Сергей Мусаниф

Супермен должен умереть

Пролог

Ну, мать вашу, короче, дело было так…

Я где-то читал, что если не знаешь, с чего начать рассказ, то стоит написать эту фразу, а уж за ней вся история выстроится сама по себе. А уж к тому времени, как она доберется до финала, все и позабудут, с чего она началась. Но у нас с вами, конечно, не тот случай. Мне просто захотелось послать вас по матери.

Значит, вы хотите знать, с чего все началось? Что ж, сначала вообще ничего не было, только темнота и много воды, и что-то там еще в воздухе над водой носилось. А потом Бог сказал что-то типа «внимание, включаю», и стало светло, и закипела работа, и на шестой день стройки какие-то людишки посреди деревьев завелись. А потом они что-то не то сожрали, в результате чего стали плодиться в геометрической прогрессии, и спустя несколько тысячелетий и мы с вами появились.

Есть, правда, еще один вариант. Там по первости тоже ничего не было, а потом это ничего каким-то образом взорвалось и начало разлетаться в этом нашем везде обломками раскаленной плазмы, потом обломки остыли и на них завелись микробы, которые за миллионы лет эволюции (да, эта версия чуток подлиннее) сначала выросли до размеров динозавров, а после скукожились до, опять же, нас с вами.

Как по мне, так обе эти теории весьма сомнительные, однако это не мешает их сторонникам устраивать междоусобные разборки, плавно переходящие в религиозные диспуты с использованием холодного и огнестрельного оружия вот уже несколько сотен лет.

Но вы, конечно, все это и так знаете и хотите поговорить не об этом. Ладно, тогда давайте обсудим комиксы.

Кто-нибудь из вас когда-нибудь думал об обычных людях, которые живут в Метрополисе или Готэме? Впрочем, к черту Готэм, Бэтмен уныл и у него нет никаких суперспособностей, кроме банковского счета и огромной корпорации, которые ему оставил папочка. То есть, он даже не сам эти бабки заработал.

Значит, Метрополис. Вот ты – обычный житель Метрополиса, торгуешь подержанными тачками, ремонтируешь унитазы или пишешь софт для порносайтов в три-дэ, словом, влачишь свое обывательское существование, а где-то над тобой летает в облаках Кларк Кент в своем дурацком трико. В один прекрасный день ты выходишь из своей съемной квартиры, чтобы купить пива, гамбургер и пачку презервативов, и тут-то на тебя и падает грузовик, которым Супермен кинул в очередное воплощение Инфернального Темного Зла из Самых Глубин Адского Ада и промахнулся. Может, это и не грузовик был, а, допустим, поезд. Или дом. Для тебя-то уже нет никакой разницы, ты лежишь себе, размазанный тонким слоем по асфальту, а Супермен и его противник продолжают схватку, даже не сделав паузы.

Тут как бы понятно, что если ты живешь в современной, динамично развивающийся городской среде, то жизни твоей постоянно что-нибудь угрожает. Автомобильные аварии, техногенные катастрофы или банальные гопники в подворотне. Но если в подворотне тебя отоварит арматуриной по голове какой-нибудь гопник, это означает, что он тебя хотя бы заметил. В отличие от Супермена, тут же исчезнувшего в небесной дали. Это обидно, понимаешь ли, но и Супермена тоже можно понять.

Ты, в принципе, тоже не замечаешь, сколько муравьев под твоим ботинком каждый день гибнет.

Когда все это началось, я был таким же муравьем, жившим в огромном муравейнике, в небе над которым парили супермены, бэтмены, робины и прочие люди некст. Но если вы думаете, что эта история о том, как отважные супергерои сражаются с коварными суперзлодеями, а мы, живущие внизу, втягиваем головы в плечи и стараемся не смотреть в пылающие небеса, то черта с два вы угадали.

Это совсем не такая история.

Глава 1

Я уже почти доехал до дома, когда мне на капот свалился труп.

Это машину и доконало. Мой 'фольксваген' был немоден, немолод и изрядно терт как жизнью, так и чайниками на узких парковках. Он носился по асфальту, трясся на проселочных дорогах, стоял в пробках, прыгал на бордюры, расталкивал бампером тележки на стоянках у супермаркета, дважды был бит сзади не по моей вине, и единожды - в бок и по моей. И все это он пережил более-менее достойно. А вот падения стокилограммового тела с пятиэтажной высоты и прямо на капот ему уже пережить не удалось.

Поскольку до этого момента сверху на меня ничего не падало, во время движения я не имел привычки следить еще и за небесами, так что тормозить начал уже после удара, чисто на рефлексах, отчего тело сначала пробило лобовое стекло и частично влетело в салон, а потом, после остановки машины, вылетело обратно и частично соскользнуло на асфальт.

Грохот был адский, но недолгий. Сразу же после остановки двигатель заглох, а из пробитого радиатора повалил пар.

-Твою налево, - высказался я.

До дома оставалось всего полтора квартала.

Я отстегнул ремень безопасности, толкнул дверь и вышел из машины, чтобы оценить нанесенный ей урон. О человеке я почему-то тогда даже не думал. Может, это был ступор и шок, а может быть я уже тогда понимал, что люди, посреди ночи и без единого звука валящиеся тебе на голову, наверняка имеют к этому веские причины.

Повреждения я оценил, как изрядные. Пострадал капот, оба крыла, лобовое стекло, передний бампер, рамка радиатора, радиатор, да еще неизвестно, что там от самого двигателя после удара осталось.

Уже потом я посмотрел на труп.

Труп был неплохо упитан и хорошо одет. Еще он истекал кровью, как и положено трупу, и на асфальте под ним образовалась небольшая лужа. Ну что за чертово невезение, подумал я. Улица свободна, на обочине стоит куча припаркованных машин, а этому уроду надо было упасть на единственную движущуюся. Откуда он хоть свалился?

Пытаясь это вычислить, я посмотрел наверх и увидел супермена.

Он был прямо над улицей, на высоте примерно третьего этажа и спускался к нам, шествуя по воздуху, как по невидимой лестнице. У меня не было никаких сомнений, что он причастен к падению трупа на мою машину, а скорее всего, он и стал его единственной причиной.

О чем я парню сразу и сообщил.

-Что ж ты творишь, придурок? - спросил я. - Ты на кой черт устроил мне тут вот это вот все, супермена кусок? Другого места нельзя было выбрать, что ли, дебилоид хренов?

Вместо ответа супермен сделал пасс правой рукой, словно гребанный джедай. Невидимая сила ударила меня в грудь, протащила несколько метров по асфальту и впечатала в стену соседнего дома, о которую я приложился затылком и благополучно потерял сознание.

Кто-то лил воду мне на лицо.

Я открыл глаза и обнаружил, что это был молодой человек в форме лейтенанта дорожно-патрульной службы. Вода оказалась минеральной. С пузыриками.

Голова болела просто адски. Словно меня по затылку ударили мешком кирпичей. А, ну да...

-Лейтенант Скворцов, - отрекомендовался дэпээсник. - Первый спецбатальон.

-Ага, - сказал я. - Здрассьте.

Коллега лейтенанта рассматривал останки человека и моей машины. Судя по тому, что больше на месте происшествия никого не наблюдалось, я провалялся в отключке не так долго.

-Мимо ехали, - ответил Скворцов на мой незаданный вопрос. - 'Скорую' я уже вызвал, но вижу, что она тебе без необходимости.

-Может, у меня сложная закрытая черепно-мозговая травма, - сказал я.

-Может, - легко согласился лейтенант. - Но они от этого все равно быстрее не приедут. А пока они едут и нам никто не мешает, рассказывай.

-Что именно рассказывать? - спросил я.

-Как превышал, как за дорожной ситуацией не следил, как человека сбил. Излей, как говорится, душу. Тебе и самому легче станет.

-Серьезно?

-Куда уж серьезнее, - сказал он. - Я вот что вижу? Вижу я автомобиль, то есть, транспортное средство повышенной опасности, с явными следами повреждения спереди, то есть, наезда. Еще я вижу лежащий на асфальте мертвый труп. В непосредственной, надо заметить, близости от вышеупомянутого средства повышенной опасности. Автомобиль я уже пробил, он зарегистрирован на тебя, в страховку ты вписан, как единственный водитель, поблизости никого больше нет. И какие я из этого могу сделать выводы? Да очень простые. Логично?

-Логично, - согласился я.

-Так вот и рассказывай, - сказал он. - Ты же в курсе, что чистосердечное признание смягчает вину и все такое?

-В курсе, - мрачно подтвердил я.

Я попытался встать. Голова кружилась, в теле ощущалась некоторая слабость, но в целом организм слушался. Скворцов поддержал меня под руку, то ли помогая, то ли контролируя, чтобы я не дал стрекоча.

-Хочешь еще раз посмотреть, что натворил? - участливо поинтересовался он. - А снова от вида крови не вырубишься?

Я решил, что этот фарс немного затягивается.

-Этот фарс немного затягивается, - заявил я. - Судя по штрафам за неправильную парковку, у вас на этой улице камеры через каждые пятьдесят метров натыканы. Запросите видео с любой из них и прекратите обвинять меня во всяком страшном.

-Да я уже посмотрел, - сказал Скворцов. - Характер повреждений, опять же, свидетельствует не в пользу версии о наезде. Знал этого парня?

-Которого?

-Вот этого, - Скворцов указал на труп.

-Надеюсь, что нет.

-А второго?

-Та же фигня.

-Значит, просто не повезло, - констатировал Скворцов. - Машина хоть застрахована?

-Не от такого.

-Полный форс-мажор, - согласился лейтенант.

-Расширенная страховка на мою тачку стоит почти столько же, сколько она сама, - сказал я. Заградительный, мать его, барьер. Покупайте наше и все такое.

-Причем, каждый год, - снова согласился лейтенант. - У меня 'лада', и то дорого, а это ж целый 'фольсваген'. Был.

-Именно, что был, - вздохнул я. Ремонт, скорее всего, окажется экономически невыгодным. Проще другую подержанную тачку взять, да кто б еще денег на нее подкинул... - Ты мне другое скажи, лейтенант. Если ты с самого начала все знал, зачем было эти фигли-мигли мне устраивать?

-Ночная смена, - Скворцов пожал плечами. - Везде автоматика, камеры, аварийные комиссары и европротоколы... Пьяного за рулем и то полгода уже не видел, в погоне нормальной ни разу не участвовал, из пистолета только в тире стрелял. Скучно мне, вот и развлекаюсь по мере возможностей. Ты прости, если перегнул.

-Бывает, - сказал я.

Тихо шурша шинами из-за угла вывернула труповозка, в хвост которой пристроился новехонький шестиколесный 'УАЗ-патриот' третьего поколения. 'Люстра' на крыше наличествовала, но была выключена. Потому как ночь и дело явно несрочное.

-Управление Н, - лейтенант хоть и был при исполнении, но все равно попытался втянуть голову в плечи. - Готовься.

-Всегда готов, - мрачно ответил я.

'Нэшников' (кто-то называет их 'энцами', тут уж кому как нравится, хотя само слово 'нравится' к 'нэшникам' неприменимо) в народе не любили почти так же, как и суперменов, только сильнее и по-другому. У них был целый вагон полномочий, разрешений и преференций, местными полицейскими чинами они могли подметать полы, юрисдикция их была безграничной (в пределах РФ, разумеется), и в целом были они людьми весьма неприятными.

Особенно если ты супермен или имеешь какое-то отношение к ним.

'Патриот' был бронирован на уровне президентского лимузина, затонирован так, как давно уже недоступно простым смертным, и в первом приближении напоминал склеп на колесиках. Поговаривали также, что машины управления Н напичканы оружием, как любимые 'астон-мартины' Джейсма Бонда, но я в это не верил. Пара пулеметов и десяток-другой ракет, не более. А слухи про боевые лазеры и генераторы наночастиц мы таки оставим на совести поклонников теории заговоров и любителей научной фантастики.

Выбравшиеся из 'труповозки' санитары обменялись приветствиями с гаишниками, бросили пару равнодушных взглядов на труп и отошли в сторонку, ожидая команды из передвижного склепа. Мне они свою помощь не предлагали, не их профиль. Я для их клиента был чересчур жив.

Забавно, кстати, что 'труповозка', чьи пациенты уж точно никуда не торопятся, приезжает быстрее, чем 'скорая', которую мне вызвал Скворцов.

Прошло минут пять, прежде чем 'нэшник' явился из своего танка. Вылез он через пассажирскую дверь, водитель же остался внутри, продолжая держать руки на джойстиках управления пулеметами, готовыми в любой момент залить всю улицу свинцовым дождем... Сколько там всего было народу в этой машине, так и осталось для нас загадкой.

Нэшник без особого энтузиазма глянул на труп, сделал небрежный жест, дозволяя санитарам заняться покойником, после чего двинул к нам со Скворцовым. Охотник на суперменов выглядел лет на тридцать пять-сорок, носил тяжелые ботинки, джинсы и свободного фасона куртку со множеством наглухо закрытых карманов. Под обеими мышками у него висело по кобуре, и еще одна на поясе. То ли тип умел отращивать себе третью руку, то ли был сторонником учения о том, что пистолетов много не бывает.

-Капитан Харитонов, управление Н, - он махнул рукой Скворцову. - Лейтенант, отойдем.

Они отошли, и через пару минут беседы гаишники погрузились в свою машину и отчалили продолжать патрулирование. Следующими на очереди были санитары. После столь же непродолжительного разговора они наконец-то убрали труп с моего капота и принялись грузить его в свою труповозку. Затем он подошел ко мне.

-Итак, Артур, что вам известно о происшествии?

-Гравитация победила, - сказал я.

-Неправильный ответ, - сказал Харитонов. - Знаете, кто это был?

-Нет.

-Виктор Бычков, двадцать девять лет, официально безработный. В узких кругах, с которыми имеет дело наше управление, известен под псевдонимом Толкала. А второго знаете?

-Тоже нет.

-Леонид Карпов, двадцать пять лет, официально безработный. Известен под псевдонимом Ловкач.

-В тех же кругах?

-Разумеется. Понимаете, что это означает?

-По правде говоря, нет.

-Хорошо вам, - сказал Харитонов. - Два супермена подрались, один победил, второй, соответственно, склеил ласты, а вы просто мимо проезжали. Этой версии советую вам в дальнейшем и придерживаться.

-Я и собирался, - заверил его я. - Тем более, что так оно на самом деле и было.

-Как вы думаете, почему он вас не убил?

-Понятия не имею, - сказал я. Мысль, что меня в принципе могли бы и убить, конечно, приходила в голову, но надолго в ней не задерживалась. Потому что кому я нужен, чтобы меня убивать? Да и за что?

Харитонов вытащил из кармана пачку сигарет, сунул в рот сигаретину и глубоко затянулся, активируя автоподжиг.

-Курите?

-Нет, спасибо.

-Это хорошо, это правильно, - Харитонов использовал стандартный шаблон неисправимого курильщика и еще разок затянулся. - Артур, мне кажется, вы не понимаете, насколько вам сегодня повезло.

-Да, - согласился я. - Видимо, не понимаю.

-Это были так называемые 'супермены', - сказал Харитонов. - Оба они обладали схожими способностями в телекинетике и представляли средний уровень опасности. Может, чуть ниже среднего. Это, как вы понимаете, по принятой в нашей конторе спецификации. Для обычного человека, такого, как вы, например, они оба чрезвычайно опасны. И не столько своими суперспособностями, сколько своим отношением к обычным людям. Понимаете, о чем я?

-Типа, мы люди второго сорта, - сказал я.

-Типа того, - согласился он. - Ловкач мог убить вас просто вот так, - капитан щелкнул пальцами. - И никаких угрызений совести по этому поводу бы не испытал. У него просто нет морального стопора. Искалечить, убить... Для них это так же просто, как для вас сообщение в твиттере оставить.

-И зачем вы мне все это рассказываете?

-Потому что я страшный людоед из управления Н, - сказал Харитонов. - Последней преграды, простите за невольный пафос, что стоит между вами и ними. И такие, как мы, обычно бываем трагически не поняты такими, как вы.

-Тяжелый день выдался? - спросил я.

-Обычный, - сказал он. - Ладно, мне пора. Вам скорую вызвать?

-Мне уже гаишники вызвали, вроде бы.

-Если я вызову, скорая быстрее приедет.

-Да я вроде нормально себя чувствую, - сказал я, потирая затылок. - Так, шишку набил, но это не смертельно.

-Тогда я вызов отменю, чего людей беспокоить. Но вы завтра к врачу все-таки сходите, - посоветовал Харитонов. - Ну, и если чего вдруг, то звоните нам.

-Чего 'вдруг'? - не понял я.

-Ну мало ли, - сказал он. - Жизнь длинная, земля круглая и все такое. Удачи, Артур. Берегите себя.

-Угу, - сказал я. - Обязательно буду беречь.

Он прыгнул в свой 'патриот' и отчалил, а я достал телефон и занялся увлекательным квестом 'найди эвакуатор посреди ночи'. Самое обидное, что я находился в десяти минутах бодрой ходьбы от дома, но бросать машину посреди дороги было нельзя, иначе бы ее эвакуировали другие люди, и обошлось бы это гораздо дороже. В общем, когда я доехал таки до дома на такси, ложиться спать уже не было никакого смысла. Я наскоро принял душ, выпил кофе и вызвал еще одно такси, чтобы добраться до работы вместе со своими попутчиками - усталостью, сонливостью и головной болью.

Когда машина уже приехала, я обулся и вышел из квартиры. Закрывая входную дверь, я промахнулся ключом мимо замочной скважины и уронил всю связку. Так, знаете ли, довольно часто бывает.

Но вот того, что случилось дальше, со мной до этого момента не бывало никогда. Я протянул руку, намереваясь поднять ключи, но не успел наклониться, отвешивая своей двери учтивый поклон, как они сами вспорхнули с пола и прыгнули в мою ладонь.

Я тогда слишком устал, чтобы удивляться, поэтому просто запер дверь и побежал вниз по лестнице¸ и только в машине мне стало ясно, простите за невольный пафос, как выразился бы капитан Харитонов, что жизнь моя с этого момента изменилась навсегда.

Но если вы думаете, что эта история о том, как молодой человек обрел суперспособности, пошил себе обтягивающий костюм и отправился бороться с царящей в этом мире несправедливостью, то черта с два вы угадали.

Это совсем не такая история.

Глава 2

Супермены, как вы понимаете, это название народное, неофициальное. Собственно говоря, настоящих суперменов нам так и не завезли. В том плане, что никто не умел летать со скоростью звука или чуть быстрее, замораживать дыханием озера, стрелять из глаз лазерными лучами или, тем паче, держать на своей спине целый тектонический разлом. Официальное название было 'некстмены' или 'люди некст'. Была такая теория, что товарищи, типа встретившихся мне той ночью, заползли на следующую ступень эволюции и в будущем мы такие будем все. Тоже довольно странная теория, кстати говоря, но человечество всегда было сильно по части странных теорий.

Общее место множества версия было только одно - болезнь. Точнее даже так - Болезнь. Про нее принято писать с большой буквы и говорить с этакой многозначительностью, что вполне объяснимо. Ведь по сути это была не болезнь и даже не эпидемия. Это была пандемия. Симптомы ее были многочисленны и разнообразны и практически никогда не появлялись все вместе. Кашель, насморк, болезненные выделения всего, что только способен выделить человеческий организм, отеки, язвы, опухоли... Неизменной была только высокая температура, которую невозможно был сбить. Она-то и была основной причиной смертности.

Вакцины не существовало, и за полгода, пока Болезнь шагала по планете, ее так и не сумели придумать. Лечение не помогало никакое. Ты заражаешься, хреново себя чувствуешь от трех до четырнадцати дней, и если тебя не прикончат симптомы и всяческие сопутствующие обстоятельства, то впадаешь в кому, длящуюся от двенадцати до сорока восьми часов. После чего ты либо выходишь из нее и медленно восстанавливаешься, либо...

Сюрприз.

Не выходишь из нее вовсе.

Спастись от этой хрени было нельзя. Костюмы полной биологической защиты, американские, самого высшего класса и баснословной стоимости, показали свою полную защитно-биологическкую несостоятельность еще во время первой вспышки, которую пытались локализовать в Латинской Америке. Правительства разных стран, штабы их армий, несколько миллиардеров, укрывшихся в герметичных бункерах под землей сумели только оттянуть свою участь. Но в итоге зараза добралась и до них. На мой взгляд, это было первое и единственное доказательство теории всеобщего равенства.

В общем, я веду к тому, что заразились этой штукой все. А выздоровели только три четверти. Не такая уж катастрофа, скажете вы, но если перейти на, так сказать, сухой язык цифр, это означало, что за полгода население планеты уменьшилось где-то на два с половиной миллиарда человек.

Носителя так и не выявили.

Последними больными стали космонавты, спустившиеся с орбиты уже после того, как на Земле все вроде бы закончилось. Их было трое, выжил один.

Американец. Сейчас он важная шишка в НАСА, а по совместительству - Полковник Арканзас, умеющий замораживать все вокруг себя где-то в радиусе пятидесяти метров. Некоторые, впрочем, говорят, что семидесяти пяти, но не все ли равно.

Первые супермены появились где-то через год после эпидемии, и было бы глупо не заметить, что тут есть некоторая связь.

Собственно, все теории конспирологов крутятся вокруг того, откуда взялась сама болезнь, но ничего особо интересного тут нет, набор стандартный. Божественные силы, инопланетяне, секретные разработки ЦРУ, ФСБ, МОССАДа, масонов, сионистов, северных корейцев (тут надо подставить тех, кого вы больше всего не любите), а то и сама мать-природа взбунтовалась, решив, что человечеству пора бы поумерить свои амбиции и оставить экологию в покое.

Доказать, как вы понимаете, никто ничего не мог (а кто знал, тот, естественно, молчал, хихикая в затянутый стерильной перчаткой кулачок), что не мешало сторонникам разных теорий устраивать холивары и поливать друг друга грязью на телевидении, в интернете и при личных встречах.

Я переболел этой хренью еще во младенчестве, поэтому никаких подробностей не помню. Нашей семье тогда повезло - я выжил, родители выжили, даже обе бабушки уцелели. Родители и сейчас в порядке, только живут они за восемь тысяч километров от сыночка, поехавшего покорять Москву.

Мысли о покорении Москвы, застрявшем на этапе 'найти приличную работу', заставили меня отвлечься, и подумать о будущем, которое стало еще более туманным, чем раньше, и папка с рабочей документацией, которую я удерживал под потолком, просто тыкая в нее пальцем, упала на пол. По счастью, застежка выдержала и бумаги по всему кабинету не разлетелись.

Это, вероятно, исчерпало долю везения, отпущенного мне на этой неделе, потому как дальше дела пошли неважно.

Я снова указал рукой на папку, и она поднялась в воздух, чтобы красиво (ну, так мне хотелось думать) спланировать мне на стол, как дверь в кабинет распахнулась и на пороге нарисовался Славик.

-О, - сказал Славик, и дверь закрылась, оставив его в коридоре.

Я вздохнул и заставил папку зависнуть в воздухе. Славик не обманул моих ожиданий, и дверь снова открылась.

Славик аккуратно вошел в кабинет, медленно приблизился к папке, застывшей на уровне его лица, и провел над ней рукой.

-Лески нет, - констатировал он.

-Нет, - согласился я.

-Магниты?

-Возможно.

-То есть, не магниты? - уточнил он.

-Не совсем.

-И в чем фокус?

-Я - супермен.

-Смешно, - Славик гоготнул и хлопнул по папке ладонью. Я такого не ожидал, поэтому утратил контроль и документы в очередной раз повстречались с полом. - Надеюсь, я ничего не сломал?

Славику было тридцать лет. Он носил очень узкие джинсы, лососевого цвета рубашку, коричневые мокасины и бороду канадского лесоруба, при условии, что канадский лесоруб стал бы каждую неделю отдавать по сто долларов за ее укладку. Если он чего и мог сломать, так это представление о том, что борода и брутальность идут по дороге жизни рука об руку.

Но человеком он был неплохим и мы с ним дружили. Насколько вообще могут дружить двое взрослых мужчин в этом непростом современном мире.

-Итак, - Славик плюхнулся в свободное офисное кресло и закинул ноги на мой стол. - В чем же фокус?

-Я же сказал, я обладаю суперспособностями, - сказал я.

-И как давно ты их обрел, о мой скрытный, но такой могущественный друг?

Я бросил взгляд на виджет рабочего стола, показывающий точное время.

-Примерно четыре часа назад.

-С пылу, с жару, так сказать.

-Ага.

-И при каких обстоятельствах они у тебя открылись?

-Мною пытались проломить стену дома. Не слишком удачно.

-Угу, - Славик извлек из кармана адскую машину, известную под названием 'электронная сигарета' и выпустил такой клуб пара, что на мгновение я перестал его видеть. - А если серьезно?

-Я предельно серьезен, - сказал я, махнул рукой, и папка взлетела на мой стол, чуть не перевернув кружку с остывшим кофе. - Правда, над приземлением надо еще поработать.

-Телекинетика, значит?

-Угу.

-Самый распространенный среди некстменов скилл, кстати.

-Я в курсе.

-Якут может удерживать в воздухе грузовик.

-Что делает его незаменимым специалистом при разгрузке фур.

-Жонглер способен манипулировать тридцатью предметами одновременно.

-Зато у него не хватило креатива придумать себе менее очевидное прозвище.

-А каковы твои пределы?

-Понятия не имею. Я только начал экспериментировать, а тут ты...

-Можешь продолжать при мне, - разрешил он.

-Не, мне лениво.

-И что ты будешь делать дальше?

-Сначала допью кофе, а потом захвачу мир. Хочешь быть моим наместником в Австралии?

-Почему именно в Австралии?

-Австралия далеко.

-ОК, - согласился он. - А если серьезно?

-А если серьезно, то у меня нет выбора, - вздохнул я.

По идее, все некстмены должны быть зарегистрированы в установленном законом порядке. И когда очередной супермен получает свой скилл, у него есть сорок восемь часов, чтобы подать заявку в соответствующие инстанции. Если, конечно, этому не препятствуют обстоятельства неодолимой силы, каждое из которых будет рассматриваться теми самыми соответствующими инстанциями в индивидуальном порядке.

Скажем, если скилл ты получил где-нибудь в тайге, откуда за сорок восемь часов до очагов цивилизации просто не добраться.

Не прошедший регистрацию некстмен ставит себя вне закона. И даже если он не собирается надевать бордовую мантию и становиться суперзлодеем, пытаясь вести свой прежний образ жизни, милые ребята из управления Н все равно начнут на него охоту.

Рано или поздно, но они его найдут. Потому что у них есть сканеры, доблестный капитан Харитонов и Безопасник, считающийся неформальным главой всех некстменов русскоговорящего пространства.

Злодеем быть весело, но небезопасно. Толкала может подтвердить.

-Эники уже идут за тобой, - зловещим голосом возвестил Славик.

-Черта с два. У меня еще куча времени.

На самом деле, инициация очередного супермена уже не вызывает у человека каких-то сильных чувств. Это сравнимо с выигрышем в лотерею. Да, люди редко выигрывают, и в твоем окружении, скорее всего, таких людей нет, однако новость, что кто-то все-таки урвал большой куш, тебя не особенно удивляет. Если есть лотерея, значит, кто-то должен в нее выигрывать, не правда ли?

И если способности некстмена невелики, а сам он не стремится совершать великие подвиги и нести возмездие по имя Луны, то после регистрации он вполне может продолжать свою обычную жизнь, ходить на работу, пить пиво, сидеть в интернете. Если не случится какой-то глобальной катастрофы, то никто его на подвиги не позовет.

Это как институт с военной кафедрой окончить. Вроде ты и офицер, но если не начнется война, то никто из окружающих об этом так и не узнает.

Конечно, если твой скилл силен и особенно опасен или особенно полезен, то тебя призовут служить родному государству независимо от твоего желания. Сначала будут уговаривать, а если уговоры не подействуют, начнут вынуждать, создавая тебе и окружающим невыносимые для жизни условия. Но это не мой случай. Телекинетиков вокруг столько, что они друг друга на мой капот сбрасывают, и каждый из них покруче меня в разы, если не на порядок.

Но если я не хочу еще раз встретится с капитаном Харитоновым, то зарегистрироваться мне все-таки стоит.

После работы я направился в МФЦ.

Это такая колыбель бюрократии, где 'все вопросы в одном окне', но не больше одного вопроса за один подход, и то после того, как вы полчаса в очереди отсидите.

По моему вопросу очереди не было, но отсидеть все равно пришлось минут сорок, потому что нужного мне специалиста не было тоже. Не самая востребованная услуга, стало быть.

Когда специалиста таки нашли, им оказался тучный и начинающий лысеть мужчина лет сорока. Выглядел он очень уставшим, хотя было непонятно, где успел так утомиться. Разве что в каком-то другом МФЦ подрабатывает.

'Одно окно' мне тоже не обломилось, бюрократ проводил меня в отдельный кабинет. Ну, как кабинет...

Помещение размером с туалет, только вместо унитаза стол и два стула. Стены белые, кафельные, пол серый и тоже кафельный. Свет яркий и довольно неприятный.

На столе лежал планшет, а в углу не особо скрывалась камеры видеонаблюдения.

Не такая, как здесь, у вас. Обычная камера, не шпионская и дешевле раз в десять. И всего одна, в отличие от. Да, если вы не в курсе, я вижу все ваши камеры. Все шестнадцать. Никакой реакции не будет? Ну ладно, тогда я продолжу.

Бюрократ сел за стол, тут же ухватил планшет, и, е отрывая от него взгляда, пробубнил:

-Должен вас предупредить, что наша беседа записывается.

-Если вы не продадите запись первому каналу, то ничего страшного, - заверил я его.

-Угу, - сказал он, продолжая пыриться в планшет. - Значит, вы хотите заявить, что вы - некстмен?

-Было такое намерение.

-Тогда я также должен вас предупредить, что ложное заявление будет расцениваться, как административное правонарушение и на вас может быть наложен штраф.

-Штраф крупный? - спросил я.

-Пять тысяч.

-Это еще по-божески.

-Так вы будете заявлять?

-Буду. Заявляю. Никто не знал, а я - Бэтмен.

-Молодой человек, вы тратите мое время.

-Ну, на пять тысяч-то я могу погулять.

-Я сейчас позвоню охране, и вас выведут, - сказал он. - И заявку не приму. И если вы на самом деле некстмен, то в результате у вас будут проблемы покруче, чем штраф в пять тысяч. Так что еще раз подумайте, прежде чем снова начнете острить.

-Ладно, - сказал я. - Теперь серьезно. Я некстмен.

-И когда вы об этом узнали?

-Сегодня утром.

-А точнее?

-Около восьми.

-Понятно, - он сделал очередную отметку на планшете. - И каков ваш талант?

-Я могу передвигать предметы.

-Я тоже могу, - сказал он и подвигал планшетом. - Смотрите, он сдвинулся.

-Ну и кто тут теперь острит?

-Значит, вы телекинетик, - сказал он. - Самый...

-Распространенный скилл, я знаю.

-Максимальный вес предмета, которым можете манипулировать?

-Двухкилограммовый диск от составной гантели, - сказал я. Нашел его в кабинете, он там какие-то бумаги в шкафу придавливал.

-Расстояние?

-Метров десять, примерно.

-Класс Д, первая стадия, - пробормотал он.

-Это хорошо или плохо?

-Зависит от того, чего вы от инициации ожидали, - сказал он. - Талант со временем развивается, но вторым Безопасником вы не станете.

-Разве Безопасник телекинетик?

Он пожал плечами.

-Откуда мне знать? Желаете продемонстрировать свое умение?

-А надо?

-Необязательно.

-Тогда не желаю.

-Паспорт, - бросив короткий взгляд в мои документы, он сделал еще пару пометок в планшете. - Можете идти.

-То есть, это уже все?

-Заявка принята, - сказал он. - Вы свой долг исполнили, теперь ждите. С вами свяжутся.

-Может быть, дадите мне на прощание какой-нибудь ценный совет? - спросил я.

-Дам. Не выпендривайтесь.

Но если вы думаете, что эта история о скромном молодом человеке, который не выпендривался, то черта с два вы угадали.

Это совсем не такая история.

Глава 3

Следующий день стал днем крушения иллюзий, топтания идеалов и разрыва шаблонов.

После того, как я оставил заявку в МФЦ и получил обещание, что со мной свяжутся, со мной действительно связались. Еще как связались. Так со мной связались, как никогда раньше со мной никто не связывался.

Ко мне прямо на работу заявился Безопасник.

Это, кстати, ничего, что я пропускаю кучу важных обстоятельств, типа, чем я занимался вечером, что мне снилось после трех бутылок пива, во сколько я встал и какие ощущения при этом испытывал, что я съел на завтрак и сколько чашек кофе успел выпить после прихода на работу? Потому что, если вам все-таки интересно, то я могу напрячь свою память и сделать этот рассказ еще более подробным. Да или нет? Мигните мне чем-нибудь, например, или вон той пулеметной турелью, которую вы за зеркалом прячете, подвигайте. Нет? Не будет никакой реакции?

Тогда потом не обижайтесь.

Итак, ко мне прямо на работу заявился Безопасник.

Тот самый Безопасник, который был неофициальным номером один в рейтинге некстменов страны, тот самый, который если и не возглавлял управление Н, то стоял к его руководству так близко, что разница стиралась. Тот самый Безопасник, который считался одним из самых опасных людей планеты, но при этом толком о его способностях широкой публике никто не докладывал.

Он на самом деле служил в ФСБ до того, как получил свои, какие бы они ни были, способности, и после инициации не оставил службу, а принялся за нее с особым рвением. Собственно говоря, управление Н было его детищем, и оно никогда не стало бы таким, каково оно сейчас, без него.

А еще он был одним из тех странных некстменов, которые носят костюмы. Но не супергеройские костюмы, а деловые. То есть, чувак может одеваться вообще как угодно, одевается, как придурок.

Я не люблю костюмы и не люблю тех, кто носит костюмы. Костюм - это спортивная форма участников вечной гонки за баблом. Пусть на старте это костюм от фабрики 'большевичка', а ближе к финишу - 'бриони', суть от этого не меняется. Костюм делает тебя рядовым этой армии тактических менеджеров и эффективных управленцев. Ну, или у меня, может быть, просто никогда денег на приличный костюм не было.

У Безопасника, видать, денег было до хрена, ибо его одежка явно шилась в индивидуальном порядке и подгонялась под фигуру, учитывая также склонность пациента носить под одеждой оружие. Потому что пока он не расстегнул пиджак, кобуры под мышками были практически незаметны, и ткань в тех местах не топорщилась.

-Ну, здравствуй, - сказал Безопасник.

-Привет, - сказал я.

Руку для пожатия он мне не протянул. Да и не очень-то и хотелось.

Вообще, Безопасник выглядел довольно средне. Не в том смысле, что плохо, а просто средне. Рост, комплекция, возраст - все среднее, прическа обычная, лицо не особо запоминающееся, особых примет, как говорится, нету. Не походил он... ну я только что рассказывал, на кого.

-Удивлен? - спросил он.

-Есть немного, - признал я. - Я думал, стандартная процедура будет чуть более стандартной. Или это нормально, что ты вот так ко всем начинающим некстменам приходишь?

-Не ко всем, - подтвердил он.

-Тогда чем обязан приятностию визита?

-Я объясню, - пообещал он.

-Тогда ладно, - сказал я. - Чай, кофе?

-Нет, спасибо, - он с несколько отстраненным выражением лица осмотрел кресло, в котором обычно сидел Славик, когда заходил поболтать. Вряд ли кресло Безопаснику очень понравилось, но трона для него я в своем кабинете не держал, так что ему пришлось довольствоваться обычном офисной мебелью. - Итак, ты подал свою заявку вчера.

-Угу, - я не стал отрицать очевидное.

-Меньше чем за сутки до этого ты стал свидетелем драки между двумя некстами, в ходе которой один из них приложил тебя своим скиллом.

-Не, скорее не в ходе, а после нее, но не думаю, что это важно.

-До этого у тебя никаких способностей не было.

-Истинно так.

-А сразу после ты получил именно тот скилл, которым использовали против тебя.

-Он, вроде как, самый распространенный.

-Один из, - подтвердил Безопасник. - Однако, скиллов великое множество, а ты получил телекинез.

-Э... ну, скиллы же так от одних людей к другим не передаются, - сказал я. - Так что это просто совпадение. Или передаются? Я чего-то не знаю?

-Да ты столько всего не знаешь, что мне хочется отправить тебя в Википедию, - сказал он. - Впрочем, Википедия тоже всего не знает.

-Так допиши, - предложил я.

-Слишком многое придется дописывать, - сказал он. - Скажи, как ты намерен поступить после регистрации?

-В смысле, примкну ли я к силам добра или же зла?

Он кивнул. Похоже, он на мои подколки вообще реагировать не собирался. Очень спокойный тип. Хотя супермен его уровня и должен быть хладнокровным. Вот зачем я пытался его подкалывать уже тогда, это вопрос. Наверное, он мне сразу не понравился, на каком-нибудь инстинктивном уровне.

-Говоря по правде, я собираюсь держать нейтралитет и смотреть на этот цирк со стороны, - сказал я.

-Почему?

-Почему цирк?

-Ты прекрасно понимаешь, о чем я, - сказал он. - Почему ты хочешь остаться в стороне?

-Мне нравится моя жизнь.

-Что там может нравится?

-Вау-вау, полегче, - сказал я. - Я, конечно, не футболист и не поп-звезда, но меня устраивает, как я живу. Я инженер...

-Ты - обычный технический консультант в мелкой 'купи-продай' конторе, - так же спокойно сказал он. - У тебя съемное жилье, разбитая машина, нет страховки и никаких перспектив. Твой потолок - однушка за МКАДом в ипотеку, по которой ты расплатишься лет через двадцать. Двушка, если ты найдешь какую-нибудь дуру, она выйдет за тебя замуж и вы скинетесь. Работу свою ты возненавидишь лет через пять, но на приличное место тебя уже не возьмут, потому что утратишь квалификацию. Будешь пить пиво по вечерам, открывая бутылки скиллом, и сдохнешь лет в шестьдесят, мало кого при этом огорчив.

-Допустим, это так, - сказал я, уже понимая, зачем он сюда пришел. Но вот почему именно он? Он был пушкой, я - воробьем, однако он зачем-то вел по мне прицельный огонь. - Ну и чего в этом плохого? Исключая открывание бутылок скиллом, так живет куча людей.

-Серая масса, - сказал он.

-Какой-то ты неправильный супермен, - сказал я.

Капитан Харитонов намекал мне, что некстмены относятся к обычным людям как к... не совсем людям. Правда, он тогда всяческих злодеев имел в виду, но, судя по озвученному, легендарный Безопасник ушел от них не слишком далеко.

-Я тебе не нравлюсь, - сказал Безопасник. - Ты мне тоже не нравишься, и это нормально. Но есть кое-что, ради чего я готов преступить через свои симпатии и антипатии. Кое-что, ради чего я работаю. Кое-что...

-Кое что, ради чего ты просыпаешься каждое утро и идешь на эту гребаную работу, хотя ты и стар для всего этого дерьма, но кто-то же должен его разгребать, - закончил я за него. - Меньше пафоса, чувак, мы не на дебатах. Сейчас ты просто должен просветить меня на тему, что же это за 'кое-что'.

-Интересы страны.

-А, - сказал я. - Спасибо, просветил.

-Ты знаешь, что Китай призывает всех своих некстов на военную службу? - спросил он. - Независимо от скилла, возраста или пола. А если учесть, что нексты появляются у них с такой же периодичностью, как у нас, а населения на порядок больше, там их скоро будет целая дивизия. С кем, как ты думаешь, они собираются воевать? Чьи территории у них там под боком? Болезнь ведь не решила их проблемы перенаселения и нехватки ресурсов, а лишь отодвинула их лет на сто, если не меньше. А китайцы теперь научились смотреть в будущее.

-Это вот сейчас серьезно было? А ничего, что эту их дивизию, как только она перейдет к действиям, одним ядерным ударом накрыть можно? Нексты в геополитических вопросах ничего не решают. Там по-прежнему рулят танковые клинья и ковровые бомбардировки.

-А ты, значит, эксперт в геополитике?

-Тут и экспертом не надо быть.

-Тогда расскажи мне, как такая большая и могучая страна, как США, со всеми ее танками, авианосцами и ядерными бомбами, решила проблему Ветра Джихада.

-Никак, - согласился я. - Но Ветер Джихада - одиночка, на него ядерную бомбу тратить жалко. Да и попутный ущерб будет слишком велик.

-Он уже не одиночка, - сказал Безопасник. - Ветер Джихада удалился в пустыню и к нему со всех сторон стекаются радикальные исламисты. Как некстмены, так и просто фанатики.

-Значит, его проблему решат в ближайшее время.

Он показал мне четыре пальца.

-Столько раз они пытались решить его проблему. Флотский спецназ, зондеркоманда из ЦРУ, группа некстменов и смешанный рейд некстменов и вояк. Это я не считаю попытки достать его при помощи беспилотников. И когда я говорю о группе некстменов, имей в виду, там не бойскауты были. Американцы жаждут не правосудия, но мести, однако пока они ничего не добились.

-Они упорные, я в них верю. А к чему мы вообще это обсуждаем? В свете моих прорезавшихся способностей я должен отправиться в пустыню и прикончить Ветра Джихада при помощи скилла и чувства морального превосходства?

-Нет. Ветер Джихада пока не наша проблема.

-То есть, ты не исключаешь, что он может стать и нашей проблемой?

-Когда речь идет о национальной безопасности, я вообще ничего не исключаю, - сказал он. - Но пока его помыслы сосредоточены на другой войне.

-Тогда какого черта мы вообще о нем говорим?

-Я просто хочу показать тебе, что некстмены бывают разные, - сказал он. - Да, девяносто, если не больше, процентов некстов можно ликвидировать силами одного бойца спецназа, но бывают и исключения. Очень опасные исключения. Такие исключения, ради которых и существует управление Н.

-А Лигу Равновесия, часом, не вы спонсируете?

-Нет.

Надо будет знакомым конспирологам рассказать, это половину их теорий на корню зарежет. Конечно, они, скорее всего, скажут, что Безопасник соврал. И самое обидное в том, что он действительно мог соврать.

Лига Равновесия состояла из фанатиков другого толка. Они утверждали, что существование суперменов мерзко, богопротивно, антинаучно и нарушает какой-то там баланс, для восстановления которого они убивали всех суперменов, до кого только могли дотянуться. У их организации были филиалы в разных странах, и они наверняка обменивались боевым опытом.

Источник их финансирования оставался загадкой. Сами они утверждали, что существуют на добровольные взносы сочувствующих их деятельности простых людей, но масштаб некоторых их операций заставлял призадуматься, откуда же у простых людей такие деньги.

-Ну, если на этом все, то у меня вроде как рабочее время, и не мешало бы поработать... - сказал я, когда посчитал, что молчание слишком затянулось.

-Это не все, - сказал он.

-Почему-то я так и подумал. И о чем же речь пойдет дальше?

-Что ты знаешь о джокерах? - спросил он.

-Неожиданный поворот, - сказал я. - Джокер - это карта. А еще это такой довольно забавный злодей, которые бегает по Готэму и играет с Бэтменом в догонялки. Но мне почему-то кажется, что в контексте нашей беседы ты имел в виду какого-то другого джокера.

-Джокерами называют некстменов, у которых больше одного скилла.

-А такое бывает?

-Кроме того, джокер способен заимствовать скилл, который применен против него. Если он выживет в результате применения, конечно. Скажем, после того, как Электрик ударит джокера своим разрядом, спустя некоторое время джокер обретет власть над электричеством. Принцип доступен для понимания?

-Вполне.

-Тебя приложил телекинетик. На следующее утро ты обнаружил способности к телекинезу.

-Совпадение?

-Не думаю, - сказал он. - Совпадение возможно, в жизни бывает всякое, но логика моей работы не позволяет мне верить в такие случайности.

-Почему никто не слышал про джокеров?

-Кому надо, ты слышали, - отрезал он. Была в Безопаснике какая-то неправильность. То ли в нем самом, то ли в позе, в которой он сидел. Что-то не давало мне покоя с самого начала разговора, но я все еще не мог понять, что же не так. - Джокеров не так много. На данный момент официально зафиксировано пять случаев. Возможно, потенциально их было больше, но способ, которым они получают дополнительные способности, довольно рискован, и далеко не все сумели пережить этот момент. Возможно, есть кто-то, о ком мы не знаем. Но подтвердить документально, как я уже говорил, мы можем лишь пять случаев.

-Имена?

-Ничего тебе не скажут. Кроме того, все эти люди мертвы.

-Как они умерли?

-Кто как, - он пожал плечами. - Кто-то в поисках нового скилла вступил в бой не с тем некстом, с каким следовало. Двоих ликвидировали правительств их стран. И поверь мне, там было, за что.

-Значит, управление Н считает меня джокером? И поэтому ты здесь?

-Это рабочая гипотеза, из которой мы исходим.

-И почему это так важно?

-Скилл прокачивается, - сказал он. - Некстмены со временем становятся все сильнее. Но в случае с обычными некстами мы способны определить его потенциал. Мы можем сказать, каких высот достигнет тот или иной некстмен может достичь через год, через пять лет, через десять. Потенциал джокера неопределим.

-Слишком много факторов воздействует? - догадался я.

-Да. Если бы ты был обычным телекинетиком, тебя бы просто внесли в базу и оставили бы тебя в покое. Дальше ты был бы волен делать все, что хочешь. Если бы ты преступил закон, тебя бы остановили, жил бы обычном жизнью - не вмешивались. Но мы подозреваем, что ты можешь быть джокером, а значит, можешь стать одним из самых опасных некстменов, которые нам известны. Поэтому ты должен понимать, что в покое тебя никто не оставит.

-И что ты предлагаешь?

-О, - он закинул ногу на ногу. - Сейчас я отчетливо вижу, что ты неправильно оцениваешь характер нашей беседы. Я пришел сюда не для того, чтобы предлагать. Я пришел сюда, чтобы рассказать, как оно все будет. Либо ты серьезно отнесешься к тому, о чем я тебе рассказал, и вольешься, так сказать, в наши ряды, начнешь работать в управлении Н, чтобы все время быть у нас на виду...

-А если не вольюсь?

Отточенным за годы практики движением он выхватил пистолет из наплечной кобуры. Вот он сидит, заложив ногу на ногу, вот я моргнул, и вот уже дуло пистолета направлено прямо мне в лицо.

-Может быть, ты и джокер, а может быть, и нет, - сказал Безопасник. Тон его ничуть не изменился. - В любом случае, сейчас у тебя есть только телекинез, и твой скилл не прокачан. А у меня в руке 'дезерт игл'. Я вообще патриот и предпочитаю покупать отечественное, но мне нравится 'дезерт игл'. Нравится, как он лежит в руке. Нравится его отдача. И мне нравится то, что он делает с теми, кто мне не нравится.

Я промолчал. То, что мы друг от друга не в восторге, мы уже выяснили.

-Я знал очень мало, я бы даже сказал, исчезающе мало телекинетиков, чей скилл позволил бы им остановить пулю из 'дезерт игла', - продолжал он. - Тем более, направленную прямо в глаз с расстояния меньше метра. Хочешь узнать, относишься ли ты к их числу?

-Как-нибудь в другой раз, - сказал я. Страшно мне не было - если бы он хотел меня застрелить, то уже давно бы застрелил без всех этих расшаркиваний.

-Хорошо, - другой рукой он достал из кармана визитку и бросил мне на стол. - Сегодня ты пойдешь к своему начальству и уволишься с работы. Постарайся завершить все свои дела, чтобы тебя ничего не отвлекало. Завтра можешь отдохнуть и подумать. Послезавтра в десять утра приходи по этому адресу. Тебя прогонят через тесты, проинструктируют и скажут, что потом. Доступно объяснил?

-Доступно. А что будет, если я не приду?

Как заправский ковбой, он крутанул пистолет на пальце, ловко перехватил его за ствол и протянул мне рукоятью вперед.

-Застрелись.

Но если вы думаете, что это история о молодом человеке, который застрелился после наездов какого-то пафосного придурка, то черта с два вы угадали.

Это совсем не такая история.

Глава 4

Представляете, он на самом деле оставил мне свой пистолет. Тот самый здоровенный «дезерт игл», чтоб я еще знал, что с такими делать. Сказал, что это не высшая математика, и я разберусь. И либо я верну ему эту хреновину самолично, когда приду устраиваться в управление Н, либо он заберет его с моего трупа.

В общем, нормально так поговорили.

Сразу после Безопасника в кабинет ввалился Славик.

-Это вот было то, о чем я думаю? – спросил он.

-Угу, - видеть Славика не хотелось. Разговаривать с ним тем более. Хотелось забиться в угол и крепко подумать о том, что сейчас произошло. Но Славика остановить невозможно. Тем более, он уже заметил валявшийся на столе «дезерт игл» и потянул к нему руки.

-Это же…

-Лапы убери, - сказал я. – А ну как стрельнет.

-Чего это он стрельнет, если он на предохранителе? – возмутился Славик, но руки убрал. – Зачем этот приходил?

-Суперкоманду они организовывают, - сказал я. – Ветра Джихада прищучивать будут. Вот, предлагал вступить.

-Вечно ты во что-нибудь вступаешь, - сказал Славик. – А если серьезно?

-Все то же самое, только без Ветра и без Джихада.

-Тебя? В суперкоманду? Обычного телекинетика?

-Есть многое на свете, друг мой Славик, - сказал я. – Чего мы и представить не могли.

Про джокеров я ему рассказывать не стал, хотя Безопасник вроде бы и не запрещал мне трепаться. Но, с другой стороны, может это действительно совпадение, и никакой я не джокер. Вот только способ проверки этой гипотезы мне не нравился. Не было у меня знакомых суперменов, которые могли бы свой скилл на мне испробовать, при этом постаравшись насмерть не зашибить.

В управлении Н, конечно, это все выяснится, но я бы предпочел узнать пораньше. Если бы у меня был выбор.

Выбора, увы, не было. Управление Н в лице Безопасника сделало мне предложение, от которого нельзя было отказаться. Пойдешь против этих ребят… И впрямь, застрелиться проще.

Выпроводив Славика, я написал заявление по собственному желанию. Хотя желания, конечно, никакого не было. Бросать привычную работу и заниматься какой-то фигней в качестве эника мне вообще никуда не уперлось.

Нет, в детстве я хотел стать суперменом. А кто в детстве не хотел? Все хотели.

Причем, не таким суперменом, как нынешние, а настоящим. Чтоб летать в плаще и лазерами из глаз стрелять. Потом, как это обычно и происходит с детскими мечтами, это желание куда-то делось, вытесненное стремлениями более плотскими и приземленными. Девчонки там, все дела…

Дверь в кабинет снова распахнулась. Не рабочее место, а проходной двор какой-то. На этот раз ко мне пожаловал Борис, мой непосредственный начальник в частности и наш генеральный директор в целом.

А на столе у меня лежал здоровенный американский пистолет.

-Привет, Артур, - сказал Борис, не сводя глаз с орудия смертоубийства. – У нас проблемы?

-Нет.

-А у тебя?

-Я не знаю, - честно признался я. – Если что, Безопасник приходил по мою душу. К делам фирмы это никакого отношения не имеет.

-Отлегло, - так же честно признался Борис. – Что еще мне надо знать?

-Я увольняюсь.

-Почему?

-Меня завербовали.

-Это заявление?

-Да.

Он подхватил валявшуюся на столе ручку и поставил свою размашистую подпись.

-Заставить бы тебя отработать две недели по закону…

-Для урегулирования данного вопроса мне оставили вот это, - я показал на «дезерт игл».

-…но я понимаю твое положение и делать этого не буду, - закончил Борис. – Зарплату перечислим на карту, как обычно, можешь не беспокоиться.

-Спасибо, Борь, - сказал я.

-Насколько оно все плохо? – спросил он.

-Точно не знаю.

-Я могу как-то помочь?

-Это вряд ли. Хотя… Слушай, а вы же мой кабинет пишете? – я ткнул рукой в камеру наблюдения, висевшую в углу. – На предмет нераспространения коммерческих тайн и все такое?

-Пишем, - согласился Борис.

-А можешь попросить Петровича, чтобы он мне запись переслал?

-Могу. А зачем?

-Сам не знаю, - сказал я. – Было что-то… А может, и не было. Может, показалось мне.

-Ты сам вообще как? – поинтересовался Борис. – Спишь хорошо? Питаешься нормально?

-Угу, - сказал я. – Так что насчет записи?

-Я передам, - Борис протянул мне руку. – Удачи тебе, Артур.

-Спасибо.

Запись, естественно, мне никто не переслал, потому что не положено. Такой уровень секретности развели, как будто мы наркотиками торгуем.

Однако, Петрович, наш собственный безопасник и по счастью с маленькой буквы, все-таки вошел в мое положение и пришел лично, вместе со своим планшетом.

-Тебя же сегодняшний день интересует? – уточнил он.

-Угу. На гостя хочу еще раз посмотреть.

-Да не такой уж он и красавчик, - сказал Петрович и вывел изображение на экран. – Но если хочешь, смотри.

Ракурс был не слишком удачен, зато все, что надо попало в кадр. Вот он входит, вот мы обмениваемся первыми фразами, вот он смотрит на кресло, вот он садится… Вот! Вот в чем, черт побери, дело!

На самом деле Безопасник в кресло не сел. Он завис над ним на высоте около пяти сантиметров, однако чувствовал себя при этом весьма комфортно, словно между ним и сиденьем лежала невидимая глазу подушка. И мне даже не надо было смотреть запись дальше, чтобы вспомнить – за все время беседы он не прикоснулся ни к единому предмету в моем кабинете, если не считать его собственный пистолет.

Держу пари, он и дверной ручки не касался. В смысле, напрямую. Своею собственной рукой.

-У тебя такой вид, как будто ты на районной выставке подлинник «Моны Лизы» нашел, - заметил Петрович.

-Он разве не в Лувре висит?

Петрович развел руками.

-А этот парень висит в воздухе, - сказал я, ткнув пальцем в филейную часть Безопасника. – Разве это не удивительно?

-Он не висит, - равнодушно сказал Петрович. – Он сидит на своем защитном поле.

-Э… В смысле?

-Безопасника окружает защитное поле, - пояснил Петрович. – Это известная часть его скилла. Пробить его еще никому не удавалось. Пули оно останавливает, включая и крупный калибр из снайперской винтовки.

-Но откуда ты знаешь? В Википедии об этом ни слова!

-Есть и другие источники информации, помимо Википедии. Ну, ты уже насмотрелся?

-Мне срочно нужно, чтобы ты поделился со мной другими источниками информации, - сказал я.

Он покачал головой.

-Поживи с мое.

-Так для этого и нужны, - сказал я.

Это как вот если плывешь на паруснике в бескрайнем океане и вдруг видишь офигенный кусок земли, и думаешь, это ж я новый континент сейчас открою, летишь к нему на всех парах, то есть, парусах, высаживаешься на берег, а там внезапно Америка, и Колумб уже давно высадился, костер на пляже развел и носки около него сушит.

Я-то думал, что нарыл какой-то новый факт о Безопаснике, а тут оказалось, что это секрет Полишинеля. Хотя, учитывая, как часто главный супермен появляется на публике, было бы странно, если бы никто этого до меня не заметил.

А Википедию надо срочно дописать.

До вечера я проторчал на работе.

Заканчивал какие-то мелочи, сдавал дела, прощался с коллегами и старался избегать общества жизнерадостного Славика, что, впрочем, получалось так себе. Он настаивал на отвальной вечеринке, а мне хотелось домой, где тишина и можно подумать.

Например, о будущем.

Не то, чтобы у меня были какие-то особые планы, разрушенные тяжелым кованным сапогом Безопасника, однако, будущее вдруг начало тревожить. Какие-то намеки на стабильность, достигнутую с большим трудом, внезапно улетели в окно. Я совершенно не видел себя представителем силовой структуры, понятия не имел, что мне там надо будет делать и сколько мне за это будут платить.

Но это, конечно, все фигня, по сравнению с тем, что выбора мне в принципе не оставили. Пойди туда, сделай это, а не то больше дяди сделают тебе плохо. Моего личного мнения никто не спрашивал, а когда я его высказывал, оно просто отметалось в сторону, как что-то несущественное.

Не успел я привыкнуть к своему статусу некстмена, как бац – я теперь еще и эник. И, потенциально, один из самых опасных людей в чертовой супергеройской среде. Почему ж я тогда на полчаса раньше или полчаса позже домой не поехал? Вообще можно было в офисе заночевать, чай, не в первый раз.

Сокрушенно покачав головой, я вышел из такси, купил в ближайшем магазине пару бутылок пива, сунул их в рюкзак, где валялись какие-то мелочи с работы и тяжеленный «дезерт игл», и направился в сторону дома.

У подъезда меня ждали двое парней в кожаных куртках и заляпанная грязью дешевая корейская машина, кои колесят по улицам нашего города десятками, если не сотнями, тысяч. Как я понял, что они ждут именно меня? Очень просто. Я их раньше в нашем дворе никогда не видел, и при моем появлении они заметно оживились. Разыгрывать сцену «я забыл в магазине кошелек» было поздно, поэтому я сделал морду кирпичом и попытался пройти мимо, надеясь, что это всего лишь наружное наблюдение, или, что было бы вообще идеально, плоды моей разыгравшейся паранойи.

-Не так быстро, - сказал один плод и положил руку мне на плечо. – Давай покатаемся.

-А если нет? – спросил я.

-У моего друга пистолет под курткой.

-А у меня в рюкзаке. Давай он покажет мне свой, а я покажу ему мой? А ты можешь вообще ничего не показывать.

Второй плод откинул полу куртки и продемонстрировал мне свое орудие. Двусмысленно звучит, понимаю, но речь все же идет о пистолете, а не о чем вы там подумали. К тому же, это куртка была, а не плащ.

Пистолет был не такой здоровый, как «дезерт игл», но очень походил на настоящий.

-Убедили, - сказал я. – Теперь моя очередь…

Но дальше следовать моему плану мы почему-то не стали, и тот, который держал руку у меня на плече, одним рывком сорвал с этого же плеча рюкзак.

-У него там и правда пистолет, - удивленно сказал он.

-Это не мой, - сказал я. – Попросили сохранить. Мне еще его возвращать придется, ребята.

-Вернешь, - сказал первый, распахивая дверцу машины и кидая мой рюкзак на заднее сиденье. – Но попозже. А пока покатаемся.

-Куда хоть поедем?

-Не волнуйся, не в морг.

***

Следует заметить, что если вам надо кого-то куда-то зловеще и угрожающе везти, то Москва – не самый подходящий для этого город.

Потому что пробки.

Мы угрожающе выехали из моего спального района и зловеще встряли в пробку на третьем транспортном кольце. Проторчав в ней сорок минут, мы выбрались на Каширское шоссе в сторону области, провели там еще полчаса и потом рванули куда-то в глубину спальных районов. Мои сопровождающие вели себя прилично: один рулил, второй старался не тыкать в мою сторону пистолетом особенно часто.

Мне почему-то опять не было страшно, и все по той же причине. Если бы они хотели меня убить, мой истекающий кровью труп сейчас валялся бы у подъезда в ожидании полиции, управления Н и ребят, специализирующихся на уборке мертвых тел. Но вообще тенденция, что последние дни мной все помыкают, начала раздражать. А это я еще на службу не поступил…

Пока мы ехали, я прикидывал свои шансы справиться с этими нехорошими парнями. Шансы казались невысокими. Скилл скиллом, но не факт, что я сумею пистолет из его руки вырвать. А если вырву, то что потом?? Драться? Выпрыгивать из машины на ходу? Не, я, конечно, тот еще супермен, но ну его на фиг.

Спальный район сменился какой-то промзоной, дорога стала еще более разбитой и мы снизили скорость километров до сорока. Вдоль дороги тянулись унылые бетонные заборы с периодически встречавшимися унылыми ржавыми воротами. В одни такие вороты мы и въехали, предварительно посигналив охраннику.

За воротами обнаружились то ли какие-то склады, то ли заброшенные заводские помещения, а то ли все вперемешку. Попетляв по территории еще метров семьсот, наш рыдван остановился перед каким-то облупленным ангаром и мне предложили выйти.

-А это точно не морг? – спросил я.

Вместо ответа тип снова показал мне пистолет.

Внутри ангар оказался таки складом. Посреди было небольшое свободное пространство, как раз чтоб погрузчик мог развернуться, а все остальное помещение было заставлено паллетами с наваленными на них коробками. Торговали тут, судя по всему, консервами.

В ангаре нас ждали еще три человека. Двое мужчин и женщина. Главным явно был мужчина в длинном черном плаще и широкополой черной же шляпе. Зловещий тип, по первому впечатлению, и он явно не пытался сгладить этот свой образ, поигрывая ржавым куском арматуры.

Ребята, которые меня сюда привезли, заняли позицию у дверей, а тип помахал арматурой. Иди, мол, сюда.

-Я понял, - сказал я. – Это же темная сторона силы, и у вас наверняка есть печеньки.

-Печеньки есть, - сказал проарматуренный тип. – Но я не люблю ими делиться.

-Никто не любит, - вздохнул я. – Чего звали?

-Разговор есть, - сказал он. Второй мужчина и женщина держались в стороне, поглядывая на меня скорее с любопытством, чем с неприязнью, и я понял, что разговаривать мне придется только с главным. – Я – Стилет.

Я, конечно же, его не узнал, потому что в Википедии его фото не было, а к базам данных управления Н доступ мне еще не открыли. Но я знал, кто он такой. Некстмен, возглавляющий, так сказать, теневую сторону городского сообщества. Похоже, что про темную сторону я таки угадал.

-В первую очередь я хотел бы извиниться за столь грубый способ доставки, - продолжил он. – Но мне просто не терпелось пообщаться с новым джокером.

-Еще не факт, что я джокер, - сказал я.

-Да брось, - сказал он. – Ловкач тебя приложил о стенку, и ты сразу же обрел скилл. С джокерами все именно так и происходит.

-Вы тут неплохо информированы, как я посмотрю.

-Ты застал Ловкача сразу после дуэли с Толкалой, если не во время самой дуэли, - сказал он. – А знаешь, за что они дрались?

-Он не успел рассказать.

-За право работать на меня, - сказал Стилет. – Видишь ли, мне в команде нужен был только один телекинетик, и я привык выбирать лучших.

-Передайте мои искренние поздравления Ловкачу, - сказал я. – А как вы меня нашли?

-У меня есть свои источники информации в системе регистрирования некстменов и даже в управлении Н, - сказал он. – Кроме того, мы стараемся следить за Безопасником каждый раз, когда он совершает вылазку в город. Мне сообщили о появлении нового некстмена через час после того, как ты оставил заявку. Ловкач узнал тебя по фотографии и засвидетельствовал момент инициации, и уже тогда у меня закрались подозрения о том, что мы имеем дело с джокером. А уж визит Безопасника подтвердил эту теорию на все сто.

-Он, кстати, сам в этом не уверен, - сказал я.

-Будь он неуверен, он ни за что не пришел бы к тебе лично, - сказал Стилет. – Впрочем, даже Безопасник – всего лишь человек, и он может ошибаться. Кстати, об ошибках. Владимир, хвост был?

-Ни намека даже, - помотал головой один из моих сопровождающих. – Ребята его от самого офиса вели, ни там, ни у дома.

-Потому что Безопасник понимает, что никуда ты от него не денешься, - сказал Стилет. – Он ведь тебя уже завербовал?

-Как будто кто-то из вас, парни, оставляет мне выбор.

-Я тебя вербовать не собираюсь, - заявил Стилет. Это было неожиданно. – Если когда-нибудь ты сам захочешь, сможешь подать заявку на вступление в мою организацию, и я рассмотрю ее на предмет твоей полезности. Но сейчас пользы от тебя никакой нет, зато неприятностей можно огрести целую коробку.

-Тогда о чем ты тут вообще говорим? – спросил я.

-Если ты на самом деле джокер, то у меня есть для тебя подарок, - сказал Стилет. – А если нет, то я заранее сожалею.

-Что-то мне такой поворот не нравится.

Стилет пожал плечами.

-Сейчас ты телекинетик с довольно слабым скиллом, - сказал он. – А нас здесь только внутри пятеро, у двоих есть оружие, а остальные трое в нем не нуждаются. Дверь заперта, бежать некуда. Что ты предпримешь?

Крыть действительно было нечем. Оставалось только надеяться, что очередной сюрприз будет не летальным.

-Бесите вы, ребята, - сказал я. – Понятно, что ничего я вам сейчас ничего не сделаю. Но предупреждаю, я запомню и затаю. Кстати, а что будет-то?

-Ну, для начала я ударю тебя вот этим вот в живот, - сказал Стилет, и кусок арматуры в его руках начал меняться, плавно перетекая в форму меча. Чешуйки ржавчины беззвучно планировали на пол. Меч, конечно, получался так себе, все-таки металл менял только форму, а не свойства, но выглядело это все равно впечатляюще. Понятно, что компьютерной графикой можно и не такое нарисовать, но его-то скилл делал это в реале. – Это будет больно. Потом вот он, - мужчина сделал шаг вперед. - Прижжет тебе рану струей огня. Это будет очень больно. Но не волнуйся, потом она, - женщина слегка склонила голову. – Тебя исцелит. В результате ты получишь некоторый контроль над металлами, способности манипулировать открытым огнем и исцелять раны, как свои, так и чужие. Бонусом может пройти ускоренная регенерация, но это не факт. Не знаю, передаются ли пассивные способности таким образом. Это все случится, если мы не ошиблись, и ты действительно джокер, и та информация, которая у нас есть о джокерах, достоверна. А если нет, то тебя просто ждут несколько минут, заполненных болью. Но не волнуйся слишком сильно, мы постараемся быть аккуратными. Думаю, начнем.

Он поднял свою и сделал шаг вперед.

-Эй, полегче, - возмутился я, вытягивая руки перед собой. – Может, хотя бы объясните, зачем вам это надо?

-Ты просто оттягиваешь неизбежное или на самом деле хочешь знать?

-Ну, как человек, которого вы собираетесь протыкать и прижигать, я имею на это право.

-Наверное, - согласился Стилет, опуская свой рукотворный меч. – Видишь ли, меня не устраивает то положение, в котором мы оказались. Некстмены, новая генерация людей, по большей части или загнаны в подполье или служат цепными псами режимам стран, на территории которых их угораздило родиться.

-А, понимаю, - сказал я. – Вы – подполье. Управление Н – цепные псы. Чего уж тут не понять. А я причем?

-А ты будешь палкой, которой я собираюсь разворошить этот муравейник, - сказал Стилет. – Скиллы, которые ты можешь получить сегодня, не выведут тебя в высшую лигу, но и такой же мелкой сошкой, как сейчас, ты уже не будешь. Поверь, твой новый друг Безопасник тебе такой подарок сделает очень нескоро. Если вообще сделает. Скорее всего, его план заключается в том, чтобы запереть тебя в каком-нибудь кабинете и максимально замедлять скорость твоего роста. Он очень осторожный тип.

-Не могу сказать, что до конца понимаю ваши мотивы, - сказал я.

-Я думаю, что ты можешь нарушить статус-кво, - сказал Стилет. – То есть, совсем необязательно, что ты его нарушишь, но шансы есть. И я готов на это поставить.

-А мое мнение, как обычно, несущественно?

-Именно так, - заверил он меня. – У тебя просто нет достаточной информации, чтобы это мнение сформулировать. Поэтому сейчас порешаю я, а дальше можешь выплывать, как хочешь.

И он снова поднял меч.

Двадцать первый век, подумал я. У нас есть высокоточное оружие, при помощи которого можно прихлопнуть жужжащего на другом континенте комара, и ядерные ракеты в бесконечным запасом хода (это если нам по телевизору не врут, конечно), а глава преступного мира Москвы собирается проткнуть меня долбанным мечом. Наверное, в этом была какая-то ирония, но тогда я ее не заметил.

Честно говоря, страшно было до чертиков. Это я вам сейчас все так спокойно рассказываю, а в том ангаре меня трясло не по-детски, и холодный пот градом по спине, и мурашки, и сердце в пятках и вообще вот это вот все.

Потому что даже если среди них есть настоящий целитель, который потом все вылечит, смерть от болевого шока в процессе еще никто не отменял.

-А мне никакое обезболивающее не положено? – поинтересовался я без особой надежды.

-Тут только полный наркоз мог бы помочь, - подала голос женщина-целительница.

-И то не факт, что, - добавил мужчина-пироманьяк.

-Так что будет делать все натурально, - подытожил Стилет.

Он одним рывком одолел разделяющее нас расстояние, и я даже дернуть не успел, как он загнал свою железяку мне в живот.

Сначала я просто ощутил толчок, потом что-то чужеродное противно проскрежетало по нижним ребрам, и в следующий миг пришла боль. Такая, словно мне расплавленный свинец в живот залили. Я чего-то прохрипел и начал заваливаться на пол, Стилет предупредительно вытащил из меня меч и отбросил его в сторону. Как я заметил, обратно в арматурину он так и не превратился.

-Перестарался, - заметил Стилет.

-Да ты его насквозь проткнул, - сказал пироманьяк. – Там сантиметров двадцать из спины торчало.

Я к этому времени уже валялся на грязном полу и рассматривал багровый туман, плавающий перед глазами. Мозг отдал рукам команду зажать рану на животе, но руки уже не слушались или им просто не хватало сил. Сознание подернулось дымкой, зато и боль чуть отступила.

-Он сейчас выключится, - сказала женщина. – Чего ты ждешь?

Через багровый туман ко мне шагнула фигура пироманьяка. Он чем-то щелкнул, и та боль, что была до этого, оказалась лишь легким зудом. Кажется, я орал, но за это не поручусь.

***

В себя я пришел на том же полу, только он стал еще грязнее.

Как и обещали, у меня ничего не болело. Только слабость была страшная, одежда испорчена в хлам, настроение не на нуле, а в отрицательных значениях, и вдобавок меня стошнило, когда я понял, что в качестве источника запаха горелого мяса, висевшего в ангаре, выступал ваш покорный слуга.

-Двенадцать минут, - констатировал Стилет, глядя на часы. Нет, он все-таки еще и пижон. Ну кто в наше время наручные часы носит? – Как чувствуешь себя?

-Не ощущаю я потоков силы, учитель Йода, - с большим трудом я перевернулся на бок, встал на четвереньки и отполз подальше от омерзительной лужи, в которой лежал.

-Мне нравится этот парень, - хохотнул пироманьяк. – Десять минут назад орал, как зарезанная свинья, а теперь уже ничего, шутить пытается.

-Это он не шутит, это у него защитные механизмы включились, - сказала целительница.

-Вовсе нет, - прохрипел я. – Просто в детстве я потерялся в цирке и до совершеннолетия меня воспитывали клоуны.

-Ладно, - сказал Стилет. – Полагаю, на этом мы и закончим.

-А поцеловать? – не удержался я.

-Нацеловались уже, - сказал Стилет. – Мы сейчас отсюда уйдем, а ты полежи. Как наберешься сил, доползешь до своего рюкзака, мы твою мобилу туда положили. Звони, кому хочешь. Хоть в скорую, хоть в полицию, хоть самому Безопаснику лично.

Я добрался до паллеты с консервами и уселся, навалившись спиной на коробки. Мой рюкзак валялся у самого выхода, метрах в пятнадцати от меня. Думаю, к следующему году я до него доползу.

-Все, уходим, - сказал Стилет.

Владимир, или второй парень, имя которого они не называли, я их лиц не запоминал, открыл дверь в ангар и в тут же миг его голова взорвалась. Мне с моей наблюдательной позиции показалось именно так, хотя чуть позже я выяснил, что подобный эффект оказывает выпущенная в упор пуля из «дезерт игла», брат-близнец которого до сих пор валялся в моем рюкзаке.

И не успели оставшиеся в живых удивиться этому странному происшествию, как в ангар вошел Безопасник.

Но если вы думаете, что эта история о том, как молодой человек воспылал дружескими чувствами к отважному супергерою, который явился, чтобы в одиночку расправиться с его обидчиками, то черта с два вы угадали.

Это совсем не такая история.

Глава 5

Как любил говорить один мой знакомый, я, конечно, идиот, но не до такой же степени.

Когда в ангар вошел Безопасник, картинка в моей голове полностью сложилась. Может быть, будь на моем месте более проницательный человек, он сообразил бы и раньше, но я готов себя простить.

Во-первых, потому что это я, и себе я готов простить почти все.

А во-вторых, потому что меня похитили, проткнули ржавой железкой, чуть не поджарили и в целом обращались не очень хорошо, и я вполне имел право протормозить.

Безопасник, тем временем, не терял времени даром. Вторую пулю он всадил в грудь пироманьяка, и того отбросило на ящики с тушенкой. Второй из притащивших меня сюда парней (а может это и был Владимир, но какая уже разница?) выхватил свой пистолет и выстрелил в Безопасника, и, по-моему, даже попал, только Безопаснику это никак не повредило. Он даже не пошатнулся, когда его защитное поле остановило пулю.

Не обращая внимания на Владимира (или второго парня) Безопасник выстрелил в целительницу и снова попал. Она как раз развернулась и попыталась скрыться в проходе между паллетами, когда пуля угодила ей в спину и… Ну, словом, здоровья это ей не прибавило.

Следующие несколько выстрелов предназначались режиссеру-постановщику недавнего фильма ужасов со мной в главной роли, однако Стилет оказался тем парнем, которого так просто не застрелить. Он и пальцем не шелохнул, но пули изменили траекторию полета и улетели в потолок.

Стилет разительно переменился. Плащ упал на пол, и оказалось, что под ним глава преступного мира закован в подвижную металлическую броню. В шляпе, очевидно, тоже было полно металла, потому что она съехала вниз и образовала шлем, типа как у Тони Старка, только не красный и с дырками для глаз.

А у «дезерт игла» Безопасника в тот же момент дуло под прямым углом загнулось.

Я поймал себя на мысли, что уже почти хочу на самом деле оказаться джокером. Скилл у Стилета был весьма впечатляющий.

Второй парень (или Владимир) продолжил палить в Безопасника, но это по-прежнему не срабатывало. Тот выбросил бесполезный «дезерт игл», выхватил из наплечной кобуры другой пистолет, насколько я мог видеть, пластмассовый и на три-дэ принтере напечатанный. Скилл Стилета тут оказался бессилен и Владимир (или второй парень) рухнул на пол с пластмассовой пулей в груди.

И все это заняло, от силы, секунд пять. Рассказываю я, конечно, не так быстро.

Дальше все случилось одновременно. Безопасник выстрелил в Стилета пулей, которую тот не мог остановить, а из пола, разбрызгивая бетонное крошево, вырвалось здоровенное копье и ударило Безопасника в грудь.

Этот удар супергерой все-таки почувствовал, даже отступил на полшага назад. Но падать на бетон и истекать кровью, ну вот прямо как я несколькими минутами ранее, он все еще не собирался.

Стилет, впрочем, тоже. Пластмассовая пуля расплющилась о его броню и упала на пол.

-Пат, - констатировал Стилет. – Я тебе ничего сделать не могу, но и ты из этой пукалки мою броню не пробьешь. Единственный способ меня достать – это применить твой скилл. Если решишься при нем.

И он махнул бронированной рукой в мою сторону. Что за черт? У Безопасника другой скилл есть, помимо защитного поля? Или это тот же самый скилл, только в боевой разновидности? И почему он при мне его в ход не пустит?

Надо завести себе блокнот, куда я буду все эти вопросы записывать.

Безопасник не решился.

Они простояли так, сверля друг друга недобрыми взглядами, секунды три, а потом Стилет нырнул в проход между ящиками и дал деру. Безопасник его не преследовал и даже не попытался застрелить в спину, как он это только что проделал с целительницей. Вместо этого он обвел помещение взглядом, обнаружил в паре шагов мой рюкзак, беспардонно в нем порылся, достал нетронутый «дезерт игл» и пошел делать контрольные выстрелы в голову.

Каждому по два.

Зрелище это было омерзительное. Меня бы и второй раз стошнило, если бы было, чем.

Покончив с этим, он подошел ко мне.

-Жив.

-Скажи мне, что его возьмут в оцеплении, - попросил я.

-Нет никакого оцепления, - сказал он. – Я пришел один.

-Гениальный план. И чего ты добился, придя один?

-Я убрал Факела и Аптечку, - сказал он. – Не считая мелкой шушеры, двое здесь и трое снаружи. Это очень неплохой результат для операции, разработанной меньше, чем за двадцать четыре часа.

-Ты меня подставил, - сказал я.

-Да, - он не стал спорить. – Но что это меняет?

-Для меня…

-Ничего не меняет, - отрезал он. – Если ты джокер, то получил три скилла. Если нет, то увы. Жизнь жестока. Хочешь, благодарность в личное дело тебе вынесу.

-Но Стилет ушел.

-Стилет не был главной целью, - отрезал он.

-А кто тогда?

-Завтра, как я уже говорил, у тебя выходной, - сказал Безопасник. – Послезавтра жду тебя по указанному адресу.

-И там мне все объяснят?

-Только в части, тебя касающейся, - сказал он. – Еще вопросы?

-Следящее устройство было в пистолете? – спросил я после небольшой паузы.

-Ну да, - сказал он. – Теперь полежи тихо. Минут через десять приедет группа зачистки и скорая. Они тебя посмотрят и отвезут домой.

-Денег на такси жалко? – спросил я.

-Ты себя видел? Тебя не то, что в такси не посадят, тебе в таком виде даже на улицу выходить не стоит.

***

Вернувшись домой, я оценил справедливость его слов. Выглядел я, как актер из сериала «Ходячие мертвецы», только что отхвативший Эмми за лучший грим зомби. Бледный, грязный, вонючий. Одежда разорвана, частично сожжена, и тоже грязная и вонючая. Взгляд безумный и нечеловеческий. (ладно, тут приукрасил)

Первым делом я содрал с себя всю одежду и сунул ее в мусорный мешок. Потом с небольшим сожалением отправил во второй мусорный мешок рюкзак со всем его содержимым. Пиво разбилось и залило все внутри без шансов на восстановление. Только мобила и работала, и то только потому, что была водонепроницаемой.

Дома пиво отсутствовало, а идти за чем-нибудь покрепче не было сил. Я с трудов доковылял до ванны, перевалил через бортик и пустил горячую воду.

После чего уставился в белую кафельную стену и принялся обдумывать способы, которыми можно было прикончить Безопасника.

Самым очевидным, конечно, был лазер. Свет его защитное поле пропускает, значит, лазерный луч оно тоже не остановит. Где только достать боевой лазер достаточной мощности? Такое, вроде, только у военных есть.

Еще его можно отравить. Запереть в каком-нибудь герметичном сейфе и подождать, когда он задохнется. Проблема только в том, что все эти способы требовали средств, которыми я не располагал. И нет, не то, чтобы я на самом деле хотел убить Безопасника. Это была просто игра ума, способ отвлечься и не думать о том, в какую пропасть валится моя жизнь.

Когда ванна заполнилась до краев, я выключил воду и стал думать о Ветре Джихада.

Ветер Джихада не был цепным псом правительства страны, на территории которой его угораздило родиться. Дела обстояли куда хуже, он был супермен и ваххабит. С одной стороны, он умел делать разные штуки с песком, коего в местах его обитания было более, чем достаточно, а с другой – намеревался вести священную войну с неверными до последней капли крови этих самых неверных. На заре своей карьеры он приехал в США якобы для участия в какой-то конференции и устроил целую серию террористических актов, финальным аккордом которой стала бойня на пляже в Майами (штат Флорида). Он был настолько успешен, что американцы официально объявили его врагом номер один, а их спецслужбы назвали его ликвидацию делом чести. О том, что у них в итоге получилось, недавно рассказал Безопасник.

Он был опасен не потому, что он был супермен, а потому, что он был супермен идейный.

Знаете есть такие люди, которые говорят, что готовы за идею костьми лечь. Не, я понимаю, так многие говорят. Мол, если надо, то мы готовы, в едином порыве и все, как один. А вот приди к такому и скажи, товарищ мол, надо лечь костьми. Не в каком-нибудь отдаленном будущем, и даже не завтра, а прямо сейчас. Вон туда. Нет, на полметра левее. Да, так вот хорошо.

И что? Не лягут. Найдут тысячу причин, будут бить себя в грудь и говорить высокие слова о том, что надо сохранить себя для будущих битв, и в итоге не лягут. Да что там говорить, я и сам не лягу, да и идеи подходящей еще не нашел.

А Ветер Джихада – вполне может и лечь, в этом наше принципиальное отличие. Потому люди за ним и тянуться, и он у всего исламского мира чуть ли не национальный герой. Нет, официально его далеко не все поддерживают, конечно, потому что спутники-шпионы, беспилотники и авианосцы в заливе, но тенденция настораживает. Особенно она настораживает Израиль…

Я это вспомнил, потому что Ветер Джихада был настоящим злодеем. Жестким, не рассусоливающим, нацеленным на результат. И на его фоне Стилет выглядел злодеем опереточным. Сложившееся положение вещей его не устраивает, и место некстменов в системе мира. Муравейники он ворошить собрался, а сам за вечер потерял семь человек, двое их которых некстмены. В банальной совершенно ситуации и по собственной тупости. Безопасник тоже тот еще тактический гений, раз один приперся и любителя остренького в итоге прошляпил, и все равно сделал эту шайку суперзлодеев на счет два.

Что, конечно же, вопросов к Безопаснику все равно не отменяет.

Я начал мысленно задавать ему эти вопросы, и в какой-то момент они превратились в перепрыгивающих через изгородь овец, и я заснул, и проснулся только тогда, когда вода в ванне стала слишком холодной. Если бы я собирался резать вены, пришлось бы ее спускать и набирать по новой. Но поскольку я резать вены не собирался, то просто вытащил пробку, кое-как вытерся полотенцем и завалился в кровать.

По счастью, никакие сны мне не снились.

***

Утро наступило для меня в районе двух часов дня. Я встал с кровати, впихнул в себя чашку кофе, почистил зубы под душем, впихнул в себя еще два чашки кофе и наконец-то проснулся.

Сегодняшний день, и, похоже, последний день моей вольной жизни, я решил посвятить отдыху и экспериментам на предмет появления у меня новых скиллов. Или непоявления, потому что ни Стилет, ни Безопасник, ни я сам так и не были уверены, что я на самом деле джокер. А совпадения в этой жизни бывают и еще более странные.

Механизм действия телекинеза был прост.

Когда мне хотелось чего-нибудь куда-нибудь переместить, из моих рук вырастали невидимые никому щупальца (не тентакли, это важно), и позволяли мне проделать с чем-нибудь какую-нибудь манипуляцию, если, конечно, что-нибудь весило не слишком много и находилось в контролируемой щупальцами зоне. Немного попрактиковавшись, я убедился, что могу выращивать эти щупальца не только из рук, а вообще откуда угодно (гусары, молчать), даже из головы. Но контролировать их было куда сложнее.

Значит, Жонглер способен отрастить до тридцати этих хреновин одновременно. Чувство контроля, у него, должно быть, потрясающее.

С новыми скиллами дела обстояли куда хуже.

Для начала, я не был уверен, что они вообще у меня есть. И понятия не имел, как они должны работать.

Для начала я взял ложку и попытался согнуть ее взглядом, как Стилет согнул пистолет Безопасника. Ложка обдала меня холодным презрением и гнуться отказалась. Должно быть, материал не тот, решил я и попытался превратить в штопор нож из нержавеющей стали.

Количество штопоров в доме не изменилось.

Потом я попытался экспериментировать с ржавым гвоздем, отверткой, другой отверткой, битой для шуруповерта, набором сверл и ножкой кухонного стола, и ни фига не преуспел.

Тогда я плюнул на скилл доморощенного крестного отца и решил заняться талантом Факела. Предприняв необходимые меры безопасности, разумеется. Которые заключались в том, что я положил на дно ванны клочок туалетной бумаги (санузел в той квартире был совмещенный) и попытался его поджечь.

И еще раз попытался.

И еще.

И ничего.

Калечить себя, чтобы попробовать исцелить, я, в свете происходящего, не решился. Была, конечно, идея покалечить кого-нибудь другого, кого не жалко, но Безопасник на чашку чая не зашел, а Стилет даже не позвонил, и это после всего, что между нами было.

Но если вы думаете, что это история о молодом человеке, у которого ничего не получилось, то черта с два вы угадали.

Это совсем не такая история.

Глава 6

А вот скажите мне, люди добрые, если вы, конечно, добрые, и если вы, конечно, люди, что вы будете делать, если я, попросту говоря, заткнусь?

Замолкну, запечатаю уста, завалю хлебало, самозабанюсь, ежели иссякнет фонтан моего красноречия? Вот что вы будете делать? Есть у вас методы против Кости Сапрыкина?

Нету у вас методов против Кости Сапрыкина.

Ну что вы мне такое сделаете, чего мне раньше никто не делал?

Мне лгали, меня использовали, мне внушали ложные надежды, мне угрожали пистолетом, меня запугивали словесно, мной били о стену дома, меня протыкали насквозь, поджаривали живьем, мне разбили любимую машину, черт побери, и это только в первые два дня после того, как я стал суперменом.

И уже тогда я был сыт этим суперменством по горло.

Если вы спросите моего мнения, а вы, конечно, не спросите, но вам все равно придется его выслушать, потому что см. выше про Костю Сапрыкина и методы, то все это суперменство напоминает мышиную возню. Или крысиную, если угодно.

Был человек гнидой, получил суперспособности и стал гнидой с суперспособностями. Даже не супергнидой, обратите внимание.

Вот тот же Безопасник, например. До инициации был он гэбэшник, после инициации остался он гэбэшником. Людей из горящих зданий спасать не начал, дешевый источник энергии не придумал, голодных не накормил, обездоленных не приютил, и в целом ничего хорошего для человечества делать не стал.

Или Ветер Джихада, великий и ужасный. Был он религиозный фанатик, стал он массовый убийца. Вырос, так сказать, над собой.

Да Факел тот же, я его досье потом в управлении Н посмотрел. С детства любил все поджигать, начал с мусорок, потом жег конкурентов Стилета под его же чутким руководством, количество подтвержденных смертей от его скилла – сто пятьдесят шесть, так что в общем, и правильно его Безопасник пристрелил. Не жалко ни разу.

Вы скажете, что были и другие, которые наоборот.

Панацея там, или Архитектор, которого Лига Равновесия взорвала, когда он в Сомали деревню отстраивал. Но Панацея и до инициации была врачом, а Архитектор всю жизнь занимался благотворительностью, и убедите меня, что без суперспособностей ту деревню построить было вообще невозможно. Плотнику дали карманный адронный коллайдер, а он продолжил забивать им гвозди, потому что делать все равно больше ничего не умел.

Или не хотел.

Суперспособности изменили мир, но не изменили людей в нем.

Знаете, была среди множества теорий и такая, что Болезнь и то, что за ней последовало, нам занесли инопланетяне. Или какой-то сверхразум. И что это был вроде как тест для человечества, посмотреть они хотели, что мы с этими способностями делать будем. Вдруг что-то новое?

А вот черта с два. Это, как говорится, совсем не такая история.

Сдается мне, что мы этот тест завалили.

Хотя теперь я точно знаю, что на самом деле никакого теста не было, а теорию ту любители научной фантастики придумали.

Ладно, это было небольшое лирическое отступление, а теперь я продолжу свой рассказ. Потому что все равно тут делать больше нечего. Скучно, как в бункере. Хотя, подождите, это же и есть бункер…

***

Штаб-квартира управления Н ютилась в отдельностоящем здании в центре Москвы. Пять этажей вверх и сколько-то там вниз. Раньше тут было какое-то медицинское учреждение, которое после Болезни закрыли, за ненадобностью и полной бесполезностью, а потом, несколько лет спустя, эники отжали его у города под свои нужды.

На входе дежурили два автоматчика и один типа гражданский, исполняющий роль сканера.

Сканеры – это такие недонекстмены, единственный скилл которых заключается в том, что они могут видеть себе подобных. Ребятам не повезло, они вроде и шагнули на новую ступень эволюции, но нашли там узкоспециализированный инструмент, заточенный для решения мало кому нужных задач и в быту совершенно непригодный. Мне-то теперь хоть за пивом тянуться не надо.

-Куда? – остановил меня один из автоматчиков, а сканер напрягся.

-Я от Василия Семеновича, - сказал я и подмигнул.

Теперь напрягся автоматчик.

-От какого еще, - начал было он, но сканер остановил его движением руки.

-Десять утра, - сказал он. – Вы пунктуальны, Артур.

-Такова моя вежливость, - согласился я. – Так мне куда?

-Тут подождите, к вам выйдут, - сказал он, доставая из кармана телефон.

Я отошел в сторонку и прислонился к стене, делая вид, что я тут вообще совершенно случайно и жду трамвая. Вместо трамвая ко мне вышел капитан Харитонов, по-прежнему увешанный оружием, словно он не по своей родной конторе гуляет, а собрался в джунгли на сафари за хищником.

-Мир тесен, Москва – большая деревня, - сказал я.

-А еще Земля круглая, - согласился он. – Не думал, что увижу вас снова и так скоро.

-Аналогичная ситуация, - сказал я. – Это так случайно совпало?

-Конечно, нет. Просто я единственный из нашей конторы, с кем у вас был хоть какой-то, но контакт, и наши психологи решили, что знакомое лицо поможет вам быстрее адаптироваться.

-Я еще с Безопасником контактировал, - напомнил я.

-Вы же понимаете, что он такими делами не занимается.

-Ну да, по статусу не положено.

-И времени нет.

-Но и вы – целый капитан.

-А вы, возможно, джокер.

-А если бы я был не «возможно, джокер», а «стопроцентно джокер», Безопасник бы до меня снизошел, как думаете?

Капитан пожал плечами.

-Пути начальства неисповедимы.

Мы вошли в лифт, и Харитонов нажал на кнопку минус первого этажа.

-Сразу в подвалы, значит? – спросил я.

-Там у нас научный отдел, - сказал он. – И, Артур… Организация у нас, конечно, не совсем военная, и вы пока еще даже не стажер, однако я бы посоветовал вам тщательно следить за тем, что и кому вы говорите. Ваше чувство юмора…

-Совершенно очаровательно, - вздохнул я. – Ладно, я вас понял. Попридержу язык.

-Мне и научникам вы можете говорить, что угодно. Но высший командный состав…

-Я постараюсь держаться подальше от высшего командного состава.

Мы вышли из лифта и двинули по довольно широкому и хорошо освещенному коридору. Подвал был не мрачный. Наверное, легендарные мрачные подвалы управления Н, где эники пытают суперменов, когда для дела, а когда и чисто для удовольствия, находятся этажом ниже.

-Я просто обязан спросить, - заявил капитан, перед тем, как войти в дверь какой-то лаборатории. – Ну и вдобавок мне просто любопытно. У вас после того происшествия на складе новые скиллы появились?

-Я бы не назвал это происшествием, но нет, - сказал я. – Пытался делать всякое-разное, но кроме телекинеза ничего не выходит.

-Разочарованы?

-Не особо, - сказал я. – Быть этим вашим джокером как-то слишком напряжно.

-А как же желание изменить мир к лучшему?

-Было такое, - сказал я. – Но вы же все равно не дадите.

-Мы?

-Вы. И Безопасник ваш.

-Почему вы так думаете?

-Потому что ему не нужен лучший мир, - сказал я. – Ему нужен мир управляемый и предсказуемый.

-Безопасный, - подсказал он.

-Безопаснее всего в психушке, - сказал я. – Там окон нет и стены мягким обиты.

-Вам у нас будет тяжело, - сказал капитан.

-А я к вам особо и не напрашивался.

***

Капитан Харитонов оказался прав.

Мне у них было тяжело и абсолютно не понравилось. Он сдал меня с рук на руки научному отделу – пятерым лаборантам и чокнутому профессору – те обкрутили меня какими-то датчиками и началось…

Поднимите это, передвиньте то вон туда, удержите в воздухе два предмета, теперь три, ага, упало, держим, держим, держим…

В общем, с одним телекинезом разбирались добрых три часа, а это ведь, как известно, самый распространенный скилл, изученный со всех сторон.

А потом мне принесли груду металлолома…

К трем часам дня я оказался выжат, как лимон, а это мы к скиллами Факела и Аптечки еще не приступали. Металлолом, кстати, на мои потуги никак не отреагировал, что с одной стороны радовало, а с другой - все-таки немного разочаровывало.

В три часа лаборанты поснимали с меня все датчики, а чокнутый профессор пригласил в свой кабинет на чашку чая с печеньками. Чокнутого профессора, кстати, звали Вениамином Александровичем, и он на самом деле был профессором, а чокнутым только выглядел, потому что настоящий ученый живет исключительно своими исследованиями и на внешний вид ему наплевать.

Ну, это я так для себя придумал.

-Вы неплохо держитесь, Артур, - заметил он, когда нам принесли чай и печеньки, а я бесформенной кучей развалился в удобнейшем кресле из «Икеи».

-Не томите, - попросил я. – Просто скажите мне, джокер я или нет?

-Не знаю, - он развел руками. – Будем наблюдать.

-Как долго наблюдать?

-Не знаю. Неделю. Месяц. Может и дольше.

-Но у меня же ничего не получается.

-Это ни о чем не говорит, - вздохнул он. – Способности некстменов плохо изучены, о некоторых механизмах их… ваших талантов мы может только догадываться.

-Но ведь очевидно же, что скиллы этих троих мне не передались.

-Совсем не очевидно.

-Я пробовал все, кроме исцеления, - сказал я. – Ничего не выходит.

-Возможно, проблема в психологическом барьере, который вы сами себе воздвигли, - сказал он. – Вам очень не хочется на самом деле оказаться джокером и вы на подсознательном уровне блокируете эти спосо… скиллы.

-Но с телекинезом у меня получилось чуть ли не сразу, - возразил я.

-Потому что тогда вы об этом вообще не думали, - сказал он. – Понимаете, как это ни странно, тут многое зависит от настроя, психологии, уверенности в себе и даже от настроения. Скажем, у нас был один некстмен, радиус действия скилла которого возрастал чуть ли не втрое, когда он был подшофе.

-Что это был за скилл?

-Не имею права говорить.

-Ненавижу такие заходы, - признался я.

-Мы, вообще-то, спецслужба.

-Да я в курсе и к вам лично без претензий, - сказал я. – А вы знаете, в чем заключается атакующий скилл Безопасника?

-Знаю. Но если вы спросите…

-Не спрошу, - сказал я. – Мне просто любопытно, почему из этого делают секрет.

-Безопасник не джокер, у него только один скилл, - сказал профессор. – Просто использовать его можно по-разному.

-Но даже о его защитном поле мало кто знает, - сказал я.

-Если вы о Википедии, то наш отдел по связям с общественностью ее правит чуть ли не в режиме нон-стоп, - сказал профессор. – Безопасник считает, чем меньше людей знают, тем больший сюрприз он им может преподнести. Но многие в курсе. Вы знали, что Лига Равновесия пыталась ликвидировать его уже трижды?

-Откуда бы мне такое знать?

-Так вот, пыталась. И первые две попытки провалились именно потому, что информации им не хватило.

-А третья?

-Тогда ему повезло.

Я едва пригубил свой чай, как за мной пришел капитан Харитонов, и мы снова отправились в путешествие к лифту, но на этот раз не пали вниз, а вознеслись аж на последний этаж.

-У нас тут есть комнаты для оперативных сотрудников, - сказал капитан, вручая мне бэйджик с моей фамилией и надписью «стажер». – Поживете пока здесь, так безопаснее. Вчера ребята за вашей квартирой присматривали на предмет, как бы чего ни вышло, но на постоянную охрану у нас ресурсов нет.

-И как долго? – уныло спросил я, ни на что уже не надеясь.

-Не знаю. Неделю. Месяц…

-Может и дольше, - закончил я. – А зарплата мне хоть какая-нибудь полагается?

-Контракт уже в вашей комнате ждет, - сказал капитан. – Туалет с душем в конце коридора, ведомственная столовая на первом этаже …

-То есть, мне из здания вообще не выходить?

-Лучше не надо, - сказал он. – По крайней мере, первое время.

-Неделю, - сказал я. – Месяц. А может и дольше.

-Не думаю, что все так плохо.

-А мои вещи?

-Съездите, заберете.

-Квартирную хозяйку надо предупредить.

-Предупредите.

-Кота выгулять.

-Нет у вас кота.

-Несчастный я человек, - сказал я. – Даже кота у меня нет.

Комната оказалась небольшой и обставленной весьма аскетично. Стол, два стула, кровать, шкаф да телевизор на стене. Но все новое, и, по-моему, тоже «икеевское». Не иначе, кто-то кому-то откатил за поставки.

Капитан ушел, оставив мне электронный ключ, а я завалился на кровать прямо в обуви и прихватил с собой контракт привлеченного специалиста. Ага, самое интересное, как всегда, оказалось на последних страницах. Зарплату мне положили чуть ли не вдвое меньше, чем я получал на прежнем месте, но, с другой стороны, теперь за квартиру платить не надо, так что в деньгах я потерял не сильно.

А вот в остальном…

Понятно было, что выпустят меня отсюда только в двух случаях. Либо если я им таки докажу, что я не джокер, это примерно через полгода-год исследований, препарирований и экспериментов, либо вперед ногами.

Третий вариант- побег – я пока не рассматривал. Слишком могущественная структура, так просто от них не убежишь, да и это сразу переведет меня на сторону придурочного злодея Стилета сотоварищи, а там тоже все не очень хорошо. Да и потом, куда бежать-то? Из страны? Как будто за границей своих эников нету. Мне требовался финт ушами, а я даже не представлял, в какую сторону смотреть.

Но если вы думаете, что это история о молодом человеке, которого заели серые будни управления Н, то черта с два вы угадали.

Это совсем не такая история.

Глава 7

Стеклорез тоже был супермен и стажер в управлении Н, и мы делили с ним рабочий кабинет.

Он обладал очень странным , очень редким и не слишком удобным скиллом – он мог манипулировать стеклом, но исключительно битым. А бить стекла ему приходилось без использования способностей некстмена, подручными, так сказать, средствами. Скилл был весьма ограниченного применения и идеально подходил для условий городского боя, когда битого стекла вокруг завались. А вот закинь этого парня куда-нибудь на природу и посмотри, как он будет выкручиваться.

Впрочем, это оно у многих так. Вытащи того же Ветра Джихада из его любимой пустыни, засунь куда-нибудь в Южное Бутово, где песок только на детских площадках, там ему местные гопники трусы на голову и натянут.

Стеклорез был примерно моего возраста и тоже оказался в эниках после того, как ему сделали предложение, от которого невозможно отказаться. Скилл-то у него был своеобразный, а вот область контроля очень большая, и постоянно росла, в связи с чем оставлять его свободным художником было бы не слишком благоразумно. По образованию он был журналист, раньше он вел блоги и имел собственный канал на ю-тубе, но теперь все это было в далеком прошлом, и его жутко угнетала подписка о неразглашении, навязанная местным начальством. Еще у Стеклореза была татуировка на шее и тоннели в ушах.

Стилет оказался прав, когда пророчил мое будущее. Меня действительно засунули в маленький кабинет на этаже для мелких сошел и завалили электронным документооборотом, по прочтении которого мне стало ясно: если какой-нибудь очередной фонд борьбы за все хорошее и против всего плохого хочет разыскать самый неэффективный способ тратить деньги налогоплательщиков, поиски следует начинать отсюда.

По сути, девяносто пять процентов всех дел, которые вело управление, можно было закрыть силами одного районного участкового.

Десятиклассник Такой-То, используя способности некстмена, задирал одноклассницам юбки с целью подглядывания. Проведена воспитательная беседа.

Неработающий гражданин Какой-То-Там при помощи телекинеза похитил из магазина электроники пять мобильных телефонов на общую сумму сто тридцать восемь тысяч рублей. Задержан мобильной группой, передан в руки полиции, предъявлено обвинение в краже.

Гражданка Ничего-Так, студентка ВУЗа, на почве ревности применила свои способности для нанесения повреждений средней степени тяжести гражданке Тоже-Пойдет, задержана на месте преступления многочисленными свидетелями. Поставлена на учет, особый контроль.

И такого там были тонны.

Если управление Н и ликвидировало какие-то глобальные угрозы, сведения об этом на мой компьютер не попадали.

-Все это полная фигня, - сообщил я Стеклорезу. – Мы здесь вообще не нужны. Посади сюда вместо нас девочку, прошедшую курс быстрой печати, разницы никто не заметит.

-Возможно, таким образом наше начальство воспитывает в нас смирение, - сказал Стеклорез.

-Ты стал смиреннее? – поинтересовался я.

-Смиреннее меня только монахи в горах Тибета, - сказал он. – Может, в танки по сети зарубимся?

-Ну его, - сказал я. – Мне после обеда опять в подвалы.

-Все скиллы пытаешься открыть?

-Каждый, мать его, день, - сказал я.

Уже три недели распорядок дня у меня был одинаковым. Просыпался в семь, к восьми приходил на рабочее место, торчал там, делая вид, что работаю, до обеда, обедал, потом шел в подвал и до шести вечера двигал там гири, отбивал брошенные в меня предметы, жонглировал всем подряд (и все это без рук, обратите внимание), а также пытался открыть скиллы, теоретически переданные мне Стилетом и его покойными друзьями. Вечером у меня оставалось немного свободного времени для себя, и я тратил его, пялясь в телевизор и тупя в интернет одновременно.

Очередной овощ на государственной службе, скажете вы, и будете правы.

На второй неделе пребывания в штаб-квартире капитан Харитонов выдал мне наручные часы с встроенным устройством слежения и разрешил выходить в город, при этом запретив делать глупости. Стало немного веселее, но, учитывая, что поддерживать старые связи мне категорически не рекомендовалось, и выпить со Славиком, не навлекая на себя гнев вышестоящих, я уже не мог, именно что немного.

-Управление Н – это что-то типа ядерного оружия, - провозгласил Стеклорез. – Никто им в современном мире не пользуется, однако ж оно есть, и должно быть у каждой уважающей себя хоть немного страны. Это вопрос престижа и этого… как его… взаимного сдерживания. Кроме того, если вдруг где-то возникнет враг, то мы ему… наваляем.

-Обязательно наваляем, - согласился я. – Я в него гантелей кинуть могу.

-А я на ленточки порежу.

-А ничего, что половину нашего управления одним танком раздавить можно? Или ты его тоже на ленточки порежешь?

-Якут, между прочим…

-Я в курсе, - сказал я. – Только Якут один, а танков много.

-Но были же действительно опасные нексты, - сказал Стеклорез. – Индиго, Красный Шторм, Жестянщик… И разобрались с ними, в конечном итоге, иностранные аналоги нашего управления.

-Красного Шторма, между прочим, грохнул ВМФ США, а никакой не аналог. Чуть не потеряв при этом авианосец.

-При поддержке некстменов.

-Должно быть, это была моральная поддержка, - сказал я.

-Ты отрицаешь очевидное, - заявил он с убежденностью неофита. – Управление Н просто необходимо, как задел на будущее, пусть даже польза от него… от нас практически незаметна. Двадцать лет назад никаких некстменов в принципе не было, потом появилось всего несколько, потом их число увеличилось, а силы стали расти. Мы не знаем, с чем нам придется столкнуться через пять или десять лет, но мы должны быть готовы к любой угрозе.

-Такое чувство, как будто Безопасник мне лекцию читает, - сказал я из чувства противоречия, хотя внутри понимал, что частично он прав. Феномен некстменов очень молод, и никому еще точно неизвестно, куда это все может вырулить.

Наиболее одиозный из ныне живущий некстменов – Ветер Джихада – начинал с одного смерча высотой около пяти метров, а сейчас он способен устроить настоящую бурю в пустыне. Чего он сможет вытворить лет через пять – не знает никто.

Если у американцев получится, никто и не узнает.

Но проблема в том, что даже американцы не знают, сколько еще таких Ветров сейчас прокачивают свои скиллы, до поры до времени не показывая их широкой публике. Не афишируя. Крупные города накрыты сетями сканеров, от которых скилл не скрыть, но некстмену крупные города и не нужны. Степи, горы, пустыни, леса. Тайга большая. Контролировать все население Земли мог только профессор Ксавьер, и то не единолично, а при помощи хреновины размером с дом, но он персонаж вымышленный и его нам тоже не завезли.

***

Сегодняшнего лаборанта звали Паша.

У него был белый халат и белые зубы. Еще у него была черная борода и черная душа. Если допустить, что у таких созданий вообще может быть душа. Их всех ассистентов чокнутого профессора он третировал меня больше остальных.

-Подними третью, - сказал он.

К этому моменту я уже удерживал в воздухе две шестнадцатикилограммовые гири, пот еще не заливал мне глаза, но уже начинал скапливаться на линии волос. Я отрастил себе третью невидимую конечность, ухватил гирю и поднял ее на одну высоту с остальными. Интересно, а смогу я одну из них ему на ногу уронить и сделать вид, что это случайно?

Словно что-то подозревая, паша стоял вдоль стеночки на противоположном конце лаборатории и делал пометки в своем планшете.

-Некстмена делает опасным не скилл, - сказал он. – Некстмена делает опасным прокачка. Вот ты и Якут. Ты можешь поднять кирпич, он может поднять грузовик. Ясное дело, что он на порядок опаснее тебя, при этом скилл-то у вас одинаковый.

-Спасибо, кэп.

-Спасибо скажешь, когда мои уроки спасут тебе жизнь, - с абсолютно серьезным выражением лица заявил Паша. Как у людей получается нести подобную чушь и не замечать этого? – Подними четвертую.

-На фига? – спросил я. – Может, другие скиллы попробуем погонять?

-Если у тебя и есть другие скиллы, ты сам надежно преградил к ним путь психологическим барьером, - заявил Паша. – Кстати, со следующей недели будешь ходить к психологу, возможно, он тебе поможет.

-Это вместо тебя? – спросил я.

-Это после меня, - сказал он.

-Что-то я не видел, чтобы Супермен в свободное от подвигов время так упахивался, - сказал я, поднимая четвертую. Итого, я держал в воздухе уже почти сто килограммов.

-Супермен мог на хребте нефтяную платформу со дна поднять, - сказал Паша.

-Так-то на хребте.

-Возьми пятую.

-А если я надорвусь?

-Не надорвешься.

От поднятия пятой меня спасла открывшаяся дверь и возникший на пороге капитан Харитонов. Он все еще числился моим куратором, и некоторое время назад мы перешли на «ты».

-Бросай свой фитнес, - сказал он, мгновенно оценив ситуацию. – Ты мне нужен наверху.

-Мы не закончили, - попытался было возбухнуть Паша.

-Закончили. – отрезал Харитонов, и я с удовольствием, но все-таки аккуратно, здание старое, а под нами еще и другие люди работают, уронил гири на пол.

***

Для своего брифинга Харитонов выбрал наш рабочий кабинет. Стеклорез уже был там. Часы на стене показывали половину шестого, рабочий день должен был вот-вот закончиться, но покой, похоже, мне даже не приснится.

Харитонов быстро ввел нас в курс дела, и я сразу же понял, что дело было швах.

Чрезвычайное происшествие, код «12-красный».

Примерно три часа назад городские джедаи уловили колебание силы. Они тут же бросились искать причину, по которой нарушилось равновесие, и даже сумели локализовать район, как вдруг необходимость в поисках отпала, так как причина обнаружила себя сама.

Ей оказался самосвал «камаз», раскрашенный в оранжевые цвета муниципальной службы. Он въехал в город по Волоколамскому шоссе и двигался в сторону центра. Естественно, все необходимые пропуска у него были. Чуть меньше часа назад он выбрался из пробки на Ленинградском проспекте и встал в пробку на Тверской-Ямской.

Простояв на месте около двадцати минут, «камаз» опрокинул кузов и высыпал на стоящий позади него «лексус» груду камней, кирпичей и битого асфальта.

Водитель «лексуса» погиб на месте, но само это происшествие на код «12-красный», разумеется не тянуло.

А вот когда эта груда камней, кирпичей и битого асфальта начала шевелиться, уплотняться и приобрела чудовищно гуманоидную форму, стало ясно, что мы имеем дело с суперменом, причем весьма агрессивно настроенным.

Проблема усугубилась тем, что магистр Винду и боевое ядро ордена отбыли куда-то в провинцию и на столичной планете отсутствовали. За ними уже выслали шаттл, то есть, вертолет, но это требовало времени, и капитан Харитонов заверил нас, что в ближайшие два часа нам придется обходиться без Безопасника.

Сейчас эта хреновина под рабочим названием «голем» застыла каменной статуей постмодернизму посреди Тверской-Ямской, что в самом центре города, и орошалась каплями моросящего осеннего дождя. Голем был раза в два выше породившего его самосвала, и почти таким же в ширину. По самым скромным прикидкам весил он около десяти тонн, плюс-минус, и было совершенно непонятно, чего от него ждать.

Ясно только, что ничего хорошего.

Улицу уже перекрыли, зевак со смартфонами попытались разогнать, и…

-Это всего в паре кварталов отсюда, - сказал Харитонов. – Пойдете туда наблюдателями. За оцепление не лезть, не провоцировать, скиллы не применять, в боевое столкновение не вступать ни в коем случае. Если возникнет опасность, по возможности постарайтесь спасти гражданских. Если такой возможности не будет, уцелейте хотя бы сами.

Звучало это донельзя оптимистично.

-Чего там наблюдать? – возмутился Стеклорез. – Это ж центр города, там камер больше, чем людей, а людей там явно до хрена. Что мы там сможем увидеть, чего камеры не отследят?

-Человеческий глаз – инструмент более надежный, - отрезал Харитонов. – Еще вопросы?

-Пистолет дадите? - спросил я. – «Парабеллум»?

-Стажерам не положено.

И мы выдвинулись, только куртки захватили. Я бы еще и зонт захватил, но его у меня не было. Канул в Лету во время спешного переезда под прикрытием доблестных представителей управления Н.

Кварталов там, конечно, оказалось не два, а все пять, но когда мы прибыли на место, ситуация не сильно изменилась.

Дождь моросил, голем стоял, оцепление держало периметр. Я обратил внимание, что оцепление состояло в основном из дэпээсных и пэпээсных машин. «Наших» было всего две, остальные, видимо, все еще стояли в вечерних городских пробках.

Зевак вокруг было полно. Кто-то переживал за свою машину, брошенную на проезжей части в опасной близости от монстра, кто-то пилил видео для своего бложика на ютубе, кто-то просто застрял здесь, потому что движение не близлежащих улицах тоже оказалось парализовано.

Стеклорез посветил удостоверением эника и выбил нам наблюдательный пункт на втором этаже какого-то сетевого кафе. Мы устроились за столиком рядом с окном, откуда открывался прекрасный вид и на голема, и на ребят, мокнущих в оцеплении. Если бы еще и кофе удалось за казенный счет заказать, вообще была бы не работа, а мечта.

Но Стеклорез заверил меня, что в авансовый отчет эти расходы включить не получится, и, скрепя сердце, я расплатился с официантом наличными. А цены там, между прочем, очень даже не гуманные.

Пока я добавлял сливки и размешивал сахар, Стеклорез выудил свой планшет и принялся возить пальцем по экрану.

Голем стоял.

-Надо бы водителя самосвала поискать, - заметил я. – Наверняка он что-нибудь интересное расскажет.

-А чего искать-то? – спросил Стеклорез. – Видишь грязное пятно на асфальте рядом с кабиной? Это водитель и вряд ли он нам что-то расскажет. Первая и пока единственная жертва нашего «12-красный».

-А парень в «лексусе»?

-Погиб до того, как образовался голем, - сказал Стеклорез. – Черт знает, какой статус ему в официальном зачете присвоят.

На капот одной из стоявших в оцеплении машин забрался мужик с матюгальником и обратился к голему с речью. Он сообщил груде камня, что та использует свой скилл общественно опасным способом, нарушая таким образом пункт 13 закона о некстменах, и что ей следует немедленно разоружиться, сдаться и проследовать в тюрьму, а то будет хуже.

Ответа, разумеется, не воспоследовало.

Стеклорез сверился с планшетом и сообщил, что Безопасник уже в пути и прибудет в город минут через сорок-пятьдесят, максимум час.

И в этот момент, на третьей неделе службы, я понял все, что следовало знать об управлении Н, последней линии обороны, которая стоит между нами и ними и как там дальше по тексту.

Они ни хрена не контролировали ситуацию. Они понятия не имели, что делать. Во всемогущей в глазах общественного мнения структуре царил полный бардак, иначе бы они не послали двоих стажеров на место события, не дав им оружия, цели или хотя бы каких-нибудь инструкций.

Мелкие проблемы они решали при помощи своей раздутой репутации и огнестрельного оружия разной степени летальности. При возникновении более серьезной угрозы они задействовали Безопасника, Якута и еще парочку особо мощных некстов, надеясь, что те как-нибудь затащат любую ситуацию. И сейчас они придерживались ровно той же стратегии – оцепили место и ждали прибытия кавалерии.

Но что они будут делать, если кавалерия задержится в пути?

Я хлебнул кофе. За такие деньги он мог быть и получше.

Голем все еще стоял и мок. Оцепление тоже. Если все так пойдет и дальше, этот эпизод окрестят как «великок стояние в центре Москвы».

-Унылое какое-то ЧП, - поделился я своими мыслями.

-Тоже не понимаю, чего он ждет, - сказал Стеклорез. – Как ты думаешь, некст там внутри?

-Это ж насколько сумасшедшим надо быть, чтобы влезть внутрь этой хреновины?

-Может, его скилл по-другому не работает, - сказал он.

-Ну да, - сказал я. – Кроме того, так нам всем было бы проще. Лучше уж чокнутый псих в броне из тонны камней, чем чокнутый псих с дистанционным контролем. Который, между прочим, может сидеть в этом же кафе.

Стеклорез вскинул голову и обвел взглядом набитый под завязку зал. По выражению лица было видно, что моя версия ему очень не понравилась, но вслух он ничего не сказал.

-Ты кофе-то пей, - посоветовал я. – А то остынет.

-Еще вопрос, кто тут чокнутый псих, - пробормотал он, но кофе хлебнул.

-А мне интересно, где тот боец спецназа, - сказал я.

-Какой еще боец спецназа?

-Девяносто, если не больше, процентов некстов можно ликвидировать силами одного бойца спецназа, - процитировал я Безопасника. – Так наш главный утверждает. Вот я и интересуюсь, где этот боец.

-Ты вообще говорил, что половину нашей конторы можно одним танком раскатать, - напомнил он.

-И вон этот танк, - я махнул рукой в сторону голема. – А боец спецназа где?

Тем временем, картинка за окном поменялась. Голем перестал изображать статую работы Церетели и двинулся прямиком на оцепление. Попер он в сторону центра.

Почему сейчас? Что изменилось? Отсюда этого не было видно, и мы поспешили обратно под дождь.

До оцепления оставалось метров двадцать, когда снова проснулся мужик с матюгальником.

-Остановитесь! – заорал он. – Или мы откроем огонь!

И почти сразу же они открыли огонь.

Сначала из табельных пистолетов и неизменных «калашниковых», а потом и наши с пулеметами подтянулись.

Очередь из установленного на оперативном «патриоте» крупнокалиберного пулемета разрывала человека в клочья, но голему это было, как слону дробина. Пули щелкали по камню, рикошетили, выбивали осколки, но останавливающего эффекта не оказывали. Стоит ли говорит, что более легкое вооружение не производило эффекта от слова «совсем»?

«Руки» у голема свисали практически до земли, как у гориллы, и именно ими он ударил по машинам оцепления. Полуторатонный гаишный «форд» отлетел метров на десять и закрутился вокруг фонарного столба, четырехтонный бронированный «УАЗ» боком проехал около трех метров и завалился на бок. Пулеметчик и гаишники, вроде бы, успели отскочить.

Голем не стал обращать на них, впрочем, как и на свинцовый град пуль, никакого внимания и довольно бодро для создания его веса зашагал в сторону центра. Полицейские машины остались на месте, в второй «патриот» эников последовал за ним на некотором отдалении. Мы со Стеклорезом припустили по тротуару, уворачиваясь от нормальных людей, бежавших в противоположную сторону.

Улицу за оцеплением постарались расчистить, машины были припаркованы на обочине и тротуарах, проезжую часть занимало лишь несколько штук, и голем пер, как по проспекту. Когда Тверская-Ямская перетекла в просто Тверскую, из переулка лихо, с визгом шин, вывернул черный микроавтобус эников. Эффектно затормозив посреди дороги прямо перед големом, микроавтобус распахнул двери и выпустил наружу троих бойцов с ручными гранатометами.

Но если вы думаете, что это история, в которой с проблемой, нерешаемой при помощи больших пушек, можно справиться очень большими пушками, то черта с два вы угадали.

Это совсем не такая история.

Глава 8

С появлением некстов массшутинг вышел на новый уровень.

В каком-нибудь грязном средневековье выживший из ума садовник мог взять вилы, заколоть жену, жену соседа, и, может быть, попытался бы заколоть самого соседа, а потом его зарубил бы мечом проходивший мимо стражник. В начале века психопат мог придти на работу или в колледж с дробовиком, положить десяток человек и пустить себе пулю в больную башку, пока не приехала полиция и не сделала то же самое, но с большим цинизмом. Привет техническому прогрессу.

Нексты могли быть куда эффективнее стрелков, а некоторые скиллы были прямо-таки заточены для удара по площадям, и тогда полиции приходилось туго. Но самый ад для них начинался в тот момент, когда на тропу войны выходил некст-дистанционник, способный задействовать скилл без непосредственного контакта с предполагаемыми жертвами.

Экспериментальным путем коллеги из управления Н выяснили, что наш сегодняшний противник как раз из таких.

-Ложись! – скомандовал более опытный Стеклорез и рухнул прямо в лужу.

Я последовал его примеру и завалился на асфальт рядом с припаркованным на обочине кроссовером. Высокий дорожный просвет обеспечивал мне хоть какой-то обзор на поле боя.

Жахнуло.

Три гранаты ударили голема в середину туловища и взорвались одновременно. Лицо обдал порыв теплого ветра, а мгновением позже по крышам машин и асфальту застучали обломки, послышался звон бьющегося стекла. Криков боли и предсмертной агонии, по счастью, не прозвучало.

Голема разорвало пополам, верхняя половина тела валялась на дороге бесформенной грудой, нижняя топталась на месте в попытке удержать равновесие. Доблестные эники синхронно сбросили использованные гранатометы и вытянули из-за спины новые. Второй залп был так же внушителен и так же эффективен. Голема разнесло на обломки, но никаких бесчувственных тел некстменов среди них не обнаруживалось.

Печальная новость.

Но еще более печальная новость заключалась в том, что уже секунд через тридцать после второго залпа голем начал восстанавливать себя. Он ведь изначально собрал себя из обломков, так что ничего удивительного в этом я не усмотрел.

Это было предсказуемо. Но, по крайней мере, одну теорию эники проверили. Оператор голема находился где-то в другом месте.

А проверив теорию, коллеги не стали играть в героев. Когда голем восстановил себя процентов на шестьдесят, они попрыгали обратно в микроавтобус и водила рванул с места с пробуксовочкой, оставив добрых полкило резины на асфальте.

С каждого колеса.

-Чего-то я не хочу дальше наблюдать, - сказал я, подползая к Стеклорезу.

Я промок и устал. Мне хотелось домой или просто подальше отсюда. Мне было совершенно неинтересно, каким именно образом Безопасник с Якутом и прочей честной компанией будут решать эту проблему. Как-то же они раньше справлялись.

Хотя, на моей памяти, такой угрозы в самом центре столицы не возникало с… примерно никогда.

-Приказа отступать не было, - сказал Стеклорез.

-Так его и не будет, - сказал я. – Ты думаешь, про нас еще кто-то помнит?

Голем восстановил себя до прежнего роста. Правда, теперь он был немного стройнее – некоторые его элементы взрывами разнесло в мелкое крошево пыль, а с пылью его оператор явно работать не мог. Самой маленькой строительной единицей, которую я мог наблюдать, служила половина кирпича. Закончив самосборку, голем двинул в прежнем направлении.

Мы поползли следом.

То есть, сначала поползли, а потом, признав этот способ передвижения неэффективным и чересчур трудоемким, пошли, сгибаясь, под прикрытием брошенных своими владельцами машин.

Так продолжалось примерно полчаса. Голем топал по середине дороги, мы крались по обочине. Периодически нам встречались люди. Зеваки, просто растерянные горожане… Магазины и кафе были полны народу, пытающегося спрятаться от дождя и потенциальной опасности. Я все время крутил головой, пытаясь вычислить некста-оператора, но черта с два. Им мог быть кто угодно и где угодно в пределах прямой видимости. Мы и понятия не имели, на каком расстоянии действует его скилл.

Мы были примерно в районе Центрального Телеграфа, когда навстречу голему со стороны моховой выехал танк.

Точно не знаю, откуда взялся танк в центре Москвы. Вряд ли откуда-то из области успел доехать, тем более, в час пик. Хотя что ему там эти пробки…

Ходили слухи, что после возникновения угрозы некстменов, несколько танков всегда базировались на территории Кремля, чтобы вовремя отреагировать на угрозу, спасая самое ценное, что у нас есть.

Голем ускорился. Стеклорез нырнул в удачно подвернувшийся переулок, потащив меня за собой. Мы укрылись за углом здания, высунув только головы, чтобы не пропустить сцену очередного провала родной военщины.

И я едва не ошибся.

По сравнению с выстрелом танка пальба из гранатометов показалась разрывами детских хлопушек. Хотя на этот раз мы были и дальше от взрыва, но уши у меня заложило капитально, а от голема остались только ноги, торчащие из мокрого асфальта двумя кривыми уродливыми пеньками.

Танкисты оказались гениями, или же им кто-то очень удачно подсказал. Не почивая на лаврах от снайперского выстрела, они бросили свою многотонную машину вперед, врезались в остатки голема и начали раскатывать их в мелкую пыль, не давая собраться воедино. Танк проехался по самым большим обломкам, крутанулся на месте, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов и принялся давить гусеницами все, что только пыталось пошевелиться.

Это была чертовски эффективная тактика и она имела шансы на успех, но все же танк оказался слишком неповоротливым, а некст-дистанционник – слишком ушлым. Танк просто не успел раздавить все, когда небольшая кучка обломков собралась в очередного голема, на этот раз очень небольшого, ростом с обычного человека и всего в два раза шире. По сравнению с прежним монстром это был сущий обмылок, но обмылок довольно шустрый.

Едва обретя форму и возможность двигаться, он оттолкнул в сторону чей-то старенький «форд», в два прыжка одолел тротуар и выбил собой витрину элитного мехового салона. Танк резко затормозил и крутанул башней, но стрелять по зданию, в котором находилась куча людей, он, разумеется, не мог. Проломить стену и последовать за големом – тоже.

Жаль. Танкисты оказались молодцами, я даже начал за них болеть.

Голем, тем временем, принялся крушить внутренние стены старого кирпичного здания, производя кучу шума и попутно вырастая до прежних размеров. Здоровенная самовосстанавливающаяся хрень. Интересно, до каких размеров он в принципе может вымахать? Не ожидает ли Москву пришествие каменного Годзиллы? И куда, черт побери, подевалась кавалерия?

Монстр проломил стену здания, вываливаясь на улицу. Он не стал отвлекаться на танк, а припустил вдоль домов, двигаясь в сторону здания Государственной Думы. И в этот момент я начал болеть уже за него.

Мне тоже эти ребята не слишком нравятся.

Танкисты по-прежнему не могли стрелять, риск задеть здание и положить кучу гражданских был очень велик. Они развернули машину и последовали за големом, явно ожидая инструкции от начальства, пребывающего, полагаю, в таком же ступоре, но на самом деле все уже закончилось. Голем поравнялся с Думой, на мгновение замер на месте, а потом обрушил на здание удары своих чудовищных кулаков. Проломив дыру, через которую депутатам могли бы завезти целый грузовик законопроектов, голем остановился и просто рассыпался на составляющие.

Одинокий танк посреди пустынной Тверской растерянно водил дулом по сторонам.

А через пятнадцать минут посреди такой же пустынной Моховой приземлился вертолет с Безопасником.

***

По всем статьям, это был полный провал для силовых структур в целом и управления Н в частности.

Неведомая долбанная хрень появилась в самом центре Москвы, пережила три огневых контакта, каждый из которых проводился при использовании все более тяжелого вооружения, продефилировала по одной из главных улиц города, четко выразила свои политические взгляды и нанесла несколько тонн ущерба, как финансового, так и репутационного.

Человеческих жертв для происшествия такого масштаба оказалось немного. Все могло быть куда хуже.

Трое гражданских, среди них водитель «камаза», доставившего неведомую долбанную хрень к месту событий. Пятеро полицейских, один эник. Восемь убитых, и это при том, что голем не стремился убивать. Стоило ему свернуть с дороги и ввалиться в толпу, как число жертв выросло бы на порядок.

В штаб-квартире по этому поводу царило уныние, перемежаемое систематическими выволочками личного состава. Все орали на всех вниз по командной вертикали, но так как мы со Стеклорезом находились на самом дне, до нас долетали лишь отголоски эпических скандалов. И если у начальства земля буквально горела под ногами, мы ощущали только слабое тепло.

Безопаснику, говорят, сам президент звонил и что-то неприятное в трубку высказывал. Вроде и мелочь, а все равно приятно.

Капитан Харитонов завалился в наш кабинет часов в десять утра. Был он бледен, хмур, небрит, и поспать этой ночью ему явно не довелось. В отличие от нас, заполнивших стандартную форму отчетов и отправившихся давить подушки со спокойной совестью людей, от которых тут ничего не зависит. Лично я так устал, что даже не помню, как ложился в кровать.

-Ладно, - сказал Харитонов, закуривая. – Я уже получил по голове за то, что подверг неоправданно высокому риску ценные кадры, находящиеся на стажировке, так что эту часть мы опустим. Ваши соображения о произошедшем, молодые люди? Наблюдения, мысли, выводы?

-Супермен-дистанционник, создатель кукол класса «танк», - мрачно сказал Стеклорез, демонстрируя неплохое владение профессиональным жаргоном. – Радиус действия скилла неизвестен. Мотивы неизвестны. Происхождение неизвестно.

-Скилл ограничен, - сказал я. – Он не может управлять камнями по отдельности. Фигуры не обретали способность действовать, пока полностью не обретали форму.

-Именно поэтому мы и называем таких некстов «кукольниками», - кивнул Харитонов. Похоже, я опять выдал очередную сентенцию в духе капитана Очевидности.

-Мотивы, скорее всего, политические. Не зря же он здание Думы покорежил и сразу же распался на куски.

-Похоже на то, - согласился Харитонов. – Но прошло уже шестнадцать часов, а заявления он так и не сделал.

-Еще сделает, - сказал я. – Вы же наверняка заметили, что после появления он стоял на месте и ждал, и начал действовать только после того, как к месту событий прибыли телевизионщики. Ему мало было одного ютуба, ему требовался максимальный охват аудитории. Картинка в телевизоре, и он ее получил.

Это я с утра доступные записи с камер наблюдения посмотрел и пару видеоблогов проверил.

-Да, - согласился Харитонов. – Мы заметили. Это была демонстрация силы, при этом он не старался нанести максимальный ущерб. Что еще?

-У голема нет глаз, - сказал я. – Камер в него не встроишь, а если б они и были, то после обстрела вряд ли бы продолжали функционировать. Значит, погонщик мог контролировать действия голема только визуально, а значит, он был где-то там. Если посмотреть все записи с камер…

-Там были толпы народа, - сказал Харитонов. – Но ты прав, это шанс, и этим уже занимаются. Правда, времени это займет…

-Самосвал можно отследить, - сказал Стеклорез. – Если он на самом деле муниципальных служб, там джи-пи-эс маячок должен быть. Посмотреть карту передвижений, хоть примерно понять, откуда это взялось.

-Самосвал числится в угоне со вчерашнего утра, трекер отключен.

-Бардак, - сказал я.

-Бардак, - согласился Харитонов.

-Сканеры что говорят?

-Что он ушел из города, - сказал Харитонов. – А послать их прочесывать область мы не можем, у нас людей на это не хватит.

-Должен сказать, что до того, как меня призвали сюда на стажировку, я был о нашей конторе лучшего мнения, - сказал я. – Как говорится, если любишь колбасу, тебе не стоит смотреть, как и из чего ее делают и вот это вот все. Там еще что-то про законы было, кстати.

-Госдума отложился осеннюю сессию на две недели, - сообщил Харитонов. – Или до урегулирования текущего кризиса.

-Боятся народного гнева народные избранники, - заметил я.

-Сумасшедших во все времена хватало, - сказал Харитонов. – Только сейчас у них возможностей больше.

***

-Вы тоже считаете, что сейчас у сумасшедших больше возможностей, чем раньше? – спросил я, устраиваясь на кушетке в кабинете штатного мозгоправа.

-Хотите поговорить об этом? – мозгоправ была женщиной, возможно, мне следует использовать феминитив? Мозгоправка? Звучит, честно говоря, не очень, но это общая проблема большей части феминитивов.

Доктора… докторшу… докторку звали Светланой, ей было лет тридцать, и эники, очевидно, успели достать ее до глубины души.

-Если честно, я вообще не особенно не хочу с вами разговаривать.

-Можете сформулировать, почему?

-У вас профессиональная деформация и вы попытаетесь найти во мне психа.

-И это вас беспокоит?

-Да.

-Почему?

-Потому что все мы в той или иной степени безумны, но я бы предпочел не узнавать эту самую степень моего личного безумия.

Она нахмурила свое миловидное личико.

-То есть, вы считаете себя не совсем нормальным?

-А что вообще можно считать нормой в нашем безумном мире? - спросил я. – Вы же знаете, что было вчера в центре? Ожившая груда камня бегала по улице, расшвыривала машины и крушила здания. Восемь человек погибли.

-Вы там были? – спросила она.

-Ползал на задворках вместе с коллегой.

-И как вы себя чувствуете после этого?

-Устал. Колени болят.

-А эмоционально?

-Тогда просто устал.

-Как вы спали этой ночью?

-Сном младенца.

-Принимали что-нибудь?

-Препараты? Нет.

-Алкоголь?

-Тоже нет.

-Я читала ваше личное дело, - сказала она. – Там написано, что вы очень спокойно воспринимаете все, что с вами происходит. Что вы избежали шока после инициации, а это удается очень немногим. Что отказались от психологической помощи после операции Безопасника, в результате которой был ликвидирован Факел, - любопытно, что женщину-целителя она не упомянула. – Вы всегда были такой спокойный?

-Я думал, вы будете спрашивать про отца, - сказал я. – Какие у меня с ним отношения, не ревновал ли я мать, не было ли в семье домашнего насилия.

-А оно было?

-Нет.

-И какие у вас отношения с отцом?

-Нормальные.

-А как насчет Эдипова комплекса?

-Все мимо.

-Поймите, - сказала она, делая отметку в планшете. – Это наша первая встреча из очень многих. Мы просто знакомимся, притираемся друг к другу, и, что бы вы ни думали, моей главной задачей вовсе не является разблокировка ваших скиллов, которая сделает вас очередной машиной для убийства. Я просто хочу вам помочь.

-Вы думаете, мне нужна помощь?

-Всем нужна, - сказала она.

-Можно подумать, очередной машине для убийства вы сказали бы что-то другое.

-Что вы имеете в виду?

-Что вы, любители ковыряться в чужих мозгах, не говорите всей правды. И поскольку вы на госслужбе, и это практически военная организация, приказ вышестоящего начальства для вас может быть важнее, чем здоровье и душевное благополучие пациента, - сказал я. – Вы знаете, что я здесь не по доброй воле, и играете роль хорошего полицейского, доброго и сочувствующего. Но я ни на минуту не поверю, что вы на моей стороне.

-Я так понимаю, что ничего не могу сделать, чтобы заслужить ваше доверие?

-Вы понимаете правильно.

-Но вам все равно придется приходить на сеансы.

-Если только я не разблокирую скиллы этим же вечером.

Она покачала головой.

-Даже в этом случае.

-Я слишком устал, чтобы спорить.

-Тогда идите и отдохните. Увидимся на следующей неделе.

Но если вы думаете, что это история о молодом человеке, который просто пошел и отдохнул, то черта с два вы угадали.

Это совсем не такая история.

Глава 9

Я вернулся в свою комнату, и меня ударило электрическим током.

Знаете, некоторые используют выражение «его как будто электрическим током ударило», когда человек увидел что-то очень неожиданное, или сделал шокирующее открытие, меняющее всю его жизнь, или страшная догадка озарила его разум. Так вот, это был совершенно не мой случай.

Меня просто ударило электрическим током. Я открыл дверь, шагнул за порог, и тут же словил грудью молнию.

Электрическим током, наверное, всех било, так что ощущения нет смысла описывать. Я что-то хрюкнул и повалился на пол, содрогаясь в конвульсиях, и когда эти конвульсии кончились, лет через двести, примерно, так и остался лежать бесформенной кучей.

Словно соткавшись из воздуха, перед моим лицом возникли ноги в рыжих ковбойских сапогах.

-Эт тебя скрючило-то, болезный, - голос доносился будто бы с горных вершин. – Ты не припадочный, часом?

-Как… - сказал я.

Чьи-то руки подхватили меня, помогли встать и добраться до стула.

-Что «как», болезный? Как я попал сюда? Или как я тебя вырубил? Какой вопрос ты пытаешься мне задать?

-Как вы меня все задрали, - сказал я. – И это ни разу не вопрос.

Моим очередным незваным гостем оказался чувак лет тридцати. Помимо ковбойских сапог, он носил изрядно потертые голубые джинсы и клетчатую рубаху. Для завершения образа ему не хватало только «стетсона» и лошади, на которой он приехал.

-Ты извини, что я тебя без предупреждения жахнул, - сказал он. – Подумал, так будет лучше.

-Лучше ты бы вообще мимо прошел, - сказал я.

Мы никогда раньше не встречались, но я знал, кто он такой. Разряд, один из топов негласного рейтинга местных некстов. И только что он, видимо, поделился со мной своим скиллом.

Он покачал головой и уселся на краешек моей кровати, положив длинные руки на тощие колени.

-Ну и зачем ты это сделал? - спросил я.

-У меня приказ, - сказал он.

-Безопасник?

-Или около того, - сказал он. – Решено форсировать твою прокачку.

-Да вы же до сих пор точно не знаете, джокер я или нет, - сказал я.

-Это не ко мне вопрос, - сказал он. – Мне сказали жахнуть, я жахнул.

-А чего именно так? – спросил я. – Почему не в лаборатории и не под контролем?

-А какая разница? – спросил он. – Скиллы – вещь настолько неизученная, что хоть ты со всех сторон микроскопами обложись, ничего путного не узнаешь. Ты здесь сколько? Пару недель? А я уже почти десять лет. И знаешь, насколько наши яйцеголовые за это время продвинулись в изучении данного феномена?

-Догадываюсь.

-То-то и оно, болезный, - сказал он. – То-то и оно.

-А чего вдруг решили форсировать? – спросил я. – Из-за этого парня с камнями начальство откладывает кирпичи?

-Это опять не ко мне вопрос, - сказал Разряд.

-Ты просто потрясающий собеседник, - сказал я. – Удивляюсь, чего ты вообще здесь сидишь.

-И правда, - сказал он, вставая. – Я, пожалуй, пойду.

И ушел.

Не люблю я таких людей.

***

Манифест погонщика големов появился на ютубе уже вечером.

На видео чувак стоял спиной к экрану, а на заднем плане бродили две ожившие фигуры, собранные из строительного мусора. Две! Он мог контролировать, как минимум, двух големов, и для управления Н это была печальная новость. Вполне возможно, он сумеет подбросить им… то есть, нам, еще пару сюрпризов, хотя и того, что мы уже знали, хватало за глаза.

В целом же, это был обычный прогон обычного сетевого сумасшедшего. Мир на грани катастрофы, страна в кризисе, президент бездействует, цепные псы кровавого режима душат любые проявления свободы, вот дедушка Ленин хороший был вождь, а все остальные сами знаете, кто, дума принимает преступные законы, и если она не будет распущена в течение трех дней, начиная с этого момента, то следующий свой удар он нанесет по Кремлю. Таких чудиков в сети полно, их всегда было полно, обычно они тусовались на политических или околополитических ресурсах, выпуская там свой пар, и в жизни вполне могли быть тихими, интеллигентными и приятными в общении людьми. Может, и этот был такой же, вот только у него был еще один способ выпустить пар, и когда он делал это в прошлый раз, погибло восемь человек.

-К Кремлю уже наверняка стягиваются танки, - заметил я, закидывая ноги на стол.

-Ты так говоришь, как будто считаешь, что это бесполезно, - сказал Стеклорез.

Харитонов прервал наш вечерний отдых приказом срочно явится на рабочие места, а сам пока не пришел. Так что мы сидели в своем тесном кабинетике, каждый со своим планшетом, и читали комментарии под видео. Комментариев было много, несмотря на то, что видео терли и перезаливали на хостинг уже четыре раза. Большинство комментаторов поддерживали автора видео в его разрушительных стремлениях, но следует помнить, что на ютубе пасутся просто стада неадекватов.

-Ну, а смысл? – вопросил я. – В условиях городского боя у парня бесконечный боезапас. Каждым своим выстрелом они будут дарить ему новую порцию стройматериала.

На самом деле, если погонщик явится громить Кремль, то танки – не такая уж плохая идея. Я видел только одну выигрышную стратегию – связать боем его големов, в то же время пытаясь найти центр управления и проломить ему голову кирпичом. Или чем там Безопасник привык головы проламывать.

Но это я, новичок и дилетант. Может, у местных зубров есть и другие идеи.

-Видео залито через бесплатный городской вай-фай на площади трех вокзалов. Американцы, конечно, трут это видео, как экстремистское, но пользователи постоянно заливают его обратно, - сказал капитан Харитонов. – Дешевый телефон, с которого разместили оригинал, был куплен за полчаса до этого, продавец покупателя не помнит. Сим-карта оформлена на какого-то бомжа, который на полученное вознаграждение будет спать где-нибудь на теплотрассе, пока водка не закончится. Конечно, мы его найдем, но на это потребуется время, возможно, куда больше трех дней. То есть, методы конспирации были использованы дилетантские, но вполне эффективные, что никак не опровергает и не доказывает версию наших аналитиков о городском сумасшедшем, получившем скилл. Единственное, что мы можем сейчас сделать, мы сделали. Защита Кремля усилена, управление организовало дополнительное дежурство, как в самом Кремле, так и на подходах. ДПС проверяет все самосвалы, грузовики и любые транспортные средства, на которых можно перевозить материалы для создания големов, но людей мало, люди работают в авральном режиме и надолго их не хватит. Сейчас мы просто ждем его атаки, а когда он атакует, попытаемся его вычислить и обезвредить.

Зубры, они такие зубры, да.

Харитонов был еще более бледен, хмур и небрит, чем утром, но хотя бы не курил.

-Тут возникает очевидный вопрос, - сказал я. – А что, если заявление об атаке на Кремль – это лишь отвлекающий маневр? Он дождется, пока мы сконцентрируем силы в одним месте, и ударит в другом.

-На это есть не менее очевидный ответ, - вздохнул Харитонов. – Москва – очень большой и уязвимый для террористических атак город, и мы не можем прикрыть его целиком.

-И когда наша смена? – спросил Стеклорез.

-Никогда, - сказал Харитонов. – Что вы там делать будете, если он появится?

-А что мы на Тверской делали? - спросил я.

Как будто там мы кому-то хоть какую-то пользу принесли.

-Я тогда ошибся, нечего вам там было делать, - признал Харитонов. – Второй раз на те же грабли я не наступлю.

Еще месяц назад я, как и многие приличные люди, никак со спецслужбами не связанные, думал, что эники это такие гибриды Джеймса Бонда и Терминатора, бесстрашные, не ведающие сомнений и прекрасно технически оснащенные. Но на самом деле они были обычными людьми, и в управлении царил такой же бардак, как и везде в мире, и они не успевали реагировать на стремительные изменения, которым этот самый мир подвергался. Вот капитан Харитонов, обычный человек с тремя пистолетами. Что он может противопоставить злодею, повелевающему тоннами бездушного камня?

В такие моменты начинаешь думать, что ребята из Лиги Равновесия не такие уж и психопаты…

И все же, что-то меня в этом смущало. Да, текст манифеста был эталонным образцом сетевого политического бреда, интонации автор видео использовал вполне истерические, но уровень организации его действий в образ психа никак не вписывался. Слишком рационально. Псих бы обязательно где-нибудь засветился по глупости своей.

Впрочем, что я понимаю в психах?

***

Управление Н похоже на Нью-Йорк – оно никогда не спит, а в такое время, как сейчас, оно не спит в два раза интенсивнее.

Сканеры пили кофе и сканировали, аналитики пили кофе и думали, оперативники жрали на ходу свои бутерброды и носились по всему городу и его окрестностям, группа быстрого реагирования пила кофе и смазывала свои миниганы, высокое начальство в своих кабинетов пило горькую и с ужасом реагировало на каждый звонок, опасаясь, что он из Кремля и уже началось.

Мы со Стеклорезом тоже не спали и пялились в мониторы, раза разом просматривая прогулку голема по Тверской в разных ракурсах. Людей не хватало, и на отсмотр видео с камер наблюдения бросали кого попало и всех подряд. Мы смотрели эти записи с вечера, и я уже два раза находил самого себя, ползущего по асфальту и выбегающего из кафе. А вот злодейского злодея ни разу не обнаружил.

К тому же, никто не удосужился мне объяснить, как он должен выглядеть. Ну, типа, погонщики големов… то бишь, если бы мне сказали, что создатели кукол класса «танк» во время работы обычно размахивают руками, брызгают слюной, запрокидывают головы и возносят молитвы Сатане, найти такого чувака на видео было бы проще простого. Но там были просто люди, обычные люди, стоящие и глазеющие люди, бегущие люди, отползающие в сторону люди, и никто из них не выглядел подозрительнее других.

Говоря по правде, самыми подозрительными выглядели мы с напарником, ползущие за големом, как привязанные. Себя, по понятным причинам, я решил выбросить из списка потенциальных суперзлодеев и террористов, а вот мой напарник…

О чем я ему незамедлительно и сообщил, и тут выяснилось, что в три часа ночи Стеклорез плохо реагирует на шутки.

-Пошел ты к черту, Джокер, - сказал он и швырнул в меня пустой кружкой из-под кофе.

Я машинально поймал кружку скиллом еще на подлете и аккуратно поставил на пол.

-Нервные все стали, - пожаловался я в пустоту. – А если б я не поймал?

Он буркнул что-то неразборчивое, и стало ясно, что ему все равно.

Вот еще одна несправедливость в моей жизни. Все супермены выбирали себе имена сами, они Безопасники, Ловкачи, Разряды и всякие Ветры, а я, значит, Джокер, и мнения моего никто не спрашивал. Притом, что вообще не факт, что я – Джокер. Может я просто Повелитель Дисков от Гантелей, Ловчий Пустых Кофейных Кружек или Мастером Папок с Технической Документацией.

И тут началось.

Возвращаясь к событиям той ночи задним числом, я понимаю, что погонщик големов сделал все тактически очень грамотно. Он не стал ждать три заявленных дня и ударил не по Кремлю, да и кому нужен этот Кремль, тем более, что президента и всех ценных кадров оттуда сразу же эвакуировали, и до отказа забили его танками, эниками и прочими опасными для жизни штуковинами. То есть, несмотря на устроенный им ажиотаж, эффект внезапности все равно оказался на его стороне.

Вектор атаки он выбрал очень оригинально, ударив не по кому-нибудь, а по цепным псам кровавого режима.

По нам, то бишь.

По всему нашему бедному управлению, на которое и без того все шишки валились.

Началось все со взрыва.

Взрыв был не очень мощным, и не в нашем здании, а в соседнем. Старинный особняк, в котором мы сидели, только слегка тряхнуло, и стекла в окнах зазвенели там, где стеклопакетов не было.

Мы со Стеклорезом подскочили к окну, но не увидели ничего, кроме оседающей на землю пыли. А потом из этой пыли вышел голем. Логично. Зачем ввозить строительный мусор самосвалами, рискую нарваться на полицейские кордоны, если его легко можно организовать уже на месте?

С момента взрыва не прошло и минуты, а навстречу голему уже выскакивали эники с дробовиками и автоматами. Сейчас они ему все непоцарапанные кирпичи поцарапают.

Началась эффектная, но неэффективная стрельба. Не обращая на нее никакого внимания, голем двигался прямо к центральному входу. Под нами открылось окно и кто-то высунул на улицу гранатомет. Неплохая у них на этаже оргтехника, а нам такую почему не поставляют?

Голем был меньше прежнего, и выстрел из гранатомета оторвал ему правую руку, но груда камней осталась грудой камней и продолжила свое шествие. Из окна жахнули второй раз. Потом третий. А потом голем подошел к зданию, отрастил себе руку обратно и принялся крушить фасад, совершенно не обращая внимания на царящий вокруг хаос.

А нашего главного опять не оказалось там, где он был нужнее всего. Этой ночью Безопасник дежурил в Кремле.

***

Якута я узнал сразу.

Он был небольшого роста, коренастый, смуглый и с раскосыми глазами, которые я, конечно же, ночью и на таком расстоянии рассмотреть не мог. Но даже если бы я не опознал его по фигуре, то действия его не оставляли просмотра для фантазий. Оперировать такими массами в нашем управлении мог только Якут.

Выбежав на улицу вместе с первой волной эников, он стоял на тротуаре, метрах в тридцати от голема, который продолжал крушить здание и достраивать себя из обломков, с каждым ударом становясь все больше и все сильней.

Якут простер к нему руки, исполняя номер «я поднимаю большой невидимый груз», и любой мим наверняка позавидовал бы его экспрессии, если бы оказался напротив штаб-квартиры управления Н этой ночью.

Голема подняло в воздух и оторвало от стены, он повис над улицей на высоте около трех метров и тут же попытался распасться на части,чтобы осыпаться на землю грудой камней и собрать себя снова, но Якут держал крепко, сминая голема в один большой каменный шар. Было видно, что это дается ему нелегко, позде на видео я в подробностях рассмотрел его гримасы и стекающий по лицу пот. Руки его дрожали.

Мимо прорысила группа эников в бронежилетах. Видимо, прочесывали местность. Я подумал, что разумный человек на моем месте давно свалил бы куда подальше, но остался стоять у окна. Стеклорез тоже никуда не рвался.

Ситуация оказалась патовой.

Голем висел в воздухе и не мог крушить все вокруг, хотя очень хотел. Эники выскакивали на улицу в диких количествах и со все более тяжелым вооружением, но повредить голему не могли, хотя тоже очень хотели. Оперативники прочесывали улицы в поисках погонщика, но пока безуспешно. И все упиралось в то, как долго Якут сможет удерживать свой груз.

Грузовик, насколько я знаю, он держал в воздухе полчаса, но тот особо не сопротивлялся.

С другой стороны, отсюда до Кремля не так уж далеко, а там танки…

Якут вдруг дернулся, словно что-то ударило его в бок, и повалился на асфальт. Голем обрел свою форму еще в воздухе, приземлился на ноги и таранным ударом впечатался в стену штаб-квартиры. Особняк в очередной раз содрогнулся, и я таки подумал, что пора валить.

Голем уже достиг в высоту второго этажа и я мог бы плюнуть ему на макушку, даже не целясь. Он был так велик и так силен, что одним ударом выламывал несколько метров стены, и перспективы вырисовывались печальные.

Я отлип от окна, убедился, что Стеклорез делает то же самое, и мы выскочили в коридор. Здание содрогалось все сильнее, с потолка сыпалась штукатурка, портрет президента сначала перекосило, а потом и вовсе сорвало со стены.

Куда бежать-то? Мы на третьем этаже, лестницы при землетрясениях, пусть даже вызванных далекими от тектонических процессов причинами, валятся в первую очередь…

А все потому, что бежать надо было раньше, при первых же признаках опасности. Ну ладно, я - тормоз, а Стеклорез-то о чем думал, он же вроде поопытней меня должен быть, на два месяца дольше тут торчит.

На улице завывали сирены и не смолкала стрельба, в коридоре же никого, кроме нас, не было. Умные давно свалили, храбрые вступили в бой.

Лестница, впрочем, уцелела. Мы бросились вниз, перепрыгивая ступени, и очередной удар застиг нас уже на втором этаже…

И вдруг наступила тишина. Удары прекратились, умолкла стрельба и даже сирены как-то подзаткнулись. Чувствуя, что совершаю далеко не самый умный поступок в жизни, я аккуратно приблизился к пролому в стене и выглянул на улицу.

Голем больше не существовал, как и изрядная часть нашего фасада, а эники, словно не веря своим глазам, пялились на оседающую пыль и стоящего на тротуаре Безопасника, спокойно рассматривающего причиненные нашему зданию разрушения.

Но если вы думаете, что это история о том, как Безопасник успел в последний момент и в очередной раз всех спас, то черта с два вы угадали.

Это совсем не такая история.

Глава 10

Ночная атака погонщика големов стоила управлению Н шестерых.

Шесть человек – это было на удивление немного, если учесть, какие повреждения голем умудрился нанести зданию за считанные минуты. Но, как ни крути, шестерых мертвых сотрудников к удачам конторы никак не отнесешь.

Среди погибших был Якут. Он пострадал не от каменной длани голема, его застрелили из снайперской винтовки, пока он держал воздухе несколько тонн камня. Первая пуля угодила ему в бок, вторая, когда он уже лежал на асфальте – в голову. С гарантией работали, ни один целитель не поможет. Многое они могут вылечить, но повреждения мозга пока не поддаются никому.

Гибель Якута показала управлению, что все-таки оно имеет дело не с одиноким сумасшедшим. Их было, по крайней мере, двое. Трудно поверить в то, что один человек мог одновременно и големом управлять и супермена в оптику выцеливать.

Но, скорее всего, как утверждали аналитики, там работала целая команда – сам нектсмен, снайпер и группа прикрытия, и работали они четко и профессионально, потому что по горячим следам наши доблестные оперативники ничего не нашли, и лишь под утро, когда разъехались машины экстренных служб и нормальные люди отправились на работу, обнаружили снайперскую позицию с тремя альтернативными вариантами отхода.

Здание штаб-квартиры эвакуировали. Насколько я знаю нашу бюрократию, в следующие несколько месяцев они будут решать, что выгоднее – ремонтировать историческую архитектурную конструкцию или снести ее к черту и построить на ее месте новую, и, разумеется, выберут тот вариант, что дороже. Ценных сотрудников распихали по резервным офисам, а нас со Стеклорезом отправили на конспиративную квартиру в спальном районе и велели не высовываться, не умничать, сидеть ровно и ждать, пока нам скажут, что делать дальше.

Стеклорез дрых после бессонной ночи, а я валялся на соседней кровати с планшетом на животе и лениво думал о том, как жить дальше. По всем канонам следовало, что мне нужно будет спасать мир, только никто не удосужился объяснить, от чего именно спасать и каким образом это следует делать.

Делать карьеру в силовых структурах мне не хотелось абсолютно, и это никак не было связано с тем фактом, что в последние дни управление с катастрофической скоростью теряло репутацию и престиж. Я никогда не был командным игроком, а уж от армейской дисциплины и вертикали командования меня бросало в дрожь. Хватило и того года на срочной…

Знаете, бывают такие состояния, когда ты настолько устал, что даже спать у тебя нету сил, и ты просто валяешься на кровати, смотришь в потолок или стену, или возишь пальцем по экрану, а мысли сами текут в твоей голове со скоростью обкурившейся улитки. У меня был планшет, у меня был палец, у меня был доступ к внутренней сети управления, и я вывел на экран канал с обсуждением текущей ситуации.

Текущая ситуация не радовала.

Группа сканирования и поиска сообщала, что перестала фиксировать объект примерно через минуту после того, как Безопасник разнес голема в пыль. Погонщик просто исчез с их радаров, словно он был прокаченным убийцей в компьютерной игре и в любой момент мог уйти в стелс, только вот о таких скиллах в реальной жизни раньше никто не слышал. Начальство требовало объяснений, сканеры разводили руками и покачивали ложноножками, но никаких объяснений дать не могли.

Аналитики выложили ссылку на Кукольника Джо. Не знаю, почему именно Джо, не спрашивайте. Скорее всего, он сам так себя обозвал.

Кукольник Джо когда-то жил в Болгарии и обладал очень схожим с погонщиком скиллом. Десять лет назад, будучи двенадцатилетним подростком, он умел создавать небольших, до полуметра ростом, человечков из камешков, валявшихся на пляже, чем развлекал туристов в Золотых Песках. Его скилл тогда не казался чем-то опасным, местные эники просто взяли его на контроль, а потом, в конце очередного туристического сезона, он исчез. Способность была достаточно редкая, больше нигде не фиксировалась, за прошедшие годы она вполне могла вырасти, и аналитики полагали, что примерно с сорокапроцентной вероятностью наш погонщик мог быть Кукольником Джо. На вопрос, чего болгарин забыл в России и зачем ему громить Москву, аналитики отмалчивались. По крайней мере, в подвластном моему доступу информационном пространстве.

Может, для начальства у них и было какое-то объяснение.

Стеклорез храпел.

Я думал о том, что неплохо было бы узнать способ, благодаря которому погонщик големов уходит от внимания наших сканеров. Не то, чтобы я собирался пуститься в бега, но сама возможность ускользнуть из-под опеки грела бы мне душу. Потом я стал думать о том, что делал бы, если бы пустился. Все упиралось в обычную проблему – деньги и документы. Ну, и если в федеральный розыск объявят, то и с внешностью надо будет что-то придумывать. Фальшивый нос, накладные усы…

Еще мне не давала покоя мысль о снайпере. Интересно, а на Тверской тоже был снайпер? Может, все это время мы ползали под прицелом? От этих соображений, конечно, в дрожь не бросало, но становилось неприятно где-то внутри.

И почему для атаки была выбрана наша штаб-квартира? Есть тут какое-то рациональное объяснение, была ли это демонстрация силы – смотрите, я настолько крут, что достал цепных псов кровавого режима в их собственной конуре – или же это был террор ради террора, и выбор цели не имел принципиального значения? Что я там говорил про блокнот для вопросов?

Стеклорез перевернулся на другой бок.

Конспиративная квартира находилась на девятнадцатом этаже двадцатипятиэтажной новостройки. Я встал с кровати, вышел в прихожую, нацепил на себя обувь и верхнюю одежду, открыл дверь и обнаружил, что огромный лифтовый холл был оккупирован четырьмя оперативниками в полном боевом облачении. Бронежилеты, автоматы, каски…

Двое сидели напротив лифтов на раскладных стульях и держали эти самые лифты под прицелом, двое маршировали по холлу, меж восьми дверей, ведущих в квартиры. Видимо, управление занимало весь этаж.

-Привет, - сказал я ближайшему оперативнику.

-Привет, - сказал он.

-Я пройду?

-Куда?

-Туда, - я махнул рукой в сторону лифтов.

-Не положено, - сказал он.

-Это домашний арест? – поинтересовался я.

-Это высокий уровень безопасности, - сказал он.

-Понятно, - сказал я. – А вы здесь, вообще, зачем? В смысле, ваша главная цель не впускать или не выпускать?

-Я не вникаю, - сказал оперативник. – У меня приказ.

-Позиция вызывает уважение, - сказал я и вернулся к себе.

Стеклорез все еще храпел в комнате, поэтому я прошел на кухню, закинул капсулу эспрессо в кофемашину, добавил чуть молока и пол-ложки сахара и с получившимся результатом уселся за стол.

Эники с меня просто так не слезут и жизни не дадут, это понятно. Да и не просто так тоже не слезут. По крайней мере, до тех пор, пока есть вероятность, что я окажусь джокером, а уж если я на самом деле им окажусь… Током бьют, свободы передвижения лишают, и это только начало. О том, что будет дальше, лучше вообще не думать.

И вроде бы ребята делают нужное дело, и я им сочувствую, и даже где-то за них болею, но какого черта они решают, как мне жить?

***

Третье явление погонщика големов состоялось уже вечером и прошло без нашего со Стеклорезом непосредственного участия. В кои-то веки удалось отсидеться в тылу и, надо сказать, что нам удалось принести ровно столько же пользы, сколько мы приносили и на передовой.

Около ноля, то бишь.

На этот раз голем появился на заброшенном и наполовину разрушенном заводе неподалеку от Третьего Транспортного кольца, где, как вы понимаете, материала для строительства големов было хоть отбавляй. Я бы на месте Кукольника Джо (если это на самом деле он) построил бы там целую армию, покрасил бы в белый цвет и заставил бы маршировать под имперский марш. По-моему, красиво бы вышло.

В наше время никакой событие не имеет шансов остаться незамеченным, даже если это всего лишь соседский мальчик Вася как-то особенно смешно с велосипеда навернулся. Почти у каждого есть в кармане телефон с функцией фото и видеосъемки и возможностью моментально выложить снятое в интернет или вовсе вести репортаж в прямом эфире, а камеры наблюдения, на тот случай, если рядом людей не оказалось, перекрывают весь город, а некоторые его районы – и вовсе несколько раз, так что падение можно с нескольких ракурсов посмотреть, и третье явление вылезло в популярные тренды очень быстро.

Первый голем разломал кирпичный забор и вылез с территории завода около двух часов назад. Раздавив несколько припаркованных вдоль улицы машин, голем двинулся к вылетной магистрали, где был блокирован доблестными сотрудниками ГИБДД и примкнувшим к ним ОМОНом. Тяжелого вооружения у них не было, но им удалось сдерживать каменюку до тех пор, пока на место событий не примчался Безопасник. Он снова растер голема в пыль своим фирменным способом, но благорастворение воздухов долго не продержалось, ибо из дыры в заборе уже вылезал следующий голем.

Безопасник растер в пыль и его.

Тем временем, сканеры забили тревогу, а средства аэроразведки обнаружили на территории завода заготовки еще для десятки боевых механизмов. Ну, как заготовки, просто кучи строительного мусора, аккуратно собранные на одном из пустырей.

Это очень смахивало на ловушку, и Безопасник попер внутрь только после того, как к заводу подтянулись танки и спецназ. К этому моменту мы со Стеклорезом уже отслеживали прямую трансляцию, ведущуюся с нескольких парящих над территорией завода дронов, принадлежащих Бэд Максу, одному из топовых видеоблоггеров.

Безопасник двигался по проходу между заброшенными цехами, на некотором отдалении от него крался отряд спецназа, два танка въехали на территорию через главный вход, остальные прикрывали периметр. Объединенные силы управления, полиции и прочих силовиков старались оцепить завод так, чтобы с территории и крыса проскользнуть не могла. По всему походило, что погонщик големов сам загнал себя в ловушку. Завод огромен, но не бесконечен, и если он действительно находится внутри, а наши уверяли, что так и есть, уйти оттуда ему будет весьма затруднительно.

С другой стороны, до этого момента ему всегда удавалось ускользать, и он не показал себя человеком, способным допустить такую грубую ошибку.

Безопасник тем временем прихлопнул третьего голема, и от площадки, на которой они зарождались, его отделяло около пятисот метров.

-Это все, конечно, очень зрелищно, - заметил я. – Однако, проблема в том, что Безопасник один, и мы не можем вечно затыкать им каждую дыру.

-Можно запустить танки, - сказал Стеклорез. – Но Безопасник эффективнее.

-Зато танки бахают громче.

Бэд Макс в очередной раз сменил ракурс съемки и мы увидели фигуру Безопасника, снятую крупным планом. Сейчас наш главный как раз перебирался через какой-то искусственный завал. Он был облачен в городской камуфляж без знаков различия, на каждом бедре у него висело по пистолету, а плечо оттягивал карабин. Бронежилетами, касками и прочими средствами защиты Безопасник пренебрегал, делая ставку на скилл.

Форсировав преграду, Безопасник на мгновение замер, осматриваясь, заметил дрон Бэд Макса, глянул прямо в камеру, сделал какой-то неуловимый жест рукой и картинка тут же пропала. Мгновением спустя режиссер трансляции снова переключился на общий план.

-Зашиб камеру, - констатировал Стеклорез.

-Странно, что их еще там все не посбивали, - сказал я. – Неужели кто-то про закон о свободе информации наконец вспомнил?

На площадке обрел форму четвертый голем. Какой бы ни был атакующий скилл нашего главного, пустить его в ход с такого расстояния он явно не мог. Камеру он зашиб метров с десяти, и, похоже, что это его предел, а до голема было все двести.

И тут Безопасник дернулся.

-Огневой контакт! – возопил Стеклорез, явно понимавший в этом деле больше меня.

Бэд Макс увеличил изображение и мы увидели Безопасника, целого и невредимого, отдающего распоряжения по рации и машущего куда-то рукой. Спецназ за его спиной приходил в движение, разворачиваясь в направлении, указанном пальцем Безопасника. Динамики планшета внезапно начали издавать жуткий треск, и я сначала даже подумал, что они сломались, а потом понял, что это стрельба.

И стреляли, судя по всему, не только наши, потому как спецназ в полном составе залег на землю и принялся палить чуть ли не по всем направлениям сразу. Безопасник огромными прыжками двигался навстречу голему, а с противоположной стороны на големостроительную площадку выезжали танки.

И тут по Безопаснику засадили из РПГ.

На несколько секунд он пропал с камер, скрытый клубами дыма и пыли, и на какое-то мгновение я подумал, что подобного его защитные скиллы не выдержат и ему таки хана, но потом дым рассеялся, пыль улеглась и нашему взору предстал целый (по крайней мере, он присутствовал в кадре одним куском) и практически невредимый Безопасник, неторопливо поднимающийся с земли, на которую его все же отбросило взрывом. Баллистика, бессердечная ты сука.

Танки сдвоенным залпом ударили по невысокому зданию, стоящему неподалеку от площадки с заготовками для големов, и заготовок для големов стало еще больше. В смысле, строительного мусора прибавилось.

Не знаю, кто наводил ребят на цель, но он явно ошибся. Погонщика там не было, поскольку четвертый голем, уже почти добравшийся до Безопасника, не торопился рассыпаться на составляющие. Спецназ все еще продолжал от кого-то отстреливаться.

-Городской бой, бессмысленный и беспощадный, - сказал я.

-Ты так говоришь, как будто что-то в этом понимаешь, - раздраженно бросил Стеклорез.

-А чего тут понимать-то? - спросил я. – Вон там, там и там – наши. Остальные явно не наши. Все стараются друг друга ухлопать, но толком ни у кого не выходит. И вообще, я бы на месте «ненаших» из РПГ по танкам бы стрелял, толку больше б было.

Окончательно пришедший в себя Безопасник приблизился к голему, снова повторил свой странный жест и голем превратился в медленно оседающее облако пыли.

-Как он это делает? – спросил я.

Стеклорез пожал плечами. Делает и делает, к чему нам подробности.

Танки выехали на площадку, раскатали пару заготовок и еще одним залпом разнесли остатки заброшенного цеха, таким образом, видимо, поддерживая количество строительного мусора в природе. Очередной голем поднялся из обломков, и Бэд Макс старался следить именно за этим противостоянием, оставив перестрелку спецназа на заднем плане.

Поэтому мы и не заметили, откуда прилетело в очередной раз.

***

Вообще, Безопасник далеко не Кларк Кент. Летать не умеет, плаща не носит, лазерами из глаз не стреляет, подбородок не такой волевой, да и в целом тип он не слишком симпатичный, в отличие от. Но одного у парня не отнять, он был чертовски живучий сукин сын. Безопасник, я имею в виду. Супермен и тот как-то раз помер, я в кино видел, а Безопасник пока держался молодцом.

Сначала пулю из снайперской винтовки скиллом остановил, затем прямое попадание из РПГ пережил, лишь слегка споткнувшись, но враг тоже не дремал и постоянно поднимал ставки.

Черт его знает, как ребятам удалось протащить в горд столько взрывчатки, но когда Безопасник приблизился на расстояние удара к пятому голему, на воздух взлетело чуть ли не ползавода.

Но если вы думаете, что это история о том, что если ты заложил достаточно динамита, Бутч, то взорвать можно кого угодно, то черта с два вы угадали.

Это совсем не такая история.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге