Сумеречный стрелок 8

Глава 1

Сколько раз я сталкивался в бою с сильными врагами? Сложно сосчитать. Их было много. Очень много. И каждый бой был уникален, по-своему непредсказуем. Его величество случай мог решить исход битвы, а бывало, что всё было понятно после первых секунд.

Вот и сейчас, испытывая сильнейшее волнение и ощущая мощный всплеск адреналина, я смотрел в глаза своему врагу и готовился к серьезной схватке.

— Но есть тот, кто решил бросить вызов нашему чемпиону! — закричал ведущий и указал в сторону шамана, который вразвалочку все-таки направился в центр арены. — Шаман и его питомец, призрачный волк Лютый! Встречайте!

Зрители не очень активно восприняли моего противника. Всё дело было в его внешности. Щуплый, лысый, неказистый паренёк с посохом в руках и несколькими амулетами, которые болтались на шнурках в районе сердца, куда я и буду стрелять.

Призрачный волк на его фоне смотрелся куда опаснее, но мало кто знал, на что способна эта тварь.

Пока шаман подходил ко мне, я окинул взглядом ряды. В ложе сидели император с каким-то мужичком, наблюдающим за боем через сдвоенную подзорную трубу. Судя по всему, это и был иностранный гость, которого упомянула графиня. По правую сторону от правителя супруга, и дальше — Надя. Она напряжённо смотрела на арену, закусив нижнюю губу.

На отдельных специальных местах в стороне от императора, под тентами, защищающими от солнца, побледневшая Гордеева и чуть дальше довольный, улыбающийся на всю морду лица Ямпольский. Радовался, гад, такой удачной находке. И кстати, где он его откопал?

На средних рядах я заметил Полину и друзей из общежития, которые развернули плакат «ЛУЧНИК, МЫ ВЕРИМ В ТЕБЯ!»

— Ну привет, Стрелок. Наконец-то мы встретились, — лысый парень уже подошел в центр арены.

Сейчас он прищурился, немного наклонив голову и поглаживая по холке севшего рядом питомца. Тот облизывался, внимательно наблюдая за недобро сверкающим красными зрачками Пал Палычем.

— Скрытый враг, — усмехнулся я. — И что ж ты от меня бегал всё это время? Боишься?

Шаман рассмеялся, затем бросил ироничный взгляд:

— Броня твоему котенку не поможет. Можешь не надеяться. Лютый её перекусит и не поморщится, — затем поднял на меня глаза. — И ты зря такой спокойный. Стрелы свои можешь засунуть куда подальше. Это полная ерунда по сравнению с тем, что я для тебя приготовил.

— Ты слишком самонадеян и болтлив, — парировал я. — Надеюсь, в бою ты так же хорош, как чешешь языком?

— Сейчас узнаешь, — выдавил шаман. — Скоро я брошу к ногам Дорна твою голову. Ты уж не обижайся, ничего личного. Просто ты оказался не на той стороне. Не повезло.

— Хватит болтать, — резко ответил я.

В это время к нам подошёл прислужник в белом одеянии и передал нам стоп-артефакты. Объяснил ещё раз, как ими пользоваться. Шаман покрутил в руках предмет и, скривившись, отшвырнул в сторону. Я сделал то же самое. Зрители заволновались, зашумели. Никто не ожидал, что гладиаторы откажутся от такой страховки жизни.

— Ну что ж! А теперь мы начинаем бой! — взревел ведущий, быстро покидая арену.

Только мы успели отойти метров на тридцать друг от друга, как раздался звук гонга.

Шаман атаковал первым. Швырнул какой-то шар, и передо мной в песке образовалась трещина. Зрители ахнули. Из неё полезли зелёные слизни. Я же принялся расстреливать их, не давая возможности даже метра проползти в мою сторону.

Пал Палыча тем временем атаковали копии Лютого. Но мой красавец их рассеивал магмовыми шарами, уворачиваясь от клыков.

А вот я чуть не проморгал волка, стреляя в очередного слизняка. Дьявол!!! Длинные клыки прочертили воздух перед моим лицом. Если бы не прирост благодаря кольцу — уже отправился бы на тот свет.

Волк по инерции пролетел мимо, а я отправил ему вдогонку подарок в виде острого наконечника в череп. Тот рассыпался в воздухе, не успевая приземлиться на лапы.

Стрелы заканчивались на глазах, но на моё счастье трещина в песке затянулась, исчерпав свою энергию. А шаман уже атаковал, держась за два вбитых в песок тотем, огненный и ледяной.

— А как тебе это?! — закричал он.

А я аж рот раскрыл от удивления. Противник пробормотал какие-то слова себе под нос. Тотемы исторгли из себя два стихийных облака — огненное и морозное. Они разлетелись в разные стороны и превратились в магические клещи, которые готовы были сомкнуться на мне. А что будет дальше — нетрудно догадаться. Разорвёт меня на клочки! Хех, получится салют из Лучника.

Когда клещи почти сомкнулись, я отпрыгнул, правда этого было мало. Меня обдало жаром, и языки пламени потянулись в мою сторону. Стало трудно дышать. Я сделал ещё шаг назад. Больше некуда — в паре метров позади край арены. Шаман пытается загнать меня в угол, чтобы нанести последний удар? Похоже на то.

Второе облако образовало ледяной шар размером с арбуз, который и ударил меня по голове.

— …знаешь… уже труп… — слышал я обрывки слов шамана. Они отдавались эхом в голове.

«Вставай, хозяин! Он идет к тебе!!!» — верещала Лея.

Я же помотал головой, разбрызгивая капли крови во все стороны. Вроде бровь рассечена, да и только. Голова цела — это самое главное.

Начал вставать, пытаясь сфокусировать взгляд на приближающемся пятне. Давай, Рагнар! Поднимайся! Ну же! Ещё секунды две-три, и будет поздно, ты же знаешь!

Я не без труда вскочил на ноги, одна из которых стрельнула болью. Но произошло неожиданное. Кольцо лучника на пальце стало горячим, затем начало жечь так, будто свою руку в печь засунул.

Взгляд стал четким, голова прояснилась, сил прибавилось. Я даже почувствовал, как затянулось рассечение на лице. Вот это да!

— …давай! Молись своему богу, пацан! — шаман уже был на расстоянии в десять метров. Он шагал, опираясь на крючковатый посох, а с ним шли две копии призрачного волка. От остальных отстреливался Пал Палыч, ловко уворачиваясь от острых когтей и клыков.

Правильно говорят, что лучшая защита — это нападение. Я запустил взрывную стрелу навесом, а вторую, бронебойную, отправил чуть ли не в упор, целясь в сердце врага.

Шаман немного растерялся. Я же добавил еще две стрелы. Бронебойную он испепелил огнем из тотема, который потух окончательно, и немного отошел. Две другие помогли копиям волков раствориться, попадая им точно в глазницы.

А вот взрывная…

— БАХ! — кристалл в наконечнике разорвался перед моим врагом, отбрасывая его ударной волной.

Шаман упал на песок, одежда его тут же воспламенилась. Но тотем льда отдал оставшуюся энергию, туша огонь.

— Ак-ха-кха! — закашлялся он, поднимаясь на ноги. — Что ж… Отлично!

Его рубаха дымилась и в нескольких местах прогорела, позволяя рассмотреть вздувшиеся белые волдыри.

— А ты молодец, Лучник! Держишься. Но на этом игры закончились! Лови!

Он ловко швырнул перед собой капсулу. Ох ты ж, святой Махаон!

— Щёлк! — она раскрылась в полёте. Из неё вылетела печать, которая моментально развернулась в воздухе, исторгая из себя огромные кровавые челюсти неведомого монстра. Ух, вот это жуть, конечно. Я дрожащей рукой нащупал в кармане «зеркало», которое передала мне Раиса Павловна, и в последний момент выставил его перед собой. Челюсти ударились в невидимую преграду.

— УРРРАГГГХХ! — взревел неведомый дух и повернул в сторону шамана. Полетел в его сторону, увеличиваясь в размерах.

— Нет! Этого не может быть! — закричал шаман. — Что ты сделал, щенок?!

Лысый парень пытался защититься. Поставил перед собой барьеров десять, но челюсти с легкостью проломили их, поглощая моего врага без остатка. Призрачный волк с оставшейся копией, бросился на помощь своему хозяину и сгинул в кроваво-красном мареве, которое затем упало на песок, расползаясь, и постепенно исчезло без следа.

Я же выдохнул, всё ещё не веря, что такой мощный враг повержен. Ай да бабка! Как же она сейчас помогла!

Пал Палыч приковылял ко мне, сел, зализывая рану на боку. Один из волков задел всё-таки его клыком.

— А ну-ка дай, подлечу, — я присел на корточки, достал мазь и обрабатывая рану.

— ЛУЧНИК! ЛУЧНИК! ЛУЧНИК! — скандировали с рядов.

— Ты лучший!!! — заревел кто-то с первых рядов.

— Лу-у-чни-и-ик! Чистая победа!!! — подошел ко мне ведущий, и поднял мою руку вверх.

Зрительные ряды ликовали, я даже увидел цветной дым и магические факелы, меняющие цвет.

Я помахал зрителям, отчего арена взорвалась от оваций и восторженных криков. Пал Палыч попросился на руки. Я закинул его на плечо и поковылял в сторону выхода с арены.

Меня встретил Жорик, закричав «Победа!», и затем я увидел Гордееву. Графиня позволила себе улыбнуться.

— Хороший бой, граф, — ответила она. — Вы честно заслужили награду. И от меня тоже… Хоть сумма и большая, но я с удовольствием отдам её вам. Передача фабрики состоится ровно через неделю. Тогда же я и передам вам деньги.

— Княгиня, — я слегка поклонился. — Благодарю вас.

А затем с Жориком и Пал Палычем, который позволил надеть на себя ошейник и прицепить поводок, направился в сторону выхода с центральной арены.

Всё-таки я не успел дождаться Полину и друзей. Передо мной возник один из хранителей.

— Верховный хочет тебя видеть, — грубо сказал он.

Интересно, а их вообще учат хорошим манерам? Я уже не раз замечал странное общение представителей Обители с аристократическим обществом, и всё удивлялся их нахальству. Понятно, что они мнят себя чуть ли не богами, дарующими ману всему миру. Но где хотя бы элементарная вежливость?

— Это срочно? — покосился я на мужика в белом одеянии, от которого пахло потом и чесноком.

— Ага, — ухмыльнулся он. — Прямо сейчас.

К нам подъехал черный автомобиль, и задняя дверь открылась. Там сидел Дорн-Верховный.

— Садись, победитель. Прокатимся, — он был хмур и очень напряжён. Взгляд его пылал ненавистью.

— Телохранитель — в машину охраны, — распорядился детина в одеянии хранителя.

— Жора, все нормально. Просто поговорим, — поспешил я успокоить своего спутника, но он был очень напряжён. А его кинжал, судя по сиянию, жаждал крови.

Я сел в салон и встретился взглядом с Дорном.

— Ты ведь тоже видел ту вспышку? — выдавил он. — Когда шамана поглотила пасть… Ну, вспомни! Какого цвета она была?

Я напряг память, пытаясь воспроизвести тот самый момент, когда мой враг исчез в кровавом заклинании.

— Зелёная. Да, ярко-зелёная, — кивнул я.

— Ах ты ж!.. — заскрипел зубами старик. — Тварь паршивая! Ускользнул! Ну я до него доберусь! Посмотрим ещё кто кого!

— Ты его знаешь? — постарался я удивиться как можно правдоподобней.

— Да. Настал момент тебе рассказать про этого негодяя, — шумно выдохнул через старческие ноздри Дорн и повернулся в окно. — В моем родном мире мы были… соперниками. С разными взглядами на жизнь, но одинаковыми целями. Править миром должен был кто-то один. Наша война зашла слишком далеко… — Дорн сделал паузу, давая мне возможность осмыслить сказанное, а затем продолжил. — Когда мой мир рухнул, обращаясь в пепел, а я оказался на грани жизни и смерти, мне ничего не оставалось, как найти другой мир. Не спрашивай, почему я выбрал этот. Жить хотелось и выбор пал именно на Российскую Империю — более понятное мироустройство, те же кланы. Я задумал начать всё заново. С нуля. А Лютер… так зовут этого негодяя, последовал за мной. Он поклялся на крови, что меня уничтожит, и вот, как видишь, делает всё, чтобы это случилось.

— Но почему я?..

— А ты ещё не понял? — усмехнулся старик. — Пока я не окреп, ты моя сила и защита.

— Понятно, — нахмурился я. — А Раиса Павловна?

— Зиона?

— Так её зовут?

— Да, это её настоящее имя, — нахмурил седые брови Дорн, и перевел на меня холодный взгляд. — Ещё один враг. Очень сильный и коварный. Она и стравила меня с Лютером, чтобы захватить власть. И здесь она появилась не случайно. И не просто так именно в теле зельеварщицы.

— Так она попаданец? — удивился я.

— Все мы попаданцы, — хрипло засмеялся старик. — И каждый из нас искренне ненавидит остальных. Теперь ты знаешь больше.

Я какое-то время раздумывал над услышанным. Затем вспомнил про недавний теракт и разлом. И спросил об этом у Дорна.

— Лютер сидел в своей норке до поры до времени. Нашёл преемника, но ты его убил. И, решив отомстить, он перешел в мир живых. Спровоцировал тот самый разлом.

Для меня такая новость была сродни удару молнии. Значит, он пришел с монстрами и перебрался в тело первого попавшегося студента. Вот это новость!

— А взрывы… Он подчинил студентов, как он любит это делать. Тау-фанг — темная шаманская техника подчинения живых существ, в том числе и разумных. Я его вычислил и подорвал террористов, которые стремились к толлпе.

— Но зачем? Чтобы добраться до меня?

— Да, вероятно. Я не знаю его мыслей, но это единственный логичный вывод. Ну и заявить о себе. Вот такой он садист.

Затем Дорн сделал очередную паузу. Я тоже молчал.

— Ничего не хочешь мне сказать? — он сжал губы, терпеливо дожидаясь от меня ответа.

— Нет, я пока ничего подозрительного не заметил, — ответил я.

— Вот то-то и оно. Её будто и нет в сумеречной зоне. Я тоже все просмотрел, — резко ответил Дорн-Верховный. — Но ты всё равно присматривайся, когда будешь там. Нажмешь — и я среагирую моментально. Приду на подмогу.

— Хм… а с виду хорошая женщина.

— Я ж повторяю — очень коварна и жаждет мести. Просто выжидает удобного момента.

Затем Дорн странно посмотрел на меня:

— Покажи-ка тот артефакт, который ты использовал, — протянул он руку. — Только быстрей, я спешу.

— Так он сгорел, — удрученно ответил я ему. Ага, сейчас, как же. Обойдешься! Как же я вовремя спрятал его в пространственном кармане.

— Твою мать! — закричал Дорн, ударив старческой рукой по двери. — И кто тебе его выдал? Это же «зеркало»?! Отвечай!

— А теперь помягче и ещё раз, — процедил я в ответ.

— Да, извини. Просто это очень важно, — вздохнул Дорн-старик. — Итак… Кто тебе его дал?

Как же выкрутиться? Я тут же вспомнил о Гулько. Ну а что — он же продает редкие артефакты. Вполне правдоподобно. И надо бы барона предупредить на случай, если ему решит позвонить Дорн.

— Есть тут один барон, который производит артефакты, — ответил ему. — У него и купил.

— Ладно… Понял, — пробурчал Дорн и заерзал на кресле. — Мне пора. Но к заданию подойди серьезно. Увидишь Зиону — прячься и сразу дай мне знать. Она очень опасна!

— Я помню, — ответил я и покинул салон автомобиля.

Жорика уже выпустили. Он подошёл ко мне.

— И что это было? — в его голосе я заметил изрядную долю раздражения. — Эта гребаная охрана пыталась отобрать у меня Беспощадного, но я не отдал. Пугать начали, уроды.

— Главное, что не отдал, — я хлопнул по плечу своего телохранителя. — Всё нормально, Жора. Просто поговорили о том, о сём. О, а вот и ребятки наши.

Я заметил Полину, и с ней рядом Саня, Кирилл и Макс. Они радостно скандировали «Лучник» и махали флагами.

Полина обняла меня, и прижалась, прошептав, что переживала. А парни признались, что бой был очень впечатляющим, предлагая отметить это дело. А почему бы нет?

Мы пошли в сторону метро, и я вновь окунулся в подземную жизнь столицы, прокатившись на магической ленте, а затем и на двух поездах.

По пути мы зашли в ресторан, и я прямо там заказал пиццу, роллы и фирменное пиво от заведения. Вечер обещал быть веселым и максимально расслабляющим. Когда я принял душ и, зайдя в комнату, переоделся в чистое белье, мне позвонила Полина.

— Лучник слушает, — строгим голосом ответил я. — Кто говорит?

— Его девушка, — хихикнула Полина. — Ну что, ты готов, Лучник? Стол уже накрыт, все уже собрались. Только виновника торжества ждем.

— А где торжество это проходит, напомни? — поинтересовался я.

— Решили у Иры, в двести двенадцатой.

— Хорошо, бегу.

Жорика встретил уже на лестнице, но стоило мне спуститься на пару ступеней, как пространство передо мной заколыхалось, неестественно выгнулось и оттуда вылетело что-то белое.

Глава 2

Жора среагировал моментально. Беспощадный разрезал на две части непонятный предмет. Половинки упали к моим ногам. Но уж как-то слишком медленно они падали.

Так это же скомканный лист бумаги. Был.

— Жора, это записка. И скорее всего от Лиса, — успокоил я телохранителя.

Ну а кто же ещё будет через нору кидать? Хотя её могла написать и Катя или ещё кто из поместья.

Я поднял с пола одну часть, развернул её, затем вторую. Подошел к стене и составил их вместе.

«Иван, нужна помощь! Наш клан под угрозой.

Борис держит поместье в осаде. Зильберман в доле. Он изолировал Медведевых и Рылеевых.

Как появишься — дай знать Черепову. Через него держим связь.

Лис».

Сердце у меня учащенно забилось, закружилась голова от переизбытка адреналина и подступающей волны гнева. Шумно выдохнув, я кое-как пришел в себя. Почему Лис не перенесся сам? Зачем так рискует этот хитрожопый еврей?

Вот и выясним, причем уже сегодня.

— Жорик, мы отправляемся в Сочи.

— Кхм… Иван Сергеич. Все бы ничего да только дорога неблизкая. А порталы у вас пустые, нет адреса.

— А я тут зачем? — на моем плече появилась Лея, буркнув на него вслух, отчего телохранитель аж икнул от неожиданности. — Пропишу я вам адрес. Уже размышляла по этому поводу и всё придумала.

Ну что ж, праздник откладывается. По пути в комнату я быстро набрал сообщение Полине, что мне срочно нужно отправиться домой. И добавил, что потом всё объясню.

В конце коридора я заметил нескольких студентов. К этому моменту Лея спряталась в пространственный карман. И то потому что я приказал. Беспечность ни к чему хорошему её не приведёт. Заметят, а потом передадут информацию кому-нибудь из местных некромантов. Да и мне такие проблемы не нужны. Замучаюсь отстреливаться от желающих заполучить паучьи глазки.

Миновав расстояние до двери, открыл её, быстро подошел к сейфу и вытащил оттуда коробку с порталами. Взял один и расправил.

— Ты уверена? — спросил я у разминающей лапки паучихи, которая уже склонилась над блистающим магией свитком.

— Уверены только наивные или дураки, — ответила она. — Я лишь даю гарантию, что попадёшь в Сочи. Девяносто девять процентов. Местоположение я зафиксировала.

— А один процент не подразумевает Бездну или мир мертвых? — на всякий случай спросил я у питомицы. — Ты лучше скажи, к чему готовиться.

Лея громко застрекотала, от смеха аж завалившись набок:

— Это уж слишком. Если не в Сочи, то чуть дальше. Но не так глобально.

— Ну тогда действуй, — дал я ей согласие, и паучиха приступила к делу.

Она активно задвигала лапками. С её жвал сочилась прозрачная слюна, капая на пергамент свитка.

Пока Лея колдовала над свитком, я вспомнил, что надо предупредить Гулько о том самом «зеркале», о котором спрашивал Дорн.

Позвонил барону, объяснил ситуацию, не вдаваясь в подробности. И он успокоил меня, заверив, что найдет нужные слова. У него есть похожие артефакты, так что это не проблема.

Закончив разговор, я переключил всё своё внимание на портальный свиток. И увидел несколько вспышек на поверхности пергамента, которая затем равномерно засветилась призрачным голубым светом.

— Ну всё, осталось лишь активировать, — прошептала Лея.

Я приложил руку к нагретой поверхности пергамента и поделился с ним энергией.

Пергамент рассыпался, образуя в воздухе небольшое зеркало, которое раскрылось и заискрилось золотым цветом.

Собираться долго не пришлось. Второй портал я закинул в пространственный карман. Там же исчезли и мои питомцы.

Надо действовать быстро, пока никто случайно не попал сюда, или в то место, где я окажусь в ближайшее время. Хоть бы это был Сочи. Хотя бы.

— Жора, готов? — повернулся я к напряжённому телохранителю.

— А то, — буркнул совсем не готовый Жорик, нервно клацая кинжалом в ножнах.

Шаг, ещё один, и я попал в яркое пространство. Зажмурил глаза, чтобы не ослепнуть, и очутился в темном лесу.

Где-то гавкали собаки. Не иначе как деревенька неподалёку. Заухал над головой филин. Только прошел дождь, пахло мокрой травой и прибитой пылью со стороны проходящей мимо проселочной дороги.

По ней как раз, никуда не торопясь, ехал небольшой автомобиль, блеснув перед нами светом от фар.

— Иван Сергеич, мне кажется, что мы совсем не в Сочи, — ответил Жорик.

«Скажи своему дотошному телохранителю… Мы рядом с городом, в одной из южных деревень», — пробурчала Лея.

— Жора, мы очень близко, — ответил я ему. — Мне надо бы связаться с Череповым.

Я пытался поймать связь, но всё было тщетно. Значит следовало подъехать ближе к побережью. Так сказать, въехать в «зону отчуждения». Там она, уверен, появится.

Затем паучиха повела нас к асфальтированной транспортной артерии, которая вела в город. Темно хоть глаз выколи. Видно, что про освещение в этих трущобах слыхом не слыхивали, хотя до города, по словам Леи, было не больше двадцати километров.

Когда мы вышли на обочину, заметили небольшой грузовик, который Жорик и остановил. Просто встав на дороге.

Шины завизжали резиной. Транспорт затормозил прямо перед носом телохранителя.

— Ты чаво, совсем сдурел, али как?! — пожилой мужик с сигареткой в зубах вылетел из кабины. Его слегка трясло.

— Уважаемый, мы очень спешим, — вышел я вперёд и протянул ему сто рублей. — Надеюсь, что эта незначительная сумма успокоит вас. И ещё в два раза больше, если подбросите по одному адресу.

Мужичок почесал заросший трехдневной щетиной подбородок, жадно уставился на деньги.

— Залезайте, — махнул он. — Только в кабине одно место.

Жорик, ни слова не говоря, сразу же полез в кузов.

— А вы откуда будете? — спросил любопытный водитель, когда мы тронулись в путь. — Одежда не нашинская. Да и в Сочи в таких только аристократы ходют.

— Мы приезжие, — ответил я. — Туристы. Хотели вот до моря добраться, а портал нас не туда забросил.

Водитель присвистнул.

— Ого! Портал?! Ты не шутишь?!

— Да в лотерее выиграли, — ответил я, вспомнив о ещё одной странности этого мира.

Хитрый способ обирать население, не нарушая закон, как мне однажды сказала Катя. И в целом была права. Мне это напомнило шарлатанов из моего мира, которые продавали в больших городах «кристально чистую» воду из ближайших рек и озер пригорода.

Мужик, услышав про лотерею, понимающе кивнул:

— Да, повезло. А я вот никак дом не могу выиграть. Пять лет участвую в ентих лотереях.

Он ещё что-то говорил, а я, кивая в ответ, пытался дозвониться до Черепова. Ну же! Где эта связь?

Когда мы проехали большой указатель «СОЧИ», у меня получилось.

Вот только дозвонился я не Черепову, а Лису.

— Иван? Привет! — в трубке раздался тревожный голос парня. — Значит, ты в Сочи, если я правильно понял? А то у нас здесь катаклизм местного масштаба. Ты наверняка уже слышал. Будто отрезаны от мира, и всё из-за этого чертового прорыва!

— Да, слышал… Странно, Черепов не отвечает, — задумчиво ответил я.

— Меня тоже это тревожит. Уже почти неделю ни слуху ни духу, — начал рассказывать Лис. — Возможно всё не так плохо и он зависает где-нибудь в борделе или в баре? Такое с ним случается в последнее время.

— Понял тебя. Тогда ещё поспрашивай у его знакомых. Может, кто в курсе. В общем, буду ждать тебя в торговом центре, на втором этаже.

— Отлично, скоро буду, — отозвался Лис и бросил трубку.

— Нам к торговому центру, который недалеко от рынка, — сказал я водителю, и мужик кивнул.

— А чо ж не знать? Ща доедем, — он выкрутил руль, поворачивая на узенькую дорогу. Как оказалось, город он знает, как свои пять пальцев. Уже через пару минут мы выехали на ровный асфальт, и я узнал этот район. За поворотом будет тот самый торговый центр.

Ждали мы Лиса недолго. Через минут десять мы встретились на степенях, и он предупредил, что за нами могут следить.

— Предлагаю переместиться в более безопасное место, — ответил он. — А то мне кажется, что за нами следят.

Тут же я заметил Азиза, который поманил нас рукой.

— Здорово, дружище, — мы обменялись дружескими объятиями, затем он пожал руку Жорику и тревожно посмотрел на нас. — Вовремя ты, конечно. Обложили тебя конкретно.

— За нами следят, как думаешь? — спросил я у араба.

— Думаю да. Вон тот мужик очень странный, — он махнул рукой на одного из покупателей, выбирающих товары возле открытой лавки. — Периодически косится на вас. Торчит уже долго здесь, но так ничего ещё не купил. Я бы на их месте на выходе вас перехватил.

— Что предлагаешь? — обратился я к нему.

— Выйти через черный ход. Там как раз недалеко стоянка такси, — ответил араб и повел нас по рядам.

Я увидел того самого мужика в черном костюме. Он шел за нами, стараясь не привлекать внимания. Проходя мимо компании арабов, наш преследователь столкнулся с одним из них. Я услышал крики.

— Отвлекают, — улыбнулся Азиз. — Мы успеем выйти.

Миновав большой зал, мы дошли до узенького коридорчика со ступенями, ведущими вниз. А когда вышли на улицу, Азиз махнул в сторону нескольких машин, стоящих справа, за зданием торгового центра.

— Вам туда. А я пока постою здесь. Посторожу.

— Спасибо, друг, — подал я ему руку. — Как всегда выручаешь.

— Друг в беде не бросит, — широко улыбнулся Азиз, и мы быстрым шагом направились к стоянке.

Через мгновение мы сели в такси, добрались до северной части города и остановились возле небольшого ресторана.

— Я здесь частенько заключаю сделки, — прокомментировал свой выбор Лис. — Довольно тихое место и кабинки отдельные есть.

Неказистое кирпичное здание снаружи оказалось довольно приличным внутри. Играла музыка и два столика были заняты. Мы же прошли в одну из двух закрытых кабинок, находящихся слева, недалеко от большого витражного окна. Сразу перед нами появился официант, и мы заказали по чашечке кофе.

Лис дождался, когда принесут заказ. Затем закрыл за официантом дверь и сел напротив.

— В общем, Ваня, плохо дело, — серьезно взглянул он на меня. — После того, как произошла магическая вспышка, это сыграло на руку Борису. Тут же странно себя повел и Зильберман.

— Что с Софьей? — спросил я его, хмурясь.

— Она раскрыла Бориса и пыталась сыграть на опережение, — ответил некромант. — Но тут появился Уткин с ордером на арест. Начал нести какую-то дичь. В общем, в итоге Софью забрали, и завтра в обед её будут судить.

— А еврею это зачем? Почему он оказался против?

— Непонятно, — пожал плечами Лис, делая глоток кофе. — Но, как говорит Катя, его подкупил Борис.

— Ну, цель её братца понятна. Он хочет убрать серьезных противников, чтобы захватить поместье, — сделал я выводы. — А Уткина он тоже купил… или запугал.

— Говорят, что дело какое-то забытое нашли, — ответил Лис. — И каких-то свидетелей.

Я выдохнул, затем посмотрел на печального Лиса:

— Ничего, разберемся. Сейчас я позвоню мэру… И узнаю, в чем тут дело. Борис тоже не дурак, он должен был согласовать это с администрацией. Иначе его за такие дела посадить могут.

— Так он согласовал. Его зам продался с потрохами. Трубин. Вот он и покрывает Бориса, помогая в давлении на окружение клана.

— Ах вот оно что, — теперь понятен хитрый план. — Но я всё равно позвоню Чернобаеву. Пусть подключается.

— Так пробовали. Нет с ним связи, — удрученно сказал Лис. — Он явно отдыхает где-то вне Краснодарского края.

Мы ещё немного побеседовали с Лисом. Все остальные живы-здоровы, вот только из поместья не выехать. Все дороги перекрыты враждебными магами. Откуда у него деньги, чтобы их нанять — вопрос. Может, премию хорошую ему выдали после Эпицентра. Хотя я понимал, что вряд ли. Значит. либо пообещал большой куш Зильберман, либо занял у знакомого, где спрятался на время. Ну или у знакомой.

Я решил пока снять домик на окраине Сочи, чтобы не мелькать в городе. Поужинав яичницей, которую на скорую руку приготовил Жорик, я завалился на неудобный диван. Набрал Чернобаева, но он был недоступен.

Завтра с утра надо приступать к решительным действиям. Успеть до суда побеседовать по душам с Трубиным и вновь попытаться дозвониться до Чернобаева.

***

— Ну что, как я тебе? — Борис стоял перед большим зеркалом и примерял новый темно-серый костюм, сшитый на заказ.

Он должен выглядеть на суде презентабельно. Ведь для него заседание — одно из важнейших событий после того, как он вернулся из Эпицентра.

— Ты у меня просто красавчик, — хихикнула Зина. — Но галстук я бы всё-таки надела. Красный подошел бы, или темно-синий.

— К черту его! — рявкнул Боря и схватил в объятия графиню. — Ерунда это всё. А вот когда я заберу клан у Астафьева, можно и подумать над этим. Глава клана должен носить галстуки. Кстати, что там Катя говорит?

— Недавно звонила, спрашивала, не знаю ли я, где ты, — криво улыбнулась Зина, отстраняясь от него. — Плачет в трубку, жалуется… Ты знаешь, а мне жаль её. Да и врать подруге неудобно.

— Так это же для дела нужно, пойми, — вновь приблизился к ней Борис и погладил по длинным темным волосам. — Если узнают, что я у тебя — всё провалится. Наймут какого-нибудь киллера. И меня завалят, и тебя заодно.

— Ой, — Зина в ужасе вытаращилась на него, закрывая рот ладонью. — А я и не подумала. Катя не способна на такое, а вот Марина — вполне. Это та ещё стерва.

— Вот видишь, — ухмыльнулся Борис. — Но скоро всё закончится, и мы с тобой немного отвлечёмся. У нас же медового месяца не было. Так ведь. Вот и поедем куда-нибудь за границу.

Зина тут же обрадовалась и принялась щебетать над ухом, говоря ему какие страны она бы посетила. А Борис вновь погрузился в свои мысли.

Он идеально все просчитал. Астафьевы и Медведевы окружены людьми Зильбермана. Рылеевы тоже под контролем и не полезут в драку. Когда они узнали, что у него есть поддержка городской администрации, это значительно остудило их пыл.

А сам Астафьев ничего не узнает. Ведь связи-то нет. Есть, конечно, вероятность, что наткнется этот урод в какой-нибудь газетенке на статью об аресте Софьи, но будет уже поздно.

Сегодня, после суда, Борис нападет на его поместье и уничтожит все, что дорого для этого ублюдка. И заберет, наконец, власть в свои руки. А его поддержат Збруевы и Драгуновы.

Борис подошел к зеркалу и подмигнул своему отражению. Ну что, граф, пора надирать всем задницы.

***

С утра я встал, немного размялся, отжавшись от пола и покачав пресс. Затем мы с Жориком отправились в ресторанчик, расположенный неподалеку. Позавтракали овощным салатом и яйцами пашот.

Когда я в третий раз позвонил мэру, понял, что Лис скорее всего прав. Мэр не в Краснодарском крае. Тогда я решил посетить администрацию. Пора посмотреть в глаза его заместителю и пообщаться.

Добравшись до места назначения, я взлетел по ступеням на второй этаж и попал в кабинет к Евгению Трубину. Жорик остался снаружи, дежуря у двери.

— Женя, ну и чего же ты творишь, гад такой?! — рявкнул я, когда ворвался в кабинет, минуя секретаршу.

— А…, а вы кто будете? — полноватый мужик в бежевом костюме отвлекся от заполнения каких-то документов и растерянно посмотрел в мою сторону.

— Астафьев, Иван Сергеевич, граф и глава клана, который ты помогаешь развалить, — улыбнулся я.

— Немедленно выйдите из помещения, — он взял себя в руки и строго посмотрел на меня. — Охрана!

— Мне кажется, что это лишнее, — ответил я, слыша шум за дверью. Судя по звонким шлепкам, в дело вступил Беспощадный. — Лея, выходи.

— Кт-кто такая Лея? Что вообще происходит? — его лицо вытянулось, а руки шарили в поисках чего-то под столом. Оружие ищешь? Ну ну…

— Щас узнаешь, — оскалился я, и в этот момент паучиха, снимая с себя камуфлятор, оказалась перед ним прямо на столе.

— БУ! — звонко крикнула Лея, и Трубин почти упал в обморок. А вот этого нам не надо!

Я подошел и, набрав стакан воды из графина, стоявшего на столе, плеснул этой продажной шкуре в лицо.

— Аппхп-пхапх, — встрепенулся Трубин, выпученными глазами осматривая комнату.

— Я тут, Женя, — помахал я ему, и когда он повернулся направо, вмазал ему в челюсть.

— Что тебе нужно?! — закричал Трубин. А затем вновь его взгляд упал на стол, где расположилась Лея. — Ох ты ж, твою-то мать!

Зам мэра вскочил из-за стола, опрокидывая стул и прижался к шкафу.

— Если не сознаешься — мой питомец впрыснет тебе яд, — процедил я.

— Ага, — подтвердила Лея. — И будешь умирать долго и мучительно. Обещаю.

— Н-нет, зачем такие крайности, — затрясся Трубин, поняв, что его жизнь висит на волоске. — Да, он пришел…

— Кто он?.. — нахмурил я брови. — Только четко и понятно.

— Борис… — нервно сглотнул Трубин. — А м-можно воды?

— Нет! — кривнул я. — Говори!

— В общем. он откровенно запугал меня, — забормотал Трубин. — А тут ещё его дикобраз. Вы бы видели его иглы.

— Денег много обещал? — перебил я его. — Заметь, я вижу, когда человек врет! Соврешь — труп. Всё просто.

— Д-да, миллион, — продолжил я. — Но я больше испугался…

— И что ж ты, Женя, при живом то мэре такое вытворяешь? Ну испугался — обратился бы в службу безопасности.

— Д-да, я виноват. Простите, граф, — потупил он взгляд, стараясь не смотреть на Лею.

А эта чертовка все равно привлекала его внимание. Стрекотала, шуршала лапками по бумаге, вальяжно прохаживалась по столу.

В общем, заместитель был на грани обморока, но все-таки подписал признательную бумагу, где всё изложил как есть.

Этого было достаточно. Покидая кабинет, я бросил ему напоследок:

— И запомни, Женя. Если вдруг, ты что-то скажешь Борису или Феде Уткину, моя паучиха заставить тебя страдать. Даже если намекнешь… Понял?

Судя по тому, как зам мэра закивал, разговор он усвоил и больше не будет.

— Лучшее для тебя решение — просто молчать. Не отвечать на звонки Бориса и не пускать его на приём. И ещё… если кому проболтаешься о нашей беседе — я тебе не позавидую.

Затем я громко хлопнул дверью и очутился в приемной.

— Пошли Жорик, — махнул я телохранителю. Затем окинул взглядом обстановку: поваленные стулья, испуганная секретарша и три корчащихся на полу от боли охранника. — Ты, я смотрю, тоже занимался воспитанием.

— Пришлось немного, ага, — ответил телохранитель.

Покинув администрацию, я в такси попытался связаться с Уткиным, но он не брал трубку.

«Федя, твою мать, перезвони. Иначе хуже будет» — написал я ему сообщение и отправил.

Вот же сволочь, молчит. Пришлось наведаться в отделение, но меня внутрь не пустили.

Я взглянул на часы. Заседание суда уже началось, и пришлось заплатить таксисту за скорость.

Попали мы именно в тот момент, когда отвечал свидетель. Забитый мужичок стоял перед деревянной тумбой и блеял о том, как он лично видел, как Софья выстрелила в прохожего на улице.

Я оглядел зал. Мой взгляд выхватил мрачную Софью на скамье подсудимых. Её руки лежали на столе, и на запястье блестел антимагический браслет. Рядом с ней молодой парнишка, адвокат.

Затем я увидел Борю. Он сидел в первом ряду и довольно улыбался.

Хм… Надо согнать улыбку с лица этого паразита. Значит, сделаем так. Я скомкал лист бумаги и бросил в него. Попал в голову.

Боря резко обернулся. Взгляд заметался по сторонам. Затем он увидел меня. Изрядно побледнел, и лицо превратилось в злобную физиономию.

Этого я и добивался.

— А вот она… — показал свидетель на Софью, — подошла и выстрелила третьему прохожему в голову

— Вы уверены, что это была подсудимая? — спросил его судья с седыми бакенбардами. Он уже готов был огласить приговор.

— Да! Уверен! — вскрикнул свидетель. — Это была она.

— Ну что ж, тут и так всё понятно, — подытожил судья, повернувшись к десятку мужчин и женщин, сидящих на отдельных местах. — Господа присяжные, вам нужно удалиться в совещательную комнату? Или уже приняли решение?

— Мы уже всё решили, — ответила полная женщина в темном платье.

— Хорошо, — одобрительно кивнул судья. — Голосуем. Софья Клещеева, обвиняется в убийстве четырёх ни в чем не повинных граждан. Если она виновна, поднимите руку.

Все, даже не моргнув глазом, подняли руки. Дьявол! Боря их тоже купил. И судью, по всей видимости, судя по его довольной физиономии.

Софья же схватилась за голову, понимая, что всё кончено. Нет, Софи, сейчас мы немного подкорректируем сценарий спектакля от Бориса.

«Лея, надеюсь на тебя», — обратился я к питомице.

«Запрос принят», — сосредоточенно ответил паучиха и незаметно выскользнула из пространственного убежища.

— Итак, подсудимая Софья Клещеева… — начал оглашать приговор судья, хватая в руки молоток.

Я знал, что сейчас будет. В моем мире суд проходил по тем же правилам. После того, как молоток упадет на деревянную «наковальню», приговор вступит в свою силу.

— …объявляется!..

И когда судья готов был ударить молотком, Лея совершила рывок, прыгая в его сторону.

Глава 3

Судья, подняв молоток в крайней точке, замешкался и с грохотом опустил его на «наковальню».

— … невиновной! — закончил он фразу.

Зал зашумел. Борис аж привстал от удивления. Присяжные испуганно смотрели на судью, а тот, таинственно улыбаясь, взглянул на бумаги, лежащие у него на столе, поднял их и демонстративно разорвал пополам.

— Это всё подделка, — заявил он.

«Лея, что ты делаешь? Не нужно лишнего, — отправил я ментальный запрос паучихе. — Айда обратно!»

«Это я ещё только начала», — резко ответила Лея.

— Я протестую, ваша честь! На основании улик, показаний свидетелей… — вскочил покрасневший прокурор со своего места.

Но судья ещё раз ударил молотком, и гул в зале суда поутих.

— А ну-ка сел на место, *б твою мать! — закричал он на прокурора. — Окончательное решение за мной, и обжалованию не подлежит!

«Лея, хватит, — взмолился я. — Иначе судью скоро самого начнут судить за такие вольности».

«Ну ладно, хорош, действительно, — согласилась паучиха. — Дело сделано».

Когда питомица вернулась обратно, исчезнув в пространственном кармане, судья добавил:

— Подсудимая подлежит немедленному освобождению!

А где Софья? Только что была тут! Я окинул зал взглядом, но её на месте не было. Борис тоже куда-то исчез. Он что, похитил её?!

Звякнул телефон, оповещая, что пришло сообщение. Я посмотрел на экран. Незнакомый номер. Открыл сообщение и прочитал:

«Ты сам виноват и не оставил мне выбора. Её смерть будет на твоей совести».

Вот же тварь! Я сжал телефон в руке. Надо срочно найти Бориса.

«Лея, ты сможешь найти след?» — спросил я у паучихи.

«Увы, но из-за этого грёбанного фона, все магические следы расплываются, словно кисель. А разматывать их месяц, а то и два, — удручённо призналась Лея. — Так что тут я бессильна».

Ну что ж, вариантов немного. Точнее — их практически и нет. Только один человек может подсказать его дальнейшие планы.

Я буквально выскочил из зала суда, и меня в коридоре нагнал Жорик.

— Сейчас куда, Иван Сергеич?

— Наведаемся к Уткину. Всё мне расскажет, как миленький, — я глубоко дышал и пытался справиться с гневом, пытающимся выплеснуться наружу. Вроде получалось.

— Только где его теперь искать? — отозвался телохранитель, когда мы спускались по лестнице на первый этаж.

— Возможно, у него есть какое-то укрытие. Узнаем, где оно, и постараемся застать врасплох, — выдавил я, размышляя, как же мы это сделаем.

Прежде всего нужно узнать адрес его проживания, а это можно было сделать лишь в его конторе. В отделе кадров в любом случае прописан адрес. Но соваться туда бессмысленно. Хотя есть ещё один вариант…

Я набрал Катю, и услышал в трубке изумлённый голос:

— Ваня? Ты?!

— Ага, он самый, — ответил я. — Твой братишка. Я в Сочи.

— Ничего себе! Но, боюсь, что ты поздно приехал, — всхлипнула сестра. — У нас тут такое творится…

— Да знаю я, Катюш, — перебил её, лишь потому, что времени не было. — Первым делом надо освободить Софью.

— Так её же судят вроде.

— Нет, уже оправдали… — Катя начала забрасывать меня вопросами, но я вновь её перебил. — Сестренка, послушай. Я потом всё расскажу. Времени мало, и Софья в опасности. Освобожу её и накажу Борю, а потом разберусь с Зильберманом. В общем, есть важное поручение к тебе.

— Да, слушаю, — ответила Катя.

— Скажи, Уткин оставлял свои данные Софье? Или, может, у неё есть на него что-то? Вспомни, пожалуйста. Мне нужен дом или квартира, в которой он проживает.

— Уткин? Ты хочешь?!..

— Просто зайди в кабинет Софьи. Поищи данные по Уткину. Может, очередной компромат на него или что-то в этом роде. Мне нужен только адрес.

— Хорошо, сейчас… Я перезвоню, — сестра отключилась.

После разговора с сестрой я понял, что уже обед. Но аппетита не было от слова совсем. Я взвинчен до предела, и причина — Борис. Пока не разберусь с ним, не успокоюсь.

Понятно, что надо действовать быстро, и если получится, на опережение. Эффект неожиданности нельзя сбрасывать со счетов. Иначе будет сложнее освободить Софью. Притом, мало ли, что у него в башке творится после Эпицентра.

Наконец, Катя перезвонила.

— Да! Есть адрес! — радостно крикнула сестра в трубку, да так, что я чуть не оглох. — Но непонятно, он живет сейчас там же или уже переехал.

— Диктуй.

— Ямщицкая сорок семь, квартира два, — ответила сестра.

— Спасибо тебе. Перезвоню, как будем ехать домой, — уверенным тоном бросил я.

Катя ещё что-то хотела сказать, но я отключился. Назвал адрес таксисту.

— А, это мы знаем, — кивнул тот, вдавливая педаль газа в пол.

Доехали мы быстро. То ли я уже привык к большим расстояниям столицы, то ли действительно таксист умело сократил маршрут. Но через десять минут мы подъехали к жилому трёхэтажному дому с табличкой «ЯМЩИЦКАЯ 47 А».

— За этим домом будет ваш, — ответил таксист, заворачивая во двор между двумя домами.

— Подожди здесь, — обратился я к водителю.

— За простой надо платить, — улыбнулся он и охнул, увидев у меня в руке две сторублевые купюры.

— Этого хватит?

— А то. На полдня, — засмеялся он.

Мы с Жориком вышли, когда в небе загрохотало. Собирался дождь, и прохладный влажный ветер был тому подтверждением.

— Первый подъезд, — указал Жорик на одну из трёх дверей, оббитой железом и мы направились в её сторону.

Начался дождь, и крупные капли забарабанили по земле, оставляя в пыли мокрые кляксы. Я обратил внимание на небольшой козырек над лавкой, которая стояла у стены дома. Там мы и побеседуем.

Когда мы остановились возле двери с табликой «2», Жорик нажал на круглую таблетку звонка.

— Ну какого черта, Михалыч?! — раздалось за дверью и я услышал звук отпираемого замка. — Я же сказал — больше не займу тебе! Ты просто…

Уткин не договорил, отворив дверь. Так и замер в домашней пижаме на пороге, выпучив красные от недосыпа глаза.

— Ну, привет, дружок, — поздоровался я с ним. — Выходи на улицу по-хорошему.

— Иван, ты думаешь, будто я предал… Или что-то вроде того, — начал лепетать начальник следственного отдела.

Конечно, его состояние мне понятно. Я готов был убить продажную шкуру на месте, и он прекрасно прочел это в моем взгляде.

— Я ничего не думаю. Выходи, — резко добавил я. — Иначе будет хуже, ты знаешь.

— Ну ладно. Сейчас, — он, не запирая дверь, накинул плащ, закрыл голову капюшоном и вышел в дождь.

— Пошли под тот навес, — я махнул рукой в сторону козырька.

— Граф, это какое-то недоразумение… — вновь забормотал на ходу Уткин. Я чувствовал его страх даже на расстоянии. И ещё, конечно, он думал, как выкрутиться. Но со мной такой фокус не выйдет.

— Недоразумение как раз ты, — резко ответил я, когда мы устраивались на широкую скамью. Капли дождя лупили по металлическому тенту, и приходилось разговаривать чуть громче.

— Послушай, этот Боря…

— За какую сумму он тебя купил? Только честно, — спросил я у начальника следственного отдела.

— Сто тыщ аванс, — тихо ответил Уткин, но слух у меня достаточно острый, чтобы услышать его.

— Общая сумма какая?! — гаркнул я.

— Полтора миллиона, — ответил Федя и тут же попытался оправдаться. — Но я не соглашался, упирался до последнего. Говорил этому идиоту, что нельзя так. Неправильно…

— Ты то? — я не выдержал и достал из пространственного кармана Пал Палыча. — Не захочешь говорить нормально со мной — побеседуешь с ним. У тебя очень быстро в груди появится большая дыра. Сердце исчезнет сразу, когда раскаленный шар пролетит насквозь. Оно просто превратится в пепел. Ты даже успеешь пощупать рукой свою рану до того, как сдохнешь.

— Хорошо, — Уткин заиграл желваками, кинул в уголок рта сигарету и дрожащими руками зачиркал роликом на зажигательном устройстве. Никак не получалось.

Пал Палыч сверкнул глазами. Мне даже показалось, что он улыбнулся. Кончик сигареты воспламенился, и Уткин, вскрикнув, отбросил его в сторону.

— Курить вредно для здоровья, — прокомментировал я поступок своего питомца. — Так что? Ты же хотел мне что-то рассказать? Верно?

— Да, — побледнел Уткин. — В общем, я согласился на такую сумму, потому что у меня куча долгов. Два больших кредита. Также у меня есть своя большая цель — купить дом. Большой дом, трехэтажный, с прислугой.

— И ради этого ты решил встать на сторону моего врага? — я хотел ему врезать. Даже представил, как мой кулак ломает его нос. Затем я хватаю его за горло…

— Я всего лишь согласился помочь. Поднять старое дело, — помрачнел Уткин, кутаясь в плащ. — Притом нашлись свидетели.

— Точнее вы придумали свидетелей. Правильно формулируй, — подчеркнул я.

— Ты слишком резко всё воспринимаешь. Я ведь не желаю тебе зла.

— Ты продался, — процедил я. — Этого достаточно, чтобы стать и моим врагом.

— Что я должен сделать, чтобы искупить? — Уткин смотрел на меня жалким взглядом, пытаясь вымолить прощение.

— Ты можешь искупить только кровью. Но я дам тебе шанс, — серьезно взглянул я в бегающие глаза начальника следственного отдела. — Во-первых, мы подписываем с тобой бумагу. Там ты клянешься в верности мне и моему клану. Это единственный шанс для тебя остаться в живых.

Уткин прищурился, подумал некоторое время, затем закурил. На этот раз зажигательный прибор выплюнул огонек. Сделал глубокую затяжку и выпустил из ноздрей струйки дыма.

— Я согласен, — наконец-то ответил он. — Если будет оплата достойная…

— Уткин, ты опять за своё, — осадил я его. — Зарплата хорошая. Не миллионы, которые тебе обещал Боря, но тебе хватит и на еду, и отложить на дом получится. Ну и хорошие премии, правда лишь в исключительных случаях.

— Хорошо, я готов подписать, — судя по взгляду, Уткин словно с девственностью расставался. Он привык работать сам на себя, а тут ему будто хомут на шею надевают. Но разве кто-то в этом виноват, кроме него самого?

— Достаточно будет расписки, — сказал я ему. — Тащи лист бумаги. Я тебе продиктую, что написать.

Дождь к этому времени закончился, и сквозь тучи проглянуло солнце. Будто сама природа давала знак, что все будет хорошо, все наладится.

Через минуту Уткин принес лист бумаги и ручку. А ещё через десять минут был готов кабальный документ, который он и подписал.

Я выхватил его из рук Феди, а он вопросительно уставился на меня.

— А мне экземпляр?

— Достаточно одного, — ответил я тоном, не терпящим возражений.

— Так что произошло? Если вкратце, — поинтересовался Уткин.

— Борис похитил Софью из здания суда.

— Так её же должны были посадить? Зачем её похищать?

— Потому что её оправдали, — ответил я. — Скажи лучше, где он может её держать.

— Наверное, у себя в домике, — ответил следак. — В общем, у него есть жильё на природе. Я как-то был у него, когда мы отмечали… В общем ты понял, да… Единственное место, которое пришло на ум.

— Так, говори, как туда проехать, — рыкнул я.

Это уже было что-то. И по логике, там он и будет держать Софью. Хотя что-то меня смущало. Борис хитрый жук. В любом случае подстраховался или имеет козырь в рукаве.

Уже через полчаса мы подъезжали к горному массиву на северной окраине Сочи. Как сказал Уткин, на одном из утесов, скрытая магической защитой, стояла его хижина. А перед ней Борис обычно ставил несколько капканов, которые может не увидеть даже самый опытный маг.

Но мой орлиный взор позволял мне видеть абсолютно всё. Ну или почти всё.

Выскочив из такси за сто метров от объекта, мы с Жориком отправились по тропе. Я показывал где спрятаны ловушки, Жорик обезвреживал их с помощью своего артефакта.

Но когда мы приблизились к небольшому ухоженному домику, я заметил открытую дверь. Жорик обыскал дом, затем обошел его вокруг.

— Нет никого! — крикнул он. — Вот же козёл!

***

Щёголь аккуратно закрыл магическую ловушку веткой. Идеально. Теперь никто к нему не подберется. А если попытается подойти по этой тропинке — ну что ж, тогда он превратится в кучку мяса и костей. «Мясорубка» — так называлась эта штука. За счет мощного потока энергии жертву буквально выворачивало наизнанку.

Единственная тропа. Слева непролазные дебри, которые невозможно преодолеть без шума. Справа — горная гряда, которая возвышалась на добрые десять метров.

И собственно небольшое плато перед пропастью, на котором он и расположился.

Расстегнул чехол и начал собирать винтовку.

Так. Последний штрих. Прицепил удобный приклад, защелкнул оптический прицел. Закинул в приемник бронебойный, искрящийся от магии патрон. О, эта крошка способна была на многое. Даже элитники побаивались её. Пробивает все щиты и разрывается при попадании на несколько частей. Без шансов.

Так он уже уничтожил пятерых достаточно сильных магов, причем один был какой-то большой шишкой. Щёголь ласково погладил пять зарубок на прикладе. Скоро на нем появится ещё одна.

Борис, конечно, появился кстати. Заказов почти не было, он был на мели. Никто не хотел ни с кем воевать. А если и были стычки, то ограничивались они парой-тройкой несмертельных дуэлей. И тут Боря напомнил о себе.

Оказавшись в одном отряде в самом пекле Эпицентра, они познакомились, и — во дела! — оказалось, что он тоже из Краснодарского края.

Обменялись контактами. И вот Борис позвонил, зная о его специфической профессии.

Щёголь посмотрел в прицел. Боря подходит к обрыву с какой-то дамой, держа её за волосы. Ждет кого-то.

У него звякнул телефон. Он краем глаза взглянул на сообщение:

«Готовься».

Да он всегда готов. Поставив винтовку на лапы, он лёг и сосредоточился. А вот и гости.

Так, мочить того, кто с луком, затем второго, который держит в руке кинжал.

Его палец отщелкнул предохранитель, затем аккуратно лег на курок.

Щёголь выдохнул.

***

Мой телефон зазвонил. Я взял трубку.

— Я догадывался, что придешь именно в эту хижину, — злобно прошипел Борис. — Ты, чертово отродье, думаешь, что все вокруг идиоты? Я перестраховался!

— Отпусти Софью, и тогда я, может. передумаю убивать тебя, — кратко и доступно сказал я этому уроду.

Борис нервно засмеялся в ответ.

— Ты думаешь, что это меня испугает? — прошипел он. — Ошибаешься. Я был в Эпицентре. Спроси у Жорика, можно ли испугать этой хренью тех, кто прошел через ад?!

— Я не пугаю, — поправил я его спокойным тоном. — Говорю как будет.

— Не так будет. Мы скоро встретимся с тобой, и ты поймешь, о чем я говорю, — Борис сделал паузу, скорее всего пытаясь услышать мою реакцию. Но я молчал. — Ты чего заткнулся? Тебе плевать на судьбу твоей женщины?

— Я жду, когда ты закончишь болтать и скажешь, в какой норке спрятался, мудак ты конченный! — не выдержал, всё-таки выплеснув немного эмоций.

— А ты грубиян, — засмеялся Борис. — Ну ладно. Так объясню. Сейчас выезжаешь на дорогу, через километр сворачиваешь направо. Я тебя буду ждать там, где заканчивается дорога. И ещё. Если приедешь ещё с кем-то, кроме своей шестёрки — обещаю, что прикончу девку… Всё. Конец связи.

В трубке я услышал короткие гудки. Сволочь, всё-таки вывел из себя. Разорвать его готов.

— Жора, нам пора идти, — обратился я к телохранителю.

— Мы такси отпустили уже.

— Так пешком пойдем, — ответил я. — Тут же напрямую рукой подать.

— Боюсь там сложный рельеф, Иван Сергеич, — отрицательно покачал головой Жорик. — Я однажды охотился неподалеку. Там овраги да расщелины. И заросло всё акацией. А там шипы у неё знаете какие? Нам ничего не остается, как идти по дороге.

— Нет, Жорик, ещё подумай.

— Возле дороги? — озадаченно покосился в мою сторону телохранитель.

— Именно. Там точно более-менее можно пройти, и подойдем мы незамеченными, — объяснил я ему.

На том и порешили, двинувшись в путь.

Повернув там, где говорил Борис, мы обнаружили первую ловушку. Вроде похожа на булыжник, но на самом деле замаскированная магическая бомба. Жорик немного поколдовал Беспощадным и ювелирно разобрал её на детали. Теперь она не представляет опасности.

Через сто метров мы обнаружили ещё, чуть дальше ещё две. В конечном итоге обезвредили восемь штук.

А Боря подготовился. Конечно, он понимал — маловероятно, что мы подорвемся на одной из них. Ну а вдруг. Человеческий фактор никто ещё не отменял. В моем родном мире изредка даже опытные воины попадались даже в примитивные ловушки.

Я увидел этого урода. Он намотал на руку длинные волосы Софьи и расположился позади неё, прикрываясь девушкой как щитом.

— Ну, и где вы?! — закричал Борис. — Можете не прятаться! Моди вас уже почувствовал.

— Моди? — удивленно прошептал Жора у меня над ухом.

— Питомец, — ответил я, и тут же мы увидели пыхтящего дикобраза, распушившего иголки. Он стоял сбоку своего хозяина и смотрел в нашу сторону.

— Выходим, — решил я. — Теперь уже смысла нет прятаться.

— Согласен, — вздохнул Жора и достал кинжал, направившись в сторону поляны, немного впереди меня.

— А вот и наш герой со своей шестёркой! — крикнул Боря.

— Заткни свою вонючую пасть! — рявкнул я. — Он не шестерка, а телохранитель.

— Какие мы впечатлительные! — ответил Боря. — А теперь поговорим.

Он зашагал к обрыву, потащив за собой охнувшую Софью.

— Ты девушку отпусти, — посоветовал я, выпуская Пал Палыча и давая ему задание. Лавовый котёнок тут же исчез с поля зрения.

С Леей мы заранее обсудил план Б, если план А не сработает.

В это время Борис подошел настолько близко к пропасти, что Софья застыла на самом краю. Ноги её пытались зацепиться за край осыпающейся земли.

— Ты меня слышишь, ублюдок конченый? Отпусти девушку и поговорим как мужчина с мужчиной. Или ты всегда прикрываешься слабыми и беззащитными?

— Я играю по своим правилам! — крикнул Борис, толкая Софью вперёд и держа только за волосы. — И ты не поверишь — они у меня меняются постоянно. Что я сейчас сделаю? А? Как думаешь?

Да он же сбрендил! Похоже на то, что Эпицентр все-таки изрядно повлиял на него. Он стал более жестоким и непредсказуемым.

— Тронешь её, и ты уже труп, — процедил я в ответ.

— Правда? А если так? — хохотнул Борис, делая ещё шаг в сторону пропасти.

— Ты не сделаешь этого, — прошипела ему Софья.

— Я то? Может сделаю, а может и нет, — весело ответил Борис. — Никто этого не знает, кроме меня.

Софья балансировала на осыпающейся под ногами земляной кромке. Блондинка в буквальном смысле зависла над пропастью.

Потерпи, красотка, я тебя вытащу. Ещё немного.

— Ты же хочешь, чтобы я её отпустил? — добавил Боря. — Ну так вот... Отпускаю.

И я с ужасом увидел, как Борис разжал пальцы.