Судьба решает все за нас

Пролог

16 февраля, 1998 год.

Нестерпимая боль. Холодные капли пота стекают вдоль лба. Я потеряла ту реальную нить, что связывала меня с окружающим миром. Приятной внешности женщина в белом халате, называвшая себя акушеркой, что-то громко говорила мне, но я её не слышу. Её губы шевелятся, но я слышу только глухой звон в ушах. «Черт тебя возьми, Кассандра Беккер, осталось ещё немного!» - мысленно отыскав в себе силы, стены родильной палаты, эхом отражали мои крики мучения. Горло режет последний крик, и вскоре, я возвращаюсь в реальный мир.

– Поздравляю, мисс, у вас здоровая девочка, – эти слова отлегли во мне, как бальзам на душу. Моя малютка громко плачет, и мною завладели эмоции, заставляющие плакать и меня от счастья.

Отныне, моя жизнь станет совершенно другой. Останется только приложить немалые усилия, дабы доказать себе и окружающим, что даже в полные восемнадцать лет, можно стать прекрасной и заботливой мамой, разумеется, не в одиночку. Отец ребёнка, а так же мой будущий супруг - Майк Реллим, после окончания школы отказался от поступления в элитный колледж в Лондоне, приняв предложение своего отца Кайла - пройти стажировку в его компании, а вскоре, стать официальным сотрудником холдинга. Мистер Реллим - человек с великой душой. Он принял меня как родную, даже несмотря на то, что я не их уровня: не являюсь дочерью какого-нибудь богатенького предпринимателя. Да и если глубоко копнуть, я в принципе не являюсь ничьей дочерью. Та, что родила меня, бросила в корзинке помирать на крыльце детского дома, который находился в процессе ремонта. Ни одной живой души не было в здании на тот момент, но мир не без чудес. Забыв папку с документами, на свое рабочее место вернулась одна из нянечек, которая спасла меня. По ее словам, она бы не стала возвращаться ради каких-то бумажек по своей инициативе. Поступил звонок от руководства, потребовав исправить недочеты ко следующему дню, и если бы не этот звонок, кто знает, чтобы произошло. В такие минуты начинаешь задумываться о существовании каких-то высших сил, что вершат судьбу людей.

Майк – моя надежда и непробиваемая опора. Мы познакомились при странных обстоятельствах: вдвоем отбывали в комнате для наказаний в школе. Он за то, что подрался на перемене, как типичный подросток, а я за то, что слегка нагрубила учителю общественных наук. Имея обоюдную проблему, мы разговорились и подняли тему о несправедливости. Спустя час нас выпустили, и вроде бы каждый должен был пойти своей дорогой, но в ту самую секунду, стрелы Амура зацепили нас. В его светло-голубых глазах, я смогла разглядеть взаимные чувства, соединившие нас в одно целое. Не теряя времени, Майк пригласил меня после занятий в спортзал, ведь он являлся известной личностью в школе - капитаном баскетбольной команды. Все свободное время он тренировался, усовершенствовал свои навыки, мечтая стать профессиональным баскетболистом. А я была нудной зубрилкой, которая ни на секунду не расставалась с книгами. На протяжении нескольких месяцев, мы встречались в спортивном зале после уроков. Играли, словно маленькие дети и смеялись, по очереди закидывая мяч в корзину. Он учил всяким хитростям игры, и сказать честно, у меня неплохо получалось для всезнайки. Большое помещение эхом наполнялось моими визгами, когда парень хватал меня и кружил по всему залу. За три прошедших года, нашу любовь не назвать сказочной, однако, можно назвать настоящей. Он всегда был рядом со мной. Я неистово верю, что так будет всегда. Когда моё дыхание вновь нормализовалось, малышку преподнесли мне и, аккуратно взяв её на руки, я услышала, как открылась дверь в палату.

– Ты умница, Кэсси, - Майк поцеловал меня, – Грэйс, моя малышка. - он взял её крохотные ручки и нежно поцеловал. Кто бы знал, сколько счастья я испытала. И кто бы знал, что это счастье, длинною в одно мгновение...

– Извините, но матери и малышке нужен сейчас покой, - перебил мои мысли занудный главный врач, – Молодой человек, вы можете подождать вашу... - к нему подбежала юная медсестра и что-то прошептала на ухо, – кх-м, девушку с дочкой в коридоре.

– Я должен ехать на стажировку, но как только вас выпишут, я приеду за вами, - Майк посмотрел на нас и нехотя покинул палату. Я осталась со своей Грэйс наедине.

– Привет, моя маленькая Грэйс, - заговорила я с ней. Она своими большими карими глазками внимательно изучала меня, пытаясь дотронуться своими крохотными ручками до моего лица.

Спустя пару дней, я запеленала Грэйс. Скоро возвратимся домой. Бедный Майк, наверно, уже замучился нас ждать. Я накинула на себя пальто, взяла дочку на руки и вышла из палаты. В коридоре Майка не было. Понятно, здесь слишком душно. Необходим свежий воздух. Но, когда я покинула стены этого белого здания, я не обнаружила ни Майка, ни его машины. Грэйс сильно заплакала, а я не знала, что мне делать. Он же обещал ждать! Обещал...

Глава 1

Спустя 18 лет. Наше время.

- Грэйс, прошу, примерь это платье. В магазине сказали, что оно на любой девушке будет сидеть идеально. И я хочу, чтобы ты пошла на свой первый школьный выпускной не принцессой, а королевой! Давай, это ведь твой размер. - мама снова за своё, заставляет меня надеть эту ужасную розовую ткань с блестками. Я на изобилие кислотного цвета даже смотреть не могу, ни то, что примерить.

- Мама, я уже давно не маленькая девочка! И ни на какой выпускной я не собираюсь, мы же обсуждали это тысячу раз. Всё, закрыли тему! - я тут же поспешила в свою комнату и хлопнула дверью. Где-то глубоко в душе я осознаю свое ужасное поведение по отношению к матери, и возможно, нарушаю пределы ее терпения, но я устала повторять одно и то же - никакого выпускного! Можно подумать, что я неисправимый мизантроп, однако это мнение ошибочное. Гуманность к людям зародилась во мне с самого детства, благодаря Кассандре Беккер - моей маме. Она всегда была для меня олицетворением добра. “Моя маленькая Грэйс, не забывай про бумеранг, который возвращает обратно все то, что ты сделала. Будь то добро или зло, неважно. Он вернется к тебе. Поэтому твори благородные поступки, не сворачивая с пути”, - восстановив в памяти слова мамы, я на долю секунды смягчилась, сделав глубокий вдох. Я подошла к зеркалу и, скрестив руки на груди, внимательно изучаю несчастную девушку в отражении; густые длинные волосы собраны в конский хвост, черная рубашка с белым воротником заправлена джинсы. Вид вполне себе презентабельный и приличный, если бы не побледневшее лицо. В глазах читается недостаток чего-то. Но чего? Я не лишена материнской любви и заботы, не считая своего отца, про которого я абсолютно ничего знаю, только то, что он нас бросил, когда я родилась. Живу в частном доме, в спальном районе на окраине города Лос-Анджелеса. Как и все учусь в школе, думаю о поступлении в Колумбийский университет в Нью-Йорке. Даже есть лучшая подруга, чего еще мне желать от жизни? Почему меня терзают смутные сомнения? Может мне необходимы перемены? Каких-то изменений, разнообразить жизнь чем-то новым.

С серым оттенком часы от “Casio Collection”, украшавшие запястье левой руки, запищали о немедленной эвакуации.

- Вот дьявол, опаздываю! - я схватила с кровати свою сумку с учебниками и выбежала из стен дома. Какое счастье, что этот жёлтый “гробик” на колёсиках останавливается напротив моего дома. И не нужно никуда идти.

Заходя в автобус, в глаза сразу бросается милая парочка, которая целуется прилюдно. Мрак... Два пальца в рот и мне точно станет лучше. Я села, насколько можно дальше от этих голубков. Чтобы отвлечься от дурных мыслей, я достала плеер и погрузилась в мир музыки, в свой мир. Заиграла моя одна из любимых композиций “Three Days Grace - I Hate Everything About You”, но через несколько минут, мне пришлось вернуться в реальность. Я почувствовала рядом с собой тепло и вытащила один наушник, чтобы посмотреть на того, кто осмелился сесть со мной.

- Ну что, сестрёнка, ты готова к переменам? - раздался женский голос. Я повернула голову и рядом со мной сидела девушка. Возможно, ей столько же лет, сколько и мне. Раньше я её никогда не видела. Она была в лёгком белом платье, а на её ногах красовались белые не высокие кроссовки. Вьющиеся чёрные кудри этой девицы, свисали с плеч.

- Простите, что? - очнулась я.

- Готовься к жизненным переменам, - она, наконец, посмотрела на меня своими карими глазами и на её лице засияла улыбка, - Ведь ты этого так хочешь, Грэйс. - после этого я впала в ужас. Как она узнала моё имя? Мы не знакомы, какого черта?! Вдруг автобус стал сбавлять скорость, я посмотрела в окно и увидела школу. Приехали. Водитель припарковался на школьной стоянке и открыл двери с двух сторон. Все принялись покинуть жёлтый транспорт и эта девушка тоже. Я следом пошла за ней, но когда я вышла из автобуса, девушка в белом словно растворилась в толпе.

Глава 2

Я всё пыталась найти её глазами, но ничего не вышло.

- Не меня ли ищешь? - послышался знакомый голос позади меня.

- Да, тебя... Кэрри? - обернувшись, я увидела перед собой подругу, которая взволнованно смотрела на меня.

- Грэйс, милая, с тобой всё хорошо? - она явно была встревожена, и мне пришлось сделать вид, что я в порядке.

- Конечно, а разве может быть иначе? Пойдём, у нас сейчас биология. - на что подруга улыбнулась мне, и мы поспешили в школу.

Некоторые думают, что у таких людей, как я, не должно быть друзей вообще, но только не Кэрри. Кэрри Гиббз – является моей близкой, к тому же, единственной подругой. Если бы я не знала ее, как человека, с небольшим количеством тараканов в голове, то она попала бы в лично составленный мною список топ-10 «Типичная блондинка». Длинные белокурые волосы, вьющиеся от природы, пребывают в идеальном состоянии, абсолютно в любое время года. Впрочем, поскольку я страдаю очень странным фетишем, при знакомстве с Кэрри, то первым делом обратила внимание на цвет глаз. В них я смогла разглядеть ту самую искру, которая и делала подругу такой нетипичной. Сине-зелёный цвет, безумно похожий на прекрасный эйлатский камень, делает её особенной. А познакомились мы всего лишь пару лет назад, когда пришли поддержать своих родителей на бизнес-конференции: она своего отца – Дэвида Гиббза, а я свою маму. Так уж случилось по иронии судьбы, что они вместе работают в одном издательстве, где выпускают журнал «Be Famous». Это одно из известных изданий Лос-Анджелеса, где моя мама - фотограф, а мистер Гиббз - главный редактор. Однако, что-то мне подсказывает, что их связывают не только рабочие отношения.

Нудные рассказы про деление хромосом, прошли так же быстро, как и все остальные уроки. И все время, я думала о той странной девушке. Она застряла у меня в голове, и выкинуть её оттуда никак не удавалось. Попадись мне она ещё раз, я прижму её к стенке и потребую объяснений.

После занятий, мы с Кэрри направились к своим шкафчикам. Но по пути я случайно взглянула на школьный стенд и машинально подошла к нему. На нём изображены выпускники, которыми гордится наша школа. Я просмотрела все фотографии, от начала до конца. И в самом конце, я обратила своё внимание на фотографию, где изображен очень даже симпатичный выпускник, молодой парнишка, держащий в руках баскетбольный мяч. С уверенностью могу сказать, что он был капитаном баскетбольной команды. Его очаровательная улыбка, заставила меня улыбнуться.

- Вот ты где? Я говорила об очень серьезных вещах, по поводу слухов о новом учителе английского языка, а ты молчишь. Оборачиваюсь, а тебя нет! Вся школа наблюдала, как я разговариваю сама с собой! Теперь понятно, почему на меня так странно смотрели... Как это понимать? - возмущалась Кэрри.

- Прости, такого больше не повторится. - не глядя на неё, откликнулась я. Просто невозможно было отвести глаз от этого красавца.

- А ты куда смотришь? На того последнего сексуального мальчика? Милая, так это девяносто восьмой год. На этой фотографии ему наверно лет восемнадцать, а сейчас ему... Около сорока лет. - Кэрри захлопала в ладоши самой себе.Дьявол! Тоже мне, гений по высшей математике.

- Какая ты умница! Умеешь испортить настроение. - я тут же отвела взгляд от фотографии и подошла к своему шкафу. Достав из него нужные мне вещи, я захлопнула дверь, а за ней стояла математический гений Гиббз.

- Я могу вновь поднять тебе настроение. - довольно произнесла она.

- Интересно, как же? - я скрестила руки, приподняв одну бровь. Смотрю на нее с любопытством. Что же она уже затеяла?

- Сегодня вечером, у меня дома будет вечеринка, и я бы очень хотела, чтобы ты пришла. - Кэрри сложила свои ладошки вместе и умоляюще взглянула на меня.

- Ох, Кэр, ты сведешь меня с ума! Дай мне подумать... Я приду, только если ты не будешь так на меня смотреть - подруга снова захлопала в ладоши и крепко обняла меня. Ну, всё, я же сама себе подписала смертный приговор, потому что сейчас Кэрри устроит мне настоящий шоппинг. На долю секунды, в голове прозвучала фраза той незнакомки: "Готовься к жизненным переменам, Грэйс".

Глава 3

Мы вышли из учебного заведения, и Кэрри достала связку ключей. Нажав на кнопочку, неподалёку от нас отозвался её пикап.

- Вот приедет отец из командировки, буду его умолять, чтобы он купил мне нормальный автомобиль. А этому старому пикапу светит металлолом. - усаживаясь в машину, пробубнила Кэрри.

- Тише, вдруг он всё слышит и не заведется. - после моих слов, мы обе засмеялись. Повезло нам или нет, но пикап не обиделся на сказанные слова в его адрес и тронулся с места.

С этой минуты начинается мой настоящий кошмар. Мы объездили пол города, побывали в разных торговых центрах, в модных бутиках. И под конец мои ноги отказываются идти. Я ещё никогда так не уставала.

- Всё, остался последний магазин! - бодро произнесла Кэрри и взяв меня за руку, потащила за собой. Я просто не понимаю, как можно быть такой энергичной весь день? У кого-то утро явно начинается с крепкого кофе, а не с мюсли.

- Кэрри, я больше не могу! У меня ножки бо-бо. - заныла я, как маленькая девочка. Но Кэр сделала вид, что не услышала меня и продолжила свои активные поиски одежды. Она что-то высматривала, тщательно перебирала каждую вешалку.

- О, то что нужно! - она дала мне в руки тигровую майку с фиолетовым и голубым оттенком, а также белые короткие шорты. - Иди! - приказным тоном сказала мисс Гиббз. Я вопросительно посмотрела на неё, - Иди в примерочную, переоденься, а как будешь готова, позови меня. - Кэрри всё разжевала мне и я поплелась примерять наряд. Это первый и последний раз, когда я хожу с этой сумасшедшей маньячкой по магазинам.

Я одела на себя всё то, что подобрала для меня подруга и недовольно посмотрела в зеркало. Снова эта бледнолицая по ту сторону зеркальной реальности. Несчастный вид, в глазах бескрайняя пустота. Что со мной не так? Поправив выбившуюся прядь волос за ухо, лицезрею прикид с разного ракурса. Твою мать! Позади себя в зеркале я увидела ту самую девушку из автобуса, с чёрными волосами. Она осмотрела меня с ног до головы и уголки ее рта приподнимаются, формируя довольную улыбку. Обернувшись, я никого не увидела. Какого хрена?! Это меня очень настораживает. Я растерянная вышла из примерочной и ко мне тут же подошла Кэрри.

- Милая, не волнуйся, ты ведь выглядишь потрясающе! Поехали домой. - мы всё оплатили на кассе и отправились к машине.

Ехали мы молча. Происходит нечто странное, не поддающееся моей логике: Кэрри всегда находит те самые ниточки, приводящие к занимательной беседе. Видимо, не сегодня. Надеюсь, у нее все хорошо. Смотрю на лобовое стекло, за которым пустая лавирующая трасса; огни города, мелькающие с западной части от нас, создают небольшое освещение. Боковым зрением пытаюсь сфокусироваться на Кэр, дабы понять ее эмоциональное расположение. Не выходит. Незаметно поворачиваюсь к ней лицом. Она более чем сосредоточена; глаза слегка прищурены, направлены исключительно на дорогу; пухловатые губы, с бархатным оттенком помады, сомкнуты в одну линию, а длинные пальцы с идеальным френчем, слегка отстукивают ритм мелодичной песни по рулю. Звучание композиции из жанра кантри “Джей Смит - Closing Time” заполняла собой тишину в салоне автомобиля и подчеркивала мое нынешнее настроение. Приятный мужской голос эхом отдается в подсознании, заставляя углубиться в определенный смысл текста исполнителя. Теперь и я отбиваю ритм пальцами по сумке, попадая в такт. Причина сей максимальной собранности выявлена - мы обе погружены в атмосферу играющей музыки.

Машина плавно сбавляет скорость, наконец-то подъехали к дому. Кэрри вылезла из пикапа и в быстром темпе принялась разгружать его. Ну все, прежняя Кэр вернулась.

- Так, возьми ключи, они в замке зажигания, и ступай домой. Скоро толпа придёт, а я ещё даже не готова! - что-то она сегодня взяла на себя роль главнокомандующего. Я полезла в машину, нашла ключи и неторопливо зашагала в дом подруги, - Мисс Беккер, шевелите своими булками, иначе дам пинка под зад для ускорения! - Кэрри завопила на всю улицу, как ненормальная и от испугу, я рванула.

Меня бы ни за что на свете не оставили одну в двухэтажном доме. Отец Кэрри часто бывает за границей, и привозит оттуда всякие сувениры. Необычные вазы, маленькие статуи, но в основном вазы. И всё это красиво расставлено по полкам. Боюсь, они до завтрашнего дня не доживут.

Я поторопилась на кухню, так как услышала, что в дом зашла Кэрри и она, не обращая на меня внимания, пошла вверх по лестнице с большими сумками. Из-за множества пакетов, даже не было видно её головы. Так, меня ждёт кухня!

Открывая холодильник, я чуть ли не потеряла сознание. Он был полностью забит! Где Кэрри берет деньги? Я постепенно начала всё доставать из холодильника и расставлять на стол в гостиной. Разнообразные напитки, несколько пачек чипсов, большие коробки из-под пиццы и наркота. Стоп, наркота?! Кэрри, я была хорошего мнения о тебе.

И вот спустя каких-то полчаса, весь дом был забит гостями. Ого, да тут не только наша школа собралась. Почему-то всегда найдется хоть один человек, который сделает объявление о тусовке в твиттосфере. Обнимаясь с подушкой, тем самым установив барьер ото всех, присаживаюсь на диван и наблюдаю следующую картину не для слабонервных: кто-то тусуется под динамичную музыку, кто-то не отрывается от поедания пиццы, кто-то уже пьян в драбадан, кто-то разбил дорогую вазу и даже есть такие, кто пыхает травку. Мрак. В окружении таких людей, мне захотелось найти Кэр.

- Детка, поехали ко мне? Ведь вижу, что ты скучаешь, - низким басом со мной заговорил чернокожий парень, устроившийся на диване. От него жутко несло алкоголем.

- Я скорее выпью яду, чем поеду с тобой. - злобно рявкнув на него, я встала с единственного свободного места.

- Это потому что я чёрный?! - не обращая на парня внимания, я стала разыскивать Кэрри. Невзначай подняв глаза на лестницу, я вижу ту самую девушку в белом платье. Меня охватывает паника. Дьявол! Она заметила, что я смотрю на нее и поднялась на второй этаж.

- Эй, стой! - кричу я, тут же бросаясь за ней. Прибежав на второй этаж, оборачиваюсь по сторонам. Она смотрит на меня непринужденно, с непонятным для меня лукавством и заходит в одну из комнат. Она хочет, чтобы я пошла за ней? Все это напоминает серийный фильм ужасов, с предсказуемым сюжетом. Хорошо, я принимаю твои правила игры. Подхожу к двери и резко останавливаюсь. Я почувствовала что-то неладное, будто по ту сторону меня ждет неизбежная погибель, но любопытство берет вверх. И чёрт возьми, лучше бы я не открывала дверь. Потому что тут-то и начинается запутанная история.

- Ну всё, теперь ты никуда от меня не денешься! - я стремительно открыла дверь, только девушки не было. Лишь мужской силуэт красовался возле окна.

- Ты, наверно, с кем-то меня спутала. - парень обернулся и улыбнулся мне. Где-то я уже видела эту улыбку...

Глава 4

Я не могла оторвать от него взгляд. Какой же он красивый, словно главный герой романа сошел со страниц книги. Точнее, именно так я представляла их. Шелковистые волосы отдают темно-каштановым цветом при тусклом свете лампы, стоящей на одной из тумб; белая футболка с незначительным принтом, идеально сочетается с джинсами и белыми кедами. Образ весьма простой. Видимо, не горит желанием выделяться из серой толпы, прекрасно зная, что природа без этого наградила его обворожительными внешними данными. “Грэйс, черт тебя побери, Беккер! Перестань на него так откровенно пялиться, ты же приличная девушка!”, - отголоски моего подсознания пытались донести до меня слова о пристойном поведении, но безуспешно. Я попала в ловушку, в его ловушку, в его сети. Я посреди магнитного поля, как движущееся электрическое тело, а он центр. Мой центр. Магнит, к которому меня безвольно притягивает.

Парень, не скрывая робкой улыбки, снова повернулся в сторону окна. Складывается впечатление, что он прочитал мои непристойные мысли. Черт. Заходя наконец в комнату и закрывая за собой дверь, я облокотилась на неё. А вид сзади у него более привлекательней. Незаметно для себя, увлеченно прикусываю нижнюю губу. Эти мужественные плечи, спина и ниже... Я уже и забыла, зачем пришла сюда. Хотя нет, вспомнила. Память все еще при мне. Странно.

“Не отвлекайся, Грэйс!”

Я собиралась спросить у него про девушку, но не смогла. Что-то мешало. Открывая рот, чтобы что-то сказать, не могу издать слова или хоть какой-нибудь звук. Будто бы я потеряла свой голос. Перехватило дыхание. В глазах появилось мгновенное помутнение, и стало очень душно. Страх с каждой секундой нарастает все больше и больше. Ноги подкашиваются в коленях и я скатываюсь вниз по двери, медленно теряя ощущение реального мира. Внезапно я почувствовала, как сильные руки схватили меня.

— Воздух, воздух. - задыхаясь, прошипела я. Парень аккуратно положил меня на кровать и открыл все окна в помещении.

— Так лучше? - от его голоса, меня словно накрыло волной сладостного упоения. Он взял мою руку и крепко сжал в своей. После этого зрение стало постепенно возвращаться, и мне удалось разглядеть его лицо вблизи. Боже... он просто ангел. Так и хотелось пустить руки в эти густые каштановые волосы. В его голубых глазах, напоминающие мне глубокий синий океан, было неистовое желание утонуть. И самое главное - это его лучезарная улыбка. Я бы всё отдала, лишь бы прикоснуться к его алым губам.

“Беккер, соберись, немедленно!”

— Да, намного, - опомнилась я, - Спасибо, что спас мне жизнь, - так хочется притянуть его к себе, дабы вместо банального "спасибо" оставить краткий поцелуй на губах парня, но я старалась себя контролировать.

- Я не мог поступить иначе, - и парень снова улыбнулся. Он, наверно, это делает специально, чтобы окончательно свести меня с ума. Он так долго рассматривал меня, что-то пытаясь увидеть в моих глазах - Мы раньше нигде не виделись? - еле слышно спросил он.

— К сожалению, нет, но твое лицо я где-то уже видела. - я немного привстала и облокотилась на локти.

— Странно, я вроде не работаю телеведущим, - парень засмеялся. Я и не сомневалась, что его смех заразителен.

Мы смотрели друг другу в глаза долгое время. Не единого слова. Стояла мертвая тишина. Вру, не совсем мертвая. Громкая музыка и голоса были слышны даже здесь. Но все это было где-то на фоне происходящего. Смотря на него, я заметила, как он опускает свой взгляд и останавливается на моих губах. Господи! Парень подвинулся ко мне и приблизился настолько близко, что наши губы вот-вот соприкоснутся. Я закрыла глаза в ожидании поцелуя.

Глава 5

Ещё чуть-чуть, прям несколько миллиметров оставалось до прикосновений его губ. Но нет же, надо кому-то постучаться в дверь и всё испортить. Дьявол!

— Алекс? — в комнату зашёл высокий молодой парень. Он был очень похож на… Алекса. Такой же цвет глаз, однако при тусклом свете глаза кажутся серо-голубыми, тёмные волосы и похожие черты лица. Я нисколько не удивлюсь, если они братья-близнецы. Когда он увидел нас, то тут же закрыл лицо руками, — Оу, простите, не хотел мешать вам, - после сказанных слов, он отвернулся. Боже мой, сама невинность.

— Сэм, я тебе это припомню, — расстроенным голосом ответил Алекс и отодвинулся от меня.

— Алекс, наши уже уходят. Ты идёшь, — Сэм сделал небольшую паузу, — или остаёшься? — он повернулся к нам и кивнул головой в мою сторону.

— Идите. Я догоню, — Алексу пришлось встать с кровати, и он подошёл к двери, жестом показывая, чтобы Сэм покинул комнату.

— Какой же ты урод, Алекс. На твоём месте, с такой прекрасной леди я бы остался, — его слова слегка засмущали меня, заставляя краснеть. Сэм подмигнул мне и вышел за дверь.

— Придурок, — злобно проворчал Алекс себе под нос, закрывая за ним дверь. Он сделал глубокий вдох и перевел взгляд на меня, — Надеюсь, судьба сведет нас вновь. — Алекс улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой и тут же поспешил покинуть это помещение.

И вот, я осталась одна в четырёх стенах. Глубоко в душе чувствую какую-то неудовлетворенность, которая мешает мне мыслить здраво.

Беккер, неужели ты влюбилась?

Нет! Кто угодно, но только не я! Не хочу привязывать себя к человеку… Слишком болезненно. Так, соберись, тряпка! Встав с кровати, я подошла к окну, где стоял Алекс. Из окна я увидела, как он, Сэм и незнакомые мне ребята, весело покидают дом. Алекс будто бы знал, что я смотрю на них. Он остановился и собирался обернуться, но я успела спрятаться за красную штору. А что если я больше не увижу его? Мысль об этом с грохотом, как непрочная скала, обрушивается на меня и разбивает мое сердце на мелкие осколки. Беги. Беги за ним, Грэйс! Простояв за шторкой еще несколько секунд, я мигом выскочила из комнаты. Расталкивая толпу на первом этаже, я выбежала из дома. От Алекса и его компании не осталось ни следа. Нет! Возможно, я упустила свой шанс.

“Надеюсь, судьба сведет нас вновь”, - восстановив в памяти слова Мистера Сама-Таинственность, ищу в них утешение и что-то еще. Что-то незнакомое моей душе. Неужели надежда?

Раз уж я оказалась на улице, то, наверно, нужно идти домой. В дом Кэри я возвращаться не хотела, там уже делать было нечего. Да и мама небось себе место от волнения не находит, время то уже позднее, а я как назло забыла свой мобильник у себя дома, в комнате.

Я собралась уже идти, но меня кто-то подхватил выше локтя. Я не успела испугаться, так как сразу же познала знакомое лицо.

— Господи, опять ты? — я заныла и откинула голову назад.

— Я смотрю, ты забыла обо мне. И наверно не только обо мне, а обо всём на свете, пока он был рядом с тобой. — девушка довольно посмотрела на меня, — Слушай, а давай я тебя провожу? Ты где живёшь?

— Ну, раз ты так настаиваешь, то проводи. Тут не далеко, на метро с тремя остановками. — после того, как она услышала, как «близко» я живу отсюда, её лицо погрустнело. Отлично. Теперь отвяжись от меня! На самом деле, время маршрута от Восьмой улицы на Ориндж-Гров авеню, где проживет Кэр, составляет примерно около тридцати минут спокойным человеческим шагом до моего дома на Уоррен-Стрит.

Мне всегда нравился Сан-Фернандо тем, что районы расположены близко друг другу. Ведь это один из спальных городов на северо-западе округа Лос-Анджелеса и люди, живущие здесь, словно соседи.

— Со мной ты не заметишь, как быстро пролетит время — девушка прервала мои мысли. Черт, она все еще здесь.

— О да, конечно. — я с раздражением закатила глаза и пошла вперёд неё. Я рассчитывала, что она оставит меня и даст спокойно дойти до дома, но девушка увязалась за мной.

— Расскажи, как всё прошло? Я знаю, что ты хочешь поделиться, не держи в себе. — какая же доставучая девица! Зачем ей что-то знать обо мне? Но стоило ей взять меня за руку, как я ощутила некое пробуждение внутри. Легкая волна душевного спокойствия окатила меня с ног до головы от ее прикосновения. До меня только сейчас дошло, что ей можно доверять.

— Свои чувства я объяснить не в силах, их просто нужно пережить. Когда я находилась рядом с ним, то у меня сложилось впечатление, что мы уже виделись, только очень давно. И что удивительно, в его глазах я прочитала то же самое. На долю секунду мне показалось, что я влюбилась в того, кого даже не знаю… За минуты, проведённые с ним, я испытала чуждые для меня эмоции и с одной стороны, меня это настораживает, а с другой - я мечтаю ещё раз увидеться с ним...

Ох, мисс Беккер, какая речь!

Девушка внимательно слушала, улыбаясь во все тридцать два. Неужели ей и вправду было интересно? Она резко останавливается и отпускает мою руку. Я встала напротив нее.

— Эй, не тормози, мы ещё не дошли. — она засмеялась и развернула меня, — Какого чёрта?! — я не могла поверить своим глазам. Я увидела перед собой свой дом. Как такое возможно? Когда я развернулась, девушку в белом платье я не обнаружила. Твою мать! Что произошло?! Рехнуться можно! Я постепенно схожу с ума. Так много вопросов и ни одного ответа на них. Грэйс, тихо… Возможно, тебя накурили, вот тебе мерещится всякая хрень.

Я зашла в дом, сняла босоножки и тихонько прошла к себе в комнату, дабы мама не выбежала встречать мне с очередными расспросами. Впрочем, если она не расспросит сегодня, то обязательно сделает это завтра. И до завтра я успею что-нибудь придумать, потому что впереди меня ждет бессонная ночь.

Со своими тараканами в голове, я и не заметила, что дома никого нет. Хм-м. Смотрю на свое запястье, циферблат демонстрируют 23:18. Мама давно должна была вернуться из издательства. Тревога мгновенно нарастает, но тут же испаряется, когда ключем открывается входная дверь. Быстро поднимаюсь по лестнице и прячусь за перилами, присев на корточки.

Как по-детски, Беккер.

— Я заеду за тобой завтра в девять утра, - уверенный мужской голос звучит из коридора. Не могу разглядеть неизвестного типа, свет от люстры не достает до него.

— Благодарю, Дэвид, - мама робко отвечает. Дэвид? Отец Кэр? Возможно ли, что мои подозрения по поводу их отношений, вовсе не подозрения? Они желают друг другу спокойной ночи, кидая еще пару словечек, не касаемых рабочего процесса. На прощанье, мистер Гиббз целует маму в щеку, и убегает к своей машине. Во дела! Мама дождалась, пока Дэвид покинет двор и только тогда закрыла дверь. Поворачиваясь лицом в сторону лестницы, свет падает на нее и я, наконец, вижу, как ее лицо сияет. Неужели от счастья? Я никогда не видела ее такой… Такой беззаботной. Такой счастливой. Несмотря на то, что Дэвид Гиббз - первый ухажер после моего отца. Столько лет мама никого не подпускала к себе, полностью отдавая всю себя семейным заботам и работе. Она никогда не разговаривала со мной по поводу отца, тщательно избегая всевозможные беседы. Может, и к лучшему? Дэвид каким-то чудом смог найти правильный подход к этой неприступной женщине и я благодарна ему. Видеть, как от нее исходит переизбыток невинной радости, у меня просто камень с души.

Бесшумно встав на ноги, на носочках дохожу до своей комнаты. Иначе расспросов не избежать.

Глава 6

Я укутала свое спрятанное в шелковой пижаме тело теплым одеялом, и удобно улеглась на мягкой подушке. Выключив светильник, я закрыла глаза и мою голову посетили воспоминания сегодняшнего вечера. Алекс… Я ещё не встречала таких парней, как он. Я уверена, он богат не только внешней красотой, но и внутренней тоже. С ним чувствуешь себя в полной безопасности. «Грэйс, ты влюбилась!», — кричит моё подсознание. Нет, нет, нет! Как оказалось, жизнь с рождения наделила меня редким даром - учиться на чужих ошибках. В детстве я не прикасалась языком к железу при суровом морозе, ибо знала о последствиях. В начальных классах не думала о том, чтобы списать контрольную у соседа (даже если я не понимала решения), ибо знала о последствиях. И никогда в жизни я не позволяла себе влюбляться в кого-то - знаю о последствиях. В наше время, настоящая любовь существует только в сказках. И многие хотят счастливого конца, но, а мне бы хотелось счастливого начала.

— Так, может, Алекс и есть твоё счастливое начало? — в комнате раздался чей-то голос. Я как ошпаренная вскочила с кровати и включила ночник. Комната наполнилась тусклым желтоватым светом, но я никого не обнаружила. Окно и дверь были закрыты, а это значит, что мне почудилось. Успокаивая себя на этой мысли, я вновь легла в свою постель. — Я не дам тебе заснуть, пока не ответишь на мой вопрос, ты же знаешь меня, — на этот раз я уже догадалась, кто не даёт мне покоя. Она стояла напротив моей кровати. Силуэт девушки напоминал мне кого-то, только кого? Я услышала непонятный шорох и увидела, как она достает ярко-красную вещицу, напоминающую кулон. Мерцающий и яркий свет, исходящий от него, гипнотизировал меня, — Сейчас ты уснешь. Но очнёшься не в наше время. Ты всё поймёшь. — девушка вертела кулоном влево-вправо, и я, как послушное зомби, медленно стала закрывать глаза.

***

Я сразу же пришла в себя. Только не в своей любимой кроватке, а на лавочке в Гранд-парк, расположенный в самом сердце Лос-Анджелеса. Это мой любимый парк. Мама часто приводила меня сюда, когда я была маленькой. Мы сидели на этой самой скамейке, ели клубничное мороженое и наблюдали панораму небоскребов, которые были на фоне переливающегося во все цвета радуги фонтана. Как же я оказалась здесь? Эта девушка настоящая ведьма. У меня больше нет объяснений того, как я попала сюда. Нужно срочно возвращаться домой. Я встала с лавочки и направилась в сторону дома, но меня остановил детский, режущий слух, плач. Я словно не по своей воле обернулась и пошла на этот зов младенца. С каждым моим шагом, детские крики становились всё громче и громче. Когда я остановилась напротив заброшенного здания, плач прекратился. Я никого не видела, кроме одного парня. Он стоял ко мне спиной на крыльце. У меня возникло такое ощущение, что я уже видела его. Эта обстановка кажется мне очень странной. Осознав, что мне тут делать нечего, я хотела развернуться и наконец, попасть домой, однако, не всё так просто. Откуда не возьмись, из угла вышла девушка. На неё так хорошо падал свет из-за фонарей, что мне удалось разглядеть в ней… себя?! Что за чертовщина тут происходит? Девушка, оборачиваясь, подошла к этому парню, что-то шепнула ему и взяла его за руку. Когда свет упал и на парня… Нет, нет, нет!

***

17 марта, 2016 год. Четверг.

— Грэйс, просыпайся! Грэйс! — я вернулась в реальную жизнь, но не сразу поняла это. Перед собой я увидела маму, она взволнованно смотрела на меня и вытирала полотенцем холодный пот с моего лица, — Грэйс, детка, чтобы тебе не приснилось — это всего лишь сон. Не стоит заострять внимание на такие мелочи, поняла меня? — мама говорила так, будто знает, что приснилось мне.

— Мам, там, во сне, ничего страшного не случилось, а когда увидела его…

— Так вот почему ты пришла вчера так поздно? Что, думала, я не догадаюсь? Давай, расскажи о нём. — у мамы тут же появилась улыбка и заблестели глаза.

— Я бы с большим удовольствием тебе всё подробно рассказала, но мне нужно рано вставать. Не хочу опоздать на автобус. — я мило улыбнулась и плюхнулась на подушку. Слегка приоткрыв один глаз, я увидела, как мама встала с кровати, подошла к окну и раздвинула шторы. Лучи теплого весеннего солнца попали на меня, и мне пришлось полностью накрыть себя одеялом.

— Кажется, сегодня четверг? — мама тихонько подошла ко мне, — А по четвергам тебя всегда забирает Кэри. — она резко стащила с меня одеяло и бросила его на пол, — Вставай, завтрак ждет тебя на кухне. — не переставая смеяться, мама покинула комнату.

— Ха-ха, очень смешно! — вслед крикнула я. Нехотя встаю с кровати и первым делом отправляюсь в душ. От холодной струи воды, моё тело полностью покрылось мурашками. Все плохие мысли освободили меня от своей доставучести, от чего стало намного лучше.

Простояв несколько минут под холодной водой, я вылезла из ванны и обвернула себя махровым полотенцем. Погода сегодня солнечная, я решила надеть свои любимые джинсы, топик без лямок и сверху накинула легкую кофту с рукавом.

Я уже чую этот потрясающий запах блинчиков с джемом. Собрав сумку, я увидела за окном приближающийся к нашему дому пикап Кэрри. Видимо, сегодня позавтракать я не успею. Я потихоньку подкралась к входной двери и обула кроссовки.

— Мамочка, прости, я не успею позавтракать! Кэрри приехала за мной. Пока. Целую! — и чтобы не слышать возмущений от мамы, я мигом вылетела из дома и подбежала к машине.

— Какая ты быстрая. Что, снова не успела позавтракать? — засмеялась Кэри.

— И причём из-за тебя. — я уселась в автомобиль и захлопнула за собой дверь.

— Какая я умница. Благодаря мне, ты никогда не потеряешь свою стройную фигурку и станешь известной, как Анна Рестон*, — Кэрри улыбнулась и надавила на газ.

— Кэрри, уж ты то должна знать, до чего ее довела анорексия, - возмущаюсь я глупым сравнением. Для меня не свойственно следить за модой, но когда-то Кэр прожужжала мне все уши про бедную девушку.

— Да брось, с тобой никогда подобного не случится. Ты же любишь поесть, - подруга скорее ставит перед фактом, а не спрашивает. Я наигранно хмурю брови и слега ударяю ее локтем, — Эй, леди, полегче. Нельзя отвлекать блондинку, когда та за рулем. Кстати, мы еще успеем перекусить в нашей кафешке, - мой пустой желудок услышал слова о еде и тут подал громкий сигнал в виде урчания.

Всю дорогу к школе после парочку маффинов и крепкого кофе, мы молчали. Я наивно верила, что Кэрри не устроит мне допрос, как в детективах, но когда мы вошли в кабинет английского языка и сели за парты, Кэрри подвинула стул ближе ко мне.

— Не хочешь рассказать о том парнишке? — она достала из своей сумки бренда "Валентино" зеркальце и помаду.

— Да ничего особенного. Я только знаю, что его зовут Алекс. — вспомнив его улыбку, я не заметила, как сама заулыбалась.

— Ничего себе! Подруга, да ты запала на него… — не дав договорить Кэрри, в кабинет зашла миссис Коулман, директор нашей школы. Все тут же разбежались по своим местам. Ей было немного за тридцать, но вязаный кардиган, небрежная темная юбка в клетку до пола и белая блузка - делали ее намного старше. Если верить слухам, то недавно она развелась со вторым мужем. Еще одно доказательство, почему нельзя влюбляться. Иначе все юные и красивые девушки, превратятся миссис Коулман.

— И так, класс. С сегодняшнего дня, у вас будет новый учитель английского языка. Прошу любить и жаловать. — в кабинет зашёл высокий, симпатичный и молодой на вид парень. Его взгляд сразу же упал на меня. А это что еще за фрукт?

— Меня зовут Калеб Смит. Для вас же — мистер Смит. — он продолжал смотреть на меня. Этот блондин начинает действовать мне на нервы, — Очень надеюсь, что мы подружимся с вами.

— Мистер Смит, что вы, это наш самый лучший класс. Школа ими гордится, - невзначай закатываю глаза от бурного преувеличения, набрав в легкие как можно больше воздуха. Стараясь не смотреть на придурка-блондина, я все равно чувствую нутром, что он пялится на меня, как будто мы давно не виделись. Я и не припомню, чтобы мы вообще когда-либо встречались, — Удачного всем дня! — с этими словами миссис Коулман покинула кабинет.

Весь урок я чувствовала его взгляд на себе. Так хотелось выбежать из кабинета и закричать, но окружающие не то поймут. Мистер Смит понравился многим девочкам, и Кэрри в этом списке, к моему большому сожалению. А для меня он выглядит очень подозрительно.

Прозвенел звонок с урока. Все принялись собирать учебники в сумки и поспешили покинуть кабинет. Всем удалось это сделать, но не мне. Мистер Смит остановил меня и попросил Найджела закрыть за собой дверь, который выходил последний.

— Ты, пожалуй, Грэйс? — наши глаза встретились, и мне стало неловко. В ответ я лишь кивнула, — Говорят, ты очень способная и образованная ученица. Так что у меня есть задание для тебя. Приходи сегодня в школьную библиотеку, в 16:00. На листочке, который ты найдешь на столе, будет задание. Удачи. — на его лице появилась недоброжелательная улыбка. Я снова кивнула головой, и быстрым шагом покинула этот чертов кабинет.

Все остальные пять уроков пролетели незаметно, и всё это время я не могла понять, какое ещё задание приготовил для меня очередной психопат.

*Анна Рестон - самая худая модель из Бразилии. Карьера девушки была успешной, но продлилась не долго. В возрасте двадцати одного года девушка умерла от нервной анорексии.

Глава 7

Я подошла к двери нашей школьной библиотеке. На моих часах 15:58. Ещё раз, посмотрев на время, я захожу в просторное помещение, которое полностью набито книгами. Взгляд сразу бросается на алые, как кровь стены с золотистыми узорами. Мебель сделана из красного дерева, что придает эксцентричный вид. Слева от меня в ряд стоят компьютерные столы, на которых находятся мощные и современные ноутбуки. А справа расположены высокие книжные полки.

Странно, ни одной живой души здесь нет, кроме меня. Даже миссис Даглас отсутствует, судя по тому, что её личный стол пустует. Уж не связано ли это с ненормальным новым учителем английского? Выкинув эту мысль из головы, я вспомнила для чего пришла сюда. Обойдя все компьютерные столы, я не обнаружила никакой записки, но, когда я подошла к столу миссис Даглас, нашла листочек с надписью «Для Г. Беккер». Я стала рассматривать надпись, это и есть задание? «Переверни листок, бестолочь», — подсознание подсказало мне, что задание, возможно, на другой стороне листка. Подсознание не ошиблось. На другой стороне листа было написано:

«И все же, ради того, чтобы не утратить свободу воли, я предположу, что, может быть, судьба распоряжается лишь половиной всех наших дел, другую же половину, или около того, она предоставляет самим людям».

Что это всё значит? Это игра такая? Угадай, чья цитата и ты получишь сектор приз на барабане? У мистера Смита отвратительное чувство юмора, что, собственно, разозлило меня очень сильно. Я смяла листочек с «заданием» в кулаке и сунула в задний карман джинсов. С плохим настроением я покинула библиотеку, а затем и само здание. Чёрт. Из-за этого мне придётся до дома идти пешком, так как моя единственная подруга не дождавшись, уехала менять свой старый пикап на новенький «Ауди». Ставлю сто баксов, что Кэри устроит вечеринку по этому поводу. Ну, а школьный автобус уехал прямо на глазах. Жизнь — дерьмо.

Надев наушники и включив плеер, моя жизнь обрела хоть какой-то смысл, особенно, когда играет композиция “Breaking Benjamin - Give Me a Sign” в акустической версии. Мне оставалась всего несколько кварталов до дома, а ноги уже слегка подкашиваются. Я бы с большой радостью остановилась и сделала передышку, но я всю дорогу чувствую спиной, что за мной кто-то идёт. Я сворачивала то направо, то налево, и неизвестный идёт за мной, словно тень, от которой хочется бежать. Нет, бежать нельзя, иначе он рванет за мной, заведет за угол и через несколько секунд мои мозги окажутся на асфальте. Ужасное зрелище. И почему в моей сумке нет газового баллончика? Надо его приобрести, срочно.

Так, ну всё, это начинает действовать на нервы.

— Слушай, хватит… Мистер Смит?! — обернувшись, я застыла на месте, как парализованная. Мистер Смит шел за мной всю дорогу?

— Сестренка, это в школе я мистер Смит. За пределами школы я просто…

— Калеб! Может, ты сделаешь свое дело, и мы пойдём? — за спиной мистера Смита внезапно показался парень. Это ещё кто? И что за дело?!

— Заткнись, Дик и перестань ныть, — Калеб закатил глаза, докуривая сигарету, после чего он выпустил весь дым на меня, — Ты была в библиотеке, Грэйс?

— Нет, — и зачем я соврала? Он же сейчас убьёт меня. Убьет и закопает в ближайшем парке.

— Моя милая сестренка, — Калеб усмехнулся над моим ответом, — Ты не умеешь врать, — он сделал один шаг ко мне. Обнимая меня за плечи обеими руками, Калеб смотрел прямо в глаза и что-то бубнил себе под нос.

«И чего ты стоишь? Врежь ему и бегиии!»

Но я не могу пошевелиться.

— Калеб, кажется, я предупреждал тебя, — за моей спиной раздался до боли знакомый голос. Господи, это он. Мой спаситель — Алекс. Учитель английского яростно покосился в сторону Дика, быстро освобождая меня из своих цепких лап. Я с облегчением выдохнула, разворачиваясь лицом к Алексу. Он был не один, Сэм стоял рядом. Они оба смотрели в сторону этих двух маньяков, безжалостно обжигая одним только взглядом.

Глава 8

Атмосфера явно накалялась, а я находилась между двух огней. Сделав пару шагов в сторону, я взглянула на Алекса - он был не в себе: хмурые брови оставляли небольшую складку между собой на его лице, скулы от напряжения нервно дергались, слегка пухловатые губы парня были поджаты, а его прекрасные голубые глаза потемнели от злости.

— Тише, чувак, - Калеб усмехнулся, поднимая обе руки в знак того, что он якобы сдается, — Мы с тобой оба прекрасно знаем, что я тебе не по зубам. Вспомни, как все закончилось в прошлый раз. - мистер Смит оскалился, продолжая смотреть на парней с вызовом.

— Ну, а ты, Дик, мать твою, Фостер? - с грозным видом, Сэм осторожно подошел к другу блондина, — Все еще считаешь, что принял верное решение, предав нас? Мы считали тебя братом, защищали тебя от всяких ублюдков подобных этому, - парень подбородком указал на Калеба, - А ты повелся на их сказки. Стал таким же… Ублюдком, - Сэм еще ближе подошел к нему. Они стояли лицом к лицу, — Нет, даже хуже. Ты стал ручным псом для него. Послушной собачкой на привязи.

— Черт возьми! Твоя речь очень воодушевляет. Ты годами репетировал? - не скрывая сарказма спросил Смит, демонстративно аплодируя. Его темно-зеленые глаза наполнены ненавистью и жаждой пролить чью-то кровь. Он олицетворение зла. Я чувствую это. Калеб специально провоцирует Сэма, который уже собирался подойти к нему. Да уж, они явно не питают нежные чувства друг к другу. Не знаю, что здесь происходит, но чувствую, что грядет нечто ужасное, если их не остановить.

Перевожу взгляд на Алекса, мы встретились глазами и он, будто, прочитал мои мысли. Он сделал глубокий вдох и моментально смягчился.

— Сэм, не сейчас, - более спокойным тоном произнес Алекс, однако парень какое-то время свирепо смотрел в глаза блондина, а после развернулся, вернувшись к Алексу.

— Надо же, какая ирония, - Калеб чиркает зажигалкой, тем самым прикурив очередную сигарету, — Кто-то пять секунд назад втирал про послушных собачек. Что, Сэм, твой братец крепко держит поводок?

Братец? Значит, я не ошиблась в том, что Алекс и Сэм братья.

Алекс подходит ко мне и берет меня за руку, крепко сжимая в своей ладони. На секунду он обернулся назад, где стояли Калеб и Дик.

— Я не прощаюсь, - угрожающе произнес Алекс и, подмигнув этим маньякам, уводит меня подальше.

Что за чертовщина?! В моей голове творился кромешных хаос только по двум причинам: первая - мой учитель английского преследовал меня всю дорогу, заманил в библиотеку, подкинул тот лист с бессмысленным текстом и вдобавок ко всему его ненавидит мой недавний знакомый, вторая - стоило Алексу коснуться своей рукой до моей, как я почувствовала ровно все 220 вольт. Удар невидимого тока вмиг пробежался вдоль руки и отразился в моем сердце, которое получило свою дозу топлива и забилось быстрее прежнего. Ну и дела! По непонятным причинам меня тянет к этому голубоглазому парню. Ещё во время нашей первой встречи я поняла, что неистовая тяга к нему взяла верх надо мной и почему-то меня это тревожит, точнее... пугает.

— Кажется, пришли. Мне всегда нравился Уоррен-Стрит, - с небес на землю меня вернул голос Сэма, который рассматривал район, словно, родной для него.

— Кажется, да, - сомкнув губы, я взглянула на Алекса, и моё лицо вновь расплывается в улыбке, — О, и большое спасибо вам, что вытащили меня из лап мистера Смита.

— Чип и Дейл всегда к вашим услугам, мисс..., - Сэм сделал паузу и вопросительно глядит на меня, делая жест рукой, чтобы я закончила фразу.

— Беккер, - торопливо ответила я, — Мисс Беккер… Вернее… Грэйс Беккер… В общем, я Грэйс, да, - я тянула каждое слово, поскольку мой изящный словарный запас в одно мгновение испарился. Я никогда так сильно не тормозила. Черт, безумно стыдно.

Пытаясь провалиться сквозь землю, виновато опускаю голову вниз. О, Господи! Неужели мы до сих держались за руки? Моё бедное сердце вот-вот остановится. Дыши, Грэйс, только дыши.

— Грэйс, - с нежностью в голосе произнес Алекс, будто пробуя имя на вкус, — Я Алекс Миллер, - медленно поднимаю глаза и замечаю его улыбку, – а это мой брат Сэм, - он свободной рукой показывает на парня, и мы с Сэмом киваем друг другу.

— Приятно познакомиться, Сэм, - еще раз улыбаюсь ему и перевожу взгляд на голубоглазого Мистера-Сама-Таинственность, – Алекс, - шепотом произнесла я, дабы никто услышал мой дрожащий голос.

Соберись, Грэйс!

— Кстати, завтра у нас первый день в вашей школе… Мы только недавно переехали сюда, - поясняет Алекс и продолжает, — Нам бы не помешала помощь гида.

— Двух, - врывается в разговор Сэм, довольно усмехаясь. Алекс разворачивается и смотрит на него, как на идиота, – Что? Мне тоже нужна подружка, - Сэм изображает удивленную физиономию на реакцию Алекса, который нервно закатывает глаза. Подружка? У меня есть одна на примете. Думаю, они быстро найдут общий язык, причем в прямом смысле этого слова. Судя по поведению Миллера Номер Два, они с Кэрри в чем-то схожи. Возвращаясь своими голубыми глазами к моим, Алекс взял меня за другую руку.

— Станешь нашим гидом? – парень смотрел на меня с надеждой в глазах и без всяких раздумий, я кивнула головой, в знак согласия. Мне одной показалось, что вопрос прозвучал несколько иначе, из разряда счастливых жизненных сцен, где присутствует предложение руки и сердца?

Алекс широко улыбнулся, как мальчишка, и скорее всего, сам того не ожидая, заключил в свои крепкие объятия. И не ожидая от себя, я обняла его в ответ. Черт.

Как же. Божественно. Он. Пахнет.

Запах его одеколона дурманит мой разум, хочется еще и еще насытиться им, чтобы надолго запомнить.

— Что-ж... Отлично, что мы обо всем договорились, - Сэм как всегда во время вмешался, — До завтра, мисс Беккер, вернее Грэйс, - насмешливо издевается он, — Алекс, нам пора, - брюнет хлопнул его по плечу и помахав мне рукой, не спеша отправился дальше, вдоль дороги. – Да, эм-м... Мне пора... Что-ж, до завтра, - как же я не желала отпускать его, да и сам Алекс нехотя отпустил мои руки и пошёл вслед за своим братом, на несколько мгновений обернувшись назад.

— До завтра. - еле шевеля губами, прошептала я.

Глава 9

18 марта, 2016. Пятница.

Своим назойливым писком, будильник дал мне понять, что время приблизилось к полуночи. Лунный луч, тайно пробившийся сквозь шторы, являлся единственным источником света в сумрачной и пустой комнате, в которой я не могла уснуть. На улице царила мертвая тишина; ни одного намека на какой-нибудь треск веток деревьев или же проезжающего мимо автомобиля. Оно и не удивительно. Ведь мы жили на окраине Лос-Анджелеса, в спальном районе Сан-Фернандо, где из шумных звуков только лай собак во дворе, да гудение компрессора, доносящийся из холодильника у нас дома.

Пустая комната, пустые улицы, кругом сплошная одинокая пустота, но только не в моей голове. Я медленно схожу с ума от такого бешеного потока мыслей. И почему-то все пришедшие мысли, посвящены лишь одному человеку. Алекс. Черт бы побрал этого парня! Его появление в моей жизни дало какой-то сбой в системе. Хотя, кого я обманываю? Сбой появился гораздо раньше и гораздо внезапнее - та девушка в белом платье. Она приходит, как гром среди ясного неба, и так же уходит. В любой момент, возможно, прямо сейчас она опять заявится сюда, применив свои магические манипуляции надо мной. Кто же она? Я не раз задавалась этим вопросом, но не нахожу ясных ответов. Мое больное воображение? Потомственная ведьма, которую не успели сжечь на костре в середине семнадцатого века? Боже… Я больше склоняюсь к первому варианту, точнее, мне хочется так воспринимать сей запутанную ситуацию. «Остановись, Грэйс, хватит этого бреда», - внутренне «Я» сердито смотрело на меня, не одобряя мои причудливые фантазии, которые нарушали грань всей подлинной рутины. Сделав самый что ни на есть глубокий вдох, я закрыла глаза и, думая о завтрашнем дне, в два счета проваливаюсь в глубокий сон.

***

Белый яркий свет ослепляет меня, заставляя прищурить глаза, но все же стараюсь осмотреть среду своего обитания. Кругом ничего нет. Совсем ничего. Под ногами только каменистая тропинка, которая уходит далеко в бесконечность, и не видно ее конца.

– Грэйс, сюда, - чей-то монотонный и мужской голос звал меня за собой. Обернувшись назад, я вижу, как возникает длинный коридор из пустоты. Он начинает формироваться дальше, будто невидимый субъект сооружает его. Иными словами, я словно нахожусь внутри самой видеоигры. Деталь за деталью, и вдруг проявляется чёткость всей картины - школьный коридор, совершенно безлюдный. Удивительно то, что меня это не пугает и я делаю пару шагов вперёд, – Я здесь, Грэйс, иди сюда, - странный голос продолжает звать, и я дохожу до конца коридора, машинально поворачивая направо, – Скорее, - в голосе просыпается грубость, а его слышимость увеличивается. Снова коридор, но не такой просторный. Отделка стен и шкафчики для учеников напоминают мою школу. Особенно сейчас, когда я увидела знакомый стенд. Точно! В день, когда Кэрри устроила мне шоппинг, я обратила внимание на этот же стенд выпускников и по неизвестным причинам, тогда подошла к нему. Делаю все то же самое. Прохожусь глазами по всем фотографиям, как в прошлый раз, и натыкаюсь на последнюю. Невозможно... Алекс?! Вот, где я видела его! Фотография достаточно старая и сделана в год моего рождения, но это он!

***

Просыпаюсь от собственного крика. Спустя пару секунд, в комнату вбегает мама в своем длинном бархатном халате, с тревогой в глазах.

— Милая, меня беспокоят твои непрекращающиеся кошмары, ты ничего не хочешь рассказать? – у мамы был слегка хриплый голос и виднелись небольшие синяки под глазами. Кажется, из нас двоих, не только я погрязла в секретах.

— Мам, ты прости, но твой внешний вид желает оставлять лучшего. Ты не спала? – раз на раз приходиться включать идиотку, задавая вопросы на вопрос. Я не из тех, кто впутывает близких людей в то, в чем сама ещё не смогла разобраться самостоятельно.

— Тебе пора собираться в школу, горячие тосты и яичница на столе, - изобразив улыбку с неким лукавством, мама нежно целует меня в макушку и неспешно покидает комнату. Вот теперь понятно, в кого я такая независимая, в плане, собственных проблем, конечно. Здесь я очень похожа на Кассандру - мы никогда не втягиваем родных и друзей в определённые трудности, которые происходят с нами. Внутри души ограждаем барьерами переживания от всех окружающих, чтобы никому в голову не пришла мысль о помощи. Иначе, что я, что мама, разуверимся в своих силах, почувствовав унизительную беспомощность.

— Твою мать! - кажется, с кухни, ну... На территории первого этажа точно, раздался достаточно громкий вопль мамы. Далее последовали более ожесточенные фразы, о существовании которых не знают сами сапожники. Понятно, к чему я веду, да? Уши до покраснения свернулись в трубочку и все бы ничего, если бы не эти поднимающиеся вверх по лестнице шаги. Первая мысль, пришедшая в голову - неуклюжесть. Моя мама, та самая Миссис-Невнимательность, частенько проливает на себя только что сваренный кофе, особенно, когда опаздывает на важные собрания в издательстве. Начинается всем известная девушкам паника: чистые вещи, попавшие под обстрел каплей горячего кофе, пулей летят в корзину грязного белья, где лежат уже предыдущие испачканные "жертвы" кофемана. Крики во время поисков чего-то другого, беготня по всему дому, успокоительное для восстановления нервных клеток. А что если, случилось нечто похуже разводов на рубашке? О, черт! Возможно, она увидела меня вместе с Алексом, вчера возле дома и, возможно, нашла какие-то сведения о его старых незаконных делишках? Он из клана мафиози? Клана изготовителей наркотиков? Клана Вольтури?! Мысли настолько быстро меняются, что я не поспеваю за своими догадками. Мрак! В такие минуты, желательно, не попадаться на глаза взбешенной женщине, чье утро не задалось. Например, можно спрятаться в укромном местечке, что я и собираюсь сделать.

— И совсем неважно, сколько мне лет, ла-ла-ла, нужно уметь постоять за себя-я, - как бы напевая, тихим, дрожащим голосом песню из жанра "SOS!", я тяну на себя одеяло с невозмутимым видом, и замуровалась под ним с ног до головы. Скромная обитель сооружена. Я в безопасности.

— Грэйс!

— Мама, чтобы не случилось, знай, ты самая лучшая! - пока не начался бой, я заранее обороняюсь фразочками для примирения, но мне кажется, что это чертово пуховое одеяло, заглушает все мои старания, — Ты растила меня, кормила, одевала и ты большая молодец! Надо же, ты действительно справилась со своей нелегкой задачей, так держать! - в комнате воцарилась подозрительная тишина. Да ну, серьезно? Хочется поскорее выбраться из собственного плена. Становится безумно жарко и мне почти нечем дышать. Вот только безопасность превыше всего, даже важнее глотка свежего воздуха. Уж лучше погибнуть с честью, как положено герою - от удушения пухового одеяла, нежели чем с позором - от рук мамы.

— Боюсь спросить... Ты закончила или еще не все силы исчерпала? - мне показалось от нехватки кислорода, или тон в ее голосе звучит действительно покладисто? Никаких возмущений? Или "Грэйс, я все знаю!" с таким выражением лица, ровно я ограбила благотворительный фонд? Неторопливо выбираюсь из своего душного логова. Мама стоит напротив кровати и с недоумением смотрит на меня, держа в руках кремовый конверт из плотного картона. Моя драгоценная женщина успела привести себя в порядок за каких-то пару минут: синяки стали незаметны и скрылись под небольшим слоем консилера, который замаскировал следы усталости; нанесенная пудра-бронзер (спасибо мисс Гиббз за лишнюю информацию в моей голове, знающая каждое название приспособлений в мейкапе) затемняет зону под скулами и по контуру, что делает их немного острее. Мама использует гель для подчеркивания природной конфигурации своих бровей, из-за чего они выглядят широковато, броско акцентируя внимание на больших глазах; тени шоколадного оттенка блестят на складке, внешних уголках глаз и немного выше подвижного века; а на пышные ресницы нанесена черная тушь. Но что касается самих глаз - они, как отдельный вид искусства. В результате гетерохромии, глаза миссис Беккер разного цвета - один карий, а другой зеленый и это главная изюминка, делающая ее неотразимой. Уверена, что такой яркий взгляд способен буквально прожигать мужчину насквозь. Хм-м, как мистер Гиббз отреагирует, увидя в своем издании воистину настоящий идеал красоты?

Грэйс, очнись, ты сейчас находишься под строгим взором роскошного “надзирателя”.

— Что-то произошло? - как можно более мягко задаю вопрос, состроив невинные глазки.

— Почему ты не сказала мне? - мама вертит конвертом и достает оттуда лист бумаги. Увидев заглавные буквы в словах “Поздравляем! Вы приняты!”, я поникла и покаянно опускаю взгляд, будто бы я провинилась в чем-то ужасном. Письмо о поступлении в Колумбийский университет, я вытащила из почтового ящика еще неделю назад. Раскрыв его, мое самолюбие билось в конвульсиях бешеного восторга, однако ликование в один миг закончилось неуверенностью, страх проник в мое подсознание. Не задумываясь о последствиях, я спрятала конверт за диваном в гостиной, наивно рассчитывая, что там он будет в безопасности, — Грэйс, - тихий голос мамы вытаскивает меня обратно в реальность.

— Мам, - делаю небольшую паузу, набираясь храбрости. Вдох-выдох, Беккер, смелее, — Я не уверена, что именно там находится мое будущее. Вдруг у меня не получится? - поднимаю голову и вижу, как неодобрительно качая головой, мама кладет конверт с письмом на прикроватную тумбу и с расстановкой присаживается рядом на край кровати. Она с понимающим видом заглядывает в мои глаза и бережно проводит рукой по моим растрепанным волосам, которые едва запутались после суматошной ночи.

— Грэйс, ты сильная и самостоятельная девочка, но пытаешься заглушить этими качествами всю наивность и хрупкость своей души. А что касается университета - стоит попробовать, иначе так и будешь жить в догадках, постоянно опасаясь неверного решения. Помнишь, мою любимую фразу? Пока не попробуешь…

— Не узнаешь, - закончила я на глубоком выдохе, означающий насколько часто я слышала отваленный мамой афоризм. Она приложила свою теплую и нежную ладонь к моей щеке, а во взгляде читается искренняя материнская любовь. Напомнив еще раз про завтрак, мама скрывается за дверью комнаты, оставляя меня наедине со своими мыслями, которые мчатся со всей скоростью, обгоняют друг друга, как резвые лошади на скачках. Осталось только заключить пари, поставив ставку на тотализаторе ипподрома мыслей, и ждать, какая же быстрее доберется до моего рассудка.

После двух скучных уроков химии, и урока изучения Америки, пришла пора для большой перемены, когда местом неизбежной встречи становится школьная столовая. Прозвенел звонок и в спешке, складывая учебники в рюкзаки, все приступили к выходу из кабинета. Кэрри сразу же пропала из виду, с кем-то воодушевленно разговаривая по своему гаджету с откусанным яблоком. Интересно, кто находится по ту сторону телефонной линии?

Я стою в школьном коридоре возле своего шкафчика, пытаясь сосредоточиться на расписании уроков, висящем на дверце. Сегодня долгожданная учениками пятница и невозможно не заметить, как у проходящих мимо парней и девушек блестят глаза в предвкушении бурных выходных. Возвращаюсь обратно к расписанию, нахожу нужный столбик с предметами и опускаю взгляд до последнего урока - английский язык. Дьявол. Перед глазами незамедлительно возникает вчерашняя картина: мистер Смит преследует меня всю дорогу со своим дружком Диком, который, по словам Сэма, предал их, связавшись не с той компанией. Смею надеяться, что братья Миллеры придут вовремя и на уроке английского я буду в безопасности. Внезапно мною овладело любопытство, горящее желанием узнать предысторию их вражды между собой и почему, черт возьми, именно я угодила в этот бешеный водоворот событий?

“Готовься к жизненным переменам. Ведь ты этого так хочешь, Грэйс”, - прокручиваю в воспоминаниях слова той мистической нежити в белом платье и с черными локонами. Глубоко внутри раздается судорожная непонятная для меня вибрация, от чего сводит каждую мышцу и мое тело тут же пробивает дрожь. Руки трясутся, как листья фиалкового дерева во время сильного ветра. Нервные импульсы, словно воспряли ото сна и молниеносно разносятся вдоль позвоночника, врезаются в плечевое сплетение, достигают мозжечка и распространяются по головному мозгу, после чего я поняла - девушка в белом играет немаловажную роль во всех недавних событиях. Она определенно стоит за всем происходящим, теперь я более, чем уверена.

Вибрация без умолку продолжает сотрясать мою телесную оболочку до тех пор, пока не возвращаюсь в действительность окружающего мира, наконец осмыслив, что это вибрирует мобильный телефон в заднем кармане джинс. Быстро отхожу от своих назойливых мыслей, отбрасывая их на задний план и отвечаю на звонок. Нажимаю по дисплею большим пальцем на зеленую кнопку со всей скоростью света, даже не удосуживаясь посмотреть имя абонента входящего звонка.

— Да, алло? - отвечаю задыхаясь, будто только что пробежала километровый марафон.

— Знаешь, ты и без того странная и растерянная в последние дни, - голос собеседника в телефоне синхронно совпадает со словами, которые я слышу справа от себя и поворачиваю голову. Замечаю весь изящный сарказм, играющий в ее глазах и, еле сдерживая смех, она продолжает говорить в телефон, — Однако сегодня ты превосходишь саму себя.

— Господи, Кэрри! - кидаю возмущенный взгляд, отключая вызов звонка и Гиббз тут же хохочет на весь коридор, — Давно здесь стоишь? - я стараюсь не замечать ее звонкий смех, и достаю из рюкзака лишние учебники, складывая их на полке шкафа. Кэрри наклоняется вперед, упирается руками о колени, а затем показывает мне указательный палец, означающий, что сейчас ей надо отдышаться, дабы прийти в себя.

— С того момента, когда ты что-то тихо пробубнила про какие-то перемены в жизни, - блондинка выпрямляется, а я пребываю в полном замешательстве, стараясь не подавать виду. Неужели я произнесла слова вслух?

— Кто звонил тебе после урока? - как бы невзначай перевожу разговор на другую тему и закрываю дверцу своего шкафчика, прислонившись к нему спиной. Кэрри моментально меняется в лице, можно подумать, она с нетерпением ждала этого вопроса: сине-зеленые глаза широко распахнуты, а в них загораются озорные искорки; уголки губ поднимаются кверху, и блондинка торжественно улыбается, обнажив свои ровные и белоснежные зубы.

— Ты не поверишь! - с энтузиазмом вскрикивает она и мимо проходящие старшеклассники, оглядываются на нас, но Гиббз плевать хотела на косые взгляды, продолжая смотреть на меня, — Звонил мой отец и сказал, что их журнал “Be Famous” попал в десятку культовых журналов о моде. Тираж перевалил за три миллиона, и это только в Северной Америке, представляешь? В общем, по этому поводу, завтра вечером состоится закрытое мероприятие в отеле ЛА “Viceroy Santa Monica” и, кстати говоря, мы с тобой уже входим в список гостей! - Кэр протараторила на одном дыхании, задыхаясь от переизбытка переполняющих ее эмоций. А я даже не имею малейшего понятия, как мне реагировать на такую неожиданную новость - либо злиться, так как мама ничего не говорила про вечеринку, как и о том, что вообще происходит в редакции; либо злиться вдвойне, потому что я не переношу светские банкеты в окружении тех людей, которые меряются между собой струей, чья же дальше. Ведь найдется владелец BMW M2, вышедшего абсолютно недавно, в начале апреля этого года (данная информация в моей голове сохранилась благодаря все той же несносной подруге, которая с пятнадцати лет разбирает автомобиль на агрегаты и без чьей-либо помощи меняет масло в двигателе) и начнет доказывать с пеной у рта другому владельцу самой скоростной яхты в мире, что его груда из металла гораздо мощнее и быстрее. А по итогу все закончится ровно тем, что они собьются на десятом счете перечислений, так и не выяснив, у кого и что лучше. Это зрелище - мучительная пытка для таких отдаленных от мира сего, как я, — Черт тебя возьми, Беккер! - подруга вцепилась в мои плечи своими длинными пальцами, начиная немного трясти, чтобы я спустилась с небес. Должно быть мои назойливые мысли опять-таки утащили меня за собой на другой край планеты.

— Я просто в полном восторге! - изображаю весьма изумленный вид, насколько позволяет мое актерское мастерство и протираю рукой правое плечо, вкусившее всю остроту ее ноготочков. Кэрри с недоверием на мои комментарии щурит глаза, впиваясь ими в меня и ищет в моем взгляде правду, которую с усилием скрываю от нее, но она слишком хорошо знает меня, что я уже собираюсь сдаться, но прежде, чем я успеваю что-либо сказать, три девушки из параллельного класса останавливаются возле нас и зачарованно смотрят куда-то вперед.

— Боже мой, вы только посмотрите кого занесло в нашу глухомань, - девушка с омбре пепельного оттенка, прикусывает нижнюю губу.

— Они невероятно сексуальны! Девочки, у кого-нибудь есть с собой фен для волос? - с насмешкой отзывается вторая брюнетка, поправляя свой бюст, который вот-вот вырвется на свободу.

— Тот, что слева - мой, - уверенным голосом заявляет третья блондинка. Ее зовут Саманта Райт - капитан черлидерской команды и самая популярная девушка в нашей школе, но к сожалению, так считает только она и ее сплетницы-подружки, постоянно бегающие за ней. По мнению Саманты, все парни, в том числе и наша баскетбольная команда, под ее строгим каблуком. Наконец, мы с Гиббз обмениваемся взглядом и одновременно разворачиваемся в сторону, куда был устремлен взор тех девиц. Эти двое направляются к нам и однозначно знают толк в том, как привлечь к себе всеобщее внимание, которое они явно пропускают мимо. Он смотрит прямо на меня, не скрывая своей озорной улыбки. Мне кажется их походка настолько неспешная и грациозная, что сюда напрашивается знаменитая песня “Back In Black” великой рок-группы AC/DC и данный замедленный момент точь-в-точь выйдет, как в голливудских фильмах. Единственное, на заднем фоне не хватает мощного взрыва какой-нибудь машины, но вместо этого, позади остаются восхищенные старшеклассницы, смотрящие им вслед и готовые упасть в обморок. Миллеры придерживаются своего повседневного стиля: Алекс в той же простой белой футболке, в которой был на вечеринке в доме Кэр. Поверх облегающей футболки, что подчеркивает его накаченный пресс, надета черная кожаная куртка. Солнечные очки служат аксессуаром, украшая воротник хлопковой ткани. Черные джинсы и такого же цвета кеды с логотипом Converse All Star дополняют простейший, но в то же время элегантный образ. Миллер под номером два последовал примеру своего брата (хотя неизвестно, кто с кого взял пример): похожая черная кожаная куртка, однако на нем обычная серая футболка с небольшим вырезом, из-под нее невооруженным глазом заметны его мощные грудные мышцы. Белые кроссовки от Nike модели Air Force 1 Mid и синие джинсы на очень низкой посадке, позволяющая разглядеть надпись “Calvin Klein” на краю боксеров, когда он поднимает руку и машет нам. Сэм проводит ладонью по своим непослушным темно-каштановые волосам, зачесывая их назад, и он делает это настолько изящно, что я слышу томное дыхание подруги. На секунду перевожу взгляд на нее и замечаю, как с шокированным видом, она не сводит с него глаз, будто впереди стоит безликий призрак. Надо же, моя девочка впервые кем-то запечатлелась не на шутку. Конечно, в ее шкафу скрывается предостаточно скелетов, мимолетные романы, так и не разбудившие в ней чувство настоящей любви. Впрочем, сейчас ее порозовевшее лицо сияет так, как никогда прежде. Повернув голову обратно, я встречаюсь с голубыми глазами, хранящие в себе непостижимую таинственность. Расстояние между мной и Алексом настолько близко, что теперь и я забываю, как правильно дышать.

— Привет, Грэйс, - он здоровается первым, уверенный в себе и как всегда сногсшибательный. Боковым зрением подмечаю, что у каждой из “великой троицы” до пола отвисает челюсть. Особенно у черлидерши мисс Райт, смотревшая на меня, как на какую-то заклятую соперницу. Да, дорогуша, “тот, что слева” даже не обращает никакого внимания на твое существование. Так и хотелось съязвить ей, но Саманта обиженно махнула своими длинными по пояс волнистыми локонами, чуть не задевая Алекса шевелюрой, и бесследно исчезает прочь с нашего радара со своими такими же разочарованными подружками.

— Привет, - скромно отвечаю я и это все, что удается мне сказать, — Сэм, - мы обмениваемся приветливым кивком, после чего подруга слегка толкает меня плечом, нервно улыбаясь, — Ах, да, знакомьтесь, это Кэрри Гиббз, моя близкая подруга. Именно она является хозяйкой дома, где позавчера состоялась вечеринка. Кэр, а это Алекс, и его брат - Сэм, - представляю их друг с другом так, как это делают на торжественных мероприятиях.

— Мэм, - Сэм бережно берет руку Кэрри и целует тыльную сторону ладони, пожирая ее взглядом. Не думала, что этот парень способен проявить галантность и окажет такое влияние на мою взбалмошную подругу, которая скоропостижно стала такой стеснительной и беззащитной девочкой в его сильных руках.

— Что-ж, - Алекс нарушает затянувшуюся тишину, смущенно поглядывая то на меня, то на своего братца, который открыто флиртует с моей подругой. Ему приходится неловко точно так же, как и мне. Теперь мы оба прекрасно понимаем, какими были ощущения Сэма, наблюдавший наши с Алексом вчерашние переглядки и робкие улыбки. Вероятно, его светло-голубые глаза напрямик проникают в мое сознание и, прочитав только что пришедшие мысли, он сдерживает игривую усмешку и едва откашливается, тем самым прочищая горло, — Помнится мне, что девушки обещали нам небольшую экскурсию по школе, верно? - твердо произнес Алекс, срывая тем самым страстную идиллию Сэма. Тот нехотя отпускает руку Кэрри и они оба поворачиваются к нам.

— Неужели? Грэйс, видимо, забыла упомянуть об этом, - Гиббз не скрывает саркастический тон в голосе, обращаясь ко мне. Я лишь обхожусь смиренным жестом - пожимаю плечами на ее вопросительный взгляд, а после беру инициативу в свои руки, и мы держим путь к первому месту достопримечательности - к школьной столовой.

Компания, состоящая из двух лучших подруг и двух братьев, стала неизбежной от любопытных взглядов окружающих учеников: каждый смотрел в нашу сторону, как на каких-то опасных преступников, перешептываясь друг с другом. Внезапная тревога закралась мне в душу, опасаясь того факта, что мы с Кэрри совсем ничего не знаем о Миллерах, но зато знают остальные и отсюда такой интерес к нашей персоне.

Черт, ну конечно! Как я могла забыть?

Этот жуткий кошмар, что приснился сегодня ночью, стал одной из главных деталей сложной мозаики. Однако, совершенно неизвестно, какая картина выйдет в полученном итоге, что не может не приводить меня в ужас.

— Алекс, - тихо окликнула я парня, когда тот уже был на пороге в кабинет английского языка. Он что-то неразборчивое проговорил Сэму напоследок, после чего разворачивается ко мне, не убирая с лица свою лучезарную улыбку, ту самую улыбку, которая была на фотографии, висящей на школьном стенде. В горле образовался нервный ком, ибо я до конца уложила в сознании, что все происходит в действительности, что я не нуждаюсь в помощи какой-нибудь забытой Богом психиатрической больнице, ведь на той фотографии, сделанной в год моего рождения, был именно Алекс. Можно предположить, что это его отец, или некто очень сильно похожий, но за всю историю человечества никому не посчастливилось встретить своего двойника, не считая близнецов. Тем более, даже близнецы имеют свойство немного отличаться друг от друга, а здесь все сходства на лицо, один в один. Небесно-голубые глаза, абсолютно так же уложены каштановые волосы, и самый важный элемент мистера Сама-Таинственность - улыбка, от которой начинаешь стремительно таять, как молочный пломбир на палящем солнце.

— Грэйс, что с тобой? На тебе лица нет, - уголки его губ опустились, от чего улыбка моментально испарилась. Чисто-голубые глаза выражали обеспокоенность.

— Мне надо тебе кое-что показать, пойдем, - как можно строже протараторила я и, не дожидаясь ответа, развернулась спиной к собеседнику, мчась вперед со всей скоростью по коридору, к тому самому месту, где висел стенд. С каждым моим шагом, желудок болезненно сжимался в твердый комок, а сердце разрывалось на мелкие частицы, тем самым убивая во мне всякий здравый смысл. Ведьмы, вампиры, оборотни - все это детские сказки, основанные на богатом воображении простых людей. Наш реальный мир кишит обыкновенными подонками, лицемерами и жестким нравом, но никак не магическими или сверхъестественными тварями.

«Боже, какое безумие, Грэйс. Ты давно не маленькая девочка, которая верит в существование Санта-Клауса, зубной феи и прочей нечисти. Оставь подобные бредни, иначе точно окажешься в психиатрической больнице, став очередной жертвой собственных видений».

Земля будто уходит из-под ног, когда впереди, буквально в десяти метрах от меня, красуется стенд с золотой гравировкой над ним “Гордость нашей школы”. Я бы назвала происходящее самым сенсационным разоблачением века в истории человечества, вот только мне было не до шуток. И так, еще раз: девушка в белом платье, загадочное появление Алекса в моей жизни и чертов блондин, он же новый учитель английского языка, от которого исходят явно не благие намерения. Сильнее сжав кулаки так, что ногти врезались в кожу, я почувствовала от этого пронизывающую боль. Все верно, к моему огромному сожалению, это не сон.

— Грэйс, послушай, - крикнул вслед Алекс, стараясь догнать. Надо же, я и забыла, что он шествовал за мной все это время. Миллер встал во весь свой рост напротив меня и бережно взял за руки, сжимая их в своих горячих ладонях, — Я понимаю, что ты боишься этого ублюдка Смита, особенно, после вчерашнего, но поверь, пока я рядом - он не причинит тебе вреда, - парень смотрел мне прямо в глаза, а его слова наполнены такой искренностью, что целая колонна мурашек пробежались по моему телу.

— Что? - спустя несколько секунд очнулась я, — О Боже, нет, Алекс, дело не в нем, я не боюсь идти на урок английского и это не очередная…

— Разве? - не дав мне объясниться, Миллер приподнял бровь, а лицо засияло в саркастической усмешке. Как бы мне не хотелось признавать, но я не могла не заметить, что сейчас он выглядел весьма сексуально.

— Да, я просто…

— Просто что, мисс Беккер? - позади раздался этот свирепый голос, от которого кровь моментально стынет в жилах. Мистер Смит… Черт бы его побрал. Буквально секунду назад, Алекс был самым что ни на есть приветливым и милым парнем, а сейчас он напоминал очередного маньяка-убийцу: парень сдвинул брови и между ними образовалась складка в виде буквы V, вены на висках слегка набухли, а в глазах поселилась тьма. Я развернулась лицом к блондину и удивилась тому, как он, скрестив руки на груди, величественно стоял перед нами, словно само Его Величество восстало перед своими подданными. Глаза немного сузились, а губы искривились в дьявольской улыбке, — Звонок прозвенел две минуты назад, а это значит, что вы оба должны находиться в кабинете, а не шляться по школьному коридору, пока учитель отсутствует. Уяснили? Что-ж, на сегодня я вас прощаю, но в следующий раз, один такой проступок, и ваши лица уже никогда не украсят этот замечательный стенд. Живо в класс, - дождавшись, когда мистер Смит пройдет чуть дальше вперед, мы с Алексом синхронно развернулись к стенду.

— Твою мать! - шепотом завопила я, подбегая к фотографии.

— Что такое? - спросил Миллер, снова сменив гнев на милость, подходя ко мне.

— Здесь была фотография! Твоя фотография, Алекс, только сделана в год моего рождения. Обыкновенная черно-белая фотография тысяча девятьсот девяносто восьмого года, и на ней был ты! А сейчас здесь какой-то ботаник в очках, который явно любил не только книги, но и калорийные бургеры! - кажется, я перестала различать реальный мир от вымысла, позволяя разгорающейся истерике овладеть мною.

— Грэйс, т-ш-ш, тише, - обе его руки легли мне на талию, после чего он нежно обнял меня. Я почти ощущала, как мое лицо заливается краской от злости, но не сумев оттолкнуть Алекса, я лишь наоборот уткнулась лицом в его шею, желая найти нечто успокаивающее в его аромате кожи, напоминающая запах кленового сиропа и горького шоколада. О, Господи, — Грэйс, - продолжил Алекс и бережно взял мой подбородок большим и указательным пальцами одной руки, приподняв тем самым вверх, чтобы встретиться с моими глазами, — Мы с братом прилетели сюда из Финикса пару дней назад, как раз-таки в тот день, когда мы познакомились с тобой в доме Кэрри. За неделю до этого подали документы в вашу школу. В Сан-Фернандо мы впервые, - его взгляд сползал с моих глаз и без какой-либо утайки зафиксировался на моих губах. Прошу, поцелуй меня. Миллер неторопливо притянул меня к себе. Я почти распробовала вкус его сладостных губ, чувствуя горячее дыхание, и как они еле-еле касаются моих. Время остановилось для нас двоих, как и прошлый раз, когда мы чуть было не обменялись самым страстным поцелуем в первые минуты знакомства. Неистовая тяга друг другу уже тогда овладела нами. Однако, как и в прошлый раз, поцелуй так и не свершился.

Глава 10

— Грэйс! - до боли знакомый мужской голос эхом раздался в безлюдном помещении. Мигом обернувшись, в конце коридора я увидела того, кого совсем никак не ожидала увидеть.

— Мистер Гиббз? - мое безмерное удивление сказалось на последней ноте, когда я произнесла его фамилию. Что он забыл здесь?! Во время завтрака, мама говорила о том, что сегодня на работе самый важный день: встреча с деловыми партнерами и повышение Мистера-Ходячий-Секс из главного редактора - до владельца издательства. Каким ветром его занесло в школу, когда сейчас в издательстве самый пик переговоров? И неужели он бросил мою маму там одну, на растерзание властным директорам?

Когда Дэвид уверенной походкой подошел ближе, он убрал левую руку в карман черных брюк, а длинными пальцами свободной руки стал почесывать свой забористый подбородок. Он что, таким образом выдерживает паузу? Данный жест выдает то, что у него некая заминка в голове, не дозволяющая подобрать подходящих слов.

— Нужно поговорить, - наконец, выдает Гиббз, даже не удосужившись извиниться за беспокойство. Занятно, он всегда такой до ужаса бесцеремонный? В последний раз, когда я его видела, а именно у нас дома пару дней назад, у меня сложилось впечатление, что он тактичный и порядочный мужчина, по уши влюбленный в свою коллегу. Как бы это не было грустно признавать, но я по-прежнему не разбираюсь в людях.

Человек с огромным «Эго», с неким раздражением покосился в сторону Алекса, затем обратно перевел взгляд темно-синих глаз на меня.

— Наедине, - твердо произнес он, скрестив руки на груди. Я повернула голову в сторону Алекса. Он был снова напряжен, это было заметно по тому, как заиграли мышцы на его руках. И как голубые глаза опять потемнели. Положив ладонь ему на плечо, Алекс замер и с беспокойствием посмотрел на меня. Я сделала кивок головой в знак того, что все хорошо и парень, бросив последний предостерегающий взгляд на Дэвида, нехотя оставил нас.

— Вообще-то, у меня сейчас урок, так что прошу извинить, мистер Гиббз, - следом за Алексом, я так же намеревалась удалиться в кабинет, и мне почти это удалось, пока голос Дэвида снова не проник в мои барабанные перепонки.

— А ты очень похожа на свою мать, - он выждал паузу, прекрасно зная, что его резкая фраза меня заинтересует и я остановлюсь. — Бенджамин - мой водитель и телохранитель два в одном, - Дэвид взглянул на свое левое запястье, на котором фигурировали часы, стоимостью триста тысяч долларов. — Прямо в эту секунду ставит в известность вашего тощего учителя английского языка, что ты, как говорят в спорте, дисквалифицирована от уроков на сегодня.

— А как же...

— Миссис Коулман? Не волнуйся, директриса уже в курсе. Это было не просто, но Бенджамин еще никогда меня не подводил, - его довольная, наглая, ехидная и, черт возьми, обаятельная ухмылка, победно заиграла на его лице. «Да как ты смеешь, больной ты придурок?!» - подумала я про себя, прикусив язык. Я с большим трудом сдерживалась, дабы не повторить все то же самое, только уже в его выразительное лицо с острыми скулами. Что он вообще себе позволяет? Если он явился сюда, в этом черном костюме от Армани с серебряными запонками, то ему все дозволено? Помнится, я читала в книгах про сей контингент людей, которые абсолютно все держат под контролем, поставив весь мир перед собой на колени, однако я и не подозревала, что они существуют в реальной жизни. Уж лучше бы вымерли вместе с мамонтами и динозаврами, став очередным экспонатом в музее.

— Надеюсь, тема разговора стоит того, что вы бестактно вмешались в мою учебу, когда на кону выпускные экзамены, - без какого-либо энтузиазма ответила я и, повторяя за Гиббзом, скрестила руки перед грудью. На дворе март месяц, еще немного и прощай, средняя школа! Если только меня не вышвырнут раньше, со справкой, благодаря отцу моей подруги.

— Я догадывался, что ты остра на язык, - он внимательно следил за моими движениями, словно изучал картину испанского художника Сальвадоре Дали «Портрет молодой женщины в пейзаже» в стиле сюрреализма. То, как он смотрел на меня, обычно точно так же смотрят мужчины на полотно, где изображена вся изящность женской красоты - с наслаждением в глазах.

Мои нервы прибывали за гранью разумного, но сдержав соблазн послать его к чертям, я невзначай закатила глаза. Дэвид заметил мое недовольство. Я даже не пыталась скрыть. На глубоком вдохе, он прикрывает свое лицо ладонью в районе носа, потирая большим и указательным пальцами переносицу. А затем, на глубоком выдохе, наклоняется ближе ко мне.

— Если ты чем-то не удовлетворена, я могу исправить это, - шепчет он на ухо, после чего возвращается в исходное положение и как ни в чем не бывало, поправляет синий галстук из шелка в косую полоску. Мои глаза округлились. Господи. Боже правый, что за дьявольское наваждение только что произошло?! За каких-то пару секунд, показавшиеся мне мучительной вечностью, я питала к этому ублюдку в костюме лютую ненависть и одновременно с этим тепло, исходящее от его прерывистого дыхания, которое отразилось на моей коже. Кровь стремительным порывом разогналась по всему телу, а после превратилась в непонятный комок внизу живота. Но комок моментально взрывается, жаром оседая прямо между ног, отчего лицо тут же покрылось легким румянцем. Чувствую, как горят щеки. Что со мной? Лихорадка? Опьянение? Неужели это… это возбуждение? Черт. Черт. Черт! Благо позади меня находилась стена, послужившая мне надежной опорой, — Что там вас, школьников, удовлетворяет, а точнее, что вы предпочитаете посреди белого дня? Чай или кофе? - голос Дэвида звучал спокойно, даже ни разу не дрогнул. Он имеет полное самообладание над собой, сохраняя внутреннее спокойствие. Я почти упоена.

— Вы приглашаете меня в кафе? - удивленно спросила я, вмиг получив ответ в его взгляде, означающий: «Господи, Грэйс, ты серьезно или прикидываешься?»

— Эм-м, нет, что ты, посидим в здешней столовой. У меня фетиш на антисанитарию, знаешь ли, - на какое-то время, я запамятовала, как моргать, но Дэвид заметно развеселился, увидев мою реакцию. — Боже мой, ну конечно я приглашаю тебя в кафе! Я не собираюсь травить тебя и травиться сам в месте, где от кулинарии - одно только название и то, тоже не внушает доверия, - мужчина оглядел пустующий холл. — Нет, мы можем поговорить прямо тут, если хочешь. Будем стоять на одном месте часик, другой. Ты станешь валиться с ног под конец, а я с неописуемым блаженством ощущать психологическое давление этих школьных стен на себе, - мистер Гиббз усмехнулся. Я отвела глаза в сторону, где был кабинет английского языка. Все, что ни делается - все к лучшему, верно? Может, судьба отводит меня куда подальше от злосчастного кабинета и мистера Смита. Если вернусь на уроки, все закончится ровно тем, что мое безжизненное тело найдут в канаве. Знакомая вибрация вновь ожила где-то внутри, но я не стала обращать внимания.

— Раз других вариантов не предвидится…

— Отлично, - человек с огромным «Эго» прервал меня, не давая возможности договорить. Он достал из переднего кармана брюк недавно вышедший iPhone 7 Plus, судорожно набирая кому-то смс. Настоящий ублюдок, да простит меня Кэрри. Смею надеяться, что Миллер не расскажет ей, что по мою душу пришел мужчина в костюме от Армани с шелковым и соблазнительным синим галстуком. Кэр сразу поймет, что речь идет об ее отце, с которым у меня намечается свидание. Господи, что?

«Слишком пошло, Грэйс, - мое подсознание возразило. - Ему просто нужна подходящая обстановка, чтобы поговорить с тобой о чем-то важном».

Мистер Гиббз направился к черному ходу, а я поплелась за ним, стараясь откровенно не пялиться на его зад.

Этот человек - отец твоей лучшей подруги, перестань, Грэйс!

Он сказал, что не хочет привлекать лишнего внимания к своей "высокопоставленной" персоне, потому припарковал машину на заднем въезде, куда грузчики доставляют коробки с мясом и морской рыбой.

— Чувствуешь? Будто эксгумировали чье-то тело тридцатилетней давности, безумно бодрит, - Дэвид сморщился, когда мимо нас прошел седой мужчина в рабочей униформе, неся в коробке окровавленную тушу прямиком на кухню. Я лишь тихонько хихикнула, не зацикливаясь на глупом сравнении. Стоял естественный запах свежего мяса, что аж аппетит разыгрался, но, видимо, кто-то из нас двоих типичный мажор и признает запах только прожаренной говядины, и этот "кто-то" точно не я.

— Обалдеть можно! - воскликнула я, когда мы вышли из маленького коридорчика на улицу и перед моим взором возникла просто огромная, черная груда металла.

— Lexus GS этого года. Бизнес-класс, - пояснил Гиббз, с улыбкой глядя на меня. Его машина была припаркована под углом, в профиль так, что я видела только переднее и заднее пассажирские места, располагающиеся ближе ко мне. Теперь я хотя бы, примерно, понимаю, почему для таких Биг Боссов важна гонка за лучшим средством передвижения - чем мощнее авто, тем больше солидности. Обычные смертные, как я, встречают друг друга по одежке, а такие держатели мира, как мистер Гиббз, встречают друг друга по новому лексусу, с бронированными стеклами

Надо же!

Еще несколько часов назад, меня буквально выворачивало наизнанку, представляя себя на светском мероприятии, где собравшиеся "сливки общества" выясняют, чья тачка круче, а что сейчас? Сейчас я не вижу в этом ничего зазорного. У богатых свои причуды… Ведь так?

Я и не заметила, что на протяжении всего времени, я с восхищением любовалась машиной, перестав дышать. Экстерьер автомобиля придавал значительно много визуальной агрессии и «рельефности»; колеса сделаны в тесном переплетении между изысканностью, характерной для топовых тачек бизнес-класса, и дорожной остротой, свойственной большинству спортивных моделей. Иными словами, эта крошка выглядела, как настоящий зверь, который рвется покорять трассы Сан-Фернандо.

— Леди вперед, - Дэвид подошел к автомобилю и открыл передо мной переднюю дверцу пассажирского места, жестом руки приглашая меня сесть.

— Да вы настоящий джентльмен, мистер Гиббз, - не́сколько ядовито парировала я и проигнорировала его руку помощи, вальяжно усевшись в салон, обитый мягкой кожей. Мистер-Ходячий-Секс хотел было рассмеяться, но вовремя прикусил нижнюю губу, захлопнув дверь. Он обошел лексус с передней стороны и протянул руку к двери водительского места, чтобы открыть и сесть за руль, как его окликнул широкоплечий и мускулистый мужчина в строгом черном костюме. Это и есть Бенджамин? Откуда он появился? Явно подстерегал из угла, как в дешевой шпионской киноиндустрии.

Из-за того, что окна вплотную закрыты, мне не посчастливилось разобрать тему их краткой беседы, зато я успела заметить, что Мистер-Два-в-Одном и Дэвид одного роста. Для полного комплекта телохранителя, Бенджамину не хватало темных очков, поскольку из аксессуаров у него красовался один едва заметный Bluetooth-наушник. А еще ему было не менее сорока лет, судя по маленьким морщинками возле глаз и седеющей щетине на лице, что придавало ему больше элегантности. По окончанию разговора, мужчины в солидных костюмах пожали друг другу руки, затем Дэвид сел в машину, а Бенджамин развернулся и скрылся за углом учебного здания.

— Пристегни ремень, - командующим тоном приказал Гиббз, обратив на меня внимание. Пока я ковырялась с непослушным ремнем безопасности, беглым взглядом обнаружила, как мужчина снова съедает меня глазами. Не понимаю, смысл быть пристегнутой к сиденью, если он не спасет от самой главной опасности на дороге - от него? Наконец, справившись со своей нелегкой задачей, я стала ждать, когда мы уже тронемся с места. — Ты очень замкнута и боишься подпускать людей, раз выстраиваешь барьеры вокруг себя, - Дэвид указал подбородком на мои скрещенные руки, застегивая на себе ремень. Еще один наблюдатель нашелся. Прям Капитан Очевидность. Какое им всем дело до моих барьеров?

— Вас это не касается, - слова как-то на автомате слетают с моих уст прежде, чем я успеваю их обдумать. Черт. Мои щеки вновь пылают. — Мистер Гиббз, простите, я не хотела…

— Ничего страшного, - он с понимающим видом улыбнулся и поворачивает ключ зажигания, плавными движениями переводя рычаг селектора в нужное положение. — Видимо, это наследственное.

— О чем вы?

— Ненависть к мужчинам. Кстати, ты приятно пахнешь кокосовым маслом. Весьма заводит. - Кажется, Дэвид до конца не осознал, что произнес последние слова вслух, поскольку его сосредоточенный взгляд был прикован к зеркалу заднего вида, когда он сдавал назад, а после выехал на шоссе Борден-авеню.

Глава 11

С тех пор, как Дэвид вырулил на главную трассу Голливуд-Фриуэй, съезжая с нее на Вайнленд-авеню, я перестала наблюдать за происходящим. Для моих глаз больше не было места для бескрайнего заката, что медленно окрашивал вечернее небо в бледно-желтый, плавно переходящий в багровый цвет. Больше не было места для весеннего солнца, скрывающимся за Поперечными хребтами.* Они необычайно красивы под солнечными лучами, которые освещали вершины холмов. Больше не было места для проезжающих мимо улиц, где уже во всю дети кидали друг другу летающий диск для фрисби, радуясь сегодняшней пятнице, пока их родители готовили стейк в барбекю-гриль во дворе. Всего этого я больше не замечала, так как перед моими глазами был только он… Мистер-Ходячий-Секс. Нет, я не смотрела на него в упор влюбленными глазами, иначе он бы увидел вместо зрачков - красные сердечки, а они, черт возьми, присутствовали. Достаточно было отвернуться в сторону окна и закрыть глаза - и вот, он уже передо мной. Я на повторе прокручивала слова в голове, как понравившуюся песню.

"Если ты чем-то не удовлетворена, я могу исправить это".

"Кстати, ты приятно пахнешь кокосовым маслом. Весьма заводит".

Заводит… Он каким-то чудом определил своим прекрасным обонянием мой гель для душа с экстрактом кокоса и маслом жожоба, а это уже заводит меня. В памяти всплывает коллаж, состоящий из множества его фотографий в таких журналах, как Men's Health или Esquirе. "Дэвид Гиббз - желанный холостяк под номером один!", "Он страшно богат и невыносимо сексуален. Женская половина ЛА выстраивается к нему в очередь" - вот, что гласили заголовки кричащими буквами на глянцевых страницах. Внезапно, нейроны в моем головном мозгу принялись активно функционировать на все двести процентов и до мельчайших деталей я вспомнила очередную страницу журнала с отрывком из прошлогоднего интервью:

***

Журнал “Forbes”: Мистер Гиббз, как утверждают наши источники, вы недавно развелись со своей женой. Повлияет ли это событие в дальнейшем на вашу руководящую должность в мире моды?

Дэвид Гиббз: Вас интересует, уйду ли я в запой, скатившись вниз по карьерной лестнице? Мы с Элизабет провели четырнадцать лет в браке. А до того, как пожениться, несколько лет просто жили вместе. Я бы и рад признать, что узы брака, соединившие нас в одни кандалы, являлись прочными, но это не так. У нас взрослая, семнадцатилетняя дочь, и мы любим ее всем сердцем, но знаете, эти железные брачные оковы, которые сдавливали и натирали наши запястья каждый божий день, до ужаса напоминали не "долго и счастливо", нет, это не про нас, а что-то в духе: "Я не знал, что такое счастье, пока не женился, но тогда уже было поздно"*. Не смейтесь. Это слишком саркастично и грустно. Мы оба были несчастны из-за того, что когда-то по молодости выбрали неверный путь. Наша дочь не в счет, как я уже упомянул выше - мы бесконечно любим ее. Речь идет исключительно только обо мне и моей бывшей жене. Мы эффектно появлялись на публике, все считали нас самой красивой и счастливой парой, разумеется, после Брэда Питта и Анджелины Джоли. Но в том-то и фокус, что важно не то, как тебя оценивают, а как ты сам это воспринимаешь. А мы ощущали себя совершенно не так. Мы были одинокими, скрытными и, если честно, несколько фальшивили: разыгрывали коммуникабельность при полной интровертности. Итак, простите, а какой был вопрос? Шучу. Поскольку этот финальный эпизод, как тяжкий камень с души и кислород мне больше не кажется таким удушливым, я с чистой совестью и, положа руку на сердце, могу твердо заявить: журнал “Be Famous” находится и еще долго будет находиться под моим чутким руководством, однако, я сейчас забегаю немного вперед. Ведь пока я главный редактор. Заметьте, ключевое слово - “пока”.

Признаться честно, данную часть из интервью, зацепившее мое неодолимое любопытство, я перечитывала снова и снова, пока мамин Ауди A4 плавно рассекал магистраль, мчась на ежегодную премию (название уже не упомнить, наверно потому, что мне вовсе неинтересно), которая посвящалась крупным успехам их журнала и проходила в “The Beverly Hills Hotel”. Это роскошный отель, больше известный, как “Розовый дворец”. Год назад, маме пришлось приложить немалых и чудовищно дорогих усилий, чтобы вытащить свою упрямую и далекую от светской жизни дочь из собственного логова, сооруженного из теплого одеяла и мягких подушек. Она несправедливо, но с бурным проявлением восторга, бессовестно подкупила меня подарочным изданием моего любимого произведения Джейн Остин “Эмма”. Можно только представить, сколько громких возгласов моего восхищения слышал весь северо-западный округ. Книга представляла собой стильное оформление, с трехсторонним окрашенным обрезом. Переплет выполнен вручную из натуральной кожи и украшен золотым тиснением. Иными словами - это один из лучших подарков, подаренный мамой. Какое-то время, я даже позволила себе немного злиться на нее, считая, что книга обошлась в большую сумму денег и я не заслужила подобных сюрпризов.

Откладываю журнал с интервью на заднее сиденье, когда мы въезжаем в чудесный город ангелов - Лос-Анджелес. Огни большого города приветливо встречают нас. Внутри меня пробуждается чувство эйфории, ведь до этого момента, я еще ни разу не была здесь, в отличии от мамы: издательство журнала “Be Famous” располагалось в самом центре престижного района - в Вестсайде, но мы держали путь в Беверли-Хиллз - это уникальное знаменитое место, где все знаменитости проживают в своих дворцах, гламуром так и веяло в воздушном пространстве. Стоит только запустить в легкие воздух - уже становишься звездой Голливуда.

Проезжая мимо дорогих магазинов и пальм вдоль улиц, на горизонте возносится здание пятизвездочного отеля, построенное в стиле американского «средиземноморского возрождения». Мы паркуемся возле входа “The Beverly Hills Hotel”, присоединившись к остальным дорогостоящим автомобилям, которые стояли в ряд.

— Готова? - интересуется мама, улыбаясь.

— Спрашиваешь! - пищу я от радости, шустро покидая Ауди. Слышу, как смеется мама, включая сигнализацию. Кассандра подходит ко мне и берет под руку. Взглянув на нее, понимаю, что не могу оторваться от такой красоты: вечерний мейкап безусловно подчеркивал выразительность ее лица; длинные каштановые волосы, выпрямленные утюжком, рассыпаются на плечах. На ней было белое шелковое платье в пол, в мелкий черный горошек. Главной деталью фасона являлись оборки, начинающиеся ниже груди и заканчивающиеся выше колена. Верх и низ платья видоизмененные. Это создает невероятно женственный и романтичный облик. Я же выбрала образ попроще: легкий макияж; волнистые волосы распущены, но передние пряди я закрепила на затылке изумрудной заколкой. Такого же цвета я выбрала облегающее до колен платье, плотно прилегающее силуэт. Оно из маминого гардероба, и я решила, что это самый приличный и не броский вариант.

В сопровождении ярких вспышек камер, мы заходим в отель и нас тут же встречает официант в смокинге с подносом в руках. Мама берет бокал шампанского и поспешно делает маленький глоток.

— Миледи? - парень улыбается, как бы предлагая мне шипучую жидкость.

— Ей еще нет 18, - любезно вмешивается мама. Официант послушно кивает, и проходит мимо нас, удерживая в одной руке поднос с бокалами.

— Значит, сегодня я ограничиваюсь соком и водой? - ухмыльнулась я, когда мы вошли в банкетный зал. Господи, какая же роскошь. Удивительно то, что меня не пугает огромное скопление людей в одном месте.

— Вы весьма сообразительная, юная леди. Интересно, и в кого вы такая? - с намеком произносит мама, после чего мы обе смеемся. Впрочем, мой смех резко прекращается, когда на себе я ловлю взгляд. Его взгляд. Он стоял возле мини-бара, на другом конце зала. Медленно делая глоток какого-то напитка из стакана, он приподнимает бровь и продолжает смотреть на меня. Это была наша первая встреча. И с того самого дня, я повесила на него ярлык: Мистер-Ходячий-Секс.

***

— Грэйс, ты что, черт побери, делаешь? - охрипший голос Дэвида вернул меня в реальность. И кажется, мы уже остановились. Как только я открыла глаза, во внимание сразу бросился фасад длинного неизвестного для меня двухэтажного здания, за которым возвышались зеленые луга. Что это за место?

— Только не говорите, что простому смертному нельзя уже вздремнуть, без вашего разрешения, - расстегивая ремень безопасности, я изо всех сил старалась казаться безразличной, и в качестве доказательств, пришлось взглянуть на него. Ох, лучше бы я этого не делала.

— Нет, я не об этом, - он слегка ослабил синий галстук из шелка, а затем откашлялся, — Ты только что ерзала на этом чертовом сиденье, двигая своими бедрами… Твою ж мать, - с той же охрипшей ноткой в голосе выругался Дэвид, резкими движениями освобождаясь от ремня и, покидая транспорт, он со всей силы захлопнул дверь. Дэвид незамедлительно направился к двухэтажному зданию, обрушив на гневный взор из-под густых ресниц. Псих! Что такого я сде… И вскоре до меня дошел смысл его слов.

"Хотела казаться безразличной, но в то же время скользила по кожаному сиденью, демонстрируя работоспособность пятой точки!", — подсознание без умолку громко смеялось, и если бы оно было живым существом, то в придачу ткнуло в меня пальцем, задыхаясь от хохота. Что-ж, я облажалась во всей красе.

Самое время поблагодарить судьбу за то, что я родилась равнодушной к обтягивающим и коротким юбкам, отдавая предпочтение только зауженным джинсам или брюкам. Мои ноги не были похожи, как на одно полутораметровое велосипедное колесо, но идеальными их тоже не назовешь. Я чувствую себя намного комфортнее, когда они прикрыты и не привлекают внимания.

Спасибо, О, великая судьба, за мою любовь к джинсам!

— Обращайся, Грэйс, - с заднего сиденья салона, прозвучал женский голос. Опять. "Только бы не она, только бы не она!" - умоляла я Всевышнего, осторожно поднимая взгляд на зеркало заднего вида, — Алекс уже позабыт? - в ее голосе пробудился нерешительный гнев и тут наши глаза встретились в зеркале. Девушка в белом платье будто и не хотела отчитывать меня, у нее просто не было другого выбора, — Этот… Дэвид не тот, кто тебе нужен. Если бы я только знала, что Айса вновь нарушит планы, я бы помешала этому, - продолжила она. Одним только проникновенным взглядом своих медово-янтарных глаз, таинственная брюнетка могла просверлить сквозную дыру у меня на лбу. Сейчас я не способна максимально сконцентрироваться на сказанном, ибо настолько удалена от окружающей суеты, что отчетливо слышала одно только биение своего сердца. Мной овладел нестерпимый жар. На лбу выступили капельки пота, стекающие вдоль лица.

— Оставь. Меня. В покое, - процедив сквозь зубы, шепчу я и к моим глазам подступают слезы от бессилия. Как же унизительно выставлять слабые стороны наружу. Немедленно возьми себя в руки, Грэйс!

— Грэйс, моя цель не навредить тебе, а помочь. Я не желаю тебе зла. Вспомни, прошу вспомни тот вечер, когда ты повстречала Алекса, растерянная выбежала на улицу, увидела меня, я взяла тебя за руку, и ты поняла, что можешь довериться мне. Я знаю, ты почувствовала это, - настойчиво внушала незнакомка, но все ее слова я отвергала, отрицательно мотая головой. Вцепившись пальцами в сиденье так, что на мягкой коже появляются неглубокие царапины от ногтей (надеюсь, Дэвид не сильно огорчится), разъяренная бешенством кричу:

— Ты всего-лишь плод моего больного воображения, тебя не существует! Не существует! - отпускаю руки и впопыхах открываю дверь. Перед глазами все плывет, резко подступает головокружение. Свежесть весеннего воздуха полностью обволакивает меня, но действует вопреки всем моим ожиданиям: он не воздействует спокойствию; он, в прямом смысле этого слова, погружает меня во тьму и я всем телом вываливаюсь из машины на шершавый асфальт.

— Грэйс! - где-то вдалеке слышится обеспокоенный голос, — Боже мой, Грэйс! Грэйс! - отчетливо слышу приближающиеся шаги. Паника, поселившаяся внутри во время разговора с эксцентричной девицей, мгновенно улетучивается, когда я разбираю известный мне стук каблуков от туфель, которые той же коллекции, что и черный костюм. Надвисая надо мной, он аккуратно хватает меня за плечи и помогает подняться на ноги. Не в силах больше контролировать эмоции, отчаянно уступаю душевному порыву и слезы предательски вырываются из глаз, обжигая щеки. Никогда… Никогда в жизни я не позволяла другим обидеть меня; я делала это на опережение. Никто и никогда не видел моих слез. Для всех я всегда оставалась несокрушимой, бесчувственной, жестокой, потому что мертвой хваткой держала все свои переживания на привязи. Ну и что с того? Зато никому в голову не приходило найти мои слабости, свойственные всем людям. Но не сейчас. Дэвид притягивает меня в свои объятия, успокаивающе гладя по моим волосам одной рукой, а другая нежно пробегает по спине и останавливается на талии, еще крепче прижимая к себе. Мои руки тоже обнимают его. Бесконечный поток слез только усиливается, отчего пиджак Дэвида намокает, но, кажется, он не обращает на это внимание. Уткнувшись ему в грудь, чувствую его приятный запах мелиссы и слегка приоткрыв рот, я жадно насыщаюсь ароматом, будто бы только что получила глоток свежего воздуха. Ненароком подмечаю, что Дэвид выше Алекса дюймов на 6. Стоп. Почему я их сравниваю? И почему мистер Гиббз так действует на меня? Почему мое тело странно реагирует на него? Какой-то немыслимый бред. Нахожу в себе силы оторваться от его груди, но по-прежнему остаюсь в объятиях. Поскольку Дэвид стоял спиной к машине, я выглядываю из его спины и больше не вижу той ненормальной на заднем сиденье. Хочется верить, что впредь уже не увижу ее.

— Грэйс, - с тревогой шепчет Дэвид и я встречаюсь с его глазами, схожие с Нептуном: такие же синие, такие же прекрасные. Он ласково касается моего лица большим пальцем, смахивая оставшуюся слезу. Прикосновения не на шутку опьяняют меня. Незаметно для себя, прикусываю нижнюю губу от смущения. Однако, Дэвид тут же хмурится и томно вздыхает, освобождая пальцем губу. Он наклоняется чуть ближе и говорит едва слышно, хриплым голосом, — Ты не оставила мне выбора, - я не успеваю опомниться, как его пухловатые мягкие губы сливаются с моими в одном нежном и сладостном поцелуе.

Глава 12

И тут моя жизнь вмиг разделяется на "до" и "после". Мозг медленно перестает стимулировать признаки жизнедеятельности, развязывая гражданскую войну между здравым рассудком и велением чувств. Нет. Не хочу думать об этом сейчас. Дэвид с такой осторожностью, с такой невероятной нежностью соприкасается своими губами с моими, словно, я фарфоровая кукла из драгоценной коллекции, которую он ненароком боится разбить. Я робко отвечаю на поцелуй. Да уж, не так я представляла свою первую в жизни близость с противоположным полом, но мне плевать. Я не в состоянии думать о чем-то, кроме привкуса его губ, отдающий крепким кофе, с нотками ванили. Мне нравится, до безумия нравится. Представляю, как мы выглядим со стороны и на ум приходит мысль, что я целуюсь неуклюже по сравнению с Дэвидом. По крайней мере, мне так кажется, ведь у меня совсем нет ни малейшего опыта. Я пытаюсь вспомнить всевозможные любовные сцены из книг или фильмов с чувственными поцелуями. У меня кипела кровь в жилах, даже при чтении. Вспомнив одну из них, я аккуратно, но с удивительной ловкостью, просовываю свой язык в рот мужчины, и наши языки моментально сплетаются, лаская друг друга. Видимо, Дэвид не ожидал от меня столь смелого шага (как и я сама), и он стонет. Ох, Святые угодники! От сладостного звука я теряю контроль, с алчностью углубляя поцелуй, делая его более настойчивым. Дэвид по-прежнему держал руки на моей талии, но взяв инициативу на себя (ведь он точно знает, что даже невинные дамы любят быть ведомыми), вплотную прижимает меня к своему телу. У меня что-то вспыхивает внизу живота - чувство уже немного знакомо. Тоже самое я испытывала после его слов, когда мы находились в школьном коридоре. На каком-то чертовом инстинкте нарастает возбуждение, из-за которого все мышцы твердеют в напряжении, что равносильно сверкающему алмазу: он является самым твердым минералом и никакой киркой его не раздробить. Вскоре слышу собственный стон, наполненный пламенным желанием.

Я… Я хочу его?!

Он отец твоей лучшей подруги.

Он. Отец. Твоей. Кэрри!

И тут рассудок одерживает победу в борьбе, берет верх надо мной. Резким движением я грубо отталкиваю его от себя двумя руками, да с такой силой, что Дэвид пятится назад, чуть ли не врезавшись в принадлежащий ему лексус.

— Черт возьми, Грэйс, что ты вытворяешь? - от неожиданного поворота событий, в распахнутых синих глазах читается непонимание, смешанное с яростью. Он собирается сделать шаг ко мне, но я выставляю руку перед собой, тем самым обозначив дистанцию. Что Я вытворяю?! Он прикидывается безмозглым идиотом или в самом деле не осознает, что происходит? Уж лучше бы первый вариант, так хоть найдется всему оправдание.

— Отвезите меня домой, - требовательно прошу я, сглатывая образовавшийся ком в горле. В голове не укладывается, чем мы занимались.

— Грэйс, мы даже не…, - Дэвид размахивает руками, а потом проводит длинными пальцами по волосам, в поисках подходящих слов. Его губы все еще влажные от поцелуя, — Я хотел серьезно поговорить с тобой. Это касается…

— Да мне насрать, - подобно дикому зверю прорычала я. Дэвид смотрит на меня так, будто я в самом деле покрылась волчьей шерстью. Не верю своим ушам, что нечто подобное я сказала вслух, но сейчас мне нет никакого дела до верхового этикета и с каждым словом перехожу на крик, сдавливающий меня изнутри. — Плевать с высокой колокольни, кого или чего касается разговор. Я что, неясно выразилась? Тогда повторяю еще раз, для особо одаренных. Я. Хочу. Домой! - глаза снова наполняются слезами и я поднимаю взгляд к вечернему небу, чтобы сдержать их. Надо же, я прям сегодня в ударе, бью собственные рекорды по пролитию слез. За восемнадцать лет я плакала всего два раза. Дайте-ка вспомнить, когда же это было? Ах да, все оба раза сегодня. Дэвид заметно смягчается, наблюдая за тем, что я готова разреветься, как какой-то ребенок, не получивший очередной долгожданный подарок на Рождество.

— Хорошо-хорошо, я отвезу тебя домой, - он вновь приглаживает свои непослушные волосы назад, — Грэйс, прости за… Ладно, садись в тачку, - Дэвид обходит лексус и перед тем, как занять водительское место, он с ухмылкой облокачивается руками о машину. — Но признайся, тебе понравилось. И я более чем уверен в том, что ты хочешь меня, жаждешь всем телом, ведь именно тело выдает тебя и твои порочные, грязные, потайные, желания. Сказать, как я это понял? Все очевидно и будь я дважды проклят, если бы не заметил, как ты… промокла, - облизнув нижнюю губу, Дэвид хищным взглядом осматривает меня с ног до головы и на его прекрасном лице проскакивает довольная улыбка. Он садится за руль, а я неподвижно стою, как вкопанная, будто меня пригвоздили к асфальту. Вспоминаю, что на мне светлые джинсы, небесно-голубого оттенка.

Твою мать…

Ощущаю некий дискомфорт там внизу. Я даже смотреть туда не стану, дабы проверить правдивость его слов. Несуразно снимаю с себя белую толстовку на молнии, оставаясь в одной такой же чисто-белой футболке с логотипом школы "Sylmar Charter High School", и завязываю рукава кофты на поясе. Ужасно неловко или даже стыдно, или это одно и то же? К щекам приливает вся кровь, от чего они незамедлительно краснеют. Проморгавшись, я двигаюсь с места и сажусь в машину, на заднее сиденье. Дэвид кидает вопросительный, но в то же разъяренный взгляд на меня сквозь зеркало заднего вида, а затем сам поворачивается в мою сторону.

— Грэйс, ты что… ты боишься меня? - осторожно спрашивает он охрипшим голосом. Я опускаю глаза, плотно сжимая колени вместе. Если кого и нужно здесь бояться, так это меня и моих желаний. Самодовольный кретин в дорогом костюме не ошибся - я действительно запечатлелась им, еще тогда, в отеле Беверли-Хиллз. Конечно, я не раз видела его до этого, на различных конференциях в рамках продвижения журнала, однако, я посещала их вместе с Кэрри, которая в зале, на последнем ряду передразнивала заумные речи генеральных директоров и прочих важных, деловых шишек. С ней всегда очень весело, поэтому исключительно ее харизматичная мимика находилась в поле моего зрения, но не в тот вечер. В тот вечер я загибалась от смертельной скуки и могла только ахать от восхищения, изучая оформление интерьера в классическом стиле, идеально совмещенный со стилем барокко: натуральные материалы для отделки и декора; мебель, украшенная изысканной резьбой, покрытая бронзой; молдинги на стенах и потолке, а высокие панорамные окна открывали роскошный вид на живописный парк Уилла Роджерса. Рассматривая вокруг себя сей величие настоящего замка, я наткнулась на сексуального короля этого торжества. Никогда не забуду, как он пожирал меня глазами, буквально раздевал, ни капли не скрывая своего помешательства на мне. Но почему именно я, когда слева от меня была воистину самая красивая женщина на планете - моя мама? Я думала, у них служебный роман, а теперь я даже не уверена, существовали ли их отношения вообще.

Вероятно, из-за моего долгого молчания, Дэвид посчитал, что мой ответ на его вопрос - положительный. Полностью облокотившись спиной на свое сиденье, он шумно выдохнул, потирая переносицу.

Всю оставшуюся дорогу до Уоррен-Стрит мы ехали молча. Город успел погрузиться в сумрачную тьму, прогоняя тем самым дневной свет. То же самое я чувствую внутри себя: один неверный шаг и тьма повисла надо мной, преследуя с целью уничтожить все то хорошее, что есть во мне. Что я наделала? Как я могла так поступить с Кэрри? Найду ли я в себе силы смотреть ей в глаза, как раньше? Нет, конечно нет. А что произойдет, если она (не дай бог) узнает? Третья мировая война? Апокалипсис? Она разорвет меня на мелкие кусочки, выпотрошив все органы наружу, и будет права. Кэрри возненавидит меня всем сердцем; ни за что никогда не простит такого предательства. Нет, этого не случится. Она не узнает. Я приложу все усилия, по крайней мере, постараюсь, как бы эгоистично это не звучало.

Машина сбавляет скорость. Оторвавшись от своих раздумий, отпускаю прядь своих вьющихся черных волос, которую все это время наматывала на указательный палец. Поднимаю взгляд и тут же постепенно успокаиваюсь, выравнивая учащенное дыхание, когда вижу родной для себя район. Мой дом.

— Грэйс..., - начал Дэвид, останавливая лексус напротив дома. Его костяшки пальцев побледнели от того, как сильно он сжимал руками рукоятку по обе стороны руля.

— Прощайте, мистер Гиббз, - с равнодушием выпаливаю я и поспешно выхожу из автомобиля, нарочно громко хлопая дверью. Пытаюсь сосредоточиться на циферблате своих Casio, которые показывают ровно восемь после полудня. Вот черт! Небрежно, быстрыми движениями, будто от следующих действий зависит вся моя жизнь, достаю блэкберри из бокового кармана рюкзака. Включен режим вибрации. Черт. Черт. Черт! Световой индикатор мигает, а это не предвещает ничего хорошего. Ладони в два счета потеют. И снова - черт!

Впопыхах добежав до крыльца, я перепрыгиваю через одну ступеньку по лестнице и вынимаю из кармана джинс связку ключей, но они выскальзывают из рук.

— Да чтоб тебя! - потянувшись за ключами, я прихожу в бешеную ярость, заметив, что долбанный лексус стоит на прежнем месте. Дэвид смотрит на меня через опущенное окно водительского места. Яркий свет уличных прожекторов, освещаемые фасад дома, попадает и на него: безупречно острые скулы судорожно дергаются, густая темно-каштановая шевелюра взъерошена, словно, он рвал волосы на себе, а синие глаза охвачены явным сожалением. Господи, ну почему даже сейчас он так божественен?

"Стоп, Грэйс. Не вздумай даже любоваться им", - твердит мое подсознание и я прислушиваюсь к нему. Он просто типичный обыватель, который ни на шутку меня раздражает.

Замочная скважина щелкает и я открываю входную дверь. Понятия не имею, что на меня нашло, но я резко оборачиваюсь в сторону машины, показываю средний палец и быстро забегаю в дом, успевая заметить появившуюся широкую улыбку на лице Дэвида.

Господи, ну, и что это было? Почему я повела себя, как импульсивный тинейджер? Точно. Я же и есть импульсивный тинейджер, учитывая тот факт, что мне исполнилось восемнадцать месяц назад. Создается впечатление, что прошло сто лет с тех пор.

"Потому что тебя впервые поцеловал мужчина, и ты почувствовала себя взрослой?", - подсознание откровенно насмехается надо мной. Доходя до окончательного изнеможения, прислоняюсь лбом к двери, сделанной из металлопластика. События, произошедшие за последние три дня, опустошают меня изнутри. С каждым днем вопросов все больше. Странная девица в белом платье, преследующая меня; чокнутый Калеб со своим дружком; распускающий руки отец моей единственной подруги, и Алекс… Я даже не вспоминала о нем на протяжении всего времени, пока находилась с Дэвидом. От чего-то на душе мерзко, будто я изменила любимому человеку, как последняя… циничная стерва. Но мы с Алексом не пара и тем более я не влюблена в него, верно? Черт, как же запутанно. Беда лишь в том, что мои сложности ясны, как божий день: можно все исправить на раз-два, перевернуть страницу, но зачем? Ведь люди любят усложнять ситуацию вместо того, чтобы ликвидировать корень ее проблем. Впрочем, у меня все гораздо сложнее, чем можно представить. Та девушка с черными волосами… она появилась в машине из ниоткуда, упоминая какие-то загадочные имена. Вот бы вспомнить, какое имя она назвала… Амси? Элис? Эльза?! Нет, это уже слишком, но то имя тоже ассоциируется с холодом. Кажется… Айси. Да, точно, Айси! Чтобы оно могло обозначать?

Наконец, я слышу звук уезжающей машины и облегченно выдыхаю. Это самая худшая пятница за все восемнадцать лет.

На следующий день я просыпаюсь от телефонного звонка, в музыкальном сопровождении Карли Рэй Джепсен “Call Me Maybe”. Этот рингтон поставлен на одного человека.

— Грэ-эйс, - умирающим тоном протягивает Кэрри на другом конце провода, — Прости, я разбудила тебя?

— Нет-нет, брось. Я все равно собиралась вставать, - сонно отвечаю я, протирая глаза, — Что у тебя с голосом?

— Сейчас, подожди секундочку, - в трубке доносятся какие-то помехи, — Извини, я полностью накрылась одеялом, чтобы меня никто не услышал, - смеется она и тут же жалобно стонет. — По итогу вчерашнего дня, я знатно надралась в компании Сэма. Мы были в каком-то баре для стариканов. Место омерзительное, но пина коладу делают на высшем уровне. Кажется, я залила в себя четыре бокала или пять, ну, около того. Я даже не помню, целовались ли мы. Видимо, он плохо целуется, раз я не запомнила, - сказанное вызывает во мне истерический смех и Кэрри подхватывает меня, — Грэйс, я серьезно. Даже не помню, как вообще оказалась дома, да еще и в своей постели. Голова сейчас на хрен взорвется. Пришлось отказаться от поездки в “Viceroy Santa Monica”, я рассказывала тебе про мероприятие вчера в школе, помнишь?, - прикусив губу, чтобы сдержать вопль, бью себя ладонью по лбу. Вот блин.

— Да, конечно, помню. Получается, ты не поедешь в Лос-Анджелес? - в моем вопросе проскальзывают нотки надежды, надеюсь, Кэрри не придаст этому значения.

— Я что, бессмертная? - усмехается она. — Никуда я не поеду. Я соврала отцу, ссылаясь на озноб и высокую температуру. Он и без того сам не свой с самого утра, понятия не имею, что его так разозлило, - задумчиво произнесла подруга. На меня с грохотом нахлынули вчерашние события, и нестерпимая боль образовывается в районе груди. Я надеялась до последнего, что поцелуй с Дэвидом - ужасный сон. — Милая, а куда ты вчера пропала? Я еле как выдержала два урока английского без тебя.

— Я… Ну, ездила по делам, по поводу поступления в Колумбийский, - вру я. Ком подступает к горлу, слезы с новой силой готовы пролиться. Как я могла так с ней поступить?... Стоп, хватит! Надо собраться. Я совершила огромную ошибку, которую не намерена больше повторять. Помимо секундного поцелуя ничего не было и никогда не будет. Я смогу с этим жить… так ведь? — Хочешь, я сегодня побуду в роли аспирина? Я где-то читала, что от похмелья выручает отвар из корня имбиря и на твое счастье, он есть у нас дома. Нужно всего пару кусочков, апельсиновый сок, и, разумеется аспирин.

— Так, подожди-подожди, Торетто,* притормози. Я не в том состоянии, чтобы в своей голове удерживать смысловую нагрузку более пяти секунд, - снова слышатся помехи, видимо, Кэрри выбралась из-под одеяла, — Ты хочешь приехать ко мне? А как же…

— Никаких “как же”, агент Хоббс.* Моя подруга в беде, тем более, женский алкоголизм не лечится, а ты пока находишься на ранней стадии, тебя еще можно спасти и мое место рядом с тобой, - и это правда. В любом случае, я не смогу поехать без Кэрри. На другом конце линии доносятся всхлипы. Она плачет?

— Грэйс, - подруга шмыгает носом. Да, она плачет, — Я так люблю тебя. Ты лучшая. Ладно, тогда пришлю его за тобой. Собирайся! - Кэрри нажимает на отбой. Словно ошпаренная кипятком, я вскакиваю с кровати. Что?! Кого она пришлет за мной? Черт!

“Господи, умоляю, хоть бы не Дэвид, хоть бы не Дэвид”, - стоя под теплым душем, мысленно молюсь Всевышнему. Надеюсь, он меня услышит, иначе утро субботы пройдет не лучше, чем вечер вчерашней пятницы.

Погода сегодня, как всегда, солнечная. В простом нижнем белье, подхожу к шкафу и открываю его - да уж, выбор невелик, однако в глаза бросается платье цвета зеленой мяты, с разноцветными лепестками и цветочками. Цветочки… Не припомню, откуда оно у меня, но это неважно в ту секунду, когда платье уже на мне. Оно в стиле бэби долл: не сильно глубокий вырез и пышная юбка чуть выше колен. По всей видимости, на улице пойдет снег - Грэйс Беккер по собственному желанию надела платье! Когда такое было в последний раз? Наверно, в начальной школе. Не смотрясь в зеркало, дабы не передумать, спускаюсь вниз на кухню, где уже за столом сидит мама с чашкой кофе и журналом. Как всегда, она обворожительна: прямые волосы собраны в конский; неброский макияж заостряет внимание на естественной красоте. На удивление, на ней бежевая блузка с глубоким вырезом декольте, заправленная в черные обтягивающие брюки, а на ногах фигурируют лабутены на высокой шпильке. Боковым зрением заметив движение, мама отрывает взгляд от журнала и смотрит на меня с раскрытым ртом от удивления.

— Вот тебе и доброе утро! Мы поменялись с тобой телами? - мама подбегает на своих шпильках ко мне и крепко обнимает.

— И тебе доброе утро, ма-а-м, - недовольно тяну я, но все же обнимаю ее в ответ. Из-за таких высоких каблуков, она выше меня на голову.

— Я верила, что рано или поздно ты созреешь, - мама отпускает меня и проводит рукой по моим волосам.

— Просто сегодня я встала не с той ноги, - шучу я, пожимая плечами, и подхожу шкафчику, чтобы достать упаковку чая каркаде.

— Год назад ты смотрела на это платье с презрением, когда я подарила тебе его на Новый год, - мама подходит к кухонной стойке, куда я ставлю свою большую кружку, чтобы заварить чай, — И судя по всему, на вечеринку в честь нашего, точнее… их журнала ты не поедешь? - у меня с рук выскальзывает ложка. Подняв ее, бросаю в раковину и поспешно делаю большой глоток еле горячего каркаде, чтобы выиграть время на обдумывание ответа. Что она имела ввиду? Судя по всему? И что значит “их” журнала?

— Кэрри приболела, я…

— Да, я знаю, мистер Гиббз звонил мне и сообщил эту печальную новость. Бедная девочка. Она так рвалась туда, - мама помотала головой, делая себе еще кофе, — У меня для тебя тоже есть новости, - в ее глазах вспыхивают загадочные искорки, — Я уволилась с “Be Famous”, вчера подписала бумаги, - от такого поворота я чуть не выплевываю чай обратно в кружку. Мама звонко смеется и продолжает, — Меня пригласили в другой журнал, где я буду не фотографом, а… редактором, Грэйс! У меня будет собственная колонка! Правда, Дэвид немного расстроен, уговаривал меня остаться, но я не повелась, - так вот, о чем хотел он сообщить мне.

— Надо же! Мам, поздравляю! - широко улыбаясь, приближаюсь к ней и вновь оказываюсь в ее объятиях. Она вкусно пахнет, чем-то сладким, — А как же мистер Гиббз? Вы с ним, ну…, я поднимаю на нее глаза и замолкаю. Зачем вообще я подняла разговор на эту тему?

— Что мы с ним? Подожди, - мама отходит от меня на шаг, разворачивается в сторону окна, затем снова смотрит на меня, сдерживая улыбку, — Ты думаешь, что мы с ним в отношениях? Господи, Грэйс, как ты могла такое подумать? Он же мой друг еще со времен университета, - мама заливается смехом, а я краснею, как рак, от стыда. Когда он поцеловал маму в щеку, я подумала… Боже, какая же я дура! Что ж, тогда мне тем более нужно держаться от него подальше.

— Прости, - смущенно говорю я.

— Все в порядке, но ты меня, конечно, развеселила, - не переставая смеяться, мама отпивает кофе из маленькой чашки, затем смотрит в окно, — Кажется, там приехали за тобой, - обернувшись, вижу за окном припаркованный на дороге пикап Кэрри, но за рулем далеко не она, — Потом сама расскажешь, кто этот парень, - с намеком произносит мама, целуя меня в макушку, — За мной тоже с минуты на минуту заедет Дэвид, а то моя крошка в ремонте, - одно только имя вызывает во мне рвотный рефлекс.

Пока мама убирает со стола грязные чашки в посудомоечную машину, я незаметно достаю из холодильника корень имбиря и упаковку апельсинового сока, складывая в рядом лежащий пакет. В коридоре обуваю желтые балетки и, пожелав маме хорошенько оттянуться в Лос-Анджелесе, с приподнятым настроением выхожу из дома. Слава Богам! За мной приехал Алекс, а не тот, о ком я подумала первоначально. Увидев меня, его лицо озаряется лучезарной улыбкой, той самой улыбкой, которая мне так сильно нравится.

— Вау, красотка, что ты сделала с Грэйс? - не скрывая смеха, спрашивает он, пока я открываю переднюю дверь.

— И тебе привет, - с улыбкой бормочу я и не успеваю сесть в пикап, как напротив тормозит… лексус. Мистер Гиббз выходит из машины, облокачиваясь на нее. Сегодня на нем темно-серый костюм, серый узорчатый галстук и распахнутая на две верхние пуговицы рубашка. Волосы аккуратно уложены назад. Ведя с кем-то эмоциональную беседу по телефону (он и правда не в духе), Дэвид замечает меня, но тут же отводит глаза в сторону, затем замирает на месте, осознав, что ему не почудилось. Он поворачивается ко мне лицом и вот-вот пустит слюни, честное слово. Стараясь не обращать на него внимания, наконец, сажусь в пикап. Дэвид становится мрачнее грозовой тучи, обнаружив за рулем Алекса. Благо, что Миллер даже не смотрит в его сторону.

— Ну, что, Чип и Дейл спешат на помощь к Гаечке, которая умирает во время похмелья? - шутит Алекс и заводит пикап.

— Она больше похожа на Вжика: такие же безумные желтые глаза, когда выпьет, - стараюсь говорить, как можно серьезнее, но не удержавшись, мы оба долго смеемся. С Алексом так все просто и легко: никаких страданий или напряженных обстановок.