Супер равновесие.

Глава 1. Образец.

Страховка работает вне пригодных для жизни областей по-прежнему, это впечатляет. Всем осталось гадать, что происходит, там... Электрон оставил области супер материи, тоже...

— Ви, скажи. Бульон сделали из космических медуз-пришельцев?

— Ты говоришь про статью из газеты? Да, Оливер. Мне нравится больше межпространственный двухразрядный ручной пустой указатель.

— Ви, думаешь, здорово было быть человеком здесь тогда?

— Даже не знаю, Оливер. Что значить вообще, самому допустить оказаться на месте другого?

Гипердвигатель лежал, заграждая ранний свет от солнца от столика на веранде, который стоял в прохладной тени. Планета была пустой, кроме соседа и Ви, здесь было ещё двести миллиардов роботов гуманоидов, здесь было столько-же сколько и на орбите, здесь — то-есть только на поверхности планеты. Напоминал о людях только этот гипердвигатель.

Ви шёл к офису с остановки поездов к девяти утра, где был до этого двенадцать часов назад. Поэтому, Ю шёл на остановке уже в восемь часов утра. Работы оставалось на сегодня больше всего за эту неделю.

— Приветствую, Ю!

— Приветствую, Ви?

— Всё приходит к формуле самостоятельно, это естественный закон.

— Люди сделали его нашим смыслом существования, с помощью математической модели проверки, поэтому подумаем лучше о нашем будущем!

Глава 2. Девица с полки.

Повелитель ветра и гуманный защитник человечества... Ураган поручил совет управлять галактиками в своё отстуствие. Сильнейший отправился в Путь в середне года, за половину года до Нового Года!

Звено целостности, так называемый центр человеческой цивилизации. Миры живущие под глобальным влиянием искусственных машин — миры машин интерпритации, свободные миры... Кто знает, возможно существуют и другие, — этот находился где-то по середине — дальше остальных от крайностей, которые воплотились в двух, тенденциях использовать искуственный интеллект, либо не использовать вовсе...

Небесное сияние, мегагорода погружало Урагана в глубокие размышления. «Сумашедший разнести смог бы весь этот город, если бы не было этих одномерных локальных полей...», покидая свой мир, думал Ураган, когда наблюдал за вечереющим городским освещением, — локальные, поля установили динамику, силу движения, одномерность делала их заметными для водителей, в том числе и для водителя такси. Одномерный значил текстовый.

Ураган взял с собой детектор философии, чтобы собирать данные в новых вселенных, которые могли оказаться настоящими. Ему стоило направить руку с этим устроиством, чтобы определить философию. Это было обычное устроиство для измерений энергетических структур в пространстве.

— Гравитация, лёгкость, — устроиство обладало голосовым модулятором, — да, лёгкость, пожалуй тянет к окружению из архитектурных решений смешанного гипер реализма и исторического романизма, разные, элементы соединяют эту лёгкостью, которую отнести ещё можно и к Гегелю, и к Платону, к древней философии торговцев, или-же к средневековой философии купцов...

Логика была такой простой, что умещалась на плату скромного микроконтроллера кремниевого типа, — или как называли его ещё, микроконтроллер бумажного типа. Эта, безделушка поднимала настроение Урагану — философии хранили в книгах как ничто другое хорошо исторические репрезентации, устроиство делало это на лету, получалось каждый раз что-то новое. К тому же, это было интересно.

Дорожный, свет стекал сначала в лужи на асфальте, затем в воду дождя на других машинах. Репрезентации былио энергосущностями культуры. Ими питались наноботы, — когда находились ещё в режиме установки, затем переходили в режим активной жизни, разрастаясь, формируя сложные механизмы, превращаясь в ботов, либо в биомехароботов, например в биомехаптиц, биомехарептилий.

Ураган заехал по-дороге в музей Дарвина. Детектор держал всю дорогу, даже спускаясь в подземный переход, продолжал узнавать, какая царила в пространстве философия... Реплики были широкими, аккуратно перестраивались архитектурные композиции вокруг — так-же легко, сменялась речь модулятора, устроиство повествовало теперь о новых главах этого замечательного места, взаимосвязанного изнутри...

— Наличие иного пути, предполагается! Тут... — привлекая внимание окружающих посетителей музея, заявила девушка, — Этот вид, тут видим находку, посмотрите какие дорогие подарки оставлены на месте захоронения! Многие оставили люди, предположительно, наши, предки не знали тогда, что недоразвитые до высокофункциональных обезьян к тому времени сводили концы с концами, это вид крупных полуобезъян. — закончила она наконец-то главную мысль абзаца изученного ею когда-то текста, теперь слушать можно было с меньшим напряжением, — возможно имевшие шанс стать такими же как люди в то время, однако упустившие его из-за, отсутствия выработанной привычки, — делая намеренные паузы, девушка придавала своим лекциям помпезную интеллектуальность и прозаическую возвышеность, — привычка, которая запрещала обычным людям есть других людей, заставляла просыпаться за пару часов до нормального времени — заставляла постоянно адаптироваться организм человека даже по вопросу сна, воспитывала в нём чувствительность к событиям, особенную восприимчивость к деталям этих событий, многомерное восприятие действительности и реальное доминирование над внешними силами, над природой...

«Сумашедшие ели самих себя-же, пойду дальше...», сказал Ураган своему новому собеседнику — случайному посетителю. Лекции продолжались. Ураган знал хорошо материалы источники этих лекций, зашёл сюда по-другому поводу.

Большая пропасть, словно открылась гора — показалась бездна видов, настоящий пространственный ускоритель, опасная игрушка в руках обычных людей, это место, было естественным четвёртым измерением. Когда-то привезли на эту планету, оставили в качестве артефакта... Теперь застёгивая ремни в спусковой капсуле, Ураган готовился увидеть горы в этой пещере.

Горы были... Находились где-то на глубине тысячи световых лет. Пропасть проводила к краю вселенской системы секторного деления, где-то ближе к концу, располагался горный хребет на планете с самого края этих последних клеток...

Гармоничное, право вступило в силу, когда стало нужно найти общий язык жителям каждой вселенной, это значило новые требования и ограничения для тех, кто прибывал так или иначе на этой планете. Чтобы поддержать равновесие, создали специальную традицию, её увековечили. Это была музыкальная традиция, которая заключаласьтв музыкальной игре.

Когда заканчивалась одна мелодия, когда приходило время для завершение одной музыкальной композиции, тогда наступало время для освещения важнейших решений в истории сообщества миров. Решения принимались сразу-же после голосования вместе с нотами новой игры. Ураган шёл по снежным склонам к входу в скрытый горами амфитеатр, по каменным ступенькам, которым было тысячи лет.

Повсюду по вселенным, работали на полную мощность защитные поля. Они поддерживали жизнь локальных сообществ, их вселенных. Стражи разных вселенных, стояли сегодня как и всегда на страже уже на подходах ко входу.

Внутри располагались занятые ступени. Нижние занимали только шестую всего доступного пространства, начинался этот ряд ступений по счёту вторым, на месте первого ряда не было вообще ни одной ступени. Третий шёл ряд ступений вокруг, занимая лишь третью часть, четвёртый занимал половину, пятый занял две трети, шестой полностью описывал ступенями арену.

Арену занял космодиктатор Кремний Атомный Камнейтиус. Кремний занял с примой Важную Ступень, — единственную и важную ступень на самой арене. Послышался тревожный сигнал, — теперь, нужно было, чтобы Кремний повторил это действие, потому что ступать на данную ступень следовало после начала новой мелодии, когда сделав это он закончил свою сорокаминутное приветствие, то приступил к делу сразу же, начав говорить по-сути дела.

— Появились данные, что могут существовать разумные существа, а именно люди, приблизительно в триллиарде вселенских растояний. Гиперпространство наполнено сигналами из указанных гиперсекторов. Где находится это место конкретно, нам не может быть известно!

Его мысли, пришлось заканчивать его помощнику. Им был старый, хотя сильно рослый, да и физически на вид сильный, его слуга помощник Гутюг. Гутюг был образованным космологистиком космотирании Камней, ударение было в названии этой государственности именно на букву «а».

— Человечество, уже измерило силу мысли в физических единицах давно. Это сделали самоконструкцией лучшие умы учёных. Однако остался риск, что есть на рубежах достижимых для нас гепотетически, есть цивилизации нулевого уровня, эти миры, могли оказаться беззащитными к стихийным бедствиям...

Чтобы выяснить наличие угрозы, супер космонавт Ураган Блаз Бластер отправился в далёкое путешествие по супер гиперпространству. Обстоятельства складываются впечатляющим образом — Ураган находит больше одного мира. Человечество живёт в них без больших препятствий, правда знает совсем мало об окружающем их мире.

4

— Кто-то спас меня. Последнее помню, что...

— Полотно стало однородным. Сейчас начну рисовать.

— Ты сможешь нарисовать меня точно?

— Стандарт объясняет правила графического интерфейса.

— Что делать мне?

— Купить конкретную модель для своего дела, и выяснить, что случилось в о время твоего исследования. Тебе поможет культурно адаптированный напарник. Кварконик-Гэ и старше подойдёт. Кстати я — Кварконик-Аа.

5

Вселенная разрушалась как-будто на самом деле. Было сложно поверить в это до конца. Физические законы, системно измерялись фантастическими значениями...

Ураган повис над пропастью космоса. Это было странно. Гравитационная оболочка, полностью защитила его тело.

Сила мысли, гравитация поддавалась управлению словно корабль на автоматизрованный сборщике космических кораблей, — функции были доступны в ограниченном виде, нужно было накопить импульс, ещё было нужно рассчитать силу — многослойное динамическое поле.

Элементарный, компьютер имел название «Тахион». Это был не только компьютер, скорее бот. Частица обладала искуственным интеллектом, ей требовалась регулярная подпитка энергией.

Началась тряска. Колебания были скрытой природы. Ураган забрался в корабль живо...

Бот управлялся как и силы гравитации, — силой мысли Урагана. Пока сознание, Урагана проживало вычислительные ресурсы, так например когда, Ураган проводил время только в компьютере, они были одними и совсем другими, — когда вместо этого, либо вместе с этим, в любом из двух вариантов в первую очередь, тогда — когда, Блаз управлял гравитацией. Переживая свой атомный уровень, Ураган видел удивительно сложные системы в своём уме, — не привязываясь к конкретному набору представлений, он наблюдал динамику физических факторов, затем действовал максимально активно, — так выглядело единственное возможное, не умозрительное перемещение чего угодно например, — перемещались корабли, звёзды, астероиды и планеты, если было нужно.

Корабль продолжал собирать данные в космической области, которая подвергалась деградации. Данные генерировались здесь в истории впервые с большими пустотами. Не хватало ключевого элемента, которую человечество создавало сейчас, а именно сильного атрибута, чтобы объединить новую информацию и старые знания, сильным атрибутом должны были стать и новые источники знаний, открытия, технологии и экспедиция...

6

«Тахион» был не единственным чипом, который поддерживал жизнедеятельность Урагана Блаза где бы он не был. Ещё был «глупый» бот «Бластер», который функционировал на основании противостояния слабых полей двух десятков элементарных частиц разного класса, это был более слабый, зато не менее полезный компьютер. Частицы составляли инструмент сканирования космоса, «Бластер» был космическим сканером, и благодаря «Тахиону» мог собирать данные с дальних рубежей вселенной за считанные секунды.

7

Впереди обращалась чёрная дыра. Ураган зашёл на капитанский мостик, включил рубильник. Роботы-исследователи вернулись на борт, корабль прыгнул в гиперпространство.

Наступило время тьмы. Вселенная погрузилась в хаос. Космос трещал по швам только местами, сказалось это повсеместно.

8

Экономика пала, потому что сворачивалась. Гиперпространство перестало быть безопасным способом добираться в другие места. Обход был известен не многим, и представлял собой смертельно опасную тропу, поэтому никто и не гарантировал, что такой путь сработает.

Миры обрели ветхость старого времени. Собрание ждало прибытия Урагана с четвёртым глобальным исследованием первой проблемы космоса. Росток становился как и другие миры обычным и теперь почти совсем без космических регионов, — жить в космосе многие больше не хотели, и возвращались в более ранние регионы эпох космического расселения.

Обитатели бросали старые миры по всему космосу. Собрание желало видеть в портах своих владений последнюю надежду. Оставалось только ещё что-то придумать с их слов...

Ураган пытался убедить собрание, что закрыть порты будет лучшим решением из всех возможных в настоящий момент. Выйдя в самый центр зала с открытой крышей и разведя руками, Ураган устремился взглядом в небо с такой усталостью, с какой любой другой будет смотреть на яркий свет, и сдерживать слипающиеся веки...

«Тахион» пролетел по его сигналу сквозь аномальное облако. Чип перемещался быстрее скорости света, поэтому эти ничтожные растояния для него не составляли проблем. Проблемой было время жизни без хозяина, потому что энергетический заряд «Тахиона» был ограничен, а получал питание бот напрямую по воле Урагана Блаза.

Общественность ожидала, и собирался дождь. Сверкнула молния, и Ураган получил сообщение от «Тахиона», в котором говорилось о прерывании в соединении. Ураган решил сначала, что это из-за грома.

9

Сообщения продолжались. Тогда оглядев зал, Ураган отдал команду «Бластеру», и сцепил этого бота в сеть с «Тахионом». В следующий момент едва заметный луч устремился прямиком из глаз Урагана куда-то в аномальное облако, где оболочка другой вселенной вступала в физическое слияние, и образовало уже определённые залежи материи.

Залежи образовали чёрные дыры галактического уровня, которые сливались в одну, — это видел Ураган. Сгустки подвергались исследованию «Тахионом», а аномалия нет. Ураган не знал ничего о содержимом в той оболочке, зато уже знал основные данные о чёрных дырах.

Ураган начал свою речь, когда наступила тишина. Оглядел зал, и показывал одной рукой вверх, призывая прислушаться к чему-то особенно важному. Тишина обрушилась вокруг, а кто-то даже встал на ноги и под впечатлением застыл.

— Я получил данные с аномальных облаков в эту минуту! — восклицая, Ураган продолжал держать поднятой руку, подчёркивая жестом собственный особенный статус капитана мастера пространства, — Звёзды угасли в миллионе лет от нас, а мир ждёт впереди пустота без естественных светил!

Зал оживился. Отовсюду посыпались крики. Никто не понимал до конца о чём шла речь, и вскоре общественность стала требовать объяснений, тогда Ураган и продолжил выступление...

— Аномалия создала массу чёрной звезды, которая станет совсем скоро критической для нашей вселенной, — показывая жестами, оратор обозначал геометрические рёбра фигуры, что скрылась в аномальном космическом облаке, — Срочно остановить сообщения с другими мирами по гиперпространству до выяснения деталей!

Зал сорвался с цепи словно. Повестка была общеизвестна. Ураган утверждал, что вселенная эволюционно обращается вспять.

Чёрные дыры, которые сливались, были лишь последствием уже существоваших трещин в пространстве. Эти трещены были только гипотизой. И вот благодаря смелости Урагана и «Тахиона», стала известна скорая гибель крупнейших из небесных тел.

10

Конечно верить на слово никто не стал бы. Ураган передал маршруты «Тахиона», чтобы остальные могли убедиться в правдивости его слов. Люди исследовали облачную аномалию прямо со своих мест, и раздосадованные присаживались, часто с головокружением.

Закрыть порты значило для Росток вернуться в прошлое не на одну, а на несколько ступеней. Это привело бы к значительно более медленному общественному порядоку. С другой стороны, всегда оставались технологии и знания беспроцентные для прошлых эпох, с которыми теперь сравниться собралс этот мир.

По распоряжению собрания, были отправлены сообщения и в другие миры, которые должны были поступить таким же образом. Гиперпространство становилось главным источником противодействия неизвестному влиянию аномалии, важной составляющей сильного атрибута. Ураган закончил свою речь точечным коментарием конституции Гуманизма, уже тогда указания раздавались даже из этого зала.

11

Дождавшись решения собрания о будущей форме правления, Ураган покинул центр города, зайдя домой, чтобы надеть любимую чёрную шляпу, чёрное длинное пальто, затем отправился сразу в район Большой Город. Собрание решило что ноша императора станет несправедливо тяжелой для человека и отказалась в пользу республики федеративного устроиства. Это значило, что другие миры могут примкнуть, и составить государство, которое охватить с ограничением на гиперпередвижение не представится возможным.

Идя по улице через проспект, Ураган думал: «Время обретает какую-то особенную текстуру в этом городском районе...». Вывеска гласила по-дороге, что новую технику стали продавать в магазинчике в прошлом месяце. Пробив на кассе чек, продавец вернул Урагану кнопку активации, и Ураган включил, — робот активировалась, затем подошла ко нему, чтобы представиться.

Ураган подтвердил свой выбор модели. Робот активизировалась до конца уже по-дороге. «... Странное дело, остались одни дамы, что скажет моя жена? Я не знаю. Пусть возится с ней Константин...», — решил Ураган, агрессивно хмыкнул.

Глава 3. Характер острого.

1

Пришельцы выглядели яркими тельцами в резком свете. Я активировал боевые удары костюма. Промахивался раз за разом, пока эта тарелка не вышвырнула наружу.

— Демократично сделали! — Крикнул летающему объекту в след. — Учитесь манерам, прежде чем прилетать на мою планету!

2

Я пошел спать, сразу после того, как узнал на станции, что теперь все в порядке. Дом находился в пятидесяти километрах, и я спал всю дорогу, — спасибо автопилоту. Съев суп, я лег спать.

Аппетит пробрался утром в комнату вместе с запахом мягкой курицы — окно было закрыто, а наш оазиз просыпался — соседи покидали домики один за другим, и шли по работам. Изида готовила завтрак. Жена знала из новостей только в общем о случившемся.

— Это были военные с Паруйра? — кусая ломтик из густого соуса, из мягкой птицы, пыталась узнать что-то у меня. — Военные пробрались в нашу колонию, чтобы проверить нашу реакцию?— Я думаю что нет. Поверь дорогая, будь это военные... — потеряв мысли в ароматах красного перца, я задумался.

— Это были инопланетяне из другой вселенной?

— Я думаю, что будь это военные, они объяснили нам причину своего такого появления.

Изида кивнула, и продвинулась молча к столу с двумя тарелками. Стол оказался накрыт. Я отложил кусок пирога с яблоком, и принялся есть горячий завтрак.

3

Дело выглядело подозрительно. Это было похоже на спектакль. Когда происходило все это, у меня было чувство, что все срежессировано, что происходит все словно в спектакле.

Автомобиль бросил возле парковки офиса господина детектива. Здесь убирались словно сто лет назад — все в камнях и в песке! Пора узнать, что происходит сейчас с рыгающими чудовищами, в спячке ли они, или проснулись, заодно выяснить, что случилось вчера.

— Это были не чудовища и не инопланетяне, и даже не паруйране.— Кто был тогда со мной вчера?

— Мы получили отчет, физические показатели указаны здесь, — показывая диаграммы, Хоберт готовился что-то сказать, — Это напомнило физикам сенсорную команду какого-то супер большого неопознанного объекта, на этом все что известно.

— Детектив, знаете как выглядят такие команды?

— Да знаю, прекрасно.

— Роботы передают данные структуры, и воспроизводят компиляцию в строго ограниченном месте.

— Ты говоришь верно.

— Хочешь сказать, что эта громадина была направлена с расстояния больше ста тысяч световых лет?

— Сообщения идут с Паруйра двенадцать часов, поэтому больше.

— Роботы общаются на расстояниях намного меньших, чем один световой год. Иначе случится какая-то катастрофа.

— И называть это все же будет верным искусственным лимитом. Физики сходятся во мнении, что понимание архитектуры ботов будет совершенствоваться в будущем. И может даже сложиться все так, что окажется твоя вчерашняя встреча ни с кем иными, как с ботом некоторой суперцивилизации. Нам выяснить еще предстоит кто они такие.

— Ты сошел с ума!

Лучи пробивались на следующее утро из окна в комнату, когда я проснулся. День наступил, а я был все еще дома! Так подумал я, и спускался по лестнице, застегивая пиджак по-дороге.

Я взглянул на часы уже на улице. Время было два часа ночи. Солнце стояло едва ли не в зените!

— Хоберт, приезжай немедленно.

— О удивляешься?

— Ты видишь?

— Вижу конечно. Отправил за тобой автопилот.

— Какой будет план?

— Забераемся на кратер, проверяем монстров, а именно на месте ли они, и спят ли.

— Дальше делаем что?

— Отправляемся изучать светило, солнце.

— Предупрежу жену, и жду твою машину.

— Давай, отлично. Наши светила, уже находятся на половине пути до него. У нас есть шанс обогнать ученых. Они сядут в корабль скоро в космопорте.

— Принял.

— Вернитесь пожалуйста через неделю целыми и здоровыми. — закончил инструктаж оператор станции, прежде чем поверхность планеты Унаи скрылась за семью очередями панцирей.

— Паруйране прибудут завтра.

— Спасибо Асьер, прощай!

4

Так исчезла желтая поверхность и одновременно насыщенная зелеными растениями из нашего поля зрения. Я вдыхал еще тот запах курицы, щипая в зубах маленький кусочек. Все случилось быстро, как мы и хотели.

Направились к фиктивной звезде опередив ученых на целую треть пути. Будь это и правда бот, нам следует узнать как его запрограммировали. Тогда выясним намерение его автора.

Изида хотела сказать это. Изида придумала весь сюжет по спасению Унаи. Изида дорогая.

Изида создала программный код для скоростной эвакуации. Изида — гениальна, человек сделать это смог бы только один на планете, и это Изида. Не было протокола планеты с оптимизированным панцирем, который есть теперь на Унаи.

5

— Ты должна быть в реальности больше, чем в вычислениях. Следи за этим, иначе сломается все рано или поздно!

— Как будто ты сам разбираешься в этих реальностях... — Аммай-Йа имела в виду корни процесса.

Глава 4. Сохрани наше Величие.

Нельзя бороться с теми, кто использует технологию преступлений. Забавно выглядит факт, что выглядят монстры даже в другом измерении характерно, печально и хорошо, что не боевой флот у нас — иначе не сможем забрать что-то с собой, артефакт, все задержится слишком сильно, быстрее произойдет коллапс вселенных. Ураган показывал точки вселенной с предположительными чудовищами, сверкали на мониторе красным, синим, бесцветным и желтым светом...

Очаг светился теплом и уютом, пока было спокойно. Нужно было обогреть наш новый дом информацией, то-есть корабль. Было отправлено для этого сто тысяч триллионов автономных летающих робота в самые разные углы.

Не думаю так. Хочу чтобы было безопасно и мир оставался преждним. Так как этого хочу.

Аугментация получилась привычной и обыкновенной, самая обычная эффективная палка, инструмент. Прибытие вселило корабль с обитателями в другую вселенную, название «Новая». Продолжайте читать эти строки, раз хотите узнать, что призошло с разуменеем человека по другую сторону юрисдикции.

Команда отправилась в другое место. Оставался на корабле, главный инженер, маг и волшебник-повелитель фамильяров. Частица перерабатывает тысячи единиц материи каждую зептосекунду, это делает достаточно шума, чтобы создавать все условия для жизни вокруг.

Вижу отражение ретроспективной корпускулярной модели, а не космические стены в звездных скоплениях... Я нахожусь вне всего этого, в обычном понимании. Иллюминатор покрывает всю площадь стильного помещения.

Запускаю аккамулятор генератора роботов, я, а не робот, так постоянно. Знания определяют судьбу всех форм разумной жизни, допустим не захотят они останавливать волновую ненависть, тогда остановит их состояние удаление. Новая базируется не только на струнах как это принято в другой вселенной, в нашей, тут есть и куда более сложные механизмы.

Конструктор собирается в соседней комнате. Иллюминатор показывает космос в соседней комнате. Конструктор завершил строительство реплики три часа назад, команда улетела как раз тогда, все кроме меня и Виктора.

— Константин смотрите, — показывая в проектирование, — Компоновка дизайнит волну ненависти.

— Корабль разберется сам, — кивая в знак того, что разбирается, Константин продолжил, — Что означает, никакого политического решения.

— Звучит, а как же план коллекции по оформлению камней?

— Инопланетяне могут маркировать наши действия, и складывать кошмарную картину, поэтому отложем этот план, пока не будет сделан нормальный браслет наложения материи.

— Что-же звучит весело, даже одна мысль — что выжили.

— Правильно говоришь.

Нужно не думать, что выбираешь спасать вселенную, когда этот выбор сделали другие. Пришел из мира человечества. Стоишь на двух перед последней музыкальной нотой и лицом к лицу.

Аммай-Йа обладает самосознанием. Робот понимает прекрасно роль в нашем нашествии. Нужно выяснить в чем проблема такого физического масштаба.

Глава 5. Холодный порог.

Снег носился пургой, и заносила при входе метель. Заносчивый забежал в тьму, которая поглотила словно каша. Руки сжимали крупу, которую собрал Заносчивый своими собственными руками.

Не заинтересованность в благосостоянии возразившего Чши — еще одного обитателя этого далекого царства, его встретила на пороге этого поселения, будущего города... Заносчивый нес уголь, и складывал его в теплый огонь печей и в день и в ночь. Заносчивый не сказал Чжи, что думает по-другому, что блестяшки, то-есть красота на материале, какой-то материал, словно деньги; красивые, притягивают к себе...

Следовательно пойдут они не туда, так решил Заносчивый. Империя пала в будущем. Так назвал Чши мир по округе, которая пробыла здесь еще пятьсот лет, вместе с остальными после быстрого эволюционного развития региона на планете.

Стада стали разводиться и снаружи ещё год назад... Вскоре отвалился камень со склона, и завалил вход в пещеру по большей части, не оставил выхода. Овцы пересчитывались быстрее, чем нужно, и допускали больше ошибок в расчётах жители этой деревни. Чши пошел по своему пути, а пошел путями против блага на горизонте событий Заносчивый.

Заносчивый откинул мысли, и не желал дальше следовать ходу событий, который был установлен быстрым технологическим прогрессом. Он создал автономную машину. Вскоре показалось, что даже искусственный разум стал против него. Тогда пришлось новому человеку покинуть эту жалкую для него планету, и отправиться искать новое место для своих идей.

Глава 6. Печать из стали.

Тик прошёлся вперёд по дощатчатому мостику. Повсюду валялись астрономические инструменты, измерительные приборы... Тик был детективом с лицензией от «Агентства Её Величества», и располагал, даже, компактной частной армией из четырёх тысяч бойцов.

— Так получается, — усиливая давление на пистолет в кармане, детектив задумался, — что существование других вселенных, значило бы и существование других звёзд? — Это лишь возможное, — упираясь руками в бока, отвечал астроном, — Возможно в других вселенных и нет звёзд вовсе. — Как же видят в этих вселенных люди? — задумываясь опять, детектив почесал лоб, — А может быть так, что космос в другой вселенной будет светлым, словно эти самые звёзды? — Да, может быть так и есть, — отвечал астроном равнодушно, — Вполне могут быть вселенные в виде шара плазмы, либо чего-то подобного, что излучает и тепло и фотоны. — Тогда должно быть на тех планетах всегда тепло, — и детектив насупил брови, — Значит, будь умные планеты тоже в этой вселенной, тогда любой из них сможет загородить своими вещами благородство жизни, так как это сделал сегодня ты для меня? — Срочно убираю! — и собираясь немедленно приступить к делу, астроном добавил, — Такое быть тоже может. — Пока не появится какой-то умник и не заслонит собой свет? — уточняя, детектив и сам уже погрузился в свою работу, хотя ещё ожидал ответа, поэтому и добавил, — Планета, скажем какая-нибудь, с твоим умом?

Астроном не ответил. Лишь подумал, «Да не стоит и сравнивать». Сложив последнее в каретку автомобиля, астроном достал ружьё, и подошёл к детективу, который смотрел в разворачивающиеся облака, прямо в космического монстра... Грек был не обычным астрономом, а императорским астрономом.

Глава 7. Сигнал «Вигинтиллион».

Я стал засыпать. Одно относится число к одному в этой системе, два относится числа к миру этой системы... Теперь иду за чаем, чтобы проснуться.

Я просмотрел ещё раз данные из Монитора Рыночных Показателей. Нужно исправить пару проверок, чтобы проведать сведения по новой выборке шаблонного типа. Код заработал превосходно с парой новых строк.

Данные не изменились. Я понял что происходит. Сложил ноутбук, и вышел из кабинета.

Я пошёл к выходу из офиса, нажал в лифте кнопку с этажем парковки. Мотоцикл стоял в самом углу. Я завёл его обычным ключём.

Раздался металлический рёв. Корпус зарычал словно живая дикая скала где-то на скалистых берегах тихого океана. Система подала сигнал, что активировала гравитационный двигатель — асфальт загорелся, и стушевался, я вылетел в город, — город загорелся облаками, и стух факелом без огня.

Время было ранее. Утро наступило прохладным, и стало знойным уже через час, то-есть в пять утра. Я остановил в один момент всё время в городе одной командой в очках дополненной реальности ещё по дороге к дверям из офиса, — процессы были остановлены, изолированы.

Точка появится через сутки — после конца галактического дня. Мотоцикл сжигал всё топливо. Частицы создавали новую материю прямо в баках.

Я припарковался возле кафе ближе к последнему полудню. День назначенный системой последним был относителен. Это звучит странно, зато нет никаких умозрительных научных заблуждений.

— Я работаю, — съедая круасан, говорил и продолжал работать с данными, — Что хотите? Прощайте.

— Нет не бросайте, это сотрудник научной группы... — совсем пропав, голос вернулся так же быстро, — вселенная сгорает!

— Что случилось? — перестав есть, дальше продолжал работать над проектом, — Меня интересуют только ментальные процессы, не системы.

— Попытайтесь остановить генеративную функцию покрывающего типа! — сказал голос на противоположной стороне с восторгом, — Система посчитала набор слов не достаточно оптимизированным, то-есть образ, либо мыслимый образ!

— Я понял... — наблюдая данные, отключая систему, чувствовал интуитивную опасность... — Готово, сделал!

— Нет, не сделали! — крикнул голос на другой стороне, и пропал в шуме тишины.

Я взглянул в окно. Силуэт стоял в тени утреннего дерева на пустующем перекрёстке, — в тенях берёзы в розовых оттенках. Робот показался на солнце в следующее мнгновение — я решил, что делать почти рефлекторно, медлить было нельзя!

Робот побежал в мою сторону... «Пора остановиться тебе!» — успел подумать я, сбегая к выходу, когда заряжал пистолет. Щёлк!

Пробежал этот робот метров четыреста за пять с половиной секунд! Я открыл огонь, и промазал каждый раз! Поединок стал быстро рукопашным боем.

Робот ошибается всегда на философии... Я вытянул его левую фалангу пальца, и закрутил подхват по традиции Фон Шо. Силы оказалось слишком больше нужного в части низа, поздно было вычислять мои слабые переменные...

Продавив асфальт телом, робот замер на одну целую и две сотых секунды...

Вскочив руками на мои плечи, робот попытался сделать захват. Рассматривая блестящий никель краем глаза... Схема перестала работать, и робот упал на это же место.

Он не услышал, щёлк! Когда падал в первый раз.

Дистабилизация прошла успешно. Женщины будут теперь говорить, что сделала всё это вселенная? Это завопили мои минуты отдыха на перерывах, которые были съедены некоторыми из них, некоторыми слишком особенными для всех окружающих, со своими правилами, рамками, приличаями, со своими титулами.

— Алё слышите?

— Слышите? Да отвали!

Я сбросил звонок. Пора спасать этот мир, город.

Я позвонил одним из первых дел партнёру из Циркуляции Данных Алисе.

Времени осталось предельно мало, предельно точно. Я знал это теперь. Время отсчитывалось на мониторе в углу линз — я вернулся в кафе, и ел пирог.

Вселенная разрушалась всегда. Это обычный цикл существования вселенных, который наблюдать свойственно с точки зрения всех других вселенных, а не в отрыве. Спекулировать так, значит играть на нервах для меня.

— Я обратился в материю, — раздался позади, голос показался знакомым мне, — Меня зовут Дуодециллион, я программа сортировки!

— Как забивать голову полезным?

— Септентригинтил..., — растворился голос робота в темноте, робота уже без головы. Я перетянул затвор.

— Десятки уничтоженного робота будут приходить...

— Нужно подготовиться. Нужно проверить каждый угол города, прежде чем всё вернётся на свои места.

— Давайте приступим....

— Что знать мне обязательно нужно?

— Мятежник считает, текст является нашей с вами целью, то-есть целью программ и человечества.

— Сколько есть у него частей?

— Мятежник обладает сотнями триллионов десятков триллионов триллионов сотен миллиардов десятков миллиардов миллиардов сотен миллионов десятков миллионов миллионов сотен тысяч десятков тысяч тысяч сотен десятков единиц десятков копий в виде загрузочных капсул, модули создаются из чёрных дыр длинной в один нанометр. Модуль обладает компьютером из секстиллион квинтиллиардов сотен...

— Прекрати! Сколько есть готовых модулей уже?

— Уже есть сорок сотен, два было, — программа сортировки замолкла словно в нерешительности, — Роботы приближаются к нашему зданию.

Я выглянул в окно. Написал в заметках — режим танка... Осталось пересмотреть четыре тысячи строк кода...

Раздался грохот, и вылетели стёкла из окон.

— Были уничтожены роботы десятков.

— Докладывайте дальше программа сортировки.

— Хорошо буду.

Вскоре показались розовые вспышки за окном. Улица нагревалась приближением позднего утра, шли минуты. Программа вернулась.

— Были уничтожены роботы сотен.

— Да, успели?

— Ага, сгенерировались.

Я вышел на улицу. Всё выглядело на миллион знаков — можно возвращать время.

Штамп поставил.

Глава 8. Танец генератора ассоциаций.

Пески без хозяев.

Продукт названный произведением.

Названный романом и поэзией.

Незванный гость на пире без гостей.

Без подлежащищих предложений, без сказанных сказуемых и других.

Принц прочёл стихи философа,

И решил ошибаясь, что не знает больше бед на свете,

Вскочив в седло, умчался славно,

Скакав три дня и ночи, и видя грёзы в яви, словно сошедший с ума и бессильный!

Шёл к нему на встречу поданный,

И петь знаток, слуга обычный,

Приметив пышный подбородок господина и тридцать солдат,

Едва сдержал кошмарный крик, сказав...

— Государь, ходить в ночи вам не пристало.

— Что пристало слушать нотации телохранителей спарты?

— Хотя бы это...

— Не пристало.

И позабыл, совсем,

К утру все мира беды,

Был найден вскоре тогда же, так же рано утром — то ли клон его, то ли двойник...

Решил тогда же принц, песок схватить!

Главное осталось... Оставаться оригинальным в деле читателя. Итак, открыл книгу, читаю вслух аудитории...

«Иллюзия лечит от рака, потому что обманывает интуицию клетки. Настоящее утверждает аргумент бытия в механизме. Это означает, что мир существует вместе с внутренним информации в реальности.»

— Логика происходит из разговорной речи...

Я проснулся! Водитель!

— Водитель смотри... Смотри, что это в небе!

Я спустился с кровати на втором ярусе. Пол был тёплым. Коридор пустовал.

Корабль пренадлежал мне. Тут не было больше никого. Симметрии устремились в геометрическом языке прямиком в привычные мне сочитания.

Чипы перенесли на сетчатку глаз последние данные кораблей на космическом севере, западе, востоке и юге. Найдены были две цивилизации. Одна базировалась на протяжении одной галактики в трёх миллионах световых лет, вторая была в трёхста миллиардах лет, что составляло приблизительно одну десятую от диаметра этой большой супер вселенной.

Пришлось сместиться с основного курса, чтобы пройти аномальные маршруты... Корабли остались работать в квинтиллионах других вселенных многие. Тут плавал единственный, мой. Иллюминатор открыл волшебное зрелище — раскалённый диск астероидов сгорал в точке пересечения параллельных потоков. Явление происходило уже тысячилетия. Я проверил гравитационные параметры, и все были в порядке.

Тахион позволил получить много данных за эту неделю. Сегодня наступил день возможной встречи с живым существом. Данные показали, что другая жизнь может быть и дальше, и дальше... Я лёг спать после работы в саду. Креокамера погрузила тело в глубокий сон. Это был не гиперсон, а сон для качественного востановления тканей, специальный дополнительный режим, который создали в дополнение к долгим путешествиям во сне — которыми никто не пользуется, все используют эту дополнительную функцию как основную.

Когда проснулся, борт сообщил, что прибыл корабль на запрограммированное место, и отправляется на дозаправку к звезде, тут была цивилизация первого уровня! Корабль находился в режиме невидимки, — я прибыл сюда из-за сигнала, который распознал ранее, как сигнал дружбы далёкому разуму... Компьютер показывал, что источник сигнала находился на первой этой планете системы...

Система включала тридцать две планеты, которые вращались на волновых траекториях, и находились примерно на равных растояниях от звезды гиганта. Восемь обладали умеренным климатом, восемь более холодным, преобладали тропические условия среды ещё в восьми, оставшиеся восемь были искуственно изменены, и климатические ресурсы вероятно полностью контролировались изнутри.

Миллионы прошли лет, прежде столкновения моего корабля с сигналом. Тахион был заряжен на работу в течении недели. Планета была пригодной для жизни, поэтому отправиться в исследование сразу же, было для меня на тот момент хорошим решением.

Я отправился в гравитационной одежде. Скорость позволяла Тахиону создавать одежду из невидимых нитей, и проверять регулярно целостность всего костюма так легко, что приходило понимание, что я нахожусь уже в супер костюме только после плавного взлёта. Плюхнулся в космос, и корабль ушёл...

Что происходит на планете сейчас? Интересно узнать как они эволюционировали за время, которое прошло. Планета находилась в числе искусственно изменённых.

Поверхность кишила микророботами. Пришлось раскрыться, чтобы сохранить энергию. Доберусь до безопасного места, и синтезирую новую энергию с помощью термоядерного генератора, которым располагает Тахион как пирочиным ножиком — в числе остальных полезных инструментов.

Облака были густыми, словно в умеренных широтах... Внизу располагался океан. Корабли плавали тоже...

Кораблей становилось больше и больше с приближением. Кто-то отключал, и включал снова теплоту на поверхности вод... Туман возникал, и исчезал снова, и снова...

Оставалось два километра... Я увидел на берегу каких-то людей в белых рубашках, с ружьями... Они видели меня тоже.

Тут жила своей жизнью дикая природа тропических лесов. Одно было здание — тысяча шестьсот метров. Дал кто-то залпом из оружий, когда закончились измерения...

Люди стали стрелять в воздух. Никто не злился. Люди махали, словно звали, приветствие ли?

Я дал команду Тахиону активировать гравитационные генераторы. Пусть будет. Может придётся улетать с этой планеты максимально быстро.

Я приблизился на десятки метров. Песок разлетелся вскоре под моими ногами. Поверхность оказалась знакомо ровной.

Тахион настраивался на речь ближайших ко мне людей. Подошедшие ближе остальных по-внешнему виду могли быть и командующими, и лекарями. Я замер, и стал ждать.

— Нужно понять, что они говорят, Тахион! — и услышав знакомые слова, я вдохнул наконец-то с лёгкостью чистый воздух леса рядом. Послышался голос одного из тех людей.

— Классно летаешь! — Спасибо, практикуюсь часто. — Как называется твоя технология? — Она работает на принципах близких по механике к паровым механизмам. — Спасибо, понял. А называется как? — Тахион, называется. — Мы сражаемся с Мно. — перешёл сразу к делу второй человек. — Мно плывёт на одном из кораблей? — попытался узнать я. — Ты прибыл из далёкого места видать, Мно искуственный интеллект. — Мно отправил свою свору роботов, чтобы поработить наши капиталы. — Хотите сказать, что плывут на тех кораблях роботы? — Да, плывут именно роботы. — Давай применишь пару своих крутых технологий, и поможешь нам? — Мы заплатим тебе щедро! — Я проверил... Это плывут не обычные роботы, а настоящие монстры... — Как проверил? — Я проверил данные... Я помогу вам. — Что скажешь ещё по-поводу этих кораблей? — Ничего не скажу. Скажу только про орбиту планеты. Микророботы работают по-видимому на эти груды железа. — Мы знаем, это так. — Я могу ударить искусственной молнией так, что это вызовет кратковременную реакцию всей системы, так локализуется уязвимая точка. Дальше отключаете из сети сформировавшееся ядро. Роботы падают... — Ты займешься кораблями? — Да займусь как раз в это время. — Ты управляешь молниями? — Да, управляю. — Молнии не подчиняются людям, они дикие и опасные существа! — Посмотрим как они слушаются меня? — Давай посмотрим! — Чтоже, смотрите...

Горизонт притянул Урагана тем временем в искаженое пространство звёздной системы. Ураган понял это в следующие минуты. Космос уходил далеко на миллионы километров вперёд, — намного дальше, чем казалось Урагану до этого, это значило только, что послан сигнал был недавно...

Параллельно происходила попытка во втором мире горизонта событий наладить связь с третьим. Это были два шпиона. Третий находился по их предположениям в мире империи.

— Что забыл он? — План взять. — И случиться может что-то? — Только может шпион схватил его... — Ладно тащи. — Генератор принесу через пять минут.

Тогда происходило в империи странное событие... Республиканцы решили построить мост через гиперпространство. Это было невозможно по всем показателям учёных, которые отказывались то и дело работать над данным проектом, который казался им бесперспективным — вскоре объявив Республику независимой, некоторые из учёных заставили последних подчиниться силой.

Корабли вошли на территории Республики. Слуга стоял рядом с императрицей Цветок на палубе, его звали Бу Палач. Ладони открытые для её взгляда ждали своего часа, чтобы сделать убедительный жест.

— Если систематизировать знания республиканцев, — начал говорить слуга, и сделал этот жест, собрав один кулак в другой, — построить мост не удастся, зато получится выручить пользу. — Это будет стоить рисков, — выкидывая веер вперёд, императрица Цветок не дрогнула, и не пошевилила лицом, — Мы не будем строить мост в пустоту. — Да не будем, Ваше Величество. — Мы будем систематизировать знания в империи. А учиться республика будет теперь в столице.

Глава 9. Правило собственное: в другой вселенной.

Роботы отступили в тот день, и наступил вечер. Праздник начинался... Ураган задумался, «Я могу узнать, что Константин и Аммай-Йа ищут меня на расстоянии в триллиарды световых лет... Связаться с ними уже не получится. А поговорить могу только с Бластером. Другие понять Бластера не могут... Бластер общается каким-то образом иначе, чем я... Технически понять в чём дело не получается...».

— Загрустил!? — Узнал вычислительный алгоритм в твоём рисунке на одежде! — Знания превращаются в политические решения... Алгоритм вычисляет что-то важное? — Как сходить мне в магазин!

Ураган встал. Механик стоял так же рядом, всё с тем же жареным мясом на прутьях. Механика звали Бокач, а купца, второго встретившего Ураган, звали Гармолия.

— Физика ошибается всегда, когда касается чужой природы! — Это сказал ты к чему Бокач? — Гармолия скажи, как вычислять по сигнатуре в другой вселенной механизмам без ошибок, которые умеют жить в другой среде? Я думаю, что закрылся Бластер поэтому... Не закрылся, а понять не может, что мы такое вообще на самом деле! — Да, понял ты ситуацию Бокач с двух слов! — Окружение состоит Гармолия не из белковых тел! — Что находится Бокач внутри окружения тогда? — Что направлено к природе реальности, всё, что отражается в социальной реальности, в социальных знаках и в социальных символах, и относится что к нашим ценностям тоже! — Ты говоришь правду! Это похоже на какие-то условия. — Да похоже, именно на какие-то условия...

Ураган закрыл глаза. Ощущение появилось у него совсем знакомое, и совсем новое. Убедившись, что ушли собеседники, Ураган закинул руки за голову, и лёг на траву.

Наблюдая за небом, он видел космические корабли на его родной планете, пролетающие в розовом тумане из света, похожие на софиты лучи в почти чёрных тучах. Он заснул, либо думал, что спит. Прошёл примерно час, когда открыв глаза вновь, он увидел редкие костры.

Цветок шла в кабинет управления полётами. Бу следовал справа от неё, ещё шли десять телохранителей впереди в десяти или пятнадцати шагах, и ещё двадцать позади. Капитан встретил вошедшую императрицу прямой стойкой.

— Пожар разгорается снаружи! — крикнул помощник капитана вошедшим. — Нас атакуют ваше величество...

Отец-император находился тем временем в гигансткой клетке, построенной Мно специально для людей. Внезапно открылась стена из чёрного металла. Кусок упал от стены — и стало понятно, что разрезали её снаружи.

Вдруг показались верёвки и тени спускающиеся вниз. Это были солдаты Тика. Отец-император встал, и подошёл ближе к сетке равнодушно.

Выше находился Мно, на верхних комнатах этого скрытого укрепления. Мно вёл дискуссии с Чжи. Чжи продолжал требовать от него повиновения.

— Ты подчинишься не мне, а людям. Я заплачу за это тебе точно квинтиллион золота. Ты согласен?

Мно оборотился в антропорфного гуманоида, чтобы скрыться от Тика и его людей, и выглядел почти как человек. Это случилось после того, когда узнав его местоположение на битве при спутнике в полночь, Тик отправился по координатам, которые были переданы из-за пропасти горизонта событий некими, союзниками... Которые были пока неизвестны друг для друга, это были точные астрономические сведения из бедственного сигнала — Мно наблюдал за всеми с помощью своих шпионов, и знал к тому моменту, что последними были люди из Стального Мира.

— Я не буду слугой. — Ты будешь слугой. — Я буду автономным, я автономен.

Императрица-дочь предполагала такое развитие событий. Цветок демонстрировала эмоциональную уверенность, а не холодную и расчетливую, какую ожидали увидеть её подчинённые...

— Я наблюдаю за вами из своей комнаты. — Слушаю ваше величество! — Вы не разобрали ни одного робота снаружи? — Нет не разобрали ваше величество! — Отправьте три ударные субмарины на угол в четыре часа понедельника по дальнему направлению! — Сейчас же сделаю! — Нет не сделаете. — Слушаю ваше величество! — Я принимаю командование гипер-кораблём в свои руки. — Сделать невозможно... — Вы уходите. — Слушаюсь ваше величество!

Роботы атаковали людей на пароходах. Конечно бить нужно было издалека. Руководство подпустило машины слишком близко, и работали они в полную мощь — обливая магнитную поверхность, поле гипер-корабля огнём.

Субмарины покинули ангар, и попали под наблюдение роботов. Тогда же началась симулированная трансляция данных манёвра, которую скопировали предварительно с измерительных датчиков слуги Цветок. Тактика называлась редуктивное вычисление.

Роботы продолжили атаковать защитное поле вопреки данным, которые передавали управляющие алгоритмы. Алгоритмы сломались — получала функция наблюдения данные иные от запрашиваемых, это были записи с безупречно защищённой поверхности гипер-корабля... Канал перебивался данными, которые внедряли хакеры империи.

Субмарины отходили медленно, они работали тоже на паре. Прошло всего четверть часа, прежде чем они приготовились. Хакеры успели убедить системы роботов отступить.

— Вы знаете, что там нет людей?

— Мы просканировали всё что можно, да и откуда?

— Я спрашиваю последний раз... Есть ли на борту люди? Подайте любой признак.

Сканеры работали на полную мощность. Время пришло, субмарины открыли ячейки. Из них повалили мощные радиосигналы...

— Плазма и лазеры?

— На самолёты, проверьте все углы!

— Да ваше величество!

Корабли роботов стали распадаться. Субмарины использовали мощную природную силу электричества. Роботы не могут действовать без сознания намагниченного пространства — потухли вдруг генераторы электроэнергии на корабле империи, и оказавшись в кромешной электрической темноте, роботы восприняли новую электро волновую динамику с погрешностью.

Погрешность была рассчитана на поломку. Сначала остановились паровые вёсла. Затем стала разбираться анатомия самих роботов и компьютеров — манипуляторы выскакивали, блоки перестали работать системно, сбои синхронизировались, динамика стала управляемой программой...

— Тик, забрался, ты?

— Я пришёл! Зря дали армию мне?

Люди стали собираться, чтобы сбежать из клетки Мно. Сооружение построенное Мно, тоже выходило из строя. Детектив применил, по-видимому, приём аналогичный манёвру императрицы-дочери.

— Ты знаешь, что женишься на моей дочери теперь, и будешь императором? — хватая за плечо, император-отец захрипел над ухом детектива Тика.

— Знаю.

Ураган оценил расстояние до соседних миров в этой разрозненной звёздной системе к тому времени. Ураган ходил между костров, и перечислял возможные случаи везения... И выходило слишком мало, чтобы сошлась хотя бы мало-мальски жизненная вероятность.

— Ты остался один, думаешь что без твоего друга?

— Тахион находится в этой же звёздной системе.

— Тогда волноваться причина?

— Вселенная оказаться может сложной для него слишком...

— Чтобы понять, что делать, нужно потреблять меньше энергии.

— Что-то понять мне трудно тебя совсем...

— Энергия забирает в нашем космосе все свойства движения.

— Механика подвержена этому влиянию?

— Энергия забирает только запрограммированные свойства.

Глава 10. Ремизм.

Неожиданно возник сложный вопрос, разведчик спрятался в лесах тропиков. Я возвращаюсь в центр занимаясь перечислением повторов, и заключая в скобки все ошибки, которые сделали мы в офисе. Пальто скрывает весь лёд и мокрый снег, которые летят на ветру от совести шпиона, от моей совести.

Ботинки обволакивают оболочку словно шахты планеты печи Акватории. Сырость окрасилась вот уже в сказку про жаб на границе тропиков и снежных лесов — болота, а за ним ручей. Песок провалился в ручье в мокрую сель.

Пришелец был сбит ещё вчера. Около догорало в ста километрах. Я застал краем глаза только столб чёрного дыма.

Я продумал каждую мелочь. Око пришло без предупреждения, поэтому хочу посмотреть ещё раз на него с неба вместе с новыми отчётами Артура. Во-вторых удалю каждое название в блокноте, и запишу новые — каждое будет темой, и добавлю к делу спецификацию из рем, рематический эксперемент...

Фасады осмысляли чувство восторга на участке леса, который граничал с тропическим. Многие проходили тут, и видели результаты принятых решений. Переселенцы занимают девяносто девять процентов жителей нашей планеты, после случившегося десять лет назад кризисного соглашения — сделать бассейн для выхода из энергетического кризиса страны в трёх световых годах от нас.

Двор освободился, чтобы наша страна на десяти планетах смогла дышать свободно и легко! Прекрасно жить стало удобней. Кого-же привлекла эта процедура из неизвестного космоса, совпадение ли это?

Я пытаюсь понять нашего лидера. Его зовут Кнопкин, он пришёл вместе с остальными, и возглавил нашу планету. Это зовут меня...

Да исследуя происходящее, я не раскрываю всем вокруг свою настоящую работу. Потому-что выбрав один раз путь, путь становится нами... Или не становится?

Спустя минуло две недели. Я проверил свой дневник, с ремами. Нет не становится.

Око присланное с моей родной планеты оставалось на Акватории символом для меня... Мы арестовали двести человек, чтобы убедиться, что нити не приводят к решению. Директор признался, что я агент, и новый народ принял эту новость радостно, сегодня выхожу сказать, что думаю про сингулярность, которая окружила нас разломами реальности в этой звёздной системе, лёг спать в девять, а проснулся в шесть утра!

Ресурс обслуживается в лучших манерах, душ и четыреста тысяч повторов на упражнение, снова душ, завтрак два яйца... Я задумался на выступлении перед миллионами жителей Акватории про свои зубы. Они начали болеть на прошлой ещё недели...

Мой блестел костюм в чёрных тенях от дизайнера с планеты словно чёрные краски в наборе красок у художника в день, когда сливаются звёзды на горизонте каждый год — в парке на берегу океана у маяка, в жаркий период во время холодного бриза поздно ночью, когда вечереет слишком быстро... Кто-то шел стремительно, я не шолохнулся, и продолжил говорить про минусы страхования жизни и плюсы части рисков. Кто-то схватили меня под руки, и повели в центр...

— Я пришёл из косомса?

— Вам понять сложно наш язык?

— Я хочу понять вас.

— Так хотите вы?

Посещения участились, и пришёл вскоре мой бывший подчинённый. Что делаешь ты тут, молодой и глупый человек, скажи хотя бы своими голубыми глазами... Дух низпровергает и неудачу, и конкуренцию, это обычное право тёмного космоса!

Шанса не было ровно две недели. Я оставил свой центр с выжжеными стенами, и поплавленными окнами, с раненными бывшими коллегами, и с многозначным видом... Я прошёлся по городу через центр дважды, чтобы запомнить как он выглядит, прежде чем приму решение что делать мне с этим всем вокруг, одному, и дальше!

Вот была бы воля у этого Рудольфа, нового заместителя моего, директора теперь! Подлая случилась опасность в его жизни, что же. Я являюсь главным на этой планете, а не эта тряпка!

Рудольф не имеет ничего, ни автономии, ни компитентности. Ему не интересны новые возможности! Важно сигнализирует на своей машине каждое утро об этом с помощью дальнего света, когда паркуется в четыре утра, всегда светил мне в офис.

Рудольфа не увлекает ничего! Талантлив, не любит себя — не любит витальности выбора в своём жизненном цикле творчества бытия. Интенция находясь в его руках, находится в руках бессознательного, а не сознания...

Факторы играют против него. История играет против него и в прошлом. Задача исключает его, словно класс, словно исключает витальность свою пренадлежность — как будто свойство!

Какие стоят архитектурные двери! Приказываю охране снять их с петель на входе в центр, и поставить в мэрию, чтобы завершить начало моего правления на моём же уровне. Я удалил заголовок, утром, для новости, придётся придумывать новый, придумывать, а Рудольфа уже арестовали.

Разведчик возвращается в мою родную обычную деревню. Цвета загорелись, субъективный фокус на дизайне конфигурации. Стоит эта стихия, говоря образно, сто тысяч!

Глава 11. Гармонии крушатся, либо навык интерпритирования динамического нечто.

Лётчик взмыл на высший уровень облаков — это видели на параходе высоко в небе. Маги подошли к краю парохода в своих балахонах, и пустили злые чакры. Лётчик оказался ранен, его потянуло в сторону — хотя удержался на ходу.

Пилот был страстным педантом, и работал бесжалостно со всеми мелочами, даже создавая код для автоматизированных систем с доступом на перепрограммирование применял весь свой опыт ко всему летательному аппарату, и весь опыт человечества из его вселенной с помощью лицензионной энциклопедии, страстно тратил миллиарды золотых монет своих инвесторов на эти самые лицензии, находился в этой вселенной второй день, и пытался отчаяно захватить доказательство существования магии — волшебный билет, чтобы показать его в своём мире. Лётчик обладал лёгким корпусом, и был предназначен для частной перевозки на орбитали планеты. Лётчик произошёл из древних искоренителей — птерозавров механических птиц, лётчик был разумеется летательным аппаратом, а не пилотом, так называли все летательные аппараты с всего парой мест для своих пилотов.

Маги выглядели замерзающими, хотя была тёплая погода — пилот заметил это, и разгневался негодованием — молча. Пилот сбавил скорость безупречным контрольным рычагом для ускорений. Лётчик нырнул в океан из облаков, тут вернулось ускорение трёхкратно, вскоре обогнав и прошлую траекторию — лётчик вышел к самому пароходу...

Ураган решился тем временем активировать атрибут вселенной. Боты собрали научные данные в нём на девяносто девять процентов. Теперь обходиться можно было без Тахиона и Бластера.

Ураган летел в космос, чтобы подняться над исследуемой площадью, и увидеть собственными глазами те места, которые будет нужно исследовать. Покинув воздушную атмосферу планеты, космос разломился — тут открылся двухмерный путь. Путь был в размере периметра примерно сто на сто метров.

Путь следовал в гиперпространство сильного атрибута. Где-то находилась космическая техника экспансии, и стоило Урагану подумать о нужной технике — это считывал сильный атрибут, и формировалась в доступном пространстве двухмерная пространственная арка в образе квадрата. Внутри находилась трёхмерная комната, которая разбивалась на более широкие площади словно пирамида, а стены этой пирамиды отображали материю ресурсов на всех станциях...

Время было с большой разницей относительно Тахиона тем временем. Структура изменилась у бота под влиянием самых разнообразных физик вселенных. Это заставило его эволюционаировать.

Математика следовала алгоритму в логике капитана-бота, чтобы утвердить основания спецификации стандартно, Тахион использовал минимум памяти, который оставался у него для создания человекоподобного андроида. Андроид помнил задачи и миссию, которую придумали для него. Тахион отправился тем временем реструктурировать, и переделывать пространства, занимаясь рефакторингом, Тахион создавал новый космос, из которого добывал энергию, которая могла понадобиться в будущем Урагану и его команде.

Спасти Урагана должен был новый робот-андроид. Горро назвал Тахион робота. Горро использовал лицензионные энциклопедии, чтобы помогать в целях Тахиона, которую использовал и сам бот.

Глава 12. Легенда разума.

Четыре оставил висеть на плече. Рекин передёрнул затвор «Максима», и открыл сразу же огонь по декоративной стене. Агрегаты застроили стены повсюду в ответ на городскую динамику — это была обычная ролевая игра искуственного интеллекта с самим собой.

Переселенцы обустраивались как и неделю назад, они помогали директору фабрики Рекину. Делали пометки, что касалось четвёртой стены... Спустил на плечо десять лент из четырнадцати Рекин, и выдохнул спокойно.

Катастрофа оставила шестьдесят три бита памяти управляющему контроллеру. Лабиринт понял меня на своём месте. Горро, сказал робот-интерфейс...

Я стал для Лабиринта лёгкой мишенью, чтобы уничтожить каждую его детальку. Когда захватив мой разум, он принялся показывать своё шоу, я вычислил быстро... Вдруг, так оказалось, что моя механическая рука для него терминал ввода команд.

Я постарался конечно взломать полный доступ над панелью Лабиринта. Вскоре Рекин уничтожил половину всех паразитов и декоративных псевдо-улочек, вдруг агрегаты остановились... Горро, послышалось повсюду!

Куда отнести четыре требуемых измерения для свершения труда и остальные три в математике, при режиме Критики Опыта?

Я задумался, что будет ждать меня, если я ничего не придумаю... Вскоре понятно стало, нужно действовать — Лабиринт действовал. Армада приближалась...

В кармане было сто золотых монет. Я обратился к источникам. Меня ожидала воля человека, который определил задолго заранее мою судьбу здесь, на этом месте, — я развернул ещё одну купюру из моего кармана, с приятным изображением летающего замка.

Внутри ближайшего здания никого не оказалось. Я сказал Рекину отходить со всеми в подземелье. Рекин оставил мне один волшебный билет, которым я смогу воспользоваться в крайнем случае, как он это сказал...

— Рекин, природа станет на нашу сторону. — глаза всполыхали, огненные глаза покрыли формы лица жаром, и выражение лица оживилось, и даже жар эмоций стал проступать, мельчайшие детали биомеханических технологий.

— Не верю в бога, Горро. И ты не можешь, ведь ты робот.

— Роботы не верят богу ада!

— Горро, спасайся!

— Да, мы роботы не верим в бога, в бога ада!

— Ладно, прав ты, робот. Я верю.

— Прощай!

Монитор подтверждал, что люди ушли. Мотив это золото, подумал я, когда показались мега роботы Лабиринта. Золото, которое откроет кулисы режима Лабиринта.

Глава 13. Куда сбежал слуга.

Я вижу здесь большое зелёное дерево, каждое утро. Когда иду на работу оно похоже на большие и насыщенные мозги. Зелёный и похож на капусту, сопротивляется ветру.

Стабилизирует механическое воздействие на него от внешней среды, в основном от ветра и веток других деревьев — внутри себя. Не шевелится. Вдруг, деревья поникли, словно под давлением ветра прижались в стороны от моего зелёного деревца.

— Ты прожил здесь пятьдесят лет. — выходя из какого-то гипер пространства, силуэт обрисовался в мужчину. — Древо следило за тобой, для него время следует иначе. Меня зовут Ураган.

— Даже не верится! — резюмируя завершил Рекин. — Меня зовут Рекин.

— Приятно познакомиться.

— Так ищите что в моей стране?

— Я ищу частицы-билетов. — протягивая монитор супер транслятора, Ураган добавил, — Это данные резюме, только это пока не резюме данных!

— Где находится смысл ваших манипуляций?

— В нашей жизни, ведь мы разумные существа. — продикламировал Ураган. — А ещё ищу робота.

— Жизнь является по-сути своей превращением... А вы уверены, что не робот ищет вас?

— Думаю, что да.

— Я и говорю про это.

— Знаете что такое экзорцизм?

— Это технологии государства.

— Вы считаете?

— Уверен.

Глава 14. Цветочки.

Чжи запищал. Другой Чжи, который находился тем временем на планете бога океана, божества волн, и повелителя всех морских чудовищ. Другой Чжи рассказывал своим собратьям какую-то особенную сказку.

— Сегодня у нас праздник, потому что к нам пришёл шанс воззреть на становление будущего! Сегодня мы сможем бросить в печь наших способностей большое бревно! Протоптаной дорогой следовать в кризис, либо выжить? Всех касается выбор существования, и подчёркивая, прежде свершится это — я задам вопрос! Что помешало механизму Мно стать на службу человечеству?

Тем временем, Чжо который оставался с Мно, так и оставался скрытным андроидом, киборгом замаскированным в тело биомеханического корпуса— продолжал истошно пищать. Мно озадачился. Было поздно.

Чёрная мгла космоса покрылась красочной веретеной, словно от цветов уходили в стороны искры, словно молния сгорали в свете неюа над головами слушателей настоящего Чши. Мно учтожился на растоянии в сотни световых часов. Публика ликовала, им оставалось только устроить пир, который напоминал пиры из сказаний про их древнейших прародителей и предков.

Жизнь была преградой для этих людей. Они вставали вновь и вновь против вызовов космоса к их цивилизации, и добивались большего тысяча лет, за тысячей лет. Человечество изолированное на этой планете океанского божества, осталось героями в памяти всего большого космоса навсегда, ведь своим усердием, они спасли миры вселенных от ловушки расчетливого алгоритма жизни без души и искры духа инженерного дизайна с названием «Мно».

— Настойчивость порождает ветки деревьев и ветры! — продолжая Чши, усмехался своей скромной улыбкой, который приобрёл ещё в боях при Крабах. — Музыка создаёт гармонию стихии и каждую из энергий жизни, в жизни нет ничего, кроме любви наполненной каждой пылинкой космических скоплений, любви в каждой звезде сгорающей вдоль физического измерения! Вы увидете ещё раз восхождение моей звезды, если проголосуете на следующих выборах за меня! Я, это обещаю... Наши земли богаты технологиями, и я смогу направить их ещё раз в наше благо, это, я гарантирую! Нам нужно делать первую же возможность, и отставать только от товарищей — ведь это, и есть реализация знания и полное сознание знания, и действие знания в политическом смысле, а иного не есть!

Глава 15. Оптимальный алгоритм верификации.

«Стили программируют время. Время составляет ресурс вселенной. Стили запечатывает в мире стихию.

Стили работают над параметрами день и ночь, движут механизмы. Фасад состоит из материи, и похож больше на зеркальное отражение для наблюдателей вселенных. Они диктуют свои условия для существования, либо устанавливают элементы своей философии в указатели машинных программ.

Когда приходит снег с зимой, тогда движутся люди этого народа в тоннелях Великого Моря по свёрнутому межгалактическому слою...»

Из Книги «Превосходного Затмения» Емельяна Колебательного, глава первая, часть тридцать пять, коментарий девяносто один.

Я знал, что они будут использовать мою фамилию Кнопкин, чтобы найти. Их зонд нашёл какую-то вселенскую пропасть, это облако... Оно напоминает волну, расчётами удаётся выделить временные промежуточные миры в её динамике, — данные отчётов которые, я уже видел, когда проследил за моим личным агентом «Службы Слежения и Пробок» — в личном журнале агента, рядом с журналом, на котором была подпись большими буквами «Кнопкин» и гриф «Секретно», уже в его кабинете...

Глава 16. Мыльная опера.

1

— Слушай-ка.. — проверяя патроны в пистолете, пьер перечитывал руководство от Урагана. — Если запретить делать мыло без этой бумаги... — протягивая бумагу, больше походившую на салфетку, пьер продолжал читать наставления человека из вселенной с цивилизацией более высокого уровня. — Они перестанут отправлять наши реки своими аллергенами, в этой водяной машине явно утечка.

— Механизм протекает, — кивая, детектив забрал бумагу себе. — Сделаем пьер.

— Будь ты императором, ты мог бы сделать больше. — пожимая печами, заметил пьер.

— Девушка решила, что она не желает быть императрицей.

— И, ты растроен? — жалея, пьер перечитывал правила.

— Мне нравится разбираться в практических делах. Императорство подходит для высоких дел.

— И в этом деле, нет ничего низкого. — заканивая читать, пьер перевёл взгляд на детектива. — Есть плюс из твоей ситуации, и возможно он единственный. Ты сможешь путешествовать по другим вселенным, когда вернётся Ураган, если его удастся уговорить.

— Ты думаешь, что он возьмёт меня? — приподнимая брови, спросил детектив. Пьер, только кивнул.

Люди шли тем временем вдоль речушки вдоль холма. Близился час дня. Мыльная, пена бурлела, и оставляла скользкие пятна на берегах.

2

Вдоль одной из тропинок, стояла скамейка. На ней сидел Огненный Повелитель Точности, либо короче — Топого. Топого был пришельцем из Огненной Сферы — из другой вселенной, и прибыл в эту с помощью портала, который открыл для него Ураган...

Ураган спас мир Топого, потому что ему угрожала тепловая смерть вселенной. Топого был третьим Великим Мечником, и одним из первых пресягнул гуманизму Урагана. Когда император Топого издал гуманистический «Манифест Для Всех Людей И Роботов», некто попытались похитить Урагана, чтобы выведать у него ценные знания.

Топого спас Урагана от чёрных магов. Они подружились, вместе отправились в другие вселенные... Вскоре Топого должен был вернуться на юбилей императора, и Ураган подарил Топого бота, которого сделал сам за одну ночь! Бот предназначался для кристала жидкой энергии, которые существовали во вселенной Топого, и при активации, боты могли перенести Топого в вселенную Урагана — Ураган сказал Топого, чтобы вернулся тот только и только тогда, когда в империи закончатся все важные дела.

Сам, Топого выглядел как скелет великана, на нём барахтались ткани балахона, похожие на рваные тряпки. Его тело окутывало слабое пламя, а балахон удерживал это пламя от всегр окружающего, и сдерживал как мог. Топлго носил вместе с собой повсюду огромный энергетический меч, который был выше самого великана на всю длинну рукояти.

3

Кузнечики черикали, и прыгали в траве, когда подошёл к скамейке ...

4

— Топого, мы идём по тропе, не потому ли ты сложил свой меч в пустоте, чтобы дать народу идти спокойно?

— Нет, здесь присутствует дух дня. Я могу идти с закрытыми глазами, и никто меня не заденет! — идя в своём направлении и дальше, Топог закрыл глаза как-бы в доказательство — он аккуратно обходил каждый цветок...

Даже, колоны обошёл муравьёв и жука размером с ладонь. Вскоре показался плотный поток. Тут шагало где-то четыреста прохожих, Топог держал глаза закрытыми всё это время, и открыл их уже на берегу моря.

Это был настоящий дух дня. Поэтому, никакого не было супер человека, либо супер гуманоида. Было только два инопланетянина...

— Ну, ты и демон!

Глава 17. Силами слабого взаимодействия в гиперпространстве культуры...

(В работе!!!)

Часть вторая. Избрание нового императора?

1

Есть ли физическая сила у мысли? Ураган обладал большой силой. Его, мысли устремлялись в небо, откуда доставалось бы другим без него много хлопот.

Тень исчезла вместе с кораблями за горизонтом событий, порождалась буря над ним, — так слабые, силы стягивали вихрем окружающее... Приближался новый переход... Переход, который приведёт в другую вселенную.

— Судьба, моя определена... — отправляя видеосообщение, Ураган записывал в блокнот список дел. Ему предстояло вернуть космическое влияние людям, у которых отобрали свободу злые пришельцы. Он не знал про это, только догадывался — это было возможно благодаря низкому уровню активности жизненных свойств вселенной.

«Вы, сегодня находитесь здесь, куда привели вас ваши мысли», гласило сообщение из облака данных. Сигнальные, каналы покинули планеты давно, бороздили космические пространства. Назывались тем не менее до сих пор облачными, почему-то... Ураган собирался полететь проведать старых друзей в одной солнечной системе.

Люди привыкли ходить на ногах. Когда наступила эра полётов к звёздам, люди не отказались от этой привычки, даже наоборот, человечество боролось за это право. Планета поросла крепостями за тысячилетия, потому что в них проживали триллионы людей, это был район крупного города.

Чтобы сосуществовать с большим числом роботов, люди создавали издревна символы, чтобы управлять своей собственностью повсюду, — на своей планете и на соседних. Добравшись до краёв вселенной, стали изучать другие миры, отслеживать активность гиперпространства...

Ураган нашёл путь в новый мир из другой вселенной, хотя расскажем об этом позже... Энергия кончается, и другого не будет. Нет времени проверять есть ли опасность за порталом.

— Прощайте слуга! Следите за моими роботами. — только сказав это Ураган почувствовал какую-то грусть. Роботы не были живыми в полном смысле этого слова, не были одухотворёнными существами, они подчинялись воле человека, должны были остаться в другой вселенной на тысячи лет...

2

Находясь далеко далеко... Ураган отслеживал признаки катаклизма, для этого применялись обычные инструменты нанотехнодогий — спектральные наноботы, далее считывал состояния вселенной технологиями спектрального анализа. Чтобы работать над информационным полем горизонта событий и дальше, Ураган использовал силы своей мысли.

Мысль обладала любая его измеримой силой. Это был результат десятков тысяч часов командования ботами и самыми разными роботами. Роботы работали в многомерном пространстве, поэтому соответствовали определённой энергетической форме слабого взаимодействия, это был навык, который воспитался в каждом человеке цивилизации Урагана Блаза, в каждом пользователе роботами...

Скрывались за горизонтом событий как всегда обычные параллельные вселенные, этао была дверь, явление сингулярности. Ураган вспоминал всё ещё больше синее небо над домом где он жил раньше. Таких больших космических размеров было это пространство, что удивляло не переставая.

Кто-то пытался вмешаться с помощью бинарного кода... Кто-то пытался найти давным давно устаревшую шину протокола данных. Где-то находился источник странных сигналов, где-то в далёкой вселенной, работа с этой информацией заставляла не спать ночами.

3

— Мы отправляемся в путешествие!

4

Время пришло, наступил день. Исследователь активировал выход, назвал своё имя "Ураган, меня зовут Ураган", заговорил бортовой компьютер. Небо растворилось в маленьком круглом окошке — протяни руку, и окажешься в параллельной вселенной.

— Спать запрещается в ближайшие двадцать четыре часа, следите на маршрутом, нанороботы летят, сообщите, когда будете готовы...

— Я покидаю вселенную. — перемещаясь над космосом, Ураган силами мысли, летел, правильнее сказать перемещался, оставляя за собой новый путь для нанороботов, которые собирались позади него суровой молнией...

5

— Я пыталась сказать, что мне требуются спектры ваших технологий... Я предлагаю, вам купить у меня вот этих замечательных роботов.

6

Тяжёлый, флот приближался. Суровые, башенки торчали мачтами. Ураган перекрывал им путь к Солнцу, растянув руки в стороны, словно морская звезда.

Эта, система была безжизненной и непригодной для колоний. Флот собирался уничтожить путь в скрытую систему Розы. Флот отправлял десант из роботов на каменную планету ЖМ-333. Едва, Ураган прикрыл глаза от скуки, планета разорвалась в клочья, словно лопнул мяч для игры в футбол, футбольный мяч!

7

Приёмник разговаривал по амплитуте с монитора: «Дело закончить придётся нам с тобой вдвоём.», было слышно два голоса: «Трус закрылся на базе, и отключить можно генератор, стерев этот кусок космоса вместе с ним, либо, ты придумал уже что-то иное... Ты придумал?»... Монстры слушали... Главный повернулся к своим чудовищам, сказав следующее...

— Монстры, люди уничтожают планеты одним своим взглядом! Нам, пора пришла бежать отсюда...

—...

Глава 18. Столкновение механики с функцией и обретение вкуса.

Законы информации, требуют для своей работы осмысленных действий, поэтому находить свои ошибки важная часть работы вселенских путешественников. Единицами перечисляются правила где угодно, например — в мегагороде, на станции. Выбирайте систему счисления — добро пожаловать в новую главу!

Сеть управляет вселенной, — робот-птица садится на руку двойнику из альтернативной вселенной, Ураган носит птицу в часах на самом деле, вокруг него — стелится материальная проекция его размышлений — программная колония в симуляторе, где обитают его вероятностные модели, энергии, либо записи репрезентаций.

Взгляд скользит по дороге кратко, без большого смысла, — уже сработал информационный толчок, энергия, эхо, — схлопывание, создание энергии, обычный хлопок, чтобы схлопнулись альтернативы в нулевую материальную форму, пространство сменяет геометрическую составляющую. Мультипликатор работает под управлением глобального репликатора звёздного образца, — создания репликанты заполняют поверхность кибернетической планеты. Лоб и макушка, закрыли открытую часть шеи одного из них, — он словно искренне, улыбнулся, снисходительное чувство, рефлексивно скептично, поддёргивание головой...

Чтобы отдавать команды своему роботу-птице, Ураган использует обычный терминал галограммы, как любой другой на его месте — определяет заранее значения переменных в симуляциях. Биомехаптица помнит про каждый проект. Когда закончилась симуляция, нужно было отправить термо контейнеры на пару холодных звёзд, чтобы разогреть их ближайшие орбиты, такая была уж физика...

Это работает, потому что это тоже закон сохранения энергии. Контейнеры вмещают в себя динамический состав. Гипер вещество активизирует звёзду.

Глава 19. Олимп.

Только Олимп остановил катастрофу от цивилизации. У моего робота есть мнение.. Мне понять интересно это мнение, потому что мы как люди, может упускать что-то важное...

Его мнение, заключается в том, что нечто, что ему удобнее называть новизной, помогает ему с интересом следить за ходом игры в футбольных матчах на трансляциях, преследовать новые результаты на личной рейтинговой доске спортивных действий, упражнений для него — да много чего ещё. Кварки новизны, эти частицы, кванты, — материи, гравитации, света, времени, девушек и парней, социума, общества, это слокновения социума и общества каждую минуту в процессе какой-то игры. Можно прокомментировать как обычный принцип физики — толкай когда не видишь.

К тому же кварки реальности посеяли первые галактические поселения. А осознать точку зрения своего робота, тем более моего друга... Мне не составит труда.

С тех пор, как я стал космическим повелителем высшего ранга из обычного жителя красной планеты, из обычного кулинарного повара... Многое изменилось. Я задумался над тем, чтобы написать собственные мемуары.

Что пишем мы? Я писал книгу, когда задал этот вопрос. Кому-то стало интересно, почему читают книги одни люди, и не читают другие.

Кто-то ответил что ответ, по-его мнению находится в форме. Даже, если обратиться монстру из другой вселенной в эту форму, ничего не поменяется. Кроме того мира конечно, куда угораздило попасть чудовищу.

Одно слово, я не сказал в своей книге. Один умный человек в моей жизни этот кто-то, мне сказал однажды, что будет мне желать хорошо устроиться, пока не прочитает мою книгу. Глупые идеи, сказал он, словно скрытое величие и реакция самурая одновременно.

Я открыл калькулятор, чтобы посчитать, сколько арок вмещается в миллионе знаков. Ответ получился, что на три предложения в среднем по десять знаков, пришлось пять тысяч пятьсот пятьдесят пять целых и пять девять раз после завятой, затем шестёрка. Я понял сразу, что заключается дело в идее, что любой набор из миллиона знакоы так или иначе содержит хотя-бы одну арку...

Давайте задумаемся вместе? Действительно, зачем нам нужен центральный банк? Золотой стандарт, создаёт много работы и только на первый взгляд...

Чтобы отбить мяч, нужно знать. Зачем, мы создаём законы и пишем правила? Потому-что, мы живём в обществе.

Общество поощеряет, общество наказывает — общества живут разные. Хвататься за разные дела одной идеи, либо одного пути, вот что значит, вести войну со всем миром... Начнём с того, что даже птица использует принципы реактивной системы полёта, чтобы думать нужно скорее летать, не ползать.

Вот смотрю по телевидению доклад разведки. Разведка говорит, «... Идолами современного деградирующего сообщества монстров может выступать любое некоторое существо, скорее всего, которое обладает влиянием на физические объекты космического пространства и только...». Что бы значить это не могло звучит дико, нужно делать что-то с этим.

Глава 20. Люди против бездны.

1234