Судьба Семи Том 1

Часть 1 Глава 1

Часть первая

Глава первая

20 июня 2015г

Дождь. Тишина. Весь дом пропитан звуками дождя насквозь. Казалось, если прокричать в нем во весь голос свое имя, то оно вернется к тебе эхом. Дом большой, просторный. В нем легко уместится с десяток человек.

И обставлен он хорошо. Сразу видно, что в нем живет зажиточная семья.

За окном слышались звуки дождя. Они были слышны в каждом углу дома. Неожиданно за окном промелькнула молния, послышался чей–то шепот. Кто–то разговаривал и постоянно хихикал, нарушая этим тишину в столовой. За промелькнувшей молнией последовал сильный раскат грома. Кто–то в доме взвизгнул от страха. Это была молодая девушка двадцати лет. После того, как ее визг разнесся по всему дому, последовали два веселых смеха. От такой неожиданности девушка запрыгнула своему другу на колени, и крепко обняла его за шею. Он посмотрел на нее удивленным взглядом, а затем начал смеяться вместе с ней. Они улыбались и смотрели друг на друга. Девушку звали Мария. Мария Андреевна, если хотите. От рождения у нее прекрасные, густые, черные, как смола, волосы, которые она вечно собирала в свободный хвост, свисающий с ее плеча.

Она пересела на стул напротив ее друга. Он сидел за ноутбуком и внимательно смотрел на монитор, когда Мария пристально наблюдала за его взглядом. Бровки девушки всегда были домиком. Иногда ее пышные губы вздрагивали, чтобы что–то сказать, но вновь и вновь останавливались. Курносая Маша пристально смотрела парню в глаза.

У них обоих красивые пышные ресницы.

И если ее глаза отражают зеленую траву, переливающуюся в лунном свете, то под его ресницами скрывается высохшая мурава во время лилового заката. Ее глаза блестят зелеными оттенками, его - лиловыми цветами. На этом, пожалуй, их сходства заканчиваются. Если у нее бровки домиком посередине, то у него домики поселились по краям. Если она курносая, то его нос ровный, прямой, словно высчитали шестьдесят градусов транспортиром. Если ее губки пышные и пухлые, то его - узкие и сжатые. Если у нее волосы черные, то он, в свою очередь, блондин.

Пожалуй, тут–то можно найти сходство: им обоим цвета волос достались по наследству от мам, и, вопреки всему, парень не хочет стричься и собирает волосы в хвост. Полное имя мальчика Павел Николаевич. Ровесник Марии.

– Ну и дождь! – Мария, наконец, заговорила. – Скорее бы он прекратился, а то надоело дома сидеть.

– Да! – он согласился немного с восклицанием. Было понятно, что он ждал начала разговора от нее. – Знаешь, что интересно?

– И что же?

– Что на другом конце нашего города солнечно.

– Ах, завидую я им, – Маша положила голову на стол так, будто вот–вот по нему растечется. – Поразительно, до чего дошла техника. Теперь можно посмотреть погоду не только на отдельный город, но и увидеть прогноз его определенного участка.

– Не переживай, к вечеру дождь утихнет, и мы пойдем на прогулку, – он присел с ней рядом и начал поглаживать по голове. – И я думаю, что не все так плохо.

– Я тебя умоляю, что может быть хуже, чем просидеть весь день дома? Никого нет, родители на работе, а мы с тобой помрем со скуки. Надо было оставить уборку дома на сегодня, чтобы было чем заняться. А теперь выкручивайся, как хочешь!

– Ну, и в такой ситуации можно найти положительные моменты.

– И какие же? Что, вечером у нас будет солнечно, а на другой стороне города будет ливень?

– И это тоже, но самое главное, мы можем поговорить одни, наедине.

Парень встал. На нем надета белая рубашка с засученными рукавами, поверх черно–серой пятнистой майки, и болотного цвета джинсовые бриджи, закатанные до колен.

На Маше надета белая кофта с голубыми горизонтальными полосками, которые становились шире к ее концу, и джинсы, цветом, словно пасмурное небо за окном.

Паша взял ее на руки и отнес в гостиную. Там они вместе подвинули двухместный диван поближе к окну, за телевизор, занавесили шторы и продолжили разговор.

– И о чем таком мы можем с тобой поговорить наедине? – она посмотрела на него многозначительным взглядом, не зная, чего ожидать.

– Например, о том, – Маша замерла в ожидании, – какие у нас будут дети!

– Что!? Ну, ты и придумал.

– А чего такого–то? Мы с тобой, в конце концов, уже расписались, свадьбу сыграли. Семейная ячейка общества сформирована, всё! Осталось её только малышом дополнить. Надо обсудить.

– А чего тут обсуждать? Сын будет. – Маша фыркнула и отвернулась, поджав под себя ноги.

– А может, дочка, откуда тебе знать? – он прижал девушку к себе, а она начала откидываться назад и в итоге легла ему на колени.

– Ну, не знаю, сердце матери и все такое…

– Ух, как ты лихо рассудила! – Паша засмеялся. – Ведь никто ничего наверняка не знает. Давай порассуждаем. Может, она у нас, или он, будет плаванием заниматься, ну, или рыбачить любить.

– Что мальчик будет любить рыбалку или плавание, я еще соглашусь, а вот на счет девочки не уверена, – Маша задумалась, а затем выкрикнула свое предположение. – Если уж девочка, то пусть будет гимнастка!

– Это почему еще?

– Девочкам такой вид спорта подходит больше. К тому же, у гимнастов красивая фигура, – Маша немного замечталась.

– Если уж говорить о красивой фигуре, то можно вспомнить и бегунов.

– Возможно, хотя…да ну! Ты видел их ноги? Как они ужасно накачаны! Не надо мне такого счастья. Лучше велосипедисткой.

– Ага, а у велосипедистов, значит, ноги не накачаны, да? Да они еще больше, чем у бегунов. А бегать можно по–разному. Хотя... Ты только представь: идет кто-нибудь по дороге, а мимо него, словно ветер, пролетает красивый мальчик на велосипеде. А мы его видим и говорим всем: «Это наш сынок!»

– А можно так ещё, – Маша начала мечтать. – Прохожие идут по нашей улице и видят, как девочка бежит. Красивая–красивая! Все на неё смотрят и взглядом провожают, а мы всем говорим: «Это наша дочурка».

– Или, наоборот, мальчик – бегун, а девочка – велосипедистка. Постой, – Паша вспомнил слова Маши о бегунье и посмотрел на нее с ехидной улыбкой. – Ты что, всё–таки девочку хочешь?

– А может, и хочу, хочу дочь велосипедистку! Или сына бегуна или наоборот, а может, и вообще, всех сразу! Я крепкая девочка и двоих стерпеть смогу.

– Ну, загнула. Хотя, как сама хочешь, – он улыбнулся ей ласковой улыбкой. – Правда, я не думаю, что велоспорт предназначен для девочек, сюда больше подходят мальчишки.

– Это для бокса больше подходят мальчики, а на велоспорт никто запретов ещё не накладывал.

– А вот про бокс ты сейчас зря. Посмотри по телевизору передачу о боксе; там сейчас, как в полиции, девчонок, может даже больше, чем парней.

– Эх вы! – она немного потрепала Пашу за правую щеку. – Мягкими такими стали, теперь за вас везде мы отдуваемся. Слушай, а что? Это ведь мысль. Давай, как родится девчонка, отдадим её в боксерский клуб, у нас же есть! Будет ходить с нами под ручку, как хулиганы, так она в драку - защищать нас будет.

– Ха–ха, – он рассмеялся во весь голос так громко, что в доме послышалось эхо. – Тут, думаю, и никаких секций не надо! Поменьше материнской заботы, больше папиных поучений, и на улицу выйдет бандит, который любому на лицо фонарь поставит, если кто задирать начнёт.

– А если, наоборот, много маминой ласки, а папиных поучений меньше?

– Тогда вырастит размазня, – он сказал это, ни капли, не сомневаясь в правоте. – Будет вон, в комнате сидеть, листочки в книжки вкладывать, гербарий делать да цветочки нюхать.

– А мне кажется, что ты не прав.

– Почему это?

– Думаю, если заботы будет в меру, то ребенок вырастит не только боевым, но и добрым. Он будет не только драться, но и учиться.

– Ну, я даже не знаю, – Паша задумался. – Как по мне, таких людей не существует. Не может человек быть и тем, и другим сразу. Я не представляю девочек или мальчиков ботаников, которые по вечерам на «стрелки» ходят.

– И не надо представлять, как родится, тогда и узнаем. А я вообще думаю, что девочкам, которые не занимаются спортом, больше подходит навык рисования. Как думаешь?

– Думаю, что ты права. Действительно, в художницах скрыто какое–то непонятное обычному человеку обаяние. Сразу начинаешь думать, что он из какой–нибудь светской семьи что ли. Этого невозможно передать словами. Есть в них грация, достойная…что?

Маша посмотрела на него изумленным взглядом. Ее брови были высоко подняты, а губы уже были готовы что–то сказать.

– Похоже, тебя с моей мамой вообще нельзя наедине оставлять. Она тебе мозги промывает так, что ты прям, ценителем искусства становишься.

– Не говори так. Между прочим, твоя мама прекрасная женщина, к тому же, неплохо поет.

– Откуда ты знаешь, как она поет? – взгляд Маши стал еще более изумленным.

– Ну, мне твой папа записи старые…показывал.

– Да когда же ты всё успел?!

– Пока ты в душе сидела, кстати, ты тоже неплохо поешь. Никогда не слышал. Вот, почему ты поёшь только для душевой кабинки? Я тоже не прочь твой голос послушать.

– Ах, ты ещё и подглядывал! – она, шутя, замахнулась на него подушкой, которая была под головой. Он успел прикрыть лицо руками и уже держал подушку в руках, пытаясь отобрать её у Маши.

– Не подглядывал, а подслушивал, это совершенно разные вещи, и отдай, наконец, подушку! И чему удивляться! Столько лет живем вместе! Кстати, что, если у нас будет маленькая певица или певец?

– Ага, – она удерживала подушку и смеялась, – народная артистка эстрады, с Басковым на пару будет петь вместо Натали.

– Если у нее будет твой голос, то она станет лучшей певицей в мире.

– Но главное не талант, а упорный труд. Все зависит только от неё. Все–таки, это хорошо, когда есть мечта и желание.

Они веселились и смеялись над своими детскими проказами, и вдруг Мария подумала ещё раз над разговором:

– А что, если, – она села рядом с Пашей и посмотрела ему в глаза. – Что, если оттолкнуться от всех наших рассуждений. Мы ведь не ждём от нашего малыша ничего сверхъестественного. Пусть дитя будет просто весёлым. Пусть наше чадо выбирает свой путь само, а мы не будем мешать. Пусть малыш сам выберет себе, увлечение, мечту, друзей. А мы в трудную минуту всегда его поддержим. Думаю, в этом нам помогут наши родители.

Она улыбнулась, словно ангел. Паша улыбнулся ей в ответ, взял на руки, и они ушли в свою комнату.

Ровно в восемь часов вечера в дом зашли четыре взрослых человека сорока – сорока пяти лет, два мужчины и две женщины, а с ними девочка – подросток. Это были родители нашей молодой пары и младшая сестра Паши. Ребята вышли из комнаты, чтобы встретить их.

Именно в этот день, 20 июня 2015 года, был сильный дождь, который закончился только вечером. А после дождя на небе, над всем городом, появилась волшебная радуга невиданной красы.

Часть 1 Глава 2

Глава вторая

Казалось бы, самые обычные люди, которые живут одной большой счастливой семьей. Вот только семья познакомилась весьма интересным образом. А также, несмотря на всю их обыкновенность, у них необычные и очень похожие фамилии.

Примерно полвека назад городок, в котором теперь живет знакомая нам семья, ещё не существовал. Было только пустое пространство, которое разделяло друг от друга два больших города. В течение долгих лет они разрастались и становились всё больше и больше, пока не закончилось место. Однако, как ни странно, главы этих двух городов не захотели уступать свои посты друг другу – объединять города под общее название. Одним словом, сотрудничать не собирались.

Тогда было решено создать третий городок между враждующими сторонами. Право выбрать название предоставлялось главам ранее указанных городов. Но, сколько бы нервов они ни тратили, город оставался безымянным. Они так и не смогли придумать название для него. А если кто-то и предлагал, второй всегда оставался недовольным. Главы не уступали друг другу в этом деле, поэтому городок так и просуществовал без имени полгода. Когда пришло время официально зарегистрировать его, заверитель бумаг сам от руки написал название: «Безымянный». Вот с таким безразличным отношением началась "жизнь" этого места. На севере и юге оно граничило с городами, на западе протекала река. На востоке город заканчивался обрывом.

Так бы и осталось это место без внимания. Если бы за несколько лет город не был отстроен на финансы никому неизвестного человека. Было установлено абсолютно всё: отдельные дома и дачи, квартиры, парки, детские сады, школы. Оборудованы полицейские участки, пожарные части, больницы. Можно было наблюдать на каждом повороте кафе, рестораны, развлекательные центры, кинотеатры, музеи, автозаправки и уже начинали отстраивать аэропорт. Вместо рассыпанного жёлтого гравия на дорогах уже появился асфальт.

По идее, сюда должна была переехать часть населения с двух больших городов. Но никто не захотел покидать место, в котором прожил всю свою жизнь. Это оказалась довольно серьёзная проблема; в город вложены немалые средства, однако, на сам Безымянный не возлагали больших надежд. Тогда один мудрый старичок, который впоследствии стал мэром городка, предложил такую идею – можно привлечь внимание людей дешевизной.

– Я уверен, малоимущим семьям это заявление понравится. Думаю, что многие люди с радостью согласятся переехать. Также город заметят безработные люди, а молодые деятели с энтузиазмом примутся оживлять его.

Стройный старичок сидел в кресле. Его плечи были расслаблены, поэтому со стороны он казался закорючкой.

– Но работа очень ёмкая..

– Если никто не хочет, – старичок улыбнулся загадочной улыбкой. – То я…

– То вы и беритесь за этот город!

Глава собрания перебил его, чтобы самому стать автором идеи, которую старик хотел озвучить.

"Как дети"

Особенно обидным был тот факт, что никому, кроме спонсора, этот город и не нужен.

– Будет исполнено. Только учтите, – старик встал из-за стола и теперь не кажется жалкой запятой. – Вся слава достанется мне и только мне. Я прославлю этот город и его имя, а вы, – он показал пальцем на других мэров, – не получите и капли. Будете просить сотрудничества! В городке еще много места для посева.

Старик вышел из зала заседания и направился к выходу. Затем сел в машину и покинул большой, усеянный огнями, населённый пункт.

Он доехал до пустого города. В нём уже провели электричество, но фонари пока не зажигали. Этот старик был атлетического телосложения. И если бы не седые волосы и борода, больше сорока пяти ему не припишешь. В его глазах горел яркий огонь. И посмотрев в эти глаза, любой поймёт, что этот человек не ищет легких путей.

Когда он был ещё ребёнком, его никто не принимал. Мальчик был уникальным, единственным в своём роде. Рос он сиротой и родителей своих никогда не видел, но в школе, а затем на работе, начал продвигаться выше и выше. Этот человек никогда не сдавался и всегда преуспевал в своих начинаниях. Теперь он частенько присутствует на важных мероприятиях в качестве одного из первых гостей. Только имени его по-прежнему никто не знает.

Когда старик узнал о судьбе новоиспеченного городка, его это задело за живое. В отражении пустых витрин он увидел маленького себя – этот молодой город все недооценили и отвернулись, как от ненужной вещи.

"Я заставлю их обернуться".

Первые два дня он просто гулял по городку и осматривал все его закоулки. Приметил несколько довольно милых домиков, парков и коттеджей. Затем начал действовать решительно и быстро, и уже через две недели во всех газетах и на всех рекламных интрнет-сайтах появилось яркое и броское объявление о заселении города и его открытии. По началу, название этого загадочного места людей отталкивало, но в итоге любопытство взяло верх.

И вот, уже через месяц, появилось множество заявок на заселение домов. Таких заявок приходило не меньше, чем полсотни в день. Каждую из них старик просматривал очень внимательно и, при распределении жилищ, учитывал все пожелания будущих жителей города. Еженедельно в Безымянный стекалось целое море людей.

Как и ожидал старик, город прославился своими талантами. В нём подрастали перспективные ребята, которое старались пробиться к свету. Вскоре, помимо школ, появились колледжи и институты разных направлений.

Город всегда радушно принимал гостей. В составе первых из них были те самые главы двух городов, которые ранее отказались вообще иметь дело с этим местечком.

Безымянный расцвёл, он наполнился жизнью и новыми людьми. В глазах каждого из прибывших гостей отражалось нескончаемое удивление. Они поражались тому, как быстро мрачная, смертоносная пустота наполнилась счастьем и радостью. Старик улыбался всем в лицо, словно твердя каждые две минуты: «Как и обещал, всё выполнил, теперь ваш ход». Все сразу поняли, что этот общественный деятель слов на ветер не бросает. Никогда.

Позже главы городов договорились о сотрудничестве... Но это уже не так важно для истории.

И вот, приблизительно в 2000 году, из двух соседних городов выехало две семьи на свое новое место жительства в прославленный своим гостеприимством Безымянный. Выехали они приблизительно в одно и то же время. Обе семьи вышли на одной остановке и стали дожидаться прибытия автобуса, который довезёт их до города.

В одной семье были отец, мать и сын, а в другой – отец, мать и дочь. Пока они сидели на остановке, разговаривали только в семейном кругу, а между собой заводить беседу не решались. Через несколько минут подъехал автобус, и Юниковы с Юниковскими отправились дальше.

Юников Николай Александрович – это стройный, темноволосый и довольно ухоженный мужчина. Как обычно, на нём коричневые ботинки, свободные лёгкие бежевые брюки и коричневая кофта, прошитая кожаными подкладками на плечах в виде квадратной сетки.

Его жена, Василиса Брониславовна Юникова. По этой легкой летней рубашке, коротким шортам и выходным ботинкам никак нельзя угадать, что она учитель литературы и русского языка. Ее волосы собраны в шишку у основания шеи.

Её светловолосый сынишка Паша сидел слева от нее.

Рядом с мальчиком уселась девочка, Маша Юниковская.

Её мама присела рядом. Это Калерия Ивановна Юниковская. В очках и соломенной шляпе она походила на вышедшего на прогулку художника. Рубашка с подвернутыми рукавами, летние шорты и ботинки с небольшой платформой и ремешками. Дочка унаследовала от своей мамы пышные губки и чёрные, как смоль, густые волосы.

Глава семейства Андрей Владимирович Юниковский уселся на левый край. Человек он довольно привлекательной внешности (хотя никто из пассажиров красотой не был обделён). Густые брови, тонкие губы и хитроватый взгляд полностью описывали особенности его лица. Волосы блестели каштановым цветом. Рубашка в большую клетку с подвернутыми рукавами подчёркивала фигуру, а свободные легкие джинсы и летние ботинки, покрытые лаком, напротив, скрывали её.

Именно в таком порядке они заняли свободные места автобуса сзади.

Пятилетний Паша перебирал пальчиками атласную зелёную ленточку, а Маша заметила эти движения и начала с любопытством наблюдать за каждым её переливом. Мальчик обратил на это внимание и, с тёплой улыбкой, передал ленту Машеньке. Она так обрадовалась подарку, что даже хихикнула от радости.

Мамы внимательно наблюдали за своими ребятишками и невольно разговорились.

– А сколько лет вашей дочурке? – начала беседу Василиса.

– Пять, ещё ничего толком не видела, – Калерия была также дружелюбна, как и её собеседница. – А вашему мальчику сколько?

– Да они одногодки! – воскликнула Василиса. – Если повезёт, в одну школу ходить будут.

Они обменялись улыбками и продолжили разговор. И только через несколько минут дамы заметили, что их мужья остаются безучастными.

– Кстати, это мой муж, Андрей, он писатель, и Маша, моя единственная дочурка.

– Привет, – послышался радостный возглас за спиной Калерии.

– А это Николай, в большей части он занимается организацией городских мероприятий.

– Приятно познакомиться, – Николай взглянул на новых знакомых с неповторимо ангельской улыбкой.

- Ого! Вот это размах!

– А вы чем занимаетесь? – спросила Василиса Калерию.

– Я? Я учитель технологии и рисования в средних и старших классах. Иногда и маленьких учу.

– Какое совпадение, а я тоже учитель, только русского языка и литературы.

– Тогда, скорее всего, мы и работать будем в одной школе.

– Это было бы просто замечательно!

Автобус остановился, и все были счастливы вновь выйти на свежий воздух.

Как же все удивились, когда от остановки они пошли в одну сторону. И никто никуда не свернул. Ещё больше семьи удивились, когда пришли к началу одной и той же улице.

- Значит, мы будем и соседями тоже? - спросила Маша и взрослых.

Родители пожали плечами и пошли дальше.

Каждый из них ожидал увидеть маленький и миленький домик. Но вместо него обе семьи приехали к одному большому, просторному, одноэтажному строению.

Оказалось, что последние пять лет мэр города перестал заверять все бумаги один, и ему начали помогать юноша и молодая особа, которые были наняты стариком. Точная причина того, что две семьи поселили в один дом, не была известна наверняка. Вроде бы эти двое просматривали заявки и заметили две похожие фамилии. Решив, что семьи имеют родственные связи, они дали им один общий просторный дом вместо двух душных и тесных квартир. Хотя, как уже сказано ранее, точная причина неизвестна.

Несмотря на то, что дома было комфортно и уютно, Калерия и Василиса не собирались делить его между двумя семьями. Им не хотелось ссориться на этой почве и они решили договориться, чтобы получить два отдельных дома поменьше. Тогда женщины отправились в главное здание, чтобы добиться справедливости и отдельных жилищ.

А пока они бегали по кабинетам, отцы вели свои мирные беседы, и было ясно, что они уже на всё готовы, даже жить в одном доме. Ну, а детишки уже успели сдружиться – и крепко сдружиться! Всего лишь за один день они так привязались друг к другу! А по отдельности ходили только в редких случаях. И, если честно, их отцы были очень рады этому.

– А что именно подразумевается под твоей работой организатора? – спросил Андрей у Николая во время разговора.

– Да всё! – смеясь, ответил Николай.

– Да как же, "всё"? – Андрей смотрел на собеседника с недоумением.

– Ну, вот, смотри: например, попросят быть ведущим на каком–нибудь мероприятии или открытии. На эту роль позовут меня. Как организатора развлекательных мероприятий тоже будут звать меня. Я могу провести утренник в детском саду, организовать школьный праздник или подготовить что–то более масштабное. Например, встречу для высокопоставленных гостей в нашем городе.

– Какого масштаба ты выполняешь работу! Не устаёшь?

– Конечно, устаю! Но мне это нравится. Да и для жизни уже больше ничего не нужно. Только бы детей воспитать и в будущем внуков понянчить.

– М–да, нам–то для счастья всего хватает, чего нашим двум барышням неймётся?

– И не говори, ну, жили бы себе, в разных углах дома. Глядишь, уж и породнимся в будущем. Они вон как играют вместе. Слушай, а где ваши вещи?

– Их доставят скоро на грузовой машине. А вы, смотрю тоже налегке.

– Да, сначала дом хотели посмотреть, а потом уже вещи перевозить. Хотя, мы уже всё упаковали и машину заказали. Жаль, если кому–то другому такой дом достанется. Или вообще пустовать будет – не очень хорошо, – сожалел Николай.

– Ладно, не будем загадывать. Ещё непонятно, чем закончится эта история.

Тем временем, Калерия и Василиса бегали по всем кабинетам за разными справками на покупку нового дома, пока последний секретарь не направил их прямо в кабинет мэра и его помощников.

Когда они вошли, увидели напротив себя дверь. Справа, вдоль коридора, стоял длинный стол, усыпанный бумагой и исписанными бланками. Среди всей этой кипы макулатуры они разглядели молодых людей, которые что-то постоянно заполняли и подписывали.

Женщины махали руками, кричали, ругались, трясли бланками, пока они просто сидели и дальше занимались своими делами, не обращая внимания на кричащих дам. В какой–то момент юноша и молодая особа просто встали со своих мест и ушли в кабинет мэра. Но не успела дверь закрыться, как вышел кто-то ещё. Это был светленький парень лет тридцати в рубашке с галстуком и в чёрных брюках. Он сел среди гор бумаг. Всё это время мамы стояли в тишине и ждали начала хоть каких-нибудь действий.

– Давайте, – сказал парень со вздохом и нехотя протянул свою руку, чтобы взять бланки.

Девушки послушно и тихо собрали свои листочки в одну стопку и передали её молодому человеку.

– Меня, кстати, Иваном звать, а вас?

– Калерия.

– Василиса.

Они ответили тихо и насторожено.

– Очень приятно, – вдруг у парня зазвонил сотовый телефон. Он его вытащил из заднего кармана и ответил на звонок, извинившись перед дамами.

– Вроде хороший человек, общительный.

– И не говори, не то, что те двое.

Тем временем от парня слышится:

– Да, слушаю. Оставить? А кто сказал? А, эти. Неплохо ты с ними сдружился. Ну, ладно все сделаю, давай, старик, до связи.

– Это вы с кем так? – поинтересовалась Калерия.

– Это? – он слегка приподнял телефон, указывая на него. – Мой отец, так, по своим делам.

Он сказал это не слишком оживленно, но слегка повысив голос.

– Значит так. На данный момент дела обстоят таким образом, – в глаза девушкам он не смотрел, только перекладывал их документы, просматривая каждый из листков. – К сожалению, ваш запрос о смене места жительства остается невыполнимым, так как все места заполнены, а новые здания только строятся. Все участки уже распределены между покупателями, а мэр слишком занят, чтобы разбираться лишь с одной вашей семьёй.

– Но ведь мы не одна семья, а две, – перебила Василиса. – И что же нам делать?

– Жить в одном доме. И учтите: лучше вам жить в мире и согласии. Хотя бы первое время. А как только появятся места, можно будет и разъехаться. И не ругайтесь, а иначе у вас и этот дом отнимут.

– Как это? – ужаснулась Калерия.

– А вот так, – парень всё объяснял спокойным тоном. – Если в этом доме более одной семьи, то он считается коммунальным. И вам придется делить его еще с десятком людей.

– Да как же это? – Василиса по–прежнему не могла осознать того, что произошло.

– Извините, ничего не могу поделать. Возвращайтесь и распаковывайте вещи.

Когда женщины ровным тихим шагом вышли из кабинета, раскрылась дверь справа, и вышел уже знакомый нам старик, мэр города.

– Всё сделал?

– Да, как ты и сказал.

– А кто–то говорил, что не врёт людям.

– Да я, вообще–то правду сказал. Сверился по документам: все здания и участки распроданы, новые постройки уже тоже распланированы, а если бы они подняли шумиху, то у них бы и этот дом забрали. Чёрт, все сложилось даже слишком удачно. Признавайся, это твоя парочка так нашаманила, что всё обернулось таким образом? Где ты их вообще нашёл?

– Они что ли? Так, давние знакомые, помочь решили.

– Как их вообще звать?

– А, знаешь, – старик засмеялся во все горло. – Я без понятия.

– Да как так–то? Спроси сейчас.

– А они ушли уже.

– Быстро! Я и не заметил. Надо же! – Иван посмотрел внимательней на документы, которые оставили Калерия и Василиса. – И всё же, какая она странная – Судьба. Одной лишь случайностью распорядилась жизнями этих семей так, что они, скорее всего, породнятся даже. Но я всё равно отправлю им извещение, когда появятся свободные квартиры или участки.

– А кто знает, может эта мера была кому–то необходима. Может, последствия от этого случая спасут чью–то жизнь или даже жизни.

– Как всегда, ты смотришь слишком далеко.

– Уже в привычку вошло... Ладно! Что там по поводу городских стадионов и секций?

– Там всё нормально. Уже дети занимаются. Делают успехи.

– Хорошо, а Дом культуры?

– Там заведует Сергей Львович со своим сынишкой. Быстро продвигаются. По его словам сын, вполне возможно, будет нашей первой звездой музыки.

– Пусть не загадывает наперёд, это моя привилегия, – рассмеялся старик. – Для парня всё может измениться, особенно, если это касается пения. Зная Сергея Львовича, я могу сказать, что он прививает своему сыну любовь к музыке. Кстати, как его зовут, сынишку–то?

– Честно, понятия не имею.

– Тогда, Ванюш, будь так добр, посети музыкальную секцию узнай его имя.

– Ладно..

– ..И ещё, – старик перебил Ивана. – Загляни в спортивные секции и художественную школу и узнай, есть ли там какие–нибудь такие же выдающиеся ребята, его ровесники.

– Старик, да ты с дуба рухнул!

– Почему это?

– Сергею Львовичу двадцать пять лет! Это чисто из уважения к его таланту к нему обращаются на вы. И ты, кстати, тоже. Но его сын совсем еще малёк, ему только три года. Вряд ли кто из родителей будет отдавать свое чадо в три года в какие–либо секции.

– Ага, ну да – ну да. Тогда, я оставляю тебе это поручение. Оно на твоей совести. Чтобы через семь лет его выполнил. И поздравь от меня Сергея Львовича с пополнением в семье.

– Ладно, это можно.

– И узнай, когда у него день рождения! – кричал старик ему вслед.

– Ладно–ладно, – говорил Иван, уже закрывая за собой дверь.

Тем временем матушки уже вернулись домой и рассказали всё, что произошло с ними в мэрии.

– Ну, что ж, – начал Николай, – ничего не поделаешь, придётся с этим смириться.

– Но как же личное пространство для каждой семьи? – возразила Василиса.

– А что с личным пространством? Дом достаточно просторный. Есть раздельные ванные комнаты, две или даже три спальни, просторный зал, неплохие кухня и столовая. Здесь есть все, что нам нужно! – Андрей поддержал беседу.

– Но, Николай, у нас ведь будет пополнение в семье. Не только у нас, но и у соседей… Ребята, да мы не поместимся в одном доме! К тому же, нас предупредили, что нам желательно не высовываться первое время и спокойно жить в мире и согласии.

– Тут–то, думаю, можно не переживать, – Николай кивнул в сторону столовой, где за спинами взрослых, за столом, сидели Маша и Паша и играли так дружно, словно давно уже знакомы. Они смеялись и передразнивали друг друга. Машенька не выпускала из рук зелёную ленточку. Вдруг Паша забрал у неё эту ленточку и завязал ею хвостик на её волосах. Но вышло так неумело, что ленточка сползла на плечо.

– Считай, что дружность наших семей уже в кармане.

– Точно, – поддержал Андрей. – Теперь давайте разбирать комнаты. Мы уже договорились. Вы живёте в той, что слева, а мы – напротив вас.

– Ха! Какой ты хитрый! – возразила Василиса. – Ваша–то комната раза в два больше!

– Да не беспокойся, – вмешался Николай. – Эту спальню мы разделим на две половины. Вторую половину займёт детская.

– Ну, тогда ладно.

– Что ж, – всё–таки согласилась Калерия. – Теперь мы одна большая счастливая семья. Так начнём же веселье!

Часть 1 Глава 3

Глава третья

Через несколько часов прибыли грузовики с вещами Юниковых и Юниковских. Они разгружали их весь день, а после решили устроить небольшой ужин, на котором им удалось познакомиться поближе. На этом вечере мамы решили преподавать в одной школе – в первой. Она была ближе всех к их дому. Детей условились отправить в первый класс в следующем году, а пока они будут посещать подготовительные занятия.

Вот уже год семьи живут в Безымянном, а их жизнь почти не изменилась с тех пор, как они переехали. Разве что, стала более насыщенной. Каждый научился извлекать выгоду из своего соседства.

Никто из членов семей не собирался ни с кем ссориться или что–либо делить, как обычно случается в таких ситуациях. Нет! Всё в этих семьях гармонично и взаимно дополняемо. Учителя делились опытом и никогда не пытались притеснить коллегу. У мужчин тоже сложилась своеобразная дружба. Про таких личностей обычно говорят, что они «друг друга стоят». Действительно, бывали такие моменты, когда у Николая иссякала фантазия и не находилось более интересной идеи чем бал маскарад или обычное чаепитие. Тогда на выручку приходил Андрей, у которого в это время мог быть творческий кризис. И в этот момент они находили невероятный выход из положения; Николай набрасывал план для праздника, а Андрей развивал ту же идею для своего произведения. Бывало, что Николай садился рядом с Андреем за стол и наблюдал, как тот стучит своими пальцами по клавиатуре ноутбука, и на чистом листе появлялась невероятная история о захватывающих дух приключениях, любви или дружбе. Или же наоборот, пока Николай командовал целыми отрядами людей с велосипедами, фейерверками и шариками, Андрей внимательно наблюдал за его действиями и либо ходил за ним хвостиком, либо сидел где-нибудь в сторонке и записывал всё увиденное в свой маленький блокнотик.

Но всё–таки самая важная и главная дружба завязывалась между маленькими Марией и Павлом. С первого же класса они стали просто эталоном соседей по парте. Если один что-то оставил дома, второй обязательно поделится. Каждый из них поможет в любой ситуации, какой бы трудной она ни была.

После окончания четвертого класса учителя запретили рассаживаться ученикам по своему усмотрению. Поэтому нашей паре пришлось нелегко, когда их рассадили. После уроков они шли домой с такими весёлыми лицами и задорным смехом, будто не виделись несколько месяцев. Но на следующий год, за хорошее поведение в классе, всем разрешили сесть так, как они хотят. Теперь ребятам никто не мешал общаться на второй парте третьего ряда.

Когда Маше и Паше исполнилось по пятнадцать лет, они осознали, что значат друг для друга намного больше, чем обычные друзья. Они стали чаще гулять вместе по вечерам и задерживаться после уроков в парке. Но это не мешало им так же хорошо учиться и проводить время с родителями.

После того, как ребята отпраздновали свои шестнадцатые дни рождения, они сходили на свое первое свидание. Это был действительно незабываемый вечер. Не будем слишком вдаваться в подробности, но после него родители теперь реагировали на дружбу своих детей несколько иначе. Причём отцы были только счастливы от такой перемены, а мамочки готовились часами сидеть в кустах или подглядывать в замочную скважину их детской, чтобы только не было каких–либо непристойностей – во всяком случае, хотя бы до свадьбы. А до этого ох как не скоро! Ну, вы знаете — эти мамы!

После окончания школы они получили образование, и вот, наконец, их мечта о настоящей совместной жизни сбылась. Каждому из них даровано столько счастья, сколько не получил бы никто за всю свою жизнь. С какого момента начало накапливаться это счастье? Их такой вопрос никогда не заботил. Об этом задумывались только люди, которые их окружали, потому что завидовали этому счастью. О начале их общения помнит лишь зелёная лента, которую Маша до сих пор хранит в своей шкатулочке.

Часть 1 Глава 4

Глава четвертая

Солнечное утро просочилось через окна в дом Юниковских — Юниковых. Постепенно начали просыпаться все его жители; сначала Клара, младшая сестра Паши, за ней Калерия с Андреем, за ними подтянулись старшие Юниковы. Последними, кто встали с постели, были Мария и Павел.

– Как можно столько спать!? – заголосила Клара. – Если бы у вас была работа, вас бы давно уже уволили.

– Не переживай, – сказал Пашка и, пока сестра пекла блины, потрепал её за щеку. – В выходной день даже начальник не проснётся.

Вот на тарелку приземляется первый блинчик.

– Кстати, как к родственникам съездила? «Все живы?» – спросил Паша и, недолго думая, сцапал только что испеченный блин.

– Эй! – успела только прикрикнуть Клара, но не стала заострять на этом внимания; уж больно ласково братик улыбнулся. – Ничего, живут потихоньку, не жалуются. Вы, кстати, в курсе были, что у них пополнение? Уже почти три года, как мамин брат с внуком своим играет!

– Да? – удивился Паша. – Серьёзно? И как зовут?

– Максим. Симпатичный такой мальчик.

Тем временем Николай включил на кухне телевизор и продолжил готовить себе и другим кофе.

– Надо будет их навестить, – сказала Василиса. – А то забудут ещё нас.

– А это не те, кто лет пять назад приезжали к нам на Новый год? – вмешалась Калерия.

– Да–да, именно они, – ответила Василиса.

– Очень приятные люди, – поддержал беседу Андрей. – Детки, мы тоже внуков хотим, да Коль?

– Да, – согласился Николай. – Может и рано, а я хочу.

– Не переживайте, будет вам внук, – улыбнулась Маша Паше. – Может и не один.

Пока молодая парочка хихикала себе под нос, по телевизору заканчивали сообщать прогноз погоды.

«Вот и все новости о погоде на ближайшие сутки, а теперь к местным новостям. На окраине города Безымянного прошлым днём произошла авария автобуса. Машина взорвалась на месте. Судьба пострадавших неизвестна. Было предположено, что автобус направлялся в соседний город. Теперь политические новости. На днях главы городов…».

Дальнейшие новости никто слушать не стал, так как это уже никого не интересовало.

– Успели утро испортить, и с чего могла произойти авария? – спросил Николай.

– Может, из–за погоды? – предположила Калерия. – Вчера был дождь.

– Нет, – возразила Мария. – Сейчас показали ту окраину города, где у нас посеяны пшеничные поля. Днем там погода была ясная. Вполне возможно, что это водитель не справился с управлением. В тех местах очень крутые повороты, а дороги находятся на возвышенностях. Это из–за того, что весенние ручьи прилично размыли землю между дорогами и полями.

Теперь там есть неплохой пейзаж. Размытая водой земля уже давно поросла травой. А между огромным пшеничным полем и зелёными равнинами выросло дерево.

После позднего завтрака вся семья разбрелась по своим углам. Калерия учила Василису вязать свитер, Андрей и Николай читали инструкцию по эксплуатации пароварки, а Клара, Маша и Паша вышли во двор и сели на скамейку перед домом.

– Ну, рассказывайте! – ждала с нетерпением Клара.

– Что тебе рассказывать? – спросил Паша улыбаясь.

– Не держите меня за дурочку! – прикрикнула Клара. – Только не говорите мне, что вы весь вчерашний погоду смотрели!

– Ну, да, – хихикнула Маша.

– Ну–ну. Конечно. А что это за разговоры с утра пораньше? «Не пережива-айте, будут у вас внуки, и очень даже ско-оро». И все в этом духе, – она смотрела на них с ехидной улыбкой, словно видя насквозь.

– Так! – прикрикнул на неё брат. – Маленьким девочкам такое знать ещё не положено.

– Ой! Да, пожалуйста! – она подняла с земли маленький резиновый мячик, вложила Паше в руку и направилась к двери дома. Только она её открыла, как решила оставить за собой последнее слово. – Так что, в крёстные возьмёте?

Паша, шутя, кинул в неё резиновым мячиком, но девочка успела спрятаться за дверь.

– Хорошо всё–таки, – добавила Маша. – Хорошо, когда есть такая большая семья. Каждый себе в ней друга найдёт.

– Это точно.

Они сидели и о чем–то мечтали, пока не решили прогуляться до какого-нибудь парка.

Ребята дошли до одной из центральных улиц и свернули на Сиреневую аллею. Парк расположен весьма интересным образом. Здесь нет фонтанов, высоких деревьев или зелёных лужаек. Вместо них вдоль края простиралась длинная дорожка, выложенная камнями. При входе слева от неё росли цветы на клумбах, а справа - высокие кусты сирени. Здесь всегда можно услышать громкий смех или весёлые разговоры. Однако именно сегодня всё стихло.

– Извините! – Маша подошла к садовнику. – Мне кажется, или сегодня тут тише, чем обычно?

– Да, вы правы, – вздохнул садовник. – Сегодня на работу не вышла цветочница. Именно она чаще всего становится инициатором всего веселья, что здесь происходит. Умеет находить подход к людям. Частенько тут гуляют люди только для того, чтобы пообщаться с ней. И любит своё занятие очень. А на сегодня она отпросилась. Может быть заболела. Надеюсь, с ней всё хорошо.

Ну, раз уж сегодня здесь не так оживлённо, ребята решили пойти дальше. Они подошли к киоску за газетой и взяли ту, которую каждую неделю читали их отцы. Обычно, в ней публикуют очень даже интересные стихи, а один автор был особенно мил молодой паре (да и всей их семье в принципе). Он всегда публикуется под псевдонимом «Дедушкин Внук». Однако сколько бы ребята не пересматривали газету, своего любимого автора стихов и коротеньких рассказов они так и не нашли. Продавец объяснила паре, что автор попросил не публиковать его стихи на этой неделе. А поскольку его работы в последнее время печатались отдельной вкладкой, эта просьба никому не доставила проблем.

Решив немного взбодриться, они направились к дому творчества - или, как его ещё называли, театру - где должен был выступать Сергей Львович, местная знаменитость. И это звание он заслуживал как никто другой. Его семья переехала в город лишь ради эксперимента. Никто не ждал от парня звёзд с неба. Но у него была идея. Желание. Создать место, где творческие люди смогут делиться своим опытом и открывать себя с разных сторон. Возможно, поэтому старый мэр обратил на него внимание. А во время поисков новых талантов он нашёл и вторую половинку. С тех пор так много лет прошло. Семья поддерживала парня, а его навыки постепенно развивались. И теперь он - настоящая звезда этого города.

Может быть, Сергей Львович мог бы отправиться на гастроли. В конце концов, его уже не раз звали покинуть Безымянный.

"Ты здесь потонешь! Тебя затянет в болото в этом маленьком, никому не известном, городке!" - говорили все вокруг.

Но город и не думал превращаться в болото. Теперь в нём есть и своё звёздное небо.

Когда Павел с Марией подошли к кассе, продавец разочаровал их новостью. Концерт отменен в связи с отсутствием «гвоздя программы». Сергей Львович не вышел на сцену, но вместо его концерта решено провести генеральную репетицию мюзикла «Мушкетёры» в полном зале.

Пара не стала смотреть мюзикл, решив посетить его в следующий раз. Когда будет дебют.

Немного подумав, ребята направились к спортивной площадке. Здесь всегда собиралось много народу, чтобы посмотреть на молодых спортсменов. Ещё не было такого дня, чтобы здесь не происходило что-нибудь интересное. От любого соревнования захватывало дух! Даже тренировки порой поражали своим масштабом. И как только они подошли к входной двери...

Со стадиона толпой повалил народ.

– Что случилось, куда все идут? – поинтересовался Павел.

– Сегодня сплошное разочарование какое–то! – сказал незнакомец. – Зашёл к своему юристу на работу, пришёл в назначенный срок, а его секретарша говорит, что того нет со вчерашнего дня. Сказала про какие–то личные проблемы! Ну, ладно, подумал, все мы люди. Захотел пойти на стадион с другом, так и друга дома нет! Пришлось идти одному. Думал, увижу здесь того именитого мальчика, о котором все говорят, так и он не явился на соревнования! Кошмар какой–то!

Да, у любой публики есть свои любимчики. И особенно популярен в последнее время мальчик - бегун.

Вдруг мимо них пробежала девочка по направлению к больнице. Случайно задев Машу, она извинилась и побежала дальше.

Так и не увидев ничего интересного, молодые Юниковы вернулись домой и рассказали всё, что с ними приключилось за этот день. Николай поразмыслил и сделал для себя вывод:

- Странно всё это. Как по мне, таких великих людей от своего любимого дела может отвлечь лишь смерть...

Часть 1 Глава 5

Глава пятая

Через несколько недель Маше вдруг стало плохо, и семья направилась в главную больницу. Здесь–то нашей парочке и сообщили, что скоро у них будет пополнение. Кто бы знал, какое счастье принесло это дитя в дом Юниковых - Юниковских! И оставалось только ждать!

С каждым днём малыш становился всё крепче. Павел и Мария регулярно посещали больницу, где им сообщали о состоянии ребёнка. Вскоре они узнали, что это будет девочка.

20 марта 2016г

И вот, наконец, настал тот самый день, который изначально не предвещал ничего особенного. Семья обсуждала события последних дней. Клара воодушевленно говорила о планах на весенние каникулы, старшие обсуждали переезд в новый, более просторный дом.

И вдруг у Маши начались схватки. Все в доме сразу переполошились от такой неожиданности. Андрей быстро снарядил машину, и все отправились в больницу.

Особенно тяжело было Маше. Она не чувствовала боли, дело было в другом. Что-то не так. Ужасно болела голова, путались мысли, и было невозможно сосредоточиться на чём-то одном. В итоге, уже много позже, девушка даже не могла вспомнить, как её привезли в больницу.

Во время родов у Маши в голове мелькали чьи–то голоса.

Дыши глубже!

В чем дело? Что с ним!?

Чёрт!

Вы только скажите, мы всё сделаем! Что нужно?

Простите…

– Девочка! – неожиданно прозвенело в ушах Маши.

Когда Мария опомнилась, Павел уже сидел рядом с ней, а в руках он держал крошечный свёрток. Он передал маленькое сокровище матери.

В глазах девочки переливалась красота обоих родителей. Свет луны и солнца отразились на листве, слились воедино и пропитались росой настолько, что появился цвет берега моря. Светлый, мягкий и с примесью песка на дне. И пока родители наблюдали за этими аквамаринами, никто не обратил внимания на то, что голову девочки хаотично покрывали пятнышки. Родимые пятна или же родинки. Со временем они станут больше, но из-за волос уже не будут видны.

– Ты как? – спросил Паша.

– Ты издеваешься? – шутя ответила Маша.

Через неделю обе девочки уже были дома, Маша и маленькая Марина.

Все разговаривали с малышкой, подшучивали над крохой. С соседних городов приехало много родственников Юниковых и Юниковских. Марину окружили со всех сторон любовью и лаской. Троюродный братик Максим внимательно наблюдал за плавными движениями девочки, будто она что–то пытается ему объяснить или сказать.

Однако совершенно никто из всей толпы родственников не понимает и не знает, что происходило в этот момент внутри самой Марины. А тем временем где–то в потаённом уголке сердца маленького тела, ровно в то время как оно появилось на свет, проснулись семь огоньков разных цветов. Когда они очнулись, то понятия не имели, где находятся, что делают в этом странном, тёмном месте. Им казалось, будто вокруг лишь тьма. Помещение без света и тепла. Неизвестно, откуда эти огоньки появились. Зачем они прибыли? С какой целью? И, если честно, в данный момент, их эти вопросы интересовали меньше всего. Сейчас интересовало их только одно:

– Где это я? – спросил Оранжевый огонёк.

Часть 1 Глава 6

Глава шестая

– Может быть, мне кто-нибудь ответит!?

В темноте вспыхнули шесть фитилей.

– Нам и самим интересно знать, – Жёлтый огонёк озирался по сторонам. – Может, отсюда есть какой-нибудь выход?

– Ну, это вряд ли, – огоньки обернулись на голос Зелёного – Я не вижу ни одной щели, из которой прорезался бы свет.

– А может, мы попытаемся найти хоть какой–то намёк на связь с тем, что находится за пределами комнаты? – позади Зелёного появился Голубой огонёк.

– А с чего вы взяли, что это комната? – уже напротив остальных появился фиолетовый свет. Он двигался плавно и медленно к остальным. А позади него прятался уже другой источник света — Синий. - Может быть, стоит проверить, что это за место? Думаю, надо разделиться.

Синий огонёк спрятался за Фиолетовым и тихо произнёс:

- Я пойду с тобой.

Их было семеро, но один пока молчал и наблюдал. Все огоньки разделились на группы и разошлись в разные стороны на несколько десятков метров. Даже на таком расстоянии они видели друг друга, но никто из них не наткнулся на какую–либо преграду. Тогда все вновь собрались в одной точке.

– Это место кажется бесконечным.

Настала тишина. Каждый погрузился в свои мысли. Через какое-то время беседа возобновилась.

– Как думаете, почему мы вообще здесь оказались? Может, у нас есть какие–то дела, а мы даже не знаем об этом? - Голубой огонёк запрыгал на месте.

– Какие у нас могут быть дела? Мы ведь даже не знаем Кто мы! - Зелёный прыгнул сверху на Голубого и остановил его прыжки.

– Ну, мы люди. Ведь так? Но почему мы так выглядим? Это вопрос. Всё это слишком странно. Нелогично. - Жёлтый покрутился вокруг своей оси.

– Чёрт! – воскликнул Оранжевый. – Да какая тут вообще может быть логика! Меня больше напрягает, что мы не знаем, как нас зовут!

– Или не помним…

За спинами спорящих прозвучал тихий спокойный голос, который прежде не было слышно. После этих слов, все сразу немного поутихли.

– Смотрите–ка, кто заговорил! – было ощущение, будто восклицание Зелёного все пропустили мимо ушей.

– Что ты хочешь этим сказать? - Голубой огонёк быстро, словно ветер, приблизился к Красному.

– Смотрите сами, – он посмотрел вправо, и все обернулись.

Никто из них даже не заметил, что в пустоте появился большой экран с немного мутным изображением. На нём едва различались чьи–то лица. Они улыбались, то приближались к экрану, то отдалялись от него. Было ощущение, будто камера держалась неровно и постоянно дрожала.

– И что? – Зелёный огонёк приблизился к Красному. – Мы не помним, что нас пригласили на просмотр любительских съёмок?

– Ага! И, похоже, кто–то не умеет держать ровно камеру!

– А вам, – продолжил красный огонёк, – не показалось странным, что к этой камере обращаются по имени?

Действительно, мало того, что у фильма не самое отменное качество. Хотя со временем, кажется, оно становилось лучше. Так еще и вокруг столько шума. Только и слышалось: «Какая красивая у нас Мариночка! И в кого ты только такая красавица? Наверное, в бабушек!».

– Может, это они с оператором так? - высказал Зелёный интересную мысль.

– Глаза разуй! – прикрикнул на него Голубой. – Так с детьми сюсюкаются. Смотри!

Камера показывала такое изображение, будто её тихонько подкидывали в воздухе.

– Да уж, станут оператора или камеру так подкидывать, – Оранжевый слегка наклонился на бок.

– Ну, может, камера дорогая, – и тут все поняли, что Зелёный огонёк и не пытается быть серьёзным.

– Так значит, мы находимся внутри тела, которым никто не управляет, - круглые белые глазки Фиолетового сузились, будто он нахмурился.

– Или должен кто–то управлять, – закончил мысль Красный. – Мы здесь нужны для чего–то.

– Ты хочешь сказать, что мы души, которые остались без тел? А секретари Бога случайно дали нам в пользование лишь одно? – всполыхнул от возмущения Оранжевый свет.

– Ну, - Фиолетовый закрыл глаза. - Никто не знает о загробной жизни. Может, поэтому мы ничего и не помним. Мы должны вырасти и овладеть телом. А когда вырастим, даже не вспомним первые дни нашего пребывания здесь.

И вновь все посмотрели на экран и заметили, что съёмка выглядит рассеянной, будто камера не знает, что ей нужно снимать. Она просто смотрит на то, что движется, машинально.

– Так, что же это получается? Ребёнок при рождении не владеет телом и учится этому, а потом, когда овладевает им, забывает, что с ним было до этого?

Голубой огонёк, изображая панику, забегал из стороны в сторону.

– Боюсь, нам это не грозит, – послышался спокойный голос Красного. – Сколько бы мы не старались полностью овладеть этим телом, всё равно не сможем этого сделать. Нас семеро. И если кто–то один начнёт управлять жизнью... Вряд ли остальные останутся в стороне...

Прошло еще несколько минут в молчании. Нарушить тишину решил Жёлтый огонёк.

– И что нам теперь делать?... А в ответ тишина…

– Стойте!

– Хочешь что умное сказать, или опять обезьянничать будешь? – глазки Голубого огонька сузились при взгляде на Зелёного.

– У меня есть идея! –он продолжил как ни в чём ни бывало! – Вдруг где–то здесь всё же есть такое место, откуда нужно управлять телом?

– Насколько я еще помню, за управление ответственен мозг, разве нет? – усмехнулся Оранжевый.

– Да тут не суть! – прокричал Зелёный огонёк, чтобы его больше не смели перебивать. – Я вот что думаю, излагаю: сейчас мы находимся точно не в мозговом центре, иначе бы ребёнок либо сошёл с ума, либо уже за нами повторил весь диалог. Скорее всего, где–то поблизости есть такое место, откуда можно посылать команды телу. Нужно только найти его!

– Умный ты, гений! И как, по–твоему, мы будем искать что–то в пустоте? Здесь нет ничего, кроме бесконечного пространства. И ничего не видно! - Голубой в очередной раз забегал по кругу.

– Да нет, – вмешался в спор Красный огонёк всё таким же спокойным тоном. – Видно.

Он снова повернулся к большому экрану.

– Да, – похоже, Жёлтый понял, что он хотел этим сказать. – Вряд ли он тут просто для украшения.

– Ну, уж точно не для того, чтобы мы слюной захлебывались, - Зелёный определённо умеет вставлять свои пять копеек.

Синий огонёк осторожно приблизился к экрану. Сияющий квадрат стал прямоугольным, словно выглянул из ограды, но подойти к нему так и не получилось. Что–то преградило ему путь.

Оранжевый воодушевлённо воскликнул:

– Хорошо! Теперь у нас есть задача, прорваться внутрь!

Часть 1 Глава 7

Глава седьмая

В течение дня они ходили вокруг экрана и подмечали новые особенности. Например то, что он находится не просто за стенкой, а в какой–то комнате, такой же темной внутри. Последующие два дня они просто смотрели на экран и пытались что–то придумать. Так скучно, но на удивление быстро, прошла одна неделя.

– А это кто? – вдруг спросил Зеленый огонек, всматриваясь в лицо молодой черноволосой девушки с изумрудными глазами. – Наша…

– Мама, наверное, - Желтый плавно приблизился к Зеленому. - А с чего ты спросил?

– Да так, просто, – ответил он и задумался. – Красивая она. Хотелось бы с ней познакомиться.

– А меня больше заинтересовал папа, – Фиолетовый присоединился к разговору, подойдя к ним со спины. – Он, похоже, много чего рассказать может, раз мама с ним часами болтает. Как думаете, о чем они говорят?

– Наверное, о том, какая милая у них дочурка, – Голубой тоже заинтересовался разговором. – О чем им еще говорить?

– Ну, конечно! – произнёс Зелёный с ноткой сарказма.

– А тебе кто понравился? – спросил Голубой у Синего огонька.

– Мне? – огонек немного задумался, а потом ответил. – Мальчик, Максим, братик старший. Он не совсем родной, конечно, но всё равно. Мне больше маленькие детишки нравятся, но от старшего брата, я бы не отказался, или не отказалась.

– А мне вообще, наша бабушка понравилась! – провозгласил Оранжевый.

– Какая из них? У нас их две.

– Учительница рисования. Она так картины пишет, глаз не оторвать!

– Да, точно! Мы же видели ее рисунки два дня назад, - согласился Жёлтый. - И, правда, очень красиво. Эй, ты чего приуныл?

– Вот бы еще раз посмотреть. А лучше, самому так научиться... А тебе здесь нравится кто–нибудь?

– Ну... Тут есть тетя, Клара. Мне нравится как они общаются с Пашей... Папой. Так легко, непринуждённо.

– А мне здесь, как–то, никто не приглянулся. Для общения пока и вас хватает. Да и этот дом вообще не нравится.

– Ну, у них в семье пополнение, так что, может, решат переехать.

Голубой огонек слегка улыбнулся Фиолетовому, и вновь настала тишина.

За эту неделю у них появились малюсенькие ручки и ножки, которыми они могли хоть немного показывать эмоции. Сейчас они сидели и внимательно наблюдали за лицами. На экране появились их дедушки, которые активно играли с маленькой девочкой.

Вдруг Зеленый огонек посмотрел на молчащего Красного, сидящего справа.

– А тебе, тебе кто нравится из наших родственников?

– Дедушка, – ответил он ему все таким же спокойным голосом. – Организатор. Он напоминает мне кого–то, но кого, не могу понять.

– Хочешь с ним поговорить, да? – тихо спросил Зелёный

– Да…

Через несколько секунд из комнаты словно повеяло ветерком. Что-то изменилось. Будто открыли дверь. Звук видео начал резать слух. Огоньки встали и приблизились к экрану.

– Ну, что будем делать? - с опаской спросил Фиолетовый.

– Не, знаю, а что ты предлагаешь? – Зелёный был настороже.

– Нужно войти попробовать, – прозвучал робкий голос Синего, и малюсенькая ручка потянулась ко входу. Но рука Жёлтого преградила путь.

– Постой Нужно решить, кто зайдет первым.

– А вместе разве нельзя?

– Нет. Иначе у ребенка будет психологическая травма. Мы ведь уже решили так для себя.

– Хорошо, тогда кто пойдет?

Все замолчали.

Неожиданно выкрикнул Зеленый огонек.

– Пусть идет Красная.

Все посмотрели в его сторону.

- Надеюсь, ты не против, что я так тебя назвала? Мы ведь внутри девочки как никак.

Все оглянулись назад и посмотрели на удивленную мордашку Красного огонька Хоть все их мордашки и были одинаковыми, но эмоции читались чётко и ясно.

– И почему именно он! - воскликнул Оранжевый огонёк. - То есть, она!

– Потому что, – он поглядел на экран перед собой и нашел ответ. – Потому что она первая.

Все обратили внимание на экран. Там, в открытом мире, папа включил воду из шланга и начал разбрызгивать в воздухе капли воды. Мама держала малыша и говорила: «Смотри, это радуга. В ней все цвета идут по порядку. Первый – это красный, второй – оранжевый. Дальше желтый, зеленый, голубой, синий и последний - фиолетовый.

Все вновь повернулись к Красному огоньку и пропустили его вперед. Тот сначала стушевался перед входом, но потом выпрямился и, зайдя в комнату, подошел прямо к экрану и прикоснулся к нему.

Глаза Красной поразил ослепительный свет.

Часть 1 Глава 8

Глава восьмая

Чувство, которое испытал Красный огонек, было мимолетным, словно жизнь мотылька. Ему показалось, что весенний свет ласкает всё тело, а брызги воды зависают в воздухе и даже не касаются земли. Красная внимательно посмотрела на радугу, которая завораживала своей красотой.

И тогда, 28 марта 2016 года, на лице малышки впервые появилась настоящая, искренняя улыбка.

Еще несколько минут они стояли во дворе, а затем зашли домой. Марину распеленали и отдали дедушке Коле, чтобы тот понянчился с внучкой, пока родители займутся делами по дому. Красная впервые увидела дедушку так близко. Неизвестно от чего, но из глаз Мариночки потекли слёзки. Она не всхлипывала и не кричала, просто смотрела на своего дедушку и плакала. Бедный дед перепугался и не знал даже, что ему делать и как реагировать на это. Тогда он решил тихонько спеть колыбельку. Красная начала медленно погружаться в сон и вдруг, в одно мгновение, её словно кто–то вытолкнул из комнаты с экраном. Ей даже послышалось, будто кто–то сказал: «Хватит».

– Ну, как? – спросили у Красной другие огоньки.

– Немного сложно, трудно удержать тело. Без практики никуда.

– Тогда завтра попробую я, договорились? - воскликнула Оранжевая.

– Давайте установим, в каком порядке кто пойдет.

– И в каком же порядке мы будем пробовать? – спросил Зеленый огонек лично у Красной. Тот немного подумал, а затем дал свой ответ.

– В порядке наших цветов, – все переглянулись между собой и задумались, потому что никто не помнил порядок цветов у радуги. Красная тяжело вздохнула. – Красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий и фиолетовый. Надеюсь, запомнили?

Все кивнули в ответ.

– Наши цвета как раз подходят к цветам радуги.

– Действительно, – заметил Голубой огонек. – Это здорово!

– Кстати, а как насчет имен? – неожиданно переполошился Оранжевый огонек. – Нам нужны какие–нибудь имена, ну, или хотя бы клички.

– Давайте кликать друг друга по цветам, в женском роде!

– А почему именно от женского рода? – засмеялся Фиолетовый огонек. – Вдруг кто–то из нас мальчик! А может быть, мы все мальчики!

– Сути это не меняет. Мы, в любом случае, находимся внутри девочки, поэтому, вполне возможно, что все мы тоже девочки. Но можно это и позже обсудить

– Это точно, – фыркнула Зеленая. – Но все–таки давайте в будущем дадим друг другу имена или клички, чтобы было легче.

– Думаю, мы найдем свои прозвища, когда начнем чем–нибудь заниматься, - Голубая запрыгала на месте.

– Вот и договорились, – сказала Зеленая. – Никто больше не пробовал руки совать в комнату?

О комнате уже и забыть успели. Зеленая подошла ко входу и попыталась засунуть руку внутрь комнаты, но рука наткнулась на преграду. Мало того, что рука не прошла, никто из них вообще не смог пробраться внутрь комнаты снова. Они подумали, что нужно что–то, чтобы пройти туда, только что именно им необходимо, они не знали.

Тогда огоньки решили дождаться следующего дня. И все они ждали его с нетерпением, даже несмотря на то, что в комнату может войти лишь один.

Часть 1 Глава 9

Глава девятая

29 марта 2016г. Вторник

Было девять утра, когда проснулась вся семья. Взрослые уже разъехались по своим местам работы, а молодые нянчились с Мариной.

До самого обеда наши огоньки пытались пробиться в комнату с экраном, но это оказалось бесполезным занятием.

– Да что ж это такое! – раскричалась бедняжка Оранжевая. – Я так хотела посмотреть на бабушкины картины.

– Не переживай, – попыталась подбодрить Желтая. – Я уверена, мы успеем открыть комнату до обеда, чтобы ты смогла увидеть бабушку и ее картины.

И вот уже близилось время, когда четыре старших члена семьи вернутся домой, чтобы перекусить, поболтать, доделать еще кое–какие дела и вернуться на свои рабочие места.

Огоньки лежали на темном полу и ждали своего часа. Когда в дом вошли бабушки и дедушки, Оранжевая кинулась со всех ног к комнате. Она барабанила в эту невидимую преграду изо всех сил, но безрезультатно.

Тогда она размахнулась и захотела ударить кулаком со словами проклятий, но неожиданно кулак пронзил преграду, и Оранжевая смогла пройти внутрь комнаты. Все огоньки встрепенулись и подбежали к комнате, но заходить никто не стал, как ни странно.

– Ну, как? – поинтересовалась Зеленая. – Ты не у бабушки?

– А тебе не видно? – пробормотала она недовольным тоном, который эхом разнесся по пустоте.

– И что ты сделаешь, чтобы тебя взяла именно бабушка?

– Сейчас узнаешь.

Вдруг Оранжевая начала во все горло кричать, и тело последовало вслед за душой. В тот момент Мариночка была в руках у Павла, но после того, как она заревела, он передал ее маме. Однако и у мамы на руках ей тоже не понравилось. В ход пошло семейство Юниковых, но никто из них так и не угодил девочке. Тогда раздосадованный Андрей Владимирович отнес внучку в комнату, где сидела бабушка Калерия. Малышка увидела лицо своей любимой бабушки и только тогда успокоилась. Бабушка качала ее, рассказывала что–то, а потом взяла кисть, обмакнула ее в краске и продолжила рисовать.

Девочка лежала на руках у Калерии Ивановны и внимательно наблюдала за каждым ее жестом. Она видела перелив красок рассвета, птиц на горизонте, летящих в неведомую даль и прекрасную поляну, усыпанную цветами. А на поляне сидело около двадцати ребят; они наблюдали за этим рассветом.

– Это выпускной класс. Есть такая традиция у выпускников – рассвет встречать. Мои ученики тоже скоро его встретят. Когда-нибудь и ты его встретишь со своими одноклассниками.

Оранжевая посмотрела сначала на бабушку, а потом повернула голову к картине. Пейзаж ее так заворожил, что остался в памяти ярким следом.

Еще через несколько минут Оранжевая сама вышла из комнаты, а Мариночка крепко заснула.

– И как? Понравилось?

– Я, – начала с неуверенностью Оранжевая и замолкла. – Я хочу быть такой же, как она! Хочу быть художницей и держать в руках кисти и краски! И еще хочу нарисовать такой же красивый пейзаж!

– О-о! Кажется, мы нашли для тебя прозвище, – Зеленая подошла к Оранжевой и закинула ей на шею свою руку. – Ты будешь…Кисточкой!

– Что?! Ну, нет! Я на такое не подписывалась.

– А всё! Теперь не отвертишься. Все решено - ты Кисточка.

Кисточке пришлось согласиться. Она вздохнула.

– Ладно, зовите так. А как будет звучать полное, официальное прозвище?

– В смысле? – недоумевала Зеленая.

– Ну, например, Аня – Анна, Вася – Василий…

– Кисть! – прервала ее Зеленая. – Официально ты будешь, как Кисть. Устраивает?

Спорить с Зеленой, как все уже заметили, было бесполезно. Поэтому и тут наша Кисточка смирилась.

30 марта 2016г. Среда

Утро началось как обычно. Только к обеду Клара, Паша и Маша решили прогуляться по улице, а заодно и Мариночку на свежий воздух вынести.

– Эй, огоньки! – Обратилась ко всем Желтая. – Когда я зайду в комнату, отсчитайте время, сколько я там буду находиться.

– Зачем тебе? – переспросила Фиолетовая.

– Хочу проверить, какой наш лимит, чтобы потом сравнивать с ним.

– Неплохая идея, – закивала Синяя.

– Да, точно! – согласилась Голубая. – Думаю по мере того, как мы будем взрослеть, время овладения телом увеличится.

– Ладно, на том и решили, – поддержала Зеленая.

На этот раз душа прошла без всякой преграды; возможно, ей просто повезло. Или же она была сильнее остальных душ?

Желтая открыла глаза, и взор устремился прямиком в голубое небо, которое манило всех на улицу своей красотой. Но, к большому сожалению, малыш за всю прогулку не увидел ничего, кроме этого неба. А тем временем мимо них проносились машины, здания, красивые дома и интересные люди. Семья решила дойти до местного театра, и там она была ошарашена известием. На входе один человек радушно и возбужденно раздавал листовки.

– Подходите, подходите все! Легендарное возвращение Сергея Львовича! После своего долгого отсутствия он решил поменять свой репертуар и спеть новые композиции. Не пропустите выступление нашей городской звезды! – кричал он.

– А почему его так долго не было? – спросила Клара, взяв листовку.

– Говорят, творческий кризис, – ответил он.

Паша взял на руки Марину и вошел в театр.

– Вам повезло! После долгого отсутствия, Сергей Львович решил сделать этот первый концерт бесплатным.

– О! – приятно изумился Павел. – А чьи песни решил исполнить наш Сергей Львович?

– Это стихи «Дедушкиного внука», переложенные на музыку. Автор нигде их не публиковал, так что никаких повторов!

– Ого! - изумилась Клара. - Как неожиданно. С чего это вдруг сорокалетнему мужчине взбрело в голову поменять так резко репертуар?

– Я не знаю, леди. Но, говорят люди, что–то у него случилось в жизни, поэтому и не было долго. Может, со здоровьем проблемы были. Может, женушке плохо, или того хуже…

Договаривать он не стал. Видимо, не хотел брать на себя лишнюю ответственность. А ребята зашли на пять минут в зал, прослушали одну песню и решили пойти домой, а то Марина уже засыпать начала под эту песню.

А она и правда походила на колыбельную.

Желтую буквально вытолкнуло что–то из комнаты, когда голову начало клонить в сон.

– Ну, сколько меня не было?

– Около пятнадцати минут, – Синяя помогла огоньку подняться на ноги. – А ты точно не сама комнату покинула?

– А разве так летают, когда делают что–то добровольно? – ответила вопросом на вопрос Желтая.

Действительно, Желтую будто ударили в тело, чтобы та вылетела из комнаты вперед спиной и отлетела на несколько метров.

– Ладно, что же ты заснула–то, а? – проворчала Зеленая. – Мы хотели дослушать эту песню!

– Я не могла, – загрустила Желтая. – Меня эта песня вгоняла в тоску какую–то...

– Ну, ладно. Считай, что оправдана. Теперь и я не упущу своего шанса! – раззадориласьPеленая. – Как же не терпится подышать свежим воздухом или хотя бы покинуть эту пустоту!

– А наша компания тебе уже надоела что ли? – возмутилась Голубая. – Это, как минимум, не этично.

– Да я не про это, – Зеленая хотела было начать подбирать оправдания, но так и не успела этого сделать; Голубая отвернулась от огонька и направилась к Синей.

31 марта 2016г. Четверг

Да, больше всех не терпелось выйти на свободу именно Зеленой. Ее будто манил мир, который скрыт за пределами этого маленького тельца.

С самого утра она то и дело каждую минуту подходила к комнате и дотрагивалась до преграды, чтобы проверить, не исчезла ли она.

И вот, примерно в третьем часу дня, преграда все–таки исчезла. Зеленая радостно вбежала в комнату и поторопилась прикоснуться к экрану. Для нее было открытие, когда она узнала, как звучат огоньки за пределами комнаты. Оказалось, они говорят, как внутренний голос человека, только здесь он был не один, а целых шесть; слава Богу, они говорят по очереди, а не все сразу, а иначе бы перепонки без всякого крика лопнули.

Зеленая несколько раз обежала глазками всю спальню – кроме мамы больше никого не было.

– Покушала, – сказала она. – Вот умница какая наша Мариночка. Смотри, какие цветочки нам папа принес.

На комоде, в небольшой вазочке, стояли красно–оранжевые тюльпаны. Мариночка нахмурилась, потому что не смогла учуять никакого запаха, какой обычно исходит от цветов (вот разочарование).

Вдруг что–то оттолкнуло Зеленую от экрана, и она оказалась за пределами комнаты.

– Черт, – успела сказать Зеленая после падения. – Больно же все–таки.

Потом она немного посидела так, почесала ручкой бок и добавила:

– А цветы все равно красивые.

Тут подоспела Голубая и начала глумиться над пострадавшей.

– Так–та-ак, – растянула она. – Недолго же длился твой звездный час, Зеленая.

– Ничего, – прокряхтела Зеленая, поднимаясь с пола. – Ничего, посмотрим, сколько ты завтра на свободе пробудешь.

1 апреля 2016г. Пятница

– Предупреждаю! Кто сегодня хотя бы одну глупую шутку отмочит, будет на месте расстрелян!

У Андрея Владимировича на это день идиотов, как он сам его называл, был какой–то пунктик прям! Ему нравились шутки, но хорошие, а не придуманные на ходу, созданные чтобы переполошить человека.

– Все меня поняли?!

- Так точно! – прозвучало от каждого, кто находился в столовой, то есть от всей семьи, кроме Марины.

– Ну, я пошла! – решительно сказала Голубая и уже подходила к комнате, как ее остановили Синяя и Зеленая. – Вы чего? Отпустите, я хочу туда.

– Давай ты вечером пойдешь? – предложила Синяя.

– Серьезно, сейчас тебе туда не надо, – Зеленая схватила Голубую за руку.

– С чего это? – возмутилась Голубая. – Или вы просто хотите мне помешать?

– Да нет же!

Зеленая прикрикнула на нее и отпустила ее ручку. Настало неловкое молчание. Тут, наконец, заговорила Красная:

– Они правы.

– Да почему они правы–то?

– Присмотрись к этой суматохе в доме, – все собирали и упаковывали чемоданы и торопились вынести наружу, а бедную Мариночку передавали из рук в руки. – Они упаковывают вещи для переезда в новый дом. Вряд ли им сейчас есть до нас дело. Так что, если хочешь по–настоящему увидеть их и побыть с ними, лучше подождать до вечера, когда всё успокоится.

Голубая остановилась и задумалась.

– Но мы не можем тебе запретить, – продолжила Красная. – Поэтому тебе самой решать, как поступить. Мы бы подождали.

Красная обычно отвечала сама за себя, но в этой ситуации она ответила за всех. И все были согласны с ней. Голубая продолжила ждать.

Да и к тому же, она все равно не смогла бы пройти в комнату, потому что та заперта; будто сама говорила, что Голубая еще не готова.

Весь день семья суетилась, собирая свои пожитки. За один день весь дом опустел. Осталась лишь одна мебель, которая стояла в доме до их переезда. Они забрали только свою кровать, из детской.

Теперь они едут к другому дому, который находится ближе к центру. Двухэтажный просторный дом на окраине. Семья ехала в новый дом и смотрела по дороге в окна машины. Мимо них проносились частные дома, затем они переросли в квартиры. Постепенно начали появляться разные закусочные и торговые центры. На несколько минут они остановились на заправке, а затем продолжили свой путь. Через некоторое время остановились на светофоре.

Странное дело: пока доезжали до центра, ни один светофор не замигал им красным цветом, а здесь они надолго застряли.

Вот продвинулись чуть вперед и увидели знакомую улицу. Справа от них был магазин игрушек, а следом за ним разместился винный магазин. Все знали, что, если проехать вдоль этой улицы около двух сотен метров, после этого повернув налево, можно быстро добраться до центральной больницы. Именно эту больницу посещала беременная Маша, и именно в ней она родила Марину.

Наконец светофор отпустил нашу семейку, и они, проехав перекресток, направились к своему новому дому.

Дом располагался почти на углу улицы. На краю соседи поместили свою дачу с огромным парником.

Сначала все сидящие в машине решили, что ошиблись домом или его адресом, потому что оттуда выходила какая–то пара. Но потом оказалось, что это рабочие просто повесили табличку: «Продано, спрашивать по номеру…». Все сразу успокоились, узнав номер телефона одного из родителей. Оставалось только разгрузиться.

Внутри дом оказался просторней, чем снаружи. На первом этаже зал, совмещенный со столовой, кухня и ванная с душевой кабинкой. Прямо под лестницей, ведущей на второй этаж, чулан, в который можно попасть через ванную комнату. В чулане была абсолютная пустота, только запертый люк, ведущий в погреб, сразу бросался в глаза, потому что был покрашен в ярко–желтый цвет.

Дверь в ванную была прямо перед дверью веранды, откуда семья и попала в дом. Слева от ванной тянулась лестница на второй этаж, где были три комнаты и холл. Поднимаешься по лестнице и оказываешься в холле, а справа три двери, расположенные на одинаковом расстоянии друг от друга. Однако, к удивлению семьи, они не заметили еще одну комнату, которая скрывалась за лестничной оградой. Она тоже довольно просторная, и ее уже хотели оставить Марине, но Андрей заявил, что там будет спальня его и Калерии, а девочке пусть достанется более просторная комната с балконом.

Скажу вам прямо, души внутри малышки были очень рады, что дедушка вступился за них. Было решено: крайняя комната слева достанется Марине, следующая будет комнатой Марии и Павла, а последняя спальня - Николая с Василисой. Ну, а Клара сказала сразу, что как только закончит школу, а это через два года, сразу переедет на новую квартиру, чтобы учиться в институте, а потом будет копить на новый дом. Поэтому она сразу отказалась от личной спальни и попросила выделить ей диван внизу.

Все успели устать, но всё же им хватило сил, чтобы еще немного поиграть перед сном с Мариночкой.

– Ну, все! – решительно сказала Голубая. – Я пошла, надеюсь, буду не скоро, но вы все равно ждите меня! И время засечь не забудьте!

С этими словами она зашла в комнату и коснулась экрана двумя руками сразу. Голубая не увидела кого–то одного из своей семьи. Вместо этого она лежала на раздвинутом диване, и все легли вокруг нее. Она была так рада такому вниманию, что даже не просто заулыбалась, а засмеялась. Чудо! Это был первый смех Мариночки, как подумали старики и молодежь. Все они были счастливы, что их дитя растет так быстро. Все сразу вспомнили, как долго они ждали этого момента.

И что бы случилось, если бы Калерия и Василиса в 2000 году все–таки добились своего и получили раздельные дома. Хотя, думаю, и это бы не остановило Судьбу; она все равно бы их воссоединила и заставила жить в зависимости друг от друга.

Такая тихая и уютная обстановка продолжалась примерно пятнадцать минут, пока Голубую не вышвырнуло из комнаты, а Марина не заснула.

– Завтра поедем покупать новую мебель, – сказал всем шепотом Андрей. – А пока давайте спать. Уж один день мы потерпим на матрацах.

– Ага, – подтвердил также шепотом Павел. – Давайте, Клара, ты с Машей и Мариной на кровати, а мы здесь рядом растелимся.

Таким образом, вся семья разместилась в эту ночь на первом этаже.

2 апреля 2016г. Суббота

– И на какие шиши они собрались покупать мебель? – спросила у остальных с каким–то недовольством Голубая.

– Да они все вместе неплохо так зарабатывают, – ответила Фиолетовая. – В этом городке, похоже, профессия учителя не только почетная, но прибыльная. Да и за старый дом им кое–какие деньги вернули; этот–то дешевле вышел.

– Этот городок вообще какой–то странный немного, – снова возмутилась Голубая. – Врачи и учителя получают приличную зарплату без всяких надбавок, а полиция и преподаватели институтов взяток не то, что не просят, даже не берут.

– А откуда ты знаешь? – изумилась Фиолетовая.

– Дедушек слушала много.

– А почему ты недовольная такая?

– Потому что я не сама из комнаты вышла, а меня вышвырнули!

– Может, вы замолчите, наконец, и ляжете спать?! – крикнула на обеих Оранжевая.

– Правда, – подтвердила Желтая. – Уже второй час ночи. Спать пора уже, а завтра трудный день. Если за покупками пойдут все, то и нас утянут за собой.

– И то, верно, – согласилась Фиолетовая, и все задремали на пустом полу.

Часть 1 Глава 10

Глава десятая

Утром семью ждал приятный сюрприз. К ним приехали родственники Юниковых из соседнего городка. Брат Василисы Юниковой приехал с женой и со всей молодежью: вместе с дочкой, её мужем и сыном.

– Ну, родная, чего это вы здесь все гнездитесь? – заулыбался Глеб. – Еще и не вставали с постелей, да?

– Ну, брат, ты, как всегда, неожиданно причаливаешь, – Василиса поднялась с матраца и, перешагнув через мужа, направилась обнимать родственника в прихожую.

– Я вижу, вы сегодня мобильно расположились, – заметил Глеб. – Собираетесь куда-нибудь?

– Да, за покупками, мебель выбирать будем.

– Хотите с нами? – спросила Калерия, которая пыталась растолкать своего мужа.

– А с удовольствием! – Глеб подошел к Калерии, обнял и поцеловал ее в щечку, как самого близкого человека на свете.

Тем временем все уже проснулись, кроме Марины и Клары. Тогда Максим, внучок Глеба, залез к ним на кровать и начал тихонько расталкивать Клару. Та спросонья чуть не задела рукой Марину, но Максим, хоть и был маленьким, но имел неплохую реакцию. Он остановил руку Клары прямо над головой Мариночки. Как раз в этот момент она открыла глаза и не знала, как реагировать. Во всяком случае, она не заплакала и не закричала, а даже наоборот, засмеялась.

За несколько минут до этого внутри Марины проснулись огоньки.

– Теперь мой черед! – глаза Синей слегка сощурились от улыбки. – Жду не дождусь, когда все проснутся.

– Вижу, нашего пробуждения ты тоже ждешь с нетерпением? – буркнула на нее Зеленая, которая никак не могла окончательно проснуться.

– Ой, простите!

Синяя не стала заходить в комнату, хотя уже и проверила, открыта комната или нет. Ей почему–то хотелось, чтобы ее соратники были рядом в такой ответственный для нее момент. Только после того, как к ней подошли все огоньки, она забежала в комнату и увидела лицо четырехлетнего братишки – оставалось только прикоснуться к экрану.

И вот, она видит его над собой. Он побоялся, что она заплачет, но этого не случилось. Напротив, девочка засмеялась, обрадовалась, что братик ее смог защитить.

Через несколько минут все собрались и отправились на грузовой машине на охоту за мебелью. Автомобиль свернул на улицу, где были уже знакомые нам винный магазин и магазин игрушек. Затем они проехали мимо поворота к больнице и оказались на рыночной площади. Там были не только рынок и заготовки на ярмарку. Вдоль всей рыночной площади расположены самые разные здания для покупки; от продуктового магазина до мебельного павильона. Им оставалось лишь найти свою цель. Маленький Максим торопил всех, чтобы никто не отставал.

Синей тоже так и хотелось выпрыгнуть из маминых рук и поскакать вслед за ним. Тогда ей захотелось поскорей начать стоять, ходить и наконец, бегать, чтобы догнать брата. Ей немного взгрустнулось, и она уткнулась в мамино плечо. Мама ласково посмотрела на свою дочурку и сказала:

– Не переживай, и ты будешь так веселиться, только потерпи немного.

Синяя постаралась изобразить улыбку на личике Марины, но грусть все равно осталась в ее глазках.

Вся семейка бегала по всему мебельному магазину почти до трех часов, пока не купила все необходимое. Брать они старались все в один тон, чтобы можно было разместить в любой комнате. Таким образом, было куплено: восемь табуретов, столько же стульев, два раскладных стола для кухни и столовой, пять шкафов для книг и одежды в спальни и холл. Также три кровати, два дивана для зала и холла, компьютерный стол и кожаное кресло к нему не забыли. В последний момент Глеб решил сделать подарок для Мариночки и купил в ее комнату красивый одноместный диванчик, который мог раздвигаться в длину.

После они забежали в продуктовый магазин напротив мебельного. Возле кассы мама Максима спросила у него, хочет ли он что-нибудь сладенькое. Тогда он задумался, а потом сказал: «А дай мне денежку». Мама удивилась такому заявлению, но все же дала своему сыночку сто рублей, мало ли какую шоколадку он захочет купить.

Когда машина подъехала к перекрестку, Максим попросил остановиться ненадолго возле магазина и попросил папу пойти вместе с ним.

– И что ты хочешь, машинку? – спросил папа у сына, когда они зашли в магазин игрушек.

– Папа, ты же мне добавишь, если не хватит? – спросил он взрослым тоном.

– Нечего так серьезно на меня смотреть, – папа немного испугался. – Какой же грузовик ты хочешь купить? – пока папа рассусоливал, Максим пошел в отдел мягких игрушек. – Учти, хоть меня и зовут Кирилл, это не значит, что я с богом в друзьях, и он мне каждый день на пиво одалживает.

– Да? – ехидно посмотрел Максим на своего папу, и совсем перестал походить на маленького ребенка. – Тогда откуда они у тебя каждый день берутся?

– Тебя не это должно волновать!

Максим по–прежнему выбирал игрушку и продолжал с папой разговор на равных.

– Правильно, меня должно волновать, куда они потом деваются.

– Так, – попытался отрезать Кирилл разговор. – Ты выбрал игрушку?

– Да, – он показал на самую верхнюю полку, и отец обомлел на месте. – Этого.

Это был рыжий тигр в черную полоску, в натуральную величину. Но отец больше обомлел не от размеров, а от ценника. При всем этом у него в кармане было десять тысяч на дорогу и обратно. Большая кошка, или даже кот, будет стоить ему половину от этой суммы.

– Ты не переживай, я тебе стольник добавлю.

- Успокоил, блин! - Подумал Кирилл, но делать нечего, они понесли тигра на кассу.

– Пакет нужен?

– А у вас найдется?! – разинул рот Кирилл.

– Найдется.

– Тогда завяжите мешок бантиком.

Нашли бант и завязали им мешок.

– Давайте шаверму, – сказал Кирилл со вздохом кассирше и направился к выходу.

Сто рублей Максим так и не потратил, поэтому попросил у продавца еще одну покупку.

Когда Кирилл вышел из магазина, все родственники прилипли к окошкам. Потом они увидели Кирилла, который купил искусственные цветы в горшке. Это была синяя примула.

Часть 1 Глава 11

Глава одиннадцатая

Как только семейство приехало домой, началась разгрузка мебели, и Синяя вышла из комнаты - усталая, но счастливая.

– Как хорошо–то! – сказала она радостно, разминая плечи круговыми движениями. Только через мгновение она остановилась и заметила, что ее соратники стоят перед ней в каком–то непонятном шоке. – Чего вы так все на меня…смотрите?

Огоньки встрепенулись.

– Ты была в той комнате дольше всех, – изумилась Голубая.

– Здорово!

– Это не просто «здорово», – фыркнула Зеленая. – Ты, правда, не заметила, как пробыла там почти шесть часов?

Синяя, как и остальные души, застыла на месте и задумалась. Никто из огоньков ее не окликнул, а сама она просто наслаждалась временем, которое было дано ей.

За все время, пока Синяя находилась в комнате с экраном, никто из них не подумал ее позвать лишь потому, что они сами были заворожены всем этим провождением времени. Каждый из них тоже захотел иметь это время, испытать это ощущение, всем хотелось своей свободы, своей жизни.

3 апреля 2016г. Воскресение

Ну, как бы то ни было, родственники остались на ночь. Они разместились внизу, на матрацах, а остальные - уже в своих спальнях. Ну, кроме Марины, которая пока спала с родителями. Клара пока заняла её спальню.

Было около десяти часов, когда Фиолетовой надоело ждать, и она прошла в комнату, не дожидаясь, когда проснутся все огоньки. Прошла душа без всяких преград, будто страж ее еще не успел проснуться, и Фиолетовая застала его врасплох – а может быть, пропустил нарочно.

Марина подняла весь дом на ноги всего одним криком. Вокруг средней спальни на втором этаже собралось все семейство. Максим был в первых рядах. Марина махала своими маленькими ручками, хихикала, улыбалась, показывая всем своим видом, что хочет веселиться.

Этим криком Фиолетовая подняла не только родню, но и души внутри самого тела. Они также переполошились и собрались вокруг комнаты, чтобы посмотреть, кто вызвал этот шум. Перед сном все души, кроме Красной, думали, что проснутся от грохота бьющейся о преграду Фиолетовой, которая никак не могла бы пройти внутрь. Однако они сильно удивились, когда не увидели её снаружи, а Красная лишь слегка улыбнулась тому, что её друг, наконец, смог преодолеть этот рубеж.

Тем не менее, никто обратно ложиться спать не стал. Все собрались внизу за завтраком и начали обсуждать планы на день. Они расстелили скатерть и сели в столовой, а Маша с Мариной уединились в зале. Никто не начинал трапезу без Маши, все решили подождать двух дамочек.

– Что делать будем, надумали? – спросила мама Максима, Лада.

Если посмотришь на эту взрослую троицу беглым взглядом, то скажешь с уверенностью: ну, Глеб – папа, а эти двое, Кирилл с Ладой, его дети. Всех в шок повергает тот факт, что один из этих детей, ему родной, а кто–то жена или муж. Тогда все начинают всматриваться. У троих глаза голубые, носы ровные и слегка курносые, волосы светлые и немного прилизанные. У Максима тоже глаза голубые и волосы светлые, но он больше походит на свою бабушку, Ольгу.

Если дед и родители телом выглядят плотными и слегка грубоватыми, то сын и бабушка просто гимнасты какие–то! Их фигуры на вид более гибкие, стройные и утонченные. И вот, когда люди, думающие о том, кто из них ребенок Глеба, начинают сдаваться, тогда–то поспевает бабушка Ольга со своими серыми глазами. Начиная всматриваться в каждого из детей, люди понимают, что у Кирилла глаза ярко–голубые, а у Лады немного темнее. Но Максиму все равно достались яркие глаза отца, только из–за них все говорят, что Макс похож лицом на папу; на самом деле, в лице из папиного одни лишь глаза, а вот личико, в целом, мамино.

– На улице очень даже тепло, и во дворе сухо, – начала Маша, – может, наденем свитера и пойдем в волейбол немного поиграем?

– А что? – согласился Глеб Брониславович. – Давайте! Давайте поддерживать здоровый образ жизни! В конце концов, хоть у нас и есть внучата, а возраст пока позволяет.

– Вот именно, – поддержала Оля. – С нас же еще не сыпется песок? Не сыпется.

– Тогда решено! – начал Павел. – Как позавтракаем..

– ..Пойдем играть! – выкрикнул Максим, и Мариночка засмеялась вслед за ним.

Из веранды вынесли три метровые скамейки, а на них постелили покрывала и положили несколько подушек. Максимка и Лада играть не стали, им больше хотелось понаблюдать. Поэтому они уселись на скамейку.

– Давай я подержу Марину, а ты пока поиграй, – обратилась к Маше Лада, а затем посмотрела на скучающего Макса. – Слушай, а ты не будешь против, если Максимка немного подержит Марину?

Маша улыбнулась своей лучезарной улыбкой.

– Конечно, нет. Пускай пообщаются, только ты следи, – с последними словами она обратилась слегка грозным тоном.

Максим очень сильно удивился, когда увидел, как мама подходит к нему и вытягивает перед собой руки с Мариной.

– Подержи пока что, только аккуратно.

Руки у Макса моментально вспотели, когда он потянулся за Мариной. Но когда сверток оказался в его руках, то сердце сразу утихло и застучало равномерно. Сначала они несколько мгновений смотрели друг на друга, а потом медленно повернули головы в сторону игры.

– А ты чего не играешь? – спросил Кирилл, отбив очередной пас. – Не хочешь?

– Да, не хочу. Как по мне, лучше с лошадьми, чем с мячиком.

– Эх, ты, – улыбнулся Кирилл и снова отбил мячик. – Каплона ты наша.

Максим смотрел то на маму, то на папу.

– Мама, – поинтересовался Максим. – Почему папа тебя так назвал?

– Ты имеешь в виду, Каплоной? – переспросила Лада, а затем улыбнулась и продолжила наблюдать за игрой. – И будучи школьницей, и сейчас, когда я прихожу на пастбище лошадей, они сразу же начинают меня окружать. Они чувствуют мою любовь к ним, вот и дружат со мной. А папа когда-то давно в школе читал одну книгу. И там говорилось, что у народов есть такая богиня – Каплона, что означало – Богиня лошадей. Вот так и стали меня называть.

– Ясно, – мальчик улыбнулся, а затем снова устремил взгляд на игру.

Фиолетовая все это время слышала разговор, но игра её интересовала больше. Лада взглянула на эту крохотную парочку.

– А тебе не показалось интересным поведение Марины?

– В чем? – спросил Максим недоуменно.

– Вчера она смотрела только на тебя и была готова заплакать в любой момент. Будто хотела постоянно быть рядом с тобой. А сегодня она к тебе как–то безразлична. Если вчера она думала только о себе и о тебе, то сегодня она думает обо всех вокруг, кроме тебя и себя. Словно радуется за остальных. За их веселье. Мне показалось, у неё такой взрослый взгляд...

Синяя стояла рядом с темной комнатой, наблюдала за экраном, за Фиолетовой и немного завидовала, но по–доброму. Во всяком случае, не так, чтобы таить обиду.

Максим посмотрел на профиль двоюродной сестрички, а затем повернулся лицом к маме и ясно улыбнулся – странно, но улыбка у этой семьи такая…такая уникальная.

– Может, она просто познает мир!

Мама посмотрела на эту лучезарную и неповторимую улыбку и слегка задумалась.

Удивительная у меня семья, они так ярко улыбаются, все они.

Лада посмотрела на игру снова.

Кирилл уже научился улыбаться, как мои родители. И брат Паша с сестричкой, даже Максимка. Смогу ли я когда–нибудь так улыбнуться?..

Да, она думала так, но даже и не подозревала, что когда у нее возникали подобные светлые мысли, то и улыбка становилась такой же, как и у всей ее родни.

Они играли еще около часа, затем Маша подошла к Ладе и забрала уже у нее Марину. Теперь все немного посидели на скамейке; Паша облил голову водой из бутылки, за что Василиса на него прикрикнула, и все засмеялись. Андрей, Коля, Глеб и Павел с Кириллом занесли скамейки и, наконец, зашли в дом. Павел нашел интересные кино – новинки, скачал их с интернета на компьютер, затем на флешку и включил фильм на телевизоре.

Не возмущайтесь по тому поводу, откуда в доме телевизор. У них и колонки есть и ноутбук, и компьютер с интернетом и Wi–Fi. Также есть термопот, чтобы вода постоянно была горячей, как в термосе. И мясорубку у них надо в розетку включать. В общем, у этой семьи есть всё.

Итак, почти три часа они сидели возле телевизора: старшие болтали, молодые смотрели и лишь изредка заговаривали, а самые младшие смотрели, не отрываясь, это Клара, Макс и Марина, в их числе. Сначала они посмотрели фильм «Стражи галактики».

– Ну, не такой уж и новый фильм, – простонал Кирилл.

– Только я не видел, что бы ты его смотрел, – съязвил Максим, не поворачиваясь к отцу.

Все засмеялись, и никто не собирался ругать ребенка за язвительные речи. Все подумали, что на правду не обижаются.

– Можно нам с Максом сходить погулять на корт? Мы ненадолго.

– Хорошо, присматривай за Максом, – сказал Глеб и отпустил своего внучка с Кларой.

Уже по дороге Максим спросил у Клары:

– Ты не думала, какой вырастит Марина?

– Не знаю, – шмыгнула носом Клара. – Ну, уж точно не ценителем искусства! – засмеялась она, вспоминая, как Марина заснула на руках у Паши, когда они ходили в театр.

– Пора, наверное, – сказала Фиолетовая сама себе, закрыла глаза Марины и оттолкнулась от экрана, а потом вышла из комнаты.

Красная подошла к толпе огоньков и встала в первом ряду.

– Теперь положено начало нашей жизни.

Часть 1 Глава 12

Глава двенадцатая

Не будем описывать события каждого дня подряд, потому что многие из них не имели большого веса в жизни нашей маленькой героини. В этот же вечер, когда Максим и Клара вернулись с прогулки, родственники отправились в обратный путь, домой. Ну, а Юниковы с Юниковскими продолжили жить в новом доме.

9 мая 2016г. Понедельник

Марине уже полтора месяца, но она все еще плохо контролирует свое маленькое тело.

Так сказали бы окружающие. Но мы знаем, что известные нам семь душ никак не могут совладать с телом Марины. Лимит их времени больше не увеличивался и составлял максимум двадцать минут. Теперь больше никому не было дано задержаться в комнате с экраном надолго. Разве что, когда дедушка Коля взял на работу с собой Машу и Марину. Тогда, пока Николай показывал площадь, где будет через час проходить торжество, Красная ежесекундно находилась рядом с входом в комнату и держала руку возле стены, чтобы не упустить момент и вовремя зайти.

И вот, спустя несколько минут, после начала торжества, комната, наконец, открылась и Красная, резко поднявшись на ноги, спокойно вошла в комнату.

За эти полтора месяца огоньки уже успели привыкнуть к обстановке и заметили, что могут пытаться сделать свое воображение явью. Например, если Голубая представит веревку, то она окажется у нее в руках, только будет она напоминать её лишь формой, а цвета будет такого же, как и огонек, который ее представил. В общем, получится своеобразная огненная веревка. Когда интерес пропал, огонек убирал предмет по собственному желанию, и пламя возвращалось к нему.

Людей оглушил гимн, который издавался в данный момент из всех колонок. Перед глазами девочки проходил целый парад. Такое невероятное зрелище! Так много людей собралось. Они ведь здесь со всех уголков города! Пришли лишь…для чего? Чтобы просто посмотреть? Нет, причина другая. Они пришли сюда, чтобы почтить память о Великой победе. Сердце замирало каждый раз, когда мимо проезжали грузовики, и маршем проходили люди.

Когда огоньки смотрели на экран, они удивлялись тому, сколько длилась минута молчания. Когда транслируют такие великие праздники, показывают минуту молчания, которая длится лишь секунд пятнадцать.

Перед минутой молчания в этом городе мэр сказал:

– Обычно времени дается так мало, чтобы вспомнить так много, поэтому почтим наших ветеранов минутой молчания.

На месте Безымянного раньше находилась небольшая деревня, где жили преимущественно старики. И вот, когда город был отстроен, им дали новые дома, которые оплатил мэр. И теперь они живут здесь, как первые, коренные жители.

Возродилась самая настоящая тишина. На улице солнечно, ясно, но не жарко, даже ветра не было. Птицы немного затихли, все гордо подняли свои головы и начали что–то вспоминать. Кто–то вспомнил о том, как встречал своих родителей на пороге дома, кто–то подумал о том, как дедушка рассказывал ему о своих походах. У каждого было свое на уме. Победа, радость, горечь, грусть, слезы счастья и печали: все это отражалось на лицах людей.

Огоньки тоже стояли и молчали, они считали секунды. Отсчет закончился на шестьдесят третьей.

Мэр частенько говорил про себя: «Лучше отстоять лишнее и вспомнить что–то очень важное для себя, чем потом жалеть, что тебе не хватило времени, чтобы вспомнить».

В этот день Красная управляла телом около двух часов, а после…снова наступило время нескончаемых попыток продлить время хотя бы на одну минуту.

Часть 1 Глава 13

Глава тринадцатая

23 июня 2016г. Четверг

Недавно Марине исполнилось три месяца, а она еще и звука не издала. Бывало, конечно, когда она начинала кричать, тогда каждому из родственников приходилось ее держать на руках до тех пор, пока не найдется один из них, кто мил ей в данный момент. Так Кисточка каждый раз добивалась того, чтобы ее подержали бабушки или дедушки. С родителями ей почему–то интересно не было.

Тогда Зеленая решила поставить перед собой цель: во что бы то ни стало, сказать хоть слово, хоть звук издать, похожий на то, что ей нужно.

– Пожелайте мне удачи! – выкрикнула Зеленая. – Если она окупится, дайте мне кличку, схожую со счастливицей.

– Иди уже! – крикнула на нее Голубая со смехом.

– Все, иду! – к счастью для огонька, проход был открыт, и Зеленая влетела в комнату без всяких задержек и ухватилась за экран обеими руками. – Поехали!

Марина лежала на столике, для пеленаний, а мама старалась надеть на нее ползунки. Папа отвлекал девочку, чтобы та не расплакалась и еще немного потерпела. Зеленая внимательно смотрела в лица родителей и пыталась подобрать такое слово, чтобы запомнилось надолго.

Когда это слово было подобрано, она попыталась его сказать, но язык был слишком слаб и неповоротлив, поэтому получилось не совсем то, что должно было получиться.

- Э..ма…

Прозвучало это так неожиданно, что родители застыли на месте: погремушки перестали греметь, ползунки натягиваться на ножки. Через несколько мгновений до родителей дошло, что произошло секунду назад; их дочка сделала первый шаг к тому, чтобы заговорить. На второй этаж поднялась бабушка Василиса.

– Что такое, что случилось?

– Она сказала, сказала!

– Что сказала? – изумилась Василиса, улыбаясь.

– Она сказала «мА», наверное, хотела мамой назвать, – улыбнулся Павел.

– Или Машей, – засмеялась мама и начала легонько подкидывать вверх свою дочку.

Конечно, это было похоже на попытку сказать «мама», однако прозвучать должно было совсем иное слово.

Зеленая хотела сказать «семья», но язык не слушался, не смог извертеться и изобразить хотя бы шипящий звук. По этой же причине вместо "Е" получилась "Э". Букву Я язык тоже не смог прижать к небу. В общем, из всех букв и звуков хорошо получилась лишь одна М. Но, все–таки, Зеленая смогла добиться своего и выдавила из тела эти несчастные звуки. Поэтому она могла спокойно выйти из комнаты.

– Все! – выкрикнула она. – Я смогла.

– И мы смогли.

– Что смогли?

– Придумать прозвище! – сказала Голубая. – Точнее, не мы, а Красная.

– И как меня теперь звать?

Ответ от Красной был коротким.

– Клевер.

– И что это значит? И какое полное имя?

– Полное имя: Четырехлистный. Четырехлистный Клевер – символ удачи, – пояснила Красная.

– Кто же тебе это нашептал? – улыбнулась Зеленая.

– Я сама себе, наверное.

Часть 1 Глава 14

Глава четырнадцатая

31 августа 2016г. Среда

– Ну, куда ты так торопишься? – всплеснула руками мама, когда увидела, что ее дочка пытается ходить, облокотившись на низкий диван.

Поразительно быстро развивались все навыки этой малышки. Казалось бы, только шестой месяц, и только две недели назад научилась ползать, а тут новость! Уже ходить собралась!..

– Правда, куда ты торопишься? – усмехнулась Кисточка, находившаяся рядом с комнатой. – У нас еще вся жизнь впереди.

– Ты не понимаешь, – мысленно и с натугой ответила Желтая. Ей было тяжело говорить при физических нагрузках, как и всем им. – Ты нашла свое призвание будущего; ты будешь рисовать, а я пока что и понятия не имею, чем я смогу заниматься.

– Ну, в любом случае, ты будешь заниматься спортом, как и Синяя, – заключила Кисточка.

– Что? Причем тут я? – послышался в голове голос Синей.

– Здравствуйте, я ваша тетя! А кто две недели назад за папой пополз? Ну, ребята, у вас никаких тормозов нет, серьезно! Вы хоть о теле нашем подумайте.

– Ничего,– снова сделала усилие Желтая и встала на ноги, крепко схватившись за покрывало на диване. – Ничего, потерпит наше тело. Потом, может, спасибо скажет.

– Ага, если говорить научится, – проворчала Кисточка. Она продолжила говорить, уже отходя от комнаты. – Честное слово, я вам удивляюсь…

Последующих ворчаний уже никто не слушал, потому что внимательно наблюдал за тем, что происходило на экране в комнате.

– Ну, ничего…себе…

Эти слова дошли до слуха Кисточки, и она поспешно вернулась к толпе. Оказывается, их произнесли не только огоньки, но и все семейство, которое увидело это чудо. Даже показалось, будто в комнате пронеслось эхо, которое тоже очень сильно удивилось.

Желтой удалось не просто подняться с колен. Она прошла около полуметра, цепляясь за диван, а потом оттолкнулась от него и осторожно прошла пять шагов вперед, без чьей–либо поддержки. Потом она дошла до кресла и медленно опустилась на пол; к счастью, по полу можно было передвигаться спокойно, без боязни заболеть, так как пол с подогревом. От такого напряжения ног Желтая очень быстро устала и решила покинуть комнату.

– Ну? – улыбнулась Желтая Кисточке, выходя из комнаты.

– Что, ну? – фыркнула чем–то возмущенная Кисточка.

– Теперь мы будем ждать твоих свершений. Интересно же, чего ты все–таки добьешься в рисовании.

Улыбка Желтой была такой искренней, даже говорить ничего не хотелось.

– Тогда, если Клевер сказала первое слово, то я первой напишу слово и нарисую картину! – она говорила воодушевленно, и было ясно: ее ничто, и никто не остановит, даже их порядок размещения.

– Ну–ну, давай, – усмехнулась Клевер в ответ.

31 декабря 2016г. Суббота

– Уже более твердо ноги держат, – заметила Синяя, шаркая ножками по паласу. – То есть, не нужно держаться за что–то, чтобы не упасть.

– Значит, тело уже, более или менее, окрепло, – заключила Фиолетовая.

– Я не могу одного понять: куда все так спешат? Чем–то заняты, суетятся, таскают на стол разные тарелки.

– Так об этом уже месяц по телевизору твердят,– начала объяснять Фиолетовая. – Все готовятся к празднику, Новому году.

– Интересно, что это за праздник такой? Не помню.

– Думаю, когда–то мы его тоже праздновали и радовались ему.

– Не знаю, я не помню, – со вздохом повторила Синяя.

– Так мы все не помним, – вмешалась в разговор Кисточка. – Держу пари, завтра тоже будет весело, даже веселее, чем сегодня.

– Почему ты в этом так уверена? –изумилась Фиолетовая.

– За каждым из нас я начала наблюдать некую закономерность. Не было еще ни одного дня в неделе, чтобы они походили друг на друга. Во всех есть очень много различий. И, если они и совпадают с какими–то днями, то только с днями следующей недели. Клевер каждый раз удачно попадает в открытую комнату, все поразительные свершения нашего тела постоянно принадлежат лишь Желтой, Синей и иногда Голубой, а у тебя такая особенность, – Кисточка перевела взгляд с толпы огоньков на Фиолетовую. – Когда появляешься ты, начинается какой–нибудь праздник или торжество.

– Правда? А я как–то и не замечала. Наверное, потому что для всех людей вполне нормально устраивать праздники в этот день недели.

Кисточка не поняла смысл слов, которые сказала Фиолетовая, и посмотрела на нее изумленным взглядом. Хотя, на самом деле, никакой тайны в этом нет. Для нас, да и для всего человечества, по–моему, нет ничего странного в том, чтобы устраивать праздники в выходной день.

Солнце уже давным–давно скрылось за ближайшим холмом. Во всех домах уже успели включить свет, накрыть на стол, включить телевизор и усесться на свои места, просто, чтобы поболтать. Наша большая семейка не стала исключением. Уже через полчаса, как накрыли на стол, все окружили белую скатерть и воодушевленно заговорили на разные темы.

– Слушайте! – вдруг выкрикнула Клара. – Нам нужно сделать фото на память!

– С чего–то ты в этом году стала слишком щедрой на фотографии. И в следующем так же будет? – Василиса хлопнула дочку по колену.

– А вы как думали? Это же первый год жизни моей племяшки! Я обязана запечатлеть каждый памятный момент, а иначе нечего будет показать, когда она вырастит. Она же не будет этого помнить, хоть порадуется тому, что такие рекорды ставила.

Сначала все смотрели на нее с небольшим удивлением, но потом улыбнулись и решили, что это очень даже хорошо.

– Ладно, – привстал Николай и сел на спинку дивана. – Давайте уже сделаем общее фото. Этот фотоаппарат, вроде как, автоматика?

– Ну, да. Можно на таймер поставить. Только я не помню, как. Пап, а сделай ты.

Пришлось Николаю вставать, настраивать фотоаппарат, ставить его на штатив и после прыгать по головам остальных.

– Подарил Бог дочку–фотографа, – засмеялся Николай, когда пролезал на своё место.

За пять секунд до вспышки комната выгнала Синюю за свои пределы и закрылась.

– Что произошло? – испуганно спросила Голубая Синюю, помогая ей подняться.

– Не знаю, но, если честно, мне и не хотелось фотографироваться, – Синяя опустила глазки. В комнате послышалась вспышка камеры. – Мне казалось, будто это не моё место, и на фото должна была остаться точно не я.

Когда–нибудь она поймёт, что это чувство было чем–то вроде совести, которая не позволила ей остаться на семейной фотографии. И остальные, после долгих размышлений, поймут, что поступили бы на её месте точно также.

У семейства Юниковых – Юниковских получилось замечательное фото. В центре сидели Паша и Маша, за ними на спинке дивана махала руками Клара. По обе стороны от нее сидели отцы, или даже молодые дедушки. Справа от Маши сидела Калерия и придерживала ладонью руку своего мужа на левом плече. Слева от Паши сидела его мама, положившая голову ему на плечо. Но обладательница самого радостного личика находилась на руках у Маши.

Мариночка махала ручками в камеру и смеялась…

1 января. 2017г. Воскресение

Фиолетовая зашла в комнату с экраном рано утром и очень сильно удивилась, когда обнаружила себя в детской кроватке, куда их еще никогда не клали. Со спины она перевернулась на живот и увидела, что все в доме еще спят. Фиолетовая постаралась рассмотреть кроватку от дна до решеток. Боковую сторону с двух сторон держали петельки. Чтобы вылезти из такой кроватки, необходимо снять с петель эту сторону. Механизм несложный, но открыть его можно, если у тебя есть хоть немного сил и хорошо развита моторика рук. Здесь–то и встает проблема… Какая там к черту моторика, если тебе еще и года нет! Сила, может и имеется, но использовать ее, пока что, не выходит. Остается только один способ. Он проверенный временем, безжалостный, но зато действенный. Фиолетовая поднялась на ноги, облокотилась на решетку и закричала во все горло.

Естественно, все проснулись и прибежали на зов младшей.

– Всегда работает безотказно, – усмехнулась про себя Фиолетовая. Вдруг она услышала, как ворчат три или четыре огонька. В это время они также спали. – Хах, правда, побочные эффекты тоже имеются.

В одно мгновение она даже задумалась о том, не получит ли взбучку, когда выйдет из комнаты.

У этого семейства также имеется одна из особенностей: после того, как они проснулись, снова уже не лягут. Считают, что и сон себе перебьют, да и заснуть у них больше не получится. Поэтому все сразу спустились вниз, зашли на кухню, и каждый начал готовить себе завтрак; Паша последний год готовит завтрак и для Маши, пока та кормит Марину.

Какое счастье досталось ребенку! В то время как другие дети в ее возрасте кушают разные фруктовые и овощные пюре, девочка уже успела перепробовать все виды семейных блюд. В них входили не только небольшие кусочки фруктов и овощей. Марина пробовала и салаты, и мясо, причем последнее она ела не только вареным, но и печеным, а также жареным на сковороде и костре. Если вы думаете, что это издевательство над ребенком, то вы заблуждаетесь. Знающий эту девочку человек сказал бы вам так: «Издевательство и неприемлемость такого, говоришь? Я тебя умоляю! Эта кроха научилась ходить тогда, когда твой младенец еще только сесть пытался!». Ну, или как–то так.

На этот раз девочку почивали бабушкиным борщом. Его только вчера сварила Калерия, специально для Марины. Марина сидела у мамы на коленях и уплетала варево за обе щеки. Фиолетовой и остальным вообще нравились супы, они сытные и более полезны, нежели все их ингредиенты отдельно.

За окном видна лишь белая пелена, сквозь которую невозможно увидеть не то, что соседские дома, даже забор, который окружает весь дом и прилегающую к нему территорию. Это был сильный буран. Поэтому гулять на улице никто не предлагал, и все думали, чем бы заняться в этот день. Маша выпустила Марину из рук, и Фиолетовая направилась в зал, к полке с разными вещами. На этой полке стояло многое: фигурки для украшения комнаты, сухие и влажные салфетки, тетради, карты, кое–что из одежды. Однако Фиолетовую не интересовала ни одна из этих вещей. На второй полке лежала небольшая красная коробка, которая привлекла ее внимание еще вчера, когда делалось семейное фото. Она увидела ее на экране, и ей стало любопытно, что там за кружки такие нарисованы, и что с ними нужно делать. Нижние полки расположены низко, но все равно высоковато для роста Марины, поэтому Фиолетовая достала ее только со второго раза. И то коробка упала рядом с ней, а не прямо в руки. Тем временем все спокойно сидели за столом и завтракали, и тут слышат какой–то хлопок по полу. Разумеется, каждый из них переполошился и заторопился в зал. Когда они добежали, увидели Марину, а рядом с ней лежала коробка с игрой под названием «твистор». Со дня покупки её открывали всего раза три: когда покупали, на день рождения Клары и через два года, когда было нечего делать.

– И как это мы про нее забыть умудрились? – хихикнула Клара. – Смешно же было, когда мы в нее играли.

– Это точно, – согласилась Василиса. – Когда мы ее вообще последний раз открывали?

– Да, по–моему, в такой же день, когда делать было нечего, – улыбнулся Николай.

– Ну, старички, – сказал Андрей, подходя к коробке и открывая ее. – Что, тряхнем стариной, или песок мешает?

– Ага, – улыбнулся Николай в ответ и помог расправить полотно с кружками; из него вывалился кубик. – Смотри, не поскользнись на своей же песочнице!

– Я хочу посмотреть на это, – засмеялась Клара и подняла кубик.

– Поверь, зрелище не из приятных, – Паша подошел и положил руку Кларе на плечо. – Зато занимательно. Кто у нас тогда руку сломал?

– Я. Поэтому в этот раз я отказываюсь в этом участвовать, – улыбнулась Маша. – Лучше мы с Мариной для вас кубик побросаем.

Марина подошла к Кларе и забрала у нее кубик. Фиолетовая внимательно рассмотрела его со всех сторон. Это был октаэдр, на котором треугольники раскрашены в четыре цвета, а на треугольниках - наклейки с изображением рук и ног.

Не будем вдаваться в подробности гейм-плея. Скажем лишь, что никто не пострадал и обошлось без переломов.

Часть 1 Глава 15

Глава пятнадцатая

20 марта 2017г. Понедельник

– Слушайте, я вот о чем подумала, – как–то скромно начала Кисточка. – Может, сделаем нашими полными именами обращение по деятельности, которой мы заняты?

– Как тебя понимать? – переспросила Клевер.

– Ну, например, мое полное имя не Кисть, а Художница, а твое не Четырехлистный, а Ботаник.

– Почему это я ботаник? – изумилась и повысила голос Клевер. – Я не увлекаюсь ботаникой!

– Ну, тебе же нравятся цветочки? – Кисточка немного растянула произношение и слегка повысила тембр голоса.

– Ну, да.

– Ну, вот будешь Ботаником, – отрезала она. – И еще, я предлагаю кличку для Фиолетовой. Пусть она будет Праздником!

– Ага, – усмехнулась сама Фиолетовая. – А полное имя, какое, Гулена?

– Если только ты настаиваешь, – издевательски улыбнулась Кисточка.

– Я согласна. Меня все устраивает, – подтвердила свое положение Праздник. Действительно, какая разница, как тебя будут называть последующие лет пятьдесят? Для окружающих все, кто находятся в комнате, останутся «Маринами».

– Так, кто сегодня идет? – вернула всех к сути дела Голубая.

– Красная, – ответила Клевер. – Кстати, сегодня ведь тот день, когда мы появились здесь. Может он будет особенным и принесет сюрприз кому–нибудь, а?

– Ну–ну, – ровным тоном ответила Красная, делая усилие, чтобы встать и подойти к комнате. – В лице новой клички.

– Эй! Это было грубо!

Последующие слова до Красной доносились лишь как мысли в голове.

Первое, что она услышала, когда прикоснулась к экрану, это разговор мамы с папой.

– Хорошо, – наконец сдавалась мама в этом споре. – Что ты предлагаешь?

– Поедем в магазин игрушек, и пускай она сама укажет на то, что ей понравится. Если мы сразу же подарим ей на первый День рождения перчатки и боксерскую грушу, вряд ли она поймет нас, когда вырастит.

– Ладно, ладно, – сказала Маша, повысив голос на последнем слове. – Поехали выбирать подарок. Ну, золотце, собираемся. Поедем за покупками.

– Что ж это за покупки такие? Подарок? Зачем?

– Сегодня же день рождения Марины! – крикнул кто–то за пределами комнаты, а может и в самой комнате. Такое эхо, что не разобрать.

– Блин, точно. Только что же говорили…

Итак, они приехали туда, где ранее Максим брал тигра. Конечно, это был не единственный магазин, но ближайший к ним. И, кстати, выбор у них больше, чем в других местах.

Они вошли внутрь и у всех глаза разбежались. Там были и машинки, и мячики, и музыкальные инструменты, и куклы. Однако, сколько бы родители не предлагали девочке, все ей не нравилось. Она просто отворачивала голову от всех игрушек. А как еще Красной было выразить отрицание.

Они уже хотели уходить. Николай взял на руки внучку и пошел в сторону машины. Вдруг он почувствовал, как маленькая ручонка тянет его сзади за кофту, а все маленькое тельце пытается вырваться из крепких рук дедушки.

Он обернулся, словно наведенный компасом, что указывал на витрину магазина.

На окошке стоял велосипед. И не простой трехколесный. Он имел при себе два основных колеса и два маленьких колесика сзади, для начинающих маленьких велосипедистов. Марина пыталась показать именно на него. Он был ярко–красного цвета, но совсем не подходил ей по размеру. Начать на нем кататься она сможет только когда пойдет в детский садик, а то и позже.

– Мне все равно! Не знаю почему, но все равно, какого он размера, и когда я смогу на него сесть. Но Он нужен мне. Как, как друг! – ребята смотрели на экран и поверить не могли в то, что говорила Красная. Ее речь никогда не походила на цвет ее огня. Такой же яркий, пылающий, сильный и настойчивый. И если бы в действительности это походило на детский эгоизм, то, ощущая дух самой Красной, ты поймешь, что это лишь неизгладимое желание. – Мне все равно.

– А он не великоват ей будет? – спросила Василиса, глядя на витрину.

– Давайте купим сразу, чтобы потом не жалеть, – сказал Паша и посмотрел на Марию, будто намекая на мысль. Давай, соглашайся, вспомни наши мечтания в тот день. Может, это маленькое желание все–таки исполнится. Так говорил его взгляд.

– Так, что решили?

– Нечего решать.

Все резко повернулись в сторону двери магазина и увидели Калерию и Андрея, и у дедушки в руках был велосипед.

Все улыбнулись и порадовались своей младшенькой девочке. Дедушка Николай крепко обнял свою внучку и прошептал ей на ушко:

– Теперь только дождись, как в садик пойдешь, а там мы тебя научим кататься.

Часть 1 Глава 16

Глава шестнадцатая

31 октября 2017г. Вторник

Мэр нашего города такой чудной! Решил устроить праздник для всего города, и какой праздник! Хэллоуин! Для всех жителей города это стало немного шокирующим известием. Особенно когда неделю назад в местной газетке появилось объявление о предстоящем празднестве по всему городу.

Боже! Жители еще не отошли от дня учителя! Тогда Мэр собрал учеников со всех школ, и они вместе решили устроить праздник для учителей.

– Что–то это напоминает, – говорили огоньки, когда увидели местные и областные новости, а затем пытались что–то вспомнить.

Не знаю подробностей, но бабушки после этого дня пришли домой такие счастливые и радостные, будто им мечту осуществили.

Итак, праздник. Выступление должно было состояться вечером. Кисточке тоже захотелось увидеть этот праздник, поэтому она решила зайти в комнату вечером. Однако она попадет туда не сразу, а только на концерте.

Около двух часов она пыталась войти в помещение, но безрезультатно. Тогда было решено подождать.

Тем временем наша семья пришла на городской стадион, куда когда-то приходили Маша с Пашей. И сразу возле входа их поразило чудо, которое провожало гостей войти сначала в помещение, а затем и на стадион. Это был человек с тыквой вместо головы. У нее светились глаза и рот. Да и выглядела Тыква она не очень дружелюбно. Но учтивости ей было не занимать. Черные брюки, бабочка и жилетка с белой рубашкой делали свое дело. Хоть Тыквообразный и казался пугающим, точнее, Тыквоголовый, он с учтивостью принимал верхнюю одежду каждого посетителя, ручаясь за ее сохранность. У нашей семьи он тоже забрал все куртки, кроме Клары, ей было холодно. Но услужливая Тыква уверила всех, что на стадионе не просто тепло, но даже жарко.

И никто из девушек, да и из всех жителей города, даже не заподозрил, что за черной жилеткой с часами в кармашке и тыквой на голове прячется сын мэра.

Когда все старики проходили мимо раздевалок и душевых кабинок к выходу на стадион, они думали, что сейчас их ослепят фонари, которые расположены по всему периметру стадиона. Но вместо яркого и противного света фонаря, они почувствовали теплый свет, исходящий от горящих свечей.

В конце стадиона располагалась огромная сцена для выступлений, а остальное пространство занимали столики, где сидели обычные гости. Еще вместо многоярусных скамеек для болельщиков поставили оборудованные палатки для поваров. На всех столах стояли подсвечники. Некоторые из них рассчитаны только на четверых, а какие–то на всех десятерых! Один из таких столиков и заняла семья.

Между столиками бегали официанты и официантки. Девушки были одеты в черно–фиолетовые костюмы, а за спинами у них прикреплены крылья летучих мышей. У парней были короткие плащи, смокинги и клыки. Иногда, где–то на другом конце стадиона, слышались выкрики посетителей, а затем дружный хохот. Это проказничала девочка – летучая мышка.

– Ну, как, – спросил Николай, усаживая Василису за стол. – Вам нравится?

– Очень даже хорошо, и как ты до этого додумался?

– Это мы вчетвером придумали, – с гордостью ответил Николай.

– Как понять, вчетвером? – Клара оглядела папу с ног до головы.

– Ну, вместе, я, наш писатель Андрей Владимирович Юниковский, мэр города и его сын, Ваня. Кстати, Мэр интересовался нашей дочуркой. Спрашивал, чем она занимается.

– И что ты ответил? – с подозрением посмотрел Павел на своего отца.

– Сказал, что она у нас личность разносторонняя. А что?..

Послышался громкий смех. Паша хохотал во всю глотку.

– Я же шучу, не переживай!

– Тьфу ты! Напугал! – Улыбнулся Николай, а затем так же разродился хохотом. – Я уж думал, чего не того сказал. Пожалел бы старика!

Смех продолжался до тех пор, пока они не услышали, как прямо за их спинами громким полушепотом разговаривают летучая Мышка и молодой Вампир.

– Хватит, а! Оставь в покое гостей, – Вампир держал Мышку за руку, в которой лежало что–то кислотно–зеленого цвета.

– Что хочу, то и делаю! Тебе бы тоже не помешало расслабиться.

– Мы работаем! Нас попросили отвлечься от своих ночных дел лишь на этот вечер. Такая ответственность, а ты что творишь?

– Чего раздражительный такой, крови мало попил? Так, пожалуйста, смотри, сколько тут людишек, только, умоляю, не трогай ты меня!

– Да пойми ты, нам потом достанется!

– Я тебя умоляю, от кого?

– Так! – вдруг позади обоих оказалась Тыква. – Прекратили оба, – он взял их за шкирки и развел в разные стороны, пока те не устроили драку. Затем он обратился к нашему столу. – Прошу простить нас. Избалованные дети нынче не понимают, как нужно себя вести на людях, пускай им и по сто восемнадцать лет. Прошу, наслаждайтесь вечером.

С этими словами он положил руку в белой перчатке на сердце, сделал поклон, словно дворецкий и направился к поварским палаткам.

Что интересно, он был единственной Тыквой на этом празднике.

Поварами были люди в костюмах скелета и шеф–повар, худой мужчина в черном плаще, с косой и длинными усами, которые торчали из–под плаща. Сколько оттуда было от него слышно криков!

– Классный спектакль? – облокотившись локтями на стол, спрашивал восторженно Николай. – Это он придумал этих героев.

Николай показал большим пальцем на сидящего слева Андрея.

– Я подумал, что гостям будет скучно просто сидеть и трапезничать перед началом концерта. Вот и решил разбавить застолье такой программкой. Пусть каждый ощутит себя частью какой–то истории.

Эту идею оценили все и стали ждать новых сюрпризов.

Время было уже достаточно позднее. И вот, наконец, начался концерт. На сцену вышли ребята разных возрастов, и одеты они были не в одежду под стать праздника. На каждом были белые рубашки, синие джинсы и кеды, а длинные волосы девочек завязаны в хвосты. К сцене подошли Тыква и мэр. Пока мэр произносил речь, Тыква взял гитару и начал настраивать ее.

– Вы уж, господа и дамы, не серчайте. Мы ведь так редко отдыхаем. Правда, этот праздник у нас уже второй за октябрь, – все слегка усмехнулись. – И все же. Нам необходимо это время, которое мы проводим вместе, чтобы потом осталось много воспоминаний. Мы и фотографа пригласили. Там, в уголке, стоит. Скромненький такой.

Все посмотрели налево и увидели фотографа и дружно захохотали, потому что фотограф сразу же смутился от такого количества внимания. А может быть, потому, что на него надели ковбойскую шляпу и накинули на плечи звериную шкуру.

– Это твоя идея была? – спросила шепотом Клара у папы.

– Отчасти, додумывал Мэр, – Мэр продолжил выступление. – Всё, тс.

– Сейчас мы наблюдаем в школах очень много ребят, которые занимаются самодеятельностью, но не используют свой талант в полной мере. Вот, стараемся реализовать этот талант, – он показал на хор позади него. – Когда-то давно, не помню уже когда, был у нас один выпускной класс. Не в том смысле, что единственный на весь город. Хотя на тот момент и это тоже.

Снова послышались смешки.

– Этот класс был единственный в своем роде. Они были так дружны и сплоченны между собой, что все удивлялись, как их дружба вообще может существовать! Между собой могли немного грызться, и то редко. Но ежели что, загрызут за своего любого, кто обидел! Меня в молодости напоминали, честно. И вот мы, вспомнив этих ребят, своим творческим коллективом решили подобрать для вас песни на одну тему, – мэр посмотрел на Тыкву, тот кивнул в знак согласия, мол, все готово. – И эта тема – самая важная для наших детей. Дружба. Итак, слушаем и наслаждаемся!

Все проводили Мэра бурными аплодисментами и начали слушать сначала гитару, а затем и сам хор.

Тем временем Кисточка уже успела заснуть у входа в комнату.

Ей снился сон, словно она стояла среди хора ребят на небольшой сцене. Перед сценой сидели взрослые на скамейках и ждали начала концерта. Все начали петь, и она вместе со всеми. Вдруг она обратила внимание на мальчика, что сидел в самом конце строя заполненных скамеек. Он смотрел очень внимательно, и вдруг прозвучал звук гитары…

Кисточка вскочила и ринулась в комнату, которая открылась буквально мгновение назад. Она услышала песню, что исполнял хор. Песня называлась «Мой друг». Исполнители и авторы оригинала, если память не изменяет, Игорь Николаев и Игорь Крутой. Вокруг слышались аплодисменты. Кисточка внимательней присмотрелась к обстановке, и ей показалось, будто такое уже происходило. Может, это было видением, а может, фантазией. Но чувство дежавю никак не хотело её покидать На мгновение она вспомнила свой сон.

– Кем же я была в прошлой жизни? Певицей?

– Кто знает, – сказала Красная и хотела уже отойти от комнаты, как вдруг дорогу ей преградила Клевер.

– Что? – спросила Красная обычным тоном.

– Я хочу придумать тебе кличку.

– Ну, давай, – ответила она, а потом, после недолгого раздумья добавила: – Похоже, тот день мне, действительно, подарил кличку.

– Ты права... Знаешь, во сне я видела велосипед, точнее, его заднее колесо, - Красная недоумевающим взглядом посмотрела на Ботаника. - А я будто в какой–то там палатке… неважно. В общем, будешь Великом?

Прошло несколько мгновений молчания. Это единственный раз, когда Ботаник спрашивает разрешения дать кличку.

Клевер уже хотела уйти, но голос Красной ее остановил.

– Велик, значит?.. Что ж, мне нравится.

– Серьезно!? – воодушевилась Клевер, и музыка из комнаты стала чуть громче. – Тогда, ты – Велик Велосипедист.

– Мужской род?

– Но не одной же мне ходить Ботаником?

Они обменялись улыбками и разошлись.

После звучали еще песни о дружбе, которые пели Иосиф Кобзон, Муслим Магомаев. Очень много детских и лагерных песен.

С голосами еще не старыми и не взрослыми песни звучали спокойно, но звонко и бойко. Даже старые песни становились новыми на их устах. Так же, как и музыка.

Часть 1 Глава 17

Глава семнадцатая

1 декабря 2017г. Пятница

Время близится к обеду, и Паша с Машей решили выйти на прогулку вместе с Мариной.

В тот момент, пока Марине надевали ботиночки, та болтала о чем–то своем без умолку. Это старалась говорить Голубая. Все они начали пытаться разговаривать с близкими. Пока получается не очень, но все еще впереди. Только Велик немного отмалчивалась. Ей говорить было не о чем.

– Больно на шерстяные носки! – пыталась сказать Голубая.

– Может, надеть две пары простых носков, чем издеваться над ней так?

– Ты прав, ладно, подай голубые носочки тогда.

– Неужели, спасибо! – Ей казалось, будто она смогла достучаться до папы.

На улице все было одето в белый и пушистый снег. Только дороги четко видны. Машины ездили, как ни как.

И вот, в эту замечательную, солнечную, но немного морозную, погоду, Мария и Павел с Мариной вышли на прогулку по накатанной дороге.

Странное дело, вроде как, и раньше выходила Голубая на улицу и каждый раз удивлялась свежести воздуха за пределами стен дома. А сейчас будто новой волной окатило! Может, это оттого, что раньше они выходили на прогулку только ближе к вечеру, чтобы не было слишком жарко или наоборот, слишком холодно.

Сначала Голубая удивилась свежему воздуху. Потом она начала всматриваться в пейзажи и заметила иней на деревьях. Любому человеку иней показался бы колючим, как елочка, а ей пришел на ум снег, который уцепился за ветки и «уселся» на них, словно птица, которая сидит тихо–тихо, чтобы не заметили, и внимательно наблюдает за людьми, проходящими мимо. Вдруг вдалеке, почти на конце улицы, она заметила что–то красное. Голубую это очень заинтересовало, поэтому она буквально побежала в ту сторону, где заметила пятнышко. Она бежала изо всех своих сил, не замечая ни криков родителей, ни свежего воздуха, которого становилось в избытке в лёгких.

Вместо того чтобы глотать этот свежий воздух, она натянула шарф на щеки и закрыла нос, чтобы еще и его не обморозить. Вот она бежит все дальше и дальше. Пора бы и разглядеть, что это за красная точка такая.

Но была видна только какая–то старушка с цветочным горшком в руках. Голубая остановилась в пяти шагах от незнакомки. Тут подоспели и родители. Они запыхались и только успели удивиться, как их маленькая дочурка умудрилась не сбить дыхание при таком бешеном темпе.

– Извините, – отдышавшись, начал Павел. – Мы вас не напугали?

– Нет, что вы, что вы! – радостным тоном начала бабушка. Статная старуха была немного полновата, но по ее огрубевшим рукам и доброму, одновременно суровому, лицу, можно сказать, что она хорошая хозяйка. – На этой улице много молодых семей живет. Уже привыкли, что детишки все время по дороге бегают. Даже машины тут проезжают, только если в детский сад чадо надо завести. Или уж по какому–то очень важному делу. Все побаиваются, вдруг детишки на дорогу выбегут, не дай Бог!

– А мы слышали, что эта улица была одной из первых, – Маша оглядела несколько домов беглым взглядом. Все они выглядели так надежно, будто, действительно, на века строили. И новыми казались из-за аккуратности работы или благодаря заботе хозяев.

– Так лет десять назад тут жили одни старики. А потом, как дети да внуки переехали, так и порядок начали наводить и за этим порядком, потом, следить. А вы–то, когда переехали, как вас звать?

– Мы живем большой семьей в том крайнем доме, – Паша показал рукой в сторону начала улицы. – Нас всего в семье восемь. Мои родители, Юниковы Николай и Василиса. Родители Маши, Юниковские Калерия и Андрей.

Он слегка коснулся плеча Маши ладонью.

– Моя сестра Клара и наша дочурка, Марина. А я Павел, можно Паша. Приятно познакомиться.

– И мне очень приятно. Меня зовут Алина Петровна Соларбимова. Я живу с мужем, Михаилом Петровичем, сейчас он отдыхает. А дети и внуки катаются где–то, по делам уехали, – Алина Петровна о чем–то подумала, а потом спросила: – И это вы, что ж получается, досюда от самого начала бежали?

– Да, пришлось догонять, мало ли что может случиться.

– И то, верно. Ну, красавица, – Алина Петровна села на корточки перед Мариной. Та не сводила глаз с цветочка. Что, нравится? – Голубая кивнула несколько раз. – Держи, дарю! Дед, зараза такая, говорит, мол, красный, значит ядовитый! Иди, говорит, да выбрось. А мне жалко, давно он у нас. С самого заселения, а это было не в прошлом году, понимаете?

– Конечно, понимаем. Тогда сделаем так: пока Марина не вырастит, мы будем ухаживать за цветком. Как вырастит, сама начнет, а?

– Нет! – неожиданно и в то же время радостно выкрикнула бабушка. – Вы девочке только помогайте ухаживать, сами больно–то не лезьте. Даете ей бокальчик или леечку маленькую с водичкой, подносите к горшку, а она сама выливает. И всё! А то приучите, и она постоянно забывать будет поливать.

Обратно домой они уже шли пешком, а Голубая несла горшок с цветком в руках и никому не отдавала его.

- На! Дарю! - обратилась Голубая к Клеру. Та даже опешила.

– С-спасибо тебе.

– Да не за что. Мне он тоже понравился.

– Кстати, я тебе имя придумала.

– Имя? Ты имеешь в виду прозвище?

– Да. Ветер. Ветер, Бегунья.

– Здорово, мне нравится!

Она, словно ветер, бушующий и сильный. И ей нужен не такой же ветер. Ей нужен тот, кто сможет этот ветер обуздать…

Велик проснулась от перешептывания огоньков. А слова из сна сразу забылись.

Часть 1 Глава 18

Глава восемнадцатая

21 марта 2018г. Среда

– Ну, вот, почему вчера было так скучно?! – во весь голос прокричала Ветер.

– Потому что вчера комната никого не пустила внутрь, – фыркнула Кисточка.

А сегодня все уже на нервах, пройдет Желтая, или нет.

– Да ладно! – простонала Клевер. – Как по мне, мы уже давно привыкли к сюрпризам, которые нам преподносит эта комната почти каждый день! – на предпоследнее слово она поставила слишком сильное ударение. – Вспомните, что случилось с нашей Гимнасткой, помнишь, а, Лента?

– Да, как такое можно не запомнить. Никогда не забуду то жгущее ощущение.

17 марта 2018г. Суббота

День выдался спокойным и тихим в ту дату, но вечер потряс всех! Как раз тогда в комнату смогла зайти Синяя. Она увидела рекламу по телевизору, а затем родители включили для нее детский канал. Ну, никого из них мультики больно–то не интересовали. Но Синюю очень заинтересовали динамичные движения актеров в фильмах и за пластика спортсменов на соревнованиях. И вот, именно в этот день, на этом канале показывали отрывки выступлений гимнастов. Что–то вроде рекламы или для какой–то передачи, точно не припомнить. Здесь и познакомилась Синяя впервые с гимнастикой.

Боже! Как же ей понравились выступления девушек с ленточками, кто во что горазд! Синяя следила за экраном очень внимательно и наблюдала за каждым движением всех девушек, которые выступали.

Сначала она просто раскачивала ноги взад и вперед, иногда меняя левую ногу на правую. Потом девочка начала размахивать руками, делая не только круговые движения, но и рывки. Со стороны это казалось довольно веселым и безопасным занятием. Однако, когда девочка начала пробовать прыгать с разбега, бабушки и дедушки забеспокоились.

Синяя успела проехаться правым коленом по ковру и получить небольшой ожог, но она не остановилась и продолжила прыгать, невзирая на боль. Последней каплей было то, что Синяя попыталась прыгнуть и перекувыркнуться. Однако комната вовремя ее остановила. Точнее, она просто вытолкнула Синюю. И неизвестно, чем бы этот кувырок закончился. Ведь вряд ли бы Синяя закричала, если бы почувствовала боль. Комната сделала все сама. После того, как Синяя покинула ее, Марина, машинально почувствовав боль, начала кричать.

– Ну, ты даешь! – удивилась Ветер. – До последнего скакала. И не больно было?

– Может и больно, – Синяя улыбнулась.

– В смысле?

– Кажется, я нашла то, чем буду заниматься дальше. Это так интересно, уметь то, что не может обычный человек. Какие движения. Сколько нужно сосредоточенности и внимания. Всё должно быть идеально!

– А мне кажется, мы нашли для тебя кличку! – обрадовалась Ветер. – Ты будешь Лентой.

– Лента?

– Да, – Ветер обняла Синюю одной ручкой. – Лента, Гимнастка. Что скажешь?

– Здорово! – Лента захлопала в ладоши. – Мне очень нравится, спасибо.

Пока Ветер разговаривала с Лентой, Клевер подошла к Желтой.

– Теперь только ты у нас без занятий осталась.

– Ничего, не переживай. Мы еще не пошли в детский сад, а значит, время еще есть.

– А давай поспорим на то, что ты не сможешь найти себе занятие в этом месяце.

– А давай! – Клевер пожала руку Желтой, и они разошлись.

Желтая понимала, что Клевер это сделала для нее, просто, чтобы был стимул действовать. Ведь победа или проигрыш ничего им не дадут. Своеобразная помощь...

– Да, тогда я даже рада была, что комната не позволила ей закончить, – заключила Клевер. – Думаю, нам травмы ни к чему.

– Это точно, – Желтая думала о своем, ведь скоро неделя кончится, и придется признать поражение

Но родители тоже не дремали и медленно вынашивали свой план. С их последнего разговора по душам мало что изменилось. Как бы то ни было, они по–прежнему хотят, чтобы их дочка увлекалась спортом. Тогда Паша предложил сводить Марину в боксерский клуб, после дня рождения. Может, понравится.

Сейчас они собирались поехать в этот клуб на машине, поэтому Паша направился заводить автомобиль. Маша одевала Марину.

Бабушки, дедушки и Клара будут потом с упоением слушать рассказ о том, как прошла поездка и что там приключилось.

Через полчаса они собрались и направились в центр города.

Погода стояла пасмурная, с неба падал сырой снег, который на асфальте превращался в настоящую грязную кашу.

За уже знакомым нам магазином игрушек скрывалась другая улица. Свернув налево, Павел проехал пять домов и остановился возле небольшого здания, напоминавшего снаружи простенький ресторанчик без вывески, рекламы и прочих атрибутов для привлечения посетителей. Просто дверь, смещенная от центра в правую сторону, а над ней небольшой навес. Ну, еще крылечко, чтобы если дождь будет, ноги не промокли.

Когда они зашли, услышали, как бьет перчатка боксерскую грушу, как ботинки скользят по рингу, а тренер по боксу ведет обратный отсчет.

Марину спустили на пол и у нее сразу же разбежались глаза. На что, на что смотреть?! На то, как боксеры разминаются перед началом боя или лучше посмотреть на сам бой? Вот черт, а он уже заканчивается. Скорей туда! А потом туда! Как же…

В голове у Желтой все перемешалось, ей хотелось увидеть все и сразу, но тут перегородил дорогу какой–то парень. На нем сырая от пота майка, спортивные штаны, а на руках он затягивал перчатки.

– Чем можем помочь? – у него были короткие каштановые волосы, ярко–карие глаза – почти желтые - белые зубы, смуглая кожа и тихий приятный голос.

– Мы просто посмотреть пришли, – начала Маша.

– Даже показать. Наша дочка, Марина. Надеемся, в будущем спортсменка.

– О, – протянул парень. – Интересно, а задатки имеются? – парень сразу показался добрым и приятным человеком.

– А мы и не знаем даже…

– А давайте проверим!

Парень встал возле груши и подозвал своего друга к себе.

– Леша, подержи, чтоб не моталась сильно.

– Ладно.

Марина подошла немного ближе. И вот звучит первый удар!..

За ним второй, третий. И все такие звонкие! Словно в воду что–то шлепается пластом. А перед звоном свист, как у соловья разбойника. Желтая начала оглядываться по сторонам.

– Никто не смотрит. Наверное, потому что никто и не видит меня, а к звуку уже все привыкли, – Желтая немного задумалась. – Ну, и хорошо, значит, можно делать все, что хочешь!

Желтая осмотрела все скамейки и увидела небольшие перчатки. Она взяла их, успешно надела на обе руки и попыталась затянуть завязки, что вышло с трудом. Теперь она подошла к груше и подняла красные перчатки перед носом. На лице серьезный взгляд, но со стороны она выглядела она довольно забавно. На ней были синие брючки, желтая кофта и простая шапочка без завязок. А из–под шапочки выглядывали темные волосы. А перчатки, которые она натянула, доставали едва ли не до локтей. Но на ногах девочка стояла твердо и стойку держала ровно.

Ноги поставила шире, согнула в полуприседе, как парень, который за ней наблюдал. Боксёр и не думал смеяться или шутить, он был самим вниманием. Ему частенько приходилось смотреть на новичков, еще школьников, но он всегда относился к ним с полной серьезностью.

Желтая отвела правую руку назад, разворот правой ногой, бедрами, всем телом и удар!..

Тишина пронзила весь зал.

Все обернулись в начало зала и посмотрели на знакомого им профессионала боксера. А затем на девочку, которая стояла рядом с ним, возле груши. Боксеры посмотрели в ту сторону лишь для того, чтобы увидеть, кто сделал такой легкий удар, чтобы посмеяться.

Но смеяться было не из–за чего, ведь удар будто сделал человек, знающий свое дело. А для такой малышки он был достаточно громким. Желтая стояла в пол оборота и наблюдала за всеми спортсменами. Они смотрели на нее так, будто пытались вспомнить что–то, или даже, скорее, кого–то. Такой удар уже кто–то повторял.

– Ребята, – начал парень, стоявший рядом с Мариной. Он поднял ее на руки и продолжил. – Будем ждать, когда вырастит?

- Конечно!

Часть 1 Глава 19

Глава девятнадцатая

– Ну, как, понравилось? – спросила с нетерпением Клевер.

– Ну, пари ты, в любом случае проиграла.

– Эх! – Клевер почесала затылок, а затем сказала еще кое–что. – Я тут с Художницей по поводу прозвища посоветовалась. Она предложила такой вариант: Перчатка, Боксер. Как тебе?

– Боксер? Не Боксерка?

– Такого слова вообще нет, так что не пудри мозги, ни себе, ни мне.

– А я думала, ты из вредности, чтоб одной не остаться с прозвищем в мужском роде.

Ботаник засмеялась.

– У меня на это Велосипедист имеется.

2 апреля 2018 г. Понедельник

Апрельский день выдался довольно спокойным, даже слишком спокойным. Во всем доме звучала песня Slipknot – Wicked Game. Бабушки были в школе, так же, как и Клара; она готовилась к экзаменам, которые ей предстояло сдавать уже в этом году. Да, к сожалению, время летит быстро, и мы не успеваем оглянуться, как уже нужно покидать свой дом, учиться, искать свое призвание или оправдывать надежды родителей.

Пока дедушка Коля нянчился с внучкой, а дедушка Андрей печатал статьи, Маша и Паша перебирали газеты и смотрели объявления о работе.

Вот ведь ирония: пока дети ищут работу в газетах, отец в эти самые газеты размещает свои статьи и оформляет объявления.

Только через некоторое время они осознали это и додумались все–таки спросить совета у Машиного папы.

– Работа, для вас, имеете в виду?

– Да–да, именно.

Николай сидел на полу вместе с внучкой. Марина посмотрела в сторону родителей.

– Ну, у вас математический склад ума, так–то вы неплохо разбираетесь и в других областях. Хорошая память и вы оба заканчивали факультеты социологии. Ещё и педагогический... Может, вам наняться в репетиторы? Попросите совета у мамок, они уж точно смогут вам помочь в этом деле.

– Хорошо, спасибо, папа.

В то время как родители Марины вели беседу с Андреем Владимировичем, а из колонок доносилась песня группы Ozon – Crede–ma, возле комнаты находилась Велик и терпеливо ждала. Она ждала, когда откроется комната. Облокотившись о стену, Велик наблюдала за экраном и испытывала какое–то странное ощущение. Ей начало казаться, будто за ней кто–то наблюдает. От этих мыслей отвлекла Клевер, когда подошла со своим, как всегда глупым, вопросом. Скорее всего, именно она и вызывала то ощущение.

– Ждешь? – этот вопрос всегда касался того, кто стоял возле комнаты, и ожидал ее открытия.

– Жду.

– А может, не стоит ждать? Само придет. Давай в картишки с кем–нибудь перекинемся. Меня, вон, Праздник научила. Эй! Гулена, научишь Велика играть?

– Да, не вопрос! Подходите!

Клевер слегка подтолкнула Велика к веселой компании, и они вместе сели на пол.

– Я сама недавно увидела, как в эту игру родители играли. Это игра в «Дурака». У кого останутся карты, тот и проиграл.

Она начала раздавать карты на двоих – на себя и Велосипедиста – попутно объясняя правила игры.

– У меня тройка, – сказала она с улыбкой.

– Ходи.

Их партия проходила тихо и спокойно. Каждый из них внимательно следил за картами, а Праздник успевала вести беседу с Кисточкой и Клевером. Остальные же наблюдали за положением карт у Велика, но ни у кого даже в мыслях не было пытаться жульничать. Как бы парадоксально не прозвучала следующая фраза, это была честная игра в карты.

В итоге, она закончилась следующим образом. У Велика в руках остались три карты. При этом все козырные.

– Не переживай, – сказала Гулена. – В следующий раз повезет.

– Ага, – буркнула Клевер. – Если повезет.

Вот именно,если повезет. Потому что, кто бы ни играл с Гуленой до этого, всегда победителем выходила именно она.

– Ну, вот, почему именно так?! Как так–то? – отчаянно кричала Клевер после очередного проигрыша. – Ты ведь об этой игре сама не так много знаешь.

– По–моему, все просто, – отвечала она, перетасовывая карты. – Дело вот в чем. Грубо говоря: в то время как вы играете со мной по одной партии, я успеваю сыграть с вами семь раз!

Она была права. Пока они выстраивались в очередь для одной игры, она играла постоянно. Тогда только их осенило разбиться на пары.

– Здесь можно и общим кругом играть, – добавила она, пока Кисточка раздавала карты себе и Перчатке, Ветер обсуждала игру с Лентой, а Клевер усаживалась рядом с самой Гуленой. – Нужно делать ходы по кругу, вот и все.

– Попробуем после этих партий. Да? – все согласились с предложением Художницы.

Пока шесть огоньков наслаждались игрой, Велик снова вернулась к комнате и продолжила ждать ее открытия.

Когда комната наконец открылась, Велик, не торопясь, встала и вошла внутрь. Когда она прикоснулась к экрану, увидела перед собой родителей, которые собирались куда–то уезжать.

– Мы ненадолго тогда.

– Да, пап, присмотрите за Мариной.

– Да–да, езжайте уже! – прикрикнул на них Николай, чтобы поторапливались.

Велик все еще смотрела на происходящее с недоумением.

Оказывается, родители собрались в большую поездку по городу. У них был целый список дел.

Для начала, они должны заехать в школу к Калерии и Василисе, чтобы проконсультироваться по поводу работы. Оттуда мамы их направят в центр занятости, в первую очередь для того, чтобы там им пояснили основную цель работы, как лучше поступить и какие документы придется предоставить. Затем молодая пара вернется домой за документами и вновь отправится в центр занятости. После они опомнятся, что еще не подавали заявку в детский сад для Марины. Поэтому ещё заедут во все пять детских садов, чтобы оставить там свои документы. Но, чтобы Марине осталось место хотя бы в одном садике, нужно предоставить и ее бумаги тоже. Поэтому они опять вернутся домой, уже за документами дочери. После родители проедут все пять садов, и решат заехать в магазин за продуктами.

В общем, весь их день расписал лишь случай. Велик, если честно, была даже рада такому истечению обстоятельств, ведь именно с дедушками можно было спокойно посидеть и, если повезет, поговорить.

Коля подошел к Андрею, который сидел на диване с ноутбуком на коленях.

– О чем теперь думаем? – спросил Николай, заглядывая прямо в глаза своему собеседнику.

– С чего ты взял, что я о чем–то думаю?

– Потому что ты не пишешь.

– О, и ведь точно! – Андрей немного посмеялся над самим собой и продолжил печатать. – Кто бы мог подумать, что все обернется именно так. В тот день, когда мы так вот с тобой в последний раз говорили.

– Разве у нас с тех пор было мало разговоров? – недоумевал Николай.

– Еще не было ни разу, чтобы мы оставались с тобой вдвоем во всем доме и присматривали за малышней.

– Да, ты прав, – Николай вздохнул. – Давненько же это было.

– Ведь в тот день как раз решалось, как дальше жить будем в одном доме?

– Да, теперь этот вопрос нас как–то особо не заботит.

– И слава Богу! – прикрикнул воодушевленно Андрей. – Не нужно мне больше таких проблем.

– Мне, если честно, тоже. Я рад, что все сложилось именно так, – Николай понаблюдал немного за бегущими строчками, а затем возобновил беседу. – Так, над чем ты теперь работаешь?

– Над серией рассказов «Безымянные герои».

– Интересная идея, и как продвигается?

– А, знаешь, неплохо! – вновь воодушевился Андрей. – Уже успел несколько человек спросить про их работу, чем они занимаются и как ведут свою жизнь. Например, Сергей Львович.

– Ну, вряд ли его можно назвать «безымянным».

– Это, своего рода, тема, под которой я объединяю всех героев серии. Все они будут жителями нашего города. Еще когда мы жили в старом доме, Паша с Машей после прогулки рассказали, что с ними приключилось тогда. Помнишь? Они сходили в несколько разных мест в тот день. Недавно я посетил все эти места и спросил именно о тех людях, которые заинтересовали меня. Так я узнал, что все они очень сильно изменились с тех пор. Ходят на работу и исполняют свои обязанности так, будто это их совсем не интересует. Все говорят, что они постоянно где–то в облаках витают. А как им в глаза посмотришь, кажется, будто они и вовсе без души ходят. Бледные, испуганные и в то же время потерянные.

– То–то я думаю, почему Сергей Львович репертуар поменял, и выступать начал реже. Может, у них у всех болезнь какая–то душевная?

– ...А может этих душ и вовсе нет.

– Ну, ты, скажешь тоже! – засмеялся Коля; Марина успела залезть ему на колени и прослушать всю беседу. – Не может человек жить без души.

– Откуда ты знаешь?! – всполошился Андрей. – В наше время уже все возможно.

– Да это не научно даже! – Николай всплеснул руками.

– Причем тут наука? Дело в человеке, в человеке дело–то! Может, они уже умерли давно. Души их покинули, а тела продолжают жить и желания исполнять.

– Какие желания? – теперь Николай заинтересовался разговором по–настоящему.

– К примеру, мы всегда говорим о призраках в таком плане: призраки – это души, у которых есть какие–то незавершенные дела. А что, если на самом деле исчезает не тело, а душа? Что если душа исчезает, а тело остается и продолжает исполнять волю души. Такое ведь может быть?

– Ну, если только тело делает все машинально. Как душа раньше желала, так тело сейчас и выполняет, – Николай задумался по этому поводу всерьез.

– А что…что, если дать этому человеку другую душу?

– Возможно, тело будет сопротивляться этой душе и стараться выполнять то, чего хотела бы предыдущая душа, ну, я так думаю.

Этот разговор был на грани фантастики.

Правда ли, что тело без души может выполнять что–то машинально? А если так, выполняет ли она всё? Или только что–то жизненно важное? Вряд ли в этот список входит поход на работу.

Похоже, души решили принять этот разговор за чистую монету.

– Вы слышали это? – выйдя из комнаты, обратилась Велик к своим товарищам.

Конечно, они это слышали. После начала разговора они сразу же побросали все свои карты и подошли к комнате, чтобы не упустить ни одного слова.

– Да, – начала Перчатка. – Может ли быть такое, что Марина осталась без души сразу после рождения, и мы стали ее заменой?

– И теперь можно думать, что мы здесь одни. Ты об этом хочешь сказать? – выразила свои мысли Кисточка. – Какое тогда, по–твоему, желание движет им, пока нас нет?

– Жить.

Все посмотрели на Клевера. Она стояла, уставившись в пол и наблюдая за тенью, которую отбрасывала Велик.

– Только желание жить объединяет все действия и объясняет их. А нас тело не пускает, чтобы выполнять эту функцию и жить самому. Вот в чем фишка! Нам нужно ей помогать и пытаться оживить ее тело и, если получится, этим вернуть душу.

– Может, и выйдет, – над сказанным задумались все.

– Тогда, решено! Своими действиями мы попытаемся исполнить желание Марины и заставим жить ее тело полной жизнью!

Они отошли от комнаты и начали воодушевленно обсуждать следующий день…

…

– Глупо, как же глупо думать, что кроме тебя нет больше никого…

– Тише, а то услышат!

– Что, услышат? Да они никогда нас не слышат и не думают о нас, так что бояться нечего. Они даже не знают о нашем существовании.

– Уверена?

– На все сто! Не переживай, не переживай…

Часть 1 Глава 20

Глава двадцатая

1 мая 2018г. Вторник

– Как?! – спросила Василиса, когда домой зашел Паша.

Все ждали его появления с большим нетерпением. Целый месяц он и Маша добивались того, чтобы получить место в детском саду для Марины.

– Ну…

– Не томи.

– Говори же!

– Успокойтесь, дайте хоть слово вставить.

Воцарилась тишина.

– Во–первых, чтобы договориться с садиком, мне пришлось договариваться через школу. Вас там, маменьки, очень не хватало. В итоге, мы сошлись на том, что Марина пойдет в детский сад Дружок №1. А после этого пойдет в ранее упомянутую школу, то есть в нашу, первую!

Тишина длилась всего мгновение после того, как Паша закончил говорить. Сколько было криков счастья и победы, когда Паша огласил такую хорошую новость. Девочка будет не только в садик ходить, но и в школу пойдет именно ту, где учились родители и преподают бабушки. Оставалось лишь дождаться сентября. А пока будем ждать, нужно упомянуть и последний разговор наших семи душ.

После второго апреля текущего года они старались сделать каждый день разнообразней и лучше, чем предыдущий. Честно, если бы за их стараниями кто–то наблюдал, то искренне порадовался бы.

Вот и в этот день чудо не покинуло нашу Марину и ее души. Когда Кисточка вошла в комнату, причем с первого раза, она сразу принялась приводить в действие свой план и старалась успеть все, пока комната ее не выгнала. Но комната ждала терпеливо, будто наблюдая за всеми действиями через экран.

Было послеобеденное время и день праздника, поэтому девочка знала, что все магазины сейчас открыты. Она подошла к Калерии и произнесла неуклюже:

– Исавать татю.

Сначала все были в недоумении, что она сказала и как это понимать, но Василиса и Калерия, как учителя со стажем, в момент различили два слова и поняли их смысл.

– Поехали в магазин канцтоваров, – скомандовала Калерия, и тут же была снаряжена машина, водителем которой стал Андрей.

Невероятный ребенок. Так–то подумать, она начала говорить очень рано, но сказать осмысленную фразу, когда тебе чуть больше двух лет, это выше человеческого понимания.

Итак, они приехали в центральный магазин канцелярии, в котором был наибольший выбор. Находится он по соседству с боксерским клубом. Да, именно с тем клубом, в который водили Перчатку. Справа от клуба обустроен ресторанчик для перекусов, а слева довольно большая канцелярия. В нее–то и направилась наша компания, состоящая из Калерии, Андрея и Марины, которая была у него на руках. Войдя в здание, бедная Кисточка не знала, на что смотреть. Вокруг были не только тетради и ручки, но и множество школьных принадлежностей: бумага, краски, кисточки, карандаши, и всё это не одного вида. Все высококачественное и все известной марки. Как мимо такого можно пройти?

– Так, начнем с холста. Нам ведь не только к садику нужно готовиться, но и к школе. Поэтому не спорь, Андрей.

– Ладно, только для садика подбери что-нибудь менее профессиональное.

– Не учи ученую!

Конечно, Калерия знала намного больше, чем Андрей, но она сразу обратилась взглядом к своему любимому прилавку, где обычно берет все для своих картин. Так что Андрей остановил ее вовремя.

Калерия немного подумала и решила все–таки начать с простого. Чтобы ничего не забыть.

Маленьким детям интересен не карандаш, а цвет этого карандаша.

– В графике она пока рисовать не будет, поэтому возьмем краски шести цветов и одну обычную безымянную толстую кисть. Так, хорошо, еще пачку цветных карандашей. Это ей на первые года три, возьмем красок две штучки. Теперь подумаем о том, где ей рисовать! Как думаешь, лучше альбом с отрывными листами или со скрепками?

– Возьми три со скрепками и один отрывной, а там видно будет.

– Ладно, теперь для школы. Ну, пенальный набор, само собой, пригодится всегда. Только пенала возьмем тоже два. С одним будет в школу ходить, а другой для художника, свернутый в рулон. Помнишь, с каким я ходила?

– Бери, может, будет так же, как и ты, всегда с собой таскать?

– А, знаешь, неплохо будет! Лично я буду только рада!

Она прошла по многим полкам по несколько раз.

– Карандаши разной жесткости и мягкости есть, краски двадцати четырех цветов, пастель, гуашь, палитра…

– А ты не на шутку разошлась.

– Кисти! Точно, кисти! Как забыть могла? Возьмем двенадцать кистей разных размеров и одну плоскую. Теперь всё. Листы взяли? Всё. Теперь и на кассу можно идти.

– Мы здесь почти час, – сказал Андрей, когда отдавал Марину на руки Калерии, а сам забирал две коробки канцелярских принадлежностей.

– Ничего, так, сейчас дома ей нужно будет достать краски, кисточку, альбом и карандаши, а остальное поставить в ее комнату, чтобы сохранилось до школы.

– В пенал не забудь сложить по карандашу, ручке, ластику, точилке, ну, ты в курсе.

– Да–да, не волнуйся.

Кисточке этот поход вовсе не наскучил. Она наблюдала за всеми действиями бабушки и наматывала их на ус. Когда она начнет ходить в школу, будет так же после школы заходить в этот магазин и брать все, что ей будет необходимо для работы.

Когда машина вернулась в гараж, а старики с внучкой в дом, Калерия сразу вытащила альбом и краски со стаканчиком, а Андрей понес остальное в спальню Марины.

Обычно дети не знают, куда сначала нужно макать кисточку и как действовать дальше, поэтому они пытаются схватить краску кистью сразу, без воды, и нанести ее, таким образом, на лист. Но Марина оказалась смышлёнее. Кисточка всегда наблюдала за тем, как бабушка пишет свои картины и поэтому точно осознавала: прежде, чем совать кисть в краску, ее нужно обмакнуть в воде. Дальше уже наносить на лист. Она попыталась нарисовать тот самый пейзаж, что и бабушка, когда девочка еще только родилась. Художница нарисовала красное небо на половину листа, а на нижнюю половину нанесла зеленую краску, изображая траву. К сожалению, людей девочка рисовать не умела, поэтому она просто поставила на лист по порядку точки разных цветов. При их смешении, она заметила, что из слившихся вместе цветов получился другой цвет.

Но альбомный лист стал слишком влажным, поэтому она не рискнула рисовать дальше. Кисточка забыла еще одну важную деталь: у бабушки на столе, помимо этих принадлежностей, всегда лежала тряпочка, которой она убирала лишнюю влагу с листа.

– Не волнуйся, – успокоила бабушка девочку. – Для первого рисунка очень даже хорошо.

Но пугаться или волноваться Кисточка даже и не думала, ведь она уверена в своем дальнейшем успехе! А поэтому решила, что это ее самый волнующий в жизни первый шаг. Ее руки вспотели, пока она водила кистью по воде, а тело бросило в жар, как у школьника перед толпой людей.

– Как вам? – спросила Кисточка, выйдя из комнаты.

– Хорошо для первого раза, – начала Клевер. – Но я бы лучше нарисовала.

– Помолчала бы! – прикрикнула на нее Кисточка и слегка ударила по–дружески по плечу.

…

– Дедушки на них хорошо подействовали. Может, чаще их в комнату пропускать?

– А они ничего не заподозрят?

– Мы, в любом случае, рано или поздно, покажем себя.

Часть 1 Глава 21

Глава двадцать первая

20 июня 2018г. Среда

– Ну, что? – спросила Маша у Павла. – Как решили? Как в прошлый раз или теперь по–моему?

– Давай, по–твоему, – на этот раз сдавать начинает папа.

Пока родители разговаривали о своем, бабушки с дедушкой вели беседу в своей компании.

– Что, снова спорят? – спросил Николай у собеседников.

– Ага, для них двадцатое марта и двадцатое июня, как один и тот же день, – вздохнула Калерия. – Решили сегодня сделать подарок для Мариночки. Не знаю, чем обернется.

– Думаю, тем, что они поедут в спорт-магазин и возьмут перчатки для велоспорта, бокса и спортивную обувь. Тоже для бокса, – Василиса уверена в исходе.

– Ага, и выиграет здесь Маша, – Андрей солидарен с Василисой.

Разговор родителей Марины подходил к концу.

– Ну, значит, решено! – Маша повернулась к родителям. – Едем в спорт-магазин!

Бабушки и дедушки переглянулись между собой с улыбкой, обозначавшей: «Кто бы сомневался».

Вот они уже всей семьей подъезжали к магазину. Он находился там же, где и мебельный центр, только в самом конце ряда. Зайдя в магазин, Перчатка сразу обратила внимание на подростковый отдел, а не на детский. Также ее очень заинтересовал взрослый отдел. Но туда они зашли только после первой покупки. Потом уже начали смотреть вещи на вырост. При этом каждый смотрел на свой лад. Все видели в Марине разных людей, которые занимаются спортом. Родители представляли боксера, дедушки велосипедиста, а бабушки бегунью и гимнастку, поэтому и одежду они высматривали по своим меркам, чтобы потом не теряться.

– Все! – отрезал Николай. – Хватит, поехали домой. А то получится с Мариной, как с поговоркой: «Без меня, меня женили».

Он был прав. Хоть души внутри Марины и не были против такого расклада, нельзя утверждать, что девочка будет заниматься именно этим. Сейчас их идеи являются лишь желаниями и мечтами, которые лишь возможно, станут явью. Но решать это будет уже Марина.

21 июня 2018г. Четверг

– А соседи у нас, действительно, хорошие люди, – начала разговор Маша за завтраком. – Хозяйка такой чудный парник держит. Там не только овощи, но и цветов много!

– Цветы? – Клевер подошла поближе к экрану, чтобы услышать весь разговор.

– Она всех нас в гости приглашала, что скажете?

– А что, – поддержала беседу Калерия. – Это совсем не плохая идея. Когда она нас ждет?

– Сказала, нам можно прийти в любое время, только если с нами будет Марина. Уж очень ей хочется на нее посмотреть!

Таким образом, было решено, что после завтрака они отправятся к соседям.

Соседи, действительно, оказались довольно приятными людьми. И парник они держат не для продажи, а для себя. Внутри так тепло, что можно было зайти зимой в одних шортах и майке и все равно не замерзнуть.

Женщине лет пятьдесят, как и ее мужу. Они занимаются этим парником с того момента, как поселились на этой улице. И им нравится это занятие.

Оба они очень похожи друг на друга, словно брат с сестрой. У обоих черные волосы, где–то с проседью, серо–зеленые глаза, курносые, ресницы короткие. Кожа загорелая, а руки белые и гладкие.

– Кто же это к нам пожаловал? – начала Варвара Владимировна и позвала своего мужа. – Владислав, посмотри на наших гостей! А то уйдут!

– Ну, шуточки, как всегда, на высоте, – посмеялся дед над своей старухой.

– Вы любите цветы, юная леди? – Неожиданно по–взрослому обратилась Варвара к Марине, меняя тонкий голосок на свой тембр.

Клевер вовремя зашла в комнату и услышала суть. Она трижды резко мотнула головой.

– Тогда, – бабушка распростерла руки, приглашая Марину в их садик. – Прошу, проходи в наш скромный мир.

Клевер так обрадовалась этому приглашению, что едва не споткнулась о вазон с растением под названием монстера, когда побежала навстречу садику. Для Клевера это место показалось самой настоящей сказкой. Повсюду цветы, зелень и запахи. Эти запахи буквально сводили ее с ума.

Поразительно, до какой степени нужно любить цветы, чтобы так радоваться их появлению в своей жизни. Каким заядлым цветоводом нужно было стать в прошлой жизни, чтобы сохранить привычки и в следующей.

Девочку едва вытащили из цветника, в восемь часов вечера.

– Теперь моя душа спокойна, – сказала Клевер с облегчением, когда вышла из комнаты. – Ощущение, будто я нашла свой рай, и больше мне ничего не надо.

– Из–за чего ты стала такой спокойной? – поинтересовалась Ветер.

– С этого дня моя кличка оправдывает саму себя!

Все сначала посмотрели на нее с недоумением, а затем начали хохотать во все горло, удивляясь ее непосредственности. Кроме Велика, она просто улыбнулась, чему никто не удивился.

13 июля 2018г. Пятница

Если по статистике в несчастье дня пятницы тринадцатого верит каждый третий человек, то нашу семью эта статистика обошла стороной. Никто из них не верит в суеверия. Тем более, такие глупые и наивные, по их мнению.

– Бегай, доченька, бегай, – приговаривал Паша и смотрел на Марину, которая нарезала круги по большому двору.

Это была Бегунья. Иногда она останавливалась, делая небольшие передышки. Тогда к ней подбегал папа, отряхивал с нее всю пыль и вновь продолжал наблюдать за марафоном. Почему отряхивал? Потому что она останавливалась для передышки только тогда, когда падала.

Погода стояла жаркая, поэтому никто не решался выйти на улицу. Только Марине хотелось побегать по двору и немного размяться. Вместо Паши могла бы посидеть и Клара, только вот она была в городе и поступала на кафедру психологии.

– Может, ты уже угомонишься? – рявкнула Клевер, подходя к комнате. – Ты измотаешь тело.

– Не измотаю!

– Ну, да, тебя быстрее комната выпрет, чем ты сама выйдешь.

– Помолчи! И не мешай мне…

Договорить Ветер не успела, потому что пророчество Клевера сбылось, и Ветер пулей вылетела из комнаты.

– Хех, я же говорила.

– Нечего было каркать! – Ветер была готова взять Клевера за грудки.

– Этого следовало ожидать, так что нечего огрызаться на меня.

Ветер быстро остыла, осознав, что Клевер права.

Она еще немного постояла рядом с комнатой и сказала:

– Может, правда, что говорят про пятницу 13?

Клевер сначала смотрела на нее с недоумением, а затем засмеялась во все горло.

– Человек сам во всем виноват, запомни.

Эти слова еще долго трещали в голове у Бегуньи. То ли понравились ей эти слова, то ли нет.

Ближе к вечеру семья начала выбираться на улицу, кроме Марины, она заснула через полчаса, после того как зашла.

25 августа 2018г. Суббота

– Снова ты в этот телевизор уставилась! – Чуть ли не в один голос закричали Ветер с Кисточкой на Ленту. – Ты не только испортишь глаза, но и опять можешь начать свою акробатику. Отойди от телевизора, от греха подальше!

– Не хочу–у, – протянула Гимнастка.

Бабушка Калерия начала беспокоиться за внучку. Она уже долгое время не вспоминает про свои кисти и краски. Но как напомнить, чтобы не спугнуть малютку своей настойчивостью?

Увы, но ответа на этот вопрос Калерия не дождалась. Сейчас для внучки было важно совсем другое занятие.

Вообще, никто из родственников никак не может проследить за желаниями и увлечениями Марины. Сегодня ей нравится одно, завтра другое, послезавтра третье, через неделю снова нравится первое. Конечно, за этим бешеным графиком проследить невозможно, если только ты не знаешь, что творится в голове у этой девочки. Ну, или в сердце.

– Слушай, – вдруг начала Ветер. – А ты попробуй отвлечься. Сходи на улицу, попроси родителей.

– Хорошо бы, – начала Лента. – Но я знаю, что будет скучно.

– Почему ты так категорично решила?

– Потому что я знаю. Без друзей всегда скучно. Эх! В такие моменты я даже жалею, что у нас одно тело на всех. Может, мы бы прогулялись немного все вместе, узнали, как выглядим, хотя бы.

– Это, конечно, но…

Ветер не успела закончить, потому что во входную дверь кто–то постучался.

– Можно к вам? – спросил знакомый голос.

Дверь открылась и вошла Варвара Владимировна, а с ней мальчик, чуть старше Марины.

Он был точной копией своего дедушки. Такие же чёрные волосы. Глаза, ресницы, нос. Только руки были до того огрубевшими, что казалось, будто он на них ходит вместо ног. Гимнастка внимательно осмотрела мальчика с ног до головы.

– Познакомьтесь, это мой внук, его зовут Артем. Он всего на год старше вашей Марины. Думаю, они вместе пойдут в садик!

– Ой, как же хорошо! – воскликнула Маша вместе с бабушками. – И как удачно вы про нас вспомнили.

– Внучку у нас скучно, он флорой и фауной не увлекается, вот мы и решили его познакомить с Мариной. Вы не против?

– Конечно, нет! Наша девочка тоже скукой страдает. Вон, глядите, в телевизор уставилась.

Маша хотела указать на Марину, которая минуту назад смотрела передачу, но Марина уже не сидела возле экрана, а целенаправленно шла к Артему, чтобы рассмотреть его поближе.

Да, несмотря на столь юный возраст, его строение тела уже вполне укомплектовано. Плечи чуть шире, тело слегка вытянутое, но стройное и отлично слаженное, словно у настоящего гимнаста! Только, разве что, маленького.

Гимнастка немного замялась, будто застеснялась. И вдруг голос:

«Встречаем нашу восходящую звезду гимнастики!»

Эта фраза по телевизору прозвучала так неожиданно, что Лента даже вздрогнула. Но быстро опомнилась, взяла Артема за запястье и потащила к экрану. Диктор снова заговорил.

«Поразительно, но эта звезда появилась так же неожиданно, как и знаменитый город Безымянный, в котором он вырос. Хотя спортсмен медленно шёл к успеху с самого детства, лишь несколько лет назад о нём заговорили как о профессионале! Теперь же мы наблюдаем за настоящей звёздой лёгкой атлетики! Один из наших репортеров решил взять у него интервью».

У этого парня, похоже, студента, синие глаза. Пустые и глубокие. Он смотрел на всех так, словно что–то потерял, и это было чем–то очень важным для него и его существования. Артем, так же как и Лента, внимательно наблюдал за интервью. Они обратили внимание на его белые напульсники.

«Как ты считаешь, существует ли такой человек, который смог бы обойти тебя и побить твои рекорды?».

На этот вопрос он ответил со слабой улыбкой на лице.

«Поверьте, существует и не один».

«Ответ, как вы видели, был настолько коротким, что сразу стало понятно, какая наша восходящая звезда скромная».

– Боль...

– Что ты сказала? – переспросила Ветер, когда Лента выходила из комнаты.

– В его глазах не было ничего кроме пустоты и боли. Как такой человек может жить и добиваться каких–либо успехов?

– Может, этот человек живет лишь ради успеха?

– Все возможно. Хотя иногда мне кажется, что у меня такие же глаза...

После того, как Гимнастка увидела атлета по телевизору, она отошла в сторонку, подальше от всех, и замкнулась в себе. У нее сложилось о нем свое впечатление. Она почувствовала в нем что–то родное, что–то такое, что связывало их. Будто они сквозь экран стали родственными душами. Пока она рассуждала, Марина взяла Артема за руку и с улыбкой на лице повела к своим игрушкам.

– Может, в прошлой жизни я была спортсменкой или спортсменом? – спросила она тихонько у самой себя. – Может, это я? Там?

Но ей никто не ответил.

26 августа 2018г. Воскресение

– Чего ты такая грустная? – спросила Клевер у Праздника. – Мы теперь в карты учимся играть и ждем реванша!

Сказала она это так воодушевленно, будто уверена в победе на все сто.

– Что ж, – сказала Гулена, поднимаясь со своего места. – Вы получите реванш.

Прошли пять игр, в которых победитель был один, Праздник. Она обыграла всех, кто к ней подошел. Велик просто сидела в сторонке и внимательно наблюдала за всеми играми, скорее, от скуки, чем для какой–то цели.

– Да как ты это делаешь! – задалась вопросом Клевер.

– Серьезно, – вмешалась Перчатка. – Неужели дело в практике?

– Возможно, – Гулена продолжала тасовать карты и заметила, что Велик сидит в сторонке и краем глаза наблюдает за игрой. – Велосипедист!

Велик повернула голову.

– Не хочешь попытать счастье еще раз? Давай, соглашайся! Проведем три партии.

– Тогда ты войдешь в комнату? – неожиданно прозвучал ультиматум от Велика. – Я заметила, что ты не хочешь заходить.

– Мне и здесь хорошо…

– Не говори так, – все умолкли.

Праздник перестала тасовать карты, когда Велик оборвала ее, слегка повысив голос.

– Нельзя все бросать на половине пути. К тому же, – Велик подошла к толпе и села рядом с Праздником. – Ты единственная, с кем тело отдыхает, а не нагружается. Будь добра и окажи нам услугу.

Гулена немного подумала, а затем продолжила тасовать карты. Несколько секунд длилась тишина, в которой был слышен только шелест карт.

– Хорошо, – наконец прозвучал ее голос. – Только при условии, что ты выиграешь у меня хотя бы два к одному. Нет, даже если ничья будет, выиграешь.

– Договорились.

Гулена раздала карты. И вот, игра началась.

Но закончилась она так же неожиданно, как и началась. У обеих руки оказались пусты в конце.

– Ловко, – слегка дрожащим голосом сказала Гулена. – Ты ведь играла–то всего один раз. Ладно, тогда следующие две игры будут серьезными.

Буквально через пять минут закончились вторая игра и за ней последняя, где у Гулены в руках осталось три карты, как было у Велика в первой игре.

– Иди в комнату, – тихо сказала Велик, забирая оставшиеся карты из рук Праздника и кладя их в общую колоду.

Гулена смиренно встала и поплелась к комнате, рассуждая над игрой. Все остались под впечатлением и, словно околдованные голосом Велосипедиста, также потянулись ко входу.

– Я едва свела первую игру к ничьей, а две последние проиграла, – сказала она, задумавшись, когда зашла в комнату и встала перед экраном. Велосипедист осталась на своем месте и собрала карты.

– Еще неизвестно, кто вывел игру к ничьей.

Гулена встрепенулась и оглянулась по сторонам. Кто–то словно прочел все ее мысли и вынес ей приговор.

– Ладно! – вдруг сказала Боксер с невероятным воодушевлением. – Нам осталось совсем чуть–чуть. Еще немного, и мы пойдем в садик и начнем заниматься тем, что нам нравится. Но–настоящему и всерьез!

Эти слова заставили их улыбнуться. Они осознали, что действительно, еще несколько дней, и они начнут свое настоящее приключение, в котором будет все, чего они пожелают. И тогда они по-настоящему смогут показать Марине всю красоту этой жизни! И, возможно, именно в этот момент она вернётся в своё тело.

Часть 2 Глава 1

Часть вторая

Глава первая

3 сентября 2018г. Понедельник

Утром вся семья отправилась в пришкольный садик «Дружок №1», где будет следующие два года учиться и развиваться Марина.

За это короткое время она научилась говорить столь хорошо, что любой взрослый легко сможет понять, о чем она рассказывает. В основном, это была заслуга Клевера, Кисточки, Ветра и Праздника. Они старались каждый день просить то, чего хотят, чтобы все привыкли к детской невнятной манере речи. Сама Марина тоже старалась.

– Видимо, – души начинали рассуждать на такую тему, где тело пытается жить само. – Видимо, Марина имела очень сильную волю к жизни. Даже сейчас, когда идет лишь третий год от рождения, она старается изо всех своих сил!

Единственное, что их беспокоило, это отсутствие самой души. Ведь если они — духи, значит, и душа Марина должна выглядеть именно так. Но ещё ни разу они её не замечали.

- Значит, ещё не появилась, - говорили они в конце почти каждого дня.

Итак, первый день в детском саду. Что может быть лучше? Еще бы погода не подвела, а тут дождь пошел и испортил все праздничное настроение.

Марина сделала первый шаг на пути к своей группе. Вот уже переступила порог и…мимо нее проносится целая свора мальчишек, которые дрались за новый самолетик популярной марки.

Что интересно, все дети знают эту марку игрушек, всегда выбирают только этого производителя, в то время как взрослые в них совершенно не разбираются. Как и наши души. Никто из огоньков вообще не знаком с игрушками этой марки. Тигр, которого подарил Максим Марине, сшит качественно и похож на настоящего дикого зверя, но точно не этой кампанией (марка производителя тигра называется «Реал», от сокращения «реальные»).

Производитель, о котором знают все дети, кроме Марины и всей ее семьи, изготавливают только детские, непохожие на реальные вещи, игрушки. Машины со ртами и глазами, плюшевые звери бледно–голубого и розового цветов: в таком духе была вся их продукция. Ни Юниковы, ни Юниковские никогда не задумывались о покупке таких странных игрушек.

В актовом зале родителей ждала директор садика:

– Для начала, ребята могут пройтись по всем комнатам, заглянуть во все углы. Также они могут пообщаться друг с другом, узнать поближе своих товарищей. И только после этого мы предлагаем всем посмотреть концерт, который мы подготовили специально для ребятишек, чтобы им было весело.

Говорила директриса очень долго. Сразу видно, что она всегда не прочь поболтать, пускай и о какой-нибудь ерунде.

– Теперь вы можете отпустить своих малышей. Пусть побегают, познакомятся. Надеюсь, первый день им запомнится надолго.

Марина огляделась по сторонам. Все уже разбежались по кучкам.

– А ты чего тут стоишь? – спросил мальчик у нее за спиной. Да это же Артем, их сосед! Произношение у него такое же хорошее, как и у Марины.

Души внимательно следили за девочкой.

– Не знаю, чем можно заняться, к кому пойти.

– Говори короче, проще, и понятней! - волновалась Кисточка. - Дети в таком возрасте излагают свои желания очень коротко, чтобы взрослый сразу все понял. Чего ты от своего ровесника добиваешься!

Однако эту проблему Артем решил сразу. Он был единственным ребенком в семье и тоже постоянно общался с взрослыми. Поэтому для него не составило труда продолжить разговор должным образом.

– Я вот тоже не знаю, куда податься, – своей манерой речи он очень сильно напоминал старшего брата Марины, Максима.

– Иди к мальчикам, они в машинки играют.

– Мне не интересны машинки.

– А что тебе нравится? – и вот между ними завязалась беседа. Кто из взрослых подходил, даже не верил, что это дети разговаривают.

– Мне спорт нравится.

– Гимнастика?

– Да, а как ты догадалась?

– Ты вместе со мной смотрел ту передачу, про гимнастов и атлетов, – Лента подвинулась ближе.

– Да, хороший мальчик. Ну, тот спортсмен. Только грустный.

Они оба замолчали и начали осматривать толпу поверхностным взглядом, которому не за что было уцепиться.

– А ты почему к девочкам не идешь. У них, вон, куклы есть.

– А мне куклы не нравятся, – Марина прошла чуть вперед.

– А что тебе нравится? – огоньки подсели немного ближе к дверному проему комнаты и начали внимательно слушать все то, что говорила Марина.

– Много чего, – все возле комнаты притихли. – Велосипед…

– Ну, конечно, – хотела буркнуть Кисточка и сразу осеклась.

– Мои кисти и краски, перчатки и боксерскую грушу…

– Грушу? – перебил Артем.

– Да, ты надеваешь перчатки и делаешь так. Ударяешь большой длинный мешок, который и называется груша, – во время этих слов Марина прижала к груди обе руки и один раз резко выпрямила левую руку, чтобы показать удар.

В это время, за пределами комнаты, Кисточка стояла с изумленным лицом, а Перчатка внимательно наблюдала, за действиями Марины.

– Еще цветы нравятся. Бегать люблю. И гимнастику, как ты, – Ветер и Лента переглянулись между собой и улыбнулись.

– Иногда дурака повалять тоже неплохо, – при этих словах Праздник немного нахмурилась, а потом расхохоталась во все горло, осознав, что все это казалось шуткой из уст ребенка.

Вдруг взгляд Марины остановился на мячиках, обручах и ковриках, что были сложены в углу зала, где играли все дети.

Девочка предложила попрыгать им вместе на скакалке.

Души внимательно следили за каждым шагом Марины, ожидая, что вот-вот что-то произойдет. Но ничего не менялось. Это была обычная детская игра. И огоньки никак не могли понять, искренне ли радовалась девочка или это были обычные рефлексы. Появления огонька по имени Марина они так и не дождались.

Часть 2 Глава 2

Глава вторая

Артем и Марина весело проводили время, и вдруг к ним подошла девочка, которая с трудом выговаривала шипящие буквы и говорила тонким голоском.

- Пошли играть! - воскликнула она, глядя на Марину.

У девочки были русые жиденькие волосы, которые даже плеч не касались, серые глаза, тонкие брови и губы и короткие ресницы. В общем, она была полной противоположностью Марины, у которой каштаново–черные волосы были сегодня собраны в хвостик красной резинкой. Глаза у неё цвета моря при лунном свете, ресницы пышные, губки пухлые и носик как у мамы.

- Я... я...

Марина вдруг растерялась и не знала, что сказать. Экран поплыл и качество картинки стало размытым.

- Плохо дело, - произнесла Велик и подошла к комнате.

- Она тебя не пустит!

- Посмотрим.

Велик просунула руку и без труда подошла к экрану.

И вот через пару мгновений перед девочкой уже стояла Велосипедист. Она опустила руки, прижатые к груди и пристально посмотрела на девочку.

Та вдруг резко изменилась в лице, будто испугалась. Её взгляд заметался, и в этот раз она уже обратилась к Артёму:

– Пошли играть!

– С кем? – Артем смотрел на нее с недоумением, будто не понимал ее слов.

– Со мной!

– С чего я должен играть с тобой? – девочка уже хотела вести его к своей компании насильно. Но Артем вовремя вырвал свою руку из худых пальцев незнакомки. – Мне и здесь хорошо, с Мариной.

– А меня Лиза зовут.

– Как?

– Лиза.

– Как–как?

– Лиза! – разобрать с первого раза то, что она выговаривала, Артему никак не удавалось, потому что все согласные тонули в детском произношении.

– Лиза, – шепнула Велик Артему на ушко.

– Приятно познакомиться, Елизавета.

Лиза с опаской посмотрела на Велика и снова хотела потащить Артема в свою группу, где стояли другие ребята.

Девочка не успела даже за рукав ухватиться, как вдруг между ней и Артемом встала Велик.

– Не хочет он идти!

Велик подошла к Лизе вплотную.

– Тебе что, больше донимать некого? Или ты просто так, чтобы друзей больше иметь?

Девочки смотрели друг другу прямо в глаза. Казалось, что Лиза совсем не понимает то, что говорит ей Велик. И смотрела она как-то испуганно.

– Так чего ты больше меня не зовешь?

Постепенно испуг сменился на гнев. Детский и необъяснимый. Она ничего не делала. Просто стояла и непонимающе смотрела, нахмурив тонкие бровки.

Лиза наблюдала за Великом так внимательно. Ей даже что-то показалось...

Но тут девочка крикнула:

- Отстань от меня!

В этот момент Велик просто со вздохом закрыла глаза, взяла под руку Артема и развернулась в другую сторону.

- Пойдем еще во что-нибудь поиграем.

- Ага.

Лиза еще несколько секунд постояла на месте с обиженно надутыми губами, а потом просто убежала к своей компании.

Через несколько часов всех детей развезли по домам.

– Понравилось в садике? – спросил дедушка Коля у внучки, когда они приехали домой. – Друзей новых нашла?

– Нет, – начала Велик. – С Артемом только играли.

– Как же я ждал этого дня! – возрадовался неожиданно дедушка Андрей.

– Почему, а, деда?

– Я так ждал, когда ты начнешь общаться с нами. Поразительные чудеса двадцать первого века восемнадцатого года! Научиться ребенку говорить так чисто! Ребенку, которому трех лет от роду нет еще. Как такое может быть?

– Не знаю, – Велик задумалась. Тут мимо прошел папа.

– Может, правильно написано было в газете несколько лет назад: если чего–то очень сильно захотеть, то это обязательно сбудется, как считаете?

– Я помню эту фразу! – слышался голос мамы из столовой, вот она уже выглядывала из дверного проема в зал. – Не помнишь, кто сказал, а, Паш?

– Это был наш любимый писатель, Дедушкин Внук из газеты. Только он тогда процитировал кого–то, а кого не помню…

Паша задумался на некоторое время, а потом добавил:

– Там было только имя. Кстати, странно, вроде как псевдоним Дедушкин Внук, а мысли у этого Внука очень даже взрослые.

– А может, это на самом деле дедушка, а не внук! Дедушка печатает и отдает в типографию, а с псевдонимом либо напутал, либо специально.

– Ну, да, – согласился Паша. – Дедушка своего внука, Дедушка или Внуков дед как–то не звучит. Наверное, для него главным было, чтобы были слова: Дедушка и Внук.

Продолжаться эти толки могли долго, если бы их не прервала Марина, Велик к этому времени уже вышла из комнаты.

– А когда будет хорошая погода? – Марина плохо выговаривала только букву «р».

– Ну, теперь будут идти дожди. Правда, в прошлом году ноябрь даже был более – менее сухим, а сейчас не знаю. А ты почему спрашиваешь?

Велосипедист медленно отходила от экрана, не обращая внимания на разговор, но, все же слыша его обрывки, и последняя фраза прозвучала очень четко:

– Хочется покататься на велосипеде…

Опущенная голова Велика неожиданно поднялась. Она остановилась и встала в пол оборота, наблюдая за экраном.

– Теперь только в следующем году, весной, после твоего дня рождения. А может и немного раньше. Но ты ведь подождешь?

– Конечно! – Марина ответила с улыбкой и радостным возгласом.

Часть 2 Глава 3

Глава третья

– Ну, идем купаться! – провозгласила мама, подходя к Марине.

Марина радостно взвизгнула и побежала в сторону ванной комнаты.

Марине нравится нежиться в ванне. Чувствовать стук каплей из душа. И в бане ей понравилось, когда они побывали в ней впервые месяц назад.

Чего нельзя сказать об огоньках внутри Марины. Им не нравится подолгу находиться в воде. Вот, просто не нравится, не любят они.

Когда они вырастут, вместе с Мариной, никто из них не будет задерживаться в душе больше больше положенного. У них появятся свои предпочтения. Кому–то будет лучше в душе, кому в ванне, а кому в бане, но сильно увлекаться они так же не начнут. В речках, на прудах они тоже плавать больно не будут...

Одним словом, Велик только поэтому вышла из комнаты пораньше, потому что знала, что приближалось время для купания.

Прошло еще несколько часов, прежде чем весь дом погрузился в сон.

К этому времени огоньки уже тоже собирались укладываться. Все легли в одну кучку на пол. Кто просто ложился на пустой пол, кто создавал себе из пламени матрац. Кстати, теперь они могли делать вещи реальными и оставлять их без какой–либо поддержки.

Наверное, это из–за развития фантазии.

При этом у Велика появилась привычка спать возле комнаты, опираясь о стену. Велосипедисту часто снились сны, которые она тут же и забывала, когда просыпалась. В большей части они были про то, как она ехала на велосипеде и проезжала мимо светофоров, которые горели то зеленым, то красным цветами.

Каждый раз, когда велосипед ее останавливался, она видела разные картины: ей мог кто–то махать рукой вдали. Часто перед ней разворачивалась драка. И каждый раз, когда она видела какую–то картину и слазила с велосипеда, сон сразу обрывался, и душа просыпалась.

Странное, конечно, явление, но Велик на него не обращала внимания, опять же, лишь потому, что сны не запоминала.

4 сентября 2018г. Вторник

Не только Велику снились сны. Остальные тоже видели загадочные места и незнакомых им людей, правда, не так часто, как Велосипедист.

Например, в эту ночь Кисточке снился кошмар. В нем она шла по темному парку, где единственным освещением являлся лишь фонарь посередине улицы. Вокруг ни единой души. Она дрожала от холода и страха и не знала, куда ей идти. Вдруг кто–то подходил к ней сзади закрывал глаза ладонью, а в бок ей упиралось что–то острое. Они вместе садились на скамейку. Неожиданно взмах ножа! И бедняжку тронули за плечо.

Кисточка проснулась и увидела, что рядом с ней сидит Перчатка, которая держала ее за плечи. Она пыталась разбудить Художницу, которая хныкала и едва не плакала во сне.

С этого момента у Кисточки появилась боязнь безлюдных мест и темноты. Точнее того, что к ней вдруг кто–то подойдет сзади и закроет глаза.

– А вот, интересно, – начала разговор Клевер, когда все проснулись. Марину собирали в садик. – Что случится, если заснуть, пока находишься в комнате, слитым с экраном?

– Наверное, ты просто заснешь, – предположила Праздник.

– Или ты объединишься разумом с телом и станешь его обладателем! – решила сумничать Клевер и снова выставила себя с глупой стороны.

– Или тебя комната просто вышвырнет, – улыбнулась Боксер, и все разразились смехом, представляя эту картину.

Клевер никогда не воспринимала шутки всерьез. Она могла дуться пару мгновений, а потом начать хохотать вместе со всеми.

Вот, они уже прибыли в «Дружок №1», зашли в раздевалку для малышей, и, после того, как Марину переодели, Художница вошла в комнату и слилась с экраном, прикоснувшись к нему.

На пороге комнаты для игр ее уже встречала Лиза. Сначала она осторожно приблизилась, посмотрела девочке в глаза, а потом с усмешкой произнесла:

– Теперь с Артемом никто не будет играть! – заявила она.

– С чего это? – с удивлением спросила Кисточка.

– Я сказала, чтобы с ним никто не дружил, а кто не согласится, с тем не буду дружить я!

– Какая угроза, – насмешливым тоном буркнула Кисточка.

Лиза нахмурилась, а Художница отстранила её рукой от себя и подошла к Артему. Он сидел один за столиком и скучал. Увидев Марину, он улыбнулся и показал ей жестом, чтобы та подошла.

– И чего ты тут сидишь?! – прокричала она на него, что все на мгновение умолкли, а затем снова продолжили игры.

– Не кричи, что тебя не устраивает? – улыбнулся Артем в ответ на крик.

– Да как так вообще можно? – Кисточка была недовольна тем, что Артем оказался размазней в её глазах. – Ты просто сидишь, пока она настраивает всех против тебя!

Но зря Кисточка посчитала его слабаком, ведь на самом деле, суть была не в том, чтобы сидеть и киснуть вдвоем. Артем громко рассмеялся.

– Что тут смешного?!

– Ничего, – продолжил он, переводя дух. – Я тебя ждал.

Кисточка посмотрела на него с недоумением.

– Зачем?

– Чтобы показать кое–что.

Он поднялся со своего места и встал в самый центр комнаты, откуда сразу отошли все ребята.

Воспитательницы уже пытались привлечь детей к Артему, но, видимо, дружба с Лизой была им дороже, не знай за какие заслуги.

Артем крикнул во всю глотку.

– Эй! – все сразу обернулись к нему и уже хотели отвернуться, как вдруг они увидели чудо, которое встречали только по телевизору. А чудо это показывали только взрослые. Он поднял руки вверх и сделал целых три идеальных колеса, что удивило даже Кисточку. Души тоже внимательно наблюдали за экраном.

– О, – протянула Перчатка.

– Да, – поддержала Ветер. – Он тебя переплюнул, Гимнастка.

Она немного задумалась, смотря вглубь экрана, а потом ответила:

– Еще посмотрим, кто и кого, – с этими словами у нее на губах появилась добрая и легкая улыбка.

Вся толпа детей подбежала к Артему, а воспитатели начали громко аплодировать ему.

– Стойте, стойте! – начала невнятно кричать Лиза, но ее голоса никто не различил в толпе. Хотя бы, потому, что она стояла слишком далеко.

– Как видишь, это бесполезно, – сказала Кисточка, приближаясь к Лизе.

– Чего? – Лиза посмотрела на Марину с недоумением. – Кто вообще тебя спрашивать будет?! Из всех нас ты самая младшая.

Этот факт был правдой, но не обидной. Марина, действительно, младше всех. Как минимум, на полгода.

– Да, но, какого бы возраста мы ни были, человека судят не по количеству лет и даже не по количеству друзей, – Кисточка посмотрела на толпу ребят вокруг Артема. – О человеке судят по его поступкам, по его отношениям к друзьям. А ты к своим друзьям как отнеслась, конфетами заманила, игрушками? Подкупила, ведь так?

Лиза опустила глаза и над чем–то задумалась, будто начала вспоминать что–то.

– Кто такого человека поддержит? Кто с таким человеком будет рядом в трудную минуту?

Кто бы посмотрел на это действие со стороны, сложилось бы ощущение, будто взрослый школьник отчитывает маленького ребенка. Во всяком случая, на разговор ровесников этот момент не был похож.

Может, именно из–за этого чувства разницы в возрасте, Лиза по–детски возненавидела Марину. И кто знает, как бы сложились их отношения без вмешательства огоньков.

Вечером вся ребятня дожидалась родителей. За Артемом с Мариной приехали Николай, Андрей, а вместе с ними и Варвара Владимировна.

– Понравились мои три «колеса»? – спросил Артем у Марины, пока они одевались. Кисточка не промедлила с ответом.

– Это, честно, было здорово, признаюсь, – они немного помолчали. Вдруг Кисточка ударила его кулачком в плечо, шутя. – Ну, ты меня заставил поволноваться! Нельзя было раньше сказать, что нормально все?

Артем посмотрел на нее, а потом засмеялся.

– Чего смешного?!

– Ты прям, сестра старшая, честно.

Они обменялись взглядами и дружно засмеялись.

Часть 2 Глава 4

Глава четвертая

Думаю, не стоит описывать последующие дни похода в садик, а лучше перескочить на некоторое время вперед. Ведь ничего особенного за это время не случилось, кроме того, что у Мариночки начали появляться друзья. Ну, как сказать, друзья. Просто, это были ребята, которых она теперь знала по именам.

Однако, как бы хорошо не обстояли дела с окружающими ее знакомыми, Лиза так и пыталась испортить и без того шаткие дружеские отношения. Иногда даже казалось, будто она это делает уже просто так, из принципа. А какие мысли ее в эти моменты посещают, одному лишь Богу известно. Самым интересным выходило в итоге именно то, что нарывалась на откровенности Лиза именно по вторникам, когда в другие дни она становилась посмешищем. В общем, только с Кисточкой она могла разговаривать более–менее, на равных.

8 ноября 2018г. Четверг

Даже при разговорах с Клевером Лиза становилась маленькой девочкой, а Ботаник переставала быть обычной задирой.

Утро. Погода морозная, ясная. Недавно появившиеся лужи замерзли и покрылись настолько тонкой корочкой, что любое прикосновение могло оставить на нем трещину.

– Привет, Марина! – у самого входа поздоровалась девочка с Клевером.

– Привет, Ирина.

Из всей группы Ирина самая спокойная и тихая. Никогда никого не трогала и ни с кем не пререкалась. Внешность у Ирины тоже ничем не примечательная. Темные жиденькие волосы заплетены в маленькую косичку, глаза светло–карие, губки слегка пухлые, да и сама по себе девочка худенькая.

Артем уже дня два как с температурой сидит дома и не выходит даже гулять. Поэтому Марине приходится искать другие увлечения, каких в детском саду для неё оказалось не так уж и много.

– Красиво! – восхитился кто–то из толпы детей вокруг столика.

Лиза принесла свои рисунки, которые рисовала дома. Клевер пробилась через толпу и, взяв в руки всю стопку рисунков, обратила на себя внимание девочки. Взгляд Клевера был абсолютно безучастным, в то время как глаза Лизы пели: «Скажи, что я лучшая, скажи мне, что не сможешь так, как я. Попроси меня, чтобы я тебя научила рисовать так же!». Но услышала девочка совсем другое.

– Видали и лучше, – Клевер поразила своими словами всю толпу и останавливаться на этом не собиралась.

– Давай, Клевер, скажи ей все вместо меня. Пусть знает свое место! – науськивала Кисточка, наблюдая за экраном.

– Я лучше смогу, – эти слова сразили даже Кисточку.

– Тогда давай! Нарисуй сейчас, хотя бы вот этот цветок, – тут начала волноваться сама Кисточка. Рисунок простенький и, благодаря детской ручке Лизы, немного корявый. Но сможет ли нарисовать Клевер лучше?

– Лучше откажись, я потом ей отвечу.

– Согласна.

– Что?!

– Может, тебя потом поучить, как правильно рисовать цветы? – Лиза оскалилась на Клевер, а Кисточка просто взмолилась.

– Хоть бы пронесло, хоть бы пронесло. Как ты вообще рисовать собираешься?!

– Успокойся, все под контролем, – Кисточка решила продолжить наблюдение.

Марине дали листок и бумагу, и вот она начала рисовать. Это было по–настоящему интересное зрелище. Все вокруг наблюдали, за движениями Марины, не отрываясь. Какие изгибы листьев, лепестков, стебля, какая красота распускалась прямо на глазах всех ребят.Когда Клевер раскрасила свой цветок, он начал переливаться голубыми оттенками, а листья буквально истощали свежесть.

– Вот, что значит быть знакомым с фауной чуть ближе, чем другие, – подумала Клевер во время рисования, а Художница тем временем приземлилась на колени и наблюдала за цветением бутона, который распускался прямо под карандашом Ботаника.

Когда рисунок был готов, все ахнули. Он был, как настоящий. Правда, немного крупноват, но это так все дети рисуют.

– Как это тебе удалось? – спросила Художница у Ботаника, когда та вышла из комнаты.

– Да я в шаманы заделалась, – усмехнулась Клевер. – Дай, думаю, рисовать научусь. Вот, как видишь, сработало!

– Не вешай мне лапшу на уши! – прокричала Кисточка. – Как это тебе удалось, отвечай!

– Сама подумай, – для Кисточки этот ответ от Клевера показался таким неожиданным, что она и вправду задумалась. Клевер глубоко вздохнула. – Какими бы разными у нас не были интересы, тело ведь одно. Одно на всех вместилище, как ни как. Вот и возможности тела одни на всех. Так что, здесь все равно, как говорится, – Клевер усмехнулась.

– Тут каждый из нас и боксер, и велосипедист, – она посмотрела прямо в глаза Кисточке. – И художник.

28 декабря 2018 г. Пятница

Как только Марина и Артем вошли в комнату для игр, они услышали пронзительные крики детей, их кто–то очень сильно рассмешил. Парочка прошла через дверной проем и заглянула вглубь комнаты. На их удивление, там, в углу, на подоконнике самого дальнего окна, стоял какой–то пожилой старичок, борода которого доставала до колен, на голове красная шапка с мехом, и на белую рубаху надета такая же красная шуба, с мехом. На ногах виднелись валенки, а руки в варежках держали большой красный мешок. Все дети и воспитатели хлопали ему в ладоши, а тем временем Артем и Марина, одетые в свитера, помимо обыденной одежды, сели на самый последний ряд, где оставалось несколько свободных стульев, в том числе и для родителей. Взрослые не поднимали рук для аплодисментов, а лишь улыбались и изредка что–то шептали родителю, который находился рядом.

Для родителей Марины и Артема также нашлись места.

Если сравнивать Артема с его родителями и бабушкой с дедушкой, то можно было невольно предположить, что Артем своим маме с папой приходился либо не родным сыном, либо сыном бабушки с дедушкой. По Артему и его телосложению можно сказать, что он вырастит определенно высоким и мускулистым парнем. Когда его родители остаются низкорослыми и худыми. У обоих глаза светло–карие, кожа бледная, а волосы русые.

Вот старичок спрыгнул с подоконника, выпрямился во весь рост и, на удивление всех, оказался не таким уж и старичком. Наверняка, все подумали, что этому дедушке едва дашь сорок лет! Шубка на нем тоненькая, поэтому можно легко просмотреть всю его фигуру через это красное покрывало. Все дети радовались появлению этого старика, в то время как Марина с Артемом лишь переглянулись между собой.

– А кто это? – спросила Марина у Иры, которая сидела слева от нее.

– Ты что? – удивилась она. – Ты не знаешь деда Мороза?

Артем выглянул из–за Марины, чтобы увидеть Ирину.

– Я, конечно, знаю, кто такой, это Дед. Но чтобы он так просто приходил на детские утренники, что–то странно.

На мгновение Марина отстранилась разумом от разговора и замерла, опустив голову. Но через несколько мгновений она вернулась к беседе.

– Как по мне, ничего удивительного, – проговорила уже Ветер, которая только что зашла в комнату и прикоснулась к экрану. – Деду Морозу слишком тяжело осчастливить всех детей мира, вот он и посылает своих двойников, чтобы не огорчать ребятишек.

– Наверное, – Ирина задумалась, а потом неожиданно ответила на свой лад. – Здорово–то как! Наверное, он ни про кого не забыл.

– Наверное, – улыбнулась Бегунья.

Через некоторое время, когда Дед Мороз начал рассказывать какую–то невероятную историю путешествия от своего дома до садика, Артем, не сводя глаз с дедушки, наклонился к уху Марины и, улыбаясь, спросил:

– Ты ведь так серьезно не считаешь? Знаешь про разочарование, которое постигает ребенка?

– То, что детям подарки приносят какие–то ряженые мужики, ты про это спрашиваешь? – ответила вопросом на вопрос Ветер, так же, не сводя глаз с рассказчика. – К сожалению, эту истину я уже познала, хотя, хотелось бы еще немного помечтать.

– А знаешь, – продолжил Артем, – что желания можно загадывать по–разному? Это может быть не только Дед Мороз или новогодняя ночь.

– Кому же еще можно сказать свое желание, чтобы оно исполнилось, кроме луны и деда Мороза?

– Нужно прошептать.

– А кому?

Вдруг все ребята зааплодировали рассказчику, в этот момент Артем Марине на ушко шепнул:

– Бабочке.

Бегунья повернулась головой к мальчику, хлопал в ладоши вместе с толпой.

После своей длинной истории дедушка подошел к каждому из ребятишек и подарил им по игрушке и небольшому мешочку конфет. Все игрушки разные, кому машинка, кому рогатка или лук со стрелами, а кому–то кукла или карандаши для рисования с альбомом. Артему достались скакалка и напульсники, а Марине достался волейбольный мяч, хороший, прочный, долго прослужит.

Дедушка снова обошел всех ребятишек, пожал им ручки.

– С Новым годом вас, детки! Помогайте родителям и играйте, во что хотите, любите, что хотите, радуйтесь, чему хотите!

После он выпрыгнул в окно, где его ждала целая толпа людей, о которой никто из находившихся в комнате даже не подозревал.

– Странно, – задумался Артем, рассматривая новый подарок.

– Что такое? – поинтересовалась Ветер.

– Скакалка–то, ладно, а напульсники…такие же, как и у того парня, по телевизору. Я загадал, что тоже такие хочу. Совпадение или этот Дед Мороз правда знал, что я хочу?

Бегунья не могла понять, почему именно им достался волейбольный мяч? Гулена, которая смотрела в это время на экран, сразу вспомнила, как когда–то давно играли этим мячиком взрослые. После этого дня ей тоже захотелось поиграть с кем–нибудь.

– Наверное, этот подарок для меня, – улыбнувшись, сказала она.

Часть 2 Глава 5

Глава пятая

На улице уже темно. Только уличные фонари горели ярко и освещали дороги.

Когда старик спрыгнул с балкона, его моментально окружила целая стая журналистов. Дедушка едва не потерял свою шапку, а его борода чуть не стала короче в два раза. Так яро он пытался вырваться из окружения, и так напористы оказались журналисты.

Когда ему удалось сбежать, они пытались догнать его, бегая вокруг садика. Попробовали обхитрить дедушку и решили побежать в противоположную сторону, но дед оказался проворнее всей толпы. Увидев, как из–за угла выскочила чья–то камера, он, в метре от поворота, шагнул в обратную сторону и хотел уйти по–тихому, чтобы никто не заметил. Но у ребят с камерами и блокнотиками, оказалось, имелся отменный слух, которым они в одно мгновение воспользовались и выскочили из своего укрытия.

- Черт! И в этот раз упустили!

Что им теперь остается? Если только окружить бедного деда Мороза. Так они и поступили. Разделились на две группы и хотели уже ринуться на Деда с двух сторон, однако, когда они сошлись в середине стены, его рядом с детским садом уже и в помине не было.

Все это время он хоть как–то пытался удержать шапку и бороду на своих местах. Благо, мешок теперь пустой, на его дне оставалась только маленькая длинная коробочка с подарком.

Дед Мороз остановился в тридцати метрах от садика и скрылся за гаражами. Вдруг кто–то тронул его за плечо! Испугавшийся дедушка, который едва отдышался от беготни, что была несколько секунд назад, повернулся к незнакомцу лицом и вздрогнул, когда увидел ручку и блокнот в его руке.

– Это я, не бойся, – сказал знакомый голос. Сын держал в руках листок, где были напечатаны списки детей и их подарки. Все строчки зачеркнуты.

Красная шапка все–таки не удержалась на голове и упала, пока дедушка медленно снимал с себя бороду. Никто и подумать не мог, что под красной шубой, шапкой и седой бородой скрывался никто, иной, как сам мэр города!

Вот тебе и помощник деда Мороза! Вырядиться в русско–народную рубаху, валенки и нацепил на себя костюм!

– Это ж надо было выдумать! – полушепотом выкрикнул Ваня.

– Мэр должен быть ближе к своему народу.

– Ага, – вздохнул Ваня. – Правда, думаю, не до такой степени, чтобы за ним журналисты гонялись.

– И то верно! – рассмеялся мэр. Потом что–то вспомнил и полез в мешок. – Я тут, кстати, припас еще кое–что.

– Неужели кого–то из воспитателей обделил подарком?

– Не надо! – возмутился отец. – Я все по–честному делаю! На, вот, тебе подарок, а то обидишься еще.

В руках у Вани оказалась небольшая длинная коробочка. В ней лежала ручка–перо.

– Твори, сынок.

Ваня обнял своего старика настолько крепко, насколько было возможно в его силах. Он знал, что даже при всем своем желании и счастье, отцу он своими объятиями не навредит.

Еще несколько минут они постояли на морозе, убедились, что журналисты ушли и направились к самому большому зданию в городе.

– Как они только догадались, что ты здесь будешь? – задался вопросом Иван, когда они были почти на месте.

– Это ведь журналисты, чего ты хочешь! Они прознают все, что тебе и не снилось! Это ведь журналисты Безымянного!

Но сколько бы вопросов в эту ночь Ваня не задал своему отцу, он все равно не ответил бы ему полно и развернуто.

Пока они шли к зданию, мэр думал о своем.

«Поняли ли они, что я хотел им сказать? Поняли ли это дети?»

После некоторого рассуждения он подытожил свои мысли лишь одной фразой.

«Наверное, все–таки, нет. Чего я требую от детей?..»

На самом деле, кое–кто задумался над его пожеланием. Сам же мэр хотел сказать что-то сокровенное и неповторимое, что несло бы намного больше смысла, чем обычное детское поздравление.

Игра, любовь и радость. Вместе эти слова означали не само детство, а жизнь в целом. На самом деле Дед Мороз пожелал им не играть в свои игрушки, любить родителей и радоваться каким–то обновкам. Такой смысл пожеланий был лишь поверхностным. Так он прозвучал и для взрослых.

Играйте в те игрушки, которые вам нравятся и которые останутся с вами до конца ваших дней. Пусть они станут вашим призванием в жизни и направят на нужную вам цель. Любите то дело, которым будете заниматься, когда игрушки укажут на это дело. Радуйтесь новым свершениям и начинаниям, которые принесет вам ваше любимое дело, знакомое с детства. Все три пожелания взаимосвязаны между собой, все они желают детям не просто радости счастья и любви. Они желают всем настоящего, неповторимого будущего.

Часть 2 Глава 6

Глава шестая

29 декабря 2018г. Суббота

Решили Юниковы-Юниковские устроить небольшой праздник перед Новым годом. Одни за стол с жареным мясом и вареной картошкой они не сели, позвали соседей. Пришли Варвара, Владислав, Артем и его родители Лиза и Степан. В общем, всей семьей. Сели взрослые за стол, посидели немножко. Потом дети пошли в зал. Там для них отцы расстелили матрац. Пусть скачут, развлекаются.

Как раз когда они только зашли в дом, Гимнастка прикоснулась к экрану, поэтому она не упустила ни одной секунды из их общения.

– Что–то мне не хочется в садик после отдыха, – сказала Лента, пытаясь повторить движения Артема, «колесо».

– Мне тоже не охота, – согласился Артем, делая очередной переворот. – Лучше с кем–то одним общаться или с группой небольшой. А то нехорошо получается, когда о ком–то забывают.

– Это точно, – поддержала Лента. – Вспомни Ирину, она постоянно сидела бы одна и выслушивала оскорбления от Лизы, если бы мы ее не позвали в нашу компанию.

– И то, верно! – улыбнулся Артем. – Слушай, прости, а где туалет?

– Вот, сюда, в коридор и направо.

Артем неловко улыбнулся, поблагодарил и ушел в ванную комнату.

– Пить хочу.

Лента направилась на кухню и в метре услышала голоса взрослых.

– Елизавета, а почему у вас с сыном разные фамилии? Вы с мужем — Мостковы. А у родителей ваших фамилия Тайины. Артём ведь тоже Тайин.

Лента застыла на месте и не решилась зайти на кухню, ее тоже заинтересовал этот вопрос.

– В этом нет ничего сложного или удивительного, – сказала с улыбкой Лиза.

– Мы родители Артему не родные, а приемные.

Такое известие потрясло Гимнастку до глубины души. Как это, приемные? Они ведь счастливо живут, они рады и он рад, и не видать даже оттенка того, чтобы они были не родными. Правда не похож сынок на своих родителей…

– Ему тяжело, наверное, или он не знает? – вздохнула Маша.

– Знает! – воскликнула Варвара. – Родители его погибли на работе. В полиции. В перестрелку попали. Буквально год назад. Мальчик знает об этом и считает своих погибших родителей героями. И своих приемных родителей он любит не меньше.

– И мы его любим как родного, – подтвердил Степан.

– Да, – Лиза покрутила на столе чашку чая за ручку. – Мы работали с его родителями, только занимались не активной деятельностью, а бумажной работой. Да мы и сейчас там заняты.

– А как доложили о гибели их, – продолжил Степан, – так мы сразу про Артема подумали. У самих детей нет, а мальчик без семьи останется. Бабушка и дедушка есть, а как спросит: где мама с папой? Что тогда будет?

– Мы и решили его усыновить. А как бабушка с дедушкой рассказали ему все, он долго плакал... Но понял все, что мы не смогли бы ему объяснить. Он полюбил нас как настоящих родителей, и мы просто счастливы. Тогда и сейчас счастливы.

Дедушка Владислав глубоко вздохнул.

– Да, вот только мальчик не захотел менять фамилию отца, нашу фамилию. Вроде как маленький, но умный мальчик, смышленый. Решил оставить, как память. Гордится он мамкой с папкой.

Лента прошла на кухню, как ни в чем, ни бывало.

– Мама, пить, – попросила она и улыбнулась, как улыбалась всегда. Улыбалась, а сама думала про Артема. Думала о том, что он сильный человек, который и душой, и сердцем храбр. Не каждый ведь способен на такое.

Маша дала дочке бокальчик и погладила по головке.

– Хорошо, хоть Артем приходит. Вообще не с кем было бы играть тебе.

Вдруг Паша встрепенулся и повернулся к Маше.

– Кстати, совсем забыл! Звонил дядя Глеб, говорил, всей семьей приедут к нам.

– Прям всей?! – изумилась Василиса. Видно, давно она их не видела.

– Не знаю подробностей. С тётей Олей, Ладой и Кириллом. Максимка точно будет. Кого-то ещё забыл.

– Мама…

Николай и Паша пристально посмотрели на свою жену и маму.

– Бабушка, – улыбнулся Паша, – они тоже, наверное, приедут.

– Поскорей бы! – обрадовалась бабушка Василиса. – Давно мы их не видели.

– Простите, – сказала Варвара, – вы о ком разговариваете?

– Точно, вы же не знаете! – переполошилась Василиса. – Мы, на самом деле, две семьи с разных городов, которые, по сущей случайности, поселились в одном доме и стали одним большим семейством! – в этот момент зашел Артем, и они с Мариной продолжили веселиться в зале. – У каждого из нас, бабушек и дедушек, довольно большие семьи, которые остались в наших старых городах. Глеб, мой старший брат, должен приехать на днях со всей своей семьей, как мы узнали сейчас. А это он, его жена, дочь со своим мужем и внук. Так как он самый старший ребенок в семье, то решил, что родители наши будут жить с ним. И вот, после того как Паша сказал, что они приедут всей семьей, я подумала, что стоит ждать и моих родителей тоже.

– Замечательный у вас брат, раз решил взять к себе родителей, – Елизавета слушала Василису очень внимательно.

– Так–то оно так, – вздохнула Василиса, будто сказанное Лизой было вовсе не про Глеба, ее брата, а про кого–то другого. – Я ничего против брата любимого не имею. Наоборот, я его очень люблю и уважаю, как старшего. Но, думаю, родителей наших он привезет не затем, чтобы мы просто повидались.

– Это точно, – поддержал Николай, похоже, он тоже кое–что знал про семейный уклад своей жены. – У них дома сейчас какой–то ремонт или что–то еще, а старики живут в его доме почти половину своей жизни. Это станет лишним поводом, чтобы мы забрали их к себе. Мы и сами об этом подумывали, забрать их. Но мы также не знаем, что скажет Глеб. Если старики сами запросятся, он может и отказать, потому что ему иногда власти не хватает.

– Правда! – вздохнула Василиса. – Чистая правда…

Василиса даже не возражала против слов мужа, на правду не обижаются.

– Одно радует, – Николай сделал глоток из чашки. – Отец и дед из него очень хороший. Воспитал дочку так, что и дурного слова о ней не скажешь. И Кирилл сорванцом каким был, а ведь приструнил, старый разбойник, зверька дикого! Они с Ладой такой парой замечательной стали. И внука какого подарили! Как ваш Артем- смышленый, рассуждает, как взрослый. И с нами говорит, словно равными себе.

– Да. Он всего на год старше вашего Артема! – улыбнулась Василиса. – Вот только, боюсь я, что его манера речи с взрослыми, как палка о двух концах.

– А ведь правда, – Паша закинул в рот печенку. – Хорошо, когда ты вырастишь, начнешь работать и сохранишь этот дар для блага самому себе. Но если оступишься в школьные годы, начнешь вести разговоры с не очень хорошими людьми, дар станет проклятием для тебя.

– На то, чтобы дар не стал проклятием, – Маша подняла указательный палец, – есть дядя Глеб.

– Так–то оно так, – вздохнул Паша и немного помолчал. – Вот только, что они будут делать, если Лада с Кириллом и сынком съедут? Тут–то нужен будет за мальчонкой глаз да глаз…

31 декабря 2018г. Понедельник

– Ну, еще не приехали? – спросила Василиса, остановившись прямо перед Николаем, который сидел на диване и читал в свежей газете эссе Дедушкиного Внука.

– Нет еще, да, что ты, в самом деле?! Сядь и подожди!..

Василиса села.

– Не могу я так! – вскочила она. – Вдруг, с ними, что в дороге случилось? Уже два часа нет, а обещали приехать к обеду.

– А ты ужин с обедом не путаешь? А ну, сядь, сказал! – Николай прикрикнул на жену так убедительно, что она, точно по приказу, приземлилась с ним на диван. – Вот, другое дело. Лучше почитай газетку. Вот, Дедушкин Внук написал. Прочти.

Василиса покорно взяла газету и начала читать.

Помнить.

23 ноября 2014 г.

Все говорят, что смерть человека настигает всегда внезапно. Но все же, когда именно человек покидает этот мир? Верующие люди говорят, что он умирает, когда его душа отделяется от тела. Ученые утверждают, что когда человек теряет сознание, перестает дышать, сердце не бьется, а его тело начинает разлагаться. Я же думаю, что эти оба варианта в корне не верны. Разве мы верим в то, что близкого нам человека больше нет? Разве мы сразу осознаем это? Разве мы видим его и бежим скорее готовиться к похоронам?

Нет.

Мы до последнего момента будем думать, что этот человек жив. В действительности, он может умереть задолго до того, как его душа «отделится от тела». Он может умереть через сотни лет после того, как его тела больше не станет.

Мало кто из нас понимает эту истину. Многие пытаются избежать той ответственности, которая на них ложится после чьей–либо смерти. Кто–то может считать это пустяком и не обращать внимания.

Только знать надо одно: мы обязаны наслаждаться теми моментами жизни, которые проводим со своими близкими и родными людьми. Нам нужно все это хорошенько запомнить и никогда не забывать. Ведь человек умирает только тогда, когда о нем перестают помнить.

Нельзя бросать близких нам людей в беде. В первую очередь нужно о них помнить…

– Что–то год слишком ранний, – нахмурилась Василиса. – И как-то тоскливо в этот раз.

– Так это и не новый, – отвечал Николай, пока стоял и смотрел в окно, только елка ему выглядывать мешала. – Переиздание. Автор, не то до этой даты, не то после нее, попал в больницу и там «увидел смерть», как он выразился. Наверное, это была чья–то чужая смерть, не знаю.

– А почему это переиздание? Новых рассказов нет что ли?

– Сейчас он пишет стихи и пока не дает их в печать. Говорит, не закончил серию.

– Серию? – изумилась Василиса.

Она никогда не понимала, как можно подбирать в стихах рифму. Как вообще человек может сочинять стихи? Это такой талант должен быть, самый настоящий дар!

– Так стих еще и не один, целый рассказ слаженный?!

– Наверное, – послышался звук колес и скрип обуви по снегу. – Кажется, приехали.

Через несколько секунд открылась дверь и в дом вошла пожилая пара. Марина побежала, было, им навстречу, но лица гостей были ей не знакомы, поэтому она остановилась рядом с дедушкой Колей.

– Мама, Папа! – воскликнула Василиса.

Она так рада увидеть своих родителей. Голос изменился до неузнаваемости, когда она назвала своих родителей. Сколько же они не виделись? Месяцы? Годы?

– Это бабушкины родители, – шепнул дедушка Марине на ушко. – Подойди, поздоровайся.

Вдруг из–за спины стариков выскочила Клара, на каникулы приехала.

– Ох, дочурка, подросла! Надолго к нам?

– Да на все летние Каникулы! Не переживайте!

– Вот ведь счастье!

Марина смотрела на прабабушку с прадедушкой очень внимательно, осматривая с ног до головы. Сразу видно, что в прошлом прадедушка был статным мужчиной, силе которого мог позавидовать каждый. Что касается бабушки. Она похожа на постаревшею скульптуру Дианы из древнегреческой мифологии.

– Мариночка, – начала Василиса не своим голосом.

Вот и остальные родственники подтянулись, все, кто были в доме, тоже спустились со второго этажа.

– Это твоя прабабушка Рада, а вот это твой прадедушка, Бронислав.

– Ну, имена старого времени, сразу слышно, – усмехнулась Клевер, наблюдая за экраном.

Остальные огоньки тоже следили за тем, что происходило в доме.

– Неудивительно, сейчас и у подростков встречаются такие имена.

– Да ладно?! – притворно удивилась Клевер на сказанные Бегуньей слова. – Интересно на таких посмотреть!

– Думаю, увидишь, – лукаво улыбнулась Бегунья и отвела взгляд от Клевера.

Та посмотрела с недоумением на собеседницу, а затем снова перевела взгляд на экран.

Часть 2 Глава 7

Глава седьмая

Бабушка Рада оказалась такой доброй женщиной!

Конечно, ребята не думали, что она какая–то старуха и карга! Просто считали, раз она человек старого времени, значит, старой закалки и воспитания. По крайней мере, все подумали, что старики будут строги с ними, но это совсем не так.

Рада и Бронислав своих четырех детей воспитывали строго, из которых самой младшей была Василиса, затем два брата близнеца, Влас и Влад, а самый старший - Глеб.

Утром, перед завтраком, Василиса рассказывала о том, как их, еще маленькими детьми, воспитывали родители. По ее словам, они хотели сделать из них воспитанных и порядочных детей. Но в этой строгости были и свои плюсы. Мама с папой любили говорить на разнообразные темы, а они, ребятишки, любили послушать их разговоры. От этого малолетняя компания научилась быстро говорить.

Примерно через час пришли и соседи, тоже всей семьей. И это было прекрасно! Такая большая компания может собраться разве что из–за какого-нибудь воистину грандиозного праздника. Вот и Велик вошла в комнату, чтобы рассмотреть лучше своих близких. Вокруг все сверкало, особенно новогодняя елка. Она была усыпана цветными фонариками, словно звездами. Велосипедисту казалось, будто в огоньках отражается каждый день, который был в этом году.

Часть 2 Глава 8

Глава восьмая

Пока взрослые суетились в столовой, женщины расставляли блюда и украшения, а мужчины, когда закончили размещение столов, принялись за установку телевизора на подоконник. Трое ребятишек весело проводили время вместе, играя в музыкальный светофор. Где водой был Максим, по старшинству. Ну, каких знаний в области музыки можно было требовать от таких малышей? Максим просто задавал им вопросы, какие песни они знают. Например, какую песню знаешь про новый год? Или что–то в этом роде.

Но через несколько минут Максим заметил, что игроки ему попались непростые. Максим старался называть темы легкие и детские, к которым сам мог подобрать какую–нибудь детскую песенку, чтобы, если вдруг что, подсказать мог. А они, оказывается, песен знали достаточно, не меньше чем он, а может и больше. В любом случае, никаких затруднений игра у них не вызывала.

Максим поставил перед ними небольшие условия, чтобы игра не была слишком скучной. Если и петь, то либо одну песню вместе, либо две разные песни. Артем и Маринас радостью согласились. Во время игры Марина улыбнулась всего несколько раз, когда мальчишкам оставалось лишь восхищаться этими мимолетными и красивыми мгновениями.

Но, как выяснилось дальше, восхищаться они могут не только красотой ее улыбки, но и красотой ее пения. Тоненький голос струился и завораживал, то плакал, то смеялся, не смотря на неизменно спокойное лицо исполнителя.

– Ладно, разобрались, – начал Максим и сел на корточки перед диваном, где сидели Артем и Марина. – Что ж, начнем с простого. Как насчет песни о друзьях.

В этот момент Максим успел в своей голове прокрутить приблизительно четыре варианта песен о друзьях, из которых два назовут игроки, причем, варианты были самые неожиданные.

Начать решил Артем. В его голове моментально мелькнула лагерная песня. Он начал легонько напевать, но голос сразу зазвучал сильно, не пытаясь подобрать нужной тональности, словно он поет эту песню уже очень давно.

Ты, да я, да мы с тобой! Ты, да я, да мы с тобой! Здорово, когда на свете есть друзья. Если б жили все в одиночку, То уже давно на кусочки Развалилась бы, наверное, земля…

На мгновение показалось, что вместе с его голосом, где–то вдалеке, зазвучала и гитара, под которую эта песня исполнялась. Рядом с гитаристом сидят ребята в небольшом кругу, а в центре костер, который озаряет такую же ночь, как и сейчас, только теплую, летнюю, а не зимнюю.

Артем хотел продолжить, и ребята этого ждали с нетерпением, но из–за угла выглянула Лада, мама Максима.

– Идемте за стол, скорее, пока Президент не оставил нас без поздравлений! – она тихонько подтолкнула ребят ладонью. – Тем более что по местному каналу еще должно быть обращение местного мэра к жителям Безымянного.

– Будем ждать, – улыбнулся Максим и посмотрел на своих расстроенных товарищей.

– Не переживайте, – шепнул он, – после праздника поиграем еще.

– Скорее бы, – вздохнул Артем, очень уж ему хотелось ещё послушать, как поет Марина, да и Максим заинтересовался.

Все уселись за большой стол, повернули голову к подоконнику, где установили телевизор и начали с нетерпением ждать начала обращения Президента. Пока ждали, детишкам разлили сок, а взрослые наполнили свои бокалы шампанским. Мэр должен был выступать за несколько минут до Президента, поэтому был включен сначала местный канал. Через несколько секунд началось обращение.

– Я, конечно, понимаю, дорогие мои земляки, что нехорошо скрывать свои Фамилию, Имя, Отчество. Но, уверяю вас, когда-нибудь вы их узнаете! Очень скоро, но когда я сочту это нужным! – он немного посмеялся и продолжил.

Действительно, мэр для всех своих жителей, как и город, остается безымянным, но лишь по своей прихоти. Эх! Узнать бы, есть ли у него дети, а если есть, какое отчество они носят! И здесь никто даже не подозревает, что рядом с мэром всегда ходит не просто его советник и помощник, а самый настоящий сын. Правда, знает кое–кто, но немногие, всего–то человек двадцать из всего города, от силы. А может и больше, но никто не разглашает эту информацию, мэр не разрешает. Но если он посвящает кого–то в тайну, что Ваня его сын, значит, мэр доверяет этому человеку.

– Я хотел бы пожелать вам того, что никто у вас никогда не отнимет, чем только вы можете распоряжаться, это счастливой судьбой. Кто–то скажет, что, мол, нехорошо людей обманывать, и судьба каждому своя предначертана, – тут мэр прочел чьи–то чужие мысли, кого–то из его приближенных, наверное, того, кто в этот момент стоял за кадром. – А вы не верьте никому, люди добрые, творите свою жизнь сами, создавайте свое счастье. Это все, что я могу вам пожелать, потому что остальное у вас либо уже есть, либо еще будет. Обязательно будет, это я вам гарантирую. Если понадобится, обращайтесь, исполню любое желание! Вы знаете, где меня искать. Но только не по праздникам, в такие дни я дома. Список вам как–нибудь предоставлю. Что ж, не буду вас речами стеснять. С праздником, С Новым годом вас!

Все в доме Юниковых – Юниковских подняли бокалы, а Велик и остальные внутри Марины тем временем подумали, что фраза «С Новым годом!» прозвучала как–то слишком знакомо, словно уже была произнесена при их присутствии тем же человеком. Но обращать на это внимание они не стали.

Поразительно, но именно после того, как прозвучало поздравление мэра, и должно было начаться поздравление Президента, кто–то услышал желание ребят, скорее продолжить игру, и выключил свет во всем доме.

Даже не так. Вырубили свет во всём микрорайоне.

Обычно дети радуются каким–то неожиданностям, которые могли бы хоть немного разнообразить обычный день. Особенно, если эти дети еще не зависимы от электроники.

– Дай пять! – шепнул Макс Артему.

Марина посмотрела на них с улыбкой.

– Сидите на месте, я сейчас принесу свечи, – Паша направился на кухню.

– А ты хоть знаешь, где они лежат? – спросила Маша.

– Э, нет, – раздался смех, мол, ну, конечно! – Но ведь ты мне поможешь их найти, я прав?

– Эх ты! Стой на месте. Я сейчас. А то еще нос не туда сунешь, порежешься.

Маша поднялась, и через несколько секунд кто–то крикнул, затем послышался смех.

– А говоришь, я нос не туда суну. Маму звать?

– Не надо! – прозвучал голос сквозь зубы.

Видимо, Маша приложила что–то к носу.

– Нашла, неси в столовую. Что стоишь? Кого ждешь!?

Паша ответил слегка приглушенным голосом:

– Спички–то дай.

В столовой хихикнули. Маша слегка поморщила носик, а потом достала спички.

– Держи.

1 января 2019г Вторник

Ужин при свечах, романтично, но на такой огромный стол нужна была не одна маленькая свечка, поэтому их было много, возле каждой тарелки. Освещены были все блюда, поэтому найти что–то необходимое оказалось достаточно просто. Примерно через полчаса все дружно встали, убрали со стола и направились в зал, где болтали в одном кругу, каждый о своем.

Пока взрослые говорили на свои темы, нас совершенно не интересующие, дети сели на пол возле дивана, сложили около пяти свечей вместе и сели вокруг них. Получилось похоже на небольшой костерок, вокруг которого собрались отряды, чтобы петь. Только отряд был один, и состоял он всего из трех человек, когда взрослые мирно сидели на диване и креслах, где им было гораздо удобней, нежели на полу.

– Ладно, – вздохнул Максим, – твой черед, сестрица.

Мальчишки уже думали, что услышат тоненький, почти писклявый голос, который начнет петь со слов: не секрет, что друзья не растут в огороде…

Но ждало их, отнюдь не это. Для всех огоньков самой первой песней о дружбе стала та, что они услышали на Хэллоуин. И петь начал голос совсем не детский, а скорее подростковый. Марина сделала глубокий вдох и запела.

Сколько в жизни встречал людей,

Сколько в сердце впускал гостей,

Сколько раз ошибался в них,

Все не впрок.

Но зато все случилось так,

Что я выдержал груз атак.

И моих дорогих друзей дал мне бог.

Все взрослые сразу умолкли. Казалось бы, совершенно обычная песня, которую исполняют двое мужчин и поют–то о настоящей, взрослой дружбе, но это ведь девочка! И поет она одна, не с целым хором, который бы перекрыл ее голос, нет! Это было чистое соло, которое повторяет абсолютно все переливы из оригинала. Голос маленькой девочки на мгновение стал таким взрослым, что поразил всех присутствующих.

Мой друг, ты уж меня прости

За все, что нам пришлось пройти.

Мой друг, на повороте дней,

Вижу я все ясней – кто настоящий друг…

– Потрясающе!..

Максим ошарашено смотрел на свою сестру, будто увидел ее впервые. Огоньки отвлеклись от экрана и не заметили, как началась песня, но как только девочка запела, все сразу подбежали к экрану.

– Хорошо поет, – сказал кто–то рядом с Клевером.

– И не говори, – улыбнулась Клевер и вдруг осознала, что голос принадлежал именно тому огоньку, который, по идее, должен был сейчас находиться в комнате и петь. – А ты что тут забыла?!

Все обернулись и увидели Велика.

– А кто там тогда? – спросила Кисточка, откровенно, недоумевая.

– Ну, методом исключения, получается…

Велик улыбнулась, проговорив эти слова, и все сразу начали оглядывать друг друга. Кого не хватает?

Вот наши карты, кисти…карты…кисти…

Карты!

Не было видно только Гулену. Она, значит, спела?

– Вот тебе и Праздник! – удивилась Ветер. – Ай да молодец!

– А что еще можешь спеть, сестричка? – спросил Максим у Марины.

– Ну, есть одна…

– Давай, а мы послушаем! – поддержал папа.

– Хорошо…

Перед тем, как начать петь, она ждала, будто когда кончится проигрыш.

Снова вдох, но на этот раз короткий, только пламя свечей слегка пошатнулось…

Верить в то, чего на свете нет.

Верить в то, что не дается просто так.

Верить в то, что дарит свет.

Забыть о том, что это всё лишь мак.

Когда она начала петь, все задумались: откуда эта песня? Павел и Мария точно её слышали.

В одном углу стекло гремит,

В другом лишь стоны, крики.

А в третьем тишина шумит.

И лишь в последнем вижу блики.

И только Клара вспомнила, что это за песня.

Я говорю: «Желай! Желай!

И всё придёт, я обещаю!»

И ты в ответ: «Желай. Желай.

И верь в свои слова...

А я не проиграю».

Тут–то всем сразу вспомнились и звуки гитары, под которую эта песня исполнялась, и кто ее исполнял, и кто ее пел совсем недавно.

Это, оказалось, та самая песня, что исполнял на концерте Сергей Львович, местный артист, когда Перчатка уснула на концерте.

После этой прекрасной ночи все в доме спали спокойно, и снился им уютный костерок на берегу реки, а вокруг семья и друзья. И слышались звуки гитары и голоса певцов...

– Ну, как вам? – спросила Гулена, выходя из комнаты.

– Шикарно! – выкрикнула восхищенная, и в то же время возмущенная, Кисточка. – Только с кого мне теперь требовать мое время, с тебя или Велика? Сутки мои ведь начались.

– Не волнуйся, – начала успокаивать Велик. – Возьмешь из моего дня, – она перевела взгляд на Праздник. – А я у Гулены возьму.

– Берите, для хороших душ ничего не жалко! – Гулена была так счастлива, что нашла в себе что-то новое.

Тут любой был бы счастлив…

…

– А я завидую даже немного.

– Чему именно?

– Они нашли свое призвание, а мы что, не люди?

– Мы – души, и призвание у нас одно.

– И думаю, ты знаешь, какое оно.

– Наверное, вы правы…

– Ладно, они уже легли, и нам пора.

– Да…

– Спокойной ночи…

– Ага…

– Давайте набираться сил, друзья мои…

– Друзья, да, мы все друг другу друзья…

Часть 2 Глава 9

Глава девятая

Через несколько дней родственники уехали в свой родной город, как и думали Василиса с Николаем, Глеб все–таки оставил родителей в Безымянном.

– Вы же не против этого? В конце концов, вы так давно не виделись, годы! Нужно наверстать упущенное!

– Конечно, брат, оставляй, мы очень рады.

– Ну, вот и хорошо.

– А я, наверное, перееду скоро обратно! – оповестила всех перед уездом Клара.

– Почему? – насторожилась мама. – Неужели выгоняют?!

– Нет же! – рассмеялась дочка. – Мне сказали, что оценки я получаю очень даже неплохие, поэтому моих знаний хватит, чтобы учиться в нашем первом институте.

– Да, здорово все–таки! – усмехнулся Николай. – Первые детский садик, школа, колледж и институт были названы в честь своего открытия «номер 1», причем во всех смыслах этого слова. Все это преуспевающие заведения, куда мечтает каждый ребенок попасть. Кстати, отчего так?

– Это оттого, что учителей в эти заведения набирала команда мэра, – пояснила Калерия, подойдя к прихожей задней двери, откуда собирались уходить гости. – Да, я тут еще вспомнила, нас тогда на выходе встретила девушка какая–то. Когда мы по поводу общего дома разбирались. Попросила сказать, кем мы работаем, чем занимаемся, помнишь, Василис.

– Да, припоминаю, мы тогда еще номера телефонов наших дали.

– Да, да! Точно, именно так.

Что ж, гостей наша семья проводила и уже вернулась к обычному темпу жизни…

20 марта 2019г. Среда

Весна наступила слишком рано в этом году. Уже растаяли последние снежные бугры, а ручьи начали высыхать.

Утро.

Пока Марина играла с дедушками, бабушки готовились идти на работу, родители девочки все придумывали, что бы подарить малышке? В куклы она не играет. А спортивных принадлежностей так много, что хватит на годы вперёд. Кисти с красками тоже есть. Платье можно было бы, но тут бабушки с дедушками их опередили.

Они тоже торопились и собирались на работу, но рассуждать на ходу им никто не мешал.

Если снова ей позволить выбирать, то, что это за подарок такой, спрашивается?

Марина сидела с дедушками и внимательно наблюдала за родителями.

- Вот же несправедливость! - возмущалась в такие моменты Кисточка. - Пока женщины и дети работают, мужики сидят дома и ждут, когда им эту работу подкинет случай. Хотя, нет. Один ждет случая, а второй – вдохновение! Чем не жизнь, она ведь удалась!

Тем временем Перчатка не торопилась заходить в комнату. Садик закрыли на карантин, поэтому девочку оставили дома. Долги по времени души уже успели друг другу раздать. При этом из всех недовольна осталась только Кисточка. Потому что именно в тот момент, когда она хотела в очередной раз сцепиться с Лизой, ее время кончилось, и Велик вернула себе право обладания. Сама Велик прекрасно отдохнула в выходной день, когда не нужно было рано вставать и собираться в детский сад.

И от Гулены не убыло. Она и так нашла свое небольшое призвание, поэтому ей и весь день не жалко было бы Велосипедисту отдать.

Додумывать подарок родителям пришлось уже по пути на работу, каждый из них ходил к ребенку на дом, для занятий. Вот и сейчас они спешили каждый к своему клиенту. Ближе к двенадцати часам, когда дедушки во всю разговаривали со своей внучкой, за входной дверью, задней, через которую попадаешь сразу в столовую, послышались чьи–то неравномерные, тихие шаги. Будто это был кто–то очень легкий, но немного неуклюжий. Он попытался открыть дверь и войти, но та была заперта. Дедушки прислушались. В замочную скважину вставили ключ, и та открылась без всякого скрипа. У входящего в руках была большая дорожная сумка, набитая вещами до отказа.

Внутрь вошла Клара, младшая доченька Николая и Маринина тетя.

– Клара! – крикнула Марина и помчалась навстречу родственнице. – Ты к нам насовсем?

Огоньки подбежали к экрану, чтобы узнать подробности.

– Теперь да! – обрадовала Клара племянницу. – С днем рождения, красотка! Вот, смотри, что я тебе привезла.

Клара раскрыла свою дорожную сумку и вытащила из него целлофановый пакетик, внутри которого было что–то цвета не то синего, не то зеленого. Она достала содержимое из пакетика и развернула, положив себе на колени, когда сама села на корточки.

– Это купальник. Смотри! Под цвет твоих глаз.

– Красивый, – сказала девочка улыбнувшись. – А что это за цвет такой?

– Цвет моря, или морской волны.

- Это правда мне? - Марина посмотрела своей тёте прямо в глаза.

- Конечно, тебе! Что за глупости! Или у нас сегодня ещё у кого-то день рождения!

Девочка долго рассматривала обновку, гладила её тоненькими пальчиками, расправляла складки…

- Это мне, - хихикнула она.

Вдруг Марина встрепенулась и сказала:

– Клара, можешь с родителями поговорить?

– О чем же?

– По поводу подарка для меня.

– Они, что, хотят подарить тебе то, чего ты не хочешь?

– Для меня от них подарок – это всегда лучший подарок. Только в этом году получился лучший подарок от тебя.

– Спасибо, племяшка! Это так мило! Итак, что ты хочешь?

– Пусть они покажут мне природу. Я хочу увидеть, как разливается река.

– Ну, хорошо, я постараюсь их уговорить.

– Вот спасибо! – Марина прыгнула на Клару и крепко обняла ее.

– Это…

– Что? – Перчатка услышала какие–то обрывки слов от Клевера. – Что говоришь?

– Это было…моим желанием…

– Видимо, – снова души возвращаются к рассуждениям о том, что тело имеет какие–то рефлексы. – Видимо тело рефлекторно приняло твое желание за желание Марины, то есть, за желание своей собственной души.

– Наверно…

Клевер думала тем временем совсем о другой вероятности, которая могла бы быть реальной, но мысль об этой вероятности была столь мимолетной, что Клевер тут же её забыла.

Часть 2 Глава 10

Глава десятая

Пока огоньки ждали приезда родителей, от безделья занялись своими делами.

Клевер уснула. Она увидела сон. Душа стояла на мосту и наблюдала за небольшой речкой. Рядом с ней была девушка. Красивая, кожа смуглая, волосы светло-русые. Они улыбались друг другу. Клевер произнесла: «Да разве это речка? Ну, дела! Поверить не могу. Так мелко!»

Девушка ответила, но на непонятном языке. Хотелось Ботанику переспросить, что она сказала, но тут хлопнула входная дверь, и сон исчез, как будто его и не было.

В этот день кормильцы семьи вернулись довольно рано, почти в четыре часа. В мыслях родителей все еще вертелись какие–то идеи о подарках для дочки, но за весь день им так ничего и не попалось.

– О чем задумались, брат? – спросила Клара, будто уже прочитала их мысли и готова сама ответить на вопрос и задать новый, более важный.

– Да вот не знаем, что Марине дарить, весь день голову ломаем. Ничего путного не приходит, – ответил Паша.

– А вы ее хоть раз вывозили дальше, чем на километр от дома?

– Как тебя понять?

– Ну, вы, даете! Ни разу Марину не вывозили за город? – притворно изумилась Клара.

Марина внимательно наблюдала, а огоньки немного даже хихикали, смотря на происходящее.

– Да вы ей хоть что–нибудь покажите! Что–то, до чего еще не добрался город! Благо, Безымянный славится своей зеленью.

– Так, что ты нам предлагаешь? – Маше не терпелось узнать, к чему клонит Клара.

– Прокатитесь до нашей речки, она разлилась там, наверное. Да что там, доехать! Дойти можно спокойно! Покажите девочке природные красоты нашего города!

Паша и Маша еще немного посидели, подумали над предложением, очень даже дельным предложением, и все–таки решили с ним согласиться.

– Терять намнечего. Что дарить, мы все равно не придумали!

– Ага, дожили. Ребенку только три года, а мы уже не знаем, что ему дарить! Стареть начинаем, что ли?

– Рано больно, – усмехнулась Клара.

– А ты, кстати, что подарить решила? – вдруг спросил Паша у сестры.

– Да так, из одежки…

Часть 2 Глава 11

Глава одиннадцатая

– Скорей, скорей!

Калерия и Василиса торопились, как могли, чтобы дети, родители и внуки без них не уехали. Им тоже очень хотелось посмотреть на то, как разлилась река. Вот они собрались и уже запирали за собой дверь.

Расстояние от их дома до речки совсем не большое, нужно было всего лишь дойти до конца улицы и пройти по дороге чуть больше полусотни шагов.

Река протекает по окраине города и змеей обвивает его почти со всех сторон. Конечно, дальше этого места речка была куда красивей и полноводней, чем возле Крайней улицы. Но туда идти не решился никто: какой трехлетний ребенок выдержит поход до речки расстоянием в пять километров, если не больше.

Речка в Безымянном тоже по–своему удивительна. Достаточно и мелководья, и глубины, места на каждого хватит. Есть примерно четыре песочных берега, где отдыхают летом жители. При этом на каждом берегу собираются свои компании.

Первый находится недалеко от того места, где раньше жили Юниковы – Юниковские. Там обычно собираются парочки, которым не хватило времени налюбоваться природой весной, и они догуливают это время уже на песке. И это не только подростки, но и вполне взрослые люди. Маша с Пашей тоже там частенько бывали. Река в этом месте не очень–то и глубокая. Взрослому человеку вода едва прикрывает плечи. Да и приходят туда в основном не для купания, а чтобы отдохнуть от города и побыть со своей второй половинкой. На дне реки в этом месте камни крупные и острые. Встречаются и осколки ракушек. Может, поэтому там мало кто купается?

Для тех, кто любит повеселиться, есть другой пляж. Он расположен почти рядом с первым, их разделяет какой–то километр! Туда может прийти человек после работы, чтобы просто посидеть на траве, пробивающейся сквозь песок. Может и какая–то веселая компания собраться. И если первый песочный берег абсолютно открыт, нет никакого укрытия от жары, и приходится брать зонтик от солнца, то второй пляж просто зарос! Как будто за ним давно никто не ухаживал. И деревья там то отпилены, то поломаны, чтобы сидеть. На дне реки в этом месте камушки мелкие и гладкие.

Весь вид портит мусор, который раскидан вдоль берега. Обычно его собирают, складывают в мешки, но мешки эти так и остаются на берегу до конца лета. Пока не приедет мусоровоз, не сжалится над природой и не заберет эту злосчастную поклажу. А глубина у реки примерно два с половиной метра. Хватит, чтобы поплавать, повеселиться и просто отдохнуть.

Самое хорошее место оставили для ребятишек. Как раз то место, где сейчас находятся Юниковы – Юниковские. Глубина здесь не такая страшная, как на самом дальнем берегу. Взрослому человеку по пояс, но это самое глубокое место. Здесь нет мусора, есть травка, песочек и можно босиком бегать. Там, где взрослому человеку по пояс, на самом дне осел вязкий, мерзкий, черный ил. На двух предыдущих местах и на следующем берегу, речка имеет довольно сильное течение, и жижа не задерживается на месте надолго. А вот здесь, на изгибе реки, где на дне лежит мягкий песочек, поверх него–то улеглась эта мерзость.

Четвертый берег обычно самый шумный. Там собираются подростки, у которых часто возникает желание искупаться и поплавать, а еще понырять и попрыгать с дерева. Весь берег там зарос растительностью, песка и не видно больше! На дальнем берегу выросло огромное дерево, которое изогнулось стволом так, что оно повисло над самой глубиной. Теперь бестолковые ребята прыгают с него, зная, что никто им не пригрозит и ничего не скажет в запрет. Родителям они про доброжелательное дерево не говорят, поэтому и сам пляж остается в секрете. Конечно, шум оттуда слышится, но никто не хочет идти и проверять, откуда доносятся такие сумасшедшие крики.

Дно реки избежало ила, но не смогло себя сберечь от озорных подростков, которые любят поиздеваться над несчастным деревом. Они отрывают от него ветки, сухие прутья и начинают бегать друг за другом, якобы пытаясь сбить. Но игра, как часто происходит, надоедает, и ребята просто выкидывают ветки или забывают о них. Куда они деваются? Как правило, остаются на берегу или уносятся течением.

Бывает чаще всего по–другому: река разливается и забирает все ветки себе, те постепенно впитывают в себя влагу и оседают на дне.

Возможно, где-то есть и другие пляжи, пригодные для отдыха. Но за ненадобностью никто их поисками не занимался.

Пока семья шла по дороге и уже доходила до конца улицы, внутри Марины души занимались своими делами, в то время как Клевер сидела, обняв колени и о чем–то думала. Сзади к ней подошла Боксер.

– Хочешь посмотреть? – спросила она у Клевера.

– Да, а толку–то? Очередь не моя.

– Зато она моя, – сказала решительно Боксер и посмотрела Клеверу прямо в глаза. – А значит, я могу сама решать, как распорядиться своим временем. И я хочу тебя пропустить в комнату вместо себя.

– Ты…сейчас серьезно? – не веря своим ушам запинаясь, спросила Клевер.

– А по мне видно, что я шучу? – расхохоталась Боксер. – Если ты этого хочешь, почему бы и не зайти и не посмотреть?

– Наверное, ты права…

Ботаник подошла к комнате и приложила руку к входу. Тот был закрыт. Сначала она хотела приложить немного больше силы, но потом решила подождать.

Они уже подходили к самому берегу разлившейся речки.

Клевер продолжала настойчиво держать руку на преграде. Она пристально смотрела на экран, будто пыталась что–то разглядеть.

Марина оглядывала берега реки, как свои собственные владения. Ее взор был устремлен уже дальше, за пределы реки. Она смотрела пристально, пытаясь что–то разглядеть на горизонте, но даже там не было ничего, кроме воды. На какое–то мгновение Марина остановилась и уставилась в одну точку.

Вдруг преграда отступила, и комната будто сказала: «Ладно…».

Из–под рук Клевера преграда начала медленно уходить, словно отодвигаться. Ботаник даже удивилась немного, но все же, со всей своей настойчивостью, она продолжила подходить к экрану. Вот она прикоснулась к нему и…испытала совсем иное ощущение, отличное от других предыдущих попыток.

Раньше она прикасалась к экрану и чувствовала пустоту, которая исходила от чужого тела, будто оно привязано к чему–то, или кому–то, другому и не хочет подчиняться незнакомым душам. А теперь пустота была незаметна, ее просто не было. Тело спокойно приняло Клевера, словно конь своего нового наездника, а коня держал за уздцы опытный человек. И вместо холодной пустоты появилось тепло, впервые за эти три года.

Как только глаза прорезал яркий свет, а кожа почувствовала легкое дуновение ветра, Клевер сдвинулась с места. Она сделала это с необычайной легкостью. Девочка подняла руку навстречу солнцу, чтобы то не жгло глаза. Она рванула вдоль берега, рассматривая противоположную сторону. Душа восхищалась красотами природы и удивлялась тому, что даже не подозревала, какие чудные места есть в этом городе. Она была по–настоящему счастлива. Впервые Клевер чувствовала покой, находясь в комнате. Она словно знала, что ее никто не прогонит, не оттолкнет, не выкинет из этого места. Будто и некому это сделать. Клевера посещали в эти мгновения только самые приятные и хорошие мысли.

– Тепло…

Часть 2 Глава 12

Глава двенадцатая

Для Клевера десять минут, которые она провела возле берега, длились очень медленно, ей казалось, что на реке она провела весь день. В какой–то момент Клевер почувствовала, что пора уходить, и комната это подтвердила, но не как всегда, вышвырнув. Нет, это было совсем по–другому. Ей показалось, будто ее кто–то обнял и медленно отодвинул от экрана.

И вот душа стояла уже в комнате. Там ее снова кто–то подхватил и так же медленно, держа за плечи, вывел к остальным. На мгновение Клеверу почудился силуэт девушки с распущенными волосами. Но это было лишь мгновение, и спустя время Клевер будет вспоминать это чувство и даже думать, что на самом деле это ее воплощение души. Будто это ее истинный облик.

Перчатка подбежала к Клеверу, чтобы спросить, чем увенчался поход, но та чуть коснулась ее плеча и сказала:

– Заходи, пока можно, если хочешь. Думаю, тебе понравится.

Боксер постояла еще немного возле комнаты и решилась все–таки в нее войти.

– Понравился подарок? – спросила тем временем мама у Марины.

– Очень! – воскликнула Марина.

Они уже дошли до дома и вошли во двор. Перчатка смотрела на экран и наблюдала за родителями и всей семьей. Несколько секунд она просто стояла и думала: войти или не нужно…

Перчатка, было, сделала один неполный шаг, но вдруг кто–то коснулся ее плеча, и она остановилась. Посмотрела налево: ей показалось, будто вспыхнул серо–желтый огонек, и на его месте оказалась девушка с тугой косой. Лишь за это мгновение Перчатка, со своей молниеносной реакцией, успела разглядеть эту девушку с ног до головы. Глаза ярко–карие, одета в желтую майку, черную олимпийку, узкие джинсы и высокие сапоги, а коса перевязана желтой тесьмой. Девушка исчезла, но остались ее слова: «Не надо…».

– Может, это...

Когда Перчатка вышла из комнаты, кто–то вздохнул облегченно за ее спиной, и она резко обернулась, чтобы увидеть того, кто издал этот звук. Но никого не было.

Боксер направилась обратно, к своим друзьям.

– Чего не зашла? – спросила Клевер, встречая Перчатку.

– Я завтра в твой день войду, – усмехнулась Боксер. – Не хочется, чтобы кто–то у меня в долгу оставался.

– Согласна.

Через некоторое время Клевер снова подошла к Перчатке.

– Давай в карты сыграем.

– А давай! – ответила Перчатка.

Никто не обращал на них внимания. Они сидели на полу, смотрели на карты и молчали. Первой заговорила Клевер.

– Ты видела?

– Что, видела?

– Девушку, там, – Клевер мотнула головой в сторону комнаты, откуда исходил свет экрана.

– Ты тоже? – изумилась Перчатка. – А как она выглядела?

– Я уже не помню. Волосы, кажется, распущены.

– Даже так?! – тихо воскликнула Печатка.

– Что? Что такое? – поинтересовалась Клевер.

– Я видела девушку с косичкой.

– Значит, она еще и не одна там?

– Да кто знает! – они говорили по–прежнему шепотом. – Может, в комнате скрываются наши настоящие сущности?

– Хочешь сказать, если поймать момент, можно попробовать узнать, кем мы были в прошлой жизни?

– Не знаю, но там есть что–то. Что нам не угроза, но предупреждение, - Перчатка задумалась.

– Какое предупреждение?

Ботаник повернулась в сторону комнаты, Боксер последовала ее движению. По–прежнему из комнаты исходил свет от экрана.

– Стоит рассказать остальным. Или подождем?

– Лучше подождать, мало ли что, – Боксер подумала и добавила. – Как только еще увидит кто–нибудь, тут и будем думать. А то вдруг совпадение простое, померещилось.

– Да.

…

– Спасибо, что отвлекла его, а то я бы не выдержала второго огонька.

– Да, для них это уже нормально, а нам тяжеловато с ними бывает.

– Скорее, не по силе тяжеловато, а по духу.

– Точно. Тот огонек так смотрел, руки сами слабели. Хорошо, что обошлось все.

– Надеюсь, такого больше не повторится.

– Надейся, они еще и не то выкинут.

– А я и не сомневаюсь!

– Слушай…

– Что, что случилось?

– Да, так. Спасибо.

– Хах. Все хорошо…

Часть 2 Глава 13

Глава тринадцатая

21 марта 2019г. Четверг

– Вот так новость! А раньше нельзя было сказать?! – Василиса орала прямо в трубку. Так она разговаривала с воспитателем детского сада.

– Что случилось? – спросила Маша, когда Василиса положила трубку.

– Будите Марину! Садик открыли.

– А почему раньше не сказали, хотя бы вечером? – изумился Паша, он надевал синюю рубашку и попутно искал расческу.

– Действительно, позвонить вчера нельзя было? – согласилась Маша. Она уже поднималась наверх, чтобы разбудить дочку и кричала с лестницы.

– Я спросила, но мне никто не ответил, только тихо сказали: «Извините». Какое там «извините»! Я ответа попросила, а не извинений!

– Ладно, что ж теперь, повезем, – вздохнул Паша, они и так на работу опаздывали, а тут такое!

– Не волнуйтесь, берите Машину и отправляйтесь к детям, которых учить надо, а мы оденем Марину и отвезем в садик. Благо, от школы недалеко.

– И мы потом на Вышку поедем, да, Андрей? – так называли самое высокое здание в городе все, кто там работал. Официально и Андрей с Николаем зарегистрированы, как работники.

– Ага! – Андрей заводил машину и только что зашел домой. – Обе машины на ходу, поехали.

– Что ж мы в первый день, когда вообще в этот город приехали, добирались сюда на автобусе, а не своим ходом?

– Так обе машины тогда сломаны были! – воскликнул Андрей.

– Не–ет, – протянул Николай, ухмыляясь. – Ваша была сломана, а нашу машину Глеб забирал, на некоторое время.

– А зачем забирал–то? – улыбнулся Андрей.

– Вроде как, чинить.

Все переглянулись между собой, а потом рассмеялись общим хором.

Приблизительно через час бабушки и дедушки привезли Марину, вручили лично воспитателям и отправились на работу. Рада и Бронислав остались дома глядеть за порядком и ждать Клару из института.

– Так, ребятки, внимание! – воспитательница обратила на себя внимание детей. – Сейчас мы идем в кинотеатр, а после похода вас ждет сюрприз.

Что это был за сюрприз, ребята не знали, но Марине понравилось уже то, что они пойдут в кинотеатр.

Кинотеатр «Лента» располагался прямо за школой, на улице, где находятся Магазин Канцтоваров, боксерский клуб и кафе, но немного дальше от всех этих пунктов. Так уж получилось, что прямо за улицей построили школу, а за школой построили детский садик. Чтобы попасть в кинотеатр, нужно лишь пройти через двор школы и выйти на середину улицы.

Вот они вошли внутрь и прошли в зал. Рядом с Мариной сел Артем, а справа - Ирина.

– Ирина, а ты не знаешь, что будут показывать? – поинтересовался Артем у Ирины.

– Точно! – воскликнула Марина. – У тебя же здесь папа работает.

– Да, но он мне не сказал, только добавил, что пусть будет сюрпризом.

Самое интересное то, что этот фильм никто никогда не видел, и когда его выпустить успели, никто не был в курсе. Содержание неплохое, но была эта картина не только для детей, слишком много смысла в истории. После просмотра на середину сцены вышел парень, даже мужчина, с ни чем не примечательной внешностью.

– Это же папа! – улыбнулась Ирина.

– Дорогие ребята, – начал он, – мне хотелось бы сначала обратиться к вам с таким вопросом, понравился ли фильм?

- Да!

Крик был пронзительным и звонким. Тишина моментально развеялась, а потом также вернулась, в одно мгновение.

– Хорошо, – лицо с трудом угадывалось в потёмках. – Когда–то давно в наш город переехал мультипликатор. Ему очень понравился Безымянный, и он стал считать его родным домом. И вот он решил нарисовать такую историю, которую видел здесь, в этом самом городе. Про то, как один мальчик нашел красивое место на природе и решил показать его своим друзьям. Сначала он показал его одной девочке, потом они вместе рассказали о нем одному мальчику и его подружке. Через какое–то время они решили показать это место еще двум девочкам. Последним оказался мальчик, у которого была травма головы. Но они его не оттолкнули от себя, потому что понимали его, ведь у них были свои травмы. Первый мальчик привязан к инвалидной коляске, девочка была немая, у другой не было левой руки, а у мальчика правой. У последних двух девочек протезы вместо ног. Вы детки маленькие, но все понимаете. Сейчас вы сами посмотрели эту историю, и какой же она вам показалась. Грустной?

- Нет!

– Она у вас жалость вызывала?

- Нет!

– Какие же чувства она у вас вызвала?

– Радость!

– Веселье!

– Забавы!

– А почему?

Тут встал Артем.

– Они не обращали внимания на свои недостатки, и мы на них не обращали внимания, пока смотрели. Им было весело, мы тоже радовались вместе с ними!

– Да, – начали поддакивать детишки.

– Точно–точно.

– Так, правда.

– Правда, дядя, правда.

– Правда!

– Я очень рад, что вы поняли смысл этой истории, – дядя улыбнулся. – Можно ли этих ребят назвать уникальными?

– Конечно!

– Можно, дядя.

– Да!

– Хорошо, что вы так думаете. Очень рад, что вы пришли сегодня, до скорых встреч! Приходите еще!

- До свидания!

Часть 2 Глава 14

Глава четырнадцатая

Обратно строй детей шел вдоль улицы. Многие уже и думать забыли про сюрприз, который должен был их ждать по возвращению в сад. Но сюрприз этот оказался более чем неожиданным.

Они уже проходили мимо магазина канцтоваров, когда воспитательница остановила весь строй.

– Ребята, на этом наш поход не закончится. Многие из вас вырастут и найдут себе свои увлечения. Например, как Лиза с Мариной, они же рисуют.

– А еще Марина и Артем умеют делать «колесо»! – выкрикнул Вова.

Пухленький мальчик с серыми глазками и черными волосами, а кожа бледная–бледная, в маму свою пошел. Не смотря на то, что он всегда перебивал всех, даже взрослых, с ним можно было поговорить на любую тему. Да и комплекция толстенького мальчика, думаю, ненадолго с ним останется. Сейчас многие дразнят его, только Марина, Ирина, Артем и еще несколько вполне разумных ребят, не обращают на это никакого внимания.

– Верно, Вова! – воскликнула воспитательница. – Только нельзя перебивать взрослых! Есть ли среди вас те, кто хотели бы связать свою жизнь со спортом? Ну, кто будет спортсменом, когда вырастит?

– Я!

– Я.

– Я тоже хочу!

– И я, и я!

– Хорошо, очень хорошо! – продолжила воспитательница, успокаивая толпу. – А кто кем хочет стать?

– Футболистом!

– Волейболистом!

– Бейсбол! – крикнуло сразу три человека.

– Гимнастом! – выкрикнул Артем.

– Боксером!

Воспитательница не обратила внимания, кто выкрикнул последнее слово, но успела перехватить беседу.

– Отлично! Просто замечательно! Сегодня мы зайдем в самый лучший боксерский клуб в нашем городе.

– Я бы даже сказала: единственный, – хихикнула Лиза.

Девочка стала выговаривать буквы намного лучше. И теперь её понимают не только ровесники.

– Нас уже должны ждать, – прошептала воспитательница, подталкивая каждого ребенка к двери.

Кто бы мог знать, что на экскурсию ребята могли и не попасть. Спасибо парню – профессионалу, который пользовался здесь большим авторитетом и попросил провести эту экскурсию своего тренера.

– Соглашайтесь, а вдруг там будет та девчушка, о которой я вам говорил!

– А она что, такого возраста была?

Тренер — старичок. Но какой старичок! Как и мэр, этот человек сирота, но позже поднялся с колен за счет профессионального спорта. Он стал профессионалом и начал жить этим, но когда наступило время уходить на пенсию, вернулся старый друг с выгодным предложением.

«Переезжай в мой город! Ты ведь хотел быть наставником, тренером по боксу. Там и место хорошее есть. Специально для тебя построил здание. Какое ты любишь, небольшое».

Так и согласился.

– Да, она как раз сейчас должна в садик ходить.

– Ладно–ладно! – проворчал старик.

И комплекцией он такой же, как и мэр, только ниже. И ходил слегка сгорбившись. Своему лучшему ученику старик смотрит носом в грудь. Взгляд снизу вверх пристально наблюдал за парнем.

– Но, смотри, если не та группа, или девка вообще никакая, не пожалею. Будешь всю неделю меня на горбу своем катать. Каждое утро. По три часа. Понял?!

– Твои угрозы – бальзам на душу! – отшутился парень, когда убегал из кабинета в зал, от тапка учителя. Вроде, с левой ноги.

– Ух, я тебе! – старик выглядит довольно не плохо, но, как говорится, старость не радость, а спина прихватила.

Вот ребятишки вошли в зал и увидели самое настоящее чудо. Они никогда не бывали в таких местах, поэтому глаза у них сразу разбежались. Никто не знал, куда им смотреть. В этот момент Перчатка прикоснулась к экрану и сразу начала искать взглядом знакомые лица. Почти все эти люди были в тот день, поэтому они тоже начали шарить глазами по толпе детей, в надежде увидеть то маленькое знакомое личико.

Боксер не успела оглядеть зал полностью, ее отвлек резкий звук.

Это дверь кабинета тренера ударилась о стену.

Из кабинета выбежал тот самый парень, который проверял навыки Желтой. Вслед за ним, в очередной раз, полетел тапочек директора. Теперь с правой ноги.

Дети посмотрели на эту картину с недоумением и очень удивились, когда из кабинета, вслед за парнем и обувью выбежал старик, с седыми волосами, небольшой лысиной и горящими глазами. Его глаза были действительно яркие, не карие, а желтые. В них горел огонь, как у молодого спортсмена, а не профессионала в прошлом, который ушел на пенсию. Последний факт удивил уже воспитателей.

– Здравствуйте! – крикнули дети.

– Здравствуйте, дядя Валя! – крикнула Ирина и бросилась на шею парню, который бежал от дедушки.

– Иришка! Как выросла–то!

– Вы знакомы? – изумилась воспитательница.

– Мы с ее папой в одном классе учились. До сих пор общаемся. Иришка — моя крестница. Пока я преуспеваю в спорте, мой одноклассник преуспевает в личной жизни. – Ирина повисла на шее у дяди Вали.

Тот обнял ее в ответ как родную. Затем он приблизился к воспитательнице.

– Валентин. Почти главный человек в этом клубе.

– Почти? – неловко улыбнулась воспитательница.

– Самым главным здесь является обладатель вот этого тапочка, – Валентин поднял левую руку со стоптанной обувью, и та тут же исчезла из руки.

Старик моментально вырвал свою обувь у парня и поспешно надел на ногу. Молодой человек усмехнулся, а потом вернулся к разговору, все еще держа Ирину на руках.

– А вас как зовут, простите?

– Меня? – воспитательница даже немного растерялась. – Ева Сергеевна, очень приятно.

– Приятно познакомиться! – он спустил на пол Ирину и поцеловал Еве Сергеевне руку.

Девушка с тугой косой русых волос сзади, с серо–голубыми глазами и белоснежной улыбкой отвернулась от Валентина, пытаясь скрыть смущение.

Вдруг парень получил по голове тростью как последний мальчишка, а не взрослый боксер – профессионал.

– Так, здравствуйте, – начал старик официальным тоном, а потом резко переключился на обычный, разговорный. – Имени я своего называть не буду, отчества тем более.

– Так вы же знаменитость! Кто вас не знает?! – воскликнул кто–то из детей.

– А вы думаете, я свое подлинное имя журналистам говорил? – лукаво посмотрел старик на ребенка, а потом снова вернулся к делу. – Хочу спросить. Кто хочет попробовать грушу ударить?

– Я, я!

– Я тоже.

– И мне охота!

– Сначала дамы, то есть девочки! – выкрикнул Валентин.

Уж очень ему захотелось скорей найти и увидеть ту самую девочку, которую он так долго ждал.

Ирину ребята толкнули к груше первую, но та сразу отказалась и мигом шмыгнула под руку Валентина. Он и так знал, чего можно было ожидать от крестницы, и чего никак нельзя.

Теперь вперед вышла Лиза. Она подбежала к груше и со всего размаху ударила по ней.

– Стой! – не успел предупредить ее Валентин. Лиза уже каталась по полу от жгучей боли в кулачке. – Нужно повязками кулачки перевязать, а то недолго пораниться и кожу содрать.

– Хорошо, что ударила, не так сильно, – улыбаясь, заклеивал Валентин кулачок Лизы. Пока он обрабатывал эти маленькие ранки, воспитательница стояла над ним, контролируя все его действия. А ребятишки, уже с перевязанными кулачками, пробовали бить грушу. Боксеры смотрели на детей с улыбками и едва сдерживали смех. Такие маленькие, и так много пытаются сделать. Вот подошел, казалось бы, последний ребенок, мальчик, Артем. Он ударил грушу, и все вокруг довольно кивнули.

«Из него еще могло бы что–то выйти», – подумали в этот момент другие, а потом разочаровались, присмотревшись к нему. Они поняли, что сердце его уже отдано другому виду спорта. Телосложение говорит само за себя.

– Это все? – разочаровался старик и угрожающе и лукаво посмотрел на своего ученика.

– Подождите, кого–то пропустили! – переполошилась Ева Сергеевна и начала перебирать глазами каждого ребенка. Валентин осмотрел всю толпу детей и заметил вместе со стариком чью–то макушку за грушей. Кто–то из детей наклонил, не то черную, не то каштановую голову и рассматривал свои руки. Вдруг головка перестала смотреть на руки и повернулась прямо к старику и парню.

– Я еще не пробовала! – крикнула Боксер.

Старик посмотрел с удивлением на приближающуюся девочку, в то время как парень расплывался в улыбке. Вот она! Та самая девчушка, которую он терпеливо ждал.

– Можно? – спросила Перчатка, подходя к груше.

– Бей.

Старику было всё равно на ребёнка, на любопытно, на кого обратил внимание его подопечный.

И после первых же движений девочка заставила старика следить за ней внимательнее. Ноги утвердились на полу, просто так не сдвинуть. Глаза спрятались за плечами, кулаки перед лицом…

Только сейчас старик заметил, что девочка была в перчатках. Валентин усмехнулся: теперь те же перчатки были ей как раз. Вот правый кулак отведен назад. Поворот бедра, правой ноги при развороте, легкий свист, удар! Звонкий, прочный удар! Жестче, чем в прошлый раз. Маленькое тело окрепло и собралось сделать свой выбор в пользу бокса.

«Вот где можно сделать многое! Вот кто может потягаться с лучшими новичками!»

Старик сдвинулся с места и подошел прямо к Перчатке.

– Можно она задержится ненадолго? Мы ее потом проводим.

Вся группа ушла, а старик повел Перчатку в кабинет.

– Хочешь стать боксером?

– Да, – ответила Перчатка, не задумываясь. Ведь бокс для Перчатки, все равно, что рисование для Художницы и велосипед для Велосипедиста.

– Хочешь заниматься у нас?

– Да.

– Что ж, тогда приходи завтра с родителями, когда хочешь заниматься и сколько?

– Раз в неделю, по средам…

Этот ответ прозвучал менее уверенно.

– Тебе хватит одного дня? Знай, если хочешь быть профессионалом, то одного дня будет, несомненно, мало.

– Не хочу этого говорить, но у меня есть другие увлечения, которым я не могу изменить.

Старик немного подумал, а потом вынес свой вердикт.

– Тогда, если ты так решила, давай договоримся, запомни: если ты будешь посещать наш клуб только один раз в неделю, то, будь добра, дома занимайся каждый день, не отлынивая. С твоими родителями мы подумаем, как лучше распределить нагрузки на тело. Поняла?

– Да!

Теперь старик был спокоен.

Валентин привел Марину в садик, попрощался с Евой Сергеевной и поспешно вернулся в клуб, для продолжения занятий.

– Что они у тебя спрашивали? – поинтересовался Вова.

– Хочу ли я стать боксером.

– И что ты ответила?

– Сказала, что не знаю, подумаю…

Часть 2 Глава 15

Глава пятнадцатая

– А врать нехорошо! – сказала Перчатка комнате, когда наблюдала за тем, как дети расспрашивают Марину.

– Как по мне, она правильно сделала! – заметила Клевер.

– Да, – вмешалась Велик. – Тебе нужно, чтобы каждый знакомый докапывал тебя и спрашивал о чем–либо касающемся бокса?

– Нет, конечно, но все же…

– Ты же из–за этого бокс не разлюбишь? – усмехнулась Клевер.

– Вот именно, нельзя с таким настроем заниматься тем, что тебе нравится! – поддержала Кисточка. – В конце концов, ты ведь не собиралась всем подряд говорить, что ты боксер? Насколько я тебя знаю, ты человек более чем скромный. Нужны ли тебе такие проблемы?

– Нет, не нужны, – Боксер повернулась лицом к комнате. – Спасибо, Марина.

29 апреля 2019г. Понедельник

Нельзя останавливаться, ни за что! Я буду двигаться до тех пор, пока это нужно кому–то еще, кроме меня…

– Просыпайся! – Клевер попыталась разбудить Велика ужасным растягиванием звуков.

Это подействовало. Велик открыла глаза, но только после следующей фразы она вскочила с пола и побежала к комнате. Клевер наклонилась к уху Велика и сказала заветные слова полушепотом. – Там велосипед на улицу выгоняют.

Ботаник едва устояла на ногах, когда Велосипедист сорвалась с места. Она даже не успела заметить, как Велик забежала в комнату и прикоснулась к экрану.

Действительно, вся семья вышла на улицу, на хорошо обкатанную дорогу, чтобы посмотреть, как Марина в первый раз поедет на велосипеде.

Велик осмотрела велосипед со всех сторон и присмотрелась к заднему колесу.

– Дедуль, – начала она, – они мешаются.

Николай не мог понять, что именно мешается внучке, но тут подошел дедушка Бронислав и указал на причину.

– Ей колесики задние мешают.

– Нельзя, внученька! – вскрикнула Василиса.

– Да, а вдруг упадешь! – поддержала Калерия. – Рада, хоть вы скажите, вразумите дитя!

– Пожалуйста, мама! – взмолилась Василиса.

Но прабабушка Рада, бабуля, любимая мама, осталась безучастна, лишь посмотрела на Машу с Пашей.

Паша кивнул своей бабушке, Маша поняла мужа и подошла к ящику с инструментами. Бабушки вопросительно посмотрели сначала на нее, потом на Пашу, который без слов взял инструмент, принесенный Машей. Затем они посмотрели на безучастную Раду и кинулись на Пашу. Он как раз подошел к велосипеду, чтобы открутить колеса.

– Ты что творишь, сын?! – вскрикнула Василиса.

– А вдруг правда упадет! Что делать будем? – Калерия тоже была на взводе.

– Хватит орать! – перебил всех Андрей.

– Сын правильно делает, – поддержал Николай позицию товарища.

– У внука котелок варит лучше некоторых, – усмехнулся Бронислав.

– Так возраст, что ты хочешь! – улыбнулась Рада.

– Да о чем вы все? – чуть ли не плача спросила Василиса.

Клара уже давно ушла на учебу, поэтому Маша вставила слово вместо нее.

– Паша, объясни нашим мамочкам смысл откручивания колесиков.

– Ребенок хочет научиться кататься на велосипеде, а не телегу катать.

– Так это же на первое время, а потом бы поехала! – протараторила Василиса.

– Не факт, маменька, не факт. Она может и упасть сразу после того, как колеса открутят. А сейчас ей бояться нечего, лучше сразу пускай привыкает.

– Но ведь со страховкой безопасней, – сказала Калерия.

– А мы на что! – засмеялся Паша. – Мы, по–вашему, не поймаем, от падения не убережем?

– Вот именно! – вмешался Бронислав. – Руки у нас, Юниковых, не решето, знаете ли!

– Да и Юниковские отставать от молодых не собираются! – поддержал Андрей.

Наконец Василиса и Калерия сдались и позволили Павлу открутить задние колесики, которые помогают детям не упасть с велосипеда сразу.

Как только колесики оказались на земле, Марина оседлала своего железного коня. Велик почувствовала родственную душу в этом красном велосипеде. Будто он тоже мчался вперед и пытался вырваться из оков, которые создавали витрина магазина и задние колесики. Нельзя же вечно стоять на одном месте и ждать манной с неба! Нужно двигаться вперед и не искать легких путей, которые эти колесики предлагали. Если бы Велик оставила все как есть, она никогда бы не смогла познать вкус первой поездки на велосипеде.

Сначала дедушки поддерживали ручки велосипеда с двух сторон, потом помогли Марине оттолкнуться. Вот ноги уже на педалях. Через некоторое время Велик почувствовала, что ее больше никто не поддерживает, она едет сама, без чьих–либо заботливых рук.

Тело слушалось ее повиновения, не споря с приказами.

Погода выдалась теплой, очень даже теплой. Горячий ветер ласкал лицо и открытые руки. Велик улыбалась, едва не смеялась. Ей даже казалось, будто рядом кто–то есть. Ей не было одиноко и холодно, как раньше, когда она заходила в комнату и растворялась в экране.

Нельзя останавливаться, ни за что! Я буду двигаться до тех пор…

Как–то неожиданно эти слова всплыли в памяти Велосипедиста. Она была готова поклясться, что уже ездила когда–то на велосипеде и видела все то, что происходит сейчас, и мысли были те же, что и сейчас.

Велику на мгновение показалось, будто кто–то не просто находится рядом, но и держит за руку, обнимает сзади и поддерживает, чтобы невозможно было упасть с велосипеда.

– Может, опять тело?

Когда Велосипедист развернула свой Велосипед обратно, кто–то потянул ее за руку из экрана. Когда она оказалась в комнате, попыталась вернуться обратно, но руку намертво кто–то держал. Это была девушка в велосипедном костюме и длинными волосами, собранными в хвост.

– Не надо…

Она сказала это тихо и тут же исчезла, будто ее и не было.

Велик не стала возвращаться к экрану и позволила Марине довести велосипед обратно.

– Подожди, друг, не в последний раз мы с тобой видимся, еще прокатимся до ближайшего берега…

Вновь эти мысли возникли так, будто они уже однажды звучали, но им, как всегда, не было предано особого значения.

Часть 2 Глава 16

Глава шестнадцатая

19 июля 2019г. Пятница

Веселый день предстоит Марине, если в комнату заходит Ветер.

Бегунья всегда тратит слишком много энергии, а потом поглощает все, что увидит на столе, чтобы эту энергию восстановить. Тем более что именно в этот день ребятишки со всех садиков города собрались на одном стадионе для проведения марафона среди младших звеньев. После них будут бежать вторые, третьи и четвертые звенья. Девочки и мальчики в каждом звене бегут отдельно.

Все ребята с нетерпением ждут забега, каждый хочет показать себя. Родители пришли поболеть за своих детишек, поздравить при победе и успокоить при проигрыше.

Поболеть за Марину и Артема пришли обе семьи в полном составе. Даже Клара отпросилась с занятий.

Все ребята разбрелись в разные группы, чтобы подготовиться к забегу. Марина обходила все группы и искала, куда пойти ей. Вдруг она услышала какие–то крики в одной из групп.

– Ты тоже собрался бежать? – смеялись над кем–то мальчишки второго года.

– А что, нельзя? – ответил чей–то дерзкий голос.

– Нельзя так со старшими разговаривать, пацан!

– Это Вова! Его же сейчас ударят! – вскрикнула Бегунья и ворвалась в комнату.

Она вбежала в толпу и остановила дерзкого мальчишку.

– А ты чего здесь забыла, девочка? – спросил надменно мальчишка.

– Взрослым себя возомнил, – подумала Ветер. – Сейчас я ему мозги вправлю.

– Ты что, язык проглотила?

– Я за другом пришла.

– Он твой друг?

– Вова, пойдем, – сказала Ветер и уже потянула его за руку, но мальчишка схватил ее за плечо и повернул к себе.

– Постой, он с нами бежит.

– С какой это стати? – Бегунья не отставала от мальчишки и говорила с ним на равных.

– Мы хотим увидеть, как он будет бежать.

– Ага, знаю я, что вы посмотреть хотите. А его группа не здесь, а там, рядом с первым звеном. Пошли, говорю, – она снова подтолкнула неожиданно оробевшего Вову.

– Дерзости тебе не занимать!

– Отстаньте вы от нее! – крикнул Вова.

– Смотрите–ка! Сначала дерзкий, потом робкий, а теперь что, снова смелости набрался? – засмеялся мальчишка, и его смех подхватили остальные. – Нет, ты с нами останешься и ты тоже!

Мальчишка хотел взять под руку Бегунью, но та толкнула Вову в сторону своей группы, а сама осталась в кольце.

– Беги к взрослым! – Вова кивнул и побежал скорее звать на помощь, но Ветер будто прочла его мысли. – Только не зови никого, я сама разберусь.

Вова попытался возразить, но грозный взгляд подруги его остановил.

Бегунья осмотрела остановившего ее мальчика с ног до головы. Сразу видно, что он серьезно занимается легкой атлетикой, а начал сравнительно недавно. Такие ребятки обычно насмотрятся телевизора, скажут: «я тоже так хочу». И здесь они либо через несколько месяцев бросают, либо становятся настоящими профессионалами. Он, судя по настрою, относился ко второй группе ребят. Этот мальчишка был ровесником Максиму, брату Марины, но в корне отличался от него, не только внешностью и строением тела, но и характером. Если Максим говорит с взрослыми на равных и делает это от рождения, то этот парнишка пытается лишь показать себя таким. Сейчас у него получается подражать старшим крайне неуклюже.

– Как ты теперь собираешься поступить? – усмехнулся мальчишка.

Бегунья сделала вдох, слегка покрутила носком ноги, разворошив под ним землю, и серьёзно спросила:

– Прежде всего, как вас всех зовут?

Этому вопросу все очень удивились, но девочке ответили:

– Леонид. Или Лео, – ответил первый задира, подражавший взрослому.

– Денис, – он пытался сначала бежать за Вовой, но Леонид его отозвал.

– Антон, чаще говорят Антошка! – мальчишка был рыжим и конопатым.

– Вениамин, называют Вен, – один раз на него стоит взглянуть, и сразу поймешь, что он любимый сын у мамы.

– Борис, но лучше Боря, – последний мальчик был меньше остальных.

Но, судя по физической форме, занимался спортом серьёзно.

– Очень приятно, меня зовут Марина, – Ветер слегка улыбнулась, и все мальчики покраснели.

Такой коварной и прекрасной улыбки они еще не видели.

– Я побегу вместе с вами!

– Что! Уверена? – удивился Лео. – А угонишься, не отстанешь? – в его словах не было и капли насмешки.

Вся его напыщенность быстро растаяла, будто её и не было вовсе. Теперь он говорил с Мариной на равных.

Тут чья–то рука вытянула из экрана Бегунью и повела к выходу. Только за пределами комнаты Ветер увидела, что это был парень в спортивном костюме. Ей сразу в голову пришло то, что и остальным. Что это ее настоящий облик.

– Не создавай проблем! – крикнул на нее парень.

– Нельзя так! – ответила Бегунья, упираясь кулаками в преграду. – Нельзя отступать от слов!

– Но ведь это не Марина сказала, а ты! Как ты можешь решать за нее?

– Я не собираюсь решать за нее, я хочу помочь!

– Чем же? В драку втянуть?

– Показать, что никогда нельзя сдаваться! Нужно доказывать свою правоту, и тогда ты сможешь получить что–то взамен!..

Её слова не были пустым звуком, и молодой человек понимал это.

- Да что ты!..

Парень хотел было ответить, но кто–то тронул его за плечо. Это был еще один мальчик. Он меньше ростом, а светлые волосы собраны в маленький хвостик сзади.

– Не надо. Можно.

– Кто сказал?

– Я сказал! – его слова прозвучали резко, но ругаться он точно не хотел.

Они несколько мгновений смотрели друг на друга, пока экран позади мерцал белым светом.

- Ладно, - сдался он и перестал держать преграду, отойдя в тень комнаты.

– Помни, что ты не одна. Вы не одни.

Ветер какое–то мгновение промешкала, а потом спохватилась, подбежала к экрану и…почувствовала тепло. Да, то самое тепло, что ощущали до этого Велосипедист, Боксер и Ботаник.

Часть 2 Глава 17

Глава семнадцатая

– Из всей той толпы нет никого, кто бы смог обогнать вас, – Ветер оглядела всех мальчишек второго звена и вернула взгляд на собеседника. – Я так понимаю, вы здесь, пятеро, действительно, лучшие в беге. Думаю, это потому, что вы все хотите стать профессионалами.

– Да, – подтвердил Антон. – Кроме Бори. Он не рвется в мир профессионального спорта.

– Хотя все мы считаем, что задатки у него неплохие, – то, что сказал Лео, сильно удивило Бегунью.

Посмотрев на Бориса, она поняла, что у него намного больше шансов стать настоящим спортсменом. Но первой мыслью еще оказалось и то, что в этой компании его забивают, и он не может пробиться. Оказывается, все наоборот! Товарищи его всячески поддерживают!

– Мне просто потом податься некуда, – тихо ответил Борис.

– Боря, да представь ты, наконец, какие двери тебе откроются потом! Ты будешь заниматься любимым делом, и обеспечивать себя за счет этого дела, разве не здорово! – Лео говорил воодушевленно, и не скажешь, что несколько минут назад он задирал мальчика младше него самого.

– Ладно, поговорим еще на этот счет, – Вен посмотрел на Марину. – Ты точно с нами бежать собралась?

– Опозориться не боишься? – подхватил Денис.

– Хватит! – усмирил всех Лео. – Вен, не лезь к ней, может, она нас всех обогнать может. Девочка ведь сразу поняла, какого поля мы все ягоды. Да и как она сможет опозориться, если будет отставать от группы мальчиков второго звена, вот ты мне скажи!

– Мне–то все равно, пусть бежит, – буркнул Вениамин.

– Одно знаю, будет весело! – развеселился Денис.

– Ладно, младшие группы уже пробежали, наш черед! – Лео подтолкнул Борю и Марину. – Побежишь рядом с ним, ладно? Если что, он поможет. Он своих не бросает.

– Ладно, спасибо! – Ветер снова улыбнулась, и Боря с Антоном покраснели на пару, снова.

Вот они уже разобрались по полосам и приготовились к забегу.

Тем временем все семейство пыталось найти свою сокровенную Мариночку. Они не увидели ее при первом забеге девочек, где победила Ирина, обогнав Лизу. Среди мальчиков ее тоже не нашли, все знали, что от Марины можно ожидать что угодно, даже забега с мальчиками. Кстати, там победил Артем. Теперь его награждали, а Юниковы – Юниковские подошли к нему и спросили про Марину.

– Мы подумали, она могла побежать с мальчишками, – предположила Маша.

– Могла, но с нами ее не было, – ответил Артем. Родители отвернулись от него, пока он осмотрел ребят, готовящихся к следующему забегу. Среди них он увидел знакомое личико с голубо–зелеными глазами.

– Только вы не там ищите, – усмехнулся Артем. Все обернулись на него. – Наша Марина всегда метит выше соседней головы.

Артема сначала никто не понял, но когда он, молча, мотнул головой в сторону мальчишек, собравшихся бежать, родители спохватились и побежали в ту сторону.

В это время забег уже, можно сказать, начался. Все выстроились в несколько рядов. Марину и её новых знакомых поставили в центр. Никто не стал ее выталкивать из строя. Взрослые решили ее оставить, потому что она еще не бегала. Девочка сама подтвердила, что пропустила забег своей группы, извинилась, и вот теперь она здесь. Мальчишки даже помогали уговорить руководителей. Сказали, что они будут осторожны. И это помогло.

Бегунья мельком посмотрела направо и увидела волнующегося Борю. В его глазах не было какого–либо огня, который доказывает существование воли к победе. Наверняка он просто думал, что сейчас будет дан старт, и он побежит как все, не мешая своим друзьям и их мечтам.

За мгновение до того, как прозвучал хлопок, и все побежали, Бегунья прорычала слова, которые услышал Борис.

– Борись, Боря, пробивайся!..

Из–за этого Борю словно подменили. В нем будто что–то переключилось, и он побежал быстрее, а вслед за ним и Марина.

Вот вся группа, все шесть человек выбились в первые ряды и оторвались от своих товарищей. Через несколько мгновений вперёд вырвались трое: Лео, Борис и Бегунья. Еще через несколько секунд нога в ногу бежали Боря и Бегунья, когда Лео был прямо позади них.

Вся толпа кричала, а родители Марины стояли в изумлении. Как! Их маленькая дочурка так быстро бежит! Хотя она старалась и раньше. Девочка каждый день пробегает до середины их улицы и обратно вместе с родителями. Она умница!

За несколько метров до финиша Ветер все–таки обогнала Борю.

- Ты уж извини, но тебе еще далеко до меня. Но дерзай! Обгони меня в следующий раз! Сначала всегда тяжело.

На один миг их глаза пересеклись. Он всё понял. С первого же взгляда.

– Как ты до этого додумалась вообще?! – крикнул Паша.

– А если бы упала, затоптали бы! – поддержала Маша.

– Не кричите на ребенка, его сейчас награждать будут, – успокоила Рада.

Только подарок первого места был не один, их оказалось три. Просто Марину наградили как девочку и неофициально, а Лео с Борей перед самым концом сровнялись и пробежали вместе.

Бегунья вышла из комнаты и обратилась к друзьям:

– А здорово получилось, да?

Часть 2 Глава 18

Глава восемнадцатая

Получилось, действительно, здорово. Только после этого забега Марину отлучили на несколько дней от улицы, что было для некоторых огромной потерей.

19 декабря 2019г. Четверг

Про нелегальный забег Марины в летнюю пору уже все и думать забыли. Да и родители не умеют долго злиться на своё маленькое сокровище. Даже когда ей запретили ходить на улицу, она не очень–то и расстроилась. Ведь девочка по–прежнему могла заниматься спортом дома, смотреть телевизор и ходить в гости к соседям.

Вечереет. В доме Тайиных зажгли свет, вся семья собралась в зале, чтобы обсудить планы на предстоящий праздник. Только Варвара Владимировна не захотела сидеть дома в этот колючий зимний вечер и вышла на прогулку.

Иногда казалось, будто она понимала природу даже больше, чем людей, и делала это лучше всех. Она шагала вдоль улицы, наблюдая за рыжим закатом и вспоминая тёплые моменты из жизни. Но ее рассуждения прервала Алина Петровна Соларбимова, которая тоже вышла на прогулку.

– Алина! – вскрикнула Варвара, узнав свою старую подругу. – Сколько лет?! Что, никак прогуляться решила?

– Да вот, дома все сижу с внуками, не отпускают ни на минуту, – обрадовалась Алина неожиданной встрече. – А тут дед говорит: сходи, подыши свежим воздухом, смотри, закат какой хороший.

Старушки продвигались дальше по улице и беседовали на самые разные темы.

– Кстати, знаешь Юниковых? – воскликнула Варвара, очень ей хотелось рассказать про Мариночку.

– Знаю, у них же еще девочка такая маленькая, с голубо–зелеными глазками. И волосиками двух цветов!

– Да! А ты откуда знаешь? – изумилась Варвара.

– Они до нас однажды прогулялись, вот я их и встретила. Тогда еще Михаил сказал мне выбросить цветок красный, помнишь? Когда вместе на рынок ходили с тобой, семена покупали. Как распустился красавец, так для деда моего ядовитым стал! Не знала я, куда его девать, а тут ребятки эти мимо шли, я им и отдала цветок. Не знаю только, как он там теперь.

– Все с ним хорошо, – улыбнулась Варвара.

– А ты откуда знаешь? – удивилась Алина и покосилась на Варвару.

– Девочка забеспокоилась, что цветочку твоему одиноко одному. Она принесла его к нам в парник, а сама каждый день приходит и поливает.

– И сегодня придет?

– Вот этого я не знаю. Может, она уже приходила, – Варвара вздохнула. – Меня ведь тоже больно–то на улицу не выпускают. Дел и дома много, поэтому сегодня я в свой «мирок» не заглядывала.

Они пошли обратно и уже дошли до дома Алины Петровны.

– Ты ей привет от меня передавай, пускай в гости приходит.

– Конечно, обязательно передам!

– Все–таки мало таких ценителей природы осталось. Может, их вообще больше нет, – Алина немного поникла головой, а Варвара задумалась и резко ответила.

– Ошибаешься! Помнишь, мы когда–то гуляли по саду и встретили на Сиреневой аллее молодую девушку.

– Да, но она очень сильно изменилась с тех пор. Теперь на работе она ни с кем не разговаривает, а сад не такой яркий, как был когда–то, будто без души остался, – Алина сказала правду, и Варвара этого не отрицала.

Часть 2 Глава 19

Глава девятнадцатая

После разговора Варвара отправилась в обратный путь. Солнце уже почти скрылось за горизонтом. Горящие лучи еще касались спины бабушки Варвары. Она шла к дому не торопясь, не думая, что кто–нибудь ее будет искать. В самом деле, куда она может уйти: в парник или на улицу. Ее занимали совсем другие мысли. Она вспомнила те прекрасные года, когда ее дети были еще живы и даже не думали идти работать в полицию. Тогда они очень много времени проводили вместе с Алиной как подруги и часто гуляли в поисках красот молодого города.

- Было лето…

Да, точно, было лето. Тогда мы впервые наткнулись на тот чудный сиреневый сад, который только начинал расцветать. Находился, да и сейчас находится, он не в самом центре Безымянного, поэтому не все его видели. И не каждый сможет его так просто найти. Мы только подошли к распускающимся цветкам сирени и хотели уловить их аромат, как между нами пробежал сорванец–мальчишка. Мы его, конечно, обругали, но слишком рано. Мальчик остановился, учтиво поклонился, как делали только старшеклассники в то время и громко сказал: «Извините!».

Мы тогда очень сильно удивились, но мальчонку это нисколько не смутило. Он пробежал еще несколько шагов и подбежал к молодой девушке.

«Вы уж простите меня за этого озорника. Прощения просить он умеет, а вот манер никаких».

Мы сказали, мол, ничего страшного, да и как злиться на такого веселого мальчика, у которого даже серьга в ухе была… Серьга?! Вот что тогда нас еще немного смутило в его виде! Он пробежал мимо нас, извинился, чего мы не ожидали, лишь потому, что у него в левом ухе была небольшая сережка кольцом. Золотая и женская. Он был похож на таких ребят, которые не то, что извиниться, и нахамить легко могут. Потом, когда мы подошли ближе, увидели такую же сережку в ухе у его мамы, только на правой мочке.

Она немного потрепала сына за щечки, лукаво улыбнулась ему, а затем обратилась к нам, почти бабушкам: «Вы любите цветы, милые дамы?»

Она говорила с нами, будто парень разговаривает с девушками. Наверное, она встречала много разных людей в этом саду и научилась к каждому находить свой подход. Она и правда улыбалась, как какой–то озорной мальчишка. И сын на нее был похож. А волосы, наверное, все–таки папины. И характер смешанный.

Давно я не видела эту девушку. Только несколько месяцев назад проходила мимо сада и видела, как она работает, но это была словно не она, а совершенно другой человек, которого я никогда не встречала. С посетителями она и словом не перемолвилась за то время, что я была там.

Одно в ней было неизменно, та золотая сережка в форме колечка…

Варвара Владимировна зашла во двор, когда было уже совсем темно.

Зайду все–таки в парник, надо посмотреть, что с цветочками моими там.

Варвара прошла в свой дворик и заметила свет, исходящий из парника.

Свет? Кто это решил в парник наведаться?

Она открыла дверцу и быстро закрыла ее за собой.

Может, это мои меня искали?.. Что?..

Посередине тропинки она увидела ребенка, который держал красный цветок. На мгновение ей показалось, будто у этого ребенка горит сережка в левом ухе, а за его спиной стоит девушка и улыбается ей, Варваре.

– А, это ты, Мариночка! – воскликнула Варвара. – А мне уж показалось... Привидится же.

– Простите, что напугала! Просто здесь во всех горшках почва была сухая, я и решила все заодно полить.

Марина улыбнулась лукавой улыбкой. Варвару вновь, будто молнией ударило.

Снова, снова это чувство. Кажется, будто это когда–то уже происходило. Мне даже кажется, будто я знаю, что сейчас скажет Мариночка…

Марина перевела свой ласковый взгляд на цветок.

– Варвара Владимировна! – начала она.

– Что такое, доченька? – спросила Варвара ласково.

Марина подняла на неё все те же умилительные глаз.

– А вы любите цветы, Варвара Николаевна?..

– Ха-ха! Что за глупости! Ну, конечно!

Часть 2 Глава 20

Глава двадцатая

– Все–таки, хорошая женщина, Варвара Владимировна! – воскликнула Клевер, когда вышла из комнаты.

– Да, – ехидно ответила Ветер. – Не каждая бабушка тебя выдержит. А она, похоже, вообще мировая женщина! Раз тебя в парнике терпит.

– Ну, я тебе! – Клевер уже хотела погнаться вслед за Ветром, но Велик ее остановила.

– Ты лучше подумай вместе с ней, как будем праздновать день рождения в следующем году.

– А что тут думать! Вон, пускай в этот день заходит в комнату и делает что хочет! – для Клевера ничего не вызывало проблему, но Велик настояла на своем.

– А не лучше ли будет отдать этот день Марине? Она заслужила это, как ни как.

– Ну, ну, хорошо–хорошо! – наконец, Ботаник сдалась и позвала к себе Бегунью.

– Есть планы на День рождения в следующем году?

– Позвать всех друзей на праздник, – недолго раздумывая, сказала она. – А что, какие–то проблемы?

– Нет, ничего такого, – Ботаник слегка понизила голос. – Но не могла бы ты отдать этот день Марине? Позвать друзей и выйти из комнаты?

– Конечно, для них ничего не жалко, пусть развлекаются.

Ветер уже хотела побежать в сторону остальных, но Ботаника чем–то возмутило сказанное, и она остановила Ветер, схватив ее за шкирку.

– «Развлекаются?» – придралась Клевер к словам. – Ты про кого сейчас?

Ветер повернулась к Ботанику, не зная, что ответить. В таких ситуациях она соображала не так быстро, как Ботаник или другие, умеющие врать.

– Ну, это, Марина и, и, и…друзья ее, ну наши, кто же еще?!

– Что–то мне не верится, – Ботаник посмотрела на Ветер настороженным взглядом.

– Так, Станиславский, не веришь, не надо!

Она снова повернулась спиной к Ботанику и хотела уйти, и вновь ее остановила рука Клевера, схватив за шкирку.

– Боксер! – позвала Ботаник Перчатку.

У Клевера начала появляться привычка, называть всех полным именем.

– Подойти, пожалуйста. Разговор есть.

Как раз в это время Перчатка занималась боем с тенью и остановилась, когда услышала свое имя.

– Что такое? – она говорила немного прерывисто, будто сбив дыхание.

Сначала она посмотрела на Ботаника и только потом обратила внимание на то, что ее рука держала Бегунью, при этом очень крепкой хваткой, словно мама своего котенка.

– Да, мамочка из тебя неплохая выйдет, – странно улыбнулась Боксер, ощущая какую–то неловкую ситуацию.

– Похоже, она тоже видела.

Боксер посмотрела удивленным взглядом на Ботаника, а затем перевела его на Бегунью.

– Ты сейчас серьезно? Или это твои догадки?

– Уверена.

– Она сама сказала?

– Нет, поймала на слове!

Перчатка снова изумилась, да и верилось ей с трудом. Она посмотрела на Бегунью, которую тоже удивили их слова.

Боксер показала большим пальцем на Бегунью и спросила у Ботаника:

– Она вообще в курсе, о чем мы сейчас говорим?

– А, да! Точно! Сказать забыла, слушай.

– Так и знала! – схватившись рукой за голову, подумала Боксер.

– Слушай, мы в комнате видели кого–то.

– Кого, Марину?

– Если бы, – подхватила Боксер. – Была бы Марина еще, так это вообще две разных девушки.

– А парень? – разочарованно спросила Ветер.

– Какой парень? – удивились хором Клевер и Перчатка.

– Я видела в комнате парня, даже не одного, а двух!

– Ну, здесь два варианта, – Клевер начала рассуждать. – Либо это две сущности кого–то из нас, либо…у тебя слишком бурная фантазия!

– Добрая ты, черт! – обиделась Ветер и даже захотела ударить Ботаника, но не дотянулась, рука крепко держала ее сзади.

– А ты злая, чертом назвать, как так–то? – Клевер лукаво посмотрела на Ветер. – Мы ведь столько пережили вместе за эти три года. Зачем так сурово?

– Да я про ситуацию, в целом…может, отпустишь?

Ответа ждать не пришлось. Спокойный тон ответил:

– Ни за что, а вдруг тебе опять ударить захочется?

– Ах, ты!..

– Так! – остановила их Боксер. – К делу! Кто–то еще видел, не спрашивали?

– Наверное, видел кто–то, но никто не стал разбираться, – Клевер сказала это так, будто это было совершенно нормальным явлением.

– Надо узнать! – возмутилась Боксер. – В конце концов, друзья мы все здесь или не друзья?!

– Друзья! – воскликнула Ботаник. – Да что ты переживаешь? Сейчас узна-аем.

Клевер отпустила Бегунью, похлопала ее по спине, коснулась плеча Боксера и подошла к остальным огонькам, чтобы криком спросить:

– Так, кто еще, кроме нас, видел в комнате парней или девушек!..

Вот это была всем неожиданностям неожиданность! Никто и подумать не мог, что кто–то так просто может спросить такую важную вещь. Перчатка и Ветер очень сильно удивились. Вот что значит, открытый человек!

– Во–первых, о чем ты? – спросила Гулена, оторвавшись от партии в карты с Кисточкой.

– Что за девушка?

– А что за парень? – спросила вслед за Кисточкой Лента.

– Отлично! – неожиданно воскликнула Клевер и обернулась к Перчатке с Ветром. – Эти трое никого не видели!

– Сама непосредственность! – слегка засмеялась Перчатка.

– И откровенность, – со вздохом поддержала Ветер. – О чем ты вообще думаешь, спрашивая так, напрямую?

– В таких ситуациях мозг выдает первое, что приходит в голову.

– Ну–ну, и что ты еще, помимо этого, узнала? – усмехнулась Боксер.

– Как, что?! – изумилась Ботаник и начала поочередно показывать пальцем на каждого. – Гулена сразу рассудительно выделила основное, Художницу интересует душа, то бишь Марина и ее тело. А Гимнастку сейчас интересуют только мальчики.

– Браво! – усмехнулась Ветер и хлопнула руками по бедрам.

– Что?! – едва успела возмутиться Лента, но Клевер прервала ее и продолжила говорить.

– Из всех здесь самой рассудительной оказалась Велосипедист. Она решила подождать, когда я сама все расскажу, потому что уверена, что без ответа мой вопрос не останется. Ведь так?

– …

– Ты должна была хоть что–то ответить на это! – возмутилась Клевер.

– Зачем, ты и так все сказала.

– Все! Хватит! – Кисточке не терпелось добраться до сути. После ее восклицания Гулена улыбнулась, а остальные засмеялись. – Чего смешного?! Давай, рассказывай уже, кто такие эти парни и девушки.

– Ну, если честно… Мы видели двух парней и двух девушек. Скорее всего, в комнате находится семь человек.

– Совпадение? – задумалась Праздник.

– Нет, думаю, это наши сущности. Те, кем мы являемся на самом деле.

– Правда?! – взволновалась Лента. – А я кто, мальчик или девочка?

– А оно тебе надо? – равнодушно и с насмешкой спросила Клевер.

– Надо, значит надо! Так кто?!

– Тише–тише, – успокоила Боксер Ленту, встав между ней и Клевером. – Мы и сами точно не знаем, кто из них кто, да и наши ли сущности это вообще. Так что, не напирай. К тому же, у нас уже был этот разговор. Чтобы не думать о всякой чепухе, мы решили для себя, что все мы девушки.

– Ну, да, что это я, в самом деле! – неловко засмеялась Лента.

– В общем, ничего наверняка неизвестно, но мы хотели убедиться. Может, нам привиделось, и не стоит из этого раздувать проблему. Или же это не только у нас, и поговорить есть о чем.

– Есть о чем…

Велик повторила слова Боксера.

– Это ты о чем, а, Велосипедист? – насторожилась Клевер.

– И я видела девушку в комнате. Она вытащила меня из экрана, и она же не дала мне прикоснуться к нему вновь.

– Меня, кстати, тоже из комнаты вытащили, – тихим и задумчивым тоном поддержала Ветер. – Я пыталась его уговорить впустить меня в комнату, но в итоге помог мне совсем другой парень, который отвел первого в сторону, пропуская меня.

– Как выглядел, не помнишь? – спросила Велик.

– Второго не помню, а вот первый…он был похож на атлета из спортивных новостей. На того самого атлета с пустыми глазами.

– Слушайте, – встряла Кисточка, – а они нам не будут мешать? То есть, может, именно они не дают нам пройти в комнату?

– Не знаю, – задумалась Гулена. – Но вполне возможно, что они могут исчезнуть, когда мы сформируем свой облик.

– Хочешь сказать, что неважно, будет он ошибочным или нет, даже так? – изумилась Кисточка.

– Может, даже и так…

– Ладно, узнаем, в скором времени…

Они снова продолжили заниматься своими делами, в то время как комната продолжала жить своей жизнью…

…

– А ведь правда, узнают.

– Не думай об этом.

– Точно, ведь до этого момента еще много времени.

– Времени–то много, но насколько медленно оно будет длиться?

– Не знаю…

– Ладно, расскажи–ка еще что–нибудь, пожалуйста!

– Хорошо, а вы слушать будете?

– Да, конечно!

– Разумеется.

– Как такое пропустить можно?

– Правда, мы, наверное, это уже знаем.

– Ну и что, зато интересно!

– …

– Ну, ты как всегда молчишь! Ха–ха…

Часть 2 Глава 21

Глава двадцать первая

20 марта 2020г. Пятница

– Ну, кого позвала на праздник? – спросила Рада свою правнучку. – Весь садик, наверное, собрала?

– Не весь, Артема, Ирину, Лизу и Вову, – ответила улыбчиво Ветер.

– Лиза? Ты ее тоже позвала?

– Конечно. Она тоже подруга.

– Вон оно как, а кого еще позвала?

– Ребят из клуба легкой атлетики младшей лиги.

– А там кто? – бабушка удивилась, что Марина даже таких ребят знает. – Ты с ними хорошо знакома?

– Очень хорошо, бабушка! – воскликнула Бегунья. – Я уже два месяца, как вместе с ними занимаюсь!

– И ведь точно, тебя же родители записали после твоего домашнего ареста.

– Ага! Там, Боря, Антошка, Денис, Вен и Лео.

– Кто и кто?

– Вениамин и Леонид.

– Вон оно как! – Рада в такие мгновения была по–настоящему счастлива за внучку. – А они сами придут?

– Мы сейчас поедим за ними с папой вместе.

– Ну, хорошо…

– Марина, собирайся, поехали за твоими дружками! – папа открыл дверь и в доме послышался звук заведенной машины.

– Да, уже бегу, не скучайте, бабуля, дедуля!

Вот они уже подъехали к самому большому стадиону города, где обычно проходят не только тренировки и соревнования, но и великолепные праздники.

Стадион здесь окружен целым корпусом. Корпус разделен на несколько секций. Раздевалки и душ, мужские и женские, отдельные помещения для занятия младших, средних и старших лиг. Куда ты попадешь, определяется по возрасту вступающего.

И еще одна секция, где расположены тренажеры, столы для бильярда и спортивный инвентарь.

Не лишним будет упомянуть, что каждая секция отдельной лиги делится на кружки. Это кружки легкой атлетики, и гимнастики, и велоспорта, и других подвижных игр с мячом. Многие из них проводят время на улице, на свежем воздухе. В их число входят велосипедисты, бегуны, теннисисты, футболисты, бейсболисты и баскетболисты, которые играют в стритбол. Это, конечно, не полный список, но основные игры назвать не помешает. Также, если на улице плохая погода или не тот сезон, кружки могут заниматься в спортивных залах и на закрытых кортах, только намного реже, чем при хорошей погоде или летом. Всем во время плохой погоды или не того сезона нужно терпеть тесноту. Хуже всего приходится велосипедистам, они вообще вместо асфальтированной дороги обкатывают тренажер, но не велотренажер, о котором вы подумали, а тот, на который вы ставите свой велосипед и едите на нем, стараясь сохранить равновесие.

Как столько секций и кортов умещается в здании вокруг одного стадиона? Просто он огромный! Здесь, внутри ограды, расположено целых пять больших полей: для легкой атлетики, бейсбольное, теннисное, футбольное и последнее, которое разделено на несколько небольших, предназначено для волейбола, баскетбола и других игр. Плюс ко всему, вокруг всех этих полей проложена дорожка для велосипедистов.

Чаще всего здесь занимаются старшие и средние лиги, когда младшим достаточно и своих секций внутри здания. В младшую лигу входят детсадовские ребята и ученики младших классов. Туда–то и направлялись Марина и Паша. Через все секции, вдоль стены, расположен коридор, через который проходят все посетители здания, переходя от одной двери к другой или вовсе выходя из здания.

Чему все удивлялись, так это масштабу проекта и его качеству. Какими финансами должен пользоваться мэр, чтобы все свои задумки воплотить в жизнь. А ведь налоги не такие уж и большие, чтобы иметь такое огромное количество денег. В конце концов, все сходились на том, что он гений бизнеса. А по слухам он просто вопиюще непристойно богатый наследник знатного рода. Андрей Владимирович и Николай Александрович говорили как-то, что мэр не собирается на этом останавливаться и хочет построить здание с бассейном, в котором будут заниматься только пловцы и пловчихи.

Бегунья как раз перешагнула порог первой секции старшей лиги, как ей навстречу вышел парень, который едва не сбил ее с ног.

– Осторожней! – крикнула она на него и обомлела. Его правая рука с белым вязаным напульсником потерла шею. Парень обернулся к Бегунье и посмотрел на нее холодным взглядом, полным пустоты.

А затем произнес тихо, но четко:

– Прости…

Парень прошел мимо Паши. Это был тот самый парнишка, которого ребята видели по телевизору. Похоже, он всегда немногословен.

Часть 2 Глава 22

Глава двадцать вторая

Бегунья вошла в секцию младшей лиги по легкой атлетике и отыскала взглядом своих друзей; все пятеро находились вместе, чему Ветер ничуть не удивилась.

Как только они увидели ее, Борис сразу убежал в сторону раздевалки.

– А куда это он? – спросила Бегунья, когда подошла к мальчикам.

– Да сейчас придет, – ответил за всех Антон.

– Ты как, готова к празднику? – поинтересовался Лео, переводя взгляд с убегающего Бори на Марину.

– Готова ли я? Да не то слово! – воодушевилась она.

Мальчишки успели осмотреть ее с ног до головы. В этом возрасте она выглядела очень мило, особенно в своих серых сандаликах, белой майке и голубых шортиках. Девочка по–прежнему похожа на свою красавицу маму. Все такие же, как и раньше, пухлые губки и голубо–зеленые глазки. Все те же волосы, что и раньше, только теперь каштановый и черный цвета стали четче отделяться друг от друга. Изменилась Марина, разве что, ростом.

Борис подбежал к друзьям, и они сразу же столпились вокруг него. Потом они стали шепотом вести отсчет.

– Ну, собрались? – Паша только это и успел спросить, как увидел толпу мальчишек рядом с дочкой.

- С Днем рождения! – крикнули они хором, обернувшись к ней. Бегунья ошеломленно оглядела всех своих друзей, а потом опустила глаза. Мальчики держали в руках небольшую коробку, завернутую в фольгу, переливающуюся сине-зеленым цветом.

Бегунья ласково улыбнулась им и в этот момент почувствовала необыкновенное тепло в груди и в глубине холодного экрана.

– Спасибо вам большое! – воскликнула она и осторожно приняла коробку.

– Идемте скорей! - громким смехом крикнул Паша детям. – Дел много, а мне еще одну ходку делать.

– Уже идем! – ответила за всех Бегунья, произнося слова на автомате. Настолько тепло было внутри комнаты, внутри экрана.

Обе машины Юниковых – Юниковских довольно вместительны и комфортны. Сегодня это была машина Николая Юникова. На заднем сиденье без труда уместились пятеро мальчишек. Бегунья села в пассажирское кресло.

– Так, – начал Павел. – Сейчас отвезу вас. А потом заеду за оставшимися ребятами, договорились?

– Да! – радостно ответила Бегунья.

Вдруг у Павла зазвонил телефон в нагрудном кармане. Он ответил на звонок и сразу пожалел об этом.

– Да? Что такое?.. А без меня никак?.. Ну, а подождать хотя бы? Я детей отвезу и тебя заберу. Да, но… Аргх! – прорычал он в трубку и протараторил остальное так быстро, что дети не заметили, как он выключил телефон и убрал его обратно в карман. – Хорошо–хорошо, я понял! Сейчас приеду.

– Что случилось? – поинтересовалась Бегунья.

Паша оглянулся на заднее сиденье и сказал задумчиво:

– Ладно, что–нибудь придумаем, – затем обратился к Марине. – Где ждать твои друзья будут?

– Возле садика…

– Отлично!..

Они отъехали от стадиона и уже направлялись к садику, а не к дому, как было запланировано до этого.

Возле сада уже ждали Вова, Лиза и Ирина. Машина подъехала к ним правым боком. Из первой двери сразу выбежала поздороваться Марина, вторая дверь тоже приоткрылась, но никто вылезать не стал.

– Чего же вы тут одни без взрослых стоите? – изумленно поинтересовался Павел.

– Просто я вот в этом доме живу, и родители в окно смотрят за нами, – не мешкая, ответил Вова.

– Ну, хорошо, хоть так, – вздохнул с облегчением Паша. – Так, поступим следующим образом: Вова, ты садишься на переднее сидение. А девчонки к мальчишкам на колени, только не в центр садитесь, а ближе к дверям. Хорошо?

– Да! – ответили хором дети.

В итоге девочки расселись так, что слева села Лиза, на колени Антону, Ирина к Боре, на правый край, а Марина устроилась слева, на коленях Леонида.

– Сидите смирно! – предупредил их Павел.

Все кивнули в ответ, и машина тронулась.

Даже если бы ребята и захотели хоть как–то пошалить, у них это все равно не получилось бы, потому что места совсем не осталось.

Тем не менее, автомобиль благополучно добрался до назначенного места, где на пороге его уже ждала Мария, а вместе с ней Василиса и Калерия.

– Чего так долго? – прикрикнула Маша на Павла.

– Не кричи, это еще быстро, – усмехнулся Павел.

Ну, Маша не стала спорить с мужем. Просто села на переднее сиденье, когда все ребята вылезли из машины. Она удивилась, когда их оказалось так много на заднем сиденье.

Маша вопросительно посмотрела на мужа и указала пальцем на толпу, которая уже заходила домой, мол, ты их всех за один раз так довез?

– С твоего звонка! – усмехнулся и слегка прикрикнул Паша. – Пришлось забирать всех одним заходом. Ты же у нас «торопилась»!

Последнее слово прозвучало явно издевательским тоном.

– Ладно, – вздохнул Паша. – Поехали.

Часть 2 Глава 23

Глава двадцать третья

Кто бы мог подумать, что родители снова никак не могли выбрать подарок для своей любимой доченьки и решились купить его только в самый последний момент.

Вот их машина все ближе подъезжала к самому большому зданию города. Дорога здесь заасфальтирована, но асфальт уже поизносился. Еще несколько минут, и это здание оказалось уже за поворотом. Тут уже совсем другая дорога. Асфальт не такой бледный, какой был несколько мгновений назад. Этот был темным, почти черным, то ли от того, что его так хорошо чистили, то ли из–за новизны. Ну, как бы то ни было, автомобиль Юниковых проехал еще около километра и завернул к большому дому, больше похожему на особняк.

У самого входа их встретил дворецкий, который подал руку Марии, когда та хотела вылезти из машины. Онв даже не успела нажать на ручку, как дверь открылась сама.

Мужчина их встретил совсем не старый. Не как дворецкий Брюса Уэйна из фильма «Бэтмен». Это был молодой человек лет двадцати — двадцати пяти. Волосы его аккуратно уложены, а одет он в черный костюм. Руки закрывают перчатки. Взгляд у него озорной, но видно, как он старается держать себя в руках.

Павел и Мария зашли внутрь в сопровождении дворецкого. В этом шикарном доме могла бы поместиться вся чета Юниковых и Юниковских вместе взятых, и каждому досталось бы по две комнаты.

Вдоль правой стены возвышалась широкая лестница, слева длинный деревянный стол, а напротив входа расположилась дверь с большим коридором.

Наша пара не стала озираться по сторонам и спокойно направилась следом за дворецким. Тот свернул налево, усадил гостей за стол и попросил немного подождать.

Затем поднялся на второй этаж, и через несколько минут появился тот, кого Маше с Пашей было необходимо увидеть.

У мужчины, который медленно подходил к столу, была короткая стрижка, челка убрана назад, глаза спокойные, даже слишком спокойные. А одет он в черный костюм, почти как у дворецкого. В руке он держал что–то большое, прямоугольное, завернутое в бумажную обертку. Но больше всего их разволновали его глаза. Цвета они карие, но не отражают ничего, кроме пустоты. Человек, который приближается к ним - юрист, и за его плечами немало стоящих дел. Но сейчас он не берет на себя никаких работ и тихо, мирно отсиживается дома, продавая картины.

– Спасибо, Вениамин, можешь идти. Здравствуйте, меня зовут Ярополк Творческий, – сказал он, затем пожал руку Павлу, поцеловал ручку Марии и присел справа от них.

– Прежде чем я предложу вам эту картину, – он положил большой бумажный сверток на стол. – Скажите, как она будет использоваться. Как украшение дома или же, как подарок.

– Подарок, - произнесла Маша.

Ярополк возрастом старше Юниковых раза в два, но по его ухоженному внешнему виду это трудно было угадать. Даже морщинки на уголках губ едва угадывались.

– Мы хотим нашей дочери подарить.

– А сколько лет вашей дочери?

– Четыре.

Ярополк слегка усмехнулся, и Маше это показалось насмешкой.

– Но она у нас достаточно взрослая, чтобы понять, что значит настоящая картина!

– У нее сегодня день рождения? – Ярополк наклонил голову, спрятав свой взгляд.

– Да.

За Машу ответил Павел, потому что знал, каких речей можно ожидать от своей жены в такие моменты.

– А чем она у вас увлекается?

– Если честно, увлечений предостаточно, чтобы сделать свою жизнь незабываемо веселой, – слегка посмеялся Павел.

– А не могли бы вы рассказать подробней? – настоял Ярополк.

– Простите, – вмешалась Маша. – А Вы, с какой целью интересуетесь?

– Мне нужно знать больше, чтобы подобрать нужную картину. Не переживайте, все картины одной цены.

– На самом деле, – начал Павел, – можно легко перечислить их все. Прежде всего, ей нравится вода. Но не знаю, перерастет это во что–то серьезное или нет, – после этих слов Ярополк, встрепенулся, поднял глаза и продолжил слушать внимательней, чем до этого. – Нравится заниматься спортом.

– А чем именно?

– На велосипеде кататься. Легкая атлетика ей пришлась по душе. И гимнастика тоже, – с каждым словом Ярополк все глубже задумывался и погружался в себя.

– Бокс! В последнее время он ее очень занимает.

Ярополк вновь вернулся к разговору.

– Кстати, еще она у нас любит цветы, да и растения в целом. Рисовать ей тоже нравится.

– Рисовать? – переспросил задумчиво Ярополк.

– Да–да, рисовать! – поддержала Маша, и Ярополк перевел взгляд с Паши, на нее. – Когда мы спросили, что она нарисовала на своей первой картине, она сказала, что это ребята сидят на поляне и наблюдают за рассветом.

– Хм…вот как, – Ярополк слегка улыбнулся. – Моя мама с дочкой тоже рисовали рассветы. Мама всегда пыталась показать ей, как нужно правильно смешивать акварель.

На мгновение показалось, что его глаза заблестели от слез, но они тут же высохли. Он резко поднялся со стула.

– Подождите минуточку, я принесу вам ту картину, которая вам подойдет.

Он поспешно поднялся на второй этаж и принес оттуда новую картину, которая не была даже упакована.

– Ее когда–то нарисовала моя мама, она называется: «Радуга над водой».

Он развернул картину, и родители увидели потрясающий пейзаж. Сине–зеленая вода бушевала, словно сейчас вот–вот выплеснется за пределы картины. Оранжевый закат догорает где–то на горизонте, но его почти не видно, ни горизонта. Волна слишком высокая. А над ней и мелькающими лучами заката видна радуга. Прекрасная радуга, которую едва различишь. Но благодаря воде, которая отражает его лучи, радуга выглядит намного ярче. Поистине прекрасная картина.

– Забирайте даром. Думаю, мама не захотела бы, чтобы я ее продавал, а вот подарить можно. Думаю, ваша дочь оценит, особенно когда вырастит.

Часть 2 Глава 24

Глава двадцать четвертая

– Хороший человек, и чего все говорят, что он суров! – воскликнула Маша. Когда они подъезжали к дому.

– Может, он изменился с недавнего времени. Я слышал, он, перед тем, как продавать картины, делал достаточно большой перерыв в карьере. Едва докончил последнее дело и перестал заниматься юриспруденцией.

– Что же может так изменить человека?

– Не знаю, что–то очень важное и весомое, думаю.

Тем временем по дому разносились детские возгласы. Ребята уже успели отведать торт и другие вкусности и были готовы к развлечениям.

– Может мне остаться здесь? – подумала Бегунья, и вдруг что–то кольнуло ее в грудь. По щеке незаметно скатилась слеза. – Что, что это я!

Что–то потянуло ее за руку, и она оказалась за пределами экрана. Еще несколько секунд, и она была уже вне стен комнаты. Ее вышвырнул парень, который в прошлый раз не захотел впускать ее внутрь. Он посмотрел на нее суровым взглядом.

– Зачем ты это сделал?! – крикнула она на него.

– Потому что ты слишком много берешь на себя, – он сказал это спокойно, без каких–либо импульсов и нервов.

– Если я хочу время провести со своими друзьями, что в этом такого?!

– Со «своими»? – парень посмотрел на нее лукаво из–под челки. – Кто сказал, что они твои?

Бегунья посмотрела на парня со страхом в глазах. Неужели он ее за пустое место держит и хочет сказать, что ее друзья на самом деле его?

– Я хотела лишь помочь телу Марины, хотела помочь ей, Марине, почувствовать себя настоящим человеком!

– Так зачем же ты лезешь в ее жизнь, и столь упорно, что хочешь занять ее место?

Тем временем огоньки сидели слева от Бегуньи и не вмешивались в разговор, делая вид, что не слышат.

– Я не хотела…это…случайно как–то вырвалось.

– Случайно, – с презрением в глазах повторил парень.

На мгновение презрение сменилось жалостью.

Тут к Бегунье подошла Гулена, а из-за угла комнаты показался другой парень. Праздник встретилась с ним взглядом, и пламя, из которого она состояла, дрогнуло. Глаза огонька сузились, обретая такие же очертания, как и у человека напротив нее. А длинные прямые волосы легли на плечи кудрявыми локонами.

И Гулена, и парень улыбались друг другу.

– Серьезно, Бегунья, – обратилась Праздник к подруге. – Ты ведь сказала нам, что только примешь гостей, и не будешь мешать Марине.

– Да, – поддержало отражение Гулены. – А обещания стоит держать. Тем более, что здесь они больше похоже на клятвы, которые, если нарушишь, будет не очень хорошо.

На этом Бегунья отступила и пошла в сторону остальных огоньков. Гулена повернулась к комнате и захотела что–то спросить у загадочных парней, но в один миг они растворились в воздухе, как миражи.

Возвращаясь к огонькам, Гулена заметила изменения во внешности друзей, которые ранее сталкивались с сущностями внутри комнаты. Когда Праздник изменилась, они будто окончательно поверили в то, что там, внутри, находятся их настоящие облики. Сами того не заметив, Велик, Клевер и Перчатка сменили свои бесформенные образы огоньков на более четкие. Сменили прически, одежду. И глаза больше не светились однородным светом. Теперь они больше походили на призраков.

- Что за...

Бегунья перевела взгляд на руки, заметив, что они обрели четкую форму и естественный цвет кожи. Неизменным осталось лишь голубое свечение.

Тем временем бабушка Василиса позвала Марину на второй этаж.

– Пойдем, моя золотая! – сказала она с ласковой улыбкой и взяла внучку за запястье левой руки.

Через несколько минут она спустилась к своим друзьям, и все ахнули. К милому личику Мариночки добавилась красота платья, которое специально для нее выбирали бабушки. Платьице до колен переливалось зелеными и голубыми цветами, а на талии сверкал темно–зеленый бантик.

Маленькую девочку немного смущал ее вид, ведь она еще ни разу не надевала платье, тем более, такое красивое. Они танцевали под музыку и веселые песни, какие–то из них были хитами, а какие–то песни уже устарели, но остались любимыми всеми. Марина весело кружилась в танце, пока Лиза не толкнула ее на ручку кресла.

Только Ветер хотела сесть к друзьям, как из комнаты донеслись какие–то крики и возгласы.

– Какая же ты нежная, именинница! – захохотала Лиза.

– Зачем ты так? – недоумевая, спросила Марина, и Лиза вздрогнула, уставившись на девочку круглыми глазами.

Она сидела на полу и потирала лоб кончиками пальцев. Ручка кресла по краям немного заострена, и Марина чудом не разбила себе голову. Лео подошел к ней и осторожно убрал пальчики Марины с ее лба. Он внимательно посмотрел на ранку. Над правой бровью, перпендикулярно ей, пролегла красная полоска, из которой порывалась вытечь одна алая капля, но сил у нее было немного, поэтому она застыла под бровью, едва дотягиваясь до ресниц. Лео вздохнул с облегчением и повернулся лицом к остальным.

– Все хорошо, надо только кровь вытереть.

– Я сейчас принесу холодную воду и вату.

Артем ушел в столовую, где находилась аптечка.

– Не переживай, шрама не будет.

Перед тем, как прозвучала фраза «все хорошо», Ветер была готова разбить преграду, которую создал для нее парень с челкой.

– Ей нужна моя помощь! Пропусти, она не справится! - Бегунья попыталась смахнуть длинную челку со своего лба.

– Не переживай, ей помогут, – сказал парень безразличным и в то же время слегка насмешливым тоном.

Он скрестил руки на груди и облокотился спиной на невидимую преграду, в то время как Ветер продолжала в нее барабанить.

– Да кто ей там сможет помочь?! Вы что ли?

– А друзья ей на что?..

Кулаки Бегуньи вздрогнули.

– Все хорошо, – прозвучало из комнаты.

Бегунья опустила руки и выглянула из–за спины парня.

Когда Артем вытер кровь со лба Марины, а Лео наклеил пластырь, Лиза подошла к ней вплотную и начала донимать обидами.

– Ты такая слабая оказывается. Сама сделать ничего не можешь, и на что тебе друзья, чтобы синяки заклеивать?

Марина смотрела в упор и даже не думала пускать слезу. Да, она не знала, что ей можно на это ответить. И обижаться на правду она не собиралась. Какой в этом смысл? Но она не собиралась сдаваться одним лишь словам.

Может она и слабая, но у нее есть поддержка, крепкая поддержка, которая ее никогда не оставит и будет всегда рядом, очень близко. И многим может показаться, что это такая мелочь, но разве могут быть мелочью такие, как…

– Слушай, нельзя ли молчать в такой ситуации, хотя бы для приличия?

Перед Лизой встала огромная преграда. Не по росту преграда была огромной, а скорее по силе духа. Боря закрыл собой Марину с Артемом так, чтобы их даже видно не было. Казалось бы: Боря чуть выше Марины и Лизы и почти ровесник обеим. Но пускай кто–нибудь оспорит его лидерство в этой ситуации!

К Борису присоединился и Лео, а за ним Ирина и Вова. Остальные мальчишки встали позади Лизы, которая уже начала пятиться назад.

Мариночка улыбнулась своей ласковой улыбкой.

– …Друзья…

Лиза опустила голову и пробурчала под нос:

- Прости.

21 марта 2020г. Суббота

– А ты ведь так и не раскрыла подарки свои, – сказала Рада, когда спустилась со второго этажа после полуночи.

– Да, я забыла совсем.

– Это не дело, – укорила Василиса, которая только что закончила убирать со стола. – Посмотри, а то нехорошо получается. Они с тобой весь день были, а ты и поблагодарить их как следует, за подарки не успела.

– Да, сейчас.

Все поднялись на второй этаж. Родители уже успели положить свой сверток в общую кучу, которая находилась в спальне Марины.

Вот вся семья зашла в комнату. Рядом с коробками канцтоваров и прочих спортивных принадлежностей возвышалась небольшая горка подарков.

Самым первым сюрпризом, который решила открыть Марина, стал подарок Клары. В небольшой коробочке лежали красивые очки для плавания. Она подбежала к Кларе и крепко обняла ее за шею.

– Ладно–ладно, остальные давай распаковывай.

Марина согласилась с тетей и продолжила выбирать подарки. Следующим оказался небольшой сверток фольги, довольно гибкий. Ощущение, будто его придерживала лишь основа из картона.

Марина развернула фольгу. Внутри оказалась майка-боксерка оранжевого цвета. Майка, у которой на спине соединяются две лямки, а эта еще и с капюшоном! Правда, майки оказалось две: одна как раз впору Марине сейчас, а вот вторая, почти в точности похожая на первую, будет ее как раз еще нескоро. Большая боксерка отличилась от маленькой лишь белыми полосами по бокам.

Лиза свой подарок, видимо, оборачивать не просила, его просто положили в красивый пакет, украшенный цветами и бабочками. В нем был огромный набор маленьких цветных резинок.

Подарком Вовы оказалась маленькая статуэтка, изображающая кошку, которая стоит рядом с гепардом. Очень красиво!

Бабушки с дедушками решили подарить настольную игру. Позже они все вместе будут в нее играть

Самой большой коробкой оказалась коробка мальчиков. Они подарили Марине красивые белоснежные кроссовки для бега, на мягкой подошве. Подарок, определенно, ей понравился.

Коробочка Артема оказалась узкой, но длинной. Марина распустила ленту, убрала фольгу и увидела красивый футляр, а внутри него шелковые ленты с палочками на концах. Именно такими лентами пользуются гимнастки на выступлениях.

Последним подарком оказался плоский сверток бумаги. Марина осторожно развернула обертку и увидела чудо! Замечательная картина в рамке с узорами. Внизу, в углу справа, оказалась подпись автора картины и ее название. Какая же красота, эта замечательная волна, а радуга над ней, а закат! О, Боже! Как же замечательна эта «Радуга над водой».

Часть 2 Глава 25

Глава двадцать пятая

1 сентября 2020г. Вторник

С сентября детишки из детского сада начали по субботам посещать подготовку.

– Ну, ничего себе!

Марина стояла на пороге своей будущей школы и удивлялась ее красотам. Нельзя сказать, что она слишком богатая, или напротив, слишком бедная. Да, она достаточно большая и неплохо обставлена, но в то же время остается уютной и похожей на большой дом, в котором ученики весело проводят свое время.

Всех детишек разделили на три подготовительные группы: садик «Дружок №1», другие детские сады Безымянного и ребята из других городов. Много кто переехал в город совсем недавно, поэтому детишки остались неопределенными в какой–либо детский сад. Шестьдесят два будущих первоклассника в сопровождении родителей и трех учителей направились по коридору на право, вдоль первого этажа. Такая система в школе: каждый этаж занимает свое звено.

Первый этаж: подготовительные группы и младшие классы.

Второй этаж: ученики среднего звена.

Третий этаж: соответственно, старшие классы и выпускники.

Столовая в школе достаточно большая, поэтому и завтракать ребята ходят одним звеном. После первой второй и третьей перемен.

Три подготовительные группы заняли пятый шестой и седьмой кабинеты. В каждый из кабинетов зашли учителя, и началось обсуждение следующей субботы. Марина и ее детсадовские друзья попали в первую группу. Родители остались за дверью, чтобы учительница сначала поговорила с детьми, а уже потом с взрослыми.

Как только девушка вошла в кабинет, все детские возгласы утихли. Это была довольно миниатюрная женщина со светлыми волосами и голубыми глазами. Когда она только вошла, ее взгляд показался холодным. Но стоило ей взглянуть на толпу детей, которая улыбалась ей всеми молочными зубами, в глазах сразу появился блеск.

– Ну, детишки! – начала она бодрым голосом. – Меня зовут Милослава Николаевна. Запомните этот кабинет хорошенько, теперь мы будем собираться в нем раз в неделю. Мы не будем учиться читать и писать, чему вас научат в первом классе. Здесь мы будем только развлекаться и познавать то, что вас окружает. Ребята, запомните хорошенько: школа – это ваш второй дом, который никогда не бросит вас и примет в любое время. Наверняка, когда вы начнете учебу, будете ждать с нетерпением каникул и скорого окончания школы. Но, поверьте, когда вы будете заниматься на третьем этаже, вы непременно захотите вернуться сюда, чтобы вспомнить детство. Но сейчас позовите своих родителей, я скажу им, что вам нужно будет принести на следующий урок.

Когда родители вошли в кабинет, отцы уступили места детей своим женам, а сами встали вдоль стены, чтобы не мешать им. Каждая мама села на место своего ребенка, вот и Мария села на второй вариант второй парты третьего ряда, около Елизаветы Мостковой, мамы Артема.

Как только дети вышли, учительница поменялась во взгляде, глаза высохли и потеряли всякий блеск, но она по–прежнему старалась улыбаться присутствующим.

– Как я уже сказала детишкам, говорю и вам. Меня зовут Милослава Николаевна Велимирова. Приятно познакомиться с вами всеми. Надеюсь, я стану вашему классу хорошим классным руководителем, если они выберут меня. Как вы наверняка знаете, дети после подготовки вольны сами выбирать, кто будет его классным руководителем, но мы надеемся, что составы останутся именно такие. Итак, в эту субботу начнется первое занятие. Мы будем рисовать, поэтому ребятам нужно принести кисти, краски, альбом, пусть у альбома листочки не будут отрывными, а то он рассыпается и детям неудобно рисовать. Еще необходимо принести стаканчик для воды. Если ваш ребенок в какой–то степени не аккуратен и может испачкаться, положите ему с собой полотенец или тряпочку, чтобы прикрыть одежду. Можно и фартук взять.

Через несколько минут все родители вышли из трех кабинетов, разобрали детей и отправились по домам.

– Ну? – начала Маша. – Будешь ходить в школу?

Марина ответила звонко и бойко.

– Да!

Рядом с Мариной стоял Артем.

– А ведь те мальчишки из младшей лиги уже в школу ходят, да?

– Да, в первый класс, – ответила Марина на вопрос Артема.

2 сентября 2020г. Среда

– Понравился первый день в школе? – спросил Валентин.

Он сидел на лавочке рядом с грушами и наблюдал, как занимается Марина. Ирина пришла вместе с ней. Их обеих привела Ева Сергеевна из детского сада. Как только она увидела Валентина, сразу вся красная выбежала из клуба, что стало уже обычным явлением для всех посетителей и до сих пор остается загадкой для Валентина. А ведь она приходит не первый день, и даже не первый месяц. Уже примерно год, как Ева приводит своих подопечных сюда, и каждый раз боится даже заговорить с парнем, который присматривает за ними.

– Чего молчишь? – Валентин посмотрел на Ирину, а потом на Марину веселым взглядом.

– Так не было еще ничего! – улыбнулась Ира.

– Да, еще рассмотреть ничего не успели, – тем временем Перчатка отрабатывает удары на груше, которая уже начинает шататься от ее детских, но прочных ударов.

– Хорошая школа, не переживайте! Я сам там учился и очень хорошо помню, каково нам было там находиться. Всегда весело!

– Да? – сказала с ухмылкой перчатка, когда закончила разминаться с грушей.

Сейчас она снимает перчатки и начинает тренировать бой с тенью.

– Что ж, будем ждать с нетерпением, – в воздухе слышится свист кулака, – начала учебного года!..

Часть 3 Глава 1

Часть третья

Глава первая

Думаю, не стоит рассказывать в подробностях, что ждало Марину и души внутри нее на подготовке в школе. Две тысячи двадцатый год выдался более чем спокойным и ничем не примечательным. Из всего, что в этом году произошло, можно выделить только день рождения Марины и поход детсадовской группы на каток, где они смотрели хоккейный матч.

Там понравилось Велосипедисту, которая в последнее время интересовалась коньками. В этот день детям даже разрешили прокатиться на коньках по льду. Коньки дали на прокат.

– И каково оказаться на дороге покрытой льдом? – лукаво спросила тогда Клевер?

– Не надежно. Лучше на колесах, хотя бы знаешь, как тормозить.

В тот день они посмеялись над Великом на славу, чему сама Велик ни капли не противилась и даже была рада, что может развеселить своих товарищей.

В первое сентября двадцать первого года Марина никого не впустила в комнату. Точнее, не она, а, так называемые, «сущности» душ.

«Делать нечего!» – воскликнула в тот день девушка с косичкой, в ответ на просьбу Перчатки пройти внутрь.

Пришлось им тогда отступить.

Как и ожидалось, даже после преподавания каждую субботу разных учителей, все дети выбрали именно тех, кого увидели в первый раз.

А на первое сентября на плече выпускника сидела Ира.

Да, что–то поменялось очень сильно, а что–то ничуточки не изменилось. А именно это были отношения между Лизой и Кисточкой с душами. В то время как Кисточка пытается спорить с ней, остальные души просто терпят ее выходки. Но когда-нибудь и их терпению придет конец…

14 сентября. 2021г. Вторник

У кисточки начали неплохо получаться буквы и цифры. Но больше всего ей нравилось выводить крючочки, и больше всего ей были противны палочки (хотя получались они прекрасно). Как и остальным, Художнице нравилось в школе. Гулена с Гимнасткой не спорили с тем, что они не могут ее посещать, им и так все нравилось. Празднику нужно было лишь общение с друзьями, а Ленте общение с Артемом, чем можно заниматься и на выходных.

Этот день выдался не то чтобы странным, но очень тяжелым.

Утром все дети собрались в кабинете и после завтрака в столовой не выходили из него. Холодно, отопление еще не включили.

Кисточке позволили зайти в комнату. Она прикоснулась к экрану и подоспела ко второй перемене, одной из длинных. Вдруг кто–то подошел к ней сзади и закрыл глаза. Кисточка не просто взвизгнула, она отскочила от этого человека, а когда отрывала чужие ладони от глаз, оцарапала их своими ноготками. Вова поймал испугавшуюся девочку. Она обернулась к тому, кого поцарапала; это оказалась Ирига.

– Прости, пожалуйста! – едва не плачущим голосом просила прощения Кисточка у Ирины, которая испугалась ничуть не меньше, чем Художница.

Она вцепилась в воротник Вовы.

– Нельзя так ко мне подходить.

– Ничего, больше не буду, извини, я даже не знала, что ты так боишься.

– Трусиха! – крикнул кто–то из толпы, которая окружала Лизу.

Тогда Кисточка, наконец, разжала пальцы на рубашке Вовы, вытерла подступившие слезы и громко произнесла:

– Послушайте, сборище идолопоклонников! – начала она.

– А кто это? – недоумевая, спросила Клевер у Гулены, которая наблюдала за этим зрелищем.

Рядом стояла Перчатка и также внимательно смотрела за происходящим.

– Ну, это такие люди, которым нравятся миленькие девушки, только эти девушки поют и выступают на концертах. Так что я не знаю, каким боком она это вставила…

Все немного задумались.

– Может, просто к слову пришлось? – усмехнувшись, предположила Клевер, она сделала короткий вдох через нос и выдохнула через рот.

– Не думаю, – задумчиво сказала Перчатка.

Она держала левую руку за локоть, а ладонь, немного сжав в кулаке, прислонила к щеке.

– Скорее всего, она связала это с тем, что Лиза учится пению и готовится к будущим выступлениям на большой сцене.

– Деятельная девочка, – слегка засмеялась Гулена.

– И запомните хорошенько! – продолжила тем временем Кисточка. – Если сегодня вы подойдете так ко мне сзади, то завтра вы испытаете то же, что и я, получив кулаком по лицу!

– Скандальное заявление, однако, – улыбнувшись с натяжкой, проговорила Клевер.

Гулена немного посмеялась, а у Перчатки дрогнули брови, не то от удивления, не то от ужаса или страха. В любом случае, похоже, она поняла смысл слов, сказанных Художницей.

– Что это за заявление такое? – засмеялась Лиза.

– Заявление довольно серьезное, так что не воспринимай его как шутку, – все так же упорно продолжала говорить Художница.

Лиза за эти годы научилась–таки выговаривать все буквы, так что сейчас она говорит довольно складно и понятно, но так же коротко, как и раньше.

– Хорошо, что учительница вышла, – улыбнулась Клевер. – Представляете, что бы случилось, если бы она это услышала?

А ведь никто и не подозревал, что на самом деле учительница всего лишь задержалась за дверью и услышала весь разговор, от начала и до конца. Только от таких дерзких слов, которые сказала маленькая девочка, она не рассердилась и не выскочила из–за угла, а всего лишь удивилась. Очень уж знакомыми показались ей эти слова и эта интонация голоса.

15 сентября 2021г Среда

А ведь никто не воспринял слова маленькой девочки всерьез. Лиза даже решила проверить их подлинность.

– А давай ты завтра подойдешь к ней сзади и посмотришь ее реакцию, очень уж мне интересно! – шепнула она одному мальчику из своей компании.

– Ладно. Договорились, мне тоже интересно, как она на это отреагирует, – усмехнулся мальчик.

Когда он ходил, то слегка горбился, но это не мешало разглядеть его стройную фигуру. С первого взгляда он по уши влюбился в Лизу, даже не из–за внешности он ее полюбил, а скорее из–за поведения. В этом они были очень схожи. Хотя, думаю, он не в курсе, что влюбился в нее. Такие чувства проявляются в детстве, но осознаются уже много позже.

Теперь в комнату вошла Боксер, как всегда готовая к любым поворотам событий. Похоже, многие уже знали о том, что задумал Сергей из свиты Лизы, и Перчатка уже начала догадываться, что будет ждать ее в школе.

– Всем привет! – крикнула она, заходя в кабинет, и сразу обратила внимание на Сергея, который стоял слева от нее.

– А! Привет! – сказал он в ответ.

На перемене все классы вышли в коридор.

Рядом с Перчаткой стояло множество ребят, которые мирно и весело разговаривали с ней. Вообще, всему классу нравилось общение с Мариной. Всегда веселая, задорная и неунывающая. Только вчера все увидели ее с другой стороны, а сегодня она все так же стоит рядом со всеми, как ни в чем не бывало.

Напротив Перчатки встала Лиза и начала пристально вглядываться ей в глаза. Она не хотела упустить и минуты из взгляда Марины, который через мгновение будет выражать страх.

Вдруг из–за спины Марины появились руки Сережки, который пытается закрыть ей глаза. Лиза уже была готова начать смеяться, но посмотрела прямо на Марину и не смогла и звука выдавить из себя.

- Что происходит? – подумала она и заметила в этом сосредоточенном взгляде смех. – Что это такое?..

Боксер слегка присела и крутанулась на левой ноге так, что оказалась лицом к лицу с Сергеем. Яркий взгляд пронзил его насквозь. Потом он будет рассказывать своим друзьям о том, что для него это был взгляд не снизу вверх от какой–то девчонки, а взгляд разъяренного слона, который смотрит на все ничтожное свысока. Многие после этого случая говорили, что глаза Марины светились отнюдь не сине–зеленым цветом, а скорее ярко–желтым, который любого вызывал на поединок и одновременно обезоруживал.

За какие–то доли секунд она прижала свои кулаки к груди, и раздался пронзительный свист, который поразил слух учительницы, выходившей из кабинета. Сергей замер на месте, подняв голову вверх и остановив взгляд на Марине. Кулак ее застыл в миллиметре от подбородка, испугавшегося парнишки. В одно мгновение свирепый взгляд изменился на смиренный. Нет, скорее на спокойный, словно после бури.

– Извини, Сережа! – начала прежняя Марина. – Нельзя так ко мне подходить сзади. Страшное все–таки дело: получить по лицу кулаком от боксера!

Часть 3 Глава 2

Глава вторая

6 сентября 2021г. Пятница

– Так ты все–таки согласилась тогда посещать секцию?

– А почему раньше не сказала?

– Да! Почему?

– Мы хотя бы Сережку успели бы предупредить.

– О чем предупредить? Какая боль его постигнет?

Весь класс разразился хохотом.

– Странно, что после твоего вчерашнего выпада учительница ничего не рассказала твоим родителям, – продолжал Вова, который был среди толпы рядом с Мариной.

– Да, это меня удивило, ну, ничего! Я была готова к последствиям.

– А сережка не был! – сказал одна девчонка, и все снова засмеялись. – Вспомните его глаза по два пятака!

– Да ладно вам! – воскликнула Марина, пытаясь защитить гордость мальчика, получившего от девчонки. – Любой был бы в шоке от увиденного вчера. В конце концов, никто не знал, что я посещаю секцию бокса. Она, кстати, самая лучшая, такой клуб нигде не найдешь!

– Потому что другого нет! – выкрикнула Лиза. Она все так же находилась рядом со своей компанией; Сергей сегодня в школу не пришел.

Никто кроме Марины не обратил внимания на это восклицание.

Тем временем Лента сидела среди своих товарищей и о чем–то думала.

– Ты чего поникла как ива? – спросила ее Ветер, подходя ближе.

– Скучно. Я целых две недели считай, не видела Артема.

– Чем тебе этот Артем так понравился, не уж–то влюбилась?

Лента сразу замешкалась с ответом.

– Н…ничего подобного! – она немного задумалась. – Он друг хороший. И мне часто не хватает Максима, который живет в другом городе. А Артем брата мне заменяет, можно сказать. Скучать не дает. С мальчишками веселее.

– Кстати, интересно, как там он, брат? – вспомнила Ветер. – Они ведь семьей собирались переселиться от бабушки Ольги и дедушки Глеба.

– Не знаю, – вздохнула Лента. – Я не слушала телефонные разговоры Лады с мамой.

– Ну, и правильно! – Ветер хлопнула Ленту по спине. – Нечего чужие разговоры подслушивать…

Тишина длилась слишком долго, поэтому Ветер решила ее развеять.

– А давай ты сегодня вместо меня в комнату войдешь! – воскликнула она. – А то давненько у нас обмена не происходило.

– А как же ты?

– А я завтра, вместо тебя, ты впустишь?

– Конечно!

Лента подбежала к комнате, прикоснулась к экрану и оказалась в спортивном зале, на уроке физкультуры.

Лента и Ветер стали за это время – не разлей вода! Между ними начала образовываться настоящая дружба, а не как раньше – товарищество по несчастью.

Разговоры раньше были лишь про то, когда можно войти в комнату, что это за сущности такие, которые своих владельцев не пропускают. А теперь же они словно, наконец, смирились со своим положением.

Теперь же девочки общались друг с другом на более разнообразные темы.

Иногда бывает, сидит Марина на руках у дедушки Коли и смотрит, что он читает. Девочки тоже читать начинают, а потом берутся обсуждать, что понравилось в этом отрывке, а что им кажется «сырым».

Так и проходили дни.

Другие души тоже разбились в общении на группы. Перчатку Кисточка постоянно просит показать какие-нибудь удары. Клевер то к Гулене подбежит с просьбой в карты поиграть, то к Велику, чтобы обсудить или спросить что-нибудь. При этом с Великом ей гораздо интересней, чем с Праздником. Но и сравнивать этих двух товарищей ни в коем случае нельзя, да и никто не стал бы этого делать. Они ведь такие разные! Легче описать все то, чем они отличаются, нежели пытаться найти хоть одно сходство. А клевер и не пытается этого делать, но и различия никакого между подругами не ставит. Для нее они одинаково хорошие собеседники в любой ситуации и при любом разговоре.

Пока дети бежали последний круг по спортивному залу, Артем обратился к Ленте.

– Давай устроим шоу!

– Шоу?

– Это будет наше показательное выступление! Помнишь, что мы делали дома?

– Конечно, помню, но получится ли сейчас? – Лента задумалась. – Да и зачем тебе это вообще надо?

– Хочу нести всем радость! Ты поможешь мне в этом?

– А ты не хочешь ли в циркачи податься? – ответила Лента вопросом на вопрос.

– Вообще–то я хочу стать профессиональным спортсменом, но твой вариант меня тоже устраивает, – он посмотрел на нее таким веселым взглядом, что Гимнастка не удержалась и все–таки кивнула в знак согласия.

- Будь, что будет.

Часть 3 Глава 3

Глава третья

– Внимание! – крикнул Артем на весь спортивный зал. – Мы хотим показать вам то, что вы сможете увидеть только на профессиональных играх и выступлениях!

Лента сначала немного смущалась, но потом посмотрела на Артема и успокоилась.

– Правильно, нечего волноваться, – шепнула Ветер. – Представь, что ты сейчас дома занимаешься гимнастикой, наблюдая за движениями спортсменов по телевизору.

Гимнастка почувствовала тепло, которое прикоснулось к ней. И это была даже не рука Артема. Тепло исходило от чего–то более глубокого, чем поверхностное, но нежное рукопожатие. Как и многие другие ее товарищи, она почувствовала, что за экраном она была не одна. Ее кто–то поддерживал, но кто? Неужели это ее сущность? Тогда кто она, эта сущность? Парень она или девушка? Ребенок или взрослый человек? Как Гимнастке хотелось это узнать!

В это время в зал вошли классная руководительница и учительница физкультуры. Милослава Николаевна была заворожена выступлением детишек.

Сначала Лента разбежалась и прыгнула над Артемом, готовясь упасть на него, но тот удержал ее на вытянутых над собой руках. Лента выпрямилась и показала ласточку в воздухе, пока Артем держал ее за талию. Вот он опустил ее на пол и взял за руки. Пальцы на обеих руках оказались в замке. Подпрыгнув вверх, Лента застыла в воздухе, держась за руки Артема. Показалось даже, будто девочка держалась прямыми ногами за что–то в воздухе, и держала мальчика за руки, чтобы тот не упал. Она перенесла центр тяжести назад и оказалась за спиной своего друга. Все, также держась за руки, они повернулись друг к другу лицами. Руки расцепились, и они, с того же места, где и стояли, сделали синхронно два или три колеса.

В голове у Милославы Николаевны промелькнула какая–то мысль, какое–то давно утерянное воспоминание. Музыка со спортивных соревнований, звуки стучащих по специальному покрытию ног и рук. Откуда взялась такая четкая ассоциация?

Когда ребята закончили выступать, учительница позвала их к себе.

– Скажите, пожалуйста, – начала она. – Откуда вы взяли эти движения?

Артем переглянулся с Лентой и с улыбкой ответил:

– Мы всего лишь повторили движения спортсменов – гимнастов, которые выступают по телевизору в соревнованиях.

– А вы не помните, что это были за соревнования?

– Вроде, повторный показ лучших выступлений младшей лиги города Безымянного.

– По–моему так, – подтвердила Марина.

Лента уже вышла из комнаты к тому времени. Для нее это потрясение, которое она запомнит надолго.

После школы их обоих забрали родители Артема. Дома у Марины гремел ремонт.

Часть 3 Глава 4

Глава четвертая

28 декабря 2021г. Вторник

– Как, Мариночка, нравится? – спросила Мария у своей дочки, когда они зашли в обновленную спальню.

– Очень!

Стены в спальне покрашены в сине–зеленый цвет в пастельных тонах. Дверь находится по центру стены, поэтому вдоль спальни раскладная кровать не поместилась, вот ее и поставили под самое окно. А где кончается окно, расположен вход на балкон, поэтому все получилось довольно компактно. Справа всю стену обставили шкафами с полками для одежды, книг и прочих вещей. Ну, а оставшееся свободное место, стену напротив хода, занял диванчик, который купил для Марины дедушка Глеб, лет пять–шесть назад.

Над диванчиком родители повесили первое украшение: картину «Радуга над водой».

– Если захочешь, можно еще что–нибудь на эту стену повесить, – сказал Паша. – Ты только скажи, и мы сразу тебе сюда гвоздь забьем.

– Конечно! Если будет нужно, обязательно скажу!

Девочка еще немного походила по комнате, а потом ее окликнула бабушка Рада.

– Ладно, кем ты будешь на Новый год?

– Не знаю, мне родители готовили костюм.

– Может ты хотела бы быть феей или бабочкой? – спросила бабушка Василиса.

– Нет, это слишком просто! – возразила Рада.

– Тогда кем?

Марина посмотрела на родителей.

– Мама, а вы взяли ведь берет?

Бабушки переглянулись с недоумением, в то время как Калерия только улыбнулась, едва не пустив слезу.

Часть 3 Глава 5

Глава пятая

– Собираемся, скорей! – торопила всех Клара.

В ее руке был профессиональный фотоаппарат, который хранит целый архив фотографий и видео о взрослении Марины. Теперь Клара хочет пополнить коллекцию Новогодним праздником в школе.

– А то опоздаем. Соседи уже уехали, а мы никак не соберемся!

– Да все–все! – кричал Николай, спускаясь по лестнице и подходя к двери ванной комнаты, где Клара ждала всех у парадного входа.

Когда все оказались на улице, обе машины направились к школе.

– Интересно, что же за костюм попросила Марина? – задавалась вопросом Кисточка.

Вот дети зашли в актовый зал, где больше не стоят скамейки, которые занимали почти все пространство.

Первыми вошли первоклассники, все три класса заходили по очереди. Сначала вошел Вова с одноклассником в паре, они оба были мушкетерами, причем Вова, похоже, Портос, а его товарищ - Арамис. Почему? Да потому что у Портоса на груди сияла блестящая перевязь, которая под плащом кожаная, а у Арамиса в руках был белый шелковый платок с инициалами (мама, наверное, вышивала эти узорные буковки).

За ними шла Ирина с мальчиком. На ней надет костюм балерины, такого не оказалось ни у кого. А мальчик одет во фрак. За ними шел целый строй принцесс и фей. Остальные мальчики и девочки были зайчиками и снежинками, но таких ребят оказалось очень мало. Последними шли Марина и Артем. Они зашли в зал под ручку.

А Кисточке все не терпелось.

– Все! – сказала она. – Я хочу туда войти!

Из тени вышел незнакомый парень, который был ростом с Художницу. Волосы впереди немного длинней, чем сзади. Одежду она разглядеть не успела.

– Успокойся! – сказал он. – Имей совесть, подожди хоть немножко!

– Да я ненадолго, обещаю! – Кисточка почти умоляла впустить ее.

Парень перевел взгляд на экран. Несколько секунд он молчал.

– Обещаешь?

Кисточка встрепенулась и посмотрела на спину собеседника.

– Обещаю, да–да!

Парень посмотрел на нее с недоверием, а потом вздохнул и пропустил со словами:

– Если задержишься, сам вытяну, поняла?

– Да–да, все поняла! – впервые она говорила с кем–то так покорно.

Она вошла в прохладную комнату, а затем прикоснулась к экрану, полному тепла. Здесь ее будто кто–то взял за руку и потянул к экрану.

Она моргнула и увидела целую толпу наряженных ребят. Кисточка посмотрела на улыбающегося Артема. Он шел рядом с ней в костюме современного волшебника, фокусника. Сама она прикоснулась пальчиками к голове и почувствовала бархат. Это берет, коричневый, бархатный берет. Кисточка посмотрела на себя. Опустив голову, она увидела, что одета в оранжевую рубашку, а поверх нее джинсовый комбинезон. Только потом она узнает, что ей на лицо поставили несколько цветных клякс, для образа. Кисточка только и успела, что сесть на скамейку рядом с одноклассниками, как ее кто–то вытянул из экрана.

– Все, тебе хватит, – сказал притворно ласковый голос. – Волшебство этого вечера кончилось.

– Несправедливо! – буркнула Кисточка себе под нос.

Что интересно, для них это стало обычным делом, когда за ними вот так приглядывает кто–то внутри комнаты. Души привыкли к этому так же, как когда-то привыкли к пустой комнате со своими прихотями.

Кисточка уже вышла за пределы стен, но решила обернуться к парню, чтобы задать вопрос.

– А вы, правда, наши сущности. Вы - настоящие мы?

– Может, и настоящие, – сказал парень, подражая ответам в манере речи героя книги «Волкодав».

– А выйти из комнаты вы можете?

– Может, и можем.

– А нормально ответить не судьба? – простонала Художница.

– Может, и не судьба, – тогда Кисточка фыркнула и отвернулась от него, чтобы пойти к своим друзьям. – Но, знаешь...

Она остановилась.

– Не помню точно, кто сказал эти слова, – Кисточка посмотрела на него в пол оборота. – Но ты должна их запомнить: «Судьбы нет, она лишь иллюзия, которую создали мы, чтобы избавить себя от права выбора и обязательств, которые предоставляет нам жизнь».

К чему это было? Художница так и не поймет. Может, он на что-то намекнул?

А в это время Марина веселится со своими друзьями.

Перед ними выступал и директор школы, который переоделся в Деда Мороза. Чем–то он даже напоминал того старика, который посещал их в детском саду. Такой же широкоплечий, но полноват. А костюм, вроде бы, тот же. Только борода потрепана, как будто по ней кто–то топтался.

Часть 3 Глава 6

Глава шестая

– Вы не заметили, что в комнате стало теплее? – спросила Велик своих товарищей перед сном.

Они легли возле входа в комнату, в то время как она снова облокотилась на ее стену и укрылась тонким покрывалом.

– Кстати, теперь, когда ты сказала это, – Перчатка начала вспоминать тот момент, когда едва не отправила в нокаут Сергея, своего одноклассника. – Я однажды почувствовала тепло, исходившее от экрана. Но что это за тепло?..

– Тепло наших тел!

– Без шуток, Клевер! – крикнула Ветер. – И так не знаем, что происходит, а ты еще названия фильмов успеваешь вспоминать.

Она отвернулась от Клевера к Велосипедисту и продолжила разговор.

– Когда был наш день рождения, и мы ездили забирать ребят младшей лиги и детсадовских друзей, я чувствовала, то же самое. Было не просто тепло. Внутри было не пусто и одиноко, как раньше. Ощущение, что меня кто-то поддерживал.

– Может, это наши сущности? – неожиданно предположила Гимнастка.

– Все возможно, – подумала Ветер. – Ладно, потом будем думать.

– Точно…

Все уснули.

Кому–то снились сны, а кто–то спал как убитый. Велосипедисту так же мерещилась дорога, по которой велосипед катится в неведомую даль. А вот Боксеру снилась река, широкая, длинная река. Перчатка сидела в лодке и смотрела на мост, к которому она приближалась. На мосту кто–то стоял, они весело болтали, но вдруг парень обратил внимание на лодку и закричал: «Смотри–смотри! Это же... Эй! Эй, Ди… ди…»

- Ди?

Кто же это был?

Перчатка задала себе этот вопрос, когда проснулась.

– Странно, Ди… Это может быть мое имя. Причем тут лодка? Я рыбачила? Странно. Никогда не ходила на рыбалку.

7 июля 2022г. Среда

– С днем рождения! – прокричала толпа, зашедшая в столовую.

Слегка ошарашенные этим выкриком Павел, Николай и Андрей смущенно поблагодарили родственников за поздравление. Андрей в это время сидел за ноутбуком, Николай слева от него, а Паша стоял возле стула и наблюдал за написанием статьи.

– Всегда поражалась тому, какое это чудное совпадение! – воскликнула Василиса.

Калерия, Василиса и Маша подбежали к своим любимым мужчинам, и каждая поцеловала всех троих в щеки.

– Спасибо вам огромное, хорошие вы наши! – поблагодарил Николай. К нему и его сыну еще подбежала Клара. Бабушка Рада поздравила внука, а потом начала говорить о чем–то другом.

– Так, теперь все в сборе? – спросила она.

– Да! – крикнула женская половина семейства.

– О чем вы, дамы? – недоумевая, спросил Андрей.

– Мой юный друг, – начал дедушка Бронислав.

– «Юный»? – повторил Андрей.

– Дамы решили устроить нам подарок, мы поедим сегодня на рыбалку.

– Подожди–подожди, дедуля! – заторопился Паша. – А как же, как же…

Но Бронислав не дал договорить внуку, предугадывая его слова.

– Не переживай, они все уже собрали! Нам осталось только в машину сесть и всем вместе поехать!

– Да когда же успели? – усмехнулся Николай.

– Уметь надо! – слукавила Василиса. – Ладно, поехали уже, пока мы не передумали!

В одно мгновение стол опустел, даже ноутбук куда-то испарился вместе с Андреем.

Нет ничего удивительного в том, что мужчины так обрадовались поездке на пруд. Рыбалка – это их слабость, от которой они никогда не откажутся, как ребенок от шоколадки. В последние годы им не предоставлялась возможность хоть немного посидеть в тишине возле воды.

– А погода сопутствует нам! – воскликнул Андрей, когда посмотрел в окошко машины.

Действительно, ветер слабый, легкий и теплый. Возле пруда абсолютная тишина, только кое–где стрекотали насекомые, и плескалась рыба.

Вдоль берега есть лишь несколько мест, где растут деревья, которые создают тень для приезжих. Одно из таких местечек и заняли Юниковы – Юниковские. Когда все вышли из автомобилей, услышали ласковый шелест листьев и…звук падающих капель. Марина оглянулась по сторонам.

– Что это? – спросила она у Клары.

– Похоже на плакучую иву.

– Плакучая ива?

– Да, вон она, – Клара обняла племянницу за плечо и показала пальцем на повисшее над водой дерево с длинными листочками.

Марина подошла ближе и увидела на стволе дерева сырые места, откуда капала вода.

– Красиво!

– Да, точно, красиво.

Пока мужчины готовили свои орудия труда к работе, женщины занимались приготовлением пищи для тружеников. Когда Клара закончила помогать старшим, она присоединилась к рыбакам.

– Кстати, Марина, я и твою удочку взяла, хочешь попробовать, порыбачить? – спросила Клара.

Марина с радостью приняла приглашение. Эта небольшая удочка, примерно двухметровая, подарок Клары на день рождения.

Она тогда сказала: «Понравится, будешь у дедушек каждый год просить новую, все больше и больше. Если они не смогут купить, я точно смогу».

– А как надо рыбачить? – спросила Марина.

– Сейчас покажу.

Пока Клара объясняла, что нужно сделать перед тем как начать рыбачить, Перчатка учила Кисточку сильным ударам.

…

– Я хочу, чтобы он увидел это.

– Кто, «он»?

– Тот желтый огонек.

– Ну, это легко устроить! Знаешь что делать, ведь так?

…

Из комнаты повеяло ветром, и Перчатка это заметила, но не успела вовремя отреагировать. Что–то обхватило ее плечи и затянуло в комнату. Перчатка только и заметила, что это была девушка с косой.

– Ты что творишь?! – крикнула она перед тем, как оказаться наполовину за экраном.

– Моя прихоть тебя не касается.

– Нет, она касается меня, раз я здесь благодаря ней!..

Как–либо еще возразить Перчатка не успела; девушка с косичкой оказалась намного сильнее ее. В ее руках она почувствовала себя не сильным человеком, а слабым ребенком. Такие чувства вселяла эта девушка. Когда Боксер погрузилась в экран, ей показалось, будто она в теплой ванне. Еще несколько секунд, и она увидела перед собой крючок и червя, зажатого в двух пальчиках.

– Вот так, поняла?

– А, да, – Перчатке пришлось насаживать червя на крючок, и у нее это неплохо получилось!

– Отлично, теперь можно закидывать.

Пускай, от такого легкого ветра, но волосы все же лезли в глаза Перчатке. Однако она продолжила повторять за Кларой.

– Что, черт возьми, это было! – воскликнула она и почувствовала, как к комнате приблизились ее друзья.

– Ну, зашла сюда ты точно не добровольно, – послышался голос Праздника.

– Ее затащили, – сказала Велосипедист.

– Но кто?

– Скорее всего, ее сущность, – ответила Велик на вопрос Праздника.

– И зачем, спрашивается? – Перчатка, естественно, недовольна своим положением.

– По собственной прихоти? – Велик развела руками.

Боксер попробовала закинуть удочку, и у нее получилось это с первого раза.

– Ого! – удивился Бронислав. – Ты как будто этим всю жизнь занимаешься!

Боксера вдруг переполнило счастье. Неужели у нее получилось это с первого же раза!

– Я музыку включу! – сказала Клара, оставила свою удочку на попечение брата и побежала к машине. Зазвучал речитатив.

– Марина! – крикнула Клара, подбегая к племяннице. – Давай, я тебе волосы соберу, а то в глаза лезут, наверное.

– Да, спасибо!

Клара собрала все волосы над висками желтой резинкой, а нижние оставила нетронутыми.

– Тебе очень идет! – сказала она.

Марина улыбнулась и продолжила рыбачить. Взгляд ее был сосредоточен на поплавке и не хотел отрываться от него и на секунду. Клара стояла слева от всех и на мгновение заметила сосредоточенные лица всех ее родственников. Она слегка хихикнула и сразу взялась за фотоаппарат. Получилось так, что вдоль берега в один ряд выстроились сосредоточенные серьезные лица Бронислава, Николая, Паши, Андрея и Марины. Потом они долго будут разглядывать эту фотографию и смеяться из-за того, насколько они были тогда похожи.

– Для чего вообще нужна эта рыбалка? – возмутилась Маша, когда посмотрела на этот внушительный ряд рыбаков.

– Чтобы наслаждаться, – сказала Калерия.

– Да чем же тут можно наслаждаться! – возразила Маша.

– Как! Атмосферой, природой, тишиной. В то же время можно сказать, что ты не только отдыхаешь, но и трудишься. Попробуй вот так посидеть несколько часов, тебя и на пятнадцать минут не хватит, а на это нужно много труда и сосредоточения.

– Вот опять, – слегка улыбнувшись, сказала Мария.

– Что, «опять»?

– Снова ты мне даешь уроки, мама, – хихикнула она. – Учишь, как маленькую!

– Родная, защищать детей – задача родителей, а превзойти родителей – это задача детей.

Женщины засмеялись, посмотрев друг на друга, а рыбаки немедленно шикнули на них. Да так громко, что девушки, будучи от них в семи метрах, прекрасно услышали это предупреждение.

Примерно через час Перчатка почувствовала, словно что–то толкает ее, нет, тянет наружу. Сначала она пыталась сопротивляться, но потом поняла, что это бесполезно. Девушка с косой осторожно подхватила Перчатку. Та встретилась с ней взглядом и будто осознала, насколько сделала себя похожей на нее, собрав волосы в косичку и создав на себе в этой пустоте какое-то подобие олимпийки.

– Ну, как, понравилась рыбалка? – спросила девушка.

– Сестра…

Девушка улыбнулась.

– Ну, ты даешь! Сестра у вас, может, и родится, но это точно буде не я!

Когда Боксер опомнилась, то уже находилась за пределами комнаты, а точнее возле стены.

– Что с тобой произошло? – спросила испуганно Гимнастка.

– Ты ее сестрой назвала, – удивилась Клевер.

Некоторое время длилась тишина, все ждали ответа. Она подняла глаза и посмотрела на Гимнастку, которая оказалась прямо перед ней. Боксер с улыбкой сказала:

– Черт, так это был сон.

Часть 3 Глава 7

Глава седьмая

9 июля 2022г. Пятница

– Мы знаем, что ты можешь посещать секцию только по пятницам, – начал тренер младшей лиги по легкой атлетике, – но соревнования будут проходить в воскресение, поэтому завтра ты будешь отдыхать, а сегодня плотно работать, поняла?

– Да! – ответила Бегунья и отправилась разминаться.

Зал младшей лиги достаточно просторный, но любые соревнования всегда проходят на стадионе для легкой атлетики.

Бегунья подбежала к друзьям.

– А почему ты не можешь посещать секцию в другие дни? – спросил ее Боря.

– Не обижайтесь. У меня помимо атлетики есть и другие занятия.

Мальчишки переглянулись между собой и засмеялись. Они в это время разминались, так же как и Бегунья.

– Не переживай, – сказал за всех Лео. – Если у тебя получается что–то помимо атлетики так же хорошо, почему бы и не попробовать себя в другом деле.

– Да, – поддержал Вен. – К тому же, мы еще не достаточно взрослые, чтобы окончательно решить, чем мы будем заниматься, когда повзрослеем.

– Вот это ты, верно подметил, точно! – подхватил Денис.

– Поразительно, – подумала Ветер. – Мы такие маленькие, но такие взрослые.

После окончания занятий в секции Ветер вышла из комнаты. Как раз к этому времени подъехали родители, чтобы забрать ее.

– Праздник, выручай! – взмолилась Ветер. – Пропусти меня в комнату в твой день.

– Что, соревнования?

– Да, это мои первые соревнования!

– Тогда давай я сегодня займу твой день на час, чтобы ты потом зашла прямо на старте.

– Давай! – обрадовалась Бегунья. – Так даже лучше, если я буду время тратить.

Гулена встала и направилась к комнате.

– Ты куда?

– Время нагуливать, куда же еще, – усмехнулась Праздник.

Она вошла в комнату, и прямо возле входа ее встретил кудрявый парень.

Гулена почувствовала его присутствие, поэтому не удивилась и не стала поворачиваться к нему, а просто остановилась.

– Ты тогда ушел быстро, я спросить хотела…

– Что именно? – он говорил с улыбкой на лице.

Его глаза горели в темноте сине–алым цветом.

– Кто мы на самом деле, я тебе ответить не смогу. Можем ли мы выходить наружу, думаю, в этом вы убедились день назад.

– Нет, я другое спросить хотела…

Вдомеиграламузыка. Dead By April – What can I say?

– И что же ты хотела спросить?..

Тишина между их репликами резала слух.

– Как вас зовут?..

Легкая улыбка на лице парня стала чуть шире.

– Боюсь, вам такие имена не знакомы…

– И пускай. Может, для нас они что–то будут значить.

Послышался легкий вздох.

– Имя того парня и остальных я называть не буду, это их дело.

В этот момент Гулена посмотрела парню прямо в глаза.

– А твое имя?..

– (вдох) Холи…

Блеск его глаз растворился в темноте, как и улыбка. Праздник вошла в комнату и находилась там час. Как и все ее друзья, она испытала то самое тепло, о котором они говорили. Тепло тела или чьей–то души. Может, это тепло сущности, которая стоит рядом с экраном и не дает забывать о том, что не стоит задерживаться в тепле надолго.

Все это время в голове Гулены проносилась лишь одно:

- Холи…

Думая об этом разговоре, она играла с Артемом в волейбольный мяч.

– Уж не тот ли это мячик, который тебе Дед Мороз подарил? – спросил Артем.

– Да, он самый! А ты смотри, какой хороший!

– Это точно, – еще немного покидав мяч, Артем решил продолжить разговор. – У тебя через два дня забег?

– Да, откуда узнал?

– Услышал твой разговор с родителями. Извини, что подслушал.

– Не волнуйся, больше двух говорят вслух!

– Я приду поболеть за тебя.

– Приходи, там и мальчики бегать будут.

– А Борька будет?

– И Боря будет.

– Нравятся мне его забеги! Обязательно приду!

11 июля 2022г. Воскресение

Марина вышла из здания, и ее глаза поразил свет.

Июльское солнце жгло кожу, а асфальт расплывался в мираже. Дети, тем временем, готовятся к забегу.

Мальчишки будут бежать отдельно от девочек. Взрослые сидели на скамейках под навесами, поэтому они даже испытывали жалость и стыд по отношению к своим детишкам.

Первыми забег начали мальчишки, а девочкам разрешили посидеть и подождать своей очереди под навесом.

– Волнуешься? – спросила девочка, старше Марины на год. Она также участвовала в забеге.

– Нет, жарко только.

И правда. Лицо Марины не отражало какого–либо волнения.

– Какое там волнение! – усмехнулась Клевер. – Наверняка, Марина и так в курсе, что вместо нее будет бежать кто–то другой.

В комнате почувствовалось дуновение ветра.

Мальчишки встали на стартовую полосу и приготовились бежать. Прозвучал сигнал, и они сорвались с места!

Это не гонка детсадовских детей. Здесь действительно настоящее соревнование, в котором все были равны, ну, или почти равны. Каждый из десяти ребят имеют не малый потенциал и не меньший талант.

Главное развить этот талант до такой степени, чтобы он стал твоим основным двигателем.

Никто из соперников не хочет уступать место другому. Даже друзья соревнуются между собой. В итоге вперед вырвались три мальчика: знакомые нам Боря и Лео, а также мальчик по имени Рус. Комплекцией он такой же, как и Лео, но выше. Боря рядом с ними кажется маленьким. Но, тем не менее, уступать им он и не собирается!

Конечно, правильно говорят, что талант – это только половина от успеха и навыка человека. Важную часть занимают тренировка и практика. Но также необходимо заметить, что талант важен ничуть не меньше, чем практика. Если человек занимается своим делом, то заниматься ему будет веселее. И это факт: если тебе что–то не нравится, то ты будешь это делать через силу, нехотя. Все трое лидеров любят бег, и их никто не принуждает бежать, они сами этого хотят. Жара их нисколько не стесняет, они просто бегут. Вот, видится финишная черта, еще немного, и будет известен победитель. Первая рука задевает красную ленту…

- Спасибо, Марина, ты подарила мне эту мечту...

– Победил Борис Вольный! За ним пробежал Леонид Смеянов и завершил тройку победителей – Рус Виленов! Просим девочек занять свои места на дорожке, после их забега мы наградим всех вместе, и мальчиков, и девочек.

Хоть остальные ребята и проиграли, но спешили поздравить победителей, пожать им руки, похлопать по плечу. В конце концов, не первая игра и не последняя. У этих детей еще все впереди.

Девочки приготовились к старту. Забег и мальчиков и девочек рассчитан на один внутренний круг. На самом деле вокруг поля легкой атлетики находится три кольца, на которых очерчены свои дорожки. Каждое кольцо для отдельной лиги. Вот и младшая лига совершает забеги по внутреннему кольцу.

– Давай волосы завяжу! – кричала Мария своей дочке.

Та посмотрела на нее и крикнула в ответ:

– Спасибо, мне и так неплохо! – с этими словами она счесала пальчиками волосы на правый бок. Голова была сырой от жары, поэтому пышные черные пряди не торопились распадаться.

– Что ж, начнем! – крикнула от возбуждения девочка, которая разговаривала с ранее с Мариной.

Ветер посмотрела на нее, а потом заняла свое дорожку.

– Да, покажем, на что способны!

Дан старт! Сначала Бегунья бежала наравне со всеми, когда ранее упомянутая девочка прорывалась вперед.

Бегунья решила дождаться, когда на финишную прямую выйдут однозначные победители. Только тогда она решает показать себя в четверке, а затем и в тройке, победителей. Лидирует доброжелательная девочка и еще пара участниц.

– Сейчас!

Бегунья моментально отодвигает одну из участниц на второй план и занимает ее место. За лидерство борются уже две участницы! Какой накал, Боже!

– Боже, если существуют Боги Спорта, помогите моей дочери положить начало!

Казалось бы, участницы бежали нога в ногу, но нет! Ранее узнанная девочка сбивает дыхание на последних метрах и уступает лидерство Марине, нет, Бегунье!..

– Итак, награждение! Дети, занявшие первые места, встаньте, пожалуйста, вместе на ступень, и сейчас мы вас сфотографируем. Покажите свои грамоты, – говорил журналист. – Так, умницы, улыбочку!

Бегунья выбежала из комнаты.

– Черт! Ты едва успела отработать свой долг.

– А ты думала! – ответила Ветер Гулене. – Я из кожи вон лезла!

Марина и Боря слушали диктора.

– Первое место младшей лиги в забеге среди девочек занимает Марина Юникова! Первое место по забегу младшей лиги среди мальчиков присуждается Борису Вольному!

Родители были счастливы за своих детей. Мария первой подбежала к ребятам, чтобы одарить их своими поцелуями, а Павел и Степан подняли их на руки и посадили на плечи.

Вот он, первый, настоящий вкус победы.

Родители Бориса так и не показались.

Часть 3 Глава 8

Глава восьмая

16 августа 2022г. Вторник

Наша жизнь полна открытий, и никогда не знаешь, когда эти открытия будут интересны и познавательны. Но мы и не знаем, когда эти открытия смогут изменить нашу жизнь.

В эту ночь Кисточке снилось, как она сидела перед огромной стопкой книг и читала слова, которые были ей непонятны. На старинном деревянном столе стояла свеча, от которой исходил тусклый свет, а перед свечой, за окном, наполовину занавешенном, мерцали звезды. Сама Художница была одета в старую белоснежную сорочку, какие одевали очень давно не только женщины, но и мужчины.

- Киловатты, джоули, законы…так, законы! Гука, всемирного тяготения…

- Что ты ищешь?

- Тебе это не будет интересно

- Ты уж посвяти меня, я ведь твоя мама»

- Вот, смотри…

- Физика? Не понимаю тебя, чем она только интересна?

- Мама, ха–ха! Это же…

- Скучно?

- Нет! Что ты! Это ведь весело!..

- И кто тебе такое сказал?

- Учитель физики. И, между прочим, это прозвучало грубо! Я тоже люблю физику, как и учитель!..

- Тогда не бросай, иди вперед вместе с физикой

- Ага!..

– Просыпайся, скоро новые знакомые придут, – шепнул чей–то ласковый голос.

Перед глазами Кисточки оказалась Клевер.

– А, это всего лишь ты…

– В каком это смысле?! – возмутилась Клевер и растолкала Художницу. – Вставай уже! Сегодня твой день, поэтому ты можешь выйти на прогулку.

– Ага, как же, если позволят, – фыркнула она и кивнула в сторону комнаты.

Кисточка перевернулась с бока на спину и прикрыла глаза. Тогда Клевер нависла прямо над ней. Длинные волосы Ботаника едва касались лица Кисточки.

– Но ведь когда ты попросила, тебя пропустили.

– Всего на две минуты! А! Ты слишком близко! – она резко встала, едва не ударившись лбом с Клевером.

Клевер обрадовалась и улыбнулась, а затем встала.

– Как грубо с твоей стороны! – съязвила она.

– Нечего так приближаться!

– О-о! – протянула Клевер. – Когда ты смущаешься, я чувствую себя парнем!

– Да-а? – повторила Кисточка за Клевером. – Законченный романтик, который ухаживает за цветами. Прямо не парень, а девушка! Нет, постой. Бабушка!

– Что?!

– Ты как ровесница Варвары Владимировны. Всегда с ней общий язык находишь!

– Ну, ты!..

Клевер хотела было ухватить Кисточку и отвесить ей оплеуху, но та мигом увернулась и побежала в сторону комнаты. Туда она буквально влетела и без всяких преград.

Кисточка пятилась к экрану и тут наткнулась на что–то.

– А наглости тебе не занимать, – сказал парень с челкой, который обычно наблюдал за ней. Она обернулась к нему.

– Слушай, ты!.. Ты!.. – она замешкалась. – А как тебя вообще зовут?

– Буду я еще отвечать тебе, – хмыкнул он себе под нос и отошел от экрана с гордо поднятой головой.

– Экий павлин! – буркнула Кисточка, но парень не обратил на эти слова никакого внимания.

Тогда Кисточка просто отвернулась от него и прошла сквозь экран.

– Здравствуйте! – прозвенел знакомый голос. На крыльце дома стояла Варвара Владимировна с Артемом и еще какими–то тремя ребятами.

– Что ж вы на крыльце! – воскликнула Василиса. – Проходите в дом! И друзей своих зовите!

– Нет–нет, что вы! – заупрямилась Варвара Владимировна. – Лучше вы выходите на улицу, здесь такая замечательная погода!

Василиса кивнула в знак согласия.

– Паша! – крикнула она в зал. – Выноси из веранды скамейки с черного входа!

– Ладно! – послышался голос Павла из зала. – Папа, помоги, пожалуйста!

Через несколько минут во двор были вынесены скамейки, на которые уселись все взрослые.

– Так это Вы? – улыбнулась Маша, когда узнала среди новых знакомых Алину Петровну. – А это, неужели, Михаил Петрович?

– Да, именно мы и есть! – воскликнула Алина Петровна Соларбимова. – А вот это наши внучки.

Рядом с Алиной Петровной, напротив Марины и Артема, стояли трое ребят, два старших мальчика и девочка помладше. Между собой они очень похожи, сразу видно – родственники. Волосы русые, глаза серые, ресницы не длинные, не короткие. Мальчики одеты в пестрые майки и шорты, а девочка в сарафан.

– Вот это Алексей, наш старшенький, он учится в четвертом классе, а рядом с ним Кирилл, он ваш ровесник, ребятки, и учится в той же школе, что и вы. Только не в «А», в «Б» классе. Алина у нас младшенькая, еще в садик ходит, но на следующий год пойдет на подготовку.

– Приятно познакомиться! – поздоровалась Марина с новыми друзьями. – Пойдемте, в мячик поиграем!

– С удовольствием! – ответил старший брат за всех.

Их игра длилась недолго, ребята очень быстро захотели отдохнуть.

В это время рядом с комнатой стояла Гулена.

– Значит, Леша на три-четыре года старше нас, а девочка, стало быть, на один–два года младше…интересно, – задумалась она.

Буквально через несколько секунд после ее рассуждений в комнату влетела Кисточка и прикоснулась к экрану.

– Лови! – крикнул ей Кирилл. Кисточка поймала мяч. Внутри будто что–то переключилось. Она внимательно осмотрела мяч со всех сторон.

– Не понимаю, – пробормотала она.

– Кидай, Марина! – окликнул ее Артем.

– А, да! – Кисточка кинула мяч и начала ожидать, когда он снова направится к ней.

Она наблюдала за мячиком очень внимательно и постоянно о чем–то думала.

– Почему так? – спрашивала она саму себя.

– А ты на какие оценки учишься? – спросила Кисточка Алексея, когда они снова сели передохнуть.

Все они были сырые, как мыши, которых окунули в чан с водой. Марина одета в короткие шортики и топик, а Артем в свободную майку и джинсовые шорты. Вся детвора бегала по двору в резиновых тапочках.

– На четверки, пока что на большее я не способен, – ответил Алексей с усмешкой.

– А что так, времени не хватает? – поинтересовался Артем.

– Да нет, как–то, просто, не хочется на полную силу выкладываться, – Леша потер пальцами лоб. – А вы чем занимаетесь, как учитесь?

– Мы тоже идем стабильно, да, Марина? – уточнил Артем.

– Да, четверки–пятерки, а на большее времени нет!

– Чем же вы таким занимаетесь, что у вас времени не хватает на учебу? – удивился Леша.

– Ну, – Артем почесал щеку. – Я занимаюсь гимнастикой. Марина тоже ею увлекается, и у нее очень хорошо получается! Но помимо этого ей нравятся и другие виды спорта. Еще она увлекается цветами и рисованием.

– Это правда? – Леша перевел удивленный взгляд с Артема на Марину.

Та мирно сидела, смотрела на разговаривавших мальчиков и щелкала пальцами, пытаясь делать это бесшумно.

– Да, мне нравится рисовать. Особенно цветы, они прекрасны!

В этот момент Клевер обратила внимание на экран в комнате и улыбнулась. Мол, про меня ты все–таки не забываешь. А как тут можно забыть, если тебе постоянно напоминают!

– Думаешь обо мне, значит?..

– Ясно, неплохо вы устроились, ну, в смысле, хорошо, кода имеешь перед собой какую–то цель, – Леша не знал, что и ответить на это можно.

– А ты разве ничем не увлекаешься? – недоуменно спросила Кисточка, посмотрев Леше в глаза.

– Да, как сказать, – он немного задумался над ответом. – Мне нравится копаться в компьютере.

– В игры играть? – попытался уточнить Артем.

– Нет, меня интересует само строение компьютера и его «внутренний мир», так сказать. Например: калькулятор. На компьютере можно пользоваться такой программой, которая может создавать новые программы, такие как вычисление какого–то уравнения или та же таблица умножения. Да и сам компьютер по своим составляющим очень интересен.

– Чувствую, – начала Кисточка, – у нас будет друг, к которому можно будет обращаться по любой проблеме с компьютером!

Ближе к вечеру все начали расходиться по домам.

– Алина, – Позвала Варвара Владимировна свою подругу. – Ты цветок хотела увидеть.

– Да–да, конечно. Дед, веди детей домой, а я скоро приду.

– Хорошо, только надолго не задерживайся.

Обе женщины вошли в парник. Алину Петровну поразила красота этого чудного мира. На полу нет ни одного свободного места, везде стоят вазоны с огромными пальмами зеленых растений. На стенах и балках, которые являются каркасом, прикреплены дополнительные полки, на которых осталось совсем мало свободного места.

С потолка свивают кашпо, которые держатся на жгутах из макраме. Это уже вьющиеся и висячие растения.

И где видна только сплошная зелень, а где благоухают большие бутоны цветов. Есть цветы и самые простые, как ромашки, тюльпаны и розы, а есть и экзотические, которые даже Алине Петровне, цветочнице по жизни, никогда не доводилось увидеть. Но даже среди всего этого многообразия она разглядела то, что мило ее сердцу. Своим наметанным взглядом она уцепилась за яркий красный цветок, который стоял среди зелени на второй полке слева. Рядом с этим прекрасным цветком стояла маленькая леечка, наполненная до краев водой. Цветок казался гораздо больше, чем раньше, и ярче, чем при последней их встрече.

– Марина уже заходила сегодня в парник и хотела полить его, но я остановила, сказав, что ты это сделаешь. Я сказала правду, иначе она бы не согласилась оставить его сухим.

– Спасибо, подруга, – Алина Петровна взяла зеленую леечку с длинным носиком, ласково приподняла листочки и осторожно пустила воду на почву. – Я рада, что за тобой ухаживает такое прелестное дитя, мое дивное создание…

Часть 3 Глава 9

Глава девятая

В доме Юниковых всех почему–то неожиданно потянуло на фрукты. Павел сбегал в магазин и принес целых два пакета, наполненных яблоками, грушами, бананами, киви, апельсинами и другими плодами.

Кисточка уже вышла из комнаты и продолжила наблюдать за всем происходящим за ее пределами, но все же она до сих пор задавалась своим вопросом.

– Марина, лови! – крикнул дедушка Коля, выглядывая из дверного проема в зал. Марина легко поймала красное сочное яблоко, откусила от него кусочек и задумалась.

– Действительно, почему?

Через некоторое время она пришла к взрослым в столовую, где они сидели за столом и о чем–то бурно беседовали, и спросила:

– Почему предметы падают?

Шум беседы неожиданно резко стих. Все обернулись к первокласснице, в том числе и Художница, которая уже хотела идти к остальным.

– Что говоришь, моя хорошая? – переспросила Калерия.

– Почему предметы падают, когда их подкидывают? Почему мы ходим по земле? Как мы держимся?

– Ну, – все взрослые задумались.

– Даже не знаю, как тебе объяснить, – Николай даже слегка улыбнулся, не зная, что и сказать такой маленькой девочке.

– Я видела макет Земли, нашей планеты. Земля круглая, так как мы держимся на ней?

Несколько секунд длилась тишина. Тут Калерия сказала:

– Точно! Раз уж мы не можем объяснить ребенку на понятном ему языке, пусть это сделает такой человек, который в этом разбирается!

– Да, как-нибудь мы с тобой в школе поднимемся на третий этаж, в кабинет физики. Там–то тебе и расскажут, что такое Закон Всемирного Тяготения!

18 августа 2022г. Четверг

Но не только Кисточке снились сны в тот день.

Клевер в своем сне видела небольшой парк, где было множество красиво остриженных кустов, а в его центре стояли качели, больше для взрослых, чем для детей. На улице горели фонари, а на небе сверкали звезды. Вокруг тишина, слышны лишь какие–то странные звуки ударов. Кого–то избивают, но кого? В этот момент мысли Клевера были где–то далеко, и в один миг они вернулись к реальности сна. Это же я, меня бьют. Но за что? Что я сделала не так? Ничего не понимаю, я дол…черт! Больно. Меня здесь быть не должно! Чья–то рука замахнулась на Клевера. Что это? Неужели, это бита?..

– Хочу гулять! – простонала Клевер. – Хочу посмотреть город, без надзора родителей, – все занимаются своими делами, и никто не обращает на нее внимание.

Тогда Клевер продолжила попытки привлечь к себе внимание:

– Да хоть с родителями, я уже на все согласна-а!

– Хватит нервы трепать! – воскликнула Ветер.

Зачастую именно она и Кисточка в итоге сдавались и начинали кричать за Ботаника.

– Возьми и войди в комнату, кто тебе мешает?!

– Она! – прорычала Клевер, показывая рукой в сторону комнаты. Там то и дело появлялся и исчезал чей–то женский силуэт с распущенными волосами.

– Ну, ну, – Ветер уже и не знала, что предложить. – Попроси, чтобы впустили, в конце концов.

– Да просила уже, говорит: «Как понадобится, так и впущу». Вот так.

Клевер тяжело вздохнула и повалилась на диван. Она хотела задремать, да и глаза уже начали слипаться, как вдруг послышался голос Марины, донесшийся от экрана.

– А давайте сходим на прогулку, у вас все равно никаких дел нет.

– А что, – согласилась Клара. – Пойдемте вместе, пока родителей нет, вчетвером прогуляемся, а дедушка с бабушкой за домом присмотрят.

– Идите, – подтвердила Рада слова Клары. – Нам хватит и огорода.

Они решили прогуляться на другой стороне города и посмотреть на парки, которые там были. Семья ехала по той дороге, по которой раньше направлялись Мария с Павлом за подарком для дочери.

Только теперь они не будут заворачивать направо, возле огромного здания, а проедут дальше, обогнув его. За ним скрывается довольно милая улица, которая дышит миром и покоем. Только резвая ребятня бегает по дворам и садикам домов.

Машина проехала еще приблизительно километр и остановилась возле небольшого парка. Ограда из остриженных кустов закрывала весь обзор.

– Так, жди нас здесь, на качелях, а мы газету пойдем возьмем.

Марина качалась на качелях и ждала своих родственников, пока вдруг не услышала шум. За двумя круглыми кустами драка! В ней принимали участие одноклассники Марины и, подумать только, Кирилл Соларбимов!

Как только Клевер услышала звуки кулаков, она сразу же встрепенулась и рванула к экрану, но дорогу ей преградила девушка с распущенными волосами.

– Ему нужна помощь! – крикнула Клевер. Девушка взглянула из–за спины на экран. Кирилла избивали четверо мальчишек и кричали: «Б» неровня «А» классу! А Кирилл отвечал: «Не правда!». Тут подбежал Алексей и отшвырнул всех мальчишек от младшего брата.

– Видишь? – сказала девушка с улыбкой. – Твое вмешательство не потребовалось.

– Но ведь!.. Ай!

Клевер схватилась за голову, а потом выкрикнула:

– Послушай, ты! Кстати, – вдруг ее голос смягчился. – Твое лицо мне кажется знакомым, – она начала вглядываться в темноту, но чем больше она это делала, тем сильнее сгущалась тьма в комнате. – Правда, послушай.

Клевер выпрямилась, вдохнула через нос и выдохнула через рот.

– Мы как-то неправильно начали с самого начала. Это странно, что вы не хотите представляться и говорить нам свои имена. Может, боитесь чего-то. Но так не пойдет. Как тебя зовут?

– …

– Ответь! Не звать же мне тебя постоянно Ты или, Эй…

– …Туро.

– Классное имя, – сказала она с улыбкой и чуть слышно. – Туро, драка закончилась, но это ничего не значит. Она будет возобновляться постоянно. Снова и снова. И чтобы это прекратить, необходимо вмешаться. Будь у меня свое тело, я бы сама побежала их разнимать, но так уж получилось, что мне это, в любом случае, не удастся. Вы хотите, чтобы мы приносили пользу Марине, учили ее, ведь так?

Девушка едва заметно наклонила голову. Клевер поняла, что это знак согласия.

– Так. Поэтому нужно вмешаться сейчас, а иначе, в конечном итоге, старшего брата не окажется рядом, и мальчишку изувечат так, что он после этого больше жить не захочет. Ну, как, пропустишь меня?

Девушка думала лишь мгновение, но для Клевера оно показалось вечностью. Когда она отошла, Клевер спокойно вошла в комнату.

– Странный ты…

– Кто, я?! – изумилась Клевер. Она посмотрела девушке в спину.

– Да, ты, зеленый огонек, хитрая и щедрая душа.

Клевер улыбнулась уходящей в тень девушке.

– Спасибо тебе, Туро!

Часть 3 Глава 10

Глава десятая

– Ты чего тут встал?! Отойди, мы с ним еще не закончили!

– Успокойтесь и объясните мне, в чем дело. Может я смогу вам помочь разрешить спор.

– Брат, ты тут ничем уже не поможешь. Взгляни на этих идиотов. Они даже не понимают, когда нужно остановиться.

– Что ты сказал, мелочь? А ну, иди сюда!

Кирилл хотел выйти из–за надежной спины брата, но тот не дал ему это сделать, загородив путь рукой. Тогда мальчишки начали обходить сами, но тут вмешалась Клевер и преградила дорогу им.

– Идиоты, правильно про вас сказали! – подтвердила Марина слова Кирилла.

Она посмотрела из–за спины на мальчишек.

– Зачем вообще лезете?

– Он сказал, что мы все равны, все три класса! – сказал первый мальчишка.

– И что, – вмешался Леша, – Он не прав оказался, по-вашему?

– Конечно, не прав! – возразил второй мальчишка. – В первом классе собрана элита, мы ходили в первый детский сад!

– И-и? – протянула Клевер с ухмылкой на лице. – Что это меняет?

Этот насмешливый яркий взгляд напугал всех мальчишек, которые стояли у нее за спиной. Все помнили тот яростный желтый цвет глаз Марины, когда та едва не ударила Сергея, их товарища. А чего можно ожидать от этого яркого ядовитого зеленого блеска? По этой причине мальчишки по–прежнему оставались за ее спиной и не осмеливались обойти ее.

– Да ты сама ведь в «А» классе учишься, ты должна нас понимать…

– «А» класс или «В» – не важно! – Клевер не дала им договорить. – Дружбу вы тоже будете водить только классовую, или же с возрастом у вас появятся мозги, и вы поймете, что значат друзья?

Леша внимательно смотрел на девочку, которая закрывала собой мальчишек, словно щитом и разговаривала с ними через плечо. Она такая худенькая, но отнюдь не кажется хрупкой. В ее фигуре уже мелькают черты заботливой сильной девушки. Леша разглядел все это великолепие в одном ее непокорном взгляде, будучи лишь четвероклассником, который на следующий год перекочует на второй этаж школьного здания.

– Вы должны ценить узы дружбы, как кровные, не взирая, на какие–либо различия!

– Но мы ведь даже не друзья, и не товарищи, – начал робко один из мальчишек, но взгляд Клевера остановил его.

– Так в чем проблема? – все мальчики опустили глаза, и Клевер глубоко вздохнула привычным вздохом – Чтоб вас!..

Она взяла одного из них за руку и подвела к Леше.

– Отойди–ка. Ну, знакомьтесь. Наверняка даже имени не знаете того, кого били. Это Кирилл, моя семья дружит с его бабушкой и дедушкой. А это его брат Леша, будущий пятиклассник. Он увлекается компьютерами.

– Приятно познакомиться, – буркнул мальчик.

– А его зовут…

– Миша, – Клевер удивленно посмотрела на Кирилла. – Я знаю его семью. Они наши соседи, – он начал показывать на каждого мальчика по очереди. – А это Ярослав и Андрейка.

– Ай-ай-ай! – укорила Клевер одноклассников. – Он ваши имена наизусть знает, а ведь в один садик с вами не ходил. Не стыдно вам?!

Мальчишки виновато опустили глаза.

Через несколько минут всех, и Марину, и Лешу с Кириллом, забрали из парка. Клевер оттолкнулась от экрана и направилась к выходу. В тени ее поджидала Туро.

– Слушай.

– Что такое? – спросила Клевер.

– Продолжай и дальше учить Марину, Клевер.

Клевер усмехнулась задиристой улыбкой.

– Нет проблем!

Часть 3 Глава 11

Глава одиннадцатая

19 августа 2022г. Пятница

После обеда бабушки забрали внучку из дома и отправились в школу, их довез дедушка Коля.

Проходя по коридору, Марина заметила, что во всех кабинетах царила абсолютная тишина.

Мимо Марины медленно проплывали номера кабинетов в обратном порядке, которые начались с шестидесятого. Вот бабушки остановились возле пятьдесят третьего кабинета, над дверью висела табличка. На ней надпись: «Физика». А под табличкой еще такие слова: Физика – это весело! И считают так не только учителя, но и их ученики! Автор: …

Прочесть автора Марина не успела. После вопроса «Можно войти?» ее подтолкнули к входу.

Кабинет наполнен солнечным светом. Стены покрашены в желто–зеленый цвет, окна слегка занавешены легкими шторами. На стенах нет ни одного свободного места, только школьный уголок одиноко пустовал возле входа в кабинет. Его будто специально перевесили отдельно от всего. На этом стенде было множество фотографий выпускного класса, на которых изображены счастливые лица ребят. Среди этих ребят была женщина старше остальных, и в ее глазах радости было ничуть не меньше, чем у ребят.

– Здравствуй, Мариночка.

Марина отвела взгляд от стенда и повернулась к большой кафедре перед доской. За кафедрой стояла женщина.

Та самая женщина с фото. Только что-то в ней изменилось. На фотографии она выглядит более румяной, пышной и круглолицей. А сейчас она немного похудела и будто перестала трепетно следить за собой и своим внешним видом. И еще, еще что–то изменилось в ее лице. Помимо румянца на щеках пропал и тот счастливый задорный взгляд, который так походил на взгляды выпускников.

– Здравствуйте, – ответила Марина.

– Меня зовут Елена Сергеевна Окинирова. Фамилию можешь не запоминать. Она тебе пока не пригодится, хорошо? – Марина кивнула. – Хорошо. Так, значит, ты хочешь узнать, почему предметы падают, да?

– Как это можно объяснить? Откуда люди взяли это? И разве не по той же причине Луна всегда рядом, никуда не улетает?

– Постой–постой! – засмеялась Елена Сергеевна.

В ее глазах впервые за это время появился жизненный блеск. Что такое произошло?

– Давай сначала. Прежде всего, стоит упомянуть Закон Всемирного Тяготения, который открыл Исаак Ньютон. Говорят, он открыл его, когда наблюдал за Луной, и неожиданно с дерева упало яблоко, и он для себя уяснил одну простую вещь.

– Какую?

– Видишь ли, всемирное тяготение, по–другому гравитация, раньше ученые, которые ее изучали, делились на два типа. При этом они даже и не знали, что занимаются одним делом. Одни изучали ускоренное движение тел, которые падают на землю, при этом они считали, что это каприз природы.

– А это на самом деле не так?

– Нет, и Ньютон это подтвердил. Другие ученые изучали движение небесных тел, это звезды, планеты и их спутники… – учительница положила на кулак левой руки вторую ладонь и поставила локти на стол, опустив на руки подбородок. – И считали эти ученые, что движение предметов Здесь и Там, совершенно отличается. Так и продолжали думать люди, что существует две гравитации: земная и небесная.

– Земная – на Земле, а небесная – за ее пределами.

– Именно! – Елена Сергеевна погладила ученицу по голове. – Внимательно слушаешь. Так вот, Исаак Ньютон своим открытием объединил наш мир с внешним, доказав, что нет небесной и земной гравитаций. Что всемирное тяготение едино. Исаак доказал, что между любой парой предметов существует взаимное притяжение. И вычисляется оно формулой…

Учительница хотела взять в руки мел, но передумала и, скрестив руки, положила локти на кафедру.

– Ну, тебе это пока что ни к чему. Как пойдешь в седьмой класс, тебе эту формулу покажут.

– А вы не покажете?

– Так я же у старших классов веду. Школа большая, учителей много. С другими предметами так же будет: в средних классах один учитель, в старших другой, если только классным руководителем не назначат. Тогда можно вести предмет со средних классов до старших.

– Здорово! А может, вы будете нашим классным руководителем? – учительница посмотрела на девочку удивленными, глазами, а потом опустила взгляд на кафедру.

– Я сейчас не беру классы под свое руководство, мне это в тягость.

– Почему?

– Да я же загрызу детей, – она улыбнулась горькой улыбкой. – Сердца у меня нет. Раньше было, а сейчас нет.

Марина посмотрела на учительницу.

– Елена Сергеевна, – она перевела взгляд на Марину, чтобы выслушать девочку. – Вы говорите, что Исаак Ньютон доказал взаимное притяжение между предметами, но мы ведь не видим их движения друг к другу, оно так незаметно?

– Можно сказать и так. Взаимное притяжение настолько мало, что вряд ли сможет сдвинуть тела с места, но, тем не менее, притяжение есть.

– А мы сейчас имеем взаимное притяжение?

– Конечно.

– А вы его чувствуете? – учительница посмотрела девочке в глаза.

– Нет, думаю, это невозможно почувствовать.

– А мне кажется, я чувствую. Мне кажется, есть что–то внутри меня такое, что тянется к вам. Я была бы рада, если бы за нами приглядывал, такой замечательный учитель. И этот учитель очень хорошо знает физику, чтобы объяснить Закон Всемирного Тяготения первокласснику.

Елена Сергеевна вновь улыбнулась.

– Скажите, а может ли душа иметь взаимное притяжение с телом?

– Даже не знаю. Раз уж все тела имеют, может и душа стремится к своему «вместилищу», – в один момент разговор о науке перетек во что–то сверхъестественное, как когда–то у Андрея с Николаем.

Перед уходом из кабинета учительница похвалила Марину.

– А ты молодчина, умеешь слушать, очень внимательна ко всему, что тебе говорят.

Марина посмотрела на учительницу, а потом ответила:

– Конечно, ведь Физика – это весело!

Часть 3 Глава 12

Глава двенадцатая

1 сентября 2022г. Четверг

– В этом году как–то грустно, – разочаровалась Клевер, когда взглянула на экран.

– Почему это «грустно»? – спросила ее Велосипедист.

– Во всяком случае, невесело. В прошлом году хотя бы было интересно послушать выпускников, которые давали нам один свой совет на всю школьную жизнь. А сейчас мы тут что забыли? Первое сентября – праздник для первых классов, а не для вторых. А последний звонок для выпускников. Мы здесь как хозяева дома, которые встречают и провожают.

– Вот тут ты права, – согласилась Праздник, которая подсела к девушкам и стала раздавать им карты.

– И что самое интересное, – Клевер приняла карты, в то время как Велик отмахнулась от первой же раздачи. – Самое интересное, что напутствие дважды не повторяется. Каждый год что–то новое каждый класс говорит. Это что–то вроде обычая, как десятиклассники поздравляют выпускников, так здесь выпускники помогают первоклашкам. Интересно директор придумал.

Когда–то давно…

–Ну, мой друг и товарищ, что скажешь? Нравится школа?

Два старика стояли на пороге школы №1 и рассматривали ступени перед входом, а также крышу здания.

–Ты, друг, всегда превосходишь все мои ожидания.

–Эх, ты! – старик в костюме улыбнулся и потрепал товарища за плечо. – Это еще не все. И пришкольный стадион имеется, со своей открытой сценой для выступлений. Еще я хочу кое–кого за секцию поставить отвечать.

–Боксера, что ли?

–А с кем еще я в школе дружил?

–Только со мной и с ним, – улыбнулся мужчина в подтяжках.

–Твоя школа – первая. Может, придумаешь для нее какую-нибудь изюминку?

–А я уже придумал!

–Поделись!

–Мы постоянно втроем читали сборник цитат, даже выучивали какие–то. Я хочу, чтобы в моей школе такие цитаты зарождались, чтобы можно было их читать и впитывать мудрость, как мы когда–то. Пусть в нашей школе выпускники к первому сентября готовят для первоклассников какие-нибудь напутственные слова. Только не целую речь, а маленькую строчку, в которой будет сказано все…

1 сентября 2021г. Среда

– Ребята, мы много говорить не будем, потому что вам это будет неинтересно.

– Мы хотим сказать вам такие слова.

– Смотрите не только вперед, но и назад.

– Ведь позади можно найти то, что вы когда–то потеряли.

– Смотрите назад как можно чаще, чтобы сделать все последующее намного лучше, чем было когда–либо!

– Ага, – начала язвить Кисточка. – Вспомнить бы еще, что было позади. И разобраться бы, где начало, где конец, да золотая середина.

– А мне кажется, мы вообще ничего не вспомним, – вздохнула Перчатка.

5 сентября 2022г. Воскресение

– Как понять, «нельзя»?! – вскрикнула Праздник в попытке преодолеть преграду на пути к экрану.

– А так понять. Нельзя! – повысил тон чей–то спокойный надменный голос.

– Да почему?

– Потому что тебе там делать нечего.

Гулена сдалась. Она села, облокотившись спиной, о стену комнаты так, что справа от нее оказался проход. На этом месте обычно спит Велик.

– Холи, ты злой! – буркнула Гулена себе под нос.

– Да нет, – ответил кудрявый парень и присел с другой стороны стены. – Я только верен слову.

– Какому слову, чьему? – она слегка наклонила голову в сторону прохода.

– А вот это точно не твое дело, – сказал парень, так же наклонив голову и слегка улыбнувшись.

Пока Гулена сидела возле стены и слушала звуки экрана, Марина и ее родители направлялись к местному большому театру, где когда-то был открыт кружок вокала. Кстати, именно туда Лиза и поступила заниматься пением.

Они зашли в здание, где их встретил охранник, статный мужчина с сединой на голове и в черной форме. Но Марину больше заботил не охранник, а красота театра. Одно только фойе поражало предел мечтаний любого посетителя. Со всех сторон фонари, лампы и прожектора, на полу не обычная плитка, а мозаика. На ней изображены разные музыкальные инструменты и ноты. И на стенах красовались разные узоры в виде цветов. Кстати, цветы здесь тоже стояли, на полу, в вазонах. В общем, обстановка довольно уютная. Можно почувствовать себя как дома.

– К кому пожаловали, гости? – спросил учтиво охранник.

– Мы хотели бы дочь отдать на занятие вокалом.

– Неужели по собственному желанию? – Гулена навострила уши и наклонила голову сильнее, чтобы видеть экран.

– Конечно, иначе мы никак бы сюда не пришли, – подтвердила Маша.

– Разве что на какое-нибудь выступление.

– Что ж, сегодня у нас занятия не проходят, и никого нет на месте, кроме рабочего персонала, поэтому лучше вам прийти завтра, и Сергей Львович здесь будет.

– Хорошо, спасибо большое.

Юниковы уехали с обещанием вернуться обратно завтра.

– Ну, – парень нагнулся так, что его лицо встретилось с лицом Гулены. – Теперь проси Велосипедиста впустить тебя завтра в комнату. А то ничего не выйдет.

– Чего не выйдет, Холи?

Парень улыбнулся.

– Не выйдет фиесты.

6 сентября 2022г. Понедельник

Первый день в школе показался всем немного странным. Это касалось нескольких мальчишек из компании Лизы и еще двоих. Если перечислять по именам, то это Ярослав, Миша, Сережа и двое не входящие в круг общения Лизы – Андрейка и Лешка. Сергей в последнее время стал меньше обращать внимания на козни Лизы. А когда нужно, и остановить ее язвительные речи теперь мог. Во всяком случае, беспрекословно он ее больше не слушался. Остальные стали общаться не только с Лизой и своим общим кругом, но и с другими ребятами из класса.

После школы Марину и Артема забрали родители, и они вместе направились в сторону театра, который находился слева от Вышки, не доезжая до нее пару сотен метров.

Когда Мария, Павел, Марина и Артем вошли внутрь, охранник уже ждал их прибытия. На этот раз он одет более официально.

– Я вас ждал. Как раз сейчас сюда подходил Сергей Львович. Я сказал ему о вас, но он не стал дожидаться и пошел в сторону сцены. Скорее всего, вы найдете его за кулисами.

– Хорошо, – сказал Павел. – Спасибо огромное.

– Обращайтесь, – сказал тихо охранник, уже вслед уходившим гостям.

Они вошли в зал вверх по ступенькам и увидели огромное помещение со сценой и рядами мягких кресел. Сергей Львович как раз направлялся к сцене и остановился в двух шагах от ступеней, когда его окликнули.

– Сергей Львович! – к родителям повернулась большая солидная фигура.

У этого человека были светло–карие глаза и темные волосы, у которых на висках проступила седина. Сам он был в сером костюме с черным галстуком. – Мы хотели бы с вами поговорить.

– О чем же? – из-за какого-то пустого взгляда он казался незаинтересованным в разговоре.

– Не могли бы вы взять нашу дочь к себе в кружок вокала? – Сергей Львович оглядел маленькую девочку с ног до головы.

– Нет.

Гулена стояла возле входа в комнату, облокотившись на стену, и смеялась над тем, как дурачатся Ботаник и Боксер. Целью их забавы было свалить своего противника. При этом они сцепили руки в замки и пытались поставить друг другу подножки. Из тени к Гулене подошел кудрявый парень и шепнул на ухо:

– Пора, поторопись.

Гулена перестала смеяться, резко заморгала и окликнула Велосипедиста, которая тоже наблюдала за этим и широко улыбалась.

– Велик, можно? – она показала большим пальцем на проход, на что Велик разомкнула губы, но в итоге просто кивнула несколько раз.

– Выйди на сцену и спой, иначе ничего не выйдет, – произнес Холи.

– Что? – парень толкнул душу к экрану.

– Все, иди!

Праздник оказалась в театре.

– Почему нет? – удивилась Маша ответу.

– Потому, – Сергей Львович пошел в сторону закулисья, – Я попробовал взять первоклассника. Хватит с меня. У нас есть хоровое пение, ведите девочку туда.

Пока Сергей Львович объяснял причину отказа, Гулена поднялась на сцену и начала осматривать ряды.

– Ты что делаешь? – спросил Артем полушепотом.

– То же, что и ты когда–то. Просто смотри, – ответила она с улыбкой, вдохнула воздух в легкие и запела.

Солнышко с утра печет,

По лицу струится пот,

Загорелые плечи

Яркими лучами жжет.

Я с вопросом к небесам.

Что готовит лето нам?

И опять свежий ветер

Влетает к нам в окно с ответом!

Сергей Львович посмотрел на маленькую девочку на сцене, и в глазах его появилась заинтересованность.

– А можешь что-нибудь более классическое?

Гулена кивнула, повернулась к пустым рядам, посмотрела на вход, где уже собирался послушать ее голос рабочий персонал, и начала новую песню.

Светит незнакомая звезда,

Снова мы оторваны от дома.

Снова между нами города,

Взлетные огни аэродрома.

Здесь у нас туманы и дожди,

Здесь у нас холодные рассветы,

Здесь на неизведанном пути

Ждут замысловатые сюжеты…

– Достаточно! – крикнул Сергей Львович и потер свои глаза ладонью. – Достаточно. Хорошо, я лично буду с ней заниматься.

– Вы серьезно? – удивился Паша, Мария от восторга повисла на его шее. – Интересно, сколько человек вы до этого учили?

– Не считая вашей дочери? – Паша и Маша кивнули. – Двоих.

Родители переглянулись между собой и радостно улыбнулись.

Цель достигнута.

Часть 3 Глава 13

Глава тринадцатая

Когда вся компания вышла из театра, Артем спросил:

– Может, ты будешь ходить в кружок гимнастики? Посещение свободное.

– Ну, я подумаю, только в соревнованиях никаких участвовать не буду.

– Почему это? – удивился Артем.

– Если только в командных каких-нибудь играх, чтобы другим помочь, а так – нет. Хотя в первых классах можно попробовать участвовать в соревнованиях, – Праздник немного помолчала, а затем продолжила. – А когда можно будет прийти?

– Да хоть завтра с утра!

– А ведь точно, завтра мы начинаем во вторую смену учиться.

– Ага.

На следующий день Марину отвезли на стадион, где она записалась на занятия для младшей лиги.

16 мая 2023г. Вторник

На Новый год ничего интересного не произошло. Обычный семейный праздник. На дне рождения Марины тоже особых развлечений не было. Да и не хотелось ей чего-то необычного.

Зато этот день выдался довольно интересным. За эти месяцы мальчишки в классе Марины сплотились между собой. Чего не скажешь о девочках, которые то и дело затевали между собой ссоры.

Марина сидит за своей партой и разговаривает с Артемом. На улице дует прохладный ветерок, а в классе полная тишина. Только Леша с Андреем иногда слишком громко смеются. Это третья перемена. Вдруг слышится какой–то крик рядом с кабинетом. Это снова поссорились две лучшие подружки второго «А» класса, Злата и Евгения.

Марина выглянула из кабинета вместе с остальными. На этот раз ссора зрела нешуточная.

– Да когда я тебе такое говорила?

– Вчера говорила, сегодня сказала!

– Какая же ты мелочная! Все помнишь!

– А куда деваться, если ты это слишком часто произносишь!

– Что именно я тебе постоянно такое говорю, что ты меня порвать готова?

– Ты из меня постоянно чучело какое–то делаешь в своих рассказах.

– Так пора бы уже к этому привыкнуть!

– Я сейчас!..

Тем временем за несколько минут до этих событий внутри Марины происходило следующее:

– Почему ты так решила? – спросила Кисточка у Клевера.

– Да ты посмотри сама. Разве что-нибудь меняется в самой Марине, пока мы тут находимся? В последнее время мне так и кажется, будто мы лишь плод ее воображения. Что на самом деле не существует ни этой комнаты, ни нас, ни наших сущностей. Сами посмотрите! – в этот момент Марина наблюдала за спором девочек и ничего не предпринимала. – Мы здесь как будто просто для мебели!

В этот момент Марина подошла к девочкам и сказала:

– Может, вы перестанете кричать друг на друга, – но прозвучало это слишком тихо и робко.

Поэтому подружки повернулись к ней и хором крикнули:

– Не твое дело!

– Вот! – Клевер показала пальцем на экран. – Вот прямое тому доказательство! Она ничего не предпринимает, хотя они ее товарищи!

– Может, вы заткнетесь тогда? Вы мешаете другим! – Клевер встрепенулась и обратилась лицом к экрану.

Кричала Марина, да так громко, что Женя и Злата сразу замолчали и посмотрели на нее, а вместе с ними затих и весь первый этаж.

Души подошли ближе к входу в комнату, а Клевер облокотилась предплечьем на стену. Едва не опустившись на корточки, она заметила парня, который сторожил вход по вторникам. Он стоял спиной к стене и взглянул на незваных гостей через плечо.

– Не бойся, заходить не будем, – усмехнулась Клевер.

На что парень с улыбкой ответил:

– А я бы вас все равно не впустил.

Женя попыталась что–то сказать Марине.

– Мы уже сказали тебе не лезть не в свое дело!

– Ну, знаешь, – глаза Марины засияли ярче. – Как ни как, вы мои одноклассники и товарищи. И какие у вас разборки, меня не волнует. Для меня самое главное, чтобы класс был дружен. Ведь если достанется кому–то одному, то за него будет отвечать весь коллектив! – с последней фразой она подошла к Жене так близко, что она едва не отшатнулась от нее. Такой яростный, и в то же время спокойный, был ее взгляд. Словно это море во время шторма. – В конце концов, вы лучшие подруги, и должны дорожить своей дружбой!

– После тех слов я больше не считаю ее своей подругой! – Злата мотнула головой, и длинные волосы, собранные в хвостики, заблестели, словно золото.

– Видишь? – показала Женя левой рукой на Злату, которая стояла справа.

Она совсем не похожа на свою подругу. Если Злата - золото, то Женя - сталь.

– И как с ней общаться?

– Да поймите же вы! – чуть не взмолилась Марина. – Дружба не может закончиться без обоюдного согласия. Разве ты согласна с тем, что она тебе больше не друг?

– Конечно, не согласна! Мы с ней дружим с самого детства, мы ведь соседи!

– Что–то мне это напоминает, – тихо пробормотала Ветер.

– Не подставляйте весь класс своими ссорами. Не лучше ли все мирно обсудить?..

Женя подошла к своей подруге.

– Слушай, ты извини, что я все время какие–то гадости говорю.

– Ладно, мне пора бы уже и привыкнуть. Что у тебя в голове, то и на языке.

– Эх! – громко вздохнула Кисточка. – Вот бы и в жизни все было так просто!

– Это точно! – подтвердила Клевер, когда они отходили от комнаты.

– Все-таки, не зря мы здесь сидим! – Перчатка похлопала Клевера по плечу.

– Эй, оранжевая душа! – окликнул Кисточку парень из комнаты.

Она подбежала к нему и облокотилась боком о вход комнаты.

– Что такое?

Он просто молча смотрел на нее и улыбался.

– Слушай, если ничего не нужно, то зачем тогда звал?..

– …

– Ты!..

– Меня зовут, – Кисточка осеклась на половине фразе. – Меня зовут Дигура.

Художница посмотрела на него с удивлением, а затем улыбнулась в ответ:

– Очень приятно, Дигура!

Часть 3 Глава 14

Глава четырнадцатая

25 мая 2023г. Четверг

На улице такая замечательная погода! Солнце, легкий ветерок, утренняя свежесть. Как раз то, что нужно для последнего звонка.

Дети стояли в тени, как и полагалось младшим классам, и обсуждали предстоящие каникулы. Все уже успели друг друга расспросить, кто, чем будет заниматься, кто хочет пойти в школьный лагерь, а кто поедет в деревню.

– Итак, ребята! – начал свое выступление директор. – Знаю, что сегодня праздник, и о чем–то грустном говорить не хочется. Но все же, что–то грустное является одновременно и чем–то важным. Поэтому, не смотря на то, что это выпускной последних классов, я хотел бы обратиться ко всем детям. Прошу вас, будьте внимательны! В последнее время участились несчастные случаи, связанные дорожно–транспортными происшествиями. Чаще всего они возникают из–за неосторожности и невнимательности детей. В то же время виновна и халатность водителей. За водителей пусть отвечают их собственная совесть и правовые органы, а я предупреждаю вас, своих учеников, будьте осторожны!

– А вот это правильно говорит директор! – воскликнула Клевер.

После праздника все вернулись домой.

– Мама, вы серьезно решили переехать?! – воскликнула Василиса, когда увидела мешки вещей своих родителей.

– Мы уже давно хотели это сделать. Глеб нам денег прислал на покупку дома. На главной улице будем жить!

– На какой из них? У нас их четыре, – спросила Клара.

– Которая за Вышкой, – ответил Николай.

Николай снарядил машину с прицепом, и они отправились смотреть новый дом. Поехали бабушка Рада, дедушка Бронислав, Василиса, Николай, Паша и Марина. Остальные остались дома.

Дом оказался довольно уютным - вторым от начала улицы. Перед домом небольшой заборчик, огораживающий территорию, а за ним, за домиком, можно целую плантацию развести! Настолько большой участок выделялся под постройки и огород.

Однако. Как только семья вылезла из машины, их внимание привлек отнюдь не внешний вид нового жилья стариков, а крик мужчины, который стоял на пороге соседнего, первого дома. Он разговаривал со своим приятелем, который сидел на крыльце и смотрел в пустоту.

– Да сколько можно-то! – выкрикнул он, и Паша сразу вспомнил, где видел этого мужчину.

Когда–то давно они с Машей гуляли по городу и решили зайти на стадион, но оттуда с расстроенным лицом вышел один мужчина, который кричал, что все его бросили.

– Так это и есть его друг, который с ним тогда не пошел? – сказал Павел вслух.

– Какие у тебя еще дела?! – было видно, что этот человек был ни столько расстроен, сколько обеспокоен.

– Мне в больницу надо…

– Опять?! Что ты там забыл, голову?

– Сердце, и…жену еще надо забрать…

– Она там?

– Да…

Мужчина вздохнул и сел рядом с другом на крыльцо.

– Давай, я с тобой пойду. В конце концов, не чужие люди, знаем друг друга, и видел я ее не раз.

Друг посмотрел на мужчину пустыми глазами и слегка улыбнулся.

– Спасибо…

Рада и Бронислав зашли внутрь и были приятно удивлены. В помещении была нежная прохлада. Все комнаты отремонтированы и убраны. Сразу видно, что дом обжитый. Мебель здесь тоже новая.

– Откуда это все здесь? – удивилась Рада.

– Подарок от мэра! – усмехнулся Николай. – Жителям города, которым за пятьдесят, бонус – новая мебель на заселение.

– Не дурно, – сказала Василиса, с каменным лицом оглядывая стены.

Бронислав и Рада уселись на диван, и дедушка сказал:

– Ну, теперь не забывайте нас навещать!

Часть 3 Глава 15

Глава пятнадцатая

20 июня 2024г. Четверг

Утром Марина лежала в своей кровати и мирно спала. Ее черные кудри распускаются, и становятся тяжелее, а голубо–зеленые глаза начинают немного темнеть, обретая глубину. Да и курносый носик потихоньку выпрямляется.

Девочка проснулась из–за какого–то шума за окном. Она поднялась и увидела пасмурное небо.

– Дождь.

Давно такого теплого дождя не было. Обычно июнь выдается жарким и ветреным, но не на этот раз. Теперь не слышно пения птиц, не видно лучей солнца и листьев, срывающихся с ветвей, есть только дождь. Теплый, нежный, но печальный дождь.

– Мариночка, ты уже проснулась? – мама села на постель. – К нам родственники приехали.

– Чьи? – удивилась Марина.

– И папины, и мои. У бабушки Василисы есть два брата близнеца. Вот они и приехали со своими внуками. А еще моя тетя с внучкой приехала. У бабушки Калерии есть сестра, у ее дочери, моей двоюродной сестры, есть дочка.

Когда они спускались с лестницы, Марина спросила у мамы:

– А как зовут внуков?

– Ну, у Власа внук Игорь, а у Влада внучка Владислава. У моей тети Ксении внучку зовут Виолетта.

Они спустились, и к Марине подбежали сразу трое ребятишек. Мальчик и девочка года на три младше нее, а другая девочка оказалась младше на год.

– Привет! – сказала старшая девочка. – Я Виолетта!

– А я Игорь.

– Я Владислава!

Последние были так похожи между собой, будто не двоюродные, а родные брат с сестрой, и чем–то очень сильно они напоминали бабушку Василису.

– Привет, эм, я Марина.

Тут любой бы растерялся. У Марины столько друзей, но из всех них она самая младшая. Разговаривать с кем-то, кто младше тебя, оказывается, не так легко. Нужно поспевать за их ходом мыслей, или наоборот, ждать, пока они догонят тебя. В любом случае, это не так просто, как кажется. Вот и Марине пришлось не просто со своими младшими сестричками и братиком. Сначала она просто не знала, как отвечать на вопросы этих маленьких созданий. Да, человек, который понял основной смысл Закона Всемирного Тяготения в первом классе, затрудняется ответить на вопросы ребят, младше нее самой. И в этом удивляет только одно: такая проблема обычно возникает у взрослого человека. Ну, или у двух людей, с разницей в возрасте лет на пятнадцать–двадцать.

– О! Ну и дождь! – воскликнула Виолетта.

– Виа, а ты…

Марина не успела окончить вопрос, как Виолетта ее перебила.

– Извини, можешь называть меня не Виа, а Виолетта. Понимаю, звучит не ласково, но мне больше нравится так.

– Как скажешь, – Марина улыбнулась, и все внутри нее удивились, когда это услышали.

Оказывается, пропасть размером с год можно легко преодолеть.

– Мы, кстати, переехали в ваш город, Ксения, – сказал Влас.

– И когда вы успели так сдружиться? – удивилась Калерия, и Василисе тоже стало интересно.

– Так мы разговорились, пока ехали к вам на автобусе от Начальной остановки вашего города.

– Да, – засмеялась Калерия. – Похоже, это тот же автобус, на котором мы приехали в Безымянный.

– Кстати, – начала Клара. – А как получилось, что и у вас, и у нашей мамы фамилии остались те же.

Влас и Влад переглянулись между собой и громко расхохотались, а Василиса с Николаем незаметно покраснели. Влад объяснил:

– Наша Вася не захотела оставаться единственным ребенком в семье, чью фамилию не будут носить ее дети.

– Ага, – подтвердил Николай дрожащим голосом. – Вот мне и пришлось согласиться взять ее фамилию.

– А почему ты так вспоминаешь это, папа? Неужели жалеешь?

– Нет! Что ты! – развел руками Николай. – Я в тот день ничего и сказать не успел, а она на колени упала, и рыдать начала.

– Ну, теперь никто не скажет, что если возьмешь фамилию жены, будут дочки одни, – улыбнулся Влас. – Первенец и сразу сын!

– Ну, ладно. Как там Глеб?..

Пока взрослые разговаривали на свои темы в столовой, Клара принесла детям в зал перекус в виде селедки, вареной картошки и подноса фруктов с ягодами. Марина сразу же потянулась к селедке с картошкой, и через пять минут уже доедала третий кусок. Но когда Клевер заметила на столе клубнику, она сразу же захотела ворваться в комнату и прикоснуться к экрану. Вот какие бывают любители клубники. И как только в дверном проеме показалась ее голова, девушка с распущенными волосами быстро отреагировала на проникновение и поставила преграду на уровне живота. Вышло так, что Клевер на этой преграде просто повисла.

– Впусти, Туро, я туда хочу! – выкрикнула Клевер.

– Обойдешься! – усмехнулась девушка.

Тогда Клевер сдалась и повисла на ограде.

– Злая ты!

– Была бы злая, не сделала бы это, – она показала из тени тарелку с клубникой.

– Толку–то, вкуса ведь нет.

– А ты попробуй…

Клевер с недоверием посмотрела на девушку, а потом медленно потянула руки к тарелке. Она взяла блюдо, села, облокотившись на проход в стене, и начала уплетать клубнику за обе щеки.

– Как такое возможно?

– В этих стенах создаются реальные предметы, которые можно ощутить.

– Значит, вы действительно можете оказаться нашими сущностями?

– Откуда такие выводы!

Немного помолчав, девушка сказала:

– Странные вы все–таки.

– Что ж поделать, вот такие мы, любители клубники! – еще некоторое время длилось молчание.

– Ты хочешь выбраться отсюда, душа?

– А ты? – ответила Клевер вопросом на вопрос.

– Мне и здесь нормально…

– Хм, хорошо тебе, - продолжила разговор Клевер. - Знаешь, как выглядишь.

Девушка усмехнулась.

– Откуда опять такие мысли?

- Если я не знаю, ты точно должна знать.

- Скажем так: мне неважно, как я выгляжу. А мой внешний вид — это лишь скопированная оболочка.

– Хе! Что–то новенькое. Постой, – через мгновение Клевер повернула голову к дверному проему. – То есть, ты хочешь сказать, что видишь меня настоящую?

– Что? – девушка нахмурила брови.

Вдруг Ботаник стала похожа на девушку в комнате еще больше, чем раньше. И это ее напугало.

– А сейчас видишь? – встрепенулась Клевер.

– Только когда ты в комнате.

– Скажи, – она выглянула из–за стены, все так же сидя на полу. – Я парень или девушка?

Девушка внимательно посмотрела на четкое лицо огонька, что стало так похоже на ее собственное. В глазах девушки отразилась боль, и она поспешно отвернулась.

– Не скажу!

– Жестоко! – Клевер пробежалась глазами по полу, а потом вновь вернулась к разговору. – Ну, Туро, ну, скажи хотя бы, есть во мне что–то выделяющееся?

Девушка нехотя повернулась обратно.

– Есть, серьга, круглая такая, как кольцо.

– Одна серьга?

– Да, одна.

– Значит, все–таки парень! – Клевер села на свое прежнее место поедать ягоду, и тишина возобновилась.

Туро облокотилась на стену и облегченно вздохнула. Но тут в комнату снова заглянула Клевер.

– Слушай, а уха оба проколоты или только одно?

– Оба.

– Значит девушка…

Опять Клевер вернулась на свое место, и девушка уже хотела закрыть глаза и немного отдохнуть, как вдруг голова Клевера снова показалась в дверном проеме.

– Слушай! А стрижка какая, длинная или короткая?

– Короткая.

– Блин, так непонятно…

Клевер уже хотела вернуться на прежнее место, но мгновенно передумала и спросила:

– А как уложены? Назад или висят?

– На тебе вместо ободка женские очки, этого тебе хватит?

– Оу, ага.

- И как ты додумываешь все эти нелепости, - прошептала девушка и закрыла глаза.

– А можешь еще кое–что сделать? - прозвучал голос прямо над ее ухом.

– Ох, давай.

Клевер села рядом с Великом и подала ей небольшую тарелку.

– Вот, держи.

– Зеленый перец? – Велик откусила небольшой кусочек. – Сладкий. Где отхватила?

– Места надо знать.

Клевер посмотрела на то, с каким наслаждением Велик поедает сладкий зеленый перчик и сказала:

– Ты, наверное, точно девчонка, раз балуешься таким.

– Ага, – сказала Велик, глотая последнюю дольку. – Хорошо. И это мне говорит душа, которая обожает клубнику.

– А мне вообще кажется, что мы определимся на счет этого только когда начнем готовить, – сказала Ветер, подсаживаясь к паре ближе. – Кто хорошо будет готовить, тот и девушка.

– Может, парни тоже неплохо готовят! – возмутилась Клевер. – Наши дедушки и папа неплохо справляются с этой задачей.

– Ну, у них это вынужденная мера, – развела руками Ветер. – Они весь день, считай, дома сидят, а готовить некому. Они из дома выходят, только если на Вышку надо.

У Велосипедиста сегодня счастливый день. Несколько суток назад она узнала, что может попробовать сдать тест на поступление в команду велосипедистов средней лиги. Почему средней? Потому что младшей нет. Пока в младших классах на этот вид спорта довольно маленький спрос. Появляются велосипедисты только в классе шестом–седьмом. Но Марине разрешили сдать тест на следующей неделе и начать посещать секцию с пятого класса. Потерпеть еще немного? Да запросто! Все смотрели на Велосипедиста и думали, что ей все по плечу, но на самом деле она волновалась намного больше, чем другие беспокоились о ней.

«Нужно лишь потерпеть, чуточку потерпеть, и все удастся. Я справлюсь!»

Часть 3 Глава 16

Глава шестнадцатая

24 июня 2024г. Понедельник

Жара! Жара непреодолимая! От дождливого двадцатого июня и след простыл! Ветер дует горячий, асфальт плывет! И что вы думаете?! Именно в этот жаркий день Велосипедисту придется пройти тест. Притом, что на улице выше тридцати градусов Цельсия!

Автомобиль Юниковых уже стоит возле стадиона, а Велик, готовая зайти в комнату, ждет возле входа. Вот проход открылся, и Велосипедист прикоснулась к экрану. Тренер сказал, что нужно преодолеть как можно большее расстояние, насколько это возможно. Если результат его удовлетворит, то он подумает на счет вступления девочки в команду в следующем году.

– Готова? – спросил тренер, настраивая секундомер.

– Да! – тренер посмотрел на яркие глаза, которые устремились вдаль трассы. Ему даже показалось, что эти глаза отражают алый рассвет над голубым морем.

– Поехала!

Секундомер запущен, и красный велосипед моментально набрал скорость! С каждым новым оборотом колеса, он ускорялся и ускорялся. Невообразимое зрелище! От того, как маленькая девочка крутила педали, можно было только удивляться. Одним из условий прохождения теста также было не сбавлять набранную скорость.

– Справится ли? – переживала мама за свою дочку. – Страшно мне за нее, вдруг свалится?

– Не свалится! – подбодрил ее Павел. – Вспомни, как она бежала на соревнованиях по легкой атлетике, и здесь не упадет!

Тренер наблюдал с верхнего яруса скамеек, откуда было видно весь стадион целиком! Велосипедная дорожка стадиона огибает несколько больших спортивных полей. Поэтому тренер сильно удивился, когда увидел велосипед возле финишной черты, который еще и не подумал остановиться! Он катился все дальше, пока тренерпытался высчитать скорость по секундомеру.

– Этого…не может быть. Этого просто не может быть!

С каждой минутой результат маленькой девочки улучшался.

Оторваться от секундомера тренера заставил странный звук, напомнивший ему треск костра. Его глаза стали необычайно широкими от промелькнувшей в голове мысли.

– Невероятно, – подумал вслух мужчина.

Даже остановившись, Велик не подала виду, что ей тяжело. Она просто подошла к родителям, села на скамейку, и стала ждать оглашения результатов.

- Ну как, Илья Ильич, что скажете?..

– Что ж, можешь начать ходить к нам со следующего года, поздравляю!

Часть 3 Глава 17

Глава семнадцатая

– Будем праздновать!

Все семейство и души внутри Марины крикнули эти слова в один голос.

– Велик, ты угощаешь! – выкрикнула Клевер. – Разреши войти в комнату без верстки времени, в честь праздника!

– Боюсь, это не в моей власти, – улыбнулась Велик.

– Жестоко, – поникла Клевер. – О! подождите, сейчас кое-что принесу.

Пока все стояли в одном кругу и поздравляли Велосипедиста, Клевер подбежала к комнате и начала наблюдать за экраном.

– Ух, ты! А что это за шипучка такая в бутылке? – спросила Клевер саму себя, но кто–то ответил на ее вопрос.

– Это лимонад.

– Туро? – удивилась Клевер. – Это ты?

– Нет, это не Туро.

– А кто? – Клевер прищурила глаза. – Назовись-ка!

– …

– Не молчи, а то скучно. Ладно, тогда я попробую отгадать. Вы, я так понимаю, каждый день меняетесь, значит, ты точно не Туро. Может, Тира, Тиара, нет, подожди, Жасмин! Ой, нет! Джера?!

– Это не мое имя.

– Вот досада!

Клевер продолжила ломать голову над именем, а девушка с хвостом смотрела на нее с недоумением в глазах.

– Тсайк.

– Что? – Клевер посмотрела на собеседницу.

– Меня зовут Тсайк, и, прошу, не говори его никому.

– Никому? – Клевер на корточках повернулась в сторону толпы и посмотрела на Велика. – То есть даже Велосипедист еще не в курсе? С чего вдруг меня удостоили этой чести?

– Ты что–то хотел, Дух?

– И ты туда же?! Почему вы так редко называете нас по имени! - Клевер потерла глаза.

– Ты отвяжешься, если я тебе дам вот это? – девушка подвинула из тени ногой поднос, на котором были бутылки с лимонадом, нарезанный перчик, клубника, молочный шоколад, пакет молока, леденцы и мороженое. – Этого достаточно?

– Ого! Более чем! Какой набор! Спасибо огромное тебе, хоть праздник будет, – Клевер хотела уже идти с подносом к друзьям, но попятилась спиной к входу и выглянула из–за стены. – Забыла. Слушай, а мы можем так делать?

– Прости, но нет. Вам этого не дано.

– Почему это?

– Потому что вы появились за пределами комнаты, а не внутри нее.

– Логично, несправедливо, но ладно, я ушла!

– О! – встретили товарищи Клевера. – Как неожиданно!

– Да, вот такое я счастливое растение! – кокетливо произнесла Ботаник.

Что удивительно, каждый на этом столе нашел вкусность для себя. Кисточке понравилось молоко, Бегунье - мороженое, Ленте - леденец, Перчатке - шоколад, а Гулена вообще, разом выпила бутылку лимонада и начала вести себя как хмельная.

– Ты что, правда, пьяна?! – воскликнула Клевер.

– Может, тебе в лимонад пиво подмешали? – ехидно улыбнулась Кисточка.

– Нет, – вмешалась Праздник, которая сидела и шаталась из стороны в сторону. – Я бы вам сказала и обязательно поделилась. Ик!

– Разве может человек так от лимонада опьянеть?! – вскрикнула Ветер. – Да еще и здесь. У нас ведь даже тел нет! Признавайся! Ты что–то натворила?!

Клевер развела руками.

– Бегунья, честно, здесь меня вообще не было! – Бегунья поверила в искренность ее слов, хотя обычно она это проверяла.

– Нашли проблему! – усмехнулась Гулена и допила последнюю каплю лимонада.

Часть 3 Глава 18

Глава восемнадцатая

1 марта 2025г. Суббота

На улице просто прекрасная погода! С первым же днем весны просыпается все вокруг! Птицы щебечут, снег тает, красота!

Но Марину хорошая погода несильно обрадовала.

– Что такое, дочур? – спросила Маша.

– Скучно почему–то. А ведь на улице весна! Но мне не особо радостно…

Она глубоко вздохнула, как обычно это делает Клевер; вдохнула через нос и выдохнула через рот. Мария немного посидела, подумала. И вдруг встрепенулась и сказала:

– А давай я тебя блины печь научу.

Марина немного сдвинула брови, а потом радостно воскликнула в знак согласия.

Тем временем Велик тоже сидела и скучала. Она с нетерпением ждала начала лета. И вот, остается всего три месяца! Должна быть радость, но она о чем-то переживает…

Она сидела вместе с Клевером и Перчаткой возле комнаты и пыталась хоть как–то отвлечься от пустоты в мыслях, хоть о чем–то задуматься.

– Чего хмурая такая? – спросила Перчатка.

– Мне бы чем-нибудь голову занять, а то вообще никаких мыслей, – и она вздохнула.

Наверное, души впервые увидели, что Велосипедист так глубоко вздыхает.

Клевер сидела рядом с самым входом, поэтому услышала странное хмыканье из комнаты. Вдруг из нее вышел парень с хвостиком и моментально оглядел всю компанию из трех душ. Его взгляд остановился на Велике.

– Ты-то мне и нужна, душонка велосипедиста! – в одно мгновение парень переместился к ней и уволок жертву в комнату. Там он моментально перекрыл проход и начал переводить дыхание. – А ты тяжелый дух! – воскликнул парень. – Ладно, заходи, мы для тебя придумали кое–что.

– Зачем? – спросила Велик равнодушным тоном.

Как будто вовсе не ее только что насильно затащили в комнату!

– Как зачем! Чтобы тебе настроение поднять!

Ответ показался Велику странным, но сопротивляться она не стала.

– Вы чего творите?! – воскликнула Перчатка.

– Не надо! – воскликнул парень с хвостиком. – Душа сама вошла. И нечего на меня бочку катить! Ни стыда ни совести у вас нет, честное слово!

С шуточным бурчанием парень ушел в тень, а оставшиеся души стали наблюдать за действиями Велосипедиста.

Велик посмотрела с недоумением на плиту. Наверное, впервые за долгое время у нее появился такой растерянный взгляд.

- Ну, и что мне теперь делать?

К ней подошла мама с миской жидкого теста.

– Все готово, пойдем учиться печь?

– А, ага.

Она ответила тихо и без всякого задора, поэтому Маша даже испугалась немного, что пыл дочки охладел. Но Велик не собиралась отказываться от того, что ей предлагают.

– Смотри, какое тесто жидкое, – начала мама. – Если добавить больше муки, то и получится оно гуще. Но такое тесто больше годится на оладьи, а мы будем печь блины.

- Блины, значит.

Велосипедист, наконец, узнала, чем они будут заниматься.

– Совсем немного половником зачерпываешь. Ой! Прости, моя хорошая! Давай, я тебя на стульчик поставлю. Вот так. Смотри дальше. Наливаем на сковородку и хорошенько трясем, чтобы растеклось тесто. Тряси как можно сильнее, а теста наливай меньше. Запомни: чем тоньше получается блин, тем он вкусней.

– Ага.

Маша испекла еще несколько блинов сама, а потом предложила половник дочке.

– Попробуешь?

Велосипедист взяла в руки половник, и души впритык подошли к проходу. Естественно, о самой неразговорчивой душе, Велосипедисте, все хотят узнать как можно больше!

Велосипедист неуверенно зачерпнула половником квашню и осторожно, но быстро поднесла ее к сковороде. Слышится первый шипящий звук и резкое движение левой руки. Пока сковорода вертится в этой руке, правая уже кладет половник. Еще мгновение, и слышится стук сковороды об решетку плиты. Все начали присматриваться к экрану. Мама склонилась над дочкой.

– Хорошо, Мариночка! Очень даже хорошо!

– Спасибо, – лицо девочки засветилось улыбкой.

Не прошло и минуты, как первый блин уже был поддет ножичком и отправлен на тарелку.

– А блинчик–то, румяный получился! – удивилась Клевер.

– Ага, – согласилась Ветер. – У меня даже слюни, кажется, потекли.

– Подбери, – усмехнулась Клевер. – А то на меня накапаешь.

– Вот всегда ты так!

Вдруг из тени протянулась рука с тарелкой блинов.

– Получились блины приблизительно такие, – сказал знакомый голос.

– Хвостик! – воскликнула Клевер. – Ты ли это?!

– А учтивей нельзя? – хмыкнул парень с хвостиком и хотел даже снова убрать свою руку с тарелкой в тень, но Клевер успела урвать первый блин.

– Да ладно, не обижайся, – с этой фразой она забрала всю тарелку.

– Вкусно, – удивились все хором. – Как это?

– Долго объяснять, – сказал парень и снова скрылся в тени.

Примерно через полчаса Велик вышла из комнаты.

– Понравилось блины печь? – спросила с интересом Клевер.

– Больно, – сказала она тихо, и к ней подбежала Праздник.

– Что она сказала? – спросила Ветер и только потом обратила внимание на покрасневшие ладони Велосипедиста.

А поскольку души уже обрели за это время естественный цвет кожи, ожоги были очень даже заметны.

Гулена потихоньку дула на них и прикладывала влажную тряпочку.

– Что–то эта пустота становится все более реальной, – удивилась Велик, ее лицо оставалось спокойным.

Тем временем Гулена продолжала ухаживать за Великом.

– Как мило, – произнесла вдруг Лента и сразу покраснела.

Ее поняли все, кроме самих Велика и Праздника.

Часть 3 Глава 19

Глава девятнадцатая

2 марта 2025г. Воскресение

Сегодня Марину привезут в театр на репетицию песни для выступления в школе. Сергей Львович попросил охранника встретить Марину на пороге театра и сопроводить в комнату звукозаписи. Бабушка Василиса довела внучку до самого крыльца и оставила ее под ответственность охранника.

– Сергей Львович просил передать: за Мариной заехать нужно будет через два часа, – сказал охранник Василисе, почтительно поклонился ей и повел Марину в здание.

Они вошли в зал и прошли на сцену, за кулисы, а там поднялись по крутой винтовой лестнице на второй этаж. Комната звукозаписи оказалась прямо над сценой, и не видно ее только потому, что помещение прикрывает полотно в виде украшения для сцены.

Марина вошла в комнату. Сергей Львович сидел за столом полным аппаратуры, облокотившись на спинку кресла.

– Я своих учеников учу только здесь, – сказал он. – Ну, здравствуй, Мариночка!

– Здравствуйте! – у Марины уже вошло в привычку каждый раз при встрече взрослого делать небольшой поклон, когда здоровается.

– А ты прямо как старое поколение учеников! – сказал Сергей Львович, улыбнувшись одними глазами. – В последний раз я такую привычку видел года четыре назад, а может и больше, когда моя дочь была выпускницей.

– У вас есть дочь? – поинтересовалась Марина.

– Да, у вас с ней разница лет в пятнадцать. Сейчас она учится в нашем институте. Не знаю, что из нее выйдет.

– Возможно, она с моей тетей ходит на занятия.

– Даже так? Надо будет спросить.

– Ее Клара зовут.

– Да, спросим, спросим, – он немного задумался, а потом резко воскликнул. – Ладно! О чем это мы. Да, я хотел, чтобы ты показала себя и выступила на последнем звонке своей школы. Помимо традиции говорить пожелания в виде цитат, у школы есть еще и такая развлекательная программа: чтобы каждый год не выступал кто–то один, от каждого выпускного звена требуется один номер. От младшего звена выступает четвертый класс, от среднего - восьмой, в старшем звене эту проблему решают десятые классы, потому что выпускники и так в течение года придумывают все развлекательные программы. Я - один из организаторов праздников в твоей школе.

– А вы знаете Николая Александровича Юникова? – не утерпев, перебила Марина, и спросила Сергея Львовича.

– Конечно! – воскликнул он. – Так ты родственница ему? А я подумал однофамильцы.

– Он мой дедушка.

– Стало быть, Паша его сынишка? Я-то думал, чего лицо у твоего папы знакомое. У твоей мамы тоже лицо запомнилось. Уж очень она похожа на Юниковского Андрея Владимировича.

– Так это папа ее! – воскликнула Марина.

– Так и думал! Ну и звездная у вас семейка! Помнится еще, что дочка мне рассказывала про учителей своих по русскому и рисованию. Стало быть, они твои бабушки.

– Все так! – Марина обрадовалась, что смогла найти с Сергеем Львовичем общий язык.

Они еще немного посмеялись над таким интересным истечением обстоятельств, и Марина решилась задать еще вопрос:

– А почему вы порекомендовали меня, как представителя от младших классов? Ведь есть и Лиза.

– Во-первых, – Сергей Львович перешел на серьезный тон. – Эта девочка слишком упряма и капризна, чтобы выполнить такое важное задание. Во-вторых, я учу тебя, а не ее. И в-третьих, от тебя я уже более-менее знаю, что ожидать, а от нее – нет.

– Ясно, так какую песню я буду исполнять?

– Каждый год по-разному. Помнишь, какие выступления показывали ребята в прошлом году?

– Старшее звено пародировало звезд, в средних классах девочка играла лунную сонату, а младшие были в костюмах звездочек и ракет.

– Тот учебный год был объявлен Небесным годом или годом Неба.

– Какая же тема была заявлена на этот год?

Сначала Сергей Львович слегка удивился.

– Точно! – спохватился он. – Младшие классы не особо посвящают в такие сложные дела, как устройства праздников. В этом году директор решил предложить тему Парочки.

– Парочки? – удивилась Марина, по крайней мере, именно оно отразилось на ее лице.

– То есть, год Влюбленных пар, как-то так.

– Значит, песня должна быть связана с романтикой?

– О! – протянул Сергей Львович. – А ты разбираешься немного в этой теме, не так ли? Видимо, твой разум взрослее твоего тела.

– Я просто успела наслушаться разных историй.

– Понятно, ну, в общем, я предлагаю исполнить вальс для выпускников. Вальс Анастасия. Исполнение будет на русском.

– Хорошо, попробую.

Сергей Львович подал девочке текст со словами.

Тем временем Праздник не спешила заходить в комнату.

– Мы для тебя старались, поэтому будь добра, почти нас своим вниманием, – шептал с улыбкой на лице кудрявый парень.

Да так ласково шептал, что у Гулены, которая стояла рядом с комнатой, мурашки бежали по коже.

– Зачем мне это? – сказала она безразличным тоном.

– Хотя бы затем, чтобы доказать, что ты существуешь в этом мире.

Губы Праздника дрогнули, но она осталась при своем мнении.

– Это жизнь тела Марины, или как вы говорите, дело самой Марины.

– Нет, ваша жизнь является частью ее жизни, – он шепнул это со своей неизменной улыбкой и тихо подошел к девушке из–за спины. – Поддержите ее, ведь это все делается для вас, не только для тела Марины.

Он обхватил ее плечи руками так, что его пальцы касались ключиц девушки. Гулена не смогла сдвинуться с места. Она не знала что делать, как сопротивляться этим неожиданным объятиям, куда от них деться? Почему от него вообще исходит это тепло, то же тепло, что и от экрана!..

Парень медленно зашагал назад, в глубину комнаты, уводя с собой девушку, и вот через мгновение он прикоснулся к экрану вместе с ней.

– Как, как это возможно? – спросила Гулена саму себя.

– Если что-то очень сильно пожелать, то это обязательно сбудется…

– Ну? – спросил Сергей Львович. – Готова, к пробе?

Гулена сидела на стульчике перед креслом своего учителя, испытывая тепло, исходящее от экрана. Или же от чего–то другого?

Она держала в руке слова песни. Верхние две строки листа были выделены жирным шрифтом.

– Что это? «Песня из мультфильма Анастасия. Вальс. Перевод английской версии».

– Начинай!

– Вдох...

Часть 3 Глава 20

Глава двадцатая

5 марта 2025г. Среда

– Ребята! – Милослава Николаевна окликнула учеников. – Познакомьтесь, это Елена Сергеевна Окинирова, сегодня она проведет у вас урок математики. Как вы знаете, на этой неделе у нас проводится день открытых дверей. Елене Сергеевне очень хотелось увидеть свой класс, руководителем которого она станет в будущем.

– Здравствуйте, приятно с вами познакомиться. Надеюсь, мы встречаемся не в последний раз.

Она оглядела весь класс быстрым взглядом и заметила за второй партой третьего ряда знакомое лицо. Марина улыбнулась. Пускай, глаза учительницы не выражали никаких эмоций, но она посмотрела на девочку с нежностью матери.

Рядом с комнатой сидели Кисточка и Лента, они долго наблюдали за учительницей и уже успели уловить ее пустой, но теплый взгляд.

– Но для начала я хотела бы проверить, чему вы научились за эти четыре школьных года. Начнем же урок!

Она писала на доске разные математические примеры, и дети отвечали на ее вопросы.

– Хорошо, в этом примере вы сказали, что ноль поделим на число, и получится ноль, а что насчет этого примера? – она показала рукой на строчку, где был написан пример деления числа на ноль.

Многие в этот момент сказали, что тоже будет ноль, тогда Марина подняла руку.

– Решения нет.

– А почему?

– Число на ноль делить нельзя.

– Умница! И все вы молодцы! – она оглядела класс веселым взглядом. – Когда вы придете в пятый класс, я буду ждать вас там, чтобы продолжить учить вас математике. А еще через два года я буду знакомить вас с физикой! Интереснейшей наукой, которая сможет научить лучше понимать окружающий вас мир. И я очень надеюсь, что вам понравится этот удивительный мир вычислений.

Вперед вышла Милослава Николаевна.

– Как, понравилась Елена Сергеевна?

– Да! – крикнул хором весь класс.

– Хотите учиться у нее?

– Да!

– Тогда, – сказала сама Елена Сергеевна. – Мы еще встретимся, но уже в следующем учебном году.

Часть 3 Глава 21

Глава двадцать первая

25 мая 2025г. Воскресение

Учеников первой школы города Безымянного встречал теплый рассвет. Роса уже успела высохнуть, но сочная трава еще радовала своим сиянием в солнечных лучах.

Специально для таких празднеств мэр подарил школе на открытие мобильную сцену. Но если она легко переносится, то это еще не значит, что она выглядит просто или неказисто. Скорее, конструкция рассчитана на вечерние мероприятия.

При свете заката она меняется до неузнаваемости. Обычное синее полотно позади выступающих начинает поблескивать в лучах солнца и фонарных столбов. Ступени перестают быть отдельной частью от всей сцены, а за кулисы начинают больше походить на театральные. А когда на сцене включается освещение!.. Боже! Словами это описать просто невозможно! Лучше всех жителей эту сцену смогут описать лишь выпускники первой школы, потому что только они ощутят всю красоту и таинственный блеск сцены во время своего выпускного вечера.

– Готова? – спросила Маша свою дочь за кулисами.

– Конечно! – ответила Марина.

В это время Гулена снова столкнулась с кудрявым парнем.

– Снова меня насильно затащишь?! – шепотом ерничала она, находясь возле входа в комнату.

– Никто тебя не тащил, – улыбаясь, спокойно ответил парень.

– Я отказываюсь петь! – с этими словами она уже хотела развернуться и уйти.

– А как же все репетиции, которые ты посещала? Все было зря?

– Так ты тоже был на первой репетиции. Ведь не так уж и трудно оказалось зайти. А спеть самому еще легче! – она демонстративно отвернулась.

– Стой!..

– Чего еще! – Гулена повернулась к парню и впервые увидела его лицо без улыбки.

– Если ты войдешь, я сделаю все, что попросишь!

Непонятно почему, но для самой Гулены это оказалось чем–то важным. Она посмотрела на парня и постепенно начала понимать, что тот видит ее насквозь и знает о ней намного больше, чем она сама. Как это вообще возможно, она не понимала, но осознавала, что этот парень играет большую роль в ее жизни, как и другие ребята внутри комнаты. А еще...

– Что ты можешь мне предложить? – она попыталась изобразить усмешку на лице, но ни улыбка, ни взгляд ей не подчинились.

– Например, могу стать твоим товарищем, – она снова увидела его улыбку, но она была уже более теплой и мягкой.

Не как у человека, который что–то решил сделать против тебя, а как у…друга? Нет, что-то другое.

– Ха, значит, сейчас мы не товарищи? - Холи развел руками. - Ладно. До конца выступления ты мне должен.

– Хм, как скажете, леди...

Так и пришлось Празднику зайти в комнату и прикоснуться к экрану.

Заиграла музыка, и прозвучал тонкий голосок Марины.

Как узор на окне,

Снова прошлое рядом.

Кто–то пел песню мне

В зимний вечер, когда одна…

Выпускники кружились в танце под вальс, исполненный маленькой девочкой. Гулена каждое слово распевала с любовью, словно она одноклассница ребят, которые сейчас танцуют перед ней. За время пения она будто прониклась чувствами, которые испытывают они.

Словно в прошлом ожило

Чьих–то бережных рук тепло.

Вальс изысканных гостей

И бег лихих коней!

Все, кто услышали ее голос тогда, вспомнили свои школьные годы, свой вальс.

Вальс кружил и нес меня,

Словно в сказку свою маня.

Первый бал и первый вальс

Звучат во мне сейчас!

Зеркала в янтаре

Мой восторг отражают.

Кто–то пел на заре,

Дом родной покидая…

Вся толпа учеников затихла в ожидании последних звуков голоса.

Будешь ты, в декабре…

Вновь со мной дорогая…

Вся толпа аплодировала вальсу выпускников, в то время как выпускники аплодировали исполнительнице вальса. Возможно, если бы не она, то и танец не вышел бы для них таким незабываемым.

Как только песня была исполнена, Гулена отошла от экрана.

- Итак?

Парень ждала возле выхода из комнаты.

- Клевер сказала, вы видите нас такими, какие мы есть на самом деле, Холи.

На мгновение парень опешил.

- Да.

Праздник приблизилась к нему и посмотрела прямо в глаза.

- Скажи.

Видно, что он занервничал. Это первый случай, когда душа застала врасплох «жителя» комнаты. Гулена заметила, как дернулся его кадык.

- Я красивая?

Холи разомкнул губы и судорожно вздохнул. Он готов сбежать в темноту.

- Я не хочу знать, парень я или девушка или сколько мне лет. И выгляжу ли я так же, как и ты.

Постепенно его самообладание восстанавливается. Дыхание выравнивается, и возвращается привычное выражение лица.

- Да, очень красивая.

Кудри на голове у Гулены зашевелились и завились еще больше. Довольная собой, она вприпрыжку вышла из комнаты, больше не сказав ни единого слова.

Часть 3 Глава 22

Глава двадцать вторая

После выступления все классы разошлись по своим кабинетам для проведения последнего урока в этом учебном году. Милослава Николаевна обратилась к своим ученикам.

– Ребята, сегодня наш последний урок Это время в большей части выделено на то, чтобы учитель попрощался со своим классом, но для меня и вашего будущего классного руководителя это не так. Как и она, я думаю, что это время отведено на то, чтобы узнать свой класс заново, с другой стороны. Сейчас вы можете не осознавать этого, но вскоре поймете, что один день может изменить ваше отношение к человеку. И этот день сделает такую работу, что не под силу сделать за один год. Ваш класс стал дружнее, и он будет становиться все сплоченней с каждым годом. А под конец учебы вы и вовсе будете готовы заступаться друг за друга без всяких причин. Поверьте, я уж точно это знаю, – глаза учительницы вдруг наполнились слезами. – Но помимо своего класса вы подружитесь и с другими. Да–да, и не удивляйтесь так! Вы перестанете держаться только своих товарищей и будете искать друзей в других параллельных классах. У вас самих, как у старших, появятся маленькие поклонники, в лице младшего звена. И вы начнете брать пример со старших. А когда сами станете старшим звеном, младшие и средние звенья будут прибегать к вам на третий этаж, чтобы посмотреть, как усердно вы готовитесь к экзаменам и праздникам для них. Им будет интересно, чем вы занимаетесь на переменах, и они будут удивляться тому, что вы похожи на них: такие же дети, которые бегают по коридорам. А как дети будут наблюдать за вашими играми! Они полюбят волейбол и баскетбол, смотря на вас. Они будут брать с вас пример. И придет тот день, когда вы передадите свою мудрость следующему первому классу. Да, я говорю много, но поверьте, все это правда. И я не смогла бы всего рассказать и за все четыре года, что провела с вами. Не смогла бы изложить все свои мысли так, как это сделала сегодня!

Ребята сидели прямо перед учительским столом; кто за партой, кто поставил стулья рядом, а кто вообще сел на парту! И все они видели, как по щекам учительницы скатываются слезы.

Вдруг в кабинет постучались, и учительница, забыв даже вытереть сырые дорожки на щеках, разрешила войти гостю.

– Хотите фотографию на память? Бесплатно! Директор дал распоряжение пройтись по всем кабинетам.

– А что, – развеселилась еще больше Милослава Николаевна. – Давайте сейчас поставим стульчики и…

– Нет, Милослава Николаевна! – неожиданно выкрикнул Артем. – Вы сядете, а мы будем стоять рядом с вами. Школа научила нас уступать место старшим!

В итоге учительница так и не смогла отговорить ребят от этой затеи. Так и получилось интересное общее фото, где в центре на стуле сидела учительница, мальчишки едва ли не лежали на полу, а девочки стаяли за спиной Милославы Николаевны Велимировой, учительницы младших классов и классного руководителя будущих выпускников две тысяча тридцать второго года…

Часть 3 Глава 23

Глава двадцать третья

27 мая 2025г. Вторник

Утром Марина встала с постели и сразу же направилась в комнату к дедушке Андрею с бабушкой Василисой. Те уже проснулись и собирались вставать.

– Бабушка, а мы сегодня поедем в театр?

– Ну, конечно, золотце! – воскликнула бабушка. – Нужно ведь записать тебя на кружок рисования.

Примерно через час проснулась вся семья, и каждый отправился по своим делам. Клара на учебу, Николай и Василиса - к прабабушке Раде и прадедушке Брониславу, родители разошлись по чужим домам, детей учить, а Марина с остальными поехала в театр.

Как оказалось, изначально театр был своеобразной школой искусств, где обучали рисованию, пению и хореографии. Только позже к школе пристроили зал со сценой и назвали его театром. Теперь здесь больше театр, чем школа искусств.

Попасть в корпус для обучения можно только через зал. Где есть ступеньки для входа на сцену, слева расположен проход в корпус. Здесь больше десяти кабинетов, в которых ученики распределены спонтанно: кто учится год, кто два, а кто уже оканчивает учебу.

Все одно, ребята любых возрастов сидят в одном кабинете. Но есть и бесплатные кружки, куда обычно ходят для себя и чтобы пообщаться с другими людьми. Те, кто ходят на платное обучение, совершенно не умеют рисовать, но хотят научиться. А тем временем бесплатные курсы посещают виртуозы, которые стремятся научиться чему–то новому у товарища и хотят совершенствовать свои навыки. При этом в первую половину входят преимущественно дети и подростки, еще не окончившие школы. А во вторую группу вошли все возможные возраста. Марина попросилась именно во вторую группу.

– Смотри, друг, у нас новые гости! – воскликнул мужчина, один из художников.

– Да! Давно у нас такого прибавления не было! – подтвердила женщина, с которой мужчина вел разговор.

– Здравствуйте!

– Однако! – заметил старик. – Старая выучка! Сейчас, наверное, никто даже такой поклон не делает.

– Ага, а помнишь, какие раньше дети глубокие поклоны делали? Вот она была гордость! – подтвердила старуха.

– Не печальтесь, может, она вернется, ну, привычка, – сказала молодая девушка, которая сидела рядом с пожилой парой.

– Ага! – лукаво ответил парнишка на попытки девушки приободрить стариков. – Как первая песня группы MBAND. «Она вернется, она вернется!»

Парнишка спел первую строчку припева и громко рассмеялся.

– Где твое уважение к старшим?! – воскликнула девушка.

– Ничего! – засмеялся старик. – Мы уже привыкли к этой шумному юнцу. Весело, как ни как!

Марина смотрела на эту небольшую уютную компанию и не могла поверить своим глазам.

– Потрясающе… – тихо восхитилась она.

Само помещение достаточно просторное. Вдоль стен стоят мольберты и свободные стулья, а также шкафы с художественными принадлежностями. Мужчина, которого можно было принять за учителя, оказался лишь человеком, присматривающим за порядком.

– Учитель я только на бумаге. Но вот вы мне скажите, – он показал большим пальцем на художников. – Как можно учить таких шумных людей, и чему можно научить этих гениев!

– Да уж, проблема! – засмеялась Калерия, Хотя на самом деле чувств мужчины она не поняла, ведь школьников всегда есть чему научить.

– Бабушка, я хочу заниматься здесь! – воскликнула Марина.

– Возьмете? – спросил Андрей у учителя.

– А куда мы денемся! – рассмеялся смотритель. – Думаю, она здесь многому научится и без каких–либо уроков!

Вдруг кто–то начал шептать отсчет времени, и все хором крикнули:

– Добро пожаловать!

28 мая 2025г. Среда

– Мои родители вам с самого начала говорили, что я не буду участвовать в соревнованиях, – сказала спокойным тоном Перчатка тренеру.

– Серьезно, дед, кто будет с ней соревноваться? Мальчишки среднего звена? Ее на городские соревнования не отправишь, она там одна будет! – подтвердил Валентин. – Девочку только на соревнования между городами выводить, больше никак. А там она пока что не потянет, да и вряд ли на каких–либо соревнованиях по боксу объявится девочка нужной весовой категории.

– И то верно, – старик даже с сожалением вздохнул.

– Ладно тебе, дед!

– Перестань называть меня дедом!

– Посмотри лучше, – продолжил Валентин, не взирая, на замечание старика, – сколько новеньких у нас в зале.

Проскрипела входная дверь, и зазвенел колокольчик. Валентин обратил внимание на гостя и улыбнулся.

– И новые лица стали нас чаще посещать, – старик тоже посмотрел на вход и увидел посетителя.

– Ева Сергеевна? – удивилась Перчатка. - С детского сада ее почти не видела.

– Евочка! – воскликнул старик.

– Ева! – приятно удивился Валентин. – Как хорошо, что ты стала чаще к нам приходить! Мы по тебе уже соскучились!

– Ну, что вы, в самом–то деле! – Засмущалась воспитательница детского сада.

Они присели на скамейку в углу зала и о чем-то стали шептаться.

– Может, сходим в кино или в парке погуляем? – спросил Валентин Еву через некоторое время.

– Вы же занимаетесь, а я не хочу вам мешать, – смутилась Ева.

– Не переживай, вот этот почтенный старик за всем здесь присматривает, – он указал рукой на тренера.

– Ладно, идите, – парочка по-детски обрадовалась и побежала в сторону выхода.

- Валентин! – крикнул тренер парню, и тот остановился. – Не забывай все рассказывать отцу, думаю, он будет рад услышать подробности твоих свиданий! – Валентин смутился перед стариком, слегка улыбнулся и побежал вслед за Евой.

Через некоторое время Перчатка спросила старика:

– Тренер, а вы хорошо знаете Валентина?

– Конечно! Он ходит в этот клуб с самого детства.

– А сколько ему лет?

– Честно ответить? – улыбнулся старик.

– Честно! – кивнула Перчатка и улыбнулась в ответ.

– Чуть больше тридцати, насколько я помню.

29 мая 2025г. Четверг

Когда наступило утро нового дня, Клевер сразу же вошла в комнату, очень ей хотелось выйти наружу именно с утра. Она встала, надела черную водолазку с горлышком и короткими рукавами и темно–зеленые шорты. А волосы, которые уже отросли до лопаток, она зачесала назад.

Утром бабушки собрались на работу, и дедушка Коля уже отправился заводить машину, как Клевер сбежала по лестнице и успела их остановить.

– Что случилось? – испугалась Калерия.

– Бабушка, можно с вами? – спросила Клевер.

– А что, что-то нужно? – снова спросила бабушка.

– Я хочу в библиотеку.

– А! – воскликнула Василиса и улыбнулась Калерии с Николаем. – Ну, это можно!

Клевер очень обрадовалась, поэтому быстро надела кепку и выскочила на улицу.

Пока бабушки разговаривали с другими учителями, Клевер разглядывала полки с книгами о приключениях и классические произведения.

К ней осторожно подошла библиотекарь и посмотрела, какую книгу девочка держит в руках.

– Неужели это «Д’артаньян и три мушкетера»? – удивилась она вслух. – А эта книга не будет для тебя слишком тяжелой?

– Что значит «тяжелой»? – спросила Клевер с наигранным удивлением.

– Ты вряд ли сможешь прочесть и половину, девочка.

– А! – притворно воскликнула Клевер. – Вы об этом. Нет, не переживайте, она не будет мне в тягость.

– Почему же ты так уверена в этом? – изумилась библиотекарь.

– Потому что я ее уже прочла и хочу взять следующую книгу.

Сказать, что библиотекарь удивилась, это не сказать ничего!

– Теперь нужно читать «Двадцать лет спустя».

Библиотекарь решила проверить, правду ли говорит ребенок, что прочитал такую книгу. Она начала с небольшой надменностью:

– Ты не ту книгу ищешь, девочка. Тебе нужна «Десять лет спустя».

Тогда Клевер не удержалась и показала свою легкую лукавую улыбку и ядовитый зеленый взгляд снизу вверх!

– При всем своем уважении к вашей работе, – начала она и сделала едва заметный поклон головой, – я считаю, что вы ошибаетесь. На самом деле Александр Дюма написал сначала книгу «Двадцать лет спустя», а уже потом и остальные! И еще, не знаю, оговорились вы или специально так сказали, но на самом деле книга «Десять лет спустя» не одна, их три.

– Поразительно! – воскликнула библиотекарь с каменным лицом. – Я попробую найти нужную тебе книгу.

– Вот спасибо! – обрадовалась Клевер. – Мне нужен Федор Михайлович Достоевский. Произведение: «Преступление и наказание».

– Подожди–подожди! – женщина уже и не знала, чего ожидать. – Тебе ведь нужна следующая книга Александра Дюма!

– Ошибаетесь, – снова лукаво улыбнулась Клевер. – Я не говорила, что она мне нужна. Я сказала, что мне нужно ее читать. Даже если вы будете ее искать, то все равно не найдете. Она лежит у меня дома, и примерно половину книги я уже прочла. Хочу, чтобы следующим произведением был роман Достоевского. Василиса Брониславовна говорила, что книга очень хорошая.

– Василиса Брониславовна?..

Вдруг из–за спины женщины появилась бабушка Василиса.

– Как, внучка, выбрала книжку?

– Да, я готова ехать домой!

Как удивилась библиотекарь, когда узнала, что у Василисы Брониславовны есть такая внучка. Поразило ее и то, что у этой внучки отличная память!

– Может, ты и стихи читаешь? – усмехнулась женщина, когда посетители уже собрались уйти. Ответ последовал быстро и неожиданно.

Иди, не опуская веки,

Живи мгновенья, как года,

Но каждый след чтоб был – навеки.

И каждый шаг – как в никуда.

– Чьи стихи? – ошеломленно спросила женщина.

– Марии Семеновой, но если вам не по вкусу современные авторы, могу прочесть стихи другой Марии.

Взгляни — два дерева растут

Из корня одного.

Судьба ль, случайность ли, но тут

И без родства — родство.

Когда зимой шумит метель,

Когда мороз суров,—

Березу охраняет ель

От гибельных ветров.

А в зной, когда трава горит

И хвое впору тлеть,—

Береза тенью одарит,

Поможет уцелеть.

Некровные растут не врозь,

Их близость — навсегда.

А у людей — все вкривь да вкось,

И горько от стыда.

– Я согласна с автором, – библиотекарь встрепенулась и продолжила слушать девочку. – Поэтому я не хочу быть обузой кому–то или быть одинокой волчицей. Пускай мы, люди, разные, но все же мы похожи, как полоски радуги. Они отличаются лишь цветом, но все они возникают из–за капель воды, на которые попадает солнечный свет. Да, мы люди, но и нам хочется защитить ближнего и быть защищенными самим.

Они уже уходили, когда Клевер вышла из комнаты и сказала уже Марина:

– Вы, все–таки, почитайте стихи Марии Петровых и роман Марии Семеновой. У нее достаточно стихов в каждой книге.

Бабушка и внучка ушли, а библиотекарша осталась под впечатлением.

30 мая 2025г. Пятница

– Не могу поверить! – воскликнула Ветер. – Мы и вправду так изменились!

Она смотрела на себя в зеркало и разглядывала со всех сторон свое подросшее тело. Правда, они больше не бесформенные огоньки, и даже не оболочка с пламенем. Теперь они похожи на подростков. На них была разная одежда и лица теперь тоже разные.

Все девушки так привыкли друг к другу, что перестали обращать внимание на внешность.

– Хорошо, когда есть друзья…

Бегунья подошла к комнате, когда услышала чей–то голос.

– Кто здесь? – спросила она.

Из тени вышел парень с челкой, но близко не подошел. Остался на такой грани, чтобы его лица не было видно. На нем была почти такая же одежда, как и на Бегунье.

– Я.

– Кто, «я»? – Бегунья занервничала.

– А тебе так интересно? – спросил спокойный и лукавый голос, который едва не смеялся.

– Может, и интересно! – ответила она на лукавость кокетливостью.

– А если я скажу, что у меня нет имени, ты поверишь?

– Поверю и придумаю новое!

– Не надо! – переполошился парень.

– Тогда говори!

Наступила тишина. Послышались легкие, но четкие шаги, которые отдавались эхом в комнате. Из тени показалось милое улыбающееся лицо парня с челкой. Раньше он казался ей больше серьезным и намного моложе. Теперь же он выглядит старше Бегуньи и куда мудрее. И его спокойный нрав невозможно скрыть под улыбкой, и Ветер это заметила.

– Раз уж ты настаиваешь, меня зовут Руни. Решай сама, верить мне или нет.

Бегунья посмотрела на него с недоумением.

– А почему бы и не поверить! – сказала она со смехом, и парень улыбнулся ей в ответ.

Что удивительно, все, кто находятся в комнате, выглядят намного старше тех, кто за ее пределами. Но в то же время их внешность остается неизменной, а души с каждым годом становятся все взрослее, будто растут вместе с Мариной..

31 мая 2025г. Суббота

Лента сидела на диванчике и о чем–то задумалась. В темной пустоте тишина. Клевер читает книгу, Перчатка беседует с Великом, а Кисточка играет в карты с Праздником.

Ветер подошла к Ленте.

– О чем задумалась?

– У меня сегодня какой–то странный сон был. Я все больше начинаю убеждаться в том, что была мальчиком в прошлой жизни.

– Да с чего ты это взяла! – воскликнула Бегунья.

– Я видела себя, видела во сне, как лежала в постели дома. Дом незнакомый и в то же время, кажется, будто я в нем уже была когда–то. Я села рядом с кроватью и начала плакать, после того как взглянула на свои полупрозрачные руки.

– Да, странные у тебя сны.

Марина подбежала к своим родителям.

– Мама, можно на прогулку сходить?

– Да, конечно, только далеко не уходи.

– Я вдоль соседней улицы. Еще возьму с собой плеер!

Несколько минут, и Марина переоделась в серую майку, синие шорты, надела олимпийку и отправилась на прогулку.

Сначала в ее плеере играла песня группы 30 SecondstoMars – TheKill. За то время, пока эта песня играла, она успела дойти до середины улицы. Встретила несколько знакомых ребят, поговорила с ними и отправилась дальше.

Постепенно она начала различать вдали три силуэта. С каждым шагом они приближались все ближе. Это были трое мальчишек старше Марины примерно года на три. Они смеялись и издевались друг над другом, но было видно, что им скучно. Они подбежали к Марине и стали издеваться над ней. Дергать за волосы, отбирать плеер, в котором играла песня JamesArthur – impossible. Марина не знала, что делать, что говорить, поэтому просто стояла, как вкопанная.

К комнате моментально подбежала Боксер, но не прошла дальше, кто–то держал комнату закрытой.

– Кто здесь! – крикнула она.

Ей навстречу вышли двое, парень с хвостиком и девушка с косичкой, оба одного роста.

– Пропустите, вы не видите? Ей нужна помощь!

– Кому? Ей? – удивился парень словам Перчатки. – Кто она тебе, чтобы заступаться за нее?

– Какое тебе дело? Если бы не было ее, и нас бы не стало!

– Вот тут ты права, – с улыбкой согласилась девушка. – Но сейчас в тебе говорит не твой голос, а твое желание.

– Что это значит! – Боксер стояла и нетерпеливо ждала.

– Это значит, что ты начинаешь вспоминать…

Перчатка стояла и не понимала, о чем они говорят.

– Пропусти, – сказала девушка парню. Тот пожал плечами и махнул левой рукой в правую сторону.

За долю секунды Боксер подбежала к экрану и сразу приступила к действию!

Наушники она моментально выдернула из кулаков мальчика и вернула на свое место, воткнула в уши. Да так аккуратно, что, можно сказать, ей удалось просто разжать его кулак и забрать наушник.

Первый попавшийся под руку мальчишка получил от Боксера правый джеб по скуле. Следующий хук приходится второму парнишке прямо в корпус, а третьему досталось больше всех. Он испытал на себе невероятное давление. Спокойные голубо–зеленые глаза, которые мгновение назад были на мокром месте, поблескивали от попадания на них последних лучей солнца. Это был яркий взгляд из-под бровей, который парню теперь запомнится надолго.

Еще мгновение и будет апперкот.

Увернуться от такого высокоскоростного удара почти невозможно. Занятие это бесполезное, как для ската научиться летать, а для русалки ходить. Удар оказался точечным и вполсилы. А иначе парнишка бы потерял не только равновесие, но и сознание.

Боксер стояла над ними, как над побежденными на ринге. Они выглядели жалко, эти мальчишки. Они могли бы позже сказать всем, что обидчиков было много, и были они не маленькими девчонками, а большими старшеклассниками, но над ними бы лишь посмеялись. Над учениками второй школы, которые решили показать, что их место обучения лучше всех.

– Участвовали бы лучше в школьных олимпиадах и доказывали бы там свою силу, а не в в издевательстве над девочками.

Для Перчатки самым обидным оказалось то, что она чувствовала эту борьбу как обычную уличную драку, а не как спарринг. Когда она отдалилась от экрана, увидела в тени девушку с косичкой.

– Можно я попробую угадать твое имя? – спросила она.

– Рискни, – улыбнулась девушка.

– Эйди.

Глаза девушки сверкнули в тени.

– И как ты догадалась?

– Приснилось.

Девушка проводила взглядом Перчатку и снова улыбнулась.

…

– Как же это здорово, нашептывать сны.

– Да, и у нас это неплохо выходит.

– Может, они вспомнят что-нибудь?

– Тем легче для нас, главное – ждать.

…

А в плеере Марины играла песня AVATAR – ISeeYou.

1 июня 2025г. Воскресение

Странное дело. Город Безымянный считается самым невероятным городом, в котором живут такие же невероятные люди. Но бывает, встречаются и такие ребята, которые намного необычней и невероятней, чем все остальные жители города.

Например, Сергей Львович, человек, покоривший музыкой время. Он может исполнить песню, как шестнадцатого века, так и двадцать первого. Многие удивляются тому, как он может исполнять оперу, а потом резко перейти на современную аранжировку.

А вот лучший юрист! Каким бы сложным дело не было, он всегда выйдет победителем. Ярополк Творческий!

Не стоит забывать и о внешности города, о его красотах в лице цветочных парков. И невозможно поверить в то, что всеми этими красотами заведует лишь одна женщина!

А как вам такое? Чтобы создать красоту нужно немало усилий, но никто не сможет описать ее так, как это сделает Дедушкин Внук, который выпускает в газетах свои стихи, рассказы и разные статьи. Единственный, кто может составить ему конкуренцию, это, пожалуй, только Андрей Юниковский, который предоставляет читателю проблему, а затем и ее невероятное решение!

Образование здесь тоже одно из лучших. Школа развивается по всем направлениям, как в естественных науках, так и в гуманитарных. Больше всего впечатляет именно первая школа со своим первым и единственным директором. Этот старик пережил все поколения, которые посещали его школу. Наверное, сколько лет школе, столько и ему. А может, лет на двадцать он еще старше. По крайней мере, такие ходят слухи.

Хотя, кто знает, как на самом деле возникла эта школа.

В этой школе есть три больших стенда. На первом висят фотографии текущих отличников, этот стенд самый большой. На втором фотографии учителей и учеников, которые заслуживают похвалы и участвуют в разных мероприятиях и активностях. Но последний стенд самый маленький и самый почетный. Чтобы поместить на него свою фотографию, нужно сначала побывать на двух предыдущих стендах. Но, как мы уже говорили ранее, этот город полон уникальных людей!

На последний стенд умудрились попасть и хорошисты, и отъявленные бездельники! Этот стенд называется Вековым или, как называют его сами дети, Вечным, потому что ребята, которые попали на него, заслуживают не только славы и почета. Единожды попав на это место, ты больше никогда его не покинешь, потому что сделал что-то настолько великое, чего нельзя забыть и спустя века. Да даже если ты умер, ты останешься на этом стенде!

Но есть и секрет у этого интересного места. Каждая фотография имеет формат А4, и у каждой из них на обороте напечатана история, почему этот человек занял такое почетное место. Каждый ученик мечтает взглянуть, что на обороте фото, где хранится не только история героя, но и автограф, а также слова, сказанные этим человеком.

Среди ребят и учителей появляются легенды о том, что написано на обороте фотографии, и с каждым годом легенды меняются. Но все же кое-что остается неизменным. Это сами фотографии, то, что написано на их обороте и то, что истину знают лишь сами герои и директор с двумя завучами.

Многие поговаривают, будто сами завучи и распускают все эти слухи и легенды. Вот только завучи отмачиваются и разводят руками.

Да, несмотря на всю необыкновенность жителей города, все-таки встречается своеобразное Поколение Чудес, которое превращает всю толпу вокруг в обычную посредственность.

Но, пусть даже и так, и эти необычные личности испытывают те же чувства, что и общая масса, ведь все мы люди. И этого не изменить.

Марина встала утром в хорошем настроении и сразу же отправилась на кухню, где бабушка Василиса разговаривала с Павлом.

– Что делать, Господи, скажи мне, что делать?! – едва не кричала она.

– Успокойся, мама, поехали вместе!

Буквально минуту назад позвонили из больницы и сказали, что бабушку Раду положили с инсультом. Полчаса назад приехала скорая помощь и забрала ее из дома. Бронислав уехал вместе с ними.

– Я боюсь, но никого будить не надо! Поехали, скорей–скорей.

Они хотели выйти из кухни и через столовую и зал пройти к парадному входу, но дорогу им преградила Марина.

– Я еду с вами!

Так и пришлось Павлу и Василисе взять девочку с собой. Когда они подъехали к больнице, семь душ переполошились и подбежали к комнате. Никто из них не спал всю ночь, предчувствуя что-то нехорошее. И первыми, кто внушил это нехорошее предчувствие, на удивление всем, оказались именно Художница и Велосипедист. Они вместе сидели рядом с входом в комнату и тихо перешептывались между собой на какую-то тему. Затем их разговор услышали и остальные.

– Чего вам не спится? – фыркнула тогда Кисточка.

– Вас я о том же хотела бы спросить, – усмехнулась Клевер.

Все слышали перед сном шепот ранее упомянутой парочки и начали накручивать себя. О чем они говорят? Если бы это было что-то хорошее, говорили бы вслух, а тут шепчут, непорядок.

И вот, пожалуйста! От судьбы подачек ждать не приходится, она сразу же воспринимает все всерьез! Пусть даже это и тихий разговор по душам. А ребята всего-то и разговаривали, что о снах.

Когда они вошли в палату, увидели лежащую прабабушку Раду и испуганного прадедушку Бронислава.

– Она спит, – сказал тихим дрожащим голосом прадедушка.

Когда Павел и Василиса сели на табуреты, дедушка вышел в коридор. Марина пошла вслед за ним.

– Правильно сделала, – сказала полушепотом Гулена. – Прадедушку надо подбодрить.

Но как это сделать, никто и не знал.

Марина села рядом с дедушкой на кушетку и посмотрела на него пристальным взглядом.

– Я испугался, – начал прадедушка, и по щеке его скатилась слеза. Сразу начинаешь понимать, насколько крепкой может быть любовь. – Вдруг она умирает? Это страшно, терять кого-то. Я не знал, что делать, она вдруг выронила из рук всю посуду и схватилась за сердце. Я ее зову, зову, а она медленно на пол опускается. Быстрей к телефону, в скорую звонить, а руки дрожат. Когда приехали, меня еще с собой брать не хотели, а потом, видать, жалко стало им старика, забрали. И только здесь сказали, что бояться нечего. Это микроинсульт.

– …

– Что можно сделать, чтобы приободрить его, хоть как–то? – спросила сама себя Гулена. И вдруг Марина, словно услышав ее, начала говорить с дедушкой.

– Деда, я понимаю, может, сейчас не до этого. Ты помнишь, как играл с дедом Колей в карты? Ты тогда радовался и веселился. Вспомни, как радовалась за вас бабушка Рада.

– Помню, внучка, помню, – сказал дедушка, вытирая слезы.

– Давай и сейчас сыграем!

– А ты умеешь? – спросил он, улыбнувшись.

– Не то слово!

В этот момент из тени в комнате появился Холи.

– Кудряша? – удивилась Клевер его приходу.

– Ну, и привычка у тебя! Клички всем раздавать, – усмехнулся парень уголком губ.

– На то моя профессия шута! – усмехнулась Клевер в ответ.

Этот небольшой разговор даже как-то разрядил обстановку, причем в одно мгновение.

– Я за тобой, – сказал парень, переходя на серьезный тон и обращаясь к Празднику.

– Зачем это? – удивилась она.

– Ты ведь понимаешь, что Марина не умеет играть в карты?

– А ведь точно!

Парень потянул ее за руку из толпы, и подтолкнул к экрану.

– У меня и карты есть! – сказала Гулена.

Пока дедушка с внучкой пытались отвлечься, Василиса сидела рядом со своей мамой и тихонько поглаживала ее ручку. Она сидела и молилась про себя, чтобы ее мама жила намного дольше.

Во всей больнице царит тишина. Никто не шепчется, никто не слушает музыку. Абсолютно все поглощено тишиной.

Слышен лишь шелест бумаги, нет, это шелест игральных карт, который слегка тревожит эту тишину.

Через час вся большая семья Юниковых узнала, что их любимая мама и бабушка лежит в больнице. Еще через два часа вся эта толпа собралась в приемном покое. Была и семья Глеба, и Влас с Владом. Юниковские прибыли самыми первыми, но, как и остальных, их не пропустили. Клара даже с учебы отпросилась!

– Как живете? – спросила полушепотом Маша у Лады, пока они ждали известий.

– Хорошо, понемногу делаем. Вот уже переехали на квартиру новую, просторную. Решили не стеснять родителей и попробовать жить отдельно.

– А Максим как учится?

– Был отличником, а сейчас стал на четверки учиться. Сейчас пока что не переживаем, но боюсь, что он скатится. Связался с какой-то нехорошей компанией. Уже и не знаем, что делать.

– К родителям на воспитание надо.

– Надо! – взмолилась Лада. – Вот только когда мы в гости к родителям, он сразу из дома уходит, то к друзьям, то еще куда-нибудь. Вот и сейчас еле утащили с собой. Видишь? Ни с кем не разговаривает, голову опустил и уставился в одну точку. А раньше каким общительным был! Ему только четырнадцать исполнится, а что дальше будет!

Тут на них тихонько шикнули.

– А как Марина? – спросила Лада.

– Ой, наша, слава Богу, все хорошо. Учится на пятерки, старых друзей мирит, новых заводит. Только все равно каким-то волком–одиночкой остается. Близкого общения ей не хватает. Нам она раскрыться не то стесняется, не то боится.

– А ты обратись к родителям, у вас, наверное, есть родственники, у которых найдется троюродная, четвероюродная сестричка вашей Марине.

– Да, думаю, ты права.

Тут послышался шорох тапочек по плитке, все подняли головы и посмотрели вперед. Показалась спина Бронислава и его укорительные возгласы. Вся семья увидела, что прадедушка ведет Раду за руки, пятясь назад, а с другой стороны бабушку поддерживают крепкие руки внука Павла и дочери Василисы. Рада улыбнулась во все свои уцелевшие зубы и сказала:

– Что, родственники, испугались? – сыновья подбежали к маме и крепко обняли ее, кто за шею, кто за талию и громко заплакали.

Тишина перестала существовать на первом этаже больницы. Кто бы мог подумать, что любовь к матери так сильна! Что она может проявиться именно в такой момент. И не скажешь, что эти люди старые и уже имеют свои детей и внуков, нет! Они все те же дети, которые любят свою мать, и останутся таковыми навсегда.

– Ха! Ничего, жить буду, дети мои, жить буду!

Бабушку пришлось оставить в больнице, но никто из родственников не решился покинуть город ближайшую неделю. Все остались, чтобы навещать Раду. Василиса и остальные с радостью предложили свой дом.

– Не переживайте, всем места хватит! – говорила Василиса.

– Да! – усмехнулся тогда Павел. – Веранда у нас тоже большая! Так что кто не поместится, милости просим!

Детей в первый же день поселили с Мариной. Марина уступила свое место на кровати младшенькой Владиславе, в то время как Максим пожелал лечь на полу и отдать место на диване Игорю.

Марина и Максим взяли широкий матрац и постелили на полу. Марина хотела было заговорить с братом, но, видимо, даже не знала, какую тему ему предложить. Что ему сказать?

Она повернулась лицом к нему и увидела лишь спину. Раньше эта спина была такой знакомой, а теперь она стала чужой, или не чужой, но точно какой–то другой. И даже не понимаешь, что в этой спине изменилось. Что изменилось в самом Максиме? Что теперь его интересует?

Увы, для Марины и остальных душ это осталось загадкой. Брат изменился не только внутри, но и внешне. Молодая фигурка атлета стала худенькой и хрупкой. Если раньше на него оборачивались прохожие, то сейчас его вообще перестали замечать. Неужели это влияние толпы? Влияние окружения так его изменило? Говорят, что нельзя идти против толпы, но также нельзя ей подчиняться, а иначе она тебя раздавит. Вот и теперь Максим медленно, но верно, поддается этому прессу. Еще немного, и уже ничего нельзя будет изменить!

Боксер смотрела на экран, который начал заплывать слезами.

Марина плакала.

Боксер сжимала кулаки все крепче.

– Если будет поздно, и никто больше ничего не сможет сделать, то я сама выбью из него всю дурь, которой он понаберется за это время. Запомни, Марина, я помогу. Пускай, ты лишь тело, но ты чувствуешь нас, ты чувствуешь души внутри себя, поэтому ты плачешь. Когда ты вернешься в свое тело, я лично помогу тебе!

К экрану подошли все огоньки. Гулена обратила внимание на какой–то странный шум.

– Что делает Марина? – спросила она.

Был такой звук, будто кто-то шмыгает носом.

– Она что, принюхивается в Максиму?

– Интересно, что за запах, она уловила?

– Примерно этот.

В ответ на слова Перчатки в комнате появился табачный дым, который перерос в непреодолимый едкий запах.

– Сигареты? – Боксер подалась вперед.

– Он, что, курит? – Клевер нервно улыбнулась.

– Ну, я ему сейчас! – рассердилась Гулена и хотела шагнуть внутрь комнаты, но названный Клевером Кудряша не пропустил ее.

– Отойди, парень! – почему-то ей не хотелось произносить его имени при всех.

Ей казалось, будто это тайна, которая связывает только их двоих.

– Оно мое, оно мне надо? – усмехнулся он, и Праздник уже хотела выйти вперед и побить его, но крепкие дружеские руки Клевера и Перчатки удержали ее. – Не кипятись ты так. Во-первых, если я тебя пропущу, то ты устроишь скандал на весь дом и разбудишь не только детей, но и остальных обитателей этого самого дома. Все сбегутся в спальню, тебе это так нужно? На сегодня взрослым достаточно потрясений. Еще и Максима под удар поставишь. Если ты сейчас заорешь на весь дом, что он курит, вряд ли родители и бабушка с дедушкой погладят его по голове. Думай, прежде чем делать что-то.

В мгновение тишины после этих слов присутствующие услышали тихий шепот Марины.

– Максим, ты куришь?

Все обратили свое внимание на экран. Было темно, но души все же разглядели силуэт. Максим медленно перевернулся на спину и посмотрел на Марину.

– Расскажешь?

Он сказал это так спокойно и безразлично.

– Нет, – брат даже удивился этому короткому слову. – У тебя же есть и своя голова на плечах. В конце концов, ты старше меня года на четыре, и я не буду учить тебя, как жить, ведь это в любом случае бесполезно.

– …Понятно, – он хотел снова повернуться к ней спиной, но в последний момент прозвучали слова, которые заставили его остановиться.

– Но знай: если будет поздно, и никто больше ничего не сможет сделать, то я сама выбью из тебя всю дурь, которой ты понаберешься за это время. Запомни, Максим, я помогу.

Макс пристально посмотрел в яркие голубо-зеленые глаза Марины и не смог от нее отвернуться. Он слегка улыбнулся, закрыл глаза и сказал:

– Спасибо, буду знать, что ты за меня.

Души смотрели в глубину экрана на Макса, когда кудрявый парень, также смотря на экран с улыбкой на лице, произнес:

– Марине нужно учиться самой, а не принимать подачек от судьбы.

В эту ночь все души спали крепко, даже Велосипедист, которой предстояло утром сдавать новый тест для поступления в команду. На больших часах в доме все три стрелки переместились на число двенадцать. Наступила полночь.

Часть 3 Глава 24

Глава двадцать четвертая

2 июня 2025г. Понедельник

– Ну, Марина! – воскликнул тренер по велоспорту. – Осталось определить, в какую команду ты пойдешь, и какую позицию в этой команде тебе предстоит занять. Итак, приготовься к старту. А пока будешь готовиться, мы подождем еще несколько человек, которым также нужно найти место в своей команде. Может, ты будешь вместе с ними. Как думаешь?

Дорога ведет лишь вперед и только через несколько километров устремляется ввысь. Прекрасная заасфальтированная дорога недалеко от окраины города. Вокруг тишина.

Правильно можно сказать о таком явлении: тишину тоже можно слушать, просто никто еще не пытался этого сделать. Обычно тишину можно услышать, когда ты едешь по дороге совершенно один и не думаешь ни о чем и ни о ком. Что происходит очень редко. Если бы тренер ничего не произносил, возможно, и Велосипедист смогла бы сосредоточиться и услышать этот тихий звук тишины.

Дорога, по которой скоро поедут велосипедисты, с двух сторон отделена от деревьев бордюрами. Если бы художник решил зарисовать эту прекрасную дорогу, он бы удивился тому, как четко она выделяется на общем фоне. Деревья совсем не мешают рассмотреть бордюры. А зелень лишь сильнее отчерчивает грань между природой и городом.

С того места, где сейчас стоит машина и велосипед, видны дома и здания Безымянного, но их видно не так хорошо, как самое большое здание города, где в данный момент сидит Мэр и разбирает последнюю документацию. Прекрасный вид!

– Прекрасный вид! – восхитился мэр, когда повернул голову направо и посмотрел в окно. Вдруг заскрипела дверь, и мэр снова посмотрел перед собой. Вошел его сын

– А! Ванюша! Как раз хотел тебя звать. Ты выполнил мою просьбу?

– Да, вот, держи…

Иван отдал своему отцу несколько листов. Тот внимательно их посмотрел.

– И это все?! – изумился он.

– Понимаешь, тут такое дело…

– А, вон оно что, – Мэр и сам знал причину того, почему информации на бумаге так мало, но не хотел этому верить. – Ладно, прости, что нагрузил тебя таким бесполезным занятием.

– Что ты, обращайся! – сын подошел к столу отца, положил на него маленький сверток бумаги и с улыбкой наклонился над столом. – К тому, же, занятие вовсе не бесполезное.

Иван закрыл за собой дверь. Мэр проводил его взглядом и обратил внимание на свернутый листок бумаги. Это была очень старая записка. Удивительно, что она осталась в такой сохранности.

Исполните вновь

свою мечту.

Сначала старик удивился.

– Неужели это!..

Но через какое-то время пришел в себя и искренне улыбнулся.

– Вот значит как, он нашел моих друзей…

Погода неописуемо хороша. Нежарко, прохладно, но ветра нет. Слышен только приближающийся звук велосипедных колес.

– А вот и вы! – сказал тренер ребятам.

Это были трое мальчишек и две девчонки. Внешность у них ни чем не примечательна. Ребята года на два–три старше Марины. У одной девочки волосы длинные, до лопаток, у другой слегка прикрывали уши, обе русые. У всех пятерых смуглая кожа и светло–карие глаза. Только у девушки с короткой стрижкой глаза светло–зеленые. Все они одеты в майки на замках и в обтягивающие шорты.

Форма у них одинаковая - команды городского стадиона. Такая форма есть у каждой секции - для соревнований между городами и выше. Одна Марина еще не получила форму.

Она поздоровалась с каждым из прибывших ребят.

– Запомните, детишки, пока что это не соревнования. Гоните изо всех сил, чтобы раскрыть себя. Здесь вы покажете, на что вы способны. Это расстояние рассчитано на начинающих и часто используется в первых соревнованиях среди молодых команд. Отнеситесь со всей серьезностью к этому мероприятию. Сейчас мы с моим коллегой, – это был седой старичок с лысиной на голове, – будем определять, какую позицию вы займете в своих командах. Потом мы познакомим вас с коллективом. Только после этого будут проходить соревнования между командами средней и старшей лиги. Все лиги будут проводить свои заезды отдельно. То есть старшие со старшими, а вы со средними. Также девочки отдельно от мальчиков. Будут и смежные, но об этом позже. К чему я веду, следующие соревнования со своими товарищами покажут, кто будет участвовать в заездах между городами от Безымянного. Запомните это хорошенько. В данном заезде вам это не пригодится, а вот в последующих!..

Тренер отдышался.

– Ладно, готовьтесь к старту. – Все велосипеды выстроились в ряд по широкой дороге. – На старт, внимание, поехали!

Часть 4 Глава 1

Часть четвертая

Глава первая

1 сентября 2025г. Понедельник

– Марина, спустись и посмотри, кто к нам приехал! – прокричала Маша, находясь у лестницы на второй этаж.

– Я его знаю? – шутя, прокричала Марина. Она переписывалась по интернету с Виолеттой.

– Пока нет, но обязана познакомиться! Это дедушкины родственники!

Послышался топот ног, и стук двери спальни.

– Уже иду! – крикнула Марина.

Сразу после линейки она побежала в свою комнату, чтобы добавить в друзья сестренку и начать с ней переписку. Пока ее не было дома, успели приехать родственники. Все очень ждали их приезда.

– А как же! Есть знакомые, есть. Найдутся и ровесники.

Вот и вышло так, что в гости к семье Юниковских приехали троюродная сестра Марии со своим мужем и дочкой.

Марина спускается по лестнице. Многие из маминых черт лица в ней изменились за лето и стали больше походить на папины. Курносый носик выпрямился, голубо–зеленые глаза потемнели и стали сине–зелеными. Волосы потяжелели так, что кудряшки выпрямились, и локоны остались завитыми лишь на кончиках. Губки немного потеряли свою пышность, но сохранили румяность и прекрасную улыбку. Тело у девочки плотное, но худенькое, немного вытянутое.

Марина вошла в зал и увидела девочку, младше себя примерно на три года. Все души подошли к комнате и сразу же встали в ступор. Девочка ни чем не похожа на дедушку Андрея или на маму. Да и на родителей своих она с трудом походила.

– Мой отец с ее дедушкой были родными братьями, – сказал Андрей, обнимая худенькую миниатюрную женщину. – Знакомьтесь, это дочь моего двоюродного брата, Вера, а это ее муж Мстислав и их дочурка Альбина.

– Приятно познакомиться, – поздоровался Мстислав.

Высокий брюнет с серыми глазами и смуглой кожей. Его жена напротив, бледная, волосы блонд, а глаза ярко–голубые. И совершенно непонятно, на кого похожа дочь! Кожа не слишком загорелая, но и не бледная, как у мамы. Глаза тоже интересные, серо–зеленые, но в них словно еще и звезд насыпали, как в пасмурную погоду, только ночью. Даже не так, скорее, это роса, которая бывает только утром во время тумана. Выглядит загадочно и завораживающе.

– Ну, – начала Марина. – Привет.

– Привет! – ответила радостно Альбина.

Огоньки зашептались между собой.

– Вы заметили?

– Ага.

– Она другая.

– Меня зовут Марина.

– Я знаю! – улыбнулась девочка.

– Я учусь в пятом классе, – продолжала Марина, недоумевая.

– И это знаю! – девочка немного хихикнула.

– Ну, в этот дом наша семья переехала, когда мне не было и года, – на мгновение показалось, будто Марина пытается добиться какого–то отрицательного ответа.

Она пыталась сказать то, что могло бы завязать между ними разговор, а для этого нужно было застать собеседника врасплох.

– Это тоже знаю! – но не тут–то было!

Складывалось такое впечатление, будто врасплох застали уже Марину.

– Да откуда ты это все успела узнать! – Марина повторила вслед за изумившейся Перчаткой.

– Иногда мне кажется, – усмехнулась Перчатка, – будто Марина – это попугай, который повторяет все за нами.

– Примерно так и выходит, – улыбнулась Клевер.

– Мне твои родители все рассказали, пока мы чай пили.

– Как это вам времени хватило, чтобы всю жизнь мою пересказать! – засмеялась Марина.

Они поднялись на второй этаж.

– Я тут немного рисованием увлекаюсь.

– Я знаю! – рассмеялась Альбина, и Марина засмеялась вслед за ней.

– Хочешь посмотреть рисунки?

– Очень хочу! Спрашиваешь!

Пока они рассматривали работы Кисточки, Альбина рассказала о том, что их семья недавно переехала в этот город.

– Завтра вещи будем перевозить.

– Это хорошо! Будем чаще видеться.

А переехали они на улицу слева от Вышки. Мраморную.

– А разве там не все дома заняты? – удивилась Марина.

– Нам, можно сказать, повезло. Кто-то переезжал и продавал в спешке дом. Вот мы и успели его перехватить!

Через некоторое время просто так сидеть стало скучно и неинтересно. Они начали придумывать себе занятие.

– Неплохо было бы в этот день сходить в театр, – вздохнула Перчатка.

– Ага, – усмехнулась Ветер. – Театр теней не хочешь?

В этот момент в спальню заглянула бабушка Калерия.

– Девочки, не проголодались? Может, курники будете? – в руке она держала блюдо, на котором лежали четыре горячих мясных треугольника из теста с фаршем.

– Да! – сказали девочки в один голос.

Они жевали свои треугольники и нахваливали кулинарию своих матерей и бабушек.

– Слушай! А давай устроим театр теней! – в этот момент Бегунья едва не подавилась воздухом, и она закашлялась.

– А как это?

– Не знаешь? Давай, я буду делать, а ты помогать.

– Хорошо, как скажешь.

Пока девочки таскали стулья и простыни и скрепляли одно с другим, души внимательно смотрели на Альбину и не могли понять чего–то важного.

Каждый из них думал, что она чем–то похожа на них с Мариной. Но не в том смысле, что внутри нее тоже сидит несколько душ, а сама Альбина умерла при рождении. Нет–нет! Дело совсем в другом...

– А почему тебя назвали Альбиной? – спросила Марина, пока они растягивали белую простынь и включали свет ночника.

– Ну, мне родители рассказывали, что когда я родилась, кожа у меня была бледная, но это и не удивительно. Но глаза и волосы также были белые. Не седые и серые или серебристые, а именно белые. Только потом волосы потемнели, и цвет глаз поменялся. Мама вообще потом рассказывала, что я на самом деле похожа больше на своего прадедушку, которого я никогда не видела, только на фото.

– Он, наверное, нашей бабушке Раде с дедушкой Брониславом был бы ровесником, – подумала Марина вслух.

– Наверно.

– Ладно, готово!

У девочек получилась такая конструкция: рядом с угловым столиком они поставили два стула, а на них накинули простынь, внутрь поместили яркий ночник.

– Смотри, на ночник есть несколько разноцветных колпаков, – сказала Марина. – Можно их менять в зависимости от ситуации.

– Интересно будет! Ну, кто первый начнет?

– Давай я, у меня как раз есть одна задумка.

Марина залезла под простынь, а Альбина села на подушку перед «сценой». Марина прихватила с собой только куклу из пряжи.

И представление началось!

Представление оказалось немым, то есть без слов. Сначала ночник был перенесен в левый верхний угол, и лампочка стала походить на солнце. На переднем плане появилась собака, по ее улыбке было видно, что она радостная и веселая.

Тут на солнце опустился синий колпак. Ночь. Неожиданно у собаки искривилась улыбка, и появились клыки, она начала тянуться к холодному свету. Именно солнечный свет оказался обманчив, потому что под теплой шерстью собаки скрывался холодный и свирепый волк. Свирепый потому, что одинокий. Когда на солнце опускался красный колпак, волк словно свирепел и переставал быть спокойным. Но вдруг среди красного света появился чей–то силуэт. Это была девушка. Она приближалась к волку все ближе, и постепенно алый цвет уступил место синему. Вновь спустилась ночь на землю, но она уже не была такой холодной и кровожадной, потому что одинокому волку нашлась хозяйка.

– Ну, как тебе? – спросила Марина, выглянув из-под шатра, и увидела. Увидела то, чего не думала увидеть. У девочки блестели от слез глаза!

– Ты чего? – Марина подползла чуть ближе.

– Это трогательно! Думаю, теперь волк может быть самим собой рядом с этой девушкой.

– Неужели ты поняла?

– Да, такая тема мне очень близка.

– Как тебя понять?

– Ну, я поняла для себя так: для солнца это животное – ласковый и веселый пес. Для Луны он холодный волк–одиночка, скиталец. А в тяжелые времена он кровожаден и готов на все ради наживы. И лишь эта девушка стала для него единственным существом, которому он смог довериться и показать себя настоящего. А он – настоящий оказался спокойным волком–защитником при Луне. И ради своей любви, в лице девушки, он готов на все…

– Проницательно, – сказала вслух свои мысли Клевер, и Марина повторила за ней. – Черт! Это уже начинает надоедать! – нервно улыбнулась Ботаник.

– Что-то все-таки есть в этой Альбине, – улыбнулась Ветер. – Велик, как думаешь?

– Не знаю, – сказала она и отвернулась от экрана. – Время покажет.

Она дошла до дивана и упала на него, не обращая внимания на остальных.

– Что, до сих пор не можешь отойти от того заезда? – усмехнулась Клевер, но Велосипедисту было тяжело отвечать. Поэтому она просто промычала:

– Угу.

В конце беседы Марина узнала, что Альбина будет учиться в первой школе, во втором классе.

Часть 4 Глава 2

Глава вторая

2 сентября 2025г. Вторник

В классе была тишина и спокойствие, одна половина просто сидела и занималась своими делами, а другая весело беседовала вокруг одной парты. То и дело от этой шумной компании доносились какие–то возгласы и смешки. Марина тоже какое-то время смеялась, но потом обратила внимание на других ребят.

– А почему они такие хмурые сидят? – спросила она у товарищей.

– А ты что, не заметила? – удивилась Злата. – Да весь класс разделился на две половины.

– И как это понимать? – после того, как ребята услышали этот вопрос, они переглянулись между собой.

Первой заговорила Женя:

– Помнишь, ты говорила нам о том, что мы друзья и товарищи? Что нужно ценить эту дружбу и держаться друг за друга. Мы это понимаем, – Женя развела руками и показала на всех, кто сидел рядом. – А остальные ребята, это те, с кем мы пытаемся поговорить и подружиться, но они настаивают на своем. Они говорят, будто ты навязала нам свою идею дружбы, а настоящую дружбу им показывает Лиза.

– Вот оно как.

– Да, мы и с Лизой пытаемся поговорить, но ничего не выходит.

Рядом с комнатой стояла Кисточка.

– Нужно принять жесткие меры! – воскликнула она.

– Какие? – хмыкнула Клевер, она играла в карты с Перчаткой. – В драку полезть?

– А хотя бы и в драку! – Кисточка встала в позу: «руки в боки».

Тут Боксер, держа веер карт в левой руке, указательным пальцем нацелилась на Художницу и сказала:

– Учти, я вместо тебя драться не буду. Мне это не надо.

– Почему вместо меня? – Кисточка подняла брови и сделала изумленный вид. – За Марину, хотя бы.

– Вот если Марина что-то натворит, это одно дело. Мы у нее вместо разума и сердца! – Перчатка вернулась к игре, посмотрела на подкинутую карту и на свой веер. – Хотя у тебя своя голова на плечах есть.

– Ну и пожалуйста! – Кисточка снова повернулась к экрану и заметила, что Марина смотрит на одну девочку, которая ходит в параллельный кружок рисования.

Она часто видела ее, потому что их кабинеты находятся рядом. Тут к Художнице подошла Гулена.

– Не переживай, – сказала она. – Я помогу.

В этот момент Клевер рассмеялась во всю глотку. Даже Велосипедист, крепко задремавшая на диване, вздрогнула от такого хохота.

– Что, вместо нее в драку полезешь?!

– Говори, что придумала.

Лицо Кисточки озарилось улыбкой. Она осторожно подошла к комнате, присела на корточки и тихо шепнула:

– Дигура.

Из тени выглянул парень с полу короткой стрижкой. На нем были сандалии, водолазка с рукавами и бриджи. Почти такой же комплект, как и у самой Кисточки, только она чаще всего ходила босиком или в балетках.

– Пропусти, пожалуйста, – парень повернул голову в сторону экрана, тяжело вздохнул и кивнул в знак согласия.

Тогда Художница на цыпочках подбежала к экрану и прикоснулась к нему.

– А она лишь рисованием увлекается? – спросила Кисточка у друзей, кивнув головой в левую сторону.

– Кто, Света? – Женя удивилась вопросу. – Ну, ей еще музыка нравится, но песни ей не интересны.

– Почему это? – удивился уже Артем, который сидел рядом.

– Она говорит, – продолжила Злата, – что у певцов лишь одно предназначение – портить музыку.

– А она никогда не думала, что певец может своим голосом украсить музыку? – подозрительно посмотрела Кисточка на Свету.

– Не знаю даже! – вмешался в разговор Леша. Теперь ему тоже было интересней общаться с дружной компанией, чем с одним или двумя ребятами. – Я один раз подошел к ней и спросил, почему она не общается с другими, а она мне ответила…

Тут почему–то Лешка не захотел продолжать.

– Ты не переживай, я не обижусь! – Кисточка улыбнулась улыбкой Марины, и Леша не смог устоять.

- «Если тебя подослала Марина, то скажи ей, что я своих принципов не предам, и буду дружить только с Лизой!» Вот что она сказала…

Кисточка задумалась.

– Да уж, ну и принципы. Ладно, разберемся! – она встала и целенаправленно пошла к Свете.

Эта девочка постоянно заплетает две косички и носит темные очки вместо ободка. Носик у нее с небольшой горбинкой, а глаза слегка прищуренные. Иногда, кажется, будто у нее либо плохое зрение, и она это скрывает, или же любой свет для нее убийственно ярок! Тем не менее, солнцезащитные очки всегда при ней. Что еще интересно, так это волосы. Сами по себе они русые, но в правой косичке всегда видны две выделяющиеся пряди, розовая и зеленая. И такие яркие! Кислотный цвет, даже глаза режет! Светлана всегда носит с собой наушники и слушает только музыку. Преимущественно классическую. Больше всего ей нравится Вивальди – Времена Года. А еще саундтреки из некоторых фильмов. Больше всего ей пришлась по душе музыка из фильма AVATAR, композитор - JamesHorner. Но песню она даже слушать не пыталась, из принципа.

Как раз сейчас композиция этого автора играла у нее в наушниках. Кисточка быстро подошла к Свете и молниеносно, но аккуратно, вытащила у нее наушник из правого уха.

– О! – успела воскликнуть Кисточка. – Iseeyou? Но почему только музыка?

Девочка поспешно вернула наушник на место, предварительно убавив звук, чтобы больше таких неожиданностей не происходило.

– Песня тоже совсем не плохая! Исполнительница постаралась на славу!

Света обратила свой прищуренный взгляд на Художницу.

– Тебе–то какое дело до того, что я слушаю? – Кисточка заметила, что у ее одноклассницы потрясающая дикция.

Кисточка ласково взглянула на одноклассницу.

– Я знаю, что музыка творит чудеса, но песня тоже может действовать на человека, – Кисточка решила попробовать провокацию, Света молчала. – Ты что, не веришь мне?

– С чего бы мне верить твоим словам? – проворчала Света.

– А тебе нужно доказать делом? – Этого она и добивалась!

– …Если сможешь.

– Если смогу? – Художница начала наводить девочку на мысль о пари.

– Если сможешь, я начну ценить песни и стану…твоим другом.

– Последнее необязательно. Это по твоему усмотрению. Ведь дружба завязывается не на спорах, а на обоюдном согласии.

В этот момент Света была готова согласиться с Мариной, несмотря на свои принципы.

– Но если у тебя это не выйдет, ты больше ко мне не подойдешь!

– Договорились! – сказала Кисточка и вышла из комнаты. У входа она обратилась к Празднику. – Дальше дело за тобой.

– Не беспокойся, подруга, – сказала она с ухмылкой. – Мне как раз задание дали – найти иностранную песню для пробы.

– Видишь?! – воскликнула Художница. – И искать не пришлось!

Тем временем Клевер и Перчатка продолжали свою партию.

– Ладно, хоть без драки обошлось, – ровным тоном сказала Боксер, кидая новую карту.

– Ну, не знаю, – сказала задумчиво Клевер и обратилась к Велосипедисту. Она лежала за ее спиной на диване, прикрыв лицо кепкой. – А ты что скажешь, подруга дней моих суровых?

– На первый взгляд дорога кажется ровной, но начав ехать по ней, ты встретишь много кочек, – ответил сонный голос Велосипедиста.

– Вот и я о том же, – Ботаник подкинула пиковую даму Боксеру.

Она крикнула отошедшим девочкам:

– Не всегда все идет гладко! Эй! Вы слышали, что сказал наш оракул?!

– Пусть этот оракул сначала отоспится хорошенько после своих заездов! – крикнула в ответ Гулена.

– Да, – согласилась Клевер и повернулась боком к Велику. – Ты отдыхай, не трать силы.

Часть 4 Глава 3

Глава третья

2 июня 2025г. Понедельник

– Поехали!..

Первые тридцать метров шесть велосипедов шли в колесо друг другу. Но, пройдя это расстояние, пара велосипедистов все же вырвалась в лидеры, когда остальные поехали в том же темпе. Это была девушка с короткой стрижкой и один из парней. Все три парня оказались похожи, как три капли воды. Близнецы! Абсолютно неразличимы!

– А почему ты взял эту маленькую девочку? – спросил у тренера старик с лысиной. – Она ведь еще маленькая.

– Ну, знаешь, соблазн был велик, – усмехнулся тренер, он вел машину и следил за дорогой. – Она развила скорость в сорок километров в час за один круг, и продолжила наращивать эту скорость.

– Но это ведь средняя скорость велосипеда.

– Велосипеда, который ведет подросток или взрослый человек, не забывайте это, многоуважаемый друг.

– Неужели это каденс? – удивился старик.

– Возможно. Частота была просто невообразимой.

– Простите! – подал голос человек с заднего сидения мини–газели. – Я не очень хорошо разбираюсь в таких вещах. Что такое каденс?

– Каденс – это как частота педалирования. По-другому это всегда называют как количество оборотов педали в минуту.

– Понятно, спасибо большое! – человек, мало что понимающий в велоспорте, оказался ни кем иным, как Андреем Владимировичем Юниковским, отцом матери Марины. Или, как вы уже поняли, дедушкой Марины. Ему дали задание – написать статью о том, каким интересным видом спорта могут увлекаться дети. Тут–то он и вспомнил про то, что скоро Марина участвует в небольшом заезде. Грех не понаблюдать. Только Марина об этом ничего не знает.

Те велосипедисты, что вырвались вперед, благополучно преодолели равнину.

– Так, – протянул тренер. – Спринтеры нашлись.

Старик взял карандаш и медленно написал имена тех, кто вышел вперед.

– Значит, Анна и Оскар – спринтеры.

– Простите, – снова скромно обратился Андрей Владимирович к знатокам. – Кто такие спринтеры?

На этот раз ответил старик:

– Это велосипедисты, которые специализируются на ровных участках дорог. Также есть горняки, специализирующиеся на подъемах. В основном они ведут свою команду за собой в гору. Самые выносливые спортсмены выходят последними на финиш.

– Ну, тут как раз, думаю, собралась интересная команда! – воскликнул тренер. – Всех шестерых я приметил прошлым летом, и весьма удивился их составу.

– Как вас понять? – Андрей недоумевал.

– Команда тут собралась средняя для профессионалов…

После этих слов Андрей Владимирович выпрямился и подвинулся ближе:

– Учтите, сейчас речь идет и о моей внучке тоже, поэтому выбирайте выражения, пожалуйста.

Тренер сглотнул слюну и продолжил.

– Вы не перебивайте меня на половине слова, уважаемый Андрей Владимирович. Может, до абсолютных профессионалов им не хватает опыта, но для любителей они уже хороши. Поэтому с ними нужно только поработать немного, и все получится. Одно я знаю сейчас точно, – Андрей Владимирович сел на свое место, и тренер вздохнул с облегчением. – На каждом из трех отрезков ребята будут выходить в таком количестве: не превышая двух. И каждый раз они будут финишировать вместе. В этом я уверен!

Если произойдет именно так, то у тренера появится сбалансированная команда.

Велосипедист не знает этих ребят, и видит их впервые, но она сразу же определила, что девочки знают друг друга очень хорошо. Но между собой мальчики с девочками не знакомы. Это показал заезд. Как только велосипеды разогнались до нужной скорости, мальчишки сразу пропустили последнего вперед, а девушка с длинными волосами слегка подтолкнула свою подругу. В таких ситуациях многое можно узнать, если ты понимаешь, как это делать.

Велосипедист никогда не чувствовала себя так хорошо. Она решила вложить в этот заезд всю свою душу и сердце.

Когда ровный отрезок закончился, спринтеры вернулись на свое место, и вперед выехала другая пара.

– А вот и горняки! – воодушевленно произнес тренер.

Старик снова принялся выводить буквы.

– Так, это у нас Леля и Богдан. Горняки, значит.

Мальчишки сразу выстроились в ряд, а Леля переглянулась с Анной и крикнула назад.

– Марина, держись за нами!

Велосипедист долго рассуждать не стала, она сразу пристроила свое переднее колесо к колонне и слегка пригнулась, чтобы уменьшить сопротивление. Подъем на этой дороге около километра, не меньше. Леля и Богдан начали тянуть за собой свои колонны.

Каждая группа действует слаженно и синхронно, словно занимается этим всю жизнь. Что удивило тренера и остальных пассажиров мини–газели, так это скорость велосипедистов, она не падает!

Высокая скорость держится на одной отметке с начала старта.

Когда подъем закончился, Леля и Богдан отправились в конец колонны, а тем временем последняя пара готовилась финишировать на полной скорости.

– Ты как, – спросила Анна. – На чем специализируешься?

– Если честно, у меня нет определенной специализации, – девушки изумленно переглянулись. – Не волнуйтесь, я могу финишировать.

Они проехали примерно половину пути, и Анна с Оскаром пропустили последнюю пару вперед, слегка подтолкнув их. Неожиданно быстро они вырвались вперед, словно рванули скоростной рычаг, как на гоночных машинах.

Еще немного, и будет видна финишная черта.

– Ну, ничего себе! – удивился тренер. – Они сэкономили столько сил. Удивительно! А они молодцы, да?

Тренер посмотрел на старика и попытался увидеть лицо Андрея Владимировича, но тот, услышав его слова, сразу принялся их записывать, и фотографировать финиширующих. А старик медленно потянулся пальцами за карандашом и написал последнюю строчку печатными буквами: Марина, Станислав – финиширующие велосипедисты.

Пара вместе преодолела последние метры, и победителя определить не смогли, но это с самого начала было неважно. Главное, тренер определился с составами команд.

– Решено! – сказал он, вылезая из машины. – Все вы шестеро будете участниками одной смешанной команды!

Ребята немного улыбнулись и пожали друг другу руки. Пока они медленно спускались обратно, познакомились ближе. Девушки узнали, что все три мальчика – близнецы, а мальчики узнали, на свое удивление, что подружки Леля и Аня давно занимаются велоспортом вместе, а Марина их впервые в жизни видит.

– Но вы так слажено ехали, – сказал Оскар. – Нам показалось, будто вы знакомы уже давно.

– Я просто быстро привыкаю, - улыбнулась Велик.

После этого заезда Велосипедист была как выжитый лимон. Она сразу же повалилась на диван Клевера.

– Это мое место, чтобы отлынивать от дел, – сказала тогда Клевер и постучала по ножке дивана.

– Одолжи на недельку, – успела только тихо сказать Велик, и сразу же заснула.

Но это еще полбеды…

9 июня 2025г. Понедельник

Нужно было тренеру в следующую же неделю организовать новые соревнования! На это возмутились не только родители Марины, но и сами души. Они смотрели на Велосипедиста, что ходила по пустоте маленькими шажками, словно бабушка, и даже не представляли, что может произойти во время заезда.

– Может, откажешься, Велик? – умоляла Ветер.

– Правда, ты всю себя в эти заезды вкладываешь, – возмутилась Праздник. – А души тоже могут уставать, и им также иногда необходимо давать отдых.

– Не переживайте, я уже отдохнула.

Велик пыталась успокоить своих товарищей, но те настаивали на своем. Тогда она решила рискнуть и пробиться к комнате силой. Когда ее хотели уложить на диван, она резко тряхнула руками, и перепрыгнула своих друзей. Оказавшись внутри комнаты, она удивилась, что за ней никто не вошел. Оказалось, вход держала девушка с хвостом.

– Беги, давай! – сказала она серьезным тоном. – Набирайся сил, крутя педали на трассе, а не лежа на диване.

Велосипедист улыбнулась ей в ответ и прикоснулась к экрану.

Хорошо, что для заезда дали специально велосипеды, принадлежащие средней лиге велосипедистов. А иначе силы были бы неравны.

– Итак, сегодня мы проводим заезд между двумя смешанными командами. Как видите, едете вы сегодня по той же трассе, на которой проводились первые испытания. Сегодня мы с моим коллегой, которого вы видели раньше, будем решать, какая команда отправится на соревнования между городами. Запомните правила: как вы уже знаете, трасса разделена на три отрезка. За победу на первых двух отрезках вы можете получить по одному очку, но за финиш можно заработать два очка. Кто в конце заезда получит больше очков, тот и отправится на соревнования. Итак, приготовились, на старт, внимание, поехали!

Старт оказался не таким как неделю назад. Если в прошлый раз они сначала метров тридцать разгонялись, то в этот раз сразу рванули! К тому же, в каждой команде одинаково шесть человек, при этом по три мальчика и девочки.

Построение у команды противника немного отличалось. В уже знакомой нам команде ребята разбились на пары. Анна с Оскаром, Леля уже ехала рядом с Богданом, а Велосипедист со Станиславом.

В другой же команде спринтеры обе девушки, а горняки оба мальчишки, и только замыкающая пара составляет мальчика и девочку.

К тому же, у той команды есть преимущество в опыте и возрасте, но юных велосипедистов это мало пугало. Вот Анна и Оскар отрываются от общей массы и начинают соревнование с командой противника. Две девушки едут синхронно, колесо в колесо, в то время как Оскар заслоняет собой Анну. Через какое-то время они меняются. Девушки едут так слаженно и быстро! В другой ситуации их вряд ли бы кто-либо догнал.

Оскар очень удивился, когда одна из девушек преградила им дорогу, а вторая вырвалась вперед.

Это и была стратегия команды!

Девушка держала их до последнего, тогда Анна и Оскар сделали попытку разъехаться в разные стороны. Это сработало, но слишком поздно. Их сопернице оставались до финишной черты считанные метры. И сколько бы ни старалась наша пара, она на несколько секунд опоздала.

Следующей паре нужно обязательно вырваться вперед. Если после они проиграют и третий заезд, выйдут из игры. А победят, уйдут в ничью, и придется переигрывать. Лучшим вариантом будет выиграть сейчас и на финише.

Богдан и Леля поехали вперед, а Оскар с Анной вернулись в конец, теперь весь строй вела за собой Велосипедист.

Подъемы Велику даются не так хорошо, как равнины или финишные прямые. Она не знала, как помочь своим товарищам, которые едва поспевают за своими соперниками. Тогда Велосипедист решила пойти на крайность – пожертвовать своей сэкономленной силой. Она решила рискнуть поменяться с Лелей.

– Леля! – крикнула Велосипедист. – Поведи колонну, а я займу твое место.

– С чего это? – возмутилась Леля.

– Ты горняк, сможешь повести за собой команду!

Леля кивнула и поменялась местами с Велосипедистом. Когда она оказалась рядом с Богданом, начала его немного подталкивать правой рукой.

– Я буду помогать вместо Лели, а ты должен финишировать! – она посмотрела на него сине–зелеными глазами Марины, и Богдан увидел в этих глазах какой–то алый огонек, словно это был алый рассвет над морем.

Он сразу понял, что девочка вкладывает всю душу в этот заезд, поэтому надавил на педали со всей своей силы.

– О! – удивился тренер. – Богдан поднял каденс.

Старик что–то чиркнул в своем блокноте.

Через некоторое время ребята увидели ту часть дороги, где заканчивается подъем. В последние секунды Богдан вырвался вперед!

– Отлично! Сровнялись! – закричал кто–то из команды.

Когда Богдан возвращался обратно в строй, Велосипедист сказала:

– Пусть Станислав едет сюда, финишировать будет он.

Богдан кивнул и начал сбавлять темп. Буквально через несколько секунд позади Велосипедиста уже ехал Станислав.

– Веди, Марина! – решительно сказал он.

Тогда Марина улыбнулась и прибавила свой темп на столько, насколько было возможно. Безымянный – поразительный город! И с каждым новым товарищем и знакомым убеждаешься в этом все больше.

Обе команды идут вровень. И вот, когда виден финиш, Велосипедист толкает Станислава изо всех сил. В итоге он оказался впереди на полколеса.

– Отлично! – крикнул тренер. – Теперь мы знаем, кто будет участвовать в соревнованиях!

Казалось бы, можно ведь отдохнуть хорошенько перед соревнованиями, но все было бы проще, если бы они были через месяц, а это через три дня!

Когда Велик отошла от экрана и приблизилась к выходу, увидела, что рядом сидит Тсайк. Она опущенным взглядом будто наблюдала за тем, что происходит за стенами комнаты. Тогда Велосипедист насторожилась. Непривычная тишина.

Она пригляделась к проходу, и заметила чью-то ногу. Прямо за стенами стоят ее товарищи и караулят выход. Наверняка для того, чтобы крепко обнять и больше не отпускать…ближайший месяц. Конечно, они переживали.

Велик подошла вплотную к выходу, и товарищи приготовились нападать. Но произошло кое–что непредвиденное. Настолько непредвиденное, что даже девушка в комнате не ожидала.

Велик немного подумала перед дверным проемом, а потом наклонилась к девушке и спросила:

– Слушай, можно я останусь здесь дня на три?

–…

– Не соглашайся! – шептали души за стеной.

– Оставайся, – тут же ответила она.

Велосипедист тихо сидела возле другой стены дверного проема. Клевер заглянула внутрь и увидела, как Велик клюет носом.

– Тсайк, – позвала она ту, что сидела за стеной перед ней.

– Что? – ответил равнодушный голос.

– Вы что, ни разу не заговорили?

– Зачем?

– Может, она твое имя спросит или развеселится немного!

– Отстань от человека! – ответила уже не она.

Это был парень.

– Косой, ты что ли? – хихикнула Клевер.

Дигура спросил с ухмылкой на лице:

– А почему Косой?

Клевер немного смутилась, обычно на нее за такие клички сразу кричат.

– Ну, потому что постригли тебя косо. Сзади коротко, а спереди длинней.

– Понятно…

– А ты от кого сказал отстать? – поинтересовалась Клевер.

– От души, которая здесь спряталась. Она устала, и лучше ей поспать. Сейчас огонек ничего не слышит, потому что засыпает, но, все-таки, будь тише и терпеливей.

Клевер немного помолчала.

– Ладно. Позаботьтесь о ней.

Ботаник сказала это без какого-либо гнева или уныния.

На протяжении трех дней Велосипедист…спала. Только изредка она открывала глаза, чтобы увидеть, как сторожа меняются возле входа. Сначала девушку с хвостом сменил парень, которого Клевер обозвала Косым. После на его смену пришла девушка с косичкой, они с Перчаткой стали очень похожи. Затем ее сменила почти точная копия Клевера, девушка с распущенными волосами. В день соревнований Велик увидела парня с волосами, постриженными чуть выше плеч и с челкой.

– Удачи, – сказал он, садясь на место девушки.

Про соревнования сказать нечего, если честно. Потому что Велик там истратила все свои последние силы. Они приехали туда на газели, разделили первое место с командой соседнего города и вернулись тем же ходом. Веселые, но измученные и уставшие.

На соревнованиях один человек подпортил им настроение. Тренер второй выигравшей команды забраковал спринтера Оскара. Сказал, что он никуда не годится. И будет лучше, если команда избавится от него. Оскар был готов сорваться, но его остановила Марина. Велосипедист к этому времени уже «ушла». Ее вытащила девушка с парнем, которые дежурили у входа по четвергам и пятницам, и передали из рук в руки Перчатке и Клеверу. Те быстренько положили друга на диван и стали ждать его пробуждения.

А Марина удержала порыв кулаков Оскара, и все закончилось мирно. Теперь тренер приказал своей команде отдыхать до следующего сезона. И Велосипедист выполняет указания тренера, а ее друзья усердно следят за качеством.

Часть 4 Глава 4

Глава четвертая

3 сентября 2025г. Среда

Валентин стал немного реже появляться в клубе бокса, однако он не перестает заниматься и тренировать других.

Сегодня он решил помочь Перчатке, а Ева Сергеевна тем временем сидела на лавочке и внимательно наблюдала за Валентином. Она, наверное, даже не заметила, как полюбила этого большого и веселого задиру.

После тренировки за Перчаткой приехали родители и забрали домой. Дома почему–то все были радостные, но молчаливые. Один Павел и Марина не понимали, что происходит. Вечером с работы пришла Клара, подбежала к брату и смачно поцеловала его в щеку.

– Что, Пашка, счастливый теперь ходишь! – Паша был растерян, но не от счастья, как думала его сестра, а от недопонимания.

– В смысле?

– Не надо скрывать от меня, что у тебя дочка! – сказала она хитрым взглядом.

– Сестричка, если ты не заметила, у меня уже почти десять лет дочка. И ты ей крестная уже, – едва не сорвался Павел. – О чем же ты сейчас говоришь?

– Да как же! Мама сегодня звонила, сказала, что у тебя пополнение в семействе будет скоро!..

– …Да ладно!..

Павел был немножко в шоке. Он посмотрел на Клару большими глазами, затем опомнился и побежал на второй этаж. Перчатка осталась внизу, все еще не веря новостям.

– Тетя, – спросила она. – Правда? У меня сестра будет, это правда?

– Родители сказали, - пожала плечами Клара.

Перчатка вышла из комнаты, а Марина вдруг заплакала. Паша вбежал в спальню, где Маша разговаривала с матерями. Он подбежал к жене и крепко обнял ее.

– Что же ты мне сразу не сказала? – едва не плача спросил он.

– Боялась.

– Чего боялась, дурочка! – снова воскликнул Павел. – Любви чрезмерной?

Маша заплакала вместе с ним. И правда, почему она подумала, что ее муж не примет второго ребенка? Сейчас ей эта мысль показалась такой глупой.

– Что, счастлива? – засмеялась Клевер. – Все, жди сестру и прощайся с беззаботной жизнью! Привет, ответственность!

– Да хоть так! – махнула рукой Боксер. – Зато на всю жизнь хорошая подруга вырастет!

Часть 4 Глава 5

Глава пятая

22 сентября 2025г. Понедельник

– Спит? – спросила шепотом Гулена.

– Спит, – ответили ей друзья.

– Ладно, тогда я пошла. Потом отгуляет.

Праздник вошла в комнату и положила руку на тонкую гладь экрана. Сначала она колебалась; разве можно без разрешения заходить в комнату в чужой день недели. Но Лента, Ветер и Кисточка уговорили ее пойти на это, мол, для того, чтобы она потом в очередной понедельник на соревнования не побежала.

Родители подвезли дочку до театра, а сами направились в больницу. В Главную городскую больницу, где когда–то появилась на свет Марина. Праздник вошла в театр и увидела Лизу, она направлялась в глубину театра, где была лестница, ведущая к кабинетам для занятий. Гулена хотела ее окликнуть, но охранник остановил девочку.

– Милая моя, тише, пожалуйста, – сказал охранник.

Девочка посмотрела на него с удивлением.

– Вы принесли текст песни?

– Да, а где Сергей Львович? – Праздник слегка приподняла правую руку с листами и оглянулась на лестницу.

– Он там же, где и всегда. Попрошу вас в следующий раз не поднимать шума, – сказал охранник, когда они поднимались по винтовой лестнице. – Комната звукозаписи, в которой вы занимаетесь с Сергеем Львовичем, со звукоизоляцией. Но в театре слишком хорошее эхо, и вас могут рассекретить.

– А почему это место настолько тайное? – прошептала Праздник.

– Потому что ее Сергей Львович обустроил специально для своих уроков, чтобы преподавать ученикам стиль «Всех времен».

– Тот стиль, которым поет сам Сергей Львович?

– Да, именно так. Но все же истинная причина постройки этой комнаты окутана тайной. Не только для меня, но и для всех рабочих и посетителей.

Они вошли в комнату звукозаписи.

– Ну, наконец-то! – воскликнул Сергей Львович полушепотом. – Закрывайте скорее дверь! Итак, какую ты выбрала песню?

Праздник подала листы с песней.

– Хм, интересно, очень даже интересно. А ты не думаешь, что она для тебя будет сложная? – насторожился Сергей Львович.

– Что вы! Я ведь хочу научиться петь, поэтому не буду искать легких путей!

– Отлично! – воскликнул учитель. – Тогда ты не откажешься и от моего варианта.

Он протянул свой листок бумаги с текстом. Праздник пробежала по нему глазами.

– Неужели это...

– О! Да! – протянул Сергей Львович.

Несмотря на свои пустые глаза, он все же улыбался ими.

– Ну, что? Мы не ищем легких путей? – тут Праздник произвольно повторила за своим учителем.

– О! Да!

На Новый год в первой школе должен состояться концерт, на который будут приглашены не только родители учеников, но и семьи учителей, а также гости из других школ и городов. В общем, все желающие! К этому-то выступлению и будет готовиться Гулена вместе с Мариной.

28 декабря 2025г. Воскресение

Наконец! Долгожданный день выступления настал!

Машина Юниковых подъехала к школе, и Марина заметила знакомый автомобиль возле ворот. Именно эту машину она всегда видела рядом с театром, когда ее привозили на занятия.

– Неужели, это Сергей Львович? – спросила Гулена сама себя, находясь рядом с комнатой. – Он что, тоже на концерт?

Марине предстоит спеть сразу несколько песен. Для нее это станет настоящим испытанием.

Гулена находит в толпе одноклассников Светлану.

– Света, готова слушать? – спросила праздник одноклассницу.

– А ты готова петь? – спросила она в ответ.

– Ну, – шутя, надулась Гулена. – К чему вся эта хмурость? Сейчас мы ее разгоним!

Она похлопала Свету по плечу и побежала за кулисы. Там она и встретила Сергея Львовича.

Вот близится время выступления.

– Помни, – говорил Сергей Львович, пока Маша поправляла своей дочке волнистые от косичек волосы, – ты должна петь от сердца, от души. От всей своей широкой души! Ты не какой-то поп идол, чтобы размахивать на сцене руками и делать непонятные движения для развлечения толпы. Не задумывайся над этим. У меня была ученица, которая решила эту проблему, но как, я тебе не скажу, а иначе ты будешь думать лишь об этом! Найди свое решение.

– Кстати, – вдруг обратилась Мария к Сергею Львовичу. – А в следующем году будет проходить фестиваль музыки?

– Разумеется, следующий фестиваль состоится, как и все прошлогодние!

– Может, повезет, и наша Марина попадет в список участников! – воскликнула возбужденно Маша.

– Возможно, она попадет туда, как новичок исполнитель. Иногда попадаются такие новички, которые после становятся профессиональными исполнителями. А кто–то может спеть так, что захватит публику, но больше не появится среди певцов. Бывает и так, да! – воскликнул Сергей Львович в конце, когда увидел две пары удивленных глаз.

– А сейчас выступает Марина Юниковская! Встречайте аплодисментами, дорогие друзья! – объявила учительница физики Елена Сергеевна Окинирова.

– Слушай меня, Светлана! – Праздник была настроена решительно.

Она вышла вперед и зазвучала музыка.

– Как же споет эта девочка? – слышала то и дело Света.

– Сейчас и узнаем, – сказала она шепотом.

И вот песня зазвучала…

Iseeyou… Walking through a dream I see you My light in darkness breathing hope of new life Now I live through you and you through me Enchanting I pray in my heart that this dream never ends I see me through your eyes Living through life flying high Your life shines the way into paradise So I offer my life as a sacrifice I live through your love…

–Поразительно, – удивлялись слушатели. – Как оригинал!

–И голос минуса не слышно.

–Почему, – прошептала Света.

You teach me how to see

All that’s beautiful My senses touch your word I never pictured Now I give my hope to you I surrender I pray in my heart that this world never ends

I see me through your eyes Living through life flying high Your love shines the way into paradise So I offer my life I offer my love, for you When my heart was never open (and my spirit never free) To the world that you have shown me But my eyes could not division All the colors of love and of life ever more…

Внутри Светы что-то зашевелилось, затрепетало. Она вспомнила, как смотрела этот фильм в первый раз, и с каким упоением слушала закадровую музыку, но как только фильм закончился, она сразу отошла от экрана и не стала слушать заключительную песню. Тогда она не обращала внимания на героев, на их историю, на любовь, которая там отражена. В те моменты ничто девочку не интересовало, кроме саундтрека. Но сейчас…

Evermore I see me through your eyes Flying high Your love shines the way into paradise So I offer my life as a sacrifice And live through your love And live through your life I see you…

Сейчас она вспомнила все, что было связано с этим фильмом. В тот день ее родители поссорились. Тогда она решила найти какой-нибудь романтический фильм. Все ей рекомендовали именно это кино. Когда Света включила его дома, родители сели вместе на диван, а она уселась на полу. В этот день они помирились, а она еще долго вспоминала тот нежный теплый вечер.

– Спасибо огромное Марине! Сейчас мы сделаем небольшой перерыв, и для вас прозвучит призовая композиция. Вы хотите вновь услышать голос этой маленькой девочки?

– Да! – вся толпа единогласно воскликнула на призыв ведущей.

Праздник отыскала взглядом Светлану и спустилась со сцены.

– Убедила я тебя?

– Это... – Света едва не плакала. – Как ты это сделала?

- Я постаралась! - засмеялась Гулена.

- Можешь мне ее скачать?

– Разумеется! – Праздник достала телефон из бокового кармашка и скачала Свете песню.

– Спасибо тебе огромное.

– Подожди благодарить! – усмехнулась Праздник и положила руку ей на плечо. – Слушай, что будет дальше.

Света смотрела на свой телефон и название песни, как вдруг снова услышала порывы зрителей.

– Это снова та девчушка? Что она делает? – заволновались зрители.

Сергей Львович внимательно следил за девочкой во время выступления и заметил, что она клала свою свободную руку на ногу, прижимая ладонью.

– Вы хотите услышать новую песню?

Толпа вновь загудела, и началась новая песня. На этот раз голос девочки был не такой нежный, женственный и тонкий.

Oh darling, please believe me, I'll never do you no harm; Believe me when I tell you, I'll never do you no harm.

– О! – воскликнула толпа, услышав знакомые слова.

Сергей Львович предложил Марине текст песни группыTheBeatles.

Светлана внимательно наблюдала за Мариной и удивлялась, как ее ровесница на такое способна.

Oh darling, if you leave me, I'll never make it alone; believe me when I beg you, don't ever leave me alone.

When you told me you didn't need me anymore, well, you know I nearly broke down and cried. When you told me you didn't need me anymore, well, you know, I nearly fell down and died.

Oh darling, if you leave me, I'll never make it alone. Believe me when I tell you, I'll never do you no harm.

Believe me, darling.

When you told me you didn't need me anymore, well, you know I nearly broke down and cried. When you told me you didn't need me anymore, well, you know, I nearly fell down and died.

Oh darling, please believe me, I'll never let you down. Oh, believe me, darling. Believe me when I tell you, I'll never do you no harm.

– Продолжай, Марина! – кричал Сергей Львович.

И снова голос девочки претерпел изменения. Она пела на низких нотах, где на высоких, но тихо и спокойно, словно боится перебить звуки музыкальных инструментов, которые ей аккомпанируют.

Yesterday, all my troubles seemed so far away now it looks as though they're here to stay Oh, I believe in yesterday.

С каким упоением слушали взрослые!

Света родилась не в те времена, когда на сцене расцветала группа и ее участники Джон Леннон, Пол Маккартни, Джордж Харрисон и Ринго Старр. Но сейчас она слушала эти песни с большим удовольствием.

Учительница английского языка едва не плакала от восторга.

– Пятерку поставлю! – тихим и веселым голосом шепнула она.

Гулена вышла из комнаты примерно через пять минут после выступления.

– Как вам? – улыбнулась она своим друзьям.

– Думаю, Свете понравилось! – воскликнула Клевер.

– И я так думаю! – выкрикнула Ветер.

– В кой–то веки! – съязвила Клевер в ответ.

– Я тебе сейчас! – Бегунья хотела отвесить Клеверу оплеуху, но та мигом прыгнула на новенький диван пластом.

– А лежачих не бьют! – выкрикнула она.

– Смотри, чтобы и этот диван у тебя не забронировали! – усмехнулась Ветер.

– Я вас умоляю! – она поставила новый диван в ряд с первым, где до сих пор отсыпалась Велик. – Кому это надо? У каждого свое место есть, и вы всем довольны.

– Ну-ну, – Кисточка хитро улыбнулась.

- Что?

В этот момент, словно в подтверждение мыслям Художницы, Праздник медленно подошла к дивану и встала возле его ручки, куда Клевер сложила свои ноги.

– Что такое, Праз…

Послышался удивленный возглас. Праздник упала на диван, чудом не придавив Клевера, которая упала на пол.

– А! Черт! – закричала Клевер на товарища. – Ты что творишь? Меня чуть Кондратий не хватил! – но ответ не последовал. Гулену словно застрелили, и она повалилась без чувств. Все пораженно замерли. Клевер подошла сначала к одному «бездыханному» телу, а затем к другому. – Ребят, а состояния у этих трупов идентичны!

– Не говори «трупы»! – возмутились Лента и Ветер в один голос.

– Ну, в любом случае, они оба опустошены. Одна душа слишком яростно помогала своим товарищам в соревнованиях. Другая слишком задушевно пела для своих слушателей. Что же это такое! Нельзя как-то без крайностей обойтись? А! Я вас спрашиваю, умники! – с последней фразой она слегка растрепала волосы Велосипедиста и пощекотала Гулену за пятку. В ответ они лишь отвернулись от Клевера на другой бок.

– Игнорируем, значит!

Часть 4 Глава 6

Глава шестая

4 июня 2026г. Четверг

Время близится к обеду, а души все еще продолжают наслаждаться выходным и отдыхать от всей суеты, которая касается Марины, и их сущностей. Сейчас Марина ждет, когда придет Альбина, чтобы они вместе отправились на прогулку по лесу.

В конце концов! Город Безымянный славится не только талантливыми людьми, но и своей природой. Хотя бы потому, что ее много. В лесах и на полянах можно найти немало лекарственных растений и ароматных цветов.

…

– Ну, что, кто пойдет будить?

– Тут главное – не прогадать и разбудить самого шумного.

– Отлично, тогда идешь ты!

– Вы уверены, что она мне пощечину во сне не даст? Тем более, я не помню все дословно.

– Не волнуйся, и так сойдет.

– Почему же ты так уверен?

– Потому что они даже этого не помнят. Кто из них был хорошим художником или перспективным юристом, а кто просто, хорошим другом. Они этого не помнят, поэтому можно не переживать.

– Да, ты прав. Тогда я пойду…

…

Тихо и не спеша, из комнаты вышла девушка с распущенными волосами.

«Да ну вас!» - сказала Клевер в тот вечер, когда Праздник завалилась на ее диван.

В итоге, Клевер просто решила создать плед и матрац с подушкой и улечься на пол. Девушка подошла к Ботанику на цыпочках.

На ней были надеты полукеды, джинсовые бриджи выше колен и черная водолазка с горлышком и без рукавов. Она нагнулась над правым ухом клевера и зашептала:

– Я стою посередине большого поля…

Я стою посередине большого поля, а рядом со мной бегает какой–то маленький мальчик и говорит: «Смотри, у меня сережка, как у тебя!». И еще девушка. Она говорит на языке, который я не могу разобрать. Но я е понимаю. Она срывает один цветок и что–то спрашивает меня. «Это Иван-чай, – отвечаю я ей. – Он используется для заварки в чае». Понимает мой язык. Она такая странная, но красивая. Хотелось бы мне походить на нее. Это и есть эталон женщины? Темнеет. Набегают тучи, нам нужно спрятаться где-нибудь. Но куда, куда бежать? Девушка указывает на лес. Я накидываю на ребенка свою легкую куртку, подхватываю его на руки, и мы бежим к лесу. Грянул гром и моросящий дождь превратился в ливень. Мы сидим под одним из деревьев. Ребенок дрожит и стучит зубами от холода. Я беру его на руки, и скоро он согревается. Девушка говорит, что хотела бы быть такой, как я. Она сказала это и прижалась ко мне. Теплая. Такая же теплая, как и этот ребенок…

– Какой там прогноз? – Клевер просыпается и видит, как Марина спрашивает у дедушки Андрея прогноз погоды.

– Обещали дождь, но не знаю, пока на улице достаточно жарко. Можете идти гулять.

Марина побежала к Альбине на улицу, прихватив с собой рюкзак. Они отправились на поляну, что была неподалеку от дома. Прекрасное место! Все дышит свежестью и природным ароматом. Вокруг так много разных цветов, они благоухают, и у каждого свой оттенок. Желтые, красные, фиолетовые!

Клевер подбежала к экрану, едва не упав несколько раз. Она смотрела, чем занимаются девочки.

– Это место кажется знакомым, но это не то, о чем я думаю, – сказала тогда Клевер.

– Странно, – подумала вслух Марина.

– Что случилось, Марина?

– Ощущение такое, будто это уже когда–то происходило со мной... Ладно, пойдем!

Они гуляли по поляне и рассматривали растения. Альбина заметила длинные фиолетовые цветы.

– А ты не знаешь, что это за цветы? – спросила она, улыбаясь.

– Иван–чай, – повторила Марина за Клевером.

– Ничего себе! – воскликнула Клевер и упала на колени, тем самым разбудив своих товарищей.

Марина и Альбина уже подходили к дому, когда пошел дождь. Они забежали под навес на крыльцо и стали наблюдать оттуда за бушующей погодой. Клеверу захотелось подышать свежим воздухом, и никто не стал ее задерживать. Она спокойно вошла в комнату и прикоснулась к экрану. Пока они сидели, Ботаник слегка повернула голову в сторону Альбины и заметила белые шрамы на ее левом плече.

– Что это у тебя? – спросила она, и Альбина сразу же смутилась и постаралась опустить рукава своей кофты ниже, но Ботаник остановила ее. – Не бойся меня так, расскажи.

Тогда Альбина опустила глаза.

– Обещаешь, что никому не расскажешь?

– Конечно, можешь мне поверить. Уже завтра я могу забыть эту беседу, если понадобится.

– Нет, то есть, это твое личное дело! Как хочешь, – засмущалась Альбина. – Я просто боюсь, что твое мнение обо мне может измениться в худшую сторону.

– Поверь, для меня ты останешься такой же сестрой, даже спустя много лет…

– Тогда, – она набрала воздух в легкие и начала рассказ. – У нас в соседях был один парнишка, который частенько связывался с плохими компаниями. Эти события произошли не так уж и давно, но после них семья сразу переехала. Вот он начал общаться с очередной группой ребят. Я очень хорошо знала того парнишку и всегда желала для него только лучшего, и он это знал. У его новых друзей появилась такая мода: настоящие пожизненные татуировки. Они вырезали их бритвами, ножами, при этом не просто раскладными могли это делать, но и бумажными, канцелярскими. Некоторые брали ножи не подточенные, чтобы они зацепляли кожу и делали неровные шрамы. И его они это сделать заставили. Хотя, скорее всего, это он мнетак сказал, а на самом деле его никто и не принуждал. Такой он человек. Он сначала делает, а потом думает о последствиях. Когда его мама увидела эти шрамы, она сразу закатила истерику. Тогда он сказал ей, что многие сейчас так делают. Она попросила привести ему хотя бы одного такого человека. Естественно, из его группировки никто не захотел подставляться.

Клевер и остальные души почувствовали, как внутри них начало что-то меняться по отношению к Альбине. Но это было не отвращение или ужас. Нет. Совсем не так. Это было что–то другое.

– В тот же день он пришел плакаться ко мне домой. Он часто так приходил, чтобы поговорить или с какой-нибудь просьбой. Вот и на этот раз он попросил меня сделать то же, что и он. И я вырезала на плече английскую букву P. Чтобы она хоть что-то значила.

– И как, прокатило? – Альбина посмотрела на Клевера с ужасом и удивлением.

Она и подумать не могла, что ее сестра, пускай, и четвероюродная, так внимательно ее слушала и вникла во весь смысл сказанного. Она начала сразу перебирать все возможные мысли, которые могли прийти в этот момент в голову ее собеседнице. Но, так и не придя к окончательному выводу, она решила ответить на вопрос.

– Да, его мама тогда посмотрела, как на врага народа, как бы говоря: неужели такое вообще возможно? Она считала меня хорошей девочкой и все такое…

– Что значит эта буква?

– Pain. Боль, боль, которую причинил мне друг…

– И как ты себя теперь чувствуешь? – Альбина снова испуганно посмотрела на Клевера.

– А что я.

– Разве тебе не больно, что тебя так использовали?

– Он меня не использовал. Я верю, что это дружба.

– Тс! – вдруг шикнула Клевер.

Дождь даровал телу новые силы для жизни. Он стал бальзамом для души. Тяжелые капли падали на крышу, скатывались к навесу над крыльцом и разбивались о землю. Их брызги задевали ноги девочек, которые сидели под навесом на корточках. Клевер вздохнула по привычке.

– Кое–кто сказал однажды, что дружба не может закончиться без обоюдного согласия. Но я бы дополнила эту фразу одним уточнением. Да, из–за одного человека дружба не может закончиться, но начать эту дружбу тоже могут только двое.

Альбина встрепенулась и посмотрела на Клевера. Она почувствовала, что что–то изменилось в сестре. Будто это говорила вовсе не она, а какой–то другой человек. Человек, который гораздо старше нее самой.

– И я знаю точно, что хороший друг никогда бы не попросил такого! Пусть даже он и в затруднительном положении, все одно, друг бы не стал перекладывать ответственность на своего товарища.

Девочка смотрела на Клевера, на ее глаза и заметила зеленый огонек в глазах, какого раньше не видела. Хотя они уже не в первый раз так встречаются и общаются наедине. Но впервые Альбина раскрыла кому–то свою душу. Обычно она не могла этого сделать ни маме, ни отцу, ни какому–либо другому родственнику. И вот, в одно мгновение, что–то заставило ее раскрыть все то, что когда–то произошло с ней.

Часть 4 Глава 7

Глава седьмая

Неожиданно для обеих девочек на крыльцо выбежал растерянный Паша. Павлом его не назовешь, потому что в этот момент он больше смахивал на ребенка.

– Ты чего, папа? – сказала Клевер, и Альбина снова настороженно взглянула на сестру.

– Мама рожает…

– Ух, ты ж! – подскочила Клевер и побежала домой.

Когда Альбина догнала ее, то снова посмотрела Марине в глаза. Клевер уже вышла из комнаты, и Альбина заметила, что что-то вновь изменилось. Они все вместе приехали в больницу и стали ждать…

Альбина не сводила глаз с Марины.

– Может, показалось, – подумала она.

Сейчас Марина такая же спокойная, немного взволнованная конечно. Но это совсем не то, что было раньше. У девочки такие же глаза, как и раньше. Только того блеска в них больше невидно.

Примерно через час из кабинета вышел врач и оповестил:

– Девочка!

Вся семья запрыгала на месте от восторга. Перчатка смотрела на экран так, будто вот–вот сорвется с места и начнет бегать по всей пустоте. Клевер обратила внимание на ее поведение.

– Ты хочешь посмотреть? – спросила она у Боксера, и та посмотрела на нее блестящими глазами.

– Серьезно, можно? – спросила она.

– Конечно! Я потом твое отгуляю! – Перчатка улыбнулась и вбежала в комнату.

Марина радовалась тому, что она видит свою сестренку, у нее на глазах были едва не слезы, и Альбина окончательно убедилась, что ей показалось, будто Марина до этого была какой–то другой. Марина не просто улыбалась, она почти смеялась, раскрыв рот в широкой улыбке. В ее глазах мерцал огонек цвета ее собственных глаз. Альбина улыбнулась вслед за сестрой и хотела уже отвести от нее взгляд, как вдруг увидела, что широкие радостные глаза Марины неожиданно успокоились и волнительно сузились, а губы сомкнулись и превратились в неудержимую улыбку, а не смех. Теперь это был не взгляд девочки, которая встречает нового члена семьи. Это были сине–зеленые глаза с желтым блеском, которые смотрели целенаправленно на сестру. Этот взгляд говорил: теперь ты моя сестра, и я буду вечно тебя защищать, как старшая и как лучший друг, который никогда тебя не покинет.

– Неужели,– подумала Альбина, – она такая же, как и я?

Когда они вернулись домой, Марина проводила Альбину, и они разошлись.

Дождь уже прошел и смыл дурные мысли, которые могли посетить голову днем. Прекрасная погода, прекрасное время года.

Альбина шла по дорожке и думала о Марине.

- Мы похожи?

С каждым человеком Альбина ведет себя по–своему. С мамой разговаривает об одном, с папой о другом. С одним другом говорит о вещах, а другому рассказывает анекдоты, и всем нравится такая Альбина, которую они видят. Но девочка сразу почувствовала, что Марина иная. Она могла бы принять свою сестру любой. Это была первая подруга, с которой у нее завязалась такая откровенная беседа. Никому и никогда Альбина раньше не раскрывалась с такой легкостью и таким доверием. У девочки сразу же возникла мысль: «А не такая ли я на самом деле?». Впервые она так подумала во время разговора. Впервые она почувствовала какое–то родство со своим собеседником.

– Но зачем это Марине? – спросила Альбина саму себя. – Зачем ей нужно скрывать себя настоящую? Не понимаю…

Часть 4 Глава 8

Глава восьмая

5 июня 2026г. Пятница

Как мы помним, поле для атлетов построено интересным образом. Его составляют три кольца, каждое из которых занимают три лиги. Так как Марина закончила младшие классы, ее группа уже перешла на средний круг. Сегодня должна проходить общая разминка, в которой будут заниматься все лиги.

Каждое кольцо состоит из нескольких дорожек. Эти дорожки ребята занимают по возрасту. Например, пятые классы встают на внутреннюю дорожку, и так по возрастанию. Но сейчас чаще всего используют не класс, а возраст, чтобы нагрузка была более «справедливой». А то бывает, что шестикласснику тринадцать лет, и он стоит во внутреннем кружке, а тот, кто младше него бегает по более широкому полю.

Один минус: тренеры верят словам своих учеников. Только взрослые более опытные люди запоминают возраста своих ребят. Вот и теперь происходит интересная история из–за этой слепой веры.

Старый тренер атлетов подорвал себе спину, поэтому его заменяет новый молодой учитель физкультуры из второй школы. Бегунья еще не знает этого, потому что находится в раздевалке, но через пять минут она уже будет там.

Ветер выбежала из раздевалки, и ее едва не сбил молодой человек из старшей лиги.

– Ты что творишь?! – воскликнула она и обомлела. Когда парень посмотрел на нее, она вспомнила, кто это. Белые напульсники и пустые синие глаза.

– Прости, - произнес он так холодно, что Бегунью это не просто возмутило, а взбесило!

- Как же его зовут!

Она побежала вслед за ним.

– Извинись нормально и скажи свое имя! – кричала она ему в спину.

– Не могу, тороплюсь, прости!

– Я все равно догоню тебя и спрошу! – упрямилась она. Со стороны эта погоня выглядела довольно забавно: маленькая девочка пытается догнать атлета старше нее в два или три раза.

Когда они оба выбежали из коридора, свет ослепил Бегунью, и она упустила парня из виду.

– Так, детишки! – начал учитель. – Я буду с вами недолго, но давайте подружимся, чтобы после быть в хороших отношениях и здороваться при встрече. Итак, сейчас каждый из вас отправляется на свою дорожку, и вы все вместе побежите общий марафон на выносливость. Поднимите руки, кому одиннадцать! – Бегунья молчит. Она самая младшая в группе и должна, по идее, бегать еще в младшей лиге, но так получилось, что ее слишком рано отдали в школу. – Двенадцать! – молчит. – Тринадцать! – и только теперь она поднимает руку. – Четырнадцать и пятнадцать. Так, начинаем разминаться и распределяемся по дорожкам!

Через несколько минут все легкоатлеты были на старте. Бегунья осмотрела все дорожки. Она была в середине, и какие–то две полоски отделяют ее от старшей лиги. Вдруг она замечает знакомую спину, и тонкие руки, кисти которых стягивали белые напульсники. Парень поднял руки к длинным волосам и завязал их синей резинкой с вшитыми бусинами. Ну, как длинные. Его челка зачесана назад и заколота невидимками. А волосы даже плеч не касаются, но он все равно ухитрился собрать их сзади, чтобы не мешались.

– Я все равно тебя догоню! – проворчала Бегунья и приготовилась к старту.

– Бежим легким бегом! – в очередной раз предупредил учитель ребят.

– Да! – выкрикнула детвора.

И вот легкий бег начался.

Пока строй бежал с другой стороны, и учитель не мог разглядеть, что в нем происходит, Бегунья тихонько начала перемещаться к внешней стороне круга средней лиги. Она бежала не в конце строя, а в середине. Ее и парня начала разделять всего одна полоса старшей лиги.

Она даже удивилась, почему он бежит по этому кругу. Ветер знала, что он старше всех школьников старшей лиги. И хотя он выглядит как подросток, странно, что парень бежит по средней полосе старшего круга.

Тут Бегунья заметила, что парень отдаляется от нее, а строй остается на месте. Он просто дотрагивается до плеча человека перед ним, и его пропускают вперед. Бегунья могла бы попробовать бежать и быстрее, но строй впереди нее не позволяет.

Постепенно скорость у среднего кольца начинает падать, и средняя лига отстает. За это время младшая лига уже успела выдохнуться, и они преспокойно сидели на скамье. Чем дольше они бежали, тем уже становился круг бегущих. Через некоторое время дорожка Бегуньи и вовсе освободилась, и она начала догонять старшую лигу. Но помимо нее оказались еще такие умники, которые постепенно со своей гряды перешли на более широкую. И это оказались...

– А ты что тут забыла?! – воскликнул Антон.

С девочкой поравнялся строй из пяти мальчишек.

– То же, что и вы, – тихо сказала Бегунья, едва сдерживая оставшийся кислород в легких.

– И ты хочешь догнать старшую лигу? – удивился Боря. Он и не думал увидеть такое рвение у девочки, хотя знает ее достаточно давно. Мальчишки возмужали, стали выше и сильней. Они решили помочь своей подруге и загородили ее от встречных потоков воздуха.

– Беги за нами и не торопись, – сказал ей Боря, замыкая строй. – И не переживай, гордость твоя не пострадает.

Еще несколько минут, и они смогли нагнать строй старшей лиги, из которого выбыло около десяти человек. А это примерно, всего–то пятая часть от их общего числа!

– Где же твоя цель? – Крикнул Лео.

– Он в самом начале! – ответила Бегунья.

Лео пригляделся и заметил, что в начале строя мелькает чей–то хвостик и белые напульсники. Он сразу четко представил лицо их владельца. Особенно в голову врезалось воспоминание об узких синих глазах.

– Да, меры мы не знаем, – хмыкнул он себе под нос и прибавил темп. Он чувствовал, что это была последняя четверть круга, которую они осилят.

Мальчишки начали постепенно пропускать Бегунью вперед. Девочка едва дышала и переставляла ноги, но по-прежнему пыталась сохранить прежний темп.

– Может, остановить ее? – спросил Вен у Лео.

– Бесполезно, она не остановится! – ответил Лео сквозь зубы. Они бежали напротив старшей лиги и те улыбались и гордо перешептывались между собой.

- Уйдем со школы, разъедимся по городам, будет, кому тут бегать!

Но больше всего их удивило, что строй вела за собой девочка, младше всех парней позади нее. И она не собиралась останавливаться, напротив! Девочка продолжала ускоряться. Старшеклассники даже подумали, что это они замедлились, но нет. Их ведущий все также впереди и не собирается сбавлять темп или останавливаться.

Остается совсем немного, считанные метры, чтобы парень увидел лицо девочки. Бегунья глотала влагу во рту и даже была как–то счастлива. Ей казалось, будто сейчас она по–настоящему бежит!

Парень спокойно передвигал ногами, наступая лишь на носки и не касаясь дорожки пятками. Последний поворот и выход на прямую дистанцию уже близок. Там он выплеснет свои последние силы и побежит во всю мощь. Перед ним никого нет, наконец–то! Еще немного и!..

Тут его боковое зрение замечает чьи–то мелькающие руки. Да какие там руки? Ручки! Он посмотрел налево и опустил удивленный взгляд вниз.

– Я догнала тебя! – выкрикнула девочка на последнем издыхании. – Говори свое имя!..

Парень посмотрел на дорожку впереди него, а затем на девочку.

– Ты подождешь немного? – спросил он, улыбнувшись. Бегунья посмотрела на него с недоумением, но кивнула в знак согласия.

Тогда ее будто обдало горячив ветром.

В какую–то секунду парень сорвался с места, и Бегунья не успела глазом моргнуть, как он оказался возле финишной черты. Старшеклассники сразу поняли, что это значит: последний круг. Он знает, что вся группа старшей лиги тянется именно за ним, поэтому не выжимает из себя все, а иначе его товарищи просто упадут на финише. Да и учитель уже начал переговариваться с другими тренерами.

– Давайте закончим на этом круге! – говорил он взволновано. – Надо же пожалеть этих бедняг из средней лиги!

– Да! – воскликнул тренер младшей лиги. – Сейчас там как раз остались самые упрямые! Если не остановить бег всей группы, то они, пожалуй, упадут без сознания! – и он засмеялся.

– Вы серьезно? – спросил учитель с ужасом в глазах.

– А как же! – поддержал тренер старшей лиги. – Эти шестеро неугомонных детей всегда так! Как не тренировка, все в полную силу. Каждый из них душу вкладывает в свой забег.

– Так! – испуганно протянул учитель и побежал к финишу, но того остановил тренер старшей лиги.

– Да подожди, не волнуйся, этот круг последний.

– Почему вы так уверены?! – разволновался учитель еще больше. Тогда тренер подошел к нему, положил свою левую руку на плечо и указательным пальцем правой руки обратил внимание учителя на старшую лигу.

– Те ребята, которые сели на скамейку, из старшей лиги, новички, а остальные уже знакомы с нашей городской звездой. Видишь парня впереди? Пока бежит он, остальные будут бежать за ним, и он это знает. Поэтому сейчас он бросит последние силы на финишную прямую, а другие постепенно остановятся, так что просто смотри! – левая рука, что легла на плечо, похлопала учителя по спине.

Действительно, через несколько секунд парень с хвостиком и в напульсниках устремился к финишной полосе, а остальные начали замедляться.

– Все замедляются, – удивился Боря. Он еще ни разу не бегал по чужой полосе.

– Наш ас заканчивает забег! – сказал парень напротив него, и Боря посмотрел вперед.

Мальчик увидел невероятное зрелище! Никто уже и не помнит, сколько кругов было преодолено, а этот парень так просто ускорился и быстро добежал до финиша!

Бегунья остановилась возле финишной прямой вместе с остальными и до сих пор ошеломленно смотрела вперед. Тут к ней подошел парень с напульсниками, нагнулся, дотронулся до ее правого плеча правой рукой и прошептал:

– Меня зовут…

Бегунья проводила молодого человека взглядом. Она вышла из комнаты и поспешила поделиться новостями с Лентой.

– И почему я не слышала его имя раньше? Парня ведь так часто показывают по телеку!

– Меня зовут Лис…

– Интересно, как считаешь? – спросила Ветер у Ленты, но та лишь пожала плечами.

Они сидели на полу, на матраце Клевера, которая стояла возле них и разговаривала с Перчаткой.

– Как думаешь, когда проснутся? – спросила Боксер у Клевера.

– Без понятия! – фыркнула она в ответ. Правильно, кому понравится, что его спальное место второй раз занимают. – Думаю, Велосипедист скоро очнется. Что насчет Праздника, тут у меня вариантов нет.

Вдруг Ветер зашаталась и упала без сознания на матрац. Клевер почувствовала прикосновение к своей ноге. Она опустила голову и увидела, как на ее подушке, на ее матраце лежит Бегунья. Причем лежит так же, как и два духа на диване.

– Опять?! – едва не истерически воскликнула Ботаник. – Все! С меня хватит! – она издевательски накрыла Бегунью своим одеялом и подошла к ее кровати. Души смотрели на нее с большим интересом. Клевер пододвинула ее к кровати Праздника и постелила сверху теплое покрывало. Получилась прекрасная двухместная кровать перед шифоньером. – И почему я сразу так не сделала? – проворчала она под нос, похлопала руками и вернулась к разговору с Перчаткой. – Так, о чем это я?

Часть 4 Глава 9

Глава девятая

28 декабря 2026г. Понедельник

– Да ладно тебе! – воскликнула Клевер, смотря на спящих ребят.

– Тише! – шикнула на нее Перчатка. – Пусть выспятся. И почему «нет»?

– Потому что! – снова воскликнула Клевер, но уже шепотом. – Вот кто, по–твоему, придумал, что «друг познается в беде»?!

– Люди придумали! – ответила Перчатка, стоя на своем, но Клевер возразила.

– Вот эти самые друзья и придумали! Сейчас чаще всего не друзья приходят на помощь, а обычные незнакомцы.

– Да нет! – усмехнулась Боксер. – Боюсь, что в наше время и прохожий не обратит внимания на проблему.

Оба духа задумались. Перчатка привычным образом сложила руки. Правый кулак подняла перед щекой, а левой ладонью схватилась за локоть.

– Тогда, – Перчатка опустила правую руку и продолжила. – Тогда кто придет на помощь в трудную минуту?

– Семья придет.

Парочка повернулась сидя на двуспальной кровати и посмотрела в сторону двух диванов. Слова принадлежали их товарищу и названному оракулу, Велосипедисту. Все, кроме Ветра и Праздника, вскочили и подбежали к ней.

- Ты прям почуяла, что понедельник, - усмехнулась Клевер.

Велик не понимала, что именно происходит. Она осматрелась по сторонам и заметила еще один диван рядом, а возле ног увидела матрац, оба места заняты.

– А они что, так крепко спят? – спросила она.

– Ага! – хмыкнула Клевер. – И боюсь, проснутся они нескоро.

– Очень нескоро, – вздохнула Кисточка.

– Это вы по мне судите? А сколько я проспала?

– Лучше тебе не знать! – заключила Клевер.

Велик встала, ее немного шатало. Она подошла к комнате и увидела снег. Марина смотрела в окно и наблюдала, как снежинки падают на подоконник.

– Неужели я так долго спала? – ужаснулась Велик. – Это невозможно!

Она повернулась к своим друзьям.

– Похоже, душам нужно отдыхать намного дольше, чем телу, – заключила Лента. – С тобой это случилось после заезда. Праздник упала, когда спела для публики от всего сердца, так сказать. Ну, а Бегунья заснула, когда закончился заезд, и когда узнала имя того атлета-гимнаста.

– М…да! – вздохнула Кисточка. – Какое никакое, а все–таки душевное потрясение.

– Это точно, – сказала Перчатка. – Эй, стой, ты куда?!

Пока все говорили, Велосипедист вошла в комнату и прикоснулась к экрану. Неожиданно ее бросило в жар. В глазах едва ли не потемнело, а пальцы на руках и ногах дрогнули.

– Что происходит? – ужаснулась она. К ней подбежала Альбина.

– Я закончила! Чем займемся сегодня? – она улыбалась своей сестре и смотрела ей прямо в глаза. Немногие так делают. Или же она смотрит в глаза лишь Марине?

– А что бы ты хотела? – тут Альбина задумалась. Друзья редко спрашивают ее мнения, поэтому девочка немного замешкалась.

– А давай почитаем книжку! Ты будешь читать, а я слушать!

– Хорошо, неси книжку! – Альбина вскочила и побежала на второй этаж. Когда она вернулась, подала книгу в руки сестры и снова посмотрела ей в глаза. Что–то ее насторожило в Марине.

– Итак, сначала?

– Да!

– Хорошо. Давным–давно в Ирландии накануне Иванова дня путник медленно ехал по лугам Коннахта. Он держал путь к морю на запад, и эта поездка не была похожа ни на одну из тех, что случалось ему предпринимать в своей жизни…

– А она неплохо читает! – воскликнула Клевер, и все в ответ кивнули.

Альбина посмотрела на Марину и заметила, что та покраснела. На щеках проступил румянец, а в глазах загорелись красные огоньки.

– Снова! Это происходит снова! Но что–то не то…

Она продолжала наблюдать за ровным чтением сестры.

– В чем дело? – спрашивала Велик саму себя. Строчки плыли вместе с буквами, а глаза слезились. Она остановилась, закрыла глаза и откинула голову на спинку кресла. – Альбина, принеси, пожалуйста, воды.

Альбина кивнула, отправилась на кухню и вернулась в зал с полным бокалом воды.

– Вот!

Девочка пошатнулась. Она увидела, как на кресле, в углу зала, сидела ее старшая четвероюродная сестра и буквально обливалась потом и краской.

– Клара! Мария Андреевна! Спуститесь сюда, скорее!

Велосипедист была еле живая, когда Клара и Мария увидели ее. Клара побежала за телефоном, а Мария за мокрым полотенцем.

– Клара, не звони! – позвала Мария. – Самим быстрее довести.

Через несколько минут была готова машина Юниковых. Альбина попросилась поехать вместе с мамами, и ее взяли. Василиса и Калерия по дороге старались плотнее укутать внучку, Альбина села у головы сестры, Клара на переднее сидение, а Мария осталась с младшей дочерью дома.

Павел решил сократить и свернул, не доезжая до перекрестка Светофоров. Справа был виден стадион, а слева Главная больница.

Марину определили в палату на пятом этаже.

– Сейчас здесь занято чуть больше пяти палат, поэтому так тихо. Можешь отдыхать, – сказал врач, который только что проводил до лестницы какую–то женщину. – На самом деле, жар вызван из–за переутомления, поэтому девочке нужен отдых в течение недели. Она будет лежать в палате все это время. Не забывайте ее навещать.

До этих слов Альбина наблюдала за грустными, но спокойными глазами Марины, в которых за одну секунду погас красный огонек, и она спросила ошеломленно:

– А как же Новый год?

– Проведете в палате, – разочарованно сказал врач. По нему было видно, что он тоже не хотел этого, но здоровье пациента важнее.

Марина опустила глаза. Когда взрослые вышли из палаты, Альбина подошла к сестре.

– А почитай книжку дальше! – Марина сначала посмотрела на нее с удивлением, а потом широко улыбнулась и взяла книгу из рук сестры. Книга большая, но тонкая, страницы в ней плотные, а сама книга обернута в обложку из ткани.

– Давай!

Альбина снова заметила перемену в лице, характере, глазах.

Хотя Альбина общается с Мариной относительно недавно, уже многое о ней может рассказать. Так и сейчас, она смогла определить, что Марина изменилась лишь по тому, как она согласилась на просьбу, как взяла книгу и как начала читать.

Души заметили, что Альбина внимательно наблюдает за Мариной. И не просто заметили! Они уже начали понимать по ее взгляду и наблюдению, что девочка осознает изменение в поведении и характере своей сестры. И замечает она это уже не однократно.

Альбина попросилась остаться в больнице, то же сделал и Павел. Он решил отвести остальных и вернуться обратно, один.

Когда они выходили из больницы, пропустили вперед одну пару: мужчину и, по–видимому, его жену. Оба они были какие–то разбитые.

И только позже Павел узнал в мужчине соседа своей бабушки Рады и дедушки Бронислава.

31 декабря 2026г. Четверг

Марина сидит в палате одна. Она одета в синюю пижаму и белый пушистый халат. Когда папа вернулся из дома, он привез с собой книгу, чтобы дочке не было скучно. Вот и теперь, примерно за два часа до Нового года, девочка сидит и преспокойно читает свою любимую историю о мушкетерах.

Делать больно–то нечего, поэтому она временами поглядывает в окно и наблюдает за тем, как возле стадиона проверяют готовность гирлянд на елке и фейерверки…

– Скучно что–то! – неожиданно воскликнул мэр, когда зашел его сын. – Ваня! У тебя планов нет никаких?

– Даже не знаю, – Иван приземлился на кожаное кресло. – А что, ты придумал что–то?

– Да вот, думаю, – она встал из-за стола, и сел на второе кресло слева от сына. – Может, места какие–нибудь навестить? Где мы давно не бывали?

– Ну, на перекрестке светофоров…

– Отлично! Оттуда и начнем, а там видно будет.

– Подожди–подожди! Опять тебя на приключения потянуло! – успел только крикнуть Иван, как старик его тут же уволок за руку из кабинета. – Дай я хоть домой заеду! – Послышался его приглушенный голос, когда дверь уже закрылась…

Стадион в этот день закрыт, чтобы никто не хулиганил, и не было каких–либо неприятностей. Однако кому–то все–таки разрешили провести Новый год в его стенах.

– В конце концов! – тихо воскликнул Антон. – Один раз живем!

Пятеро друзей расстелили коврики для упражнений на полу и разложили фрукты, ягоды и газированные напитки. В здании стадиона обосновались Лео, Денис, Вен, Антошка и Боря. Они смотрели на свое скромное, но уютное застолье при свечах и чувствовали, что кого–то не хватает.

– Жаль, что Марина в больнице, – вздохнул Боря. – Мы ведь хотели и ее позвать вместе с нами. Думаю, она бы согласилась.

– Это точно, – подтвердил Лео.

Антошка долго смотрел на своих унывающих друзей и перекидывал свой взгляд то на одного, то на другого.

– Ар! – прорычал он, поднимаясь на ноги. – Мне это надоело! Собирайтесь, в следующем году сюда придем. А сейчас надевайте свои куртки, и пойдем прямиком налево!

– А что у нас налево? – приподнял одну бровь Денис. Обычно он так делал, когда понимал, о чем идет речь и хотел, чтобы другие тоже догадались. Но все не так поняли намек и повернули головы налево. – На улице, товарищи!

Тут–то до всех и дошел смысл сказанных слов.

Артем только что закончил помогать ставить отцу стол и разносить тарелки с едой. Теперь он сидит и задумчиво смотрит в окно.

– Чего задумался?

– А? это ты дедушка, – вздрогнул Артем, он так глубоко погрузился в свои мысли, что даже не заметил, как дедушка подошел к нему. – Интересно, как там Марина.

Дедушка увидел грустное лицо своего внука, слегка нахмурился, а потом встал и пошел в другую комнату, за телефоном. Послышались гудки, за ним последовал вопрос, и дедушка положил трубку. Через несколько секунд он отправился на кухню. И только потом он подошел к внуку.

– А ты езжай к ней!

– Меня что, родители довезут? – удивился Артем.

– Не переживай, я договорился! – дедушка похлопал внука по плечу.

В доме Юниковых – Юниковских был полный балаган! Каждый из них носился по дому и что–то постоянно искал.

– Где мои контейнеры для еды? – кричала Василиса на весь дом с первого этажа из кухни.

– Скажу, если найдешь мой галстук! – последовал такой же громкий ответ от Николая со второго этажа.

– Куда вы спрятали подарки? – воскликнула Клара из зала.

– Не говорите ей, а то разобьет! – последовало предупреждение Павла из ванной.

– Сиди уже! – прорычала Клара.

– Не ссорьтесь, подарки уже в машине! – крикнула Маша на обоих. Она единственная в доме была спокойна и просто сидела на ступенях, ведущих на второй этаж вместе с малышкой Радой.

– А где шнур от телевизора? – прокричал Андрей и зала.

– Где–то там! – ответила Калерия из их спальни.

– Блестящий ответ, все так точно, аж добавить нечего, – проворчал Андрей. – А антенна тогда где?

– Там же, где и шнур! – снова ответила Калерия, и Клара засмеялась.

– Где–то там? – смеясь, спросил Андрей, и послышался смешок со второго этажа.

– Да, – ответил дрожащий от смеха голос.

Клара решила помочь, и пошла в коридор, где обычно лежат все провода. Через несколько минут она вернулась.

– Это они, дядя Андрей? – спросила она.

– Да, именно, спасибо! – поблагодарил Андрей и взял у Клары находку. – А где они были?

– Где–то там! – ответила она с улыбкой. – Шучу, в прихожей, в ящике.

– Отлично, поехали!

Бронислав и Рада считали свечи.

– Думаю, хватит, – убедилась Рада и сложила их в коробку. – А то, как же наша кровиночка одна будет Новый год праздновать? Еще ведь позвонили, сказали, что не приедут к дочке, разве так можно?! – возмущалась она, пока усаживалась в такси. Бронислав помогал ей залезть в машину, придерживая за руку.

В этот Новый год немало товарищей решило встретить его вместе. Вот команда средней лиги велосипедистов тоже не отстает! Они решили пойти в боулинг. Тройня предложила эту идею, а подружки Леля и Анна поддержали ее. Теперь они вместе сидят за столиком и веселятся.

– Хорошо бы сюда Марину! – подумала вслух Леля. По натуре она была более скромной, чем ее подруга, но такой же стойкой, упрямой и отважной!

– Согласен, – поддержал Станислав. – Никто не знает, где она сейчас?

– Это легко узнать! – воскликнула Анна и вытащила из мини–сумочки телефон. При этом сумочка очень сильно напоминала ту, в которой носят запчасти для велосипеда. Аня набрала номер старшей сестры. – Алло? Привет, ты не в курсе, как Клара собирается Новый год праздновать?.. Всей семьей? А племянница с ними?.. Как же, без нее?! Ясно! Вот что они придумали! Спасибо, ладно, давай, отдыхай.

– Ну, что тебе сказали? – спросил ее Оскар.

– Моя сестра работает вместе с тетей Марины. Она сказала, что та в больнице, и сегодня вся семья поедет к ней.

– А больница, какая? – поинтересовался Станислав. Он был старшим.

– Главная, а что? – настороженно спросила Анна.

– Значит, быстро доберемся! – поддержал средний брат Богдан.

Богдан взял телефон и вызвал такси. Через несколько минут они уже направлялись в сторону больницы.

– Почему–то Марина не пришла на это неделе, – опечалилась Ева, наблюдя за тем, как Валентин помогает старику тренеру убираться. – Ты не в курсе, что случилось?

– Нет.

Валентину самому было не лучше. Он чувствовал ответственность за свою ученицу и беспокоился за нее, как за собственного ребенка. Ева Сергеевна сидела на мягкой лавочке и перебирала пальчиками кончик своей косы. Полнотелая, но худенькая девушка о чем–то молчала. А думая о том, что она хочет произнести, краснела и опускала глаза.

– Валя, я…

– Марина в больнице! – крикнул старик, выбежав из своего кабинета с дистанционным телефоном.

– Что?! – воскликнул Валентин. Вот чего он точно не ожидал. Конечно, дети болеют, и он это знает, но чтобы заболела Марина! Это выше его понимания. Он заволновался и забегал по залу. – Что делать, что делать? Ехать! Точно, нужно ехать! Ева, поедем со мной. Старик! – тренер встал в ступоре, когда Валентин подлетел к нему. Тут парень быстро и ловко выдернул из его ладони ключи, как когда–то сам старик выдернул у него из руки свой тапочек. – Я возьму твою машину.

– Подожди, Валентин, я хотела!..

Продолжение слов Евы старик уже не слышал он стоял так неподвижно еще несколько секунд. Когда опомнился, побежал за ними и закричал:

– Олух, к ключам шафер прилагается!

Ирина, одноклассница Марины, сидела за столом вместе с мамой и ждала, когда ее отец приедет с работы. Папа вбежал в комнату, как бешеный. И Ирина сразу это заметила. Она знала, что когда папа в таком настроении, он готов поехать куда угодно!

– Папа! – крикнула Ирина и повисла на его шее, как обычно обнимает своего крестного. – Давай съездим в больницу, там моя одноклассница, она болеет, а Новый год дома встретить не может. Я боюсь, вдруг она одна там сидит.

– Ну, если надо, тогда поехали! Не знаю, смогу ли с тобой зайти, но..

– .. А заедем за Вовой?

Артем сидел в машине вместе с семьей Юниковских. В какой–то момент промелькнула знакомая ему улица, и он попросил остановить машину.

– А не здесь ли живет Альбина, сестра Марины?

– Да, здесь ответил Андрей на вопрос Артема.

– Может, возьмем ее с собой? Если она захочет?

В итоге они заехали как раз тогда, когда Альбина выходила из дома и собиралась заказывать такси, но этого не потребовалось. Она встретила семью Юниковских с удивлением в глазах.

– Кто поедет от нас? – спросил настороженно дедушка, стоя возле мольберта и переглядываясь со своими товарищами. Возле двери в кабинет художников стоял Сергей Львович и торопил всех с выбором. В театре стоял такой шум от одного кабинета! Сергей Львович зашел несколько минут назад спросить: поедет ли кто-нибудь с ним, чтобы навестить Марину, так и началась дискуссия.

– Так, хватит! – крикнул Сершей Львович, и шум прекратился. Он взял первого попавшегося человека под руку и вышел из кабинета. Остальные были так ошарашены недовольным криком и лицом Сергея Львовича, что так и остались сидеть.

– И, что это было? – спросил парнишка, смотря в закрытую дверь.

Сергей Львович волок за собой мужчину, спускаясь по лестнице в зал.

– Но я ведь всего лишь смотритель, мне не положено..

– ..Главное, внимание! – улыбнулся Сергей Львович. Когда она сел в машину, с мужчиной поздоровалась женщина, которая сидела на заднем сиденье.

– Здравствуйте, я классный руководитель Марины, Елена Сергеевна, но можно просто Елена.

– Привет, – сказал мужчина, заикаясь, и посмотрел на Сергея Львовича.

– Попросила подвести к больнице.

– А, – протянул ошарашено мужчина и подумал про себя: «А я подумал, жена».

Машины Юниковых и Юниковских немного задержались, когда заезжали за Альбиной, но если бы они не задержались, то не застали бы всю эту толпу. За какие–то пять минут возле больницы собралось множество людей. Кто-то приехал на такси, кто-то на машине. Были и ребята, которые пришли пешком!

– Видимо, много кого под Новый год в больницу упекли, – усмехнулся Андрей. – О! Рада, Бронислав! И вы здесь!

Они вылезли из машин, и подошли к толпе. Оказалось, тут все знакомые! Друзья Марины по кружкам, учителя, тренеры и наставники. И кто-то из ее одноклассников здесь? Поразительно!

Они стояли каждый возле своего транспорта кучками. Кто–то подбегал то к одной, то к другой группе, что–то раздавая и перекидываясь парой фраз. Никто не хотел заходить преждевременно, поэтому ждали какого-нибудь знака. Знаком оказался приезд семьи Юниковых-Юниковских. Они увидели, что подъехали их автомобили, и водители немедленно сели в свои машины и вразнобой засигналили, извещая, что пора собираться возле входа.

Всей толпой они вошли в больницу. Ирина и Вова вбежали первыми.

– Сын, привез? – спросил мэр у Ивана.

– Привез–привез, куда я денусь от твоей детской непосредственности, – проворчал Иван.

Тренер Валентин и Ева заходили последними. Иван почтительно поздоровался с ними, мэр пожал руку тренеру и, по совместительству, своего старому однокласснику.

– Как семья? – спросил он.

– Хорошо! – воскликнул старик, немного помолчав. Не сразу он узнал своего товарища...

Марина смотрела в окно и наблюдала за падающим снегом, за тем, как он кружится в танце под блеском фонаря.

– Скоро Новый год.

Она отложила книгу, закрыла глаза и стала прислушиваться к тишине. Вдруг она вздрогнула от резких гудков автомобилей.

– Шумно что–то за окном.

Через несколько секунд шум утих, но еще через минуту Марина услышала шарканье по коридору. Вдруг выключился свет, и девочка начала оглядываться по сторонам. Хотела встать, но ее снова бросило в жар.

Вдруг послышался звук шарканья спичек, и загорелись маленькие фитильки, которые зажгли свечи в руках множества людей. А свечи разноцветные, узорные! Стало светло как днем, и Марина увидела лица своих любимых людей: семьи, друзей, товарищей, учителей! Боже! Самый лучший подарок для маленькой девочки на Новый год.

На глаза Марины навернулись слезы.

1 января 2027г. Пятница

– С Новым годом! – провозгласил Дед Мороз, когда все присутствующие в палате прослушали бой курантов. На столиках, которые атлеты нашли по дороге наверх, стояли фрукты, чайный сервиз, ягоды, конфеты и много прочих вкусностей, которые семья Марины и ее друзья привезли с собой в качестве гостинцев. – Как Мариночка себя чувствует?

– Спасибо, очень хорошо! – улыбнулась Марина. Души внутри нее сразу узнали деда Мороза. Все та же шуба, то же телосложение и те же валенки со времен детского сада. Только длинная борода немного потрепана.

– Поинтересовался у своих помощников, что можно подарить такой маленькой, но сильной, красивой и умной девочке. И тогда они мне ответили, что ей нужно применить все свои качества в деле. Поэтому! – он снял с плеча потрепанный красный мешок и достал из него небольшую коробочку. – Я и мой ассистент хотим подарить тебе это.

Марина протянула свои тоненькие ручки к подарку и начала его разворачивать. Под фольгой скрывалась обычная коробка, но внутри лежали разноцветные нитки, тончайшие иголки, канва и какая–то разноцветная крупа…неужели, бисер!

– Расти, и развивайся, деточка! Здесь лежит еще один маленький сюрприз.

Марина слегка подняла рукава и раздвинула свернутые полотна с канвой и нитками. На самом дне коробки она нашла дельфина из бисера.

– Спасибо! – воскликнула она и посмотрела на выход, где Дед Мороз стоял и ждал ответной реакции.

Когда он убедился, что подарок девочке по нраву, он неожиданно обратился к Сергею Львовичу.

– А это вам, любезнейший. За все труды ваши, так сказать!

Сергей Львович пригляделся к лицу.

– Мэр? – тихо спросил он, и в ответ старик моргнул правым глазом, так, что никто этого не заметил.

– Ну, родные мои, ждите своих подарков дома, а я пойду дальше! Удачи вам всем! – ребята проводили деда Мороза и его ассистента - эльфа в зеленом костюмчике.

Пока во второй палате пятого этажа Главной больницы все смеялись и поздравляли друг друга с праздником, Ева позвала Валентина на разговор.

– Я беременна…

Валентин оторопел. Он посмотрел в пол, на живот Евы, потом ей в глаза, и на его лице появилась улыбка.

– Правда? – с надеждой спросил он. Ева опустила глаза, смущаясь от сказанного.

– С Новым годом, Валентин Александрович! – сказала она со слезами счастья на глазах и кинулась своему любимому на шею. Тот крепко обнял ее в ответ.

А Дед Мороз зашел в следующую палату и сразу же заметил молодого человека лет двадцати пяти - тридцати, который сидел на краешке койки и смотрел куда–то в окно. Он обернулся к двери, и старик заметил глаза, из которых текли слезы.

– О! – решил пошутить Дед. – А я увидел твой хвостик и подумал, уж не ошибся ли я палатой, уж не девочка ли тут лежит!

– Здравствуйте, – прошептал парень в белых напульсниках спокойным тоном, совершенно не обращая внимания на сказанное.

– Ладно, не печалься, – сказал старик, достал из мешка коробку в разноцветной фольге и протянул ее парню – Не переживай, мой мальчик. Все будет хорошо.

– Ха…

Парень взял коробку и снова отвернулся к окну. Старик вышел из палаты и остановился возле дверного проема. Перед тем как уйти, он сказал:

– Поверь мне, Лис!..

Парень обернулся, но старика уже не было. Его слезы высохли, и он развернул фольгу. Это были леденцы.

– Хах, на палочках.

Слезы вновь потекли по его щекам.

Дед Мороз отправился к следующей палате, но внутри не оказалось той, кого он искал. Она сидела на скамейке, на улице, под деревом. Он увидел женщину, когда выглянул из окна палаты. Тогда старик быстро спустился с пятого этажа с одним подарком в руке, а остальное оставил своему ассистенту. Женщина в махровом больничном халате, сидела закутанная в плащ и теплый плед. Дед Мороз подошел к ней тихо и не спеша. Женщина подняла на него свои пустые зеленые глаза. Дед разглядел сережку в ее правом ухе.

– Вы ко мне? – спросила она.

– Можно сказать, что так, – ответил старик улыбкой. – Я хотел бы подарить вам подарок. Держите.

Он протянул маленькую коробочку. Женщина сняла ленту и открыла черный футлярчик. Внутри лежала зеленая блестящая брошь, в виде клевера с четырьмя листами.

– От чего-то, комок в горле, – сказала женщина и прижала брошь к груди, словно эта вещь выпала из ее сердца.

Эльф тем временем зашел в еще несколько палат и положил на кровати спящих свои подарки. В одной он встретил лучшего юриста в городе, который сидел рядом со своей матерью. В другой палате он увидел пару. Муж сидел и смотрел в одну точку, а жена плакала у него на плече, сидя на кровати.

– Я справляюсь, любимый, не переживай. И ты сможешь, я знаю! И я смогу, прошу, не делай такое лицо, будто в тебе ничего не осталось! – умоляла женщина.

В следующей палате пациент спал, поэтому Эльф просто положил подарок ему на кровать.

Ну, к последней двери наш Эльф–переросток буквально летел! Но заходить в палату ему не пришлось, рядом с дверью сидел тот, кто ему был нужен.

– Простите, Дедушкин Внук? – спросил он у старика. Тот посмотрел на него темными, яркими, почти красными, но пустыми, карими глазами.

– Можно просто, Федор.

– Да, – согласился Эльф. – Божьего дара у вас не занимать.

– Ну, это как сказать…

В руках старик держал ручку и большой блокнот в клетку, похожий на альбом.

– Что, не идет рифма? – поинтересовался Эльф и сел рядом на скамейку.

– Не знаю, что делать с четвертым стихом.

Дедушкин внук – это старик, который всегда ходит с прямой спиной. Его волосы заглажены назад. А на шее висят очки с цепочкой.

– Хах, может, кому-то другому суждено его написать.

– Думаю, я знаю, чем вам помочь, – сказал Эльф, встал и подал коробочку с подарком старику. – А это вам! – сказал он и протянул записку. – Ладно, до встречи.

На коробочке висела этикетка: Дедушкиному внуку. В записке было написано что-то такое, что заставило старика подняться на ноги и пройти до другого конца коридора. Он заглянул внутрь и увидел веселое лицо маленькой девочки, глаза которой светились цветом моря. Дедушкин Внук вновь взглянул на записку.

Главная больница города,

пятый этаж вторая палата.

5 июля 2029г. Ждите.

«Что ж, буду ждать…»

Все это время, пока Дед Мороз и его ассистент разносили подарки, в больнице кто-то включил песню TK from Ling Tosite Sigure – Unravel (acousticversion).

В палату, где был лишь один спящий, вернулись посетители и стали ждать пробуждения. Подарок они открывать не стали.

Часть 4 Глава 10

Глава десятая

3 января 2027г. Воскресение

Наконец, Марину выписали из больницы! Возле выхода ее встречала семья. Альбина поднялась наверх вместе с отцом Марины, чтобы помочь ей собрать вещи.

– Жаль, что не успели книжку дочитать, – вздохнула Альбина. Тогда Праздник, которая недавно зашла в комнату, с каким–то недоумением посмотрела на сестру, но потом просто улыбнулась.

– Не переживай! – сказала она, и Альбина заглянула ей в глаза. – Еще успеем, ведь у нас еще много времени впереди!

– Да, ты права! – Альбина попыталась сказать эту фразу с такой же беззаботностью, как и Праздник. Она заметила, что теперь Марина совсем иная. Снова она увидела в сестре кого–то другого. Словно Марина играет роль. – Почему мне это все время кажется? Неужели я была права? – спрашивала себя девочка.

Марина вернется в школу с новыми силами и новой целью: объединить свой класс, чтобы он стал таким же дружным, как другие поколения выпускников до них!

29 апреля 2027г. Четверг

В последнее время Марина часто начала замечать, что на самом деле, ее класс более раздроблен, чем она думала. Помимо двух существующих, якобы противоборствующих, сторон, имеется и третья, нейтральная сторона. И первым, с кем столкнулась Марина из этой безразличной группы, оказался парнишка по имени Ярослав. Не тот, кто когда-то задирал мальчика из параллельного класса. Этот высокий парень вообще ни с кем не общался.

В этот день Марина преспокойно сидела на своем месте и наблюдала, за одноклассниками, которые сели в одну небольшую группу из шести человек. Они смеялись и переглядывались между собой, и только один парень стоял в этом кругу и наблюдал за своими товарищами со стороны.

Марина решила подойти к нему и спросить, что случилось.

Но она не успела даже дотронуться до него, как он повернулся к ней лицом и сказал с яростью в глазах:

– Не трогай меня, – это был взгляд, обращенный на врага, смотрящий сверху вниз. Волосы брюнета бросали мутный вороний блеск. Знакомо. – А то ударю, не посмотрю, что девчонка.

За минуту до этого Клевер обратила внимание на экран и начала наблюдать за происходящим. Слова, сказанные Ярославом, взбесили ее так, что Клевер не удержалась и решила встрять в эту разборку. Перед тем, как войти в комнату, она обратилась к своим друзьям.

– Девоньки! Кто из нас драться умеет? – Боксер хотела раскрыть рот, но Клевер ее остановила. – Не волнуйся, тебя вопрос не касается, и так знаем. Что про остальных?

– Ну, я могу за себя постоять, – пожала плечами Бегунья.

– Отлично! – подняла Клевер указательный палец вверх и подошла к входу. – Туро, разрешишь? – шепнула она.

– Давай, все равно ситуация безнадежная, – девушка с распущенными волосами сидела возле входа на полу, положив ногу на ногу. – Если не вмешаться, она просто отойдет.

Действительно, когда Клевер зашла, Марина уже отвернулась от яростных глаз Славы. Ботаник повернулась на пятках обратно и подошла к парню вплотную. Ярослав даже не удивился такому вниманию, это было видно по его глазам.

– Знаешь, я вот тут подумала, – Ярослав медленно повернул голову к Марине. Даже опираясь на парту, Ярослав оставался выше Марины. Но Клевер не растерялась и состроила свой фирменный взгляд снизу вверх! – Почему бы и не получить хорошую пощечину от такого парнишки! – она слегка повернула голову, подставив левую щеку. – Как тебя потом отделать в ответ: профессионально, по-уличному или в ритме танца?

Души внутри Марины услышали эту фразу, пока играли в карты. Никто не отвлекся на экран, но небольшое перекидывание словами все же состоялось.

– Хе! – усмехнулась Боксер. – Профессионально? Это она про меня?

– Это она про меня что ли?! – возмутилась Ветер, смотря на карты. – Я, конечно, хорошо танцую, но так, чтобы при этом кому–то пощечины раздавать! Нет уж, увольте! – с этими словами она немного подвинулась к Ленте и села в позу лотоса, как она.

– Ты что, и вправду хочешь получить? – усмехнулась одна из девочек в кругу Лизы, когда сама Лиза лишь терпеливо наблюдала за происходящим.

– А может, и хочу! – сказала Клевер, продолжая смотреть на парня лукавым взглядом.

– Еще немного, и ты этого добьешься, – сказал Ярослав такой же интонацией, улыбнувшись левым уголком губ, и Клевер это заметила.

– Так чего же ты ждешь? – рискованный шаг! В одно мгновение Ярослав развернулся на месте и занес руку для удара. И еще секунда! Ладонь его оказалась возле щеки Клевера…и остановилась. Странное дело: при этом Клевер не то, что моргнуть, она даже в лице не поменялась. Зеленые огоньки продолжали гореть в глазах, говоря о том, что угрожать бесполезно!

– О! – воскликнула половина класса. Тут к Марине подбежал Артем, который только зашел в кабинет. Он встал между Клевером и Ярославом.

– Слава, что происходит? – спросил он угрожающе. Его взгляд советовал Ярославу хорошенько подумать, перед тем, как дать ответ. Но ответ давать не пришлось. Послышался голос Марины из–за спины. Клевер продолжала действовать.

– Не переживай, Артем. Лучше скажи, где вы были? – она повернулась к Артему спиной и указала пальцем на гору книг, где рядом стояли Вова и Ирина.

Ирина и Вова на два года старше Марины, как и большая часть класса. И только Артем и Лиза младше остальных на год. Другие пошли в школу в семь лет. Вова немного вытянулся за эти годы, но у него еще сохранялись пухлые щечки с детского садика. А Ирина стала прехорошенькой миленькой и скромной девочкой.

– Мы? – Артем немного смутился. – В библиотеку ходили, Ирине помогали книги забрать.

– Починить хочу! – ответила Ирина. – А то жалко их. Книги ведь обычно берут по обложке и часто недооценивают из–за этого. Вот я и хочу попробовать вернуть им былую славу.

– Ясно, – Клевер подошла ко всей стопке и заметила множество разных интересных книг о лекарственных растениях, а также нашла книжку про легенды и мифы Востока. Еще наткнулась на руководство по оригами. Это очень заинтересовало Ботаника. – Слушай, – обратилась она к подруге. – А можно я облегчу тебе задачу? Возьму несколько книг на починку.

– Как хочешь, – пожала плечами Ирина.

Из стопки ушло около семи книг. На перемене они тщательно перелистывались и изучались. Ирина сидела прямо перед Клевером.

– Ирина? – негромко окликнула она ее.

– Да? – Ирина повернулась к подруге в пол оборота.

– Ты все время ходишь домой вместе с Ярославом. Вы живете близко?

– Ну, можно сказать и так, – кивнула Ирина. – Он живет на Богатой 19.

– Это Правая Главная улица? – уточнила Клевер.

– Да именно та.

– Ладно, спасибо за помощь.

– Хм.

Часть 4 Глава 11

Глава одиннадцатая

После школы вечером Андрей и Николай собрались ехать на Вышку по поводу работы. Тут Клевер и выловила момент, чтобы вновь зайти в комнату, с разрешения девушки, конечно же, и попроситься в поездку вместе с ними.

Примерно через пятнадцать минут они были уже возле Вышки. Пока дедушки разбирались со своими заботами на майские праздники, Клевер свернула направо и вышла на широкую ухоженную улицу, где даже асфальт был идеально ровным. Пройдя мимо дома, на воротах которого была табличка «Творческие», она, наконец, нашла здание под девятнадцатым номером. Дом выглядит богато, впрочем, как и все особняки этой улицы! Но если в других домах царит тишина и спокойствие, то здесь, почему–то из–за двери доносятся какие–то крики.

– Зачем это тебе?! – кричал мужской голос. – Если ты не добиваешься в этом успехов, то лучше бросить! И не позориться перед всеми! – Какое–то мгновение длилась тишина, и послышался последний басистый рык. – Иди в комнату, потом поговорим. И ты, марш отсюда!

Буквально через секунду открылась входная дверь, и из коридора выскочил Ярослав. Он сразу же повернулся к двери, чтобы закрыть ее, поэтому не заметил девочку.

– Ты идиот, брат, ты дурак!

Через несколько секунд неловкой тишины Клевер все–таки решила дать о себе знать.

– И на кого отец кричал? – Ярослав опомнился и резко обернулся. На нем были легкие тапочки, в каких обычно ходят по дому, майка с нарисованным городом и надписью «Foryou» и голубых джинсах. – Или это был взрослый брат?

Ярослав не выразил никаких эмоций. Он засунул руки в карманы и подошел к воротам, на которых была такая же табличка, как и у соседей. Написанная фамилия показалась ей знакомой.

– А ты, я смотрю, так и нарываешься на драку.

– А что! Я не против, я только за! – Клевер скрестила руки на груди. – Серьезно, товарищ, если с тобой нельзя договориться словом, то, как на счет кулаков! Хотя я понимаю, что это не вариант, но все же…

Ярослав посмотрел на девочку, стоящую перед ним и тяжело вздохнул.

– Ладно, – в его мыслях только и пронеслось: может, ты тогда от меня отстанешь. – Когда?

– Как только сойдет снег, и высохнут дороги! – крикнула она, убегая обратно к машине. – Точно! Приходи с братом.

– Каким братом? – удивился Ярослав.

– Который идиот и дурак. Хотелось бы, чтобы на тебя подействовали слова, а не кулаки!

Ярослав хотел сказать ей что–то вслед, но не стал.

Часть 4 Глава 12

Глава двенадцатая

– И как ты собираешься выкручиваться? – спросила девушка у выхода, когда Клевер проходила мимо нее.

– Есть одна мысля, – сказала она с ухмылкой на лице. – Впустишь меня сегодня еще разочек? Я не буду притрагиваться к экрану, хочу поговорить с телом.

– С Мариной? – удивилась девушка. – Что ж, ладно.

Когда Клевер вышла из комнаты, заметила, что на полу валяются карты, а возле дивана сидит Велик и читает книжку. Тогда она обернулась и увидела пять душ, которые стоят потрясенные возле стен. Они слышали весь разговор и не знали, куда девать свою злобу.

– Ты что творишь, душа без башни?! – закричала Кисточка.

– Как ты поступишь, будешь драться? – спросила Перчатка сдержанным тоном.

– Нет, у меня есть идея лучше. Надеюсь, брат Ярослава меня поддержит.

– Кстати о брате, – поддержала беседу Гулена, отводя огонь от Клевера. – Вам фамилия знакомой не показалась?

Все задумались, а Велосипедист подняла голову.

– Вы что, шутите? – спросила она у друзей с улыбкой.

– Ты помнишь? – спохватилась Ветер.

– Бегунья, тебе – грех не знать. Один парень с такой фамилией занял третье место в забеге младшей лиги.

– Точно! – Бегунья почесала затылок и наконец, поняла, о ком идет речь.

– Рус, Рус Виленов.

– Да, теперь вспомнила, так значит, это его старший брат, Рус?

– Да, но что–то не так! – вмешалась Гулена. – Рус парень смелый и стойкий, но в то же время добрый и веселый. И нельзя сказать, чтобы он кричал на своего младшего брата.

– Я знаю, в чем дело, – сказала Клевер, и Велик улыбнулась на эту фразу. Похоже, она тоже поняла, что происходит. – Сейчас я могу вам сказать только то, что тот, кто кричал, и тот, кто воспитывал Руса– это два разных человека.

Примерно в одиннадцать часов Ботаник зашла в комнату и встала в ее центр.

– Ну, начнем! – она вздохнула своим привычным образом и начала разговор.

7 мая 2027г. Пятница

После уроков Ярослав и Марина вышли на лужайку во внутренний двор школы. Они сидели на траве, пока ждали, когда освободится Рус. Вот на горизонте появилась различимая фигура, которая шла через стадион. Парень – подросток, лет на пять старше Марины. Сейчас казалось удивительным, что он бежал в тот раз с младшей лигой. Парень был в кожаной куртке и брюках, на ногах белые кроссовки.

– Можно я зайду? – спросила Клевер у Ветра.

– Делай, что хочешь, – сказала Бегунья безразличным тоном. Клевер удивилась, но не стала придавать этому особого внимания. Без лищних вопросов она просто вошла в комнату.

– Разборки, значит? – тихо спросил Рус. – Ну, что ж, начинайте.

Он встал напротив них и начал наблюдать. Первым шагнул Ярослав. В одну секунду он сделал рывок, подался вперед и выпрямил кулак, который должен прилететь Марине прямо в левое ухо. Но юркая девочка лишь согнула левую ногу в колене и легко избежала удара. Тогда Ярослав продолжил наступать, снова и снова. И все тем же манером, слегка отступая назад, Марина продолжала уклоняться.

Рус долго смотрел на это безразличным и в то же время сочувствующим взглядом. Душам стало интересно, что будет дальше, поэтому они подошли к комнате. Велосипедист уже была там.

– Да, давай, Клевер! – кричали души, болея за своего товарища.

– Да, Ботаник, держись! – неожиданно крикнул знакомый женский голос с ноткой лукавства. Все души стихли и посмотрели в правый нижний угол.

– Ботаник?! – возле стены на полу сидела Ботаник, скрестив ноги и размахивая руками.

– Что? – протянула, обижено Клевер. – Чуть что, сразу Ботаник!

– Но как?

– Хех, смотрите!

29 апреля 2027г. Четверг

– Послушайте, сущности, или как вас на самом деле зовут. Вы не могли бы сделать так, чтобы этот разговор никто не услышал? Я более чем уверена, что это вам под силу.

Через несколько секунд вход потемнел и исчез, словно его закрыли темным полотном.

– Спасибо, – Клевер никогда еще не выглядела такой серьезной в разговоре. Обычно она кривляется и строит из себя шута, но не теперь. – Я думаю, что назначенное время перепадет именно на начало мая…

Она немного помолчала, вздохнула по привычке и продолжила:

– Марина, ты меня слышишь? Я понимаю, что от тебя осталось лишь тело, и только эти семеро «товарищей», которые находятся всегда в этой комнате, поддерживают тебя. И я тоже хочу, чтобы мы, семь душ, могли помогать тебе. Я могла бы с удовольствием вступить в драку за тебя, но ведь это твоя жизнь, а мы должны лишь наблюдать, в большей части... У меня есть план, как изменить Ярослава. Скорее всего, именно Рус может на него повлиять, но он этого не делает, пытаясь перевести все стрелки на себя. Рус беспокоится за своего младшего брата, и это неспроста. Он поможет тебе, я уверена. Нужно лишь позвонить ему за день до встречи и спросить, кто в их доме авторитет, и кто авторитет конкретно для него. Для Ярослава авторитетом остается старший брат, значит, нужно действовать через него! Помоги, прошу, и мне, и ему, помоги…

– Хорошо.

Клевер подняла голову. Голос исходил от экрана.

– Что…нужно делать?

– От тебя требуется только позвонить Русу и участвовать в драке. Попроси, чтобы он остановил драку, когда ты перестанешь отклоняться и замахнешься для ответного удара.

6 мая 2027г. Четверг

Марина решила не брать свой новый сотовый, а набрала номер Виленовых на домашнем телефоне.

– Алло? – ответил голос из трубки.

– Здравствуйте! Это дом Виленовых?

– Да, – голос был мужским и низким, похоже, отец.

– Можно Руса позвать к телефону, это его товарищ, – Марина не стала говорить о том, что она ходит с ним на легкую атлетику.

– Слушаю, – ответил твердый уверенный голос Руса.

– Здравствуй, это Марина, мы вместе ходим на легкую атлетику.

– А! да, здравствуй Марина, – он сразу вспомнил девочку, которая постоянно общается с пятью мальчишками старше нее.

– Я хотела бы тебе такой вопрос задать, немного личный, ты не против этого?

– Спрашивай, не волнуйся.

– Кто авторитет в вашей семье?

– Отец, а что?

– А он для твоего брата младшего тоже авторитет?

Послышалась небольшая насмешка.

– Нет, он больше слушает меня, чем его, даже когда отец кричит на меня.

– А для тебя кто авторитет, если даже младший брат слушает тебя?

– Ну, – Марина услышала какой–то шум в трубке, это Рус почесал затылок. – Если мой младший брат берет пример с меня, то я, в свою очередь, беру пример со своего старшего брата.

– Неужели вас трое?

– Да! Наш старший брат уже взрослый, ему тридцать лет, и у него своя семья, поэтому он переехал.

– Но у вас такой большой дом! Разве нельзя поселиться вместе?

– Он думал об этом, но не хотел зависеть от родителей.

– А в его жизни был какой–то переломный момент?

– Ты знаешь, именно этот момент сделал меня и его такими, какие мы сейчас. Он рассказал мне один случай. Если честно, мы все трое совершенно разные, и только сейчас я стал больше понимать старшего брата.

– А ты можешь рассказать об этом моменте завтра?

– Конечно! Слава говорил, что у вас что-то намечается, что ты ему «стрелку забила».

– Главное – без посторонних! – воскликнула Марина. – Запомни, если я начну драться, значит, нас нужно остановить.

И вот сейчас Рус стоит и ждет. Пока он ждал, вспоминал рассказы своего брата о том, каким он был раньше. Он всегда лез в драку, даже создал свою маленькую шайку, где был предводителем. Брат всегда был жесток со всеми, кроме него, Руса. И вот наступил такой день, когда он изменился…

Рус увидел, как Марина утвердилась на земле и приготовилась дать отпор. Девочка уже отвела кулак назад и хотела выпустить свой удар, словно пулю.

– Ну, я пошла! – сказала Клевер, подходя к экрану. Однако она не стала погружаться в него полностью, а лишь засунула в него руку по локоть, засучив рукава на рубашке.

– Ты что это делаешь?! – возмутилась и одновременно удивилась Ветер.

– Дух не может вам ответить, – сказал парень с челкой. – Если душа скажет сейчас хоть одно слово, то Марина повторит его за ней. Если бы она осталась на месте, то Марина могла бы пропустить ее слова и просто не произносить их. Но не теперь.

– Хватит! – крикнул Рус и подошел к паре. – Я насмотрелся. Брат, ты что делаешь? Разве нельзя постоять за себя каким–то другим путем?

– Это говоришь мне ты?! – воскликнул Ярослав и подошел к Руссу ближе. Еще никогда он не был так взбешен. Казалось, будто он сейчас ударит старшего брата. – Ты даже не можешь сказать что–то против нашему отцу! Он не в восторге от того, что ты занимаешься бегом и при этом занимаешь вторые или третьи места. Дай мне хотя бы в чем-то найти свою отдушину!

– Ты сейчас напоминаешь мне отца и старого Яра, – сказал Рус с горестной улыбкой на лице. – Брат любил избивать людей. При этом у него была страшная улыбка, словно он скалится. А отец никогда не держит все в себе, он сразу все высказывает. Но появился такой человек, чей оскал был яростнее, чем у брата. Сядь.

– Что ты?..

– Сядь! – повторил Рус еще более грубо.

– Сядь, Ярослав, – сказала Марина словами Клевера.

Они вместе приземлились на траву. И Рус рассказал о том, почему он больше ценит слова брата, нежели отца.

– Когда Яр учился в старших классах, он был на пике какого–то непонятного необузданного бешенства. Как он сам рассказывал, это было похоже на непреодолимое желание почесать кулаки или что–то вроде этого. И один человек его особенно бесил. Яр всегда хотел хорошенько ударить его. И не сдерживал себя. Каждый раз, когда тот оставался один, брат со своей компанией зажимал его в укромном месте и избивал. Но однажды все пошло не так, как было запланировано. Два товарища из банды держали его, а Яр избивал. И вот, в какой–то момент сам человек не выдержал побоев и вырвался из рук. Все произошло так быстро: оба товарища лежали на земле, а сам брат оказался в тисках. Его держали за ворот. Тогда он услышал, что все время повторял этот человек: «А ты терпи, терпи все, но как можно это терпеть? Ваши удары ничто, но все равно, сейчас терпеть, у меня нет намерений! Я просто выплесну все, что накопилось во мне, а потом буду терпеть до скончания дней своих». Так сказал тот человек. И брат запомнил эти слова, словно чужие кулаки вбили ему это в память. Яр после этой истории сказал мне: «И ты тоже терпи, терпи, затем выплесни все в один день, а потом снова терпи, но уже до скончания дней своих». Можно сказать, он процитировал того человека. Я уже давно перетерпел и выплеснул то, что накопилось. И знаешь, как я это сделал? – он посмотрел на Славу, и тот покачал головой. – Я побежал на одном из соревнований так быстро, как только возможно и занял первое место. Возможно, это нужно было сделать иначе. Но, кто знает, что бы я мог натворить, если бы не поступил именно так. Сейчас мне кажется, что я был готов избить нашего отца...

Тут–то до младшего брата и дошло, что на самом деле Рус не боится отца, он терпит, уважает брата и терпит. И дело вовсе не в силе, которой обладает взрослый мужчина. Если бы Рус был слаб духом, он уже давно бы все рассказал своему любимому старшему брату.

– И теперь я хочу сказать это тебе. Так же, как и я, и старший брат, выплесни все по–своему. Найди в себе силы! А затем терпи, но уже до окончания дней своих.

Наступила неловкая минута молчания. А душам было страшно, все–таки, это первая стрелкаМарины.

– Хорошо, – вдруг сказал Ярослав и встал с травы. – Я уже нашел.

Он побежал за школу, и Марина с Русом отправились за ним, чтобы не потерять его из виду.

Ярослав добежал до перекрестка Светофоров. Затем повернул налево и побежал к главному зданию города. Ребята поняли, что он направился домой.

Ярослав вбежал в свой дом, как угорелый. Отец, который сидел за письменным столом в приемной, встал и с удивлением посмотрел на сына.

– Папа, – начал он задыхаясь. – Почему ты не гордишься своим сыном?! Рус старается побеждать и всегда хочет лучшего для семьи, так почему ты с ним так обращаешься? Он ведь не дурак, не идиот. Он сильный человек! Для тебя так важны ео победы? Медали его определяют? Если что–то происходит, он всегда помогает и поддерживает в трудную минуту, так почему? Ответь! Почему!

– …

Отец не знал, что ответить.

– Он всегда терпит, но я не хочу, чтобы он сорвался…

Голос Ярослава начал утихать. Его грозная фигура совсем растворилась. Теперь он не тот молчаливый парень, который стоял рядом с товарищами и лишь наблюдал за разговором. Из его глаз потекли слезы.

Однако грозная фигура отца растворяться и не думала. Он встал, обошел стол и подошел к своему сыну. Посмотрел на него с какой–то жалостью и безнадежностью, без злобы. Он присел на корточки и положил свои руки на плечи сыну. Слегка подтолкнул к себе и обнял. Ярослав перестал плакать, когда почувствовал, что отец дрожит.

– Почему? – начал тихо говорить отец Славе на ушко. – Потому что я слабый человек. Я не могутак терпеть…

– Как? – удивились оба сына. И слава, в объятьях отца, и Рус, стоявшей за дверью.

– Откуда он?..

Рус не мог поверить своим ушам. Неужели отец тоже слышал об этом человеке? О человеке, который изменил жизнь его старшего брата?

– Постой! – вдруг подумал Рус, он что–то вспомнил. – Может, это из–за той женщины?..

Мы тогда гуляли в саду, и к нам на лавку присела женщина. Он спросила у отца, нравятся ли ему цветы. Он раскраснелся от такого неожиданного внимания. Она выглядела молодо для своих лет. Тогда женщина сказала, что она чуть моложе отца, но я бы так не сказал. Я точно помню, что после разговора о неудачах в его работе, она сказала: «А Вы терпите, терпите и все будет хорошо!». В какой–то момент даже показалось,… но неужели она была той, кого…брат… Не верю. И она научила их обоих?! Только брат справился, а отец… сорвался?

Марина внимательно смотрела на происходящие издалека. Она видела все переживания и чувства этих людей. Все то, что они пытались выразить воими словами и двидениями.

– Смотри, Марина, – мысленно заговорила Клевер с Мариной. – Смотри, набирайся опыта. Ты должна понять, что человеку может понадобиться всего лишь случай, чтобы измениться. И необходимо знать, что судьба не должна быть над человеком властной. Она должна ему подчиняться. Если ты сможешь это понять, то сможешь САМА находить ответы на все вопросы, без чьей–либо помощи.

Марина уже начала пятиться к выходу, как кто–то преградил ей путь. Она повернулась и подняла голову. Это был мужчина тридцати лет. Волосы его были выкрашены в светлый, но у корней проглядывался черный цвет, как у Руса с Ярославом. Марина сразу поняла, что это их старший брат. Его глаза немного прищурены, волосы уложены на один бок, а левую бровь и веко украшал широкий белый шрам. Клевер не могла отделаться от чувства дежавю.

– Здравствуй, Марина? – поздоровался он. – Очень приятно с тобой познакомиться. Меня зовут Яр, я старший брат Ярослава и Руса. Как погляжу, в моей семье все хорошо. А где же мама?..

– Брат! – воскликнул Рус, подбежав к Яру. – Мама наверху.

– Пойду, поздороваюсь, – Яр убежал наверх, а Рус продолжил разговор с Мариной.

– Какая любовь в нем проснулась, несмотря на то, что Ангелина Андреевна наша мачеха.

– Как? – удивилась Марина.

– Наша мама, моя и Яра, ушла от нас примерно через три года, как я родился. Тогда нашего папу вернули к жизни два ангела. Это цветочница и ее подруга. Папа дорожит ею больше, чем жизнью своей, но почему–то боится в этом признаться.

– Тише только, – шептал Яр, спускаясь вместе с матерью с лестницы.

У женщины с плеч падали светлые кудри длинных волос. Она миниатюрна, и, кажется, будто она как хрусталь, если упадет, то может разбиться. Поэтому Яр поддерживал ее за руку, видя за собой. На женщине надета голубая водолазка с подвернутыми рукавами и длинная юбка, словно от платья. Она осторожно выглянула из–за поворота лестницы и увидела, как отец обнимает младшенького сынишку и едва не плачет. Ангелина Андреевна улыбнулась так искренне и тепло, не сдержала чувств, от счастья обняла Яра и уткнулась лицом в его жилетку. Послышались всхлипы.

– Рус, – позвал к себе успокоившийся отец.

– Да? – Виленов взял своего сына за руку и с нежностью крепко сжал ее, словно держал золотую рябку или синицу.

– Ты прости меня старика. Сила воли вам от матери досталась. Боритесь с жизнью по-своему, мальчики мои! Боритесь!

Марина тихонько вышла из дома Виленовых, закрыла за собой дверь и отправилась домой.

Точнее, она бы ушла спокойно, если бы отвернувшись от ворот, не наткнулась на одну женщину. Марина и Клевер внимательно посмотрели ей в глаза. Боже! Она прекрасна. Ее немного хитроватые зеленые глаза ласково посмотрели на девочку. Шелковые каштановые волосы, заколотые сзади, сверкали на весеннем солнышке. Ее тонкие руки тянулись к калитке в тот момент, когда Марина преградила ей путь, поэтому рука женщины застыла над плечом девочки. Женщина одета в брюки, рубашку и легкую жилетку, на которой была прикреплена маленькая брошь в виде клевера.

– Кто она? – спросила Клевер мысленно саму себя.

Женщина взглянула на девочку и удивленными глазами спросила:

– Почему ты плачешь?

– А? – Марина поднесла ладони к лицу и вытерла влажные дорожки. – Извините, там просто такая драма в доме. У вас красивая брошь.

– А, ты о клевере? – она улыбнулась. – Хозяйка дома?

– Да, проходите! – женщина снова улыбнулась и прошла мимо Марины, а сама Марина отправилась домой.

– И что это на нее нашло? – спросила Ветер у Клевера возле выхода.

– Не знаю, я вроде, не помню этой женщины. Хотя, она очень красива. Особенно ее сережка в ухе. Стоп. Неужели!..

Часть 4 Глава 13

Глава тринадцатая

3 сентября 2027г. Понедельник

Сегодня Велик направлялась в школу от бабушки с дедушкой. Марина попросила оставить ее с ними, когда они приезжали навещать пожилую пару. Теперь Велик шла по главной улице города и думала над вопросом, который задала ей Клевер.

Они сидели на диване перед комнатой и смотрели передачу о животных. Клевер обратила внимание на горилл. Она начала восхищаться их умом и удивляться, как это они не эволюционировали в людей. Естественно, она знает историю возникновения нашей планеты, точнее, несколько гипотез, а также эволюцию человечества. Но ей нравилось думать, что у людей есть дальние родственники в лице млекопитающих. Именно таких умных, как обезьяны. Еще один момент, почему она заинтересовалась гориллами, так это прочтение романа Эдгара Берроуза «Тарзан». Ей сразу захотелось узнать, что из себя представляют настоящие гориллы, не описанные в романах и обитающие лишь на страницах книг. Велик удивилась такой любви Клевера к простому животному.

- А разве тебе не нравится какое–нибудь млекопитающее, птица или рыба? – ответила тогда Клевер вопросом на вопрос. Велику не представился шанс ответить или возразить Клеверу, потому что Ботаник уснула на ее плече.

Вот теперь Велосипедист идет по дороге и думает об ответе на заданный вопрос. Но одно она знала точно. Какое бы животное ей не нравилось, собаки в этот список не входили. Ей эти существа казались безвольными и зависимыми от других. К тому же, когда мимо них проезжаешь на велосипеде, они вечно лают на колеса и преграждают путь. Велик тяжело вздохнула, шаркнула пятками по асфальту, что уже вошло у нее в дурную привычку, и продолжила идти.

Тем временем одна душа внутри тела слишком разыгралась, точнее, расшумелась. Кисточка ругала своих товарищей за безалаберность.

– Серьезно, друзья! – возмущалась она по непонятным причинам. – Разве можно быть такими беззаботными? Давайте распределим обязанности!

– Какие еще обязанности? – изумились Ветер и Лента в один голос.

– Да мы тело медленно гробим! Нужно, чтобы все в нем было сбалансировано. К тому же, вы все постоянно горбитесь! – воскликнула Кисточка.

– Да? – удивились все, а Клевер лишь издала тихий звук вроде стона.

– Да! – передразнила Кисточка остальных. – Вы посмотрите на нас с Великом и берите пример. Велосипедист ходит расслабленно, но ровно, я всегда сохраняю правильную осанку, даже когда сижу. И если Боксер еще хоть как–то держит спину…

– Спасибо, – усмехнулась Перчатка за похвалу.

– Не за что, – прервалась Кисточка и продолжила. – То чем дальше, тем ниже вы опускаетесь.

– Я бы поспорила! – выкрикнула Ветер и указала пальцем на свою подружку. – Гимнастка тоже спину ровно держит.

Но Кисточка, обратив внимание на выкрик, лишь фыркнула и продолжила.

– Давайте с этого дня держать спину и заниматься тем, чем возможно.

– А это чем? – поинтересовалась Праздник.

– В твоем случае – отдыхать! – буркнула Кисточка, и Праздник сразу откинулась на спинке своего кресла, мол, вот и хорошо. – Велик будет продолжать держать осанку, остальные тоже должны постараться. Я буду отвечать за ловкость рук. Перчатка у нас тренирует тело, точнее, все выше пояса, но не так, чтобы тело Марины выглядело как у бодибилдера, договорились? Так, Клевер! А, она спит. Но она, в любом случае, отвечает за зрение, потому что только она у нас такой заядлый читатель. Дальше у нас идешь ты, Ветер. Ну, тебе достается нижняя часть тела, то есть, ноги. Лента будет отвечать за гибкость, соответственно. Гулена же будет расслабляться.

– Сенсей! – шутя, крикнула Праздник. – А играть мне можно?

– Во что?

– Ну, волейбол, там, в мячик и все такое.

Все души начали тихонько хихикать.

– Разрешаю! – дала добро Кисточка совершенно серьезным и невозмутимым тоном. Духи даже усомнились, смеяться им дальше или промолчать.

Пока внутри Марины продолжались споры, Велосипедист услышала странный звук вроде скула. Она огляделась по сторонам и увидела под воротами одного из домов маленького щенка. Он выглядел полуживым. Весь грязный, потрепанный, в ссадинах. Велик оглядела его со всех сторон и заметила, что он ползет к ней. Но не так, как обычные собаки, покорно и умоляюще. Этот маленький песик тянулся к свободе, будто говоря, что не собирается умирать и оставаться здесь. Вдруг послышались какие–то выкрики за воротами.

– Ты где, псина! – Велик снова поглядела на щенка. Из–за слоя пыли и грязи на его шерсти, нельзя было даже понять, какой он породы. Едва от грязи можно отличить этот комок шерсти, валяющийся на земле. – А! вот ты где! – только успела мелькнуть большая тень и толстая рука на земле, как Велик ловко выдернула щенка из–под ворот. – Эй!

Мужчина необъятных размеров выбежал из-за двора, но никого не увидел. Велосипедист успела спрятаться за домом и прикрыть щенка курткой. Она знала, что так просто ей не отделаться, если мужик начнет обходить дом по кругу и заметит ее. Поэтому она решила выйти сама, совершенно не принужденно и спокойно, как делает это всегда.

– Эй! – крикнул ей мужик, посмотрев направо. Велик сняла свою верхнюю куртку, завернула в нее полуживого щенка и заложила сверток в подмышку. Выглядело так, будто она просто несет куртку.

- Какой же он худой, - подумала Велосипедист.

– Щенка не видела?! – мужик смотрел на девочку сурово. Но он еще не знал, с кем имеет дело. Души редко чувствовали, чтобы от красного огонька исходила злоба или ярость. Но когда это происходило, напрягались все.

Они смотрели на экран, и у них складывалось ощущение, словно еще один шаг, и она порвет этого мужчину на куски. Угрожающий взгляд девочки не сулил ничего хорошего, поэтому мужик остановился в трех шагах от нее, сам того от себя не ожидав.

– Нет, – сказала она совершенно спокойно, как всегда, и отвела от него свой взгляд, продолжая идти к школе.

В конце концов, она уже дошла до перекрестка Светофоров! Что ей теперь, поворачивать обратно и пропускать школу? Глупо. Можно обойтись и без этого. Марине всегда дают с собой контейнер с завтраком, потому что знают, что в столовой она не наедается (хотя порции достаточно большие, чтобы до обеда остаться сытым).

Велик вошла в школу и направилась в уборную на втором этаже. Там она закрылась в кабинке и достала небольшую бутылку с водой. Когда из контейнера были извлечены бутерброды с колбасой, Велик наполнила его водой и попыталась привести щенка в чувство. Он был худой и голодный, а слой грязи мешал ему дышать. Вдруг она услышала скрип и знакомый голос.

– Ирина, – позвала она тихо одноклассницу. Та подошла к кабинке и через дверь поздоровалась с ней. – Ты не могла бы сказать учительнице, что я немного опоздаю? Хорошо, что хоть физики нет сегодня.

– Зато есть алгебра! – предупредила Ирина. – Ты уверена?

Больше в уборной никого не было, поэтому Велосипедист, без какого–либо риска открыла кабинку. Ирина ужаснулась, когда увидела на руках своей подруги маленький грязный комочек шерсти.

– Уверена, – сказала Велик твердо.

– Ладно, скоро звонок, я пойду.

Когда прозвенел первый звонок на урок, за дверью послышалось множество шагов. Постепенно топот ног затих, и прозвенел второй звонок, который означал окончание утренней зарядки и начало первого урока.

Теперь Велосипедисту нечего было бояться. Она вышла из кабинки и направилась к умывальнику с теплой водой. Хорошо, что директор позаботился о горячей воде в школе, достаточно удобно.

Велик нашла две губки в ведре технички. Одной она заткнула слив раковины, а второй начала снимать верхний слой грязи с щенка. Он тяжело дышал и лишь изредка открывал глаза. Губка не очень помогала в том, чтобы вычистить всю грязь, поэтому Велосипедисту пришлось приложить немного усилий. Она начала отделять каждую шерстинку тонкими пальчиками. И наконец, стал проглядываться настоящий окрас щенка.

Оказалось, новый друг не был обычной дворняжкой. Лапки, грудка и шея рыжие. Над хвостом пролегает черная полоса, которая берет начало от спины. Мордашка и плечи тоже черные. Щенок заморгал. Велик протерла ему глаза, и те засияли коричневым цветом. В глазах Велосипедиста блеснули красные огоньки, которые отразились во взгляде щенка.

– Ну, что, моя немецкая овчарка, как звать тебя будем? – спросила она с улыбкой, глядя в глаза счастливому бедняге. Она вытащила его из–под струи воды и обернула в джинсовую куртку. Отопительный сезон в школе еще не начался, поэтому в коридорах и кабинетах довольно прохладно.

Они зашли в кабинку, и щенок сразу обратил внимание на миску с водой и бутерброд рядом с ней. Сразу понятно, что малыш голоден. Он несколько раз лизнул поверхность воды и осторожно приблизился к еде на полу. Было такое ощущение, будто он боялся подходить к хлебу с колбасой. Словно его сейчас за это вот–вот ударят.

Велосипедист заметила это и слегка подтолкнула щенка к бутерброду. Тот сначала вздрогнул, посмотрел на поблескивающие добрые глаза девочки и начал жевать сначала хлеб, а потом уже и колбасу. Велик ласково смотрела на него, и казалось, будто щенок сейчас плачет, и его слезы падают на пол, но это была лишь вода с усов.

Так просто, без присмотра, оставлять его нельзя, поэтому Велик решила обратиться к сторожу. Девочка очень сильно удивилась, когда увидела в каморке под лестницей не только их сторожа, но и охранника театра.

– А! здравствуй, Марина! – воскликнули оба мужчины. Спустя несколько минут Марина узнала, что они близкие друзья и соседи.

Сторож спросил:

– Что–то случилось, Марина? Почему ты не на уроке?

– Можно попросить вас об одолжении?

– Конечно, но в пределах закона! – усмехнулся сторож и погрозил пальцем.

– Не могли бы вы приглядеть за моим другом? – из–под куртки выглянула маленькая черная мордочка.

– Глянь–ка! – воскликнул охранник. – Живой! Где ты его нашла?

– Да так, на главной улице подобрала.

– Это хорошо! – успокоился охранник. – А то я шел из театра сюда, хотел забрать, а за ним следом хозяин выбежал. Как этот толстяк заорал на меня! Вырвал из рук беднягу и захлопнул передо мной калитку. Как же тебе удалось его забрать?

– Расскажу на следующей перемене. Так что, приглядите? – веселая мордашка щенка то пряталась в складках, то высовывалась обратно.

– Присмотрим, не волнуйся. Сюда никто не заходит!

Велик успокоилась и направилась к своему кабинету. На ней надета белая рубашка с короткими рукавами, узкие черные джинсы, и белые кроссовки на липучках. По дороге она распустила свой растрепавшийся высокий хвост и собрала его вновь на макушке. Девочка открыла дверь посередине урока. Елена Сергеевна ничуть не сомневалась, что Марина рано или поздно явится на урок. Но чтобы так опоздать, нужна веская причина. Однако Велик не смогла придумать ничего кроме как сослаться на плохое самочувствие и визит к медсестре. А сказала она это так убедительно, что ни у кого не возникло сомнений, даже Ирину это смутило.

На следующей перемене Велик вернулась к сторожу.

– А твой друг хорошенький! – протянул сторож, лаская щенка. – Только из куртки твоей все это время не выпрыгивал. Понравилась ты ему, наверное. Как назовешь?

Тут–то Велик и растерялась. Что–то внутри нее начало пульсировать и говорить, звать, кричать. Словно это что–то хочет дать подсказку. Вдруг она услышала шепот в мыслях.

«Живой…»

– Элайв. Так его теперь зовут, – улыбнулась Марина, и сторож с охранником переглянулись между собой.

– Да, иностранный мы в школе тоже изучали! – усмехнулся сторож.

– «Живой», значит, – усмехнулся охранник и погладил щенка по голове. – Ну, что, живи, Живой!

Вечером Марина принесла щенка домой, и родители удивились душевному порыву девочки. Еще никогда ей не становилось жалко уличного зверька.

Велосипедист вышла из комнаты после школы и подумала:

– Какое животное мне нравится? Наверное, это волки…или собаки, которые похожи на волков. Которые еще имеют волю к свободе и жизни…

Она сидела возле стены комнаты, и к ней подбежали товарищи. Для них это тоже было удивительным зрелищем, что их Велосипедист проявила симпатию по отношению к собаке. Когда ребята разошлись, Велосипедист решила вздремнуть. Она долго лежала и не шевелилась. Все решили, что она заснула, и стали говорить тише. Она оперлась на стену комнаты, сев слева от прохода. Наклонив голову вправо, Велик видела темноту сквозь ресницы и вдруг почувствовала свет в этой темноте. Кто–то ходил взад и вперед, кто–то стоял, а кто–то сидел за стенами комнаты. Она услышала голоса.

…

– А ты молодец!

– Да, набралась смелости и сказала то, что хотела.

– Да я только шепнула.

– Ну, знаешь, лучше шепнуть, чем промолчать вовсе.

– Мне просто стало жалко щенка!

– О! редко увидишь, когда ты смущаешься.

– Ладно, тише, а то мы разбудим духа.

– И надо ему постоянно здесь спать, у нас под боком!

– Ладно вам! Давайте тоже поспим…

…

В это время все ученики уже давным–давно пришли со школы, поели и сели за уроки. Одна только Ирина, одноклассница Марины, побежала на работу к своему папе, в кинотеатр.

– Папа! Знаешь, что сегодня сделала Марина?

– Твоя одноклассница? – отец Ирины ставил новый диск в проигрыватель.

– Да! Она щенка спасла! Хотя раньше я не замечала за ней такой любви к животным. И занималась она этим щенком так, будто это не она вовсе!

– Почему же ты так решила?

– Потому что у нее глаза горели красными огоньками! Представляешь?

– Ну-ну, не придумывай, – отец немного задумался. – Ладно, мне нужно заехать по работе в другое место.

– В театр?

– Нет, на Вышку. Тебя домой отвести?

– А раньше тебе туда не нужно было?

– Нет, нужно было, по другим делам. Так! Что за допрос?

– Просто интересно, когда ты появишься дома.

– Ха-хах! Не волнуйся, скоро.

– Хорошо, тогда вези!

Часть 4 Глава 14

Глава четырнадцатая

4 сентября 2027г. Вторник

Элайв с самого утра начинает бегать по углам и не знает, куда ему деваться. Маленькая Рада смотрит на щенка и смеется от того, как он смешно виляет хвостиком. Малыш большую часть времени проводит именно с Мариной, остальным он пока не доверяет. Но за один день все успели понять, что Элайв станет лучшим другом для Марины и будет рядом с ней повсюду. Девочка называет своего друга Элайвом, когда другие ласково зовут его Лайви или прости Ви.

Утром Кисточка спешила на занятия. Когда она уехала Элайв убежал за диван. Дома остались Паша и Маша с Радой.

– Выходи, Лайви! – звала Маша, но щенок не откликался.

Тогда Паша заглянул к нему и тихо позвал:

– Элайв, выходи, не бойся. Здесь все свои.

Как щенку было непривычно слышать такие ласковые слова. Он услышал свое имя. Раньше какой–то грубый и ужасный голос кричал на его маму:

– Не лай, сука! Не трогаю я твоего паршивца! – затем он отходил от старой матери и злобно ворчал. – Одно радует, помрешь скоро!

Удивительно, что у такого человека вообще есть питомец. Когда–то его собака была не такой беспомощной. Однажды она спасла ему жизнь, толкнув мужчину на тротуар. Он едва не плакал, гладя дворнягу по голове. Мгновение назад его могла раздавить машина.

Мужчина взял собаку к себе домой и каждое утро выходил на прогулку с ней. Во время одной из таких прогулок дворняжка увидела прекрасную немецкую овчарку. Она была заворожена статностью пса и его гордым видом. Они остановились, и их хозяева сделали то же самое. Женщина посмотрела на мужчину и увидела в его взгляде ласку и заботу. Она влюбилась в этого полного доброго мужчину с первого взгляда.

Через некоторое время они стали жить вместе, и все было хорошо, пока не начались мелкие бытовые ссоры, нараставшие со временем снежным комом. И вот наступил тот день, когда очередная ссора стала последней.

Она собрала свои вещи, взяла собаку за ошейник и вышла за ворота. Мужчина возненавидел дворняжку, которая подарила ему жизнь и любовь. Начал постоянно отстранять ее от себя, затем бить. А потом и вовсе вышвырнул на улицу. И вот когда он увидел рожденного породистого щенка, им овладела злоба, и он захотел сразу же утопить малыша. Но заботливая мама не дала ему сделать этого. И вот каждый день он хотел избавиться от щенка, но каждый день его опекала мать, и каждый раз одинокую семью приходил навещать отец.

Пес постоянно приходил к воротам и наблюдал за бедным худеньким сынком. Много раз он звал его, и щенок мчался на его зов, и чаще всего хозяин преграждал ему дорогу, словно мстил всему миру. Много раз пес сам пробирался за ворота дома, хватал щенка и нес его к выходу, и снова его останавливал мужчина. Постоянно пес думал о том, как заберет малыша к себе домой, и хозяйка согреет его своим теплом. Но на протяжении нескольких месяцев пес мог подарить сыну лишь свое тепло и надежду.

Прошлой ночью он пришел во двор старого хозяина и ужаснулся: сына нет! Он хотел было побежать к хозяйке и позвать ее на помощь, но уловил посторонний запах возле ворот. Совершенно новый, особенный запах. Этот запах был смешан с запахом его сына.

Он проследил за ним до школы, а потом вернулся на перекресток Светофоров. Отчаявшись, пес направился к дальней улице города, где живет Марина. Проходя мимо их дома, он снова уловил знакомый запах. Пес пробрался под забором во двор и заглянул в дом. Там и был его сын, в тепле и уюте, окруженный заботой. Малыш выглянул из–за дивана и тихонько уткнулся мордочкой в широкую заботливую руку мужчины.

Пес успокоился и хотел было бежать домой, но вдруг почувствовал новый запах. Он повернулся и увидел молодую девушку в спортивном костюме с немецкой овчаркой на поводке. Пес почувствовал что–то родное. Он подбежал к собаке и начал ее облизывать, скулить и ласкаться не только об нее, но и об ее хозяйку. Собака была его мамой. Вдруг она уткнулась мордой в шею сына, будто говоря: пора домой. И он убежал полный счастья и восторга.

В эту ночь был несчастен лишь один человек. Мужчина, который потерял все: своих друзей в лице питомцев, семью, в лице одной любимой женщины. Он просто сидел и плакал над большой коробкой с подстилкой, где оставались клочья шерсти старой суки…

А в это время где–то неподалеку бродил один маленький щенок. Скоро мужчина выйдет на улицу и поплетется к тому месту, где когда–то одна дворняжка спасла ему жизнь. Но обмен в мире должен быть равноценен. Ему придется спасти чью–то душу так же, как когда-то спасли его. По капризу судьбы блуждающий дворовый щенок встретится этой ночью с одиноким мужчиной, и их жизни переплетутся…

А тем временем маленький Элайв выползает из своего укрытия на зов ласкового голоса Паши.

Часть 4 Глава 15

Глава пятнадцатая

Кисточка уже расходится со своими бабушками по разным кабинетам, и скоро начнется урок. Она ждала начала с нетерпением и не думала скрывать своего восторга. Одноклассники смотрели на нее и невольно сами начинали вести себя так же, как и она. Все–таки, Кисточка давно решила для себя, что познает этот предмет. Один Закон Всемирного Тяготения чего стоит! Какое чувство возвышенности своей души она испытывала, когда слушала Елену Сергеевну.

Художница – это необыкновенная душа! Не каждый человек может совместить в своем сознании науку и искусство. Но она – совсем другое дело. Ей нравится и то, и другое. Оба предмета ей знакомы, и она хочет узнавать о них все больше и больше. Для одного Кисточка может легко извлечь выгоду из другого.

Лишь один человек в классе не отреагировал на восклицания Художницы. Для этого мальчика уроки – это всего лишь уроки. Их просто нужно учить, чтобы потом получить аттестат, в институте получить высшее образование и жить в достатке за счет высокооплачиваемой работы. Это самая обычная жизнь, и радоваться таким мелочам, как новый предмет – в общем–то, нет никакого смысла.

Как только Художница взглянула на его безразличный взгляд, который смотрел только в табло планшета, она немного возмутилась даже разозлилась. Разве можно быть настолько безразличным ко всему, что происходит вокруг тебя! Девочка уже хотела подойти к парню, чтобы высказать все свои возмущения, но его спас звонок на зарядку, а затем и на перемену.

– Так, ребята! – начала Окинирова Елена Сергеевна. – Прежде чем мы начнем урок, давайте распределим обязанности. У нас в классе двадцать человек, – она встала за кафедру, открыла журнал и личный блокнот. – Нужно, чтобы никто не остался без дела. Сейчас я буду диктовать по очереди все должности. Вы поднимаете руку, я вас записываю, и вы садитесь. Некоторые должности требуют внимание больше, чем одного человека, имейте это ввиду. Думаю, я понятно объяснила. Договорились?

– Да! – прозвучал хор голосов.

– Вот и хорошо. Так–с, начнем с главного: кто будет первым предводителем класса после учителя?

– …

– Я! – прозвучал спокойный и одновременно звонкий голос.

– Ярослав? – удивилась учительница и улыбнулась одними лишь глазами. – Не ожидала, но очень рада твоему порыву! – она записала фамилию и имя напротив должности: староста. – Кого возьмешь себе в поддержку?

– А можно двоих?

– Пожалуйста, – учительница махнула рукой в знак одобрения.

– Тогда пусть это будет мой тезка, Ярослав, и Голуба. Она хоть и тихая, но всегда поможет.

– Конечно–конечно! – еще два имени были записаны в блокнот. – Ответственный за дисциплину?

– Сережка! – выкрикнула Лиза.

– А что, могу и я! – выпрямился Сергей, сидевший рядом с Лизой.

– Хорошо, ты у нас будешь следить за внешним видом одноклассников, за их ошибки и исправления этих ошибок…

– В общем, следить за их косяками! – выкрикнул Сергей.

– Правильно! Именно так! – поддержала сама Елена Сергеевна. – Кто будет ответственен за дежурства?

– Я! – крикнули Злата с Женей в один голос.

– Ну, хорошо. Только вы определитесь, как будете заведовать.

– Да тут все просто! – засмеялась Злата.

– Одна будет гонять, а вторая проверять! – подхватила Женя.

– Так, дальше…

Через несколько минут с выбором определилась большая часть класса.

– Значит так. Лиза и Марина: художники…

– Надо было ей! – буркнула Клевер. Она совсем недавно проснулась от долгого сна.

– Ирина: книжник, вот кто будет в библиотеку для всего класса бегать. Но если кто задолжает книжку, просьба обратиться к Ирине!

Продолжим. Светлана – ответственная за мероприятия. К ней в подмастерья идут: Миша и Андрей.

– А можно еще кого–нибудь? А то если будут какие–то новогодние праздники или что–то еще…

– И нам тоже! – выкрикнула Кисточка следом а Светой.

– Конечно!

– Тогда я возьму еще троих! – сказала Света и назвала их имена. – Парочка Надежды и Гордея, а еще Олеля.

– Мы тогда берем оставшихся ребят! – успела добавить Кисточка.

– Тогда к вам присоединяются двое, – добавила Елена Сергеевна. – Виктория и Тарас. Подводим итоги:

Ирина – книжник.

Вова – цветовод.

Лиза, Марина, Вика, Тарас – художники–оформители.

Артем – физрук.

Женя, Злата – ответственные за дежурства.

Света – ответственная за мероприятия.

Миша, Андрей, Надя, Гордей. Как складно–то! – посмеялась учительница, и ученики подхватили ее веселье. – Олеля – помощники Светы.

Сережа – ответственный за дисциплину.

Голуба и Ярослав – замы старосты.

И второй Ярослав – староста. Кого пропустили? Еще есть должность казначея.

– Я буду, – ответил чей–то безразличный голос.

– Орест, ты уверен? – спросила учительница у парня, который держал в руках планшет, но не смотрел в него. – Ведь это большая ответственность.

– Не волнуйтесь, – сказал он все тем же ровным тоном. – С деньгами я умею обращаться. Тратить казенное имущество не буду, обещаю.

Все засмеялись.

– Хорошо, раз уж ты так уверен, пусть будет по–твоему. Ну, а теперь приступаем к уроку! – она похлопала в ладоши три раза и продолжила говорить. – Мы делаем с вами ответственный шаг на пути к изучению науки.

У Кисточки вдруг вспотели ладони. Она сгорала от нетерпения. Ее бросало то в жар, то в холод. Сплошное нетерпение. Еще немного, еще совсем чуточку потерпеть, и начнется то, чего она так долго ждала. Знаний! Знаний о тайнах мира!

Помимо того, что Елена Сергеевна начала вести с учениками беседу о физике, как науке, изучающей неживую природу, она забегала далеко вперед, рассказывая о таких вещах, которые они должны будут узнать только через месяц, а то и через год!

– Тела могут находиться в трех агрегатных состояниях, которые нам известны с пеленок, но мы не пытаемся понять их состояние. Мы видим молоко на столе, знаем, что оно полезно, и просто пьем его. Вода! – продолжала учительница. – Горячая она или холодная, нам все равно. Мы просто используем ее в своих целях. А то, что вода имеет три агрегатных состояния? Мы об этом даже не задумываемся! Простой пример: захотели вы попить ледяной воды и достали лед из морозильной камеры, – она облокотилась на кафедру одной рукой, а в другую взяла кусочек мела и покрутила его пальцами. – Лед – это твердое состояние воды. Первое агрегатное состояние вещества, о котором мы с вами узнаем. Продолжим! Вышли вы на улицу со стаканом, и вот лед начал постепенно таять. Когда он немного подтаял, вы сделали большой глоток и оставили стакан на столике, а сами пошли играть в мячик. И вы даже не заметили, как вода показала вам свое второе агрегатное состояние – жидкое. Безусловно, в нем она пребывает во всех морях и океанах, поэтому вы не удивляетесь такому явлению, как таяние льда. Допустим, что вы слишком сильно заигрались и забыли про свой стакан. В такую жару хочется немедленно забежать домой под кондиционер и развалиться на диване. Или же побежать на речку и разле–ечься на песочке–е! – она зевнула и прикрыла рот ладонью так, что ребята невольно засмеялись. – Вот! С каждым из вас такое было, по глазам вижу! В общем, вы так набегались за весь день, что совершенно позабыли про свой стакан. Вспоминаете про него только под утро, когда начинает мучить совесть и говорить вам: тебе еще посуду мыть, ха–ха–ха! – класс снова улыбнулся. – Ну, точно было. Кто там глазки опустил, а? Староста!

Некоторые обернулись на заднюю парту первого ряда и невольно захихикали.

– Ладно, не обижайся, я пошутила! Итак, просыпаетесь вы утром и идете на улицу. Поднимаете стакан, а воды уже нет! Куда делась? Думаете сразу, что выпил, может кто, но на самом деле она просто испарилась. В прямом смысле этого слова. Превратилась в пар и пуф! Ее нет. Это третье агрегатное состояние называется газообразным. Такое же явление вы наблюдаете, когда вода кипит. Кстати, – Елена Сергеевна уже села на свое место и последней фраза подняла указательный палец вверх. – Кипеть вода начинает…

В это время Кисточка внимательно слушала учительницу и украдкой наблюдала за Орестом. Этот парень с короткими волосами и челкой на левый бок постоянно смотрел в свой планшет, совершенно не слушая учительницу. Он считал, что тот же объем знаний можно получить из учебников. И невозможно понять, что именно не устраивает этого парнишку: учителя, как они ведут уроки, или учеба в целом?

Даже игры, в которые он играл на планшете, не были для него развлечением. Орест считал их лишь записанной программой, содержащей в себе определенный код, пакет картинок, видео и музыкальных сопровождений.

– Что думаешь? – спросила Клевер у Кисточки. – Хочешь, я за тебя постараюсь. Познакомлю его с чем–то более живым, чем компьютеры.

– Не надо! – категорично отрезала Кисточка, когда вышла из комнаты. – Ты и так постаралась на славу. А этого человека стоит учить его же методами, которые он принимает.

– Через учебники? – удивилась Клевер.

– Нет же! Через игры, в которые он играет.

– А в какие игры он играет? – снова спросила Клевер, поворачиваясь к Художнице и догоняя ее.

– Онлайн–игры. Игры, которые тесно связаны с интернет сетью, то есть, с общением!

Часть 4 Глава 16

Глава шестнадцатая

5 сентября 2027г. Среда

Пусть Художница и настроена решительно, однако это будет непростое задание – убедить человека не столько в своей правоте, а в том, что в его действиях есть что–то такое, о чем он сам не подозревает.

Пока Марина нежилась в ванной и погружалась с головой в воду, Кисточка сидела возле комнаты и думала над тем, как можно переубедить Ореста.

Это было рано утром. Перед ванной висит зеркало. У Марины было задумчивое лицо. Казалось, будто она рассуждала вместе с Кисточкой на пару. Художница облокотилась левым боком о стену комнаты и отвернулась от входа. Обычно на этом месте сидит Велик, но сейчас она занята; Праздник берет у нее реванш. Пока что у них ничья, но нельзя сказать, что Велосипедист заинтересована в победе. Она просто выполняет просьбу товарища. Кисточка повернула голову к ним, а потом снова отвернулась. Голова ее опускалась все ниже и ниже. Было похоже на то, будто она засыпает. И когда голове опускаться было уже некуда, за спиной Кисточки послышались голоса, но она не стала поворачиваться или шевелиться.

…

– И чего им на месте не сидится! Пристала к парню.

– Может, так оно и лучше.

– Да чем лучше–то!

– Девятый класс все ближе.

–…

…

Наступило мгновение тишины, будто все голоса начали думать над этой короткой фразой, и вновь Кисточка услышала их.

…

– Да, ты права.

– Да. Пускай занимаются, пока есть возможность. Так каждый день будет не похож на предыдущий, и все запомнят школьные годы.

– Неплохо будет, если все двадцать человек останутся до одиннадцатого класса вместе.

– Ладно, не будем им мешать, пусть исполняют задуманное, а мы подождем.

…

Кисточка внимательно слушала разговор.

…

– А вы не думаете, что она может не спать?

– Да ладно тебе, я могу проверить!

…

Кисточка немного занервничала, когда услышала приближающиеся звуки шагов. Она испугалась, что плохо притворяется. Еще хуже, если ее затащат силком в комнату. Тогда ей ничего не оставалось, кроме одного. Только появилась из тени чья–то тонкая рука, как Художница встрепенулась и начала оглядываться по сторонам.

– Кто здесь?! – испугалась она. Рука дрогнула и вернулась в тень.

…

– Кажется, она не слышала.

– И хорошо, для нее же лучше.

…

Кисточка отошла от комнаты.

…

– Хи–хи!

– Чего смеешься?

– Она действительно поверила!

– Ну, я же говорю, что для нее же лучше.

– Ага, точно. Мы знали, что она не спит, но и скрывать разговора тоже не собирались.

– Пусть думает, что у нее есть полная свобода действий.

Часть 4 Глава 17

Глава семнадцатая

Перемена перед третьим уроком. Кисточка подошла к Оресту, и захотела было с ним заговорить, но тот лишь отмахнулся от нее. У этого парня очень худое лицо. Ощущение такое, что если к нему подойдешь и дунешь, то он упадет на месте, как сбитая шахматная фигура.

Выглядит он всегда опрятно и ухожено. На рубашке постоянно висят очки вместо галстука. Пострижен мальчик очень коротко. Всех веселит то, что у него на макушке несколько волосинок постоянно выбиваются из общего ряда и торчат, как антенна. Но никто не подозревает о том, что на его безупречно выглаженной чистой рубашке, под воротом, прячется маленькая золотая булавочка. Мама о парне печется всегда, поэтому незаметно для сына прикалывает ее на одежду.

Орест мальчик хороший и общительный, но есть у него одна вредная привычка - смотреть то в планшет, то в телефон во время разговора. Естественно, любого это выведет из себя. И ладно, если он после этого подойдет и извинится, но он продолжает заниматься своими делами. В итоге он потерял все нити общения с классом. Другие ребята просто не обращают на него внимания. Пытаются с ним поговорить и уходят после неудачи.

В этот раз попытку заговорить предпринял Артем.

– Ну, что? – спросила Кисточка.

– Попытка не засчитана. Снова, – сказал Артем и неловко улыбнулся.

– Ладно, тогда попробую я.

Кисточка подошла к Оресту и заглянула в его планшет. Она увидела знакомую игру.

– Что? – спросил он ее, и Кисточка растерялась.

– А? Да так, ничего. Захотелось посмотреть, во что ты играешь…

Ребята молчали.

– А ты…

Кисточка только хотела задать свой вопрос, как прозвенел звонок, и точно по расписанию прибыл учитель информатики.

Ребята вошли в кабинет и сразу расселись по компьютерам.

– Как бы к нему подойти, приблизится хоть немножко? – подумала Кисточка, и вдруг монитор ее компьютера стал часто моргать и в итоге просто потух.

– Подсаживайся к кому–нибудь, - сказал ей учитель.

Тут–то Кисточка и смекнула, к кому ей подсесть. Орест как раз включил компьютер и приготовился выполнять задание по программированию. Когда Художница села рядом, он и слова не сказал, только рукой дернул мышку. Кисточка взяла ручку в левую руку и принялась вертеть ее на пальцах.

Вместе они довольно быстро управились с заданием.

– А ты быстро, под диктовку–то! – удивилась Кисточка.

– Это всего лишь набор знаков, которые нужно написать, – равнодушно сказал он.

– Не скажи, – возмутилась Кисточка. – Каждый знак имеет здесь свое значение.

– Да? – слегка усмехнулся Орест. – Тогда что будет значить Begin, если я в конце строки поставлю точку с запятой?

– Это будет означать ошибку, – улыбнулась Кисточка и засмеялась.

Но Орест не показал вида, что ему весело или смешно, он просто поднял голову и посмотрел на экран. Программа работает, значит можно заняться своими делами. Он достал планшет и включил игру. Тогда Кисточка решила спровоцировать его.

– Ты хоть иногда отвлекаешься от игр?

– Почему нет? Я отвлекаюсь – на уроки…

– Это уму непостижимо! – воскликнула Кисточка. – Держу пари, что ты и в гости ни к кому не ходишь!

– Почему? Хожу! – возмутился Орест полушепотом. - Например, к Лизе.

- К Лизе? - для Кисточки это стало новостью. - Не видела, чтобы вы общались в школе.

- У нас родители дружат. Вот и все.

– Хм. Тогда приходи и ко мне! Лиза не считается. Докажи, что ты ходишь в гости! – продолжала Кисточка.

– Легко! – он вытянул руку с планшетом. – Диктуй адрес.

– Крайняя три! Но есть условие!

– И какое же? – впервые в глазах Ореста появился азарт.

– Ты оставишь свой планшет дома, перед тем, как идти ко мне. И найдешь ко мне дорогу сам, без чьей–либо помощи. Чтобы ты знал: фамилия моей семьи Юниковы – Юниковские.

– Двойная фамилия? – удивился он.

– Не совсем.

– Ладно, что еще я должен знать?

– Чтобы все было в рамках приличия или чтобы удовлетворить твое любопытство?

– Всего понемногу.

– Ладно.

Часть 4 Глава 18

Глава восемнадцатая

Когда Орест вернулся домой, подошел к маме.

– Мама, а ты, – тут мальчик вспомнил наказ Марины справиться без посторонней помощи. – Нет, ничего. Готовь.

Мама посмотрела на сына удивленными глазами, а затем вновь приступила к готовке. Орест пошел в кабинет отца и начал шарить по полкам в поисках карты города. Тем временем на кухне у мамы зазвонил телефон.

– Алло… Да, я вас слушаю. Да? Серьезно?! Как такое могло случиться?.. Хорошо, обязательно передам. До свидания…

Она повесила трубку и отправилась искать сына. Орест снял домашние тапочки в клетку, встал ногами на спинку кожаного дивана и принялся рыться в бумагах на верхней полке. В кабинете было темно, глубокий вечерний полумрак, но мальчик смог разглядеть оранжевый сверток. Заскрипела дверь, и в комнату прорезался яркий свет.

– Сын, звонила завуч из школы. Завтра школа будет закрыта. Произошла небольшая авария, так что в школу в понедельник.

– А, ладно, спасибо, – мама отошла от комнаты, потом встрепенулась и вернулась к сыну.

– Неужели планшет, который тебе папа подарил, сломался? – спросила она, выглянув из-за угла.

– Нет, он разрядился, стоит на зарядке, – он развернул карту на письменном столе.

– Обычно ты ходишь с аккумулятором в руках, – сказала она с улыбкой, подходя все ближе.

– Пусть глаза отдохнут денек. А пока воспользуюсь печатной литературой.

– Да, удивительно. Наверное, тут виновата девочка.

На последнем слове мама поставила такое томное и нежное ударение, что мальчик даже вздрогнул.

– Да! – неожиданно подтвердил мальчик дрожащим голосом. – Я спросить хотел, можно мне завтра в гости?

– В гости? Ты не перестаешь меня удивлять сегодня!

Женщина с хвостиком на голове, серыми глазами и в домашнем халате слегка подалась вперед.

– Я хочу сходить сюда.

Он указал пальцем на крайнюю западную улицу города.

– А что же на такси? Не хочешь?

– Прогуляться хочу.

– Ну, тогда ладно. До девяти максимум. Потом сразу домой.

– Хорошо, спасибо.

Худенькая мама поцеловала сына бледными губами в лоб и ушла на кухню.

Часть 4 Глава 19

Глава девятнадцатая

6 сентября 2027г. Четверг

– Ну, ты и приключение нам устроишь! – усмехнулась Клевер. – Если будешь так в течение семи дней часы у нас занимать!

– Да ладно, что тебе, сложно? – заскулила Кисточка. – Мне бабушкам нужно помочь с готовкой, а то нехорошо как–то получается. Гости придут ко мне, а работу они вместе с Мариной выполняют.

Души даже не заметили той грани, когда начали называть Марину по имени, а не «телом Марины» или просто «телом». Может, именно поэтому они начали часто замечать, что в комнате стало намного теплее.

Еще они заметили одну странность. Когда они только появились внутри Марины, то сразу попытались найти выход из пустоты, разбежавшись по разным углам, но как оказалось, пустота необъятна и бесконечна. Но теперь…недавно Клевер и Ветер с Кисточкой на пару слишком сильно разыгрались. Души побежали вслед за Ботаником, которая все быстрее отдалялась от них. Но не пробежала Клевер и пятисот метров, как наткнулась на преграду. Это был самый настоящий тупик.

– Терпеть не могу это место, словно оно давит со всех сторон и принуждает нас забиться в каком–нибудь темном углу и исчезнуть! – неожиданно заворчала Клевер. С этих пор она стала немного раздражительной и нервной.

Сейчас она села рядом с комнатой, оперлась на левый косяк и глубоко вздохнула.

– Вот что мне с этим делать, как думаешь, Туро? – спросил он у девушки с распущенными волосами, когда Кисточка вошла в комнату. Они оба проводили ее взглядом.

– Странно слышать это от тебя, – сказала она таким же уставшим голосом, как и у души.

– Почему?

– От тебя всегда шума больше всего. А теперь ты преспокойно сидишь рядом со мной и говоришь о таких унылых вещах.

– Наверное, это потому, что у меня какие–то унылые мысли…

Клевер немного задумалась, а потом продолжила разговор, который и продлился–то недолго.

– Знаешь, мне одна девушка сниться начала, – Туро обернулась к душе. – Я начала думать, что если мы когда–нибудь покинем это место, хотелось бы выглядеть так же, как и она. И, не знаю почему, но мне кажется, что она чем–то похожа на тебя. Не знаешь, почему?

Девушка слегка повернула голову и пронзила душу острым взглядом.

– Откуда мне знать, какие тараканы у тебя в голове.

– Ты жестока! – сказала Клевер умоляющий взглядом. – Ладно, забудь.

– Хорошо…

А в это время Орест пытается добраться до дома Марины.

Он проходил мимо знакомых домов. Особенно он обратил внимание на тот дом, за воротами которого обычно раздавались то яростные рычания собаки, то скул маленького щенка. Иногда ему счастливилось видеть этого щенка, он был породистый, весь извалянный в грязи худой до невозможности. Но на этот раз ему навстречу выбежал совсем другой щенок. Он был радостный и веселый, а следом за ним выбежал огромный пес. Немецкая овчарка. Он взял щенка за шкирку и поскребся в ворота. Калитку открыл большой мужчина, встретивший собаку с улыбкой.

– Вы где там? – кричал ласковый женский голос.

– Идем! – крикнул в ответ мужчина.

Вот парень дошел до перекрестка Светофоров и начал осторожно переходить дорогу.

Здесь немало раз сбивали пешеходов. Кого–то спасли, а кого–то на всю жизнь изувечили.

Неожиданно из–за угла выскочила машина, и у Ореста едва сердце не выпрыгнуло, когда она остановилась прямо перед ним. Он тяжело дышал, но нашел в себе силы встать с колен.

– Ты как, парень? – испугался водитель, буквально выпрыгнув из автомобиля.

– Ничего, не переживайте.

– Может, я лучше подвезу тебя?

– Нет, спасибо, – сказал он в ответ с улыбкой. – Просто проведите через дорогу, и мы разбежимся.

Через несколько минут Орест пришел в норму. Но водителю стало совестно, и он проследил за парнем до последнего поворота улицы.

Вот он добрался до желанной улицы Крайней и взглядом отыскал дом под номером три. Не успел он и до ручки дотронуться, как ему открыл ворота Павел.

– Здравствуй! Ты Орест, верно? – Орест опешил. – По глазам вижу, что верно. Я Павел Николаевич Юников, отец Марины, очень приятно. Называй меня Павел или дядя Паша.

– Лучше Павел – изумленно сказал Орест, и Паша отпустил его тоненькую руку.

– Проходи, там дамы ждут тебя.

– Дамы? – только и успел задать вопрос Орест, как Павел пронесся мимо него к автомобилю.

– Узнаешь! – крикнул он и сел в машину.

Орест зашел во двор и увидел большую свободную площадку для отдыха. Он подошел к парадной двери и постучался. Сначала он услышал лай собаки, нет, щенка. Потом возгласы.

– Элайв! Ты чего, тише, тише.

Дверь ему открыла Клара.

– Здравствуй! А мы тебя ждем! – воскликнула она.

Поверх обычной одежды у нее был фартук.

В руках девушка держала щенка. Орест сразу признал в нем тот хиленький грязный комочек шерсти, который он постоянно видел по пути в школу. Он помнил, что многие пытались забрать к себе сначала собаку, а затем и щенка, но их попытки не увенчались успехом. Зато теперь Орест видит этого щенка в доме своей одноклассницы. У Марины Юниковой! От кого–кого, а от нее он не ожидал такой бойкости и храбрости, чтобы отнять щенка у того здоровяка.

– Проходи, не стой на месте.

Войдя, он прошел в зал, где сидели Андрей и Николай. Андрей что–то писал в своем блокноте, а Николай читал газету. Временами они вместе смотрели какие–нибудь новости в этой газете, а затем продолжали заниматься своими делами.

– Здравствуйте! – поздоровался Орест с мужчинами. Они выглядели серьезными и интеллигентными людьми, которые большую часть своего времени посвящают работе. Но это ложное мнение развеялось в одну секунду, когда старики посмотрели на него веселыми и задорными глазами.

– Это же наш гость! – воскликнул Николай.

– Идемте за стол! – Клара проводила Ореста в гостиную.

Орест удивился тому, что такая большая семья живет в одном доме! Орест сразу же обратил внимание на мать Марины, которая оказалась полной противоположностью его матери. Волосы черные, как смола, губы румяные, как и щеки, курносая, плотной комплекции. С первого взгляда можно понять, что дочь больше похожа на отца, нежели на мать. Однако мальчик вспомнил, как его одноклассница выглядела в младших классах. Тогда Марина была больше похожа на маму. Кстати, Клара, которая его встретила, походила лицом на Павла. Наверное, она тоже его дочь, но почему–то слишком взрослая. Только за столом Орест узнает все генеалогическое древо семьи Юниковых – Юниковских.

Он, конечно, знал своих школьных учительниц. И многие говорили, что у Марины большая семья. Но он не думал, что это две семьи живут под одной крышей.

- А где Марина?

- На кухне, иди к ней, она ждет.

Художница поставила на плиту кастрюлю кипятить воду.

– Видимо, закипать вода будет долго, – сказал он, заглянув в кастрюлю.

– Почему ты так решил? – удивилась Кисточка. – Можно прибавить газ, и процесс пойдет немного быстрей.

– А вода не перегреется? – тут Кисточка рассмеялась.

– Ну, ты скажешь тоже! Как вода может перегреться?

– Ну, превысить температуру кипения…

– Вот скажи мне, – начала Кисточка, положив свою руку на плечо одноклассника. – Где были твои мозги, когда учительница отошла от основной темы урока?

– Учебник читал…

– Ну, в самом деле! – воскликнула Кисточка и с сочувствием посмотрела на Ореста. – Вода начинает кипеть при температуре ста градусов по Цельсию. И тут, как говорится, выше головы не прыгнешь. Достигая этой температуры, вода начинает испаряться.

– А если это другая жидкость?

– Тогда испарение происходит при какой–то другой определенной температуре, в зависимости от плотности вещества.

– Не дурно, – усмехнулся Орест.

– Я так понимаю, последний факт ты все–таки слышал, и сейчас просто подкалываешь?

– Как ты догадалась? – улыбнулся он.

– У тебя уголок губ дрогнул, словно ты готовишься соврать или сказать какую-нибудь глупость.

На удивление гостя, за столом его не спрашивали, чем он увлекается, какие уроки нравятся, куда дальше хочет пойти учиться. Нет! Все вели себя с ним, как с взрослым человеком.

Вот у них зашел разговор о стихах.

– Какое из произведений нашей городской газеты тебе нравится, Орест? - спросил Николай, накладывая в тарелку салат.

– Да! – неожиданно воскликнул Андрей. – Как тебе Дедушкин Внук?

Сначала Орест немного растерялся, но взял себя в руки.

– Ну, если честно, из стихов я с нетерпением жду его обещанную серию. Ну, которая будет называться «любимое».

– А? – удивился Андрей. – Неужели ты знаешь название серии, но откуда? В газетах, вроде, не печатали.

– Да, я вчера заходил на сайт типографии. Там выложили предварительное оформление газеты. Говорят, это те стихи, которые Сергей Львович переложил на музыку.

– А что еще там пишут?

– Я успел прочесть только две новости. Потом планшет разрядился, – Орест покраснел, а Кисточка незаметно улыбнулась. – Там говорилось что–то о больнице, и ее постоянных гостях в лицах обычных жителей города. Якобы в нашу Главную больницу каждый день приходят одни и те же люди, которые просто поднимаются на один этаж и сидят там, на скамейках, ждут приема у врача или когда их положат в палаты. Подробностей не знаю, но статья написана со слов очевидцев.

– Да, странное дело, – Николай задумался, как и Андрей. Вдруг они оба вспомнили разговор многолетней давности.

– А там про глаза ничего не упоминалось? – спохватился Андрей.

– О чем именно, простите?

– Ну, мол, глаза у них какие–то пустые и ходят они, как, как будто без души?..

– Извините, об этом ничего не знаю, но сказано, что некоторые из этих странных посетителей остаются на ночь в больнице. Кстати, упоминался наш знаменитый атлет.

Орест посмотрел на Марину. Она наверняка должна знать, кто этот атлет.

– Ну, а что касается рассказов, в последнее время редакция публикует лишь его старые работы.

После обеда ребята поднялись наверх, и Кисточка сразу включила компьютер.

– Я хочу кое–что показать.

– И что же это?

– Твоя игра, только на большом экране.

Орест увидел знакомую картинку. Но на этот раз она была ярче и красочнее. Все потому, что на его планшете установлена упрощенная версия игры. Эта красочная картинка сразу заворожила Ореста своей неповторимой графикой и стилем работы.

– Удивлен? – спросила она, посмотрев на него.

– Удивлен, – парень не мог оторвать взгляда от монитора.

– И это сделали обычные люди. Хочешь, попробуем поиграть?

– Спрашиваешь! – сказал он дрожащим голосом, словно был напуган.

Когда он увидел своего персонажа на большом экране, впервые увидел его настоящие черты лица, пальцы Ореста задрожали. Он предвкушал начало игры, как Кисточка ранее предвкушала начало урока.

Часть 4 Глава 20

Глава двадцатая

Орест теперь использовал планшет не только для игр, но и для общения. В игре они заходили в чат для игроков. Когда они создавали группу, решили заодно познакомиться с игроками. Один человек оказался из Безымянного.

Теперь Орест видел на экране не набор букв и цифр, а живых людей: игроков и создателей, вложивших в игру свою душу. И теперь ему хотелось прикоснуться к этому миру, а может быть, создать свой собственный.

– Вот весело будет, если мы попадем в какую–нибудь компанию по разработке игр. Ты - как дизайнер, а я – как программист!

– А что, я не против! – отшутилась тогда Марина в ответ.

13 декабря 2027г. Понедельник

Утром Велосипедисту захотелось прийти на первый урок самой. Сегодня ребята должны думать над выступлениями на новогодний утренник. В конце концов, они последний год празднуют как маленькие дети. И очень скоро Новогодние утренники станут вечерами.

Велик надела белую рубашку с короткими рукавами на пуговицах, черные узкие брюки, взяла с собой пиджак и поменяла сменную обувь в пакете.

Души стали ужасными собственниками! Притом, что у Марины так много вещей, и все они принадлежат ей. Однако по причине такого разнообразия во вкусах у душ, можно найти в гардеробе Марины такую одежду, которая нравится сразу нескольким девушкам. Поэтому часто возникают споры, вроде того, что кто–то взял чужое. Но чаще всего это происходит именно с Клевером. Она собирается впопыхах и старается подобрать себе одежду как можно быстрее.

– Эй! Это же моя блузка! – кричит тогда Перчатка.

– И мои джинсы! – поддерживает Лента.

– Все общее, общее! – кричит тогда Клевер в ответ. – Одежда вся Маринина!

Вот Велосипедист переобувает сменную обувь и отправляется в класс.

Когда она вошла в кабинет, все ахнули. Еще никто не видел, чтобы Марина приходила в школу в туфлях на каблуках. Она выглядела так женственно и по–взрослому в этих узких брюках со стрелками, приталенном пиджаке, в туфлях на каблуке, да еще и с высоким хвостом.

– А ты неплохо справляешься! – засмеялась Клевер.

– Слушай, да ты реально девушка! – восхитилась тогда Ветер. – Спинку держишь прямо, несмотря на то, что на велосипеде вечно горбишься. Блинчики готовишь, да еще и на каблуках идеально ходишь. Как бизнес леди!

– Ага! Летишь, прямо! – заметила Праздник.

– Летящей походкой, ты вышла из мая! – весело пропела Клевер.

– …

Даже странно как–то было, что Велик на эти язвительные речи не стала отвечать.

– Лучше бы вам помолчать, – сказала девушка за стеной.

Когда ребята нагляделись на Марину, гул продолжился. Велосипедист обратила внимание на то, что возле доски стояла Голуба и пыталась перекричать толпу, но с ее тихим голосом это не очень получалось.

Велик подошла к девочке. У нее была стрижка каре с челкой, но нижний ярус черных волос прикрывал шею. Белая рубашка с кружевным воротником застегнута на все пуговицы, а сарафан на лямочках подчеркивает тонкую фигуру. Она выглядит даже более спокойной и скромной, чем Ирина.

Оказалось, что ей дали задание поговорить с классом по поводу новогоднего праздника. Оба Ярослава отправились помогать Ирине в библиотеку. Поэтому вся работа легла на плечи Голубы.

Девочка едва не плакала, когда кричала на весь класс:

- Минуточку внимания! Ребята, послушайте меня!

Велосипедист заметила, как у Голубы заблестели глаза.

– А ну заткнулись все! – неожиданно крикнула Марина не своим голосом. Затем она обратилась к Голубе. – Теперь говори.

Голуба вдруг оробела. Она посмотрела блестящими глазками на Марину и испуганно перевела взгляд на класс. Они приготовились внимательно слушать заместителя старосты.

– Ребята, – начала она неуверенно. – Как вы знаете, у нас на носу Новый год, и, так как мы будем старшим классом на этом школьном празднике, нужно придумать что–то действительно интересное. Я просила вас подумать об этом, написав сообщение в группе в социальных сетях. Также необходимо принять решение по поводу подарка для классного руководителя. Елена Сергеевна нам стала второй мамой, как когда–то Милослава Николаевна. Поэтому нужно обратить внимание и на это!

Ребята спокойно выслушали просьбу и наставления Голубы. Они согласились с ее суждениями и принялись обсуждать новую тему, которую она им дала. Девочка улыбнулась и обратилась к Велосипедисту.

– Спасибо тебе большое. Из–за того, что мой голос слишком тихий, меня никто не слушает.

– Да не за что, обращайся по любому вопросу, – ответила Велик и вдруг перевела взгляд на шею Голубы, где висела золотая цепочка. Но заинтересовало Велосипедиста отнюдь не украшение, а то, что находилось под ним. Это было что–то липкое и белое.

– А это что за пластырь, что–то произошло? – спросила Велик, показывая пальцем на маленькую белую полоску. – Ты обожглась или поранилась? – Тут Голуба вздрогнула перед прямо стоящей Мариной.

– Да, я умею находить болячки. Даже когда просто сижу за столом. Порезалась кухонным ножом, пока резала овощи. Махнула рукой, чтобы муху отогнать, и вот.

– В следующий раз будь осторожней, – сказала Велик с улыбкой.

Поняв, что ребята будут думать над праздником в течение дня, Велик вышла из комнаты и сама задумалась над чем–то.

– И что же тебя тревожит? Поведай нам, Луна с небес! – лукаво сказала Клевер, подойдя к Велику сзади, пока та сидела в кресле.

– Я вот думаю над тем, кто мог ее ранить, – ответила Велосипедист, не поворачивая головы и смотря в одну точку.

– О чем это ты, а, Велосипедист? – едва не крикнув, снова пристала Клевер.

– О том, что Голубу точно кто–то ранил, а не она сама. Уж больно аккуратно выглядит надрез.

– Как ты там умудрилась рану под пластырем разглядеть? – удивилась Клевер.

– Похоже, она сама заклеивала ее себе, глядя в зеркало. Поэтому наклеила его неаккуратно и не полностью. Да и порез слишком большой, чтобы случайно задеть шею ножом.

– Да, удивительно, что она при этом не заметила такой большой раны.

– Ладно, мне перенапрягаться нельзя, поэтому, Художница! – неожиданно повысила голос Велик, обращаясь к товарищу. – Завтра будешь делать то, что я скажу. Надеюсь, ты ко мне прислушаешься.

Велосипедист и Перчатка. Да, пожалуй, это единственные души, с которыми Кисточка не хотела спорить, потому что считает их старшими товарищами. Ну, и Праздник иногда тоже может сойти за авторитет.

– Хорошо, как скажешь, будет сделано! – она отдала честь Велосипедисту.

– Отлично, – сказала Велик пониженным уставшим голосом. – А я полежу немного. Разбудите, если случится что–то непредвиденное.

Велосипедист откинулась на спинку кресла и тут же заснула.

Ее кресло стояло недалеко от стены комнаты, откуда иногда доносился шепот. Велосипедисту снился сон, в котором она сама себе что-то тихо рассказывала.

Часть 4 Глава 21

Глава двадцать первая

В комнате темно, только новогодняя елка озаряет два кресла перед собой.

На крайнем кресле сидит какой–то старик. Он говорит мне: чего ты там стоишь? Присаживайся рядом.

Я сажусь на кресло у стены, и мы вместе продолжаем наблюдать за яркими огоньками гирлянды. Старик спрашивает, почему я так нагружено выгляжу. Что меня беспокоит. Я ему отвечаю, что дело в моей команде, которую я боюсь подвести. Старик внимательно слушает меня и записывает что–то в свою большую тетрадь в клетку. Он отстукивает по деревянной ручке кресла какую–то мелодию. Старик выслушал меня и теперь хочет дать мне совет.

- Не хочешь их подвести, тогда не появляйся завтра на соревнованиях. Но ты не думаешь, что если так поступишь, то подведешь их гораздо больше?

– Велосипедист, просыпайся! – Клевер пыталась растормошить свою подругу. – Прошу, вставай! Марина такое увидела! Это про Голубу!

В одно мгновение сон развеялся, и Велик вскочила с кресла, повернувшись к экрану в комнате.

Перед Мариной на корточках сидела Голуба, а на ее руках капли крови. Девочки находились в кабинке уборной.

– Почему ты это терпишь?! – восклицала Марина. – Кто он тебе вообще? Друг, знакомый, кто?

– Брат он мне! – крикнула Голуба, подняв глаза на Марину.

У девочки половина лица залита кровью из–за раны на лбу. Похоже, тот, кто ее ударил, задел один из кровеносных сосудов, и кровь хлынула из небольшой раны. Но больше Велика смутил вид не Голубы, а Перчатки, которая подошла к ней, услышав слова девочки. Она крепко сжала кулаки и яростно, взглянула на экран своими ярко–желтыми глазами. Боксер шагнула вперед.

– Остановись, Боксер! – неожиданно громко и твердо сказала Велосипедист. – Еще не время. Сейчас ты сделаешь только хуже.

Перчатка едва сдержала себя. Потому что если другие ужаснулись кровью на лице Голубы, то Боксер ужаснулась ее ласковой улыбке. Она всегда представляла себе, что старшие должны не просто защищать своих младших братьев и сестер. Они должны заменять им первого учителя, они обязаны стать им опорой и поддержкой, они клянутся сами себе стать для ребят лучшим примером в их жизни. Это и значит – быть старшим.

Но улыбка этой девочки говорит об обратном. Она твердит, что Перчатка в своих суждениях не права. Конечно, любой будет любить своего родственника, каким бы он ни был. Но проблема вовсе не в том, что думают дети, а в том, что думают о себе старшие. И в Голубе Боксер разглядела не только ласку к брату, но и страх перед ним. Будто эту истину в нее вбили кулаками. Словно она не может сказать иначе только потому, что брат считает именно так!

Это ее ужасало.

Голуба не плакала, не сдерживала слез. Она просто смотрела с улыбкой на Марину, которая вытирала кровь с ее лица.

- Марина... Иногда я смотрю на тебя и думаю, что именно такими должны быть старшие братья и сестры...

На лице Марины отразилась боль.

В жизни каждого бывают такие переломные моменты, когда он резко меняется. Иногда мы становимся их свидетелями.

Брат Голубы, да и сама Голуба, одни из тех людей, чья жизнь текла спокойно и без изменений. И вполне возможно, что Марина - это единственный человек, который сможет изменить их самих изнутри. И в этом ей помогут семь душ, запертые в ней с самого рождения.

Часть 4 Глава 22

Глава двадцать вторая

14 декабря 2027г. Вторник

Брат Голубы – выпускник этого учебного года. В школе он всегда ведет себя сдержанно и хладнокровно, но не забывает о том, что нужно казаться дружелюбным для других. И весь накопленный негатив за день он выливает на свою родную сестренку Голубу.

Родители и понятия не имеют, что их сын настолько жесток. Лишь Голуба с детства видела его таким, какой он есть на самом деле, и брат это чувствовал. Он запугивал свою сестру, калечил, унижал, чтобы она относилась к нему так же, как и другие люди. И неизвестно, сколько бы это еще продолжалось.

Для Голубы Марина Юникова станет лучиком света и надежды в ее пасмурных буднях. Для брата Голубы она станет громом среди ясного неба.

Марина ничего не сказала Голубе в прошлый день, только остановила кровь и заклеила рану. Как оказалось, брат швырнул в нее железное ведро и попал его ребром в лоб.

Сегодня Велосипедист начала разговор с Кисточкой.

– Ты сможешь подняться на третий этаж и узнать, кто он?

– Конечно! – воскликнула Кисточка.

– Хорошо, но ничего не предпринимай, только запомни его лицо.

Пока Велосипедист разговаривала с Кисточкой, Перчатка рассуждала над тем, что произошло прошлым днем. Она закрывала глаза и вспоминала лицо Голубы. Девочка улыбалась, говоря, что ее ранил собственный брат. И терпение Боксера было уже на исходе.

– К чему эти полумеры! – крикнула она в сторону Велосипедиста, встав с кресла. – Нужно действовать, а не рассуждать!

– И что ты предлагаешь? – спросила Велик в ответ. Ее спокойный тон неожиданно взбесил Боксера.

Перчатка налетела на Велика и схватила ее за ворот.

– Что угодно, но только не сидеть на месте. Ты хоть понимаешь, что словами этому делу уже не помочь?!

– Откуда ты знаешь? – спросила Велик все тем же ровным тоном.

– Хватит, прекратите! – закричала Кисточка, и остальные души подошли к ним. Девушки уже хотели разнять своих товарищей, как Велик остановила их.

– Не вмешивайтесь!

– Я знаю, – продолжила Боксер, – потому что я видела ее глаза. Эти глаза были полны боли и наивной веры, что когда–нибудь все изменится. Поэтому мы должны помочь ей не потерять эту веру!

– То есть что ты предлагаешь, избить его до полусмерти?!

- ...

Красные спокойные глаза смотрели сверху вниз на яркий желтый взгляд. Тишина длилась минуту. Желтые глаза смотрели так, будто готовы сдаться под натиском этих слов. Наконец, Перчатка отпустила воротник Велосипедиста.

- Невозможно все решить с помощью силы. Но ведь и слова не всегда помогают!

Боксер оттолкнула от себя все души и села на кресло.

– Делайте, что хотите, – сказала она в итоге.

– Не расслабляйся, – предупредила ее Велосипедист. – В этом деле будешь разбираться ты.

– В смысле? Как тебя понимать? – спросила Перчатка, откинув голову на спинку кресла.

– Будем учить тебя использовать слова.

– Ты уж извини, но с этим я и сама могу справиться…

– Ладно, так тому и быть, – сказала Велик после короткого молчания. – Завтра и разберемся. А сегодня Кисточка поможет всем нам узнать, что это за брат такой, о котором и плохого слова сказать нельзя.

Кисточка вошла в комнату и на перемене поднялась на третий этаж. В толпе выпускников она увидела симпатичного парня с чертами лица как у Голубы. По его милому лицу и сказать нельзя, что он издевается над своей младшей сестрой. Но Кисточка, как и остальные, души, сразу разглядела в нем человека, который скрывает себя настоящего внутри. Такие ребята редко поддаются каким–либо разговорам. Они сразу начинают действовать, угрожать, но только не находить общие точки соприкосновения.

– Ну, что будем делать? – спросила Кисточка у друзей.

– Да действовать надо! – снова вспылила Боксер. Праздник схватила ее за руку.

– Чего ты так рвешься в драку? – спросила она.

– Наверное, – Боксер хотела ответить, но задумалась. – Не знаю. Просто чувствую, что должна что–то сделать.

– Так делай, но не с помощью кулаков! – повысила голос Праздник.

– А если по–другому нельзя?..

В этот момент Праздник только улыбнулась и положила руку на плечо Боксеру.

– Действуй по ситуации. В конце концов, нет ничего невозможного в этом мире!

– Да! – хмыкнула Клевер, проходя мимо. – А иначе нас тут бы не было.

Сначала Велик предложила поговорить с этим братцем в стенах школы. Так будет безопасней для Марины, но Боксер отказалась. Она стояла на том, что от разговора не будет никакого толка. Да, он не посмеет тронуть Марину на глазах у одноклассников и учителей, но в то же время он только отмахнется от девочки среднего звена и не станет с ней даже завязывать разговор. А вот если эта встреча произойдет где–нибудь на нейтральной территории, где будет людно или пусто, хоть какие–то шансы есть. Все души настаивали на том, чтобы Перчатка пошла куда–нибудь в парк или сквер, а сама она хотела выбрать какой-нибудь темный переулок.

- Самоубийца, - хлопали другие души себя по лбу. Обычно Перчатка не настолько безрассудна.

В этот же день Художница подошла к Голубе и попросила девочку о встрече с ее старшим братом. Душа пояснила Голубе, что просто хочет познакомиться с ним, сказала место встречи и вышла из комнаты. После этого она села на матрац и крепко над чем–то задумалась. Перчатка села рядом.

– О чем задумалась? – спросила она.

Тут серьезное лицо моментально исчезло, появилась ласковая улыбка и милые оранжевые глазки.

– Я тут подумала, а не сделать ли нам всем подарки? – в этот момент Боксер вспомнила, что когда–то Кисточка зареклась. Она пообещала, что достигнет такого уровня, чтобы можно было подарить своим товарищам подарок. Но подарок должен был стать ярким напоминанием о том, что они всегда вместе, пусть даже и в пустоте. – Я подумываю над тем, чтобы нарисовать нашу общую картину, а еще лучше сплести нам что–нибудь! – ее хвостики и пряди волос падали на плечи и дрожали, когда она говорила. Перчатка смотрела на личико, которое обрамляли эти хвостики, и радовалась лучезарной улыбке своей подруги.

Часть 4 Глава 23

Глава двадцать третья

15 декабря 2027г. Среда

Около часа Перчатка не могла заснуть, думая о завтрашнем дне.

Но как только Боксер закрыла глаза и погрузилась в пустоту, которая их всех окружает, из комнаты повеяло свежим воздухом. Он был прохладным и неравномерным, словно кто–то махал крыльями или опахалом. Из глубокой тьмы вышла девушка с косичкой. Комплекцией она была плотной, но оставалась стройной. Девушка вплотную подошла к кровати Перчатки, положила правую руку ей на плечо, а левую на подушку. Ее дыхание едва касалось уха души, когда девушка начала что–то нашептывать ей…

Я иду по тротуару и думаю о том, что произойдет завтра. На улице пасмурно и уже довольно темно. Я чувствую, как по городу разносится запах дождя. Надеюсь, я успею добежать до своего дома, прежде чем начнется ливень. Тучи затягивают и небо, и уходящее солнце. Вижу впереди несколько человек, мои ровесники. Они подходят ко мне и почему–то начинают бить. Я хочу им ответить, но не могу. Почему я не могу этого сделать! Я боюсь, боюсь ответить! Или же мне просто не хватает сил? Весь воздух из легких выбили твердые кулаки. Тело кажется размякшим.

Они уходят и оставляют меня в закоулке между домами. Начался дождь, а я даже встать не пытаюсь. А ведь хотелось добраться до дома раньше, чем начнется ливень. Слышу чьи–то шаги, поднимаю глаза. На тротуаре кто–то стоит с велосипедом. Это что, какой–то старик или мне так только кажется?

Он подходит ко мне и дает свою руку…

Проснулась Перчатка раньше всех. Она подошла к комнате и посмотрела на экран. Оказалось, Марина тоже не спала. Она лежала и смотрела в потолок.

– Эйди, – вдруг позвала Боксер девушку с косой. – Она давно проснулась?

– Относительно недавно, – ответил женский голос из тени комнаты. – Несколько минут назад.

– Ты одна? – снова спросила Перчатка. На что девушка лишь усмехнулась.

– Я никогда не одна, и не буду.

– Как и я? Или я и есть ты?

– …сказать тебе по секрету? – спросила девушка после некоторого молчания.

– Если тебе нетрудно, – ответила Печатка незаконченной фразой.

Тогда девушка подошла к Боксеру, отойдя от экрана, и вплотную приблизилась к выходу. Ее ухо коснулось щеки Перчатки.

– Мы все разные…

Боксер отшатнулась.

– То есть, мы все разных возрастов и характеров? Но как мы тогда встретились? Как мы все сюда попали?!

Девушка не стала отвечать на эти вопросы, а лишь улыбнулась и вернулась обратно в тень.

Перчатка задумалась: все они разные. Несмотря на то, что внутри комнаты все ребята кажутся ровесниками, они настоящие могут быть и стариками, и детьми, и подростками. Помимо этого, у них разные характеры и привычки.

- Ох, не то я хотела сказать тебе...

А тем временем внутри комнаты продолжилась прерванная беседа.

…

– Это бесполезно. Они не поймут тебя или кого–то из нас до тех пор, пока им лично об этом не расскажут.

– Тогда чего тянуть! Давайте сейчас появимся перед ними и все расскажем!

– Нет! Это не вариант.

– Холи правильно говорит, еще рано. Их души еще слишком слабы.

– Тогда, мы, нет, я, готова ждать вечно. Пусть этот желтый огонек и не понял.

– Хах, вы заметили, что мы не зовем их по прозвищам?

– Конечно. Они же глупые. Хотя идеально им подходят.

– Ха–ха–ха!

– Да, это точно. К тому же, нельзя, чтобы они услышали нас. Иначе они загубят жизнь Марины в поисках самих себя, в буквальном смысле.

…

Перчатка надела желтую майку, которую когда–то подарила ей Ирина на день рождения. Теперь эта майка была лишь на пару размеров больше обычной Марининой одежды. Эта майка стала для нее символом того, что она почти повзрослела. Еще немного, и она станет совсем взрослой.

Боксер вышла из дома и встретила во дворе своих дедушек, они гуляли с маленькой Радой.

– А ты куда собралась? – удивился Андрей. – Недавно только со школы пришла!

– Не переживай, дедуль! – воскликнула она в ответ. – Я скоро буду дома. Мои уроки уже проверила бабушка, поэтому я могу идти на прогулку с чистой совестью! – она подошла к своей маленькой сестричке, которая толком еще говорить не могла, но на ногах держалась твердо. – Я скоро вернусь, хорошо? Не скучай, любимая!

Девочка удивленно посмотрела на спину своей старшей сестры, а потом весело засмеялась.

– Не задерживайтесь долго на улице, а то заморозите ребенка! – сказала Перчатка и закрыла за собой ворота.

Боксер шла по дороге и смотрела себе под ноги.

– Будь, что будет, – бормотала она постоянно себе под нос. Для нее это было самым настоящим испытанием. Имея такую силу в своих руках, она понимала, что может ее использовать, когда хочет. Но в то же время душа осознает, что ее сила – есть ответственность, которую она несет на своих плечах.

В итоге они встретились на пришкольном стадионе. Сначала он просто смотрел на девочку безразличным взглядом, словно не понимая, почему он здесь оказался и как он сюда пришел. Но вот Перчатка заговорила:

– Я попросила встречи из–за твоей..

Но фраза оборвалась на полуслове. Как только брат Голубы понял, о чем и о ком пойдет речь, он резко подался вперед и замахнулся кулаком на Марину. Он целил точно в живот, и раздался глухой звук удара.

Перчатка тяжело дышала и смотрела в землю широко распахнутыми глазами. Она ни как не ожидала такого глупого и опрометчивого поступка от человека, который старше нее лет на пять, а то и больше.

В одно мгновение на висках проступил пот, и Боксер вспомнила обрывки своего недавнего сна. Она почувствовала себя на месте того человека, которого избивали. Она осознала, каково ей было тогда.

Перчатка подняла глаза и увидела перед собой обезумевшего человека, который мгновение назад был спокоен, как Велосипедист. Это не столько удивило ее, сколько напугало. И больше напугали девочку глаза парня, которые выражали злобу и удивление. Неужели ему недостаточно того, что он ударил ее с такой силой в живот! Тогда она решилась на мгновение отвести свой взгляд от него и опустила голову. Сама того не заметив, Боксер успела закрыться руками от удара. И сделала она это весьма странным и неуклюжим, но эффективным способом. За долю секунды тело быстро среагировало и обняло живот левой рукой, когда ладонь правой руки успело остановить кулак.

– Неужели мне помогло само тело? Или это…

– Продолжай, дух! – крикнула Эйди. Боксер не только услышала ее, но и почувствовала.

Ей показалось, будто это именно девушка с косой сейчас находится вместе с ней внутри экрана, обняла ее левой рукой и подставила под удар правую ладонь. Она осязала это чувство так, как прикосновение щеки к уху, дыхание в шею и шелест одежды при касании к телу. Она была рядом.

За первым неудачным и стойким ударом последовал второй, неуклюжий. Но на этот раз он достиг своей цели, а метил кулак в левый бок, который был открыт.

Следующий удар должен был прилететь в лицо, на левый висок, но правая ладонь успела среагировать. Кулак задел только ухо, но и это было больно. В голове появился звон и головокружение. Тогда парень попытался сбить девочку с ног, ударив ногой по коленной чашечке левой ноги Марины. Однако стойкости не занимать у этого маленького тела. Оно терпело все последующие удары, не давая ничего в ответ, какими бы сильными и яростными они ни были.

– Отвечай! Боксер, чего ты ждешь! – кричала Клевер, наблюдая за побоищем.

– Я не могу! – ответила криком Перчатка.

– Это ситуация, когда надо отвечать!

– Но я не хочу отвечать! Я хочу говорить, сказать хоть что–то и уже потом принять решение.

Боксер вспомнила себя во сне. Может, тогда она не могла ответить не из–за бессилия, а именно из–за беспочвенного безумия ее противников?

Вдруг Перчатка почувствовала, как удары начали слабеть. Последний кулак просто растворился и лег на левое плечо девочки.

– Все они смеются, – сказал вдруг парень. – Смеются мне в лицо и думают в душе о чем–то ужасном. И не говорят мне об этом, но она… Она ничего не боится.

Парень поднял руку с плеча и вытер кровь с лица Марины. Боксер смотрела на него своим пристальным ярким взглядом. Один из ударов пришелся Марине в щеку, и щека разодралась. Вот кровь и хлынула, задев маленький сосудик.

– Я уважаю ее за это и искренне люблю.

– Тогда почему ты ее избиваешь? – спросила Боксер настойчивым тоном, не сдвинувшись с места ни на миллиметр. – Любви тоже должен быть предел.

– Эта ласка должна быть доступна мне. Она должна любить лишь меня! И никого больше! Но ее любовь распространяется на всех, даже на тебя! – он снова замахнулся, чтобы ударить девочку по лицу, но когда широкая ладонь оказалась в двух сантиметрах от щеки, ни один мускул не дрогнул на этом смуглом спокойном лице.

– Тебе это аукнется, – сказала Боксер и крепко сжала кисть парня одной рукой, да так крепко, что ее острые молодые коготки, словно бритвы, впились в его кожу. – Придет такой человек, который будет иметь совершенно иное мнение и другую позицию. Он сделает все за Голубу.

После этих слов парень просто посмотрел на девочку сочувствующим и холодным взглядом и отправился обратно домой по той же дороге. Боксер проводила его взглядом и захотела выйти из комнаты, но не смогла и с места двинуться. Она просто выпала из экрана, где ее поймала девушка с косой. Кудрявый парень подхватил Перчатку под руку и провел к выходу, где Клевер и Велик ждали своего товарища.

И до двадцать шестого числа Боксер спала крепким сном на одном из диванов Клевера.

26 декабря 2027г. Воскресение

И вот концерт начался! Ребята решили не брать в основу сказку, а поиграть с детьми в своеобразный кастинг, где они будут выбирать себе Деда Мороза. Естественно, от ребят требовалось лишь одно выступление, но они едва не создали целую развлекательную программу в своих размышлениях. Классный руководитель только и успевала, что напоминать об этом своим ученикам. Каждый день они оставались после уроков, чтобы прорепетировать свои выступления От и До.

Теперь они приготовили свои костюмы Дедов Морозов и Снегурочек и готовы выступить перед всеми со своим номером. Елена Сергеевна стала их личным ведущим.

– Итак, Седьмой «А» класс приготовил для своих школьных товарищей небольшой сюрприз. Этот школьный год объявлен годом новшеств. Сейчас перед вами появятся десять пар, которые будут состоять из Снегурочек и Дедов Морозов. Но не подумайте, что это будет парад, где все пары на одно лицо. Нет! Мы предлагаем вам на выбор множество вариантов. Например, Дед Мороз и Снегурочка летом в отпуске. Поприветствуем первую пару!

Тут на сцене появились Марина и Артем. Но как они появились! На Марине красивый купальник морского цвета и парео, которое на талии продето через большое кольцо, а концы привязаны к шее. На голове кепка, под которой была коса Снегурочки. Ребята умудрились выпросить у директора десять париков и столько же бород для своего класса. Кстати, о бороде, на Морозе надеты красные шорты с рисунками пламени на правой стороне. На плечах вместо меха шубы белое пушистое полотенце, а борода собрана в хвостик. Ну, а шапку заменила красная кепка. Дедушка сошел со сцены с внучкой и показал всем знак «V» в качестве приветствия. Все ребята захлопали в ладоши

– А следом за летом у нас спешит осень! – продолжила воодушевленно учительница. – А осенью начинаются школьные будни! Поприветствуем Снегурочку и Деда Мороза – Первое сентября!

Вперед вышли Ирина и Вова. На Ирине школьное платьице (только голубого цвета) и белый кружевной фартучек. Две косы спускались по плечам Снегурочки. А Дед Мороз прямо отличился! Для смеха бороду его тоже заплели в косу. Притом, что на нем был строгий серый костюм, через плечо ему повесили ленту выпускника, на которой было написано: Дед Мороз. И ведь специально сделали так, чтобы было видно старую надпись выпускника!

- Все–таки хорошо, что количество мальчиков и девочек в нашем классе равно, а мальчики выглядят немного старше своих лет, -подумала учительница.

– А вот Снегурочка с Дедушкой решили сходить на бал! – шуточным голосом прокомментировала Елена Сергеевна следующий выход.

Вышли те, кто вечно ходят вместе под ручку – Надежда и Гордей. Снегурочка из нее получилась очень даже милая. Голубое пышное платье до колен и меховая накидка на плечах. В то время как длинные волосы завиты в кудри и лежат на плечах. Но и здесь ребята решили разнообразить образ Дедушки. Бороду его трогать не стали, только положили на плечи как шарф, убрали назад через правое плечо и положили конец на левое плечо. Но если у внучки белые высокие сапожки, то у дедушки, помимо шикарного черного фрака, валенки, хорошие, теплые валенки! Ребята смеялись над этими образами от души.

– Также мы предусмотрели то, что наши любимые дедушка и внучка могут, как работать в городе, так и отдыхать в деревне.

Тут–то и поджидал зрителей сюрприз. Городскими жителями выступили не обычная пара из девочки и мальчика, это были Злата и Евгения. Злата одета в короткий джинсовый комбинезон и голубую курточку с мехом.

– Это что, девочка? – удивлялись и перешептывались все, когда признавали в дедушке Женю. На ней была борода, красная шляпа, похоже, котелок, с синей лентой, широкие джинсы, синий пиджак, который скрыл ее фигуру, и красные мокасины. Словами не описать весь этот вид!

Но все открыли рты и начали свистеть, встречая следующую пару. Дед Мороз в трусах в лице Ореста, у которого борода завязана на голове и его внучка Миша! При этом у Снегурочки волосы завязаны на подбородке. На Мишку напялили юбку и топик.

– А вот и наши спортсмены! – сказала учительница, и показалась следующая пара из Светы и Ярослава, заместителя старосты. На них были спортивные костюмы. При этом у Снегурочки длинные волосы собраны в хвост и одета она в костюм для тенниса, когда Дед Мороз предстал перед зрителями баскетболистом. У Снегурочки в руках ракетка, а у дедушки баскетбольный мяч. – Но мы решили еще и нарисовать наших любимых гостей праздника! – здесь вышли Лиза и Сергей в бумажных костюмах своих героев. Только борода и коса были париками. А так даже лица разрисованы краской.

Потом вышли сразу четверо: Олеля, Андрей, Вика и Тарас. Первая пара была одета по–простому, легко, когда вторая пара держалась строго. На вторых были черные костюмы и очки, как у людей в черном.

– Здесь сталкиваются два интереса! Работа или отдых. И спор такой нам обычно встречается именно весной, когда хочется отдохнуть, но необходимо работать.

Ребята поддержали комментарий смехом.

– Ну, и наконец! Гвоздь нашей программы! Те, кого мы действительно ждали! Они уж точно заслуживают аплодисментов! – все ребята захлопали в ладоши, и на сцене появились Голуба и Ярослав, настоящие Дед Мороз и Снегурочка!

Когда класс распределял роли, все сразу сошлись на том, что в конце выйдет Голуба, потому что именно она предложила такую идею со сценками, и именно она просила у директора парики. А Ярославу, нашему старосте, просто ничего не подошло, кроме обычного костюма. Конечно, под такое–то серьезное лицо!

Как мило и красиво они смотрелись! Эти фигуры в шубах, сапогах и валенках. Получилось очень удачно!

Часть 4 Глава 24

Глава двадцать четвертая

– Что? – послышался стон Перчатки с дивана. Она проснулась на том моменте, когда на сцену были приглашены Голуба и Ярослав.

– О! – воскликнула Кисточка. – Очнулась! Наконец–то!

Боксер оглядывалась по сторонам и не могла понять, что с ней происходит. Только потом она постепенно начала вспоминать, что недавно говорила с братом Голубы.

– Где он?! – едва не закричала она, но Кисточка ее остановила.

– Тихо, тихо! – приговаривала она и укладывала Перчатку обратно на диван, чтобы та пришла в себя. – Все хорошо. Ты бы видела, какая красивая Голуба сегодня! Ну, на празднике.

– На празднике?! – ужаснулась Перчатка, осознав, сколько она проспала. – Черт!

– Но ты молодец! – замешкалась Художница. – Ты хорошо поработала. Здорово, что в этот раз ты ни разу даже руку не подняла на обидчика.

- Как будто обычно я машу кулаками, - проворчала она в ответ.

Перчатка тихонько встала с дивана и подошла к экрану, придерживаясь за Кисточку.

– Надеюсь, ты не будешь заходить в комнату? – насторожилась Клевер.

– Ты издеваешься? – усмехнулась Перчатка. – Я помню, что случилось, когда только проснувшаяся душа зашла в комнату. Больше мне не хочется в больницу. Думаю, Марина бы тоже не захотела туда возвращаться.

Марина оглядывала толпу ребят, которые ликовали при виде последней пары. Боксер увидела и Голубу, и мальчиков, которые поражались ее красоте, но все же она зацепилась взглядом за одного парня, который не аплодировал, а лишь нежно смотрел на ее одноклассницу.

– Стой! Не поворачивай голову! – крикнула Перчатка, и тело будто услышало ее голос, и остановило свой взгляд на той толпе.

Перчатка заметила парня из десятого класса. Он сидел на скамейке, поэтому ростом не выделялся из толпы стоящих детей. Его глаза горели. Парень был похож на всех и не похож ни на кого. Он был восхищен красотой и миловидными глазками девочки, как и все. Но в его глазах отражались ласка и счастье, которого нет ни у кого. Ощущение, будто он готов встать с места и подойти к ней, но не решался. Это и пугало, и радовало его.

– Это…точно, точно тот человек! – сказала с улыбкой и нахмуренными бровями Боксер. – Этот человек тот, кто нужен Голубе.

19 июня 2028г. Понедельник

Сегодня дедушка Бронислав и бабушка Рада рассказали одну историю. Оказалось, что довольно давно они жили на территории между двумя городами, когда Безымянный только собирались назвать новым городом. Тогда в их дом пришел старик, который представился финансистом проекта по строительству нового населенного пункта. Только после они признали в нем мэра, когда посещали праздник по открытию города. Старик сказал, что они единственные, кто живет ровно посередине двух городов возле пруда. Сначала он хотел договориться о том, чтобы пруд стал комплексом для отдыха. Однако передумал, когда увидел Раду и Бронислава. Он предложил им построить новый дом, а также оборудовать место для рыбалки.

Так и получилось, что теперь возле пруда есть два совмещенных дома, старый слева и новый справа. Но с улицы заходить можно только в новый дом. В старый ведет второй коридор от входной двери. В их старом домике было очень тесно. Коридор вел в три комнаты, из которых одна кухня, а вторая стала хранить в себе всякий хлам словно чердак. А в основной комнате стоят две кровати и один большой диван. В углу два шкафа хранят в себе одежду и книги. Также есть стол и несколько стульев. Зимой гости точно не замерзнут, потому что эту часть дома по желанию можно и отопить.

Сегодня дедушка с бабушкой решили проверить свой старый дом, который стал для них дачей. Сейчас Марина и ее друзья, Голуба и Митя, сидят в гостях у Рады с Брониславом и помогают им собрать необходимые для поездки вещи. Митя – это мальчик полностью противоположный брату Голубы. Парень старше девочки на три года. Его глаза полны нежности и любви, а его сильные руки то и дело сжимают пальчики Голубы, чтобы проверить, не замерзли ли они. Бабушка приглашает внучку и ее друзей поехать с собой, и они с радостью принимают приглашение.

Ребята встретились, когда Марина шла в гости к старикам. Парочка выходила из кафе на перекрестке Светофоров. Голуба заметила одноклассницу и окликнула ее.

Голуба и Митя рассказали Марине, что они соседи на своей Белой улице, которая слева от Вышки, напротив Богатой улицы. Рада и Бронислав живут на Первой улице, куда направлялись ребята (это улица за Вышкой). В это время они шли по самой людной и популярной дороге в городе. Дружная улица. Здесь много торгово–развлекательных центров, кинотеатров и аттракционов.

Каждая главная улица славится чем–то. Дружная – развлечениями и местами для быстрого перекуса. Богатая улица полна влиятельных людей и дорогих ресторанов. На Белой улице красивые фонтаны и скульптуры. Первая улица считается самой старой из всех четырех главных. Здесь можно встретить и первых жителей города, и их семьи, но больше всего здесь парков, скверов и садов. Есть даже парки с определенными разновидностями растений. Например, парк Роз или парк Лесной. Когда гуляешь по ним, чувствуешь все эти ароматы и будто попадаешь в сказочный мир. С обычным ощущением это чувство не сравнить.

Николай уже приехал за родителями своей жены и повез их на дачу вместе с детьми. Через полчаса они уже добрались до места.

– Как тут красиво! – восхитилась Марина, подбежав к пруду. Она разулась и прошлась по гладкому деревянному мостику.

– Здесь и купаться можно! – крикнула бабушка Рада. В последнее время ей тяжело ходить, поэтому Бронислав всегда рядом, чтобы поддержать жену.

В доме все красиво обставлено деревянной мебелью. И на всякий случай в каждом углу стоят свечи со спичками. Время уже близится к закату. Бабушка и дедушка закончили осматривать дом и уже собирались обратно.

– Хотелось бы мне как–нибудь пожить здесь! – воскликнула Марина, когда они уезжали.

– Не волнуйся, успеешь. Захочешь, друзей своих пригласишь, будете в отдельном домике жить.

Когда они вернулись обратно, Марина решила проводить своих друзей, а после дойти до дома пешком. Но как только они завернули на Белую улицу, которую еще частенько называют мраморной из–за обилия скульптур, Голуба остановилась как вкопанная и уставилась на дорогу. Они стояли прямо возле Вышки, которая отбрасывала длинную тень из–за заката. Прямо где кончалась тень, напротив дома Голубы, рядом с калиткой, стоял человек. Марина и Митя пригляделись.

– Брат…

После Нового года Марина подошла к Мите и познакомилась с ним. Вечером они втроем с Голубой прогулялись по паркам Первой улицы, и Голуба пошла домой, а Митя остался с Мариной.

Марина рассказала Мите про ее брата, но попросила не вмешиваться в жизнь девочки до тех пор, пока она сама не попросит. Или же пока не потребуется.

После этой беседы намеренно они не собирались, только в школе обменивались приветствиями.

А тем временем Голуба сдружилась с Митей и узнала, что он ее сосед.

Митю удивило то, что родители ничего не знают о жизни своего сына и совершенно не интересуются тем, что происходит с их дочерью. Он всегда общается со своими родителями. Они ему не дарили чрезмерной ласки, и парень рос не избалованный, а порядочный и сдержанный. Забавно, но за всю его жизнь он никогда ничего так сильно не желал, как взаимной любви.

И вот, наконец, ему кажется, что он может найти эту любовь, заслужить ее всеми возможными силами. Но помощь Голубе он не воспринимает, как предлог сблизиться с ней и заслужить ее доверие. Этот добрый парнишка просто хочет ей помочь.

Брат Голубы стоит возле калитки и ждет свою сестру. Он смотрит на нее дикими глазами, словно ждет ее уже давно и что–то предвкушает. Но вот он переводит взгляд на Митю, и улыбка исчезает, а губы начинают дрожать. На брате школьная одежда, он вернулся с последней консультации перед поступлением в институт.

– Идем домой, солнышко мое! – сказал он сладким голосом, как обычно говорят бабушки своим внукам.

И любой, кто услышит этот тон, сразу остынет, поверив, что никакой опасности нет. Но все трое друзей почувствовали фальшь. Любовь этого брата выходит за любые рамки дозволенного обществом. Бить родного человека, резать его, угрожать ему.

Митя посмотрел на брата Голубы и оскалил зубы, когда тот начал подходить. Марине он напомнил Элайва. Когда брат подошел к Голубе и взял ее за кисть, где уже проступили синяки от пальцев, Митя не выдержал и ударил его кулаком по плечу.

– Ты чего творишь? – спросил он с недоумением в глазах и с неуклюжей улыбкой.

– Девочки, зайдите ко мне домой, попейте чай с мамой, а я скоро буду.

Голуба хотела возразить, но тут внутри Марины в комнату вошла Велосипедист и остановила девочку.

– Правда, пошли, попьем чай.

– Но ведь…как же так?! Нельзя их оставлять! – кричала она и плакала от страха. Внутри девочки все перемешалось.

Она не хотела плакать, но плакала. Голуба не хотела терпеть побоев от брата, но желала, чтобы он всегда был счастлив. Она хотела быть подругой Мити и искренне любила его, но не хотела, чтобы брат огорчился. Девочка и сейчас хочет помочь Мите, но не хочет вредить брату.

Больно и страшно…

– Как они там? – спрашивала саму себя мама Мити. Марина описала ей ситуацию, которая происходит на улице, и она не стала в это вмешиваться, веря, что ее сын найдет рациональное решение. А если нет, что ж, в драке за него тоже можно не переживать.

– Кстати, мне кажется, что я уже встречала Митю где–то, – сказала Марина и задумалась. – А почему вы не переживаете за него?

– Так он в боксерский клуб ходит. Должен ведь за себя постоять в такой ситуации, раз боксом занимается.

– Боксом?! – воскликнула Марина с удивлением и немного привстала. – А в клуб наш ходит? Где тренер профи, да?

– Да, там старик один. Ему еще помогает молодой такой парень, Валентин.

– Не такой уж и молодой, – усмехнулась Марина. – Валентин уже давно занимается там. У него уже есть жена и дочка маленькая. И сейчас они либо приходят в клуб все вместе, либо не приходят вообще.

– Ну, будем надеяться, что все хорошо.

Как только мама произнесла эти слова, открылась дверь, и вошел Митя.

– Что случилось? – спросила удивленно мама. Парень ничего не ответил, только взял чайник и бокал с заваркой, чтобы наполнить его кипятком. Сын даже не вспотел, рубашка на нем чистая, как и джинсы, голова сухая, а самое главное – никакого раздражения. Он был абсолютно спокоен. – Да что такое?! – воскликнула мама, теряя терпение.

– Спокойнее, пожалуйста, – сказал Митя ровным тоном и присел рядом с девушками, когда налил себе чашку чая. Сделал один глоток. – Сейчас расскажу…

Когда парень налил себе вторую чашку, Марина спросила:

– Слушай, ты спокоен или только выглядишь так?

Пальцы парня вздрогнули, и он опустил глаза.

– Мне это спокойствие внушили, – Митя отнял руку от ручки бокала и пристально посмотрел на ладонь. Она тряслась мелкой дрожью. – До сих пор не могу забыть те глаза.

– Чьи? – забеспокоилась Голуба. – Брата?

На это Митя лишь покачал головой.

– Нет. Твой брат не причем. Скорее всего, он сейчас так же сидит. Думаю, он тебя теперь и пальцем не тронет.

Голуба ужаснулась. Она хотела встать из–за стола и побежать домой, но Марина схватила ее за руку.

- Давай послушаем.

– Я стоял напротив него и уже был готов кинуться с кулаками, но все-таки попробовал поговорить.

«Почему ты так поступаешь с Голубой?»

«Потому что она моя сестра!»

Он набросился на меня. Стал замахиваться кулаками. Я уклонялся. Тогда он продолжил с еще большим напором. И я не стал терпеть и начал атаковать в ответ. Но прошло буквально несколько секунд, как со стороны здания мэра появились две фигуры.

«Вы что творите?»

Это был какой-то старик. Я держал твоего брата за ворот, когда смотрел на них.

«Кто они?»

«А ты что, газет не читаешь или у тебя зрение плохое?!»

Твой брат меня знатно вывел из себя. Он тоже ухватился за меня, и я хотел уже его ударить. Но как только я отпустил его правой рукой и занес кулак, ко мне подошел старик, который кричал, и остановил меня, взяв за кисть.

Я узнал его. Это точно был человек из газеты. Дедушкин Внук. Он оказался таким сильным. С ним была женщина. Наверное, твоя ровесница, мам. С сережкой в правом ухе. Она посмотрела на нас обоих так, что плакать хотелось. Мы медленно отпустили друг друга. Дедушкин Внук вел рядом велосипед. Он поставил его на подножку и снова подошел к нам. Они оба смотрели так пристально, словно пытались что–то найти в нас. Эти взгляды были такие пустые! Ха, у меня голова закружилась от этих зеленых и карих глаз. Они будто смотрели не в лицо, а в самое сердце и что–то искали. Женщина тряхнула головой. Она налетела на твоего брата, словно буря.

«Ты что делаешь, разве так можно?!»

Он испугался.

«Нельзя быть жестоким! Сколько раз тебе говорила я?! Сдерживай себя!»

Старик остановил ее, положив руку на плечо.

«Ладно, где та мастерская, где можно велосипед починить?..»

«Мы почти пришли, родная, не нервничай.»

«Я и не нервничаю, просто нам еще в больницу нужно будет успеть».

Такими были их последние слова, когда они отдалялись от нас.

«Тетя…»

Похоже, он знает ее, раз назвал тетей. Но эти пустые глаза до сих пор сверлят мою душу.

– Наверное, это тетя, которая раньше приходила к нам в гости, – задумалась Голуба. – Она занимается парками на Первой улице и живет где–то там же. Я совсем маленькой была, тогда, а брату было около четырех. Он всегда прислушивался к ней и ее советам, как рассказывала мама. Мудрая женщина, правда, сейчас с ней какие–то странности происходят. Совсем перестала на улицу выходить. Только с некоторыми людьми общается. Разговаривает только с писателем этим, мужем, учителями некоторыми и еще несколькими знакомыми.

– Писатель этот, говорят, тоже изменился, – заметила мама Мити. – В газетах писали, будто он перестал свои стихи отдавать в редакцию, как и рассказы.

Митя проводил Марину до поворота, и они разошлись.

– Спасибо за то, что познакомила меня с ней! – крикнул он ей на прощание.

– Всегда, пожалуйста! – крикнула она в ответ и побежала к перекрестку Светофоров.

Велосипедист и Клевер смотрели на происходящее и вспоминали рассказ, услышанный от Мити. В этот момент Клевер думала о пустых глазах, а Велик смотрела на дорогу Марины и пыталась что–то вспомнить. Ей была знакома эта дорожка. Она чувствовала, что сейчас Марина перейдет широкую улицу, и солнце совсем скроется за большими зданиями города. Она побежит по тротуару и окажется на той дороге, где слева будет стадион, а справа главная больница. Она представляла, как едет по этой дорожке на велосипеде. И совсем скоро вновь появятся последние лучи солнца, касающиеся макушек деревьев, и будет следующий поворот, где Марину ждет длинная дорога домой.

Часть 4 Глава 25

Глава двадцать пятая

19 июня 2029г. Вторник

Прошел уже целый год. Марина заметно подросла. Каждый день ее тренировки становились более серьезными и сложными, но заниматься было уже намного легче. Интересно то, что тело Марины не подверглось сильным изменением после таких нагрузок. Она по–прежнему остается стройной и слегка мускулистой девушкой.

Альбина во время прогулки предложила Марине завтра пройтись по магазинам.

– Будет весело, я обещаю! – настаивала она.

– Ну, если ты так хочешь…

Альбина воскликнула радостным криком и повисла на шее Марины.

– Тихий, прекрасный день! – восхитилась Клевер и растянулась на своем диване.

– Ты права, без всяких издевательств, – в кой–то веки согласилась Ветер с Клевером и продолжила разминаться со скакалкой. Клевер надела на себя халат, а Ветер - спортивный костюм.

– Да! Восхитительно! – подтвердила Лента. Она сидела в позе лотоса в домашнем халате и наблюдала за тем, как Праздник раскладывает карты, а затем быстро собирает их в том же порядке. Праздник же сидела на кресле, расставив и растянув свои ноги. В ее руках карты просто летали.

– Надеюсь, нашу идиллию не прервет какая–нибудь мелочь, – сказала Праздник и продолжила перетасовывать карты. Она вообще была в рубашке, рваных шортах и босиком. Смешно выглядела широкая соломенная шляпа на ее кудрявых волосах.

– Если только не случится чего непредвиденного.

Велик и задумалась. Она сидела на полу возле комнаты и наблюдала за прогулкой Альбины с Мариной. Велик была в пижамной рубашке и клетчатых штанах.

– Я тебя умоляю! – воскликнула Перчатка, продолжая отрабатывать удары на боксерской груше, которую сзади поддерживала Кисточка. – Что может случиться!

– Да что угодно! – встряла Кисточка. Она тоже мельком поглядывала на экран. – Марина какая–то задумчивая.

– Вот это точно, – поддержала Праздник. – Она о чем–то постоянно думает.

– И о чем же? О нас? – усмехнулась Перчатка. Они вместе с Кисточкой были в спортивных костюмах и с перевязанными кулаками.

Марина внимательно слушала Альбину, и они вместе шли по длинному тротуару, все больше отдаляясь от дома.

– Альбина, слушай, – начала вдруг Марина.

– Да, что такое?

– Не думаешь ли ты, что так много увлечений, как у меня, это слишком странно?

Альбина ответила после короткого раздумья.

– Вообще, я считаю, что человек должен пробовать себя во всем, а потом сделать выбор. А к чему ты это спросила?

– А вот если бы я сказала, что на самом деле я занимаюсь всеми своими увлечениями по отдельности, – продолжила Марина. – Ты бы как меня поняла?

– Ну, возможно, ты имеешь в виду свое расписание. То есть, один день ты занимаешься рисованием, в другой день бегом и так далее. Ты об этом?

– Да, но что если этим всем занимаюсь не я?

Души встрепенулись, бросили свои дела и прислушались к разговору, затаив дыхание.

– Так, вот здесь я уже не совсем понимаю! – слегка улыбнулась и засмеялась Альбина.

– Ну, допустим, что велоспортом занимается спокойный и уравновешенный человек, который редко показывает свои чувства на публику. А тот, который рисует, напротив, никогда не сидит на месте и вечно хочет узнать что–то новое. И цветы поливаю каждый вечер у соседки не я, а кто–то другой, совсем другой…

– Что она делает?! – воскликнула Клевер и вскочила, чтобы подбежать к комнате, но прямо возле входа ее остановили два парня, Холи и Руни. Они оба держали преграду. – Впустите, вы что, не понимаете, что происходит?!

– Не кричи ты так, – усмехнулся кудрявый парень. – Мы прекрасно знаем, что происходит.

Клевера и остальных духов напугал его тон.

– Марина, – начала отвечать Альбина. – Я не знаю, что именно происходит у тебя в голове, но знай, что я тебе поверю в любом случае. А иначе, какие мы родственники!

– Тогда, прежде чем сказать, я уточню: главное, это не то, что у меня в голове, а то, что в сердце, – души пытались прорваться через преграду, но бесполезно. Они кричали, чтобы сущности остановили тело Марины, но те лишь наблюдали. – А в сердце моем сидят…семь душ, с самого появления этого тела на свет.

Души заметили, что Марина как–то странно говорит.

– Ну, это немного неожиданно, – неловко засмеялась Альбина. – Даже не знаю, а ты можешь мне их показать?

– Могла бы, но не сейчас.

– А когда?..

– Если покажу, ты мне поверишь?

– Ну, конечно!..

– Тогда, – Марина немного задумалась. – В июле я поеду на отдых к бабушке с дедушкой, на неделю, и там, я покажу тебе каждого из них. Это будет последняя неделя месяца.

– Договорились! – улыбнулась Альбина.

– Как это понимать! – закричала Кисточка.

– Очень просто, – усмехнулся кудрявый парень и посмотрел на экран, облокотившись спиной о вход. Из экрана вышел парень с полу короткой стрижкой, Дигура. – Нам показалось, что вы как–то заскучали. И учтите, что назад пути нет, вы не сможете отказаться от этих слов!

– Как же так? – Лента не удержалась на ногах и села на пол.

– Что вас не утраивает? – воскликнул парень с челкой. – То, что мы, так же как и вы, можем прикасаться к экрану? Или то, что мы сказали?

– Все это возмутительно! – крикнула Кисточка.

– Ну, уж извините, – прозвучал сладкий голос кудрявого парня, и на его лице появилась ухмылка и лукавый взгляд. – Не одним вам хочется выходить на свободу.

– Но ведь вы – это мы! Разве нет?! – возмутилась Перчатка, выйдя вперед.

– Извините! – продолжил кудрявый парень. – Но сейчас мы вам вряд ли что–то сможем объяснить. Просто потому, что вы нас не будете слушать. А теперь готовьтесь к поездке на пруд, удачи вам! – последняя фраза прозвучала издевательски.

– Да что же это…такое.

Праздник опустилась на кресло с ужасом в глазах.

– Это та сама мелочь, – начала Велик, – которая прервала нашу идиллию.

Часть 5 Глава 1

Часть пятая

Глава первая

20 июня 2029г. Среда

– Войди и узнай о ней больше! – настаивала на своем Кисточка.

– Зачем нам это! – возражала Перчатка.

– Затем, чтобы узнать, поняла ли она своего незваного собеседника правильно, или же нет. А то может, все еще обойдется…

Наступило неловкое молчание, после которого Перчатка с недовольным стоном, но все–таки согласилась. Перед тем, как войти в комнату и начать собираться на прогулку, Кисточка напомнила:

– Не забудь сделать хвостики из трех резинок!

– Это будет выглядеть как–то слишком..

– ..Не спорь со мной!

Год назад Кисточке взбрело сделать для всех семерых душ своеобразную традицию – одну неделю в месяц все делают прически из хвостов. Тогда все напряглись, а Велик только усмехнулась и сказала: «Я и так хвост постоянно ношу, так что развлекайтесь!»

Из уст Велосипедиста, эта фраза прозвучала издевательски. Кисточка на протяжении получаса ныла, что это станет веселым занятием.

Теперь они выделяют такую неделю и делают прически в соответствии со своим днем.

Итак, Перчатка спрятала под одной широкой резинкой три маленьких желтых резинок.

– Так пойдет? – спросила она Кисточку.

– Да, и на том спасибо! – улыбнулась она, находясь возле комнаты.

Перчатка надела черные брюки, майку, когда–то подаренную Ириной, и, так как на улице пасмурно, она взяла с собой черную олимпийку. Засунув руки в карманы, девушка отправилась навстречу Альбине.

Девочка ждала ее дома и готовилась к приходу родственницы.

– Я все равно не могу понять, – начала Боксер рассуждать по дороге к дому Альбины. Часто проскальзывали фразы вслух, но все равно их никто не слышал, потому что по этой дороге редко кто ходит. – Почему вы это сделали, Эйди?

– А разве не понятно? – ответил голос. Девушка с косичкой поглаживала экран пальцами. – Просто, чтобы растрясти вас хорошенько. Ты бы сейчас не об этом думала, душа.

Ее голос был такой, словно она смеется над отношением душ к этому делу. Словно для них это лишь игра.

– Мы знаем Альбину уже давно, около пяти лет, если не больше, – к комнате подошли остальные души. – Но о ней мы знаем не так уж и много. Живет она с родителями, но больше проявляет самостоятельность.

– Как ты это определила? – удивилась Кисточка.

– Вспомни хоть один день, – начала Боксер, – чтобы родители привезли ее к нам в гости. Нет. Она либо приходила сама, либо приезжала на такси. И расплачивалась она также сама.

– Да, – вспомнила Кисточка. – Точно! Каждый раз мама или кто–то другой спешили спуститься к машине, чтобы отдать деньги таксисту, так он уже уезжал.

– Вот–вот, – продолжила Боксер. – И одно я знаю наверняка. Ради друзей она готова на все. Пусть даже это будет что–то непредсказуемое и сумасшедшее. От обычной раны на плече, до прыжка с парашютом.

Все задумались.

– Да, – сказала задумчиво Праздник. – Главные составляющие части жизни: любовь, семья и дружба. При этом нужно, чтобы все эти части были. Если хоть что–то держится не крепко, то и другие кусочки, того глядишь, посыплются.

К разговору присоединилась Велик.

– Семья – это основа всего. Это основа начала, основа жизни, основа выбора, который будет идти с тобой вечно. И какой бы она не была, она всегда будет с тобой. Несмотря на то, что она может требовать слишком много или слишком мало.

– Хм! Ну! – продолжила Клевер. – Нельзя сказать, что нам можно обойтись без дружбы. Если часть под названием «семья» даст трещину, то ее поможет залатать дружба. Не заполнить место семьи, а именно залатать и восстановить. И это разные вещи. Настоящая дружба не занимает всю твою жизнь, а поддерживает ее.

– Ага! – засмеялась Ветер. – Она старается занять твою жизнь чем угодно, но только не своими проблемами!

– Вот здесь и я соглашусь! – подхватила Кисточка радостным возгласом.

– А любовь будет наградой за все! – выкрикнула Лента. – Любовь может возникнуть из всего, из семьи, из дружбы! Она станет тем, к чему ты будешь стремиться через всю боль и печаль, которую тебе помогут преодолеть друзья и семья!

– Да! – вмешалась Клевер и обняла за шеи Ветер и Ленту. – Нужно лишь терпеть и верить! Верить в то, что это не напрасно!

Перчатка смеялась вместе со своими друзьями, но вдруг всю радость разогнал лишь звук. Это звук хлопанья в ладоши. Сначала один, затем к нему присоединились другие. Напряжение нарастало все больше и больше.

Из тени, на свет экрана, вышли семь силуэтов, которые лукаво улыбались и сверкали яркими глазами. Они не вышли из комнаты, не вышли на свет, даже не отдалились от экрана. Семь силуэтов остановились в полушаге от выхода на свет. А свет исходил от фонарей, от лампочек, от ночников и от самих душ.

Но сейчас души стояли далеко, в метрах двух–трех, не меньше. Они стояли и наблюдали. Им нечего было сказать. Души не могли сделать ничего с тем, что в них вселили эти аплодисменты. Не быстрые, а монотонные хлопки, будто целый хор в ритм отбивает этот звук. За паузу между хлопками можно спокойно сказать слово «хорошо». Вдруг силуэты растворились, и перед глазами девушек возник экран с тропинкой, которая ведет к дому Альбины. Настала тишина, которую никто из душ уже не смог развеять.

Часть 5 Глава 2

Глава вторая

– Мы тебя заждались! – выкрикнула Альбина, когда выходила из дома.

– «Мы»? – удивилась Перчатка.

– Мама нас до перекрестка Светофоров проводит. Ты не против этого?

– Да, пожалуйста, – успела только сказать Перчатка, как из–за ворот показалась мама Альбины. – Здравствуйте, тетя Вера!

– Здравствуй, Мариночка!

Семья Альбины живет в самом конце Белой улицы, поэтому добраться туда не так уж и легко, а найти еще тяжелей. Но Перчатка справилась с этой задачей.

Они с Альбиной расположились на заднем сиденье, пока мама вела машину на Дружную улицу.

– Я на заправку, потом по своим делам. Как домой соберетесь, позвоните, хорошо? – сказала Вера.

– Да! – ответила Альбина хором с Перчаткой.

– Спасибо большое, - добавила Боксер.

– Я всегда замечала за тобой, что ты очень вежливая.

Такое начало разговора немного смутило Перчатку.

– А что, это странно?

– В наше время, да. Ха–ха, – она немного посмеялась и продолжила. – Может, на тебя так они повлияли?

Боксер на мгновение сдвинула брови и тут же вернула себе невозмутимый, но веселый вид. Она насторожилась.

– Понятно! – воскликнула Клевер. – Неудивительно, что она не забыла. Такое–то впечатление произвести!

Они доехали до перекрестка Светофоров, и там Вера высадила девочек, а сама направилась дальше по той же дороге. А тем временем сестры свернули в сторону торговой улицы. Здесь множество зданий со своим оформлением и архитектурой. И единственное, что их объединяет, это то, что они находятся чуть дальше Главной городской больницы.

Перчатка чувствовала, что в Альбине есть что–то такое, о чем нужно у нее спросить, но это было запрятано далеко внутри нее. Боксер хотела было что-то сказать, но Альбина потащила ее в сторону обувного магазина.

– Хочу посмотреть себе удобные кроссовки, ты мне поможешь?

– Конечно, – ответила Перчатка с улыбкой, и по телу Альбины пробежали мурашки. Она резко отвернулась от сестры и…покраснела! Она почувствовала, что Марина другая, но не знала наверняка, так ли это. Но, тем не менее, Альбина начинала все больше верить в то, что родственница ее не обманула.

Боксер сказала это «конечно» так, словно потакая прихоти младшей сестренки. При этом сама Альбина почувствовала себя маленькой девочкой.

Они забежали в обувной центр, и Альбина начала рыскать по всем отделам. Какие туфли они только не видели! И на каблуках невиданной длинны, и лодочки, и бархатные туфли на платформе, даже туфли с имитацией кожи! Находили и полукеды, которые больше походили на декоративную, чем на спортивную обувь. Сандалии они тоже посмотрели, от белых и бледных до цветных и ярких. За это время Перчатка успела убедиться в том, что она здесь явно не к месту. Сюда можно бы было отправить Кисточку или Ленту, но только не ее. В моде и удобстве она явно не разбирается.

– Я устала! – простонала Альбина и упала на пуфик в очередном отделе обуви.

– Какую именно обувь ты хочешь себе? – спросила Перчатка, сев на корточки перед Альбиной. И та снова покраснела, отвела взгляд и ответила:

– Ну, мне удобные кроссовки нужны, чтобы…не только на люди выходить, но и на физкультуру носить, чтобы заниматься.

– Так что ж ты сразу не сказала! – резко встала Перчатка. Уж в чем, а в спортивной обуви она разбиралась лучше, нежели в туфлях. – Идем!

Перчатка взяла Альбину за кисть руки и повела ее за собой в сторону выхода.

– Куда мы идем? – удивилась Альбина, когда они вышли из обувного центра, и Перчатка отпустила ее руку.

– Сейчас узнаешь.

Они перешли через дорогу и оказались на левой стороне, рядом с мебельным магазином. Обойдя его, Альбина увидела спортивный центр. Перчатка знает, что там можно найти все, что угодно: от профессиональной боксерской груши до обычных вело перчаток, от детской спортивной одежды до стандартного набора состоявшегося теннисиста, от мужского до женского. Перчатка вошла внутрь и сразу направилась на второй этаж, куда вела лестница справа, Альбина шла вслед за ней.

– Ты здесь так часто бываешь? – спросила Альбина и сразу поняла, что сказала глупость.

– Да, приходится.

Ее сестра занимается разными видами спорта с пеленок. Конечно, она будет знать этот спортивный центр «от» и «до»! Они поднялись наверх и завернули налево, где была видна детская обувь для девочек. Альбина сначала забеспокоилась, что ее будут обувать в детском отделе. Но на самом деле здесь были размеры от самых маленьких до сороковых. К тому же, под «детской» обувью подразумевалась «непрофессиональная обувь». То есть, обычные кроссовки на любой вкус и цвет, которые отличаются удобством и универсальностью.

У Альбины разбежались глаза. Она не знала, на что ей смотреть. Здесь принято самообслуживание. Но также есть продавцы–консультанты.

– Идем сюда. Смотри в основном на вот эти три полки. Здесь не так, как в обувном центре. Тут модели предоставлены на прилавке, а нужный размер можешь посмотреть прямо за ним.

Прилавок – это высокая и длинная стена, где на примерку стоят целые пары обуви, а не как в обычных магазинах, только один правый ботинок.

– Итак, – продолжила объяснять Перчатка. – На этой стороне легкая и тонкая обувь, которая больше предназначена для гимнастики, а не бега. Если хочешь заниматься атлетикой, то лучше смотреть на следующий прилавок. Здесь она более износостойкая. А третий прилавок демонстрирует больше внешнюю красоту, чем удобство, но в любом случае выбирать тебе.

Альбина обежала глазами все прилавки, но не смогла сориентироваться сразу.

– Ладно, скажи мне, какой тебе нравится цвет? Можешь не говорить чего–то конкретного, выбери тон или оттенок.

– Ну, я отдаю предпочтение спокойным тонам, таким, как синий, зеленый или морской.

Перчатка хмыкнула:

– Ну, надо же! – полушепотом и задумчиво протянула она.

– В чем дело, дух? – усмехнулась девушка с косой, которая стояла возле экрана.

– Мне казалось, что Марине тоже нравится этот цвет, – ответила мысленно Перчатка.

– Вы же считаете, что она лишь тело, оболочка. Как ей что–то может нравиться?

– Но и вы считаете, что тело Марины – это не просто тело. Оно тоже несет свою волю. И возможно, когда–нибудь, мы ее увидим…

Девушка лишь лукаво улыбнулась, а потом вернулась к выходу.

Альбина смотрела на то, как Марина внимательно осматривает полки с обувью и вспоминала тот самый взгляд. Взгляд, когда Марина впервые увидела свою маленькую сестренку Раду.

– Вот и вот. Посмотри пока что эти две пары, а я поищу. Здесь где–то была еще одна.

– Не та? – спросила Альбина и попыталась дотянуться до самой верхней полки. Тогда к ней подошла Перчатка и с легкостью достала нужные кроссовки. Альбина посмотрела на свою сестру и снова увидела в ней кого–то иного. Она села на пуфик и начала примерять обувь, когда Перчатка села рядом с ней на корточки.

– Мне нравится эта! – улыбнулась она и уже хотела начать снимать обувь, как вдруг Перчатка остановила ее.

– Подожди. Встань, – Альбина встала. Перчатка нажала на носок кроссовка тремя пальцами. – Не жмут?

– Ой, – вздрогнула Альбина. – А я как–то об этом и не подумала.

– Вот так вот и выбрасывают новую пару обуви через месяц! – усмехнулась Перчатка и подошла к коробкам. – Так, твой, – она перевернула ботинок подошвой к себе и посмотрела на номер. – Тридцать шестой. Нужен тридцать седьмой.

Она достала синюю коробку и поднесла к Альбине.

– Да! То, что нужно!

Когда девушки выходили из обувного отдела, Альбина остановилась напротив отдела спортивных принадлежностей.

– А ты не хочешь себе что–нибудь посмотреть? – спросила она у Перчатки.

– Ну, можно заглянуть…

– Отлично!

Альбина затащила Перчатку, держа ее за рукав олимпийки. Они остановились перед боксерской грушей.

– Хорошо, как тебе она? – спросила Альбина.

– Сейчас проверим.

Неожиданно для Альбины, Перчатка достала из кармана боксерские бинты.

– Ты их так постоянно с собой носишь? – поинтересовалась Альбина.

– Частенько. Просто забываю вытаскивать после тренировки, – улыбнулась Перчатка и встала в нужную стойку для нападения. Прозвучало несколько резких и звонких ударов по груше.

– Товары кулаками не трогать! – прозвучал веселый и до боли знакомый голос. Перчатка обернулась.

– Валентин! – воскликнула она и подбежала к наставнику. – Да вы ни капли не изменились, все такой же молодой!

– А ты подросла, стала более женственной, как я погляжу! – засмеялся Валентин.

– Вы совсем перестали заходить в клуб с Евой Сергеевной, что случилось?

– Да, дела, понимаешь, дела.

– Кстати, разрешите представить, моя четвероюродная сестра, Альбина. А это Валентин, мой наставник по боксу и помощник тренера.

– Очень приятно! – поздоровалась Альбина.

– И мне.

– А что ты здесь делаешь? – удивилась Перчатка.

– Подрабатываю немного, – улыбнулся Валентин и почесал затылок.

– Директор! – послышался сзади голос девушки. – Товар подвезли. Сказали, вас позвать!

– Хорошо, уже иду!

– Директор? – поразилась Перчатка. – Классная подработка!

Из–за спины прозвучал голос Альбины.

– Насколько я знаю, в каждом из этих зданий имеется только по одному директору.

– Да! Ха–ха! Это мой основной заработок, а бокс, как хобби и занятие по жизни.

– Как Ева Сергеевна?

– Сидит дома с Сашенькой. Скоро домой пойду. Мы тут совсем не далеко живем.

Альбина решила зайти в магазин одежды и что–нибудь присмотреть для себя. Она забежала в раздевалку и затащила туда Перчатку. На это Перчатка отреагировала немного неожиданно. Она увидела, как девочка снимает майки и быстро задвинула за собой занавеску.

– Не то, чтобы я стеснялась, – сказала про себя Перчатка серьезным тоном. – Но для таких дел существуют бани и горячие источники. Думаю, это немногие места, где человек смущаться не будет.

– Вот тут ты права! – засмеялась Клевер. Она была солидарна со своей соратницей, но все равно ее развеселило это смущение.

Часть 5 Глава 3

Глава третья

Девочки закончили бродить по магазинам и решили зайти в кафе на перекрестке Светофоров. Альбина купила себе кофточку, джинсы и набор резинок помимо кроссовок. Перчатка ничего не взяла. Ей понравились кое-какие вещи, но она не видела в них особой надобности. И вот теперь Альбина шла с полными пакетами и не давала их Перчатке.

– Тебе не тяжело? – волновалась Боксер.

– Нет, не переживай, я все равно не отдам тебе пакеты. Вот еще!

– Ха, – вздохнула Перчатка. – Дай хоть посмотреть, что купила.

Перчатке вообще не нравилось, когда кто–то младше нее, или наоборот слишком старше, несет тяжелые сумки, когда в ее руках нет ничего, кроме телефона.

– Ну, вот, посмотри.

– Так, интересно, – протянула Боксер и переложила пакет с левой руки на правую.

– Эй! – только и успела сказать Альбина и засмеялась.

– Нечего тяжести таскать!

– Ну, знаешь, я бы и сама…

– Вот, смотри, уже видно кафе. Давай, прибавь шагу! – Перчатка пошла немного быстрее и оторвалась от Альбины.

– Подожди, так нечестно!

В этом кафе Марина частенько бывает со своими одноклассниками и родными. И за все время у них уже появились любимые блюда и постоянные заказы.

У самого входа стоит девушка и раздает газеты.

– К новому плавательному комплексу прилагаются и спортсмены? Скоро в нашем городе начнется набор в команду для плавания! Ждем пополнения из других городов!

– О! – воскликнула одна и женщин. – Что за новички, когда прибудут?

– Через два года после подписания документа на переселение в наш город! – Перчатка взяла газету и дала десять рублей.

– Даже дешево как–то, – удивилась Альбина.

– Здесь вся печатная продукция дешевая, кроме новинок. Мама рассказывала, какой ажиотаж устроили книги о Гарри Поттере. Ладно, что ты будешь брать?

– А, – Альбина растерялась. – Я даже и не знаю…

– Ладно, тогда как обычно, – Перчатка свернула газету в трубочку и подошла к кассе. – Здравствуйте, прошу, два стакана зеленого чая, холодного. Еще два бутерброда с помидорами и столько же сандвичей.

– Ваш заказ принят, не хотели бы вы чего-нибудь еще?

– Да, у вас еще занимаются японской кухней? Тогда такояки, две палочки. Спасибо большое.

– Ожидайте заказ, – девушка говорила приветливо и смотрела прямо в глаза клиенту, когда другой человек набирал заказ на компьютере. – Ваш заказ: два зеленых чая, два сандвича, два бутерброда с помидорами и две палочки такояки. Приятного аппетита и приятного отдыха!

Перчатка заплатила за заказ и, перед тем, как начать есть, развернула газету. На первой же странице была фотография молодой команды пловцов, а на следующей Перчатка увидела статью о странных посетителях больницы, в числе которых точно были Сергей Львович, молодой профессиональный атлет, лучший юрист города и Дедушкин Внук, а также несколько других людей.

Перчатка отложила газету и открыла баночку с холодным чаем, пить с помощью трубочки ей не нравится. Еще она попросила поставить на разнос одну баночку молока. Душа собиралась с мыслями, чтобы задать какой-нибудь вопрос Альбине. Ведь им нужно узнать о ней больше! Но не тут–то было! Инициативу перехватила сама Альбина. Не успела Боксер и звука произнести, как Альбина сказала:

– Ну, давай, рассказывай!

– О чем? – Перчатка подняла одну бровь.

– О душах, что внутри тебя! Мне ведь интересно!

– Ну, как бы сказать, – Перчатка растерялась и неловко засмеялась. – Даже не знаю, с чего и начать…

Вдруг Перчатку кто–то потянул за воротник из зеркала.

– Об этом не тебе рассказывать, – лукаво улыбнулась девушка с косичкой и помогла Перчатке подняться с пола. Та мирно вышла и продолжила наблюдать за всем происходящим вне комнаты.

В одно мгновение взгляд Марины изменился. Она посмотрела на Альбину и сказала:

– Вообще, словами я вряд ли смогу их описать, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Ха–ха–ха! – она немного посмеялась и продолжила. – И мое описание будет довольно поверхностным, но я постараюсь. Так, лучше, пожалуй, начать с той, которая занимается велоспортом. Это, действительно, удивительная душа. Хотя, что это я, они все по–своему удивительны. Она может оставаться спокойной в любой ситуации, но при всей своей невозмутимости, внутри она все же импульсивна и порывиста. Душа эта может помочь любому человеку. Она может заступиться сама или сделать так, чтобы заступился кто–то другой, если ей самой это не по силам. Она испытывает счастье, когда едет по дороге. Но не так, чтобы доехать до магазина и уже быть счастливым, нет! Душа эта всегда если улыбается, то искренне! Счастливой, велосипедистка выглядит в кругу друзей или во время заезда на соревнованиях, когда находится рядом с товарищами. Ты бы видела, какая поддержка у нее! Тебе стоит увидеть, как она едет на велосипеде! Нет, ты просто обязана с ней прокатиться! Еще может неплохо прочесть книгу. Когда слушаешь ее чтение, погружаешься в мир книги. Она точно знает, когда нужно промолчать, а когда вставить свое слово. Чего не скажешь о второй душе. Кстати, произошел на майские праздники один случай…

7 мая 2029г. Понедельник

Прекрасная погода! Первые жаркие деньки затронули город Безымянный! Все вокруг готовятся ко Дню победы!

Сразу после школы Велик взяла велосипед и решила прокатиться до Дружной улицы, где как раз в это время должна начаться репетиция парада. Она надела свой спортивный костюм, перчатки, кепку, наполнила бутылку водой и прихватила солнцезащитные очки. Эти очки имели специальную резинку, которая держала их при езде.

Она свернула со своей улицы, где последним зданием был дом Тайиных – Мостковых. Проехав до конца этой улицы, Велик поехала с горы по длинной дороге. Через несколько минут она уже проехала мост и продолжила свой путь к перекрестку Светофоров. Доехав до перекрестка, Велик посмотрела сначала направо, там было пусто. Не было ни одного человека, ни одной машины. Тогда она посмотрела налево и увидела вдали целую толпу учеников, которые должны были нести на 9 Мая портреты своих бабушек и дедушек, участвовавших когда–то в Великой Отечественной войне. Вообще, строй должен состоять не только из учеников, но и взрослых. Однако сегодня репетируют только школьники. Среди этих ребят были также Ирина, Голуба и Лиза.

Сегодня ни у кого при себе портретов не было, потому что ни к чему. Всем строем командовал Николай Юников. Используя громкоговоритель, он поворачивался то налево, то направо, то оборачивался назад, чтобы проинструктировать оркестр. Рядом с ним находились Сергей Львович и Андрей Юниковский. Велосипедист подъехала к велостоянке, где было довольно много велосипедов, и поставила свой транспорт у с краю, а сама встала рядом с ним и принялась наблюдать.

Ученики продвинулись на десяток метров вперед и оказались прямо напротив велостоянки. Велик не стала снимать очки и кепку, а волосы остались собраны в хвост. Наверное, именно из–за очков одноклассницы не узнали ее сразу. Сначала они просто поглядывали украдкой на незнакомку, слегка поворачивая головы в у ее сторону. А незнакомка выглядит очень даже взрослой. Только через некоторое время они признали в ней Марину и начали махать руками в знак приветствия. Велосипедист улыбнулась и помахала двум девочкам в ответ.

А Лиза, вместо того, чтобы поздороваться, начала хихикать и что–то шептать другим ребятам из соседнего строя. Велосипедист увидела, как Голуба расстроилась и опустила глаза, а Ирина рассержено посмотрела на Лизу. Велик, находясь на довольно близком расстоянии, смогла разобрать по губам Лизы, о чем идет речь. Девочка высмеивала внешний вид Марины, а именно ее очки. Ладно, одно дело, если бы это все приходилось выслушивать Велосипедисту. Но ведь вместо нее этим занимаются бедные Голуба с Ириной, а также другие ученики. Глаз Велосипедиста не видно под очками, но за глаза говорила улыбка. За спиной, на майке велосипедного костюма, есть специальные карманы, где обычно лежит всякая мелочь. Оттуда и вытащила Велосипедист свой сотовый телефон. Она набрала номер, и в строю учеников послышался звонок.

– Алло? – с удивлением ответила девушка.

– Привет, Ирина, – поздоровалась Велик.

– Марина! Если бы ты знала, какие гадости Лиза говорит про твои очки! Будто ты на своем велосипеде из Матрицы приехала.

– Ха–ха! – слегка посмеялась Велик, не шевеля губами. – Не беспокойся об этом. В конце концов, она тоже ведь сегодня в очках?

– Да! И ее очки ничуть не лучше твоих! – обиженно сказала Ирина прямо в трубку.

– Человек должен красить очки, а не наоборот, – снова она ответила спокойным тоном. – Ты не могла бы одолжить свой телефон Лизе?.

– Лиза, – послышался отдаленный голос в трубке, и Велик увидела, как Ирина передает телефон находящейся впереди Лизе. Голуба удивленно смотрит на происходящее. – Это тебя…

– Да? – прозвучал в трубке удивленный тон.

– Здравствуй, Лиза, – эта фраза прозвучала, как роковое знамение. От этого голоса по телу Лизы пробежали мурашки. – Красивые очки.

Уж чего–чего, а похвалы от Марины Лизонька никак не ожидала.

– С–спасибо, – заикаясь, ответила она.

– Сними их скорей, не позорься, – снова прозвучал ядовитый голос. В этот момент он больше походил на манеру голоса Клевера, которая, кстати, стояла рядом с комнатой, и слушала разговор.

– Зачем мне их снимать? – попыталась съязвить Лиза. – Они ведь красивые, неужели ты хочешь, чтобы я выглядела хуже?

– Я всегда хочу как лучше.

– Но ведь ты сказала, что очки красивые?

– Но я не сказала, что они тебе идут, ведь так?

После этих слов Велик повесила трубку, а Лиза поспешно сняла свои очки и начала искать зеркальце. Девочки смеялись над нелепым видом Лизы, которая, то надевала, то снимала очки, стараясь разглядеть себя в маленьком отражении со всех ракурсов. Но когда Ирина и Голуба посмотрели в сторону велостоянки, Велосипедиста уже не было.

В этот день ее едва не сбила машина на перекрестке Светофоров, и ей вспомнился какой–то момент. Словно она уже переживала такое потрясение когда–то и видела его совсем недавно, как во сне. Когда она приедет домой, к ней подбежит ее любимая сестренка. Велосипедист возьмет ее на руки и крепко обнимет со счастливой улыбкой на лице.

– Вот так вот! После этого диалога по телефону, душа, которая любит растения, похвалила велосипедистку, мол, чему–то я тебя, да научила!

– Да, весело! – подтвердила Альбина. – Так поставить на место Лизу не смог бы никто. Кстати, что ты говорила про другую душу?

– А! Да! В отличие от велосипедистки, которая знает, когда стоит говорить, а когда лучше промолчать, другая душа себя не контролирует. Ее вспыльчивый нрав всегда наружу. Она не будет молчать в любом случае. Девочка творческая и очень активная. Всегда хочет как лучше для своих товарищей. Также ей очень хочется, чтобы их товарищество было более символичным. Например, иногда она покупает какие-нибудь безделушки на всех семерых. Или же делает их сама. К решению конфликтов она подходит совсем иначе. Вместо того чтобы отвечать за свои слова самой, она тактично просит решить проблему за нее. Можно сказать, она придумывает план, как стратег, а кто–то другой должен им воспользоваться. Произошел один случай в младших классах, когда она, можно сказать «заставила» свою подругу отдуваться за нее. А все началось с маленькой шутки Ирины, когда та подкралась сзади к душе и закрыла ей глаза ладонями…

Альбина слушала историю так, словно это происходит с ней во сне. Все эти истории и рассказы подтверждают ее догадки. Она всегда чувствовала, что Марина разная. В любой ситуации она находит решение, совершенно не свойственное ей самой. Она прослушала рассказ до конца и спросила:

– А третья душа, о которой ты говоришь, она ведь занимается боксом?

– Ага, она идет прямо за душой искусства. Вообще, это самоотверженная душа. Она пойдет на все ради своих друзей. Но единственное, что пугало ее товарищей, так это несдержанность. То есть, если перед ней встанет выбор, поговорить с обидчиком или избить его, она не будет думать. Девушка просто пустит в ход кулаки. Правда, все души так думали до того, как кое-что случилось. Помнишь, я постоянно языком ощупывала свою левую щеку изнутри? Так вот…

Марина рассказала о случае с Голубой, о не очень приятном знакомстве с ее братом и том, как им помог Митя. Также она упомянула о паре взрослых с пустыми глазами.

– В общем, все ошибались на счет своей подруги и признали свою ошибку. Мне иногда кажется, что раньше ей просто, не доставало этой силы, вот теперь она ею и пользуется. Поражает ее любовь к детям! Она так же велика, как и у души, которая занимается гимнастикой! И всегда удивляет ее опрятность. И еще, если ты идешь вместе с ней по улице с тяжелыми пакетами, то лучше отдать их сразу ей, а иначе обидится. Такой нрав! Не нравится ходить с пустыми руками. Несмотря на то, что она часто применяет силу, на ее одежде ты никогда не увидишь ни единого пятна. И это просто потрясающе! Одежда всегда выглажена, ни одной складочки! В этом отношении она полная противоположность следующей души.

Альбина придвинулась вперед.

– Но сначала ты мне скажи: что для тебя есть дружба? – после этих слов Марина начала жевать бутерброд. Альбина растерялась, но все же попыталась ответить на вопрос.

– Ну, это, своего рода, самопожертвование, которое может дойти до безумного? Нет, даже не так. Дружба может быть разной. Ты можешь дружить с человеком, а он тебя игнорировать. Может кто–то дружить с тобой, а ты на него не обращаешь внимания…

Марина продолжала смотреть на Альбину и доедать сандвич.

– Или дружба – это товарищество, которое формируется спонтанно, а может и очень долго…

Марина закончила трапезу и допила свой чай.

– Отлично! – сказала она с наслаждением. – А знаешь, как бы ответила эта душа? – Альбина сглотнула слюну. – Она бы сказала: дружбы нет. Ее не существует. Есть только друзья. Нет друзей – нет дружбы. Ты права, это чувство формируется очень долго. Но это не узы между людьми, а сами люди. Формируется сам друг, и воспитывается чувство сохранения друзей внутри него самого. Так что, есть друг, а понятие дружбы уже не важно.

– Но ведь и с этим можно поспорить! – возразила Альбина. – Если бы не было определения дружбы, то вряд ли бы друг стал другом.

– О, нет! – протянула Марина. – А кто, по–твоему, ввел это понятие? Уж не друзья ли? – Марина собрала весь мусор на один разнос и встала из–за стола, взяв пакет Альбины. – Ну, пойдем?

Они вышли из кафе и направились к дому Марины.

– Ладно. Любительница цветов, конечно, может философски отнестись к делу, но на самом деле она иная. Может и покривляться, и сказать в лицо что–то обидное, и ехидно посмотреть тебе прямо в глаза. Также она может найти невероятное решение любой проблеме. Если обстановка вокруг накаляется, она знает как ее разрядить. Так однажды она спасла одного мальчика от драки. Это случилось в парке, на Первой улице, – Марина рассказала о том, как Клевер помогла Кириллу и Алексею, его старшему брату, разобраться в конфликте с ее одноклассниками. – Но еще эта душа имеет большое самолюбие. Если в ее день раздают листочки с самостоятельной работой, и она получает пятерку, то это все! Обязательно возникнет фраза: «Что и требовалось доказать! Это же я!».

– Ха–ха–ха! Ах, – посмеялась Альбина и перевела дух. – Да уж!

– Но все же, внутри нее есть и какая–то загадка. Она не вспыльчивый человек, нет, далеко не так. А иногда кажется, будто она совсем другая. То есть, безусловно, что у нее в голове, то и на языке, но... Вслух она смеется и ребячится, а все обиды пропускает мимо. Но внутри себя душа их обдумывает. Нет, она не держит зла на других, напротив, ей в голову лезут мысли о том, как избавиться от этого зла…

Альбина задумалась, а потом вернулась к разговору.

– А с ней не ссорится кто–нибудь?

– Что ты! – воскликнула Марина. – Это, опять же, лишь ребячество! Любит подшутить над художницей и бегуньей. Вот, об атлете, кстати. Эта душа всегда свободна. И вот кто действительно по–настоящему ценит дружбу! Я не хочу сказать, что остальные ее не ценят. Просто, если в жизни других душ есть люди, которые могут их поддержать, ну, в лице родственников, то эта душа рассчитывает только на товарищей.

– Хм, а я согласна с ее позицией.

– Да, бывают такие моменты, когда друзьям доверяешь больше, чем семье. Но можешь ли ты рассказать что–то своей подруге, вместо того, чтобы поделиться этим с мамой, например? Это ведь тоже разница! Она вольная душа, которая считает, что ей никто не нужен. Но при этом она и друзей выбирает с особой педантичностью. Внутри себя она проверяет нужного человека в разных ситуациях и думает над тем, можно на него положиться или нет. Но чаще всего друзья появляются перед ней за долю секунды. И самые надежные. Когда я ходила в детский сад, она познакомилась с легкоатлетами не очень приятным способом…

Когда Марина кончила рассказывать историю о Бегунье, Альбина сказала:

– Да, они в твоей жизни многое сделали.

– Ага, сами того не подозревая, они изменили всю мою жизнь.

– Как мило! – воскликнула Гимнастка, слушая диалог. – Тело Марины ли это говорит?

– Не уверена, – ответила Перчатка и указала пальцем на стену слева от входа. – Тут никто не сидит. Значит, скорее всего, внутри экрана одна из сущностей.

– Ладно, – продолжила Альбина. – А что на счет той, кто еще любит детей?

– О! Это гимнастка. Ей очень нравятся дети! Девочка она скромная и тихая. Может постоять за себя, если захочет. Но чаще всего все проблемы решают за нее. Душа хочет попробовать это сделать сама, но ее все вокруг хотят защитить.

– Это правда? – с удивлением в глазах спросили Ветер и Перчатка в один голос у Ленты.

– Ха–ха, – неуклюже посмеялась Лента. – Не знаю, как она это делает, но ее слова похожи на правду. И, думаю, она знает о нас намного больше, чем мы знаем о себе сами.

– Эта душа солидарна с мыслью Достоевского. «Душа человека исцеляется рядом с детьми». Гимнастка всегда со всеми искренняя. Поэтому ей хочется, чтобы и другие были искренними с ней. Но когда она занимается спортом, ощущение, что это совершенно другой человек. Порой она даже пугает своей сосредоточенностью в такие моменты.

Души посмотрели на Ленту.

- То-то Артем тебе и слова против не говорит, когда вы танцуете.

- Отстаньте, пожалуйста, - покраснела Гимнастка.

– А что по поводу последней души? – спросила Альбина, когда тишина слишком затянулась.

– Тут особенный случай. Где эта душа, там и праздник. Веселая девушка, которая способна на многое. Для всех остальных душ, она словно ангел–хранитель. Или, лучше сказать…если велосипедистка поддерживает физически, то она, словно старшая сестра, поддержит морально. Она берется за несколько дел сразу и пытается их сделать на «отлично».

– Прямо как я! – улыбнулась Альбина.

– Но свое призвание она вроде бы нашла. Еще у нее прекрасно, получается играть в волейбол! И все друзья мои так считают!

– Вот бы поиграть с ней! – воскликнула Альбина и сразу задумалась. – Только я не умею…

– Думаю, она научит! – подбодрила Марина и положила руку на плечо сестре. – Нужно будет взять с собой мячик на отдых. Поедем на пруд к бабушке Раде и дедушке Брониславу. Они будут рады компании и помощникам!

Девочки шли по жаре и строили планы на конец июля, чтобы ничего не упустить. Это стало их целью, их мечтой!

Часть 5 Глава 4

Глава четвертая

5 июля 2029г. Четверг

– Ну, мы как всегда! – воскликнула Кисточка недовольным тоном. – Марина уже спит, а мы еще и не ложились!

– Так правильно! – взмахнула руками Клевер. – Спать же мы ложимся только от безысходности! – она подняла вверх указательный палец. – В принципе, нам вообще спать необязательно. Мы ведь даже усталости не чувствуем! Только если в комнату не заходим, это сильно выматывает. Тогда – да, спать хочется сильно.

Несмотря на этот странный разговор, ребята все–таки решили лечь спать. Эта ночь станет самой странной и уникальной в их жизни. Потому что именно сегодня всем семерым приснятся сны.

…

– Они заснули?

– Да, можем выходить, можем выйти все вместе.

…

Из комнаты с экраном повеяло теплым воздухом, он был свеж, как дух весны, согретый утренним солнцем. Из комнаты один за другим вышли ребята, подростки, четыре парня и три девушки. Каждый из них подошел к душе и наклонился над ней. Кудрявый парень присел на кровать Гулены, прокашлялся и тихо посмеялся.

– Голос, как у мальчишки! – сказал он своим друзьям, и те захихикали. – Ладно, давайте по очереди.

Все ребята сели на пол, кто как. Когда он начал полушепотом говорить что–то Гулене на ухо, его голос был грубым, как у взрослого мужчины, который довольно давно курит сигареты.

– Я вхожу в давно знакомый мне дом…

Я вхожу в давно знакомый мне дом. Поворачиваю налево и вижу женщину. У нее мешки под глазами. Это единственное, что бросается в глаза. И несмотря на это, она мне нравится.

– Здравствуй, родная моя! – восклицаю я. Она смотрит мне прямо в глаза и слегка улыбается.

– Опять куришь?

– Ты смеешься?! Как я могу, зная, что…

Я замолкаю, когда вижу рядом с ней две бутылки.

– Ты снова взялась?

– Я не могу…остановиться. Помоги мне, помоги мне, прошу! Ты ведь психолог! – она упала со стула на колени и обняла мои ноги. Я не знаю, куда мне от этого деваться.

Гулена лежала на спине, положив руки вдоль тела. После этого диалога пальцы на ее руках задергались, и она хотела упереться руками во что–то. Душа подняла руки вверх, и они прошли мимо головы парня, которая была прямо над ней. Его кудряшки едва коснулись ее лица. Он наклонился ближе к ее лицу и слегка прикоснулся пальцами к ее правой руке.

– Я лежу на мягкой траве…

И вижу бескрайнее теплое небо, которое горит лишь голубым цветом. А солнце закрывает большое дерево. Мне холодно из–за ветра, но тепло дарует лишь прикосновение давно знакомой руки…

Наступила тишина, но все ребята до сих пор слышали дуновение ветра и чувствовали, как солнечные лучи проникают сквозь листья огромного дерева.

– Да, – восхитилась девушка с косой. – Ну, ты даешь. Никто так не расскажет сон, как ты! Я помню то место.

– Ладно, теперь вы.

Парень с челкой кивнул головой и подвинулся ближе к Бегунье. Она лежала на полу, на матраце, свернувшись калачиком. Он укрыл душу одеялом, и та немного расслабилась.

– Как хорошо, что мне голос изменять не нужно, – тихо сказал он, и ребята улыбнулись. – Они все бесят меня!

Все до единого! Никогда не могут остановиться вовремя. Ненавижу этот дом, ненавижу! Только в комнате тишина и покой. Здесь я могу пробыть вечность и в то же время не могу протянуть и секунды. Нет никого, кроме меня самой и моего телефона. Черт! С самого утра живот болит, колит в боку. Может, лечь спать и все пройдет? Ладно, ложусь. Что?.. Ай! А! не могу дыхание перевести, больно! А они не слышат, конечно…как тут услышать, когда музыка на весь дом орет!.. Телефон! Я могу позвонить друзьям, хоть кому–нибудь, прошу, дотянуться бы. Нет! В глазах темнеет, не вижу, где он? Нашла, ха…больно…

Еще немного. Хоть кому–нибудь. Первый, кто есть в списке. Вызов вроде пошел, вибрирует телефон. Нет, не могу больше. Я ничего сказать не смогу…

– Алло?

Кто–то ответил. Но не могу сказать ничего!

– Эй! Ты меня слышишь?! Ответь!.. Черт!

Разозлились, что не могу ответить? Или что?! Ха!..

Кто–то дверь открывает…

В это время Бегунья сворачивалась калачиком все больше, будто чувствует боль. Парень, который рассказывал сон, немного приподнял ее над матрацем и положил ровно, укрыв несколькими одеялами.

– Я просыпаюсь.

Стены белые, странно, я что, в больнице? Я не могу оказаться в больнице! У меня скоро соревнования! А это, это же друзья, ведь так? Рядом со мной друзья? Но кого–то не хватает, кого же? Люди рядом со мной, они отходят в сторону. О, так я не одна? Слева от меня, на кровати еще кто–то лежит. Хотя, нет, это не пациент, это… Ха–ха–ха! Ну, этот человек как всегда! Первым наведет шороху, и первый же завалится спать. Но кто же меня сюда принес?..

– Хм, – сказала девушка с распущенными волосами. – Неплохо, очень даже неплохо.

– А ты что скажешь? – спросил парень у нее в ответ.

– Ну, во сне чаще всего встречается доля бреда и доля правды. Попробуем смешать! – она подползла на корточках к дивану Клевера и положила голову на подушку рядом с ней. Клевер лежала на спине, слегка наклонив голову вправо, к стенке, а правую руку положила над головой. Девушка слегка касалась пальцев этой руки. – Как сейчас помню!

Выхожу во двор и вижу целую тучу детей! Моих ровесников. Все знакомы между собой, уже играют, бесятся, а мне делать нечего. Никого не знаю, играть не с кем. Остается только сидеть на лавочке и ждать…чего-нибудь. Вдруг подходит ко мне девочка и садится рядом. Несколько минут назад было видно, как она перелазит через забор во двор детского сада. И вот теперь она сидит рядом со мной и…начинает разговор.

– Привет!

– Привет…

– Чего сидишь с таким серьезным лицом? В штанах спортивных…может, ты в подгузниках сидишь?!

– Что?! – она смутила меня. – Ничего подобного!

– А докажи!

– Да вот, пожалуйста! – я…меня провели! Я ведь реально штаны спустила! Ничего не понимаю. Она будто залезла ко мне в голову и управляла мной и моими словами!

– Дурашка ты! – засмеялась она и тряхнула своими кудряшками. – Чего тут–то показывать? Надо в уборную было зайти!

И ведь точно! Через некоторое мгновение мы оказались в уборной, и там нас застукала воспитательница! Лучше не бывает!..

– Ты что творишь? – засмеялся кудрявый парень.

– Подожди, я не закончила! Итак, время подходит к полуночи, и захотелось нам зайти в магазин. Подруга заходит, и…слышатся какие–то крики.

– Ты что там сделала?

– А чего она мне бутылку давать не хотела? – ее голос был опьяневшим, а язык заплетался, как будто под действием алкоголя.

– И куда нам с тобой идти, спрашивается?

– Как «куда»? Ик! Домой!..

Все ребята с удивлением посмотрели на девушку с распущенными волосами, а потом тихо засмеялись. По ее лицу видно, что этот дух сам напросился на то, чтобы увидеть такой возмутительный сон. И что из этого правда, а что нет?

Часть 5 Глава 5

Глава пятая

– Кто следующий?

– Мне нужно сказать совсем не много, поэтому давайте все–таки я, – проговорил парень с хвостиком и придвинулся к Гимнастке, которая спала на матраце рядом с Бегуньей. – Брат, если ты меня слышишь, отзовись.

Скажи мне хоть слово, хоть что-нибудь. Я ведь нервничаю, не знаю, куда себя девать. Поговори со мной, не бросай меня на половине своего пути. Сопровождай меня до конца. Почему ты молчишь, отвернувшись от меня к стене? Она тебе ничего не скажет, в отличие от меня. И не говори, что я тебя не понимаю. Ладно, сладких снов, брат…

Парень с хвостиком поцеловал Гимнастку в лоб.

– Да, проникновенно, – вздрогнула девушка с косой. – Ничего не скажешь.

– Ну, должны же они хоть что-нибудь рассказывать Альбине. А мы даем им пищу для ума. Может, придумают, что с ней делать.

– Теперь я. Правда, вряд ли душа станет об этом рассказывать кому–либо, но попытаться стоит. Итак, – девушка приблизилась к Перчатке на матраце. – Вы заметили, как она спит? Будто обнимает кого–то.

– Ага, это точно. Сложила руки на груди, притом, что спит на левом боку.

– Я стою на сцене.

А в зале полно людей, которые пришли послушать меня и второго солиста. Они все смотрят на меня и чему–то удивляются. А мужчина, что рядом со мной, ничуть не удивлен. Он только улыбается мне и что–то шепчет. Он, похоже, время отсчитывает! Вот, точно.

Три, два, один!

Заиграла музыка. Мы начинаем жестами вызывать овации у слушателей, и они нам отвечают. Я точно знаю, где нужно петь мне, а где подхватывает он. Первые четыре строки мои, следующие – его. Затем снова я. И вот, мы начинаем!

Если в твоем сердце

Снова дождь не прекращает слезы,

Если новой болью

Отдает гром суеты…

Значит, где–то будет дверца.

Она прячет дорогу к звездам.

Я буду с тобою

Защищать наши мечты…

Дух захватывает! Исполненная на сцене первая песня! Никогда ее не забуду. Не забуду этого момента! Словно изнутри взрываюсь и пытаюсь достать до небес, а вместе со мной к звездам тянутся слушатели. В зале сидят мои друзья и семья. Я выложусь с полной отдачей, чтобы не расстроить их. Я сделаю все, чтобы они не чувствовали себя одинокими в этом огромном зале театра…

– Моя комната огромна, – начал сразу парень с полукороткой стрижкой, чтобы закончить как можно быстрей. – Но я в ней теряюсь…

Выключив свет, я не могу сидеть в уголке или спиной к стене и думать о том, что происходило сегодня. Стена уже изрисована, и мне нечем заняться. Так одиноко, нет никого вокруг, словно я единственный человек во всем доме. Это угнетает. Вот бы зашел в спальню хоть кто–нибудь. Прошу, прошу!.. О, свет. Кто–то поднимается на второй этаж. Это ведь! Ха, это он, мой друг, это же он!..

Я не единственный человек в этом доме, теперь…

– Да, здорово получилось! – лукаво улыбнулась девушка с распущенными волосами. – Нам нужно чаще так выходить из комнаты!

– Ага! – поддержал кудрявый парень с усмешкой на лице. – А самое главное то, что никто не знает правды, настоящей правды, которую таит в себе комната. В этой темноте вряд ли можно что–то разглядеть. Но благодаря душам, во тьме светло так, будто включили ночник, чтобы почитать книгу после полуночи перед сном.

– Да, это ты верно подметил…

– Ладно, пора закругляться. Давай, Тсайк, твой черед.

– Хорошо.

Но не успели они закончить разговор, как души начали вертеться и вздрагивать, словно им снится кошмар или слишком бурный сон.

– Черт! Они же нас слышали! – воскликнул тихо кудрявый парень. – Теперь им снятся сны с нашими разговорами. Давайте про тот день.

Все кивнули

– Я чувствую сочную траву, – начала Тсайк.

– Я слышу шелест листьев на высоком дереве, – продолжил Дигура.

– Я вижу прекрасные цветы, – подхватила Эйди.

– Я чувствую запах приближающегося дождя, – прошептала Туро.

– Я сижу рядом с высоким деревом, – ласково сказал Руни.

– Я вижу прекрасное желтое поле, – послышался сладкий голос Тайо.

– Я лью слезы и тянусь к бесконечному голубому небу, – улыбнулся Холи.

– Мы видим голубое небо! – завершили они все вместе.

И души уснули крепким сном, только Велосипедист открыла глаза. Но ребята успели сбежать. Велик подошла к комнате и заглянула внутрь. Там было темно, даже экран не горел, потому что Марина уже давно спала. Тогда Велик присела рядом с входом, как обычно справа, укуталась в плед и снова заснула. Ее голова слегка наклонилась на бок, пока она сидела. Девушка в вело костюме подошла к Велику и присела на корточки, выглядывая из–за стены. Она тихо шептала что–то на ухо Велику, пока девушка Четверга отчитывала кудрявого парня. Мол, что он там наплел? Ведь фиолетовый дух при жизни никогда не курил!

– Я спешу изо всех сил к больнице.

На этот раз у меня нет велосипеда, а весь город окутан туманом. Бегу через перекресток Светофоров, добегаю до первого поворота и вижу Главную городскую больницу. К ней подъехала машина скорой помощи, и начала вытаскивать носилки. Это был старик. Я бегу к нему со всех ног. Прохожу в приемный покой, где старик уже почти исчез из виду. Я хочу побежать за ним, но меня останавливают доктора.

– Пустите меня! Это же, эй! Пропустите меня к нему! Эй, Эй! Это же…я! Это я там!

…

– Да, вот кто действительно постарался…

Часть 5 Глава 6

Глава шестая

Души проснулись в приподнятом настроении. Их сны были такие ласковые и приятные, что не хотелось вставать с постели и вообще просыпаться.

– Вставайте, сони! – крикнула Туро с ухмылкой на лице. – Марина уже встала.

– Точно! Я же погулять хотела с утра! – переполошилась Клевер и вскочила с дивана.

– Можешь не торопиться, там дождь начинается.

Клевер подошла к входу и увидела, как Марина смотрит в окно, сев на подоконник. Небо пасмурное, но по дорогам плывет жара.

– Вот сейчас веселуха будит! – крикнула Клевер, отошла на несколько метров от входа, приняла стойку низкого старта и со всего маху вбежала в комнату. Девушка ничего не успела сделать, чтобы остановить ее, поэтому пришлось отступить. Хотя странно, она ведь может из экрана тоже вытащить легко, так почему она ее не остановила?..

Время примерно одиннадцать часов. Клевер спустилась вниз и обнаружила, что дома остались только пять человек, вместе с Мариной. Дедушки сидят на кухне в столовой и обсуждают новый проект, Клара сидит рядом с ними и придерживает Раду, которая ползает по столу в поисках интересных безделушек в виде брелоков, карандашей и ручек.

– Я на улицу схожу, прогуляюсь.

– Стоять! – остановила Клара. – Сначала завтракать!

Она поставила на стол тарелку с яичницей, двумя кусочками колбасы и двумя дольками помидора. Не успела Клевер зайти на кухню, как на столе уже оказались солонка и стакан молока. Через полчаса тарелка и стакан были уже пусты, поэтому Клевер могла с чистой совестью идти на улицу. Она помыла за собой посуду и поднялась наверх, чтобы одеться теплее. Открыла дверь на балкон и прикинула, что ей нужно надеть. В итоге на диван полетели вещи: пара черных носков, черная безрукавка с горлышком, светло–синие джинсы Велика и ее же джинсовая куртка с внутренними карманами.

– Ты опять за свое, почему джинсы чужие взяла?! – начала возмущаться Кисточка и обратилась к Велику, которая сидела слева от входа и читала книгу. – Велосипедист, а ты почему молчишь?

– …

– Ха–ха–ха! – засмеялась Клевер. За что люблю Велосипедиста! Никогда ничего не скажет по этому поводу! Безотказный человек! Спасибо, друг и товарищ! – сказала она, согнула руку в локте и подняла кулак, словно собирается постучать им по столу и останавливает в воздухе, словно ударяет обо что–то вертикальное.

Велик, не поднимая глаз, сделала тот же самый жест правой рукой, как и Клевер.

– Обращайся.

– Что?! - возмутилась Кисточка.

– Вот видишь? Никто так мне никогда не скажет, только Велосипедист, добрая душа! Ладно, где наушники?

Клевер вышла на дорогу и несколько метров пробежала по улице. Она радовалась тому, что вышла из дома. Душа не могла удержать свои радостные крики и возгласы! Клевер дышала полной грудью. Казалось, будто она секунду назад была невольником, и сейчас ее выпустили на свободу. Она перебегала дорогу и оказывалась на соседней улице, а затем возвращалась обратно. Отбегала на несколько метров от дома и снова вставала на прежнее место. Она забегала в самую глубину лесопосадки и возвращалась на асфальт.

Начал крапать дождь, и Клевер посмотрела на серое пасмурное небо, в котором пыталась разглядеть хоть какую–то синеву. Потом она вздрогнула от неожиданного телефонного звонка.

– Больница?!

– Нет, – смутилась Клевер.

– Простите, – извинился мужчина и послышался его отдаляющийся голос. – Не испытывай моего терпения, любимая! Эй, постой!

– Странно, – удивилась Клевер, задумалась на мгновение и снова встрепенулась. – Точно! Наушники. Так, ставим на «случайный выбор» и-и...

На телефоне погас экран, и заиграла песня Вячеслава Бутусова – Девочка по городу шагает босиком.

– Вот странно, почему поется «девушка», а название – «девочка»? А может, это просто кто-то неправильно написал название в плей-листе?

– Да у тебя вообще совести нет! – продолжала кричать Кисточка. Да–да, она и не замолкала, причем все то время, пока Клевер гуляла.

– Ладно, будет тебе! – продолжала смеяться Ботаник и бежать по дороге, прыгая то на одной ноге, то на другой. Песня закончилась, и Клевер приготовилась услышать следующий трек. – Так, следующая!

Она продолжила идти спокойно, но вдруг она услышала первые слова песни.

Скажи теперь,

Скажи мне точно,

Как все это понять?..

– Что? – Клевер остановилась и затаила дыхание, словно ей перестало хватать воздуха. – Почему я так себя чувствую?

Какой–то странный зверь

Живет внутри меня.

Я уничтожен, уничтожен.

Есть лед, но нет огня.

– Да что это со мной? – снова сказала она вслух. – Я о чем–то лишнем начинаю думать!

И на исходе дня

Твоей улыбки дверь.

– Ой! – это слово прозвучало с дрожанием, удивлением и одновременным испугом. – Что не то со мной. Домой надо, домой! – начала она подгонять себя и словно сорвалась с цепи.

– Что случилось, что такое? – перепугались ее товарищи. Дедушки тоже забеспокоились, но тревожить девочку не стали. Клевер взяла большой блокнот и ручку, а в наушниках по–прежнему играла песня Jackie–O – странный зверь (Russian cover) (dub step version). Она поставила ее на повтор и начала писать.

– Вот сейчас точно не кричите! – погрозила она пальцем и продолжила писать стоя. Через минуту она уже села за компьютерный стол и снова принялась за письмо.

Души смотрели на экран и не верили своим глазам. А когда Клевер прочла написанное ею письмо вслух, они не могли поверить и ушам.

– Как же ты умудрилась написать? – удивилась Кисточка.

– Не знаю, – ответила Клевер, сомневаясь в собственных словах. – Оно само как–то получилось. Только вот теперь не знаю, что с ним делать.

– В рамку повесь! – воскликнула Ветер. – Не каждый день ты стихи пишешь!

– А если без сарказма? – усмехнулась Клевер. – Ладно, кажется, я знаю, что можно сделать.

Она спустилась вниз и подошла к дедушке Андрею.

– Не могли бы вы отвлечься от дел, дорогие мои мыслители?

– Да, в чем дело?

– Я хотела спросить твое мнение. Как тебе это? – дедушка внимательно прочел стих и восхитился.

– Поразительно! И не скажешь, что это твое первое стихотворение. В нем достаточно смысла, чтобы сравнить его со стилем настоящего писателя!

– Тебе не нужно? – наступила тишина.

– Что ты! Я твое произведение за свою работу выдавать не буду! Лучше давай, я в редакцию отдам, а они там его напечатают под твоим именем?

– Нет, самой мне не хочется.

– Ну, если не хочешь, тогда предложи кому другому. У меня есть на примете один писатель. Он живет в конце Первой улицы. Сто девятый дом, предпоследний.

– Хорошо, тогда я сейчас пойду туда.

– Постой, сейчас?! – переполошилась Клара. – Первая – это одна из главных улиц. Она ведь очень далеко!

– Вот за день и дойду. Если что, буду дома вечером! – и дверь захлопнулась.

– Там ведь дождь…

– Ха–ха–ха, – посмеялись мужчины и продолжили работу.

Часть 5 Глава 7

Глава седьмая

Клевер шла вдоль Первой улицы и думала над тем, какая у них все–таки хорошая семья. В конце концов, такую семью вряд ли можно встретить даже в таком интересном городе. Чтобы в одном доме жили три полных поколения! Почти четыре, ведь одно время с ними были родители бабушки Василисы, Рада и Бронислав.

Теперь Клевер направляется к ровеснику своих бабушек и дедушек, а то и к ровеснику прадедушки Бронислава!

Она уже дошла до Первой улицы. Все души мучил лишь один вопрос: как выглядит этот Дедушкин Внук?

– Как ты считаешь? – поинтересовалась Клевер у девушки. – А, Туро?

– Обычный старичок, ходит прямо, придерживается здорового образа жизни, – сказала она безразличным, но утвердительным, тоном.

– Это ты предполагаешь так? – лукавила Клевер.

– Я не предполагаю, я его знаю.

– Знаешь?! Постой, не видела, а точно знаешь. В лицо?! – Клевер довольно сильно переполошилась на этот счет. – Если ты его знаешь, то и я точно знаю! Ты ведь моя сущность, так?

– При жизни. Мы познакомились совершенно случайно. Он поливал цветы, а я была рядом и заметила это.

– А ты случаем не спросила, любит ли он цветы? – Клевер напрягла слух, чтобы услышать все, что скажет его собеседница.

– Я молчала.

– Ну, ты облом! – восклицание это было неожиданным для всех. Через несколько минут души собрались возле входа в комнату, чтобы увидеть Дедушкиного Внука.

– Он чем–то похож на Николая Александровича.

– На дедушку?

Они проходили мимо частных домов. Перед многими стояли калитки и маленькие заборчики, но мало было таких, где внутри забора разворачивались садики с цветами. Один Клеверу приглянулся. В нем были и розы, уже отцветшие тюльпаны, и обычные декоративные растения. Даже подсолнух рос в уголке! Клеверу очень понравилось, как они расположены. Каждый цветок на своем месте и отлично дополняет общую композицию. Она замечала и другие дома со своими своеобразными оформлениями.

И вот Клевер уже видит конец улицы и предпоследний дом. Тут Велик встает из своего кресла и подходит ближе к комнате.

– Что такое, Велосипедист? – спросила Перчатка.

– Да так, сон вспомнился…

Велик вспомнила сон, который являлся ей совсем недавно, когда спала возле входа в комнату. В нем она бежала в больницу и кричала вслед старику: «Это я!» А выбегала она именно из этого дома.

Снаружи он выглядит довольно просторно и красиво. Сразу видно, что за ним ухаживают.

Клевер постучала в дверь, и на порог вышла женщина.

– Здравствуйте, – начала Клевер и сделала едва заметный поклон головой.

– Здравствуй, тебе кто–то нужен?

– Да. Мне нужен писатель, Дедушкин Внук.

– …Минуточку.

Через несколько секунд перед Клевером появился старик, и он был точной копией того старика, которого описала Туро. Он не сутулится, выглядит свежо, возможно, сидит на диете и вообще ведет здоровый образ жизни. А на свои годы и подавно не выглядит.

– Дедушкин Внук? – спросила робко Клевер.

– Можно просто Федор.

– Федор? А, простите, отчество? – Клевер снова произнесла эти слова несвойственным ей тонким и робким голосом.

– Просто Федор. Я еще не выгляжу настолько лет, чтобы меня по отчеству называли.

Да, он был точно таким, как описала Туро. Одно лишь не было упомянуто. Его глаза пустые, словно их покинула жизнь.

– Вам не нужны стихи?

– Хах, а ты можешь мне что–то предложить?

– Ну, не многое, но надеюсь, что это вам пригодится.

Клевер протянула руку с большим блокнотом и отдала Федору.

- Я могу попросить опубликовать твою работу в сборнике под твоим именем, - писатель надел очки, прикрепленные с двух концов цепочкой и начал внимательно всматриваться в строчки.

- Нет, я не хочу указывать свое имя. Поэтому и обратилась к вам.

Через несколько секунд в его взгляде что–то изменилось. Он нахмурил брови. Но прошло несколько мгновений, и морщинки на лбу разгладились. Появился жалостливый взгляд. Казалось, будто старик сейчас же отвернется от Клевера. Он немного прищурил глаза и посмотрел на стих с какой–то надеждой, а потом перевел этот взгляд на Клевера. В одно мгновение в его глазах появилась жизнь.

– Ты, – прозвучал слабый голос старика.

– Простите? – Клевер была немного напугана.

– Это ведь ты, о ком я сейчас думаю, ведь так? – в глазах Федора читалась надежда, но Клевер едва успела ее заметить, потому что в следующую секунду ее позвали по имени.

– Мариночка, это ты? – Клевер обернулась к дороге и увидела свою прабабушку с прадедушкой. – Ты что здесь делаешь?

– Я так, по делу небольшому.

– А потом куда, домой? – ужаснулась Рада.

– Ну, получается, что так, Ха–ха, – Клевер почесала мизинцем лоб и посмеялась над собой.

– Оставайся у нас, мы предупредим родителей. А то обратно возвращаться будешь часа три, не меньше. Нет, я, конечно, не сомневаюсь в твоих способностях к бегу и спорту в целом.

– Бегу? – Федор снова нахмурил брови.

– Хорошо! – Клевер повернулась обратно к Федору. – Извините меня, но я пойду, пожалуй. Если стих получился неплохой, то можете использовать его. Мое имя можно не указывать, я на авторские права не претендую!

Часть 5 Глава 8

Глава восьмая

Федор так ничего и не сказал. Он посмотрел вслед девочке, которая побежала к старикам, и зашел в дом.

– А кто это была? – спросила у него дочь. – Ты ее знаешь?

– Кажется, да, – он поспешил в свою комнату, чтобы открыть письменный стол и достать несколько листов исписанной бумаги. На столе расположились пять листов со стихами и один блокнот. Федор задумался и вышел из комнаты. – Я что–то потерял…

Старик прошел немного вперед и посмотрел направо. Справа от него была дверь в спальню. Он открыл дверь и подошел к шкафу с книгами. В основном, там находились книги русских писателей и целые стопки местной газеты. Проведя пальцами по полкам, старик стер пыль и остановился напротив корешка одной из книг. Александр Дюма – Три мушкетера. Старик взял книгу в руки, открыл ее на самой последней странице и взял оттуда свернутый листок. Федор разгладил его и прочел содержимое, пока шел в свою комнату.

– Это точно она. Она нужна!

Он надел пальто и вылетел из дома, а дочь только и успела крикнуть:

– Ты куда? Опять в больницу? – на мгновение она испугалась, что услышит положительный ответ.

– К цветочнице!

– Возвращайся к ужину!

Федор старался идти быстрым шагом, но больше походило на то, что он бежит.

– Чего–то я не додумался велосипед взять, – смеялся он сам над собой.

Добежав до середины улицы, Федор остановился напротив пятьдесят третьего дома и открыл калитку. Его ждал целый ансамбль запахов и цветов. Везде красота и цветение. Яркие блики попадали на глаза старика, который почти потерял всю волю к жизни. Ослепленный красотой сада, он все же подошел к двери и постучал кулаком. Буквально через несколько секунд ему открыла женщина с прекрасными изумрудными глазами.

– В чем дело, Федор? Вы меня напугали.

– Где ваша комната без цветов? – он не пытался выглядеть вежливым или извиняться, просто потому, что очень спешил. И она это заметила.

– Как вам в голову пришло говорить об этой комнате?!

– Любонька, миленькая, времени нет. Прошу, скажите мне, где эта ваша комната? – женщина заметила, что ее старый друг нервничает и не держит себя в руках, только непонятно, от злости или от радости…

– Хорошо, – она глубоко вздохнула и пригласила Федора войти. Дом как всегда пышет свежестью, и, как всегда, в каждой комнате стоит только по одному цветку.

Они свернули налево, и старик увидел небольшой коридор. В нем было всего две двери, ведущие в спальни и расположенные напротив друг друга. Дверь справа распахнута, и Федор увидел столько цветов, сколько ему и во сне не снилось! Но в спальне напротив не было такой красоты. Она почти пуста. Ничего зеленого, кроме блокнота на столе.

– Прошу, – Любовь указала на вход.

Федор сразу обратился к полке и нашел там ту же книгу, что и у себя дома. История о трех мушкетерах снова раскрылась на последней странице.

– Вот!

– Что такое? – женщина перепугалась от такого восклицания. Тогда Федор раскрыл блокнот Марины и начал бегать глазами по обоим листкам.

– Смотри! – он отдал ей листок, а себе оставил блокнот. – Следи за каждым знаком! Слушай! – Федор начал читать полушепотом с листка, а потом прибавил темп.

Падают на землю капли слез,

Они твердят о прошлом.

Этот голос…я слышу все всерьез.

Дождь говорит о чем–то сложном.

Он то шепчет, то кричит,

И к моим мыслям все взывая,

Дождь что–то важное твердит,

Но я того не замечаю…

Дождь все твердит о зове, клятвах,

Что слышу я теперь во снах.

Он молит: вспомни о желаниях и главах,

Что ты писал, испытывая страх!

Женщина слушала и не могла удержать слез и блеска в глазах.

Я слышу: дождь уже нашел предел,

Но все стучит в окно.

Он говорит: ты помнишь, как ей пел?

И это чувство, не знакомо ли оно?!

Но я в ответ молчу…

А разве я писал?..

Ведь даже если захочу,

И строчки б не издал!

А разве я когда–то пел?

Нет, это невозможно.

Всю жизнь свою я лишь хрипел,

Насколько было можно.

А чувства!.. Ты вообще, о чем болтаешь?!

Ведь ты один всегда со мной.

И разве ты не знаешь?

Я здесь один, наедине с собой…

(И ты лишь здесь всегда бываешь…)

Я знаю, хочешь ты помочь,

И я на все согласен,

Ну, а теперь до завтра, уже ночь.

А завтра выбор будет ясен.

Я знаю, ты всегда со мной;

Твое тепло и свет.

Пускай и недоволен дождь собой,

Но для меня в тебе изъянов нет.

– …Ха, ах, – у женщины не хватало дыхания, чтобы сказать хоть слово.

– Люба, ты понимаешь?

Она взяла во вторую руку листок и пробежалась по тексту снова.

– Все, до единой запятой…

Старик немного обнял женщину одной рукой и потряс левой ладонью за левое плечо, прижимая к себе, как студентку.

– Это твой стих, он ведь про тебя!

Часть 5 Глава 9

Глава девятая

6 июля 2029г. Пятница

Утром Павел заехал за дочкой, и они вместе отправились домой.

– А у нас гости сегодня, – Павел произнес эти слова каким–то загадочным тоном.

– Да? И кто же?

– Приедем, узнаешь.

Они доехали примерно за двадцать минут. Марина сразу же направилась в зал и увидела…Федора. Они сидели с Николаем Александровичем и Андреем Владимировичем на диване и о чем–то беседовали. Как только в залу вошла Марина, дедушки сразу встали.

– Мариночка! А мы тебя ждем! – Николай был просто вне себя от счастья.

– Федор хотел поговорить с тобой по поводу стихов. Они очень понравились ему, и он хотел попросить тебя об еще одной услуге, – Андрей тоже не мог устоять на месте. – Пока вы будете общаться, мы нальем всем чай. Не будем вам мешать.

Марина села рядом с Федором, слева от него. Наступила минута тишины.

– Нет, ну, нет, так же нельзя! – Бегунья подошла к комнате и попросила разрешения войти.

– Проходи, – парень с челкой пропустил Бегунью. – Только лучше бы вам всем не встречаться с ним.

– Почему это?

Парень пожал плечами.

– Узнаете о себе много нового.

Бегунья отвернулась от парня и направилась к экрану. Через мгновение она была уже перед ним.

– Так, – Ветер решила начать. – Как же вы все–таки начали писать?

– Да, понимаешь, – Федор немного растерялся. – Случайно получилось. Внучек мимо редакции пробегал, да занес мои стихи, а назвался Дедушкиным Внуком. Вот я теперь под его псевдонимом работаю, так сказать! – старик усмехнулся, и Ветер улыбнулась вслед за ним.

– А чем сейчас занимаетесь? В газетах часто начали выпускать ваши старые работы…

– Да, заминка была с одним стихотворением. А тут ты как раз вчера пришла со своим произведением…

По какой–то непонятной причине вновь наступила тишина. Но Ветер всячески пыталась ее развеять.

– Простите, а как ваше здоровье?

– Да, я о нем как–то и не задумываюсь в последнее время, – они посмотрели друг на друга и засмеялись.

– Чай готов! Пожалуйте к столу! – послышался голос Андрея из столовой.

– Идемте, юная леди.

– А о чем вы хотели меня попросить?

– Я спрошу об этом после чая, когда вы будете провожать меня до калитки.

Часть 5 Глава 10

Глава десятая

– И как понимать его просьбу?! – Кисточка ходила между своими товарищами взад и вперед. И каждую минуту она повторяла слова старика. – «Я буду приходить к вам в гости каждый вечер. Если не приду, то приходи ты». Что это вообще значит?!

Души заметили, что Кисточке этот разговор пришелся не по вкусу.

– Это что ж мне, получается, до его дома ковылять?!

– Так вот что тебя волнует, – лица всех душ перекосились от неуклюжей улыбки.

– А этого мало?!

– Да ладно, не нужно горячиться, тебе это только на пользу пойдет, – Ах эта вечная лукавая улыбка Клевера, которая никогда не дает покоя Бегунье и Художнице. Они сразу готовы порвать свою подругу за такую насмешку.

– Несмешно!

– Да ты представь только, какая это честь! Каждый день видеть перед собой настоящего «молодого старика», о котором, между прочим, только в газетах пишут.

– Ага! – Боксер решила поддержать Клевера. – И заметь, большей чести только, разве что, наши дедушки достойны! Со своими каждодневными визитами к мэру они переплюнут любого зазнавшегося выскочку.

– Да, вот это ты, верно, подметил, друг и товарищ!

7 июля 2029г. Суббота

В этот день дом Юниковых – Юниковских посетил весьма неожиданный гость. С самого утра во дворе кипела работа, и каждый был занят своим делом. Мужчины во дворе заканчивали строить беседку, а женщины готовились пить в ней чай.

– Не ушибись, Рада! – Лента переживала за каждый шаг, сделанный ее маленькой сестренкой. Она только видела плитку под ее ногами и то, что она по ней бегала галопом.

– Все же хорошо! – А Рада ни о чем не переживала. Она веселилась и радовалась жизни.

Примерно через час они вошли в дом и поднялись на второй этаж. Лента начала переписку со своими троюродными братьями и сестричками, в лице «близнецов» Игоря и Владиславы. Они буквально грезили о том, чтобы встретиться и прогуляться вместе по городу и Дружной улице. Вдруг с лестницы послышался голос Марии.

– Мариночка! Спускайся, посмотри, кто к нам пришел!

Марина тут же вскочила с кресла и побежала вниз. Пройдя через зал, она остановилась у входа в столовую и увидела в коридоре девушку.

– Милослава Николаевна! – воскликнула Марина и подбежала к любимой первой учительнице.

Через некоторое время мужчины зашли в дом и оповестили о том, что беседка полностью готова! Она стала пристройкой к летней кухне. Это, своего рода, веранда, уютная и просторная веранда. В ней уместилось все семейство и может уместиться еще человек десять!

– Вы еще ведете уроки у младших классов?

– Ну, конечно! – В Милославе Николаевне не изменилось ничего: ни хрупкая фигурка, ни кроткий нрав. И даже пустые глаза остались такими же неизменными. – Возможно, я стану первым классным руководителем Рады!

– Это будет замечательно!

– Есть кто дома?!

Послышался голос Федора с парадного входа.

– Ха–ха! – бабушка Калерия попыталась сдержать смех. – Паша, иди, позови к нам Федора. А то дома никого нет. Кто ж ему там откроет?

– О! И вы здесь, Милослава?

– А вы знакомы?

Милослава немного привстала, и Федор поцеловал ее тоненькую ручку.

– Да, встречались, и не раз, и даже не два.

– Вы, что?..

В голову Маше залезли не очень хорошие мысли.

– Нет! Конечно же, нет! – Федор поспешил опровергнуть мысли собеседницы. – Мы совершенно обычные знакомые, просто друзья.

– А с какими еще хорошими людьми вы знакомы? – Лента решила поинтересоваться жизнью старика и даже не поняла того, что делает этим вопросом одолжение всем своим друзьям. Теперь они смогут хоть немного понять, почему этот старик так привязался к Марине. А главное, произошло это именно после того, как он прочел стихотворение Клевера.

– Ну, много с кем…

– Хорошо, назовите тех, с кем вы общаетесь чаще всего, – Лента задала вопрос и села на стуле в позу лотоса, что бросилось в глаза Милославы Николаевны.

– Хорошо, – Федору этот разговор был тоже на руку. Он хотел выяснить, как Марина связана с его товарищами и с ним самим. В Клевере он признал того человека, с которым часто видится. Может, девочка сможет сказать что–то интересное по поводу людей, которых он назовет? – Сергей Львович в последнее время часто посещает мой дом. Из учителей я знаком с Милославой Николаевной, а также Еленой Сергеевной Окинировой. Елена тоже часто приходит ко мне в гости на чаепитие. В дальних дорогах меня всегда сопровождает хорошая подруга цветочница, имя которой вы, скорее всего либо очень хорошо знаете, либо не знаете вообще.

– А почему так? – Лента выгнула спину колесом и вернулась в исходное положение. Это уже давно вошло у нее в привычку.

– Потому что она общается с очень узким кругом людей. Любителю цветов просто необходимо с ней встретиться хотя бы раз, – он посмотрел в глаза Марины неоднозначным взглядом.

– И как же ее зовут? – Клара решила поинтересоваться.

– Извините, Клара Николаевна, но на это счет я стараюсь не распространяться. Лишь потому, что наша дорогая цветочница не любит лишнего внимания.

– Это точно не про тебя! – Кисточка прокричала эти слова с такой насмешкой, что Клевер, наверное, впервые в жизни посмотрела на нее с какой–то обидой. Будто Художница затронула святое, ранило за живое. Этот взгляд был настолько горьким, что Кисточке хватило одной секунды, чтобы понять: продолжать не стоит, нет, просто невозможно. Душе сразу захотелось извиниться. Такие чувства по отношению к Клеверу она не испытывала никогда. Кисточка подошла к комнате вместе с Ботаником и взяла ее за руку. А потом обняла предплечье и прижалась к плечу подруги. Это, конечно, не извинение, но жест, который говорит об этом.

– Юрист, Ярополк Творческий. Он очень хороший человек, только не показывает этого. Несколько лет назад он все–таки вернулся к юриспруденции. Еще мальчик, ну, как, «мальчик»? Он, наверное, ваш ровесник, Мария, Павел. Наш лучший атлет в городе, правда, сам он так не считает, но…

– А почему он так не считает? – атлет заинтересовал Ленту.

– Потому что он верит, что подрастающее поколение будет намного сильнее его самого. По крайней мере, он так говорит. Ну, вот, пожалуй, и все.

– Отлично! – воскликнула Перчатка. – Включая его самого, всего семь!

– Подождите, как же я мог забыть! – все души вновь повернулись лицами к экрану. – Еще один очень хороший человек живет в начале моей улицы. Не могу назвать его имени, но по профессии он психолог.

– Психолог? – вместе с Гуленой вздрогнула и Лента, поэтому Федор увидел волнение собеседницы.

– Вы знаете его? Раньше не встречались? Он чем–то похож на вас, Павел.

– Спроси у него, курит ли этот человек!

– Скажите, а он случаем не курит, не пьет?

– Он курил раньше, но вроде как бросил. А жена... Нет, пожалуй, не будем об этом.

– А вы любите цветы, юная леди? – души услышали эти знакомые до боли слова от Федора. – Ха–ха–ха! Видели бы вы сейчас свое лицо, Марина Павловна! Неужели вам кто–то уже задавал этот вопрос?

– Нет, хотя, задавала соседка.

– Соседка?

– Да, Варвара Владимировна Тайина.

- Хм, знакомое имя.

– Прошу прощения! – послышался чей–то женский голос за забором.

– А вот как раз и она! – Василиса поспешила открыть ворота соседке, но Лента вовремя сняла эту обязанность с бабушки и побежала к воротам сама. Перед ней оказалась отнюдь не Варвара.

Это был Артем.

– Привет, – улыбнулся он.

– Здравствуй!

– Можно он у вас побудет? А то дома никого нет, а мы его что–то не хотим одного оставлять. Со скуки помрет! – Варвара выглянула из–за спины Артема.

– Конечно! С нами не соскучится! – Лента взяла его за кисть руки и потянула во двор.

– А что ж Варвара Владимировна не зашла? – Василиса была удивлена, что Артем пришел один.

– У них, наверное, дела какие–то. Можно Артем с нами посидит за столом?

Как только Милослава увидела Артема вместе с Лентой, глаза ее сразу оказались на мокром месте, и она попросилась зайти в дом на несколько минут.

– Извините, пожалуйста.

– Я тоже зайду вместе с Милославой, вы не возражаете?

Калерия и остальные были немного удивлены, но, разумеется, не возражали. Тогда Лента проводила Милославу и Федора на кухню, а сама вышла в коридор, чтобы ее не заметили.

– Не могу, они так похожи! Они...

– Милослава, что вы так? Неужели я был прав?

– Он мне напомнил старшего брата, когда они встали рядом.

Милослава зарыдала еще сильней.

– А она, она…

Дальше женщина выговорить ничего не смогла. А Лента сделала выводы и без этих последних слов, поэтому поспешила выйти из комнаты в пустоту.

– Я – это она! Неужели это правда? И у меня был брат, но с братом что–то произошло, ведь так?

Гимнастка обратилась к парню с хвостиком, который стоял рядом.

– Ты…как тебя зовут? – она спросила это столь скромно, тихо и жалостно, что парень не смог устоять.

– Меня зовут Тайо. И разве мое существование не наводит тебя на другую мысль? – он погладил ее по голове, и та сразу начала думать совсем о другом развитии событий.

– Когда я была одна, и не было Артема, она себя сдерживала, но теперь она плачет. Вряд ли она бы начала плакать только из–за него или только из–за меня. Может, мы вместе напоминаем ей ее брата? Может быть, я и есть ее брат!

Парень улыбнулся и ушел в тень, а Лента подбежала к своим товарищам и рассказала им все, что произошло. А в комнате тем временем начались новые разговоры.

…

– И зачем же ты ее еще больше запутал?

– Никого я не путал. Просто дал пищу для новых размышлений.

– Несмотря на то, что первый вариант был больше похож на правду?

– Ну, знаешь, о нас тоже не стоит забывать. Мы ведь их сущности, как ни как. Ха–ха–ха!

8 июля 2029г. Воскресенье

Воскресенье – это, пожалуй, один из немногих дней, когда вся семья Юниковых и Юниковских дома в полном составе.

Однако именно сегодня дом почти пуст.

Рада в садике, Клара и остальные взрослые на работе. Марина бы ушла гулять, но ее оставили следить за порядком в доме. А ее ключи каким–то чудесным образом исчезли из рюкзачка.

Так и пришлось Марине остаться дома. Одно радует, на связи у нее остаются Виолетта, Владислава и Игорь, которые всегда готовы к общению со своей сестрой. Они писали о том, как встретятся в городе, где живут Юниковы, и вместе отправятся на прогулку. Каждый писал о своих предпочтениях и куда хотел бы сходить.

Через некоторое время Марине захотелось выйти на улицу и подышать свежим воздухом. Она надела джинсы, с заплаткой на правой ноге, закатала штанины, а затем надела свободную серую майку.

Перед тем, как выйти, она взяла с собой бейсболку Велосипедиста. Во дворе абсолютная тишина, только сверчки подпевали этой невыносимой жаре.

Марина вытащила из–под крыши беседки один стул и поставила его возле стены дома. Естественно, когда дома никого нет, начинаешь скучать. Вот Марина ни как не могла найти себе места. Она села на стул и накрыла лицо кепкой. Несколько раз она ее поднимала, чтобы посмотреть в сторону бассейна, а потом снова клала на лицо. Через несколько минут девочка все–таки решилась. Она подошла к баку, и уже хотела забежать домой за купальником, но передумала и со всего размаху прыгнула в бассейн.

Глубина в нем достаточно большая, чтобы не ушибиться при прыжке. Вода в нем как парное молоко. Марина легла на дно, а потом медленно поднялась на поверхность. Восхитительно! Пусть даже и нет никого в доме, но девочка не чувствовала себя одинокой. Она просто лежала посередине своего маленького моря и улыбалась. Улыбалась всему, что вокруг нее и внутри нее самой.

Затем она снова нырнула и села на дно бассейна. Так она сидела примерно три минуты, пока не услышала стук ворот.

Часть 5 Глава 11

Глава одиннадцатая

– И зачем ты меня сюда притащил? – спросил мужчина у Федора. Его глаза были такие же пустые, как и у него.

– Да ты только посмотри на нее, и поймешь, что это она.

Федор подтолкнул своего друга к воротам, и те раскрылись прямо перед ним. Они вошли во двор и не увидели никого, кто бы мог их встретить.

Тем временем Холи подошел к входу в комнату и подозвал к себе Гулену.

– Что? – спросила она полусонным голосом.

– Посмотри, кто к нам пришел.

Гулена заглянула за спину парня, но экран был окутан какой–то мутной пеленой тумана.

– Не вижу.

– Правильно, чтобы увидеть, нужно подойти к экрану.

Гулена так и сделала. Она подошла к экрану, но так и не смогла ничего разглядеть.

– Слушай, я не вижу!

Именно в это мгновение кудрявый парень толкнул ее вглубь экрана.

В этот момент Марина вынырнула из воды и откинула голову назад. Гулена посмотрела на открытые ворота и удивленно уставилась на гостей.

– Ха–ха, – слегка посмеялся Федор, когда его друг удивленно посмотрел на вынырнувшую девочку.

С нее стекала вода, когда они сели пить чай в беседку перед летней кухней.

– Вы уж извините, что мы на жаре здесь сидим.

– Нет, не переживай, все просто замечательно! – Федор толкнул своего друга локтем, чтобы тот не таращился на девочку и сказал хоть слово.

– А, да. Погода чудесная…для чаепития на улице…

– Как вас зовут?

– Меня? Петр.

Петр – это человек с пустыми карими глазами. Телосложение у него спортивное, волосы прямые и не короткие – не длинные. То есть, если бы он захотел их собрать в хвост, то это вряд ли бы получилось, но, тем не менее, выглядят они длинными. Цвета волосы каштановые. Одет он в джинсы, синие кеды на белых шнурках и в белую майку.

– А у вас не кудрявые волосы? – этот вопрос прозвучал как-то слишком неожиданно.

– Были, когда был маленьким. Достиг возраста подростка, кудри упали, а скоро и вовсе выпрямились.

– Прямо, как у меня! – кудрявый парень усмехнулся, находясь рядом с экраном.

– Тише, Холи!

– А что? Меня в любом случае, не услышат.

– Я давно хотела спросить, – Гулена решила связать разговор.

Она облокотилась руками на сиденье между ног. Через некоторое время она начнет раскачиваться в таком положении, что бросится Петру в глаза.

– Федор, вы ведь не один живете, с дочерью?

– Да, я живу с ее семьей.

– У вас ведь и внук есть, так?

– Да, но он уже давно уехал в другой город. От него ни слуху, ни духу. Все ждем, когда откликнется. А пока что я с его родителями.

– Ясно, а у вас, Петр, простите, не знаю, как по отчеству, – она немного посмеялась, на что мужчина улыбнулся.

– Называй просто, дядя Петя.

– Дядя? – вот что точно удивило девочку. Все в этом городе обращаются максимум по отчеству, минимум полным именем. Дальше идут уже, ну, очень близкие отношения. По дружбе Антона зовут Антошкой, а Марину Маринкой или ласково Мариночкой. А тут совершенно не знакомый человек говорит называть его дядей! Гулена встала и подошла к колонке с музыкой. Включила музыкальный центр и убавила громкость, чтобы не мешал. Начала играть песня: Дмитрий Колдун – С дождями. – А как у вас дела обстоят с семьей?

Тут Петр опустил глаза, а старик перевел на него взгляд.

– У меня…есть жена и дочь. Дочь уже взрослая и давно ушла от нас, а жена…у нее небольшие проблемы…

– А это вы психологом работаете?

– А что, какие–то проблемы имеются? – здесь дядя попытался пошутить. Еще никто никогда не смеялся над его фразами так, как Гулена. Если только жена с дочерью.

– Нет! – Гулена закончила смеяться. – Вы никогда не слышали такую фразу: ты ведь мой психолог, так помоги же мне?

Гулена передала эту фразу без каких–либо восклицаний и максимально просто. Однако Петр узнал эти слова и без этого. Он поднял свои пустые глаза на Гулену, и по ее коже пробежала дрожь.

– Эти слова сказала мне когда–то моя жена. Дочь уже спала, когда я пришел с работы. Я зашел на кухню, а она там, за бутылкой. Она спросила меня, курил ли я, но я обратил внимание на ее состояние и ее компанию в виде алкоголя. Она упала со стула на колени и обняла мои ноги.

– Я не знаю, куда мне от этого деваться, – эту фразу они сказали одновременно. В этот момент Гулена наклонилась над столом и по привычке оперлась прямыми руками на стул между ногами.

Минута тишины. Боже! Как она скребла душу Федора. Каким пораженным и удивленным взглядом смотрел Петр на свою собеседницу.

– Ты сейчас напомнила меня в молодости, – он произнес эту фразу с каменным лицом. – Моя дочь в детстве была такой же, как и я. Но потом что–то случилось, и я стал другим. Она, наверное, тоже изменилась за эти годы. Но в одном я уверен, кудри свои она сохранила.

После гостей Гулена оставила экран позади и подошла к парню в упор. Тот стоял справа от выхода и смотрел на душу сверху вниз.

– Чего? – спросил он равнодушным голосом. Словно вовсе не его сейчас прижали к стене и испытывали жадным и пристальным взглядом. Она протянула руку к его щеке и заглянула в фиолетовые глаза. Затем девушка пальцами зацепила его кудри и немного оттянула.

– У тебя тяжелые волосы, – его кудряшки не торчали во все стороны, а спускались волнами, закрывая уши и шею сзади. – Еще немного, и они выпрямятся. Не жалеешь?

– Лишь надеюсь, что они останутся, – парень левой рукой убрал с лица правую ладонь девушки и оттолкнулся от стены.

Она по–прежнему стояла на месте.

– Ладно, можешь идти.

– Не провожай меня, я и сама могу выйти, когда захочу, – на этот раз лукавая улыбка принадлежала ей, а не Холи.

9 июля 2029г. Понедельник

Велосипедист зашла в гараж и отыскала взглядом свой велосипед. Бережно стерев пыль тряпочкой с сиденья, она выгнала велосипед за ворота, завернула за угол и отправилась в дорогу.

Какая же любовь должна быть к спорту, чтобы так следить за своим спортивным инвентарем. Особенно удивляет отношение Велосипедиста к другим душам. Для друзей ей ничего не жалко, но в плане велосипеда она жуткая собственница. Только попробуй, тронь, и получишь по рукам.

Время близится к одиннадцати часам, на улице прекрасная погода. Ветра нет, поэтому Велосипедист с легкостью крутит педали. Она оглядывается по сторонам и перекидывает цепь на следующую скорость одним нажатием рычажка. Девушка видит вокруг деревья, посаженные вдоль дороги, и пытается разглядеть, что находится за ними. Через двадцать минут она уже достигает перекрестка Светофоров и сворачивает направо. Еще через пять минут она проезжает мимо Вышки и дома прабабушки с прадедушкой. Следующие три минуты она искала взглядом знакомый дом в конце улицы. И так же, как и Клевер, она обратила внимание на сад перед домом под номером пятьдесят три. Наконец–то! Уже виден знакомый дом Федора. Велосипедист останавливается возле забора, и в это же мгновение на пороге появляется дочь Федора.

– Здравствуй, меня зовут Дарина! – ее волосы были короткими и едва шевелились, когда женщина трясла головой. – В прошлый раз мы не смогли толком познакомиться. Как тебя зовут?

– Здравствуйте, я Марина, – ответ прозвучал спокойно и ровно, как и всегда. Только Велосипедист никак не могла поставить ровно свой велосипед рядом с забором.

– Не мучайся, загоняй во двор! Сейчас, открою, – женщина смеялась, словно была рада, что Велик приехала на велосипеде, а не пришла на своих двоих. – Я покажу, куда можно поставить.

Они зашли за дом, и с левой стороны Велик увидела закуток, похожий на небольшой гараж. Дарина открыла одну сторону ворот.

– Загоняй! – внутри стояли два велосипеда. И один из них привлек внимание нашей души. Она увидела старый большой велосипед, предназначенный для коротких поездок и настоящий спортивный велосипед с узкими шинами, изогнутым рулем и полным набором скоростей. Еще в углу Велик краем глаза заметила несколько маленьких велосипедов и тележку, в которой лежала небольшая свернутая палатка. Дарина усмехнулась.

– Ха–ха! – Велик посмотрела на нее. – Веришь или нет, но когда–то эта палатка вместе с тележкой путешествовала по дорогам нашего города следом за велосипедом. Ладно, пойдем в дом.

Как только они вошли в дом, на пороге их встретил Федор, а мужчина позади него накрывал на стол.

– Идемте завтракать! – Федор все спешил и усаживал гостя за стол.

– Я еще не все! – волновался мужчина. У него были темные волосы и такие же глаза, почти черные. Комплекцией он походил на спортсмена. Может, когда–то он и был таковым, но сейчас ушел на покой, как говорится.

– Ты посмотри пока что наши семейные фотографии.

Велик прошла мимо входа на кухню. Туда как раз отправилась Дарина, и вошла в зал. Как оказалось, кухню от зала отделяла лишь одна стена, через которую тоже есть проход в виде арки.

Велик повернула голову налево и увидела множество фотографий с веселыми лицами. Но больше всего ее поразило нечто иное. Фотографий было много, несомненно. Но буквально вся стена вокруг фотографий полностью заставлена рамками с грамотами. И все эти грамоты принадлежали одному и тому же человеку. И получал этот человек грамоты только по велоспорту.

– Кто же это такой спортсмен? – Велосипедист бормотала под нос именование грамоты. – Присуждается победителю трехдневной гонки среди городов, занявшему первое место: Добряку…

– Идемте за стол! – послышался ласковый голос Дарины.

– А! забыл представиться! – мужчина привстал. – Федор. Очень приятно! Федор Добряк!

– Добряк?

– Да, кстати, у нашего Дедушкиного Внука точно такая же фамилия. Поэтому в ЗАГС мы отправились, не заморачиваясь. Решили ради шутки вписать, что я беру ее фамилию, чтобы «расстрелять» стереотипы о том, что дети все будут девочками.

– Знакомая ситуация, – Велик усмехнулась. – Мама моего отца, Василиса Брониславовна Юникова, не захотела менять свою фамилию. Так и получилось, что теперь мой папа носит фамилию матери, а не отца.

– Ее дедушки работают с мэром. Андрей Владимирович Юниковский и Николай Александрович Юников, – Федор поддержал начало беседы.

– О! – воскликнул мужчина.

– Помню таких выдающихся личностей! А сама ты чем занимаешься?

– Ну, если честно, пока что ничего определенного.

– А что на примере?

– Вам все пункты перечислить? – собеседники переглянулись между собой и улыбнулись. – Прежде всего, нравится нежиться в воде, но я не знаю, к чему именно это приведет. Нравится искусство, а именно рисование. Нравится окружающий меня мир, в нем меня больше привлекают цветы и растения, но и какие–либо природные явления я тоже не упускаю из виду. Но думаю, что я все же спортсменка. Постоять за себя я смогу в любой ситуации, потому что занимаюсь боксом, – Федор смотрел на своих молодых сожителей и говорил с ними взглядами. И у каждого из них на лице медленно появлялась улыбка. А велик и не думала что–либо умалчивать. Ей этот разговор был только на руку. – Еще нравится легкая атлетика и гимнастика. Велоспорт тоже привлекает мое внимание. Что касается отдыха и свободного времени, то в выходной день я всегда готова с кем–нибудь поговорить.

– Вчера, как мне показалось, ты была более открытой, нежели сегодня…

Внутри Марины души кипели от волнения. Они не знали, что предложить своей подруге, как лучше ответить. Души просто наблюдали.

– Да, вы правы. Именно я никогда не скажу «привет» первой.

– Да? Даже так? – старик улыбнулся. – Как и я. Но в своей жизни я помню один момент, когда поздоровался первым. Надеюсь, ты меня поймешь.

– Когда–нибудь пойму.

Остальное время они провели довольно весело. Велик никогда не чувствовала себя так в гостях. Здесь своя атмосфера, другая, но тоже семейная. Более спокойный ритм разговора. И вроде как темы почти те же, что и за столом Юниковых – Юниковских, но все же что–то не то. Здесь Велик почувствовала себя дома. И когда она забирала велосипед и собиралась уезжать, смотрела на дом с надеждой и уверенностью. Она чувствовала, что вернется сюда.

10 июля 2029г. Вторник

– Не хочу я идти в такую даль!

Кисточка шла по дороге и кричала из комнаты свои возмущения, а Клевер дразнила ее.

– Ага! Сказала Художница, которая уже почти дошла до места.

Действительно, Кисточка уже слева обходила Вышку и видела первый дом улицы Дружной.

– Ладно, и хватит дразнить меня! – все души засмеялись, и она начала хохотать вслед за ними. Но ее смех оборвался на той минуте, когда мимо нее прошел статный мужчина с серьезным выражением лица.

– Не могли бы вы смеяться тише, юная леди?

Кисточка оробела.

– При всем своем уважении к старшим, – начала она, – я хотела бы вам напомнить, что правила этики требуют сначала представиться, а потом уже излагать свои недовольства и возмущения!

На лице мужчины появилась какая–то надменная улыбка, в то время как Кисточка улыбнулась больше с лукавством.

Федор увидел в окно приближающуюся Марину и поспешил открыть ей дверь, но девочка шла не одна. Вместе с ней по тротуару шел мужчина, и они оба смеялись во весь голос.

– Ярополк, Марина! Я вас ждал!

– Ярополк? – Кисточка произнесла это имя с удивлением и тихим голосом.

– Да, я спешил, как мог.

– Познакомься, Марина, это Ярополк Творческий, лучший юрист города!

– Но он не выглядит старым юристом…

Мужчины переглянулись между собой и засмеялись.

– Девочка моя! – Федор не мог удержаться. – Его дочь ровесница моему внуку.

– А чей ровесник ваш внук?

– Твоим родителям. Он на два года младше Марии и Павла.

– Мария и Павел? – тут уже удивился Ярополк. – Так ты дочь Павла и Марии Юниковых?

Кисточка незамедлительно кивнула несколько раз головой, и Ярополк, потеряв удивленный взгляд, стал на мгновение серьезным. Но когда он посмотрел в испуганные глаза Кисточки, он улыбнулся и сказал:

– Теперь ясно, кому досталась лучшая картина моей матери.

– Что?

Часть 5 Глава 12

Глава двенадцатая

– А ваша мама художница?

– Да, она создавала собственные выставки и любила учить писать картины подрастающее поколение.

Ах, это прекрасное время обеда, когда люди могут спокойно за чашкой чая обсудить какие–нибудь дела или просто завязать беседу на любую тему.

– А что с вашей матерью?

– Уже долгие годы она не выходит из больницы. Постоянно в палате…

– Извините, – Кисточка решилась поинтересоваться. – А сколько она так в больнице находится?

– Уже давно, больше десяти лет. А почему ты спрашиваешь?

– Нет, ничего!

– Хм, – Ярополк заподозрил что–то неладное, но не стал спрашивать и что–либо выяснять.

Больше про семью Кисточка интересоваться не стала. Ярополк сам рассказал про свою жену, что она очень хорошая женщина, только слишком требовательная и, возможно, слегка эгоистична в своих целях.

Примерно через час Кисточка отправилась к бабушке с дедушкой, чтобы остаться у них на ночь. А в это время Ярополк начал разговор со своим товарищем.

– Ну, как она тебе? – Федору не терпелось узнать всего, что за это время надумал его друг.

– Ты прав, она и вправду похожа. Даже не больше на бабушку, а скорее больше она похожа на меня. Ха–ха! – Федор не смеялся, он только улыбнулся.

– Я заметил, что она каждый день разная. Вчера она хоть и старалась быть разговорчивой, но это давалось ей с большим трудом. Два дня назад она нашла общий язык с Петром. Ты знаешь, он в последнее время к себе никого не подпускает. А еще раньше из–за девочки расплакалась Милослава Николаевна. Придя к ним в первый раз, я сразу подумал про Лиса, помнишь нашего атлета?

– Да, он тоже туда ходит?

– Да, такой парень пропадает, но ничего, справляется…

– А что было в день знакомства.

Тут Федор вскочил с места.

– Когда она пришла впервые, я увидел ее стихи, и знаешь, чьи они оказались?

– Чьи?

– В них говорилось о цветочнице.

– О Любе? – Творческий тоже удивился. – Не может быть. Они ведь написаны…для тебя, твоей работы…

– А почему ты нас приглашаешь именно в этом порядке?

– А ты не помнишь? – старик облокотился локтями о стол. – Я узнал в своем первом посетителе зеленый цвет, поэтому и начал с него. Ты забыл, какая прекрасная радуга получалась из этих ярких глаз?

– Да, помню, как эти глаза смеялись и радовали всех каждый день.

– Я говорю тебе, эта девочка держит в себе всю радугу. Не знаю как, но она хранит в себе все души!

11 июля 2029г. Среда

Рада с самого утра интересовалась у правнучки, чем же ей так нравится общаться с Федором, на что она ответила: «Не знаю. Интересно! Узнаешь о себе много нового!»

– За тобой заедет папа. Сказал, что, скорее всего, заберет тебя прямо от писателя.

– Да, хорошо! – Перчатка натянула балетки и вышла из дома. Переодеться у нее возможности не было, потому что совсем недавно все ее вещи забрали домой. Теперь Перчатка отправлялась в гости все в той же полосатой водолазке, джинсовых бриджах и балетках, которые принадлежат, по идее, Кисточке.

Через пятнадцать минут она постучалась в уже хорошо знакомую дверь, и ей ответил приглушенный голос Федора.

– Заходи, не стесняйся!

Перчатка тихонько оттолкнула от себя дверь.

– Я вхожу…

Она заглянула в зал.

– Как робко! – воскликнул Федор.

– Проходи, не стесняйся! – женщина перед Федором распорядилась коротко и ясно.

– Елена Сергеевна?

– Не удивляйся так! Я здесь часто бываю!

Справа от нее сидел Сергей Львович, который неторопливо подносил чашку чая к губам.

– И вы здесь?

– А не грубо ли это прозвучало?! – Сергей Львович немного возмутился.

– Да ладно, Сергей, ты сам не лучше! – Елена Сергеевна засмеялась и поторопила девочку, чтобы та скорее присела к ним за стол.

Елена Сергеевна только хотела начать разговор, как Перчатка спросила:

– Сергей Львович, а как учится ваша дочь? Исправно?

– А, – он немного смутился. Даже странно видеть этого статного мужчину с таким напуганным лицом. – Она сейчас...болеет. В институте почти не появляется.

– Извините…

Прошло еще немного времени, и Елена снова попыталась задать вопрос, но на этот раз спросили уже ее саму.

– А вы давно знакомы? – Перчатка перевела взгляд на Сергея Львовича и снова вернулась к учительнице.

– Ой, а я даже и не знаю, – теперь смутилась она. Показалось, будто для нее эта тема слишком интимна.

– Простите, если что–то не то спросила…

– Нет! Я не знаю точно, сколько мы уже знаем друг друга, но думаю, что примерно около тридцати пяти лет.

– Неужели вы друзья детства?

– А мы что, так молодо выглядим? – Елена не удержалась от смеха. – Нет, столько мы состоим в браке.

– Вот это неожиданность! – воскликнула Клевер и присела на корточки возле комнаты.

Сергей и Елена рассказали о том, как они познакомились, и как началась их совместная жизнь.

– Кстати, – Сергей Львович изменился. В одно мгновение веселье в голосе исчезло, а в зале появилась какая–то гнетущая аура. – Марина, ты увлекаешься боксом, несмотря на то, что ты девочка.

– Да, и мне это очень нравится.

– А нравится ли тебе петь так же, как и заниматься боксом?

Здесь Перчатка задумалась. Самой ей музыка просто нравится, но не до такой степени, чтобы быть ее исполнителем. В то время как бокс стал ее жизнью в этом теле. Среди них и так есть душа, которая избрала пение, зачем же это ей, Боксеру? Но здесь вопрос был в другом.

– Простите, ничего определенного я вам не могу сказать, но одно знаю точно: есть у меня такие любимые песни, которые изменили мою жизнь. Ну, или играют в ней большую роль.

– Например? – Сергей Львович старался допытаться до истины.

– Например, песня Jackie–O – Странный зверь.

В этот момент она просила помощи у Клевера.

– Хорошо, слушай, я почувствовала…

Клевер начала вспоминать, как все ее тело пронизал какой–то непонятный холод, в голову лезли чужие мысли, а нос ощутил запах застоявшегося воздуха.

– Я почувствовала холод, словно ветер дотронулся до кожи. Или капля дождя добралась до шеи, – Перчатка старалась сказать все в точности так же, как говорила Клевер. – Музыка показалась такой же знакомой, будто я ее уже слышала. В голове появились какие–то строчки, которые требовали, чтобы их записали. И до тех пор, пока они не появились на листе бумаги, руки дрожали от непонятного страха и ощущения огромной тяжести в груди.

– Интересно, – взрослые задумались. – А какую еще песню можешь отнести к этому списку, именно от этого исполнителя?

– Feedback.

Название этой песни как–то неожиданно всплыло в памяти души.

– А почему именно эта песня?

– Не знаю, но, – впервые за всю свою жизнь Боксеру захотелось высказаться и сказать правду. Без утайки и каких–либо раздумий. – Когда–то мне приснился сон. Я выступаю на сцене, а рядом со мной мужчина. И мы пели ее.

Примерно через полчаса за дверью послышался гудок автомобиля. За Мариной приехал папа.

– Извините, но мне пора!

На порог дома вышли провожать Перчатку все взрослые. Елена и Сергей внимательно смотрели на уходящую девочку.

– Нет, вряд ли вы правы, – шептала Елена Федору, а Сергей поддакивал.

– Присмотритесь только! – возражал Федор. Вдруг из машины выбежала маленькая девочка и побежала навстречу Перчатке. Та удивилась неожиданному пассажиру, а затем подхватила сестричку и подбросила вверх. Елена ахнула, а Сергей широко распахнул глаза. Эта любовь, которая отражалась в глазах старшей сестры, была настолько искренна и сильна.

Когда они проводили Марину, вошли домой и продолжили разговор.

– Я ведь именно эту песню впервые исполнил дуэтом. Может, она видела меня? – Сергей нахмурил брови, а Елена крепко обняла его за шею.

– Это она, это точно она, наша, наша душенька! – Сергей погладил любимую жену по руке.

– Как только нам ее вернуть?

12 июля 2029г. Четверг

– Здравствуйте! – Клевер стояла на пороге дома Федора и ждала, когда он откроет ей дверь. Но вместо того, чтобы впустить ее, он напротив, попросил подождать за воротами. Через несколько минут он вышел из дома, и они направились в сторону начала улицы.

– А куда мы идем? – Клевер не то, чтобы не доверяла Дедушкиному Внуку, но все же опасалась его неожиданных решений.

– Мы идем к моей хорошей подруге. Я уверен, она тебе понравится.

Они дошли до нужного им дома, у которого в саду распустились прекраснейшие цветы, и Федор дал знать хозяйке, что к ней пожаловали гости. Он без труда вошел в открытую дверь и увидел, как его подруга Люба сидит перед телевизором и заворожено смотрит фильм Титаник.

– Он мне почему–то никогда не нравился, а сейчас захотелось пересмотреть, – гости присели рядом с ней и присоединились к просмотру.

Федор хотел спросить, с чего это его подруга решила включить телевизор и посмотреть «Титаник», который идет на местном канале и даже был указан в газете. Однако он передумал, когда посмотрел на ее руки. Женщина сжимала знакомый листок бумаги, на котором были написаны знакомые ему стихи. Старик ничего не сказал, только улыбнулся и повернулся к экрану. Через час фильм уже закончился, и никто не проронил даже слезинки.

– Тебе нравится этот фильм? – спросила Люба у Клевера.

Тогда Клевер опустила глаза и задумалась.

– Мне вообще ничего хорошего не вселяет это чувство.

– О чем это ты? – женщина насторожилась.

– Любовь приносит столько боли, – Лента обратила внимание на экран и подошла к комнате. – Я не понимаю, зачем люди должны любить? Ведь это так больно… Нет, я не хочу любить…

В это время девушка, сторожившая проход в комнату внутри Марины, замерла. Ее губы дрожали так, словно она сейчас заплачет. Она сделала шаг вперед, и вдруг в дверном проеме показалась Гимнастка. Словно ее током ударило, она ворвалась в комнату и вытянула из экрана Клевера.

Туро даже ничего не успела сказать, ее протянутая к Ленте рука замерла в воздухе.

Так и получилось, что она ухватилась прямо за ее воротник, и Ботаник встретилась с яростными глазами Ленты. Она впервые увидела этот взгляд у своей подруги, поэтому ничего не могла сказать в ответ на такой жест. Гимнастка знала, что сейчас она слегка касается своими кулачками экрана, поэтому душа должна осторожно говорить вслух.

– Но и так тоже нельзя! – она начала, слегка повысив голос, и Марина в точности повторила эту интонацию. – Если не любить, зачем тогда жить! – Лента пристально смотрела в глаза товарищу снизу вверх. Клевер не могла оторвать от нее взгляда. – Любовь не будет существовать без нас, а мы не можем жить без нее. Поэтому я... я хочу хотя бы попробовать полюбить.

Лента отпустила Клевера, и та медленно погрузилась вглубь экрана, не отводя взгляда от Ленты.

– Пойдем, – Люба положила руку на левое плечо девочки. – Я тебе покажу кое–что.

Люба прошла в коридор и открыла перед Мариной спальню, в которой было множество растений и цветов. Глаза женщины улыбнулись.

– Тебе нравится эта комната?

– Да.

Клевер глубоко вздохнула и подошла к окну.

– Вдох через нос и выдох через рот? Эта привычка мне очень даже знакома.

Женщина усмехнулась и поманила Клевера наружу. Она открыла дверь спальни напротив них и пригласила девочку войти. Клевер в этот же миг насторожилась и начала оглядываться по сторонам. Этот отвратительный застоявшийся запах. В ее ушах начала звенеть музыка, которую она слушала в дождливую погоду. Перед глазами начала мерещиться картина, будто она сидит за столом, на столе листок бумаги, в ушах ее наушники, а в правой руке перьевая ручка.

– Тебе знакома эта спальня? – Клевер внимательно посмотрела на Любу, и душе померещилась совершенно другая девушка и в другом месте. Она была в лесу и сидела рядом с Клевером. И каждое мгновение она возвращалась к реальности и будто смотрела на свое отражение в зеркале.

– Она мне отвратна и в то же время она со мной…дружелюбна.

Женщина всматривалась в потерянное лицо девочки и продолжала.

– Марина, ты Марина? Или ты другой человек? – Клевер подняла голову. Губы Ботаника дрожали, словно она вот–вот скажет все, что нужно этой женщине. – Скажи мне хоть что–то, чего я не ожидаю от тебя! – женщина повысила голос, но не потеряла нежности.

Ноги не держали девочку, она просто начала медленно приближаться к женщине и тянуть к ней руки. Будто ребенок делает свои первые шаги.

– Л…

Клевер словно пыталась выдавить из себя эти слова. Тут к экрану подошла Туро и раскрыла рот, чтобы шепнуть что–то.

– Любовь, Люба! Люба…

Клевер обессиленная упала на колени, и Любовь подхватила ее.

Правильно, правильно, – она гладила Клевера по голове. – Ты вернешься ко мне. Когда–нибудь ты снова станешь частью моего сердца.

На какое–то мгновение у женщины появился блеск на глазах.

Клевер выпала из экрана без сознания, и ее подхватил кудрявый парень. Холи подошел к выходу с Ботаником на руках и передал ее Велосипедисту.

– Пусть отдыхает, – на лице парня не было и намека на улыбку, когда он уходил во тьму.

И пока души пытались уложить своего товарища, Холи начал разговор с Туро и другими друзьями.

…

– И зачем ты сказала имя?

– Тебе честно ответить?

– А я тебя прошу иначе ответить?

– Ладно, не кипятись. Сказать по правде, я только и успела, что рот раскрыть. А сказать я хотела не это имя, а другое. И ничего я сказать не успела, так что не надо на меня голос повышать!

– Тогда может быть, это ты?!

– А я–то тут причем? Да, я была близко и даже слишком близко, но я тоже молчала. И Тайо, хоть и был рядом, молчал.

– Кстати, почему ты, моя дорогая девочка, впустила синий дух в комнату?!

– А она что, испортила общую картину? Нет, она здесь оказалась, как нельзя кстати!

Часть 5 Глава 13

Глава тринадцатая

30 июля 2029г. Понедельник

На следующий день после знакомства с цветочницей Федор позвонил на домашний телефон в дом Юниковых и Юниковских, поблагодарил Марину за прекрасную компанию и сказал, что больше не будет заставлять ее приходить к нему в гости. Если только она сама захочет посетить его, он радушно примет девочку.

- Что?! Как это понимать! - бесновалась Кисточка. Да и остальные не поняли таких резких изменений. - Мы ведь только нащупали что-то! Узнали, с какими людьми связаны. А теперь он просто не хочет с нами общаться!

- Может, оно и к лучшему.

- Дигура?

- Пойми, это не твоя жизнь.

- Но мы могли бы найти способ вернуть прежнюю жизнь, разве ты не хочешь этого?

Тут к проходу подошла Тсайк.

- Это не тот способ, которым можно воспользоваться. Или ты хочешь, чтобы Марина всю жизнь выполняла ваши прихоти?

На этом их разговор закончился.

Марина уже собрала спортивную сумку для поездки на пруд вместе с Альбиной.

– Вроде бы, все готово! – говорила она сама с собой. – Мы должны поехать вечером, поэтому, думаю, у меня есть время, чтобы прогуляться.

Как только Марина открыла ворота, прямо перед ней оказалось знакомое лицо.

– Привет, – успели услышать огоньки знакомый голос, и экран покрылся пеленой тумана.

– Эй! Кто там пришел? – Бегунью возмутил этот поступок сущности. Она подошла к комнате.

– Тебе какое дело? Пришли–то не к тебе, а к Марине.

Бегунья порычала немного и вернулась на свое место. В ближайшее время она точно не узнает, кто пришел к Марине в гости.

Проход открылся уже когда Марина оказалась дома.

Часть 5 Глава 14

Глава четырнадцатая

Марину разбудили через час после того, как она вернулась домой.

– Марина, просыпайся, – шептала мама. – Папа уже завел машину и готов выезжать.

Марина подняла руки, потянулась и зазевала. На диване в зале было так удобно, что ей не хотелось вставать. Но не стоило заставлять ждать Альбину.

– На улице ветер поднялся. На всякий случай, надень куртку.

– Хорошо. А папа взял велосипед?

– Да, он погрузил его в прицеп.

– Ладно, – Марина взяла спортивную сумку с вещами и потянулась к маминой щеке. – Пока, мама, буду скучать.

– А мы–то как будем скучать!

Вся семья вышла за ворота, чтобы проводить свою любимую девочку. Даже маленькая Рада быстро–быстро махала ручками, чтобы сестренка видела ее. Марина махала им в ответ и была рада, действительно рада, что у нее такая хорошая семья.

Они подъехали к дому Альбины, и Марина вошла внутрь, чтобы предупредить о своем приезде. Альбина уже вынесла свою сумку и выгнала велосипед из двора.

По дороге Альбина призналась, что немного боится знакомства с некоторыми из душ. Но Марина успокоила ее тем, что все они ценят друзей и отношения между ними, поэтому никаких проблем не будет.

Когда они приехали в деревню, Альбина восхитилась красотой природы, которая ее окружала. Здесь есть лишь несколько заасфальтированных дорог, на которых можно прокатиться на велосипеде. Есть большой стадион, рядом со школьным двором и почтой. Достаточно много домов, больших и маленьких. Но лишь дом Рады и Бронислава был на берегу пруда. Широкий двор расположился во всю длину дома. Они объехали забор слева и завернули направо, где открывались ворота. На эту сторону выходили окна старой избы, а прямо над ними растет стройная, красивая сирень. Когда девочки заходили внутрь, Марина спросила:

– Кстати, ты не брезгливый человек?

– Да, как сказать, не обращала внимания. А что, что–то не так?

– В том доме уже давно никто не живет, поэтому там нужно будет сегодня же провести генеральную уборку.

– А как же первая душа? – Альбина заволновалась.

– Не волнуйся, думаю, нам хватит времени, чтобы познакомиться.

Пока Марина с Альбиной наводили порядки в доме (а именно вытаскивали страшно пыльный и грязный палас на улицу, вытирали со всех подоконников пыль, сметали паутину и разбирали горы старых журналов по полкам), души пытались рассуждать здраво.

– Так, – начала Клевер. – Сначала кто–то пришел в гости к Марине, и мы упустили этот момент, потому что нам его не показали некоторые штатские. Теперь Альбина и Марина убираются в старом доме бабушки и дедушки, который больше похож на избу. Тут даже печка есть! А мы ждем, когда нашу любимую душу велосипедиста насильно затащат в комнату и засунут в экран! Я правильно рассудила?

На протяжении всего разговора Клевер рассуждала и описывала все довольно красочно, а другие души просто наблюдали за ней и лишь изредка вздыхали от безысходности.

– Да, правильно говоришь, – сказала ровным тоном Велосипедист. – Вот только в одном ты ошиблась, – она немного повернулась на своем кресле и перевела взгляд с Клевера на комнату. – Никто меня насильно затаскивать и засовывать не будет. Я сама войду в комнату и прикоснусь к экрану.

– О чем это ты? – все души начали возмущаться.

– А вы не думали, что это наш шанс, шанс раскрыться кому–то еще, кроме нас самих и сущностей, которые постоянно молчат и не хотят нам ничего отвечать?

– Хоть ты еще ни разу не ошибалась…

– И я могу ошибиться, – Велик перебила Перчатку. – Я могу ошибиться в человеке или ошибиться в поступке, – она посмотрела на экран, где Марина смеялась вместе с Альбиной. – И пусть это будет моя ошибка, за которую никому не придется расплачиваться, кроме меня.

Велосипедист словно прочла мысли всех душ. Они тоже больше не могут терпеть. Им хочется рассказать кому–то все то, что в них накопилось за эти годы. Может, рассказать это в виде сна или в виде правды. Словно они отдельные личности, которые имеют свои семьи и помнят об этом. Им хочется рассказать об этом хоть одному человеку. И Велосипедист станет той душой, которая сделает первый шаг, но сможет ли она правильно изъяснить свои мысли и правильно ли сможет понять Альбина?

– А что, если она изначально неправильно нас поймет? – Клевер словно прочла мысли Велика. – Может, сначала лучше сделать вид, что ничего не происходит? Будто ты и есть Марина, только характер твой, а не ее.

– Да, сначала лучше пойти другим путем, – Велосипедист согласилась. – Проверим, понимает ли она нас на самом деле. Сможет ли она разобраться в том, кто перед ней, Марина или же кто-то другой.

А тем временем девочки уже закончили уборку и решили поиграть в карты.

– Слушай, – неожиданно спросила Альбина. – А как называть велосипедистку?

– Ну, называй ее просто, Красная. Она сама скажет, как ее зовут. – Марина улыбнулась и положила очередную карту.

– А можно я тогда тоже немного поиграю?

– Поиграешь? – Марина недоумевала.

– Я не имею в виду то, что ты будешь играть, нет! Я просто хочу показаться другой перед душой, чтобы лучше понять ее. Может, мне удастся так, быстрее сблизится с ней?

– Ну, пусть попробует, – усмехнулась Велик.

– Попробуй! – Марина с радостью приняла предложение Альбины.

– Ну, ладно, я захожу.

– Постой! – Кисточка подбежала к Велику. – Я надеюсь, ты не забыла, что это последняя неделя июля?

– Как такое забыть можно.

– Вот–вот. Так что не забудь сделать хвост.

– А чего ей забывать! – Клевер посмеялась над Кисточкой. – Она и так хвост постоянно завязывает!

Никто не смеялся, но все улыбались. Хотя бы Клевер разряжает обстановку в этой гнетущей и давящей пустоте.

– Ну, что, готова? – спросила Марина у Альбины.

Та завязывала свои волосы на один бок.

– Да, почти!

– И я почти!

Марина начала делать хвост, и в этот момент Велик прикоснулась к экрану. Когда она закончила, внимательно осмотрела Альбину. Девочка от такого неожиданного взгляда вздрогнула и опустила глаза.

– Ну, что, мы пойдем на улицу, кататься на велосипеде? – Альбина сразу оробела и заговорила тише.

– Идем.

Но как только Велик с ней заговорила, девочка начала светиться наивной улыбкой и выглядеть, как самый настоящий ребенок.

– Похоже, с разными людьми она пытается вести себя по–разному. И она решила проверить это на нас. Но скоро она поймет, что лучше с нами не играть быть таким, какой ты есть. А иначе запутаешься сам в себе.

Велик заметила у себя на левом запястье часы, и решила положить их в сумку, чтобы не пережать себе кисть во время поездки. Когда она открыла сумку, то сильно удивилась тому, что увидела в маленьком кармашке. Это был небольшой целлофановый пакетик, внутри которого лежали семь красивых разноцветных браслетов из бисера.

– Художница? – Велик обратилась к Кисточке, которая, как и все, наблюдала за экраном. – Твоих рук дело?

– Веришь – нет, а я про них ничего не знаю. Более того, я еще ни разу к этому набору не прикасалась!

Тут–то многие вспомнили, как сущности временами не впускали ни одну душу в комнату с отговоркой: «Делать нечего!». Да, вот это действительно неожиданность. Неужели, сами сущности для них такой подарок сделать решили?

– Интересно, где, чей браслетик? – Кисточка вытянула шею.

– Не знаю, где, чей, но этот точно мой.

Велосипедист взяла в руки красно–розовый браслет шириной в четыре–пять сантиметров. На нем был рисунок, как у рубашки в клетку. Велик зубами затянула ниточку и заправила ее за браслет.

Через несколько минут Велосипедист и Альбина уже выгоняли свои велосипеды и преодолевали небольшую горку, посыпанную гравием. Дом Рады и Бронислава находится на маленьком участке равнины, а к дому как раз ведет дорога под небольшим наклоном. По ней девушки и поднимались.

Когда они оказались на заасфальтированной дороге, Велик спросила:

– Ты готова?

– Да! – она по–прежнему вела себя, как ребенок. – Красная, если что, можешь меня не ждать и ехать на полной скорости.

Тогда Велик посмотрела на нее с недоумением и сказала:

– Не понимаю о чем ты, и что ты имела в виду, но меня зовут Марина, – Альбина буквально сверлила взглядом велосипедистку, недоумевая, что происходит. Но она понимала, что перед ней точно не сестра, а кто–то иной. – Ладно, раз уж ты готова, начнем.

Буквально через мгновение Альбина почувствовала лишь дуновение ветерка, и Велик была уже впереди.

– Подожди, прошу!

Велик немного притормозила, и Альбина, недолго думая, оседлала свой велосипед. Сначала девушки шли вровень, и Альбина была рада, что она поспевает. Но уже очень скоро она начала отставать от Велосипедиста. Душа продолжала отдаляться, в то время как Альбина пыталась ее нагнать. Она крутила педали изо всех сил, но Велик по–прежнему отдалялась от нее. Через минуту Велосипедист оглянулась и заметила беднягу далеко позади. Тогда она вздохнула, выпрямилась и начала медленно сбавлять свой темп. Альбина заметила это и постаралась нагнать Велосипедиста. Как только она это сделала, Велик остановилась, и Альбина последовала за ней.

– Как у тебя это получается? – задыхаясь спросила Альбина. – Я крутила педали... как могла, но все равно... ты была далеко.

– Не знаю. Ладно, ты отдохнула?

– Да.

Велик хотела вновь набрать скорость, но цепь слетела со звезды, и она едва смогла остановить велосипед.

– Похоже, звезда погнулась, пока везли в прицепе. Возвращаемся, может, дедуля сможет починить его.

Когда они возвращались обратно, увидели справа от себя несколько построек. Это была школа с внутренним двориком и обратная сторона почты; все заросло травой и деревьями, даже окон не разглядеть.

Велосипедист наблюдала за тем, как прадедушка Бронислав разбирает ее велосипед, а Альбина осталась за воротами, присев на скамью возле стены. Прямо рядышком с ней, справа, была калитка в палисадник, где росла не только сирень, но и другие растения. Например, тигровая лилия. Прабабушке заниматься садом и огородом довольно тяжело, поэтому Бронислав взял эту ответственность на себя. И предприимчивый прадедушка занял палисад не только цветами. В нем прекрасно уместилась длинная грядка лука и чеснока, который уже совсем скоро придется собирать. Гряда эта расположена уже вдоль дальней стены избы и до самого конца нового дома. После лука с чесноком растут свекла, морковь и перец.

Альбина сидела на скамейке и лишь изредка поглядывала на Велосипедиста, которая продолжала наблюдать за починкой своего транспорта. Дедушка не смог выпрямить звезду, но решил проверить, откуда взялся звук, словно что–то стучит во время езды. Он разобрал весь велосипед: снял цепь, проверил остальные звезды, педали, отсоединил заднее колесо, вытащил из него подшипник и провертел его в руке. Но в итоге Бронислав так ничего и не нашел, что могло стучать. Когда велосипед собрали, он продолжал издавать этот странный звук, но уже не так часто, как раньше.

А в это время Альбина опустила глаза и продолжила рассуждать над тем, что она испытала по отношению к Велосипедисту. Душа заинтересовала ее. Кажется, она хороший собеседник, и с ней можно поговорить на любую тему. Марина предложила девочке спросить у них о прошлой жизни. Наверное, она подумала, что души захотят рассказать о себе, как о людях, которые жили когда–то.

– Но я не смогу разговаривать с ней открыто, – думала Альбина. – По крайней мере, до тех пор, пока не покажу себя такой, какая я есть. Вот только…есть одна проблема, – она тихонько потянула резинку вниз и распустила волосы. – Я даже не знаю, какая Я на самом деле…

– Похоже, больше мы не покатаемся, – Велик встала прямо перед Альбиной, и та невольно подняла голову. – Может, зайдем в дом? Бабушка звала нас на ужин.

– Да, – Альбина немного растерялась, и сама от себя того не ожидав, быстро вскочила со скамейки и побежала следом за Велосипедистом.

– Девочки мои, порежьте, пожалуйста, овощи. А я супом займусь.

Велосипедист принялась мыть помидоры и обрезать их, в то время как Альбина взялась за перец. Девочка начала сразу срезать хвостики и выковыривать семечки. Велосипедист внимательно посмотрела на это и буквально вытащила из–под руки Альбины очередной перчик.

– Вот так удобней, – она слегка надрезала хвостик вкруговую, словно сделала шляпку, потом надрезала сам перчик. Получились отдельные дольки. Потом она просто оторвала эти дольки, а семечки остались вместе со шляпкой в руке Велосипедиста. – Может, и выглядит странно, зато мусора меньше.

– Как ты это сделала?

– Не знаю, рефлекторно как–то получилось.

– Девочки, дедуля задержится на огороде, а вы садитесь, ешьте.

Девочки так и сделали. Как только они сели за стол, Альбина сразу почувствовала странное ощущение, будто за ними кто–то наблюдает, и это было странно. Как только входишь в веранду, видишь небольшой коридор, который ведет налево, в старую избу, а прямо перед тобой дверь в новый дом. Открываешь ее и видишь прихожую смежную с кухней. Кухня никак не отделена. Вдоль правой стены ничего не стоит, кроме кухонного стола в самом углу.

А так прямо возле входа есть металлические крючки с полочкой для одежды. За полочками проход в зал и другие комнаты. А вдоль левой стены и буфет, и два холодильника, и разделочный стол, а в углу раковина. Как раз там–то и чистили девочки овощи. И лишь в дальней стене есть окошко, под которым стоит стиральная машинка. На ней прекрасно разместились два горшка с цветами и несколько кружек с ягодами, которые совсем недавно собирал Бронислав.

И никто нигде не мог за ними подглядывать. Разве что мышка из–за холодильника выглядывает. Ведь вдоль стен и кухонного гарнитура всюду стоят грязные или чистые кастрюли, сковороды и прочая посуда. Бабушка слаба, ей в тягость прибираться дома каждый день, а дедушке заниматься этим некогда.

Но Альбине не зря казалось, что за ними наблюдают, ведь внутри Марины сейчас за происходящим наблюдали шесть пар глаз, если не больше. Девочка не могла терпеть этой странной тишины, в которой раздаются лишь звуки звяканья ложек и вилок по тарелкам.

– А какое животное тебе нравится? – это первый вопрос, который пришел ей на ум. Велик медленно перевела взгляд с тарелки на девочку и та оробела. – Нет, не бери в голову.

– Волки.

– Волки?

Альбина вообще понятия не имела, почему эта загадочная душа так притягивала к себе внимание. На мгновение Альбине показалось, что она может влюбиться в этого человека, кем бы он ни был.

– Волки – вольные животные. Они чаще всего находятся в стае, как семья, и не редкость, если среди волков найдется одиночка. Однако, – Альбина начала слушать внимательней. – Но собак терпеть не могу. Немногие из псов могут вызывать у меня симпатию.

– Как Элайв?..

– Как Элайв. Или же как Верный.

– Верный?

После этого вопроса Велосипедист молча выпила последнюю ложку супа и встала из–за стола.

– Ты закончила трапезу?

– А, да–да. Конечно.

Велик открыла дверь в зал.

– Спасибо, было очень вкусно, – она слегка поклонилась, дождалась бабушкиного ответа и тихонько прикрыла дверь.

– А куда мы идем? – спросила Альбина, когда Велик выходила из дома.

Она обошла целую кучу какого–то хлама и подошла к…собаке. У нее был окрас как у немецкой овчарки, но шерсть короткая, да и сам пес не настолько крупный. Он похож на подростка. Еще не выросшего окончательно щенка. Альбина совсем забыла, что их встречал этот пес с радостным лаем, как только они приехали. Велик подошла ближе к собаке, и та мигом положила свои передние лапы ей на грудь. Он ластился, не знал куда деваться. У Альбины сложилось чувство, будто он сейчас свалит Велосипедиста. Но когда она посмотрела на саму девушку, на ее непоколебимую стойку укротителя, ощущение улетучилось в то же мгновение.

Велик лукаво улыбнулась и посмотрела прямо в карие глаза Верного.

– Собачонки, которые хотят повеселиться и одновременно доказать, что они верны своему хозяину, постоянно лают на прохожих и на проезжающие мимо машины. Временами мне кажется, что их дух уже сломлен, но только не у Верного или Элайва. В их глазах горит огонь. Говорят, если долго смотреть в глаза собаке она тебя укусит. А если ты ее хозяин, то она просто отведет взгляд. Смотреть прямо в глаза собаке – значит, вызывать ее на поединок, на бой. Однако, смотря в глаза этим псам, я не вижу какой–либо враждебности. Но и покорности в них нет. Будто они воспринимают тебя, как товарища, но не как соперника или конкурента.

Девушки вошли в избу и присели на диван. В их комнате четыре окна, два в правой стене и два впереди. Под одним из этих окон, слева, стоит расправленный диван, здесь сестры будут спать вместе в течение недели. Постель они уже застелили, поэтому можно было спокойно сесть и больше ни о чем не думать. Альбина внимательно осмотрела Велика с ног до головы и, наконец, спросила:

– Ты ведь та самая душа, которая любит велоспорт?

– О чем ты? – Велик посмотрела на Альбину безразличным взглядом, и та снова оробела.

– Мне Марина о вас рассказывала.

– А что конкретно она рассказывала?

– Что внутри ее тела находятся семь душ...

Наступило какое–то пугающее молчание, после которого Велик лишь слегка улыбнулась и немного посмеялась, закинув голову назад. Души вздохнули с облегчением.

– Ребята, она знает, – сказала Велик и вернулась к разговору. – Ладно, что ты хочешь от меня узнать?

– Мы с тобой и не познакомились толком. Меня зовут Альбина.

– Очень приятно, Альбина, – Велик протянула руку. – Меня зовут…

Тут душа на мгновение задумалась, вспомнив собственные слова о доверии и возможной ошибке.

– Тсайк. Мое имя Тсайк.

– Ха–ха! И мне приятно, Тсайк! – Велосипедист показала легкую красивую улыбку и слегка прищурила глаза. – Послушай, Тсайк, я хотела спросить, есть ли у тебя какой–нибудь дорогой человек.

– Ты имеешь в виду, среди семьи?

– Да. Такой человек, которому ты можешь доверить какие–то секреты. Может, ты любишь с ним просто проводить свободное время.

Велик на несколько секунд задумалась, а затем ответила:

– Думаю, это дедушка Коля. Он очень похож на…

Тут Велосипедисту вспомнился один из ее снов. Где она видела старика, которого увозила скорая помощь.

– Он очень похож на моего старого дедушку, – она не стала говорить о том, что вполне возможно, это была именно она. Что это был всего лишь сон. – Я видела его в последний раз в больнице. В тот день мне позвонили из дома и сказали, что дедушку увезли на машине скорой помощи. Как назло, именно в этот день мой велосипед сломался, и я решила добираться своим ходом. Забежав в больницу, я увидела лишь то, как его увозят на носилках. С тех пор, я его больше не видела.

Она смогла! Она смогла выразить свои чувства и мысли, словно обычный человек излил свою душу кому–то другому.

Через несколько секунд Велик вздохнула со спокойствием. Будто она призналась в чем–то страшном и одновременно прекрасном. Только этот вздох облегчения Альбина расценила совсем по–другому. Она решила, что это знак, знак, который говорит: «Она ждет, чтобы я ей помогла. Ей нужна моя помощь, я уверена! Нужно помочь!»

– Наверное, – Альбина заговорила, и Велосипедист подняла на нее голову с настороженным взглядом. – Наверное, дедушка хотел тебе сказать, чтобы ты никогда больше не опаздывала.

После первых же слов в голове Велика начало что–то пульсировать. Но Альбина продолжала говорить.

– Может, на своем последнем жизненном пути, он хотел хоть чему–то тебя научить. Как ты думаешь?

– Наверное, – голос Велосипедиста был тихим и хриплым, словно душа уже не здесь, а где–то далеко, за пределами своего собственного сознания. – Ладно, я пойду.

– Была рада знакомству!

В ответ на бодрость прозвучала угасающая скорбь.

– И я рад…рада…

Души попятились назад, когда увидели убитое горем сутулое, угрожающее очертание Велосипедиста. С каждым ее шагом они медленно отходили от комнаты, и лишь Лента на половине пути остановилась. Велосипедист подняла на Гимнастку глаза и направилась к ней. Бедняга вцепилась в подругу так, будто она может даровать ей спасение. Велосипедист повисла на Ленте и крепко обняла ее за шею. У души задрожали ресницы, и брови резко поднялись вверх, когда она услышала за своей спиной тихие всхлипы.

– Хотел меня научить чему–то в конце? – голос Велосипедиста дрожал. От этого жалкого звука все души перестали бояться. Рядом с Лентой грозная сутулая фигура растаяла, и осталось лишь крохотное подобие непоколебимой красной души. Всхлипы становились громче, как и слова. – И это говорит мне девочка–подросток, которая понятия не имеет, что творится внутри меня. И она так легко это сказала. Может, я и есть тот старик, который умер много лет назад. А я здесь! – голос дрогнул в последний раз и стал постепенно ослабевать. Словно кто–то ударил Велика в спину, и она начала терять сознание. Лента почувствовала это и постаралась удержать Велика в руках, но та была тяжелой.

Велосипедист почти встала на колени, но друзья успели подхватить ее и уложить на диван.

Велосипедист истратила свои силы. Она уснула сразу же, как ее уложили на диван.

Лента сидела рядом, возле Велосипедиста, и смотрела на нее с жалостью, когда сказала:

– Нельзя делать поспешных выводов и действовать напрасно.

Часть 5 Глава 15

Глава пятнадцатая

– Ну, как тебе? – поинтересовалась Марина, когда Велик вышла из комнаты.

– Ты знаешь, она хороший собеседник. Мне бы хотелось поговорить с ней подольше.

– Главное не то, что тебе хотелось бы, а то, что хотелось бы Ей.

Эта фраза немного смутила Альбину.

– А у вас есть здесь какие-нибудь развлечения?

– Ну, я взяла с собой ноутбук, поэтому мы сможем посмотреть несколько фильмов. Что касается развлечений в самой деревне, то их не так много. Одного мы уже лишились, это поездки на велосипедах. Но здесь еще есть библиотека и довольно большой стадион. По–моему, он даже больше, чем у нас в школе.

– Отлично! Сходим туда?

– Хорошо, но только завтра. Библиотека работает с девяти до двенадцати утра, затем у них перерыв, а после они открыты еще около двух–трех часов. Поэтому стоит завтра проснуться раньше.

– Ладно, может, пойдем, поиграем в мяч?

– Я только «ЗА»!

Девочки решили попробовать отработать волейбольные подачи. А тем временем Души обсуждали план действий на следующие шесть дней.

– Слушайте, может, мы поступаем нехорошо? Ведь Велосипедист ясно дала понять, что за свои поступки она будет отвечать сама! – протестовала Кисточка.

– Так мы и не отвечаем за ее решения! – Клевер все–таки смогла найти подходящие слова, как всегда вовремя. – Мы будем отвечать за Свои поступки.

План так называемой «игры» предоставила Праздник.

– Мы все хотим одного: понять, какой она человек. И Альбина сама этого хочет. А мы поможем ей. Но по-своему. Запутаем ее так, что она больше не сможет надевать при нас свои маски.

– Ладно, – вздохнула Перчатка. – Так что ты предлагаешь?

– Прежде всего, нам стоит вспомнить разговор Велосипедиста с Альбиной и припомнить последние слова, которые прозвучали от нашей подруги.

Все задумались. Что такого могла сказать душа в своем беспамятстве? На что можно резко обратить внимание или пропустить мимо ушей?

– И я рад…рада…

– Точно! – воскликнула Клевер. – Это ведь тоже можно использовать!

– Художница, – Праздник дотронулась до плеча Кисточки. – Завтра твоей задачей будет выдать Велосипедиста за парня. Это будет нашим первым узелком. Альбина сразу же подумает, что Велосипедист – это единственный парень, который есть внутри Марины.

– Я так понимаю, тебе понадобится не один парень в нашей исключительно женской команде? – Перчатка лукаво посмотрела на Гулену.

– Ты права. Как только девочка решит, что среди нас один парень, и начнет жалеть его, стоит обескуражить ее новым потрясением. На следующий день должна появиться такая душа, которая якобы раскроет сразу несколько карт и расскажет о том, кто из нас парень, а кто девушка. В этом плане у меня только один вопрос: кто из вас четверых хочет стать парнем?

– Можно мне?! – Клевер тут же подняла руку. – Думаю, из меня получится неплохой дамский угодник.

– Ага, – Ветер усмехнулась. – Дамский угодник, который любит цветочки и пишет стихи.

– Всего один раз порыв души был, а ты мне его уже всю жизнь напоминать решила?!

– Хорошо–хорошо! – Праздник заторопилась принять кандидатуру Клевера, немного посмеялась над своими друзьями и продолжила. – Хорошо, кто еще? Лента?

– Нет, – Гимнастка смутилась. – Я не хотела быть мальчиком, я хотела узнать правду.

– А что насчет тебя, Боксер? – обратилась Клевер к Перчатке. – Ты ведь боксом занимаешься. Вряд ли это занятие можно назвать увлечением для девушки.

– Ну, возможно, ты права, но…

– Отлично! – Клевер не стала дослушивать Перчатку. Потому что и так знала, что она хочет возразить по поводу мужских и женских увлечений. Поэтому она со всего размаху хлопнула ее по спине левой рукой. – Двое у нас есть! Можешь продолжать, Гулена.

– Хорошо, – Праздник снова немного посмеялась над товарищами. – Боксер, ты должна сразу же обратить ее внимание на то, что ты парень. Она потребует объяснений, в ходе которых ты скажешь, что помимо тебя и Велосипедиста, то есть Тсайк, есть еще один парень. И это, как мы сейчас решили, будет Клевер. Думаю, к этому времени Велосипедист уже очнется, и будет внимательно наблюдать за нашими действиями. По поводу нашего плана действий: если она не спрашивает, вы не говорите. Думаю, для нее это будет как нельзя лучше, – все кивнули в знак согласия. – Что касается следующих трех дней. Мы просто обязаны войти в комнату в свои дни, чтобы она смогла узнать нас. Но получится очень даже неплохо, если кто–то из нас сможет узнать ее настоящую. Думаю, она больше не будет пытаться подстраиваться под нас, но привычки так быстро не проходят, поэтому это будет сложно. Что скажешь, Бегунья? Ты сможешь с этим справиться?

– Разумеется! – у Ветра сразу поднялось настроение.

– Ладно, – Клевер как–то подозрительно влилась в разговор. – Мы сейчас строим планы на последующие дни, и все у нас хорошо. Но вот, что если все пойдет не по твоему сценарию, а? Гулена?..

Тут все задумались и медленно перевели свои взгляды на зачинщика. А Гулена, в свою очередь, лишь слегка опустила голову и усмехнулась.

– А я и не говорю, что все будет идти по моему плану. Скорее всего, последние два дня просто сойдут на «нет». И мы с Лентой не сможем показать себя официально. И тут как раз мы сможем определить, как хорошо она нас распознает, и насколько мы для нее важны. Может, для нее, как она сказала ранее это «игра».

В какой–то момент души, наконец, поняли, что их товарищ, беззаботная Гулена, которая пьянеет от газировки, на самом деле психолог, который может управлять чужими мыслями и чувствами. И здесь они действительно осознали одну очень важную вещь: все пройдет так, как задумала она.

– Один вопрос теперь меня мучает, – все души снова посмотрели на Гулену. – Как нас зовут? – души переглянулись между собой и украдкой взглянули на комнату.

Все поняли, чье имя произнесла сегодня Велосипедист. Они посмотрели друг на друга и хором кивнули.

После этого разговора Клевер подошла к комнате и обратилась к той, что сидела на внутри.

– А сама сказала, чтобы я молчала. Не состыковка получается, Тсайк.

– Ты уж прости, но это мое дело…

– Отлично, – усмехнулась Клевер и отошла от комнаты.

Через несколько секунд, когда утихли шаги, Тсайк расслабила спину и облокотилась на стену.

…

– Устала? – спросил Холи у Тсайк.

– Не то слово. Где там мой обещанный когда–то очень давно массаж?

– Потерпи немного, очень скоро мы приоткроем им тайну. Немного.

– Да, – подтвердил третий голос. Это был Тайо. – В конце концов, им есть о чем рассуждать. Они и так страдают от своей парамнезии.

– И лучше бы им не расслабляться, – послышался еще один голос из тени.

31 июля 2029г. Вторник

Утром девочки встали в приподнятом настроении. Они встали сами в восемь утра, и им никуда не нужно бежать по каким–либо делам. Деревня отделила их от того суетливого места, откуда девочки уехали.

Город Безымянный, пусть и хороший, но все–таки город. И в нем, как и в других городах, есть своя суетливая жизнь. А здесь первыми просыпаются петухи и поднимают остальных. И кажется, что в деревне жизнь намного бодрее, чем в городе. Здесь люди просыпаются и в шесть и в пять утра. Одни, чтобы порыбачить и поохотиться, другие, чтобы выгнать пасти коров.

Девочки были рады этой спокойной жизни. Им казалось, что в их телах достаточно сил, чтобы горы свернуть! Но как только они вошли на кухню, бабушка сразу начала провожать их обратно в постель.

– Поспите еще немного, отдохните! Вы дома с самого утра на ногах, хотя бы здесь поваляйтесь в постели!

– Не переживай, бабуль, – успокаивала внучка. – Мы сегодня в библиотеку хотели сходить. А завтра точно поспим подольше.

– Ну, смотрите сами. Идемте завтракать тогда!

– А дедушка Бронислав? – Альбина немного забеспокоилась.

– Он уже встал и сейчас кормит скотину. Не волнуйтесь, мы уже позавтракали.

Девочки сели за стол и сразу заметили интересный набор для завтрака. На двух блюдцах лежало по две сосиски, одному ломтю хлеба и вареному яйцу. А рядом с тарелками стояли бокалы с чаем.

– Я так плотно никогда не завтракала.

– Плотно? – удивилась Марина.

– Да, понимаешь, я ем часто, но понемногу.

– Ха! А я ем редко, но много!

Когда они заправляли постель, Альбина поинтересовалась:

– А те браслеты ты сама плела?

– Можно сказать и так, а что?

– А научишь меня?

Марина немного замялась.

– Ну, у меня здесь бисера нет. Как приедем, тогда обязательно.

– А можно сейчас? Я привезла с собой бисер. Думала поучиться здесь.

– Хорошо! А давай тебя научу не я, а вторая душа, Дигура!

Тут души подключились к разговору и обратили внимание на экран.

– Почему она знает наши имена? – удивилась Кисточка.

– Может, сущности подслушивали нас, – предположила Перчатка. – И сказали об этом комнате, то есть телу?

– Или же они просчитали наши действия, – всем показалось, что Клевер подошла к правильному варианту ближе всех. – Вот только как?

– Значит, среди них есть такой же стратег, как и я.

Души внимательно посмотрели на Гулену. Эта душа всегда для них, словно старшая сестра, которую никто не может победить. И в эту секунду они почувствовали, что есть кто–то сильнее, чем она. Если Гулена та, кто может прочесть чувства и мысли других людей, то теперь существует тот, кто может прочесть Гулену.

– Какого высокого вы обо мне мнения, однако! – из тени комнаты показалось лицо знакомого нам парня с кудрявыми волосами. – Право, это уже слишком.

– Значит, это ты догадался? – нервно усмехнулась Клевер.

– Ну, это мы должны возмущаться. В конце концов, это наши имена вы решили использовать в качестве своих! – Клевер оскалилась на него. – Не стоит переживать так яро! Мы не собираемся вам мешать, по крайней мере, пока. Поэтому на данный момент можете быть спокойны.

Последние слова растворились вместе с лукавой улыбкой в тени комнаты.

– Черт! Да они издеваются над нами! – Клевер не могла успокоиться. Она так и хотела влететь в комнату и навести там шороху. Хотя, даже если бы она и вошла внутрь, то ничего бы у нее не получилось. Да, наши дорогие души сильны, но те, кто имеют свою память, свои воспоминания, намного сильнее беспамятных безродных душ. К счастью, порывы Клевера удалось сдержать Гулене.

– Остынь! Не помнишь, что говорили Лента и Велик? Не стоит делать поспешных выводов и действовать быстро. Поэтому сейчас стоит успокоиться. А ты марш в комнату! – последние слова были адресованы Кисточке.

Оранжевая душа вздрогнула и поспешила к экрану.

– Отлично, – вздохнула Гулена. – Остается только ждать.

Часть 5 Глава 16

Глава шестнадцатая

В эти минуты Марина завязывала себе волосы оранжевыми резинками. Получились два милых хвостика за ушами. Прямые, завитые на концах, волосы падали с плеч девушки. Когда Кисточка вошла в комнату, сразу увидела перед собой шкаф с зеркалом на дверце. Слева от нее выход на старую кухню, а там и в коридор. Сама же Кисточка сидела на кровати, которая стояла в углу спальни.

– Привет, – поздоровалась Альбина с наивно веселой мордашкой. – Ты ведь Дигура, я правильно произнесла?

– Приятно познакомиться, Альбина! – в ответ на наивность прозвучала еще более детская и непосредственная наивность.

– Ты чего это, Кисточка? – удивилась Перчатка, а Клевер не могла удержать свой фонтан смеха.

– Думаю, разыграть из себя ребенка проще простого. Для начала, нужно казаться непосредственной и быть отстраненной от каких–либо проблем. Частенько маленькие детишки изъясняются от третьего лица. Нужно попробовать.

– Альбина, ты хотела о чем–то спросить у Дигуры? Дигурочка поможет!

– Дигурочка! – Клевер снова прыснула слюной.

– Тише! Ты мешаешь! – Кисточка же не могла усмирить свое смущение и раздражение.

– Я очень хотела, чтобы ты меня научила плести браслеты из бисера.

– Вот такие? – Кисточка достала из сумки связку браслетов, в которой разглядела и свой подарок.

Она отсоединила его от остальных. Этот браслет состоял из трех диагональных полосок коричневого и оранжевого цветов. Художница быстро сориентировалась и надела браслет на левую кисть.

Душа сразу поняла, как нужно плести такие браслеты, но вязка довольно сложная, и для нее нужна нитка с тончайшей иглой, что вряд ли можно найти в наборе для обычного рукоделия.

– Давай Дигура научит тебя плести по более легкой схеме.

Через несколько минут они уже выдвинули деревянный столик, покрытый желтой скатертью, из–под окна и поставили рядом с диваном.

В спальне так много старых вещей. Здесь и деревянный сундук, и стол с кружевной скатертью. На нем стоит ни разу не использованный чайный сервиз в подарочной упаковке, а над столом на стене висят иконы и подсвечники.

У соседней стены швейная машинка с ножным приводом и кресло с рулонами обоев. Напротив машинки давно не используемая печь и шкаф с одеждой.

– Итак, возьми три бусины и длинный кусок лески. Через четвертую бусину продень оба конца проволоки с двух сторон. Видишь? Получился четырехлистный цветочек! – Альбина внимательно наблюдала за Кисточкой и слушала ее инструкции. Больше она обращала внимание на глаза девушки. – Теперь после каждого такого замочка нанизывай по одной бусине на каждый конец и закрепляй последнюю бусину с двух сторон. Попробуй, потом сделаем растягивающийся замочек. Ты просто будешь растягивать браслет, как на бегунке.

– Хорошо!

Наступила тишина. Она не была неловкой. Это скорее напоминало рабочую атмосферу, в которую погружен любой человек, поглощенный работой.

– Ну, чего же ты молчишь! – волновалась Ветер. Она жадно смотрела на экран и с нетерпением ждала, когда Кисточка оповестит Альбину. – Когда же ты скажешь, что наша Велик – мальчишка!

– Подожди! – Кисточке самой не терпелось сообщить об этом, но она пыталась придумать, как можно интересно преподнести эту новость.

Когда–то давно ей приснился сон, о котором она и решила рассказать.

– Знаешь, Дигуре тут случай один вспомнился. Давно у Дигуры был концерт. Он должен был стать грандиозным, потому что Дигура впервые будет петь в хоре, – Кисточка пыталась говорить немного неуклюже, не соблюдая некоторые нормы речи. И старалась не произносить напрямую «он» или «она». Альбина начала слушать внимательней. – В этот замечательный вечер Дигурочку будет поддерживать ее лучший друг Эйди!

– Отлично, и меня приплела, – Перчатка усмехнулась и села на кресло, ожидая представления.

– Но за час до выступления Эйди звонит Дигуре и говорит, что не может прийти на концерт, – Кисточка состроила обиженную мордочку. – Тренировка, видите ли! Эйди говорит, что Дигуру придет поддержать другой человек. Этот человек – друг Эйди. Дигура уже стоит на сцене, как видит, что к парку подъезжает велосипедист. Дигура узнала его, это был тот самый друг Эйди! Дигура точно поняла, что это он! – здесь Кисточка специально начала делать акцент именно на том, что это он. – Когда концерт закончится, Дигура подойдет к этому другу. А пока что он просто слушает. Наконец, все перестали аплодировать и начали расходиться, а Дигура подбежала к другу Эйди, чтобы познакомиться с ним. И это оказался именно он, – Кисточка изобразила мечтательный вид и также вздохнула. – Тсайк!

После рассказа все вокруг стихло. Кисточка продолжила заниматься рукоделием и начала ждать ответной реакции. Альбина разомкнула губы, но не могла произнести и слова от удивления.

– Подожди, – она помотала головой и уставилась на рассказчика. – Ты сказала он – Тсайк? То есть, Тсайк – это парень.

– Да, – Кисточка сказала это таким тоном, словно прибавила: «Грех такое не знать!» – А он что, тебе не сказал?

– Нет, но я заметила, что она, в смысле, он, немного скован.

– Тсайк даже оговорился один раз!

– Да–да–да! Теперь припоминаю.

– Ладно! Нам уже пора в библиотеку!

– Да, конечно…

Библиотека находилась недалеко. Нужно было лишь подняться в гору, мимо магазина, по той же дороге, где вчера катались Велик и Альбина. Только свернуть не направо, а налево.

Примерно через десяток метров слева можно увидеть второй магазин, а затем еще через пятьдесят метров третий. Он здесь самый старый. Рядом с ним всегда проходят какие–нибудь ярмарки. Только сегодня здесь было тихо.

Позади последнего магазина стоит церковь, а напротив нее, во внутреннем дворе, есть клуб. В клубе проходит все молодежное веселье: от танцев до кинотеатра.

Однако есть здесь такая интересная дверь, справа, в просторном помещении, которая и выглядит лучше остальных. Будто ее посещают чаще, и она должна выглядеть соответствующе. Это и был вход в библиотеку.

Кисточка сразу повернулась к нему и открыла дверь с такой непринужденной легкостью, будто она там главная!

– Здравствуй, Мариночка! – действительно, Марина здесь постоянный клиент. – А мы тебя ждали!

Оба библиотекаря уже были в курсе, что Марина приехала в гости, из разговоров по телефону с прабабушкой Радой. Женщины ждали Марину еще в понедельник, но они слишком поздно приехали.

– Извините, что не смогла прийти раньше. Познакомьтесь, это Альбина, она моя родственница.

– Очень приятно! Проходите, не стесняйтесь, что хотели бы взять?

– У меня тут список на лето есть по литературе, – Кисточка протянула свой блокнот. – Поможете?

– Конечно! Давай, посмотрим.

В итоге было выбрано два произведения: Салтыков–Щедрин с его «Историями одного города», а также Некрасов: «Кому на Руси жить хорошо».

– Вот и все! – воскликнула Кисточка и хотела отойти от книжного стеллажа, когда услышала голос Клевера.

– Стой!

– Чего тебе?

– Я там знакомую книгу заметила, подойди ближе.

– Вот ведь!

– Не огрызайся, – Клевер лукаво улыбнулась и слегка наклонила голову. – Лучше изобрази хоть какой–то интерес к художественной литературе, тем более детской литературе, а иначе выдашь себя со всем содержимым.

– С какой это стати я себя выдам! – Кисточка слегка нахмурилась, но Альбина не заметила этого, так как была занята другой полкой книг.

– А с той стати, что скучающий взгляд придает тебе серьезности, и Альбина с ее способностью разбираться в людях легко заметит это и раскроет весь твой замысел.

– А, да, – Кисточка изобразила на своем лице искреннюю радость и наивность. – Ты права.

– В кой–то веки!

– Не прибедняйся! Это происходит уже довольно часто, – она потянулась за книгой, которая казалась ей знакомой, – Не впервые я с тобой соглашаюсь.

– Да! Это точно та книга, помнишь ее? – Похоже, Клевер не обратила внимания на замечание своей подруги. – Это книга об Алисе, когда у нее были каникулы. Мы читали ее около двух или трех лет назад.

– Ага! Еще я помню, как тебе захотелось прочесть Гарри Поттера!

– Да, но, согласись, что Джоан Роулинг не сравнится с Александром Дюма!

– О, да! – Кисточка понимающе протянула слово согласия. – Александр Дюма бесподобен! Его история о трех мушкетерах понравилась мне больше всех.

– И тебе тоже? – Клевер незаметно для себя резко подняла брови, а затем закрыла глаза и слегка наклонилась вперед. – Да, хоть в чем–то мы искренне согласны.

– Без каких–либо пререканий!

– Точно!

Клевер щелкнула пальцами в знак согласия.

– Ладно, не буду тебя отвлекать.

– Давай, иди, отыгрывайся в карты. Ты ведь вчера раз пять в руках половину колоды держала, благодаря Гулене?

– Почти…

Клевер буркнула лишь одно слово себе под нос.

Только сейчас Альбина переключила внимание на Кисточку и не успела заметить чего–либо подозрительного.

В итоге девочка взяла одну книгу. Похоже, история была в жанре фентези, так как в ней присутствовали драконы.

– А ты, – Альбина решила задать свои вопросы до того, как они придут на стадион. – Со всеми душами общаешься одинаково хорошо, или с кем–то лучше, а с кем–то хуже?

– Ну, – Кисточка задумалась лишь на мгновение, и то лишь по отношению к Клеверу. Да, она задира, да, она слишком много болтает! Но не все же воспринимать близко к сердцу? В конце концов, она очень даже хороший друг и товарищ, с которым никогда не бывает скучно, разве что можешь смутиться или тебе станет стыдно. Все это она прокрутила в своей голове буквально за две секунды, во время которых решила не трогать Клевера. – Думаю, Дигура достаточно хорошо общается с Эйди.

– Эйди, боксер?

– Да! Нам всегда весело вместе. И еще, – Кисточка на мгновение представила в мыслях образ Перчатки: гордый и яркий взгляд, изящная и грозная фигура, легкие и резкие движения кулаков. Уже около пяти минут Боксер стояла рядом с комнатой и наблюдала за Кисточкой и ее игрой. – Для Дигуры Эйди – это олицетворение идеального человека. Один взгляд на то, как она носит одежду. Когда она подходит к зеркалу, ты оглядишь ее с ног до головы и заметишь, что ее внешний вид безупречен. Ни единой складки, ни пятнышка, ни капли воды или пота. Даже из драки она выходит безупречным победителем, потому что внешний вид ее остается в том же состоянии, что был до начала. И это действительно поражает! По крайней мере, это поражает Дигуру…

Альбина продолжила разговор:

– Я представляю, как тяжело Тсайку. Ведь среди девочек он единственный парень.

Кисточка не стала отвечать на этот вопрос по двум причинам. Во–первых, она просто не знала, что ответить на такое скользкое и опасное замечание. Во–вторых, Кисточка услышала, как в комнате кто–то проворчал вполне внятные слова.

- Мое имя не склоняется, черт ее подери!

– А можно еще кое–что спросить? – этот вопрос Альбина задала, когда они прошли мимо красивого синего железного забора и оказались на стадионе. – Почему ты говоришь не «я», а «Дигура»? как будто это не ты говоришь.

Кисточка состроила удивленную и наивную мину, а затем с радужной улыбкой ответила:

– Все просто: ведь именно так говорят дети!

– Понятно, – у Альбины промелькнула мыль, что Дигура намного младше остальных душ.

Альбина обратила внимание на весь инвентарь, расположенный вдоль левой стороны стадиона. Здесь тебе и брусья для подтягиваний, и вертикальная лестница с горизонтальной, и парные брусья, даже специальное сооружение с кольцами для сетки с двух сторон, словно сделанное для эстафет. И это все только вдоль левой стороны, которая меньше длины всего поля раза в три. А дальше змейка, брусья, резина от машинных колес, наполовину врытая в землю (таких колес там было около одиннадцати), последними стояли четыре высоких деревянных бруса, препятствие, в виде деревянной стены и окоп, который скрыт за другим маленьким деревянным сооружением. И эти постройки занимают лишь треть или вторую часть от всей длины стадиона.

Да, это первое, что бросилось в глаза девочке, но наши души в свое время первым делом обратили внимание не на эти металлические брусья, а скорее на то, что огибает их. А именно, хорошо протоптанная дорожка вокруг всего стадиона, точнее, по его краю. Деревенская школа здесь со спортивным уклоном, и если у учеников появлялось свободное время, срывается урок или просто окно, то в это время у них обязательно проходит физкультура, а затем уже и плановый урок. И если увидеть эту буквально каменную дорожку, на которой уже и пыли не осталось, то любой человек и предположить бы побоялся, сколько ног здесь пробегало в свое время, и сколько детей внесли в это дело свою лепту.

– А с кем из семьи ты хорошо общаешься?

– Наверное, с бабушкой, потому что обе художницы! – они сели на скамейку, и Кисточка улыбнулась своей наивной улыбкой.

– А я думала, с мамой, – Альбина выразила свое искреннее удивление на лице.

А Кисточка тем временем вспомнила один из своих снов, когда она видела старую комнату, освещенную лишь свечой, и то, как она разговаривала с женщиной, подошедшей к ней.

– Думаю, может, раньше приходилось с ней общаться более тесно. Но сейчас рядом чаще именно бабушка. Однако здесь каждый смотрит по–своему. Для кого–то лучшей компанией будет папа или мама, дедушка или бабушка, брат или сестра, а то и вовсе тетка!

После этих слов разговор пошел по наклонной вниз. Темы становились монотонными, ответы неинтересными, и Кисточка ждала, когда истечет ее время пребывания перед Альбиной. При таком раскладе Художница была уверена, что ни одно слово не станет для нее неожиданным в этом разговоре. И как только она об этом подумала, от Альбины последовал тот самый вопрос, который мог застать врасплох любую из душ.

– Дигура, а почему тебя так зовут?

– Что?

– Что значит твое имя?

– Мое имя? – впервые Кисточка обратилась к самой себе от первого лица. Альбина сверлила ее взглядом. Художница опустила голову и погрузилась в свои мысли на несколько секунд. – Если честно, понятия не имею, что оно означает…

– …А, кажется, тебе пора! – Альбина решила не утруждать собеседницу своим вопросом. – Очень рада была повидаться, надеюсь, я еще смогу поговорить с тобой!

– Конечно! – Кисточка попыталась изобразить хоть какую–то печаль от расставания на своем лице и вернуться к тому первоначальному детскому образу, но напрасно. От последней минуты своего присутствия душа оставила на лице Альбины отпечаток смятения и некоторых сомнений по поводу искренности своей собеседницы.

Как только в глубине экрана появился силуэт Художницы, все души мигом разбежались по своим местам, чтобы не смущать своего друга. В конце концов, не начинать же ее успокаивать с первой же секунды.

Итак, Художница подняла голову и посмотрела на выход. Там не было никого, кроме Дигуры, который стоял справа от выхода и внимательно наблюдал за экраном.

Она снова опустила голову, чтобы не видеть глаз человека, перед которым ей было стыдно. На ее лице действительно отражались краски смущения и неловкости. Использовать имя человека или какого–то иного существа, и при этом, даже не понимать, что оно означает. А самое главное то, что он слышал ее ответ.

- Даже не знаю…как глупо! – думала она.

Кисточка старалась идти быстрее, но ее ноги двигались медленно. Тогда, может, чтобы не смущать девушку или чтобы не видеть ее смущенности, парень решил пройти мимо нее и сесть на стул рядом с экраном.

– Мне сейчас кажется, – начал он, пододвигая стул, – будто я папа, а ты дочь, которая провинилась передо мной.

– Ты так считаешь? – спросила она, иронично смотря на него через правое плечо.

– Во всяком случае, не так, будто ты моя мать.

Кисточка продолжила свой путь, но вдруг остановилась прямо перед выходом.

– А что значит твое имя?..

– Подумай лучше над тем, что я тебе сказал.

Душа не стала настаивать, она просто вышла из комнаты и села на диван, облокотившись на его мягкую ручку.

– А правда, – Клевер захлопнула книгу и спросила саму себя вслух. – Что же означают их имена? И как правильно истолковать его слова?

Часть 5 Глава 17

Глава семнадцатая

– Знаешь, мне показалось, что я чем–то похожа на нее, – отвечала Альбина на вопрос Марины. – Но через какое–то время я поняла, что мы с ней нисколько не похожи. Но больше всего она заинтриговала меня по поводу Тсайка и Эйди! Я и понятия не имела, что Тсайк – это парень. Ты знала это?

– Если честно, я и сама знаю о них немногое!

– Интересно узнать, как же выглядит ее подруга Эйди?

…

– Ай–ай–ай, Марина. Несмотря на то, что тебя нет, ты все равно обманываешь людей, – сказал голос внутри комнаты.

К нему присоединился следующий голос.

– Ага, ведь именно после фразы «если честно» начинается вся ложь.

– Ну, это если судить по статистике. Ладно, пусть Марина, или как раньше говорили наши закадычные друзья «тело», решает все само. Дадим волю случаю.

1 августа 2029г. Среда

Клевер в течение всего утра бродила по комнате взад и вперед и о чем–то думала. Ее не покидали мысли о том, почему же у их сущностей такие имена. В конце концов, как–то ведь эти неизвестные связаны с душами! Несколько минут назад она подходила к комнате и звала Туро для разговора.

– Чего? – спросила она с едва заметной улыбкой на лице. Видимо, сейчас она разговаривала со своими друзьями о чем–то интересном, и тема разговора все еще вертелась в ее голове.

– А какое значение имеет твое имя?

– А какое тебе дело до значения моего имени?

– Ну, я просто подумала: твое имя может быть и моим, и оно может значить что–то такое, что связано со мной.

– А с чего ты взяла, что я могу быть тобой? Может быть ты – это я? – Клевер вздрогнула, испугавшись того, что ее может не быть на самом деле в этом мире. Туро заметила это и решила не пугать собеседника. Иначе достанется всем. Она ушла в тень. - А может, мы связаны как–то иначе.

«Мне сейчас кажется, будто я папа, а ты дочь, которая провинилась передо мной. Во всяком случае, не так, будто ты моя мать».

Эти слова возникли в голове Клевера как–то слишком неожиданно, и она сразу ухватилась за них, чтобы понять направление мыслей Дигуры.

– Слушайте! – воскликнула она. – Может, мы действительно не являемся одним целым с теми ребятами, что находятся в комнате? Может, они просто наши друзья или родственники?

– Чем докажешь? – поинтересовалась Ветер, повернувшись лицом к Клеверу.

– А вы не задумывались над тем, почему они так похожи на нас?

– Ну, да. Логично.

– Так вот: что, если они видели наши смерти и потеряли частицу себя. Или даже потеряли свои души. Но при этом они ведут себя как обычные люди. Вы же видите Марину? Она ничем не отличается от иных. Возможно, со временем души наших близких людей так сильно привязались к нашим душам, что последовали вслед за нами в тело Марины.

– Хорошо, тогда скажи мне, где сейчас эти люди? – спросила Праздник, подключаясь к разговору. – Кто они, по–твоему?

– Легко! Они – люди с пустыми глазами!

– Что! – все кроме Велика воскликнули вслед за Праздником.

– А вы сами посудите! Допустим, Велосипедист. Мы не знаем, парень она или девушка, но мы точно уверены, что старик Дедушкин Внук имеет пустые глаза, – Клевер подошла к спящей душе. – Вполне возможно, наша Велосипедист и есть старик, но так как старик жив, возможно, наша подруга его жена, а сам старик – это душа внутри комнаты, просто девушка. Хотя, более вероятный вариант будет звучать наоборот.

– Тогда кто, по–твоему, мы с Дигурой? – Кисточка подозрительно посмотрела на Клевера.

– А разве это не очевидно?! Вы же вылитые мать с сыном! Он даже сделал вчера акцент на том, что чувствует себя отцом, а не сыном. Не думаешь, что это прозвучало каким–то намеком?

– Ну, возможно…

– Подожди! – Праздник решила возразить. – Если следовать твоей логике, то мы с душой похожей на меня вообще брат и сестра!

– Почему это? Из вас бы получилась прекрасная молодая пара!

– Что? – воскликнула Праздник.

– А что не так–то? Говорят, если любимые похожи друг на друга, из них получится крепкая пара.

– Ладно, тогда про какую именно пару ты говоришь?

– А помнишь, когда мы лежали в больнице, мимо палаты постоянно проходила какая–то пара? Похоже, это были соседи нашей бабушки с дедушкой с Первой улицы.

– Хм, и то верно.

– А что касается остальных, тут все просто. Помните, как Сергей Львович рассказывал что–то про свою дочь, мол, в больнице постоянно. Может, Боксер и есть та самая дочь, а наша классная руководительница, его жена, есть девушка с косичкой внутри комнаты? У нашей старой учительницы начальных классов есть брат. Возможно, Гимнастка – это Милослава Николаевна, а ее брат сейчас находится за этими стенами. У нашей Бегуньи, насколько я помню, очень большая привязанность к друзьям. Почему–то у меня появилось такое ощущение, будто наш прославленный атлет Лис и есть тот самый товарищ, который с тобой связан, – с последними словами Клевер посмотрела в упор на Ветер.

– Ладно, умница ты наша, – усмехнулась Перчатка. – А что же тебя касается?

– А вот что касается меня, – Клевер задумалась, в кой–то веки! – Что касается нас, то мы, скорее всего, парень с девушкой!

– Ах – ха!

– Смейтесь, смейтесь! Ну, ладно, сестры или…

Вдруг что–то кольнуло у Клевера в груди, словно сердце что–то вспомнило. Это было то неприятное чувство, когда Ботаник оказалась в комнате со спертым воздухом, в гостях у цветочницы. На вдохе ее голос задрожал.

– Или мать с ребенком…

Чтобы развеять непривычную тишину, Кисточка спросила:

– А кто в нашем городе мог лишиться матери?

– Да кто угодно! – предположила Бегунья.

– Нет, – Клевер задумчиво покачала головой, приходя в себя. – Единственный мужчина, который упоминал свою мать, был ни кто иной, как Ярополк Творческий.

– Получается, Дигура – это Ярополк? Здесь мы точно видим абсолютное совпадение ситуации. Но как тогда получается, что ни у одного из наших знакомых имена не совпадают с теми, которые мы знаем?

– Может, это прозвища?..

Последние слова Клевера окончательно запутали всех.

– Да, проблема, блин!

– Ладно, – Перчатка решила прервать этот нескончаемый поток мыслей. – Все, что связано с прошлым, конечно, важно, но мы не должны забывать о настоящем, а в будущее мы всегда сможем заглянуть.

На этой минуте Боксер вошла в комнату и скрылась в свете экрана.

На свое удивление, она уже стояла перед Альбиной, а красивый желтый браслет с рисунком в виде стрелок, уже переливался прозрачными и яркими цветами на середине ее плеча. Перчатка наклонила голову и заметила, как Альбина жадно поедает душу своим взглядом. Боксер часто заморгала глазами и протянула руку родственнице; этот жест смягчил нетерпение и любопытство у девочки.

– Здравствуй, меня зовут Эйди, – душа тряхнула руку собеседницы. – Очень рад знакомству.

Перчатка почувствовала, как дрогнула маленькая ручка. Бровки девочки поползли вверх, и она неуверенно произнесла:

– «Рад»? Я не понимаю немного. Ты, что, мальчик, то есть парень?!

– Ну, вообще–то да. И кроме меня с Тсайк еще одна душа, душа ботаника. А ты думала, что в одно тело случайно могут попасть семь душ, и при этом все девочки?

– Ну, нет, конечно, но…

Наступила неловкая тишина, которую заметил только Эйди.

- А я столько вопросов передумала, какие хотела бы задать девочке–боксеру. А тут такой сюрприз! – подумала в это мгновение Альбина.

Эйди заметил, что девочка погрузилась в свои мысли и даже немного разочаровалась, поэтому ему нужно было срочно что–то предпринять. Хоть как–нибудь привлечь к себе внимание. Он начал смотреть по сторонам и заметил на сундуке рядом с диваном сто рублей одной купюрой.

– Ты собираешься идти?

– Куда?

– Как «куда»? В магазин! Бабушка ведь именно для этого нам деньги дала. Только я не могу вспомнить, какие продукты нужно купить.

– А, – он заставил Альбину думать. – Пакет молока, яйца, муку и себе что–нибудь, если хватит.

– Конечно же, не хватит!

Альбина вздрогнула от проявления импульсивного характера. Эйди молча подошел к своей дорожной сумке, вытащил оттуда кошелек и извлек из него три бумажки.

– Отлично, триста пятьдесят рублей у нас есть. Пойдем?

– А, да…

Девочка замешкалась. Она не ожидала, что мальчик вытащит деньги из своего кошелька и притом без каких–либо колебаний.

- Я бы поняла, – подумала она, – если бы Марина достала из кошелька деньги, но чтобы мальчик так бескорыстно воспользовался своими деньгами на нужды бабушки. А еще и не попросил у нее добавить! Либо он действительно идеал, о котором говорила Дигура, либо ему просто было лень заходить лишний раз в дом!

– Точно! – опомнился парень. – Пакет нужен! – они были в этот момент прямо у входа, поэтому нужно было лишь обернуться, чтобы войти в новый дом. – Бабуля! А где пакеты у тебя лежат?

– В буфете, в шкафчике выдвижном! – послышался голос из зала. – Возьми там мелочь еще, а то вдруг вам не хватит денежек.

– Уже взяла, не переживай!

- Так я и знала! Нет идеальных мальчишек! И я не ошиблась. Он, наверное, и пакеты не забирает, как говорили Марина с Дигурой!

– Ну, что, идем?

– Ага.

Эйди взял немного мелочи.

Они зашли в ближайший магазин, который был на подъеме, но там не оказалось ничего из того, что им было нужно. Тогда они отправились во второй магазин. Ребята свернули налево и прошли по тропинке около пятнадцати метров, затем снова свернули налево и прошли еще метров двадцать до магазина. Все это время Альбина крепко сжимала в руке пакет и пристально смотрела в глаза Эйди. Тот чувствовал на себе этот испытывающий нервы взгляд, но повернуть голову не старался.

– Она тебя, того глядишь, взглядом прожжет! – усмехнулась девушка в комнате.

– Ага, и меня это не радует. Неужели я чем–то себя выдаю?

– Поверь, ты справляешься со своей ролью слишком хорошо.

– Ролью? – Перчатка удивилась, ведь она и не старалась играть. – Но я веду себя как обычно.

– Но своими действиями ты показываешь себя с разных сторон. Надеюсь, в конце она разберется.

– С разных сторон? В чем она разберется?! – Перчатка ровным счетом не понимала, что своими действиями вызывает у Альбины двоякое мнение.

Вот они уже вошли в магазин, и Эйди начал перечислять все, что им нужно.

– И еще конфеты, вон те, которые «Чио–рио».

– Хорошо, – продавщица взвесила конфеты и посчитала всю сумму. – Триста пять рублей.

- Хорошо, свои деньги, при такой сумме, он, в любом случае, потратит!

– Ой, хорошо! И мелочи как раз хватит, – Эйди вытащил из кармана триста рублей и выгреб всю мелочь по одному рублю. Пока он это проделывал, продавец складывала в пакет покупки.

- И эта вся мелочь, которую он взял? Может, я ошибаюсь. Но нет, испытание не окончено, Эйди! Нужно сейчас забрать пакет первой, чтобы проверить, действительно ли правду говорила Дигура, мол, что Эйди всегда носит пакеты. Вот смеху будет, если он вспомнит об этом на половине пути. А лучше, если не вспомнит! Тогда я вручу его ему со словами: «Вот, держи, ты ведь постоянно тяжести таскаешь!». Да так и скажу!

Но не успела она додумать и потянуть руки к пакету, как ручки его буквально исчезли из–под ее рук. Альбина хотела как–то угрожающе посмотреть на душу, но у нее это не получилось. Суровый и обиженный взгляд смягчился под натиском добрых и нежных глаз. По спине девочки прошла дрожь. Она почувствовала, как ее лицо заливается краской.

– Вот ведь! – вдруг воскликнул Эйди. – Остается пятьдесят. Не поверит.

Альбина с удивлением посмотрела на парня.

– Какой у нас там дедушка лимонад любит? А! точно! Дайте бутылочку тархуна, пожалуйста.

– Да, конечно, прошу, двадцать один рубль.

– Вот теперь нормально, пойдем?

Когда Альбина услышала эту фразу, она сразу метнулась к двери, чтобы не встретиться снова с тем ласковым и пробивающим до дрожи взглядом. Так как руки Эйди были заняты, а в пакет все не помещается, Альбина решила придержать дверь перед душой. Когда они шли обратно, Альбина не проронила ни слова. Она все думала над фразой, которую произнес Эйди. Что значит «не поверит»?

Дома парнишка поставил на стол покупки.

– Ну, как, хватило?

– Да, бабуль, на все хватило, даже сдача осталась! – Эйди хотел положить оставшиеся деньги на стол, но бабушка заупрямилась.

– Возьмите себе, еще что–нибудь купите.

– А, ну, хорошо.

С этими словами Эйди разгрузил пакет с покупками и положил сдачу в карман. Правда, Альбина заметила, что душа лишь сделала таковой вид. Эйди положил пакет на место и незаметно ссыпал все остатки денег туда, где они лежали до этого.

– А где дедуля? – спросил он бабушку.

– На огороде, Мариночка.

– А, хорошо.

– Я отдохну пойду.

– Да, конечно!

Когда Эйди проводил прабабушку Раду до комнаты и закрыл за ней дверь, открыл буфет и достал из него две кружки.

– Ты будешь?

– Что? – Альбина до сих пор была поражена тем, что сделал Эйди несколько минут назад.

– Лимонад, – он махнул головой в сторону стола, на котором стояла запотевшая бутылка.

– А, нет.

Эйди удивленно поднял левую бровь и пожал плечами, мол, нет, так нет. Вторую кружку он взял вместе с бутылкой и вышел из дома. Альбина последовала вслед за ним. Она сразу подумала, что ее друг хотел попить лимонад один. Не отказываться ведь одному, если отказался другой. Но вторая кружка предназначалась отнюдь не Эйди. В пышном огороде, наполненном зеленью, цветами, фруктами, овощами и ягодами дух отыскал дедушку и предложил ему попить лимонад.

– Холодненькая, дедуль! – соблазнял он Бронислава. – Попробуй, а то, сколько ты тут работаешь, три часа, четыре?

– Ну, спасибо, спасибо, девочки!

– Да не за что. У тебя еще,какие дела остались? Мы поможем. А то третий день здесь гостим, должны мы хоть что–то сделать!

– Есть у меня одно дело, никак руки не доходят. В палисаде чеснок с луком надо перекопать. Часа через четыре можем начать, а пока что отдыхайте.

– Хорошо!

Парень поставил тархун в тенечек, и оба они вышли из огорода. Когда Эйди закрывал калитку, спросил у Альбины с ухмылкой на лице:

– Альбина, скажи мне, – Альбина посмотрела на собеседника. – Ты устала?

– Нет, – Альбина удивилась вопросу, но обратила внимание на задорную ухмылку.

– Тогда пойдешь со мной?

– Куда?

– Работать.

– А, да, конечно!

– Тогда нужна лопата, а еще ящик.

С этими словами Эйди резко повернул направо, прямо перед входом в дом, открыл калитку, которая вела в погреб, затем зашел в подвал и взял оттуда все необходимое. Но поворачивать обратно он не стал, а лишь свернул в другую сторону.

Вход в палисад не один. И Эйди решил воспользоваться второй калиткой, чтобы не привлекать лишний раз внимание собаки и дедушки. Они тихо, мирно прошли в палисад, и работа началась. Эйди объяснил, что нужно делать Альбине.

– Я буду копать, и подавать луковицы тебе, а ты оттряхивай их от земли и складывай в ящик. Если я что–то пропущу, ты сама это выдергивай из–под лопаты. Договорились? – Альбина поспешно кивнула. – Отлично. У нас на все про все максимум три часа. Дедушка может закончить и раньше.

Работа проходила в тишине. И если Эйди это ничуть не смущало, он был только рад этому, то Альбина чуть ли с ума не сходила. Когда ты говоришь, то не думаешь почти ни о чем. А вот во время молчания мысли остаются при тебе.

И Альбина никак не могла терпеть избытка своих бредовых мыслей. Сначала она наблюдала за тем, как работает Эйди и поневоле успокаивалась. Затем она начала замечать браслет на его левом плече, который так хорошо подчеркивает мускулы. И она задумалась над тем, как бы выглядела Марина, если бы была братом, а не сестрой. Мысли дошли до таких бредовых картин, что Альбина не выдержала и решила действовать незамедлительно!

– Ты знаешь какие–нибудь песни! – это прозвучало немного громче, чем ожидала сама девочка.

– Ну, знаю, но немного.

– Отлично, спой что-нибудь!

– Но я не пробовал, ни разу.

– Так! Если у вас одно тело на всех, и раз умеет петь один, значит, смогут петь и остальные. Поэтому ты не отвертишься! Давай, а то скучно как–то. И тихо…

Делать было нечего. Эйди тяжело вздохнул и запел низким голосом певца из хора. Если вы смотрели фильм «В бой идут одни старики», и слышали песню «Смуглянка – молдаванка», то сможете представить себе, как он ее спел.

Парень сам немного посмеялся и начал напевать то, что ему первым пришло на ум.

Расцветали яблони и груши,

Поплыли туманы над рекой,

Выходила на берег Катюша

На высокий берег на крутой.

Выходила на берег Катюша

На высокий берег на крутой.

Альбина раскрыла рот от удивления. Она никак не ожидала услышать песню периода Великой Отечественной войны, да еще в исполнении такого яркого и взрослого голоса! А Эйди продолжал:

Выходила, песню заводила

Про степного сизого орла.

Про того, которого любила,

Про того, чьи письма берегла.

Про того, которого любила,

Про того, чьи письма берегла.

Эйди уже заканчивал копать, а вокруг палисада тем временем начала собираться ребятня. Многие из них тоже знали эту песню. Но дух не обращал внимания на публику. Он лишь продолжал работать.

Ой, ты песня, песенка девичья,

Ты лети за ясным солнцем вслед,

И бойцу на дальнем пограничье

От Катюши передай привет.

На повторе уже подключились детишки, а Эйди тем временем закончила работу. Дух даже умолк от такой неожиданности. Следующие две строчки пропели дети, а потом Эйди решил их поддержать.

И бойцу на дальнем пограничье

От Катюши передай привет!

– Ха–ха!

Пусть он вспомнит девушку простую,

Пусть услышит, как она поет,

Пусть он землю сбережет родную,

А любовь Катюша сбережет!

Пусть он землю сбережет родную,

А любовь Катюша сбережет!

Альбина знала только три четверостишья – два первых и последнее. И так как последняя строфа повторяется, ей захотелось спеть вместе с остальными. При этом надо было видеть Эйди; когда дети и Альбина стояли, как хор на концерте, он стоял расслабленно, облокотившись руками на черенок лопаты.

Расцветали яблони и груши,

Поплыли туманы над рекой,

Выходила на берег Катюша

На высокий берег на крутой.

Выходила на берег Катюша

На высокий берег на крутой!

– Молодцы!

После этой похвалы детишки громко засмеялись и начали хлопать в ладоши, аплодируя самим себе. Когда шум стих, Эйди заговорил с толпой детишек.

– Ну, Ваня, Миша, Настя, Катя, Тоня, Дуня и Арсений! Рассказывайте, как у вас дела!

– Хорошо, замечательно! – заголосили дети невпопад. И не скажешь, что только сейчас они вместе пели песню.

– А здоровье, Миша, брат старший школу–то окончил?

– Ага! – Миша прыгал на месте, чтобы его было лучше видно. – В секцию волейбола пошел заниматься. Как узнали, что он в нашей школе учился, так сразу приняли, еще и в главный состав включили!

– Вот, видишь, как хорошо. А то все переживали, мол, что в деревенской школе ничему не учат. Спорту тут учат!

Ребята улыбнулись. Все дети округи знают такую добрую девочку, как Марина. И больше всех с этими детишками общаются Лента и Перчатка. Поэтому ребята привыкли отвечать на вопросы их старшей подруги. И сейчас они очень рады такому вниманию.

– А ты, Тоня, научилась сальто делать?

– Ага, как ты и показывала, сальто–мортале! – догадались, кто маленькой девочке на самом деле показывал это сальто?

– А ну–ка!

В это же мгновение все ребята отошли от сетки, чтобы дать больше места девочке. Альбина заметила, какая она стройная, и какое гибкое и немного мускулистое у нее тело. Тоня раскачалась, оперлась на руки, так, что можно начать на них ходить, и перенесла центр тяжести вперед. На секунду у девочки получился мостик, но из этого положения она быстро снова встала на ноги. Друзья поддержали ее своими аплодисментами.

– Умница ты моя! Продолжай заниматься. Я уверена, ты станешь такой же гимнасткой, как и твой кумир!

Альбина наблюдала за этим разговором с таким удивлением, словно перед ней не Марина или какая–то душа. Она смотрела на Эйди так, будто перед ней единственный в своем роде человек. Вредных привычек нет, чужого не берет, а свое отдает до последней крупицы, помогает окружающим, держит себя всегда в полном порядке, да еще и с детьми хорошо ладит! Вот он, тот самый идеал, о котором ей рассказывали. И здесь уже точно сомнений быть не может!

Буквально через несколько секунд послышался скрип калитки, и детишки по команде «Так, разбежались!» мигом исчезли. Эйди поторопил Альбину и подтолкнул ее в сторону той калитки, в которую они вошли. Он перехватил по пути лопату и тихонько закрыл за собой.

– А как же лук с чесноком? – переполошилась Альбина. Она говорила шепотом и едва слышно.

– Если бы мы забрали ящик, дедушка бы подумал, что его обокрли, – тут парень задумался. – Хотя, ты права, помочь надо. Пошли!

Они вышли из длинного коридора, прошли мимо погреба, мимо дома и вышли за ворота. Там уже стоял прадедушка Бронислав и диву дивился, кто успел ему помочь?

– Ух, ты! – притворно удивился Эйди, что получилось у него очень даже неплохо. – Дедуля, это к тебе ученики приходили, что ли?

– Даже не знаю, дочка! Пришел, а тут уже все убрано!

– Странно даже как–то.

Пока Эйди разговаривал с Брониславом, Альбина стояла за парнем. Вдруг она увидела, как он за спиной протягивает ей тряпочку и слегка трясет ей, мол, возьми. Парень успел ее захватить, когда они выбегали из длинного коридора, ведущего ко второй калитке. Только сейчас Альбина обратила внимание на свои руки. Они были все в грязи после работы.

Но удивило ее и то, какие руки у Эйди. Они были немного потерты от лопаты, местами красные, но на них не было ни единого пятна от земли. Словно ее друг и вовсе не прикасался к земле.

– Давай, мы поможем тебе перенести ящик? Может, мешки еще нужны, а то не поместится.

– Да, надо бы, – Бронислав еще недоумевал, что же все–таки произошло. Он даже подумал, что украсть хотели, да не успели ящик через сетку перекинуть.

– Альбина, сбегай за мешками, они на погребке, знаешь, сейчас ворота откроешь, и прямо к калитке беги. Там слева будет вход на погребку.

– Да, хорошо!

Пока Альбина бежала за мешками, Эйди успел перенести ящик во двор и поставить рядом с дверью в погреб.

Затем он помог перенести и оставшийся мешок.

Да, весело было! И только под ночь дедушка задумается над этим случаем вновь, и на этот раз он поймет, в чем тут дело. Ведь ящик, в который сложили луковицы, был с его погреба!

Часть 5 Глава 18

Глава восемнадцатая

– Ладно! – Эйди начал прощаться. – Мне пора. Мое время уже вышло. Надеюсь, завтра ты проведешь его в развлечениях, а не в работе.

– Нет, что ты! Мне было приятно работать с тобой! Эйди? А ты не мог бы рассказать мне совсем немного о душе, которая растения любит?

– О Туро?

– Да–да! Наверное. Очень хочется узнать твое мнение о нем.

– Ну, – Перчатка задумалась, и начала в мыслях просить помощи у Клевера. Та подошла к комнате и начала инструктировать своего друга. – Думаю, он немного высокомерен и слишком много думает о себе. Чтобы узнать его с разных сторон, нужно побывать с ним в разных ситуациях. Знаю! Попробуй игнорировать его, когда он придет. Сделай вид, будто его не существует, и обрати внимание на его реакцию.

– Хорошо, спасибо за совет! – Альбина немного посмеялась над советом и сжала губы. Было видно, что этого времени ей оказалось мало. Она смотрела в глаза собеседника так, словно провожает его в дальний путь, будто она смотрит ему в спину и не хочет, чтобы тот уходил.

– Я еще кое–что спросить хотела.

– Что же?

– Когда мы с Мариной по магазином ходили. Там ведь была не Марина а…

– Я.

– Ты?!

– Да, – Эйди улыбнулся.

– Значит, в раздевалке, там, ты! О Боже! – Альбина засмущалась, закрыла лицо руками и на секунду отвернулась от парня. Тот в свою очередь громко рассмеялся.

Через несколько мгновений с Альбиной разговаривала уже Марина.

– И как тебе? – по обыкновению поинтересовалась она.

– Если честно, он превзошел все мои ожидания, он просто…

Альбина не успела докончить фразу; послышался стук половника по батареи. Это прабабушка Рада звала внучек к столу. Разговор продолжился уже на кухне.

– Так ты не договорила.

– Ах, да! В общем, все, что вы говорили. Я сначала ведь думала, что это девочка. И для девочки все эти описания вполне обычны. Но когда я узнала, что это парень, то сразу подумала, что все сказанное о нем ранее – неправда. Но потом я убедилась в вашей правоте. Это, действительно, идеальный парень! Кстати, ты знала, что Эйди – это парень?! Ты меня так по–крупному подставила!

– Ничего подобного, честно! Я сама это узнала в то же время, что и ты!

– Ну, тогда ладно, – Альбина сказала шуточным тоном и покровительственно махнула рукой, как царевна. – Тогда я тебя прощаю!

Марина оценила шутку, и они продолжила трапезу.

2 августа 2029г. Четверг

Девочки уже успели поучиться поиграть в волейбол во дворе. Затем они посмотрели несколько серий из сериала, который привезла с собой Марина. Также Марина, наконец, научилась правильно играть в карты, за что спасибо Альбине! И вот, после полуночи, девочки легли спать.

Внутри Марины все души тоже готовились ко сну. Клевер подошла ко входу в комнату и сразу опустила голову вниз и влево, чтобы увидеть, кто там сидит. Эйди уже ушла. На свой пост заступила девушка с распущенными волосами.

– Можно войти? – Клевер спросила как–то по–другому. Ее слова не звучали с издевкой или лукавством. Может, именно по этой причине Туро разрешила Клеверу войти в комнату. При обычных обстоятельствах этого бы не произошло.

– Ты что–то спросить хочешь или что?

– Да так, просто захотелось.

Так просидела Клевер до самого утра в комнате. Туро слева от входа, Клевер – справа. Примерно в пятом часу утра Клевер зашевелилась. Все это время она не спала и о чем–то думала.

Ботаник подошла к экрану, то же сделала и Туро.

– Как думаешь, – начала Клевер, – когда проснется Велосипедист?

– Думаю, скоро.

Тем временем Марина потихоньку встала с постели и, одевшись в шелковый халат, вышла на улицу. Ночь была теплой и нежной. На улице светил фонарь, поэтому весь двор хорошо освящен. Марина прошла мимо Верного в сторону бани и поднялась на ее крышу.

Ночь постепенно переходила в утро. Небо уже не такое черное, а звезд почти не видно. Марина смотрела на горизонт и наблюдала за рассветом.

– Ты так волнуешься за своего товарища? – Туро нарушила эту проникновенную тишину.

– Ну, почему бы мне не волноваться «за своего товарища»?

– Может, потому что он тебе ни кем не приходится?

– Ха! – вздох и насмешка прозвучали с иронией. – Да, но мы, можно сказать, сестрами стали за это время.

– Ты никогда не думала о том, были ли вы близки раньше?

– Да! – она снова иронично посмеялась, но так тихо, чтобы не разбудить остальных.

– Ты внимательно наблюдаешь за ней, ведь так?

– Да, но, как бы я ни старалась, мне постоянно кажется, что больше она наблюдает за мной, чем я наблюдаю за ней.

– Как часто ты видела, чтобы она плакала?

– Что? – Клевер не совсем поняла суть вопроса и присмотрелась в строгие черты лица собеседницы.

– Я спрашиваю тебя, – Туро протянула руку к экрану и погрузила ее до середины предплечья. И Марина в точности повторила слова Туро вслух. – Сколько раз плакала Велосипедист на твоих глазах?

– …

Клевер задумалась. Действительно, раньше она никогда не замечала. Чтобы ее подруга плакала. Чтобы ее товарищ был настолько слаб. Тогда она ответила:

– Один.

– Один? – незамедлительно переспросила Туро.

– Хотя нет, постой, – Клевер вспомнила первый день, когда Велосипедист вошла в комнату и увидела своего дедушку. Тогда она тоже плакала. – Два, два раза.

– Ладно, – Туро тяжело вздохнула и направилась к своему месту.

Вдруг внутри Ботаника все чувства смешались, и ее взору на мгновение представился тот момент, когда Велик уткнулась в грудь Ленты и всхлипывала, что–то бормоча, но это был не тот недавний случай. Это было что–то другое. Какой–то другой момент, но какой?

– Постой, мне почему–то кажется, будто таких моментов было больше.

Туро вздрогнула.

– Хотя, я не помню, откуда он, третий момент, и откуда я его вообще взяла.

– Понятно, – с этими словами Туро села на свое место и пригласила Клевера сесть рядом с собой. Она очень удивилась этому приглашению, но отказываться от него не стала.

Теперь Клевер сидела слева от Туро. Они вместе наблюдали за рассветом. Смотря на то, как краски медленно сменяют друг друга, Клевер постепенно погружалась в сон. Сначала ей приснилось, как рядом с ней стоят две девушки или женщины и два парня или мужчины, возраст не определить. Они о чем–то разговаривали, смеялись, и тут кто–то кого–то ударил по лицу.

Ей снилось, будто она лежит на чьем–то плече и также клюет носом. А кто–то рассказывает ей о природе, о лесах, о жизни, о том, какие прекрасные моменты этот «кто–то» переживал. Женский голос был таким ласковым, что Клевер не переставала его слушать. Чей был этот голос, она не задумывалась, но она знала, что он принадлежит близкому ей человеку. Такому человеку, что подарил ей прекрасное доброе время, о котором она, к ее великому сожалению, не помнит.

Часть 5 Глава 19

Глава девятнадцатая

Когда поднялось солнце, и начали различаться желтые лучи среди пастельной розовой пелены, Марина спустилась с крыши, прошла до дома тем же путем, что и раньше, вошла в избу и снова легла в постель. Казалось, будто ей всю ночь не спалось из–за того, что в комнате был кто–то посторонний. Или же она спала крепким сном, но когда Клевер начала шевелиться, проснулась и Марина. В любом случае, Ботаник и Туро побудили своими действиями выйти Марину из дома и уединиться в каком–нибудь укромном месте, чтобы никто не мешал ей, и чтобы она не мешала никому. Альбина все это время спала и не заметила отсутствия своей сожительницы.

Второй раз они проснулись уже вместе, около двенадцати часов дня, когда прабабушка Рада звала их к столу.

– Работяги вы мои! – приговаривала бабушка. Девочки недоумевали.

– Почему это?

– Да не нужно этого! Я видела в окно вчера, как вы работали. А как песню вы напевали! Ой! Заслушаешься.

– А как песню ты услышала? – покраснела Марина.

– Форточку открыла. Смотрю, вы начали как–то по–другому говорить. Сразу поняла, что вы поете. Открыла форточку, а там хор целый, оказывается!

– Скажешь тоже, хор!

– А разве не так! – заспорила Рада. – Когда я еще только бабушкой была, дети такие концерты устраивали, на весь город! Из деревень приезжали на них посмотреть! И твои родители, Мариночка, тоже там были, в первых рядах стояли, пели.

Марина и Альбина с упоением слушали бабушкин рассказ.

– А какие спортивные игры проводили школы! В особенности, ваша, Первая! Так как в ней и директор более опытный, она все же на голову выше остальных. Директор и завучи и даже сам мэр стараются поднять другие школы, чтобы все были на равных. Спортивные игры обычно проводили между командами из разных школ. А так как в наше время очень мало ребят выпускается из одиннадцатых классов, приглашали учеников из других городов. Разрешалось брать в команду учеников максимум на три года старше и на один младше, если игроков не набиралось. Но нельзя было звать профессионалов, а то нечестно получалось.

– Понятно, – произнесла задумчиво Марина и продолжила слушать, облокотившись локтем на стол.

– И ваших родителей приглашали на такую игру, а приглашали именно выпускники одиннадцатых классов, потому что им не хватало ребят. На баскетбол и волейбол. И вот сколько их в команде набралось, столько человек играло, и ни один не сел на скамейку до перерыва. Вот какие сильные ребята тогда были, вот какие отзывчивые ваши родители!

Девочки сидели за столом с раскрытыми ртами. Товарищество всегда было на первом месте у предыдущих поколений.

Альбина с Мариной уже знали, чем они могли заняться. Когда они приготовили одежду для вечерней прогулки, а это было в обед, дедушка перенес им из кухни в комнату большую сетку с сушеной фасолью. Вот тебе и занятие на вечер. Нужно будет шелушенной фасолью наполнить бутылки. Девочки решили не ходить на стадион, а оставить это занятие на вечер.

Пока что они отправились на еще один задний двор собирать красную смородину. Помимо палисада позади дома, большого огорода перед домом, за баней находился еще один участок, который служил нашей пожилой паре бахчами. Кроме арбузов, дыней, тыквенных растений и небольших ягодных кустарников, здесь сажали картошку. Когда–то старикам приходилось ездить на поля, что далеко от деревни, но теперь у них есть возможность ухаживать за огородом, не покидая его на долгое время.

Итак, девушки принялись обирать кустарники, а в это время, стараясь развеять скуку и тишину, они включили музыку и начали подпевать ей. Да, получалось не складно и немного фальшиво, но, в конце концов, они не исполнители эстрады или большой сцены! Примерно через час работа закончена. Прабабушка Рада позвала их покушать, но девочки только перекусили, и Марина позвала свою родственницу играть в мяч.

Они отрабатывали подачи, верхние и нижние, а при этом еще думали о том, как играли в свое время Мария и Павел. Очень уж их интересовали истории предыдущего поколения. Минут через тридцать–сорок их силы иссякли, и они решили зайти в избу и немного передохнуть. Девочки окинули фасоль таким взглядом, который выражал их нежелание заниматься ею.

В конечном итоге они решили немного почитать, чтобы книги не пропадали даром, а после прочли едва не половину от всего объема.

Нет, им было, чем заняться, и они не скучали! Подруги занимались, чем хотели и не задумывались ни над временем, ни над какими–либо другими хлопотами, за исключением помощи старикам.

Но вот время препровождения близилось в семи часам, и Туро начала свои попытки разбудить Клевера. Сначала она немного качнула плечом, чтобы потревожить голову своей гостьи, не сработало. Тогда прикоснулась своими холодными руками к ее шее, и Ботаник сразу же подняла свою голову с плеча гостеприимной хозяйки.

– Сколько…я проспала? – Клевер огляделась по сторонам, протирая глаза.

– Достаточно, чтобы покинуть комнату.

– Стой! – Клевер взволновалась. – Как, покинуть? А как же прогулка!

– Ну, вот, после прогулки и выйдешь, – Туро направилась к тени, где, по идее, прятались ее товарищи.

– Постой! Прошу, не уходи. А то мне как–то не по себе, – Клевер опустила руки и облокотилась на стену. – Мне такой сон снился, будто мне кто–то про Европу рассказывает. И голос был точно женский. Не знаешь, кто это мог быть?

– Знаю.

Как гром среди ясного неба должно звучать это слово в ушах Клевера. Но, может, она еще не проснулась окончательно, или, же она не услышала.

– И ты, конечно же, не поведаешь мне этой тайны, – на лице ее появилась улыбка с легкой иронией.

– Лично я могу сказать тебе только то, что эта девушка очень близка и дорога тебе…

И больше ничего. Равнодушие в обмен на равнодушие. При этом для обеих сторон такие чувства были не свойственны. Почему же произошли такие изменения? Произойдет что–то необычное, непредсказуемое, или уже произошло?! Произошло, когда душа сблизилась с тем, кто находится внутри комнаты и так сильно похож на нее? Или это изменение произойдет, когда душа войдет сегодня в комнату? А может, это, все–таки, связано с тем, что происходит внутри Марины и никак не связано с внешним миром? Эти странные чувства, эти непредсказуемые эмоции дают лишь больше загадок. Но понятно лишь одно: кульминация уже наступила. Кульминация начала свое развитие с того момента, когда Альбина узнала о семи душах.

– Ясно, – только после этого Клевер прикоснулась к экрану.

Когда она это сделала, увидела перед глазами Альбину, которая читает книжку, а на столике возле окна лежали приготовленные для души четыре зеленых резинки и зеленый браслет. В нем было всего два цвета и три ряда. Но это было только на руку Клеверу. Цвета в браслете всего два: зеленый, словно сочная весенняя трава, и малахитовый.

Клевер окинула своим трезвеющим от туманных мыслей взглядом Альбину, поняла, что она ее игнорирует, как и было задумано, и подошла к зеркалу, чтобы завязать волосы. Вчера Перчатка не стала все резинки складывать в одну. Она сделала два хвоста сзади на уровне ушей и близко друг к другу, а примерно на середине болтавшихся волос повязала третью резинку. Получилось неплохо.

А Клевер решила поступить по–другому: она зачесала челку назад и завязала ее первой резинкой, затем захватила волосы с висков и также завязала их. Третьей резинкой душа собрала оставшиеся волосы, ну, а последней завязала волосы чуть ниже. И если Кисточка и Перчатка постоянно дотрагивались до своих волос, чтобы проверить, все ли резинки на месте, то Ботаник, как и остальные души, уже ни как об этом не заботилась.

– Так, соберись! Сейчас ты не с Туро, а с Альбиной. И сейчас нет той тихой, спокойной, но мрачной обстановки. Сейчас все по–другому! Начинаем представление. И пускай другие души повеселятся вместе со мной! – с этими мыслями она взяла со стола часы и надела их на левую руку вместе с браслетом. Так казалось, что браслета вовсе нет!

На мгновение появилась та самая улыбка, которой так не хватало Клеверу последние часы. Но она быстро исчезла под прочной сценической вуалью, которая скрыла обычную душу. Теперь это был хмурый, резкий, нетерпеливый и горделивый парнишка, внутри тела девушки.

Через несколько секунд начали наблюдаться изменения в движениях и привычках. Обычно Клевер закидывала ногу на ногу, когда садилась на стул. Теперь же, подойдя к столу и сев рядом с ним, парнишка расслабил ноги и расположил их произвольно.

Плавные движения романтика и философа сменились резкими и ничего не значащими рывками. За Ботаником можно наблюдать бесконечно. Она поднимет руку, и вы посмотрите на эту руку. Услышав слова Ботаника, вы будете находить смысл этих слов в ее движениях. Сейчас же эти движения не значат ровным счетом ничего!

Посмотрев на безучастную Альбину, резкий мальчишка, – нет, лучше сказать, парнишка, парень или молодой человек, потому что хоть он и казался горделивым, словно ребенок, но его взгляд и поведение все-таки говорили о его взрослости – парень встал и принялся ходить по комнате. Так продолжалось минуты три. За это время Альбина всего один раз посмотрела на своего нового и странного гостя, чтобы увидеть его реакцию. Она видела, как он бесился от того, что на него не обращают внимания и едва скрывала насмешливую улыбку на лице. Клевер заметила эту улыбку; она стала доказательством того, что Клевер прекрасно справляется со своей ролью. Вдруг она остановилась на середине комнаты, а когда повернулась лицом к Альбине, та невольно вздрогнула. Клевер резко приблизилась к ней и едва не села на диван. Их лица были в десяти сантиметрах друг от друга.

– Может быть, ты закончишь?! – Прорычала Клевер.

– Что именно закончу? – с недоумением спросила Альбина, но было заметно, что она играет.

– Игнорировать меня!

– Я не понимаю, о чем ты. Я просто читаю.

Ответ от Клевера не последовал. На ее лице отразилась лишь легкая улыбка. Вы могли бы подумать, что душа вот–вот сорвется и начнет смеяться, а улыбка лишь начало провала. Но Альбине эта улыбка показалась насмешкой или, лучше сказать, надменностью, которую парень не может скрыть. От такого выразительного проявления характера у любого по спине пробегут мурашки.

Ботаник резко выпрямилась и рухнула на стул. Перед ней оказалась сетка с фасолью. Думаю, с этого момента стоит называть Клевера по тому имени, которое она сама выбрала себе для игры. Поэтому в течение нескольких часов перед нами будет находиться парень по имени Туро. Итак, Туро принялся шелушить эту фасоль. Складывал он ее во временную сеточку, а отходы выбрасывал в заранее приготовленное ведро. Через минуту Альбина закрыла книжку, и Туро заметил это, но не обратил своего внимания. Еще через несколько секунд она присоединилась к нему. Постепенно Туро начал увеличивать свой темп, и Альбина погналась вслед за ним. Сухие стручки так и сыпались в ведро, но продолжалось это только минуту.

– Учти, это не соревнование, – сказала Альбина, и Туро остановился. Но девочка увидела лишь ухмылку на его лице.

– А кто сказал, что это соревнование. Буду я с тобой заниматься таким, – он продолжил чистить фасоль в том же темпе. – Но разве тебе не хочется покончить с этим занятием как можно быстрее, чтобы выйти на улицу?

– Ну, возможно…

– Так чего же ты ждешь?

И снова в избе воцарилась тишина, и слышались только щелканья сухих стручков. Когда, наконец, работа была окончена, Туро снял майку, взял бутылку, поставил на стол и, стоя по пояс в нижнем белье, скомандовал:

– Сыпь.

– А ничего, что неприлично девушке снимать майку.

– Все равно, я пацан, сыпь.

– А то, что ты сделал это в присутствии девочки?

– Сыпь!

– Ты что, эксгибиционист?

Туро перестал суетиться, оглядел Альбину с головы до ног и спросил:

– Ты где таких слов набралась?

– Нигде.

– Я, кажется, знаю, откуда ты его взяла, но лучше не стоит говорить его на улице. И уж тем более не обзывать им других. Обидятся.

– А почему?

– Узнаешь, если мы скоро закончим это дело! – из рук он сделал воронку и надел ее на бутылку.

Через несколько минут наполнились две бутылки, а фасоль, которая не поместилась, осталась в сетке. Когда наши герои вернутся домой, сетка вновь окажется на кухне, фасоль на погребке, ведро в сарае, а его содержимое будет служить ужином для кроликов.

– Собирайся, – скомандовал Туро, и Альбина, на свое удивление, покорно повиновалась.

Туро надел черную безрукавку с горлышком, а поверх нее расстегнутую рубашку в клетку, коричневых, черных и бордовых цветов. На свое удивление Туро обнаружил странный комплект одежды. И он мог понять рубашку, безрукавку и галстук, который, кстати, тоже был в клетку. Но парнишке и в голову не могло прийти, что ему придется надевать штаны с мотней! Это были голубые, полутряпочные – полуджинсовые штаны. На правом колене, а также под левым коленом, горизонтальные дырки в виде тонких прорезей. Надо было отдать этим штанам должное. В отличие от других моделей они не были такими страшными, будто в них наложили каких–то тряпок! Эти выглядели более аккуратными. В свое время тетя Клара подарила их своей племяннице, потому что сама тетя уже выросла из своей одежды.

Недолго думая, Кисточка осчастливила противного и назойливого духа, положив ему вот такой подарочек, о котором он узнал только в деревне, то есть слишком поздно, чтобы что–то поменять. В конце концов, хоть раз должен кто–то их надеть! А то вещь пропадает.

Альбина оделась по–простому: джинсы, майка и олимпийка. Из обуви она еще долго думала, что ей надеть, сандалии или же кроссовки. В сандалиях удобно, но так как уже вечер, на улице в них будет холодно. А кроссовки натирают на ногах мозоли, но в них тепло. Действительно, сложный выбор для девушки. А Туро на этот счет не станет заморачиваться. Он просто обует кеды Велосипедиста, вот и вся проблема. Поэтому он позволил себе выйти на улицу и оставить Альбину в прихожей, наедине со своим выбором.

Когда Туро вышел на улицу, он вобрал свежий воздух в легкие через нос и сделал выдох через рот, сопровождая эти действия потягиваниями. Да, это единственное, что осталось у этого парня от знакомой нам души. Через несколько секунд грубые черты лица разгладились, резкость движений постепенно исчезла, и Туро стал больше походить на ту душу, которая прикоснулась к экрану и стала изображать парня.

Теперь это был не взъерошенный человек, которого выводил из себя каждый посторонний шорох. Этот человек совсем другой; он прислушивается к любому хаотичному звуку и находит в нем шелест листьев, трели птиц, разговоры людей, а также прочие проявления прелестей природы.

Парень устремил свой взгляд в небо, но не увидел ничего, за что мог бы зацепиться взгляд.

– Странно, – сказал он вслух, и кто–то в комнате спросил его.

– Что именно?

– Будет дождь.

Альбина вышла из дома и увидела, как Туро смотрит на небо. Уже темнело, но солнце еще оставляло отпечаток своих лучей.

– Пойдем? – короткий вопрос прозвучал неожиданно ласково, и Альбине стоило больших усилий скрыть это удивление.

Через минуту они вышли за ворота и стали подниматься в гору.

– А куда мы идем? – кротко спросила Альбина. Она уже не знала, как себя вести. Ведь раньше, когда она игнорировала его; когда шелушила с ним фасоль, когда она долго собиралась, заставляя его ждать себя: все это время она ставила себя выше него. Ей казалось, будто он высокомерен, и девочка пыталась не отставать от гостя. Сейчас это высокомерие улетучилось в темнеющее небо, а уверенность Альбины растворилась в тот момент, когда Туро посмотрел на нее без улыбки, но с ласковым лицом, и спросил:

- Пойдем?

– Насколько мне помнится, я обещал показать тебе, что значит то слово, которым ты назвала меня, когда я снял майку.

– Эксгибиционист?

Туро слегка дернул плечами и обнажил в улыбке белые зубы.

– Да, оно самое.

Когда они поднялись в гору, прошли мимо двух магазинов и дошли до третьего продуктового, Альбина поняла, куда ее ведут. В библиотеку.

Туро взглянул на часы и сорвался с места.

– Побежали, – произнес он коротко, спокойно и без каких–либо восклицаний.

Альбина побежала вслед за ним, не говоря ни слова. Она просто машинально сорвалась с места и побежала по заасфальтированной дорожке. Как раз в это время, когда ребята добежали до клуба и завернули за угол, библиотекарь пытался закрыть дверь.

– Здравствуйте! – воскликнул Туро, ничуть не запыхавшись от пробежки.

– Здравствуйте, – произнес библиотекарь в ответ и оглядел незваного гостя с ног до головы.

Это был не один из тех библиотекарей, которых ребята видели во вторник.

– Вы не могли бы пропустить нас в библиотеку, буквально на несколько минут?

– Извините, молодые люди, – после этих слов он оглядел еще и Альбину, которая, к счастью, не видела этого странного взгляда, потому что была занята другим; она пыталась отдышаться после пробежки. – Я уже закрываю помещение.

Он снова принялся поворачивать ключ в замочной скважине, но ничего не выходило. Туро наблюдал около пятнадцати секунд за этим душераздирающим зрелищем. И если он смотрел на руки библиотекаря, то Альбина смотрела в лицо Туро; оно выражало сочувствие и жалость. Потому что в этот момент Клевер вспомнила, как другие библиотекари долго мучились с этим замком. Туро облокотился на стену правым плечом, наклонил голову и с сочувствием спросил:

– С утра два раза ключ поворачивали?

Библиотекарь повернул голову в сторону Туро и удивленно посмотрел на него, нахмурившись.

– Да, а что?

Туро вздохнул по старой привычке, оттолкнулся от стены, вытаскивая руки из карманов, и протянул правую руку.

– Дайте ключ.

Библиотекарь покорно отошел от двери. Туро вставил ключ, повернул против часовой стрелки на несколько градусов, а потом незаметно приподнял ключ, вверх и повернул его до конца.

– Сразу видно, что вы недавно здесь работаете, – проговорил в этот момент Туро. – Пропустите нас? И я закрою дверь.

– Ну, теперь я могу сделать это и без вашей помощи, – в ответ на лукавые слова библиотекаря Туро с ухмылкой на лице приподнял левую бровь (библиотекарь даже перестал улыбаться в ожидании чего–то нехорошего), повернул ключ по часовой стрелке и вытащил его из замочной скважины.

– Ну, попробуйте, – сказал он, протягивая этот ключ собеседнику.

– Ладно, – прорычал он, дергая за ручку двери. – Только недолго.

– Спасибо огромное, – вместе со словами благодарности промелькнул легкий поклон, который заметила Альбина. Похоже, библиотекарь также заметил этот жест и удивился ему, ничуть не меньше девушки.

Туро мигом шмыгнул во второй отдел библиотеки, где лежали более старые книги. Альбина проследовала вслед за ним. А Туро тем временем нашел полку со словарями и достал оттуда Словарь Ожегова, нашел нужную страницу.

– Э, – начал он водить пальцем по страницам. – Вот! Полюбуйся–ка.

Он протянул книгу Альбине на раскрытой странице и стал поглядывать, то на ее лицо, то на книгу. Постепенно глаза девочки становились шире, а щеки наливались румянцем.

– Боже, как я могла такое сказать! – качала она головой, прикрывая лицо ладонями.

– Эксгибиционизм – психологическое отклонение, проявляющееся в публичном обнажении тела с целью самовозбуждения и сексуального удовлетворения. Вашу, Глашу! Только не говорите мне, что вы из–за этого притащились в библиотеку и начали меня шантажировать возле порога.

Последние слова прозвучали спокойно и без каких–либо восклицаний. И от этого Альбина только еще больше засмущалась, красная краска проступила не только на лице; уши, казалось, тоже вот–вот задымятся.

– Ладно, спасибо вам огромное! – сказал Туро и отдал ключи библиотекарю.

– Добром за добро да? – улыбнулся библиотекарь в ответ и отправился в противоположную сторону.

– Куда пойдем? – спросила Альбина.

– Куда угодно, только не по этой дороге, – Туро указал пальцем на заасфальтированную дорогу.

– А почему не здесь?

– Да потому что вы тут постоянно ходите, – парень произнес эти слова с улыбкой и легким смехом.

Часть 5 Глава 20

Глава двадцатая

Они спустились с горки, обошли дом и пошли вдоль той улицы, на которой они живут. Альбина, пока слушала рассказы Туро, даже не заметила, как спало все ее напряжение. Наверное, это произошло еще тогда, в библиотеке, когда они положили книгу на полку и вышли из помещения, а Туро закрыл дверь.

Теперь она просто шла рядом с этим странным человеком и нисколько не задумывалась о том, как ей себя везти с ним. Так интересны были его рассказы и такими интересными были его чувства.

– Что–то тихо идем! – произнес неожиданно парнишка.

– Да, а что ты хочешь?

– Что я хочу? – Туро задумался. – Вообще, я по жизни много чего хочу. Например, сейчас я хочу клубнику, хотя ее я хочу постоянно. Сейчас я хочу…о! – он указал пальцем на ближайший палисад. – Я хочу яблоко, ты будешь яблоко?

– А давай! – ее согласие прозвучало с таким же задором, как и вопрос, на который оно было дано. Альбина просто не могла удержаться от этого ребячества, так сильна была подростковая непосредственность парня.

Туро тем временем благополучно перепрыгнул через забор и набрал целый карман яблок. Правда, на обратном пути его задержали некоторые обстоятельства.

– Чертова мотня! Ни ноги задрать нельзя нормально, да ничего нельзя нормально! Проклинаю тот день, когда разрешил собирать сумку Дигуре! – Альбина наблюдала за мучениями товарища и невольно у нее вырывались смешки и хихиканья. В конце концов, он просто подтянулся руками на заборе. – Вот тебе смешно, а мне как–то. Ай! Не до смеха! – и перекинул обе ноги через забор. – Держи, сладенькие яблочки, выращены в палисаде неизвестного огородника, поставщик, а поставщик…зовите меня просто Туро! – последняя фраза была пародией на слова Машеньки из сказки «Маша и Медведь».

«Зовите меня просто Маша!»

Альбина оценила ребячество своего друга, и они повернули налево, к заасфальтированной дороге. Альбина только через пять минут поняла, что они подошли к стадиону, только с другой стороны. Видимо, ей так нравились рассказы Туро, что она не заметила, куда он ее ведет.

– Вообще, все эти истории я знаю только понаслышке. После того, как мы оказались в этом теле, – говорил он, – все ребята начали постепенно вспоминать свою прошлую жизнь. В то время как я обнаружил у себя амнезию. Да, я не вспомнил ничего, и мучаюсь от этого и по сей день.

– А. А почему ты носишь браслет вместе с часами?

– А ты как себе представляешь пацана с браслетом на руке?

– Если честно, то никак! – она начала хихикать.

– Вот, и я про то же. Приходится выходить из положения! – после этих слов он посмотрел на часы и продолжил беседу. – А у тебя в детстве не было каких–нибудь веселых моментов?

– Я даже и не знаю…

– Как это!

– Ну, может, это потому, что мне никто не рассказывал о моем детстве.

– Печально, конечно, но должна, же ты хоть что–то помнить!

– Можно подумать, что ты помнишь! – обиделась Альбина, но довольно быстро поняла, что ее слова были куда обидней для собеседника. Но Туро сделал вид, что они относятся вовсе не к нему.

– Я–то не помню, но ведь мои друзья помнят! Не знаю, сколько лет им было до этого, но уверен, что они рассказали мне все как ну духу.

– Это как?

– Ну, произошел один случай со мной в детском саду. По словам Холи, это было «что–то с чем–то»!

– Ну–ка, мне интересно послушать!

– Тогда можешь начинать! Присаживайся! – Туро пригласил сесть Альбину на скамейку, а сам остался стоять.

– А ты не присядешь?

– Нет, – протянул он. – Обойдусь. Так вот.

– Прости, я перебью, тебя.

– Да, конечно, слово дамы – закон, говорите!

– Ха–ха! Я хотела спросить, а с кем ты познакомился первым?

– С кем? Ну, дай подумать. Тсайк, точно, первым познакомился с Холи. Я же, вроде как, сначала познакомился с ним. Хотя, нет, постой–ка…ну, конечно! – Туро ударил себя по лбу. – Мы все сначала познакомились с Холи! Она тогда по всем садикам прыгала и находила себе новых друзей! И чаще всего находила парами. Например, с Эйди и Дигурой она, вроде как, познакомилась в один день. Но по ее рассказам, похоже, меня и Тсайк она встретила по отдельности.

– Хм, понятно, хорошо, продолжай, прошу.

– Ладно, сижу я на скамейке в садике, в беседке. Тут ко мне подходит Холи. Слово за слово, и она обвиняет меня в том, что я маленький маменькин сынок. И что, прошу прощения, хожу в панталонах! Я долго себя ждать не заставил и показал ей свое нижнее белье. Половина народу именно в этот момент, естественно, обратили внимание на нашу беседку и расхохотались во все горло. Воспитательницы только и успевали, что слезы им вытирать. Тогда Холи тоже засмеялась, а потом сказала: «Дурак ты! Подождать нужно было. Давай так, ты завтра придешь и не в спортивных штанах, а в брюках нормальных, на молнии». Я начал заступаться за себя, мол, что спортивный костюм специально переодел, для улицы. И говорил я правду. Но она решила закончить свои издевательства на следующий день.

Утром она зашла вместе со мной в уборную, для мальчиков, и там я перед ней, блин, снял штаны! Она еще издевалась! Сказала: «О! Джинсы, да еще и на молнии!». И тут, именно в этот момент, вышел из кабинки директор! Я на нее посмотрю, на директора, а потом уже обращаю внимание на себя. Голову опускаю и! – он взмахнул руками и почесал затылок. После он едва заметно взглянул на часы, пока опускал руку.

– Ха–ха–ха! Вот весело!

– Да, не то слово! Слушай, пойдем, а то чего на месте сидеть!

– Действительно. Куда пойдем?

– А пошли в обратную сторону по той же дороге. Во дворе посидим. Я тебе еще о чем–нибудь расскажу.

– Ну, так как слушать тебя, как оказалось, одно удовольствие, я буду не против, послушать тебя еще!

– Вот и отлично! – Туро поднял левую руку, посмотрел на часы и снова продолжил идти.

По дороге они начали разговор уже о том, как Туро познакомился с другими ребятами. Про Эйди и Тсайк он сказал слишком мало, потому что в их встречах, по его словам, не было ничего необычного.

– А при встрече Руни и Тайо я вообще получил от первой пощечину!

– Да ладно?

– Вот тебе и «да ладно»! Это было жестоко с ее стороны, но в то же время я осознаю и свою вину.

– Даже так?

– Даже так, – Туро покачал головой. – В конце концов, я начал эту историю. Как ты знаешь, наш стадион разбит на несколько частей. И когда Тсайк закончил свои соревнования, мы решили вместе прогуляться по другим кортам. Вдруг мы услышали какие–то крики, мол, кто это? Кто там бежит уже два круга вперед? Все задавались вопросом, не выдохнется ли этот бегун сразу. Но нет, этот бегун добежал до конца и выиграл гонку, а за ним прибежала еще какая–то девушка. И вот победитель подходит к нам, сама Руни, а вместе с ней девочка. Естественно, я их не знаю. Смотрю, к Тсайк прижимается бегунья–то эта. Ну, недолго думая, я начинаю обнимать ее подружку. В конце концов! Что это, у Тсайк есть подружка, а у меня нет! Девчушка засмущалась, и в этот момент на меня как буря налетела Руни. Потом еще долго левая сторона болела, – с этими словами он потер левую щеку. – Это я знаю по тому, как мне рассказывали, сколько дней я после этого ныл.

– Да, неплохо ты отхватил! – смеялась Альбина.

Туро улыбнулся, посмотрел на часы и опустил руку.

– А почему ты постоянно смотришь на часы? – она посмотрела прямо в глаза Туро, чтобы попытаться прочесть его мысли, но счетно. Покер фейс шута было невозможно ни прочесть, ни сломать, ни распознать. – Ты что, считаешь, сколько тебе осталось до расставания? Тебе со мной скучно, ведь так?

– С чего ты это взяла? Я просто люблю поговорить. Не думай, что мне не нравится, что ты меня только слушаешь. Просто я не даю тебе и слова вставить. А поглядывать на часы – это старая привычка. В ожидании, когда приедет Тсайк, я всегда смотрю на часы и засекаю время. Действительно ли он так пунктуален. И, знаешь, за все время нашего знакомства он ни разу не опоздал, ни на одну из наших встреч.

Альбина опустила глаза, вспомнив рассказ Тсайк о его дедушке, и задумалась, а Туро вздохнул своей настоящей привычкой. Хотя, кто знает, может когда–то, и поглядывать на часы было его привычным делом.

– Нужно предупредить бабушку, что мы вернулись с прогулки.

– А она знает, что мы уходили? – удивилась Альбина, когда они заходили на кухню.

– Пока ты думала, надевать кроссовки или нет, я успел предупредить ее, только крикнул, а она ответила, – Альбина покраснела. Теперь из–за своей надменности она чувствовала смущение и стыд.

– Ладно, бабуля, мы вернулись, посидим во дворе, поиграем и зайдем, хорошо? – Туро вошел в зал и увидел бабушку. Она сидела в темноте и смотрела телевизор.

– Да конечно, ой! Мариночка. Как интересно ты одета!

– Да вот, подкинула тетка шмоток!

И действительно, Марина еще ни разу не одевалась так, как сегодня. Черная безрукавка, которую обычно носят без каких–либо дополнений. Рубашка, которую носят застегнутой. И, наконец, штаны с мотней, которые вообще у нее обычно не носятся!

– Дай, я рассмотрю тебя. Ну, красиво, ничего не скажешь!

– Да ладно тебе, бабуль! – Туро обнял Раду и направился к выходу.

– А как же кушать?!

– Не переживай, если нужно будет, мы сами о себе позаботимся, – сказал Туро и закрыл за собой дверь.

Они обулись и вышли на улицу. Уже стемнело. На небе начали проклевываться звезды. Альбина присела на большую трубу, которая располагалась вдоль всего дома.

– Тебе не холодно? – поинтересовался Туро.

– Да как–то нет. Пока что. А ты что, замерз?

– Знаешь, я как–то и не чувствую холода. Не знаю, почему…

– А почему Тсайк не улыбался почти, когда разговаривал со мной?

– Понимаешь, Тсайк – это не такой человек, который будет улыбаться всем подряд. Если этому человечку действительно весело, это отразится на лице. Вот так вот, да.

– Ясно, эх!..

После некоторого молчания, которое никого не смущало, Туро предложил:

– Сыграем?

– Во что?

– А ты можешь предложить что–то еще помимо волейбола? – усмехнулся Туро, подкинул мяч, и он точно по волшебству упал в руки Альбины. – Ну, что скажешь? Всяко лучше, чем просто сидеть без дела.

– Хорошо–хорошо!

Альбине был предоставлен выбор, начать игру или же продолжить ее. Начинать игру у нее получалось немного лучше, поэтому она оставила мяч у себя в руках. Она принялась подкидывать его и заметила, что Туро не просто стоит и ждет, когда мяч будет подан. Он наклонился вперед, как профессионал, но не поднял руки на уровень глаз, а оставил их внизу. Будто он ждал низкой подачи.

Альбина подала мяч верхней подачей, и он полетел прямо в сторону противника. И отбит был так плавно и легко, словно подача была слабой. И мало того, что она столь изящно и точно отбита, она еще и попала прямо к адресату. И благодаря такому точному пасу, Альбина легко смогла пасовать мяч обратно.

Эта игра является наглядным примером того, когда один человек тянет за собой другого, корректируя ошибки и недочеты второго. Редко можно наблюдать это исключительно уникальное зрелище. Просто потому, что таких корректоров в командах достаточно мало. И как обычно происходит, все игроки команды находятся на одном уровне развития. А здесь, если посмотреть на эту игру со стороны, сразу можно понять, на чьей стороне перевес силы. Альбину это различие и напрягало, и успокаивало. Она слаба перед своим противником, но она может быть уверена в нем, когда он союзник. Об этом она думала в перерывах между своими пасами, когда мяч касался его ладоней или предплечий, а она ждала ответа. Во время игры ей просто некогда было думать.

А ведь игра проходила не в лучших условиях. Руки деревенеют от холода, а из–за темноты мяча и оппонента почти не видать. Лишь уличный фонарь хоть как–то выделяет силуэты игроков на фоне тьмы.

В какое–то мгновение Туро просто ловит мяч и говорит:

– Давай на этом закончим?

– Что, надоело или выдохся? – Альбина насмехалась, а сама пыталась отдышаться.

– Я лишь хочу немного позже показать тебе кое–что. И боюсь, что во время игры я могу упустить подходящий момент.

– Ладно, если ты настаиваешь…

Альбина удивилась, но просто подошла к нему.

– А какое тебе животное нравится? – неожиданно спросила она. – Я знаю, что твоему другу нравятся волки.

- Это она о Велосипедисте, что ли? – подумала Клевер.

– А мне нравятся обезьяны!

– Да ладно?! – засмеялась Альбина и начала разглядывать лицо Туро с разных ракурсов.

– Ты чего делаешь? – усмехнулся он.

– Хочу понять, с какой стороны ты похож на обезьяну.

– Ну, это невозможно по нескольким причинам. Во–первых, все мы произошли от обезьян, по одной из гипотез. А во–вторых, с тем же успехом ты бы искала в лице Марины черты волка, кошки или слона! Поэтому и обезьяну во мне искать бесполезно!

Альбина немного посмеялась над самой собой и встала прямо, оставив свои попытки и осознав, что шутка парня переиграла ее шутку.

А тем временем Туро пристально вглядывался вдаль. Будто он пытался найти звезды, но их не было видно. Звезды появлялись только над их головами. Туро глубоко вздохнул и сказал с улыбкой:

– Так и думал.

– Что?

– Пошли!

– Но куда?

– На крышу.

Последняя фраза прозвучала, словно ее говорил герой из фильма «офицеры», когда его жена рожала, а солдатам нужно было покинуть вагон.

Когда ребята взбирались по лестнице, Туро еще раз вспомнил этот фильм и напел первую строчку из песни, которую солдаты пели на крыше.

– Наш паровоз, наш паровоз вперед летит!

– Ха–ха–ха!

Они поднялись наверх. Туро помог девочке. Она едва не потеряла равновесие, но Туро ухватил ее за рукав. Потом улыбнулся, поднял руку и указал пальцем на горизонт.

– Смотри.

Девочка начала вглядываться во тьму.

– Я ничего не вижу.

Она с этой фразой хотела повернуться к нему, но парень остановил ее.

– Не отвлекайся!

И молния! Вдруг сверкнула молния! И почти перед самыми глазами ребят. Альбина даже отшатнулась, но Туро поддержал ее за плечи и вернул в прежнее положение.

– Не понимаю, что происходит, – думал он. – Но мне кажется этот пейзаж настолько знакомым, что я могу поклясться всем, что у меня есть. Хоть душой, хоть телом,…которого у меня нет…

Через несколько минут это потрясающее зрелище отдалилось, а потом и вовсе исчезло. Но было такое чувство, будто белые нити раскалывают небо на несколько частей. Или его атакует целый град камней, от которых небо трескается, словно стекло или зеркало. А за черным полотном скрывается белый свет, как за ночью скрывается день.

Они спустились вниз и вошли в дом. Ребята решили перекусить, и зашли на кухню. В зале свет уже потух. Туро снова посмотрел на часы.

– Двенадцатый час, – пробормотал он.

– Слушай, а давай поиграем в карты! – предложила Альбина.

– Знаешь, я не игрок! Я постоянно проигрываю Холи, думаешь, смогу у тебя выиграть?

– А что, она так хорошо играет?

– Гм, не то слово!

– Хотелось бы хоть раз сыграть с ней.

– Вот, с ней и играй, а меня донимать не нужно.

– Ну, пожалуйста! – Альбина едва ли во весь голос не начала умолять Туро, и, в конце концов, он согласился на одну партию.

– Раскладывай! – сказал он, когда они вошли в избу и сели на диван.

Когда игра началась, Альбина очень сильно удивилась. Он и вправду играет неважно. Но она хотела сделать приятно ему, словно какому–то ребенку, поэтому начала поддаваться. Туро это заметил, но говорить ничего не стал. В итоге он все–таки выиграл.

– Отлично! – сказал он. – Только, в глазах что–то…темнеет…

Парень потер глаза и начал медленно падать на диван. Казалось, будто он заснул. Но на самом деле это Клевер просто неожиданно вышла из комнаты.

– Была рада знакомству, – сказала Альбина на прощание и продолжила собирать карты в стопку. – Просыпайся, Марина!

Часть 5 Глава 21

Глава двадцать первая

– Молодец!

– Вообще! Тебе нужно в актеры! – кричали души.

– Отлично сделано! – приветствовали они своего товарища. Все были веселы и старались узнать у Клевера как можно больше.

– Что сделано?..

Неожиданный вопрос, который был произнесен тихим, но властным и спокойным голосом, заглушил всякие крики. Души обернулись в сторону диванов. Велосипедист сидела на одном из них и внимательно наблюдала за каждым из своих товарищей. Ее спина была все такой же прямой. И невозможно было даже подумать, что несколько дней назад она плакала на плече Гимнастки. Это была прежняя, настоящая душа красного цвета. Она смотрела на всех повелительно. Души невольно опустили глаза от этого взгляда из–под бровей. На мгновение они даже засомневались в своей правоте, пока вперед не вступила Праздник.

– Пока ты тут отлеживалась, мы одно предприятие задумали! – сказала она твердо и решительно. И никто уже не сомневался в том, что они окажутся правыми.

– И что же это за…предприятие? – и снова всех пронзил серьезный и хмурый взгляд, который чувствовал что–то недоброе. И единственной, на кого не действовал этот взгляд, была Гулена.

– Очень выгодное предприятие, которое научит некоторых штатских правильно вести себя с взрослыми.

– Штатский, как я понимаю, это ребенок, – Велик медленно поднялась с дивана и без всяких усилий. Души даже вздрогнули. А взгляд ярких красных глаз продолжал сверлить в них дыры. – И, кажется, я знаю, что это за ребенок.

Она подошла ближе. Никто не сделал ответного шага. Все оставались на своих местах.

– Но кто, же те взрослые, о которых вы говорите?

– А ты не догадываешься? – Праздник усмехнулась. И яркий взгляд теперь был направлен точно на нее. Они смотрели друг на друга в упор. Недалеко ушел фиолетовый цвет от красного. И казалось, будто эти цвета вот–вот сольются, и не будет понятно, кто здесь победит.

– Уже догадываюсь. Какой сегодня день недели? – Велик повернула голову налево и направо, оглядев всю толпу, и обратилась к ней своими последними словами. Велик смотрела то в одну сторону, то в другую. И наконец, ответила Клевер.

– Велосипедист, – Велик посмотрела на товарища. – Четверг.

– Понятно, значит, скорее всего, сегодня была кульминация вашего предприятия, – Велик снова остановилась на Гулене, так как понимала: что бы ни произошло, пока она спала, зачинщиком всегда будет она, Праздник. – Ведь так?

– Как ты проницательна, – Гулена слегка откинула голову назад. Казалось, будто она начала смотреть на Велика свысока, но она ошиблась.

Велосипедист говорила со слегка наклоненной вниз головой. Но когда Гулена сделала свой ход, Велик подняла голову и посмотрела ей прямо в глаза. Притом, что Гулена держала свою голову высоко, а Велик смотрела на нее прямо, в этой позиции они были наравне. Что же случится, если и Велик подымит свою голову, если уже сейчас в пустоте царит такое напряжение!

– Так что же происходит? – она задала главный вопрос.

И здесь Праздник больше не могла выдерживать натиск Велика. Она опустила голову и рассказала все то, что случилось в последние дни. По мере того, как рассказ приближался к четвергу, лицо Велика становилось все более спокойным и безразличным. Она не погружалась в свои мысли и рассуждения. Наоборот, она начинала слушать внимательней, и это пугало всех. Ведь с каждым новым абзацем рассказа Гулена говорила все тише и менее уверенно. И наконец, последние слова прозвучали почти шепотом.

– И вот, ты проснулась…

– Но, Велосипедист, пойми, – вступилась Клевер. – Это можно назвать нашей проблемой. Мы обязаны научить девочку сдержанности и хоть немного научить ее правилам приличия!

– Но это не наша проблема! А проблема ее родителей.

Голос Велика оставался твердым и непоколебимым, а голоса остальных были решительными и настаивали на своем.

– Нет, это наша проблема! Кеми бы мы ни были, мы остаемся жителями города Безымянного.

– Ты хочешь сказать, Ботаник, что эта проблема меня не касается?!

– Я хочу сказать, что она касается не только тебя!

– А кого же еще, нас всех?!

– Не только нас!

– Боксер?

– Клевер, и должна поддержать твою позицию. Пусть ты для нас, словно старшая сестра, но мы считаем, что наша позиция верна.

– Так, кого же еще касается эта проблема?

– Всех жителей города Безымянного, всего молодого поколения!..

Велосипедист вздохнула.

– Ты тоже так считаешь, Гулена?

– Да, ведь если посмотреть на нас со стороны, то можно легко понять, что на самом деле мы все жили здесь раньше. Все наши привычки и повадки говорят об этом. Мы делаем поклоны старшим, обращаемся к окружающим нас людям со всем уважением. И это мы настоящие. Пусть мы и умерли или наши тела сейчас бродят по городу, но мы принадлежим этому месту. Мы его корни.

– Да, и поэтому мы должны показать Альбине, что значит быть жителем города Безымянного. Нет. Что значит быть собой.

–…Вы все правильно говорите, – начала Велик после недолгого молчания. В этот момент, казалось, напряжение спало. А здесь, в пустоте, очень хорошо отражается атмосфера разговора и отношений между душами.

Когда все спокойно – здесь воздух свеж и, кажется, что из комнаты веет прохладным ветерком. Когда кто–то гневается, все становится горячим и раскаленным. А когда происходят такие стачки, пустота угнетает каждого, а иногда, кажется, что эта пустота становится больше. И вот теперь она будто стала прежней, а воздух начал в ней очищаться, но…

– Но…вы это делаете не ради Безымянного, а ради себя. Нет,…вы делаете это…ради меня!..

– А я просила вас об этом? Говорила ли я хоть что–нибудь из того, что сделали вы за эти несколько дней? Что я говорила, разве это! Я жаловалась, это возможно, но я не умоляла вас ни о чем.

– «Хотел меня научить чему–то в конце?» – Велик посмотрела в сторону и увидела Гимнастку. Она прижимала ладони к левому плечу и смотрела в пол. После первых слов она подняла глаза на Велосипедиста. – Я помню все. Как ты вышла, словно какое–то неудержимое и рассеянное существо. Ты искала помощи и легла мне на плечи. Я помню каждое слово, которое ты сказала. «И это говорит мне девочка–подросток, которая понятия не имеет, что творится внутри меня. И она так легко это сказала. Может, я и есть тот старик, который умер много лет назад. А я здесь! – голос Гимнастки повторил каждую ноту, а последняя дрожь в ее голосе пробудила у остальных воспоминания о том злосчастном понедельнике, когда души решили заступиться за свою подругу.– Я открылась, но ошиблась в своем…решении…» В этом был смысл. Мы хотели стать опорой для тебя. Если не можешь сказать, то это скажем мы. Ты сказала лишь нам, что ты ошиблась. Но мы скажем это ей вместо тебя! – душа подошла к Велосипедисту и взяла ее за плечо. – Прошу, пожалуйста, не мешай нам говорить вместо тебя. Ведь мы знаем, что ты не скажешь сама ничего, поэтому не запрещай говорить нам. Если мы скажем прямо, она не поймет. Она не найдет так себя. Но мы сможем ей помочь. Мы заставим показать себя настоящую. Она поймет, Велосипедист. Я обещаю!..

– …Делайте, – Велик слегка наклонилась вперед. – …Что хотите.

И отошла от толпы, сев на диван. Гимнастке показалось, будто над ней нависла буря и вдруг она ушла в сторону. Атмосфера в комнате осталась той же. Только в этой пустоте царило такое угнетение, словно крепкая компания товарищей начала рушиться, успев прожить лишь тринадцать с лишним лет. И единственное, что подтверждало это, находилось на грани между внешним и внутренним миром. А именно внутри комнаты.

Да, лишь в пустоте существовало это угнетение, но в комнате внимательно слушали разговор и тихо смеялись. Можно подумать, что они не воспринимают эти ссоры товарищей всерьез. Будто они знают, что в конце все будет хорошо или они просто помирятся, а может и вовсе забудут об этом.

…

– Да всегда так было! Они вечно спорили и в то же время всегда находились на одной стороне.

– Да, это точно! Ха–ха–ха! – звучали раскаты смеха, которые слышали лишь собеседники.

– А разве не нужно за них переживать?

– Что это ты? Впервые слышу от тебя такое. Что ты за них так беспокоишься?

– Я не беспокоюсь за них, я беспокоюсь за тех, кто внутри комнаты. Почему вы такие спокойные? Либо вам безразлична их жизнь, либо вы знаете, что все кончится хорошо. Но по какой причине вы это знаете?

– О! Ты прям, как будто не из комнаты! Ты ведь здесь вместе со всеми нами!

– Да, действительно! Мы здесь все вместе. Всемером мы прошли долгий путь и очутились в этой комнате. И сделали мы это все вместе. Так почему же ты разговариваешь с нами так отчужденно?

– Потому что я не понимаю вас.

– А это как понимать?

– Да, объясни.

– Вы знаете, чем все кончится. Они помирятся, ведь так?

– Ну, да. А как же иначе?

– Но как они это сделают? С вами или без вас?

– Ну…

– Ну…

– Ха–ха! Хватит нукать! Скажите все, ребята, все, что мы надумали! Не переживай, все случится вместе с нами, мы не останемся безучастными!

– И я буду участвовать?

– Естественно! Мы выйдем все, всемером!

– Здорово! А вы придумали, как?

– Естественно!

…

Часть 5 Глава 22

Глава двадцать вторая

3 августа 2029г. Пятница

После четверга Альбина осталась под большим впечатлением. Она так много рассказывала Марине об их прогулке, что сами души были немного удивлены этому.

Девочки за утро успели перемыть всю посуду в доме, собрать с одного деревца вишню и убраться у бабушки на кухне. Также они не забыли и про свое жилище. После обеда девушки решили отдохнуть и немного посмотреть фильмы. И вот примерно через час кто–то открыл ворота. Во двор въехала машина, и подруги поспешили выйти на улицу, чтобы встретить гостей. Рада уже выходила из кухни, когда на пороге увидела своих сыновей. Это были близнецы Влас и Влад, а позади них внуки, Игорь и Владислава. Ребятишки уже заметно подросли, и сейчас они казались ровесниками Альбины.

– Мамочка! – братья подошли к маме и крепко обняли ее шею.

– Вы же мои солнышки! – мама была очень рада такому подарку от своих детей. Одно то, что они ее навестили, уже было целым сокровищем для старой Рады. – Пойдемте к старой стрекозе, она вас чаем угостит!

– Мама! – засмущался Влас. Обоих братьев всегда удивляла детская непосредственность их матери, в каком бы возрасте она ни была. – Раз уж на то пошло, где же тогда твой старый комар?

– Наш старый комар уже опередил вас. Вот уже зашел домой, за столом ест.

– Отлично! – Влад обратился к внукам. – Будете есть?

– Нет, – ответила Владислава.

– Мы с Мариной пойдем! – подхватил Игорь.

– Ну, хорошо, – согласился Влас. – Заодно познакомитесь с ее подругой. Как я погляжу, вы здесь в гостях? Я раньше вас не видел.

– Я из Безымянного. Моя семья здесь последние несколько лет живет.

– Из Безымянного! Наверное, с Мраморной улицы!

– Да, именно так.

– Туда сейчас многие селятся. Участков достаточно хороших, да и дома большие там строятся.

– Да, – Альбина начала теряться при незнакомых ей людях. Она не знала, как себя вести и что отвечать. Но Марина успокаивала ее своим ласковым взглядом, который передался ей от родителей. Она смотрела на всю семью и замечала, какие у них прекрасные лучезарные улыбки. Ни у кого нет таких улыбок как у них: таких теплых и искренних.

Ребята ушли в избу, а взрослые отправились обедать.

– Ну, как там Глеб, семья его, рассказывайте!

– А что рассказывать? – оба брата глубоко вздохнули.

– Что случилось?

– Да, ничего, мама, ты не переживай! У Глеба все хорошо, и у Ольги, и у «Каплоны» нашей аленькой с ее мужем тоже все замечательно.

– Ну, хорошо, раз так.

Бабушка Рада улыбнулась и со спокойной душой продолжила пить чай. А братья переглянулись между собой и последовали вслед за отцом. Опустив головы, они продолжили хлебать борщ. Но эти взгляды близнецов не ускользнули от их отца. Он знал все привычки своих детей. Особенно близнецов, которых было раскрыть легче, чем младшую дочку или старшего сына. Он знал, что когда они переглядываются между собой, они мысленно о чем–то договариваются, а потом произносят то, о чем договорились. А когда они опускали головы, казалось, будто продолжали разговаривать между собой и думать о том, как скрыть правду.

После обеда все встали из–за стола, и бабушка позвала всех в зал.

– Ты, Рада, иди, отдохни немножко, – прервал ее Бронислав. – А мальчишки мне пока мешки помогут перетащить.

– Не нагружай их сильно. Они, наверное, устали.

– Да там немного!

Бронислав подтолкнул к выходу «мальчишек», у которых уже были свои семьи и почти взрослые внуки. Мужчины повернули налево, когда вышли из дома, и направились к погребу. Прямо перед входом Бронислав повернулся к своим детям и посмотрел им прямо в глаза. Они остановились под вишней и сейчас стояли в ее тени. Поэтому отцу не представляло труда разглядеть все, что творилось на лицах его детей.

– Ты чего, пап? – хором спрашивали близнецы.

– Что случилось с Глебом?

– Папа, ты чего? – переполошился Влас. – С Глебом все в порядке, мы же сказали, – и Влад поддержал брата.

– Мальчишки, – пригрозил Бронислав и еще пристальней посмотрел им в глаза. – Хорошо, пусть так. Тогда…что случилось с Максом?

У братьев дернулись брови, а по вискам заструился пот. Они пальцами почесали свои брови и незаметно смахнули капли с висков.

– Так, – протянул отец. – Значит, я попал в точку. Что творится в семье наших внуков, отвечайте! – они молчали. – Послушайте меня, ребята. Бабушке знать не обязательно то, что вы мне сейчас скажете, а вы скажете, непременно. Для меня же лучше, чтобы я знал, что происходит в нашей семье. Мне будет спокойней так. Поэтому рассказывайте.

– Максимка наркотиками занялся.

Бронислав нахмурил брови.

– Так, значит. А что Глеб с Ольгой? И Лада с Кириллом?

– Лада и Кирилл не знают, что делать, но своим родителям они ничего рассказывать не хотят…

– Понятно. Глеб и Ольга не в курсе. Может, оно и к лучшему, но… Черт побери! Если бы он знал, он бы не дал этому случиться.

– Но, может, – начал Влас, – именно из–за этого он начал таким заниматься?

– Колоться?

– Да…

– Из–за большого контроля дедушки? Видимо, Глеб для него самый настоящий авторитет. Но нужен такой человек, который смог бы его понять.

Дедушка услышал шум, повернул голову направо и увидел, как дети выходят из дома. Он обратил внимание на Марину, которая старалась собрать всю компанию вместе.

– Дети знают?

– Боже упаси!

– Правильно. Им не стоит знать о том, что их троюродный брат подает дурной пример. Но было бы хорошо, если бы его ровесник объяснил ему, что есть хорошо, а что плохо…

Бронислав опустил голову и задумался на несколько минут. Он перебирал в голове все возможные варианты развития событий. И в итоге он пришел к выводу, что если так пойдет и дальше, их семья потеряет такого замечательного мальчика, как Максим.

Часть 5 Глава 23

Глава двадцать третья

На данный момент души занимались своими делами. Только Велосипедист и Бегунья были немного не на своих местах. Велик анархично заняла один из диванов Клевера, а Бегунья постоянно ходила взад и вперед перед входом в комнату.

– О чем ты так возбужденно думаешь? – Гимнастка подошла ближе к своей подруге, закончив заниматься растяжкой.

– Да вот, думаю, как лучше проверить Альбину. Готова ли она понять кого–нибудь из нас или кого–нибудь из своих друзей.

– Но ведь она еще не знает тебя, так?

– Так–то оно так, но в свою очередь она должна научиться быстро распознавать человека по первому впечатлению. Например, ее первое впечатление сильно навредило Велосипедисту в первый же день. Оно может навредить и другим.

– Тогда сейчас тебе нужно просто отдохнуть! – настаивала Гимнастка.

– Но что мне делать?

– Поступить неожиданно.

Бегунья посмотрела на Велика.

– Неожиданно?

– Выйди из комнаты, не предупреждая ее. Или же останься на более долгое время, при этом сообщив, что ты покидаешь ее. И если она не отличит тебя от Марины, что довольно просто для нас или для твоих друзей по кружку атлетики, значит, она еще не готова.

– Я думала, ты не хочешь участвовать в обмане.

– Но я хочу узнать, действительно ли все так, как вы говорите.

– Хорошо.

Ветер присела рядом с комнатой, когда увидела парня с челкой.

– Руни – позвала она его полушепотом.

– В чем дело? – по телу Бегуньи пробежали мурашки. Ей показалось, что именно этим голосом она молила всех о помощи когда-то во сне.

– Скажи ты, как мне поступить?

– Поступи так, как считаешь нужным.

Бегунья уснула спокойным сном, не переживая ни о чем, словно маленький ребенок. А Руни остался сидеть на прежнем месте и наблюдать за входом и экраном.

Бегунье снилось, как один мальчик отдавал ей золотую цепочку, закрывая свое лицо одной рукой. Как будто ему было стыдно за то, что он ее отдает.

Потом все изменилось, и она увидела мальчика с переломанными ногами, который лежал на кровати, отвернутый к стене. Его спина дрожала от плача, а ноги были неподвижны.

– Не переживай. Я буду охранять твой сон и тебя. Как и всегда.

Часть 5 Глава 24

Глава двадцать четвертая

Когда гости уехали, а хозяева зашли в дом, в комнате началось движение.

– Эй, душа, вставай. Тебе пора.

– А? – Бегунья повернулась в сторону входа. Альбина лежала на диване и дочитывала книжку, а Марина сидела за столиком, покрытым желтой скатертью, и просматривала свои семейные фотографии. Где–то она даже находила школьные фотки родителей. И чего там только не было. Та самая игра после окончания школы, выпускной, средние классы, первый школьный праздник! Все сохранилось на ноутбуке отца. И это очень радовало девушку. Бегунья быстро привела себя в порядок, взбодрилась и ступила на порог комнаты.

– Будь осторожна и не принимай все близко к сердцу.

Таким был последний совет Руни, когда Ветер растворилась в экране.

Бегунья посмотрела на девочку и подумала, что та слишком увлечена книгой. Она решила заговорить с ней и при этом постаралась начать с простой темы. Так как книга ей была знакома, да и Альбина рассказывала ее сюжет Марине, начать было легко.

– Какой момент сейчас читаешь?

Альбина была предупреждена по поводу визита, поэтому не удивилась вопросу, но ответила довольно грубо.

– Но ты ведь все равно не знаешь, о чем она.

– Что? За кого она меня принимает! Если она думает, что мы ничего не знаем о жизни Марины и ничего не слышим из того, о чем она с ней разговаривает, то это не значит!.. Черт! Мы не такие тупые!

– Душа! – послышался твердый, но ласковый голос. – Это грубо. Успокойся.

– Да, ты прав. Не принимать все близко к сердцу.

Вдруг у Альбины зазвонил телефон. Обычно она звонит своей маме, но на этот раз телефон зазвонил сам. Что странно, потому что в деревне не такая уж и хорошая связь.

– Я отойду.

Альбина выскочила на улицу.

– Наверное, ей друг позвонил, – заключил Руни.

– Хорошо, что она так с друзьями общается. Но такое ощущение, будто она не хочет знакомиться с новыми людьми, а меня она просто избегает!

– А ты помнишь ее разговор с Мариной? Она боялась с вами видеться. С тобой и синим духом. Может, она до сих пор боится твоей суровой проверки.

– Странно такого бояться. Ладно, я не должна ее упустить!

С этими словами Ветер вышла на улицу и подошла к вишне, что напротив погребки. Она поднялась по лестнице на крышу и начала пристально наблюдать за девочкой.

– О! Бак.

Бегунья повернулась влево и посмотрела на землю. Правда. В самом углу небольшого палисада, под вишневыми деревьями, стоял бак, до краев наполненный водой.

– Надо будет там Марине искупаться.

– Да, ты прав. Она ведь любит воду.

– Ага, в отличие от вас.

– В воде ты просто тратишь свое время на то, чтобы расслабиться телом. А это можно сделать и в постели.

– Ну, не скажи. Как тогда, по–твоему, ведут себя пловцы? – Бегунья продолжала наблюдать за Альбиной, сидя на крыше. – Разве они не занимаются тем, что постоянно находятся в воде. И нельзя сказать, что они тратят свое время. Они находятся в воде так, как боксер на ринге. Они плывут вдоль своей дорожки так, как велосипедист или бегун ускоряются на беговой дорожке или трассе. Разве не так?

– Может и так. Я уже ни в чем не уверена…

Альбина закончила говорить через несколько минут и вернулась в избу.

– Отлично, я могу идти.

– Ой, ты здесь? – воскликнула Альбина, когда вышла из избы на поиски девушки.

– Пойдем?

– Куда?

– «Куда»? – Бегунья усмехнулась. – Мне кажется, что в последние дни ты слишком часто задаешь нам этот вопрос.

В это мгновение Альбине даже стало стыдно. Чего и добивалась Бегунья. Девочка даже вспомнила свое недавнее поведение, когда она упрекнула подругу в глупости вопроса по поводу книги.

– Для начала, я должна представиться. Меня зовут Руни, – Бегунья немного замешкалась, зная, что рядом с экраном сейчас находится обладатель этого имени.

– Не бойся, продолжай, – дал добро Руни.

– Итак, пойдем на стадион? Я давно не разминалась, хотелось бы сделать хоть один кружок.

– Как скажешь!

– Опять эта фраза! Разве нельзя согласиться или высказать свое мнение? Нет! Нужно сказать так, будто тебя к этому принуждают и дают тебе приказ!

– Дух! – к счастью, Руни снова пришел на помощь Бегунье, а иначе она выразила бы свою мысль вслух. – Успокойся! Объясни ей ее ошибку, если ты ее видишь. Вы ведь, можно сказать, хотите научить девочку дружбе, а не просто правилам этикета, которые принимает Безымянный.

– Да, конечно, я постараюсь! Так, ты мне друг? – Ветер преградила дорогу Альбине и напрямую задала ей вопрос.

– Ну, конечно, – Альбина, втянула шею и приподняла плечи, как черепашка, которая хочет спрятаться от опасности, пусть даже и ложной.

– Уверена?

– Да, – прозвучал еще более испуганный голос.

– Тогда ответь, ты хочешь идти на стадион?

– Мне все равно. Как ты хочешь.

– Нет, так не пойдет. Скажи твердо и прямо: хочешь ли ты идти на стадион?

– Хочу…

– Не слышу!

– Я хочу на стадион!..

– Вот! – улыбнулась Ветер после некоторого молчания. – Больше уверенности! А то, кажется, будто я тебя насильно туда заставляю идти. А инициатива должна исходить хотя бы от обоих. Понимаешь?

– Понимаю.

– Вот и хорошо!

Они дошли до стадиона и отправились к снарядам. Остановились возле лестницы, и Бегунья начала разминку.

– А можно мне с тобой? – робко спросила Альбина.

– Разумеется! Почему бы и нет? – улыбка Бегуньи быстро успокоила взволнованную девочку.

Альбина тоже начала разминку, и вот они побежали. Альбина бежала достаточно медленно, и Бегунья решила ее пощадить и не бежать слишком быстро. Вместо этого ей захотелось поговорить.

– Давай, чтобы все было честно, я буду сбивать свое дыхание разговором.

– Ты что! Не нужно ради меня таких жертв!

– Однако! Кто сказал, что это жертвы? Если бы я из–за этого начала отставать, то да, а так мы быстро пробежим круг.

– Ну, хорошо.

За время бега Альбина привыкла к новой знакомой. Теперь ей было проще воспринимать собеседника.

– Кстати, я слышала от Туро, что ты ему пощечину дала.

– И правильно! – воскликнула Бегунья с лукавой улыбкой. Она вспомнила один из рассказов, который звучал в четверг, и сразу поняла, о чем идет речь. – А нечего было лезть! Тайо девочка застенчивая и редко за себя постоять может.

Девушки добежали до того места, откуда начали. И притом, что Альбина тяжело дышала и едва переводила дыхание, Бегунья стояла прямо, расправив плечи и жадно вдыхая свежий воздух. Через несколько минут они отправились обратно домой. Солнце уже почти село, когда они закрыли за собой ворота, и бабушка пригласила их к столу.

– Пора, если ты собралась ее испытывать, – предупредил духа парень с челкой.

– Да!

Альбина отправилась на кухню, а Бегунья свернула налево.

– Садись пока что за стол. Мне нужно кое–что сделать.

– Приходи.

– Я подумаю! – сказала она с улыбкой, и Альбина приняла это за шутку.

Она подошла к столику, за которым ранее сидела Марина с ноутбуком, и положила на него голубой браслет, который перекликался с бирюзой и имел рисунок в форме стрелок, и пять резинок для волос. Примерно час назад она завязывала ими себе волосы, а теперь весь этот набор постепенно распускался и укладывался на столик.

– Ты уж извини, Марина, – приговаривала душа. – Но какой бы хорошей для тебя Альбина ни была, она остается маленькой глупенькой девочкой, которая не может понять ни себя, ни других.

И Ветер вышла из комнаты, а Марина постояла на прежнем месте около пятнадцати секунд, а затем направилась на кухню, как ни в чем не бывало.

Альбина сидела за столом и ждала свою подругу. Бегунья осталась в комнате стоять рядом с Руни и наблюдать за экраном. Ветер с нетерпением ждала того, что должно случиться через несколько минут. Когда Альбина поймет, что ее гость больше не рядом с ней, а беседует она с Мариной. И Руни видел это нетерпение, поэтому лишь вздыхал; тихо и горько. Когда подруги закончили трапезу, то вернулись в избу, и Альбина спросила:

– Ну, чем еще займемся? Чего бы ты хотела?

– А я хотела бы спросить, понравилась ли тебе Руни?

Ветер сглотнула слюну, у нее вспотели веки, а ресницы становились тяжелыми.

– Постой, так…Руни уже ушла? – брови Бегуньи мгновенье дрогнули, а затем она просто опустила голову. Руни внимательно наблюдал за ней, не поворачивая головы. – А когда она ушла?

– За столом ее уже не было.

– А…ясно…

– Вот и все, – прошептала Ветер и направилась к выходу, все тем же твердым и легким шагом.

Руни не смотрел ей вслед, а только стоял на месте и наблюдал за экраном с улыбкой на лице.

…

– Чего ухмыляешься?

– Да так, вспомнил, как этот дух возвращался к своим друзьям после своего первого поражения. Такой же гордой и непоколебимой походкой. А на глаза–ах…лишь слезы…

…

Ветер шла к своим товарищам, вытирая слезы со щек и с подбородка.

Часть 5 Глава 25

Глава двадцать пятая

Девушки успели очень хорошо попариться в баньке и о многом поговорить.

– Если честно, Туро на меня произвел впечатление самое большое. Один его рассказ о пьяной Холи, которая пьянеет от лимонада! Это что–то с чем–то! Когда она устроила разборки, что ей алкоголь не хотели продавать, а она на самом деле просила газировку!

– Да вот с Холи ты как раз и не знакома. И если бы ты ее увидела, то, думаю, она оставила бы впечатлений больше, чем Туро.

– Как бы мне хотелось с ней познакомиться! Мне кажется, что мы с ней очень похожи.

– Как знать. Ладно, уже полночь. Пора спать.

– Спокойной ночи.

– Ночки!

4 августа 2029г. Суббота

– Совсем не похожи! – восклицала Гимнастка каждые две минуты. – Сравнила она себя с Гуленой. А сама не смогла отличить Бегунью от Марины. Это же надо так, а!

– Конечно, – начала Гулена, – я бы отличила Марину от Бегуньи, но лишь потому, что знаю их обеих достаточно давно. Точнее, я слишком хорошо знаю Бегунью, чтобы спутать ее с кем–то другим. Но они ведь знакомы всего несколько часов. И мне кажется, что ты слишком требовательна, Гимнастка.

– Но ты посмотри, что она сделала с Бегуньей! – Лента показала пальцем на диван, где Велик дремала, откинувшись на спинке дивана, а Ветер положила ей голову на колени и о чем–то задумалась с полуоткрытыми глазами. При этом Велосипедист положила левую руку на голову Бегуньи, будто жалела ее. Оба были неподвижны, как сонные львы, согретые солнышком. – Это ведь никуда! Они разбиты. Я не хочу, чтобы она еще и тебя словом ранила, Гулена!

– Меня трудно ранить словом, –хитро улыбнулась Праздник. – Ты ведь знаешь это.

– Знаю, но…я не хочу входить. Я боюсь. А вдруг и мне будет больно от ее слов так же, как им? Я переживаю за эту пару и хочу им помочь. Но если я буду в таком же состоянии, то ничего ни для кого не сделаю.

– Ты права, думаю, тебе лучше остаться здесь.

– А давай, еще почитаем! – послышалось со стороны комнаты. – Если не дочитаем в течение последнего дня, то не успеем отдать книги в библиотеку.

– А как же Тайо?

– Ну, потом, если успеем! – эта фраза была сказана в такой спешке, что казалось, будто ее содержание ничуть не волнует того, кто ее высказал.

Гимнастка опустила руки и с грустью посмотрела на экран.

– Ну вот. Уже ранила.

Душа не упала, не заплакала, не сделала ничего, что бы свидетельствовало об упадке ее сил. Она осталась стоять рядом со своим старшим товарищем, с Гуленой. К ним подошли Боксер, Художница и Ботаник. Они столпились все вместе и обнялись, как люди, которые готовятся к тяжелой битве.

Часть 5 Глава 26

Глава двадцать шестая

Души присели на диваны рядом со своими разбитыми товарищами и продолжили слушать то, что происходит снаружи. А там была лишь тишина. Вдруг послышалось какое–то движение в комнате. К входу подошел парень с хвостиком, в жилетке с запахом, джинсах на ремне и в полукедах. Он облокотился спиной на дверной проем и осмотрел беглым взглядом все души.

– Какая чудная сонная страна! – вздохнул Тайо с восклицанием. – А не хотите посмотреть, чем занимается Марина?

– Зачем нам смотреть на то, как она книги читает? – буркнула Клевер с закрытыми глазами. Она лежала на плече Велосипедиста, в то время как на нее облокотилась Гулена. А со стороны Бегуньи души расположились еще интересней. Гимнастка положила свою голову на бедро Ветра, а ноги перекинула через ручки дивана. Уже на другом диване, на ногах Гимнастки, улеглась Художница, а на ее ногах, в свою очередь, задремала Боксер.

– Нет.

– Что, читает только Марина? А Альбине скучно стало? – усмехнулась Гимнастка и поправилась на своем месте.

– Скорее наоборот, – ответил Тайо усмешкой.

– И что же делает Марина?

– А она решила устроить себе купальню.

– Что?

– Ну, видимо, ей не хватило сегодняшней баньки! – Тайо пожал плечами и перевел взгляд на заинтересовавшиеся души, а затем обратился к экрану. – Она человек воды, что ж поделать!

Марина тем временем, под покровом ночи и почти полной Луной, протягивала удлинитель к баку и, подключив к нему тэн, погрузила железный изогнутый стержень в воду по самые наконечники. Через некоторое время стержень покрылся пузырьками, а вокруг наконечников в виде пятачков начала образовываться пенка. Благодаря своей силе боксера она смогла подтащить к баку железную лестницу, которая могла бы полностью скрыться под водой. Марина без больших усилий перекинула лестницу через край бака и опустила ее на глубину. Бак был высотой больше двух метров и диаметром больше одного. Если бы Марина подняла руки вверх, то ее ладони едва бы выглядывали из этого бака. А если бы она решила взяться за две противоположные стороны, то едва доставала бы до них ладонями. Но благодаря лестнице, она сможет сидеть в баке на любой глубине, какую предпочтет.

– Отлично! – сказала Марина в конце самой себе. – Теперь остается только постараться сохранить в тайне мой горячий источник и дождаться следующей ночи. А теперь пора к Альбине, пока она не хватилась меня.

– Вот тебе и Марина! – поразилась Перчатка. – И как можно умудриться поставить железную лестницу внутрь бака.

– Дух! – засмеялся Тайо. – Ты же наблюдал за ней. Так зачем задаешь такие глупые вопросы! К тому же, не тебе этому удивляться, ведь именно ты дал ей эту силу.

– Почему это я?

– Потому что именно ты начала заниматься боксом, желтая душа.

– Это, конечно так, но…я и не думала, что ее желание побыть в воде так велико.

– Но почему она не позвала Альбину? – недоумевая, спросила Клевер.

– Она хочет остаться наедине со своими мыслями, – к разговору присоединился Холи, парень с кудрявыми волосами, в свободной майке и брюках с подвернутыми штанинами.

Нельзя сказать, что Марина остается одна, даже когда вокруг нее нет ни одного человека.

На протяжении всего дня Марина внимательно наблюдала за всеми домочадцами, чтобы те не смогли заметить удлинитель, протянутый от погребка к баку. Конечно, она установила его так, чтобы никто не смог увидеть, да и удлинитель не так уж и сильно бросался в глаза. Но все же, когда девочки вышли читать на улицу, и когда мимо них проходил прадедушка, Марина то и дело вздрагивала. Когда он нес какую–нибудь тяжесть к погребке, Марина тут же подрывалась и начинала ему помогать. Альбина тоже порывалась встать, но Марина просила ее никуда не ходить.

Погода выдалась жаркая. Ни единого облачка на небе! Лишь солнечные лучи, которые всем без исключения позволяли поднять глаза только для того, чтобы посмотреть вперед.

Собака от этой палящей жары спряталась в будке, подруги сидели в тени дома, и только домашняя птица ходила по двору, как ни в чем не бывало. Души чувствовали, как жарко было Марине, хотя сами находились в прохладе. Это потому, что Марина совершенно спокойна. Она ни о чем не волнуется: ни о том, что ее купальню могут раскрыть, хоть она и старается избежать этого всеми силами, ни о том, что она ничего не рассказала Альбине. Будто есть что–то гораздо важнее всех этих мелочей.

– Слушай, Туро, – Клевер подошла ближе к входу в комнату и наклонилась над девушкой с распущенными волосами. Как и прежде, она была одета в черную безрукавку, джинсовые бриджи и кеды. – Я почему–то задалась таким вопросом. Вот, а с чего мы взяли, что мы являемся людьми? – Туро повернула голову в сторону души и посмотрела наверх. – Может ли быть такое, что мы на самом деле не люди? Можешь ответить мне на этот вопрос?

Туро опустила голову, Клевер присела на корточки. Она увидела выражение лица девушки. Туро с какой–то непонятной для Клевера улыбкой ответила:

– Исключено.

– Но почему?

– Потому что я так помню.

– Значит, все мы люди?

– Все вы люди.

– Ладно, спасибо за помощь.

Туро посмотрела вслед Клеверу и тихо прошептала:

– Я не помогла тебе, даже сказав правду.

Время позднее. Девочки наконец дочитали свои книги. Они поставили их на столе одной стопочкой, чтобы не забыть вернуть в библиотеку утром. Хотя они только и занимались тем, что читали, но жара вымотала подруг, и они решили лечь ровно в полночь. Примерно через полчаса настала гробовая тишина. Единственными источниками света в комнате стали Луна и звезды за окном и маленькая лампочка от ноутбука, который стоял на зарядке. Телефоны выключены. В доме тоже было тихо.

5 августа 2029 г. Воскресенье

Еще через пятнадцать минут послышалось сопенье Альбины, и Марина тихонько встала с дивана. Она надела халат и резиновые тапочки, а с собой взяла полотенец. И ни единого скрипа не прозвучало, когда девушка делала свои движения. Казалось, будто она вовсе не касалась пола.

Через несколько минут она стояла рядом с баком. Забраться наверх можно было одним единственным способом: встать на колонку и опереться на бак. Марина посмотрела наверх и увидела пар, поднимающийся к небу. Она прикоснулась к железу и почувствовала тепло. Когда тэн был отключен, она забралась наверх и прикоснулась пальцами ног к водной глади.

– Горячо! – шепнула она и покраснела от наслаждения. Девушка была жутко взволнована.

Она начала спускаться по лестнице и медленно погружаться в воду. Еще немного, и вода будет ей прямо по шею. Халат висел на небольшом крючке, за который обычно цепляют шланг, чтобы не упал. Туда же девушка повесила и полотенце.

– Хорошо–то как! – она наслаждалась этим прекрасным звездным небом и ярким светом Луны.

Ей было тепло и приятно. Казалось, она думала о многом и не думала ни о чем. Хотя, в конце концов, о чем может думать человек без души? Таким вопросом задавались семь товарищей, которые напряженно чего–то ждали в своей пустоте. Марина перевернулась со спины на живот и посмотрела на дедушкин огород. Все вокруг было цвета малахита. Не оставалось чисто зеленого цвета. Все спокойно. Лишь мертвая тишина могла бы напугать девушку, но Марина лишь окидывала эту тишину спокойным и властным взглядом. Затем она села на лестницу и закрыла глаза.

– Хорошо–то как! – в последний раз вздохнула Марина и расслабила свое тело, вытянув руки и положив локти на лесенку.

…

– Ты права, Марина, хорошо…

Часть 5 Глава 27

Глава двадцать седьмая

– Так что?

Все души волновались и с нетерпением ждали того момента, когда Марина залезет в воду. Они чувствовали: что–то должно случиться, непременно! Каждый раз, когда Марина меняла свое положение, они напрягались всем телом и ждали. В комнате тишина.

– И это все?! – воскликнула Клевер, когда Марина посмотрела на огород. Клевер отошла от входа и повернулась к нему спиной. Остальные души посмотрели ей вслед. – Я как–то ожидала большего. Разве не должно что–то случиться?

Марина закрыла глаза, и в комнате послышался мужской голос. Тайо.

– Случится, обязательно случится.

Когда Клевер обернулась, то едва успела увернуться от кулака Тайо!

Клевер стояла прямо перед входом, буквально в двух шагах от него. Поэтому она была единственной помехой на пути к выходу. Остальные души успели отскочить вслед за товарищем.

Прямо перед душами появилось семь ребят-одногодок. Но все они были разными, и лицом, и ростом, и внешним видом. Кто–то из них велосипедист, а кто–то бегун. И чем–то они напоминали наших духов, которые всю свою жизнь находились в пустоте.

Их всегда интересовало, как действительно выглядят те, с кем они ведут беседу каждый день. Представьте, что вы сидите в спальне без света и с включенным телевизором, а с вами друг. И как вы видите друга при этом освещении, так и духи видели этих семерых.

Сейчас они видят не одну улыбку или выражение глаз. Лицо, тело, одежда, нет, все семеро сейчас стоят перед ними и смотрят им прямо в глаза и не стараются лукавить. Их глаза даже более яркие, чем у душ. И эти глаза сверлили своих жертв.

– Так что же должно случиться? – как всегда усмехнулась Клевер, только теперь в ее глазах читался испуг.

– Не знаю, как для вас, а для нас настало время откровений, – Холи вышел вперед. – Но будете ли вы слушать нас?