то-то я давно за-метила странности в ее поведении. Внешне она похожа одновременно и на мужчину,и на женщину. А если по-смотреть,как она одевается, то можно подумать, что она психически больная, напяливает на себя немыслимые вязаные кофты, брюки старомодного кроя, потрепанную обувь, похоже, одежду приобретает на барахолке. Скажу тебе честно, ясама ее боюсь,— тихомголосом произнесла Светлана.— Она — воплощение зла. Чувствую, что от нееисходит негатив и ненависть ко мне. Ей не удалось от-жать у меня имущество. Мне все времякажется, что она и люди из ее шайки постоянно меня преследуют.

В ожиданииприема заместителя главного врача пси-хиатрического диспансера Светлана сидела с дочерью на металлических креслах для посетителей. Попав в новую для себя обстановку, сутяжница внимательно рассматри-вала людей, отметив для себя, что все больные ходили медленнои в разговорах меж собой были приторможены, без эмоций.

За ними заняла очередьеще одна пациентка, потом другая. Кабинет доктора находился в глубине небольшо-го, расположенного за углом коридора. Светлана обрати-ла вниманиена худенькую женщинув белой, вязанной крючком шапочке, аккуратно подбирающей темные во-лосы на ее голове.По мере ее приближения Светлана по-думала:«Вот, еще одна пациентка идет на прием к врачу». Однако женщина прошла мимо всей очереди и свернула за угол к врачебному кабинету. Светлана встрепенулась, встала и пошлаза ней, решив,что пациентка в вязаной шапочке хочет пройти без очереди. Когда Светлана уви-дела, что женщина открывает ключом дверь кабинета, она поняла, что это врач, с которой ей предстоит собесе-дование.

Дождавшись приглашения, Светлана вместе с до-черью вошла в кабинет, Карина Августовна, так звали доктора, вежливо предложила ей сесть напротив, а ее до-чери — рядомсо Светланой. Доктор несколько секунд пытливо изучала внешность Светланы. Та насторожен-но, молча смотрелана нее, отметив про себя, что доктор спокойна, внимательна. Дочь начала рассказывать, что ее

мама больна, она очень много ходила по судам, добиваясь правды, но все время проигрывала в суде, мама заявля-ет, что судьи простообманывали ее и кидали на деньги. Мамабредит по ночам, ей кажется, что за ней идет слеж-ка, а дома установлены микрофоны для подслушивания, поэтому иногда она начинаетговорить шепотом дочери на ухо. Заведующая отделением сняла трубку телефона, пригласила в кабинет доктора, которому она была наме-рена передатьСветлану на дневноестационарное лече-ние. Светлана, ничего не объясняя заведующей, встала и направилась к двери, чтобы уйти. Но в этот момент в дверях появилась плотного сложения доктор-психи-атр и преградила Светлане выход из кабинета. Светлана вернулась на место, попыталась оценить обстановку. По-том решила рассказатьдокторам, что на ее имущество на-ехали судьи. Судьи по судебнымтяжбам знали, что у нее есть большоенежилое помещение, которое она сдавала в аренду, и решили отнятьего у нее.

Судьи,— продолжала свой рассказ Светлана,— при-менили законодательную базу, перевернули обстоятель-ства дела наоборот, из чего усматривалось, что частное нежилое помещение превратилось в государственную собственность. А потом придумали, что я какую-то квар-тиру перепланировала в нежилое помещение.

А где вы сейчас живете? — спросила Карина Авгу-стовна.В квартире,— ответила Светлана.И что, ее у вас отняли?Да нет же.Так что же вы так тревожитесь? Сейчас идет суд по вашей квартире?Не знаю. Я о других судах говорю, судьи, извра-щенные властью,узнали, что у меня есть нежилое поме-щение, и хотят отнятьего у меня,— твердила Светлана.Зачем судьям надо ваше какое-то нежилое помеще-ние? — удивленно спросила Карина Августовна, переведя взгляд на дочь Светланы.Да она все придумывает,— спокойно ответила дочь.Я прошу вас,—обратилась заведующая к Светла-не,— больше не ходить по судам и жить спокойно.Вы знаете,— обратилась дочь к доктору,— она еще и какую-тонезнакомую женщину, у которой нотариус произвел незаконноеотчуждении части квартиры, пыта-ется защитить в судах.Врачи переглянулись, после короткой паузы предло-жили Светлане написать заявление на лечение в дневном стационаре. Первая мысль,которая промелькнула в го-лове у Светланы,была о том, что если она встанет на учет в психоневрологический диспансер, то ей легче будет бо-роться с судьями.Правда, она пока не знала, какими ме-тодами,но, зная себя, она найдет тот или иной способ для борьбы с судьями.И отвечать ни за что не будет, имея та-кую «крышу»над головой, как постановку на учет в пси-хушечку.

Да, и действительно, надо мне, надо полечиться. Этот смех, слезы, постоянные страхи и тревога, уводя-щие меня в другое, непонятное мне виртуальное про-странство. Депрессии, которыми я никогда не страдала, нервы, с которымия не способна справиться… Да, я со-гласна,— кивнула головой Светлана.— Где бланк заяв-ления?Вот и хорошо,— обрадовались доктора.Сидя в лодке, Александр Ильин наслаждался тиши-нойи красотой озера,к которому вплотнуюподступал лес. Кое-где виднелисьпроплешины песочных склонов к озеру. В этот день клева не было. Бывалые рыбаки в та-ком случаеговорят «клюет хорошовчера и завтра».

Сань, как тебе служится в твоем районном суде? — спросил приятель.— Наверно, посвободнее стал.Да, меньше времени занимает работа, могу позволить себе уйти сразу после окончания рабочего дня. В городском суде много было дел, с которыми надо было тщательно зна-комиться. Столькопутаницы в них, не сразупоймешь, разбиралось ли дело по существу или нет и на каком ос-новании.Судьи первой инстанций — кадры еще те,— ус-мехнулсяАлександр.— Есть очень опытные, поэтому закон применят так, что сразу не поймешь, было ли событие в том ракурсе, как они его представят в судебном акте, или все было с точностьюдо наоборот. Молодые, неопытные, все переврут инапутают. Законов не знают, ссудебной практи-кой знакомиться не хотят,— сказал Александр.— Я послед-нее время стал несколькоразочаровываться в выбранном еще с детских лет пути. Хочется доверять коллегам. Одна-ко, как показала практика, приходится тщательно прове-рять все материалыдела, как бы самому не попасться на удочку мошенникам. Как говорят, доверяй, но проверяй.И все, что ты скажешь? — спросил Олег.Да, все,—ответил Александр, явно не желаяпро-должать разговор на эту тему.Понимаю тебя,— немного помолчав, произнес быв-ший сокурсник.— Есть такая поговорка: «Ложь — основа зла». А ты, Санек, не терпишь ни лжи, ни зла, ты сама до-брота, которой могут воспользоваться твои сослуживцы.Давай не будем о службе.Давай,— поддержал его друг. Саня,взгляни-ка на тот песчаныйсклон,— сказал приятель.— Посмотри, ка-кая женщина сидит на полузатопленном бревне.Александр оторвалвзгляд от поверхности зеленова-той воды озера и напряг зрение, разглядывая женщину. Та сидела, чуть наклонивголову набок. Длинная, тонкая рука выводила какой-то рисунок на песке. Облик жен-щины показался ему знакомым. Друг, разглядывавший женщину в бинокль, произнес:

Она красивая. С каким-то оттенкомблагородства на лице. К такой подступиться непросто.Женщина вдругрезко вскочила на ноги, будтоуслы-шала или почувствовала что-то, и быстро ушла. Алек-сандр внезапноосознал, что он где-товстречался с ней.

«Где я видел эту женщинус такой легкой, летящей по-ходкой?» — начал было вспоминать он.

Саша, ты чего задумался?— спросил Олег.—Так нахмурил брови, будто пытаешься вспомнить что-то очень важное для тебя.Мне кажется,что я видел когда-то похожуюжен-щину в суде,та женщина тоже была красивой.И чем же она тебе запомнилась? Ты помимо своих коллег, из которых большинство женщины, видишь еже-дневно толпы посетителей суда.Та женщина выделялась из толпы не только сво-ей внешностью, но и оригинальным поведением. Она в судебном заседании, где я был председательствующим судебной коллегии, была одна, защищалаинтересы ис-тицы. Когдаона прошла к трибуне, я поразился ее пла-стике. А когда она развела в стороны свои руки, сказав,что судебноеразбирательство превратили в цирк шапито и она ничего не поняла, я увидел ее глаза, полные печали. Меня поразила ее седая прядь волос, что совсем не соче-талось с ее детскимповедением. И внешнийвид.

И, конечно, ты сдался, пожалел ее? — с иронией спросил приятель.И не ошибся,— твердо ответил Александр,— при-няв свое решение,изучив жалобу еще до того, как уви-дел ее.Странно, что ты запомнил ее.Как же не запомнить. Когда судебная коллегия вы-шла в зал, он был пуст, она ушла, не дождавшись нашего оглашения определения.Ты не считаешь, что она проявиланеуважение к суду?Ну, судя по трем томам дела, уважать ей суды было не за что. Мы все списали на ее переживания, стресс и не-рвы.Вот видишь, мы опять вернулись к разговору о тво-ей работе,— весело сказал Олег.Возможно,— задумчиво произнес Александр.—Женщина,которая сидела на берегу, и та с которой меня свела моя профессиональная деятельность, одна и та же,— когда лодка причалила к берегу, сказал Александр.Ты уверен? — спросил Олег.Во всяком случае, мне так показалось,— закинув ногу за борт лодки,выходя из нее, произнес Александр.Будем считать, она роковая женщина,— полушутя произнес Олег.— Поселок здесь не такой уж и большой, половину жителей я знаю, правда, многие продали свои участки, с новыми хозяевами я не знаком,авось еще разпопадется на глаза эта женщина, я ее запомнил,у меня на лица память профессиональная. Ты почаще приезжай, у тебя теперь времени побольшеостается на отдых.

Олег снял мотор с лодки, оттянулее в камыши и при-вязал к столбику. По узкой тропинкедрузья вышли к проселочной дороге в направлении к дому.

Жена Олега испекла пирожки с мясом и ждала их к назначенному времени.

Как Настя? — спросила Дарья у Александра, ставя крынку молока и большую керамическую тарелку с пи-рожками на стол.Она молодец, держится хорошо. Моя Настюха продолжает заниматься юриспруденцией, зависая в ин-тернетечасами. Все изменения по законодательству отсле-живает. Мне это очень помогает в работе. Грядет реформа судебной системы. Скоро будут созданы новые кассаци-онные суды. Но Настя говорит,что это ничего не изменит, как ничего не изменило создание апелляционных судов. От перестановки слагаемыхсумма не изменяется. Судьи как нарушали права и свободы человека,так и будут на-рушать. Надо менять систему в части подбора кадров, на-значать на должность судьи достойных, а не раздувать количество судей и судебных инстанций. Я с ней согла-сен,— взяв кружку с молоком,сказал Александр.Хорошо, что я работаююристом в банке. Судьей быть не захотела,— расставляя тарелки на столе, весе-ло сказала Дарья, стараясь обратить на себя внимание мужчин.—Нам доводится бывать в судах,— вставила она свою копейкув разговор.— Я вижу, как некоторые судьи помогаютмошенникам уйти от долгов банку, отправляя запросы на экспертизу для оценки стоимости залоговогообъекта к своим, прикормленным экспертам. В конеч-ном счете получается, что не ответчик должен банку, а банк ему.

Просто в законодательстве не прописано, что су-дьям нельзя мошенничать, вот они и вступают в сомни-тельные сделки,—пошутил Олег.Я взяла несколько дней в счет отпуска,— про-должалаговорить Дарья,— надо на участке поработать. Остальные дни отпуска осенью проведем с Олегом на юге, у моря. Департамент выделил Олегу, как работнику судебной системы, путевки в санаторий, он не хочет ехать за границу.Говорит, что поездки за границу на отдых не очень приветствуются в судейском сообществе.Дарья, вкусные пирожки у тебя получаются,—сказал Александр, протянув руку за следующим.— Мне в детстве мама пекла оченьвкусные блинчики.Так и быть, в следующий раз испеку тебе и блинчи-ки,— пообещала Дарья Александру.Ну, мне, пожалуй, пора домой,— поднимаясь из-за стола, тихо сказал Александр.Погоди, погоди, сейчас из духовки достану еще пи-рожки с картошкой, зеленым луком и яйцом, для твоей жены специально испекла,— засуетилась Дарья.Беру, беру, Настюха порадуется,— поблагодарив Дарью, заулыбался Александр.При подъезде к пешеходному переходу загорелся красный свет. Опаздывающие к поезду люди пробегали перед автомобилем Александра, который рассматривал дачников, ожидающих на платформе электричку. Взгляд его остановился на стройной фигуре женщины. Локтем она опиралась на металлическую решетку, тело ее было

изогнуто в красивой позе. Светлые волосы развевались по ветру. Лица женщины было не видно, она смотрела в сторону приближающейся электрички. Александр, ко-торый раньше не обладалособыми романтическими чув-ствами, все-таки узнал ее, конечно же, это была она, та женщина, которая сидела на песчаном островке озера и которую он видел в зале судебногозаседания.

В кафе крупного торгового центра за столиком сидела Ирина, в ожиданииНатальи она рассматривала свою по-купку — дорогуюбижутерию, приобретенную в одном из бутиков.Подняв глаза, она увидела, что к столику тяже-лой, развалистой походкой приближается Наталья.

Что будем заказывать? — спросила она.Чего-нибудь побухать,— ответила равнодушно На-талья.—Хочешь травку понюхать?— предложила она Ирине.Нет, я на этом не специализируюсь,— ответила Ирина,—это ты у нас любительница подышать наркотой, да еще получить сексуальное удовольствие с хорошень-кими женщинами.Почему же? — неуклюже поправив воротник сво-ей вязаной кофты,выдавила из себя Наталья.— И с му-жиками тоже, тем более если они по рангу выше меня. Со своими коллегами,и не только с ними, я не прочь пораз-влечься. Я обучена всем приемам траханьяи могу удов-летворить любого мужика.Ирина ехидно проронила:

Да ты бы с Ильиным потрахалась. Однако ему это не надо. Он на женскую часть коллектива смотрит равно-душно. Морально устойчивый. Мы для него только робо-ты, отправляющие правосудие.Надо отдать ему должное,— поддержала ее Ната-лья,— он не одному судье не сделал замечания по при-нимаемым решениям.К нему на прием ходили толпы людей, проигравших в суде, с жалобами на нас,— пробур-чала Наталья.—Он всем объяснял, что они имеют право на подачу жалобы в вышестоящие инстанции. Твердый орешек,— продолжила Наталья,— я умышленно наруша-ла все, что можно, чтобы на меня как можно больше по-сетителей суда ходили жаловаться к нему. Но он только снимал телефонную трубку и просил меня сделатьтак, чтобы на меня не жаловались такие, как Горышина и дру-гие правдоискатели.А ты думала, он будет вызывать тебя к себе в каби-нет на собеседование по каждой жалобе? — расплываясь в улыбке, спросила Ирина.Наталья,нюхнув травки, отпив еще глоток вина, заку-сив губу,сидела молча, даваяпонять, что разговаривать об Ильине она больше не намерена.

Ты не находишь, что кухня здесь очень прилич-ная?— обратилась Ирина к Наталье.Мне больше нравятся марки вин, которые здесь есть,— допивая бокалвина, ответила Наталья.— Ну, те-перь о самом главном,—вдруг резко сказала она.— Пол-ный облом у нас с этой сутяжницей. Как оказалось, у нее давно утверждена вся проектная документация. Есть акт ввода помещения в эксплуатацию под магазин. Про-сто технический и кадастровый паспорта, которые она опрометчиво приобщила к делу, у нее были старые. Да, полный провал всему задуманному, что мы так долго го-товили. Третьегосудебного заседания о незаконной пе-репланировке помещения не будет. Больше подкопатьсяк ней не с чем. Ни к ней, ни к ее помещению. Мы сдела-ли запрос в Росреестр.Она переоформила помещение на своего внука.Теперь опасно с ней иметьдело.

Да, сутяжница умеет преподнести нам вонючие подарки с той стороны,откуда и не ожидаешь. А ты не хочешь уйти в отставку? — спросилаИрина у Натальи.—Хотя бы по состоянию здоровья, у тебя есть такая воз-можность.Пока нет, у меня не отработан требуемый стаж, чтобы получать хорошую пенсию. Ты же знаешь, что мо-неты я люблю, дьяволудушу за них давно продала. При-личную сумму зелененьких сколотила.Можно подумать, что у твоего гроба будут карманы и ты заберешь все с собой,—сказала Ирина.— Вот, смо-три, какую дорогую вещичкуя себе приобрела,— открыв бархатную коробочку, показалаона подвеску Наталье.Мне не нужныэти побрякушки, при жизни меня радуют только валюта в руках, денежныеупаковки, ко-торые я часто целуюи, развлекаясь, иногдаэти упаков-ки расшвыриваю по комнате, потом собираю их,— резко сменив настроение, отпарировала Наталья.Ирина, посмотревна Наталью, поспешила закончить с нею посиделки.

Ты остаешься? — спросила она у Натальи.Да, еще вина закажу себе.Светлана,обедая в столовой диспансера, черпала лож-кой жидкий бульон из железнойтарелки. Темноволосая женщина, сидевшая рядом,одной рукой размешивала суп в своей тарелке,другой нажимала на иконки телефо-на. Найдя «ВКонтакте» фотографию мальчика, она нача-ла всем сидящим за столом показыватьее, сообщая, что

это ее сын. Рассказывая, какой он талантливый, стала де-монстрировать видеозаписи, показывая, как ее сын чита-ет стихи. Светлана спросила ее:

Как вас зовут? Та ответила:Светлана.О, моя тезка,— заулыбалась Светлана.— Будем зна-комы.Я раньше вас, давай на «ты»,— перебила ее тезка.Давай, тебя здесь не видела.Я редко сюда хожу,— продолжила разговор тезка.—Я тебя приглашаю в кафе на центральной улице нашего города, ты мне нравишься.Согласна, на какой день назначаешьвстречу?Сейчас пообедаем и решим вместе,—сказала тез-ка, направившись к окну раздачи обедов получать второе блюдо и традиционный компот из сухофруктов. Тезка поставила свою тарелку с кашей, перемешанной с фар-шем, вынула из тряпичной сумки пластмассовое ведерко и все содержимое тарелки переложила в него.— Это я для собак, их у меня две,— объяснила она.Подожди, не закрывай свою емкость, я тебе и свою кашу отдам, мне компота хватит,— сказала Светлана.После обедаони прошли в просторный холл для от-дыха пациентов дневного стационара и расположились на мягком диване, в холл заглянула дежурная медсестра.

Девочки, вы пообедали? — спросила она.Да-да, спасибо, не волнуйтесь,— ответила Светлана.Здесь просто богадельня,— достав планшетиз сум-ки, весело произнеслановая знакомая.— Смотри,— найдя фотографиюдочери на экране телефона, сказала она.Какая красивая у тебя девочка, и мальчик твой симпатичный. Сколько им лет?Пете двенадцать, Тасе четырнадцать.Хорошо учатся? — спросила Светлана.Через пень-колоду,— ответила собеседница.—Петька хочетбыть клоуном, а Таська сказала,что будет проституткой.Нормально,— ухмыльнулась Светлана.— И ты, мать,позволяешь дочери такие высказывания?Они у меня приемные, я оформила на них опекун-ство. У Петьки мать умерла от наркотиков. Тасина мама, алкоголичка, до сих пор жива, от дочери отказалась еще в роддоме. Тася изредка встречается с матерью, но не лю-битее. Я хочу моим детям дать высокийстатус,— гордо произнесла тезка.С такой-то родословной? — усомнилась Светлана.Я привью им хорошее воспитание.У тебя есть муж? — спросила Светлана.Я одна,— ответила тезка.— Никогда не была замужем.А без мужа сможешь их воспитать?Я не работаю, занимаюсь только детьми,— легко-мысленно произнесла новая приятельница.Мне кажется,— усомнилась Светлана,— что чужих детей трудно воспитывать. Здесь нужен особый подход, необходимо нежно любить их. Быть с ними на одной вол-не, постоянно находиться рядом с ними. Твои конкурен-ты в воспитании детей — гены,улица, друзья, интернет и отчасти школа, в которой быстро приучат не думать, а делать так, как скажет учитель.Вот и я говорю,—поддакнула Светка.— Знаешь, как я борюсь с чиновниками из попечительского отделаи учителями в школе, постоянно ругаюсь с ними и пишу жалобы на них?

А это не сказывается в школе на твоих детях?Да они туда часто не ходят. Сейчас можно хоро-шо зарабатывать и без образования,— то ли в шутку, то ли всерьез сказала Светка.— Я ночами сижу в интернете. Ищу для них работу на съемках фильмов, в массовках. Половинузаработанных ими гонораров беру себе. Пусть привыкаютс матерью делиться. У меня впереди старость. Сутяжницу коробило от таких Светкиных рассужде-ний.

А как ты, находясь на учете в диспансере, умудри-лась оформить опекунство на детей?Я просто хожу сюда на консультации, без поста-новки на учет. После того как на меня напали хулиганы в парадной,полиция отказалась принять мое заявление. Вот я и хожу сюда зализывать душевнуютравму. В реа-билитации много интересного, даже театральный кружок есть. Ты можешь проявитьтам свои способности,— ска-зала тезка.У меня нет никакихспособностей, кроме как бес-конечнобеспокоиться. Послушай,— сказала тезке Свет-лана,— давай встретимся, как договорились, в кафе, мне опять становится тревожно,приму таблетку, которыми нас здесь пичкают, и поеду домой,— попрощалась она с новой знакомой.«Да, в этом народномзаведении можно много ново-го узнать»,—проходя через старый парк, в котором был расположенкомплекс лечебного учреждения для людей с психическими расстройствами, подумала Светлана. Принятая таблеткане смогла заглушить ее сильную тре-

вогу. Вдруг ей захотелосьспрятаться за решетками окон больницы,мимо которой она проходила. Какой-то посто-янный страх душил ее.

Каждый день, возвращаясь домой из стационара, она садилась за компьютер и пыталась найти свою фамилию на сайте Приозерного суда, мировых судей и даже город-ского суда. Ее преследовала мысль, что где-то рассматри-вается гражданское дело без ее участия с целью лишить ее нежилого помещения. Она выпадала из реалий време-ни и не понимала,что свое имущество уже переоформи-ла на внука. Страх, несмотря на лекарства, которые ей подобрали врачи, исчезалтолько на пару часов, поэтому она не стала принимать их, когда была дома. Она вновь и вновь открывала ноутбук и на сайтах судов искала свою фамилию в строке «Судопроизводство». Светла-на не была способна осознавать, что у нее уже нет в соб-ственности нежилого коммерческого помещения. Она не могла спать, ей все время казалось, что судьи, даже не опубликовывая данных на сайте суда и не проводя ни-каких судебных заседаний, напишут фейковое решение о невыполнении предписания и ее лишат имущества. Приставы в прошломарестовывали это имущество, ког-да оно принадлежало дочери, по сфабрикованным реше-ниям судов.

Светлане становилось все хуже и хуже, у нее появилась депрессия, она так устала,что уже не хотела жить. Она поведала о своих опасениях врачу, сказав ей, что в поисковикесайта увидела зелененькую строчку, на ко-торой было написано «поехали».

Куда поехали? И кто поехал? — спросила лечащий врач.Мне кажется, что начался суд без меня,—широко раскрыв глаза, ответила Светлана.Мы же вас предупреждали не ходить в суд.А я и не ходила,я это увидела на строчкепоиско-вика, это сообщение само образовалось на экране, причем два раза.Мне надо переговорить с вашей дочерью.О чем? — спросила ее Светлана.Вас надо срочно положить в больницу.Хорошо,— вспомнив решетки на окнах больнично-го корпуса, куда бы она могла спрятаться от судей, согла-силась она.— Я очень боюсь этих уголовников, судей и их друзей, имеющих властные полномочия.Врач некотороевремя помолчала, после чего сказала:

Мне кажется, что судьи вас боятся.С чего вы это взяли?С того, что из Приозерного районного суда нам прислаливаши замечания на протокол судебного заседа-ния и сам протокол.И что там написано? — поинтересовалась Светлана.Этого мы вам не расскажем. Вы должны знать, что происходило в судебномзаседании.Я вспомнила. Я говорила, что судья личнозаинте-ресован в исходедела. Но доказатьмне это не представ-ляется возможным, как и невозможно и опротестовать кривосудные судебные акты, которые могут писать и оставлять их без изменения только психически ненор-мальные люди.Вот еще, из городского суда нам прислали ваши замечания на протокол о том, как вы судьям объясняли, из какой художественной литературы вы знаете законы.Одного судью из судебнойколлегии приняли за учени-ка, проходящего судебную практику в кассационной ин-станции.

Так это было давно,— удивилась Светлана.— И как они узнали, что меня дочь привела к вам совсем недавно? Вот видите, они за мной установили слежку, а мне никто не верит,— возмущаясь, начала заводиться Светлана.—Судьи хотят упечь меня в больницу, чтобы провести су-дебные заседания без меня и отобрать у меня имущество, и даже квартиру, в которой живет мой муж. Он мне в свое время достаточнопомотал нервов своими пьянками. Его я тоже боялась,особенно последнее время, поэтому ушла жить к дочери.Сейчас я переназначу вам другие лекарства,— ска-зала доктор,— чтобы нам не сказали, что мы вас плохо ле-чим. Я позвоню вашей дочери. Мы согласуем с ней, когда вас положить в больницу, если новое лекарство не помо-жет вам.

Глава 2

Уставший мозг Светланы отказывался работать для восстановления равновесия психики и бороться с на-стойчивым упрямством Светланы и ее болезненным же-ланием отыскать на сайтах судов какие-либо судебные заседания, касающиеся незаконной перепланировки ее помещения. Светлана кожей чувствовала опасность, ис-ходящую от неадекватности и распущенности судей, ко-торым все дозволено. Ожиданиеподлости с их стороны постоянно тревожило ее, о чем она все время рассказы-вала дочери,раздражая ее, поскольку та считала, что су-дебные решения были приняты правильно, ничего не изменилось, как была перепродана кровля помещения до суда, так и осталасьпроданной. Как протекала крыша,

портя имущество,так и протекает. «Только теперь,— по-думала Светлана,—это беззаконие узаконил суд, в кото-ром я провела три года нервотрепки».

Дочь безуспешно напоминала ей, что у нее нет иму-щества, она передала его внуку. Не зная, как ее успоко-ить, созвонилась с доктором, и та прислалаза матерью медицинский кортеж. Светлана без сопротивления пое-хала в новую для нее обстановку, психиатрическую ле-чебницу…

Ее поместили в строгую палату для вновь прибыв-ших клиентов, под неусыпный надзор медсестер, кото-рые круглосуточно сидели у дверей палаты, наблюдая за каждым больным.Ей стало еще страшней, поскольку она оказаласьза решеткой, которая хоть и спасала, как ее ка-залось, от судей, но несла в себе опасность в случае по-жара. Мысли о пожаре преследовали и будоражили ее, она помнила,что хотела именно этим способом распра-виться со всеми обидчикамив случае потери помещения. Светлана начала протестовать по поводу помещения ее в больницу и требовать встречи с главным врачом. Ее привелина собеседование с ним. Посадили на стул, сто-ящий напротив доктора, на довольно большом расстоя-нии. На вопрос «как вы себя чувствуете?» она ответила:

«Хорошо»,— и сказала, что хочет вернуться домой.

Вас что беспокоило, по какому поводувы обрати-лись в диспансер?Судьи-уголовники наехали на мое имущество, хо-тят отнять его у меня,— ответила она подавленным голо-сом врачу.Об этом я уже знаю, ваша медицинская карта у меня.Она подняла глаза на доктора и сказала ему:

Я вижу вас в каком-то тумане. Вы похожи на пред-седателя Верховного суда и действуете заодно с судьями. Доктор попросил увести ее в палату,куда, после того какона вернулась, пришлитри медсестры, две из кото-рых насильно уложили ее в кровать, третья всадила про-тив воли Светланы ей укол в мягкое место.

Через день пребывания в больнице к ней подошла медсестра и сказала:

Собирайтесь.Куда? — спросила Светлана.В суд,— ответила она.— Председатель Верховного суда, у которого ты была на приеме,назначил судебное заседание.Какое? Я его об этом не просила,— испуганно отве-тила Светлана.На судебном заседании все расскажут.Светлану привели к кабинету, путь к которому она преодолела с большим трудом, чувствуя слабость во всем теле. Ноги отказывались подчиняться ей, голова кружи-лась от доз успокоительного лекарства. Дождавшись сво-ей очереди, она вошла в комнату, приспособленную под судебные заседания. Первое, что ей бросилось в глаза, это трехцветное знамя, которое, как показалось ей, шеве-лилось.Потом она услышала вопрос молодой женщины, сидевшей за столом в черной мантии. С пренебрежитель-ной улыбочкойсудья стала задаватьСветлане вопросы, предлагая сразу и ответы:

Вас что, не устраивает много людей в палате? Или вам, может быть, душно находиться в ней? Форточки, на-верно, не открывают?Светлану протрезвили эти вопросы, она поняла, что над ней на этом судебном заседании издеваются так же, как издевалисьи на предыдущих. Можно было подумать, что, ответь Светлана таким образом, как подсказывала ей судья, ее бы без лечениявыпустили из этой больнички. Светлане на минуточку стало легче, вопреки ожиданию судьи, она ответила:

Здесь достаточно приличные условия, людей в па-лате много, и это хорошо, чтобы не так часто подходила моя очередь мыть палату. Свежеговоздуха хватает, так как за лежачими больными тщательно ухаживают сани-тарки и палата частопроветривается.Похоже,судье больше нечего было уточнять, и она за-крыла судебное заседание.

Открой рот,—сказала медсестра, когда Светлана проглотила таблетки.У меня нет жалоб на зубную боль,— ответила ей Светлана.А ты не умничай, открывай рот, подними язык, я проверю,все ли ты таблетки проглотила.Вам ваша дочь принеслапередачу,— сказала медсе-стра, отдавая большой полиэтиленовый пакет Светлане, когда она вернулась в палату.Светлане показалось, что ее обманывают и эту пере-дачупринесла не дочь,а подставное лицо от судей.Она положила посылку на пол и вышла из палаты. Когда она вернулась,то увидела, что ее мешок взяла к себе соседка и выкладывала все содержимоеиз него на свою кровать. Светлана равнодушносмотрела на происходящее, пока больная не взяла в руки иконку из мешка. Светланамет-нулась к соседке, вырвала из ее рук иконку, сказав:

Не трогай, это мое. Ты давно здесь находишься? — начала она знакомиться с соседкой, на которую раньше не обращала внимания.Уже десять дней меня держат здесь,— ответила та.За что тебя держат здесь?За то, что я жду из Эмиратов принца на белом коне, он предложил мне выйти за него замуж, подарил мне большую белую карету, украшенную белыми цветами.Да, ты красивая и достойна красивогоподарка от принца,—поддержала ее Светлана.— А где ты с ним по-знакомилась?Я ездила в Эмираты. Вот видишь, у меня на пятках татуировка?Ну да, похожа на подковы,— сказалаСветлана.—Да и сама ты светленькая, как белая лошадка. Вы буде-те красивосмотреться в паре с принцемв белой карете. А давно ты его ждешь?Давно, как только начинаю собираться к нему и по-купаю путевки, мама кладет меня сюда, я уже здесь не первый раз.Светлануот разговора с невестой отвлек голос другой больной:

Хлеба, дайте мне хлеба,пожалуйста,— просила она жалобным голосом, сидя на кровати.Светлана спросила у своей соседки:

Можно я дам ей что-нибудь поесть из того,что ты забрала из моей передачи?Бери,— разрешила ей принцесса.Боже, с каким аппетитом она ест! — радовалась Светлана, глядя на женщину, очень быстро проглатывав-шую все гостинцы,которые ей разрешила взять соседка.В палате появилась медсестраи запретила Светлане кормить больную женщину, объяснив ей, что это у нее та-кое заболевание в голове. Ей только кажется,что она го-лодна. «Она может подавиться из-за твоего кормления». Когда медсестра ушла, Светлана подошла к своей крова-ти, взяла иконку, сжав ее в руке, легла спать. Через два дня у старшеймедсестры она попросила дать ей решение суда, на что та ответила ей:

Решение у главного врача.У председателя Верховного суда? — переспросила сутяжница.Да,— ответила медсестра, добавив: — Он назначил тебе усиленный курс лечения, теперь будешь принимать по три таблеткитри раза в день.Так я целый день что, должна ходить с открытым ртом, пока меня будут проверять, проглотила ли я та-блетки?Нет, не целый день, а только утром, днем и вече-ром,— успокоила старшая медсестра Светлану.— Попро-си доктора, чтобы тебе разрешили позвонить вечером домой.Спасибо,— ответила Светлана медсестре, пришед-шей на смену предыдущим медсестрам.Медсестру, подсказавшую Светлане насчет возмож-ности позвонить домой, природа наградила красотой, а Бог — доброй душой. Светлана при первом взгляде на нее доверилась ей и всегда ждала ее дежурства.Они быстро сдружились, и медсестра рассказывала Светлане о своих семейныхделах. Это доверительное общение с ней успо-каивалоСветлану. Вечером в сопровождении доброй мед-сестры Светланапришла в комнату, где был установлен

стационарный телефон. Она набрала номер домашнего телефона и спросила: «Доча, это ты?» Немного поговорив с дочерью, она сказала медсестре, повесив трубку:

Это не моя дочь, это какая-то другая, подставная женщина.Медсестра попросила Светлану перезвонить по это-му же номеру телефонаи начала разговаривать с ее до-черью.

Не расстраивайтесь, она пока не узнает вас, нуж-но время, все будет хорошо,— сказалаона дочери Свет-ланы.Мы решили лечить вас новыми лекарствами, не можем понять, почемувы даже своейдочери не верите, что она ваша дочь,— сказала врач на следующий день при обходе Светлане.Меня судьи все время обманывали и подставляли, из-за чего я проигрывала дело.Вас же предупреждали наши коллеги не ходить по судам, а вы еще мало того, что ходили по судам, после того как вас выписалииз стационара, прекратили прини-мать назначенные вам лекарства.Мне сказали,что они плоходействуют на зрение, я решила не злоупотреблять ими. Может, вы измените мне характер, тогда я станудругой.Характер мы еще не научились менять нашим боль-ным. А лекарство вам заменим, если не поможет, будем подбирать другое,— закончила собеседование со Светла-ной врач.Пойдем со мной,— сказала медсестра, с которой Светлана сдружилась. К тебе приехала дочь. Я отведу тебя к ней и посижунедалеко от вас.Она посадила Светлану на стул напротив дочери. Светлана смотрела и не узнавала. «Надо же, какую по-хожую на мою дочь подослали ко мне судьи»,— подумала она. Разглядывая дочь, старалась запомнить, во что она была одета и что говорила ей. Когда дочь, попрощавшись, уходила домой, Светлана посмотрела ей вслед и подума-ла: «Да это не моя дочь, это другая женщина, она выше моейдочери, и походка у нее другая». Сестричка, отведя Светлану в палату,не стала ничего спрашивать у нее.

На следующий день, проснувшись раньше обычно-го, Светлана почувствовала облегчение, как будто кто-то снял с нее груз тревоги.«А может, это была моя дочень-ка?» — подумалаона. Ей стало жалко дочь, что у нее по-явилась забота навещать ее и переживать за здоровье мамы. Светлана решила, что она отомстит судьям, ко-торые причинили страдания не только ей, но и ее семье.

«Но сначала,— подумала Светлана,— мне надо написать жалобу на решение суда, на основании которого меня за-точили в больницу с решетками на окнах и с железными дверями, которые может открыть только медперсонал.

Улучшив момент, когда медсестрыраздавали допол-нительныетаблетки по просьбе больных, у которых были сопутствующие заболевания, Светлана выскользнула из охраняемой зоны коридора,отведенной для строгой па-латы. Юркнула в соседнюю палату, которая не была под наблюдением медсестер. Попав в другую палату, она про-бежалась глазамипо ее обитателям. Кто-то из больных спал, кто-то читал, кто-то жеваляблоко. В углу Светла-на увиделаженщину, сидящую на кровати. Ее ноги были укутаны одеялом. Женщина что-то писала в общей те-тради. Светлана подошла к ней и попросила дать ей лист

бумаги и карандаш, женщинамолча вырвала листокиз тетради и протянула его Светлане. Потом достала из тум-бочки запаснуюручку и спросила:

Ты хочешь написать письмо на волю?Нет, жалобу на решение судапервой инстанции.Это что, такие рассказы? — сняв очки, спросила удивленно больная.— А ты из какой палаты?Из строгой,— ответила тихо Светлана.Нам запрещено,— испуганно замахав руками, ска-зала женщина,— общаться с больными из первой палаты.Ладно, не бойся, я залезу под кровать и буду там писать жалобные рассказы,— быстро опустившись на ко-лени, ответила ей Светлана.Распластавшись на полу, под кроватью, она начала писать жалобу, не понимая, о чем писатьи что просить судей вышестоящей инстанции. Она дописывала лист бумаги, когда услышала грозный окрикпышной сани-тарки, которуюСветлана невзлюбила при первом взгля-де на нее.

А ну вылезай! — приказала санитарка. Светлана по-слушно выползлаиз-под кровати.— Дай сюда бумагу, мы проверим, что ты на нас написала.О вас я ничего не писала, не успела,— ответила Светлана.И не успеешь! — рявкнула медсестра.— Всадим тебе укол, потом привяжемк кровати.Я не буду писать ничего о вас,— взмолившись, ска-зала Светлана,— только не привязывайте меня к кровати, и укола мне делать не надо.За нарушение режима, побег из охраняемой пала-ты будешь наказана.Светлана не помнила, как дошла до своей кровати в сопровождении двух медсестер, одна из которыхдер-жала в руках шприц.

Просыпайся, скоро завтрак привезут,— услышала она ласковый голос полюбившейся ей сестрички, при-шедшей на дежурство.— Ты больше ненарушай здешние порядки. Неровенчас, привяжут, если будешь буйство-вать. Врачи не знают, какие тебе таблетки назначить, все совещаются и никак не могут понять,какое нежилое по-мещение у тебя хотятотнять судьи и зачем какое-тоне-жилое помещение нужно им. Я слышала, как ты называла судей уголовниками. Они, говорила ты, захватили судеб-ную власть. Объявили гражданскую войну всему честно-му населениюстраны. Произошло сращивание судейской мафии с уголовной средой.Да,— сказала Светлана,— я всем докторам об этом заявляю. Они молча слушают меня и кивают головой. Не пойму, то ли соглашаются со мной, то ли считают меня больной. Вы знаете,— продолжала Светлана, огля-нувшись вокруг,—либо этих судей перестрелять нуж-но, либо суды оградить колючей проволокой, всех судей взять под стражу и заставить все дела рассматривать по существу и по справедливости. За качественную работу судьям давать условно-досрочное освобождение, после чего отправлять сразу на пенсию. На общих основаниях. Чтобы не занимали камеры.Какие камеры? — удивилась медсестра Рита.Какие-какие, совещательные комнаты и залы для судебных заседаний,— наклонив голову набок, ответила Светлана.— И еще этих думцев, шарманщиков, надо ра-зогнать, а законы поручить писать заключенным, осу-жденнымза мошенничество. Они-то знают все тонкости и нюансы в юриспруденции, напишут хорошие законы. Им опыта не занимать в судебной практике мошенниче-ских схем.

Рита, опекавшая Светлану, с жалостью посмотрела на нее.

Ты,— посоветовала она Светлане,— при обходе вра-ча снова попроси, чтобы тебе разрешили позвонить доче-ри, тебе надо чаще с ней общаться, она у тебя как ангелочек.А это правда,—осторожно спросила Светлана,—тогда на встрече была моя дочь?Ну, она же тебя узнала, почему ты не хочешь ее уз-навать?Потому что это судьи подослали ко мне похожую на мою дочь,— твердила Светлана.— У менябыл свойбиз-нес,— внезапно изменила тему разговора она.— Работала пятнадцать лет на износ, по сорок восемьчасов в сутки. Не позволяла себе подвести заказчиков, надо было жест-ко держатьруку на пульсе. Нашу фирму никогда и никто не обманули не кинул. Не нашлосьни одного подонка среди моих смежников. Когда сунулась в суд, получила сполна. Все судебные акты виртуальные.Какие-какие? — спросила медсестра.Ну, эти, подложные,— распыляласьСветлана.Слышишь? — перебила ласковаясестричка Свет-лану.— Уже тарелкирасставляют на столах, железными кружками позвякивают. Обед везут. Не расстраивайся ты так,—погладив руку Светланы, сказала сестричка.Медикаменты, назначенные для лечения Светланы, теплые наставления медсестры Риты, телефонные пере-говоры с дочерью дали свои положительные результаты.

Вскоре Светлана была переведена в общую палату ше-стого отделения. Для нее это был праздник. Утром она занималась гимнастикой в специально отведенном ме-сте, под музыку, которую транслировал маленький ради-оприемник. Теперь она могла больше двигаться. Кроме того, больныхвыводили на прогулку. Скверик, где они гуляли, был маленький, но ухоженный. В нем было мно-го скамеек и клумб с цветами. В глубине сквера сохра-нилась какая-тодеревянная постройка, напоминающая большую террасу. Светланани с кем особенно не сбли-жалась, тольконаблюдала за больными.

Ты в больнице первый раз? — услышала она голос своей соседки по палате.Первый,— ответила Светлана, присев на скамейку, стоящую рядом с клумбой.А я уже несколько раз попадаю сюда.Надолго сюда попадают? — спросила Светлана.Кто как,— ответила собеседница.— Меня долж-ны были уже выписывать из больницы, но из-за того, что попыталась убежать домой во время прогулки, срок лечения мне продлили еще на два месяца.— А ты давно здесь? — спросила в свою очередьее соседка.После того как я попала сюда, семь дней меня про-держали в строгой палате, пока я не сказала доктору, что у меня голова встала на место, я это просто почувствова-ла, как сознание медленноначало возвращаться ко мне. Вотуже месяц, как я в общей палате. Врач пообещал до-чери выписатьменя дней через десять.С соседкой,кровать которой стояла рядом, Светлана разговорилась на прогулке, до этого они не общались. Ее три дня назад подселилик ней. Беженка была крупного

телосложения и занималась лишь чтением книг. Ее габа-риты пугалиСветлану. Она испытывала чувство давле-ния на ее личноепространство, и это сказывалось на ее психике.

После того как соседка рассказала о своем неудавшем-ся побеге,у Светланы осталось впечатление, будто ей по-ведали о побеге из тюрьмы уголовника. Светлана начала очень бояться атлетического сложения соседки. Ей пока-залось, что ее подселилик ней специально по просьбе су-дей, чтобы она задушила ее ночью. Через несколько дней страхи Светланыпрошли, поскольку она нашла общий язык с беглянкой и начала сочувствовать и жалеть ее из-за того, что той не удался побег. И ее наказалиштрафной дозой пребывания в больнице.

После завтрака в палату вошла старшая медсестра и зачитала список больных пациентов, которым надо со-браться на обследование.

Куда нас поведут? — спросила Светлана.В кабинет другого корпуса больницы,— спрятав список пациентов в папку, ответиламедсестра.А что будут у нас обследовать? — допытывалась Светлана.Голову,— ответиламедработник.— Мозги будут проверять.У меня все в порядке с мозгами,— широко раскрыв глаза, запротестовала Светлана.Пройдешь обследование, врачи разберутся, все у тебя в порядке или нет с мозгами. Может, установят твой диагноз.А может, у меня нет мозгов? — не желая идти наоб-следование, сказала Светлана.Безмозглые к нам не попадают,— нравоучительно сказала старшая медсестра, дав десять минут на сборы.В коридореженщины выстроились в строй в ожида-нии, когдасопровождающая их медсестра и санитарка подойдутк железной двери и ключом-ручкой откроют ее. Строем больные вышли на улицу. Желтые листья кру-жились над головой, ложась мягким ковром на асфальт.

Светлана, дождавшисьсвоей очереди, вошла в кабинет, села на кушетку, подошедшая к ней медсестра надела ей на голову обруч с датчиками,после чего Светлана легла на подушку.Врач, сидящий за столом, на котором стоял ме-дицинскийаппарат, предупредила ее: «При обследовании у вас будет яркое свечение в глазах, не пугайтесь». Проце-дура длилась минут десять. Светлана вся сжалась внутри и хотела только одного — чтобы с ее головы поскореесня-ли обруч. Как вернулась в палату, она не помнила. Легла на кроватьв надежде заснуть. Но ей это не удалось.

Ты чего, устала? — спросила ее соседка.Мне показалось, что мне внедрилив мозги чипы, чтобы судьи знали все, о чем я думаю,— отвернувшись от собеседницы на другой бок, сказала Светлана.На следующий день в палату на очередной обход больных вошли врачи. Среди них был новый доктор, ко-торому передали медицинскую карточку Светланы для дальнейшего наблюдения за ней и лечения. Светлана по-смотрела на него, и ей показалось, что он очень похож на любимого ею писателя АнтонаПавловича Чехова.

Меня обещали,— сказала она новому доктору,—выписать дней через десять.Доктор погладилсвою бородку, задумчиво посмотрел на нее, после чего произнес:

За то, что вам в голову внедрили чипы, вам придет-ся задержаться у нас.Да я же пошутила,— нашлась Светлана. Доктор, вежливо откланявшись, сказал:Здесь шутки принимаются всерьез. Здоровыми людьми у нас считаются те, которые не смеются, не пла-чут и не шутят,как вы. Вот когда мы вылечим вас от шу-ток,тогда и выпишем домой.«Интересно, сколько мне еще придется находиться в этой тюрьме?— подойдя к календарю, висевшему на стене, подумалаСветлана.— Дочку жалко,ей придется продолжатьходить ко мне, теряя время и таская тяжелые пакеты с передачами».

Каждый день в палатахотделения происходила ро-тация больных. На следующий день после знакомства с новым докторомСветлану переселили в другую пала-ту. Кровать, на которую ей предложили перенести свои постельные принадлежности, стояла около окна. «Это знак,— подумала Светлана,— ближе к воле». Теперь но-чью она могла наблюдать за луной, свет которой падал на нее, и темное время суток уже не так пугало ее, как прежде. Личное пространство ее расширилось, посколь-ку теперь ее соседкойоказалась женщина небольшого ро-сточка, словно подросток.Она, убежав от мужа-пьяницы, который ее постоянно избивал, ночевала на улице, когда ее, избитую,увезла с улицы скорая помощь,вызванная стражем порядка. Новаясоседка, Сонечка, несмотряна свою тяжелую жизнь, не ожесточилась, ни на кого не обо-злилась. Бралась за любую работу на отделении, помогая санитаркам таскать тяжелые кастрюли с обедами, рас-ставлять посуду в столовой,мыть тарелки после обеда,

драить полы на кухне, выносить большие мешки с му-сором. Медперсонал, работавший на кухне, благодарил ее пакетиками чая и кипятком. Давали ей сигареты, так как Сонечка покуривала. Отдавали кусочки хлеба и даже иногда ломтики булки, остававшиеся после трапез боль-ных. Сонечкасдружилась в палатес больной, у которой было свое хозяйство и ей нужна была помощница по дому и в огороде. Она обещала Сонечкезабрать ее к себе, вы-делить ей комнату в своем доме. Планировалось, что до-мовладелица выпишется из больницы раньше Сонечки.

Светлана каждый день, утром и вечером,ходила по длинному коридоруотделения, отсчитывая количество шагов, когда шла в один конец коридораи возвращалась обратно. Каждый день она увеличивала свой путь. Ей очень не хватало движения, она боялась, что ноги ее раз-учатся ходить. В коридоре стояли два книжных шкафа сразличной литературой. Как-то,рассматривая книги, она увидела обложки детективов, авторы которых сна-чала, следуя жанру произведения, убивали персонажей, а потом распутывали клубок придуманных ими собы-тий. Она не могла без содрогания смотреть на эти книги и на их ужасныеобложки, предвещающие беду. Улучив момент, когда в коридоре никого не было, Светлана бра-ла эти книги и пряталаих за стеллажи, чтобы они не по-падались ей на глаза. Так ей было спокойнее, и они не напоминали об уголовной среде, к которой она причис-ляла судей.Посередине коридора, в глубокой дверной нише, был устроен импровизированный иконостас. Но он мало интересовал Светлану, поскольку икона Ксе-нии Петербургской, которую она боготворила, там от-сутствовала.

Как-то раз, прогуливаясь по длинному коридору, она споткнулась о палочку пациентки отделения, которая си-дела около своей палаты на мягком маленькомдиванчи-ке. Светланаи раньше видела эту женщину, которая, по ее наблюдениям, была нелюдима. Она ни с кем из боль-ных стараласьне общаться, жила за какой-то завесой тай-ны. Светланаотметила про себя,что у женщины были красивыечерты лица. Она извинилась перед женщиной за то, что споткнулась о ее тросточку.

Садитесь со мной,— сдвинувшись с середины си-денья, неожиданнодля Светланы попросила ее женщи-на.— Как вас зовут?— спросила она. Светлана ответила ей.— У вас красивоеимя,— спокойно сказала женщина,—и ходите вы красивои легко, словно летаете по коридору.Стараюсь ходить как можно больше, но это мне да-ется с трудом, мне все время кажется, что ноги мои не хо-тят ходить, может,оттого, что приходится здесь ходить в тапочках,а не на высоких каблуках, на которых я обыч-но хожу.Вы давно здесьлежите и по какому случаю?— за-интересовалась собеседница.Меня испугали судьи, наехав на мое имущество.А я работала раньше в суде,— сказала Наталия Ни-колаевна.И кем же? — поинтересовалась у нее Светлана.Народным заседателем в районном суде. Меня на-правили туда из моего института энергетики, где я ра-ботала инженером. При расчетах электрических схем япользовалась логарифмической линейкой.В вашем институте что, не было другой счетной техники? — поинтересовалась у нее Светлана.Были счетные машинки,но я не хотела ими поль-зоваться,— ответилаНаталия Николаевна.А как вы попали суда?Собеседница задумалась, потом начала рассказывать:

Когда в стране изменилось законодательство, в на-родных заседателях отпала необходимость. На пред-приятияхинженерных работников сокращали в первую очередь. На работу по своей специальности мне было не устроиться. Биржа труда отправила меня на пенсию до-срочно. Я не моглаадаптироваться и привыкнуть к ры-ночной обстановке, оставшись без любимой работы. Вскоре умер мой муж, а потом умер и друг мужа, кото-рый меня опекал. У меня началасьдепрессия, я оказалась в больнице. Детей у меня нет.И вас никто не навещает? — спросила Светлана.Почему же, ко мне приходит племянница. Светлана не стала задавать лишних вопросов Ната-лии Николаевне, кем работает ее племянница и вообще, откуда взялась она у нее, если, по ее словам,она одино-кая. Светлану как-то напряг этот разговор с Наталией Николаевной. «Удивительно, почему именно на меня она обратила свое внимание и со мной разоткровенни-чалась?— Ей припомнились поездка в Грецию и знаком-ство с Сусанной Ефимовной, которая так же работала в районном суде в качестве народного заседателя.— Ми-стика какая-то,—подумала Светлана.— Наверно,мирте-сен, как ни крути,—подумала она.

Как вы себя чувствуете? — поздоровавшись с вошед-шей в кабинет Светланой, спросила Карина Августовна.Хорошо. Дома, после того как дочь забрала меня из больницы, мне стало намного легче,там и стены помо-гают, и мой любимыйсад, в котором цветут цветы, поют птицы. Душа отдыхает,когда я работаю в саду или хозяй-ничаю в своем любимомдоме. В нем постоянно звучит музыка. Прогулки по лесу с моей собакой радуют и успо-каиваютменя. Коты, о которых надо заботиться, достав-ляют мне удовольствие. Дочь присматривает за мной.

Мы знаем, мы звонили вашей дочери и спрашива-ли у нее о вашем самочувствии.Зачем вы звоните моей дочери и спрашиваете обо мне?Затем, что мы должны направить вас на медико-со-циальную экспертизу, которую вы должныпройти для назначениявам инвалидности,— мягко сказала доктор.—За вашим здоровьем будет следить теперь участковый доктор нашего диспансера.Теперь за моим здоровьем будут следить два участ-ковых доктора,— сказала Светлана.Какие два участковых доктора за вами будут сле-дить? — переспросила врач Светлану.Один из вашего диспансера, другой участковый — из районнойполиклиники.А что, у вас еще какое-тозаболевание, требующее наблюдения?Да, у меня врожденный порок сердца обнаружили шесть лет назад. Направили на консультацию в кардио-логическое отделение больницы.И что вам там сказали?Да я до сих пор не дошла до этой больницы. Карина Августовна обрадовалась.Обязательно принесите нам вашу карточку из рай-онной поликлиники. Нам проще будет оформить вам ин-валидность по общему заболеванию.Хорошо,— ответила Светлана.Вы таблетки принимаете? — поинтересовалась док-тор.Принимаю.Смотрите, если прекратите принимать, страхи и тре-вога опять вернутся к вам.Так вроде мое нежилое помещение не смогли украсть судьи, украли только крышу от него, что усма-тривается из решения суда, а стены оставили,— спокойно ответила Светлана.И правда,— подметила доктор,— зачем судьям не-жилое помещение, да еще без крыши? Квартиру вам су-дьиоставили? — поинтересовалась доктор, сняв очки.Да нет же,— сказалаСветлана.— Это судьи пыта-лась нежилое помещение превратить в жилую квартиру, с незаконной перепланировкой и согласно законодатель-ству, допускающему лишение жилых помещений, вти-харя, чтобы я не знала, провести судебные заседания, лишить меня нежилогопомещения. Но я успела его по-дарить внуку.Без крыши? — удивилась доктор.Да, потому что в ходе судебногозаседания су-дья с секретарем перепроектировали кровлю в террасы жильцам второго этажа. Поэтому внуку достались стены. И побелка потолкапод террасами. Когда я проверила все документы,обнаружила, что строительная фирма по ак-там сдачи-приемки помещения как бы передала нам одно и то же нежилоепомещение два раза и в разное время. Получилось, что у нас одно помещение зарегистрирова-но как частная собственность, на которую и был наезд. А другое, нежилое помещение — только на бумаге.Ничего не понимаю,— покачав головой, сказала док-тор.— Может быть, вам суд хотел присудить второе нежи-лое помещение, которое только на бумаге? — изумилась она.Да, это в судах практикуется. Они могут любому присудить, отсудить то, чего не существует априори.Вы совсем запутали меня,— проглотив таблетку, сказала врач.Тогда я уже пойду,— поднявшись со стула, попро-щалась Светлана.Надеюсь, вы больше не будете навещать суды? — строго спросила заведующая отделением, надев очки и делая какие-тозаписи в медицинской карте Светланы.Не обещаю,— ответила Светлана. Доктор оторвалась от записей и сказала:Я предлагаю вам лучше занятьсяпосещением ре-абилитационного отделения. Для вас это будет намного лучше, чем ходить по судам. Вы активная,можете при-влечь туда еще нескольких человек.Может, вы и правы,—ответила Светлана.— Я по-знакомилась со Светланой Кузнецовской, уже посещаю-щей это отделение.Мы сдружились с ней, и я побывала у нее на даче, которую она приобрела недавно. Прекрас-ное место,а какие там озера, с песочными берегами!— восхищенно произнесла Светлана, направляясь к выходу из кабинета.Ирина, нежась в постели,взяла планшет. Позевывая, перешла на одну из страничек Натальи «ВКонтакте». Две ее фейковые странички «отдыхали». Третья, на ко-торой Наталья раскручивала свой бизнес, была активна.

«Не буду мешать ей,— решила Ирина.— Наталья злится, когда ее отвлекаютот прибыльных дел».

Ближе к вечеру Ирина позвонила Наталье.

Представляешь,— со злобойв голосе ответилаей Наталья,— сутяжница появилась в суде.Я так и знала,— чихнув в трубку, сказала Ирина.—И чего теперь она хочет?Пересмотреть исковое заявление ее дочери по вновь открывшимся обстоятельствам.И какие же это новые обстоятельства? — заинтере-совалась Ирина.Она написала в заявлении, что ее дочь обману-ли судьи, о чем она не знала и знать не могла. Недавно она узнала, что нежилое помещение, которое находи-лось в частнойсобственности ее дочери, суд признал го-сударственной собственностью. Поэтому в иске ей было отказано.Ты представляешь,— продолжалазлиться На-талья,— сутяжница, не зная, что председателем суда те-перь работаетИльин, написала заявление на имя Галины следующего содержания: «Здравствуйте, я вернулась в ваш гадюшник,общество с ограниченной ответствен-ностью артель „РОГАи КОПЫТА“, чтобынайти судеб-ную истину».Ничего себе девки пляшут,— нараспев ответила Ирина.— Видишь, Наталья,— проглотив слюну, продол-жила разговор она,— все возвращается на круги своя. От судьбы не уйдешь,— произнесла Ирина. Жизнь свела Ильина, сутяжницу и тебя в одну лодку. Ильин, еще рабо-тая в кассации,принял ее сторону, рассматривая жалобу ее дочери. Он как-то раз обмолвился со мной о сутяж-нице передмоей отставкой. Я-то знаю,— въедливопро-изнесла Ирина,— ты неровно дышишь к Ильину. Мне интересно,— продолжала загадочно она,— кто из вас в ко-нечном итогеостанется в однойлодке. Как у тебя оказа-лось заявление сутяжницы? — поинтересовалась Ирина.

Ну, ты же знаешь, что у меня всюду свои девоч-ки в канцеляриях. Вся информация, поступающая в суд, проходитчерез меня, прежде чем попадет на стол к Ильи-ну. Эта поганка,сутяжница, появилась в суде неожидан-но, как феникс из пепла. И совсем не вовремя.Плохо топтали и уничтожалимы ее,— сокрушенно ответила Ирина.—Не отбили у нее охоту ходить по судам за справедливостью. Психушка, в которую мы отправили ее замечания на протоколы судебных заседаний, не под-ведомственная нашему суду, а так бы постарались упечь сутяжницу надолго,договорившись с нашими людьми из больницы. Хорошо, что она потеряла в суде рецепт, выписанный ей на бланкепсихоневрологического дис-пансера. Тогда-то мы и узнали, что она состоит на уче-те. Сутяжницу надо опасаться. Как бы выбранная нами жертва не превратилась в хищника, пожирающего нас. От нее не знаешь, чего ожидать. Она понимает, что ей ни-чего не грозит за любые высказывания в наш адрес. Не понимаю, на что она рассчитывает и что затеяла,объя-вившись опять в суде.Надоело копатьсяв дерьме исковыхзаявлений,—пожаловалась Наталья Ирине.—Мне еще пахать и па-хать до выхода в отставку.Да ты никуда не уйдешь,— твердо сказала Ирина,—пока можно будет набивать свои карманы. К тому же стрелы Амура попали в твое сердце с приходом Ильина, на которого ты положила глаз.Да, я неравнодушна к нему,— глухимголосом от-ветила Наталья.—Он не такой, как мы все. Неровнянам. Из другого теста вылеплен. На несколько поряд-ков выше нас. Однакос некоторых пор меня сталаинте-ресовать и сутяжница. Она умная, смелая,свободная от каких-либообязательств. Может позволить себе на пен-сии жить красиво и не работать.

Внезапно Наталья прервала разговор с Ириной, со-общив ей радостным голосом, что Ильин вызывает ее в свой кабинет.Ирина, расставшись с Натальей, выпила чашку кофе. Вернувшись к обзору новостей «ВКонтак-те», она наткнулась на аватарку сутяжницы. Узнала ее сразу. Изысканный черный костюм. Белые коралловые бусы на шее. Шляпа с большими полями.Страница су-тяжницы была открыта для всех пользователей. Друзей у сутяжницы было немного. Ее аккаунт был зарегистри-рован недавно.

Ирина, опытныйпсихолог — качество, необходимое для работы судьи,—пролистала странички всех друзей Светланы, поняла, что в основном это были ее знакомые по интересам из той среды, в которой она находилась в по-следнеевремя. В числе друзей Светланы был пользовате-ля поимени Александр. Она перешла наего страничку.Он опубликовывал свои стихи, а Светлана писала забавные пародии на них. Ирина увидела,что Наталья не обошла вниманием эти пародии, ставя свои лайки под псевдони-мом Вера Демина. Ирина поняла, что сутяжницаи Алек-сандр могли познакомиться в психоневрологическом диспансере. Ее внимание привлекла фотография афиши спектакля «Адель», которую опубликовал Александр. На фотографии они были запечатлены в театральных костю-мах. Вера Демина прокомментировала это фото: «Она мо-жет быть опасна»,давая понять Александру, чтобы он не

общался с ней. Ирина знала, что имя Александрволнова-ло Наталью. Очевидно, поэтому она оказалась в числе его друзей.Ирина перешла на страничку Светланы.

Гармонияи умиротворение были запечатлены на фо-тографиях, которые сутяжница выкладывала на обо-зрение пользователей. Роскошный сад, озерцо, цветы, дом с мансардой, построенный в английском стиле. Ее профессиональное портфолио отличалось тем, что на фотографиях она всегда была разной,неповторимой. Вы-глядела намного моложе своих лет, впрочем, как и в жиз-ни. Безукоризненно красивые, элегантные наряды подчеркивают стройную, изящную фигуру. Весь ее облик заставляетзадуматься о дворянских корнях ее родослов-ной. «Вот в чем дело, вот откуда у Натальи зародилось неравнодушие к сутяжнице,— подумалаИрина.— На-талья, всю жизнь державшая денежный мешок под по-душкой, увиделадругое отношение к деньгам, которые Светлана, в отличие от нее, вложила в то, чтобы достойно жить. Похоже, что жгучая ненависть Натальи к сутяжни-це переродилась в любовь, зная привычку Натальи под-чинять всех себе.— Иринаусмехнулась про себя: — Да, тяжело,— подумала она,— будет Наталье справиться со своими страстями».

Здравствуйте, я узнала, что в суде новый председа-тель суда и он ведет прием посетителей,— зайдя в прием-ную Приозерногорайонного суда, обратилась сутяжница к секретарю.

Приходите в средуи попадете к нему на прием,—вежливо ответила та.Я надеялась попасть к прежнему председателю суда и его заместителю, вижу, что я не успела застать их.Да, они в почетной отставке. Если вы по вопросу процессуального характера, то это решается в судебном порядке,— поправивочки, сказала секретарь.А суд-то где? — спросила Светлана.Вы находитесь в суде,—утвердительно ответила помощник председателя суда, присоединившись к разго-вору.Не суд это, а гадюшник,— вспылила Светлана.Я вам делаю предупреждение за неуважительное отношение к суду, я вызову пристава.Хорошо,— ответила сутяжница,— коль скоро у вас новый председатель суда, я буду ваше заведение назы-вать эдемом.Приду к нему в часы приема.Не расстраивайтесь вы так, Светлана,— нача-ла успокаивать ее невозмутимая Мартя Павловна, сто-явшая рядомс ней. Когда они вышлина улицу, Мартя Павловна начала со смехом рассказывать: — Вы знае-те,вчера я смотрела передачу по телевизору. Наш пре-зидент давал интервью прессе. Один из журналистов спросил у него: «Какую оценку вы можете дать работе назначенных вашими указами судей и вообще всей су-дебной системе?»— «Я наслышан,— ответилгарант Кон-ституции,—о многочисленных жалобах при вынесении несправедливых решений и что люди устали пыль гло-тать, бегая по судебным коридорам,— цитировала ответ президента Мартя Павловна.—Но поймите,— не моргнув глазом, продолжал отвечать гарант Конституции,— в су-дебных тяжбах проигравшая сторона всегда будет недо-вольна».Так и сказал? — переспросила Светлана у Марти Павловны.Не перебивайте меня. Слушайте дальше, что спро-сил журналист. «Уважаемый президент, но в наших судах нет состязательности сторон. Суд, как участник судебного процесса, берет на себя полномочия состязаться с той сто-роной, которая не дала взяткусудье. Судья имеетправо безнаказанно фальсифицировать материалы дела, зани-маться служебными подлогами, вбрасывать подложные документы в материалыдела, по своему усмотрению из-менять обстоятельства дела, что приводит к подмене зако-нодательной нормы, изменять статус заявителей. То есть судьи могут спокойнозаниматься тем, что не запрещено им законом». Подавшись вперед, президент строгоска-зал: «Я всего-навсего менеджер страны, за деятельность судебной системы и конкретно за действия назначенного мною судьи не несу ответственности, поскольку законом это запрещено.Этот вопрос вы можете задать Российской Федерации, от имени которой судья выносит постановле-ния. И почитатьКонституцию, в которой написано, что судья обязан подчиняться законам. Я же не нянька су-дьям. Моя хата с краю. Знаететакую пословицу?» — за-дал, в свою очередь,президент вопрос журналисту.Ой, Мартя Павловна, и на ком же канале телеви-дения вы такую конференцию смотрели? — с улыбкой спросила Светлана.

Вроде как на новомканале по кабельному телеви-дению показывали.Шутница вы, Мартя Павловна, за что я вас и лю-блю. Вам бы сценарии для клуба веселыхи находчивых писать.Я не шучу,— серьезно продолжала Мартя Пав-ловна.—Потом еще девушка с микрофоном прорваласьк президенту, взволнованно сказав ему, что оппонен-ты, не найдя правды в судах, перестреляют друг друга. Гарант Конституции, поерзав в кресле, пообещал кор-респондентке, что если на кладбищах места мало для недовольных судебными постановлениями, то он даст команду расширить кладбищенские земельные участки.

«Если понадобится и из страны не прекратится отток на-селенияза границу, будем благоустраивать новые клад-бища».

Мартя Павловна, моя дочь говорит мне, что все, чтовы рассказываете, надо делить на пять.Конечно,— ответилаМартя Павловна,— мы уже пятый раз делаем заход в суды с заявлениями.Вы правы, но я хочу покоритьвершину судебной истины и наглотаться пыли, бегая с вами и без вас по зам-кнутому кругу беспредела.Ваше дело выеденного яйца не стоит.Для российской судебной системы человек ничего не значит.Он всего лишь навсего удобныйинструмент для наживы представителей судебной богемы. Причем этой системе все равно,кого обманывать и в чей карман запустить свои загребущие руки. Смотрите,— сказала су-тяжница,—в стране многодомов смешанной формы соб-ственности. Жилкомсервисы — частныелица, нанятые городскимислужбами для жизнеобеспечения таких до-мов,— имеютсвой расчетный счет.Им из государствен-ного бюджета направляется денежное довольствие на обслуживание домов. Суды, то ли из-за безграмотности, то ли имея свои личные интересы, занимаются открытым вредительством в отношении госбюджета, перебрасывая денежные потоки должников за коммунальные и прочиеуслуги на счета жилкомсервисов, которые к денежным потокам должников никакого отношения не имеют, по-скольку эти средства должны поступать через лицевой счетдолжников и возвращаться в госбюджет. Мне, Мартя Павловна,удалось случайно узнать, что деньги должни-ков судьи обналичивают в свой карман под девяносто процентов через счета жилкомсервисов. Такая у них су-дебная практика.На сайте суда обнаружила следующую картину: даже прокуроры не могли выиграть дела против жилкомсервисов, не говоряо простых заявителях.

Светлана остановилась на пороге большогокабине-та председателя суда. Взгляд ее упал на рабочий стол, за которым должен был сидеть председатель. К ее изумле-нию, кресло председателя было пустое. «Да, но только, что из кабинета вышел предыдущий посетитель, с кем же он здесь беседовал?» — недоумевала она. Замерев в двер-ном проеме, она начала обводить взглядом весь кабинет.

А, вот вы где! — улыбнулась она, увидев спокойно сидящего в стороне,за длинным столом для проведения совещаний, председателя.Проходите, садитесь,— вежливо указал он на стул, стоявший напротив него.— Ваши фамилия, имя, отче-ство? — поинтересовался он у Светланы.Светлана озвучила свои данные, которые председа-тель аккуратно записал в журнал для посетителей. Свет-лане показалось, что он как-тобережно относится к их регистрации.

Я, собственно, к вам вот по какомувопросу. Разъ-ясните,пожалуйста,— сказала Светлана,— что означают внутренние убеждения судьи?И почему судьинаруша-ют законы?Что касается внутренних убеждений судьи, я вам могу дать пояснения, исходя из своего мировоззрения. Судьи должны подчиняться конституционным законам и не только им.Пока председатель разъяснял ей свое представление о внутренних убеждениях, Светлана ушла в свои мыс-ли. «Наверно,он бумажки по юриспруденции любит»,—почему-топодумала она, которая страсть как не любила читать все судебные постановления, принимая их за чер-нуху. Не любила писать разные заявления,ходатайства, которые судьи превращали в пухлые папки макулату-ры для очковтирательства об отчетности своей работы. Она, отстраненно слушая председателя, вспоминала, что, связавшись с судебной системой, долго привыка-ла писать слово«прошу». Она не понимала такойфор-мы обращения к судьям. Считала,что по Конституции человеку положено иметь право на защиту в суде и он должен требовать свои права, а не просить.Понимала, что просящий человекдля судьи удобен.Просящий че-ловек может быть предметомдля поднятия настроения судьи, у которогоне складывается что-то по жизни или же просто плохое настроение и работать ему в день за-седания не комфортно. Судьяспокойно и безнаказанно может превращать человека в свою жертву,чтобы оты-грать на нем все свои невзгоды. Она много раз замечала, с каким пренебрежением судьи относятся к не понравив-шемуся им человеку. Все эти наблюдения за поведением судей, с которыми ей пришлось сталкиваться, мгновенно промелькнули в голове у Светланы. Она отвлеклась от своих мыслей, посмотрела на председателя суда и вдруг осознала,что этот человек, напротив которого она сиде-

ла, совсем другой, не из той когорты судей, с которыми ей ранее приходилось общаться. Светлана начала вгля-дываться в черты его лица. Вспомнила, что когда-то он в кассационной коллегии горсуда рассматривал заявле-ние ее дочери.

Они встретились взглядами, и Светлана сказала ему:

Я вспомнила, вы когда-то рассматривали жалобу, я была представителем истицы в судебном заседании, в которомкроме меня никто не присутствовал. Я, навер-но, плохопоступила, уйдя с заседания, не дождавшись вердикта судебной коллегии. Тогда я просто не смог-ла сдержать слез, почувствовав, глядя вам в спину, ког-даваша судебная коллегияудалилась в совещательную комнату, что определение будет вынесено в пользу исти-цы. В том судебном заседании ваша коллегия выслушала меня впервые без насмешек, издевок, колючих завист-ливых взглядов. Я, собственно, здесь,— прервала затя-нувшуюсяпаузу Светлана,— чтобы выяснить, нельзя ли снова восстановить сроки и пересмотреть дело о незакон-ной перепродажи кровли. Я же не знала, что судьи меня и истицу обманули,самовольно решив, что нежилое по-мещение принадлежит государственной структуре. На вынесенное определение вашей судебной коллегии о пе-ресмотре дела по существу судьи первой инстанции пле-вать хотели,— опрометчиво сказала Светлана, не приняв во внимание, что именно с этими судьями он оказался в одном коллективе.Председатель резко поднялся со стула. По его взгляду

она поняла,что он недоволен ее высказыванием, она бы-стро поправилась и изменила свою формулировку, мягко произнеся:

Хорошо, я скажу по-другому, судьи игнорирова-ли указаниесудебной коллегии, где вы были председа-тельствующим. Я понимаю, что вы не обязаны нести ответственность за судей, которых я считаю уголовни-ками.Ильин с интересомпосмотрел на нее и с юмором в го-лосе поддержал ее выводы, спросив:

Я надеюсь, что меня вы не причисляете к уголов-никам?Конечно, нет,— ответила ему Светлана,— и вы до-казали мне это своимвердиктом.Светланане торопилась уходить из его кабинета. Сво-им отношениемк ней, поведением он явно притягивал ее внимание к себе. Ей нужно было поделитьсяс человеком, который бы ей уделил вниманиеи понял ее. Этим чело-веком, единственным человеком из судебной системы, оказался Ильин. Она расслабилась, осознав, что он на не-сколько порядковвыше тех судей,с которыми она стал-киваласьв залах судебных заседаний. Ей было интересно общаться с ним, но она понимала,что находится в казен-ном заведениии ей пора было освободить кабинет для приема следующего посетителя.

Надеюсь, я не очень обидела вас, высказав свое негативноеотношение в адрес ваших коллег? — улыб-нувшись спросила Светлана.— Вы же наверняка знаете, кто меня крышует, куда я попала в результате приобре-тенных в ваших структурах моральных травм? Кстати, впсихушке мне тоже интересно.Ильин рассмеялся.

Конечно,— поддержал он ее,— там тоже есть люди с фантазиями.Светланасделала знак рукой, защищая свой контин-гент, состоящийна учете в диспансере.

Какие бы они ни были, они не живут только од-ними мыслями о деньгах. Многим из них доставляет ра-дость созидать красивое. Им за счастье иметь под рукой кисточки, краски,холсты на подрамниках, ватман, гли-ну. Их творческие работына западе признанынаивным искусством и ценятся.Я должна с вами попрощаться,—сказала Светлана,извинившись, что сильно задержалась у него на приеме.Уходя из кабинета, она обернулась, почувствовав его взгляд. Он стоя провожал ее. Лицо его выражало недоу-мение и интерес к ее персоне.Она внезапно вздрогнула от испуга,но это был уже испуг от неожиданной для нее встречи с нормальнымчеловеком из ненавистной ей су-дебной системы.

Светланасела напротив камина, открыла топку. Она чувствовала себя виноватой после очередного, второго похода к Ильину на прием. Когда она вышла из кабине-та председателя и уже было спускалась по лестнице, ее как будто кто-то повернул назад, и она стремительно во-шла в приемнуюпредседателя суда. Ильин с папками дел стоял посередине приемной. Она с гневом сказалаему, что не он хозяин в суде. Судом командует судья Карпу-ха, подмяв всех сотрудников под себя. Он сначала сделал резкое движение. Посмотрев на Светлану сверху вниз, растерянно улыбнулся. Она быстро вышла из прием-ной, и слезы опять потекли из ее глаз. Светлана казнила себя за то, что она высказалась в присутствии его секре-таря и помощника.Она не находила себе места и считала своим долгом извинитьсяперед ним и в присутствии его

подчиненных. Светланавзяла в руки Святое Евангелие и начала читать его. Чтение книги несколькоуспокоило ее. Она решила дождаться следующего приемного дня. Через неделю она позвонила секретарю Ильина и по-просила ее предатьпредседателю суда свои извинения занекорректное поведение на прошлом приеме. Светла-на понимала, что о ее звонке будетзнать судья Карпуха. Также она почувствовала, что именно эта судейка влияла как-то на нее и, как могла предположить Светлана, пыта-лась гадить Ильину. Сутяжница боялась судью Карпуху. Однако именно страх заставлялее бороться с этим чудо-вищем.

Прошло недели две, а Светлана не могла успокоиться. Она почему-то усомнилась в том, что секретарь переда-ла Ильину ее извинения. Светлана решила сама прийти к Ильину и извиниться.

Когда она вошла в кабинет, Ильин поразил ее. Она увидела помолодевшего человека с легким загаром на лице. Глаза его светились радостью, когда он смотрел на нее. Про себя она подумала:«Либо он хорошо отдохнул на весенней рыбалке, либо влюбился». Некоторое время они стоялидруг против друга,глядя друг другув глаза. Внезапно Светланаопомнилась и попросила разрешения сесть на стул.

Конечно,— указавна стул, ответилон по-мальчи-шески весело.Светланас трудом удержалась от комплиментов в его адрес.

Я, собственно, вот с чем к вам пришла. Хочу из-виниться за свои некорректные высказывания, да еще в присутствии ваших подчиненных.Она ожидала,что он расскажет о том, что ему пере-дали о ее звонке.Однако он ничего не сказал.Светлана медлила, чтобы продолжить общение с ним, она решила узнать у него кое-какие термины из законодательства. Он спокойноотвечал. Потом она высказала ему свое мнение о гражданско-процессуальном кодексе, сказав, что это за-конодательство не защищаетлюдей.

И вообще, какое гражданское общество может быть в стране при такой законодательной базе и судах, в кото-рых судебный корпус российской Фемиды оставляет же-лать намного лучшего?Он ничего не ответилей, будто не слышал ее возмуще-ния. Общаясь с ним, Светлана поняла, что он не торопит-ся избавиться от нее. Она чувствовала, что ему хорошо с ней, и отвечалаему взаимностью. Пообщавшись с ним о жизни,Светлана решила, что не надо злоупотреблять его добрым отношением к ней. Посмотрев на часы, она сказала ему:

Ваш рабочий день закончился, мне пора уходить. Уходя из кабинета Ильина,Светлана вдруг почув-ствовала какую-то ранее ей незнакомую тяжесть в ногах, словно они не хотели идти. Ей пришлось приложить уси-лия, чтобыдойти до двери.Казалось, что какая-тосила удерживает ее в кабинете. Она, не прощаясь, ушла.

Дома у нее не один раз начиналисьприступы, неведо-мые ей раньше.У нее внезапно начинали трястись руки, внутри все сжималось, она ничего не могла делать.Она даже стоять не могла. Ей казалось, что это он, Ильин, ду-мает о ней, хочетбыть с ней рядом. Она еле-еле добира-лась до дивана, ложилась и просила лишь одного — чтобы это состояниескорее закончилось. Уговаривала себя, что

это все ее выдумкии фантазии. Но почти каждыйдень все повторялось. Не зная, что делать и как это прекра-тить, она решила пойти к нему опять на прием.

При разговоре с ним она несла какую-то чушь. Он слушал ее молча,опустив голову. Когдаона замолчала и посмотрелана него, то увидела, что он осторожно пы-тается поднятьглаза и посмотреть на нее, сидящую ря-дом. Светлана понимала, что его скромность сдерживала это его желание.Но все же он пересилил себя, и Светла-на вдруг опять испугалась смотрящего ей в глаза Ильина. Она не выдержала его пытливого взгляда. Отвела от него глаза, отвернувв сторону голову. Когда вновь решила по-смотреть на него, увидела, что он настойчиво смотрел на нее в ожидании, когдаих взгляды сновавстретятся. Пе-ресилив себя, она сказала:

Я должна с вами попрощаться. Больше к вам не приду.На прощанье пожелала ему всегда оказываться в нуж-ное время в нужном месте. Когда она выходилаиз каби-нета, услышала,как он подавленным голосом ответил ей:

Спасибо.Она ничего не ответила ему. У нее от волнения не было сил сказать ему «до свидания».

В приемнойона быстро накинулана голову клетча-тый шарф, Надела белую коротенькую шубку. Вышла на улицу, где ей стало легче дышать.Позже она узнала, что этот приемдля посетителей суда был у Ильина послед-ним. «Непонятно, зачем он проводил их вообще. По зако-ну он мог бы не вести прием, рассматривать, сидя в своем кабинете, письменныеобращения граждан с жалобами на судей»,— размышляла Светлана.

Она шла по заснеженной улице любимого города.

«Приеду домой,—решила она,— растоплюкамин». На душе было легко. Она вылила всю свою горечь о судьях и их решениях единственному человеку из судебной си-стемы, готовому принять на себя ее горечь поражений.

«В концеконцов,— подумала сутяжница, развлекая себя,— если уж коррупция непобедима, издали бы указ о законностикоррупции в судах. Фотографии передови-ков коррупционного судопроизводства уместно было бы вывешивать на доску почета при входе в суды. Вот только какому органу это можно бы было поручить? — не унима-лась сутяжницав своих фантазиях.— Это уже другой, от-крытый вопрос».

Светлана научилась шутить над всеми невзгодами жизни, особенно над теми, которые встретились на ее пути в последнее время. Мысли-шутки расслабляли ее, успокаивали нервную систему. Лечили душевные раны, которые ей нанесли нелюди в черных манто, владеющие мечом Фемиды. Растопив камин, сутяжница, набросив на ноги плед, устроилась поудобнее на диване.

Дрова в камине потрескивали, от стекла топки исходи-ло благодатное тепло. Светлана незаметно для себя задре-мала. А когда проснулась, вспомнила, что ей снился сон. Она сидит в каком-токафе. Ей очень хорошо. Общается с приятным собеседником, но так и не смогла вспомнить, кто это был. Образ его бесследноисчез, перед тем как она проснулась. Светлана включила ноутбук. Незнакомый пользователь прислал заявку в друзья. Это был продю-сер, искавший для съемок в рекламетипаж на роль хо-зяйки загородного коттеджа с интеллигентным и добрым лицом. «Фотографии из вашего портфолиосогласованы

с заказчиками,— написал он ей в сообщении.— Кроме того, мы посмотрелифильм с вашим участием о судебной си-стеме, в котором вы, преображаясь, создали четыре обра-за. Решили,что с задачей, которая вам будет поставлена на съемочной площадке, вы справитесь. Думаю, гонорар вас устроит. Съемкиначнутся через день.Сообщите но-мер телефона,по которому с вами можно будет связаться художнику по костюму. Ему надо согласовать с вами оде-жду из вашего гардероба».— «Хорошо»,— покорно ответи-ла на заманчивоепредложение Светлана. «Надо же, какое чутье у продюсера,он даже не спросил у меня согласия на съемки. Похоже, пребываниев реабилитационном отделе-нии мне принеслоудачу,— улыбнувшись, подумала Свет-лана.— Мало того что там был отснят фильм «Внутренние убеждения» по моему сценарию, в котором я вдоволь поиз-галялась над судьями, этими хабалками, так еще и в съем-ках рекламы предстоит поучаствовать». Зазвонил телефон.

Чем занимаешься, ходишь в нашу богадельню? — спросила ее тезка.Хожу каждый день. Репетирую роль танцовщи-цы, покорившей многие страны своим искусством.Ольга, руководитель нашего театра,переработала популярную пьесу. Убрала из нее многоматериала, оставила только главную фабулу из пьесы. Секретарь актрисы ведет запи-си о ее жизни.В силу своих преклонных лет моя герои-нявременами теряет память,ориентацию. Потихоньку сходит сума. Бурная активнаяжизнь в прошлом помога-ет ей мечтать, вспоминать и проживать свою жизнь зано-во, общаясь со своим секретарем. Мой основной партнер Ванечка уехал с мамой в отпуск в разгар репетиций. Ольга нашла мне второго,Сашу. Помнишь такого? Он на войнуушел, спасать людей, где получил контузию.С тех пор пе-риодическивозвращается, но не на войну, а в больничные покои, откуда его и приводят на репетиции. Афиши спек-такля давно готовы.Нина Алексеевна, главный модельер нашей швейной мастерской, сшила платья для моей герои-ни. У Марти Павловны — помнишь, я тебе о ней рассказы-вала, она торгует на рынке — я подобрала перекрашенную в белый цвет обувь и жилетки для моих сценических партнеров.Давай поговорим о твоем бизнесе,— сказала Светлана.— Ты знаешь,куда вкладывать деньги. Только, конечно, домик бы надо построить новый, в этом райском местечке с озерами. Мне оно очень понравилось.

Зачем? — ответила тезка.— Этот подремонтирую, забор поставлю. Подожду, пока цена поднимется на зем-лю, потом продам. Это ты горбатилась, открыв свое дело, работала по сорок восемьчасов в сутки.А я занималась недвижимостью, которой у меня достаточно много. Пере-ставляла эти объекты, как кубики, с места на место. Ку-плю,продам. Всегда в большом наваре.Ты не обиделась на меня за то, что домой из твое-го поселкая поехала не на твоем автомобиле? — спросила Светлана у тезки.— Он у тебя частенько попадает в ка-кие-то аварийныеситуации. Скажу тебе,— продолжала Светлана заговорщическим тоном,— когда я шла к стан-ции, у меня было ощущение, что я обязательно встречу кого-либо из знакомых. А когда я стояла на платформе вожидании электрички, мне казалось, что за мной кто-то наблюдает. Я испугалась слежки. Вспомнила, что врачи предупреждали меня не прекращать принимать таблет-ки, прописанные мне, в противном случае необоснован-ный страх и тревога могут возвратиться.Она стоялана остановке в ожидании автобуса, когда увидела, что автомобиль черного цвета, резко затормо-зив, прижалсяк поребрику.

Светлана Сергеевна! — услышала она голос.— Са-дитесь, я подвезу вас.Светланабыла удивлена, увидев Ильина за рулем ав-томобиля. Она нерешительно подошла к машине. Не-осознанно села на переднеесиденье.

Куда прикажете вас подбросить?Что значит подбросить? Я вам что мячик?Извините, ваша светлость,— весело засмеялся Ильин.Поиздевайтесь, поиздевайтесь, я не обижусь,— от-ветила Светлана.— Мне прямо, потом налево, потом еще раз налево,потом опять прямои вперед.Вы даже навигатор запутали, не говоря уж о су-дьях моего суда. Подаете бесконечные исковые заявле-ния от имени Слоиной Марти Павловны к ответчику Вогданову.Извините за откровение,— ответила Светлана,— но я просто прохожу практику по правоприменению зако-новна базе вашегосуда. Я не бесконечные, как вы выра-зились, заявления подаю, а по разным основаниям. Если хотите, я превратилаэто занятие в хобби. Для разминки ума.А вы уверены, что Вогданов является ответчиком в деле Слоиной?Не уверена. Он же не выписывал сам себе свиде-тельство о праве на наследство. Это сделала нотариус, обманув Слоину. Но Вогданов зарегистрировал его и по-лучил право на часть собственности в квартире Слоиной. В этом ему помогла судья из другого районного суда, сфа-бриковавопределение. Подали иск по подсудности, по-няли, что судебнаяпрактика обмана заявителей работает исправно. Судья, получивисковое заявление, связалась с нотариусом и ответчиком. Мы получили определе-ние, из которого следовало, что Слоина не выиграет про-цесс. Я научилась читать судебные акты, в которыхесть признаки служебных подлогов. Мы сейчас не в вашем кабинете,я могу говорить так,— невозмутимосказала су-тяжница.

И то верно,— коротко ответил Ильин.А куда мы приехали? — посмотрев на Ильина, спро-сила Светлана.Куда просили, прямо, потом налево, потом еще раз налево, потом опять прямо и вперед. Может, мы зайдем вон в то кафе? — предложил Ильин.А почему бы и нет,— согласилась Светлана.Выберите себе сами из меню то, что вы любите,—улыбнувшись, сказал Ильин.— Только вино я подберу для вас сам.Светлана пригубила вино, которое источалопьяня-щий аромат. Сделалаглоток и радостносказала:

У вас прекрасный вкус и хорошие знания, какие вина любят женщины.Ну, допустим, не женщины, а женщина, о которой мне известно, какие вина она предпочитает.Вы имеете в виду меня?Да,— чуть кивнув головой, спокойно ответил Ильин.Вы что, собираете обо мне сведения?Не совсем так, я просто захожу иногда на вашу страничку «ВКонтакте». На фотографиях, которые вывыставляете, видел вас с бокалом белого вина. Зная вас, я решил, что именно это вино должно понравить-ся вам.

Браво, вы приняли хорошее решение. Вино доста-точно пикантное. Вот только полагаю, что вы меня со-всем не знаете.Да, вы отчасти правы, я не знаю, зачем вы взя-лисьза дела Измайловой и Слоиной. Кем они вам при-ходятся?Измайлова дочерью, с другой я познакомилась по тому случаю, что иск моей дочери и иск Слоиной рассма-тривала одна и та же судья.А вот оно что,— опустив голову, сказал Ильин.А у вас что, есть какая-то другая информация?Мне преподнесли ваше рвение как зарабатывание денег путем обмана ваших доверителей, когда вы пред-ставлялись им юристом.Вы так свято поверили в это? Я справедливость хочу найти в суде. Что касаетсяСлоиной, помочь ей и себе, и не только делом, но и оплачивая за нее все госпошлины и оформление доверенностей на ведение ее дел в суде. А то, что в судах любого неугодного че-ловека могут опорочить, так это одна из форм защиты судей.Вы сегодня не такая, какой были у меня на приеме.Конечно, я не вашем служебномкабинете, где я чувствовала себя неуверенно и боялась вас.Вы серьезно? — спросил Ильин.—Я же вел себя корректно по отношению к вам.Наверно,— приступив к еде, согласилась с ним Светлана.После чего с раздражением в голосе произнес-ла: — Господи,как же скучна ваша профессиональная при-вычка говоритьна языке законодательства.

Наверно, вы правы, но я по-другому не умею.Я врос в законы и привык подчиняться им.

В этом я вижу ваши издержки в общении с женщи-нами, не знающими законов,— поддела его сутяжница.Вы имеете в виду себя? — усмехнулся Ильин.— Хо-рошо, коль мы находимся не в казенном кабинете, я вам скажу. Вы относитесь к типу женщин с французским менталитетом. В этом ваша необычность.Светлана внимательно посмотрела на Ильина.

А можно в таком случае я допью весь бокал вина за то, что вы сейчас сказали?Можно, но не все сразу,— рассмеялся Ильин. Светлане импонировал его задорный смех.Вы меня идеализируете.Возможно,— ответилИльин.— Я простоне заме-чаю вашей мести, злобы, ненависти,которую вы откры-то проявляете к судьям. Сквозь пальцы смотрю на ваши жалобы на судей, которые вы мне присылаете. Отношусь с юмором ко всему, потому что вы не вышли из детского возраста, ищите защиту от судебного произвола там, где ее невозможно найти.Ого-го,— удивилась Светлана.— Вы согласнысо мной?Согласен. Только изменить эту систему в целом не могу. Работаю в рамках закона. За остальных отвечать я не должен.Хорошо, я постараюсь больше не писать жа-лобы на судей. Вы и так все прекрасно понимаете. А помните, когдая пришла на один из ваших приемов,я с восторгом смотрела на вас? Вы прекрасно выгля-дели, помолодевший, с легким налетом загара, с сол-нечной улыбкой на лице. Я хотела сказать вам об этом и спросить вас: «Вы хорошо отдохнули за выходные или влюбились?» Но сочла это слишком бестактным вопросом и промолчала.

Ильин смутился. «Скромный»,— уловив его расте-рянность,подумала Светлана. Закончив трапезу, Ильин, слегка прикоснувшись салфеткой к губам, спросил ее:

Вы, наверное, счастливы в браке?Почему вы так решили?Потому что вы всегда отлично выглядите.Я в браке по расчету,— ответила Светлана.Надо же,— удивился Ильин.— На вас это не по-хоже.Светлана рассмеялась.

Причем этот брак у меня второй. Первый раз я ввя-залась в замужество по принципу «не хочу учиться, а хочу выйти замуж». У подружки был уже ребенок.Вот и мне захотелось иметь детейи быть женой.Я не ошибся в вас, сказав, что вы до сих пор жен-щина-ребенок. И тогда, в своем первомзамужестве, вы были ребенком,потому что вам нужна была кукла, похо-жая на ребенка подружки. У вас, значит, дочь от первого брака? — спросил Ильин.Светлана,посмотрев на него, подумала: «Вот что зна-чит судья. Все ему надо знать».

Еще раз браво,— сказалаСветлана.— Ваше опре-деление и на сей раз верно. Потом я встретила друго-го человека, и тогда я по-настоящему влюбилась в него. Это была страсть.Как с моей стороны, так и с его. Одна-ко я была замужем,а он женат и имел сына. Думаю,что я сказала и так слишком много. Вам, может быть, это и не интересно,— изящно махнув рукой, закончила она.

Вы очень открытый человек, вся на виду,— ответил Ильин.А мне так легчежить,— улыбнувшись, сказаласу-тяжница.— Ну, ладно, буду последовательной. Моя страсть перешла в продолжительную болезнь, пока мой второй муж не начал лечить меня от этой любви. Своими пьянками. К счастью,начались перемены в стране. Я под-суетилась. Открыласвое предприятие и ушла от мужа. Юридически я замужем, а фактически — свободная жен-щина. Навещаюмужа изредка. Чаще тогда, когда он по-падает в больницу, у него проблемыс сердцем. Его сын помогает мне. Я с ним дружу.В чем же заключается ваш брачный расчет? — спро-сил Ильин.Да в том, что квартира, в которой живет мой муж, принадлежит мне. Ее он когда-топодарил. Возвращать ему квартируне собираюсь, так же как и выгонять его из квартиры. После того как мы разбежались, я достаточно много работала. И обеспечила на всю оставшуюся жизнь не толькосебя, но и родственников. Все,—твердо сказа-ла Светлана,— больше я вам ничего не скажу. И не буду больше писать вам, вернее, в профсоюзную ячейку суда, проявляя свою заботу о психическом здоровье судей. Признательна вам, что вы мои посланиявосприняли за юморескии достойно отвечали мне, всегда начиная свою ответы со слов «Уважаемая Светлана Сергеевна». Дочка будет переживать, потеряв меня,— взглянув на часы, за-беспокоилась Светлана.Позвоните ей,— предложил Ильин.А что я ей скажу,что я с вами в кафе? — Ильин ус-мехнулся.— Вот то-то и оно,— вздохнула Светлана.Я довезу вас до вашей улицы,— выходя из кафе, сказал Ильин.—К вашему коттеджуподъезжать не бу-дем,чтобы вам не объясняться с дочерью.А вы знаете, что у меня есть дом? — удивилась Светлана.Наслышан.Может, вы еще и адрес знаете?Приблизительно,— уклончиво ответил Ильин.— Во всяком случае, до вашей улицы Полевой я вас доставлю.У Светланы сжалось сердце: «Откуда он все знает? Похоже, следит за мной. Это у судей, очевидно, профес-сиональное— знать как можно больше об интересующем их человеке».

Ну, вот и ваша улица,— прижавшись к кромке до-роги, сказал Ильин.Спасибо,— ответилаСветлана, взявшись за двер-ную ручку.Одну минуточку, если можно, задержитесь.—Он взял с заднего сиденья свой портфель, открыл его и вынул газету.— Эту газету я выписываю по роду сво-ей профессиональной деятельности.— Он пролистал не-сколько страниц и открыл ту, где была опубликована рекламная статья с фотографией Светланы.— Я сразу узнал вас. В этом красном костюме вы были у меня на приеме. Расскажите, вы кто, актриса,модель или врач, который рекламирует лекарственное средстводля про-чистки сосудистой системы? — спросилнерешительно Ильин.Я молодая пенсионерка.Ну, вы не очень-то похожи на пенсионерку.Однако я пенсионерка. Если вам так удобнее, мо-жете считать, что я женщина без возраста.— Ильин опять рассмеялся.— Каким образом моя фотографияпопала на рекламную полосу, я расскажу вам как-нибудь в другой раз,— поспешила отговориться Светлана.У вас есть визитка? — спросил Светлану Ильин.Есть, а вам она зачем?Может, вы разрешите когда-нибудь позвонить вам.Мне интересно,как вы оказались на съемках рекламы.

Я всегда найду себе приключения, если не найду, они найдут меня. Мой телефон есть в папке любого дела Марти Павловны.Не буду же я у своих коллег-судей добывать ваш номер телефона.Да, конечно,— достав из сумочки визитку, сказала Светлана.У тебя багаж — всего одна дорожная сумка? — уди-вилась тезка.Да, я всего на недельку улетаю в Великобританию, по приглашению, погостить. В двадцати километрах от Лондона живет семья, вернее, эта пара еще тогда не была семьей, я с ними познакомилась в метро, когдаехала на репетицию спектакля в нашу богадельню.Они что, приезжали на экскурсию в наш город? — спросила тезка.О, это интересная история. Ты же знаешь, что я лю-блю носить шляпы. Я стояла в вагоне метро, когда по-чувствовала, что к моей шляпекто-то прикоснулся.Я обернуласьи увидела мужчину, который держал в ру-ках карту метрополитена. Из того, что он у меня спра-шивал, я поняла только, что он интересуется, как ему доехать до станции «Маяковская».

Он что, был пьяный? — спросила приятельница.Нет, нет,— засмеялась Светлана,— это был англи-чанин. Он взял меня за руку. Я почувствовала, что ладонь у него мягкая. Он что-то говорил, но я не очень дружу с английским, поэтому спросила у рядом стоящей,на-блюдавшей за нами миловидной женщины, не знает ли она английский язык. Она знала его хорошо, просто мол-ча слушала, что говорил англичанин.Тебе повезло,— весело сказала тезка,—ты всегда оказываешься в нужном месте в нужное время. И англи-чанин, и переводчица, все тебе.Ты, как всегда, права,— ответила Светлана.— Я по-просила женщину перевести, что гость нашего города от меня хочет. Она сказала, что англичанин спрашива-ет, замужемли я. «Вы ему очень понравились с первого взгляда, он любит, когда женщины носят шляпы. У него год назад умерла жена, и он приехал в Россию найти себе жену.Он приглашает вас сегодня в ресторан».— «Пере-ведите ему, пожалуйста, что я не смогу пойти с ним в ре-сторан. Я вечером приглашена на свадьбу к сыну моей подруги. А сейчас я иду на репетицию спектакля».— «Он просится пойти с вами в ваш театр».— «Ответьте ему, что в мой театр посторонних не пускают».— «Он хо-чет подождать, когдазакончится репетиция, и пригла-сить вас на чашкукофе»,— переводила женщина.«Нет, нет»,— извинившись на английском, отказала я ему, выс-вободив свою ладонь из его руки. Мы подъехали к нуж-ной остановке. Я попросила переводчицу позаботиться о нем. Она с радостьюсогласилась, и они вместе вышли из вагона.

И все? — спросила приятельница.Нет, не все. Однажды ко мне «ВКонтакте» в дру-зья попросилась женщина. Мне показалось по ее аватар-ке, что я ее где-то видела. Приняла ее в друзья. Она сразу написала мне сообщение. Поблагодарила меня за то зна-комство, которое у нас произошло в метро. Сказала, что познакомилась с Майклом,так зовут англичанина. Сна-чала они с ним созванивались, а потом он пригласил ее в Англию. Нам всем тогда повезло. Я благополучно отде-лалась от англичанина. Попутчица, Людмила Николаев-на, нашла свое счастьеи уехала жить к Майклу.Что мы здесь в прихожейстоим? — сказала Светлана тезке, кото-рая не спеша разделасьи разулась, засунув ноги в домаш-ние тапочки,а затем начала причесывать волосы перед зеркалом, висящим на стене.— Пойдемв каминнуюком-нату. Фрукты, вино, шоколад, мороженное, выпечка, кофе или чай — все чем могу угостить тебя.Вполне,— порадовалась приятельница.— На боль-шее я не претендую.— Светлана растопила камин.— Ого,—сказала тезка,— с одной спички разгорелись хворост и дрова.Да, тяга хорошая в дымоходе,— согласилась Свет-лана.Женщины поудобнее устроились в креслах.

А дальше, что было дальше? — с нетерпением спро-сила тезка.Позже Майкл увидел мою аватарку на моем ютуб-канале.Сразу узналменя. Ябыла сфотографированав шляпе, до которойон дотронулся тогда в метро. Люд-мила Николаевна, жена Майкла, через «ВКонтакте» вышла на меня. Мы списались, они уговаривали меня приехать к ним. Я долго обещала, но, наверно, настало то время, когда мне нужно просто сменить обстановку, что-бы отдохнуть и снять стресс,который я приобретаю по-сле очередного присутствия в судебном зале.

А ты что, опять попала в суд, в какие-то разборки?Да, эта историяс простодушной Мартей Павлов-ной, с которойя познакомилась в суде. Чем дальше в лес, тем больше дров. Не знаю, как разрулить ситуацию, в ко-торую она попала. Судьи пользуются тем, что больше идти нам некуда. Представляешь, какой удав на шее у народа эта наша судебная система? Я раньше думала, что в судах приличные люди работают, интеллигенция, а оказалось, что там в основном работаютмошенники. Мало судей, которые уважают себя, не опустятся до взяток, вранья, изгаживания своего судейского статуса. У нас осталось немноговремени посплетничать,— сказалаСветлана тез-ке. Дрова в камине ужепрогорели.— Ялюблю,— сказала Светлана, открывстекло топки,— когдадрова в камине становятся золой, помигивая краснымиогоньками. Ча-сто балдею, сидя у камина с бокальчиком вина. Что с тво-ей дачей в поселкеу озера? — поинтересовалась Светлана у тезки.Та, помедлив,начала рассказывать о своих новых дач-ных знакомых.

Ты представляешь, я познакомилась с одной дач-ницей, она работает юристом в банке, а муж — пред-седателем областного суда. Я рассказала ей, что меня интересуют дешевые земельные участки в поселке.Тыже знаешь, что я зацикленана имуществе. Земля растет в цене.

Если будем пить за количество твоих авантюрных, в хорошем смысле, покупок, то будем пьяными. Я ри-скую опоздать на самолет.По-моему,— взяв в руку апельсин и покрутив его в руке, произнеслаподруга,— у тебя в голове только суды. Больше тебя ничего не интересует.Пожалуй, ты права, но в целом я свою миссию вы-полнила, отомстив всем судьям. И решила написать кни-гу,— ответила Светлана.— Такую, чтобы заинтересовать хорошего сценариста. Книга не должна быть скучной, нужна динамика развития сюжетов. События должны быть взяты из жизни. Герои книги интересны.А как назовешь ее? — спросилатезка.«Сутяжница».Ты думаешь, что такое названиепривлечет чита-теля и понравитсяиздателю? — устроившись поглубже в кресле, спросилаприятельница.Ты знаешь, что в толковом словаре обозначает сло-во «сутяжница»?Знаю. Я даже знаю, что в психиатрии людей с обо-стренным чувством справедливости считают своими па-циентами.Наверное, из-за этого моего обостренного чув-ства справедливости я и оказалась, заметь, в очередной раз в нужном месте в нужное время,—рассмеялась су-тяжница.— Я научилась немалому у судебнойсистемы. Одно знакомство с законодательной базой чего стоит. Научилась воспринимать общение с особой кастой су-дебногокорпуса как приключение и развлечение. Самоеглавное, что я поняла,—судьи не нарушаютни матери-альных, ни процессуальных прав заявителей, они нагло и безнаказанно совершают служебные подлоги. Чита-телю интересны скандалы и скандалистки, правда, не знаю, насколько им будет интересно читать о суде. Люди не задумываются над народными пословицами, что от сумы и от тюрьмыне зарекайся. Впрочем,и другие по-словицы — кладезь мудрости русского народа — людей, похоже, мало интересуют.

Да, что бы мы с тобой делали,— расхохоталась тез-ка,— если бы все были такие умные, как мы!Сутяжница, помолчавнемного, поделилась своими мыслями с тезкой.

Издатель вряд ли заинтересуется формой и содер-жанием моей книги. Очень уж скользкая тема. Напеча-таю за свой счет несколько экземпляров.Ну и что, будешь сама продавать их? Магазины не возьмут книги на реализацию, ты прогоришь.Не все в деньгах счастье, их должно быть у тебя столько, сколько ты их сможешь заработать для вопло-щения своих желаний. У меня есть задумка разослать книгу сценаристам. Думаю, что она заинтересует их, по-скольку в основном написанана реальных событиях.Бой напольных часов оповестил, что пора закрывать топку камина и вызывать такси.

Подруги устроились на заднем сиденье машины.

Послушай,— спросила тезка,— а тебе еще много пи-сать?О чем? — спросила Светлана.Ну, вот об этой самой динамике развития событий. Светлана посмотрела в окно, потом на тезку и сказала:Спасибо тебе, дорогая, за идею. Пожалуй, на на-шем с тобой разговорезакончу рассказывать о сутяжни-це. Опишу только, как ее встретили в Англии друзья. Не сомневаюсь, что и там мою героиню будут ждать приклю-чения.И все? — разочаровано спросила тезка.Пожалуй, и все,— ответила Светлана.А о том, как ты, вернее, твой антипод попала в мир искусства, начала играть на сцене,принимать участие в ре-кламныхсъемках, в клипах, потом подиум, получение сер-тификатамодели? Какие у тебя в дальнейшем сложились отношения с мужем. В конце концов, как закончились твои сутяжныедела с Мартей Павловной. А о дальнейших взаимоотношениях с председателем Приозерного район-ного суда? — продолжала расспрашивать тезка.Все наши взаимоотношения,— с печалью ответила сутяжница,— строились на моих кляузах и на его тактич-ных ответах, начинаемых со слов «Уважаемая Светлана Сергеевна».Женщины вошли в зал ожидания. Через несколько минут объявили посадкуна самолет.

Привет туманному Альбиону.Он давно уже не туманный,— ответила Светлана подруге.—Правительство запретило топить печи в домах.Светлана, укутавшись в плед, устроилась в кресле скромно обставленной комнаты. Войдя в комнату, Люд-мила Николаевна обратилась к ней:

Я решилавынуть из корзинываш роскошный бу-кет полевых цветов, который вы привезли. В нем обнару-жила конверт,думала, что в нем открытка для нас, а в немоказалосьписьмо, которое начинается со слов «Уважае-мая Светлана Сергеевна».

Светлана вздрогнула, почти вскрикнула:

Больше ничего не надо читать, я умоляю вас!Так в нем больше ничего и не написано,— развела руками Людмила Николаевна.— Майкл! — позвала она мужа.— Наша гостья немного отдохнула, мы можем по-сидеть все вместе за чашкой кофе, вспомнить о нашей встрече в метро. Светлана расскажет о странном письме.Он понимает по-русски? — пересилив свой страх от найденного в корзине письма,спросила Светлана.Да, я учу его русскому языку, он почти все понима-ет, но пока говорить хорошо еще не научился.Светлана перевеладух и начала рассказывать о том, что,когда она в аэропорту стояла в очереди у стойки про-верки документов, к ней подошел курьер и вручил ей корзину с цветами. Попросил ее не пугаться и взять этот презент. Он сказал,что хорошо знает человека, который ее передал. Я подумала, что это приколы моей приятель-ницы, с которой я распрощалась перед посадкой в са-молет. Светлана заметила, как Майкл начал тормошить жену за руку и что-то тихо спрашиватьу нее по-англий-ски. Она быстро ответилаему, он кивнул головой.

Мне пришлось Майклу объяснить, что такое при-колы.Он все понял, после того как вы ему перевели наш русский лексикон? — поинтересовалась Светлана.Да, конечно,—с доброй улыбкой на лице сказа-ла Людмила Николаевна и спросила: — А почемуваша подруга к вам обращается так официально, «уважаемая Светлана Сергеевна»? Вы что, ее начальница?Светланакак-то сникла и сказала:

Давайте не будем о работе.Странная у вас подруга,— посмотрев на корзину с цветами, сказала хозяйка.Нет, нет,— возразила сутяжница,— она не странная, а очень скромная…