Судоплатов. 1920 год.

Глава 1

Владимир Григорьевич Орлов был потомственный дворянин. Начальное образование получил в Варшаве, в Первой образцовой Апухтинской гимназии. Одновременно с ним в гимназии обучались Борис Савинков и Иван Каляев. Окончил юридический факультет Варшавского университета. Участник Русско-японской войны. После войны вернулся в Варшаву, где стал следователем по политическим делам — в частности, его подследственным был Дзержинский. В 1912 году он уже был действительным статским советником и следователем по особо важным делам. С началом Первой мировой войны Орлов был переведён в контрразведку, работал под началом генерала Батюшина. Являлся членом Верховной следственной комиссии по делам военного министра Сухомлинова, полковника Мясоедова, «сахарных спекулянтов» Рубинштейна и Доброго, которые обвинялись в переводе денежных средств в Германию и Австро-Венгрию.

После Октябрьской революции Орлов, по поручению генерала Алексеева, смог устроиться в Петроградскую ЧК по подложным документам (на имя Болеслава Орлинского). Он был назначен на должность председателя центральной уголовно-следственной комиссии, неоднократно лично общался с Дзержинским. Он вспомнил Орлова, отметив: "Это очень хорошо, Орлов, что вы сейчас на нашей стороне. Нам нужны такие квалифицированные юристы, как вы. Если вам когда-нибудь что-то понадобится, обращайтесь прямо ко мне в Москву".

Орлову удалось создать тайную антибольшевистскую сеть (около 80 агентов) и войти в контакт с представителями стран Антанты и Центральных держав в Петрограде, которым смог передавать некоторые сведения о деятельности ВЧК, организовать переброску офицеров из Петрограда в Добровольческую армию. Крупным успехом Орлова считалось создание картотеки с фотографиями и ориентировками на большевистских агентов и агитаторов, которая также была передана на Дон. Одним из контактов Орлова был английский разведчик Сидней Рейли.

В сентябре 1918 года Орлов, из-за опасности провала, бежал в Финляндию, откуда выехал на Юг, добравшись до Одессы в феврале 1919 года. В Одессе он был назначен начальником контрразведывательного отделения начальника штаба Добровольческой армии Одесского района. Отделение под руководством Орлова добилось крупных успехов, которые приписывались неутомимому усердию его начальника: в Одессе практически в полном составе были разгромлены подпольная большевистская организация и отделение Иностранной коллегии. Сидней Рейли упоминал, что Орлов в своей работе в Одессе не придерживался формальной правовой процедуры — дела арестованных им большевистских агитаторов не всегда передавались судебным органам.

После оставления Одессы Орлов прибыл в Константинополь, где поступил в распоряжение генерал-квартирмейстера ВСЮР. Затем перебрался в Екатеринодар, в штаб Деникина. В декабре 1919 года Орлов принял должность начальника контрразведывательной части особого отделения Генштаба ВСЮР. Чуть позднее Орлов стал одним из руководителем врангелевской контрразведки. На этом посту он добился существенной реорганизации белогвардейских спецслужб, последовательно вёл контрразведывательную работу против ВЧК и Коминтерна, перенеся её главным образом за пределы территории бывшей Российской империи.

В день нападения красных диверсантов на ставку Главнокомандующего Орлов был в Севастополе, где встречался с Рейли, прибывшем из Лондона с деньгами для поддержки белого движения.

Сначала Орлову было затруднительно понять кто же напал на здание штаба. Слова о двух мальчишках он поначалу пропустил мимо ушей - обычные побирушки, ничего заслуживающего влияния. Однако допрос князя Оболенского расставил все по своим местам. По словам князя именно двое мальчишек, один из которых выдавал себя за брата его товарища князя Голицына, и совершили нападение на штаб, воспользовавшись гранатами, доставленными в контрразведку после изъятия у солдата, решившего их обменять на рыбу.

- Вы поймите, господин Орлов! Эти дети просто сущие дьяволы! - князь потрогал затылок - Пока один своей песнью отвлек наше внимание, второй умудрился как заправский карманник вытащить у меня и штабс-капитана наши револьверы!

- Что за песню спел этот самозванец? - Орлов затянулся турецкой папиросой, наслаждаясь ароматом табака.

- Эта песня посвящена как ни странно мне и поручику князю Голицыну! Черт побери, но ее слова всколыхнули мой разум! Меня будто разорвали надвое, я еще тогда охренел: как этот сопляк смог написать такой романс!

- Вы сможете его напеть? - в Орлове проснулось любопытство.

Черт, меня потом здорово ударили по голове, но слава Богу, я всегда отличался хорошей памятью! - князь напел, а Орлов записал слова романса.

- Интересно! Это определенно написал не красный поэт! С другой стороны, песня нова и я уверен, что ее слова здесь, в Крыму никто не знает. Интересно! - еще раз повторил Орлов и затянулся, выпуская колечки дыма. Значит эти сопляки были хорошо подготовлены?

- Так точно! У меня мелькнула мысль, что их обучением наверняка занимался какой-то казак из пластун - очень уж эти казаки любят эти ухватки, знавал я одного такого мастера, он даже наносил удары ногами как в французском боксе! Помимо этого они умеют пользоваться гранатами и хорошо стреляют, как потом я узнал.

- Да уж! - поморщился Орлов - Тактика у них просто страшная, они швыряли гранаты направо и налево, не гнушались добивать раненных офицеров! И спокойно ушли, не выдав себя и не выразив подозрительности у солдат. Хотел бы я с ними встретиться! Кто еще видел этих диверсантов?

- Генерал-майор Гончаренко. Его эти малолетние мерзавцы связали и засунули ему в рот кляп. Но сегодня Георгий Иванович куда-то пропал!

Орлов тут же насторожился - Что значит пропал?

- Мы расстались вчера, в кабаке немного выпили и помянули погибших после этой варварской бойни. Господин генерал попросил гитару и вышел на сцену, где спел этот чертов романс! После его незапланированного выступления какой-то прапорщик попытался обвинить генерала в трусости. Ему не понравился последний куплет. Так Георгий Иванович набил ему морду и ушел в в странном настрое. Черт! Неужели он решил ...

- Что же вы замолчали? Что решил?

- Этот самозванный князь предложил нам сдаться красным, обещая нам жизнь, скорее всего генерал решил сдаться красным.

Орлов поднял трубку телефона - Орлов у аппарата: Срочно дать в розыск данные по генералу-майору Гончаренко. И постарайтесь взять его живым! Выполняйте!

Однако генерал Гончаренко дураком не был и решил бежать в красную Россию через Турцию. Добравшись до Севастополя, он взял билет на пароход до Константинополя, до отправления которого оставалось целых пять часов. Поэтому генерал решил прогуляться по набережной. Наша группа тоже добралась до этого портового города, пытаясь здесь найти желающего заработать контрабандиста. Федор косил под больного, мы ему загипсовали ногу ниже колена и он на костылях, приобретенных на барахолке, смело гулял с нами, Аркаша надел очки с толстыми линзами, в расчете, что на такого очкарика не позарится ни одна мобилизационная комиссия. Артузов и Эйтингон ожидали нас в трех километрах от города, на одном из диких пляжей.

Когда мы с Серым увидели шагающего нам навстречу генерала, резко остановились и увидев курящих офицеров, бросились к ним - Дяденьки, дайте закурить!

Один из них сунул нам пару папирос и пошли дальше. Генерал же определенно нас "срисовал", подошел к нам и кивнул - Доброго дня, молодые люди!

Федор начал осматриваться в поисках путей отступления, но я почувствовал, что агрессии в генерале нет и подал знак "ждем" - И вам не хворать, господин генерал!

Гончаренко тоже закурил и произнес - Я решил последовать вашему совету, мои юные друзья, вот хочу покинуть Белый Юг через Константинополь.

Я мысленно потер руки - нам опять несказанно повезло - Георгий Иванович, а может вы заодно захватите с собой и нашу компанию? Правда у нас трое человек призывного возраста.

- Значит нужны билеты на шестерых? Ну что же это не проблема, пойдемте за вашими друзьями.

По дороге мы успели пообщаться и из слов генерала я узнал, что не все руководство контрразведки белых ушло на небеса - Авантюрист Орлов, в свое время облапошивший самого Дзержинского, волею случая не был в ставке и теперь он единственный из профессионалов теперь предпринимает все, чтобы нас заполучить в свои руки.

Я от неожиданной мысли почесал репу.

- Генерал, мне срочно нужна граната F1 и шкатулка с замком, в которую с трудом но поместится граната вместе с ввернутым запалом.

За гранатой генерал заглянул в ближайшую военную часть, а шкатулку купил в антикварном магазине. Выложив внутренность шкатулки тряпьем, на дающим гранате болтаться внутри, я выдернул кольцо, и придерживая чеку, закрыл крышку. Ключом запер шкатулку и написал письмо "Господин Орлов! Предлагаю нескромную сумму в валюте за сущий пустяк: Прошу забыть о момем существовании, генерал-майор Гончаренко."

Генерал расписался, присвистнув от удивления по мере моих махинаций с гранатой. Запечатав письмо в конверт сургучом, вложив в него предварительно ключ от шкатулки, я попросил - Георгий Иванович, вы должны отправить к Орлову посыльного, который лично вручит ему ее и подтвердит, что передали ее именно вы.

Генерал тяжело вздохнул - Пусть земля ему будет пухом, прости Господи грехи мои тяжкие! - выполнив мою просьбу, он провел нашу ДРГ до пристани, приобрел нам билеты и мы поднялись на борт парохода.

Орлов был в мыле - Он буквально разрывался, хотя и вызвал в Феодосию контрразведчиков из других городов. В его кабинет заглянул дежурный офицер - Для вас посылка от генерала Гончаренко. За ним протиснулся прапорщик с таким сивушным запахом, будто пил самогон не отрываясь дня три - Позвольте, ваше высокоблагородие! Вам господин генерал-майор просил вручить лично!

Получив шкатулку и письмо, Орлов спросил - Значит генерал Гончаренко лично просил передать мне вот это?

- Так точно! В Севастополе вручил, видно куда-то торопился, раз не смог сам доставить!

- Свободен! - отмахнувшись от прапора, отдавшего честь и поспешившего по своим делам, Орлов распечатал конверт и достал из него ключ и письмо. Прочитав, ухмыльнулся - Откупиться хотите, господин генерал! -взглянув на часы вздохнул - Наверняка сукин сын уже давно отправился в Турцию! Нужно будет дать нашему представительству в Стамбуле телеграмму о его задержании.

Открыв ключом замок, Орлов откинул крышку и, услышав щелчок, широко раскрыл глаза, вид гранаты успел родить в голове Орлова только одну мысль - Пиздец!

Гибель правительства Юга России вместе с Врангелем и его штабом повлияла на тех беляков, кто был раздираем противоречиями и колебался между желанием прекратить эту бессмысленную войну и присягой, данной здесь, в Крыму. Целые полки переходили на сторону красных вместе со своими офицерами и Главком Каменев отдал приказ о наступлении. Крым был захвачен за три дня, так как Красная армия практически не встретила сопротивления.

С подачи Сталина и с поддержкой его Дзержинского всем добровольно сдавшимся была гарантирована амнистия. А тут еще и постановление Совнаркома о разрешении сельскохозяйственных и производственных артелей! Многие решили попробовать себя на стезе предпринимательства, как грибы после дождя появились артели по производство скобяных товаров, обуви и одежды, мини-артели из нескольких человек (в основном члены одной семьи) открыли трактиры, пекарни, колбасные и молочные цеха на селе.

Всех бывших беляков тут же направляли для создания новой армии, которая должна была пополнить Западный фронт: Совнарком решил, что пришло время надрать зазнавшимся польским панам задницу и опять же по требованию Сталина комфронта назначили Фрунзе, поставив на его место руководить Туркестанским фронтом Ворошилова.

Фрунзе первым делом потребовал от разведки фронта точную информацию по полякам. В ответ получил дулю. Вернее бесполезный доклад начальника разведки фронта, из которого комфронта понял - этот еврей может быть кем угодно, только не руководителем разведки. Пообщавшись с начальником агентурного отделения политотдела Реввоенсовета Западного фронта Сташевским, Фрунзе своим приказом назначил Артура Карловича начальником регистрационного (разведывательного) отдела штаба фронта.

Новый начальник разведки развил деятельную работу по созданию отдельной роты разведки, подчинявшейся непосредственно ему. В число разведроты в основном вошли пластуны и охотники из Сибири.

Выявив места дислокации воинских польских частей, Фрунзе доложил Совнаркому - Общая численность польской армии оценивается в семьсот тридцать семьсот сорок тысяч человек, из которых польское командование сосредоточило шесть армий численностью под сто пятьдесят тысяч штыков и сабель при 4157 пулеметах и 894 орудий против войск Западного и Юго-Западного фронтов Красной Армии Советской России.

Против Польши было сосредоточено почти триста тысяч человека, 666 орудий и 3208 пулеметов; из них на Западном фронте 49 610 штыков и сабель, 430 орудий и 1976 пулеметов и на Юго-Западном фронте (командующий Егоров) 15 654 штыка и сабли, 236 орудий и 1232 пулемета. Таким образом, польские войска превосходили части Красной Армии в начале войны в два с половиной раза.

В случае же создания новой армии из числа белых, ее численность ожидалась где-то в двадцать пять тысяч человек, 200 орудий, 45 бронемашин и танков, 14 бронепоездов и 45 самолётов (все это было захвачено в Крыму).

Совнарком постановил расформировать Южный фронт (Войска Южного фронта имели 146,4 тысячи штыков, 40,2 тысячи сабель, 985 орудий, 4435 пулеметов, 57 бронемашин, 17 бронепоездов и 45 самолетов) и начать передислокацию всего этого добра, перераспределив войска и вооружение между Западным и Юго-Западным фронтами. Но наступление решили начать имеющимися силами.

Главный удар по польским войскам намечалось нанести северней Полесья силами Западного фронта. Осуществление вспомогательного удара в направлении Ровно, Брест возлагалось на войска Юго-Западного фронта. Первыми перешли в наступление войска Западного фронта.

Но успешно начатое (войска продвинулись на 50–80 км), оно продолжалось недолго. Поляки как и в РИ сначала остановили продвижение войск Красной Армии, а затем в начале июня отбросили их на исходные позиции.

Успешно прошло наступление войск Юго-Западного фронта, ударной силой которого была 1-я Конная армия Буденного. Конную армию под командованием Чапаева перебросили на Западный фронт и поляки надломились! Сначала был освобожден Киев и Польские войска начали отходить по всему фронту. К Первому марта фронт проходил по линии Сарны, Ровно, Проскуров, Каменец-Подольский.

Используя успех Юго-Западного фронта, перешли в новое наступление войска Западного фронта, в составе которых было девяносто семь тысячи активных штыков и сабель. Войскам Западного фронта противостояли 1-я и 4-я польские армии и полесская группа, которые вместе имели около 72,5 тысячи человек. Успешно продвигаясь вперед, части Красной Армии освободили от польских войск Минск, Барановичи, Гродно, Пинск и Волковыск.

Из Константинополя наша группа, к которой невольно присоединился генерал Гончаренко, отправилась в Бухарест. На год раньше чем РИ, 10 февраля 1920 года в Бухаресте произошёл мощный взрыв — сработала бомба, заложенная в здании Сената Румынии руками украинских коммунистов. Жертвами стали министр юстиции и три сенатора. Президент сената, еще два министра и несколько сенаторов получили ранения. Количество погибших могло быть значительно больше, но к достоинствам румынских сенаторов не входила пунктуальность — многие не пришли на работу вовремя. Как выяснило следствие, главной мишенью террористов был румынский поэт и ультраправый политик министр внутренних дел Октавиан Гога, который и погиб, захватив с собой еще несколько человек.

Организаторами теракта были три коммуниста еврейского происхождения: Макс Гольдштейн, Саул Осиас и Леон Лихтблау. Все они были сотрудниками тайного Зарубежного отдела ЦК КП(б)У — Закордота. Его задачей было всеми правдами и неправдами нести коммунизм соседям УССР. Закордот срежиссировал взрыв в Сенате — надеялись, что он станет пусковым крючком для антиправительственных выступлений. Но это не сработало.

После этого взрыва в Румынии конкретно озверела контрразведка Сигуранца. Из-за связей румынской коммунистической партии (РКП) с Коминтерном и её пропаганды возвращения Бессарабии Советскому Союзу, её поддержка среди населения была минимальной. Это обстоятельство играло на руку сотрудникам королевской тайной полиции, внедрявшим свою агентуру в ряды РКП. Поэтому мы не могли позволить себе обратиться за помощью к местным коммунистам.

PS Прошу не забывать жать на сердечко на странице книги! Ваша благодарность для меня бесценна!!!!

Глава 2

В Румынии после мировой войны огромными темпами развивалась спекуляция, вызванная тем, что в стране помимо леев ходили и русские деньги и австро-венгерские кроны. Очень плохо было с продовольствием, не хватало хлеба. В Бухаресте мы наблюдали такую картину - ежедневно нескончаемые вереницы людей брели по улицам в поисках съестного, но простояв несколько часов в очередях, возвращались с ничем.

Мы выстояли в очереди в железнодорожной кассе, купив билеты на территорию захваченной Румынией Бессарабии, а именно в Кишинев. 29 декабря 1919 года румынский парламент принял закон об аннексии Трансильвании, Буковины и Бессарабии. Когда мы уже заняли места в вагоне третьего класса, заняв места в купе с жёсткими диванами и полками. Первоначально видно вагон был двухъярусным, однако позже их расширили и добавили третий ярус. Вагон был оборудован системой водяного отопления, санузлом, и двумя открытыми входными площадками на концах. Тут открылась дверь и мордастый мужчина лет сорока втиснулся в наш купе - Господа, мне срочно нужно в Кишинев, прошу вас взять меня с собой! Я уже договорился с кондуктором, но свободных мест нет, разрешите немного потеснить вас и составить вам компанию?

Наум недовольно скривил лицо - И кто же вы такой, милостивый государь?

- Я Исаак Розельфельд, в Бессарабии сейчас можно по дешевке приобрести участок земли и я не хочу оказаться последним.

- И сколько же вы готовы заплатить, господин Розельфельд?

Еврей замялся - Ну скажем стоимости одного места! Серый усмехнулся и Федор с Артуром дружно отрицательно покачали головой.

Еврей вцепился в руку Наума - Хорошо, я готов поделиться своими продуктовыми припасами! Сало и хлеб в это непростое время, так как?

Я вмешался - Если так, то добро пожаловать на борт!

Розельфельд сел со мной, Аркашей, Серым и генералом. Наум, Федор и Артур сидели напротив. Аркадий с федором минут через тридцать улеглись на вторые полки.

В дороге нежданный пассажир раскрыл газету и ткнул в нее пальцем - Вы только подумайте! Красные, захватив Крым, потребовали у Махно разоружить свою армию, а тот взял и приперся в Бессарабию! Как вам такой кунштюк? А я еще гадаю почему моя Сара перед дорогой не хотела меня отпускать, уверяя, что ее сердце неспокойно.

Я заинтересовался новой информацией - И что же румыны? Как они отреагировали на этот кунштюк?

- Здесь написано, что правительство пытается принять меры к разоружению банды Махно, но вот только пока не знает как это сделать!

Серый, у которого заурчало в животе, не выдержал - Господин Розельфельд! Похоже пора достать ваш узелок с салом! Так есть хотца, что аж живот к позвоночнику прилип!

Еврей было сделал вид, что не слышал, увлеченно продолжая читать газетку, Серый тогда достал из голенища сапог свою финку и направил ее конец на еврея - Давайте я нарежу ваше сало. У меня очень острый нож.

Серый от души нарезал и хлеб и сало толстыми ломтями, поровну разделив между всеми нами. Мы с аппетитом ухайдакали халявные бутеры с салом. Генерал из своего саквояжа достал колоду карт и мы увлеченно начали играть в дурака. Генерал играл просто мастерски, постоянно вешая кому-то из нас шестерки на погоны. Часа через три наш состав стал резко тормозить, мы прильнули к окну и увидели несколько десятков конных, которые неслись наперерез поезду. По моим прикидкам до Кишинева оставалось всего то километров сорок-пятьдесят.

Еврей спал с лица - Все, нам конец! Это наверняка бандиты Махно!

Действительно, скорей всего так оно и было, эти бандиты окружили остановившийся состав и время от времени постреливали в воздух.

Один их махновцев, гарцуя на своем черном как ночь жеребце в матросской бескозырке крикнул - Выходим, господа хорошие! Длительность задержки вашего путешествия зависит только от вас!

Несколько неприцельных выстрелов по окнам вагонов подстегнули пассажиров и они, проклиная бандитов, потянулись наружу.

Наша компания отчего-то привлекла главаря, одетого в матросскую бескозырку, возглавляющего нападавших. - Смотри-ка! Похоже у нас тут белый офицерик, правда он отчего-то в штатском, но от меня не скрыть военную выправку! Ого, да с ним какой-то мордастый жид! Вот вас я вместе и отправлю к апостолу Павлу! - рассмеявшись, матрос соскочил с коня и направился к нам.

Федор неверяще рассматривал махновца, потом заорал - Федос! Щусь Федос!

Матрос резко остановился и развернулся к Федору - Якорь мне в бухту! Федя Семенчук! Ты откуда, тут, браток? - Щусь придерживался экстравагантного стиля: его конь был украшен лентами, цветами и жемчужными ожерельями на ногах. Сам он облачился в шитый гусарский мундир, матросская бескозырка сдвинута на затылок, на шее носил кавказский кинжал, за поясом была старинная сабля и револьвер Кольта.

Федор указал на нас - С друзьями возвращаюсь на родину, а вот какого хрена ты тут груши околачиваешь?

Сенька покачал головой - У батьки Махно я теперь, как и все наши матросы-анархисты, я теперь у него правая рука. А вот с какого перепугу этот офицерик стал твоим другом?

- Выручил он нас в Крыму, спас от контрразведки белых, теперь вместе пробираемся на Русь-матушку.

- А энтот христопродавец тоже с вами? - матрос ткнул нагайкой в еврея и тот в испуге сник.

- Попутчик, с нами в вагоне ехал.

Матрос скомандовал - Тогда с тебя, жид выкуп, который пойдет на содержание нашей революционной армии. И не заставляй меня забрать причитающийся нам выкуп с мертвого тела!

Еще почти час махновцы грабили пассажиров, их вожак болтал с Федором, вспоминая совместную службу на военном корабле - А помнишь как боцман, сука такая, попытался посчитать мне зубы?

Федор кивнул - Ты на следующий день боцмана в люк толкнул и он ногу сломал. Вот он тогда орал, пытаясь выяснить личность своего обидчика! Друзья, наш Федос был чемпионом по французскому боксу и борьбе, хорошо знает джиу-джитсу, он способен победить любого противника быстрым захватом без особого на то напряжения. Правда я теперь тоже всяким приемчикам обучился. Федос, ты как, поможешь нам перебраться на территорию, освобожденную красными?

- А то! С ветерком домчим, вот только сначала мне Нестору Ивановичу доложиться надо! Сядете на наших заводных, специально их побольше взяли в расчете на богатую добычу, а тут ни мануфактуры, ни барахла нормального. Нищета одна! То ли дело на Украине гулять! Ох и зажиточный народ попадался. Ты мне скажи, что за дети с вами? Этот вьюноша так и жмется к ним, стараясь своей спиной их прикрыть.

Федор покачал указательным пальцем - Это же дети полка Паша и Сережа! Знаешь какие они боевитые? Паша вообще снайпер, из пулемета может целую дуэль устроить. А Аркадий командир нашей группы. Мы собственно в Крыму разведку вели, а то товарищ Троцкий, лично наградивший меня именным маузером, ни хрена не знал диспозиций белых на полуострове.

- Ясно все, значит вы соглядатаями в Крым отправились, я охреневаю с твоего Троцкого - детей в тыл к белым посылать! А этот офицерик значит вас спас! И в каких чинах ваш спаситель?

Я чуть не матернулся, когда наш спутник представился - Генерал-майор Гончаренко к вашим услугам!

- Генерал! Вот ты удачно к нам попал! Батька давно беляков не расстреливал.

Федор рванул за рукав бывшего друга - Ты охренел, что ли? Друг называется. Я ж тебе объяснил - генерал свой мужик оказался, решил в Красной Армии послужить.

Махновец отстранился - Бля, а красных генералов мы еще точно ни разу не расстреливали. Ладно, шучу! Главное, чтобы он сам про свой генеральский чин молчал. Похоже экспроприация закончилась, по коням! Мы заняли монастырь в Кодрах, в сорока км от Кишинева. Долгое время вроде как этот монастырь был резиденцией митрополита Молдовы. Вокруг монастыря леса, если что прекрасное место для обороны.

Мы последовали примеру махновцев и оседлали предложенных лошадок. Минут через двадцать мы добрались до монастыря, в котором была церковь и величественный собор, в соседнем селе также стояла церковь. Обитель стоит у пруда. А еще дальше виднелись горы. В двухэтажном доме Митрополита Махно устроил свой штаб. Здание имело часы над вторым этажом. Весь двор и все постройки забиты лошадьми и махновцами. У главного въезда у ворот стоят два орудия, у которых у костра греется человек десять, при этом распивая самогон из огромной бутыли. Над воротами плакат: Анархия - мать порядка!

Федос нас проводил в здание - У меня здесь комната, в ней я вас и поселю. А завтра мы и отправимся через границу!

- Это нахрена же ты, Щусь, через границу собрался? - к нам подошел крепкий мужик, немного похожий на Котовского своей круглой наголо обритой головой.

Федос поморщился - Позвольте представить нашего начальника контрразведки Революционной повстанческой армии Украины Леву Задова! Кстати, тоже жид, но свой жид, брат анархист!

Задов выдвинулся вперед - Зиньковский Лев Николаевич! И кого же ты к нам привел, братишка? Это вот вылитый полковник! А может даже генерал! Остальные краснюки до мозга костей. Даже эти дети вовсе не дети, ты посмотри в их глаза убийц. Ты кого привел, Сеня?

Матрос открыл дверь и указал нам внутрь - Располагайтесь, я скажу своему товарищу пару слов!

Мы зашли в комнатушку, в которой стояла застеленная кровать и у маленького окна на деревянной бочке стоял пулемет Максим с заправленной лентой, смотрящий своим рылом на улицу.

А я приоткрыл дверь и подслушивал разговор Задова с другом нашего Федора.

- Федос, ты не охренел? Тащишь в штаб красных диверсантов?

- Проспись, Лева, какие нахрен диверсанты?

- А кого по твоему после уничтожения Врангеля со всем его окружением разыскивали белые по всему Крыму? Вот мои хлопцы сорвали со столба.

Щусь принял бумагу, на которой был напечатан текст - "Разыскиваются за нападение на Генеральный штаб Русской Армии красные диверсанты, каждому около двенадцати лет, могут просить милостыню, особо опасны и вооружены. Вознаграждение по двести рублей золотом за каждого!"

- И с чего ты взял, что это они?

- А вот пойдем к батьке, он тебе все и разъяснит!

Голоса удалились и я отошел от двери - Похоже пулемет придется развернуть все же к двери!

Вернувшийся Щусь мрачно махнул рукой - Вас батька к себе на разговор приглашает, не бойтесь - я вас в обиду братьям Задовым не дам! А то взяли манеру хватать и истязать! - обратив внимание на пулемет, развернутый нами, сплюнул - Я слово даю, никто вас и пальцем не тронет!

Махно был одет в полувоенный френч, перетянутый ремнями, его шевелюра придавала тридцати двухлетнему Нестору некоторое обаяние - Садитесь, гости дорогие, в ногах правды нет! - фразу эту Махно сказал на жутком суржике, но мы ее все же поняли - Значит большевики стали использовать детей для красного террора!

Федор не выдержал - Это только с виду они дети, а белых режут только кровь в разные стороны летит!

Махно кивнул - Я в курсе! И мне честно говоря досадно, что мужскую работу взвалили на детей!

Аркаша усмехнулся и Махно это задело - И что же тебя насмешило, хлопец? Ты у них командир вроде как?

Оба брата Задовых поглядывали на нас искоса, поигрывая маузерами в своих руках - Все таки я бы их пустил в расход, батька - высказался Данило, а его брат Лев пихнул его в бок - Поперек батьки не лезь, оболтус!

Махно вздохнул - С кем мне приходится работать! Обидели меня ваши товарищи! Сам Троцкий объявил меня врагом революции!

Я не сдержался - Возможно скоро Троцкого самого объявят врагом, а товарищи Задовы послужат в бывшей ЧК, которая сейчас наркомат безопасности.

Махно окинул меня взглядом - Странно, но я почему-то тебе верю! Если бы еще ваш Ленин дал моим бойцам как и белякам амнистию, то я бы с радостью вернулся назад на Украину. Жаль, что анархическая идея умрет, но я готов пойти на это. Нам нечего делать в Румынии, здесь чужая земля. Ко мне уже приезжали представители Антанты: они хотят что бы мы вместе с румынами воевали с красными после их вторжения в Польшу. Румыны пока сомневаются, все же Россия не Венгрия, в которой они покончили с Венгерской советской республикой!

Я пожал плечами - Так наведите здесь, в Бессарабии революционный порядок, устройте обнаглевшим румынам райскую жизнь, почаще отправляя в рай их вояк! Этим вы сможете получить полное прощение за свою политику противостояния большевизму. Если совсем станет туго, то вы сможете укрыться на советской территории. России позарез нужен возврат Бессарабии, проведите рейд по тылам румынской армии! Я обещаю, что мы замолвим за вас словечко лично перед товарищем Дзержинским! А товарищи Задовы, извините Зиньковские, смогут работать по своей специализации: разведка и контрразведка в НГБ.

Москва. Кремль.

На Совнаркоме подводили итоги наступления Красной Армии на Польшу. Ленин неожиданно спросил - После захвата Варшавы что нам делать с Польшей?

Троцкий ухмыльнулся - Я предлагаю создать Польскую социалистическую республику. Огонь революции наконец-то добрался до Европы! Осталось повторить революцию в соседней Германии, а дальше пламя революции распространится само.

Сталин хмыкнул и заметил - Я предлагаю урезать территорию Польши, включив в состав России города Краков и Львов, а так же обратно вернуть захваченные Гродно и Вильнюс. Я за то, чтобы товарищ Троцкий возглавит новую республику, которая должна выплатить России контрибуцию, сумму которой необходимо определить, исходя из потерь, которые понесла наша страна из-за нападения Польши.

Троцкий возмутился - Какие еще контрибуции? Что за ерунда!

Дзержинский не сдержался - А как еще наша республика должна компенсировать потери в результате польской агрессии? Товарищ Сталин прав, Польша должна понести наказание за агрессию своих политиков. И то, что Польша станет социалистической, не значит отмену репараций!

Ленин хотел было поддержать Троцкого, но в нем перевесило чувство неприятия Льва Давыдовича, поэтому вождь веско сказал - Давайте голосовать!

Итог голосования оказался неутешительным для Троцкого - большинством голосов решено определить понесенные Россией потери от нападения поляков.

Тут еще Сталин добавил - Предлагаю перевести весь аппарат исполкома Интернационала в Варшаву, его финансирование полностью возьмет на себя новая польская советская социалистическая республика!

Ленин подозрительно спросил - И зачем это нужно? Какой в этом толк?

- Ну как же! товарищу Троцкому под рукой просто необходим инструмент продвижения пламени революции в Европу.

Троцкий, не просчитавший подставу, ляпнул - Вот сейчас я соглашусь! Полагаю, что председатель исполнительного комитета Коммунистического интернационала товарищ Зиновьев с радостью последует за мной в Варшаву!

Зиновьев растерянно замигал - Не рановато-ли делить шкуру неубитого медведя - Варшава еще не пала и Польша пока еще не советская республика!

Сталин перебил - Предлагаю проголосовать за предложение товарища Троцкого! - Сталин был доволен удалением из страны сразу двоих претендентов на власть в России.

Троцкий после окончания голосования, решившего отправить Зиновьева вслед за ним в Польшу, повернулся к Дзержинскому - Феликс! Мне нужен будет нарком госбезопасности, кого посоветуешь на эту должность?

Дзержинский не успел ответить, опять вмешался Сталин - Я предлагаю старого проверенного большевика Кедрова. Михаил Сергеевич прекрасно показал себя в борьбе с беспризорностью, наверняка Феликс Эдмундович сможет на его место поставить другого специалиста.

Троцкий довольно кивнул - Отлично! Пусть товарищ Кедров собирает чемоданы, я думаю максимум месяц и наши войска войдут в Варшаву!

На следующий день Щусь усадил нас на коней, еще пять десятков конных и пара пулеметных тачанок отправились нашим сопровождением. Граница между Румынией и Советской Украиной была установлена по Днестру. Перейдя реку по крепкому льду, мы расстались с сопровождением, получив каждый по маузеру в деревянной кобуре и по карабину. Щусь пожал нам руки, сунув Федору пару "лимонок" - Прощевайте, хлопцы! После амнистии я готов послужить в вашей ЧК вместе с братьями Задовыми, иначе со скуки я сопьюсь или зарежу кого!

Через пару часов на нас вышел разъезд конников Котовского - А ну бросай оружие! - окружив нас, десяток котовцев едва сдержались от открытия огня: Федор поднял над головой гранату - Всех положу, сволочи! Ведите нас с Григорию Ивановичу, оружие мы вам все равно не отдадим!

Один из котовцев озадаченно крикнул - Хлопцы, похоже это те, кого велено искать! С ними как раз трое детишек, опустите стволы, свои это!

Глава 3

Штаб Котовского находился в Одессе, куда мы и добрались для согласования действий с Махно.

Мы тут же связались с Москвой и получили приказ: временно остаться в Одессе и создать в городе Одесское управления наркоматов госбезопасности и внутренних дел. Голиков был назначен начальником управления, я же его заместителем. Перед нами были поставлены несколько задач помимо наведения порядка в городе и местечках: самый важный, это контроль за Котовским, который получил приказ противостоять частям армии УНР, которые завершали свой пятимесячный «зимний поход» по Украине боями на Подолье. Сославшись на необходимость «удерживать порядок» в Ананьеве, Котовский так и не выступил на «петлюровский фронт» и нарушил приказ.

Мы обосновалась на Екатерининской площади, в доходных домах Ждановой. В доме по адресу площадь Екатерининская, 7 расположилась комендатура НГБ, при ней «особая тюрьма», в которой могло находиться свыше 500 заключённых.

Со статуи Екатерины по моему приказу сняли рогожу и императрица опять воцарилась в Одессе. Наума мы с Аркашей назначили начальником отдела разведки, Артура Артузова - контрразведки, Серому поручили создать из беспризорников отдел осведомителей, Федора - начальником народной милиции (поручив ему создание вооруженных патрулей), генералу тоже нашли работу - Гончаренко был оформлен в наркомат внутренних дел и на него возложили формирование внутренних войск.

Кадры мы набирали большей частью из сдавшихся белых, привлекая и бывших царских полицейских чинов, в том числе городовых.

Котовский, которого мы пригласили для беседы сначала попробовал сопротивляться отданному ему ранее главкомом Каменевым приказу, но после намека на его отстранение от командование бригадой, поиграв желваками, согласился.

Главный атаман УНР Семён Петлюра находился со штабом в Варшаве.

Галицкая армия, в результате примирения Петлюры с Польшей (которое часть патриотов истолковала как предательство украинских интересов), вышла из состава армии УНР и, заключив соответствующее соглашение, с 6 ноября 1919 года вошла в состав Вооружённых Сил Юга России генерала Деникина. Остатки армии УНР в конце ноября 1919 года находились в так называемом «треугольнике смерти» (Любар — Чертория — Мирополь). Здесь украинские войска оказались в окружении трёх враждебных армий — Красной, Добровольческой и польской (с последней на тот момент было достигнуто перемирие). Кроме того, украинские войска понесли большие потери от эпидемии тифа.

6 декабря 1919 года на военном совещании в Новой Чертории было принято окончательное решение совершить боеспособными частями УНР партизанский рейд по тылам красноармейцев и деникинцев. Было принято решение прорываться через большевистский фронт отдельными колоннами, двигаясь в район Черкассы — Чигирин — Канев.

В состав южной колонны атамана Омельяновича-Павленко вошла Запорожская дивизия, 3-й конный полк и штаб армии; в состав северной колонны атамана Тютюнника — Киевская и Волынская дивизии. Колонны двигались по разным маршрутам, дезорганизуя коммуникации Красной армии.

Бригада Котовского, поддержанная сформированным полком внутренних войск, усиленного двадцатью пулеметными тачанками и десятью орудиями, выдвинулась для удара в тыл воинственным хохлам. До Одессы дошли слухи о активизации партизанской войны против румын батьки Махно и мы с Голиковым отбили отчет о начале нашей операции с привлечением Махно. Москва одобрила амнистию махновцам, поблагодарив нас за эту инициативу.

Махно, разгромив тыловые склады румынской армии и уничтожив несколько складов с боеприпасами, умудрился на несколько дней захватить Кишинев. Его бойцы первым делом захватили тюрьму и выпустили заключенных. Удерживая Кишинев, Махно дождался подхода румынских войск и отступил, опять вырвавшись на простор и не давая себя окружить. Данило Задов, брат начальника контрразведки Махно, неожиданно для нас появился в сопровождении сотни человек на пяти тачанках. Выяснив, где находятся "москвичи" из центрального аппарата Дзержинского, Задов нагло направил свои тачанки к нашим зданиям на Екатерининской.

Когда его ввели в мой кабинет, Задов смог меня удивить - Принимай, начальник, архивы Кишиневской тюрьмы и городской сигуранцы! Братец сказал, что эти бумажки могут стоить подороже золота! В тачанках по нескольку мешков бумаг, куда заносить?

Ко мне заглянул Аркадий - Смотрю в окно и вижу вавилонское столпотворение, о! Товарищ Задов, вы какими судьбами?

Я разъяснил - Товарищ Зиньковский доставил нам архивы румынской контрразведки и городской тюрьмы. Считаю, что этим поступком Махно уже достоин прощения. Товарища Зиньковского вместе с его отрядом предлагаю немедленно зачислить в штат НГБ.

Аркадий пожал плечами - Не возражаю! Дождавшись пока махновцы начнут таскать в здание мешки с документами, Аркаша протянул мне телеграфную ленту - Нам распоряжение принять венгерского коммуниста Белла Куна и помочь ему на его посту председателя Крымского ревкома, также с ним из Москвы к нам отправили члена ревкома ответственного секретаря Крымского обкома РКП(б) Розалию Самойловну Землячку.

Я невольно присвистнул - эта парочка в РИ устроила бывшим белым офицерам и солдатам геноцид в Крыму, уничтожив по официальным советским данным, только в крупнейших городах полуострова более 56 000 человек!

Дождавшись ухода Голикова, я отыскал Задова - Данило! Есть секретное задание!

Проинструктировав нового сотрудника НГБ, я мог быть спокоен - эта парочка до Одессы не доберется. Данило задал лишь один вопрос - Кто нибудь еще в курсе предстоящей операции?

Узнав, что приказ исходит только от меня, Задов сомневался всего лишь минуту - Я все понял! Мы с братом не дураки, понимаем благодаря кому после всего, что мы натворили, мы можем работать в этой конторе!

Из полученного по телеграфу приказа следовало: оба ревкомовца ехали в обычном купейном вагоне всего лишь с двумя вооруженными сопровождающими.

Несложная задача для профессионалов.

Вот уже третий день мы разбирали бумаги, доставленные махновцами. Артур Христианович, сортирующий тюремную картотеку, озадаченно выругался матом, чего мы от него ни разу не слышали - Вы только взгляните на это! Это дело Котовского!

Наум хмыкнул - И что тут удивительного, Григорий Иванович за свои ограбления не раз попадал в руки полиции. Вот нашел чем удивить!

Артузов протянул нам папку - в феврале одна тысяча девятьсот шестого года полицейские агенты вычислили штаб – малину Котовского и окружили его. В тот же день были арестованы и другие члены его банды. Оказавшись в Кишиневской следственной тюрьме, Григорий Иванович получил от своих сокамерников кличку «Кот». В тюрьме у него возник конфликт с уголовным авторитетом по кличке «Загари», и от расправы блатных будущего революционера спасло только заступничество тюремной администрации. Но защиту Котовскому пришлось отрабатывать, и он, гнида такая, в мае проходит как осведомитель тюремной администрации, именно благодаря Котовскому как черным по белому написано в рапорте, администрация узнала о подготовке побега тринадцати анархистов из тюрьмы. После этого его, опасаясь, мести со стороны революционеров, переводят из общей тюрьмы в одиночную камеру. Мало того, побег Котовского, которым он хвастает направо и налево организовали сами полицейские, опасавшиеся, что на суде Григорий Иванович раскроет многие неудобные факты их негласного сотрудничества.

Наум кивнул - Действительно, я слышал эту историю, как в конце августа закованный в кандалы, Котовский сумел выбраться из одиночной камеры для особо опасных преступников Кишиневской тюрьмы. Как он самостоятельно взломал дверь камеры, которую постоянно охранял часовой, история умалчивает. Также неизвестным остается и то, как он незамеченным прошел тюремный коридор, попал на тюремный чердак и, сломав железную решетку, спустился с чердака тюремной башни во внутренний двор тюрьмы по веревке, предусмотрительно сделанной из разрезанного одеяла и простыни. Теперь понятно как на самом деле все было!

Артур открыл следующий документ - Побег не был удачным. Уже через неделю жандармы и пристав Кишиневского городского участка Хаджи Коли настигли беглеца на одной из улиц Кишинева. Котовского водворили в камеру, состоявшийся в апреле следующего года суд признал его виновным в организации в серии разбойных нападений. За грабежи, побег и дезертирство суд дал Котовскому всего десять лет каторги, что по меркам того времени было очень мягким приговором – в те годы казнили и за более мелкие преступления. Столь мягким приговором возмутился уже губернский прокурор и отправил дело на доследование, которое открыло совсем уж скандальные вещи. Выяснилось, что банду фактически крышевал некий помощник пристава Зильберг, который получал от Котовского часть награбленных денег и ценные подарки. Также высокие полицейские чиновники помогали бандитам сбывать награбленное, снабжали их информацией об адресах наиболее богатых квартир. На Котовского работал даже чиновник специальных поручений при губернаторе, которому уголовный авторитет платил по пятьдесят рублей за информацию о каждой удачной сделке. Другому офицеру-полицейскому он платил двести пятьдесят рублей в месяц – то есть, в три раза больше его жалованья. Мелкие же полицейские готовили Котовскому побег из тюрьмы, снабжали его в камере оружием и спиртным. Расследование дела Котовского стало настоящей сенсацией всей тогдашней Российской империи. То есть, по сути, как писали тогдашние газеты, вовсе не Котовский был главой разбойной шайки, а именно полицейский Зильберг, который за свои преступления получил четыре года каторги. В скандале оказался замешан и сам пристав Хаджи Коли, и только заступничество высокопоставленного родственника – его дядя был заместителем министра юстиции – спасло его от позорной отставки и тюрьмы. А вот еще она бумага, она попала в дело Котовского уже после отбывания его наказания! В феврале одиннадцатого года он попал на настоящую каторгу в Козаковскую каторжную тюрьму, где зэки работали на золотых приисках. Здесь Котовский понял, что ему лучше не бунтовать. Позабыв про все политические лозунги, он становится преданным другом тюремной администрации. Его даже назначили бригадиром на постройке Амурской железной дороги. В сибирской каторге Котовский столкнулся с тюремным авторитетом Ванькой–козлятником. (Козлятниками до революции называли опытных воров-домушников, ходивших на дело в компании с малолетками.) Конфликт разрешился убийством – Котовский убил Козлятника, выдавив ему глаза. Опасаясь мести со стороны «урок», Котовский готовит побег. Побег он совершил, когда был расконвоированным бригадиром – просто взял да и ушел с рабочего участка. Неделю он отсиживался в домике путевого обходчика, который на собранные с каторжан деньги приготовил ему фальшивые документы и билеты на поезд.

Голиков сплюнул - Вот уж герой революции! И что мы будем делать?

Я подкинул решение проблемы - Я предлагаю проголосовать за гибель комбрига от руки врагов революции. Давать дорогу наверх таким тварям нельзя! По сути Котовский обычный бандит, примазывавшийся к революции. В его бригаде большинство бойцов набрано из уголовников, лепший друг Котовского Мишка Япончик, которого пора к стенке поставить.

Голиков возразил - Мы не имеем права решать такие вопросы, следует доложить товарищу наркому!

Я достал приказ Дзержинского - Аркадий, ты не прав! Вот же в приказе о создании управления госбезопасности сказано - "Товарищи Голиков, Судоплатов и Артузов наделяются всей полнотой власти на освобожденной территории вплоть до вынесения смертных приговоров в составе суда из трех человек." Артур Христианович, как вы считаете, данный рапорт подделка?

Артузов изучил под лампой документы - Судя по чернилам и состоянию бумаги этому документу определенно больше десяти лет! Следовательно документ настоящий. По-хорошему бы нужно найти тех анархистов, которые не смогли сбежать из-за доноса осведомителя Котовского. Да только это совершено невозможно. Я считаю, нужно вынести приговор, оформив его на бумаге с пометкой "Совершенно секретно", отправим его в Москву вместе с делом Котовского! Я "за", Павел уже высказал свое мнение, слово за тобой, Аркадий!

Голиков махнул рукой - Что с вами поделаешь! Я тоже "за" смертную казнь. А кому мы поручим это задание?

Я устало потер глаза и отложил бумаги - Предлагаю в нашем Управлении создать оперативный отдел, который будет состоять из ликвидаторов высшего класса, которые смогут пробраться даже в королевский дворец в Лондоне и прямо в королевской спальне... Что вас пробило на хи-хи? Вот вы извращенцы! - возмущенно погрозил пальцем - Прямо в спальне приложить подушку к королевской роже и все, Великобритания лишится своего короля с королевой.

Переждав пока все отсмеются, продолжил - Во главе отдела лучше Зиньковского Данилы Юдковича я пока никого не вижу, если только его брата Льва.

Голиков согласился - Хорошо, набирай в новый отдел отпетых ухарей, только за его сотрудников отвечать будешь ты, Павел! С тебя и спросим в случае провала твоих уголовников.

Вошел дежурный по Управлению - Товарищ Голиков! Только что сообщили, что в поезде зарезали четверых товарищей, следовавших в Одессу из Москвы. Среди них двое из Ревкома! Тела отправили в городской морг.

Я подскочил с места - Нужно будет организовать погибшим торжественные похороны, они погибли как герои революции!

После похорон наше совместное Управление наркоматов госбезопасности и внутренних дел объявило войну криминалитету Одессы. Помимо отправленного полка был сформирован еще один батальон внутренних войск. Один из большевиков, работавший в Одессе, однажды заявил: "Одесский пролетариат — это воры и спекулянты, а не рабочие". Криминальный мир этого портового города всегда был силён, а революционный хаос придал ему ещё больше сил и возможностей.

Одно радовало, что вовремя покончили с Мишкой Япончиком. В прошлом году его люди однажды ограбили на улице человека, который оказался законспирированным агентом большевиков. Те через своих связных установили с гангстером контакт и потребовали объяснений. Винницкий, не желавший ссориться с большевиками, вынужден был с извинениями вернуть украденные вещи.

На протяжении двух лет Япончик хозяйничал на улицах Одессы и оставался неуловим. Секрет его неуязвимости был прост — чудовищная политическая нестабильность. В городе каждые несколько месяцев, а то и недель менялась власть. Бороться с Япончиком было просто некому. Гетман, белые, интервенты, красные — все они в первую очередь были озабочены другими вопросами, до уличного криминала у них просто не доходили руки. Единственным, кто какое-то время всерьёз пытался бороться с бандитом, был военный губернатор Одессы Алексей Гришин-Алмазов, который занял свой пост в самом начале 1919 года. Проведённые им массовые облавы отрезвили Япончика, который почти свернул свою деятельность и даже попытался договориться с губернатором, заключив сделку о нейтралитете. Однако в марте 1919 года в Одессу прибыли французы, которые добились отставки Алмазова, и Япончик вновь вздохнул спокойно.

Винницкий в каждый из приходов красных в Одессу бросал криминальное ремесло и пытался легализоваться. Так, в первый приход большевиков он провозгласил своих подчинённых еврейским отрядом самообороны. Прикрытие было неплохим, формально они были полулегальной вооружённой силой, сформированной для предотвращения погромов и охраны порядка. Большевики даже помогали им финансово и делились оружием. В свою очередь в период, когда власть в городе менялась и красные уходили в подполье, Япончик помогал им по криминальным каналам, добывая оружие и сведения. Он стремился легализоваться, потому что грабить при большевиках было затруднительно. При них торговля закрывалась, бизнес уходил в подполье, а большевики и сами начинали экспроприировать и национализировать имущество. В таких условиях Япончику было некого грабить и не на чем зарабатывать.

В начале 1919 года большевики скопом зачислили в РККА украинских батек-атаманов, самодеятельных партизан-полубандитов и подобную публику. Но буквально через несколько недель вся эта компания пошла вразнос, атаманы один за другим взбунтовались, от большевиков уходили целыми дивизиями. Всего за несколько недель их власть на территории Украины почти прекратила существование, сохранившись лишь в нескольких городах. Последней каплей стал мятеж Григорьева.

Поэтому к Япончику с самого начала отнеслись с подозрением и усомнились в боевых качествах его людей. Но, поскольку ситуация была тяжёлая, помощь решили принять. Пока шло формирование полка, с Григорьевым было покончено, энтузиазм Япончика резко утих. Ещё меньшим он стал, когда выяснилось, что полк не останется в Одессе. При формировании в него зачислили около 2,2–2,5 тысячи человек. В день отправки полка на передовую две трети личного состава просто не явились. Остальные прибыли на позиции возле Бирзулы и даже совершили одну успешную атаку против петлюровцев. Однако на следующий день, когда противник контратаковал, бойцы Япончика резко передумали воевать за власть Советов и не просто отступили, а побежали с фронта, захватив поезд.

Когда было получено известие о бегстве полка, поступило распоряжение уничтожить Япончика, дабы превентивно пресечь возможность появления сильного повстанческого лидера. 4 августа 1919 года на станции Воскресенск поезд был остановлен высланными на перехват красными кавалеристами. Они арестовали Япончика, после чего он был застрелен их командиром Урсуловым. Официально было объявлено, что он оказал сопротивление при сдаче оружия и пытался бежать. Остальных беглецов арестовали и отправили на земляные работы в качестве наказания.

Для начала мы рассмотрели внедрение наших сотрудников в банды Одессы. На два года раньше в Одессу прибыла залетная банда с Муркой, за ростовчан агентов выдать было глупо - Ростовские Воры вмиг бы опровергли легенду чекистов и как в песне банда якобы прибыла с Амура. Каким поездом должны были прибыть сотрудники из Москвы никто не знал, так Дзержинский, которому мы с Голиковым предложили провести операцию, засекретил все по максимуму.

Глава 4

«Мурку» звали Марусей Климовой. Мария Прокофьевна Климова была уроженка Великого Устюга, родилась она в 1897 году. Легендой для уголовников якобы настоящее имя Мурки было Маргарита Дмитриевская, которая была на слуху у многих босяков еще с восемнадцатого года. Ее поимке мы уделяли особое внимание, но как назло не могли на нее выйти (как выяснили позже, банда на время покинула Одессу). Вновь прибывшие в Одессу не просто бандиты, а «идейные» — своего рода «разведгруппа», действующая от имени Нестора Махно. Этот прославленный анархист на Украине вообще и в Одессе в частности имел довольно большой авторитет. В те времена женщины нередко были полноправными членами банд, а ходившая в криминальной среде поговорка: «Баба в банде – вору на фарт», является тому подтверждением.

Паханом банды мы решили поставить единственного настоящего махновца, Данилу Задова, которого в лицо знают многие из криминального мира. Данило поначалу отнекивался от участия в постановке, но после получения мандата от Одесской НГБ, став ее официальным сотрудником, вздохнул и конечно же согласился.

Десятки самых разных банд не просто грабили и убивали. Они срослись с погрязшей в коррупции милицией и, в частности, уголовным розыском Одессы-мамы. Одни только контрабандисты наносили своим преступным промыслом огромный ущерб бюджету города, черноморского побережья и страны. Коррупция процветала из-за практического отсутствия в городе продуктов. Сотрудникам милиции нужно было кормить свои семьи и они вольно-невольно продавались уголовникам за продукты. Поэтому о нашей операции никто из одесситов был ни в курсе. Малява от воров внедренным сотрудникам была не нужна: Данило сам являлся гарантом того, что за гастролерами стоит сам Махно.

Родоначальниками воров в законе в России были босяки – особая социальная прослойка дореволюционного времени. Босяками изначально называли разнорабочих, грузчиков, которые старались хоть что-то заработать в крупных городах. Слово это появилось от того, что люди спали, пока ждали появления работодателей, а на босых ногах они указывали расценки. Если работодателя цена устраивала, он будил человека и нанимал его грузчиком. Постепенно босяками стали именовать тех, кто добывал деньги нечестным, незаконным путем. Убийс̲тво и изнас̲илование в их среде с самого начала были под запретом. Босяки могли убить только в случае разборок и при защите собственной жизни.

Несмотря на хитрость и ловкость, воры оказывались рано или поздно в тюрьме, поэтому их законы перекочевывали в блатной мир. К элите причисляли тех, кто занимался кражами, требующими особого мастерства, подготовки, планирования. Это были специалисты по вскрытию сейфов или прославившиеся взятием банка, магазина. В преступной иерархии императорской Руси высшим классом был так называемые «марвихеры» - высшего класса воры-карманники. Это была элита преступного мира. «Марвихеры» всегда одевались богато, выглядели интеллигентно и проводили свои операции среди самых состоятельных граждан – в банках, дворянских собраниях, на аукционах и так далее.

А в местах заключения авторитетами были «Иваны». «Иван», в современной аналогии что-то подобное на вора в законе, как правило выходил из «бродяг» - лиц, которые не имели ни дома, ни родни, ни друзей и не «помнили своего имени». Оттуда, кстати и пошла известная фраза «Иван, родства не помнящий». Дело в том, что при задержании преступники не собирались называть настоящие имена, чтобы им не вспомнили прошлые грехи. Поэтому на вопрос об имени отвечали «Иван», а о фамилии – «Не помню». Так задержанные и оформлялись в сводках, как «Иван, родства не помнящий». «Бродяга» за особые заслуги мог стать «Иваном» - это аналог современной коронации воров, которые появились в тридцатых годах.

«Иваны» фактически держали место заключения и занимали наиболее выгодные должности (старосты и бригадиры), они решали все возникавшие проблемы, жестоко называли виновных и свято чтили правила поведения в заключении. Особым положением в касте пользовались «бродяги-законники», которые отлично знали российское законодательство, а также все, даже самые маленькие нюансы и правила поведения в заключении. Как рассказал Данило Задов, знаменитая наколка «не забуду мать родную» непосредственно к маме не имела никакого отношения. Как раз мамой считалась та самая каста «Иванов».

На воле «Иваны» должны были соблюдать правила жизни, которым следовали все «бродяги». Они не имели постоянного жилья, не имели семьи и детей, не становились на учет по месту проживания и вообще не имели никаких документов.

Вплоть до Октябрьской революции «Иваны» в местах заключения имели непререкаемый авторитет и власть. И только с приходом большевиков уголовные традиции получили дальнейшее «развитие». «Иваном» мог стать только выходец из «бродяг» – представителей пропащей для общества категории преступников, которым не светила социализация – профессиональных воров, грабителей, разбойников и убийц.

После указа о артелях и кооперативах Одесса обросла тысячей с лишним артелей, многим крупным артелям государственный банк стал оказывать ссуды деньгами под пятнадцать процентов годовых. Город постепенно богател и криминальный мир также оживился. Целью операции было собрать всех Иванов для обсуждения возможности взятия Банка, раздававшего ссуды. Местные Иваны "забили стрелку" в кооперативном кабаке «Гамбринус», о котором еще писал Александр Куприн в одноименном рассказе, в подвале по адресу Дерибасовская, 32.

Найти его было трудно из-за подземного расположения. Вывески совсем не было, прямо с тротуара входили в узкую, всегда открытую дверь. От неё вела вниз такая же узкая лестница в двадцать каменных ступеней.

Пивная состояла из двух длинных, но чрезвычайно низких сводчатых зал. Вместо столов были расставлены на полу, густо усыпанном опилками, тяжёлые дубовые бочки, вместо стульев — маленькие бочоночки. Направо от входа возвышалась небольшая эстрада, а на ней стояло пианино. Здесь каждый вечер, уже много лет подряд, играл на скрипке для удовольствия и развлечения гостей пьяный музыкант Сашка — еврей. Сашка был лысый, курносый, с приподнятым подбородком и пухлыми щечками, носил маленькие усики и было ему лет 45-50. На коленях у него неизменно сидела маленькая беленькая собачка. Этот безусловно талантливый музыкант играл все, из его скрипки каждый вечер лились украинские, русские, еврейские, молдавские, грузинские, итальянские, греческие и еще Бог знает какие мелодии. Сашка удовлетворял любые вкусы. Oн был явным лидером в трио, которое в течение долгих лет составляли, помимо Певзнера, братья Вересковские - Игнат и Константин (баян и фортепиано).

Вечером кабак закрылся на "спецобслуживание", сначала его наводнили бойцы авторитетов, которые начали подтягиваться после девяти вечера на пролетках, с шиком отдавая извозчикам щедрые чаевые. Вот и музыкантов попросили на выход, в кабаке остались только "свои". Ожидали прихода гастролеров, поселившихся в самой шикарной гостинице города "Бристоль", открывшейся вновь после закрытия в семнадцатом году. Однако вместо них кабак окружили пара тачанок и рота внутренних войск. У входа в кабак смолили папироски пятеро бандитов.

Для их ликвидации привлекли троих ухарей из махновцев, которых Задовы использовали для тихой ликвидации часовых. Махновцы, одетые с шиком в солдатские галифе и офицерские шикарные бекеши с башлыками, шли в ряд, заставляя встречных прохожих прижиматься к стене домов.

- А вот и пивная! - указал пальцем один из махновцев, ставших сотрудниками НГБ.

Троица дружно шагнула ко входу, но дорогу им загородили урки - Кабак закрыт, гуляйте мужики в другое место!

Со стороны никто не увидел как за пару секунд были убиты пятеро бандитов, но их трупы тут же оттащили в сторону. Эти трое, зачисленные в отдел ликвидации Задова, из-за пазухи достали по паре гранат и спустились вниз. Через пару минут в помещении начали рваться гранаты. Решив не рисковать, приняли решение для начала угостить урок гранатами. А после них не понадобились даже контрольные выстрелы. Внутри стены и потолок были в крови и в мозгах.

Заглянувший внутрь Наум, выскочил наружу, едва сдерживая рвоту - Кошмар какой-то! Большинство просто размазало по стенам.

После ликвидации Иванов ночные патрули в одночасье исчезли с улиц города. Началась вторая фаза операции под названием "Маскарад". Наш расчет строился на том, что остатки криминального мира захотят воспользоваться отсутствием патрулей. Поздно вечером по Одессе начали гулять бывшие махновцы и офицеры, переодевшись в дорогие шубы и пальто, посещая рестораны и засвечивая в них толстые портмоне, набитые деньгами. Соответственно вся одесская шпана начала ночную охоту за "бобрами".

У каждого участника операции "Маскарад" были по два заряженных револьвера. При малейшей опасности, при требовании "прикурить" сотрудники тут же открывали огонь на поражение. Затем перешагивали трупы и шли дальше, не забыв дозарядить свое оружие. За ночь было убито около семисот человек, среди которых были и двести малолеток. Малолетние банды были самые жестокие, они почти всегда убивали своих жертв, зарезать могли даже за краюху хлеба. .

В восемнадцать лет Кровавая Маргаритка узурпировала власть в самой известной одесской банде «Коршуны», ей подчинялись и одесские жиганы, и амурские душегубы. Дочь бывшего инженера была сначала на положении рабыни у одного из босяков. Харлам Антонов, вожак шайки, принимал молодого, но уже прославившегося налетчика Кривицкого, вожака банды знаменитых «Коршунов». Эту «малину» от многих отличало присутствие девушки. Хрупкая маленькая девчушка, явно не маруха, тихо сидела в углу. Кривицкий с удивлением увидел, что она привязана веревкой к своему месту. Харлашка похвастался, что смог приручить девку злее зверя. Харлашка в вожаки банды продвинулся уже при Советах, а до того был мелочью — босяк босяком. И банда, понятное дело, была босяцкой. И девок на Сахалинчике портили толпой, как настоящие звери. Маргарита тоже попала в его лапы после такого «рейда» — но выжила и была вывезена с улицы Водопроводной в «малину» Харлашки. Девушка иногда даже думала, что ее отец погиб от рук этого упыря.

Кривицкий под чистую разделал Харлашку в карты. Кривицкий был, к слову, вором непростым: в свою банду он подбирал людей подобных себе, образованных, тех, что теперь называли «из бывших». Были среди его людей даже поэты.

Итак, атаман «Коршунов» взял выигранные деньги и направился к выходу. Харлашка лебезил и угрожал одновременно, просил позволить отыграться. Но Кривицкий умел держать фасон. Он был уже почти у самой двери, когда услышал долгожданное: «Девку ставлю на кон».

В ответ Кривицкий поставил все деньги и право воровать и грабить в районе вокзала. И, конечно, выиграл.

Так Марго избавилась от ужасного положения «подстилки». Теперь она была среди «Коршунов», самой богатой и даже изысканной шайки Одессы. Она стала жить в старом доме — усадьбе Кривицких на Киевской дороге. Под его крышей сам атаман собрал банду молодых «лишних» людей. Банда, впрочем, больше напоминала поэтический клуб, чем бандитскую шайку. «Коршуны» грабили скорее для проформы. Ну и чтобы показать себя «крутыми» — деньги-то у богатых наследников водились. Днем они «трудились», избавляя ротозеев от лишних средств, а по вечерам посещали кафешантаны и театры, слушали Шаляпина и Вертинского. Маргарита со временем отогрелась, пришла в себя и, конечно, влюбилась в своего спасителя.

Это был налет на дом сахарозаводчика, где отмечали день рождения жены хозяина. «Коршунов» было пятеро вместе с Марго, но этого вполне хватило, чтобы собрать гостей в одном зале и потребовать пятьдесят тысяч рублей «в пользу анархистов-эгоистов». Кривицкий вел себя слишком интеллигентно, а хозяин умел торговаться. И в результате мужчины сошлись всего на двух тысячах. Это «игрушечное» ограбление всерьез разочаровало Маргариту. Уж слишком все это было не похоже на другую, настоящую, по мнению девушки, жизнь — с насилием, убийствами, неизбывным, никогда не прекращающимся страхом за собственную жизнь.

Верная себе, девушка решительно сорвала с ближайшей дамы ожерелье, а ее спутнику выстрелила в ногу, как только он попытался заступиться за нее. Ошалевшие «Коршуны» стояли столбом и пришли в себя только после выстрела в воздух и крика девушки: «Чего стоите? Забирайте камни!»

Налетчики быстро обобрали гостей, с женщин сняли драгоценности. В конце Кривицкий бросил на стол половину суммы, которую чуть ранее дрожащими руками вручил ему сахарозаводчик, — на извозчиков.

Это был красивый, но глупый, с точки зрения девушки, жест. Утром газеты писали не о простреленной ноге, а об этой самой тысяче, красиво брошенной на стол. Таки красота!

Марго взяла ситуацию в свои руки вполне сознательно. Пусть впереди ее ждало нелегкое объяснение, но терпеть этот фарс она уже была не в силах. Да и гнева Кривицкого она особенно не боялась. Похоже, она уже вообще устала бояться…

Так все и произошло — Кривицкий, вернувшись, действительно устроил объяснение, даже пообещал убить Маргариту, если она еще раз сунется вперед. Но Марго молчать не стала — более того, она набросилась с упреками не только на вожака, но и на всех остальных «Коршунов». Дескать, то, что вы делаете, это просто театральная постановка. Почему умные и смелые «Коршуны» тратят свои силы на сущую ерунду, хотя способны на многое?

По югу бывшей империи колесили банды самых разных политических взглядов, а чаще и вовсе без таковых. Особенно знаменитыми стали дружины Нестора Махно. К несчастью для жителей Одесской губернии, подругу Махно звали Марией, Маруськой. Это натолкнуло Кровавую Маргаритку на интересный способ грабить тех, у кого еще что-то осталось, — деревенских жителей.

За небольшие отступные Марго-Маруська обещала деревенским старостам отговорить батьку от посещения именно этой деревни. Отступные, в общем, были вполне подъемными и находились всегда — кому охота оказаться на мушке у безумной подруги батьки Махно или у его веселых гайдуков?

Всего шестерым налетчикам — именно столько «Коршунов» брала на дело Марго — удавалось достаточно долго и успешно терроризировать жителей местечек.

Промышляя таким нехитрым образом, «Коршуны» протянули до 1920 года, пока на их след не вышли наши сотрудники. Движимая звериным чутьем, Марго увела свою банду на Херсонщину, где продолжала держать в страхе и обирать села и городки. Здесь банду настигли конные отряды ЧК, но Кровавой Маргаритке удалось обвести их вокруг пальца: разделившись на мелкие группки, налетчики просочились назад, в Одессу. Здесь их никто не ждал.

Город, очищенный нами от бандитов всех мастей, стал легкой добычей для Кровавой Маргаритки и ее «амурских тигров». Банда возобновила свою кровавую деятельность. «Работы» было много, ведь чекисты смогли перебить всех конкурентов. Марго с подельниками грабила государственные организации, склады Консервтреста и Всеукрспилки, нападала на инкассаторов. Главным оружием «Коршунов» оставалась необыкновенная бесстрашная наглость Марго вместе с ее поистине нечеловеческим чутьем.

Через неделю работы в городе под видом «залетной банды» мы задержали наводчика «Коршунов», затем взяли еще двоих. Под давлением и обещанием применить пытки бандиты признались, что Кривицкий планирует последнее дело перед уходом в Румынию. Марго, с ее звериным чутьем, предложила ему немедленно покинуть Одессу. Но Кривицкий хотел совершить последний налет на скрытого миллионера, проживавшего на Екатерининской площади. Негодуя, что Кривицкий не слушает ее, Марго на этот налет не пошла. Это был смертельный просчет. Кривицкий с двумя подельниками пришел на место сбора, где его должен был ожидать наводчик. Но вместо него «Коршунов» ждала засада. Наум навел оружие на Кривицкого, однако наган дал осечку. Кривицкий же выстрелил в ответ четыре раза, почти в упор. И отчего-то промахнулся…

Взятые в кольцо бандиты открыли беспорядочный огонь, бросили три самодельные бомбы. Ни одна из них не взорвалась. Тем временем сотрудники НГБ хладнокровно, словно в тире, стали расстреливать «Коршунов». Наум двумя пулями прострелил Кривицкому грудь. Один из раненых бандитов выдал адрес дома, где скрывалась Марго. Так в считанные минуты закончилась история легендарных кровавых «Коршунов», которые годами наводили ужас на Одессу.

Наши сотрудники оцепили дом, где пряталась Маргарита Дмитриевская. Ей крикнули в окно, сообщив о смерти Кривицкого. Кровавая Маргаритка вышла без оружия и безропотно позволила себя арестовать. После состоявшегося вскоре суда Дмитриевскую и оставшихся «Коршунов» расстреляли. На момент казни одному из самых безжалостных убийц Одессы едва исполнилось восемнадцать лет.

Глава 5

Дзержинский, получив доклад о полной зачистке Одессы приказал нам подыскать себе замену и немедленно выдвигаться в Ростов-на-Дону, где банды закошмарили город. Поставив во главе Одесского Управления НГБ бывшего генерала Гончаренко, а на должности начальников отделов бывших офицеров военной разведки и жандармерии. Губком партии пытался протестовать, накатив жалобу в Москву, но наши кандидатуры Дзержинский утвердил, направив в обком телеграмму, в которой посоветовал членам Губкома заниматься своими делами и не лезть в хорошо отлаженный механизм государственной безопасности.

Во главе Управления внутренних дел Одесской губернии Сталин утвердил Николая Александровича Красовского. У этого человека была непростая судьба.

Родился в семье киевского православного священника из дворянского рода Красовских, служившего в Гостомеле.

Николай Красовский после окончания учёбы в духовной семинарии поступил на государственную службу в полицию. В 1905 году назначен на должность станового пристава 1-го стана Козелецкого уезда. С первых дней пребывания в новой должности он повёл непримиримую борьбу с преступным элементом, который активизировался в связи с революционными событиями 1905 года. В конце следующего года становый пристав Красовский ликвидировал многочисленную стаю поджигателей, грабителей и убийц, оперировавших в трех соседних уездах — Козелецком, Остерском и Черниговском». В 1908 году Николая Александровича назначили околоточным надзирателем Киевской городской полиции и отправили в сыскную часть обслуживать территорию Старокиевского участка, которая была наиболее сложной в уголовном отношении. Впоследствии его назначили на должность исполняющего обязанности начальника розыскного отделения. Последняя должность соответствовала чину надворного советника, который приравнивался к званию подполковника. Достиг значительных успехов и зарекомендовал себя грамотным работником. Личным примером он показывал подчиненным, как следует раскрывать преступления по горячим следам, сумел наладить взаимодействие в розыскной работе с руководством всех полицейских отделений. Активнее и эффективнее заработала его тайная агентура. Преступный мир Киева с тревогой "заметил", что в лице Красовского они имеют очень серьёзного и опасного противника.

Преступный мир неоднократно пытался нейтрализовать Красовского. Покушение на него не было успешным, однако в октябре 1909 года его как следователя отстранили от дел из-за подозрения, что он присвоил изъятые у задержанных деньги. Следующие полгода ознаменовались рядом нераскрытых преступлений и руководство города вернуло Красовского на эту должность. Успех Красовского составила не только хорошо отлаженная сеть информаторов, но и то, что он тщательно изучал и анализировал условия, способствующие совершению различных преступлений, и на этой основе разрабатывались им меры по их предупреждению и раскрытию. Он как начальник розыскного отделения принимал посетителей ежедневно с 11 часов до 13 в помещении отделения.

После революции Центральная Рада УНР оставила его на службе в качестве офицера. В марте 1917 года он был назначен комиссаром уголовно-розыскного отделения милиции Киева. Столичный уголовный розыск он возглавлял до июня 1918 года.

Являлся членом подпольной организации, которая боролась со спецслужбами австро-германских войск, дислоцировавшихся в Украине по Брестскому договору, входил в состав нелегального Комитета спасения Украины. В июле 1918 года был арестован германской контрразведкой и впоследствии по приговору германского военно-полевого суда приговорен к двум годам тюремного заключения. После отречения от власти гетмана Скоропадского Николай Красовский в декабре восемнадцатого был освобожден. С 5 апреля 1919 года он работал в Министерстве внутренних дел УНР чиновником по особым поручениям 5-го класса.

Во время Директории УНР встал вопрос об усовершенствовании структуры центрального аппарата военной разведки и создании системы региональных органов с широкомасштабным планом действий.

С учётом большого опыта оперативно-розыскной деятельности Красовского военное командование направило его в распоряжение Разведывательного управления Генштаба Армии УНР и назначило руководителем Информационного бюро. Ранее Информбюро существовало при Корпусе военной жандармерии. Руководитель Информбюро полковник Красовский отличался принципиальностью и настойчивостью, уделял большое внимание организации агентурной работы, лично работал с агентами, которые находились на занятой противником территории и за рубежом УНР. Под его руководством Информбюро работало результативно, поставляло Главному Атаману войск и флота УНР, и другим представителям высшей власти ценную информацию о военно-политической обстановке как на территории УНР, так и за её пределами, об отношении правительственных и деловых кругов других стран к проблемам Украины и её усилиям по государственному строительству.

После эмиграции украинского правительства и воинских частей Информбюро ещё некоторое время продолжало действовать в новых условиях в Польше. Однако разгром польского Главного штаба, а затем успешное наступление Красной Армии, которая вышла к окраинам Варшавы, побудило Красовского задуматься о своей дальнейшей судьбе. На него вышли агенты Дзержинского и предложили вернуться на Родину продолжить борьбу с уголовниками. Дав согласие, полковник попросил предоставить ему возможность работать в Киеве, но его настоятельно попросили пока поработать в Одессе, в которой большевики умудрились ликвидировать большинство криминала.

Отправив Задова и его бойцов на тачанках в Ростов, сами мы отправились туду поездом. Около двух лет Ростов-на-Дону двух лет находился под властью белых и только 10 января 1920 года был освобожден частями Красной армии. Донским Управлением госбезопасности руководил кадровый рабочий Путиловского завода 40-летний Василий Иванович Савинов, член партии большевиков с 1908 года, занимавший до этого должность секретаря и члена коллегии ВЧК в Москве. Донское Управление редко прибегало тогда к расстрелам своих политических противников и часто проявляла к ним гуманность отпуская под «честное слово» тех, кто отказывался от борьбы с советской властью. Чекисты Дона спасли тысячи голодающих детей, обеспечив их приютом, питанием и одеждой. Только на территории области они шефствовали более чем над тридцатью детскими домами.

Савинов был переведен на работу в Ставропольское Управление, а перед нами была поставлена задача максимум за полгода сделать Ростов безопасным для жизни советских граждан.

Серьезной помехой в работе Донского управления явилось ухудшение экономического и социального уровня жизни практически всего населения, в том числе и чекистов. Голод, задержка выплаты зарплаты, постоянный рост цен, все это приводило к обострению обстановки. Но это же обстоятельство лишь сплачивало ряды донских чекистов, заставляло строже и внимательнее относиться к высокому званию сотрудника ЧК. Среди личного состава чекистов нами была проведена аттестационная комиссионная проверка на предмет пригодности работы. Часть сотрудников по её результатам была уволена из органов и вместо них пригласили бывших работников полиции.

После ухода немцев из Ростовской области в 1918 году Ростов-на-Дону, Нахичевань-на-Дону, Новочеркасск и Таганрог – самые крупные города в регионе – буквально наводнили анархисты всех мастей и криминальные банды, которые занимались изнасилованиями, грабежами и убийствами. Так же на Дону оставались тысячи шпионов и диверсантов после ухода германских войск, готовых в любой момент выполнить преступный приказ своих западных кураторов. В крупных городах и пригородах Ростовской области орудовали фальшивомонетчики и подпольные самогонщики, работали притоны и азартные заведения, регион всё ещё оставался одним из центров контрабанды.

На совещании мы заслушали сотрудников, которые уже несколько месяцев боролись с преступностью Ростова.

- Среди криминала наиболее славится Богатяновский спуск, где сосредоточены питейные заведения, бандитские малины и городские трущобы. Здесь даже дома построены таким образом, чтобы при облаве можно было легко скрыться в запутанных улочках и переулочках. Новая экономическая политика, объявленная советской властью, породила в Ростове новую волну уже чисто пролетарской преступности. Наблюдая сытых и хорошо одетых кооператоров, раскатывающих по городу в дорогих экипажах и кутящих в ресторанах, пролетарская молодежь испытывает лютую ненависть и зависть одновременно. Мы, мол, тут в обносках ходим, гнилой картохе с вонючей селедкой рады, а эти буржуйские недобитки шикуют! И самое главное: на облавы сотрудники милиции зачастую отправляются почти безоружные из-за недостатка патронов и своим ходом, так как денег нет даже на оперативные расходы. А в качестве зарплаты мы получаем фунт хлеба и минимальный продпаек. Все босяки на нас показывают пальцами.

Аркадий поморщился - Из Москвы должны направить в Ростов новые деньги, которые начали печатать с нового года, для зарплат государственным служащим и в первую очередь деньги будут выданы сотрудникам НГБ и НВД, армейским частям, расположенным в городе. Так же с нового года вели новые оклады, позволяющие не шиковать, но достойно жить. Продукты... Дан приказ доставить в город мясные консервы с московских складов. Три эшелона консервов придут уже через пару дней. Так же разрешили десять процентов товара, изъятого у контрабандистов передавать для распределения между сотрудниками, которые это и изъяли!

Народ радостно зашумел.

Не долго думая, мы опять объявили операцию "Маскарад" по отстрелу уголовников после шести вечера. Этим мы очистили улицы от обычных грабителей, которые ставили на гоп-стоп любого хорошо одетого прохожего. Но не смогли искоренить банды, которые предпочитали брать много и сразу: они грабили базы, магазины. Однажды ограбили посетителей кооперативного фешенебельного ресторана «Марс», банда из десяти человек с оружием потребовали посетителей добровольно снять свои украшения и отдать деньги. Перед уходом бандиты заглянули в гардеробную и забрали все шубы и дорогие пальто и шапки.

Если бы не имевшиеся в распоряжении Управления пулеметные тачанки, мы бы ни за что не поспевали бы на место преступления. А так при получении сообщения о ограблении одна тачанка отправлялась к месту преступления, а остальные пытались перекрыть пути отхода. Чаще мы не успевали, но все же такая практика принесла пять раз задержание грабителей, которых уничтожили на месте, не пытаясь даже попытаться арестовать.

К апрелю двадцатого года Красная Армия полностью оккупировала Польшу и Совнарком решил провести сокращения в армии.

Среди люто ненавидящих и завидующих кооператорам и артельщикам был Иван Менников, сын ростовского мещанина. С малых лет Ваня помогал отцу в лавке, а в 15 лет пошел работать на маслобойный завод Патэ. После революции воевал с беляками в Гражданскую в рядах Рабоче-крестьянской Красной армии. В этом году после демобилизации вернулся в Ростов и не узнал родной город. В центре шик и блеск! В ресторанах гуляют нэпманы с шикарными дамами, а на окраинах — голодная пролетарская босота.

Устроился Ваня на работу грузчиком на склад Донпотребсоюза и влачил жалкое существование. И так его злость душила, что вскоре он со своими корешами, братьями Сафьянниковыми и Степкой Костоглодовым устроили налет на тот самый склад. Вечерком постучал Ванька в окошко сторожки — якобы забыл на работе свои вещи. Жена сторожа ему открыла, а Ванька вошел в сторожку и приложил ее кастетом в висок. Она рухнула как подкошенная, обливаясь кровью.

А налетчики унесли со склада несколько ящиков мыла — оно тогда для простого народа было в большом дефиците. С того вечера и стал Ванька Менников со товарищи грабить нэпманов. С полунищих пролетариев добычи-то было не взять.

Банда азартно грабила поезда, идущие на юг, в спальных вагонах которых спешили к Черному морю нэпманы с туго набитыми кошельками, чьи женщины были обвешаны золотом и бриллиантами. Грабили красиво, с выдумкой. Например, в Хапрах захватили железнодорожную станцию. Заперли персонал в пакгаузе и отбили по телеграфу в Ростов, что якобы скорый поезд №2 «Москва — Тифлис» опаздывает с прибытием в Ростов на два часа. Потому никто и не беспокоился, когда все началось.

Буквально в 15 верстах от Ростова, перед станцией Хапры, поезд сбросил скорость и подходил к вокзалу. Но выходной семафор был закрыт. «Открывай семафор, тюря!» — высунувшись из кабины, проорал машинист человеку с красным фонарем, который вышел из здания вокзала. «Ростов не дает прибытия! — прокричал тот в ответ — Крушение на Гниловской!»

Машинист остановил поезд прямо у семафора, и тогда тот, кого он принял за служащего станции, запрыгнув в кабину, выстрелил из револьвера в топку. А в спальных вагонах бандиты Ваньки Медика уже вовсю грабили пассажиров. Шмонали чемоданы и карманы, срывали с женщин золотые побрякушки. И никто не оказал сопротивления, хотя, как позже выяснилось, почти два десятка мужчин имели при себе оружие.

Впрочем, чему удивляться — поезда, идущие на юг, в те годы грабили все кому не лень. А потому народ и не рыпался — лишь бы живыми остаться.

Наше управление в тех местах, где орудовала шайка Медика, распорядилось врезать в двери вагонов замки, а в тамбурах создать посты из вооруженных стрелков охраны Наркомата путей сообщения, да еще кондукторы собирали пассажиров, у кого орудие при себе, на защиту. Безоружные должны были в случае нападения лечь на свои полки и погасить свет в купе.

Медика боялись не только чужие, но и свои. Все знали о его патологической жестокости и способности убить просто так, в порыве мимолетном. Он расстреливал ночных прохожих, получив мизерную добычу в несколько жалких рублей. Он убивал своих дружков, если кого заподозрил в предательстве, а то и просто чтобы поднять свой авторитет, державшийся на страхе. Убивал при дележе добычи, если кто был не согласен со своей долей.

Только один из бандитов чувствовал себя на равных с Медиком и даже превосходил его в дерзости и жестокости. Это был Андрей Матвеев по прозвищу Рейка, патологический садист и убийца. Между Медиком и Рейкой, который был на 13 лет его старше, постоянно шла борьба за лидерство, хотя у Рейки имелась своя команда. Объединялись они перед большими налетами. Зная бесшабашность Рейки, бандиты больше доверяли осторожному и расчетливому Медику.

После демобилизации, в следствии которой в города хлынули умеющие проливать кровь бывшие красноармейцы, которые с трудом находили себе место в этой мирной жизни. Часть этих головорезов осело в Ростове-на-Дону, который буквально захлебывался в крови — помимо банды Медика, в донской столице лютовали и другие банды. А летом того же года состоялась большая сходка главарей, которые приняли решение объявить беспощадную войну ментам и составили список сотрудников НГБ и милиции, подлежащих ликвидации в первую очередь. Помимо грабежей банды взяли курс на террористические акты против сотрудников милиции, убив несколько милиционеров, в том числе начальника секретного отделения Донской милиции Николая Мачулина.

Ответный ход последовал незамедлительно — в Ростове разрешили расширить штаты нашего Управления в три раза. Мы в первую очередь отбирали идейных борцов за советскую власть из числа демобилизованных, обеспечив их помимо револьверов кавалерийскими карабинами, ручными пулеметами и гранатами. И в Ростове началась настоящая война, с перестрелками и погонями.

Зная, что на него охотятся лучшие профессионалы НГБ и НВД, Ванька Медик словно испытывал судьбу. Его наглость перешла все границы, когда банда дважды совершила налет на здание Донского областного суда! Мы не раз пытались внедрить опера в банду, не получалось — Ванька Медик был настороже и при малейшем подозрении убивал всех, кто казался ему предателем. Тогда мы задумали хитроумную оперативную комбинацию. Имея сведения, что люди Медика следят за инкассаторами Госбанка, отправили своих людей на пароход «Феликс Дзержинский», на котором перевозилась зарплата рабочим в Таганрог. Опера сели на пароход в Азове, четверо бандитов в то время сидели в ресторане на корме и уже хорошо «приняли на грудь». Пьяный Рейка стал выгонять пассажиров из ресторана, и тут один из оперов, Мышанский, открыл огонь на поражение. Стрелял до последнего патрона. Все четверо урок лежали на полу.

С того дня кольцо вокруг Ваньки Медика стало сжиматься. Угрозыск совместно с нашим управлением НГБ шел на опережение, предотвращая спланированные Медиком налеты. Медик выехал в Новочеркасск — брать тамошний банк. Но потерял часть банды и сам едва сумел уйти. Арестованный тогда Степка Костоглодов сдал Медика милиции с потрохами.

Погубила Ваньку Медика любовь к самогонке. Купил он у местной бабы самогонку, в которую сыщики заранее подмешали сильнодействующий наркотик. Когда ночью опера пришли на «малину», вся банда спала.

На допросах Медик был спокоен и охотно рассказывал о своих преступлениях, сдавая дружков. Он понимал, что ему светит «вышка». Дело банды Менникова и Матвеева в силу особой опасности рассматривала «донская тройка». Из 64 осужденных 44 были расстреляны, в том числе и пять женщин. По приговору суда «помазали лоб зеленкой» и Ивану Менникову — грозе ростовских нэпманов.

После этой операции нас опять отозвали, теперь уже в Москву - мы должны были внедрить полученный опыт по всей стране, да и школе диверсантов-разведчиков требовались преподаватели спецдисциплин.

Отличная альтернативка в 6-ти томах про времена Наполеоновских войн: https://author.today/reader/338924/3146483

Глава 6

В Москву наш поезд пришел рано утром Первомая, в городе был объявлен первый Всероссийский субботник. В нём приняли участие более 425 тысяч человек. Часть коллективов работала на предприятиях, часть очищала город от мусора, занималась озеленением и ремонтом коммуникаций. Мы об этом не знали и приперлись в Кремль на доклад, нас тут же "припахали": на субботник вышли все руководители партии и правительства. Участвовал и Владимир Ильич Ленин, помогал с переноской брёвен. Я и Серый сразу же пристроились с ним в напарники. Теперь мы в старости сможем травить байки о том как мы с самим Лениным бревна носили! Нас даже фотограф запечатлел. Причем Ильич не сачковал, не выбирал где бревна полегче.

Мы с Серым благодаря постоянным тренировкам прилично прибавили в росте и сравнялись с Лениным, который приятно этому удивился - Вот вы, друзья мои, вымахали! Скоро на меня сверху вниз смотреть будете! Павел, ты хотя бы с родными успел повидаться?

- Нет, Владимир Ильич, Мы с поезда сразу сюда на доклад.

Ленин, который, кряхтя, подлез под бревно, заметил - Как же, слышал! Феликс просто не нарадуется, что Коба за вас перед ним хлопотал. Мы все тогда не верили, что у вас что-то получится. Ладно, Аркадий Голиков: он и старше и курсы красных командиров закончил. А вот тот факт, что двенадцатилетние дети смогли выполнять то, что не всякий взрослый опытный сотрудник сможет повторить, стал для нас, членов Совнаркома, невероятным событием. По сути, вам как имеющим самое большое количество наград необходимо доверить высшие посты в нашем молодом государстве. Но мы с товарищами посовещались и решили: вам всем для начала необходимо получить высшее образование. От ваших должностей в НГБ вас никто при этом не освобождает. Вот только куда вам лучше всего поступить? Может быть в Московский университет?

Я, перекатив бревно с плеча на руки, уложил вместе со всеми в штабель - В ходе проведения общероссийского конкурса прошлого года своих мест в университете лишились многие профессора, я предлагаю в нашем бывшем монастыре помимо уже действующего военного училища среднего образования, расширив количество факультетов, открыть высшее военное училище.

Ленин оттер пот и, заметив Фрунзе, катившего тачку со строительным мусором, окликнул его - Михаил Васильевич! Подойдите к нам, пожалуйста! Фрунзе оставил тачку, которую тут же подхватил Серый и покатил ее дальше.

Ленин кивнул на меня - Вот наш малолетний знаток красного террора предложил создать на базе его секретной школы целое высшее военное училище! Как думаете, есть ли в этом смысл?

Фрунзе снял фуражку и тоже платком промокнул выступивший на голове пот - А что за секретная школа? Я даже о такой и не слышал.

Ленин поморщился - Феликс развел секретность вокруг этой школы, которая помимо среднего образования подготовит диверсантов и разведчиков. Ты же был на Новый год в бывшем Новоспасском монастыре.

- Вот уж не знал, я подумал, что меня пригласили в колонию для бывших беспризорников.

- Курсанты действительно все бывшие беспризорные!

Фрунзе покачал головой - Вон оно как! И кого будет готовить это училище?

Я ответил - Абитуриентами станут грамотные молодые люди от семнадцати до девятнадцати лет. В училище будет факультет военной, промышленной и политической разведки для нелегальной работы за границей. Все эти курсанты будут носить на голове шапочки с вырезами для глаз носа и рта. Будущих разведчиков никто не должен знать в лицо. Даже спальни у них будут отдельные на каждого человека. Всего на первом курсе будет триста человек, на втором - двести, на третьем - сто человек. Будет жесткий отсев, кого забраковали, могут продолжить обучение на факультете диверсий и разведки или же иных факультетах, по окончании факультета курсанты станут командирами диверсионно-разведывательных групп или командирами взводов специального назначения НГБ или армии.

Факультет контрразведки будет выпускать следователей и оперативников для борьбы с иностранными разведками. Факультет наружной слежки будет готовить командиров для службы наружного наблюдения.

Фрунзе потер переносицу - А какое расширение требуется у уже имеющейся школы?

- Добавить специальности следователя контрразведки, оперативников по розыску, ну и конечно рядовых "топтунов" из наружки! Единственно, потребуется постройка нескольких учебных корпусов и зданий общежитий.

Фрунзе пожал плечами - Я ничего сложного не вижу, давайте рассмотрим на ближайшем заседании Совнаркома. Нужна смета на строительство, думаю деньги на него мы найдем.

Я воспользовался моментом и озадачил военного наркома - Михаил Васильевич, а как вы смотрите на то, что многим нашим полководцам, которые блестяще в гражданскую командовали дивизиями и армиями, требуется получение нормального военного образования? И не краткосрочные курсы повышения, а полноценное высшее военное образование.

Гражданская почти закончилась, осталось добить врага на Востоке. Уже сейчас нужно начать направлять на обучение.

Фрунзе кивнул - Согласен! И первым же подам пример, поступив в академию при Генштабе.

Я добавил - Главное, что бы на экзаменах герои гражданской не напирали на экзаменаторов своим революционным авторитетом и не грозили оружием за неуды. Обучение должно быть не ради Диплома любым путем, а для получения необходимых знаний.

Фрунзе хмыкнул - Очень трудно объяснить краскомам полезность дальнейшего обучения. Но у генерала Снесарева получить свидетельство о окончании академии просто так не получится!

Я припомнил боевого генерала, не снявшего царскую генеральскую форму и награды и кивнул - Да уж, у Андрея Евгеньевича не забалуешь!

Колчак и его помощники после массовых переходов белых войск на сторону красных, которые объявили продление амнистии для всех оставшихся офицеров и солдат, воюющих против советской власти, рассматривали варианты дальнейших действий. Был выдвинут план ухода в Монголию, к границе с которой вёл от Нижнеудинска старый тракт длиной в 250 вёрст. Конечно, адмирала должны были преследовать. Но у него был конвой численностью более 500 солдат и 60 офицеров, с которым преследования можно было не опасаться. Колчак загорелся этим планом, напоминавшим походы его молодости. Адмирал надеялся на верность своих солдат и офицеров. Собрав конвой, он, вызвав на откровенный разговор и предварительно предоставив бойцам свободу выбора сообщил, что не едет в Иркутск, а остаётся временно в Нижнеудинске, предложил остаться с ним всем тем, кто готов разделить его судьбу. И только после этого освобождённые от обязательств солдаты, воспользовавшись предоставленной свободой действий, покинули адмирала. К утру из 500 человек осталось с ним лишь десятеро. Офицеры остались, но высказались за уход поодиночке и принятие адмиралом предложение чехов как лучший вариант. На вопрос Колчака «Что же, вы бросаете меня?», старший офицер ответил: «Никак нет, Ваше Высокопревосходительство, если Вы прикажете, мы пойдём». После этого, поняв, что в успех офицеры не верят, адмирал распустил их своим распоряжением.

Колчак мало верил союзникам, чувствуя по их поведению, что будет предан и ими, но после долгих колебаний всё же решил положиться на них. Он занял купе в пассажирском вагоне второго класса, декорированном флагами Великобритании, США, Франции, Японии и Чехословакии. Генерал Жанен получил от высоких комиссаров письменную инструкцию обеспечить, если окажется возможным, безопасное следование Колчака туда, куда он захочет. Фраза «если окажется возможным» была включена в инструкцию по настоянию Жанена. Вслед за вагоном Колчака шёл «золотой эшелон», переданный под чешскую охрану. В январе Колчак прибыл в Иркутск. По прибытии вагон Колчака был оцеплен плотным кольцом охраны. Адмиралу стало известно, что накануне город покинули все союзные миссии. С наступлением сумерек чехословаки объявили Александру Васильевичу, что передают его местным властям. Арест адмирала и передача его эсеро-меньшевистскому Политцентру были согласованы чехами с представителями союзников, стали мерою, «необходимой для безопасности чешского войска», сделаны были для обеспечения свободного продвижения их эшелонов на Восток. Несмотря на данные ранее заверения и гарантии безопасности и защиты, Жанен и чехословаки предали адмирала. «Политцентр» объявил Колчаку и Пепеляеву об аресте, после чего они были помещены в здании губернской тюрьмы. В состав Политцентра входили представители нескольких организаций: Всесибирского краевого комитета эсеров, Бюро сибирских организаций меньшевиков, Земского политического бюро, Сибирского Центрального Комитета «Объединений трудового крестьянства». Председателем Политцентра был Флориан Флорианович Фёдорович. Политцентр ставил перед собой цели свержение власти Верховного правителя России адмирала Колчака, недопущение победы коммунистов и создание на Дальнем Востоке и в Восточной Сибири «буферного» демократического государства.

Колчак, будучи человеком слова, долго недоумевал, как генерал Жанен мог его выдать. Анна Тимирёва, покинувшая Омск вместе с Колчаком, попыталась успокоить адмирала и решила пойти под арест вместе с ним. Основной причиной предательства Колчака и последующей его выдачи союзниками стали заявления Верховного правителя, сделанные ещё в Омске, что золотой запас, как и награбленные чехословаками за время пребывания в России материальные ценности, являются достоянием России и что он не допустит их вывоза за рубеж. Трагическая развязка была ускорена ставшим известным чехословацкому командованию телеграфным приказом Колчака во Владивосток о проверке всех ценностей и имущества, вывозимых чешскими легионерами.

Политцентр провёл в Томске переговоры с командованием 5-й Красной Армии о создании буферного государства с границами по Оке и Ангаре.

23 января 1920 года Политцентр в присутствии представителей Чехословацкого корпуса подписанием соответствующего акта передал власть Иркутскому военно-революционному комитету большевиков. Ленин требовал на Совнаркоме расстрела без суда и следствия Колчака и председателя Совета министров Российского правительства Пепеляева, но Дзержинский, ранее поддерживающий все предложения по ликвидации врагов советской власти предложил в свою очередь доставить арестованных в Москву для организации суда над этими деятелями белого движения и наконец было закончено следствие по преступлениям Верховного правителя и его соратников.

Открытый суд был назначен на пятое мая. Как раз перед днем суда сдавшиеся белые были после переформирования в полки Красной Армии в первых рядах начали успешное освобождение Сибири не встречая сильного сопротивления по железной дороге, за три дня бронепоезда красных дошли до Читы. Еще в начале 1920 года партизанские отряды начали генеральное наступление, в ходе которого овладели Хабаровском и Благовещенском. В связи с этим командование Антанты приняло решение об эвакуации большей части своих войск – лишь японцы продолжали интервенцию в одиночку (в конце весны «самураи» даже нанесли массированный удар по красным партизанам, оттеснив их обратно в тайгу). Между тем Красная Армия, разгромив колчаковцев, вышла к Байкалу.

Суд над Колчаком и Пепеляевым состоялся с освещением процесса во всех газетах России. Решением суда обоих повесили в тот же день, проведя казнь на Красной площади на лобном месте.

На совещании Совнаркома первым вопросом стало убийство Троцкого и Кедрова. Докладывал прибывший из Польши Тухачевский, назначенный Троцким военным наркомом Советской Социалистической Польской Республики - Лев Давидович привлек к руководству НГБ и армии большого количества товарищей еврейского происхождения, которые на семьдесят процентов заняли все руководящие посты, процентов двадцать пять досталось полякам. После вывода Красной Армии товарищ Троцкий решил создать армию, используя кадры разбитой польской армии. Одновременно товарищ Кедров начал зачистку польских офицеров. Поголовно всех пленных поляков, имевших офицерские звания, расстреливали целыми сотнями! Среди поляков, которых поставили на командные должности, оказались бывшие офицеры и сочувствующие им солдаты. После очередного расстрела пятисот человек, среди которых было почти половина владельцев мелкого бизнеса, прямо на совещании трое человек выстрелами из револьверов убили товарищей Троцкого, Зиновьева и Кедрова, а затем начали методичный отстрел остальных, пока их не застрелила охрана. Я успел занять угол около сейфа и оттуда отстреливался. Тела погибших членов Совнаркома доставлены в Москву.

Ленин задумчиво посмотрел на Сталина, который пытался удержать рвущееся наружу счастье, но его выдавали глаза - Товарищ Сталин, кого посоветуете поставить на место Председателя Совнаркома Польской республики?

Сталин с кровожадным взором взглянул на Председателя Моссовета Каменева и тут же его взгляд очистился и стал нейтрально-благожелательным - Среди нас огромный опыт управления столицей есть только у Льва Борисовича! Полагаю, что этот опыт он сможет распространить и на Варшаву. Польша небольшое по размерам государство, я считаю, что лучше Льва Борисовича никто с поляками не справится.

Розенфельд, присвоивший себе славянскую фамилию, попытался отказаться, но не успел: Сталин продолжил - Никто кроме товарища Каменева не сможет навести порядок в Польше, предлагаю проголосовать!

Дзержинский тут же поддержал - Для того, чтобы товарищ Каменев мог спокойно работать я от себя оторву отличного работника, предлагаю наркомом госбезопасности назначить моего заместителя Петерса (Дзержинский получил от пришельца информацию о происхождении своего заместителя и она подтвердилась - Петерс, утверждал, что был сыном батрака, с восьми лет должен был искать себе пропитание и пас скот у соседних хуторян, а с четырнадцати стал работать по найму у соседнего помещика вместе с батраками. Однако расследование выявило: отец был «серым бароном» (так в Прибалтийском крае называли богатых крестьян-землевладельцев) и у него были наёмные работники. Ложь Дзержинский после случая с Орловым перестал прощать и все искал случая избавиться от человека, которому он не мог больше доверять). Яков Христофорович преданный революции большевик, у него огромный опыт в борьбе с контрой.

Ленин едва заметно улыбнулся - А кого мы вместе с товарищем Каменевым направим для руководства наркомом внутренних дел?

Сталин опять взял слово - Я предлагаю назначить нашего товарища, первым принявшим наркомат внутренних дел РСФСР (мысленно усмехнувшись - И пробыв на этом посту ровно девять дней!), товарищ Рыков прекрасно сработался с товарищем Каменевым в Моссовете, затем огромный опыт управления хозяйством всей России на посту председателя ВСНХ РСФСР! Я предлагаю проголосовать за Алексея Ивановича!

Совнарком проголосовал и Сталин свободно вздохнул - он не вступая в противостояние убрал претендентов на власть.

Ленин после оглашения результатов голосования произнес - Пока товарищ Каменев не уехал, если нет возражений, предлагаю ему провести организацию похорон наших геройски погибших товарищей! Следующий вопрос - Как нам быть с Дальним Востоком? Меня пытаются убедить, что к вооруженному конфликту с Японией страна толком не готова, поэтому поступило предложение создать «буферную» демократическую Дальневосточную республику (ДВР) на территории Забайкальской, Амурской и Приморской областей России.

Фрунзе взял слово - Я вместе с главкомом Каменевым рассмотрел возможность проведения военной операции и Сергей Сергеевич подсчитал, что мы вполне сможем надрать японцам задницу на берегу, а вот с японским флотом останется проблема. После разгрома Польши мы можем начать передислокацию западных самых боеспособных дивизий на Восток! Заодно люди отдохнут во время дороги, подкормятся. Главное досконально продумать логистику, в этом бывшие офицеры Генштаба собаку съели! Да, и я прошу вернуть атрибутику российской армии - офицерские звания и офицерскую форму с погонами и остальными знаками различия. Все бывшие генералы уверены: Возвращение этих атрибутов поднимет настрой среди бывших офицеров и сплотит армию с советской властью! Вы посмотрите, после разрешения посещать всем желающим службы в храмах и разрешения носить боевые дореволюционные награды, резко поднялся авторитет нашей власти среди так называемых "бывших". Вот как раз перед наступлением на японцев и растрясем военные склады с комплектами царской формы, выдадим ее рядовым. А офицерам выдадим деньги на пошив мундиров, полковникам и генералам я думаю наша швейная фабрика сможет пошить на заказ. А с остальным справятся швейные артели.

Ленин пожал плечами - Ну что с вами сделаешь! Ладно Коба с этим вопросом меня уже достал, но от вас, Михаил Васильевич, я не ожидал. Если армия просит, то советское правительство не может ей отказать такую малость!

Глава 7

Статья в Известиях стала для врагов Советской власти очередной бомбой: Советское правительство вернуло в Армии и в органах внутренних дел и госбезопасности старую форму, внеся в нее небольшие изменения в названия званий и расположении звезд на погонах, и вместо царского орла на погонах и петлицах появились звезда в обрамлении венка из колос, на левом рукаве ввели нашивку с изображением нового государственного герба. Кокарды на головных уборах также стали нести советскую символику. Мало того, по одной дивизии в армиях Чапаева, Щорса и Буденного получили звание гвардейских, с появлением на мундире дополнительного гвардейского значка и утверждением у офицеров гвардейских частей Аксельбанта под золото с позолоченными наконечниками. Причем гвардейский офицер мог перейти в обычную часть с повышением на один чин.

После этого указа стали возвращаться из эмиграции бежавшие офицеры вместе со своими семьями. В новой Красной Армии дух патриотизма подскочил на небывалую высоту. В этом же номере газеты правительство извещало о переименовании наркомов в министерства.

После смерти Троцкого Польшу решили все-таки потрясти на возмещение репараций и в Россию вывезли практически все промышленное оборудование из предприятий Польши.

На нашем секретном объекте вовсю развернулись строители, которым требовалось построить несколько трехэтажных зданий и пятиэтажный жилой дом со всеми удобствами на территории бывшего монастыря.

Пока же всем пришлось потесниться для размещения новых классов для средне-специального военного образования. Помимо грамотных беспризорников мы провели отбор среди бывших гимназистов Москвы и Петрограда. К поступлению на первый курс высшего военного училища готовились уже около тысячи человек.

Мы с Голиковым успешно сдали экзамены за курс гимназии, правда из экзаменов убрали древнегреческий и латынь, из иностранных языков оставили обязательным один. А вот для поступления в высшее училище помимо изучения латыни ввели обязательное изучение немецкого и английского и для желающих - французского, итальянского и испанского.

Через три недели начались экзамены для поступления в новое училище, которое начнет работать пока в имеющихся помещениях монастыря.

Нам с Голиковым пришлось разрываться до поздней ночи между подготовкой к экзаменам и своей работой в МГБ. Мы даже часто оставались спать в своих рабочих кабинетах, не желая терять время на дорогу. Аркадий развивал свое Управление собственной безопасности, его сотрудники вычищали случайных пассажиров, сумевших пристроиться в госбезопасности благодаря хорошо подвязанным языкам и "непримиримости" к врагам советской власти. Совнарком одумался и вернул в университетах обучение юристов.

Я же медленно но верно закрывал кадровые прорехи в своем Управлении разведки и контрразведки, наладив постоянную связь с Игнатьевым, который в свою очередь активировал свою сеть разведки, которая была расконсервирована и теперь давала поток информации.

Поздно вечером ко мне заглянул Аркадий - Паша! У тебя есть огромное количество нетривиальных методов решения различных проблем.

- Ну, не буду возражать, есть такое дело! - отодвинув папку в сторону, кивнул и налил нам обоим чайку.

- Тогда посоветуй как быстрее выявить в рядах нашего министерства потенциальных предателей.

- Очень просто! Тебе нужно провести провокацию по отношению ко всем сотрудникам. Я, к примеру, уже провел проверку своих сотрудников и парочку пришлось тихо пристрелить, слишком много они знали, в тюрьме могли начать болтать. Начни с центрального аппарата. Вот прямо с сотрудников своей службы, а затем с заместителей министра! Похищаешь их по одному на улице возле дома и с мешком на голове отвозишь в подходящий подвал. Там представляешься сотрудником МИ-5 к примеру и обещаешь пытки в случае отказа от сотрудничества. А в качестве пряника обещай тысячи фунтов стерлингов и паспорт Великобритании, домик в окрестностях Лондона. Для проверки твоих людей можешь пока воспользоваться моими, по мере проверки будешь в группу добавлять своих уже проверенных чекистов! За месяц можно вполне весь центральный аппарат проверить.

Проведенная проверка выявила троих трусов, согласившихся работать за англичан, не желая подвергнуть свои организмы пыткам, еще двое сломались после пары иголок под ногти.

Избавившись от этих пятерых, Голиков смог отобрать еще десяток человек в свое Управление, всех проведя через подвал.

Затем он попросил Дзержинского одобрить проверку всего центрального аппарата МГБ, начиная с его заместителей. Феликс дал добро при условии, что замов и начальников Управлений и отделов будут проверять в его присутствии. В подвале было приготовлено несколько камер и после одобрения в один вечер сюда доставили весь высший командный состав министерства. Дзержинский сидел в дальнем углу и слушал по очереди допросы своих заместителей. На удивление всех замы смогли пройти пытки иглами под ногти. Менжинский, когда его освободили от мешка на голове, долго привыкал к тусклому свету, затем увидев Дзержинского покраснел от ярости.

Феликс подошел и опустил ему руку на плечо - Прости, Вячеслав! Но я должен был быть уверен в своих сотрудниках! Пойдем посмотрим на проверку Ксенофонтова.

- Иван преданный чекист!

- Люди слабы, Вячеслав! Ты это разве не понимаешь?

- Понимаю, так что, все наши сотрудники пройдут через этот кошмар?

Дзержинский развел руками - Я слишком часто стал много доверять людям, которые только этим пользовались. Ты пойми, мы должны быть на сто процентов уверены в верности революции всех сотрудников госбезопасности!

Вздохнув, Менжинский направился вместе с Дзержинским в соседнюю камеру.

Через неделю Ленин пригласил к себе министра госбезопасности - Проходи, Феликс! До меня дошли слухи, что ты устроил средневековые пытки своим сотрудникам. Это правда?

- Да, служба собственной безопасности решила провести проверку всего Центрального аппарата, начав именно со своих сотрудников. Затем я дал добро на проверку моих заместителей всех остальных. На удивление хороший способ! Вы не поверите, Владимир Ильич, но таким макаром были выявлены два английских и три немецких шпиона! Еще два десятка человек готовы были за валюту работать на иностранную разведку, еще семеро устроились в госбезопасность ради власти и возможностей обогатиться ради ценностей арестованных. Такие проверки будут проводиться по всем губерниям. В том числе и в МВД. Судоплатов предложил таким же образом проверить все аппараты ЦК и Совета министров.

Ленин резко выдохнул и подскочил на ноги - Вы сошли с ума! Я не позволю пытать достойных и незапятнанных ничем людей!

- Пытки и не понадобятся, будет достаточно продемонстрировать инструменты, которыми якобы будут пытать, этого будет вполне достаточно для тех, кто всю свою жизнь не занимался ни разу физическим трудом и для них только упоминание о пытках уже вызовет панику.

Ленин задумался, затем махнул рукой - Хорошо, только давай без фанатизма!

Фрунзе в Кремле собрал всех высших офицеров, начиная от командиров дивизий и заканчивая командармами. Здесь же присутствовали и офицеры Генштаба - Товарищи! Гражданская война практически закончена, на нашей территории остались только японцы, которых мы планируем вытеснить до наступления осени. В министерстве обороны принято решение после окончания операции по освобождению Дальнего Востока всем командирам полков, дивизий и армий, а так же их заместителям и начальникам штабов, не имеющих высшего военного образования, пройти трехлетнее обучение в академии Генерального штаба. И я и мои заместители тоже вместе с вами должны пройти подготовку к поступлению в академию. С завтрашнего дня начинаются занятия по подготовке к вступительным экзаменам. И еще, воинские звания будут присваиваться в зависимости от результатов обучения. Здесь сейчас находятся бывшие комдивы и командармы, под вашим командованием большинство командиров полков так же не имеет профильного образования. Только после обучения и сдаче экзаменов офицеры смогут получить звания подполковников, полковников и генералов. В противном случае максимальный офицерский чин у не прошедших обучение будет всего лишь майорским. Считаю, что даже такое звание является огромной наградой за ваши подвиги. Так комдив Блюхер до гражданской войны был всего лишь рядовым, комбриг Фабрициус - старшим унтер-офицером, командармы Чапаев и Буденный - унтер-офицерами, командарм Щорс - подпоручиком, командарм Городовиков - старшим урядником. Да, вы без всякого образования били войска белых, среди которых были и выпускники Генштаба. Да вот беда, Мировая война продемонстрировала необходимость наличия среди военачальников грамотных офицеров, которые помимо тупых ударов в лоб, могут маневрировать своими войсками, нанеся удары там, где противник их не ждет! Вам пойдут навстречу и на вступительных экзаменов не будут требовать знания иностранных языков! Все остальное необходимо подтянуть. Слово предоставляется главнокомандующему генералу Каменеву.

Главком вышел на трибуну и вгляделся в лица офицеров, которые разочаровано перешептывались друг с другом - Товарищи! В составе министерства обороны решено создать Управление по созданию нового оружия и модернизации старого! Английские танки показали, что скоро кавалерия, которая сейчас является главной ударной силой Красной Армии, уступит поле боя бронированным машинам. В военных училищах будет введено изучение тактики использования этих броневиков и танков, которые при вооружении пулеметами и пушками смогут сотнями и тысячами уничтожать конницу. Так же идет развитие авиации, которая станет уничтожать не только пехоту и конницу, но и бронированные машины, а так же наземную артиллерию.

Все присутствующие тут же начали обмениваться между собой сомнениями и зал "загудел".

В рамках Управления производства вооружения были созданы несколько конструкторских бюро. Одним из них стало московское КБ Федорова. Владимир Григорьевич в 1906 году спроектировал свою первую автоматическую винтовку на базе трёхлинейной винтовки Мосина. Выбор прототипа был обусловлен тем, что к тому времени в России имелось свыше четырёх миллионов винтовок Мосина, и поэтому её переделка в автоматическую казалась более перспективной, чем создание совершенно новой конструкции.

В КБ, созданного на базе опытной мастерской Ковровского оружейно-пулемётного завода после разговора со Сталиным приказом Фрунзе были назначены проектировщиками Георгий Шпагин, который работал здесь слесарем и Василий Дегтярев, который выслужился до мастера опытной мастерской. Федоров разложил перед своими сотрудниками эскизы автомата, который в ВОВ был признан самым удачным автоматом, Алексею Судаеву на настоящий момент было всего лишь восемь лет, поэтому его уже не назовут ППС. Скорее всего он станет называться ППФ.

Федоров вчитался в описание процесса изготовления коробки - Автоматика пистолета-пулемета построена по принципу свободного затвора. Корпус состоит из двух шарнирно соединённых ресиверов. Верхний объединяет ствол, ствольный кожух, ствольную коробку, откидной приклад. Нижний представлен пистолетной рукоятью управления огнём, ударно-спусковым механизмом и штампованной горловиной магазина. Автоматика работает за счёт отката массивного свободного затвора под действием отдачи при выстреле. Стрельба ведётся с заднего шептала. Режим огня — только автоматический, режим одиночного огня отсутствует.

Дегтярев предложил - Может быть продумать стрельбу и одиночными?

- Федоров вздохнул - Министр приказал ничего нового не придумывать и создать в металле то, что выдано нам на бумаге. Все усовершенствования наше бюро будет предлагать только после создания нескольких действующих образцов. Кто же автор этого проекта? Может чертежи выкрали у буржуев? Помимо этого пистолета-пулемета мы должны представить заказчику этот пулемет - Федоров разложил эскизы немецкого пулемета MG-42. Судя по наброскам и описанию, этот пулемет станет лучшим в мире!

КБ по созданию артиллерии возглавил Пётр Августович Гельвих, которому в помощь дали Владимира Иосифовича Рдултовского, которые должны были по эскизам семидесяти шести миллиметровой дивизионной пушки Грабина воплотить ее и снаряды к ней в металле. Им же поручили создание пехотных минометов.

КБ реактивных систем возглавил Фридрих Артурович Цандер, перед которым была поставлена задача создать "Катюшу". В помощь ему направили Циолковского, который преподавал математику и физику в училищах Боровска и Калуги, параллельно пытаясь заинтересовать научное сообщество своими проектами аэропланов и цельнометаллического дирижабля, а впоследствии — и ракетной техники. Вторым проектом КБ должен был стать дирижабль для доставки грузов на дальние расстояния.

По инициативе Сталина Игнатьев связался с Сикорским в США и предложил вернуться на Родину для возглавления КБ, однако Игорь Иванович потребовал разрешить ему создать частное предприятие. В ответ ему предложили создать артель и спокойно заниматься любимым делом, причем Игнатьев пообещал от имени правительства обязательство закупок образцов летательных аппаратов, соответствующих техзаданию заказчика.

Сикорский, который в то время зарабатывал преподаванием математики, посомневался, но все-таки решил рискнуть и вернулся в Россию. В Москве он получил техзадание на двухместный боевой вертолет. Его поразило наличие эскиза, на котором был вертолет МИ- 4, который мог бы переносить на борту 16 десантников. Игорь Иванович попробовал было добиться ясности от Фрунзе о лице, который нарисовал эскиз и перечислил ТТХ. Однако тот лишь развел руками, ссылаясь на секретность.

- Вы поймите! То, что вы хотите от меня получить, нереально! Я не смогу это создать! Для создания этого технического чуда мне потребуются годы разработки, я не смогу оплачивать прототипы, они обойдутся в огромные деньги!

- Товарищ Сикорский! Государство будет финансировать ваши опыты, но в этом случае пятьдесят процентов вашей артели будет принадлежать государству. Вы согласны?

- Согласен, а еще у вас есть подобные эскизы?

Туполев неожиданно для себя получил предложение возглавить КБ по проектированию самолетов, он также получил несколько эскизов и ТТХ нескольких самолетов. В его КБ был направлен исполняющий обязанности начальника участка службы тяги железнодорожного депо Таганрога Петляков, которого восстановили на втором курсе механического факультета ИМТУ. Недоумевающий Туполев попробовал от своего помощника добиться информации о причинах его перевода из депо, но Петляков лишь разводил руками.

Сергей Петрович Шукалов работал инженером Путиловского завода, участвовал в изготовлении танков на Сормовском заводе. Его назначили руководить КБ танкостроения, озаботив эскизами танка Т-70.

Танк имел пять отделений, перечисленных ниже в порядке от лобовой части машины к корме:

трансмиссионное отделение;отделение управления;моторное отделение по правому борту середины корпуса;боевое отделение по левому борту середины корпуса и в башне;кормовое отделение, где располагались топливные баки и радиатор двигателя.

Эта компоновочная схема определяла в целом набор преимуществ и недостатков танка в рамках машин своего класса. В частности, переднее расположение трансмиссионного отделения, то есть ведущих колёс, приводило к повышенной их уязвимости, так как именно передняя оконечность танка в наибольшей степени подвержена вражескому обстрелу. С другой стороны, в Т-70 топливные баки находились вне боевого отделения в изолированном броневой переборкой отсеке, что снижало риск возникновения пожара при поражении танка (особенно высокий для машины с бензиновым двигателем) и сильно повышало выживаемость экипажа. К другим преимуществам выбранной для Т-70 компоновки можно отнести небольшую высоту и общую массу танка и для него не требовался мощный специализированный двигатель. Экипаж танка состоял всего из двух человек — механика-водителя и командира машины.

Пораженный очертаниями танка, Шукалов озаботился последней фразой в описании танка - Необходимо разработать надежную трансмиссию, над ее проектированием необходимо создать отдельную группу. Вторая группа должна включить опытных проектировщиков танкового двигателя, принимая в расчет постоянное увеличение веса брони и вооружения, увеличение количества экипажа, переход с бензинового двигателя на дизельный.