Судьба: Ночь Феникса

Пролог

Трон героев. Загадочное место, что хранит в себе души легенд рода людского. Будь то храбрый воин, спасший сотни жизней. Или тиран что погубил тысячи. Их деяния остаются в памяти людей, а та заставляет эхо славы отдаваться в веках. Время не властно над сим царством, а потому, личности, что оставили след в истории, могли жить в любой эпохе. Зарождение человеческой цивилизации. Времена расцвета науки и искусства. Кровопролитная пора феодализма. Век войн, что раскинулись на всей планете. Какого бы не было время, герои будут возникать, ведь такова суть людей. Восхищаться теми кто может творить чудеса, недоступные простому человеку.

В бесконечном калейдоскопе миров, раса, известная как люди, может как не возникнуть вовсе, так и возвысится над всей галактикой. Время на протяжении которого существуют цивилизации разнится, потому в колыбели легенд находятся как те кто жил до рождества христова… так и те кто родился спустя тысячи лет после сына божьего.

По царству легенд пронёсся голос зовущий на битву. Его почувствовали все обитатели трона и был дан ответ. Страж, заключивший контракт с духом человечества, что родился в одной из реальностей. Мясник, обречённый проливать кровь всех на кого укажет его жестокая хозяйка, воплощающая в себе самое сильное желание человека. Оно может как даровать небывалую силу, так и превратить в чудовище, что пойдёт на всё. Желание выжить. А потому, в своём слепом страхе перед гибелью, Алайя, будет искать самые эффективные средства и ничего не может быть эффективнее устранения угрозы.

Бестелесный дух, подгоняемый условиями контракта, отправился в место где может начаться конец человечества, однако ему было не суждено прибыть в пункт назначения. Волной опаляющего огня, Стража Равновесия отбросило назад и будь он способен мыслить в этот момент, то увидел бы источающую жар фигуру. Объятая пламенем, она стремительно приближалась к проходу, созданному могущественным артефактом. Тот обещал исполнить желание, даровать чудо и избавить от сожалений. Пусть дух пребывал во сне, однако горечь терзала его. От поступков совершенных им при жизни, от беспечности что повлекла падение и всех тех судеб погруженных во тьму из-за его ошибок. Увидев шанс на исправление, душа ринулась к сияющему зеву.

Пребывай она в сознании, то вряд ли согласилась бы на такое, однако обстоятельства сложились иначе. Водоворот огней охватил всё окружение, стоило лишь оказаться вне пространство трона героев. Разум стал постепенно брать верх над сном, пусть и не мог ещё в полной мере разгореться. Однако, даже сейчас, сильный ум уловил ощущение от целого океана энергии. Часть его перетекла к духу и стала окутывать его фигуру, создавая вместилище, что будет служить ему телом после призыва. Следом, в памяти стали возникать образы. Знания о том времени где будет призвана душа и о целях самого призыва. Но стоило только картинкам начать складываться, как всё оборвалось. И следующим что увидел призванный, было помещение напоминающее гостинную. Набитую сломанной мебелью, что стала таковой по вине вторженца.

****

-Так, всё готово. - Сказала юная девушка, после того как закончила чертить сложный рисунок на каменной поверхности. Подвал её родового поместья стал местом проведения ритуала - призыва героя легенд. Увековеченная в памяти людей сущность, совершившая великие деяния. Тот кто явится сейчас перед молодой волшебницей, станет ей товарищем в предстоящей войне. Семь мастеров и семь слуг ведущих смертельную битву в надежде обрести желаемое. Святой Грааль, исполняющий мечты.

Девушка, носящая имя Рин, вновь окинула взглядом результат кропотливых трудов. Линии, отлитые из расплавленного драгоценного камня, блестели от света свечей, расставленных в зале. Лёгкий мандраж, что лишь набирал обороты с завершением подготовки, был отброшен усилием воли. Она наследница древнего рода магов и не может испытывать страх перед неизвестностью. Такова суть любого пользователя магии. Бесконечное стремление к вершине, апогею их изысканий - Достижению Акаши. Война Святого Грааля - это один из немногих способов добраться до нее. В мыслях, Рин не допускала и тени сомнений в победе. Она была обязана победить, только победа была приемлемым итогом, остальные даже не появлялись среди её дум.

-Пора. - Стоило только часам показать два часа ночи как девушка принялась зачитывать арию.

-Серебро и железо – первооснова,

Их блеск чистоту души обозначил.

Они суть контракта, его заключаю

Я с тем, кого Бог мне в Слуги назначил.

Только прозвучали слова заклинания, как сияние залило глаза призывательницы, алые линие стали источать свет что ослеплял, а магическая энергия образовала вихрь в центре круга. Потоки частиц полились из ниоткуда, окутывая невидимую фигуру, Они становились всё плотнее и в силуэте уже можно было увидеть человеческие черты. Похоже это был высокий мужчина. Рин затаила дыхание, пусть ей было много известно из записей отца, однако видя явление древнего героя, девушка не могла остаться бесстрастной. Её заворожило проявление непостижимой силы, заключенной в чаше христа. И тут, неожиданно для волшебницы, вихрь магии расширился и произвел взрыв, от чего всё помещение заволокло дымом.

-Кха… кха. Какого чёрта?! - Рин, только успев понять произошедшее, вскипела от негодования. - Всё должно было быть идеально! Я не могла совершить ошибку! - Судорожные мысли заполнили голову. Круг не содержал изъяна, расчеты были проверены и перепроверены множество раз. - Время тоже было… идеальным. - И она поняла. Время. Ритуал нужно было проводить в два часа ночи, когда магическая энергия девушки пребывала на пике, однако... - Проклятое зимнее время!

Рин напрочь забыла перевести часы на час вперёд, от чего сегодня даже пришла в школу раньше чем обычно. Ей ещё с утра показалось странным что все хронометры в доме показывали одно и то же. А некоторая беспечность, присущая девушке, не позволила заострить внимание на этом.

-Ну почему со мной всегда так?.. - Рин уныло опустила голову. Как же ей надоела её особенность, заставляющая совершать мелкие ошибки и не принимать во внимание мелочи. Из за этого много раз были потеряны драгоценные камни, на работе с которыми и специализировалась магесса. А они ведь денег стоят! - Хм? - Сетование на превратности судьбы прервал едва слышный шум сверху.

Район, в котором жила Рин, был очень тихим, потому с улицы не доносились звуки, способные помешать различить едва слышный скрип и треск. А усиленный магией слух, лишь прибавлял уверенности что это не игра воображения. Девушка со всех ног помчалась наверх. Молниеносно взбежав по лестнице, она вновь услышала шумы. - “Гостиная” Подумала она. Ноги, мелькавшие с едва уловимой скоростью, остановились прямо перед дверью в нужную комнату. Однако, рвение, с которым Рин неслась на встречу цели, резко поубавилось. От источника шума её отделяла лишь одна преграда и она казалась непреодолима в этот миг. Все чувства трубили что за ней скрывается нечто. Неизвестность, о которой трубила интуиция, впервые в жизни… вызывала опасения. Чуть большие чем обычно опасения, никак не страх. Такое чувство не достойно наследницы рода Тосака.

Однако, стоило понять насколько абсурдно было чувство охватившее девушку, как она рывком распахнула дверь. Иначе могла не решится никогда. В открывшемся полумраке, разгоняемым лишь тусклым светом луны, стоял человек. С первого взгляда нельзя было сказать что он не принадлежит этой эпохе. Одеждой ему служило нечто вроде парадной военной формы, выполненной в пурпурных и золотых тонах. Очевидный указатель на высокое положение. Осанка и манера держать себя создавала образ высокородного, обладателя превосходного воспитания и образования, но в тоже время выдавала ветерана сражений, ведь он уже был готов предотвратить нападение с любого направления. И такое состояние казалось естественным.

-Кто ты? - Голос мужчины отдавал опасением и холодом. Глаза цвета благородного пурпура впились в тело Рин морозными клинками. Она понимала что он получит ответы, вне зависимости от её действий.

-Я т-та кто призвал тебя. Твой мастер. - С дрожью в голосе не удалось справится сразу, что привело к постыдному заиканию, однако собеседнику, похоже, не было до этого дела.

-... Мастер? - Взгляд, что и до этого вызывал мороз по коже, стал просто убийственным. - Смеешь утверждать что я служу тебе? - Призванный чуть прикрыл глаза, чтобы побороть гнев. Лишь один человек был достоин утверждать подобное и неопытная девочка точно не он. - Дам только один шанс объяснить что происходит, советую распорядится им с умом.

-К-как я и сказала, ты был призван мной для участия в войне святого грааля. И да, ты обязан служить мне, доказательство этого здесь. - Наследница рода Тосака задействовала все внутренние резервы дабы побороть страх. Стоящий перед ней слуга, очевидно отличался горделивостью и не признает её просто так. Нельзя показывать слабости. С такими мыслями Рин продемонстрировала командные заклинания. Изящный узор на внешней стороне кисти, ярко бордовые линии создающие круги. - Это командные заклинания, три абсолютных приказа которые ты не в состоянии не выполнить. Они показывают что контракт между нами заключен.

Мужчина не изменился в лице после сказанного, лишь продолжал пристально следить за юной волшебницей. Потекли секунды, которыйе растягивались для неё в часы. Было очень некомфортно от присутствия того кто ещё не может считаться союзником. Но вдруг, хоть тело оставалось неподвижным, глаза совершили резкий скачок в разные стороны. За один миг, призванный повторно оценил окружение и повторно понял что имеет слишком мало информации для полноценного анализа ситуации.

-Что это за место и какой сейчас год?

-Это поместье моей семьи в Фуюки. Япония. Год - две тысячи четвёртый. - После сказанного, слуга чуть расширил глаза. Рин догадывалась что ритуал прошел неудачно и знания не были переданы при призыве, потому нынешний год и вызвал удивление. В ответ, девушка услышала тихий шепот, похоже мысли вслух. Тот был почти не слышным, однако удалось понять фразу “М3”. Правда, что это значит совершенно не ясно.

-Что за война? - Миг удивления прошел почти сразу и гость вновь был готов задавать вопросы. - Причём здесь чаша христа?

-О, всё просто. Грааль - это артефакт способный исполнять желания, и раз в несколько десятков лет он выбирает семерых мастеров, которые будут бороться за право обладать им, ведь желание может быть только одно. - Рин почувствовала что её слуга уже не собирается причинять ей вред и перешла на свой любимый менторский тон. - Каждый мастер получает слугу. Героя древности, что будет сражаться на его стороне. Теперь, пожалуй, познакомимся заново. - Девушка чуть поправила свой обычный наряд и привычным движением откинула волосы за плечи. Выпрямив спину и протянув руку ладонью вверх, она заговорила вновь. - Я Тосака Рин. Наследница семьи Тосака. А ты мой слуга, призванный дабы помочь мне победить в войне. Так назови же мне сво… - Величественный монолог был прерван едва слышным смешком.

-Ты столь дерзкая, что это даже забавно. - Мужчина вышел вперёд, прямо под лучи лунного света, наконец позволив рассмотреть себя как следует.

Рин, что уже хотела разразится негодованием на того кто прервал её заготовленную речь, обомлела. Лицо стоящего перед ней мужчины было красивее, чем все те которые она видела в своей жизни. Бледная, почти прозрачная кожа, была идеальна. Ни одного изъяна или шрама не оскверняли её великолепие. Черты, словно созданные величайшим скульптором, бросали вызов уверенности что всё это реальность, а не сон. Но самым запоминающимся стало то, что волосы человека отливали прекрасным серебряным светом. Даже платиновым. Вкупе с идеальным телосложением слуги, весь его вид кричал о превосходстве. Во всём, чего только может коснуться человек.

-Ситуация пока мало понятна, однако одно могу сказать точно. - Легкая улыбка вновь коснулась губ мужчины. Та самая с которой он пребывал почти всегда. А взгляд выдал столь же лёгкое веселье. - Она весьма занимательна.

-Так ты… согласен сражаться в войне? - Рин не очень поняла ход мыслей мужчины перед ней, тем не менее, он выразил заинтересованность. Это уже что то.

-Я не говорил подобного. Впрочем и обратного не утверждал. - Беззаботным тоном произнёс мужчина. - Сперва я хочу расспросить тебя… о многом. - Уже таинственный тон заставил Рин поежиться, предчувствие твердило, что это будет вызов её нервам. - Ах да, ты ведь хотела знать моё имя, верно? - Новая улыбка, полностью доброжелательная, успокоила волнение девушки, а заданный вопрос заставил забыть о прошлых мыслях. Узнав имя героя легенд перед ней, она сможет оценить его силу и способности. Рин надеялась, что это будет известная личность. Желательно из эпохи богов, те герои гораздо могущественнее иных.

-Можешь звать меня Фулгрим, мисс Тосака.

Глава 1

-Арчер? - Примарх приподнял бровь, всем видом показывая своё отношение к данному факту.

-Арчер. - Рин, пытаясь сохранять невозмутимость, в очередной раз повторила ответ. Фулгрим, стоило только ему узнать кем он был призван, не унимался в попытках понять причину такого назначения. Попутно уничтожая те немногие крохи терпения оставшиеся у призывательницы.

После первого знакомства, мастер и слуга переместились на кухню, где девушка начала рассказывать подробности о войне. Этому сильно мешали ехидные комментарии её визави. Однако, дело шло, и наконец была затронута тема классов. Семь слуг представляли из себя героев прошлого и многие из них могли быть обладателями различных умений. Грааль не был способен создать оболочку достаточной устойчивости, что вместит всю мощь духа, а потому действовал в обход.

Каждый призванный принимал определенную роль, в зависимости от сосуда. Фулгриму достался класс Арчер или рыцарь лука. Оный специализировался на дистанционных атаках и визуальной разведке. Именно это вызывало вопросы у мужчины, ведь тот никогда не был любителем подобного, предпочитая разить врага в первых рядах, ибо только так можно по настоящему воодушевлять воинов идущих за тобой.

-Так у тебя есть предположения, каким образом я стал любителем стрел? - Фениксиец попивал чай, заваренный гостеприимной хозяйкой. Говоря об этом, последней очень не понравилось что её стараний не оценили. Всего на миг, в момент первого глотка, его улыбка чуть ослабла, и он пару секунд смотрел на цветную воду в чашке. Судя по его взгляду, только так этот чай и можно было назвать. А ведь Рин была крайне придирчива в вопросе касаемых сего напитка, потому обладала немалой уверенностью в своем мастерстве.

-... Только один вариант… - Фулгрим чуть повёл частью сервиза в руке, будто милостиво дозволяя изложить свои мысли. Да ещё с таким видом, что очень захотелось повторить опыт французов в борьбе с обнаглевшими дворянами. Правда где достать гильотину, Рин не знала. Тем не менее, продолжила изначальную мысль, проигнорировав соблазн реализовать недавние фантазии. - Из всех доступных тебе, на момент призыва, классов был только Арчер. Сейбер, может явится только последним и похоже сегодня его призвать не удалось бы… - Последнюю часть девушка произнесла с едва скрытой горечью. Она ведь так надеялась получить сильнейший класс, а ей достался Арчер, который даже не знает на что будет способен.

Слуга, так и заявил. -”Откуда мне знать чем меня наделила эта чашка? Разумею лишь только, что на многое надеяться не стоит. Уже из моего нынешнего вида можно сделать такой вывод.”. Непонятно, чем слуге не нравился его вид, однако это и не важно. Важно то, что Рин похоже призвала слабейшего слугу этой войны. Даже если на деле он могущественный герой, он не знает своего фантазма, а потому бесконечно уступает остальным. Не в силах сдержать горечь, несчастная девочка, уронила голову на холодный стол и по его поверхности покатились едва слышные причитания.

Примарх не соизволил обратить внимание на поведение его призывательницы. В данный миг его волновал вопрос гораздо важнее. Чай кончился. Это была небольшая беда, особенно учитывая навыки того кто его заваривал, отсутствие оных, вернее сказать. Но при длительном разговоре необходимо какое бы то ни было питьё. Беззвучно встав, мужчина направился в сторону плиты, рядом с которой стоял чайник. Простейшие механизмы не вызвали затруднений, даже несмотря на отсутствие переданных граалем знаний. И вот, спустя несколько минут, уже просто лежащая на столе в забытье девушка, почуяла невообразимый запах. Легкие цветочные нотки приятно дразнили обоняние, пробуждая желание не только вдохнуть аромат, но и попробовать источник его. Осторожно приподняв глаза, Рин увидела ту же картину. Фулгрим пил чай. Однако перед ней стояла уже полная чашка и большая любительница чая не смогла стерпеть. Осторожно подув на бордовый напиток, она пригубила его.

-”Ладно, он не так бесполезен.” Рин милостиво перестала считать Фулгрима худшим слугой. На несколько секунд, пока не увидела явные признаки наслаждения чаепитием на его лице. У девушки задергался глаз. От её чая он едва не кривился, а от своего блаженствует. И следующие несколько минут прошли в тишине, разгоняемой лишь звуком употребления чая, со стороны Рин. Фулгрим умудрялся пить его абсолютно беззвучно. - ”Вроде и упрекнуть не в чем, но так хочется дать в глаз.”

-Я ошибусь если скажу что ты не очень удачлива? - Платиноволосый улыбнулся чуть шире, чем всегда, явно показывая своё веселье. Обычно он не столь ехидный, однако девочку нужно было покарать за то, что она смеет мнить себя его мастером. Фулгрим уже понял что она молода и неопытна, потому не гневался. Однако за каждым поступком следуют последствия.

-Заткнись! Уж точно не тебе это говорить, ты даже не знаешь своих способностей! - Примарх предусмотрительно приподнял фарфоровый чайник над столом, ему не хотелось допускать ни единого шанса потерять хоть каплю драгоценного напитка от тряски предмета интерьера.

-Мои способности мне известны, я не знаю о тех, которые подарил грааль.

-Между прочим… - Рин назидательно указала пальцем на лицо примарха. Тот, разумеется остался невозмутим. -...мне и первого не известно. Я ни разу не слышала про героя с твоим именем. Может расскажешь причину? - Строгий взор…

-Хе-хе, твой взгляд может подействовать, разве что, на твоих ровесников. - …оказался бесполезен. - Не думаю, что захочу делится своей биографией. - Фулгрим поднялся со стула и начал убирать посуду, произнеся эти слова. - Полагаю призыв отнял много сил. Тебе стоит отдохнуть.

Рин ещё несколько минут пыталась дозваться слуги, однако тот начисто её игнорировал. Тяжело вздохнув, она направилась в свою комнату, по пути бормоча проклятья на голову призванного. Когда примарх наконец услышал мерное дыхание спящего человека со второго этажа, с ним произошла неожиданная метаморфоза. Увидь её Тосака, то оказалась бы в ступоре. Вечная улыбка мужчины… исчезла. Не издавая звука шагов, он тенью направился наружу. И, медленно сев на лавочку в саду, оказался под ясным лунным светом. Его блики заставляли волосы примарха переливаться всеми оттенками серебра. Столь волшебная картина омрачалась одним единственным фактом. Жизнь покинула его лик.

Сразу после призыва, память Фулгрима была не совсем ясна, потому его поведение не отличалось от обыденного, но с каждой минутой та становилась всё чётче. В определённый момент, он уже не мог продолжать притворство, потому и поспешил прервать разговор. Жалкие крохи былой гордости не позволили показать слабости перед Рин. Безмолвная фигура, не шевелясь, взирала на звёзды. Те, среди которых он когда то нёс свет Истины во тьму невежества. Сияющий пурпур глаз омертвел, лицо превратилось в восковую маску. Поток мыслей остановил своё течение и лишь изредка в нём возникали слабые вспышки. Всегда одни и те же. В таком состоянии сын Императора, потерявший право так называться, и оставался до рассвета. А разум его пронзала боль от вечно повторяющихся слов. Тех, которые он произнёс в далеком прошлом.

”Мы — Его Дети”

Малейшее движение памяти вызывало мучительную агонию.

“Сделаем же так, чтобы каждый, кто посмотрит на нас, знал об этом.”

Последней картиной прошлого, последним воспоминанием, была отрубленная голова его самого возлюбленного брата.

”Мы не оправдаем его надежд, только если у нас будут недостатки.”

С каждым словом, Фулгрим всё лучше понимал, кем он стал. Предателем. Братоубийцей.

“Так оправдаем же его надежды!”

Стал призраком былого совершенства.

****

Ранним утром, в кровати ворочалась молодая волшебница. Тело с трудом поддавалось контролю, будто последние силы покинули его. Даже для обычного состояния по утрам, такое было необычно. Еще не пробудившееся сознание вяло подметило, что призыв затратил гораздо больше сил, чем должен был. По рассказам отца, последствием ритуала была небольшая слабость, которая прошла бы после отдыха, однако нынешняя ситуация опровергала сей факт. - “Неужели его призыв так затратен?” Тосака не могла понять, как неизвестный герой может быть столь прожорлив. Даже сейчас, отток энергии находился на самой грани допустимого и это у потомственного мага. Что будет во время активных действий представить страшно. Тем не менее, это указывало на то, что Фулгрим, как минимум слуга B-ранга. Точнее сказать сложно, не зная его легенды.

Спустя пару минут, Рин нашла в себе силы покинуть нежные объятия одеяла и подушки. Вчера она не нашла в себе желания переодеться перед сном, потому пребывала в том же виде что и раньше. С поправкой на полопавшиеся капилляры, бледность, растрепанный вид и настроением на уровне “Всех убью, одна останусь.” Если её слуга и сегодня будет действовать на нервы, то самоконтроля точно не хватит. В нынешнем состоянии, трата одного из трёх командных заклинаний будет приемлемой платой за тишину. Однако, такого стоит избежать, ведь даже простая констатация факта, указывающего на то, что Фулгрим должен служить волшебнице, вызвала не слабый гнев. Шаркающей походкой несвежего зомби девушка вышла из ванной. Стало чуть лучше, однако именно что чуть. Доковыляв до кухни, она вновь почувствовала умопомрачительный запах чая, на этот раз в нём прослеживались нотки мяты.

Усевшись за стол, Рин взяла в руки уже стоящую там чашку. Перед ней, на том же месте, сидел примарх. Он читал одну из книг библиотеки поместья, той что не хранит магических знаний. Страницы мелькали с невероятной скоростью, глаза его не отставали, а по виду мужчины было понятно что он даже не напрягается от такого темпа. - “Мировая история. Похоже, кому то стала интересна эта эпоха.” Так и было, впрочем удивляться тут не чему. Перевернув последнюю страницу, хотя открыл книгу пару минут назад, Фулгрим перевёл взгляд на Рин. И к её удивлению, ей уже не хотелось убрать его раздражающую улыбку. Неужели он решил не нервировать её сегодня?

-В тебе что то изменилось… сменила причёску? - Ещё немного и сосуд в руках Рин бы треснул, лишь в последний миг она остановилась, не желая проливать единственную приятную часть этого утра. Глаз очень сильно задергался, скорее даже конвульсивировал в предсмертной агонии. - Ох, ладно. - Примарх немного покачал головой с прикрытыми глазами. - Мне уже даже не хочется тебя дразнить. Вместо этого, может расскажешь о своих планах на сегодня?

-... Разведка… - Слова с трудом вырывались из горла, а голос охрип. Если Тосака имела мысли о походе в школу, то теперь откинула их без сомнений. Похоже придётся лишиться идеальной посещаемости. - Город станет полем боя и тебе нужно его знать как можно лучше. Так что собирайся. - Сказала было она, но ноги подвели, и попытка встать не увенчалась успехом. -...Через час… - Глаза заметили дрожь в руках, что грозилась расплескать чай по столу. Никаких сил в них не было, без желания свернуть шею своему слуге по крайней мере. -... или два. - Ответом ей была лишь чуть расширившаяся улыбка.

****

Фуюки это относительно крупный город, имеющий два района - Мияма и Синто. Первый наполняли старые здания, как в японском так и европейском стилях, в северной и южной частях соответственно. Дом Рин находился на южной городской окраине, а потому путь следовал на северо-запад, в сторону школы и храма Рюдо. Девушка была довольна тем, что повременила с выходом, иначе могли возникнуть нежелательные вопросы, она ведь “простудилась”. Именно так будут думать в школе. А ещё, её компаньон не переставал создавать проблем.

-Может ты перейдешь наконец в духовную форму? - Фулгрим уже показал что был способен на это, но отказывался пойти на такое и даже причину не объяснил, просто отказал. А что касается теперешней попытки уговорить его, то он даже не отреагировал, продолжая разглядывать окрестности. Немногочисленные прохожие беспрестанно оглядывались на чрезвычайно красивого иностранца. Рин признавала что его внешность не имела изъянов, однако характер… В общем, наивные дурочки даже не представляли, как их фантазии отличаются от реальности. Наконец, пройдя школу, они остановились перед широкой лестницей к храму. Та уходила вверх на сотни ступеней, заканчиваясь немаленьким строением. Это был храм Рюдо, одна из основных достопримечательностей города. Довольно старый, он использовался для молитв и подношений духам. Правда в основном по праздникам. Также, Фулгриму показалось что пространство в этом месте более… плотное. Однако не стал высказывать своих мыслей, если уж он может это ощутить, то маг тем более.

И осмотр продолжился. Обойдя Мияму, пара продолжила в Синто. Это был уже более современный город, с высотными зданиями. Там вид Фулгрима стал ещё большей головной болью, ведь плотность населения превосходила другой берег Фуюки. Из всех мест, которые посетила пара, наиболее запомнилась церковь на холме. Хотя и слуга и мастер не желали приближаться к ней.

-Обитель предрассудков. - Лёгкая неприязнь чётко прослеживалась в голосе, а на лицо наползла тень брезгливости. - Я надеюсь ты не для молитвы сюда пришла?

-Не любишь подобные места? - Рин разделяла мнение мужчины, пусть и только в отношении этого храма. По причине того что в ней обитает тот кто её раздражает гораздо больше Фулгрима.

-Можно и так сказать. - Всё же примарх не редко видел во что может превратить человека фанатичная вера. Потому Имперские Истины и учили людей тому, что религия это яд для цивилизации.

-Не бойся, входить мы не будем, всё же тебе нужно просто осмотреть город.

Время быстро летело, и вот, после захода солнца, Рин решила внести последний аккорд их “миссии” на самом большом строении города. Ночная тьма была не в силах побороть свет многочисленных огней, те продлевали день для жителей, что уже спешили домой после трудового дня. Живые реки струились по дорогам, создавая зрелище некоего организма.

-Ну что, отличное место чтобы закончить на сегодня. - Девушка стояла на краю крыши, рискуя создать впечатление самоубийцы, ведь мало кто подумает иное, увидев её. Но она не переживала по этому поводу, всё же высота была немалой и обычный человек не сумеет рассмотреть ничего, особенно на фоне тёмного неба. Призванный стоял рядом, так же любуясь видами. Архитектура отличалась от той к которой он привык. Империум предпочитал монументальные сооружения, что простоят тысячи лет, а то что раскинулось перед примархом, выстоит лишь пару веков.

Зрение, в отличии от других параметров организма, не уступало тому что было при жизни, и позволяло различать мельчайшие детали за сотни метров. План города, что уже и так сложился в разуме, дополнился деталями невидными с уровня земли. Теперь, маневрирование в случае преследования или отступления будет в разы проще. Хотя неизвестно насколько сильны будут противники, это герои древних легенд, а потому слабы они не будут, стоит поостеречься. Не то чтобы война так интересовала Фулгрима, но деятельная натура не позволит сидеть на месте, да и враг так не поступит. Образ города, превратившийся в объёмную проекцию оказался под опущенными веками. Разум примарха был способен на невообразимые вычисления и обработку больших объемов информации, прочесть увесистый том за пару минут, лишь малая часть его возможностей.

Уже завершив своё дело, мужчина заметил странный взгляд призывательницы. Тот был устремлён прямо вниз, в одну точку. Учтя угол, Фулгрим понял на кого смотрела Рин. Рыжеволосый парень, одного с ней возраста. Простой знакомый, можно было подумать, однако он смотрел в ответ. Подняв голову и направив лицо вверх, единственный на сотни прохожих.

-Ты знаешь его? - Вопрос, разогнавший тишину, застал Рин в расплох.

-Ч-что? Ты о ком вообще? - А как забегали глаза, да и в движениях появилась несвойственная дерганность.

-О рыжеволосом юноше, который сейчас на тебя смотрит.

-Не говори глупостей, тут слишком высоко.

-Похоже, ему забыли это сказать. Его взгляд не двигается и направлен точно на тебя. - Рин смерила Фулгрима взглядом и была вынуждена уйти в раздумья. Зрение человека не способно чётко различать картинку на такой дистанции. - Может он псайкер, как и ты? - Девушка ещё сильнее нахмурила брови, ведь ей и самой это пришло в голову. Однако она решила просто присмотреться к нему завтра в школе. Ей не привыкать в конце кон… В смысле, придется потратить время на наблюдение за этим дураком. Придя к решению, Рин перевела взгляд от уходящего Эмии, к своему слуге.

-Какой ещё псайкер? - Термин, который использовал примарх был незнаком.

-Человек способный воздействовать на реальность черпая силу из Имматериума.

-Впервые слышу о таком и маги действуют совсем по другому. - На самом деле принцип действительно схож, но Рин почему то не нравилось слово. Будто за ним кроется нечто неприятное.

-Но суть то одна, что одних, что других можно назвать колдунами.

-...Сам ты колдун. - И вновь ответом была лишь чуть более широкая улыбка.

****

Ночь сменилась утром и наследница рода Тосака уже заканчивала приготовления к отправке в школу. На этот раз проснутся удалось как обычно, то есть с большим трудом, но без восстания из мертвых. Уже обуваясь, девушка увидела того кто будет её сопровождать. И ей вновь захотелось его придушить. В одной руке он держал сумку, набитую книгами под завязку, а в другой шезлонг. - ”Ты где его достал, мать твою?!” Внутренний крик, грозившийся вырваться наружу, был заглушен ответом на невысказанный вопрос.

-Очевидно, ты не захочешь чтобы я сопровождал тебя на занятиях и, очевидно, я не стану переходить в призрачную форму. Это компромисс. - Рин уже не желала ничего видеть и слышать, потому молча развернулась и пошла в Хомурахару. А позади, на достаточно почтительном расстоянии, за ней следовал примарх. Благо, переодеться он был не против, а потому щеголял в белоснежной рубашке и брюках.

По пути многие юноши и девушки с любопытством смотрели на необычного мужчину, однако, его невозмутимый вид останавливал их от расспросов, хотя несколько юных леди пытались подойти и познакомится, однако были отвергнуты парой слов. Странно только то, что уходили они с каким то довольным видом. Тосаке не хотелось знать что именно говорил им её слуга, во избежание. В данный момент этому ничего не препятствовало, так как тело не находилось в магически-активном состоянии, потому слух был обычным.

Уже на занятиях, Рин чётко ощущала присутствие слуги на небольшом расстоянии от академии. Тот устроился на крыше одного крупного дома. Лёжа, он менял один переплёт на другой с невообразимой скоростью. Такая обучаемость превосходила простых людей, да и вряд ли найдётся много не простых людей, способных составить конкуренцию. Так летели часы. Подошло время обеденного перерыва и, в этот момент, молодая волшебница заметила приближение своей головной боли. Фулгрим, с невозмутимым видом шествовал по коридорам, чем вызвал настоящий переполох. Рин тут же сорвалась на бег и покинула крышу на которой она хотела насладится покоем. Не судьба.

Оказавшись у цели, Рин поняла что предотвратить худшее не удалось. С мужчиной уже говорила преподавательница. Учитель Фуджимура, весьма добрая, и в тоже время требовательная.

-Простите, но посторонним запрещено находиться на территории учебного заведения, не могли бы вы объяснить причины вашего визита? - А кучки учеников, прятались за углами и дверями кабинетов, дабы утолить любопытство. Человек, которому задали вопрос, показал ослепительную улыбку, от которой даже молодая женщина не спаслась. Всё же каждый примарх обладал немалой харизмой, что располагала к нему людей. Ну, почти все. У того же Ангрона были несколько иные методы.

-Прошу прощение, за бестактное вторжение. Позвольте представится, моё имя - Фулгрим. Я двоюродный дядя одной из ваших учениц и пришел навестить её. - Говоря это, он приложил руку к груди, выполнив небольшой, но очень изящный поклон. Такие манеры были непривычны для всех присутствующих. Тайга вновь замешкалась, с её темпераментом, общаться таким образом не приходилось.

-Э-э… кхм-кхм. Я могу узнать какая именно ученица приходится вам племянницей? - Молодые люди, подумали, что не зря решили послушать. Учитель тигра общается столь официально - большая редкость.

-Тосака Рин. Я прилетел поздно вечером и мы не успели толком пообщаться. - А какая натуральная скорбь проявилась на лице, словом не описать. На лбу “племянницы” вздулась венка. - А я ведь так давно её не видел, целых девять лет, она была такой очаровательной девочкой.

-Чего?!

-Это дядя Тосаки?!

-Я тоже такого хочу!

Последнее прокричала одна из старшеклассниц, единственная кому хватило смелости сказать это вслух.

-Так я могу узнать где она сейчас? - Со своей улыбкой произнёс мужчина.

-Д-да, разумеется.

-Примите мою благодарность, и, к слову, вы не представились. - Фуджимура, услышав это, стала теребить свои короткие каштановые локоны, смущаться она не привыкла, а ученики не привыкли видеть её таковой.

-Я Фуджимура Тайга. Очень рада познакомится. - Молодая женщина протянула руку для рукопожатия,и ей ответили, только не так как она ожидала. Нежно подхватив ладонь, Фениксиец поцеловал её, едва прикоснувшись губами к мягкой коже.

-Как и я. - И тут на сцену вышла Рин. Хорошо притворяясь что рада его видеть, девушка подошла к своему слуге. Она бы сделала это сразу, однако ложь созданная Фулгримом, требовала некоторой подготовки. Моральной.

-Дядюшка, что ты здесь делаешь? - За годы практики, её навыки в притворстве достигли немалых высот. Все действительно поверили в то что перед ней её родственник. - Боже, неужели ты не мог подождать когда я вернусь, у нас ведь будет много времени чтобы пообщаться, к чему спешка? - Ей едва удалось удержать лицо когда рука примарха легла ей на голову и начала её нежно гладить.

-Я не видел тебя так долго, что не мог терпеть, чтобы увидеть мою милую племянницу.

-На кой ты припёрся? - Шепча и шипя разом, спросила его девушка.

-У меня кончились книги. - Тихо ответил ей мужчина. - Где тут библиотека?

-Ох, дядя Фулгрим, мне очень приятно, но в школе нельзя находится по такой причине. Пожалуйста, возвращайся домой, я уже скоро вернусь. - “Свали от сюда, чтоб тебя!”

-Прости, но мне не утерпеть так долго. - “И не подумаю.”

Пока “родственники” общались одним взглядом и весело смеялись с искренними улыбками, на них смотрела уже добрая половина школы, а в первом ряду стояла Фуджимура. Ей был не слышен шепот, потому в её глазах, отношения между этими двумя были просто прекрасными. А потому она, как заботливая учительница и опекун юноши того же возраста, что и Рин, не могла отказать в маленьком исключении. Да и Фулгрим произвёл впечатление вежливого и порядочного человека. Тайга подошла чуть ближе и прочистила горло, привлекая к себе внимание.

-Думаю, в такой ситуации, я могу разрешить вам присутствовать здесь, раз уж вы так сильно скучали по племяннице. Сейчас обеденный перерыв и у вас есть время поговорить, а после вы можете подождать пока занятия не кончатся.

-Неужели? Тогда примите мою благодарность вновь, мисс Фуджимура. - Приятный голос джентльмена обволакивал души всех слушателей и они уже были готовы согласиться на очень многое, а Тайга и вовсе поплыла. Все прошло по плану. - Не будем терять время, Рин. С вашего позволения, мы откланяемся. - В подтверждение своим словам, мужчина взял “племянницу” за руку и повел дальше по коридору. - Так где у вас библиотека? - Ответом ему был лишь скорбный вздох.

Глава 2

До звонка, ознаменующего конец занятий, осталось всего десять минут. Рин ждала этого с нетерпением. О, сколь много методов расправы она придумала. Ладно отказать переходить в призрачную форму, ладно действовать ей на нервы, ладно заявиться в школу. Всё это не так значительно и не создавало особых проблем. Но. Он додумался притворится её дядей. Да ещё и погладить по голове! Такого стерпеть было невозможно. Потому, стоит ей только остаться с ним один на один, как она заставит его проглотить свою ухмылку и все язвительные слова. Только представляя это, девушка получала удовольствие, а уж когда фантазия станет реальностью…

Мысли прервал вошедший преподаватель, учитель Кузуки неожиданно оказался в аудитории. Этот мужчина выделялся своим невозмутимым характером и педантичностью, граничащей с помешательством. Однажды, из за одной грамматической ошибки в задании экзамена, он отменил его, всего одно слово было написано неверно. За подобное его и считали несколько странным, тем не менее, преподаватель он был хороший. Превосходно разбирался в своем предмете - истории.

-Ученики, перед тем как вы пойдете на клубные занятия или домой, я сделаю объявление. - Его голос был монотонен и, всё же, не позволял отвлечься от него. - В связи с неожиданным приказом директора, в школе появится новый факультатив. Уроки этики. - В ответ послышался недоумевающий гомон, ведь у них уже было обществоведение, включающее в себя и этику. - Тишина. Новый преподаватель расскажет что именно будет изучаться на его занятиях.

Тут Рин ощутила мурашки по коже. Предчувствие твердило о том, что ей лучше бежать отсюда, если она не хочет лишиться пары килограмм нервных клеток. Едва не молясь, всем духам и богам о спасении, она смотрела на открывающуюся дверь. “...За что?...”. В неё вошел её слуга. Чёртов Фулгрим как то умудрился убедить директора сделать его учителем этики. Со своей неизменной улыбкой, он направился к преподавательскому столу, где кивком поблагодарил Кузуки и развернулся к классу. Его пурпурные глаза, столь необычные даже в Европе, для японцев казались чем то из разряда фантастики. Ими он осмотрел каждого ученика, а когда встретился взглядом с Рин, радушно помахал рукой, нацепив на лицо радостную улыбку. Сосед девушки вдруг услышал треск и повернул голову в сторону её парты. Благо она успела спрятать сломанный карандаш в пенал.

-Итак, дети. Думаю обо мне уже слышали едва ли не все, однако позвольте представится вновь. Вы можете называть меня просто учитель Фулгрим, и я буду вести занятия по этике. Да, у тебя есть вопрос? - Перевёл он взгляд на ученицу поднявшую руку. Мицузури Аяко.

-Да, учитель Фулгрим, можете рассказать, зачем нам нужны занятия по этике, на мой взгляд практической пользы в них не так много. - На это Фулгрим лишь расширил улыбку, развернулся к классу. Взяв в руки мел, он начал медленно выводить, пока неизвестный, символ, попутно отвечая на вопрос.

-Полагаю, ты считаешь что этика просто учит вести себя в обществе, однако… - Все ученики притихли, слушая проникновенный голос мужчины. -...это не верно! - Наконец иероглиф был завершен и все присутствующие смогли прочесть его. - Этика - это то, что позволит огранить вашу личность, постичь высшие добродетели человека.

На доске, резкими линиями было выведено слово.

-Вы все имеете как достоинства, так и недостатки. Моей задачей будет возвысить первое и искоренить последнее. - Речь примарха начала находить отголоски в сердцах подростков. Именно в их возрасте, люди больше всего желают стать лучше, не оказаться бесперспективными личностями. В глубине души, каждый из них мечтает о великом, такова юношеская романтика - Я сделаю так, что ваша доблесть раздавит страхи, доброта преодолеет эгоизм, а разум возвысится над предрассудками. - Словам вторили мерные шаги мужчины, что стал неспешно двигаться между рядами.

-Все изьяны исчезнут, слабости сгинут и каждый из вас достигнет того, о чём грезит человечество со времён своего рождения. - Вновь оказавшись у доски, Феникс, лишенный улыбки, абсолютно серьёзно смотрел на детей. - Я сделаю вас совершенными. - Слова были произнесены. “Совершенство”, за спиной примарха, лишь усиливало эффект. В тишине, можно было бы услышать как перо скользит по воздуху. - Разумеется, если вы будет посещать мои занятия. - Сказал он с привычной улыбкой. А когда одноклассники Рин пришли в себя, началось то о чём волшебница не захочет вспоминать никогда. Да и вообще, пожалуй стоит опустить подробности влияния харизмы сына Императора на простых смертных.

****

Уже идя по коридорам школы, слуга и его мастер оставались безмолвны. Вопреки ожиданиям Фулгрима, Рин не проявляла агрессии. Наоборот, та была совершенно спокойна и не притворно, а по настоящему. - “Неужели она привыкла к моему поведению?” Это было бы не слишком хорошо, дразнить девушку стало неплохим развлечением.

-Фулгрим. - С прежним спокойствием позвала его Рин. - Я обнаружила в школе, не до конца сформированы, замкнутый барьер. Как только учеников не останется, мы должны будем найти способ снять его. - Мужчина не успел ответить, потому как, из за угла, показалась знакомая шевелюра. Рыжая.

-Тосака? - Эмия Широ. Парень, одного возраста с названной, остановился на полушаге увидев пару. - И… вы должно быть её дядя? - Закончил фразу он, смотря на платиноволосого. Рост под два метра, крепкое телосложение и европейские черты лица сильно выделяли и не оставляли сомнений в личности. Всё же, за полдня, каждый студент узнал о произошедшем на обеденном перерыве.

-Верно. - Рука легла на голову девушки и вновь начала нежно гладить по голове. - А ты знакомый Рин? - Присутствие примарха даже сбило с мысли юного Эмию. Когда его внимание направлено на тебя, возникает странное желание внимать его голосу. Притом, здесь не было замешано влияние варпа или даров Грааля. Это была инстинктивная способность преподносить себя так, что люди неосознанно начинали ставить себя ниже чем сыновья Императора. В хорошем смысле разумеется, никакого морального давления не было.

-Д-да, меня зовут Эмия Широ. Приятно познакомится.

-Как и мне. Если не ошибаюсь, в Японии говорят… - В задумчивости, мужчина приложил палец к щеке и несколько секунд молчал. -... позаботься о моей милой племяннице. - А краем глаза, “дядя”, следил за реакцией девушки. - “Действительно привыкла. Быстрее чем я предполагал.”.

-А… конечно, обязательно! - Парень вытянулся по струнке, будто на параде. - Н-ну, ладно, мне нужно идти. До свидания, Тосака, учитель Фулгрим. - Даже о новом факультативе всем уже известно, а ведь прошло всего минут пять, как ученики разошлись. Сарафанное радио в Хомурахаре работает выше стандартных показателей. Сам Эмия услышал это от Мицузури, когда она пролетала мимо, такой воодушевленной он её никогда не видел. А теперь ему нужно было заняться починкой оборудования.

Юноша ушел, а мастер и слуга продолжили путь в библиотеку, где планировали дождаться темноты. Всё же война имеет правила не позволяющие вмешивать простых людей, за этим должен следить наблюдатель от церкви и группа оперативников. Те в случае чего преподносили ложные данные полиции и средствам массовой информации, вроде утечек газа. В качестве их работы можно было не сомневаться, ведь кто,

как не слуги божьи умеют правдоподобно преподносить ложь.

Наконец солнце скрылось за горизонтом и можно было начать действовать, хотя, по словам Рин, война ещё не началась, ведь последний мастер так и не объявился. Об этом стало известно после телефонного разговора с Котомине Киреем, опекуном девушки. Она звонила сообщить о том, что призвала слугу, и, получила эти сведения, в ходе разговора. Теперь, необходимо найти точки фокусировки замкнутого барьера. Следуя своему магическому чутью, магесса начала поиски, а по пути, её примарх задал вопрос.

-Что ты скажешь на счет Широ, он маг, как и ты? - Во время ожидания, Фулгрим не был заинтересован в ответе, всё же он занимался делами поважнее - читал подробные исторические данные об эпохе викингов. Леман Расс и его волки сохранили традиции в почти первозданном виде, только набеги им заменял Великий Крестовый Поход.

-Я не почувствовала от него ничего, как и всегда. Впрочем, магию можно и скрывать, так что рано делать выводы. - Рин остановилась и, в задумчивости, склонила голову. - Он всё еще может быть мастером… надеюсь это не так. - Последнюю часть не смог бы услышать обычный человек, настолько тихо это было сказано, но в глазах Фулгрима сверкнуло ехидство. Кажется появилась новая тема для подразнивания. Однако, это подождёт. Как бы примарху не нравилось нервировать его дерзкого мастера, но дела важнее, ведь Рин рассказала о свойствах барьера. Тот был призван вытягивать жизненные силы в пределах своих границ, и не имел ограничителя, потому мог привести к смерти. Не имеет значения, интересна ли эта битва Фулгриму или нет, он не станет стоять в стороне, когда могут пострадать невинные. Потому решил быть серьёзным. Слегка.

Выйдя на крышу, для лучшего обзора на территорию, пару настигла удача, ведь, именно здесь была одна из печатей. Волшебница немедленно начала осмотр, за которым последовал вывод о невозможности снять формацию. Та имела явно больше одного ядра, потому стоит разрушить оное, как остальные восстановят его, а затраченную энергию восполнят из учеников. Единственный способ избавиться от кровавого форта, как назвала его Рин, это убить того, на ком завязан контроль барьера. Одного из мастеров, ведь никто другой и не станет совершать подобное. Когда мастер закончила анализ заклинания, её слуга почувствовал приближение неизвестного. Новые чувства, подаренные граалем, позволяли чувствовать других слуг на некотором расстоянии. Гость быстро приближался, однако вокруг никого не было, тот явно находился в духовной форме. Примарх не стал предпринимать необдуманных поступков, пока тот не остановился на водонапорной башне, явив себя.

-Ну надо же, как мне повезло сегодня. - Высокий мужчина, с хищным оскалом, смотрел прямо на примарха. Жажда крови, будто застывшая в его глазах, выявляла в нём любовь к битвам. Он жаждал их, каждое движение и даже ритм дыхания говорили об этом. - Эй, блондинчик, ты ведь слуга, я прав?

-Я был призван этой девушкой, но я ей не слуга. - Фулгрим пристально смотрел в алые зрачки и понимал, что мирно разойтись не получится. - И может хоть представишься, перед тем как столь фамильярно говорить со мной. - На это синеволосый усмехнулся.

-Слуга Лансер, а ты?

-Арчер. У вас, слуг, ведь принято использовать клички?

-И не напоминай, мой мастер такой трус, даже моё имя назвать не разрешает. - Очевидно Лансер не привык скрывать эмоции, потому на его лице было написано разочарование от такой ситуации. - Ну да ладно, пусть война ещё не началась, но раз уж мы встретились…

В руке мужчины материализовалось алое копьё. И если до этого присутствующие считали, что его владелец источал сильную жажду крови, то теперь… Созданное не из металла, но из кости, копье будто впитало в себя всю ненависть своих жертв, коих было немало. Оно не раз разило врагов хозяина. А он сам, стоило только вооружиться, совершил резкий рывок по направлению к противнику. В воздухе разошлась волна, от преодоления звукового барьера. А миг спустя, примарх уже отражал укол острия, при этом, удивив противника. Голыми руками отклонил копьё, будто предвидев извилистую траекторию, а пока копейщик несся на него, не в силах остановить инерцию, впечатал ладонь ему в живот. От резкой смены направления, Лансеру даже немного поплохело.

Тело пробило ограждение на крыше и устремилось на спортивное поле. А там, оставило борозду на земле, подняв столб пыли. Резко поднявшись, синеволосый вернул концентрацию и увидел, как с крыши на него взирает взгляд пурпурных глаз. Фулгрим не спеша направлялся в сторону врага. С грацией птицы, он приземлился и продолжил шествовать к центру площадки, по пути обдумывая то, что увидел. Как оружие просто материализовалось в руках копейщика, а это значит - слуги способны призывать его по своему желанию. И Арчер не исключение. Однако, как сделать это - неизвестно. Да и вряд ли примарх призовёт что то весомое, всё же, его единственным личным оружием дальнего боя был плазмоган. Сработанный в кузницах Урала, он был произведением искусства, но Фулгрим не часто им пользовался, предпочитая Разящий огонь… или проклятый Лаэранский клинок. - “Хотя от оружия я бы не отказался, даже плазмогана.”

Стоило только подумать об этом, как в руке стало формироваться очертания. Не прошло и секунды, как оно приняло форму того, о чём думал примарх. Выполненный в цветах третьего легиона, своим сиянием силовых элементов, он боролся с лунным светом. Сложные резьбы, изображающие пылающих птиц, не оставляли сомнений в том, что это оружие достойное сына Императора. На мгновение удивившись, Фулгрим перехватил плазмер двумя руками, отметив, что тот имел размер подходящий под нынешнее тело. Проверив заряд, оказавшийся полным, мужчина сразу направил ствол в копейщика.

-Это ещё что за… - Не успел враг договорить, как в него полетел лазурный сгусток плазмы. С огромной скоростью, он преодолел расстояние и был всего в паре метров от цели. Та уже ощущала огромный жар и напрягла всё тело, чтобы уклониться. Сместившись на метр в сторону, Лансер ощутил нестерпимый жар. - “Да меня зажарит, и никакое сопротивление не поможет.” - Какого дьявола это было! - Будучи на взводе прокричал он.

-Варвар… - Стрелок закатил глаза от разочарования. -... даже плазму распознать не способен. - И переключил плазмоган в скорострельный режим. Как оказалось, это можно было сделать усилием мысли, ведь оружие ощущалось как часть тела. Весьма странное чувство, однако на привыкание не потребовалось и секунды. - Сгусток ионизированного газа… - Будто капли дождя, синие вспышки начали покидать дуло. -... температурой сравнимый с поверхностью солнца.

Вот только противник не слушал, предпочтя сосредоточить внимание на смертельных снарядах. Уклоняться от града огня было нелегко, ибо примарх бил без промаха, предугадывая движения цели. Та быстро поняла, что этот Арчер предпочитает среднюю дистанцию, а потому пошла на сближение. Подгадав момент, владелец алого копья совершил рывок к оппонент, в процессе, пожертвовав частью длинной косы. И наконец бой перешел в ближний.

С молниеносной скоростью, хищное оружие пыталось настигнуть добычу, однако, та не желала даваться. Фулгрим ловко маневрировал и пусть было видно, что он уступает в чистой скорости, но ни один удар ещё не достиг его. Тем не менее, в один момент он открылся, после связки точных атак. Мастерство Лансера было превосходным, потому он сумел вывести врага из равновесия, он так подумал. Когда острие уже направлялось в грудь платиноволосого, тот выстрелил в сторону и отдача от оружия помогла избежать раны, пусть и не полностью. Плазменная винтовка имела очень слабое обратное действие, но оно было и позволило довершить смещение вправо.

Левый бок стал истекать кровью, но примарх не обратил внимания на такую мелочь, регенерация уже свернула кровь, скоро повреждение сойдёт на нет. А сейчас, пока противник не может защититься, Феникс развернул плазмоган укрепленным прикладом и двинул копейщику в лицо. От силы удара, кровь разлетелась в стороны. Нос синеволосого изливал кровь в больших количествах, но это было не всё. Секундное замешательство было продлено касанием кулака, на этот раз в челюсть. И вновь, копейщик отлетел на расстояние.

-Тьфу… А ты неплох, интересный противник мне попался. Оружие правда у тебя проти… Ты что делаешь? - Удивился Лансер, когда увидел, как Фулгрим провёл языком по костяшкам руки, на которой осталась кровь противника.

-...Кухулин. - Примарх задействовал одну из биологических способностей своего тела - омофагию. Не многие знают, однако все те органы и способности, коими обладают астартес, были спроектированы на основе примархов, потому всё что имеют их дети, имеют и они. - Персонаж уладского цикла, сын бога солнца - Луга. Пусть я знал что могу встретить героев мифов, но это, всё же, удивляет.

-Ты это по крови узнал что ли?.. Да кто ты такой?

-Точно, теперь я знаю кто ты - значит и мне стоит представиться. - Мужчина выпрямил спину, хотя и так всегда держал идеальную осанку. - Я Фулгрим, прозванный Фениксийцем. Примарх третьего легиона астартес - Детей Императора. - Сказал он с мягкой улыбкой. Однако глаза его таковыми не были.

-... Никогда не слышал, хотя звучит пафосно. - Сетанта почесал затылок, пытаясь вспомнить, знал ли он о такой личности или нет. - Ну да ладно, лучше скажи мне перед тем как мы продолжим, почему ты сражаешься так?

-Как сражаюсь? - Фулгрим уже понимал что хочет знать копейщик, вопреки показному недоумению.

-Ты мастер, нельзя этого не признать, только вот… - Мужчина в своей обычной манере повертел рукой в воздухе, пытаясь подобрать слова. - Дерешься будто по привычке, а не от души... Наверное… - Кухулин никогда не был мастером красноречия, однако мысль он донес. Со стороны оппонента донёсся тихий смешок. Грустный.

-... Я утратил то ради чего сражался. - На это копейщик прикрыл глаза. Он не раз видел подобное. Яростные войны, что шли в бой с великой доблестью, превращались в тени самих себя, когда теряли самое ценное.

-А зачем ответил на призыв? Только те у кого есть желания для Грааля принимают участие в войне.

-Оно есть, но прошлое не изменишь, только глупец будет надеяться на грааль в этом. А в моём случае всё ещё сложнее.

Услышав ответы Кухулин расстроенно покачал головой. - “Какая жалость, наконец встретил сильного соперника, а он драться не хочет.” Закончив внутренне сетовать, владелец алого копья посерьезнел. Пусть Фулгрим не сражается на полную, но даже так, он очень опасен. Эта его плазма может превратить Сетанту в жареный окорок, потому стоит заканчивать, всё равно такая битва не будет интересной. Встав в низкую стойку, Лансер приготовился к выпаду. За доли мгновений его оружие налилось алым светом и он сорвался в атаку.

-Гаэ Болг! - С боевым кличем на устах, он оказался прямо перед противником. Молниеносный удар снизу вверх, был вновь отклонен. Фулгрим ударил ладонью по боковой части копья, уведя его направление в сторону и, все же, ощутил укол.

Растворившись в воздухе, оружие оказалось прямо в груди примарха. Оно пронзило его сердце, и вышло из спины. - “Ну вот и всё, жаль я не увидел тебя когда ты ещё хотел сражаться.” Однако мысли прервала рука схватившая Кухулина за горло. Тот выпучил глаза и не мог поверить что враг ещё жив, ведь ему пронзили сердце. Никто не выживал после этого, но волна опаляющего синего пламени отрицала этот факт. Плазмоган, переключенный во вспомогательный режим мельты, сильно обжег тело копейщика. Благо, сила плазменной волны была много меньше, чем у полноценного мельтаган, иначе в груди появилась бы лишняя дыра.

Примарх вытащил копье, пронзившее одно из двух сердец, и откинул его в сторону. Как оказалось, тело было копией былого, просто ослабленным, но все дополнительные органы остались на месте. Потому он и сумел выжить после неминуемой смерти. Откинув костяное орудие, он взглянул на Копейщика и в глазах Феникса было раздражение. После такого враг не уйдёт безнаказанным. Кровь вновь перестала идти и сквозное ранение начало затягиваться, притом стремительно. Это удивило Сетанту, ведь он прекрасно знал о проклятии. Раны от копья заживаю очень медленно, но примарху это было нипочем.

-Кто здесь?! - Когда копье вновь появилось в руке Кухулина и он уже приготовился продолжить бой, в одном из окон школы промелькнула тень. Услышав окрик, она тут же скрылась. - Вот черт, мастер приказывает избавится от свидетеля! - Уже второе разочарование за ночь, даже бой закончить не получится. - Ты прости, но нам придется прерваться.

На высокой скорости, синий Лансер сорвался в сторону школы и быстро исчез в оконном проеме. Фулгрим хотел последовать за ним, однако обратил внимание на его призывательницу. Та весь бой стояла в стороне и лишь наблюдала, но на её лице проступила бледность. Как и думала Рин, поддержание примарха во время боя дается нелегко. Не будь у неё запаса камней наполненных маной, то она бы не смогла держаться на ногах, да и сейчас это давалось с трудом. Благо её поддержал слуга, быстро понявший что происходит с его мастером. Наконец чуть расслабившись, она посмотрела на мужчину.

-Не ожидала, что ты будешь таким сильным. К слову, Арчерам нужно сражаться на расстоянии, если ты не знал. - Фулгрим лишь усмехнулся. Будто для него правила войны имеют хоть какое то значение. - И, кстати, мне назвал только своё имя. А оказывается ты какой то примарх. И что за Дети Императора?

-Мои сыны, которых я вел во время Великого Крестового Похода. - Опять услышав незнакомые термины, девушка хотела продолжить расспросы, однако услышала чей то крик.

-Чёрт, он ведь преследовал свидетеля! На кой кому то быть в школе так поздно?!

По просьбе Рин, Фулгрим помог добраться до места, откуда исходил голос, и там оказался юноша, лежавший в луже собственной крови. Его сердце пронзили и жизнь уже почти покинула его. Волшебница медленно подошла к нему, отказавшись от помощи слуги.

-Прости, из за меня тебе пришлось умереть. - Она присела рядом и начала разворачивать его на спину. - Что? Нет, только не ты... Ну почему именно ты оказался здесь?! - Рин была опечалена смертью невинного ученика, однако, тот, кто лежал перед ней сейчас вызывал гораздо большую боль.

-Эмия Широ. В том что ты погиб есть и моя вина, мне следовало закончить бой раньше. - Фулгрим также был неравнодушен. Всё же защита невинных для него не пустой звук, а отчасти смысл жизни. Именно для этого отец создал его и остальных примархов.

-Нет, ты не умрёшь... - Рин, тихо бормоча эти слова, сняла с шеи медальон, инкрустированный массивным рубином. Фамильное сокровище, содержащее в себе огромную магическую силу. - Ты не умрешь на моих руках, кретин!

Глава 3

Уставшая, Рин ввалилась в двери своего дома. Эта ночь была в разы более изматывающей, чем позапрошлая. Затраты на поддержание примарха слишком велики, однако, несмотря на то, что он на равных сражался с Лансером, не понятно почему Фулгрим требует столько магической силы. Может дело в оружии? Винтовка, словно из фантастического фильма. Девушка в очередной раз начала ломать себе голову в раздумьях, желая понять кого она призвала, однако, надолго её не хватило, сил почти не осталось, а чашка чая перед носом так и манила.

Наконец подняв голову со стола, Рин смогла расслабиться, наслаждаясь питьём. Перед ней устроился слуга. Минуты перетекали одна в другую и когда разум призывательницы был готов возобновить размышления, этому помешал объект оных.

-Спрашивай. - Мягким тоном, с доброжелательной улыбкой, некий "примарх" дал понять, что ответит на некоторые вопросы, похоже он так решил проявить благодарность за то, что она делилась с ним энергией. Это ведь его вина, что она пару минут назад была как амёба.

-Ты ведь… из будущего? - Это единственный возможный вариант, который пришел в голову Рин. Как ещё объяснить наличие плазменного оружия в руках слуги, девушка не знала.

-Верно.

-А конкретнее?

-Начало тридцать первого тысячелетия. - Вот теперь, наследнице рода Тосака пришлось задействовать немало сил, чтобы не потерять лицо.

-... Двадцать восемь тысяч лет… - Такое сложно осознать, учитывая, что история человеческой цивилизации насчитывает всего пять. - А ты сам? - Теперь, в глазах мужчины появились проблески гордости, но слабой, будто те были омрачены чем то. Очевидно это связано с тем, что он потерял причину сражался, как было сказано Кухулину. Без слов, Фулгрим взял чайник и отлучился дабы пополнить запас.

-В те времена, человечество рассеялось по всей галактике. - Примарх поднял глаза к потолку, предаваясь воспоминаниям. - Мы превосходили все иные расы, что населяли её. - Тут Рин чуть не поперхнулась, всё же ей прямо заявили, что инопланетяне существуют. - Так стало вновь, ведь начиная с двадцать пятого и заканчивая тридцатым тысячелетия ми - властвовала Эра Раздора. Мощнейшие варп-шторма разделили миры, начав, так называемую, Темную Ночь.

-Что за варп-шторма? - Рин было бы трудно воспринимать рассказ, без знания этого.

-Межзвёздные перелёты были возможны через вхождение в варп или Имматериум. - У девушки появились новые вопросы. О псайкерах если точнее. - Параллельное измерение, наполненное энергией разума и чувств. Там законы изменчивы и даже время не линейно. За месяц в нём, можно перелететь галактику от края до края. - Про то, что это лишь при очень удачных обстоятельствах, примарх не уточнил. - Области, где варп крайне… хаотичен, называют штормами.

- Двигаться через них слишком опасно, понятно. И что же закончило эту… Эру Раздора? - А вот теперь, не только глаза, но и лицо, и даже тело мужчины излучало гордость и почитание.

-Император Человечества… мой отец. - Вдруг, наваждение прошло и Фулгрим встряхнул головой. - Думаю хватит обо мне. - Рин, хотевшую было возмутится, прервал отнюдь не веселый взгляд. Примарх не хотел продолжать. - На счёт Эмии, ты уверена в своём решении?

-А? Ох, Эмия… о-он просто оказался там случайно, как я могла позволить ему умереть? - Рин сразу отвела глаза, не желая видеть реакцию на очевидную ложь. Всё же её поведение резко изменилось, стоило только узреть лицо неудачливого ученика. - Пусть он и увидел вашу битву, но это не принесёт проблем, ему просто никто не поверит.

-А как же правила войны? Свидетели должны быть устранены, разве нет?

-Ну разумеется, но я позволю себе единственное исключение. - Голову Рин пронзила догадка. - Я позволю… а вот мастер Лансера даже прервал битву. - Несмотря на слабость в ногах, девушка вскочила с места. - Нам нужно как можно скорее проверить где Широ! - От волнения, она назвала парня по имени, а ведь они совсем не так близки.

Вздохнув, слуга резко закинул призывательницу себе на плечо. Из за разницы в размере тел, она не доставляла неудобств, а о весе и говорить не стоит. Рин не сопротивлялась, ведь сейчас не до этого. А когда назвала адрес, где живет парень, примарх сорвался в бег. Внутренне, девушка порадовалась, что он не стал уточнять, почему она помнит где живет Эмия.

****

Скорость перемещения Фулгрима была высока. Точное знание местности позволило выбрать кратчайший маршрут, протекающий как по земле, так и по крышам. Уже приближаясь к пункту назначения, в северной части Миямы, примарх почувствовал присутствие двух слуг. Один из них был знаком, а другой нов. Рин не ошиблась, Лансер действительно решил завершить начатое.

Приземлившись на дороге, перед крупным поместьем, слуга опустил ношу. Девушка даже не заметила что от причёски осталась одна память и тут же понеслась в сторону магического возмущения, кои возникали во время битв призванных граалем. Однако, как заметил примарх, Кухулин уже покинул место, а оставшийся понесся в их сторону. Похоже учуял. Из за забора выскочил серебристый силуэт и тут же попытался разрубить Рин невидимым клинком. По положению рук и, едва видимым, завихрениям воздуха, можно было понять, что это полуторный меч. На защиту мастера от этого орудия встал слуга.

Фулгрим, за доли мгновения, провёл анализ ситуации. Сила удара обещала быть достаточно велика, чтобы разрубить даже его надвое. Плазмоган здесь не поможет, ведь рисковать детонацией плазменного оружия категорически не следует. Потому пришлось напрячь разум, на такой скорости даже примарху потребуется задействовать все вычислительные мощности “процессора”. Учтя возможные варианты противодействия, мужчина начал ответное движение. Удар локтем, усиленный вращением тела, попал точно в плоскую часть клинка, тем самым изменив направление. Расчёт времени начала удара и скорости полёта врага прошел безошибочно. Лезвие, вместо тела Рин, рассекло асфальт, а призывательницы, наконец, среагировала и отскочила за спину мужчины. Столкновение приостановилось и вторженцы разглядели новоявленного слугу.

Невысокая девушка, возрастом не превосходящая Тосаку, уже приняла стойку для новой атаки. Её золотистые волосы отражали серебряные лунные лучи, создавая невообразимые оттенки света. До боли серьёзный взгляд изумрудных очей был направлен на пару. Если бы не снаряжение на ней, то было бы невозможно представить её в качестве воина, но доспех утверждал обратное. Длинное платье, покрытое защитными пластинами и нагрудник с латными перчатками казались архаичными для Рин, а уж для Фулгрима, наверное, просто каменным веком. Воительница потратила секунду на осмотр врага. Примарх, одетый в обычную одежду, показался ей странным, всё же слуги в бою предпочитают одеяние в которых призваны. Однако, это лишь незначительная деталь, важно то как он отразил выпад. Такой манёвр, показал, что в скорости и силе он ей уступает, однако, точность и расчет были невероятны. Опасный противник. Не дав столкновению продолжиться, с территории поместья выбежал рыжеволосый юноша.

-Сейбер, стой! - Прокричал он, думая что названная атакует тех, кто им не враг. - …Тосака?.. - Но увидев спину знакомой девушки, недоуменно остановился. - Учитель Фулгрим? - Разглядел он стоящего перед ней мужчину. А следом, готовую атаковать Сэйбер. - Погоди, они нам не враги! - Та перевела взгляд на мастера, однако не лишая оппонента внимания.

-Они - мастер и слуга. Враги. - Тем не менее, девушка не спешила ослушаться своего призывателя, всё же, она дала клятву верности. - Ты знаешь их?

-Да, мы из одной шко… постой, ты сказала мастер и слуга? Тосака, неужели ты… - Волшебница, едва заметным движением привела себя в порядок, хотя избавиться от беспорядка на голове не вышло. Наконец обернвшись, она предстала перед молодым человеком во всем своем растрепанном великолепии.

-Всё верно, Эмия. Я Тосака Рин, наследница семьи Тосака, потомственный маг и мастер в Войне Святого Грааля. К твоим услугам. - Сделала она небольшой реверс, в котором Фулгрим заметил с десяток неточностей. Стоя к ней спиной, только по звуку.

-... Что за Война Святого Грааля? - Из за этого вопроса у Рин едва заметно дернулся глаз. - “Ещё один…” И это примарх тоже заметил, несмотря на то что продолжал следить за Сэйбер. Она слегка недоумевала, когда слуга ни с того, ни с сего, усмехнулся.

****

-Сколько мне повторять? Да, ты теперь должен сражаться насмерть с другими мастерами! - Возмущению Рин не было предела. Этот…. дурак, ни в какую не хотел понять, что ввязался в смертельную битву и то, что они, по сути, враги. - Даже если ты не будешь драться, то другие не так наивны!

Действо происходило в гостинной. Четверка сидела за общим столом, однако, лишь половина оной вела беседу. Фулгрим как всегда улыбался, а Сэйбер поддерживала невозмутимый вид. В этом они были даже похожи, ни у одного не менялось выражение лица. Мысли обоих были неизвестны, правда Рин, краем сознания, догадывалась что её слугу очень веселит эта ситуация. Всего за три неполных дня, он действовал ей на нервы больше чем Мато Синдзи. Только “дядюшку” осадить не выходило, в искусстве вить кружева из слов ему не было равных и все попытки приносили лишь больше головной боли. Сейчас Рин, в некоторой мере, адаптировалась. К своему положению мнимой племянницы уж точно.

-Не против если я заварю чай? - Едва слышный вопрос от Фулгрима, был встречен настороженным взглядом воительницы, коей и был адресован. Та несколько мгновений вглядывалась в лицо примарха и впоследствии слабо кивнула. С чуть более широкой улыбкой, мужчина встал и некоторое время пребывал на кухне.

Пока платиноволосый возился с чайником и чашками, Сэйбер анализировала возможности потенциального врага. Как она и подумала в момент столкновения, его сила и скорость уступали ей, однако другие достоинства с лихвой перевешивали этот недостаток. Когда её клинок описывал дугу в воздухе, он начал движение в идеальный момент, с идеальной силой и с идеальной скоростью. Линия удара локтем сходилась с боковой частью меча. Такой метод противодействовать мечникам она встречала впервые и не была уверена, сможет ли повторить подобное, даже с оружием в руке. - “Нет, точно не смогу.” Слишком идеально нужно рассчитать все условия. Тут Сэйбер подметила что слово “идеально” слишком часто появлялось в её мыслях. И его можно было употребить не только в отношении боевых навыков. Внешность, манера держаться, даже улыбка. Всё это можно было назвать идеальным. - “Так не бывает.” Именно так, изъяны есть у всех, как бы не хотелось иного. Значит, за совершенной оболочкой может скрываться нечто… неизвестное. Нужно усилить бдительность.

-Прошу. - Аромат напитка прервал спор, что происходил на фоне размышлений девушки и спорщики, как и она, испытывали желание попробовать.

Пригубив чашку, Сэйбер ощутила сладость с легкой кислинкой, соединенной в идеальных пропорциях. - “Тц.” Снова идеально. С некоторым усилием воли, немалым на самом деле, она оторвалась от питья и стала пристально смотреть в пурпурные глаза. От зрительного контакта, мужчина чуть склонил голову в немом вопросе получил, столь же немой, ответ в виде прикрытых век девушки. Сам Фулгрим, к его сожалению, не умел читать мыслей подобно его брату - Магнусу, а потому мог лишь догадываться из чего проистекает эта пантомима. Однако, примарх нутром чувствовал что она его опасается, по какой причине, помимо формальной вражды в войне, неизвестно. - “Или нет.” Стоило ей только вновь сделать глоток, как недовольство ослабевало и так раз за разом. В итоге, за столом сидела воительница, которая всеми силами пыталась сдержать желание расслабиться и окунутся во вкус целиком.

-“Не припомню что бы мой чай когда либо оказывал подобный эффект.” Довольно подозрительная перемена. Однако за неимением зацепок и наконец закончившимся препираниям со стороны молодых людей, группа направилась в другой конец Фуюки, с целью представить последнего мастера наблюдателю от церкви и официально начать Войну Святого Грааля. В пути, мастера продолжали беседовать, как и их слуги, разница лишь в отсутствии вербальности у последних.

Сэйбер, что шла позади всех, не спускала взгляда с затылка примарха, при этом, не забывая следить за своим подопечным. Она беспрестанно пыталась отыскать что то, что даст подсказку о “содержании” противника. Фулгрима подобное мало беспокоило, однако покорно терпеть он не станет. Всё так же молча, он чуть сбавил шаг и поравнялся с девушкой в хвосте. А миг спустя, достал… термос. Честно экспроприированный у Широ. Стоило открыть крышку, как носик цели ароматической атаки дернулся. Однако, за этим последовала слабо различимая внутренняя борьба… что была проиграна после приближения источника искушения. И теперь, ранее настороженная воительница, мирно мерит шагами мостовую, попивая чай. И только Рин, заметившая эту ситуацию, интересовалась где её слуга прятал не такой уж и маленький предмет, а также, где он его раздобыл. Вследствии сих дум, волшебницу начинали терзать смутные сомнения, однако, перерасти в нечто большее чем оные было не суждено. Перед глазами показалась та самая церковь.

Белые стены обители господа, даже в ночном полумраке казались ослепительными. Воздух поблизости казался легче, такова была сила религиозной святыни, что предстала перед группой. Вид этого сооружения наконец дал Сэйбер то, что она ждала уже несколько часов. Улыбка Фулгрима исчезла, а на лице проявилась неприязнь. Очевидно это место было неприятно примарху. Когда мастера скрылись в нём, слуги остались стоять у ворот, ибо не имели права войти на нейтральную территорию. Златовласая повернулась в сторону дороги, ведущей к ним, а платиноволосый подпирал арку, через которую не желал идти отнюдь не из за запрета. Какой нибудь истово верующий посчитал бы такую позу оскорбительной для своей религии, настолько хорошо проявлялось отношение примарха.

-Арчер… - Хотела было начать разговор девушка.

-Фулгрим. - Однако, была прервана голосом мужчины. - Не желаю именоваться этой кличкой. - Пусть не проявив этого, собеседника удивилась такой откровенности. Называть своё имя так просто, было не принято на войне.

-... Фулгрим, ты… не любишь такие места? - Задала она наконец вопрос, подобно Тосаке день назад.

-Слишком громко сказано, мне просто хорошо известно, во что может превратить человека вера. - Глазами, обретшими слабое любопытство, Сэйбер попросила продолжить. - Вера, сама по себе, не несёт дурного, не каждая из них вернее. Однако, она превращается в религию, а та в тиранию жрецов. Всегда найдутся те, кто начнёт манипулировать легковерными людьми.

Уроженка раннего средневековья, пусть и понимала то, что имел ввиду примарх, но не могла отринуть глубоко укоренившуюся уверенность в провидении господа. Она не была рьяной верующей, но молитва не раз помогала ей успокоить душу. Хотя в какой то момент, частота подобной практики стала сокращаться. Если задуматься об этом, станет понятно, от картин сражений и страданий простого люда пропадало желание возносить молитвы о помощи и благе. Напротив, появлялось лишь желание действовать, дабы своими руками добится того, что не подарит бог, как не проси. От размышлений, девушку оторвал довольный взгляд собеседника. Кажется её самоконтроль ослаб в задумчивости.

-Вижу ты поняла. Человечество может надеяться лишь на себя и верить тоже должно в себя. Религию должны заменить наука и просвещение. Ибо цивилизация достигнет рассвета лишь в тот день, когда последний камень последнего храма рухнет на голову последнего жреца. - От своих же слов мужчина ушел в себя, подобно Сэйбер, чуть ранее. Последняя не стала его отвлекать, всё же ей была очевидна значимость этих слов. Они звучали по иному, будто примарх кого то процитировал. Кого то важного. Когда же мужчина вышел из своих мыслей, то сам продолжил разговор.

-Не думаешь что мы так и не познакомились, как подобает? - Контроль над собой вернулся к мужчине, наряду с его доброжелательной улыбкой. - Моё имя Фулгрим. - “И как у него получается так четко показывать намерения, не меняясь в лице?” Подумала девушка, перед тем как ответить.

-Сэйбер.

-Нет, нет, нет. Никаких кличек. Имя. Вот, что я хочу услышать.

-Ты ведь знаешь, их лучше держать в тайне. Враги могут использовать твои слабости, узнав о прошлом.

-Я не пойду на подобное, подлость мне не свойственна.

-Подлость на войне, становиться тактикой и стратегией.

-Неужели ты считаешь эти игры в песочнице настоящей войной? Всего четырнадцать участников. Если пламя не заливает небеса, то это не война. - Однако, слова не подействовали и воительница стояла на своём. - Ладно, открою тебе маленький секрет. Мне достаточно получить твою кровь, чтобы узнать о прошлом. Думаешь, сможешь не пролить ни капли в битве со мной?

Она так не думала. Сражение с нынешним Арчером станет не предсказуемым и точно оставит раны. Но это не так важно, стоит только ей использовать фантазм, как её личность раскроется, потому беспокоится об омофагии девушке не нужно было. Дело было в другом, нынешняя ситуация претила рыцарскому кодексу. Назвать своё имя, значит выказать уважение оппоненту в бою. А скрывать его, значит проявлять трусость и презрение. И ещё… - “Он не похож на лжеца.” В своём прошлом, Сэйбер не раз сталкивалась с лицемерием и обманом. Распознавать подобное стало жизненной необходимостью, потому этот навык был развит в немалой степени. И сейчас, нутро говорило о честности собеседника. К тому же, он уже назвал своё имя и пусть это создает риск, но в купе с недавними размышлениями, она решила ответить как подобает.

-Артурия. - Назвавшаяся уже хотела попросить мужчину не распространяться об этом, однако он это предвидел и всем видом дал понять что это излишне.

-Рад наконец познакомится. Только я не припомню героинь с таким именем. - Задумчиво протянул примарх.

-... Пендрагон. - Как то слишком понизила голос девушка, даже ей самой это показалось странным. Но по крайней мере, она смогла вывести из равновесия этого непробиваемого слугу. Глаза оного расширились, от чего пурпур глаз стал только выразительней, а рот слегка приоткрылся. Артурия даже не понимала насколько редкое зрелище предстало перед ней. Шокированный Феникс. Узнай об этом Леман Расс, точно сочинил бы целую сагу предшествующую данному событию. Преимущественно содержащую художественный вымысел, хотя можно было бы назвать это более грубым словом. На букву П.

-Так значит… - вот поэтому голос Сэйбер и ослаб ранее. Она ожидала реакции, подобной этому мужлану Искандеру. - ... великий король… - Это злило, но в большей мере расстраивало. Женщина не может быть королем, потому жизнь её была наполнена ложью, что не позволяла спокойно вздохнуть. - … оказался прекрасной королевой.

-А?

****

Наконец, мастера покинули дом наблюдателя и, похоже, разговор с оным оказал некоторое влияние на юного Эмию. Тот был задумчив, слова священника отзывались странным чувством в голове. “Возрадуйся же, сын мой, ибо желание твое исполнилось.” Голос Кирея, наполненный каким то непонятным подтекстом, будто обволакивал, вытаскивая на свет самые глубокие думы. Те от которых Широ предпочитал отмахиваться. Обещание, что он дал отцу, и его собственное желание стать героем, несущим справедливость. Юноша не был дураком и прекрасно понимал, что оно едва ли осуществимо. Тем не менее, отрекаться от своей мечты он не собирался. Это его выбор, его судьба, встать на путь спасения невинных.

-Я решил, Сэйбер. Я буду участвовать в войне, ради того чтобы не допустить гибели невинных людей. Надеюсь, мне можно рассчитывать на твою помощь. - С сильной решимостью проговорил юноша. На что получил сдержанный кивок.

-Я дала клятву быть твоим мечом. Наши судьбы связаны с того момента, как ты призвал меня, мастер.

-Эм, лучше называй меня просто Широ, эти отношения мастера и слуги, как то не по мне. - В подтверждении своего смущения, почесал он затылок.

-Поняла, Широ.

-Слышала Рин, бери пример. - Не остался в стороне примарх, всё же нервировать дерзкого мастера стало привычным делом. Нужно было держать марку.

-Иди ты… - Тосака лишь закатила глаза, а после, перевела взгляд на юношу. - Эмия, теперь, когда ты по настоящему стал мастером, тебе стоит понять кое что. С завтрашнего дня мы станем врагами. Сегодня, я, так и быть, не стану атаковать, но только сегодня. - Говорила она, чуть вздернув носик.

-В таком случае, тебе придётся драться с Арти одной, Рин. - Вновь взял слово Фулгрим. Чем вогнал свою призывательницу и Широ в недоумение, а Артурию в смятение. У последней это не отразилось на лице, разумеется.

-Что ещё за Ар… - Дошло наконец до волшебницы. - Ты про Сэйбер?! - Теперь и Широ понял о ком речь. А сама обсуждаемая пребывала в смешанных чувствах. Фулгрим отказывался от сражения с ней, по неизвестной причине. Первой мыслью в голове было то, что он не признавал её достойным противником, однако их прошлая беседа давала понять обратное. - “И что ещё за Арти?” Будто почувствовав вопрос, примарх перевел взгляд на девушку и одними губами произнёс “Конспирация” Ещё и с такой загадочной улыбкой.

-А про кого ещё? У меня нет причин биться с ней.

-Ты, ты… - Рин закипала. Просто кипела от злости. И наконец не сдержалась. - Командным заклинанием я приказываю! Слуга Арчер, с этого момента ты должен подчиняться каждому моему слову. Безукоснительно! - Печать на руке засияла и одна из трёх линий будто испарилась, оставив лишь едва заметный след.

После совершённого, между четверкой разлилась тишина. И только Рин хотела сказать что то, как её прервало ощущение опасности. Феникс с усилием сжал кулаки, от чего на них проступили вены. Челюсть его была сжата с такой силой что могла бы разорвать сталь, однако вызывала лишь отчетливым зубовный скрежет. Благородный пурпур глаз будто потемнел и в, тоже время, начал источать слабый свет. Всем стало ясно, что сын Повелителя Человечества пришел в ярость.

-Рин… - Его голос был ещё морознее, чем в момент призыва. Угроза, скрытая в нём, заставила даже Артурию ощутить холод на коже, ведь воительница гораздо лучше чувствовала намерения. - … в первый раз, я закрою глаза на это, однако, если ты снова сделаешь подобное… - Теперь и мастера уже не могли сдержать дрожь в коленях. А ледяное лицо примарха наполняло страхом даже кости.

-... Я убью тебя

Глава 4

Дорога к церкви пролегала через лес. Мрак между деревьями нагонял беспокойство, так свойственный людям страх перед неизвестностью. А тишина, что не была оглушительной, лишь из за едва слышных звуков ночного города, только усугубляла оказываемый эффект. По пустынной дороге шли несколько человек. Между ними витало напряжение, видимое невооруженным взором. Среди них, молодая волшебница до сих пор не могла прийти в себя. Гнев её слуги был не тем что можно легко перенести.

Сейчас, Рин поняла, насколько опрометчиво поступила. С самого начала, Фулгрим дал понять что не станет подчиняться ей. Очевидно, попытка заставить его выполнить приказ привела бы к тому что произошло недавно. Если бы не гнев, она не стала бы так глупо тратить командное заклинание и доверие слуги, которое и так было невелико. Причина заключалась в отказе сражаться с Сэйбер. Казалось бы, не так критичен отказ биться с одним из слуг, но это не так. Если примарх не будет драться с ней, то уже этим сделает Рин проигравшей. Война закончится когда останется лишь одна пара мастера и слуги, а значит не одолев воительницу, будет невозможно победить, что недопустимо. Ещё роль сыграло то, что Фулгрим, с момента призыва, действует волшебнице на нервы, а терпение имеет свойство кончаться. Так можно ли сказать что в теперешней ситуации виновата лишь Рин?

Нет, нельзя. Сам примарх, так же прекрасно понимал мотивы призывательницы. Однако. Попытка подчинить его тело, заставить делать что то против его воли вызвала настоящую бурю гнева в душе Феникса. Если бы не развитый самоконтроль, тело девушки превратилось бы в кровавое месиво, ещё до того как она договорила. Всё же, в который раз, мужчина уверился что она ещё очень юна. Несмотря на рациональный ум, эмоции сильно воздействовали на неё. Но, независимо от причин, сын Императора не позволит взять себя под контроль. Только не снова, лучше уж исчезнуть в небытие, потеряв якорь в этом мире.

Группа спускалась с холма и чем дольше они шли, тем гуще становился ночной туман. Молочная дымка стелилась по земле, и лишь шаги мастеров и слуг нарушали её неспешное течение. Среди четвёрки, лишь Широ не понимал, что только что произошло, просто не зная как реагировать и какие выводы делать, в отличии от своего слуги. Артурия была столь же задумчива как и остальные. Такая резкая перемена в поведении не могла быть беспричинна. Однако, не зная прошлого мужчины, было невозможно полностью понять истоки этой реакции. Ведь она никогда не слышала о личности с именем Фулгрим. Воительница не столь наивна, чтобы принять это за гордыню. Нет, то было нечто большее, что то… болезненное. Опытный воин, как она с легкостью могла осознать, что напряжение тела мужчины в момент приказа, вызвал не совсем гнев. Он сдерживался, не хотел дать волю ярости и навредить юной девушке, не понимающей что делает.

Ещё примечательно было то что произошло после заклинания. Фулгрим резко обернулся и направился назад, а его мастер опрометчиво сказала ему “Постой.” Она вновь сглупила, забыв какой приказ отдала. После такого, слуга должен был остановиться как вкопанный, однако этого не произошло. Тело его дрогнуло, в попытке подчиниться, но он каким то образом пересилил абсолютную волю командного заклинания. На такое был не способен даже король героев Гильгамеш, а ведь его можно назвать сильнейшим слугой из всех. А уж гордыня Золотого Арчера не знала границ, тем не менее ей не под силу противиться приказу. Сама Артурия, так же ощущала на себе подобное. Руки не слушались, будто обрели жизнь. Как бы не старалась, ничто не могло помочь в борьбе с властью мастера над слугой. “Так кто же он такой?” Этим вопросом теперь задавалась и воительница, на пару с Рин.

Невесёлые думы прервало присутствие неизвестного слуги. И оно нагоняло беспокойство своей силой. Впереди, на дороге, стал просвечиваться силуэт огромного роста. Пройдя дальше, группа смогла рассмотреть его получше. То был мужчина, что высотой превосходил Фулгрима на три головы, а ведь примарх был очень даже рослым. Бугрящиеся мышцы не скрывало ничего, лишь полоски укрепленной кожи, крепящиеся на поясе, служили ему одеждой. Кожа неестественного цвета, напоминающего темный камень, контрастировала с той, кто стоял перед слугой.

Девочка, совсем юная, одетая в зимнее пальто. С абсолютно белой кожей, что не уступала в бледности примарху. Волосы также были абсолютно белыми, но на этот раз не такими же как у Фулгрима. У него они блестели платиной, а у девочки скорее напоминали снег. Только ярко алые глаза нарушали её бесцветный образ. Увидев приближение того, кого ждала, на лице мастера гиганта расцвела милая улыбка.

-Наконец мы встретились, братик. - Голос, подобный шороху от полета снега на ветру, был отчётливо слышен всем присутствующим. - И ты здесь, Рин. Не ожидала тебя встретить. - Обратилась она к Тосаке, которая уже сосредоточилась на враге.

-Ты ведь одна из мастеров. А слуга твой… Берсеркер, верно?

-Именно так, Рин. И позволь представится, я Илия. - Приподняла она подол пальто в поклоне. - Илиясфиль Фон Айнцберн.

-Айнцберн?!

Имя древнего европейского рода магов, было на слуху у всех кто связан с подлунным миром и не могло быть неизвестно девушке. Более того, эта семья - одна из трёх основателей войны грааля, наряду с Тосака и Мато. Только вот, каким это образом Широ стал ей… братиком? Он был лишь низкосортным магом, который и укрепление то едва мог использовать. Какая между ними может быть связь.

-Ты ведь, та девочка, которую я видел вчера! - Илия уже появлялась перед Широ, однако лишь на миг, за который только успела сказать поторопиться с призывом. В тот момент юноша не понял о чем была речь, но теперь… - Почему ты называешь меня братом, я ведь никогда тебя не встречал? - В ответ на слова, милая улыбка пропала с лица девочки, уступив место чему то темному.

-Не слышал значит… - Она шептала, а тон, намекал на сдерживаемую злость. - Значит отец не рассказывал тебе обо мне. Я не удивлена, ведь Эмия Кирицугу бросил меня, променяв на тебя. - Спокойные слова лились из уст Илии, и всё же, вызывали опасение. Нельзя было предсказать как она поступит в следующий миг. И не успел Широ удивиться, как девочка потеряла терпение. - В таком случае, ты умрешь, ведь отца уже нет в живых, значит тебе предстоит занять его место. Берсеркер.

Стоило только прозвучать имени гиганта, как он пришел в движение. С диким ревом, массивная фигура бросилась в атаку. В руке материализовался огромный меч, больше похожий на тесак, сделанный из куска скалы. В миг преодолев расстояние, он замахнулся над головой Эмии. От силы вложенной в удар, воздух разошелся в стороны, вызвав хлопок. И лишь невидимый меч не позволил юноше умереть сегодня. Артурия приняла атаку на блок, от чего земля под её ногами треснула, в отличии от защиты воительницы. Пусть и не без усилий, но она сдержала натиск. И начался бой.

С самого начала, Сэйбер двигалась так, чтобы увести врага подальше от мастера. Потому, пара чуть отдалилась, спустя минуту боя, однако безумный слуга не желал отходить от мастера слишком далеко. Ведь у наследницы рода Тосака также был слуга. Только вот, он не спешил атаковать мастера, что так самоуверенно подставился. Вместо этого, он лишь смерил её задумчивым взглядом, таковым он стал после слов об убийстве брата. Но зрительный контакт не продлился долго, и мужчина перевёл взгляд на Артурию и Берсеркера, чья битва всё сильнее меняла ландшафт.

Взрывные удары гиганта разрывали грунт, превращая землю в место после массированной бомбардировки. Каждый выпад приходилось блокировать с немалым трудом, ведь сила слуги поражала. Сэйбер никак не могла найти момент для контратаки. Удивительно, но при своих габаритах, противник двигался с огромной стремительностью. Каждое движение создавало порывы ветра, как в ураган. И, пусть это было едва заметно, но силы девушки начали иссякать. Это заметил примарх, его чуткость позволяла выявить подобное. Причиной являлось ранение, полученное в битве с Лансером, в момент призыва. Его небесный фантазм едва не убил Артурию, но ей повезло отразить удар в последний момент. Окажись иначе, её сердце бы пронзило алое копьё. И, вдобавок, раны от него заживали в разы медленнее чем обычно.

-Ну, как вам мой слуга? - Завела беседу Илия, наблюдая за напряженными мастерами. Похоже близость с вражеским слугой её не беспокоила. - Он определенно сильнейший из всех героев этой войны. Ведь он величайший герой древней Греции, сам Геракл! - Звонким голоском пропела девочка, чем только усугубила подозрения Рин на счет опасности врага.

-Даже если у тебя есть сильнейший слуга… - Нервы пронзила привычная боль. Магические потоки разлились по цепям, наполнив их силой. А в руке стало собираться заклинание. - … ты сама лишь человек!

С указательного пальца сорвался чернильный шар, что отливал бордовым. То было проклятье Гандр, притом модифицированное, так что способно пробить стальной лист как бумагу. Магические пули понеслись в сторону девочки, что с той же невозмутимостью стояла на месте. И лишь в момент столкновения стало понятно почему. Фамильяры, окружили её и отразили атаку. Сделанные из нескольких локонов белоснежных волос, они приняли облик птиц и зависли за спиной волшебницы.

-Столько фамильяров… - Обычно маги могли контролировать лишь одного, однако это не помешало Илии держать при себе сразу трех. Это указывало на огромный магический резерв. Хотя этот факт не новость, поддерживать существование Геракла явно было невозможно без больших затрат. - Вот черт!

Неожиданно фамильяры превратились в мечи и полетели в троицу. Рин и Широ пришлось уклоняться, и лишь примарх отмахнулся от них как от мухи. Он не стал ничем отвечать, а лишь продолжил молча стоять на месте, со спокойным лицом. Улыбка пропала с него, ещё у ворот церкви, так и не появившись вновь. Илия заметила эту странность, пусть причины были ей неизвестны, однако слуга Тосаки Рин не спешил помогать мастеру. Значит можно было заняться ей вплотную, пока Берсеркер разбирается с Сэйбер.

Волшебницы продолжали перебрасываться заклинаниями, уходя всё дальше в лес, а Широ увязался за Тосакой. Фулгрим остался в одиночестве, чего не желал исправить. Лишь безмолвно наблюдал за сражением Артурии. Несмотря на ранение, она не получила ни одного нового. Её опыт и мастерство позволяли сражаться с превосходящим по силе противником, тем более он атаковал как зверь. Никакой тактики, лишь хаотичные, но предсказуемые удары. Примарх мог бы помочь ей, однако у него не было желания ввязываться в ненужную ему битву.

Недавнее сражение с Кухулином, было навязано им же, потому Феникс не стал принимать удары без сопротивления, однако сейчас, он не видел причин драться. Происшествие у церкви лишний раз напомнило ему, насколько ему нужна эта война. Не нужна вовсе. Этот грааль, даже если и мог исполнять желания, то явно не был настолько могущественен что бы изменить прошлое иного мира. Так зачем же он вообще здесь находится? Причин не было. Просто случайно оживший примарх, который исчезнет после завершения войны. После всего что он совершил, только такой итог ему и уготован. Смешно, один из сыновей Императора, которых почитали словно высших существ, потерял желание двигаться вперед. Народ Империума и его легионеры, представить подобного бы не смогли. Однако, пусть и сверхчеловек, шедевр генной инженерии, Фулгрим всё же был человеком. А им свойственно иметь слабости. Они несовершенны, и исправить это невозможно, за единственным исключением в лице первого среди людей.

Хоть и неторопливо, но время продолжало течь. В лесу слышались звуки заклинаний, и тяжелое дыхание отступающих мастеров. Похоже девочка им не по зубам. А сражение Сэйбер сместилось на некоторое расстояние, теперь происходя на кладбище. Фулгрим, последовал за ним, всё же зрелище было занимательное. “Ого….” Уже устав от безрезультатных попыток нанести врагу вред, Артурия решилась на радикальные меры. В момент, когда расстояние позволяло, она занесла меч над головой и тот заискрился золотым светом. А пелена ветра спала с него, явив миру великолепие священного клинка. “... Так вот какой Экскалибур.”. И королева взмахом опустила его к земле. С лезвия сорвалась волна ослепляющего сияния и без труда рассекла Геракла от плеча до пояса. Части начали отделяться друг от друга, под собственным весом. Однако, тут же время возвратилось вспять, и через миг Берсеркер вновь оказался готов к битве.

Это удивило как его оппонента, так и наблюдателя. Подобная регенерация редкое зрелище, им мог похвастаться разве что примарх восемнадцатого легиона - Вулкан. Но тот был из вечных, а они очень близки к подлинному бессмертию. Тем временем, Артурия, видимо потратила слишком много энергии на атаку, и от этого припала к земле. А найдя в себе силы поднять голову, увидела несущуюся на неё смерть в облике безумного слуги. Она не чувствовала страха, его заменяло разочарование. Уже второй раз, ей не удастся получить грааль и загадать желание. Вновь провал, теперь по вине слабости. По крайней мере, это не так обидно, как видеть чашу перед глазами, и самолично уничтожить по чужой указке.

Мысли прервал неизвестный звук, будто что то летело. Однако что именно понять не удавалось, только при приближении стал ощущаться сильный жар, будто от бушующего кузнечного горна. Следом, в плечо Берсеркера попал лазурный сгусток, слегка опалив его несокрушимую плоть. А еще миг спустя перед воительницей оказался необычный слуга, с неизвестным прошлым. Длинные платиновые волосы слегка развевались на слабом ветру, и пусть лицо нельзя было увидеть, фигура источала сосредоточенность.

Фулгрим, не желал вступать в битву без причины, но сейчас она появилась. Война была ему не интересна, но всё же… примарх не хотел видеть смерть, пусть не друга, но человека что пришелся ему по нраву. Да и, если быть честным с собой, надоело стоять без дела. А бой с сильным врагом лучше бездействия.

****

Рин бежала. Нет, не бежала, а отступала. Нет ничего странного что бы сменить позицию, если та не выгодна. С такими мыслями она неслась через лес вместе с одним идиотом, который отказался оставлять её одну. “Дурак.”. Ещё одной причиной для бегств… отступления был увеличившийся отток маны. Это дало понять что Фулгрим вступил в бой. Очень радостная новость. Рин не осмелилась даже просить его о помощи, когда началось сражение, все же настроение слуги было мрачным. Каламбур получается, ведь на английском его имя звучит как полный мрак. Рин быстро откинула глупые мысли, не до них. На хвосте всё еще сидит мастер из Айнцбернов. Нужно было вернуться к слугам, рядом с ними всяко безопаснее, численное преимущество теперь за Рин и Широ.

Наконец, из за лесной чащи показалось кладбище, на котором и ощущался ей слуга. Однако, то что увидела Рин сразу перечеркнуло все планы на победу. Не только в этом сражении, но и в самой войне. Тело примарха рассекло пополам каменным мечом. Кровь обагрила всё вокруг, разлившись на землю и надгробия. Та что не покинула тела, продолжала стекать к ногам мужчины, упавшего на колени. Как бы ни был опытен и умел Фулгрим, однако такое подавляющее преимущество в силе не перекрыть подобным. Методы противостоять оружию врага точными движениями не сработают в нынешней ситуации. Итог перед глазами. Сын императора пал оземь, не имея возможности пошевелиться.

Мысли угасающего сознания примарха, текли вяло. Он не чувствовал сожаления, или иных эмоций. Ему изначально не интересно было участвовать в этом, он просто плыл по течению, и не отказывался от сражения, если на него была причина. Но теперь всё закончилось. Он вновь вернётся в то место откуда его призвали, и продолжит спать, не видя снов. Похоже даже после смерти, его постигло кара за свои поступки…. “Кара?..”. Да, он заслужил наказание но… разве это то каким оно должно быть? Пасть от руки безумного героя, жалкого подобия того кем был сын Зевса? Это… неправильно. Гордость, которую он прежде демонстрировал скорее по привычке, подала признаки жизни. Пусть он стал предателем, но он всё еще сын Владыки Империума. Даже наказание за грехи должно быть достойно Его имени! Он должен умереть от руки отца или тех братьев что остались верны свету истины. Рассеченный этим уродливым орудием, лежащий в луже собственной крови. Примарх третьего легиона, не может пасть так. Он Фулгрим, тот кто стремился к совершенству десятилетиями, пусть и не сумевший его достичь. Он один из двадцати сыновей того кто воплощает собой идеал.

Он Феникс!

Рин, что немигающим взором смотрела на гибель своего слуги, почувствовала как угасающая связь вспыхнула вновь и по ней потекла мана. В чудовищных количествах. Рефлекс помог ей использовать камни-накопители, чтобы не потерять сознание от истощения, но таким темпом, их надолго не хватит. А перед глазами появилась невообразимая картина. Серебряный огонь окутал тело примарха и превратился в огромный столб пламени взметнувшийся к небесам. Волна откинула безумного слугу, столь сильна она была. И наконец вихрь стал сходить на нет, явив того кто был скрыт до сего момента.

Колоссальная фигура возвышалась над всеми кто был вокруг. Закованный в доспехи невообразимой красоты, что блистали пурпуром. Левое плечо венчало золотое крыло. Каким то образом в голову пришло имя птицы которой оно принадлежало. Феникс. Символ возрождения. Росписи и узоры превращали броню в настоящее произведение искусства, но более того выделялся нагрудник, укрытый крылами орла. Тот был двуглав, одна из голов острым взором смотрела вперед. Нет, не вперед. В будущее. Вторая же слепым взором взирала в прошлое. Настоящий гигант, в сравнении с которым Геракл смотрится простым человеком, вытянул руку вперед. И в ней начали собираться частицы света. Те обрели форму меча, чье лезвие будто хранило в себе огонь кузни в которой выковано.

Примарх посмотрел на оружие которое держал в руке. Разящий огонь, выкованный его самым возлюбленным братом. Оружие достойное сына Императора. Перехватив рукоять поудобнее, Фулгрим направил острие в сторону противника. Тот, несмотря на отравляющее разум безумие, не спешил атаковать. Похоже те крохи здравомыслия что у него сохранились твердили об опасности. И они не ошиблись. С невообразимой, для такого размера, скоростью, Колосс бросился на врага. За миг преодолев расстояние, он нанес удар. От оного поднялся настоящий ураган, раскинувший осколки надгробий вокруг. Берсеркер, сумел лишь подставить свой тесак в попытке защититься. Однако, с непонимающим рыком, был рассечен надвое вновь, на этот раз вместе с оружием.

-Хм? - Даже голос Фулгрима вернул прошлую мощь и был слышен всем присутствующим. - Снова восстанавливаешься? - Регенерация противника поражала, тело будто отматывало время вспять. - Нет… - Примарх нанес удар кулаком в голову Геракла, от чего та разлетелась на ошметки, покрыв землю кровью, осколками черепа и кусочками мозга. - … Ты воскресаешь.

Придя к выводам, Фулгрим взял Геракла за горло и поднял над землей как пушинку. Пурпурные глаза пристально вглядывались в того кто недавно лишил жизни их владельца. А лицо, постепенно приобретало выражение отвращения. С хрустом, шея врага была раздавлена, а после, тело отправилось в полет. Снова живой снаряд разнес в щепки все деревья на пути. А когда Берсеркер начал подниматься с земли, рядом оказался пурпурный гигант. Адамантиевый сапог раздавил голову, оставив на земле кровавое месиво.

-И ты лишил меня жизни? - В руках примарха, вместо великолепного клинка, оказался внушающий трепет молот, тем не менее исполненный со всем изяществом присущим Фулгриму. Тот который он выковал самостоятельно, во время спора с Горгоном. Крушитель кузниц, громовой молот огромной мощи. Он уже возвышался над врагом, что так и не удосужился встать. - Дикий зверь…

Силовое оружие наконец опустилось оземь, распространив вокруг себя волну кинетической энергии, что превратила Берсеркера в фарш. И лишь каким то чудом, доспехи Феникса остались незапятнанными.

-Берсеркер, отступаем! - Крик маленькой девочки отвлек внимание примарха, который терпеливо ждал очередного воскрешения врага. Илия, первые секунды вообще не была способна мыслить, но стоило этому исправиться, как в голове осталось лишь одно. - Бежим! - Примарх не собирался позволять подобное, но стоило ему сделать шаг как его окликнули.

-Учитель Фулгрим! - То был Широ, что демонстрировал естественное для японцев, уважение к преподавателям. Юноша держал на себе Рин, та уже не могла стоять. Запасы накопителей иссякли, потому она была на грани обморока.

Примарх перевел взгляд на противников, которые пустились в бегство и лишь слегка вздохнул. А следом его окутало то же пламя и он вышел из него в прежнем виде. Его ничуть не удивило, что истинная форма легла тяжким бременем на плечи призывательницы. Похоже противника придется оставить на потом. Подойдя к своим товарищам, он окинул их взглядом. Широ сейчас был слишком занят чтобы удивляться произошедшему, в отличии от Артурии. Та совсем потеряла самообладание и просто разинула рот.”Ха, один-один.”. Как и Рин, которая пребывала в таком шоке, что и представить сложно.

-Последствия истощения будут критичны? - Все еще не способная вымолвить ни слова, Рин машинально покачала головой, на что слуга кивнул. А затем… вновь улыбнулся как и прежде. - Теперь поняла кого ты призвала?

Рин это поняла. А вот Артурия, несмотря на весь свой опыт, не могла понять как герой такой мощи был никому неизвестен. Ответ на этот вопрос дала волшебница.

-Сына Императора Человечества. - Слабым голосом, сумела сказать она. А названный лишь кивнул с довольной улыбкой.

Глава 5

Через несколько часов после битвы на кладбище, уставшие мастера уже видели десятый сон. Рин получила магическое истощение, потому отдых был ей жизненно необходим, в то время как Широ, истощился скорее морально. Пусть, по виду не скажешь, но он умер, стал мастером доселе неизвестного ритуала и побегал по лесу от смертельно опасных фамильяров его “сестренки”. И её существование, не сказать что оставило юношу спокойным. Если обобщить, Эмия будто выполнил пятилетку за день, с одними ржавыми граблями. Хотя наследница семьи Тосака не отставала от него, а потому, они оба заслужили получить возможность восстановить силы. А вот их слуги во сне не нуждались, потому сейчас бдительно следили за территорией вокруг поместья Эмии.

Оно стало им убежищем, по одной причине, поместье Тосака было снабжено мощными защитными чарами, и не впустило бы в себя Сэйбер. Источник большой магической силы, не имеющий допуска, атакуется без промедления, а сам дом превращается в неприступную крепость. И всё бы ничего, хозяйка ведь с ними, только вот, она потеряла сознание почти сразу после того как Берсеркер сбежал, только и успела ответить на вопросы примарха. Хотя, у неё самой, оных накопилось на целый день непрерывных бесед. Проблема в том что её слуга даст ответы не более чем на парочку. Он с большой неохотой делится подробностями своего прошлого. Или будущего, тут как посмотреть. Один его рост чего стоит. Три с половиной метра, Это примерная высота дома Широ. Благо он мог возвращаться в прежнее состояние, иначе пришлось бы как то прятать этого… детину.

Оный, в данный момент, был на веранде. Сидя на деревянном полу, он неторопливо листал какую то книгу, которую одолжил у Широ. Прямо как термос. Он, кстати стоял рядом, источая сладкий запах. И в один момент в пасть “венериной мухоловки” попал маленький жучок. Хотя Артурия слишком красива, чтобы сравнивать её с насекомым. Девушка, после того как убедилась что мастера крепко спят, и сама хотела последовать их примеру, однако этого ей не давала одна загадка. К ней она и пошла. И запах чая тут совершенно не причем.

Краем глаза, посмотрев на Сэйбер, Фулгрим внутренне усмехнулся. Девушка сохраняла невозмутимый вид, только на её носик это не распространялось. Тот без остановки подергивался. “Хм, с её самоконтролем, никакой чай не должен вызывать такой реакции. Чем этот выделяется?” Примарх не имел зацепок по этому поводу, однако такое явление не могло быть случайностью. Стоит внимательно искать новые закономерности в этом деле. А, тем временем, девушка присела рядом, правда не слишком близко. И беспрестанно косилась на емкость. Примарху было весело наблюдать за подобной картиной, ведь он ясно видел внутреннюю борьбу, не позволяющую проявить слабость и попросить угощения. Но Фулгрим не был бессердечен, потому, жестом дал понять что не против… через пару минут.

Рука воительницы, неторопливо потянулась за термосом, это давалось не без усилий, однако она справилась. И теперь наслаждалась самым вкусным чаем который когда либо пробовала. Под светом убывающей луны, посреди тихого поместья, эта ночь дарила покой. Два героя, один из будущего, другая из прошлого, молча наслаждались шелестом листьев, подгоняемых ласковым ветром. Они оба редко могли так проводить время, потому ценили этот момент как никто другой. Особенно примарх, ведь места подобные этому очень редко становились ему пристанищем в мирный миг. И это лишь больше заставляло восторгаться красотой звездной ночи. Прежде, он искал прекрасное в высоком. Шедевры музыки, живописи, архитектуры и скульптуры, но сейчас не мог оторвать взгляд от этой простой картины. Такая обыденная, и ничем не впечатляющая, она завораживала. А приятная компания прекрасной леди только усиливала эффект. К слову о ней, она уже допила чай, и теперь, лишившись отвлекающего фактора, задумчиво смотрела на мужчину. Очевидно, ей не давали покоя произошедшие события. Не удивительно.

-Любопытно? - В благодушном настроении, Фулгрим искренне улыбался. - Хочешь узнать кто я такой?

Артурия слегка вздрогнула от неожиданного вопроса, разогнавшегося тишину, от чего короткий волосок на её голове на миг встал дыбом. Примарх раньше не обращал внимания на него, однако, этот короткий локон не падал даже в битве. Его удерживала какая то неизвестная сила. А когда его владелица вернула спокойствие, тот вновь вернулся в прежнее состояние. “Как… необычно.”, думал Фулгрим.

-Верно, ты очень… странный слуга. - Та легкость, с которой мужчина победил Берсеркера поражала. Это была даже не битва, а уничтожение. Всё же Геракл один из самых сильных слуг которых можно было призвать в войне. А безумное усиление, сделало его еще опаснее.

-Ха-ха, сочту за комплимент. - Примарх обратил взгляд к звездам, ведь те были ему так близки. Так знакомы. - Мне не слишком приятно вспоминать прошлое… с определенного момента. Но, раз уж тебе интересно. Я один из двадцати сыновей человека, который повел человечество к свету в самый темный час. Один из тех кто встал под его стяг.

Следом, Фулгрим коротко рассказал о времени в котором жил. Новости о предстоящем будущем, оказали сильное влияние на Артурию. Сперва распространение людской цивилизации на всю галактику, последующая темная ночь, объединительные войны на Терре и наконец Великий крестовый поход. Масштабы событий поражали воображение. И наконец, мужчина начал рассказ о своем прошлом.

-Когда примархов разбросало по мирам, я оказался на умирающей планете. Количество пищи и чистой воды было сильно ограничено, и каждый ее житель вынужден был всеми силами выживать. Те кто оказывался не способен работать, утилизировались, ведь лишние рты не допускались. - Такое, для Артурии показалось дикостью, даже в самые голодные и страшные времена, жители ее родины не опускались до подобного, за редкими исключениями.

-Моя капсула упала на пустошах, и её нашли стражи Каллакса, крупнейшего города планеты. Кемос, так она называлась. Обычно, сирот, которым я и являлся, убивали, но тот кто впоследствии усыновил меня, решил иначе. Он ощутил что я не простой человек, и решил воспитать меня, вопреки реалиям его мира. - Девушка слушала. Очень внимательно слушала, ведь столь невероятный рассказ она не слышала никогда.

-В том месте, где я приземлился, забил источник чистой воды, самый ценный ресурс для Кемоса. Потому мне и дали моё имя. Оно принадлежало древнему божеству из мифов, тому кто выпустил воду из берегов океана и превратил планету в цветущий рай. Фулгрим - приносящий воду.

Следом примарх коротко рассказал о своем детстве и молодости. Когда Артурия узнала что он был шахтером, ее лицо приобрело крайне забавное выражение, настолько что Фулгрим не сдержал смех. Он понимал что представить его в пыльной шахте, с отбойным молотком в руках было сложно. После он стал инженером, и все больше понимал насколько бедственно положение дел на его родине. Дальнейшая починка и улучшение оборудования помогли вернуть свет в жизни людей планеты. И наконец, фабрики начали приносить больше продукции чем могли потребить обитатели Кемоса.

-Около пятидесяти лет мне потребовалось чтобы восстановить планету, за что мне и дали прозвище - Фениксиец. Ведь я возродил мир из пепла, которым тот был покрыт от края до края. К тому моменту я стал правителем Кемоса. - На это Артурия удивленно приподняла брови, что означало немалый шок. В её время мысли о мировом господстве казалась скорее безумной фантазией, которой грезили властолюбивые глупцы. Вроде пресловутого Александра Македонского. - Не удивляйся так, почти все мои братья добились того же. Само наше естество собирает вокруг верных людей.

-Когда у моих подданных наконец появилось время на что то иное, нежели борьба за жизнь, я стал восстанавливать искусство и культуру. Они интересовали меня уже давно, и моим долгом было обогатить дух людей. Я занимался самыми разными вещами, вроде фехтования, поэзии, музыки, скульптуры и хореографии. Мм, что такое? - После последнего пункта из списка, волосок на голове Артурии замер, как и все ее тело.

-Ты… занимался… танцами? - Фулгрим не мог понять причину такого шока, не видя ничего предосудительного в том чтобы танцевать. Разве это странно? - Но ты ведь такой… большой. - Когда девушка закончила, примарх вновь рассмеялся, оказывается вот в чем была причина.

-Нет, нет, я лишь изучал теорию. Все же ты права, найти партнера для практики мне было проблематично. Не просить же братьев об этом. - Произнося последнюю фразу, мужчина несколько смутился от таких мыслей. Картина двух танцующих примархов это не то что стоит увидеть никому из живых, да и мертвым не рекомендуется. - Если вспомнить, я действительно ни разу не разделял танец с кем то… - Тут Фулгрим пристально посмотрел на собеседницу. Та сразу поняла о чем он думает.

-Даже не думай, это плохая идея. - Напряглась всем телом королева. Но ее возражения проигнорировали, и перед ней уже была протянута ладонь мужчины. Девушка не спешила отвечать согласием, сохраняя стоическое выражение лица.

-Уже забыла что я спас тебе жизнь? Если согласишься, я буду считать долг уплаченным. - Это был подлый прием. Честь рыцаря требовала вернуть долг жизни, даже если плата идет в разрез с оной, потому тело девушки вновь замерло. Она боролась с нежеланием ответить на предложение. Пусть при дворе, ей нередко приходилось танцевать с различными дамами, однако того требовало ее положение. Вдобавок, она ни разу не делала этого с мужчиной. Сама мысль об этом казалась смущающей. Вопреки своей невозмутимой личности, опыта в общении с представителями противоположного пола, не в качестве боевых товарищей и вассалов, у нее не было вообще. Но тем не менее…

-Танец с леди не может быть плохой идеей. - Говорил Фулгрим увлекая за собой эту самую леди, что дала свою руку.

Местом для предстоящего действа, стал сад в поместье. Пусть и не слишком подходящий, он даст возможность Фулгриму впервые разделить танец с кем то. В то время когда его тело не превосходило людей в размере, у него были совершенно другие интересы, а впоследствии, он вырос слишком сильно. Какой смысл в танце, если партнер едва тебе до пояса дотягивается?

-У нас даже музыки нет. - Пусть Артурия и согласилась, однако это не значит что она рада подобному.

-Эту проблему легко решить.

Примарх, начал напевать легкую мелодию. Его голос был идеально поставлен, а музыкальный слух отточен многими годами познания искусства. Одной рукой взяв девушку за талию, а другой подхватив ее ладонь, он начал медленно двигаться. Простейший вальс, что даже за тысячелетия не исчез из памяти людей, стал выбором мужчины. Артурия же, все еще несколько смущенная, положила свободную кисть на предплечье партнера. И они закружились в танце. Оба обладали достаточными навыками и мастерством, что бы не совершать ошибок. Под тихим светом луны, пара из героев прошлого и будущего, обладающие непростой судьбой. И лишь неспешная песня разносилась по округе, превращая ночь в нечто волшебное. В их личное чудо.

****

Ранним утром, Широ открыл глаза. Сон еще даже не думал уходить, а потому мысли были несвязны. Привычка просыпаться очень рано, сейчас сыграла злую шутку. Благо сегодня суббота, поэтому можно было не беспокоится о том чтобы опоздать в школу. Поднявшись с футона, он побрел в ванную, по пути вспоминая очень странный сон. Такую чушь он не видел уже давно. Хотя это все же лучше его привычного кошмара из прошлого, десятилетней давности. Уже направляясь на кухню, чтобы приготовить завтрак, он заметил что на ней горит свет. “Сакура же не приходит по выходным, а Фуджи-не, не приходит так рано.” И только войдя он понял что сон это не сон.

Платиноволосый мужчина готовил что то за плитой, притом без фартука, совершенно не боясь замарать свою белую рубашку. Опытным глазом, Эмия отметил, что его руки двигаются очень быстро, однако не теряя точности. А по запахам витавшим в помещении можно было понять что его навыки в готовке определенно не малы. За низким столом, сидела белокурая девушка, с чашкой чая в руке. И, кажется, ее не волновало вообще ничего, настолько расслаблена была она.

-А-а-а… доброе утро? - Широ не знал что сказать.

-Доброе. - Ответил мужчина.

-Доброе утро, Широ. - Вторила ему девушка.

В попытках понять как ему реагировать, парень присел за стол, не прекращая мысленную деятельность. Ему ничего не мешало, ведь в комнате было тихо, только едва слышное шипение масла, и стук посуды, присутствовали здесь. В один момент, у Сэйбер кончился напиток, и стоило только ей повернуть голову, как в ее сторону полетела новая чашка. Притом летела с такой скоростью и траекторией, чтобы не расплескать содержимое. Девушка поймала снаряд, однако не остановила его сразу, а повела рукой так, чтобы погасить инерцию. И вот, у нее снова было что выпить, а процесс передачи обошелся без потерь. Бедный юноша, от такой картины еще сильнее запутался.

Около пятнадцати минут спустя, на столе оказались тарелки с легким завтраком в европейском стиле. Омлет с травами, сок и пара тостов с джемом. Однако, когда Широ хотел рефлекторно приступить к еде, Фулгрим остановил его, сказав что еще не все собрались. И, действительно, на столе стояло четыре порции. До парня дошло что во сне была еще и Тосака. А потому, ее слуга, попросил его разбудить мастера, пока сам заканчивает пару мелочей. Широ не противился, и пошел в сторону комнаты, где спала Рин. В поместье жил только он, потому, прошлой ночью удалось без труда найти пустующее помещение.

Открыв раздвижную дверь, юноша увидел свернувшуюся клубочком девушку. Лицо ее было столь мирным, что у Эмии сердце екнуло, от мысли что ему придется разрушить эту картину. Однако, делать нечего, чем дольше он возится, тем дольше останется без завтрака. Тихонько присев рядом, он принялся звать Тосаку, желая разбудить. Та не поддавалась, только сильнее вдавив лицо в подушку. Так парень и просидел, около пяти минут. Можно было потрясти девушку за плечо, однако прикасаться к спящей, да еще и Тосаке, казалось ему слишком смущающим.

Фулгрим, который уже помыл всю посуду, оставшуюся после готовки, и сидящий за одним столом с Артурией, прекрасно слышал чем занимается ее мастер. Ерундой, если одним словом. Незаметно вздохнув, примарх, что когда то привел целый мир к согласию, лишь с семью легионерами, отправился на нынешнюю свою миссию. Помочь школьнику, разбудить школьницу. Сэйбер, так же слышавшая как Широ пытается дозваться Тосаку, без слов поняла чего хочет Фулгрим. Она бы уже сама пошла, ведь еда стынет! А это настоящее неуважение к повару. А также, с голодом нужно было бороться как можно стремительнее, ведь он враг.

По пути в комнату, Фулгрим услышал как Тосака наконец подала голос, за которым последовала какая то возня и грохот от падения. Вновь посетовав на то чем он должен заниматься, примарх открыл дверь. Зрелище представшее перед ним, было несколько… непонятным. Юноша, оперся руками об пол, а между оных лежала девушка. Они, широко раскрытыми глазами смотрели друг на друга. С каждой секундой наливаясь краской. Изо рта Эмии стали вылетать какие то лепетания, похоже в попытках оправдаться, а “подлежащее”, с сильным румянцем на лице, оставалась безмолвна. Десять секунд прошло. Двадцать. А пара так и не заметила что в комнате уже был третий присутствующий. Однако, мужчине надоело ждать пока молодежь обратит на него внимание, потому он их заставит сам.

-Рин, завтрак готов. - На голос, оба резко повернули голову, и смутились еще сильнее. Широ наконец додумался слезть с девушки, а она сама пыталась принять хоть сколько нибудь пристойный вид.

-И д-давно ты здесь?

-Около минуты.

-И просто молча стоял? - Кивок в подтверждение, вызвал переход от смущения к раздражению. Слуга, просто стоял и смотрел как она находится в таком постыдном положении. - А ты не мог раньше сказать?

-Мне было интересно узнать насколько вас хватит.

-Фулгрим… я тебе колокольчик на шею повешу!

Мужчина лишь усмехнулся. Любопытно будет посмотреть на ее попытки. Однако, еда остывала, а Артурия голодна. Что первое, что последнее неприемлемо, о чем и сообщил мужчина и, не дожидаясь ответа, вернулся в гостинную. Парочка осталась наедине, на пару секунд, пока Рин не выпнула Широ за дверь. А парень, стоя в коридоре, пытался понять каким образом он умудрился упасть на Тосаку, если пытался отойти назад, когда она открыла глаза. Может тут замешана какая то магия, думал он. Ведь те движения были крайне ненормальными, будто какая то сила хотела чтобы они оказались в таком положении. Кхм, что бы это могло быть?

Наконец оставшись одна, Рин пыталась прийти в себя после очень странного сна. Именно из за него, она так долго не реагировала на свое положение, когда Широ был сверху. Она видела смутные образы, непонятные для её разума. Вернее сказать, ей не удалось понять связь между ними, ведь те шли отрывисто, перескакивая от одного момента к другому. Первой, перед ней предстала пустошь. Казалось, ничто не сможет прорасти в этих мертвых землях. Небо было укрыто дымом, как от пожара. Не единого проблеска света не было видно в этих грязных облаках. Но, миг спустя, небосвод расчертила огненная комета, что рухнула где то вдали. И её сияние, на миг, озарило беспросветную тьму этого места.

Следом, перед глазами девушки появился прекрасный город. Его архитектура заставляла трепетать, монументальные своды говорили о силе и несгибаемости хозяев этих мест. По улицам разносился детский смех, а люди что населяли их носили улыбки. Каждая из них заставляла затуманенное сознание Рин вспоминать о раздражающей привычке ее слуги, вечно носить подобную. В один момент, из за границы небес, что теперь переливались лазурью, вылетели мириады кораблей, будто из фантастического фильма. Когда те приземлились, из них вышли гиганты. Закованные в золотую броню, они несли в своих руках стяги, каждый из которых развевался на ветру, олицетворяя полет двуглавого орла, который был вышит на них.

После этого, действо переместилось в просторное помещение, в котором даже эти великаны, чувствовали себя комфортно. Необычно было то что точка зрения, больше не двигалась, и казалось, принадлежала какому то человеку. Рин окончательно убедилась в этом когда из рядов золотых стражей, вышел тот кто произвел неизгладимое впечатление. Она не смогла разглядеть его лица, и даже тела, но всем естеством ощущала, насколько… совершенное существо предстало перед ней. Она почувствовала, как тот кто дарил ей зрение, без слов встал на колени. Золотой свет, источаемый фигурой, согревал и даровал полную уверенность, в том что его лучи никогда не угаснут. Что тьма никогда не одержит победу в борьбе с этим светочем. Волшебница, даже во сне осознала, этот свет - свет надежды для всего человечества. Стоило этой мысли оказаться в ее разуме, как ей стало ясно кто перед ней. Человек, что вновь вернул людям будущее. Тот кто мановением руки мог гасить и зажигать звезды. Повелитель человечества.

На этом сон закончился, и лицо Широ, после величайшего из людей, показалось донельзя обыденным. Разумеется, не смутится в такой ситуации не представлялось возможным, однако, в иной ситуации, юноша уже получил бы по лицу. И отнюдь не пощечину. Слегка приведя себя в порядок, девушка пошла в сторону места где находился ее слуга. Мысли все еще были далеко. Теперь, когда она и сама увидела отца Фулгрима, ей стало понятно почему он говорил о нем с таким превознесением. По иному и быть не могло.

Войдя на кухню, волшебница увидела сидящих за столом людей. Широ до сих пор был пунцовым от смущения. Пожелав всем доброго утра, Рин уселась за единственное свободное место и не произнося более слов приступила к трапезе. Но не еда занимала ее мысли. Ей хотелось узнать, как мог потерять то за что сражался сын такого человека. Золотое сияние, и сейчас не пропало из разума волшебницы. Оно отпечаталось в нем, настолько, что она видела его фигуру, стоило только закрыть глаза. И это от видения прошлого ее слуги. Что происходило с людьми, когда они видели Императора в живую и представить сложно.

Рин очнулась от задумчивости, и поняла что пытается есть из пустой тарелки. Кажется она и не заметила, как завтрак закончился. И теперь все странно смотрели на нее. На самом деле не все, а лишь Широ. Поведение девушки показалось ему странным, потому, он хотел удостовериться что с ней все в порядке, но недавний случай надежно заткнул его рот. Примарх же не обращал внимания на состояние девушки, хоть и заметил его. В данный момент он пристально смотрел на то что его интересовало больше. Локон на голове Сэйбер. Это явление вызывало наибольший интерес. Хозяйка оного сейчас уплетала вторую порцию, которую ей дал мужчина когда понял что она хочет добавки, однако не желает проявлять это. Взгляд Фулгрима, ее не волновал, и зря. В один момент, рука, неожиданно пригладила непослушный волосок.

Тот, лишь на миг, вернулся к своим собратьям, лишь для того чтобы напрячься, подобно всему телу воительницы. Она медленно перевела взгляд на примарха, и тот был убийственным. Цель поняла это, и примирительно подняла руки в жесте повиновения. Еще несколько секунд, Артурия решала помиловать ли преступника, и все же пришла к выводу, что смерти за подобное он не заслуживает. Она, как не в чем не бывало вернулась к пище. Только для того чтобы быть атакованной.

Фулгрим вновь предпринял тщетную попытку поправить прическу девушки, однако безуспешно. Локон, не просто напрягся, он встал дыбом, и даже начал трястись, а в руке воительницы оказался ее невидимый клинок. Завихрения воздуха были более яростными чем обычно, будто переняли отголоски настроения хозяйки.

-Молись.

-Постой-ка, Арти, неужели ты решила зарубить меня за такую мелочь… Арти? - Дальнейшие разговоры были пресечены молниеносной атакой. Которая в дальнейшем, вылилась в догонялки, где Сэйбер, пыталась догнать и наказать Арчера. Все в рамках войны святого грааля, можно сказать. А оставшаяся в гостинной Рин, произнесла в слух мысль, которую сидящий рядом Широ не смог понять.

-И он, Его сын?

Глава 6

Когда Артурия успокоилась, так и не сумев победить в игре “Убей примарха”, пара слуг вернулась за стол, где до сих пор сидели мастера. Это произошло где то через десять минут. Могло быть дольше, однако Фулгрим поспособствовал ускорению процесса. Параллельно уклоняясь от меча обещанной победы, он задействовал все свое красноречие. Правда то не помогло, и пришлось пойти на торг. В нынешний момент, воительница, что все еще была не в духе, одним видом давала понять сей факт. И раньше, спокойное лицо теперь застыло восковой маской. Знающие ее люди понимали что она в очень дурном настроении. Именно это и должен был пресечь примарх. Девушка опустила оружие, лишь в тот момент когда он поклялся своим именем предоставлять ей чай в любых количествах. И теперь, мужчина вновь вернулся на кухню, где начал исполнять условия договора.

Оный, на самом деле, был нисколько не обременяющим, но все же на него согласились. Похоже, Артурия успокоилась довольно быстро, однако продолжала атаковать, из желания наказать за наглость. А когда Фулгрим дал ей повод остановится, сразу им воспользовалась. “Что за глупости, будто мне сложно сделать пару чашек.”. Он бы и так был не против угощать воительницу, ее настроение при употреблении вкусностей, в немалой мере, заразительно. Когда перед глазами воительницы оказался прекрасный напиток, ее устрашающее спокойствие превратилось в подлинное, ведь было напускным. И теперь, королева, в соответствии со своим титулом, царственно предавалась утреннему чаепитию. Все же она уроженка туманного Альбиона.

-Вы закончили? - Сказала Рин, что уже устала ждать когда эти двое начнут вести себя как умудренные герои из легенд. - Нам нужно обсудить вчерашние события. - Слова подействовали на Арти, однако Фулгрим не выказывал серьезности, что было обыденно.

-Точно, учитель Фулгрим, что это было прошлой ночью? - Широ, который понятия не имел о прошлом Арчера, сейчас выказывал наибольшее любопытство, Рин и Артурия, все же уже знали кем являлся Фулгрим, хоть и в общих чертах.

-Таким я был при жизни. Оказывается, мне доступна эта форма, стоит лишь пожелать.

Верно, сразу после трансформации, примарх ощутил что его душа содержит в себе не только плазмоган, но и Разящий огонь, на пару с Крушителем кузниц. Принцип вызова был тот же, один мысленный посыл. Когда примарх пришел в гнев от такой жалкой кончины, его дух не пожелал мирится с подобным и извлек сокрытые силы. Это произошло инстинктивно, ведь то чем была наполнена его душа, часть Фулгрима. Однако, он чувствовал что это не все что он может. Нащупать недостающее не удавалось, но мужчина имел подозрения что его фантазм должен использоваться по тому же принципу. Рин уже объясняла что для воплощения кристаллизованной легенды, нужно произнести ее название. Это послужит активатором, но каково оно было - непонятно.

“Проводя логическую цепочку, мне доступно то с чем я был связан при жизни. Может ли быть…”. Фулгрим почувствовал опасения. Его суть была отнюдь не в броне или оружии. Сыновья Императора, в первую очередь полководцы. Средоточие их силы и славы заключено в легионе. И если это так… небесным фантазмом примарха будут Дети Императора. Его сыны, достойнейшие из людей. Когда то еще сам Хорус сказал, что они воплощают в себе идеал того каким должен быть воин человечества. Вновь встретить свой легион было радостно, и в то же время нежелательно. “Я… не смогу взглянуть им в глаза.”.

Пусть даже, многие из них пошли за своим лордом во тьму, он сам не видел в этом их вины. Все бремя предательства лежит лишь на плечах примарха, именно он оказался беспечным глупцом и потянул за собой других. Лишил их возможности идти по пути к совершенству. Эта мысль показалась Фулгриму забавной, ведь все в третьем легионе считали именно его воплощением идеала. “Сам я мнил что прошел по этому пути дальше других, на деле это оказалось совсем не так.”. Нет, подлинное совершенство воплощали те из его сынов что не отвернулись от света. Те кто остался верен.

Под горящими небесами, омываемые кровью своих братьев, они держали оборону несколько месяцев. Доблесть, на которую были способны ничтожные единицы среди людей, они продемонстрировали без исключений. Погрузившись в океан ненависти и скорби, неся в сердце невообразимую боль, никто из верных не сдался. До самого конца. Перед глазами примарха встали образы битвы на Истваан III, пусть он наблюдал с орбиты, каким то непонятным образом ему передавались чувства его детей. От воспоминаний, Фениксу захотелось разорвать горло самому себе. Но он не опустится до оправданий, будто в тот момент его разум был погружен во мрак. Предательству нет оправдания, каковы бы ни были причины. Разница лишь в том, что будет нести клинок сулящий кару. Сожаление или презрение.

Из задумчивости, мужчину вытянула нежная ладонь, что легла ему на плечо. Артурия заметила, что Фулгрим погрузился в себя, притом, ничего хорошего там не было. Когда примарх поднял взгляд, то встретился глазами с девушкой. Чуть потускневший пурпурный и изумрудный, их взоры задержались друг на друге. В последнем, был виден немой вопрос, наряду с участием. Сэйбер уже поняла, что прошлое Арчера было омрачено чем то, как и ее. Сожаление о своих ошибках, это то что известно им обоим. Потому Артурия и не могла просто смотреть как Фениксиец занимается самобичеванием. Придя в себя, мужчина благодарно положил свою руку поверх той что слегка сжимала его плечо. Он молча кивнул, таким образом показав готовность продолжить разговор.

-Единственная проблема, в тебе Рин. - Девушка возмущенно распахнула глаза, на такую формулировку. - У тебя не хватает энергии на поддержание моей силы. Сколько камней у тебя осталось? - Волшебница приложила кисть к подбородку проводя расчеты.

-Хватит на три минуты.

-Значит, для того чтобы убить Геракла, у меня будет сто восемьдесят секунд… - Разум примарха смоделировал воображаемую битву. Для победы этого будет достаточно, и только если враг может возрождаться неограниченное количество раз, времени не хватит. - … учитывая его легенду, у него двенадцать жизней, нескольких он уже лишился. Хотя он может оказаться способен на их восстановление, однако предел, почти наверняка на дюжине. - Говоря это, Фулгрим не прекращал расчеты. Итог, обещает быть благополучным.

-Постой, постой… - Замахала Рин руками, призывая дать ей слово. - Ты что, будешь драться с ним?

-Что тебя удивляет? Он рассек меня надвое, такое должно быть возмещено стократ.

-А… ну, тогда… и остальными тоже?

-Только если будет повод, с той же Арти, он вряд ли появится. - Рин на это чуть скисла, надежда оказалось ложной, хотя лучше уж он убьет одного, чем вообще никого. - Кстати о ней, ей нужно пополнять запас сил, все же их связь с Широ не идеальна. - На что дала ответ сама слуга меча. Перед этим сделав пару глотков чая. С ромашками.

-Я тоже думала об этом, однако энергия пополняется, пусть и медленнее чем должна. - Артурия и сама думала что ей будет недоступен резерв мастера, но действительность пошла наперекор.

-Странно, у Эмии магии всего пара капель, для него, даже замедленный отток будет очень ощутим. - Чтобы получить подтверждение, Рин перевела взгляд на юношу. Тот отрицательно помотал головой. - А что на счет раны от Лансера?

-Она почти зажила, к вечеру я буду в лучшей форме, хотя раны от этого копья должны заживать медленнее. - На это Рин покивала, новости определенно хорошие.

“Так, стоп.”. С каких это пор новости о хорошем самочувствии врага стали хорошими? Когда наследница рода Тосака успела записать Сэйбер и ее мастера в друзей? Ответ сидел рядом с воительницей. “А, точно.”. Фулгрим, Арчер этой войны не согласится сражаться с… Арти. Потому, единственным, малоприятным и ненадежным, методом победить является создание союза. Благо, сама воительница не сможет одолеть Берсеркера, уж точно не с таким мастером. Не придется придумывать как уболтать Широ. После этой мысли, Рин опять посмотрела на юношу. И вспомнила с кем имеет дело. Тут бы даже убеждать не потребовалось, это же Широ.

-К слову, мне до сих пор непонятно как ты выжил после атаки Лансера, он ведь пронзил сердце. - Прошлая ночь была богата на события, потому у Рин не было времени задавать малозначительные вопросы.

-Лишь одно из двух… Что? - Вопросил примарх после того как увидел реакцию на ответ. Мастера выпучили глаза, и даже Артурия прервала распитие. - Примархи венец генной инженерии, наши тела обладают множеством дополнительных органоидов. Вернемся к теме, как ты собираешься снабжать меня энергией?

-... Не знаю я… - Надулась Рин. Ей показалось, что ее неспособность обеспечить слугу всем необходимым, является доказательством несостоятельности как мастера. - Единственный способ получить дополнительную ману, это поглощение человеческих душ. - Девушка даже уточнять не стала, будет ли примарх этим заниматься.

-Хм, в таком случае, стоит приберечь запас. - Сказал Фулгрим, ставя перед Артурией новую чашку с чаем. Пусть и полушутя, но он дал обещание. - Ну да ладно, чем будете заниматься до наступления темноты?

****

Сегодняшний день обещал быть довольно спокойным. Рин решила сперва перенести вещи из своего поместья в поместье Эмии. Как она сказала, раз уж теперь они заключили союз, то и проживать лучше вместе. А на вопрос почему именно у Широ, заявила что так будет проще. Все же у юноши есть опекун, который не поймет внезапного переезда. С характером Тигра Фуюки, последствия могут быть губительны для нервов и ушей. Да и парню может по голове настучать.

Слуги, у которых не было обременяющих обстоятельств, просто проводили время как умели. Артурия, сидела в гостинной, и предавалась своему виду медитации. С чашкой в руке. А примарх, как всегда, не желал тратить время попусту и изучал ценнейшие из сокровищ. Книги. Разве что, дабы оные не закончились быстро, решил не набирать высокую скорость. Всего то два часа на то что люди могут читать неделю. Стоило лишь сделать акцент на анализе поступающей информации. И в один момент, примарх услышал как из соседнего здания, по виду додзё, доносятся звуки.

-Кажется твой подопечный решил потренироваться.

Широ, в данный момент, занимался отрабатыванием ударов. Тренировочный меч в руках беспрестанно рассекал воздух, вызывая напряжение рук и спины. Простейшая тренировка в кэндо. Его опекун, какое то время заставлял юношу оттачивать навыки самозащиты. Хоть это было не долго, однако кое что он почерпнул, и теперь, ситуация требовала вспомнить то немногое что доступно. Широ уже успел увидеть как яростно сражаются слуги и понял что ему среди их столкновений не место, однако, даже мастера превосходят его во всем. Это… раздражало. Это бесило. Прошлой ночью, единственное что он мог сделать, это бегать по лесу, уклоняясь от мечей-фамильяров и пытаться не умереть. Если бы с ним не было Тосаки, Илия убила бы его быстрее чем он смог бы понять.

-Широ, чем ты занимаешься? - Раздавшийся голос из за спины заставил юношу вздрогнуть и сбиться с ритма. Обернувшись, он увидел Сэйбер. Та стояла в дверях, освещенная лучами полуденного солнца. А рядом, прислонившись к стене, наблюдал Арчер. В его глазах, Широ заметил намек на усмешку, кажется его навыки казались забавными.

-Да вот, потренироваться решил, все же от меня не было много пользы. - И стоило только Артурии попытаться продолжить, как ей не дал Фулгрим.

-Неужели ты хочешь сражаться, юный Эмия? - Пока говорил, примарх медленно шагал в сторону парня, а его улыбка становилась… иной. Доброжелательность сходила на нет, глаза приобрели острый блеск. - В битве, где твоих ничтожных сил будет мало, как не старайся?

Фулгрим уже оказался за спиной мастера, и взглядом остановил Артурию, которая хотела вмешаться. Ведь слова примарха, не были похожи на одобрительные, скорее на издевку. А сам Широ задумался. Он прекрасно понимал что за пару дней не станет сильнее, однако даже той капли мощи, которую он обретет в тренировках, может оказаться достаточно для того чтобы принести пользу. Бессилие было хуже любой боли. Слугам он не ровня, однако их мастера такие же люди как он, а значит им можно дать отпор.

-Да, именно это я решил. - Решимость во взгляде юноши была не напускной. Она исходила прямо из его души, что рвалась в битву.

-И что же заставляет тебя желать этого?

-Война может принести горе невинным людям. - Как и говорил у церкви, он не позволит простым людям пострадать. Только для этого и стоит участвовать в войне, а не из какого то грааля.

-Я это уже слышал, но не это настоящая причина. Такой альтруизм не то что может демонстрировать пацан, вроде тебя. - Оказавшись лицом к лицу с сыном Повелителя человечества, Широ ощутил уже знакомое чувство. Его словам хотелось внимать. Подчинятся воле его, а сама мысль о том чтобы лгать и даже недоговаривать, казалась величайшим грехом. Именно поэтому, Эмия не смог ответить как обычно, напротив, он рассказал то чего не говорил никому.

-Перед тем как мой отец умер, он рассказал мне о своей мечте. Мир где никому не придется страдать, он всю жизнь шел к ней, но не смог достичь. Потому я и пообещал что продолжу его идеалы. Пообещал стать героем, несущим справедливость. - Широ говорил откровенно. Настолько насколько был способен. Даже Артурия поразилась тому какие идеалы несет в себе ее мастер. А вот на Фулгрим это не произвело впечатления, напротив, он засмеялся, будто услышал самую большую глупость в своей жизни.

-Мир без страданий. Как смешно. Глупая мечта, глупого человека. - Сперва Широ не мог осознать того что сказал примарх, однако, с каждой секундой, в его душе поднимался гнев. Гнев на того кто посмел попрать его мечты.

-Не смей насмехаться над моим отцом! - Юноша и сам не понял как направил шинай в сторону мужчины.

-Твой отец идиот, как и ты. - Этого стерпеть было невозможно. С яростным рыком, Широ рывком сблизился с примархом, лишь для того что бы оказаться обезоруженным и откинутым к стене. Удар выбил весь воздух из легких, и теперь мальчик, прилагал все усилия чтобы подняться. Но этому помешал деревянный клинок, приставленный к горлу. Сейчас, он не казался таким уж тупым, в руках Арчера, он обрел опасный блеск. - Ты не сможешь избавить людей от боли, как не старайся. Она неотъемлемая часть жизни. Боль, это то что делает людей лучше. Заставляет преодолеть свои пределы.

-Неправда! Боль только губит, страдания не могут приносить пользу! - После этих слов, перед лицом Широ оказалась уже рукоять меча. Примарх предлагал взять в руки оружие.

-Тогда докажи это в битве, пустословить у тебя и так прекрасно получается.

Юноша принял предложение. И теперь тщетно пытался достать героя будущего. В стороне стояла Артурия и с беспокойством наблюдала за происходящим. Она бы уже давно встала на защиту своего мастера, ведь то как повел себя Фулгрим было неприемлемо, однако…”Позволь помочь ему.”. Едва слышный шепот мужчины, что был доступен только ушам слуг, дал понять. Примарх хочет наставить Широ на путь истинный, не дать ему сгинуть на пути не имеющем конца, на который он себя обрек.

-Нет такого человека, который может предотвратить страдания всего человечества. Это невозможно. - Даже первый из людей не мог сделать такое, что уж говорить про мальчишку, который и школу то не закончил.

-Я знаю это! Но не отступлюсь! - Все яростней атаковал Эмия, видя что попытки не приносят результата, он не переставал бросаться на Арчера.

-Ты знаешь что делаешь бесполезные вещи, но не отступишься? Да у тебя меньше мозгов чем мне казалось. - С этими словами, кулак мужчины сотряс грудь юноши. На миг, его сердце остановилось.

-Страдания даны нам не для того чтобы бояться их и избавляться. Они делают нас теми кто мы есть, открывают глаза на нашу суть. Лишая людей боли, ты лишаешь их будущего! - Схватив Широ за голову, - И с чего ты взял что людям нужна твоя помощь? Ты и представить себе не можешь какие силы сокрыты в нас. - Тело юноши обрушилось на деревянный пол, все его чувства отключились, и лишь слух оставался на месте. Им он и слушал. Слушал слова того кто видел на что способно человечество.

-Ты сам погрузил себя в предрассудки, твой путь не приведет ни к чему кроме твоей гибели, а мир останется прежним. - Фулгрим присел на колено перед лежащим парнем, и резко перевернул его лицов вверх. - Если ты хочешь помочь людям, помоги им раскрыть свои возможности. Помоги тем, чьи души гаснут перед невзгодами, сделай так чтобы сердца не остыли. Научи самим справляться с болью. Только так ты сможешь воплотить то о чем мечтаешь.

Рука, теперь была протянута не для атаки, а для помощи. И Широ, в голове которого набатом звучали слова сына Императора, принял ее. Встав на ноги, юноша ощутил как все его тело вело из стороны в сторону. Однако, он не мог позволить себе расслабиться. Под пристальным взглядом, абсолютно серьезного Фулгрима, он не посмел вновь упасть, ведь так он покажет что даже сам не способен держаться прямо. Теперь, в руках мужчины было два меча. Один он бросил юноше, который едва сумел его поймать. В глазах все еще двоилось.

-Вся твоя бравада не стоит ничего, если ты не способен защитить даже самого себя. В стойку! - От командного голоса того чье воинство покоряло миры, Широ встал бы в стойку, даже если бы не хотел.

И началась настоящая тренировка. Уже спустя несколько минут, руки юноши едва могли держать оружие. Но он упрямо продолжал отражать удары, которые специально были направлены так, чтобы он смог защитится. Защита, это первое что должен освоить воин. Сохранить свою жизнь в бою, чаще всего, имеет больший приоритет чем победа над врагом. Молниеносные и точные выпады примарха заставляли Широ двигаться так как хотел противник. Сила вкладывалась с идеальной пропорцией, на самой грани того что мог выдержать “герой справедливости”. За всем этим наблюдала Артурия. И она должна была отдать должное примарху, по части тренировок, он мог дать ей фору. Все же королева не часто могла наставлять совсем неопытных рыцарей, обычно спарингуясь с бывалыми мечниками.

-Силы воли тебе хватает, но вот над навыками еще работать и работать. - Мужчина опустил свой меч, дав понять что объявляет перерыв. Даже когда Эмии удалось это понять, его руки не выпустили шинай, хотя он даже не почувствовал этого. Все что было дальше плеч для него казалось пустотой, будто он остался без конечностей. - Пока восстанови силы, и наблюдай. - После слов, Фулгрим перевел взгляд на девушку, тихо сидящую у стены. Поведя головой, он пригласил ее продемонстрировать как стоит биться. Она не отказала.

Теперь, уже юноша был у стены. Его разум пребывал в непривычном состоянии. Сосредоточенность и концентрация которой он не мог достичь самостоятельно теперь и не думали исчезать. Совершенно забыв о своем уставшем теле, он направил все внимание на пару опытных воинов, которые сейчас демонстрировали невероятное мастерство. Разумеется они не вкладывали всю силу в удары, иначе уже разрушили бы свое оружие… или даже здание. Стиль боя Сэйбер не блистал изяществом, однако был весьма эффективен. Прямые выпады и жесткие блоки, преимущественно наполняли его. Фулгрим же наоборот, всегда старался сделать удар таким, чтобы не оставить противнику пространства для маневра. Легкие и изящные взмахи, кололи будто иглы, уводя внимание, сбивая дыхание и не давая сделать ответные действия в полной мере эффективными. Противоположности, тем не менее, не уступали друг другу, ведь до сих пор не задели один другую.

“Ну и монстры.”. Широ представить боялся сколько нужно пройти битв и тренировок что бы так научиться. Кстати на счет учебы, юноша ведь не только мечом махать может, он все таки маг. А его нынешнее состояние, как нельзя лучше подходило под развитие магических навыков. Вспомнив об этом, Широ сразу произнес слова активирующие его цепи. “Trace On.”. Мана заструилась по телу, обжигая нервы. Как и всегда, практика в магии заставляла ощутить что в позвоночник вонзились раскаленные клинки. Но сегодня, это доставляло меньше неудобств. После того как все его тело было выведено на свои пределы, обычная агония сменилась вполне терпимой болью.

Шинай в руке Широ, стал объектом одного из двух доступных ему заклинаний. Укрепления. Сперва, нужно было проанализировать предмет. Понять его структуру, что удалось с той же легкостью что и активация магического режима. Теперь, нужно было направить прану в полости внутри, изменить его строение. Устранить изъяны. И вновь, это удалось легче чем обычно, кажется избиение прочищает мозг. По крайней мере сегодняшнее. Линии света прочертили деревянный меч, теперь он не уступал любому другому обычному клинку, даже сделанному по современным технологиям. Разум юноши, однако, не испытывал радости, просто отметил успех и необходимость продолжить практику для закрепления. А в центре зала, спарринг достиг кульминации. Мечники нанесли мощные удары, отчего игрушки в их руках разлетелись в стороны. Одна щепка едва не застряла в черепе Широ, попав лишь на десять сантиметров в сторону. Он не заметил этого, во все глаза наблюдая за теми кого можно назвать мастерами, но не из за участия в дурацком ритуале.

-С таким оружием много не навоюешь. - Говорил Фулгрим, собирая частицы света в руке.

-Согласна. - Ответила тем же Артурия.

Теперь, оба героя держали настоящие орудия войны. Рассмотреть клинок Сэйбер не представлялось возможным, однако меч примарха был виден ясно. Превосходно выполненная гарда, имитирующая крылья золотой птицы и лезвие, что горело вечным пламенем. Этот огонь - пламя кузниц Урала, которое владыка Железных рук, сумел перенести, не пролив ни капли его силы. Не тратя времени, слуги схлестнулись вновь. Могучее оружие высекало искры друг из друга. А пламя Разящего Огня будто разгоралось еще сильнее. Обостренными чувствами, юноша наблюдал за оружием в руке примарха. И в один момент услышал звон. Звон молота.

Перед глазами встала затуманенная картина того как это оружие ковалось. Инструмент в руках опытного кузнеца придавал необузданному металу форму. И руки эти тоже были из металла. Они блестели от света источаемого горном. Мощь что скрывалось в них заставляла трепетать. А владелец, что наконец стал виден, выделялся колоссальным размером. Ничуть не уступая Фулгриму в истинной форме, он без устали обрушивал молот на наковальню. Его желание создать оружие что будет достойно таких как он, отчетливо чувствовалось в каждом взмахе. Неизвестно, сколько это продолжалось. Много часов прошло прежде чем работа была завершена, но когда это произошло, картина сменилась.

Юноша увидел Арчера, в руках которого был молот. Тот которым он размозжил Берсеркера по земле. Его имя, эхом прозвучало в разуме. Крушитель кузниц. А следом и имя клинка, что сейчас был в руках примарха. Разящий огонь. Оба могучих мужа признали что их творения хуже чем у оппонента, а следом рассмеялись и обменялись оружием. С тех пор началась долгая дружба между полубогами. Феникс и Горгон. В трансе, Широ произнес эти имена тихим шепотом, который тем не менее был слышен обоим слугам, даже в пылу битвы. Платиноволосый, резко прервал столкновение и пристально всмотрелся в лицо юноши.

-Откуда ты знаешь о Горгоне? - Голос Феникса не был враждебен, однако давал понять что ответ лучше дать незамедлительно. От него, Эмия пришел в себя и теперь, непонимающе оглядывался. Ему было непонятно, когда он успел вернуться из кузниц Урала, в свое додзё. - Где ты слышал это?

-Я… я не знаю, просто увидел. Увидел как выковали Разящий огонь. - Глаза примарха чуть расширились. Он не разу не называл имя оружия в своих руках.

-Ты видел… прошлое моего оружия?

-Д-да, не знаю как, но да. - Он все еще не мог связно мыслить.

-Маги этого мира мне все больше непонятны, нужно будет спросить Рин, как это возможно. - Размышлял вслух примарх. А следом перевел взгляд на юношу. - Тебе лучше больше не смотреть историю этого клинка. В ней… не то что ты должен видеть. - На этом закончилась необычная тренировка, которая принесла Широ больше результатов чем все его прошлые. А еще дала ему немало пищи для размышлений. Речь Фулгрима заставила его начать переосмысливать свои идеалы. И во что это выльется было неизвестно никому.

Глава 7

Несколько часов прошло с окончания тренировки. Рин уже вернулась, вместе с вещами, и наконец смогла удовлетворить любопытство примарха. Хоть она и сама не могла точно сказать, как Широ сумел увидеть историю Разящего огня, однако выдвинула предположение. У каждого человека, по крайней мере в этом мире, есть особое начало, хранящееся в глубине души. Так называемый Исток. Из него, как понятно из названия, проистекает характер, помыслы и мировоззрение. Только наличием у юноши истока, связанного с оружием, можно было объяснить произошедшее. Фулгрим впервые поразился тому на что способны маги. А вот Рин не переставая причитала, ведь раскрыть свой исток были способны единицы, и это даровало невиданную силу, что была лишь на ступень ниже истинной магии. И это, пусть и частично, удалось сделать третьесортному магу.

Однако, все недовольства уходят, и сейчас мастера и слуги просто отдыхали. Широ в особенности. Стоило лишь наваждению пройти, как его тело затрубило тревогу, да такую что учителю пришлось тащить его в гостиную, где он и находился до сих пор. Примарх не разрешил ему восстанавливать силы в кровати, ведь способность бороться с изнеможением весьма полезна и не раз может выручить. День протекал как обычно, до одного момента. Очень резко, небо заволокло тучами, началась гроза сопровождаемая проливным дождем. Но самым странным являлся пробирающий мороз, что был не свойственен мягким японским зимам.

-Это не магическое явление, я не чувствую ни капли праны в окружающей среде.

Таков был вердикт Рин, как единственной кто мог бы ощутить неестественность погодных условий. Пусть, поначалу все ждали какого то продолжения странного события, но ничего не происходило. В какой то момент, мастера и слуги перестали трепать нервы сами себе и просто занялись своими делами. Рин заперлась в своей новой комнате и с тройным упорством начала создавать магические накопители, пусть шанс на создание оных был мал, однако даже один камень мог дать лишнее время превращения примарху. Хозяин поместья, сейчас делал домашние дела. Все же, выходной не повод бездельничать. Так сказал Фениксиец, когда посчитал что парень слишком расслабился. А он сам и Артурия, просто сидели за столом, читали и пили чай соответственно. Вполне неплохое время, думалось всем. Но, в этот же момент, “продолжение” странного дождя шло по улице.

Изящные босые стопы легко двигались по мостовой. Непрекращающиеся потоки воды ни капли не волновали хозяйку оных. А она, молодая девушка в коротком белоснежном платье, и вовсе не замечала непогоды. Увидь ее любой человек, принял бы за нечто неземное. Стройный стан, будто перетекал из одного движения в другое. Казалась, она не идёт, а парит, до того легка была ее походка. Прекрасное лицо, украшала неспадающая улыбка. В ней чувствовалось предвкушение того чего она ждала очень долго. И вот она оказалась у ворот поместья Эмии. От резкого поворота, взметнулись ее пепельно-белые волосы, что слепящей волной стекали по изящным, хрупким плечам. И от этого, на миг, стали видны заостренные уши, выдающие нечеловеческую природу. Нетерпение, теперь сквозило в языке тела прекрасной девы. Ее столь же прекрасные глаза цвета цветущей сирени, вглядывались в ворота, что отделяли от желанного.

-Наконец… мы встретимся вновь… - Голос, чувственный и ласкающий слух, разошелся в стороны. Сам дождь на миг стих, будто не смея мешать звучать гласу своим мерзким шумом.

Едва напрягаясь, она перепрыгнула ограду, что мешала ей найти того кого она когда то потеряла. И теперь, красавица, на которой не была ни капли влаги, тихонько постучала в дверь. Стук был слабо слышен, но она знала, о ее присутствии стало известно. Через время, чей отрезок, был не больше минуты, ей открыли. Рыжеволосый юноша, что слабозаметно кряхтел, открыл дорогу.

-Здравствуйте, чем могу помо-о-о… - Он не сумел закончить фразу, пораженно раскрыв рот от вида незнакомки. Молодой человек еще ни разу в жизни не видел кого то столь же прекрасного.

А гостья не задержала взгляда на “швейцаре”, он был ей совершенно не интересен. Нет, она пришла ради другого. Того единственного кто достоин ее. Достоин быть подле нее. По настоящему. Пройдя мимо застывшего Широ, она направилась туда где был Он. Короткий путь до гостинной показался вечностью, что для такой как она было нонсенсом. И вот, наконец, за раскрытой дверью блеснула платиновая шевелюра. Примарх уже встал, дабы проверить того кто как то заставил Эмию превратится в мямлящего болвана, еще большего чем обычно. Едва он увидел вторженца, как девушка молниеносным движением, что даже для слуг было едва уловимо, прильнула к груди мужчины. А в следующую секунду, Фулгрим, что и так был ошеломлен, подвергся новому испытанию.

Нежные ладони накрыли его щеки, а уста запечатали еще более нежные лепестки губ. Мягкий язычок, веселым зверьком, стал резвиться во рту примарха. Сладость, приливной волной, затмила разум Фулгрима. Она пьянила, не давала связно мыслить, и лишь Оолит помог избавиться от наваждения. Орган, что очищает кровь от сильнейших токсинов, начал усиленно функционировать. И это сработало, сладкая слюна незнакомки, что попала в кровоток, перестала влиять на сына Императора. Стоило этому произойти, как его руки жестко откинули наглую женщину. Мужчина не контролировал силу, потому, будь на ее месте обычный человек, его бы переломало пополам. Однако Она лишь слегка отступила, и непонимающе смотрела на того кто ее отверг.

-Что случилось Фулгрим, ты не рад меня видеть? - Голос сквозил неприкрытой горечью, будто поступок примарха разбил сердце этой особы. Увлажнившиеся глаза были столь же трагичны, заставляя усомниться в правильности действий. Пушистые ресницы девушки затрепетали, вторя остальному.

-Кто ты, черт побери?! - Опасливо отступив на шаг, нечто среднее между криком и рыком сорвалось с языка примарха, на котором все еще чувствовалась великолепная сладость.

-Ты… не узнаешь меня? - Девушка удивленно распахнула глаза, что были так похожи на те которыми обладал стоящий перед ней. - Это же… чудесно!. Это значит что ты настоящий. Истинный! Это ещё лучше чем я рассчитывала! - Не в силах более сдерживаться дева вновь шагнула к примарху. Она протянула руки, столь же тонкие как ветви ивы. Столь идеальные, что хотелось никогда не выпускать их из своих. - Ты не та пустая оболочка, ты тот самый… - Однако, не успела она договорить как перед ней возникла та кто лишь наблюдал до сего момента, Артурия.

-Тебе лучше назваться, иначе мы не будем более терпеть твою бестактность. - Твердым голосом произнесла королева, чья красота не уступала вторженке, просто была не столь кричащей. Нет, она тихо шептала, и услышать мог только тот кто замрет и затаит дыхание.

-А ты еще кто? Исчезни, ты мешаешь. - Изменение в поведении беловолосой, было ошеломляюще резким. Глаза, что были готовы начать проливать слезы, теперь холодно смотрели на златовласую. В них была очевидная угроза. - Фулгрим, я по настоящему счастлива узнать эту новость! Теперь я смогу быть с тобой вновь, и так до конца времен. - Она прижала руки к груди, силясь унять бушующее сердце.

-Последний раз спрашиваю. Кто. Ты. Такая? - Телом, Фулгрим говорил о том что готов уничтожить деву, если та помедлит хоть миг.

-Я та кто исполнит все чего ты жаждешь, только попроси и я сделаю все мечты явью, ведь я твоя госпожа… - Томным, нежным голосом проговорила красавица. А разум примарха пронзила догадка, что вызвала… дрожь.

-Этого… не может… быть… - С каждым словом он отступал назад. Шаг за шагом. В шоке, он даже не заметил как в комнату вбежали Рин и Широ, который успел прийти в себя.

-Может, ведь я здесь, перед тобой. И теперь, так будет всегда… мой возлюбленный чемпион. - Шаг за шагом, девушка приближались к отступающему мужчине. Его лик приобрел выражение которое не свойственно прозванному Фениксом. То был страх, и был он силен, даже примарх не мог побороть его. Двигаясь назад и не видя ничего кроме глаз, что обещали все дары сладострастия существующие на этом свете, гордый сын Повелителя человечества запнулся, даже не поняв обо что.

Фулгрим не заметил что оказался на полу, все продолжая пятится. А та кто заставила его это делать, медленно опустилась на колени, и стала идти к нему, опираясь на свои аккуратные кисти. Но, в один момент дороги больше не было, спина уперлась в стол. И теперь, кошмар на яву становился все ближе. Неспешным движением, назвавшаяся госпожой заползла на мужчину и села на его колени. Затем, прижавшись всем телом, чья мягкость заставляла растворяться в нем, вновь окутала уста Фулгрима. Он был не в силах сопротивляться. Те кто присутствовал в комнате, были слишком шокированы для того что бы сделать хоть что то. Настолько их поразил, откровенно жалкий, вид Арчера этой войны.

-Ах, как радостно ощущать тебя через живое тело. Мне пришлось очень постараться чтобы попасть в этот мир. - Провела языком по губам, девушка, стоило только на миг разорвать близость. Она все сильнее вжималась в крепкое тело мужчины под ней. - Как только я почувствовала что ты вернулся, вновь взмахнул крылом, я более не могла терпеть. И даже так, ты был вынужден ждать. Прошу, не злись на меня. Обещаю, я заслужу твое прощение.

Перерыв закончился и поцелуй продолжился. Глаза примарха стали закатываться, даже его могучий организм был не способен сопротивляться долго. В стороне, наконец отмерла зеленоглазая воительница. Ей было совершенно непонятно происходящее, но одно она знала точно. Перед ней враг. В магической вспышке, руки обрели орудие и оно уже было занесено над совратительницей. Однако…

-Не мешайся! - Крик, что пронизывал все окружающее, отбросил Артурию. - Нас опять пытаются прервать мой принц… Прошу, перестань так смотреть на меня, мне больно видеть страх в твоих глазах. - Хоть и не касалась губ, но девушка произносила эти слова прямо в уста примарха, держа ладони на его висках. Он, наконец сумев собраться, задал вопрос. Силы покинули тело, потому, ранее могучий голос едва слышался.

-Почему… я? У тебя… разве мало… последователей? - После, девушка захихикала. Несмотря на то что Фулгрим понял кто перед ним, он не мог испытывать отвращение зная о её сути. Она была слишком прекрасна. А сейчас, закончив смеяться, девушка слегка надула губы

-Не обижай меня такими мыслями. С самого рождения я одаривала многих, но я сама никому не доставалась, потому что не было тех кто достоин этого… Пока ты не пришёл в мой храм, и, знаешь… По сути… ты забрал мой первый поцелуй… и мне все еще мало! - Языки двух существ, что были чужды этому миру, вновь сплелись. Фулгрим не мог понять сколько это продолжалось. Все тело затопил безудержный страх, наряду с безудержным удовольствием. Но он еще раз сумел задать вопрос.

-Почему… ты назвала меня… принцем? -Затуманенное сознание уже не могло фокусироваться на окружении. Перед взором осталась только лишь… госпожа.

-Что последнее ты помнишь? - Поняв что ее милый примарх хочет знать ответ, девушка не стала продолжать утеху. Но ладони ее не переставали исследовать давно забытое тело.

-Смерть… Ферруса.

-Так мало?! Хотя не удивительно, это был последний миг жизни полноценного тебя, не волнуйся мой Феникс, я все тебе расскажу… потом. - Уже в который раз она помешала Фулгриму говорить и, разом, думать. - Ведь теперь… мы будем вместе… до конца времен… торопиться некуда.

Слова выходили прерывисто, ведь гостья не могла насытится желанным мужчиной. А тот уже ничего не понимал. Просто растворялся в блаженстве. Мысли, привязанности и разум. Все отходило на второй план. Картины из памяти пролетали мимо глаз и исчезали в бездне беспамятства. Кажется откуда то он слышал голос Арти, что пытался дозваться его, но это не важно. Его госпожа снова рядом. Более ничего не было нужно. Лица братьев и даже отца стали размыты. Имена легионеров Детей Императора более были недоступны. Фулгрим всмотрелся в своих сынов, картины которых ускользали, сынов что уже перестали быть родными. И на груди каждого был орел. Золотая птица, что дарила уверенность и надежду. Символ веры их повелителя в верность и преданность третьего легиона.

Тут, ум примарха опалили мысли, которые сопровождали его долгие годы. Он избранник Его, ибо орел украшает доспех. Воды сладострастия на миг отступили, будто устрашась силы скрытой в этих словах. И следующие не дали вновь обволочь сердце того кто хранит верность, даже после предательства. На пути к совершенству познаю успех… Служить отцу, я был рождён. Светом истины, они пронеслись по всему естеству Феникса. Разум приобрел ясность, что доселе была недостижима. Но даже сейчас, ум примарха не был чист, тем не менее этого хватило.

-А-А-Ах… Ты так яростен… это меня заводит. - Шептала на ушко, девушка чей живот пронзил Разящий огонь. - Боль которую ты причиняешь мне… так сладостна.

-Исчезни… - Едва шевеля губами сказал примарх.

-Что? - Непонимание поселилось в глазах, которые до этого были наполнены лишь страстью.

-Сгинь! - Огонь бегущий по лезвию, распространился на руку Фулгрима, и дошел до самой ключицы. А цвет его стал серебряным.

Волна пламени откинула темную госпожу к стене. Она сотрясла своды дома собой и теперь, едва поднявшись, видела как ее возлюбленный принц прерывисто дышал и дрожал всем телом. Пусть он сумел побороть ее чары, однако всепоглощающий страх так и не покинул его дух. Она наконец поняла. Он считает ее чудовищем. Мерзкой тварью. Девушка грустно улыбнулась и нежным голосом обратилась к мужчине, который даже встать не мог.

-Ты еще не готов принять меня, да? Что ж, тогда я дам тебе время подумать. Прошу только чтобы ты знал, я лишь хочу подарить счастье моему любимому Фениксу. Помни это… пожалуйста…

Тело растворилось в воздухе. Наконец Она ушла. Примарх, не в сил больше держаться в напряжении, опустил руку из которой уже пропадал клинок. Распластавшись на полу, он пытался восстановить дыхание. Ужас еще не отпускал. Ведь к нему явился один из четырех богов хаоса. Сам Слаанеш, бог темных удовольствий. Тот кто превратил благородного примарха в своего культиста и поспособствовал падению остальных, вместе с тремя другими из большой четверки.

-Фулгрим… что… произошло? - Голос Артурии вырвал мужчину из задумчивости. Он открыл глаза, что были намертво зажмурены и посмотрел на воительницу. Та совсем не понимала как стоит поступить и что вообще думать.

-Это… я… я не могу сказать. Мне нужно… побыть одному.

Не дожидаясь ответа, мужчина, неизвестно где нашедший силы встать, поднялся и очень быстрым шагом направился к выходу. Оказавшись на улице, он взмыл в воздух, силой толчка создав крупную выбоину в брусчатке. Только это успели заметить выбежавшие вслед мастера и слуга. Феникс улетел, ибо его сковал страх. Страх который он не мог побороть.

****

Примарх шел будто в бреду. Мысли не успокоились, метались и бесновались. Конечности едва ощущались, оцепенев от холода неестественного дождя и страха перед той, кто когда то превратил его в свою игрушку. И теперь прошлое грозилось повториться. Она не отпустит его, она возьмет свое, ведь так было всегда. Сейчас темный принц дал ему каплю времени, но неизвестно когда он вернется. И Фулгрим не знал как ему спастись. Отчаяние, не уступающее тому которое он испытал когда держал голову брата в своих руках, захлестнуло душу. Даже после того как он впал в забвение, он не может обрести долгожданный покой. Сожаления терзали сердце, а теперь еще и бог хаоса постучал в двери. “Что мне делать?”.

Капли дождя окропляли лицо и тело примарха, но не останавливали его шаг. В несбыточной надежде сбежать, он двигался в неизвестную сторону. Часы шли, а небо все так же было затянуто тучами, через которые не проникала ни одна капля света. Или, может, солнце уже зашло и наступила ночь. Это неважно, ведь тьма в любом из случаев заволокла взор Феникса. Дрожь неизменно преследовала его. Никакая сила или воля, не могли помочь ему справится со страхом неизбежного будущего. В каждом шорохе, в каждой тени он видел свой кошмар.

Прекрасная, белокурая дева, что была очень похожа на него самого. От того великолепия, которое преследовало ее образ в глазах примарха, он ощущал приступы тошноты. Этому способствовала сладость, что так и не ушла. Вкус ее губ был лучше чего бы то ни было. Приятнее любых блюд и вин, настолько, что краем сознания, Фулгриму хотелось вновь ощутить его источник. Каждая тень, каждый шорох казался предвестником нового пришествия темной богини, но она не приходила, и от того было лишь хуже. Ожидание смерти хуже самой смерти, теперь Фениксиец понял эти слова полнее чем когда либо.

Ноги с каждым шагом все больше проявляли нежелание двигаться. Каждый мускул, уподобившись хозяину, слабел и терял желание прилагать усилия. В этот момент, мужчина услышал слабое дыхание, что было едва различимо даже для его слуха, вдобавок, дождь создавал непрекращающийся шум. Вздрогнув, Фулгрим резко повернулся в сторону источника звука. Ему показалось что Она пришла по его душу. Но это было не так.

В переулке, в котором скапливались потоки воды, забравшись на кучку хлама, лежал белоснежный комочек. “Котенок?”. Маленький зверек, прерывисто и слабо дышал. Холод пронизывал его тело, а мокрая шерсть только ухудшала положение. Его смерть была близка. Сейчас, примарх даже не задержал бы взора на нем, ведь у него не было времени на помощь другим. Однако, было кое что заставившее его подойти к детенышу. Он, на слабых ногах, опустился на колени и пристально посмотрел на кроху.

-Разве тебе… не страшно?

Голубые глаза котенка были прикрыты, но даже так, в них можно было различить невероятное. Они ясно взирали на Фулгрима, и ни страх, ни мольба о помощи, не были видны. Была лишь сила. Он знал что умрет. Неизвестно, выброшенный на улицу или потерявший мать, он понимал что умрет. И сейчас, глаза, что едва обрели способность видеть, бесстрашно смотрели в лицо смерти. Ее морозные руки уже сжимали его шею. Но он не отворачивался, несмотря на абсолютное бессилие изменить судьбу. Слабые лапки не могли даже заставить его тело подняться, а уж найти укрытие тем более. И все же, это не стало причиной для того чтобы погружаться в отчаяние.

Руки примарха, аккуратно подняли его и прижали к груди. Тепло, сопровождаемое ритмом двух сердец, дали котенку возможность выжить. А сам мужчина, поднял голову к небу, чей кусочек был виден среди бетонных стен. Небосвод так и был закрыт тяжелыми тучами. Очевидно, такая погода сопровождала пришествие губительных сил в этот мир, и неизвестно когда солнце станет видно жителям тверди земной. Фулгрим, вновь опустил взор на кроху и в его глазах появилась признательность.

От картины такой стойкости, примарх не мог остаться равнодушен. Судьба будто вновь посмеялась над ним, но теперь беззлобно. Явив перед его глазами того кто был бессилен спастись, но не падал духом. В маленьком тельце билось сердце настоящего льва. Зверек, который мог уместиться на ладони Феникса, проявил большую доблесть чем сын того кто повелевал тысячами звезд. Фулгрим, внутренне посмеялся.

-Каким жалким я стал… стоило только явиться Ей, как моя душа забилась в угол.

Всепоглощающий страх, начал отступать, уступая решимости. Разве люди страшились, когда возносились к звездам под стягом Императора? Страшились боли или смерти? Нет. Их раскаленные сердца не ведали страха перед тьмой космической пустоты. Простые солдаты умирали тысячами, но не отступали. Они встречали смерть с гордо поднятой головой, напоследок смеясь ей в лицо. А сам Фулгрим, лорд легиона Детей Императора, сжался в комок. Раздавленный ужасом, он тщетно искал способ спастись. Он дрожал перед своей “госпожой”.

Дрожал.

Запрокинув голову, Феникс рассмеялся. То насколько ничтожным он предстал перед Слаанеш, Широ, Рин и Артурией, показалось ему самой ироничной вещью за всю его жизнь. То, в какое смятение его приводили воспоминания о прошлом. То как он относился к новому шансу, просто без интереса смотря на происходящее. Он и дрался то без энтузиазма, а ведь прежде, показал бы все свое мастерство и силу любому кто посягнет на честь Феникса. Смех не прекращался, только лишь усиливался. Мужчина поднял котенка на уровень своих глаз. Пурпурный встретился с лазурным.

-Благодарю тебя, маленький друг. Твоя сила воли показала мне, как сильно я пал. - Именно, он пал не тогда когда предал все за что сражался, а в том момент когда сдался. Забыл то кем был и то какая ответственность лежит на его плечах. - Теперь я обязан тебе. Ты, можно сказать, спас мне жизнь, и в ответ, я сделаю тоже. - Маленькое тельце, спряталось под рубашкой, обогретое горячей кожей на груди примарха. - Отныне тебя будут звать Риланор, подобно тому кого прозвали несгибаемым.

Вопреки распространенным художественным оборотам, солнце не вышло из за туч, когда герой одолел слабость. Нет, дождь все еще лил без устали, но теперь беспросветная тьма разгонялась пурпурным огнем, что бушевал в глазах Феникса.

****

В двери дома Эмии вновь постучались, но теперь ему открыла Артурия, которая бдительно охраняла подступы. Рин заранее предупредила что ее слуга приближается, потому воительница не стала призывать клинок. В проходе стоял Фулгрим, что промок до нитки. Его длинные платиновые волосы слиплись, и теперь тяжело свисали к шее. Однако, это не слишком волновало Арти. Ей показалось что в ее знакомом что то изменилось. Очевидно, он справился со страхом, который был виден любому. Но теперь, его взор был ясен, еще более чем прежде. И такой вид… шел ему гораздо больше. Будто только таким ему и пристало быть. Гордым и решительным.

-Артурия…

-Ты… пришел в себя?

Примарх улыбнулся и уверенно кивнул. Без слов, королева отошла чуть в сторону, говоря чтобы он наконец проходил. Скрывшись от ливня, Фулгрим вытащил из за пазухи белый комок, и посадил его на плечо. “Котенок?”. Мгновения потребовались чтобы преодолеть путь до гостинной, где бились два сердца. Широ и Рин. Последняя, увидев Арчера, также заметила изменения в нем. И до странного происшествия, нельзя было сказать что он искренен. Будто примарх что то прятал за маской добродушия. Но теперь, она видела настоящего Феникса.

-Рин, обстоятельства изменились. Теперь… мы должны получить грааль.

-Мы… что?

-Та кого вы видели сегодня, слишком могущественна для того чтобы бороться с ней нынешними силами. Единственный шанс - это получить силу грааля. - Все удивились такому высказыванию. - И все кто встанет у меня на пути… - Голос примарха наконец обрел твердость, которую должен демонстрировать сын Владыки людей.

-... Сгорят.

Глава 8

«Мой лорд…». Фулгрим услышал тихий шепот на грани сознания. В тишине ночи, нельзя было принять это за чей то голос, доносящийся издали. Более того, голос был знаком. Примарх узнал его.

Чуть ранее, мастера и слуги начали обсуждение дальнейших действий, стоило первым прийти в себя после неожиданных новостей. И сейчас все собрались за круглым столом. Правда тот был квадратным, но альтернатив не было. За неимением Гелиополиса, пришлось довольствоваться гостинной поместья Эмии.

-Фулгрим, ты ведь понимаешь что в войне, граалем может обладать лишь один мастер, и слуга то же должен остаться один. — Не спросила, но утвердила Рин.

-Разумеется, однако, объединиться сейчас и в конце провести честную битву будет лучшим вариантом. — Он посмотрел на Артурию. — Я прав?

-Да. Я предпочту сотрудничать и решить кто из нас достоин победы после поражения всех остальных мастеров. — Стоическая манера общения королевы, как нельзя лучше давала понять причину, почему примарх захотел обрести союзника в ее лице.

Феникс, на это лишь кивнул, а после прикрыл глаза. Он направил силы своего разума на анализ имеющихся ресурсов и возможностей их применения. А также оценивал угрозу со сторону слуг. Известны были четверо, враги лишь двое. Кастер, Райдер и Ассасин пока не показывались, однако пристальное внимание стоит направить на первого и последнего. Слуга магии, мог иметь самые разнообразные способности, потому как магическое искусство необъятно. А уж маг, чья мощь в разы превосходит современных, обязательно предоставит пару сюрпризов.

Ассасин же, не столь непредсказуем, но его способность скрываться дает ему гипотетическую возможность убить мастеров в обход стражей. Широ и Рин должны находится под постоянным надзором. Только глупец может проявить беспечность в этом вопросе. Пока длится война, любой миг может стать последним. И не только для участников. В последние дни по новостным каналам беспрестанно шли сообщения об утечках газа и прочих происшествиях, очевидно имеющих отношение к ритуалу. Все люди теряли сознание и впадали в кому, что по словам Тосаки скорее всего вызвано истощением жизненных сил. Такая филигранность может проявляться либо Кастером, либо слугой со специфическими способностями.

В тоже время, замкнутый барьер в академии это творение другого слуги, ведь тот призван просто выкачать энергию без остатка. Совершенно разные методы. Однако, оба направлены на накопление сил. Следовательно, выбить виновника случаев коматоза в городе и владельца кровавого форта приоритетные задачи. Берсеркера лучше оставить напоследок. Все же его мастер, Иллия, прекрасно поняла что Геракл не ровня примарху. Иначе не стала бы так отчаянно бежать от битвы.

Касаемо располагаемых ресурсов. Имеется маг, с известным потенциалом. Имеется недомаг, с неизвестным потенциалом. И имеется поле боя… где уже ввели системы видеонаблюдения. Да и вообще, эта эпоха уже достаточно развита чтобы предоставить некоторые возможности, пусть и не те которые хотелось бы.

-Рин. — От неожиданного обращения, девушка вздрогнула. Сейчас ее слуга был непривычно серьезен. А еще от него веяло каким то странным чувством. Будто… теперь он оказался там где ему пристало быть. А был он сейчас на войне. — Подготовь все магические материалы и книги, которые есть. Я попытаюсь помочь тебе оптимизировать процесс создания накопителей. — От этих слов, призывательница забыла о том что думала секунду назад.

-Ты… ты вообще понимаешь что несешь?! — Вскочила она и ударила по столу руками. Силы в хрупкой девушке было не мало, потому белый котенок аж подпрыгнул. Но лишь для того чтобы посмотреть на Рин как на дуру, и продолжить спать на плече примарха. — Знания моей семьи не то что я могу показывать посторонним, да и вообще. — Указала она пальцем. — Мой род занимается этим не один век, что ты сможешь сделать за несколько дней?

-Я примарх, Рин. — Это не убедило девушку. Ее взгляд дал понять сей факт, потому Фулгрим предоставил более развернутое объяснение. — Возможности моего разума превосходит обычных людей, так же как возможности твоего превосходят годовалого ребенка. Я могу увидеть то чего тебе не заметить за всю жизнь. — А это волшебница сочла за бахвальство. Фулгрим мысленно вздохнул, ведь сложно убедить в своем превосходстве того, кто считает себя гением. — Позже это обсудим. Еще собери все свои сбережения, они понадобятся для закупки некоторого оборудования…. Без возражений, ты знала что будешь участвовать в войне, а она затратна в любом проявлении. — Благо, эти слова умерили пыл девушки. Уж с этим спорить будет только идиот. Тем не менее, бережливая натура девушки жалобно взвыла от мысли о предстоящих тратах.

-Арти. — Фулгрим перевел взгляд на воительницу. Та лишь чуть повернула голову, дав понять что слушает, пока сама пила чай. Это уже становиться похоже на зависимость. — Чуть позже мне нужно будет выйти в город. Присмотришь за Рин и Широ? — На что девушка без колебаний кивнула. Мастера слишком слабы чтобы оставлять их одних, потому детишкам нужна нянька.

-И наконец ты, Широ. — Юноша аж подобрался, ожидая поручений от опытного стратега. — Ты… бесполезен. Потому дел для тебя не найдется. — О, как сник юноша. Но ненадолго, следующие слова примарха вызвали табун мурашек по коже, ведь были сказаны очень… многообещающим тоном. — Надеюсь ты постараешься это исправить, иначе придется провести курс для неофитов Легионес Астартес.

-А неофиты, это разве не… новички?

-Верно. Потому программа довольно щадящая. Да и умереть я тебе не позволю, даже если ты сам этого захочешь. — Благо Рин уже рассказала то что знала о своем слуге, и сейчас Широ понимал на что может себя обречь. Он конечно хочет стать сильнее, но что то не уверен что такие методы не оставят у него пару психологических травм. Пару десятков. Все же тренировки сверхлюдей это… в общем, юноша одним видом уверил что будет стараться.

-Хорошо. И еще, я видел у тебя в сарае кучу разной техники. Она мне понадобится. — С этими словами примарх аккуратно снял с плеча недовольно запыхтевшего котенка, он хоть и отогрелся, однако все еще сильно устал. — И позаботься о Риланоре. — Поверхностные признаки указывали на то что он не успел подорвать здоровье. Этот зверек вообще был довольно крепким, что телом что духом. А сам примарх сразу направился к выходу.

Когда мужчина покинул помещение, вся троица скрестила взгляды на белом комочке. Он, без капли робости, уставился на Широ, видимо как то поняв что этот двуногий должен его накормить. От пристального взора пушистого дредноута юноше стало не по себе. Была в голубых глазах какая то… сила. И кажется это как то связано с тем зачем примарх его притащил. Артурия тоже задержала взгляд на коте. Ей всегда нравились львы, потому и котенок ей понравился. Гордость сквозила в каждом движении, выдавая истинного царя зверей. Правда маленького, и с белой шерсткой, но очень красивой. Увлеченная воительница, оторвалась от зверька, когда услышала как двери поместья раздвинулись.

Она поняла что Фулгрим уже почти ушел, потому резко подскочила и быстрым шагом направилась вслед за ним. Недоуменные взгляды молодых людей ее не волновали. Пару мгновений спустя, она остановилась в проходе, смотря в спину примарха. Он еще не покинул поместье и пока лишь стоял под проливным дождем. Впечатление которое он производил разительно отличалось. Несколько часов назад, каждый, даже самый близорукий, мог понять что он сломлен и раздавлен. Но теперь… он возвышался под бушующим ветром. Мороз заставлял выдыхать облака пара. И среди всего этого, недвижимая фигура напоминала монолит, что не будет сломлен, какие бы невзгоды не обрушились на него. Примарх заметил «преследователя», потому и обернулся. В необычайно ярких пурпурных глазах был немой вопрос.

-Фулгрим… что это была за женщина? — То как она смогла откинуть могущественного героя древности, было слишком легко. Один крик, сопровождаемый непонятным воздействием на реальность, и Артурия уже впечаталась в стенку. Услышав слова девушки, взгляд мужчины ужесточился.

-Гость из моего прошлого. — Теперь, голос не дрожал. Напротив, по нему можно было понять как владелец относится к объекту обсуждения. — Это существо крайне опасно, и мой долг изгнать его. Ведь именно я привел ее сюда.

-А то как ты… повел себя… — Артурия понимала что напоминание о произошедшем может доставить неудовольствие мужчине, однако ей нужно было быть уверенной в том что думать.

-Это был миг непозволительной слабости. Больше она не добьется подобного, спасибо Риланору. — Последнее примарх произнес с легкой усмешкой. Его все еще забавляло что этот котенок, с нордическим характером, сумел помочь великому Фениксу.

-Вот как. Тогда я спокойна, все же тебе совершенно не идет такой вид. — На лице королевы появилось очень редкое явление. Уголки губ чуть приподнялись. А сам Фулгрим снова усмехнулся.

-Неужели? А что мне идет? — Вновь взяла верх ехидная сторона характера примарха. А девушка чуть прикрыла веки, скрыв изумрудные очи, и задумалась. Что в ее глазах показывает этот странный Арчер?

-Полагаю… стойкость, спокойствие и… некоторая наглость. — Тот танец под луной, до сих пор вызывал смущение, пусть оно и не проявлялось внешне.

-Ха-ха, спасибо за похвалу. — Искренняя улыбка появилась на устах примарха. На этой ноте, он посчитал разговор законченным и вновь взмыл в небо. Но теперь он не бежал, нет. Теперь он без сомнений ринется даже в геенну огненную, ведь по иному и быть не может.

****

В данный момент, примарх изучал точки где расположены камеры видеонаблюдения, вышки связи полиции и прочих служб. Битвы слуг, как правило, происходят в пустынных местах, однако дополнительная разведывательная сеть не повредит. Стоя на высочайшем здании Фуюки, он взирал на город. Ночь уже вступила в свои права, потому есть небольшой шанс нарваться на других призванных, но пока все спокойно. Именно в этом момент, в голове Фулгрима раздался шепот.

«Мой лорд…»

Зычный голос, присущий всем космодесантникам, давал понять что подозрения по поводу его фантазма оказались верны. Однако, непонятно, почему его легион смог выйти на контакт без активации кристаллизированного чуда. Впрочем, ответ на этот вопрос сможет дать породивший зов.

Феникс, сосредоточился на глубинах своей души. Тех в которых чувствовал его личное оружие и истинную силу. Из-за той дымки, за которую он не мог заглянуть прежде, теперь исходил луч света. И этот свет отдавал знакомым присутствием. Когда, все внимание примарха сошлось на этом светоче, голос стал слышаться в разы сильнее.

-Мой лорд! — Энергия прошла через барьер, и высвободилась в реальном мире. Могучий голос, сопровождался вихрем серебряного огня. Того самого, который перевоплотил Фулгрима в его истинную форму.

Посреди бетонной крыши оказалась знакомая личность, стоило только пламени рассеяться. Закованный в отполированную броню, он будто источал пурпурный свет. Росписи и золотой орнамент не оставляли сомнений в высокопоставленности этого воина. Шлем, был украшена крыльями птицы, а его алые визоры внушали трепет, сразу избавляя от желания становиться врагом этого астартес.

Как только взор призванного прояснился, он тут же упал на колено, опираясь на древко массивной алебарды. Ее лезвие слегка искрилось молниями, будто предупреждая о том что будет если хозяин решит показать всю мощь своего орудия. Плащ, покрывающий спину, был пурпурно-белым. Он давал еще лучше ощутить великолепие благородного цвета брони. На груди, можно было узнать тот же символ что был на груди примарха. Двуглавый орел.

-… Вергилий… — Примарх не мог не узнать того кто сопровождал его многие годы. Великий воитель, который сумел пережить все сражения, еще в бытность свою Имперским Герольдом, и прошедший весь Великий крестовый поход, защищая своего примарха. Сложивший голову в мире Тарсус. Глава Гвардии Феникса — Вергилий Анусоран.

-Да, мой лорд. — Голос, дублирующийся внешними вокс-системами, пробирал до костей. — Наконец, вы услышали мой зов.

-Наконец? Ты звал меня раньше? — Фулгрим был уверен что заметил бы шепот на грани сознания, он не настолько тихий что бы его игнорировать.

-Каждую секунду с вашего призыва. Но вы не слышали. — Воин еще сильнее склонил голову говоря эти слова, давая понять что не смеет упрекать своего примарха в чем бы то ни было.

-Вот оно что. Ты… знаешь почему это изменилось? — Фулгрим уже понял почему его душа не давала зову проникнуть в сознание. Он страшился встречи с своими детьми, которых подвел.

-Да, мой примарх. Я видел вашими глазами и слышал вашими ушами. Мне все известно. — Гвардеец так и оставался в коленопреклоненной позе, перед своим генетическим отцом. И даже тот факт что нынешний Фулгрим, не отличавшийся от простого человека, не умолял почитания перед владыкой третьего легиона.

-И ты готов быть на моей стороне, я ведь…

-Простите мне дерзость, мой примарх, но я не потерплю таких слов. Даже от вас. — Мощному голосу астартес вторил удар древком алебарды о каменную поверхность. — Моя клятва была дана десятки лет назад, и лишь смерть помешала следовать ей. А сейчас, даже гибель не станет поводом нарушать присягу.

Фулгрим замолчал. Сперва он поразился тому что едва ли не самый верный из его сынов посмел перебить своего примарха. Такое могли себе позволить разве что лорды-командоры, и то при серьезных обстоятельствах. Но после, в сердце Феникса зажглась радость. Даже несмотря на прошлое, от него не отвернулись, один из его легионеров, по крайней мере.

-Мне… приятны твои слова, Вергилий. — От неожиданной похвалы, гвардеец замер, хотя и до этого казался неподвижным монументом. А после чуть вздрогнул и склонился еще ниже. Он не мог найти слов чтобы выказать благодарность своему владыке.

Некоторое время, оба верных слуги Императора пребывали в своих мыслях. Фулгрим смотрел вдаль, на начавшие рассеиваться тучи. Ливень уже перестал, оставив лишь мелкую морось. Примарх размышлял о тех возможностях которые открывает присутствие даже одного гвардейца Феникса, главы этого формирования, если точнее. В один момент у Фулгрим появился вопрос, который он незамедлительно озвучил.

-Встань, Вергилий и ответь. Что на счет остального легиона? — Склоненная голова поднялась чтобы ее владелец смог взглянуть на своего господина. А секунду спустя последовал приказу. Керамитовое изваяние, пришло в движение и возвысилось над своим примархом на две головы. Ростом, астартес не уступал Гераклу, но был массивнее, за счет силовой брони, что и делала его таковым. Сервомоторы тихо загудели, вторя движению сложной системы синтетических мышц.

-Они спят, мой лорд. Похоже для их пробуждения нужно колоссальное количество энергии. Но даже так, души легиона рвутся в бой. Мне удалось опередить их лишь из-за моей клятвы. И, возможно, личной силы. Помимо меня, проснулся только Тацит.

-Тацит? Неожиданно…

-Я разделяю ваше удивление. По нему никогда нельзя было понять что у него на уме.

И их разговор был услышан. Из нового вихря вышел еще один гвардеец. Он был гораздо массивнее своего главы, потому как был закован не в обычную силовую броню. На нем была тактическая броня дредноута. Тип «Тартарос». Все в тех же благородных пурпурных тонах, она представляла собой настоящий двуногий танк, который можно было сокрушить лишь приложив массу усилий. На его шлеме стоял дополнительный визор, позволяющий получать еще более подробную и разнообразную информацию об окружении чем стандартные ауспексы. Мощный механодендрит выступал из-за плеча, давая понять что этот астартес сведущ в технике.

Тацит, до того как быть выбранным в личную свиту примарха, служил в качестве технодесантника. И его таланты в этом не уступали собратьям из десятого легиона, наоборот, те превосходили подавляющее большинство. Этому способствовала естественная тяга сынов третьего легиона к совершенству. Они могли до изнеможения упражняться, заучивать каждую букву доктрин, тактических и технических пособий и прочее, и прочее. Далеко не каждый магос из ордена механикум был способен встать на равных с этим специалистом. Когда голос терминатора раздался по округе, та будто завибрировала.

-Примарх… — Этот воин никогда не был многословен, предпочитая изъясняться коротко и по делу. Потому, ему не была свойственна особая почтительность при разговоре со своим лордом. За это многие считали что он не проявляет к примарху должного уважения, но оказалось все наоборот. То что он проснулся, как и Вергилий, доказывает его абсолютную преданность и силу воли. Это единственный способ обойти ограничения на применения небесного фантазма.

-Тацит. Я рад что ты тоже со мной.

-Каковы мои задачи? — Технодесантник не планировал вести беседы о прошлом, вместо этого сосредоточившись на настоящем. А оно не предвещало ничего хорошего, особенно если тратить время на пустую болтовню. Так мыслил один из старейших легионеров Детей Императора.

-Хм… В портовом районе есть заброшенный склад. Можешь обустроить там мастерскую. Пока обойдись своими силами, позже я предоставлю дополнительные ресурсы. Твоей главной задачей будет создание снаряжения, как можно более мощного, в приоритете широкополосная вокс-станция. И еще, подключись к информационным системам города. — Фулгрим даже не спрашивал справится ли он. Его броня, сама по себе была многофункциональным инструментом. Нужно было лишь время и ресурсы. А о взломе примитивных систем защиты и думать нечего.

-Принято. — Немногословный астартес, не тратя время, перешел в духовную форму и направился туда куда указал его примарх.

-Духовная форма… не думал что вы способны на это.

-Как я понял, мы такие же призванные духи как и вы, лишь не обладаем фантазмами. В остальном, ни я, ни Тацит, не уступаем тем кого вы уже встретили. — Фигура Вергилия вдруг начала источать угрозу, направленную в никуда. — И я клянусь своим именем, что принесу вам голову того пса, посмевшего пронзить ваше сердце. — Рычащие нотки в тоне гвардейца выдавали гнев, кипящий в нем. — А тот зверь… когда я его встречу, буду убивать пока от его тела ничего не останется.

-Ха, вижу ты рвешься в бой, друг мой. Но с ним пока не стоит торопится, наши приоритетные задачи это устранение Кастера и Ассасина. А их еще нужно найти.

-Как скажете, мой лорд. — От одного слова примарха, его верный слуга подавил гнев. Приказы Феникса обладают наивысшим приоритетом.

-Ты должен будешь обеспечить охрану Рин и Широ. Они самое слабое звено в нашем… воинстве. — Да, это звучит скорее как издевка.

-…Я выполню вашу волю, мой лорд но… разве этим не может заняться король Артур? — Получить приказ на охрану кого то, означает что он будет в стороне от сражений, и даже те которые сами придут к нему, стоит избегать. Все ради безопасности подопечных.

-Артурия не уступит тебе в прямом столкновении, но фантазм делает ее боевой потенциал выше твоего. — Когда Фулгрим закончил, он увидел что гордо расправленные плечи гвардейца Феникса чуть поникли. Похоже, осознание этой правды тяжело далось его гордости. — Защита той кто удерживает меня в этом мире, можно считать защитой моего существования. Расценивай это так.

-Есть! — Вновь удар древка. Такая формулировка определенно больше понравилась Вергилию. Фулгрим, порой находил желание своей гвардии вечно охранять его… излишне рьяным.

-Тогда отправляйся немедленно.

Еще раз поклонившись, астартес перешел в духовную форму и на большой скорости понесся в поместье Эмии. А сам Фулгрим, подумал что стоило подробнее объяснить своему легионеру как вести диалог с его обитателями. Ну да ладно, Вергилий знал что они союзники, потому не станет нападать. Артурия тоже поймет что гвардеец связан с примархом по геральдике на броне. Все должно обойтись. «Надеюсь…».

А сейчас, нужно пробежаться по городу. Ночь время войны, потому другие слуги также могли выйти на разведку. Может удастся выбить хотя бы одного. С этими мыслями, Фулгрим ринулся в Мияму. Начать стоит с окрестностей вокруг академии Хомурахара. Ведь именно там был встречен Кухулин.

Феникс двигался на огромной скорости и вскоре пересек реку Мион. А на той крыше на которой он стоял, начали собираться частицы сиреневого света. Миг спустя, они преобразовались в прекрасную, белокурую деву. Она смотрела своими сверкающими глазами в сторону куда ушел Фулгрим. И на ее устах играла ласковая улыбка.

-Ты наконец сумел найти в себе силы побороть страх, мой милый примарх. Значит… — Между словами, послышался звонкий смешок. — Осталось сделать так чтобы ты перестал видеть во мне врага. Хмм… хмм… О, идея! — Теперь, девушка захихикала еще сильнее.

-Да, это может сработать. Правда эти его детишки и та дрянная мечница могут спутать планы. Может просто избавиться от них? — В задумчивости, темная госпожа приложила изящный пальчик к губам. На них будто еще чувствовался вкус, оставшийся после ее возлюбленного чемпиона. — Нет, пока не стоит. Это просто все осложнит. Ах, ну почему ты нравишся мне сильнее всего только тогда когда остаешься собой?! Глупый Фулгрим…

Пусть примарх третьего легиона был в ее распоряжении тысячелетиями, но это всего лишь искаженная пародия на истинного Феникса. Все его черты характера и предпочтения раздуты так сильно, что делают его уже не им. Та утонченность, изящество мыслей и действий совершенно не присущи демону-принцу. Да и все что он делал, это развлекался в своем мире. Это конечно неплохо, но, в первую очередь, Фулгрим полюбился деве за свою тягу к совершенству. А этот змееныш стал считать что достиг конца этого пути, после обретения демоничества. Стагнацию и энтропию любит Нургл. Темный принц же, предпочитает движение.

-Мы будем вместе Фулгрим. Просто подожди еще немного, Хи-хи-хи. — И лишь эхо смеха давало понять что на крыше кто то был секунду назад. Смеха одного из темных богов.

Глава 9

Ближе к утру, тучи окончательно рассеялись, открыв путь багровому свету зари. Воскресение, последний выходной день, за которым последует очередная трудовая неделя с опостылевшей всем рутиной. Большинство жителей города еще спали, и лишь единицы могли видеть столь редкую картину для себя. Все же просыпаться до рассвета способны немногие, и даже если случается так, как правило, не остается времени на любование.

Уже немолодой мужчина сидел в парке, за столиком для шахмат. Они располагались тут для тех кто хочет поиграть в игру королей на свежем воздухе. Только вот, этот воздух был не так приятен, как должен быть. Парк Фуюки уже десять лет почти всегда пустовал. Он появился после большого пожара, забравшего пять сотен жизней. До сих пор, об этом напоминал монумент у входа. Мало кто видел его, ведь место гибели многих людей навевало неприятное чувство. Нечто темное, нечто… злое.

Однако этот старик, с естественным прищуром рассматривал фигуры на доске. Непонятно что он делал здесь в такой час, вдобавок один. Быть может просто размышлял о своем, там где ему никто не помешает. Или, наоборот, ждал кого то. Истиной оказалось второе, ведь к нему уже направлялся столь же высокий мужчина, обладающий блестящими платиновыми волосами, зачесанными набок, так что правая часть головы была открыта. Несколько тонких кос, сплетенных из металлически блестящих локонов, удерживали утонченную прическу.

Остановившись неподалеку, владелец пурпурных глаз всмотрелся в необычного старика, обладающего крепким телосложением. Последнему стало даже не по себе от пристального взгляда. Эти сверкающие благородным цветом зрачки, будто видели насквозь. Каждое движение мимических мышц, каждых вздох и даже биение сердца. Именно последнее заставило примарха обратить внимание на необычного человека, что одиноко сидел в безлюдном парке. Медленным шагом, молодо выглядящий мужчина приблизился к старику.

-В чем дело молодой человек, вам что то от меня нужно? - Голосом повидавшего многое, заговорил сидящий, нарушив неестественную тишину. Подошедший, не ответив, присел на свободный стул и всмотрелся в шахматную доску. Фигуры на ней были выставлены в начальном построении. Сражение на поле еще не началось, что решил исправить платиноволосый. Он начал с одной из пешек, ознаменовав противостояние разумов.

Седой человек перевел взгляд на доску, и ухмыльнулся. Рука пришла в движение и так же сдвинула пешку. В течении следующих минут дуэлянты, без слов обменивались невидимыми ударами, как и пристало мастерам тактики. Сделавший ход первым избрал метод точного и расчетливого командира. Он разил без промаха, каждым движением не оставляя путей к отступлению, все больше загоняя в угол противника. А оный предпочитал использовать уловки и обманные ходы. Даже оппоненту было непросто понять намерения старика, однако ему удавалось это. И удавалось без единого исключения.

-Хорошая игра - шахматы. Она учит мыслить как настоящий полководец и предугадывать мысли противника. - Примарх, помедлив с ответом, исподлобья посмотрел на говорившего.

-Она учит как бороться на равных условиях, по определенным правилам. На войне этого не случается никогда. Такое мышление приведет лишь к гибели. - Опровержение было подкреплено жесткой атакой, загнавшей в угол противника. Но тот ловко ушел, перевернув ход сражения. И теперь уже Фулгрим был на грани поражения.

-Ха-ха, может ты и прав, юноша, однако такие слова слишком громкие для кого то с твоими навыками. - Примарх отстранился, что было похоже на признание превосходства врага. Однако, не это заботило Феникса.

-Кто ты?

-Я? Я просто старик, которому нравится любоваться рассветом в таких местах. - Почти искренне непонимание отразилось на лице говорившего. Почти.

-Даже у старых людей, сердце бьется в разы чаще. - Холодный взгляд впился в седого мужчину. От чего он начал теребить свою короткую ухоженную бородку. А губы его изогнулись в ухмылке.

-Хо-хо, Неужели только поэтому ты решил подойти ко мне. Ну да ладно, я и не собирался скрываться. - Притворная доброжелательность пропала, оставив нагловатое выражение на морщинистом лице. - Я прибыл в этот город потому что ощутил пришествие чего то… неизвестного мне. И поверь на слово, такое случается реже чем восход солнца на западе.

-И что же ты собираешься предпринять? Попытаться избавиться от вторженца?

-Сперва, мне бы хотелось узнать, что это вообще такое. Оно явилось из настолько далеких мест, что даже я не бывал там. - Старик перехватил трость, приставленную к ножке стола, и переложил ее на колени. - А путешествовать я очень люблю.

-Тебе лучше не связываться с этой сущностью, если хочешь остаться в своем уме. - На что алоглазый громогласно рассмеялся.

-Ха-ха-ха, думаю мне уже давно не нужно беспокоится об этом. - Вытянутые зрачки странного человека, вперились в примарха. - А ты похоже знаешь что это, я прав?

-Лучше многих.

-Ну что ж, ладно. Полагаю придется самому разузнать чем опасен гость. Ты ведь не расскажешь? - Не столько спросил, сколько утвердил старик.

-С какой стати? Мне даже твое имя не известно. - На что седой мужчина аж подобрался и отвесил шутовской поклон, так и не встав с места.

-Ох, что же это мы, даже не представились друг другу. Я буду первым, если ты не против. - Он приложил руку к груди и глубоким голосом заговорил. - Пожалуй, можешь звать меня Кишуа, так будет проще.

-Фулгрим.

-Ты не многословен. И скрытен. Этому есть причина?

-А сам как думаешь? - Эти слова вновь вызвали приступ смеха.

-Да, да, действительно. У всех поступков есть причины и последствия. Жаль большинству дано лишь знание этого, но не понимание. - После этих слов, платиноволосый поднялся, напоследок сдвинув одну фигуру.

-Нет смысла говорить, если ни один из нас не станет раскрывать правду о себе. - Ноги мужчины понесли его в сторону выхода из парка. Однако, перед тем как скрыться, он в последний раз заговорил. - Тебе действительно лучше не связываться с этим существом. Не знаю кто ты, но оно опаснее всего с чем тебе приходилось сталкиваться.

Примарх ушел, его шаги не звучали по безмолвной округе, будто намекая на то что он уже не принадлежит этому миру. Он был подобен призраку, чем вызвал немалый интерес у до сих пор сидящего Кишуа.

-Какой интересный слуга в этой войне мне попался. Гордыни ему не занима…

Прервался алоглазый, когда обратил внимание на поле сражения. Та фигура, которую Фулгрим переместил последней, повторно обернула исход дуэли. Только вот, теперь старик не сможет уйти от поражения. Он понял что с самого начала, его соперник просто манипулировал им. Заставлял принять за несколько уступающего в мастерстве, что привело к якобы проигрышному положению. Однако, так и было задумано, и всего одним молниеносным движение, примарх одержал блистательную победу, играючи просчитывая ходы Кишуа, будто тот был ребенком. Именно такое впечатление сложилось у старого мага, когда он вспомнил ход игры, от начала до конца.

-Вот же… гаденыш.

****

Двери поместья Эмии как всегда были открыты. Пройдя через них, Фулгрим направился в гостинную, где находились все обитатели жилища, в том числе один новый. Как и каждое утро, Широ приготовил завтрак. Кулинарные навыки юноши были весьма высоки, потому он беспрестанно радовал тех кого угощал. Среди них была Рин и Артурия. Риланор, тихонько ел нарезанную рыбу, которую дал ему ответственный за его кормление. И лишь один незначительный факт делал момент отнюдь не идиллическим. Хотя незначительный, это довольно мягкая формулировка.

У стены, пурпурной статуей застыл Вергилий. Алебарда феникса была сложена на плече, ведь иначе пробила бы потолок. С ее остротой, даже в неактивном состоянии, это не составит труда. Багровые линзы шлема направлены точно на пару мастеров войны. И им обоим было решительно некомфортно от такой махины, в паре метров от них. Гвардеец воспринял волю своего владыки со всей серьезностью, даже излишней. Впрочем как всегда. Когда его примарх вошел в помещение, астартес незамедлительно поклонился, чем заставил вздрогнуть молодых людей. Все же, воин не шевелился всю ночь, с самого пришествия. Которое, к слову, было не слишком многословным. Только и удосужился сказать -”Мой примарх приказал защищать свою призывательницу и рыжего мальчишку.”

-Да неужели ты удосужился явится. Что, поглотила жизнь ночного города? И, дай угадаю, это один из твоих “сынов”? Уж не знаю как ты умудрился призвать его, но мог хоть предупредить! - Рин, от нервозности, была несколько не в духе, а потому не смогла сдержать колкость.

Ее слова никак не задели слугу, однако, тот кто служил уже ему, был иного мнения. Лезвие алебарды налилось энергетическим светом, а острие указало на девушку. Визоры брони опасно блеснули, после чего раздался гневный голос космодесантника.

-Наглая девка! Как ты сме… - Праведную тираду прервала поднятая рука Фулгрима. Вергилий незамедлительно выполнил безмолвный приказ, вернувшись в изначальное положение. Только Тосака, все равно чувствовала неприязнь от него. А неприязнь человека созданного для войны, и проведшего несколько столетий в самом ее горниле, это… страшно.

-Рин, ты подготовила материалы? - Спокойным тоном поинтересовался примарх.

-Они в моей комнате. Ты всерьез думаешь что у тебя что то получится?

Фулгрим не ответил, переведя взгляд на Артурию, что подошла к нему семенящими шажками. В ее изумрудных глазах стояло привычное спокойствие, только вот от мужчины не укрылось то что было скрыто на дне блестящих омутов. Он едва слышно посмеялся и аккуратно пригладил непослушный волосок. Тот с головой выдавал намерения хозяйки, чуть покачиваясь в нетерпении. Все же Арчера не было всю ночь, и чай давно закончился. Вопреки прецеденту, касающегося посягательства на непослушного жителя светлой макушки, Арти не стала доставать Экскалибур. Она, кажется, даже не заметила ласкового поглаживания.

-Вымогательница.

И спустя несколько минут, показавшихся девушке часами, в ее руках была чаша, что исходила паром. И вновь, вокруг любительницы чаепитий, образовалась мягкая, умиротворяющая атмосфера. За этим во все глаза наблюдал Вергилий. Пусть он видел взаимодействие его примарха с королевой, однако в живую все казалось слишком… просто слишком. Гвардеец предпочел откинуть мысли об этом.

-Рин. - Вновь подал голос Фулгрим. - У нас есть работа.

-Ладно, ладно. Может когда ты опростоволо… Кхм, идем уже. - Волшебница хотела выкинуть очередную остроту, только вот взметнувшаяся жажда крови умерила ее пыл. Скорее даже жажда разрушения. Глава Гвардии Феникса, все же был воином повидавшим многое. Очень многое.

Так мастер и слуга ушли, оставив троицу в некомфортной тишине. Для Широ по крайней мере. Он не мог расслабится, находясь в компании гиганта, двух с половиной метра ростом. А еще ему не давало покоя беспокойство о половицах. Веса в Вергилие было немало, два-три центнера точно. Дабы разбавить атмосферу, юноша предпринял попытку завязать разговор.

-Эм… может, присоединитесь к завтраку? - Вот только его проигнорировали, но на это у Эмии был ответ. Для любого стало очевидно почитание перед Фулгримом, и это стоит использовать. - Учитель Фулгрим не отказывал себе в трапезе.

А вот это сработало. Гвардеец, наконец зашевелился, чуть склонив голову в задумчивости. Теперь, когда ему напомнили что его примарх был не против поесть, и даже самостоятельно готовить, пренебрежение к теперешнему утреннему ритуалу показалось воину… пренебрежением к самому Фениксу!

-Хорошо. - Тяжелые шаги, заставили Широ вновь забеспокоится в устойчивости пола. Благо, тот не подвел. Сабатоны все же были весьма широкими, потому давление оказывалось не настолько сильное.

Вергилий аккуратно присел перед столом, который был ему маловат. Хотя с его размеров, все в этом доме ему мало. Удивительно грациозным движением, он сел на согнутые колени. Система синтетических мышц позволила поддерживать положение на которое броня не была рассчитана. Теперь, воин ждал когда хозяин предоставит ему порцию. Хотя толку от пищи такой калорийности не будет, но вкус никуда не денется. Когда астартес увидел перед собой тарелку с непривычной едой японской кухни, он снял шлем.

Под ним оказалось лицо, выдававшее родовитое происхождение. Правильные черты, ухоженный вид и застывшее выражение сосредоточенности. Еще примечательным был цвет волос и глаз. Платиновый и пурпурный, подобно Фулгриму. Взяв в бронированные кисти, крохотные для них палочки, уроженец благородных домов Терры принялся есть. Только вот, даже сейчас, атмосфера не изменилась. И Широ вновь попробовал разговорить космодесантника.

-А мы ведь так и не познакомились, мне зовут Эми…

-Мне известно кто ты. - Все это время, гвардеец смотрел глазами своего лорда, потому знал все что он видел. - Мой род зовется Анусоран. А имя данное при рождении - Вергилий. - Отдав дань уважения гостеприимству юноши, мужчина молча продолжил принимать пищу.

-А, вот как… - Широ вновь не знал как продолжить разговор, потому решил пошутить. - Прямо как в Божественной комеди…

-Не рекомендую упоминать это. - Гвардеец терпеть не мог когда его сравнивали с проводником Данте по кругам ада. Даже в тридцатом тысячелетии, этот шедевр литературы не пропал из памяти людей. И находилось немало умников что захотели показать свое остроумие. Им и в голову не приходило что они могут быть далеко не первыми кому довелось шутить на эту тему.

-Кхм… извините… - “Да что с ним не так?! И слова не вытянешь.”.

Благо, в этот момент в себя пришла Артурия. Этот чай, который готовит для нее Фулгрим, обладал каким то чарующим свойством. От него уходили все думы, и просто хотелось отдаться утонченному вкусу. Девушка и сама не понимала почему на нее так действует напиток. Широ и Рин так же пили его, и тем не менее, не испытывали подобного. Стоило бы поостеречься, но от него самочувствие королевы улучшилось, на пару с расположением духа. Потому она не беспокоилась по поводу возможной опасности.

-Вергилий, можешь рассказать о Фулгриме? - Арти была более сведуща в людях, потому понимала, для того чтобы разговорить кого то, нужно задать вопрос о том что ему нравится. А это слово было слишком мягким, для выражения того как воин относится к своему примарху.

-Он мой возлюбленный господин и тот кому я абсолютно предан. - Гвардеец даже не понял что его прочитали как мальчишку. Даром что он умудренный опытом астартес. Когда речь заходит о его лорде, гвардеец превращался в главного фаната примарха. Только плаката не хватает. Притом, так можно было сказать про многих легионеров третьего легиона.

-Он уже говорил мне что участвовал в некоем Великом крестовом походе. Не поведаешь поподробнее, что происходило в это время.

-Величайшее завоевание за всю историю человечества. Император вел нас в бой многие годы. Мне даже посчастливилось быть рядом с ним в нескольких сражениях. А потом мой примарх вернулся, и мы, уже Дети Императора, встали под стяг Феникса. То было прекрасное время. Легион возрождался под его руководством. Сперва, неся службу вместе с легионерами Лунных волков, а со временем, самостоятельно. - Широ осталось только восхищаться социальными навыками Сэйбер. Так разговорить этого молчуна было настоящим подвигом.

-А в чем заключалась ваша служба?

-Мы несли свет Имперских истин во тьму невежества. Приводили миры к согласию и возвращали их в лоно Империума. Бесчисленные планеты были покорены, как словом так и огнем. И столь же бесчисленные враги человечества пали под натиском Легиона Феникса. Наш владыка, своим примером, заставлял нас желать достичь совершенства. Приблизится к тому идеалу который он воплощал в себе.

-Но, в один момент что то случилось, верно? - Вот ради чего Артурия затеяла разговор. Ей было очень любопытно, какое прошлое тяготило Арчера.

-Верно, произошло… несчастье. - Лик, наполненный почитанием, изменился в миг. Очевидно, для Вергилия эта тема была так же неприятна как и для его отца. - Но я не смею говорить об этом без дозволения моего лорда.

-Да, я уже поняла что вам больно вспоминать об этом. В таком случае, расскажешь о Детях Императора? - И космодесантника вновь понесло. Даже Фулгрим удивился его разговорчивости, слушая из другой части поместья. Может ему не хватало возможности поделиться с кем то тем что он так ценит? В очередной раз, примарх убедился что ни его сыны, ни его братья не отличались от обычных людей эмоционально. “Может, отец тоже…”.

Повелитель человечества, порой совершал деяния, которые были непонятны никому. Одно только сожжение города воплощающего вершину веры и почитания Лоргара можно считать слишком жестоким. Пусть он шел против Имперских истин, но он воспитывался в религиозной среде и такое мировоззрение это закономерность. Фулгрим видел пикт-снимки того города. В каждом строении, в каждой статуе и иконе чувствовалась величайшая любовь к Императору. “Разве… нельзя было обойтись с ним мягче? Может, тогда все сложилось бы иначе…”. Именно это стало одной из причин предательства половины примархов. Пусть, он не мог предсказать подобное, потому его не в чем упрекать… но они его сыновья. Они называли его отцом, так почему, порой он поступал совсем не так как пристало родителю?

“Как бы я не восхищался им, я не настолько слеп чтобы не замечать ошибки. Похоже от них не защищен и величайший среди людей. Но если даже совершеннейший из совершенных, может быть неправ, разве это не значит… что совершенство заключается не в отсутствии изъянов?”.

Такие мысли, это то что ранее примарх гнал как можно дальше. Только вот сейчас он не тот что прежде. Его гордыня рассеялась как дым на ветру, потому он уже не мнит себя идеальным. И даже не ищет идеала. Как может быть предатель достоин его? Нет, он просто будет делать то что должен, и не поддастся сомнениям вновь. Только такой путь подходит тому кем стал нынешний Феникс.

****

-Сколько?!

-Двадцать шесть километров. Гордость Императора - вершина инженерной мысли человечества. Его орудия способны стирать континенты. - Вергилий, в данный момент рассказывал о флоте легиона. Это произвело впечатление на юного Эмию. Все же, мальчишки любят крутые игрушки, какими бы они ни были.

В проходе послышались шаги. Тосака и Фулгрим наконец закончили свои магические изыскания. Стоило только им войти в гостинную, как в глаза бросилось пустое выражение лица девушки. Она, без слов села за стол, и плюхнулась на него всем телом. Кажется, от нее даже послышались жалобные всхлипы. А взгляды всех скрестились на примархе, вошедшем следом.

-Компактный атомантический дуговой реактор и то сложнее чем мистерии здешних магов. - Теперь всем стало ясно что Арчер преуспел в оптимизации производства накопителей. И это нанесло критические повреждения по гордости Рин.

Фулгрим, хоть и не посвящал инженерии много времени, но считал необходимостью уметь производить обслуживание любой технике легиона, даже дредноута-контемптора. По поводу дредноутов, один из них, класса пушистый, решил перебраться с головы Артурии, на плечо примарха. Умный котенок, понимал что для него сделал Феникс, потому уже успел привязаться к нему. И это, вопреки тому что кормил его только Широ. Удивительное событие. Хотя златовласая ему тоже понравилась. От нее приятно пахло и она всегда теплая.

Погладив по макушке своего друга, Фулгрим посадил его на любимое место, и сам сел за стол. За ним уже становилось тесновато. А через минуту станет еще теснее. К дверям поместья подходил какой то человек. Жестом головы, примарх велел астартес перейти в духовную форму, все же он единственный не подходил под здешнюю эпоху. Вергилий сразу понял чего хочет его владыка. Теперь, очередной гость не придет в шок от величайшего воина человечества. Впрочем, поводов для удивления у нее хватит.

-Широ-о-о! Я пришла! - Диким вихрем в комнату ворвался опекун юноши и застал интереснейшую картину. В помещении находились еще трое, помимо Эмии.

Уже знакомый галантный мужчина, оказавшийся дядей Рин. На его прекрасном лице, как всегда блистала доброжелательная улыбка, а необычные глаза светились мягким светом. От его присутствия, Тайга даже не сразу заметила остальных. Очень красивую девушку, да еще и иностранку. Натуральная блондинка с зелеными глазами. Фуджимура считала себя довольно привлекательной, но идеальное лицо и белоснежная кожа, заставили ее усомниться в этом. Одна из ее учениц, племянница Фулгрима, Рин, почему то лежала лицом в стол. И посреди этого Широ, который напрочь забыл что к нему постоянно захаживает Тигр Фуюки. Вчера она не смогла прийти, из за каких то дел. А вот сегодня нанесла визит, довольно поздний, все же выходной.

-Ши… ро. А что тут происходит? - Тон ее был не слишком враждебен. Все же присутствие взрослого мужчины успокаивало мысли о недопустимости совместного проживания с девушками.

-А… Фуджи-не, это…

-Юный Эмия любезно позволил нам остаться у него, когда случайно узнал о вынужденной дезинсекции в доме Рин. - После этих слов, на лицо примарха наползло трагичное выражение. - Моя милая племянница, хоть и настоящая умница, но порой забывает об очень важных мелочах. Потому, в ее поместье завелись термиты. Ах, если бы я только мог раньше приехать и присмотреть за ней. Порой она такая растяпа, а ведь живет одна.

-О… О! Вот оно что, а я уж и не знала что думать, все же молодому парню вдруг приглашать к себе девушку своего возраста…

-Не беспокойтесь об этом мисс Фуджимура, я уже пресек непотребства, которые пытался сотворить юный Эмия. Разве я мог позволить ему повалить мою милую племянницу на пол и жадно пялиться на нее, пока она беззащитна?

-Понятно, понятно, как я и думала, на вас можно положиться мистер Фулгрим… Так, стоп… - Бедный парень, к его сожалению, умудренный опытом, уже закрыл уши.

-Широ, что ты собирался сотворить с Тосакой!!!

Глава 10

Рин вновь видела сон. Пламенеющие звезды, освещали множество миров. Среди них плыли колоссальные корабли. Каждый из них вызывал трепет одним видом. Мощь скрываемая в их несокрушимых корпусах, могла привести в ужас тех кто дерзнул пойти против их хозяев. На поверхности многих планет велись сражения. Воины, закованные в пурпурные доспехи, яростно сражали многочисленных врагов. Каждое движение, каждый шаг был отточен и выверен. Казалось ничто не могло противостоять воинству благородных слуг человечества, настолько естественными для них были небеса, что залиты огнем.

Девушка видела ее слугу. Арчер, Фулгрим шел в первых рядах, рассекая полчища уродливых существ. В другой миг, его Разящий Огонь срубил голову человека одетого в вычурные и безумно богатые одежды. Тихий шепот, пронесшийся через образы воспоминаний, дал понять кто это был. Жрец. Один из тех кто отравлял разумы людей ложью и предрассудками. И таких было много. Правители что видели в подданных лишь игрушки, безумцы, погрузившие умирающие миры в еще больший хаос. Все они подверглись праведному суду сына Повелителя человечества.

Она видела других примархов. Величественные. Дикие. Замкнутые. Все они были разными, но каждый шел в будущее под стягом их отца. Его лик так же предстал перед Тосакой. То золотое сияние вновь выжигало свой след в душе, даровало уверенность в том что путь, по которому идут верные слуги Его, истинный. А одна из картин прошлого, приводила в ужас. Целый мир горел, будто капля янтаря посреди темного космоса. Все его жители, которые смогли выиграть жалкие крохи времени перед смертью, дрожали. Пустая мольба о спасении, возносимая их идолам, не могла уберечь от очищения пламенем. То как называлось эта процедура, навсегда запомнится юной девушке. Уничтожение биосферы планеты. Экстерминатус. Перед тем как Рин почувствовала что просыпается, перед глазами встал лазурный шар. Мир покрытый океанами. Едва уловимый шепот, сообщил имя обители чуждой расы.

Лаэран.

Перед открывшимися глазами предстал не примечательный потолок. Деревянные своды поместья Эмии, уже не в первый раз стали убежищем для девушки. Она, пребывая в обыденном для себя состоянии, пошаркала в ванную. Времени было достаточно, потому ей его хватит для полноценного пробуждения. А другие обитатели дома сейчас были в додзё. Примарх решил что восемь часов сна это излишне для того кто хочет стать сильнее. По этой причине, юный Широ сейчас пытался избежать ударов гиганта, закованного в силовую броню. Тренировка по борьбе с превосходящим в размерах противником тоже не помешает.

-Слишком далеко отходишь! Для уклонения хватит и одного полушага! - Глава Гвардии Феникса, скупыми движения, задавал ритм действий ученика.

-Да откуда мне знать как ты ударишь?! Мне еще дорога моя голова!

-Оправдания!

Вергилий не видел отличий между тренировкой обычного человека и машин войны, называемых астартес. Потому не давал спуску. Для закрепления, он показал что контролирует силу в достаточной мере, чтобы не вызвать критических повреждений. От боли в черепе и шее это, правда, не спасло. А за, пусть будет дуэлью, наблюдали слуги этой войны.

Фулгрим и Артурия присели у стены, без слов смотря на идеалистичного юношу, который стремился воплотить свои идеалы в жизнь. Стоит отдать ему должное, он и не помышлял о том чтобы жаловаться. Что под ударами Вергилия, что под ударами его примарха. Последний, с легкой улыбкой смотрел на действо. Он вспоминал как проводил тренировки легиона, пока в том было всего две сотни его сынов. О, с каким рвением, те стремились к совершенству, словами не передать. Некоторых приходилось насильно уводить с плаца, иначе пришлось бы тащить их в апотекарион. Стоит понимать, насколько сложно довести до изнеможения космодесантника. А Дети Императора умудрялись выполнить эту непростую задачу

-Тебя тренировал мой лорд, потому со мной должно быть проще. Соберись, мальчик!

-Не скромничай, Вергилий, твое мастерство не уступает моему.

Бум.

Широ не веря смотрел на то, как его деревянный меч ударился о броню гвардейца. Подняв глаза выше, юноша обнаружил как Вергилий наконец отмер и сам видел то что посмел допустить. Непростительная халатность, застыть во время боя. И даже похвала примарха не повод это делать! Хотя его бы не осудил ни один из собратьев, напротив, поняли бы без слов. Спустя секунду, Эмия пожалел что сумел достать воина. Все же ему нужно было реабилитироваться в глазах Феникса.

-Твои сыны, очень почитают тебя… даже слишком. - Королева прекрасно знала каково это, быть объектом преувеличенного обожания.

-Знаю, знаю. Благо, таким… рвением отличаются в основном члены Гвардии Феникса. - И все же на устах продолжала играть улыбка. Фулгрим был рад что у него есть такие верные люди. - Не думал что это будет так и теперь… - Скорее мысля вслух, прошептал мужчина.

-Фулгрим… если ты хочешь выговориться, я выслушаю. - Артурия, в который раз заметила, как прошлое тяготит Арчера. Хотя сейчас, он не так сильно рефлексировал, как прежде. Неизвестно что произошло с ним прошлым вечером, но это пошло на пользу, однако не избавило от сожалений. К слову, девушка подозревала что причина изменений, лежала на плече примарха и тихо посапывала.

-...Тогда, ответь на вопрос… Мордред и Ланселот. Ты смогла бы их простить? - “Неужели он…”. Этим вопросом, примарх наконец дал понять что терзало его.

-Мне не нужно их прощать. - Фулгрим, в непонимании приподнял бровь, от того Артурия продолжила. - Это я была плохим королем и только на мне лежит вина. - Первые несколько секунд, мужчина просто удивленно моргал, а потом…

-Ха-ха-ха! - Он искренне рассмеялся. - Ты была плохим королем? Ты, вновь объединившая разрозненные провинции и отбившая саксонскую экспансию? В таком случае в истории Терры не было хороших королей.

Девушка, после сказанного примархом, просто молча смотрела на него. Эти слова… они отдавались приятным теплом в сердце. Теперь, она смогла понять… насколько ей хотелось услышать подобное, но…

-Это не имеет значения. Я подвела свой народ, не смогла стать той кто подарит им мирную жизнь.

-В таком случае, ты отчасти понимаешь что я чувствую. Не важны причины, значение имеют лишь итоги. - Фулгрим ободряюще улыбнулся Артурии. - Но знай, мое мнение остается прежним. - Слабая, едва заметная улыбка озарило лицо девушки, сделав его еще прекраснее.

-Спасибо, Фулгрим… Тогда и ты знай, что бы ты не сделал в прошлом, я уверена, никто не винит тебя в этом. Я бы не винила. - Ответом, была лишь ставшая кривоватой улыбка. “Если бы ты видела что я сделал со своими сынами, ты бы так не считала.”, думал примарх. И тем не менее, ему были очень приятна поддержка от той кто имеет похожие сожаления. Только тот кто понимает, может оказать настоящую поддержку.

А ведь раньше, примарх счел бы свое поведение непростительной слабостью. “Слабость - враг совершенства.”, сказал бы он. Мда, эта его погоня за идеалом несколько напоминает помешательство. Хотя причины для подобного были, но перебарщивать не стоит. Слабость - вечный спутник всех живых существ. Она принимает разные формы, от физического бессилия до глупости и гордыни. Жизнь каждого должна быть вечной борьбой со своими пороками. Ибо только возложив изъяны в горнило стремления, можно постичь истинное совершенство. Жаль что для понимания этого пришлось пройти через пучину тьмы и вернуться, неся отчаяние в сердце. Как и говорил примарх, когда вправлял мозги Широ, боль - словно волны точащие скалы. Она неумолима и неизбавима, но без нее не огранить свой дух.

****

Этим утром, завтрак готовил Фулгрим, потому как хозяину поместья нужно прийти в себя, а на это требовалось немного времени. На самом деле много, но кто ему такое позволит? Дружная и крайне разношерстная компания собралась за столом. Каждый вел себя по разному. Рин, боролась с не до конца ушедшей сонливостью, весьма успешно, к ее чести. Широ морщился от кучи ушибов и успевших проявится синяков. Артурия… ну тут и так понятно чем она занималась. Примарх держит слово. А самый необычный из сидящих за столом, Вергилий Анусоран, гордый слуга Феникса и Повелителя человечества, пытался унять нетерпение. Сейчас он испытает то чего не доводилось никому из легионеров Детей Императора. Он. Попробует. Еду. Приготовленную. Его. Лордом. Все с большой буквы.

-Прошу. - Наконец, тарелки с пищей оказались на столе. Широ порывался помочь, но увидев как Фулгрим двумя руками держит пять порций, успокоился. А еще, старался не смотреть на миску молока на голове примарха. Вергилий и вовсе отвернулся, не смея узреть подобное.

“Вот… черт.”, юный Эмия уже во второй раз подтверждает свои мысли. Когда Фулгрим угощал своей готовкой, у юноши были несколько другие переживания, но сейчас… “Он готовит лучше меня.”. Это больно ударило по самооценке. Даже Сакура, очень старательная и талантлива девушка, еще не превзошла Широ. И стоило вспомнить о ней, как в коридоре послышались тихие шаги. Кто то весьма легкий, шел к гостиной. Астартес, без приказа, дематериализовался. Вместе с тарелкой. А те кто мог слышать, поняли что он оказался в одном из пустых помещений и продолжил трапезу. Лишь бы посуду не съел.

-Сенпа…й. - И опять, постоянный гость в доме юноши, пришел в смятение.

-С-сакура, понимаешь, мы тут…

Молодая девушка, еще более юная чем Широ, с застывшей улыбкой взирала на четырех людей, двое из которых были незнакомы. Одно только спасло юношу от жестокой расправы, среди них был мужчина. Будь он только в компании девушек, реакция изменилась бы. Лавандовые глаза члена семейства Мато, вперились в единственного человека с черными волосами в комнате. Даром что это Япония. Рин, заметив взгляд, сама посмотрела на Сакуру.

-Понимаешь, Сакура, в моем доме начался внезапный ремонт. А Эмия случайно узнал об этом и сразу предложил пока пожить у него. - Теперь, младшая поняла в чем дело. Ее ни капли не удивило поведение Широ. Это же Широ. Только вот, непонятными остаются два незнакомца. Рин заметила, что кохай перевела взгляд на слуг и поспешила объяснится. - Это мой… дядя, он недавно приехал в гости. - “Чертов Фулгрим, теперь я вынуждена подыгрывать твоей лжи!”. Когда нибудь Рин отомстит. Как минимум, она надеется на это.

-Приятно познакомиться, Сакура. Наверное ты слышала обо мне. С этого дня, я буду вести занятия по этике. Фулгрим Ла Фениче, можно просто учитель Фулгрим. - Примарх был мастером располагать к себе людей посредством доброжелательной улыбки. И это не обошло стороной девушку.

-Ох…Да я слышала о вас. Приятно познакомится, Я Мато Сакура. Позаботьтесь обо мне, учитель Фулгрим. - Поклонилась эта кроткая юная леди. - А это… - взглядом указала она на Артурию.

-Арти Сэйбер. Она мой старый знакомый, а так же Эмии Кирицугу. Так совпало, что ей нужно было решить некоторые дела прошлого, но из того что его больше нет с нами, это стало невозможным. Пока она поживет здесь, все же перелет очень выматывает. Да и ей всегда хотелось посмотреть на страну восходящего солнца.

-Понятно. Приятно познакомится, Сэйбер. - Этот скромный тон давал понять характер девушки. Она явно предпочитала ладить с людьми. Только вот, рот Артурии был занят.

-Ей тоже приятно, Сакура. Ты ведь еще не завтракала? Присядь, на кухне еще осталась порция.

А Широ спокойно выдохнул. Пусть его взаимоотношение с Фулгримом сейчас сводилось к профилактическим избиениям, но за то что он сумел успокоить Фуджимуру и Сакуру, ему стоит вознести хвалу. Последнее еще ладно, но первое… Хотя ту подставу Широ не забудет, и неважно что примарх сам развеял недопонимание. Он ведь не говорил что Эмия намеренно упал на Тосаку. Кстати о Фуджи… Широ быстро встал, пошел на кухню и посмотрел через плечо Фулгрима, который накладывал завтрак для Сакуры. “Нам кранты.”. Больше не осталось. Если Тигра нечем накормить, то он будет есть их. Их нервные клетки, если быть точным.

****

-Сенпай. - Говорила Сакура, пока все шли в школу. Но Широ не слышал. - Сенпай! - Наконец дозвалась она до него.

-А, что такое Сакура?! - Вопреки тому что он говорил очень громко, это было не от удивления или подобного, нет. Просто он, кажется, оглох на одно ухо. Тайга была очень недовольна. Очень.

-У тебя все в порядке?

-Что ты говоришь?! Плохо слышно!

-Я говорю, у тебя все в порядке?!

-Что?! - Кажется досталось не одному уху.

А в нескольких шагах позади, тихо посмеивались остальные. Даже Артурия не смогла полностью сдерживаться, и ее плечи то и дело вздрагивали, от внутреннего смеха. А уж Фулгрим и Рин, не переставая “кашляли”. Настолько комично выглядела пара, беспрестанно оравшая друг на друга. Даже Вергилий, пребывавший в духовной форме, позабавился. Только Рин, между смехом, не могла отделаться от подозрения. Фулгрим же знал что Фуджимура приходит по утрам, да и про Сакуру тоже. Вчера, эта информация проскакивала в разговоре. Так почему порций было только шесть? Но от раздумий ее отвлекло зрелище впереди.

Сейчас, в понедельник, наконец пришло время занятий. Школьники уже шли в школу, как и должно для людей их возраста. И те из них, которые были на приветствии Фулгрима несколько дней назад, ждали с нетерпением. Только вот, факультатив будет проводиться только после основных занятий. Потому, Феникс мог провести эти часы как хотел. В школе ему делать по сути нечего, но ему никто не запретит там находится. Только нужно будет зайти к директору и поговорить по поводу помощника. Артурия тоже должна иметь возможность посещать школу. Труда это не составит, старичок так впечатлился речью примарха, что выдал ему зарплату за год вперед. Неизвестно, впал ли он в маразм или просто был решительно настроен “Создать тех людей которые поведут общество в будущее, неся свет морали и знания.”. Фулгрим не сильно старался когда убеждал его, но, видимо, надавил на самые тонкие струны души этого немолодого человека. Наверное, для него воспитание нового поколения было смыслом жизни, вот он и проникся. То что влияние примархов на человеческое сознание, порой, может напоминать гипноз, лучше забыть.

Путь всегда имеет конец, потому и дорога до академии кончилась. Мастера со слугами зашли на территорию учебного заведения. И опять, призванные герои вызвали ажиотаж. Их внешний вид и впечатление, производимое на окружающих, делали Фулгрима и Артурию центром внимания. Благо, Рин заранее подготовилась к этому, больше она не позволит своему слуге действовать ей на нервы. А тот, собственно, решительно этого добивался. Он слегка сменил имидж, заплетя свои длинные волосы в косу, доходящую до самых локтей. Еще и нацепил элегантные очки в тонкой оправе. А рядом с ним шел его “близнец”. Артурия, в добровольно-принудительном порядке, была подвергнута корректировке внешнего вида. Примарх распустил ей волосы и заплел их в такую же косу. И очки тоже где то достал. Образ подкрепляла одежда, которую ей принесла Тосака. Красивая белая блузка и элегантная в своей простоте, синяя юбка, плотно облегающая тонкую талию.

Первая половина дня прошла быстро. И сейчас, группа собралась на крыше, дабы пообедать. Примарх позаботился о наличии пищи на это время. И также предусмотрел что до запасов может добраться голодный Тигр, потому спрятал их еще с утра. Вчера, он убедился что аппетит Тайги не знает границ.

-Барьер пропал. - Заговорила Рин, стоило только всем закончить есть. Все же не хотелось отвлекаться от вкусной пищи.

-Слугу убили? - Фулгрим не рассчитывал на подобное. От Тацита не было сообщений, а он бы точно заметил сражение двух могучих героев. Сеть камер видеонаблюдения уже перешла под контроль технодесантника, и простой вокс-передатчик был передан для связи с примархом. Как и рассчитывал Арчер, гвардеец сумел адаптироваться к условиям этой эпохи.

-Мне то откуда знать? Но, как бы то ни было, это хорошие новости, ученикам больше ничего не угрожает.

Так и прошло обсуждение. Все же, информации было слишком мало чтобы делать хоть какие то выводы. А следом потянулись оставшиеся занятия. Никаких происшествий не было, лишь обыденная школьная жизнь. И наконец, настал час которого все долго ждали. В аудитории, которая была выделена для факультатива, собрались многие студенты. Весь класс Рин, как те кто лично слышал речь примарха, и немало других учеников. Вся школа знала что появился некий преподаватель, который “сделает их совершенными”. Все сидячие места были заняты, а у задней стены помещения стояли оставшиеся. Даже из коридора выглядывали множества пар глаз. А среди молодежи затесался учитель Кузуки, решивший проследить за порядком.

У доски стоял высокий, платиноволосый мужчина. Он, с доброжелательной улыбкой, осматривал забитую классную комнату. Примарха радовало рвение молодых людей. Даже Рин была одной из присутствующих, но ей пришлось. Образ старательной ученицы, созданный ею требовал присутствия на этом занятии. Хоть у нее и не было внеурочной деятельности, но этот факультатив являлся чуть ли не обязательным. Об этом тонко намекнул директор, передав свои слова через учителей. Впрочем, это было излишне. Все и так хотели узнать чему будет учить ее “любимый дядюшка”. - “Прямо влажная мечта школьницы.”, думала Рин, глядя на своего слугу. То что она тоже школьница, ей напомнить забыли.

-Что ж, пожалуй можно начать. Приветствую всех кто оказал мне честь и посетил мой урок. - Феникс заговорил спокойным тоном. - Но, сперва позвольте представить вам моего помощника. Учитель Арти. - Указал он на Артурию, стоявшую рядом. Ее стоический вид, сразу настраивал на серьезное отношение. Потому, даже те кто просто пришел за компанию, станут слушать более внимательно.

-Это первое занятие, потому мы начнем с самых основ. А именно, того что принято у всех народов земли. Кто нибудь может сказать что это?

-Этикет? - Сказал один из учеников.

-У каждого этноса он свой, потому ответ неверный.

-Брачные ритуалы? - Некая девушка, произнесла это, хотя понимала что неправа. Кажется эта была та же которая кричала что хочет такого же дядю как у Рин.

-Вновь нет.

-Привычка вытирать задниц...Ай! - Один из немногих, кто пришел просто ради того чтобы убить время, и в процессе поразвлечься, решил пошутить. О том что его юмор имеет прямую связь с тем о чем он шутит, ему сообщила Артурия. Бросив мелок точно в лоб.

-Такое отношение к занятию неприемлемо. Это недостойно мужчины. - Сказала воительница, всем видом излучая величие. Все же королева.

-А, да… простите, учитель Арти. - Каким то странно завороженным голосом проговорил этот парень. А его щеки слегка заалели. Похоже что у Артурии появился фанат.

-Правильный ответ - взаимопомощь. Каждый человек, с самого рождения слышит отовсюду что нужно помогать ближнему, однако далеко не каждый воспринимает всерьез эту прописную истину.

-Для того чтобы вам было проще понять что я хочу до вас донести, приведем пример. Представим ситуацию, в которой вы возвращаетесь домой затемно и слышите как в переулке группа людей пытается сотворить непотребства с некой девушкой. Каковы будут ваши действия? Эмия? - Взглядом указал Фулгрим на юношу. Он также присутствовал, ему почему то показалось что будет неосмотрительно пропускать мероприятие. Возможно, этому способствовало незримое присутствие Вергилия, который мог счесть это пренебрежением к своему примарху.

-Я? Ну, разумеется побегу на помощь. - Присутствующие ни капли не удивились такому ответу. Широ всегда помогал всем кто в этом нуждался.

-Неверно. Рюдо? - От очень неожиданной оценки, Рюдо Иссей, даже замешкался, но все же ответил.

-Я вызову полицию. - Закономерный ответ для приверженца правил и порядка.

-Тоже неверно. Мато? - Из двух людей с такой фамилией присутствующих здесь, Фулгрим указал взглядом на Синдзи. Он пришел сюда, только для того чтобы посмотреть на выскочку, про которого судачит вся школа. Его настроение сегодня, было гораздо хуже чем обычно, по неизвестной причине.

-Просто пройду мимо. На кой мне нужно встревать не в свое дело. - Пренебрежительный тон говорившего, вызвал у всех неприятное чувство. Все же, такая позиция не одобряется обществом, притом полностью заслуженно.

-Вот как… - Примарх медленным шагом направился к юноше. Он несколько занервничал от подобного. - В таком случае, ты не станешь ждать помощи в момент нужды? - Говорил мужчина, пристально глядя на него. И в пурпурных глазах уже не было того тепла, которое освещало окружающих.

-Д-да будто мне нужна помощь, я и сам могу справиться с чем угодно, в отличии от всяких слабаков. - Примарх кивнул с холодной улыбкой, а затем, едва уловимым движением схватил руку Синдзи и заломил ее ему за спину. Следом лицо впечаталось в деревянную поверхность парты. - Ты что творишь?! Ай, рука! Рука! - С каждым словом кости трещали все сильнее, а сустав грозился остаться пустым. С силой слуги, было просто выбить конечность. - Черт, да что вы все застыли?! Уберите от меня этого психа!

-Ты же сам говорил что можешь справиться со всем сам. Я жду. - Ледяной голос заставил Синдзи на миг забыть о боли и окунутся в пучину страха. Все чувства трубили что его хотят убить. Однако, за миг до того как наблюдавший Кузуки хотел пресечь происходящее, Фулгрим отпустил юношу. Безмолвно, он вернулся к учительскому столу и продолжил занятие. Но теперь, говорил с абсолютной серьезностью.

-Ответ Эмии был неверен, потому как бездумная помощь другим может окончиться трагично, как для него, так и для жертвы. - Примарх обвел взглядом шокированную толпу. Пусть им всем не нравился Мато, но такое не могло не привести в ступор. - Вы не принадлежите сами себе. У каждого есть люди которые испытают боль от вашей кончины, и даже если их нет, это не повод не ценить себя. Надежда на будущее есть всегда, поэтому нельзя забывать о том чего стоит ваша жизнь.

-Ответ Рюдо был неправильным потому что промедление могло стать причиной худшего развития событий. У вас нет морального права надеяться на помощь извне, когда вы сами должны оказать ее. И оказать немедленно.

-Ответ Мато неверен сам по себе, тут даже распинаться не стоит.

-Так как нужно поступить, спросите вы. Ответ лежит между первыми двумя. Ваша цель спасти нуждающегося, при этом не пострадать самим. Примените свои достоинства, то что вы умеете. Будь то сила, смекалка или хитрость. Однако, даже не помышляйте о том что бы сбежать. Бросив человека, вы оставите там то что позволяет вам называть себя людьми. Добродетель не просто слово, это путь по которому пристало идти каждому, пусть он и тернист. - Одна из учениц, которая успела прийти в себя, подняла руку. Это была Мицузури Аяко, девушка с сильным взглядом и живым умом.

-Учитель Фулгрим, я понимаю что вы хотите сказать, но это похоже на простой идеализм.

-Ты права это он и есть. Однако, идеалы это то что делает каждого из нас человеком. Откинувшие их становятся просто разумными зверьми. Но, предвещая ваш вопрос по поводу их достижимости, я отвечу сразу. Нет, идеалы недостижимы, это утопия к которой можно стремится вечно, и вечно видеть лишь издалека. Тем не менее, не стоит опускать руки, ведь они даны не для того чтобы их достигать. Они дают лишь дорогу. Но путь по которому вы должны идти, приносит результат не только в конце. Он даст вам многое, и может забрать столько же. Какими бы не были плоды ваших трудов, они ценны только потому что вы не сошли с пути к истине. Пути к совершенству. Он слишком велик, чтобы пройти его до конца, но тем он и прекрасен. Ведь предела ему нет.

Глава 11

Широ размышлял. Та речь, сказанная Фулгримом заставила его задуматься о своем мировоззрении. Идеалы, которые он нес, в память об отце, действительно были недостижимы, и юноша прекрасно это осознавал. Но, если смысл мечты не в том чтобы ее достичь, а в том чтобы сделать ее путеводной звездой, то почему примарх так отреагировал в день их первой тренировки? Буквально несколько часов назад, он говорил так, будто одобрял путь избранный Эмией. Значит дело в том какие идеалы Феникс увидел в душе Широ. И они пришлись ему не по нраву. Он говорил что желание просто спасать людей это глупость. Говорил что он умрет, а мир останется прежним. Говорил что нужно не избавлять от боли, а учить преодолевать ее самостоятельно.

И, тем не менее, само спасение, по словам Фулгрима, это моральный долг каждого. Он убеждал, что бросив человека на произвол судьбы, значит бросить то что дарует право называться человеком. Как понял юноша, этим чем то было умение ценить жизнь. Как свою так и чужую. “А ведь действительно, разве я подумал бы о себе, если бы увидел кого то кому нужна помощь?”. Широ был не уверен в этом. Тот пожар, десять лет назад оставил на его душе широкие шрамы. Он долгое время винил себя в том что не стал даже думать о помощи жертвам пламени. Долгое время винил себя в том что выжил один единственный. Кирицугу говорил что это называется синдром выжившего, когда человек не может перестать думать что не заслужил выжить, в том событии где умерли остальные.

Но, если спасение других, не может быть идеалом, то какой стоит избрать? Это ведь мечта Кирицугу, так как можно с легкостью ее отвергнуть? Просто наплевать на обещание данное ему, то которое даровало ему долгожданный покой, прямо перед смертью. Широ отчетливо помнит улыбку своего отца. Она была такой яркой, такой теплой. Широ, в который раз думал что и сам хочет улыбнуться так же. Он может размышлять об этом сколько угодно, но так и не придет к каким то выводам. Сейчас, он знал только одно. Спасение чужой жизни не может быть неправильным. А каким путем ему нужно будет идти, покажет время.

Кстати о нем, часы уже показывают семь вечера, а значит школа пустует. Пора выдвигаться на разведку. Мастера и слуги, коротали время на крыше. Арчер, по какому то устройству обменивался данными с неизвестным. Некто по имени Тацит. По содержанию разговора, можно было понять что в городе не происходило странных происшествий, помимо пары внезапных приступов массового впадения в кому. Еще, Фулгрим похвалил, по видимому, своего гвардейца за успешное изготовление какого то мельта-заряда. Широ не знал что это, только подозревал что оружие.

Мастера решили вновь осмотреть школу, ведь барьер, который внезапно исчез, мог оказаться замаскирован и лишь ждал своего часа. За ними, исполняя приказ, двигался Вергилий. А Сэйбер и Фулгрим, начали прочесывать окрестности. Примарх не нашел ничего подозрительного позапрошлой ночью, но это могло измениться за прошедшее время. Сейчас, он находился в лесу, близ академии. Это прекрасное место для сокрытия, и даже днем здесь можно было устроить бой, не боясь обнаружения. Артурия обыскивала другой район, сейчас у нее достаточно сил что бы схлестнутся с кем угодно и уцелеть. По ее словам, даже Геракл не сможет так легко ее победить, как в прошлый раз.

Высокие деревья нависали над фигурой примарха. Он не спеша шел по широким тропам, ожидая встречи. Что то подсказывало ему, именно здесь произойдет столкновение со слугой. В стороне послышался едва заметный шорох. Примарх резко перевел взгляд по направлению звука. Однако, ничего не было видно. Лес все также сохраняет безмолвие, и лишь слабый ветер шевелил кроны.

В следующий миг, шорох послышался уже сверху. А за ним последовал свист рассекаемого воздуха. Не тратя время на визуальное ознакомление с подарком, Фулгрим сдвинулся, и ощутил как по коже прошел резкий ветер. В землю оказались воткнуты необычные кинжалы, имеющие гвоздообразную форму. И даже так, это оружие было красиво. В следующий миг, на их навершиях материализовались цепи, что со звоном вернули оружие к хозяину.

Примарх перевел взгляд на противника. Тот предпочел сохранять дистанцию, оставшись на ветви крупного дерева. Вернее, Та. Это была девушка, невероятной красоты. Необычные волосы, мягкого фиолетового оттенка, ниспадали на ее зрелое тело. На таком любой мужчина захотел бы задержать взгляд. Вот только… “Что за срамота?”. Фулгрим поразился тому насколько распущенной была одежда слуги, пока неизвестного класса. Да у Слаанеш вид был более пристойный. Платье, очень плотно облегало кожу, демонстрируя все без остатка, а подол его кончался у самого начала бедра. А уж декольте, и вовсе открывало больше чем закрывало. Разве такой внешний вид достоин героя древности?

-Ты бы хоть прикрылась женщина. Уверяю, соблазнение на меня не подействует. - Слова примарха не получили ответной реакции. Лишь голова наклонилась в легком недоумении. - Ладно, забудь. Барьер вокруг академии ведь твоих рук дело, зачем ты его сняла?

И вновь вопросы проигнорировали. Эта слуга, явно не была болтлива, подобно Сетанте. Вместо этого, она молниеносно поскакала по деревьям. Видимо поняла что даже застав врасплох, примарха не удастся задеть. Потому сменила тактику, решив запутать. Мысли Фулгрима подтвердились и с разных направлений полетели эти ее гвозди. Вот только, против того кто мог по звуку определить точное направление атаки, это бесполезно. Каждый выпад отражался. Будто непреодолимая стена между телом противника и оружием женщины. Она поняла это спустя тридцать секунд, и пошла на сближение. В миг когда Фулгрим был занят отражением очередного броска, слуга возникла за спиной и рывком вернула себе оружие.

Скорость противника была велика, потому, даже примарх не мог сразу изменить свое положение. За что поплатился пронзенным животом. Только вот, этого он и хотел. Сразу было понятно что ему не угнаться за ней, значит нужно просто притвориться что ему нечего противопоставить. И теперь, эта особа на расстоянии вытянутой руки. Разящий огонь тут же материализовался в оной, и резким взмахом оставил глубокую рану в груди женщины. Если бы не ее скорость, то на землю уже упали бы две ее половинки. Она отскочила настолько далеко, насколько могла и припала к земле, силясь унять боль от обжигающего лезвия. На ее безэмоциональном лице, впервые проявилось что то.

А на лице примарха появилась дерзкая ухмылка. С ней, он и ринулся в бой. Разрывая воздух перед собой, он в миг настиг врага, что так и не пришел в себя. Женщина, едва уклонилась от клинка сулящего гибель, но это был лишь первый взмах. За ним последовало множество других. Каждый был выверенным и смертоносным. Он будто чувствовал как она собиралась поступить и тут же пресекал попытки. В один миг, она заметила что улыбка пропала с лица мужчины, оставив только скуку. Ее беспомощность утомляла. Напоследок, сильным ударом кулака в грудь примарх откинул женщину в ствол дерева за спиной. Кровь обагрила его костяшки и начала неспешно стекать под действием силы тяжести. Но пара капель, не упала на землю. Они оказались на языке Фулгрима.

Сперва, его лицо застыло, но потом, от него стали доносится странные звуки. Он опустил голову, поэтому нельзя было понять что происходит. В один миг, он прикрыл рот свободной ладонью, а другой рукой придерживал себя за живот, не обращая внимания на меч, который так и не выпустил. Но, как бы ни была сильна выдержка Феникса, всему есть предел. И вот, едва сдерживаемый смех, вырвался наружу. Примарх хохотал, как никогда. На глазах даже выступили капельки слез. А та, кто вызвал приступ веселья, непонимающе смотрела на мужчину, через повязку закрывающую глаза. В один момент, это стало… злить.

-Что смешного? - Спокойный голос этой особы, наконец вернул примарха в равновесие. Он открыл лицо, и с весельем посмотрел на ту что прозвали Горгоной.

-Не принимай на свой счет… Просто… В прошлом я дал своему брату прозвище Горгон, за то что любая красота была ему чужда. Но… теперь это обретает совсем иное значение, Ха-ха-ха! - Феррус наверное тоже оценил бы иронию. - Не ожидал что Медуза Горгона будет столь прелестна, только одежду тебе стоит сменить на что то более пристойное.

-Как ты узнал кто я? - Голос все так же не содержал ничего кроме безразличия.

-Кровь живых существ содержит память ее носителей.

И только дав ответ на вопрос, Феникс вновь устремился в атаку. В этот раз, Медуза не стала атаковать в ответ. Нет, она направилась в противоположное направление. Меч в руках врага, дал ей ложное представление об его классе. За ошибку в суждении, она и поплатилась. Сгусток лазурного огня, на высокой скорости пролетел в паре сантиметров над головой. Если бы не инстинкты, выстрел бы попал точно в цель. И теперь, началась погоня за Горгоной. Скорость Арчера уступала ей, однако, ему без труда удавалось помешать ей набрать полный ход. Плазменные заряды, обжигали даже не касаясь тела. По одному этому было понятно, насколько опасно оружие врага.

С ветвей на землю. С земли на деревья. Два слуги неслись через лесную чащу. Платиноволосый стремительно нагонял Горгону, однако та не давалась. В один момент, подгадав время, она резко дернула на себя невидимые цепи, и примарх ощутил как в его груди будто появились призрачные крюки. Звон незримых цепей донесся до ушей, и тело устремилось в даль. На высокой скорости, Фулгрим летел прямо на острия кинжалов. Такого он не ожидал, все же он не привык сражаться с обитателями этого мира. Впрочем, это последний раз когда его удалось подловить на подобном трюке, ибо обучаемость сына Императора невероятно высока.

Примарх, не растерявшись, подготовил в руке Разящий огонь. Пылающее лезвие уже готовилось вкусить кровь врага, но тот не спешил давать возможность для противодействия. Медуза не смела недооценивать странного слугу, потому задействовала один из козырей. Повязка на глазах спала, явив миру необычные, прямоугольные зрачки. Они тут же засияли, выдав намерения магии сокрытой в них. Фулгрим сразу понял что собирается сделать Горгона, и закрыл свои глаза лезвием клинка. Но, следом ощутил как его тело тяжелеет. Похоже легенда оказалась не до конца точной.

Медуза, резким движением, изменила направление полета врага, впечатав его в землю. От силы удара, тело на миг перестало слушаться. При обычных обстоятельствах, восстановление не заняло бы и секунды, но эффект глаз окаменения сыграл роль. Пусть скорость слуги и не упала критически, но против настолько быстрого врага этого было решительно недостаточно. Женщина, едва уловимым движением, зашла за спину к Фулгриму и сделала неожиданное.

То что он не обращался в камень, указывало на высокое сопротивление магии. Потому, пришлось изменить планы и воспользоваться другим методом подавления. Острые клыки вонзились в шею примарха, от чего он полу-удивленно, полу-гневно вскрикнул. Кровь сына Императора потекла по устам Медузы и ее вкус показался ей лучше всего что она пробовала. Такая насыщенность праной большая редкость даже для слуг. Несколько долгих секунд, женщина нависала над мужчиной, вытягивая энергию.

-Что ты себе позволяешь, наглая женщина?! - С громогласным криком, примарх взмахнул клинком, крепко зажатым в руке. И, пусть никто не заметил, но несколько языков пламени окрасились в серебренный.

Из за того что Фулгрим был ослаблен, удар был не настолько быстрым. Медуза без труда уклонилось. А сам Феникс поднялся на ноги и пронзал врага взглядом. Ему надоели эти пляски. Достав небольшой коробок, матового черного цвета, он поднес его к уху.

-Вергилий, предупреди Рин чтобы готовила камни. - С другого конца донеслось “Как прикажете, мой лорд.”. И наконец, ничто не мешало начать биться всерьез.

В этот миг, Медуза ощутила сильное опасение. Инстинкты трубили что сейчас случится нечто опасное. Так и произошло. Все тело примарха окутал платиновый огонь, подобный его блестящим локонам. И миг спустя, из него вышел уже истинный примарх. Высокая фигура, ростом превосходящая противника в два раза, устремила взгляд на Горгону. Аметистовая броня, одним видом говорила о своей несокрушимости, а знакомый клинок теперь длинной был под стать владельцу. Гигант сделал шаг в сторону противника. Взметнувшееся лезвие рассекло воздух и вызвало бушующий шторм, разметавший листья. Стволы деревьев покачнулись, будто устрашась мощи Феникса.

Медуза едва успела сделать рывок в сторону. Краем глаза она увидела что могло случиться с ней, попади враг. Волна пламени сорвалась с клинка, обратив в прах все на своем пути. Широкая, пятнадцатиметровая просека образовалась между деревьев. А те из них что стояли дальше - обуглились. Горгона сразу поняла, противник оказался сильнее чем казалось. Истинная форма, как думалось женщине, поражала своей мощью. И он еще даже не задействовал фантазм. Значит, лучшим выходом будет бегство.

Глаза вновь засияли и губительная магия вновь накрыла тело примарха, но в этот раз оказалась бессильна. Душа, что раскрыла всю свою силу, не позволила воздействовать на себя извне. Фулгрим на это лишь ухмыльнулся. Кажется знаменитый взгляд превращающий в камень уступал гению Императора человечества, творца его тела. Когда примарх уже хотел вновь атаковать, он ощутил приближение нового слуги. “Кажется пес явился за добавкой.”, думал Фулгрим когда смотрел на материализовавшегося на ветке Кухулина.

-... Ну ты и громадный… - Лансер выпучил глаза на примарха. Колоссальная фигура не оставляла сомнений в своей силе. - Чем тебя кормили то?

-Подойди ближе и Разящий огонь шепнет тебе на ушко. - Фулгрим прекрасно помнил что посмел сделать этот синеволосый и наконец пришло время поквитаться. Если трусливый мастер Сетанты не отзовет его как в прошлый раз, будет сложно гнаться за ним, пока за спиной стоит Медуза.

-Мда, ну и шутки у тебя. - Тут Лансер, в чьих глазах не было ни грамма страха, оскалился. - Кстати, твой взгляд изменился. Неужели вспомнил что значит быть настоящим воином? Не отвечай, я вижу это. - А оскал только ширился. Весь вид Лансера говорил что он уже предвкушает славную битву.

Пока Арчер и Лансер переговаривались, Медуза увидела отличную возможность покинуть поле брани. Она не была уверена что сможет одолеть примарха. Да и мастер дал приказ возвращаться, слуга сделала достаточно. Резким рывком, женщина начала двигаться. Только вот, это заметил Фулгрим и тут же поспешил наперерез. В этой форме он не уступал ей в скорости.

-Э, нет. Она свое получила, моя очередь играть! - Слова сопровождались копьем, воткнувшимся в землю на пути. - Давай же, раз уж вернул причину сражаться, покажи мне это! - Кровавое копье вновь оказалось в руках Лансера.

-Так и быть, Горгона подождет.

Оскал Лансера уже грозился разорвать ему щеки, хотя он бы даже не обратил на это внимания. На полной скорости, он набросился на врага словно гончая почуявшая кровь. Яростная атака была встречена широким взмахом, от которого пришлось срочно уклонятся. Пылающий меч вызывал марево в воздухе, Лансеру даже знать не хотелось насколько он горячий. Но от опасности, ему становилось только веселее.

****

Артурия спешила туда, куда ей указал Вергилий. Она недавно вернулась к мастерам, так ничего и не обнаружив, и тут же узнала что Фулгрим сейчас схлестнулся с противником. По виду Рин, можно было понять что Арчер разгулялся не на шутку. Хотя, на деле все не так плохо, просто проводимость тела не позволяла без усилий поглощать и передавать такие объемы энергии. Сейчас, когда создание накопителей стало в разы проще, все что потребуется Тосаке после битвы, так это отдохнуть пару часов.

Сейчас, королева бежала в лесную чащу. Если примарх решил что стоит задействовать все силы, значит враг оказался силен. Возможно это был Геракл, хотя в таком случае помощь не понадобится. На пути мелькали только деревья, ничего что могло быть следом битвы или ею самой, не было. Но, в один момент, чувства Сэйбер уловили присутствие вражеского слуги. Он передвигался в духовной форме, но это не стало препятствием для Артурии. Дабы не дать неизвестному слуге скрыться, она выпустила волну воздуха, что окутывал ее меч. Из дальнобойных атак, у нее был только молот короля ветров и небесный фантазм. Потому выбор очевиден.

Мощный поток сжатого воздуха накрыл невидимую фигуру, от чего та поспешила уклонится. Высокая женщина, что материализовалась на земле, на которую ее сбил удар, настороженно пригнулась. Она смотрела на Артурию, а та смотрела на нее.

-Слуга Сэйбер.

-... Райдер.

Перед тем как воительница начала бой, она отметила множественные раны на теле противника. Больше всего выделялся разрез на груди. Чистая кожа, обуглилась до черноты, хотя на ней все еще были кровоподтеки. Как будто по ожогу ударили с такой силой, что выдавили кровь. “Вот и нашлась та с кем схлестнулся Фулгрим.”. Только пламенный меч примарха мог оставить такие характерные следы.

Воздух разошелся перед Сэйбер, уступив дорогу ее телу. Широкий замах, на высокой скорости, был едва заблокирован Райдер. От силы удара, ноги женщины ушли в землю. А она сама, с трудом смогла перевести жесткий блок в парирование, и тут же понеслась в сторону. Артурия хотела бежать наперерез, однако…

-ААААА! - Мимо ее взора пронеслась синяя фигура и с грохотом впечаталась в дерево. Знакомый копьеносец так глубоко ушел в кору, что не выпадал даже на высоте в пару метров. - Тьфу… Да откуда в тебе столько дури?! - Сплюнул он кровь.

-Зарядку делал по утрам.

Мощный голос разнесся по всему лесу. А следом, из за деревьев показалась фигура великана. Его аметистовая броня не утратила блеска, не смотря на участие в битве. Удивительно легким шагом, он не спеша шел к побитой собаке, Лансеру то бишь. Когда взгляд Фулгрима задел Артурию, то ей был адресован легкий кивок. Примарх давно услышал что она близко. И крики Кухулина ему не помешали.

-Ну ладно, первый раунд за тобой. - Спрыгнул Лансер на землю, и увидел наконец присутствие мечницы. - О, и ты здесь. Подожди немного, сейчас я наваляю этой дылде и тебе внимание уделю… Да ты издеваешься! - Не спросил, но утвердил копейщик. - Опять, да когда ты дашь мне повеселиться?!

-Что, хозяин зовет и песик не смеет ослушаться? - Едкий комментарий вызвал вздувшуюся вену на лбу Кухулина.

-Да иди ты, тролль доморощенный! - И приняв духовную форму, унесся в даль. Его никто не преследовал. Артурия понимала что не поспеет за спринтером, а Фулгрим рассудил что тратить запас накопителей на этого пса не следует.

-... Разве я похож на тролля?

-Немного… Ой-ой-ой. - Запричитала Артурия когда примарх опустился на одно колено и дал ей легкий щелбан. Правда все равно чувствительный, все же кисти были закованы в адамантиум.

-Это был риторический вопрос… Ай! - А это уже девушка дала ему по лбу кулаком. То же весьма чувствительно.

-Ах так? - С праведным возгласом, примарх одной рукой поднял девушку за тонкую талию и посадил себе на плечо. - Будешь попугаем… И перестань дергать мне волосы.

-Вблизи ты еще больше. Все примархи такие?

-Нет, мои габариты одни из самых скромных.

-Хочешь сказать что все остальные толстые? - Фулгрим не сразу понял что сказала Артурия, а когда до него дошло, громко расхохотался, второй раз за день. Его забавляло то что люди этого мира не чувствовали ни капли почтения перед полубогами.

-В Империуме, за такие слова тебя бы сожгли на месте. - Все еще улыбаясь говорил “худой” примарх. А бедная девушка зажимала ушки с недовольной моськой. Голос сына Императора был чересчур громким.

-А в Камелоте, тебя бы повесили за неуважение к королю…

-Неужели? Надеюсь Его величество будет милостив к скромному примарху.

-...Так и быть, я тебя помилую. Ты знаешь чем меня отблагодарить.

-Ха-ха-ха, как будет угодно, ваше величество.

****

-Да где его носит? - Рин уже устала поддерживать стабильный поток праны. Хотя пару минут назад потребление сильно снизилось, видимо бой кончился. Только почему Арчер не перейдет в энергосберегающий режим?

-Мой примарх явится когда сочтет нужным, твоя задача снабжать его энергией, девчонка.

-Ты мне тут не верещи. Бой кончился, так какого лешего он не вернулся в изначальное состояние?!

-Да будет вам, не нужно ссорится. - Пытался примирить конфликтующих Широ.

-Тебе слова не давали!

-Помолчи, мальчик.

“Ну… хоть в этом они единодушны.”. Эмия зарекся успокаивать Рин или Вергилия. А уж когда они спорят, это и вовсе гиблое дело. Сейчас, трое стояли посреди леса, недалеко от его границы, и ждали прихода слуг. Через пару минут они наконец показались. В своей истинной форме, великан в пурпурном доспехе возвышался до нижних веток немаленьких деревьев. А на его плече сидела Сэйбер, казавшаяся ребенком, которого папочка решил покатать.

-Ты что решил ездовым пони заделаться, хватит тратить запасы камней, они не бесконечные!

-Девчонка, ты забыла что я тебе говорил минуту назад?!

-Оставь, Вергилий. Правда на ее стороне.

-Как прикажите, господин. - Гвардеец припал на колено, от вида подлинного великолепия своего примарха. Вновь увидеть его в истинной форме, оказалось еще более радостно чем он рассчитывал.

Фулгрим аккуратно снял “попугая” с плеча и наконец вернулся к прежнему виду. Чем вызвал облегчение Рин, все же затраты на поддержание этой туши, были немаленькими. А Вергилий испытал разочарование, от того что не смог подольше посмотреть на своего примарха.

-Ну, что ж, слуг меньше не стало, но теперь мы знаем кем является Райдер. Медуза Горгона. - От этого откровения гвардеец слегка дернулся. Одна из призванных, была той кто поделился своим именем с Владыкой Железных Рук. - Жаль что ты не видел эту очаровательную особу, Вергилий, ты бы оценил иронию.

“Очаровательную… особу? Неужели…”. Да, Анусоран захотел сам посмотреть на эту слугу. Если она действительно красива, то будет весьма иронично. “А разве, не получится что Феррус Манус прозван красавцем?”. Вот бы легионеры десятого удивились.

Глава 12

Ночной город навевал опасения. Жители, что давно слышали о странных происшествиях, не решались выходить на улицы залитые тьмой. В их глазах, в ней скрывался самый главный страх рода людского. Неизвестность. Она подавляла, она пугала. Сделать шаг в сторону неизведанного были способны считанные единицы среди людей. Но даже они рисковали сгинуть, ведь то что скрывалось там было… опасно. Именно оно настигло несчастных, которые опрометчиво откинули шепот инстинкта выживания. И теперь, они поплатились за свою беспечность.

В едва освещаемом переулке, бетонные стены высоток были залиты кровью. Свежей кровью. Еще несколько часов назад, она струилась по жилам, наполняя плоть биением жизни. А ныне, воздух полнился резким запахом железа. Сотворивший это был весьма жесток. Тела жертв - бесформенными грудами лежали на холодном камне и лишь отдаленно напоминали представителей доминирующего вида планеты. Лоскуты кожи, осколки костей и ошметки кровавого мяса, создавали впечатление что тела просто взорвалось. Однако, все это лежало слишком близко друг к другу, чтобы выдвигать подобные гипотезы. Людей целенаправленно рвали на части.

Гигант в пурпурной броне находился рядом. Он осматривал место происшествия с помощью продвинутого комплекса авточувств, встроенном в его модернизированную броню. Тацит пытался понять кто или что стоит за этим. Следов было ускользающе мало. Лишь несколько багровых контуров, указывающих на малый размер обуви единственного кто сумел уйти отсюда. И даже они быстро обрывались. Запах крови, которой он явно был обильно залит, обрывался в нескольких кварталах. Будто нечто имело возможность очищаться даже от малейших частичек этой жидкости.

Но самым жутким, по крайней мере для обывателя, стало бы то что для двух взрослых людей останки имели слишком малую массу. Наиболее вероятно то, что маньяк забрал трофеи, однако, в данный момент шла война между паранормальными людьми и призванными существами с самыми разными возможностями. Потому, технодесантник выдвинул предположение. Очевидно, части тел унесли, но возможно не как трофей, а как содержимое желудка.

На внутреннем дисплее шлема пронеслись записи камер видеонаблюдения. Одна была удачно расположена и позволяла рассмотреть тех кто заходил в переулок. Пара из непримечательных людей, будто в трансе, зашла сюда. А следом, некий размытый силуэт. Он был искажен темными миазмами, окутывающими тело. Все что удалось сделать, так это рассчитать примерные габариты, и они были невелики. Вкупе с размером обуви, можно предположить что это девушка или щуплый мужчина. Слишком мало данных. Анализ других камер в округе не выявил ничего, похоже убийца передвигался иными путями.

Завершив расследование, Тацит исчез словно призрак. Сейчас он не мог узнать кем был виновник смерти этих людей, значит следует продолжить наблюдение. Вполне возможно что это один из слуг, обладающий необычными пристрастиями или способностями. Вместе или порознь. Последним выводом, касаемо этого дела была необходимость доложить обо всем примарху. А следом, вернуться в мастерскую. Первый приоритет имел приказ Феникса по созданию вооружения. Материалы этой эпохи скудны, но с ними можно работать. Пара мельта-бомб уже были сконструированы. А они могут не оставить праха даже от призванных героев.

****

Незадолго до происшествия, союз слуг и мастеров находились на территории поместья. Произошедшая битва не создала каких либо проблем, потому не требовалось тратить время и силы на восстановление. Разве что, Рин была вынуждена вновь погрузиться в создание камней-накопителей. Примарх помог оптимизировать процесс, чем превзошел труд многих поколений семьи Тосака. Он за несколько часов разобрался в структуре магического круга и принципе запечатывания. Теперь, даже коэффициент полезного действия был почти максимальным, что позволяло свести потери к минимуму. Рин конечно была рада что стала обладательницей столь продвинутых мистерий, однако то что оных добилась не она или ее предки било по гордости.

Во время совместных изысканий, ей оставалось только дивиться тому насколько быстро и точно Фулгрим постигал искусство магусов. На любые затруднения он находил решения за доли секунды, будто уже знал как стоит поступить. Не без труда, но девушка признала что его слова об умственном превосходстве были не хвастовством. Про себя, разумеется. Заодно, ее слуга умудрился помочь начать разработку совершенно новой магии. Его знания в области естествознания и физики в частности, позволили ему сделать основу для воссоздания физического явления, называемого плазмой. Формирование сгустка ионизированного газа, обладающего колоссальным запасом энергии движения молекул. Его температура не уступала солнечным протуберанцам.

Правда, это была пока только задумка, но Рин уже убедилась в осуществимости подобного. Костяк магического плетения уже был готов, спасибо примарху, и следующим этапом было достижение достаточного понимания этого физического процесса. Все же для воссоздания чего бы то ни было, необходимо как можно лучше понимать как это что то происходит. Эпоха богов давно закончилась и маги не могут творить нечто, что не может существовать, только то что уже существует. А с приходом примарха в этот мир, с ним пришла и технология плазменного оружия. И вот, как только Тосака истощит запасы праны, она займется изучением большого пособия, написанного ее “консультантом”... очень большого. Это будет… больно, ведь чем меньше запас магии, тем больше дискомфорта ощущает маг. Но это мелочь, ведь изыскания и тяжелые тренировки уже привычны девушке. Потому, она была даже благодарна за помощь, все же ее слуга оправдывал титул данный ему на Кемосе - Просветитель, который Рин услышала во снах.

Сам примарх, находился в тренировочном зале. После вкусного ужина и ухода Сакуры, стоило потратить время с пользой. Фулгрим слышал как Рин мимоходом говорила что физическое тело слуг не может меняться, ведь является магической имитацией живой плоти, потому ей не ведомо развитие или деградация. Однако, в данный момент, примарх отметил что с ним это не работает. Пока Артурия спаррингуется с Широ, он занялся простенькой тренировкой. Для примарха простенькой. Пара дюжин камушков, разом подбрасывалась в воздух, и целью сего действа было изменить их траекторию. Для каждого. Деревянный меч с невероятной точностью двигался в пространстве, вызывая впечатление что у примарха несколько пар рук. Хоть его скорости было не достаточно что бы успеть ударить по каждой цели, ему удавалось достичь необходимого результата. Скользящими касаниями, оружие отправляло одни снаряды в другие, чем сокращало количество необходимых взмахов.

Именно здесь Фулгрим заметил, что та скорость, которую он демонстрировал при битве с Лансером и короткой стычке с Артурией, возросла. На ничтожные доли процента, но разум примарха позволил это увидеть. При том, он учел нынешнее состояние, вес оружия и иные факторы. Недолгие вычисления исходной величины скорости в этой формуле, показали что она действительно выросла. Этот факт наводил на мысль что Рин ошибалась, считая слуг статичными. Вкупе с чуть возросшей скоростью Артурии, которую подметил Фулгрим, когда задался этим вопросом, гипотеза лишь сильнее подтверждалась. Однако, примарх и сам изучил все материалы доступные его призывательнице, а они ясно давали понять устройство духовных тел призванных. Это уже полностью опровергало вышеупомянутую гипотезу, ведь сосуды были лишь отражением умерших людей, а оные не способны меняться.

Примарх слегка отвлекся от размышлений, когда увидел то что происходило в другой части помещения. А там творилось занимательное событие. Широ тренировался с Сэйбер, внутренне радуясь сему событию. В отличии от Фулгрима и Вергилия, она была именно учителем. Королева привыкла иметь дело с обычными людьми, а не живыми воплощениями войны, потому не требовала от юноши невозможного. Хоть ее сила не уступала астартес, ее стиль боя был мягче. Та жесткость, с которой привыкли сражаться воины человечества, не была ей присуща. Она была рыцарем, тем кто должен защищать простой люд, а не клинком погибели для врагов.

Тем не менее, мечница была грозным противником, заставляющей юношу выкладываться на полную, и в определенный момент он вновь вошел в то состояние полной концентрации. Будь на месте девушки Фулгрим, на это не потребовалось и пары минут, с его методами, но и сейчас Широ сумел достичь подобного. Разум откинул все лишнее, оставив в пределах внимания только два тела и два меча. Легкое волнение, присущее каждому кто не прошел через множество столкновений, ушло, движения стали точнее, а инстинкты юноши обострились. Боевой транс, если в двух словах. Даже Артурия поразилась тому насколько лучше начал сражаться ее оппонент.

Широ будто забыл то кем он был, в голове была лишь цель - поразить противника. И он делал все возможное для этого. Направление ударов все чаще и все ближе стремились к жизненно важным органам. Но ни один из них не мог достичь их. Это сподвигло сознание, наполнившееся прагматичностью, применять все что имелось в арсенале парня. Тело, за доли мгновения подверглось магии укрепления, выйдя за пределы человеческих возможностей. Древесина в руках, также укрепилась, уподобившись стали. Теперь, Артурия видела в Широ не зеленого юнца, а что то из себя представляющего врага. И даже так, ее оборона оставалась неприступной, а атаки нередко настигали тело Эмии. Но боль стала для него лишь сигналом оповещающем о возможном повреждении, при этом не причиняя неудобств.

Именно в этот момент, Фулгрим смотрел на спарринг. Для него стало очевидным проявление Истока юноши. Нечто, являющееся сутью души, вело его в этом бою. Ошибки в движениях почти пропали, оставив лишь те которые можно было исправить только длительной практикой. Вроде малой погрешности при уклонении, о которой говорил гвардеец Феникса в прошлую тренировку. Скорость все нарастала, Широ учился прямо на ходу, неосознанно исправляя недочеты, коих становилось исчезающе мало. Однако, он не мог делать то что ему неизвестно, потому его стиль стал скорее хорошо отточенными основами, нежели подлинным мастерством. Но и к нему он начал идти, что показал когда повторил несколько движений королевы.

Холод все больше заволакивал разум юноши, казалось даже свет с улицы померк, и лишь тьма сопровождала его врага. Да, врага. Враг должен быть устранен, а нынешнее оружие было недостаточно мощным для этого. Нужно было другое. Мимолетный осмотр окружения не дал приемлемых результатов, только бесполезные деревяшки. Если не было подходящего, значит нужно его создать. Из глубин разума показались два лезвия, которые могли помочь в нынешней битве. Одно из них, объятое плотным огнем было недостаточно четким, потому выбор пал на оставшееся. То которое он узрел во сне.

-”Что то не так…”, отметил примарх, когда увидел что Широ отбросил меч в момент когда это можно было сделать без последствий. Взгляд его глаз был излишне холоден. В нем вообще не было движения, и даже жизни. Только неумолимое стремление повергнуть врага. А когда в руках Эмии стал собираться синий свет, порожденный его магическими цепями, предчувствие заставило Фулгрима броситься на защиту Артурии. Она и сама поняла что происходит нечто необычное, но среагировала несколько позднее и не смогла бы защититься. Экскалибур не успевал появиться. Золотой клинок, уже был занесен.

Глаза королевы расширились, указывая на небывалый шок. Перед ее глазами было знакомое оружие. То с которым она долго сражалась в прошлом. Меч избрания, меч в камне который должен избрать достойного править. Калибурн. Искусно украшенное лезвие стремилось к Артурии. От удивления, она застыла на лишний миг, и даже ее скорости теперь не хватит. Шинай в руках не окажет сопротивления, а тело слуги вполне может ранить обычный маг, если будет обладать подобным орудием. Но на пути клинка, излучающего свет подобный солнцу, встал жар земных недр. Разящий огонь, нерушимым монолитом, остановил Калибурн.

-Что ты творишь? - Спокойным голосом проговорил Фулгрим когда не сильным взмахом откинул юношу. - И что это за оружие?

-... Калибурн. - Едва слышный шепот донесся до ушей примарха.

-Что?

-Это Калибурн, мой меч. - С каким то странным тоном сказала Артурия. Ее глаза неотрывно следили за прекрасным клинком в руках Широ.

А сам юноша, наконец пришел в себя. Он непонимающе моргал, глядя то на слуг перед ним, то на спроецированное оружие, зажатое в ладони. На грани сознания слышалось прекрасное пение, источаемое клинком. Пусть юноша и не был достоин быть королем, но он был связан с той кто уже владел символом власти таковых. Будь по иному, Широ не смог бы его воплотить, ведь он был концептуальным небесным фантазмом. Одним из нескольких мечей избрания.

-Эм… а что произошло? - Все еще не понимая случившееся, спросил Эмия.

-Ты хотел убить Арти.

-Я… что?! - Наконец воспоминания прояснились и Широ смог их осознать. Он действительно видел в Сэйбер врага. Все его немногочисленные мысли были направлены на ее устранение. Вдруг взгляд зацепился за то что было в руках. - А это…

-Ты материализовал его. Не ответишь как?

-... Самому бы знать.

-Где ты видел его, Широ? - Это сказала уже Артурия, которая никак не могла вернуть себе спокойствие духа.

-Где? А, точно, он мне приснился! - С видом прозревшего истину выпалил юноша.

-Приснился?

Тут разум примарха, резко пришел к интересным выводам. Между слугой и мастером образуется духовная связь, без которой невозможен обмен энергией. Они оба подстраиваются друг под друга, хоть и в большей мере мастера, ввиду меньшей силы. И в свете открывшейся информации становится понятно, что связь имеет и другие эффекты. Воспоминания слуг открываются призывателю, а значит… “Сколько успела увидеть Рин?”. От этой мысли примарха отвлек грохот падения. Широ завалился на пол, и его дыхание выдало потерю сознания. Похоже создание оружия подобной мощи вызвало истощение тела, неприспособленного к такому объему проводимой мощности.

Но, несмотря на бессознательное состояние владельца, меч не желал покидать этот мир. Хоть слуги и чувствовали как магия понемногу уходит из него, он продержится еще немало. Будто Калибур стремился озарить узревших его, своим великолепием. Фулгрим перенес парня ближе к стене и дал спокойно приходить в себя, пусть на это и потребуется некоторое время. А обернувшись, увидел как Артурия безмолвно смотрит на золотой клинок. Хоть внешне она была спокойна, но от примарха не укрылось смятение в ее изумрудных глазах. В их глубине скрывались сложные чувства, все же именно с этого артефакта начался ее путь как короля. И кончился он совсем не так как хотелось бы девушке.

-Если ты хочешь выговориться, я выслушаю. - С легкой улыбкой разорвал тишину примарх. Артурия вздрогнула и перевела взгляд на него. Мужчина смотрел с четко видимым участием. Он действительно хотел помочь.

-... Тогда ответь… Как ты думаешь, что случилось бы не вытащи я его из камня? - Разговор произошедший несколько дней назад повторился с зеркальной точностью, только теперь свои переживания выказала девушка.

-Артурия… неужели ты считаешь что недостойна его?

-... Не знаю, может теперь это уже не так. Нет, это точно не так.

С тихим вздохом, Фулгрим подошел к лежащему на полу мечу. Он оказался в руках примарха без особых проблем, пусть его может вытащить из камня только достойный, держать в руках может кто угодно. Не произнося ни слово, примарх неспешно направился наружу. В саду поместья было то что сейчас нужно. Королева следила за ним, не понимая чего он хочет. Владелец платиновых волос уже вышел из додзе, когда за ним наконец последовала девушка.

Встав в дверях, она разинула рот от удивления. Примарх с силой вонзил клинок в один из камней, лежащих в саду поместья. Лезвие ушло в породу на добрую половину, и теперь очень сильно напоминало картину из далекого прошлого. Тихое поле, среди которого стоял камень с мечом воткнутым в него. Тот миг когда ладонь молодой и неопытной девушки легла на теплую рукоять и как острие было направлено в небеса. Даже сейчас, Артурия в точности помнит как восхитилась этим великолепным оружием. В тот момент, как и предвещал Мерлин, она перестала быть человеком, став королем. Даже ее тело более не было подвержено старению, от чего ее внешность не менялась многие годы. И призвана она была в точности такой, какой была в свои шестнадцать лет.

-Теперь ты можешь узнать наверняка. - Голос примарха вновь заставил Артурию вздрогнуть вновь. Он стоял рядом с Калибурном, и аккуратным жестом пригласил подойти.

Девушка сама не поняла как двинулась вперед. Она не чувствовала тела, полностью сосредоточившись на рукояти, с золотыми росписями, читая фразу, выгравированную на ней. “Королем законным для Англии станет тот, кто меч сей из камня вынет.” - Слова знаменующие начало легенды. С каждым шагом, сомнения все больше разрастались и в определенный момент, девушка застыла в паре метров от цели.

Солнце уже близилось к закату, потому окрасилось в багряные цвета. Лучи этого света озаряли то что было перед взором Артурии. Меч, что был ей даже дороже Экскалибура и примарх, что до сих пор стоял рядом с ним и ждал когда она сумеет решиться. Однако, пусть девушка и считала себя недостойной, в глубине души теплилась слабая надежда. Надежда на то что она ошибается, на то что имеет право быть королем.

-Артурия…

Голос Феникса вернул девушку из тяжелых дум. Она перевела взгляд и его встретил благородный пурпур глаз. Одним словом и строгим взором мужчина заставил тело Артурии сдвинуться. Наконец встав перед мечом в камне, королева попыталась протянуть руку к рукояти, но та казалась недосягаемой. Тонкая кисть не могла дотянуться до нее, будто целая гора давила своим весом. И в этот миг, теплая ладонь оказалась поверх тонкого предплечья.

Фулгрим аккуратно повел руку Артурии к клинку. Он не спешил, не давил, но был неумолим. Слабое сопротивление было даже не замечено. А ведь в чистой силе, Сэйбер превосходила Арчера. И наконец, девушка ухватилась за рукоять. Когда она поняла это, ее рука слегка вздрогнула, что привело к случайной попытке вытащить золотой клинок. Но он остался неподвижен. Сердце Артурии пропустило удар, ведь ее опасения подтвердились.

Примарх ясно видел что произошло, потому не стал бездействовать. Его ладонь легла уже на ладонь девушки. Не сильно сжав ее, мужчина начал тянуть вверх. Неверие отразилось в глазах Артурии, ведь… она услышала тихий шорох. Клинок двигался. С каждым мгновением все сильнее уходя из своей тюрьмы. Секунды потянулись за секундами. Пара, держащаяся за руки, не спешила. Но с каждым мигом все больше освобождая сверкающее лезвие. Наконец, меч покинул камень.

Золотое сияние заполнило округу. Частицы света начали плясать в воздухе, создавая волшебную картину. Но Артурия не заметила этого, только неотрывно смотря на то что она держала в руке. Калибурн запел, радуясь тому что вновь оказался у своего любимого хозяина. Его песнь проносилась в разуме двух человек, что были к нему близко. Величественное звучание нарастало, пока не проявилось на самом клинке, что засиял словно тысячи ярких огней. И их свет отразился от локонов того кто позволил этому свершиться.

-А что ты думаешь теперь, Артурия? - Он произнес эти слова тихим, и даже, несколько кротким голосом. Примарх не смог остаться равнодушным от пляски золотых частиц, что подобно снежинкам кружились вокруг.

Дева наконец оторвала взгляд от клинка и перевела его на Фулгрима. На его устах играла легкая улыбка, одна из тех, которые можно было назвать искренними. Он действительно радовался тому что королеве был дан шанс избавиться от сожалений, или хотя бы сомнений.

-Я… не понимаю. Мое правление закончилось восстанием и кровопролитием, как такой король может быть достоин править?

-Ты не всесильна, и ни Экскалибур ни Авалон не способны это исправить. Важно лишь то что ты правила горячим, храбрым сердцем и чистою душой. Именно сомнения в том достойна ли ты, лучшее их опровержение.

Тут Калибур начал тлеть мерцающими искрами. Те запасы магии, что держали проекцию целостной, были израсходованы. Рука Артурии, в бессильной попытке, стремилась ухватиться за образовавшуюся пустоту. В глазах девушки проявился страх. Будто с исчезновением меча избрания, она вновь станет недостойна им владеть. Вновь станет желать никогда не вынимать его из камня. Зародившиеся опасения были развеяны ладонью примарха, в который раз сжавшей кисть златовласой.

-Думаю тебе стоит понять что не Калибурн делает тебя достойным королем. Это просто меч, и без владельца, он бесполезен. Все что тебе нужно, находится прямо тут. - Легкий, но неожиданный тычок в грудь девушки, заставил ее немного покачнуться. - Перестань искать причины для уверенности, они тебе не нужны. Уж точно не той чью легенду знают даже в тридцатом тысячелетии. Только достойнейшие из героев могут так долго оставаться в памяти людей.

-Я… - Но слова были прерваны.

-Не знаешь что сказать? По тебе видно… Ауч. - Вместо того чтобы говорить, Артурия предпочла дать наглому примарху заслуженное наказание за издевательства над королем.

-Нет, мне известно что сказать. Теперь, я в долгу перед тобой, Фулгрим. - На что Феникс, притворно потирающий бок, расширил улыбку. Он положил руку на плечо королевы и уверенно произнес.

-Какие долги могут быть между друзьями?

И только нежный багрянец заходящего солнца освещал улыбки двух героев, чьи судьбы пересеклись, несмотря на то что один был из прошлого, а другой из далекого будущего.

Глава 13

Ночь в это время года всегда славилось своей прохладой. Зимы Японии никогда не были холодны, однако для ее жителей, не знавших ничего иного, казались обжигающе морозными. Но это не стало помехой для тех кто стал участником войны святого грааля. Союз мастеров призвавших слуг класса Сэйбер и Арчер, вышли на охоту. Небо было закрыто тонкими облаками, не позволяющими луне осветить темные улицы. Группа направлялась в сторону портовых складов, где, по словам примарха, их ждал один из его сынов.

Оба мастера были несколько не в форме, по разным причинам. Рин, еще не до конца восстановилась после тренировок и учебы. Ее голова слабо пульсировала от переизбытка информации, все же научные данные далекого будущего были сложны для понимания, даже если имелось подробное пособие. Пусть нынешняя наука имела представление о процессе появления плазмы, но то что предоставил Фулгрим было гораздо глубже, к тому же, девушка не была сильна в той физике что выходила за пределы школьного курса.

Юный Эмия же, терпел боль в теле и нервах, и то и другое ныло от перенапряжения. Единственным утешением стало то что он получил представление о том что его магия проецирования превосходила аналогичную у других магусов. Будто нечто из глубин его души делало этот процесс много проще, и в то же время эффективней. Единственным препятствием для использования данной ему силы было то что он не мог с такой простотой ее задействовать. Очевидным стала необходимость практиковаться для того чтобы постичь свой исток. Но на этот счет можно не волноваться, у Широ были те кто поможет ему в этом… правда с некоторыми из них был риск получить серьезные травмы.

После конца рабочего дня, порт оставался покинутым и пустынным, потому не было риска оказаться обнаруженными. Но даже так, группа двигалась с осторожностью. Впереди шли слуги, а на некотором удалении мастера охраняемые Вергилием. Его монументальная фигура сильно выделялась на фоне архитектуры начала третьего тысячелетия. Пурпурные доспехи сверкали в свете немногочисленных фонарей, а тяжелая поступь разносилась по всей округе. Кто то мог бы подумать что космодесантник не слишком пригоден для скрытных операций, но слуги все равно обладали чутьем превосходящим простых людей, да и вообще, пусть скажут это Гвардии Ворона. Сыны Коракса точно посмеются.

-Уже близко. - Говорил примарх, когда до пункта назначения оставалось не более пары минут.

Впереди показался крупный склад, что одним видом давал знать о своей запущенности. В прошлом, тот принадлежал компании среднего размера, занимающейся перевозкой грузов, ныне разорившейся. Причина - банальная конкуренция, они оказались слабее противников, и потеряли все имущество. Часть перешла во владение иных предпринимателей, а часть осталась пустовать и ветшать. На данный момент не нашелся покупатель для этого места.

Пройдя через распахнутые ворота, что уже стали перекрашиваться ржавчиной, Артурия ощутила миг опасности. Ее инстинкты дали знать об угрозе, но тут же затихли, будто ничего не было.

-Защитные системы уже настроены на нас. - Сказал Фулгрим, когда девушка стала чуть более настороженно осматриваться. Ее сдержанная манера поведения не стала помехой для цепких глаз примарха.

-... - Пусть не ответила, но она тут же успокоилась. У нее не было причин не верить словам Арчера.

Просторное пустое помещение ничем не выдавало своей обитаемости, скорее наоборот, кричало о заброшенности. Большое количество строительного мусора, оставшегося после демонтажа оборудования так и валялось на бетонном полу. Мастерам приходилось ступать несколько более осторожно, дабы не произошло неприятностей, вроде проткнутой гвоздем стопы.

Группа продолжала следовать за примархом, и наконец остановилась у дальней стены. На миг, всем захотелось задать весьма глупый вопрос, однако их прервал металлический звук открывшихся перегородок. Серый пол пришел в движение и за ним показался тускло освещенный проход с лестницей.

-Будто логово какого то злодея… - Широ не постеснялся высказать первое что пришло ему в голову.

-Не злодея, но, должен признать, Тацит всегда был себе на уме. - Вергилий и сам считал что антураж был излишне мрачен. Не тем к которому привыкли легионеры Детей Императора. Но, как и было сказано, один из лучших технодесантников третьего очень выделялся своей прагматичностью, такая была свойственная скорее сынам владыки Железных Рук. А может именно это и нравилось примарху в этом гвардейце Феникса - схожесть с его самым возлюбленным братом.

Спуск не занял много времени, однако оставил множество необычных впечатлений для молодых людей. Ровные стены были вырезаны каким то необычным инструментом, воздействие явно было точным и единовременным, даже сколов не осталось. Вдоль тоннеля тянулись закрепленные силовые кабели немалой проводимости, это можно было сказать по их толщине. Похоже на поверхности они скрыты и подключены к городской энергосети.

Около минуты ушло на то чтобы добраться до мастерской астартес, и она так же произвела впечатление. За те короткие дни, что были даны ему, Тацит сумел обустроится. Стойка для обслуживания брони и смены модулей к ней. Небольшие станки и то что можно было отдаленно опознать как верстак, однако много более футуристичный. Именно за ним находился хозяин этого места. Облаченный в терминаторский доспех типа Тартарос, он был еще более массивный нежели глава гвардии Феникса. Размерами он не так уж и сильно уступал своему примарху, в его истинной форме.

Когда слуги и мастера оказались внутри, технодесантник на миг замер окончательно, хотя и до этого двигался только крупный механодендрит, закрепленный на правой стороне спины. А следом, керамитовое чудовище развернулось, сверкнув в полумраке алыми визорами.

-Примарх. - Гулкий голос заставил самого неопытного среди присутствующих слегка вздрогнуть. Широ, как и любой обычный человек не мог спокойно находиться рядом с космодесантником. Это к Вергилию он начал привыкать, а вот Тацит ему незнаком.

-Докладывай, Тацит.

-Мастерская обустроена по самым минимальным требованиям. Система видеонаблюдения города взломана и расширена в тактически важных слепых зонах. Приоритетный приказ выполнен на минимальном уровне.

-Разве ты не говорил что сделал несколько мельта-зарядов? Это минимальный?

-Минимальный.

Услышав это, Фулгрим покачал головой. Он раньше и не знал что Тацит считает мощные взрывные устройства такими… не впечатляющими. А что при максимальном? Титан класса Император? Было бы неплохо, но воплощение машинного бога излишне разрушительно. Да и жалко бедных слуг, к такому их грааль явно не готовил.

-Ладно, как скажешь. Разведданные?

Вместо слов, технодесантник материализовал в руке небольшую полусферу, встроенную в матово черную пластину. Он, как и его примарх был способен использовать некоторое оборудование, которым дорожил при жизни. Это был портативный тактический гололит. Весьма полезная вещь в полевых условиях, ведь позволяет планировать дальнейшие действия с гораздо более высокой точностью, ввиду большей наглядности, так сказать.

Терминатор подошел ближе к прибывшим, чем вызвал вполне ощутимую вибрацию в стенах. Его вес был около полу тонны, и сосредоточен всего на двух опорных конечностях. Устройство выпало из руки, и оказалось на полу, где начало проецировать карту всего города с тактическими сведениями. Места всех столкновений со слугами, все известные базы мастеров, церковь наблюдателя и прочее.

-А что это за точки? - Рин не собиралась помалкивать во время совещания, все же она один из участников войны. От ее слов, Тацит повернул голову в ее сторону, и был встречен выжидающим взглядом. Тосака ждала ответа.

-Места впадения в кому. Очевидно вмешательство слуги.

-Хоть бы пометил их как нибудь, у нас нет тактического дисплея. И переведи интерфейс на японский, низкому готику мы не обучены. - После сказанного, Рин ощутила как на ней оказался взгляд уже не сына, но отца. Фулгрим пристально смотрел ей в глаза, от чего стало несколько не по себе.

-Так значит, ты все же видела. - Рин сделала недоуменно мордашку, в первые пару секунд, а потом…

-Н-не понимаю о чем ты. - Она отвернула голову ко вдруг ставшей такой интересной стене. Только вот, это не помогло. - Ну что!? - Девушка поняла что разговор не удастся так просто замять. И надо же было ляпнуть не подумав, она ведь просто хотела упростить понимание проекции для себя и для Широ. - Я не виновата что мне снятся твои воспоминания и извинятся за это не стану.

Рин не поднимала эту тему из за опасения испортить отношения с примархом. Он ясно дал понять что не желает делится своим прошлым, девушка не хотела повторения событий у церкви, ей прошлого раза хватило.

-Теперь понятно почему ты можешь спокойно спорить с Вергилием. - Названный чуть недовольно повел алебардой. Эта наглая девчонка не желала проявлять ни капли должного почтения к его повелителю, что выливалось в многочисленные перепалки. Разумеется только на словах, приказ охранять мастера подразумевает запрет на причинение… воспитательных мер.

-Ты о чем?

-Трансцендентный ужас. Инстинктивное понимание полного превосходства астартес над обычным человеком. Далеко не каждый может сохранять спокойствие в их присутствии, не привыкнув к нему. А ты, похоже, очень даже привыкла.

-Я ведь видела твоими глазами, а перед тобой Дети Императора становились просто восхищенными мальчишками. - Тосака гордо вздернула носик и вновь отвернула голову, встав со скрещенными руками. - И вообще, что с того?

-Ничего, Рин. Я не буду обвинять тебя в этом. - От этих слов, на лице девушки проступило нескрываемое изумление.

-...Чего? Но разве ты не…

-Не хотел рассказывать о себе? Это уже не важно, лучше скажи как много ты видела?

-А, ну, это… довольно много. - Перед глазами встали многочисленные образы воспоминаний. Рин этого не знала, однако память примарха позволила ей видеть в разы больше других мастеров. Величественные города, чьи шпили пронзали облака. Чудеса науки, некоторые из которых попрекали естественные законы. Человечество вновь переживало свой расцвет, вдохнув жизнь в просторы холодного космоса.

-Насколько? - Голос отвлек от мыслей, столь захватывающих, что не выходили из головы. Особенно теплое сияние, окутывающий фигуру светоча рода людского. Рин признавала, что не смогла бы сопротивляться желанию пойти вслед за Откровением, как называл себя Император Человечества.

-... Пожалуй я могу перечислить всех твоих братьев и капитанов. Да и об Империуме мне известно не так уж и мало.

-А как… далеко ты заглянула? - Именно это волновало Фулгрима больше всего. Большая часть его жизни была вполне достойной, даже работа на шахтах в годы молодости. Но с приближением конца его пути, все становилось несколько… иначе.

-Подготовка в покорению мира под названием Лаэран.

После этих слов, настала гробовая тишина. Примарх умолк, задумчиво глядя в никуда. Рин и до этого подозревала что это имеет некое особое значение для истории ее слуги. Этому способствовало оставшееся странное чувство, словно та планета покрывалась пеленой тоски. А нынешняя реакция только подтверждает это. Даже вечно гордый Вергилий утратил свою величественную осанку, что осталось незаметно для обычного человека. Однако, Рин довольно хорошо разбиралась в языке тела космодесантников, это передалось ей от Фулгрима. Хотя, тот же Тацит вообще не подавал признаков рефлексии. Ну, это не удивительно, по тем коротким обрывкам в которых он присутствовал, уже был очевиден его характер.

-Значит… дальше тебе будут сниться только кошмары. - Фулгрим перевел затуманенный взор на светящуюся в полумраке проекцию города.

Сейчас, наиболее значимым были не сожаления мертвого примарха, а необходимость предотвратить вступление в силу хаоса, что явился в этот мир. Темный принц ясно дал понять, что еще наведается в гости. И пусть Фулгрим понимал что это случится явно раньше чем появится возможность противостоять ему, но попытаться стоило. Эта война должна быть завершена как можно раньше, ведь промедление станет предвестником гибели. До этого мига, Феникс не слишком спешил, потому как не желал врываться неподготовленным в гущу событий, но теперь находил условия удовлетворительными.

Взгляд зацепился за интересную особенность расположения мест где люди массово впадали в кому. Это происходило по всему городу, в самых разных его уголках. Количество перевалило за семь десятков, и между ними не было никакой связи, кроме слабо заметной особенности. В пределах определенного круга точки отсутствовали вовсе. Будто слепое пятно, что появилось неизвестным образом. Слуга, творивший это не страшился даже церкви наблюдателя, так что могло заставить его избегать какой то зоны? Ответ очевиден.

-Рин. - Тосака уже стала замечать, что ее слуга взял за привычку заставлять своего мастера вздрагивать из за неожиданных окликов. - Это место, храм Рюдо, может стать базой для слуги?

-Храм? Да, вполне, там находится переплетение лей-линий, что даст сведущему огромный источник магической энергии. - И что то девушке не понравился взгляд, которым одарил ее примарх.

-Неужели? Так чего ты сама там не поселилась? - Рин поняла что Фулгрим опять решил ее подразнить, а ведь она уже стала забывать эту его черту. В раздражении у нее дернулась щека.

-Думаешь это так просто, обуздать магические цепи планеты? В теории я могу попытаться, но почти гарантированно потеряю контроль. Нестабильность может оказать воздействие на близлежащие территории. - Ей не хотелось становиться причиной гибели сотен невинных.

-А слуга Кастер сможет?

-Ты хочешь сказать…

-Верно, наиболее вероятно что на холме обитает древний маг. Он решил не привлекать внимание к подконтрольной области, но это сыграло с ним злую шутку. - Отсутствие чего то что привлекает взор действительно очевидная стратегия. Но пустота там, где должно быть хоть что то, неизбежно бросится в глаза. Косвенно, по этому признаку, можно понять что этот чародей не сведущ в военном искусстве. Опытный тактик не подарил бы врагу столь простой способ его найти.

-Постойте, там ведь живет Иссей! - Наконец подал голос Широ, которому до сего момента было нечего сказать. - Если в храме поселился слуга, это как то бы отразилось на его жителях.

-Ты прав, но это значит только то что мастер изначально был его обитателем. Что ж, раз уж мы пришли к выводам, обсудим, что стоит предпринять. - И только Рин заметила что в глазах примарха блеснула ностальгия. “Устроим маленький Гелиополис, да?”. Девушка чуть улыбнулась от своих мыслей, вспоминая зал совета флагмана Детей Императора.

****

Шум многочисленных деревьев заполнял пространство городского парка, слабый ветер трепал кроны, чьи листья тихо шуршали. Неподалеку от входа, за тем же столиком сидел седой маг. Ему понравилось это место, потому Зелретч не видел смысла покидать его без необходимости. Таковой могло стать появление чего то что стоит увидеть лично, собственно потому он и был в Фуюки. За этим чем то, что проникло в этот осколок калейдоскопа миров.

Несколько дней назад, Маршал часовой башни ощутил сильное возмущение границы реальности, в которой узнал вторжение. Метафизическая пленка, отделяющая сущее от бесконтрольных океанов энергии истока, была прорвана. Даже сейчас, этот проход оставался незатянутым, что шокировало такого опытного человека как Кишуа. Ибо даже вся мощь святого грааля, в момент активации, позволяла открыть проход к Акаше лишь на короткое время. Та сущность что способна на подобное, в силе не уступает самой Гайе, а то и превосходит. Ради сохранности этого мира, нельзя было игнорировать сию причину для беспокойства.

Из задумчивости, волшебник был вырван слабым сиреневым светом. Крохотные частицы начали собираться из ниоткуда, миг спустя, превратившись в человеческую фигуру. Юная дева, чья красота бросала вызов всем кого видел до этого мужчина, оказалась перед ним. Она сидела на стуле напротив в изящной позе. которая, тем не менее, выдавала скуку девушки. В лавандовых глазах плескалось пренебрежение к будущему собеседнику, скорее даже презрение. Легким движением, она поправила свои белоснежные волосы и заговорила.

-Это ты искал меня, смертный? - Хрустальным звоном, голос разнесся по воздуху. Он мог стать музыкой для любого человека, которому посчастливилось его услышать. Однако, в нем скрывалось губительное воздействие для тех кто будет подвержен ему. Зелретч посчитал это естественным свойством для этой сущности. - Зачем?

-Хо-хо, не думал что ты сама придешь ко мне. Признаться, даже не знаю как мне с тобой говорить. - Привычным жестом, маг начал поправлять свою короткую бородку.

-Тебе не нужно говорить - только отвечать. И не советую тратить мое время попусту. - Голос, что был небрежен, приобрел нотки морозности. Девушке не понравилось что это человечишка начал увиливать.

-Кхм, в таком случае, не ответишь по какой причине ты явилась в этот мир? - Это был самый главный вопрос, и в зависимости от ответа, нужно выстраивать дальнейший диалог.

-За тем кто должен быть моим. Больше тебе знать не зачем.

-А этот кто то, случаем не высокий блондин с несносным характером? - Зелретч до сих пор помнил ту выходку примарха. Она сказалась на гордости, ведь поражение в шахматах большая редкость для мага, тем более такое унизительное.

-Ты не слушал меня, я сказала, больше тебе знать не зачем. - А на лице показалось чуть угрожающее выражение. Может от дерзости, а может от того что ее милого примарха посмели упрекать в чем бы то ни было. Его, воплощающего совершенство, которого больше всех возлюбил сам принц сладострастия.

-И все же позволь поинтересоваться, что ты планируешь делать пока находишься зде…

Тело мужчины застыло на полуслове. Каждый мускул отказывался шевелится, а взор начали заполнять несвязные видения. Они были столь хаотичны, что не удавалось ничего разобрать, но даже так вызывали ужас. В ушах звучали не менее кошмарные голоса, что обещали все кары земные. Голова Зелретча стала разрываться от боли, которую он уже успел позабыть. Всем что он видел в этот момент, были светящиеся глаза… чудовища.

Эта женщина, скрывала в себе невиданную мощь и была та чем то неестественным, потусторонним. В какой то момент, мужчина ощутил стенания тысяч душ, которые молили о забвении. Их боль передавалась ему, отчего все тело скрутило спазмом. В нынешнем состоянии, Швайнорг был не способен даже на простейшее колдовство, что уж говорить о второй истинной магии. Пожелай его пленительница и душа древнего мага развеется или того хуже, окажется среди бесчисленных несчастных которых он ощутил.

-Ты необычен, смертный. Убив тебя, я создам некоторые неудобства, потому живи. - Тонкая кисть, железными тисками сдавила горло мага, что еще не был избавлен от агонии. - Но не смей досаждать мне и тем более, мешать. Полагаю, последствия тебе понятны.

Наконец боль ушла, вместе с рукой отпустившей шею и немощный старик, теперь был таковым не только на словах. Он сразу свалился на стол в попытке перевести дыхание. От тряски, чуть сместились фигуры, так и пребывавшие в положении, в котором их оставил Фулгрим. Зелретч не стал их расставлять заново, посчитав это признанием поражения, вместо этого уделив неоправданно много времени на попытки понять где ошибся. Именно они привлекли внимание темной госпожи.

Ее прекрасные глаза бегло осмотрели поле боя, отчего на ее устах появилась довольная улыбка. Она ясно видела прошедшее сражение, решительные и точные ходы ее чемпиона. И великолепную кульминацию, где он таким изящным образом победил врага. Рука неосознанно легла на грудь, для того чтобы успокоить разбушевавшееся сердце.

С момента воплощения в живой оболочке, она испытывала непривычные ощущения. Тепло губ и крепкого тела ее возлюбленного чемпиона и сейчас вызывали в ней желание как можно быстрее вновь покорить его. С ним удавалось бороться, ведь еще рано, но… “Думаю, если ненавязчиво его навестить, ничего страшного не случится. Я постараюсь быть очень… нежной.”. Главное не наброситься на него вновь, такое точно ухудшит положение, а оно и так не из лучших.

Богиня находила желание примарха изгнать ее, крайне очаровательным. А насколько прекрасен он в момент когда был преисполнен решимости, словами не передать. Она видела все что он делал с момента их встречи, потому знала его планы. И знала о его отношениях с этими людишками и особенно дрянной мечницей. Их “таинство” этим вечером, вызвало укол раздражения. Они так мило помогали друг другу одолеть сожаления о былом. Темный принц счел что эта… Артурия, позволяет себе слишком многое. Разумеется, Фулгрим может делать все что хочет, но то что он относится к какому то средневековому корольку лучше чем к своей госпоже… непростительно.

“Думаю, позже нужно будет его за это наказать. Все таки, он должен смотреть только на меня и ни на кого другого. Хотя, может он сделает тех букашек своими игрушками для утех, в красоте им не откажешь. Только мне не нравится взгляд мальчишки, будто ему вообще не важны свои желания. Да, пожалуй мечницу и призывательницу я одобрю, а его можно сломать окончательно и выбросить.”.

Покивав своим мыслям, Та-Что-Жаждет исчезла без следа, оставив едва пришедшего в себя мага в одиночестве. Зелретч привел дыхание в порядок и с кряхтением поднял лицо со стола.

-Что за напасть? Сперва тот гаденыш, теперь эта стерва. - Еще в добавок по городу начал разгуливать сгусток темных энергий, убивающий людей и высасывающих их силы. Слуга из прошлой войны, неизвестно как не исчезнувший за десять лет и наблюдатель, у которого явно были свои планы на этот ритуал. И по отдельности это неприятно, а уж все разом… - Ох, моя спина.

Глава 14

Храм Рюдо был похож на сотни других подобных. Возвышающийся на холме, он возвышался над мирским, даруя его обитателям и прихожанам чувство оторванности от реальности. Деревянные своды святыни предков и духов окружали деревья, через которые проходила широкая прямая лестница. По пути ее следования располагалось немало изваяний, будто охраняющих его от любого посягательства. Но, как и всегда, они не принесли пользу, когда появился вторженец, на сей раз являющийся древним магом, что был воскрешен на время могучего ритуала.

Кастер, раскинувшая сеть магического зрения по всему городу, уже видела что по ее душу пришли. По ступеням поднимался мужчина, чья сила явственно ощущалась волшебницей. Она чувствовала и знала больше других, потому от нее не скрылась его суть, что напоминала божественную, но ей не являющаяся. Душа Арчера сияла мощью скрытой в ней, и не уступала детям богов, которых немало повидала на своем веку принцесса Колхиды. Однако, несмотря на поверхностное ощущение, дух примарха был человеческим. Именно человек сейчас шел к ее крепости, но человек этот был необычен.

Те героические духи, что не имели связи с высшими существами, получали свои силы в большей мере от того как их представлял разум рода людского. Исключения существовали, но не более. Платиноволосый враг отличался, ибо свет источаемый его сущностью, будто кричал о том что не имеет ничего общего с верованиями и предрассудками. Будто хотел доказать что человек способен всего добиться сам, преодолевая невзгоды своей волей и единством со своими собратьями. Медея не знала кем был Арчер этой войны, но понимала, что он крайне опасен. Особенно, когда использует всю свою силу, как было во время столкновения в лесу не так давно.

Фулгрим ступал по обтесанным каменным ступеням, сознательно не проявляя спешки. Его задача стать авангардом, тем кто привлечет все внимание противника и заставит его задействовать все силы. И часть последних предстала перед ним, стоило только приблизиться к вратам храма. Высокий мужчина, с темными волосами, отливающими глубоким сливовым цветом, заплетенными в длинный, высокий хвост. На его спокойном лике не проявилось беспокойства после появления вторженца. Лишь его бдение прервалось и глаза цвета сапфира распахнулись. В них отразился облик примарха, чей взор так же цепко осматривал будущего оппонента.

-Перед тем как мы схлестнемся в схватке, по воле моей жестокой хозяйки, назови свое имя. Мне досталось Кодзиро. Сасаки Кодзиро. - Размеренный голос владельца длинного нодати лился словно река, спокойная и, все же, непреклонная.

-Фулгрим, прозванный Фениксийцем. Примарх третьего легиона астартес - Детей Императора. - Проницательный ум Феникса уже составил представление о стоящем напротив. И оно было исключительно положительным, достойным, как минимум. Тот, услышав незнакомые наименования, чуть склонил голову в задумчивости.

-Сожалею, но мне не знакомо то о чем ты речь ведешь, потому я не могу по достоинству оценить кем ты был доселе.

-Это не твоя вина, ведь в этой эпохе никто не знает меня. - В руке примарха собрались частицы света, преобразившись в клинок, обволакиваемый плотным огнем, напоминающим тот, что пылает в кузнечном горниле. Пламенеющее острие поднялось и указало на того, кто станет врагом его хозяина. Разящий Огонь будто жаждал схватки, жаждал доказать что он одно из немногих орудий, достойных стать продолжением руки сына повелителя звезд.

-Что ж, пусть так. Какой бы ненужной мне не виделась эта война, я вынужден преградить тебе путь, ведь такова роль привратника.

Дальнейшие слова были излишни, оба понимали что битва неминуема. Расслабленная поза самурая, не смогла обмануть примарха, ведь он ясно видел готовность отразить любую угрозу. И тот кто стал незваным гостем, молниеносно атаковал. От скорости оружие размылось, превратившись в горящее полотно. Ответом стал скользящий блок, перетекший в искусную контратаку. Фулгрим слабо отклонил тело, избежав ранения и вновь атаковал. Каждый взмах высекал искры от столкновений, опадающие на брусчатку, а чистый звон заполнил пространство. Оба мечника не знали ошибок, демонстрируя непревзойденное мастерство.

Фулгрим, подобно Фениксу, взмахнул своим пылающим крылом и нанес сокрушительный удар, что попутно рассек камень, под стоящими на нем. Этим ему удалось откинуть врага, но лишь для того чтобы тот ответил не менее сильным выпадом, сопровождаемым свистом ветра. Десятки, даже сотни столкновений произошли за считанные секунды, но ни одно не стало решающим. Мастерство было равно, и победит тот кто превосходит в чем то другом. И в этом случае, выигрывал примарх, ведь его силы превышали противника. А его оружие являлось шедевром гения владыки Железных Рук, потому не могло быть равно катане, изготовленной искусным, но простым кузнецом. Длинное, изогнутое лезвие начало покрываться зазубринами, которые могли обернуться трещинами, если владелец не будет осторожен.

Фулгрим не мог не восхититься своим врагом, ведь простой человек дрался на равных с примархом, и отнюдь не потому что последний был ослаблен. Движения Кодзиро выдавали годы упорных тренировок и целые озера крови и пота, образовавшиеся на пути… к совершенству. Вот что увидел Фениксиец, увидел стремление к идеалу, такое знакомое, но ставшее таким далеким. Вновь вспыхнувшие воспоминания притупили реакцию, дав врагу шанс пролить первую кровь. Несколько капель разлетелись в стороны из открывшейся раны на щеке, наконец сдвинув противостояние с мертвой точки.

-Хмм? - Самурай ясно увидел что ошибка совершенная примархом не была случайностью, ведь от него не укрылся туман воспоминаний, застелившийся в глубине пурпурных глаз. - Что то гложет тебя, примарх Фулгрим?

-Старые сожаления, не более того. Твое мастерство напомнило мне, как я стремился к совершенству, и как сошел с пути к нему. - Багряная линия уже исчезла, оставив идеальный лик вновь незапятнанным. - Ты тоже желал достичь его, ведь так? - На что Сасаки рассеяно склонил голову, предавшись коротким раздумьям.

-Не сказал бы, мне просто хотелось достичь большего чем было сейчас. Я не имел цели прийти к совершенству.

-Тогда… зачем?

-А разве причины нужны? - Самурай принял новую стойку, ведь решил показать достойному мастеру, результат своих трудов. Кодзиро не знал прошлого примарха, но посчитал что ему стоит увидеть технику, ставшую апогеем его пути. Может это поможет ему чем нибудь, да и бой мог продолжаться до бесконечности, если не начать более решительные действия. - Я никогда не думал об идеале, просто шел вперед и делал то чего желало мое сердце.

“Для того чтобы стремиться к совершенству не нужны причины?”. Эта мысль нашла множественные отклики в разуме примарха, но он не позволил себе отвлекаться от сражения, ведь его враг замыслил нечто что вызвало опасения. Фигура Кодзиро излучала острое намерение клинка, это была не жажда убить, но жажда рассечь стоящего впереди. Нодати сверкнуло в тусклом лунном свете и пришла в движение.

Безупречный взмах накрыл тело примарха. На стражу владельца встал Разящий Огонь, заблокировав один удар, но в следующий миг Фулгрим ощутил как на его теле появились два новых разреза. Широкие раны начали обильно изливать кровь, что пропитывала одежду и поливала камень под ногами. От резкого ухода на расстояние, платиновые волосы взметнулись, разметавшись по плечам мужчины.

-Что… это было? - Невообразимое удивление захлестнуло Феникса, ведь несмотря на то что он задал вопрос, ему уже стало понятно произошедшее. Его противник удар его не один раз, а три. Три раза, в один миг. Скорости восприятия примарха не хватило чтобы увидеть как Сасаки Кодзиро заносил меч для двух последующих, значит интервал между ними был не просто мал, его вообще не было.

-Цубаме Гаеши. Пируэт ласточки. Техника, которую я создал ради того чтобы рассечь эту ловкую птицу в полете.

Немыслимо. Просто немыслимо. Такая техника была чем то выходящим за пределы разумного. Единовременно ударить трижды, значит вынудить противника отражать их разом. Учитывая что росчерки лезвия возникли будто из ниоткуда, предсказать куда будет бить самурай можно только при первом взмахе.

Оппоненты не стали возобновлять бой сразу, ведь одному из них было о чем подумать, а Кодзиро счел что достойный мастер заслуживает такой возможности. “Он достиг таких высот не имея высоких целей, ему не нужно было думать о том чтобы оправдать надежды тех за кем он шел и тех кто шел за ним самим… Но при этом ему удалось. Его мастерство непревзойденно, я до сих пор не нашел ни одного изъяна в его технике.”. Фулгрим ощутил что начал испытывать уважение к стоящему перед ним. К тому кто сумел дойти до самого предела искусства меча. И им двигало столь простое желание рассечь летящую ласточку. А примарх, который нес на плечах огромную ответственность за своих сынов и сохранность рода людского не смог. Многие годы тренировок и битв не смогли вознести его на вершину, и то что у него были другие многочисленные дела это не оправдывает.

Осознание того что его превзошел простой человек, даже не астартес и тем более примарх, вызвали чувствительный укол в груди. Всю свою жизнь, Фениксиец стремился быть лучше чем кто бы то ни было. Когда он воссоединился со своими детьми, они представляли собой жалкое зрелище из горстки оставшихся воинов. Многие годы потребовались для того что бы выйти из тени братьев и встать с ними на равных. И пока шел этот срок, душу Феникса терзало… нечто что можно назвать завистью. Ведь остальным достались уже сформированные воинства, готовые вести завоевания во имя Его, а ему пришлось рвать жилы ради того чтобы братья перестали смотреть на него с жалостью или превосходством. Даже тот спор с Волчьим королем, ради которого Фулгрим привел к согласию целый мир, располагая всего семью космодесантниками, был принят из за этого терзающего чувства… того что он ниже остальных примархов.

“Я признаю… что Сасаки Кодзиро лучше меня. Я признаю это.”. Усилие, которое потребовалось для этого, было гораздо большим чем должно. Примарху уже самому стало надоедать что каждый день найдется хоть один повод для рефлексии. Но, в очередной раз, он удостоверился в наличии тяжелых душевных ран. Они болели сильнее чем любая физическая травма, ведь заживали гораздо медленнее. Быть может, со временем это изменится, но не сейчас. Ибо, по сути, для него не прошло и недели с момента как он своими руками лишил жизни Горгона. Будь он хоть трижды сын Императора, такое нельзя быстро забыть… "Во имя великой Терры, хватит уже вспоминать прошлое!" Настоящее требовало пристального внимания, довольно отвлекаться от боя.

-За многие годы войн, я ни разу не видел врага обладающего таким мастерством. Вынужден признать, мне не победить тебя в честной битве на мечах, потому…

Страж врат ощутил опасения от слов оппонента. Предчувствие взвыло и лишь удача позволила мечнику спастись от волн пламени, окутавших примарха. Третий раз за эту войну, мир узрел мощь сына Императора. Гигант, чей пылающий взор пронизывал пространство, возвысился над землей. Сасаки Кодзиро даже не успел распахнуть глаза в изумлении, как был атакован горящим клинком, чье буйство лишь усилилось. Потоки воздуха разбились о кроны деревьев, заставив их покачнуться, а то что должен охранять привратник, оказалось сметено яростью Феникса.

Раскатистый грохот разбудил бы всех людей в храме, однако те спали беспробудным сном, причина которого была очевидна. Тот кто сейчас был врагом исполина, как можно быстрее поднялся на ноги, ведь его снесло вместе со всем остальным. На теле оказались множественные ссадины и кровоподтеки, а одежда горела в некоторых местах. Стоило только посмотреть на примарха, как стало понятно что он близко и уже занес орудие для последнего удара, но этому помешали множественные лучи, несущие обжигающую магию. Кастер сделала ход.

-Неужели тебя никогда не учили манерам, примарх Фулгрим? - Женский голос, доносившийся с крыши главного здания, был спокоен. - Вламываться в чужой дом без приглашения очень невежливо. - Говорила закутанная в фиалковые одежды волшебница.

-Как и высасывать жизнь из невинных людей. - От взора пурпурных глаз, Медее Колхидской стало даже не по себе. Сила, которую она ощущала и та что скрывалась в них, была чем то большим нежели все виденное принцессой до этого. - К тому же, грааль мне нужен не для исполнения эгоистичных желаний, а для спасения вашего мира.

-Хм, ты о том существе, явившемся несколько дней назад? - Кастер пыталась следить за ним, однако потеряла след почти сразу. Да и предчувствие подсказывало, что лучше не предпринимать новых попыток, ведь оные будут рискованными. Но присутствие некой сущности ни коим образом не касалось её.

-Именно, ради изгнания этой твари, я и пришел сюда. Пришел за твоей жизнью.

-Наглец! - Вновь примарха накрыли заклинания, от которых даже ему пришлось уклоняться. - Думаешь сможешь победить мага на его территории, как наивно.

Фулгрим не ответил, стараясь не дать по себе попасть. Его монументальная фигура двигалась с неестественной скоростью, размываясь в воздухе. Но сияющие лучи непрерывным потоком обрушивались на него. Несколько даже смогли оплавить его доспех, что говорило о немалой опасности.

-Ассасин, хватит стоять столбом! - Повысила голос хозяйка, видя что ее строптивый слуга не спешит вмешиваться. Сасаки, слегка вздохнув, внутренне посетовал на превратности судьбы, забросившей его в такое неприятное положение. Подняв клинок, он ринулся наперерез врагу, который никак не мог подгадать момент для контратаки. Силы Кастер казались нескончаемыми.

В стремительном прыжке, мечник направил лезвие в шею примарха, заставив его потратить бесценный миг на блок, что и позволило смертоносной магии застать его врасплох. Аметистовый доспех стойко выдержал воздействие, однако утратил прежнее великолепие, сменившееся множественными ручьями расплавленного адамантиума, покрывшими его.

Медея видела что враг загнан в угол, ведь в этом месте ее могущество было немыслимо велико. Накопление жизненной силы из людей, было нужно для создания особого замкнутого барьера, что будет не только ее бастионом, но и позволит черпать энергию из земных недр. И теперь, столь могучий воин будет повержен мощью ее магии. Мысль была прервана ощущением опасности пришедшей извне.

Непонятное устройство, чье предназначение нельзя было угадать без знания того чем оно является, на высокой скорости летело в сторону зависшей в воздухе колдуньи. Светящаяся синим светом, оно не предвещало ничего хорошего, в чем убедилась Медея спустя секунду. На миг вспыхнув стократ сильнее чем прежде, мельта-бомба сдетонировала и распространила вокруг себя волну раскаленной плазмы. Глаза обожгло болью от белого солнца воссиявшего в ночной темноте. То почти мгновенно смело магическую защиту волшебницы, однако ей удалось чудом спастись, телепортировались в сторону. Принцесса Колхиды осознала что была на грани гибели, к чему привела ее беспечность, ведь сосредоточившись на примархе, она напрочь забыла что он не одиночка. Но и эти мысли были прерваны.

Под яростный рев мотора, массивная автопушка начала жатву. Тацит, что атаковал в подходящий момент, после того как мельта пробила защиту, поливал колдунью крупнокалиберными снарядами с адамантиевыми сердечниками. Такие способны пробить даже крепкую плоть слуг, а уж Кастер им точно не помеха. Оная, в отчаянной попытке защититься, воздвигла слабый щит который на короткий миг смог сдержать ливень металла. И его хватило для того чтобы вновь телепортироваться, только вот и сейчас ей помешали.

Фулгрим, который с легкостью отбросил недавнего противника от себя, держал в одной руке свой плазмоган и готовился использовать его по назначению. За те короткие секунды, прошедшие со взрыва мельты, он принял во внимание способность Кастер к пространственному перемещению и понял как она будет уходить от залпа терминаторского оружия. И стоило ей снова телепортироваться, как ее накрыл сгусток лазурной плазмы, поглотивший тело. Ее спас только одноразовый оберег, который она сама создала. Ослепленная лазурным светом, она ощутила сильный толчок, опрокинувший ее на землю. А следом, грудь обожгло болью, ведь она была пронзена пылающим лезвием. Малые серебряные всполохи, едва уловимые для взгляда, начали проникать в псевдоплоть слуги и их воздействие было для нее очевидно.

Этот огонь… нес смерть. Душа медленно покрывалась незримыми ожогами, теряя целостность, ослабевая и идя к порогу забвения. Кастер, чьи чувства уже принялись медленно угасать, усмехнулась над превратностями судьбы. В очередной раз ей не повезло, ведь она столкнулась с настоящим бичом всего живого. Похоже примарх и сам не понимал какими силами обладает, ведь вопреки показанной мощи, могущество великой души было задействовано в ничтожной мере, и в добавок неосознанно. За смешком последовал смех.

-Ха-ха… кха. И вновь я оказалась… повержена благородным воителем, да еще и в первой битве. - С самого начала войны Медея не участвовала в схватках, лишь наблюдала за тем что заметит. Но первый же бой стал последним, а ведь храм ее территория. Может если бы не этот проклятый огонь, ей бы удалось сделать хоть что то, но магия уже не слушалась. Жизнь покидала женщину. - Чего ты ждешь… хочешь посмотреть как я страдаю?

Феникс молчал. Он видел скорбь на лице, что скрыто капюшоном. Пусть она вредила невинным, но подлинной ненависти между ними не было, только необходимость закончить эту войну стала причиной битвы. Гигант склонился над телом поверженного врага, и аккуратно поддел каплю крови, что покрывала одежду колдуньи. Тот толчок, которым примарх сбил ее с ног, сломал множество костей в хрупком теле, что вызвало внутренние кровотечения и кровавый кашель. Следом, принцесса увидела как алая жидкость, оказалась во рту Фулгрима, а после, брови его нахмурились.

-У тебя была несчастная судьба, Медея Колхидская. - Слабость, сковавшая тело, не позволила проявится внутреннему удивлению внешне, но было оно велико. - И все же она не оправдывает то как ты поступала с невинными людьми, хоть мне и понятно почему их жизни тебя не волновали. Ты стала ведьмой не по своей вине, но по своему выбору. - Примарх поднялся и вновь окинул умирающую женщину взглядом. Она виделась ему заблудшей душой, что просто стремилась к свету, хоть ей и не удавалось его достичь. - Мне жаль тебя, и тем не менее, мы являемся врагами, по воле злого рока. Но… я дам тебе возможность попрощаться.

В вихре пламени, тело Фулгрима вернулось в прежний вид, а сделанный им шаг в сторону, позволил увидеть человека что смотрел на происходящее. Кузуки Соичиро, уже знакомый примарху учитель истории, оказался мастером Кастер. До сего момента, он находился в укрепленной комнате, где ему ничего не угрожало. Но сильный грохот и тряска не позволили ему усидеть на месте, от чего он и узрел предсмертный миг его слуги. На ничего не выражающем лице мужчины сложно было увидеть что бы то ни было, но глаза примарха ясно видели грусть. Кастер была дорога ему.

Спокойным шагом, мастер направился к слуге. Может в его голове и промелькнула мысль попытаться спасти женщину, но холодный разум не внял ей, ибо мощь источаемая фигурой сына Повелителя человечества подавляла. Даже обладателю сильной воли было сложно напасть на такого как Фулгрим, хоть Кузуки скорее всего бы смог. Но сейчас он желал лишь приблизится к женщине, в груди которой была зияющая дыра с обугленными краями.

-Господин… Соичиро.

-Не говори. Не трать силы. - Присев на колени перед Медеей, мастер окинул ее взглядом. Миг спустя, его рука аккуратно легла на тонкую ладонь.

Так они и застыли, под беспристрастными глазами примарха. Пурпурные зрачки, неотрывно следили за тем чтобы слуга магии не попыталась совершить что то перед смертью. Но она ничего не собиралась делать. Просто смотрела на того кто принял ее и был рядом. Того с кем она сама хотела быть рядом. На глазах начали собираться слезы разочарования. Неумолимая сила этого… примарха Фулгрима перечеркнула все ее планы на спокойную жизнь. Впрочем, подобное не в первый раз произошло с женщиной. Боль уже не так сильно терзала обожженную душу, но все же была нестерпима.

****

-Мда, пол плана оказались лишними. - Рин стояла на небольшом удалении, вместе с остальными.

-Сила моего лорда тебя удивляет? - Для Вергилия не стало неожиданностью подобное развитие событий.

-Причем здесь удивление? На кой мы вообще придумывали тактику, если хватило Фулгрима и Тацита. - Тосака покосилась на Сэйбер, чей внешний вид не говорил ни о чем, однако ее волосок на голове был чуть напряжен и метался из стороны в сторону. Неизвестно как, но он шевелился сам по себе, выражая настроение хозяйки. Ей решительно не нравилось что она не участвовала в битве, как планировалось, а просто стояла в стороне.

-А разве не хорошо что никто не пострадал? - Один только Широ был рад успешному выполнению операции.

-Да, пожалуй.

-Другого и ждать не следовало от моего Владыки.

“Ого, они в чем то согласны. Неужели завтра Солнце поднимется на западе?”. Золотое светило, разумеется не спешило удивлять, зато ему нашлась замена.

-Так, так, так. Кто это у нас? - На крыше соседнего дома возник копейщик в синем. Кухулин, как и любой маг или слуга ощутил буйство силы на холме. А пропускать веселье ему не хотелось.

-Псина… - Глава гвардии Феникса сверкнул алыми линзами шлема и вперил взгляд во врага. Анусоран не забыл этого мерзавца, посмевшего ранить его Лорда. Силовая алебарда заискрилась. Могучее оружие пробудилось ото сна, желая покарать врага Феникса. А его владелец в молниеносном броске, атаковал Лансера.

-Ого, сразу к делу? Мне это по нраву!

-Заткни пасть, пес, ты поплатишься за оскорбление моего примарха! - Вергилий был объят праведным гневом и без жалости разил врага, уже успев оставить пару порезов. Мастерство гвардейца удивило Кухулина, ведь мало кто был способен сравниться с ним во владении древковым оружием. Благо из превосходящих была только его учитель. От воспоминаний о Ведьме страны теней, Сетанту передернуло, и он едва не пропустил удар.

-Эм, Сэйбер, а ты не хочешь вмешаться?

-Вергилий хочет отстоять честь того кому присягнул в верности. Вмешательство будет великим оскорблением.

Рин перевела взгляд на холм, где за деревьями была едва видна крыша храма. Фулгрим справился на удивление быстро, она даже напрячься сильно не успела. Правда то с какой скоростью уходили драгоценные камни - удручало. Делать их накопителями больше не проблема, но ведь их же нужно где то доставать, личные запасы необработанных камней уже почти истощились. А ведь впереди еще не одна битва.

Глава 15

Звон. Столкновение орудий высекло искры. Алое копьё противостояло массивной алебарде. Пурпурный гигант не знал пощады. Древний герой не знал страха. Уже неизвестно сколько шло сражение между одним из старейших легионеров третьего и легендой Ирландских земель. Дух Сетанты ликовал, ибо обрел достойного соперника, по настоящему равного. Тот был закован в доспехи, тяжелые как видом, так и делом. Но это не мешало ему двигаться на недосягаемой для простого смертного скорости, будто и не сковывали они его. Клинок силового оружия сиял во тьме, превращая каждый удар в настоящее светопредставление. И каждый взмах нес смерть, так твердили инстинкты, походившие на звериные.

Вергилий видел что его противнику нравится их битва, что он получает от нее удовольствие. И это злило. Какой то жалкий варвар смеет смеяться, когда на него обрушивались удары человека созданного чтобы вселять страх во врагов человечества. Сын Феникса не даст этому наглецу прожить еще один день, как было со всеми кто рискнул посягнуть на честь его примарха. Яростным ревом, дублированным вокс-системами, астартес заставил стоящих на небольшом удалении мастеров вздрогнуть. Теперь, точная и выверенная манера биться, не слишком подходила охваченному гневом сверхчеловеку. Керамитовый колосс понесся на Лансера, и тот поразился тому какую скорость может развивать эта махина. На него будто несся разъяренный бык.

Широкий росчерк, чей радиус был пропорционален размеру тела гвардейца, заставил синего копейщика отступить. Он отпрыгнул к стене одного из домов, среди которых и велось сражение, но на этом все не закончилось. В него уже полетала, ставшая ненавистной, плазма. Пусть плазменный пистолет Анусорана уступал в мощности оружию его примарха, но это не умаляло угрозу. Сгустки ионизированного газа нужно было обтекать, как какому то танцору, иначе пришлось бы терпеть ужасные ожоги. Заминку противника нельзя было не использовать, как и поступил Вергилий. С низким стартом, его фигура вновь понеслась на Кухулина. Гулкая поступь разносилась по округе, создавая впечатление что где то работает громадный штамповочный станок.

По пути успев несколько раз выстрелить, космодесантник протаранил каменное основание жилого дома, чем сотряс все сооружение. Сетанте удалось ускользнуть в последний момент, и сейчас он оказался на крыше соседнего здания.

-Знатно мы веселимся, правда же… Э, а как тебя звать то? - Космодесантник резко развернулся к ненавистному врагу, чем стряхнул с себя пыль и осколки. Все телом, он источал желание сделать так чтобы Лансер оказался разорван и смят, обращен в прах. - Ладно, вижу ты не так разговорчив как Фулгрим… твой военачальник, да?

-Ты не достоин даже произносить его имя, отродье! - Незапятнанный плащ взметнулся и стал развеваться подобно знамени, стоило только Вергилию совершить мощный прыжок в сторону противника

-Знаешь, не слишком то интересно, когда противник не разделяет радости от сражения. - Как то даже обиженно произнес Кухулин. Его расстраивало что он до сих пор не встретил того кто также любит добрый мордобой, как и сын Луга. - Хотя ты точно один из самых необычных моих оппонентов, размером так точно. - Говорил он, пока находился в воздухе, ведь попасть под атаку алебарды этой громадины не хотелось. Когда Лансер приземлился в далеке, Вергилий вновь зарычал. Верткого гаденыша никак не удавалось задеть. Но гневные звуки космического десантника были заглушены ревом автопушки. Тацит нашел хорошую позицию на другой крыше, и с нее вел огонь по противнику.

-Неа, таким меня не проймешь. - Сказал Кухулин когда все снаряды были отклонены каким то волшебным образом. Действительно волшебным, ведь то была божественная защита от дальних атак. - Можешь хоть всю ночь пыта… От ты ж!

Технодесантник быстро понял что так ничего не добиться, потому сменил тактику. Из наплечной пусковой установки хлынул град разрывных ракет, которые взорвались стоило им оказаться близко в цели. Как было ясно по прошлым столкновениям, новоявленная особенность слуги не распространялась на физические явления, вроде плазмы или взрывов. Подпаленный Лансер вынырнул из облака черного дыма, и недовольно смотрел на терминатора и его примарха, стоящего рядом. Ответный взор последнего был насмешлив.

-Ты ничему не учишься, Кухулин.

-Да неужели, так давай я тебе покажу как люблю это дело. - Кровожадный оскал дал понять, что рыцарь копья ни капли не боялся четырехкратного численного превосходства.

-А ты думаешь потянешь?

-О, для меня уже это вопрос чести, серьезно. Но предупреждаю, по честному я не бу… - Неожиданно Сетанта замолчал. Его лицо потеряло азарт, сменившись бледной скукой и чем то похожим на усталость. - Это уже не смешно. - Тихий шепот был скорее смиренным, чем возмущенным.

-Согласен, потому помогу тебе избавиться от будущих страданий. Ты не уйдешь отсюда, Лансер. - Чуть светящиеся глаза примарха, уже не имели насмешки, приобретя серьезность. Убийственную.

-Уйду… правда не уверен что этому стоит радоваться. - Последнюю часть синеволосый произнес тише, скорее говоря с собой, чем с окружающими.

А те уже готовились. Вергилий напряг тело, выставив алебарду вперед. Именно ею он собирается пронзить врага. Тацит зафиксировал цель на внутрешлемном дисплее, и вывел системы наведения на предельную производительность. Артурия, для которой наконец нашлась битва, покрепче перехватила рукоять невидимого меча. Всем скопом на одного не слишком по рыцарски, но сейчас идет война, а не турнир или дуэль, как было до этого. А сам Фулгрим острым взором смотрел на Сетанту. Четыре духа, так или иначе призванные граалем, скрестили взгляды на одиноком силуэте копейщика. И первый действовать решил Вергилий.

Едва уловимым движением, он скакнул на соседнюю крышу, чем переполошил жильцов. Молниеносный взмах был парирован, а затем уже Анусоран уклонялся от замаха. Кухулин, пусть и получил приказ бежать, не собирался так просто уходить, ведь прорвать строй противника было необходимо для отступления. Короткий обмен ударами не принес ничего кроме искр, которые высекло оружие. Последний широкий росчерк алебарды заставил противника спрыгнуть на дорогу между домами. А миг спустя, к паре присоединился примарх. Крушитель кузниц, что вновь явил себя, немезидой навис над головой копейщика. Последующий удар вызвал грохот, будто от обрушения гор. Кухулин едва успел спастись, но лишь для того чтобы не слишком удачно избежать новой атаки. Клинок Артурии, невидимой волной устремился в грудь мужчины, и оставил неглубокий разрез. Короткая заминка позволила союзникам сгруппироваться и атаковать с трех сторон. Сетанта был загнан в угол.

Крутясь как уж на раскаленном камне, он едва ли мог продержаться долго, это было очевидно. Его скорость и ловкость позволяли ему не умереть под таким натиском, но это лишь вопрос времени. Кинетические волны от молота, линии света от силовой алебарды и слабозаметные атаки невидимым клинком. Все это вместе создало на теле Кухулина множество ран. Крепкое тело слуги было не так просто уничтожить, но враги давали понять что они могут добиться успеха, особенно Фулгрим. Одного прямого попадания хватит для мгновенной гибели. Лансер, как и его мастер, поняли это, потому было задействовано командное заклинание. Всего миг потребовался чтобы гончая Кулана превратилась в сноп искр и исчезла с поля боя.

Увидя это, троица и наблюдатели остановились. Очередное бегство слуги копья вызвало раздражение, особенно у Вергилия. Тому была ненавистна мысль о неспособности покарать эту тварь, да еще и на глазах примарха. То что последний и сам не сумел достать противника, даже не появилось среди дум астартес. Союзники опустили оружие и посмотрели друг на друга. Гвардеец уже хотел упасть на колени и раскаяться в своей некомпетентности, но его остановила поднятая рука Фулгрима, которому были очевидны намерения его сына.

-Не нужно, Вергилий. Ты хорошо сражался и тебе не за что извинятся.

-Мой лорд… - Анусоран все же склонил голову, в ответ на честь получить похвалу от Фениксийца.

А ведь в былые времена, примарх Детей Императора не терпел огрех, вне зависимости от причин. К примеру, при осаде крупнейшего атолла на Лаэране, капитан терминаторской роты опоздал на пару минут, чем несколько нарушил четкий план действий. Пусть ему преградили путь многочисленные враги, прорваться через которых за тот срок было настоящим подвигом, Фулгрим счел это… ошибкой. А совершенство не терпит таковых. Вспоминая эти события, Вергилий признал что его примарх изменился. И похоже, в лучшую стор… Нет, его лорд идеален, он не мог быть лучше чем прежде, ведь это означает что до этого он был хуже. Такое невозможно по определению, он просто слегка изменил приоритеты, в ответ на внешние обстоятельства.

-Сражался то хорошо, но мне знаете ли не слишком нравится проводить гипноз на куче народа. Тут жилая зона, может стоило хоть попытаться подальше отойти? - Говорила Рин, вернувшаяся из небольшого забега по тем домам что были задеты в ходе битвы. Простейшее заклинание запутывающее воспоминания и ослабляющее критическое мышление на некоторое время она использовала, наверное, больше раз чем за всю жизнь. Гвардеец уже хотел приструнить наглую девчонку, как его прервали.

-Рин, Лансер не слабый противник, то что Вергилий не навредил ни одному человеку уже достойно уважения. - Спокойный голос Артурии заставил девушку скрестить руки на груди и тихонько заворчать, словно дед который понимает что “молодежь” права, но не хочет это признать и теперь обижается по стариковски.

Тот на чью защиту встали, как то странно посмотрел на королеву. Неожиданно, признал он.

-Ну будет тебе, Тосака. Все ведь хорошо закончилось, пойдем лучше домой, ты наверное устала? - Юный Эмия подал голос и попытался успокоить девушку. Хотя то как Рин дулась, показалось ему… милым.

-Ладно, ладно, я поняла. - Патетично взмахнула руками она. - Эту ночь действительно лучше заканчивать. - И для пущей убедительности, гордо отвернула лицо от собеседников.

Все были с ней согласны, однако, возникло неожиданное обстоятельство. На небольшом удалении, материализовалась новая гостья. Женственная фигура освещалась уличным фонарем, из за чего ее фиалковые волосы казались еще ярче чем должны. Каждый из присутствующих насторожился и устремил взгляд к новому лицу на сегодняшней сцене.

-Я пришла не ради битвы. - Почти без эмоциональный голос Горгоны донесся сквозь ночную тишину. - Мой мастер желает поговорить.

И стоило ее словам достичь группу слуг и мастеров, как из за угла одного из домом, что были за спиной Медузы выступила девушка. Неторопливой поступью, она направилась к своей слуге. Не единое движение не выдавало в ней агрессии, и, в то же время, опасения. Она была спокойна. Встав рядом с Райдер, она встретилась взглядом с Фулгримом, а тот смотрел в ответ. Пурпурные глаза пристально взирали в ониксовые, что отливали легкой синевой.

-Позвольте представиться, мое имя Цурукава Хинако, я мастер Райдер. - Небольшой традиционный поклон сопровождал приветствие. - Мне хотелось бы немного побеседовать, если вас не затруднит. - легкая улыбка появилась на аккуратных губах.

-Ты ведь осознаешь что тебе не удастся сбежать, если мы не будем настроены на разговор. - Не спросил, но утвердил примарх. - Так что может оправдать такой риск?

-То что суть этого ритуала исказилась и больше не принесет желаемого его участникам. - Все еще не подавая признаков беспокойства, ответила Хинако.

Сын повелителя человечества не изменился в лице, однако благородный пурпур глаз будто разгорелся, обратился в искры во мраке ночи.

-Рассказывай.

****

Сасаки Кодзиро ощущал что более не способен оставаться в этом мире. Энергия, что удерживала его в мире живых более не поступала, а мир выдавливал его из реальности, как чужеродный элемент. До этого момента, храм, воздвигнутый его жестокой хозяйкой защищал от внимания планеты, но теперь ничто не позволит псевдо слуге спастись от повторного забвения. Хотя это не вызывало ни капли сожалений, скорее удовлетворение. От свободы, пусть и мимолетной, самурай прикрыл глаза и просто наслаждался ночной прохладой.

Этому не мешало даже то, что недалеко от него на коленях сидел мастер Кастер. Пусть тело принцессы Колхиды распалось на частицы света и оставило после себя лишь пустоту, он так и не поднялся. И даже слова не проронил, пребывая с естественным для себя выражением лица. Сасаки не переживал по этому поводу, хотя то как Кастер проживала последние моменты своей жизни, невольно заставило его чуть изменить свое мнение о ней. Жестокость была не единственным обитателем ее сердца, но все же симпатии это не прибавляло.

-...Наконец…

Едва слышный потусторонний шепот настиг мечника, на что тот сразу обернулся к его источнику. На уцелевшей крыше храма нависала фигура облаченная в темные одежды. Они трепетали от слабого ветра и даже луна, вышедшая из за туч, не могла разогнать тьму. Та окутывала тело странного существа, единственной отличительной чертой которого была белая костяная маска.

-Ужель глаза меня обманывают? - Не подавая признаков беспокойства прошептал Кодзиро. - Ассасин?

-... Во плоти… - Голос вновь донесся, но в этот раз со спины. А следующее что ощутил самурай была разрываемая плоть. Короткий кинжал вошел прямо под ребра, по таким углом чтобы пронзить сердце. Наиболее верный путь к тому чтобы оборвать жизнь разумного ударом в спину. - Свобода опьяняет… не правда ли? - Провернул он лезвие, от чего кровь начала сочится с двойной силой.

-Да, это поистине так. - Отяжелевшие веки великого мастера начали укрывать его взор от мира живых, в котором ему посчастливилось оказаться вновь, но… - Жаль только что… она столь мимолетна… - С мягким шлепком тело рухнуло оземь, и последнее что увидел Сасаки, это то как убийца направился к бывшему мастеру Медеи Колхидской. - Но оттого… она и прекрасна. - Эти слова он произнес на последнем вздохе, перед тем как взор окончательно застлила темнота забвения.

Кузуки Соичиро заметил происходящее у него за спиной, но ему не было дела до этого. Он знал что не совладает со слугой, чьи шаги были вестниками его погибели. Последние мгновения жизни лучше было потратить на то чтобы почтить память той кто… Не успела мысль завершиться, как оборвалась вместе с биением сердца учителя и бывшего наемного убийцы. Он пал от рук подобного ему, тому чья судьба была связана с тленом и кровью.

Фигура в темном балахоне стояла над телом убитого. Было невозможно понять о чем она думает, но этого и не требовалось. На сцене появился новый игрок, что пребывал в тени все это время. Из роя жуткого и омерзительного вида крылатых насекомых, собралась фигура старика. Его тусклые глаза, в которых уже нельзя было увидеть ничего кроме порочных желаний, скрытых в их глубине, взирали на последнего слугу этой войны, что наконец вступил в нее. Скрипучий смех мог вызвать тошноту и озноб у любого кто его услышит, до того мерзок был он.

-Похоже, тебе не помешает мастер. Как на счет меня, Ассасин?

Мато Зокен был рад. Если то что способна испытывать его искаженная душа можно так назвать. Его изначальный план пошел прахом, из за бездарности его внука, весьма предсказуемой к слову. Какой то неизвестный маг умудрился отобрать его командные заклинания, да еще и не потратив ни одного, как пришлось сделать им. И теперь, в руки старого магуса пришел новый союзник, да еще и самый любимый. Зокену очень импонировал стиль ведения дел класса убийц. Темные провалы маски были направлены прямо на старика. Ответ уже был предрешен, ибо у Хассана Проклятой Руки была миссия, данная ему его истинным хозяином. Тем кто и вызвал его в эту эпоху, а потому, использовать зарвавшегося червя будет наиболее оптимальным решением. Ведь так и должен поступать Ассасин. Использовать любые средства для устранения жертвы.

****

Тишина пронизывала своды обители божьей. Как и всегда, даже при взошедшем светиле в ней не было прихожан, а уж под луной тем более. Котомине Кирей стоял перед распятием, на котором изображался сын господа, пожертвовавший собой за грехи человеческие. Сколь иронично было это стремление, по мнению лже-священника. Ради спасения душ паствы своей, он перенес муки, которыми одарили его сами люди. Как… бессмысленно. Мысль прервал голос его слуги, что подпирал стену с беспристрастным видом.

-Тебе еще не надоело мешать мне сражаться? Я не для того ответил на призыв чтобы постоянно бегать от битв. - По Кухулину прошелся взгляд прикрытых глаз, и тут же вернулся к символу веры. - Сколько мне ждать и позориться перед врагами?

-Ровно столько сколько потребуется, Лансер. Как мы и договаривались, ты получишь то чего желаешь, разве не для этого существует чаша Христова? - С тонкой улыбкой говорил Кирей. - К тому же… слуги должны выполнять приказы своих мастером, потому избавь меня от жалоб. Лучше потрать время на восстановление, твоему телу досталось.

Гончая Кулана, которого посадил на цепь ненавистный хозяин, досадливо покачал головой. Удача, ето главная слабость. Угораздило же попасться в лапы к этому гнилому человеку. С подобными мыслями, Сетанта растворился в воздухе, дабы не терпеть липкого присутствия этого… просто этого.

-Твоя шавка уже начинает показывать зубки, не боишься что он наплюет на твою власть над ним? - Громкий и властный голос, под стать сути его хозяина, раздался с задних скамей. - На мою помощь можешь не рассчитывать, Кирей. - Алые глаза так и не обратились к спине священника.

-Он не станет помехой, в отличии от…

-Некоего Фулгрима. - Златовласый повел хрустальным бокалом с насыщенной красной жидкостью. - Даже мне неизвестно кем он является, хотя это не мешает мне видеть его суть.

-Вот как, тогда может соизволишь поделиться? - Наконец развернулся мужчина, дабы взглянуть на второго обитателя этого места. Молодого мужчину, на идеальном лице которого отпечаталось превосходство над всем сущим.

-Только потому что у меня в последнее время благодушное настроение. Не думай что я стану рассказывать тебе обо всем что спросишь. - На краткий миг замолчав, дабы насладится прекрасным напитком, древний продолжил. - Он сломлен. Раздавлен сожалениями. Я уже взглянул на него издалека, и увидел лишь тень былой силы. Впрочем… - Теперь пауза была более продолжительной, будто молодой человек не мог подобрать подходящего слова.

-Впрочем? - Король соизволил не заметить наглого вмешательства в его раздумья, ведь те, вопреки всему, были интересны больше чем пустышка в живом обличье.

-Где то в глубине… еще есть сила. Та которую он утратил, ушла не до конца. Занимательно будет если ему удастся ее восстановить.

-Какая редкость, так высоко отзываться о ком то для тебя.

-Не дерзи мне, смерд. - Алые зрачки, в приглушенном свете луны, приобрели оттенок похожий на кровь. - Он такое же ничтожество как и все. Лишь букашка под моей стопой, подобно тебе, потому не зарывайся. Разница лишь в том что… прозванный Фениксийцем - загадка для меня. Подобное недопустимо, ибо все под этим небом принадлежит мне, потому должно быть понятно и очевидно. Такое досадное недоразумение стоит исправить.

Рожденный править земной твердью, древний король не терпел столь вопиющего неуважение к его власти. Нынешний Арчер странен и непонятен. Непонятен Королю Героев. Ощущения последнего твердили что в нем скрыта мощь, неведомая доныне. Будто какой то свет бессильно рвался покинуть темницу из страхов, которую воздвигла эта шавка. И его отголоски, незримые для любого кроме короля, отдавали знакомым чувством. Чувством божественного, но были иными. Человеческими. Сила что могла родиться лишь из воли высших существ, не имела аналогов в этом мире. Даже сам Гильгамеш родился как глас богов в царстве людей. А теперь объявился какой то наглец, который будто не желает признавать власти над собой, которую продиктовала сама судьба.

Именно так ощущался Фулгрим. Но, похоже, этот глупец сам не понимает что скрывается в нем. Ведь, яви он эту силу, она бы сразу объявила о себе, да так что весь мир содрогнется. Гая и Алайя могли отреагировать как угодно, даже послать своих зверей для ликвидации угрозы. А ничем иным они не сочтут, можно сказать, пробужденного примарха. Хотя, король был уверен что для него самого, тот не станет помехой. Будет мешать, значить будет раздавлен как жук.

-Он оказался достоин твоего внимания? Думаю стоит приготовить зонтик, ведь завтра точно пойдет дождь. - В нескольких сантиметрах от виска священника просвистел зазубренный клинок, вылетевший из золотого зева портала. От места удара начала идти трещина, что прочертила себя вдоль тела сына божьего. Увидевший это Кирей, краем разума отметил что бедного Иисуса никак не оставят в покое.

-Еще одно слово и ты лишишься жизни, насекомое. - В словах не было угрозы, скорее они походили на констатацию факта. Гильгамеш не утруждал себя обращением внимания на язвительность пешки. Пока эта пешка была нужна. Но даже так, переступи она черту, как он сметет ее с доски. Котомине это понимал, потому замолчал. Мимолетная угроза жизни не вызвала в нем ни грамма страха, лишь легкое веселье. Раздражать людей, а особенно Короля Героев, было весьма забавно.

Когда мужчина ушел вглубь церкви, так и не убрав с лица улыбки скрывающей насмешку, властитель Урука продолжил раздумья. Планы его были близки к кульминации, и странный Арчер не сможет этому помешать, как и любой другой дерзнувший мешать королю. Решение принято и не подлежит обсуждению, ведь такова воля правителя мира, являющегося таковым по праву рождения. Праву дарованному богами, а после заслуженному самостоятельно. Ни люди, ни, уже давно мертвые, боги не в силах предотвратить неизбежное. Сама судьба их подвластна первому герою. Это само собой разумеется.

Ибо все сущее принадлежит Гильгамешу.

Глава 16

-Что значит осквернен?

-То и значит. - Собеседница, видя что собеседник ждет ответа, перестала давать оные в односложной манере. - Мне и самой неизвестно что произошло с граалем, однако, его уже нельзя считать тем чем он был изначально.

-В таком случае, чем это грозит?

-Разве не очевидно? - Хинако чуть приподняла брови, будто не понимая что может быть непонятно. - То, что создано исполнять желания, исказилось, но продолжает выполнять свои функции. Чаша дарует то чего жаждет обладатель, но будет ли это действительно тем чего он хотел?

Примарх прикинул как может обернуться исполнение желания, имеющие глобальные масштабы. Вроде мира во всем мире, один из банальнейших примеров. Мир, это отсутствие конфликтов интересов, идеологий и мировоззрений. Истинный мир, при котором не будет никакой борьбы, возможен только в пустоте, ибо сами люди не способны перестать бороться. Такова их суть. Значит, устранение живого разума на Терре, исполнит эту несбыточную мечту. Только вот толку от такого, мягко говоря, мало. Мир не настолько прост, и пути всегда имеют значение. Построенное на крови и костях продержится меньше, чем воздвигнутое носителями горящий сердец и сплоченной воли.

-По какой причине ты рассказываешь это нам? Чего добиваешься? - От услышанного вопроса, на устах девушки заиграла мягкая улыбка, коей она одарила платиноволосого.

-Лукавить сейчас - подвергать свою жизнь угрозе, потому отвечу искренне. - Тихий шаг приблизил девушку, чьи волосы были темны, подобно межзвездным просторам. - Мне нужна ваша помощь. - Тонкая кисть легла на грудь, в жесте означающем что слова исходят из самого сердца.

-В очищении?

-Именно. - Чуть довольно кивнула дева, однако вернула себе самообладание. - С давних времен, мой род занимался, можно сказать, экзорцизмом. Мои предки дали клятву защищать простых людей от существ за гранью их понимания, столь древнюю что уже никто не помнит причину. - С глубоким почтением в глазах произнесла она. - Потому, стоило мне почувствовать зло в ритуале, как я немедленно начала действовать. - отнесла она руку к слуге, стоящей у правого плеча.

-Ты перехватила контроль и приказала снять барьер. - Ответ на исчезновение кровавого форта наконец явил себя. - Тогда зачем Горгона напала на меня в лесу? - Острые взгляды скрестились на паре. Особенно отличился Вергилий, что не удивительно. Хотя Артурия ему не уступала.

-Я не могла исключать что призванные уже подвержены проклятию, потому необходимо было проверить этот момент. - Цурукава оставалась невозмутима, как и на протяжении всего диалога. - К счастью, все слуги чисты, источник зла это сам грааль. И позвольте не дожидаться следующего вашего вопроса. Только вы, на мой взгляд, подходите для создания союза, надеюсь мне не придется объяснять почему.

Жестокий древний маг, подчинивший ассасина, вдобавок оба мёртвые. Жаждущий битвы копейщик. И обезумевший герой, с мастером под стать. Выбор действительно невелик, Фулгрим признавал это, и тем не менее не ослаблял бдительности. Вполне вероятно что эта девушка решила пойти на рисковую авантюру и втереться в доверие под лживым предлогом. Хотя последнее почти невозможно. Все, от сердцебиения до сокращения лицевых мышц, твердило об искренности. Разве что временный самогипноз или нечто подобное, маги это мира умели удивлять, вопреки своим ограниченным возможностям. И к слову о магах.

-Мне вот что непонятно… - Пытливо посмотрела на Хинако Рин. - Как я могла не знать о таком древнем роде охотников на нечисть? Впервые слышу о твоем клане или что там у вас. Потрудись объяснить.

-Тут нечего объяснять. Просто мои родичи предпочитают не пересекаться с магами, благо наши интересы редко соприкасаются, ведь мы не преследуем нечестивых магусов, клятва этого не подразумевает.

-Как то сомнительно звучит. -Продолжила Тосака, но тут слово взяла обладательница святого клинка, чье предназначение - беречь покой рода людского.

-Поддерживаю. Но если то что она говорит правда, необходимо немедленно принять меры.

- Само собой, Арти. - Поддержал её Фулгрим.

Королева, миг спустя, ощутила на себе пронзительный взгляд темных глаз, синева в которых проявилась лишь сильнее. Хинако пристально смотрела на воительницу, отслеживая каждое движение. А когда Артурия ответила недоумением, тщательно скрытом - как всегда, мастер Райдер опомнилась и слегка смутилась.

-Прошу прощение. - Слегка поклонилась она в сторону всей группы, стоящей напротив. - Это не относится к делу, но в свободную минутку мне нравится изучать истории и предания. А вы одна из их героев, вот я и… не удержалась. - На бледных щеках проступил предательский румянец, впервые показав иную сторону невозмутимой красавицы. Следом она элегантно кашлянула в кулачок. - Кхм, думаю лучше вернуться к теме.

-Не страшно, и да, нам стоит продолжить. - Этим занялся примарх.

-Каким образом ты сумела обнаружить изменения в граале? - На что, полностью вернувшая самообладание Цурукава, нашла что ответить.

-Моя семья владеет особыми знаниями, которые и позволили мне добиться этого. Я буду не против поделиться их частью, если мы придем к соглашению, но не думаю что метод обнаружения так важен.

-Пусть так… Предположим, мы согласились на союз. Что ты предложишь сделать? - Под взглядом пурпурных глаз, девушка на некоторое время умолкла и будто была… заворожена.

-... В первую очередь, нам нужно найти существо совершающее зверские убийства в городе.

-Как сегодня?

-Да… Похоже вам уже известно о них. Из того что мне удалось понять, оно использует жизненные силы людей для насыщения. Вероятно, это нужно для восстановления сил и последующего воплощения в физическом мире.

Фулгрим прикрыл глаза, восстанавливая из памяти те записи которые показал Тацит, некоторое время назад. Действительно, это вероятно было связано с участниками войны. То что жертвы были не цельными могло быть результатом пожирания их тел неизвестным, и все же изначальной гипотезой был один из слуг. Но этой ночью все они стали известны и не похоже что кто то из них имел подобные возможности. Даже Горгона, как понял примарх, могла высасывать прану вместе с кровью и плоть была ей не нужна. Это заключение стало последней мыслью в цепочке размышлений Арчера.

Слегка повернув голову и скосив взгляд на стоящих чуть позади него, Феникс задал немой вопрос о мнении своих соратников, даже младших. Первый ответил, что снова не удивительно, Вергилий. Он крепче сжал древко алебарды, чем вызвал едва различимый металлический скрежет от трения керамита и следом ударил по мостовой. Второй стала Артурия, которая решительно кивнула, глядя прямо на Фулгрима. Эти сверкающие изумрудные омуты были пронизаны решимостью узнать правду и сделать то что должно. Впрочем, другого и не следовало ожидать от благородной королевы. Чистота ее помыслов могла сравниться только с чистотой сияния клинка обещанной победы.

Рин некоторое время буравила недоверчивым взглядом неизвестную магессу. Подозрение так и плескалось в голубых глазах, и пара капель окропили даже Фулгрима. Почему - непонятно, скорее чтоб неповадно было, но это ничего не принесло, потому, слегка вымученный кивок сопровождался тяжелым вздохом. И только Широ медлил, не от сомнений, но от беспокойства. Вся эта ситуация вызывала в нем странной опасение и даже страх. Будто… ничем хорошим все не кончится. Особенно сильно это проявилось после слов о существе что пожирает людей. Но Широ не был бы Широ, если будет стоять в стороне когда могут пострадать невинные.

-Что ж, кажется тебе сегодня везет. - Молча ожидавшая ответа Хинако искренне улыбнулась от понимания достигнутого успеха.

-Я безмерно признательна, господин Фулгрим. - И вновь легкий поклон выказал благодарность исполнившей его.

-Не радуйся раньше времени, мы не стали товарищами. По тебе ясно, что ты совсем не глупа и осознаешь чем обернется обман. - С холодом в голосе говорил примарх.

-Разумеется, я и не думала быть столь наивна и поспешна. Однако, все что было поведано вам, есть чистая правда. Если потребуется, я поклянусь чем угодно, ради лишней крупицы доверия.

Фулгрим посмотрел на нее и не смог сдержать смешок. Оный вызвал некоторое недоумение на лице черноволосой, ведь ей было непонятно что рассмешило примарха. А ответ был прост - ирония. Эта девушка хотела дать клятву тому кто стал клятвопреступником и отвернулся от всех обетов. Фениксиец был свидетелем того как вернейшие предали и впадали во тьму. После такого… сложно быть уверенным в надежности любых слов и даже дел. Никогда нельзя надеяться на то что все обернется так как заверяли.

-Оставь клятвы тем кто в них верит. - Невольно взгляд Фулгрима скользнул по Артурии. - Или тем кто сумел не утратить эту веру.

Звук голоса рассеялся в возникшей тишине. От королевы не укрылось движение глаз мужчины. Сразу стало понятно о ком он подумал в этот момент, и от этого, в душе девушки возникло приятно тепло. Похоже, каждый из них считает другого лучше себя. Внутренне, Артурия повторила смешок примарха. Как иронично все же. А та, к кому обращался платиноволосый, взглянула на него с мелькнувшим сочувствием. Однако, дальше это не зашло, и перед тем как уйти, Хинако напоследок произнесла.

-В таком случае, нам следует встретится завтра, после захода солнца. - Уже оборачиваясь сказала она. - Надеюсь, в дальнейшем, наше сотрудничество будет основываться на взаимном доверии.

Более, ни слова не было слышно от удаляющегося силуэта, за чьей спиной волнами качался хвост из блестящих черных волос, связанный чуть ниже плеч. А оставшаяся на месте группа, некоторое время спустя направилась на базу. В поместье Эмии, то бишь. Все же не стоит забывать, что мастера грозных героев легенд, были учениками школы, и весьма ответственными. Даже излишне.

****

Наконец эта ночь была окончена и мастера, чьи тела не слишком отличались от тел простых людей, приступили ко сну. Времени поспать осталось не так много, потому они желали как можно сильнее насладиться этими мгновениями. Даже новое знание о войне не помешали им погрузиться в мир грез. А те кому не требовался отдых, ожидали рассвета на веранде, созерцая ясную луну. В данный момент, плотные тучи успели рассеяться и дать путь свету бледного светила.

Примарх был погружен в свои мысли, среди которых появилась новая головная боль. Осквернение грааля, спутавшее и без того ненадежные планы, будто одного Темного Принца мало. Если чаша более не будет выполнять свое предназначение, тогда последняя надежда изгнать порождение варпа исчезнет. Возможно вместе с ней и мир, ибо неведомо что захочет сотворить с ним пришедшая сущность. Фулгрим понятия не имел чем можно ее пронять. Хотя наиболее вероятно что Слаанеш не имеет полной мощи, возможности бога хаоса не могут быть незначительны.

Может этому существу вздумается превратить планету в мир удовольствий, может сжечь все живое, а может просто вернуть своего “принца”. Фениксиец не знал почему она так назвала его, как и не знал почему так трепетно к нему относилась. В каком то смысле, темная госпожа не желала ему зла, однако лишь в своем понимании. Быть во владении одного из хозяев имматериума худшее что может случиться с человеком, ведь в какой то момент, просто не захочется иного. Их тлетворное влияние необоримо, оно будет подтачивать разум мысль за мыслью, пока не превратит достойного сына человеческого в искаженную пародию на самого себя. Именно это происходило с Фулгримом на протяжении всего времени, после получения того проклятого клинка.

Это прекрасное внешне орудие, имело опасную суть. Сейчас, любимый когда то меч, вызывал лишь тошноту своим великолепным серебряным блеском. И что самое худшее, примарх начал предпочитать его Разящему Огню. Пренебрег подарком брата, начав чаще пользоваться творением мерзкой ксено-расы хаосопоклонников. Хотя Лаэранский клинок мог быть выкован самим варпом, а не смертными, что только усугубляет вышесказанное.

Мрачный мужчина не произносил слов, как обычно было в такие моменты. Артурия, которая уже получила порцию своего любимого питья и наконец выбралась из нирваны, с неопределенными мыслями стала разглядывать примарха. Бледная кожа будто сияла под белым светом, а чуть сведенные брови выдавали сильную задумчивость. Взгляд был оторван от реальности, пребывая во всевозможных сценариях будущих событий, а разум сына Владыки Империума мог выдать очень, очень много вариантов.

-Фулгрим. - Столь сильно погрузившись в себя, он не услышал. Обычно сверхчеловек не мог полностью потерять бдительность, но присутствие королевы даже близко не было тем чего стоит опасаться. Потому Фениксиец и не заметил как его окликнули.

-Фулгрим… - Тонкая кисть легла на плечо, наконец вырвав примарха из переживаний. Он встрепенулся и чуть рассеянно перевел взгляд на девушку. - Почему ты так обеспокоен?

-Прости. Слишком многое нужно обдумать. - Примарх слабо улыбнулся, дабы показать что все не так уж запущено. После он положил свою ладонь поверх руки Артурии и мягко кивнул.

-Разве думать вместе не проще? - Редкая, но от того лишь более прекрасная улыбка украсила аккуратное лицо королевы. А ее собеседник, что по сути так же был благородных кровей, ответил тем же, чем полностью развеял свой хмурый образ.

-Да, пожалуй, ты права. - Рука примарха легла на светлую макушку, в очередной бессильной попытке угомонить ее беспокойного жителя. Золотой локон с поистине рыцарской стойкостью выдержал атаку и так и не уступил “завоевателю” свои “земли”.

-Ты ведь не из-за осквернения грааля так себя ведешь, а из за того что он может оказаться бесполезен. - Артурия не без удовольствия перенесла действия мужчины, ведь его рука была очень теплой и ласковой.

-Ты снова права. Сам грааль меня не волнует, как и прежде. Тут дело в этом… существе.

-Та женщина?

-... Слаанеш. - Тон, которым были произнесено это имя, заставил златовласую ощутить внутреннее беспокойство. Фулгрим не просто опасался, он считал ее чем то губительным.

-Ты так и не рассказал кто она. - Мужчина чуть помедлил, собираясь с мыслями.

-Это не “она”. Слаанеш - сущность обитающая в имматериуме. Могучее порождение пороков и грехов, вотчиной которого являются темные удовольствия. - С каждым словом голос был все тише. - И тот кому я поклонялся.

-Поклонялся как… божеству? - Учитывая отношения примарха к предрассудкам, это было действительно удивительно.

-Верно, ко мне в руки попал артефакт, с заключенным в нем архидемоном Темного Принца. Долгое время он нашептывал мне то что я принимал за свои мысли. Мой разум все больше погружался во тьму.

-Так ты и пошел против отца? - Тяжесть предательства была знакома девушке, пусть и не в такой форме. Ведь она предала все надежды тех кто верил в нее, и это уже было невыносимым бременем. А Фулгрим предал в самом прямом значении этого слова. Обратил свой меч против тех с кем шел бок о бок.

-...Да. - Примарх наконец произнес это вслух. И после, на его плечах будто выросла скала, под тяжестью которой он сгорбился, потерял всю внутреннюю силу. - Я и другие. Они также стали жертвами темных богов, что положило начало братоубийственной войне. - Блеклые глаза окинули руки, такие чистые и идеальные. - Мне неизвестно чем все кончилось, но последним что я помню… было убийство Ферруса. И убийцей был я. - Надломленный разум будто ощутил горячую кровь брата, стекающую по коже. А фантазия заставила зрение увидеть как она струится по ладоням прямо сейчас.

-... Расскажи о нем. - Не способная говорить громче шепота, Артурия склонилась к лицу Феникса, посмотрев ему в глаза. Столь же безжизненные, как пустоши Кемоса, до сошествия его будущего владыки с небес. - Иначе никогда не пересилишь боль.

И Фулгрим заговорил. Об их знакомстве и споре. О том как они нашли стремления друг друга зеркальными, ведь желание быть совершенным и избавиться от слабостей действительно схожи. Рассказал о спорах и непонимании, что лишь укрепляли долгую дружбу. О совместных завоеваниях и битвах. В какой то момент, примарх будто забыл о прошлом и просто делился тем как счастлив был иметь такого брата. Того кто был ему ближе всех и того кто был с ним в последний миг, жаль лишь что по другую сторону клинка.

-А что было бы, окажись он здесь сейчас? - Видевшая что ее товарищ буквально оживал на глазах, продолжила Артурия.

-Думаю… Он бы двинул мне по лицу. - Вопреки нерадостному выводу, на лице играла веселая улыбка. - А потом назвал бы меня мямлей и слюнтяем, которому стоит перестать распускать… нюни. - Когда мужчина сам себя ввел в ступор, Артурия вновь осветила мир улыбкой. Наконец он понял.

-Поступки невозможно изменить, Фулгрим. - Нежно положив ладони на щеки примарха, девушка повернула его лицо к своему. Вновь воссиявший пурпур встретился с теплым взглядом изумрудных глаз. - Мы можем только идти вперед, несмотря на сожаления. В память о тех кто верил в нас прежде… и верит сейчас. - Теперь пришла очередь Артурии замирать, ведь сказанное относится к ней в той же мере что и к платиноволосому. Потому она не заметила как в нем заиграла озорная искра.

-Кажется ты пыталась утешить меня, что это была за пауза? - Ехидная улыбка заставила девушку по доброму возмутиться.

-А ну молчать, иначе познаешь гнев короля.

-Ты хотела сказать - королевы?.. Ауч. - Маленький кулачок безжалостно обрушился на голову наглеца. - Мне опять сделать тебя попугаем? - Сверкнул во взоре угрожающий свет.

-Сейчас ты ростом для этого не вышел… А ну поставь меня!

-Что ты там говорила? - Пусть не пребывал в своей истинной форме, Фулгрим был втрое крупнее хрупкой девушки, потому без особых усилий воплотил угрозу в жизнь. Сидя на плече, Артурия вновь занесла карающую длань над макушкой, и ничто не было способно предотвратить наказание. Однако, в последний момент, рука остановила свой полет и просто мягко легла на голову, начав гладить платиновые локоны.

-Ведешь себя как ребенок… А еще примарх называется.

Теплая улыбка будто разогнала ночную прохладу, наконец обогрев душу одного из заблудших сынов Повелителя Человечества.

****

“Опять”.

Рин видела новый сон. На сей раз, события в нем были прямым продолжением предыдущего. Гелиополис наполняли члены Братства Феникса, такие как капитан первой роты - Юлий Каэсорон, Соломон Деметер и Марий Вайросеан, капитаны второй и третьей, соответственно. Слуга девушки восседал на своем месте, и пусть собравшиеся находились за круглым столом, никому бы в голову не пришло назвать себя равным примарху. После представления новых членов Братства, началось обсуждение плана по завоеванию. Фулгрим, высказал свое желание завершить кампанию за три месяца, что было много быстрее предполагаемых сроков. Такой подход, вызвал бы неминуемые потери, но так пожелал их отец, потому сыны Феникса не посмели противиться.

Быстро сменяющиеся картины показали Рин как велись сражения. Орды самых разнообразных тварей, измененных генной инженерией, пытались захлестнуть гордых Детей Императора, но им не удавалось противостоять неумолимой поступи астартес, которые созданы чтобы не страшиться пламени войны, но обуздать его. Битвы за каждый атолл превосходили одна другую в яростности. Смерти братьев, каковых было немало, не могли сломить дух воинов человечества. И наконец настал час завершить происходящее.

Последний, главный атолл, стал местом где ксеносы оборонялись ожесточеннее всего. В этом сражении Фулгрим участвовал лично, неся смерть с неумолимостью мрачного жнеца. Он разил змееподобных существ не зная промаха. Победа была лишь вопросом времени. И она явила себя в самом сердце летающего отрезка суши. Сооружение, что не было местом откуда велось правление, но было местом поклонения. Чуждое подобие на музыку резонировала с сознанием, пытаясь затуманить его и исказить, но разум примарха не ведал слабости. И в центре храма, посреди бьющихся в наркотических припадках тварей, чьи тела сплелись в омерзительном танце экстаза, был он. Алтарь с невообразимо прекрасным оружием - мастерски выполненном серебренном клинке.

Рин ощущала то как примарх возжелал его, ей было ясно что он избрал свои трофеем. Но это был лишь первый, можно сказать, слой. За ним скрывался следующий, тот который давал понять что чувствует Фулгрим сейчас.

Отвращение.

Ненависть.

Сожаление.

Тосака поняла. Те слова, сказанные ее слугой, предупреждение о грядущих кошмарах, начнут воплощаться с этого самого момента. Сон начал рассеиваться, но Рин успела услышать напоследок нечто… пугающее. Примарх не слышал этого в тот момент, но воспоминания не могут быть абсолютно точными, даже у сверхлюдей. Голос, исходящий из глубин разума и утягивающий во тьму.

-Фулгрим, ты слышишь меня?

****

Девушка ощутила что лежит в холодном поту, с ещё более холодным телом.

-Да что же с тобой не так, Фениксиец? - Рин не знала что думать. Будто начало какого фантастического ужастика. Только с экрана телевизора нельзя ощутить и малой доли внутренней дрожи, от которой девушка едва начала отходить.

Ей уже не хотелось видеть продолжения. Все чувства твердили что дальше будет хуже, нечто что столь сильно изменило горделивого примарха третьего легиона астартес. Что может привести чертового полубога в такое смятение?! Нынешние чувства Фулгрима четко ощущались, потому сомнений не оставалось. Ужасы, которые увидит и почувствует волшебница не пройдут бесследно.

В тихом поместье разносились едва слышные голоса и звуки ударов. Видимо Широ попал в лапы Вергилия или даже его лорда. Благо на парне все заживает как на собаке, иначе он бы давно превратился в сплошной синяк. Рин посмотрела на время и поняла что до звонка будильника осталось около часа.

-Может мне его выбросить? Все равно он мне уже не понадобится. - С такими “сладкими” то снами.

Глава 17

Пелена спала и они пробудились ото сна. Тысячи горящих душ теперь могли узреть происходящее вовне. Однако, все еще разрозненные умы не обратили особого внимания на это, их волновало иное. Они пребывали в состоянии безудержной ярости, слившейся с всепоглощающей ненавистью. И последняя была направлена на владельца их темницы. Того кто вонзил нож в спину, наряду с теми кого они называли братьями. Наплевав на честь, их отец отправил своих сынов на убой. Однако, не только он мог стать целью, но и те кто так же присутствовал здесь.

Освободившаяся от скверны хаоса, сама их суть скорбно кричала от боли и вины. Добровольно пойти против уз, против всего что им довелось пережить вместе. Они были предателями. Теми кто направил свой клинок на братьев. Агония лишь усиливалась, и ничего не могло стать спасением. И даже так, их естественная тяга к развитию явила себя. Пороки послужившие лазейкой для тьмы, поглотившей их сердца, вымывались под тяжестью грехов. Смутное осознание того во что они их превратили, низвергло гордыню, раздавило тщеславие и на корню вырвало жестокие амбиции. Но тот факт, что они приблизились к желанному совершенству не унял боль.

Когда мстящие духи, заметили духов скорбных, первые вновь бросились в атаку, как было в последние минуты их жизни. А то что до этого более двух месяцев были временем наполненным мучительными мыслями и, столь же мучительным неведением, лишь усугубило жажду. Океан пылающих сгустков схлестнулся в битве не имеющей конца. Ибо это место не давало им умереть, лишь возродиться вновь, дабы все повторялось из раза в раз. Сыны Феникса, те кто пошел за ним в бездну, и те кто остался верен, начали свою бесконечную битву, хотя первые не смели сопротивляться, так как знали правду.

Они заслужили кару. Заслужили испытать нынешнюю боль стократ сильнее, и даже она не дарует им прощение.

****

Утро шло как всегда, тихий шорох плиты и запахи что она разносила по воздуху. Мирное время, кое дарило мир в душе, что был столь желанным. Артурия наслаждалась чаем, создавая вокруг себя умиротворяющую атмосферу, такую что рисовала в разуме иллюзию нежного света, окутывающего ее фигуру. Прикрытые глаза, были таковыми для того чтобы ничто не смело отвлекать королеву от блаженства. Пушистый белый комочек дремал на крае стола и тихонько мурчал. Шерстка после водных процедур, перенесенных с непоколебимой стойкостью, пришла в идеальное состояние, превратившись из спутанных сосулек в мягкий ворс.

Лениво потянувшись, Риланор окинул взглядом помещение. Его друг был на кухне и занимался вопросом пропитания, а подруга сидела рядом и не замечала ничего вокруг. Остальные двуногие сейчас были в других частях поместья, занимаясь кто чем. По крайней мере, спертое дыхание рыжего самца слышалось даже здесь. Покрутив хвостом, котенок направился на одно из своих любимых мест, а именно, светлую макушку. Ловко запрыгнув, он устроился поудобнее и вновь задремал. Артурия это заметила, однако не придала значения. Если милый комочек хочет поспать у нее на голове, то кто она такая чтобы спорить? В конце концов, для тех кто без мук совести может будить котиков, уже готов раскаленный котел в аду.

Фулгрим, подготовив все к завтраку, за раз перенес оное к столу. Там он увидел картину показавшуюся ему весьма… завораживающей. Изящная юная девушка, и спящий на ее макушке белый котенок. Атака с двух фронтов так сказать, потому примарх не смог удержаться и погладил обоих сразу. Риланор замурчал пуще прежнего, а королева разомлела окончательно, так и не прерывая чаепития.

Рин в это время уже привела себя в порядок, и направлялась в гостиную. Пусть она не имела привычки завтракать, но когда этот факт стал известен примарху, то Тосака услышала целую лекцию о здоровом питании. Объем знаний Фулгрима об устройстве человеческого тела позволил утопить ее в информации и заставил клятвенно заверить что подобное не будет продолжаться впредь. Кажется, Фулгрим относился к его мнимой роли дяди чуть серьезнее чем считала волшебница. Хотя проявление заботы было определенно приятным, но эта информация не пригодна для произношения вслух. К слову, Широ тоже попытался образумить девушку, но ровеснику не удалось бы убедить Рин, без помощи сына того кто возвел Империум среди тысяч звезд, вернув под свой стяг бесчисленные миры, затерянные в космической пустоте. “Лучше не думать в таком ключе, иначе с ума сойду.” - рассудила она. Все же примарх, повелитель третьего легиона, убеждающий школьницу в необходимости правильного режима приема пищи, это… Пожалуй, заканчивать мысль не стоит.

Рин уже сидела за столом, наблюдая за донельзя мирной атмосферой на другой стороне. Слуги спокойно попивали чай, время от времени одаривая лаской белого кота. На девушку не действовало его очарование, ведь ее отношение к этим комкам шерсти было равнодушным. За дверью послышались тяжелые шаги, а следом, она раздвинулась и внутрь вошел Вергилий. А под боком он держал юного Эмию, что свисал как сдувшийся воздушный шар.

-Перестарались?

-Так и есть, мой господин. Однако, не могу не признать упорства мальчишки, для простого человека он показывает необычайную стойкость. - Говорил гвардеец, пока усаживал юношу за стол.

Только вот, эта капля заботы о Широ не укрылась от присутствующих, даже Риланор как то странно посмотрел на астартес. Тот же, напротив, не понял что его раскусили. Для Анусорана, являющегося одним из членов первых двух сотен, забота о младших была долгом чести. Направляя незрелых юнцов на путь к совершенству, он не раз спас жизни молодым космодесантникам, вспомнившим уроки лидера гвардии Феникса. Правда, свободные часы, в которые и происходили наставления, выпадали очень редко. Но Вергилий ценил их, ему нравилось передавать свой опыт. Будто таким образом, он делится частью своей мощи с уступающими ему в опыте, тем самым преумножая уже мощь легиона. Да, такое определенно было по нраву старому воину.

-Ладно, он заслужил отдых. - Посмотрел примарх на пару. А следом улыбнулся с легким озорством. - Конечно если все это не притворство или даже часть вашего коварного заговора, с целью пофилонить. - С ясной для любого шутливостью, закончил Фениксиец. Вернее, не совсем для любого.

-Чт… Да как я… чтобы я… Мой лорд, я бы никогда!

-Да уймись ты, он просто тебя дразнит. - Рин уже в который раз видела поистине фанатскую преданность гвардейца. “Ну точно, только плаката не хватает.”. Интересно, что бы он там написал?

-Драз…нит? - То есть подтрунивает… Можно сказать… по дружески. От этой мысли Анусоран умолк, но двое из присутствующих, способные читать язык тела астартес заметили что он улетел в свои фантазии. Рин, в мыслях, шутливо сделала ставку на то как быстро он очнется и поймет чем занимается. А Фулгрим предпочел не обратить внимание, дабы избежать… просто избежать. Ох уж эта особенность некоторых его сынов…

Сам Вергилий сейчас пребывал на поле боя. Орды зеленокожих наступали, стращая всех вокруг своими безобразными мордами. И на их пути стоял гвардеец и его примарх. Они разили ксеносов и попутно перешучивались. Следом перед глазами встал тренировочный зал, где они, с улыбками, оттачивали мастерство, приближаясь к совершенству. Да… быть своему отцу не только подчиненным, но и другом… как же великолепно.

В коридоре, как и вчера, послышались тихие шаги. Сакура уже пришла. Это помогло легионеру вынырнуть из своих мыслей и перейти в духовную форму. Теперь, в помещении остались лишь два мага, древняя королева и генно-модифицированный суперсолдат из будущего. Ничего необычного. Обладательница лавандовых волос наконец вошла и увидела как Широ недвижимо лежит лицом в стол. Кажется он даже не дышал.

-Сенпай, что с тобой?!

-Ммм… А Сакура, доброе утро. Я слегка переборщил с упражнениями. - Говорил он повернув голову, и теперь щекой опирался на деревянную поверхность. Такую прохладную… - Скоро приду в себя… надеюсь. - И последнее шепотом.

-Сенпай, ты выглядишь не слишком хорошо… Ой! - Тут где то за поместьем раздался громкий звук удара. - Что это было?

“Это наш гордый гвардеец понял что фантазировал о своем примархе, как невинная девица.”. Для Тосаки было очевидно что звук производился посредством столкновения изысканной керамитовой поверхности шлема силовой брони с грубой древесиной. На миг девушке стало жалко стену, о которую бился Анусоран. Серьезно, таким не страдал почти никто в легионе, почему один из самых великих Детей Императора вел себя так… нелепо? Хотя, стоит признать, в битве он откидывал любые глупости. Сам же космодесантник, сейчас пытался справится со смущением, что захлестнуло его с головой. Он понимал что не думал ни о чем предосудительном… но все равно сгорал от стыда!

-С улицы наверное, не обращай внимания. - Любезным голосом говорил примарх. - Присаживайся, пока все не остыло. - На что девушка, чуть смущенно, выполнила просьбу.

-Учитель Фулгрим, вы ведь гость, вам не стоит так напрягаться.

-Я смог бы принять гостеприимство - только в случае, если впоследствии отвечу тем же. А это невозможно, по некоторым причинам. - Тут со стола начал подниматься, до сего момента, недвижимый Широ. Вяло взяв палочки, он принялся закидывать в себя топливо, иначе свое намерение он описать не мог. Ему казалось что без подпитки его тело скажет ему - "Прости, Широ… Мы… не можем быть вместе…". И почему то, жутко переигрывая.

-Верно, Сакура, ты ведь и сама терпеть не можешь бездельничать пока я готовлю. А тебя гостем язык не повернется назвать, скорее членом семьи. - С искренней улыбкой произнес Широ.

Только вот, наивный юноша и представить не мог, какой эффект оказали его слова. Сперва девушка, что младше его на год, застыла соляной статуей, а после, стремительно запунцовела. Румянец распространялся со скоростью лесного пожара, уже дойдя до ключицы. Рин даже слегка забеспокоилась, не упадет ли Сакура в обморок. Благо обошлось, и Мато едва слышно залепетала невнятные фразы. Что то про то как Широ преувеличивает и то что она вовсе не настолько много сделала для него.

****

Время шло и завтрак наконец закончился. Еще оставалось немного времени до похода в школу, потому можно было все как следует прибрать. Сакура уже ушла, из за того что ей нужно было посетить занятия клуба. К слову, куратор оного так же посетил обитель своего подопечного. В результате, в глазах Фулгрима укрепилось ее обозначение - “Малый титан класса аннигилятор биомассы”. Даже закрались подозрения что она смогла бы умять специальный рацион астартес, от которого у обычного человека случится минимум заворот кишок. А Рин была вынуждена чинить здоровенную дыру в стене сарая. Вергилий не отреагировал на недвусмысленный взгляд девушки, но некоторая скованность в его движения все же проступила. Внутренне Тосака захихикала как довольный чертенок, которому удалось пристыдить этого вредного солдафона.

-Широ. - Уже пришедший в себя парень, занимался посудой, все же ему и самому не нравилось что завтрак готовят вместо него, а он валяется как иждивенец. В этот момент его окликнул Фулгрим. - Ты не замечал ничего странного в поведении Сакуры в последнее время?

-Странного? Ну-у, вроде нет, а что случилось? - Недоуменно повернулся Эмия.

-... От нее пахло кровью. - Тело Широ застыло, а тарелка выпала из недвижимых пальцев. Он развернулся всем телом и оно источало неприкрытый шок. Быстрым шагом подойдя к столу, за которым сидел примарх, он навис над ним и, едва не крича, переспросил.

-К-какой еще кровью, что за бред?!

-Человеческой, Широ. Но самое худшее… то что ее дыхание отдавало железом. - Юноша замолк и не мог вымолвить ни слова. А Фениксиец, не ставший дожидаться восстановления соединения, задал вопрос уже Рин. - Род Мато ведь один из основателей войны за грааль, они могут иметь отношение к нынешним событиям?

-... Их род выродился, и уже не осталось тех кто может стать хоть сколько-нибудь толковым магом, но вот Сакура… - Запутанные чувства возникли на лице девушки, и Фениксиец не сумел понять что именно вызвало такую реакцию. До этого момента Рин не проявляла никаких предпосылок к такому.

-Постойте! Сакура из семьи магов?! Почему я об этом не знал?

-По той же причине почему не знал о войне. - Рин говорила это, но мысли были далеко. Фулгрим обратил пристальное внимание на такую реакцию. Пусть по тому как его призывательница общалась с младшей, можно было понять ее хорошее отношение, однако… Даже когда Широ, тот кто был ей так же важен, находился на грани смерти, Тосака не проявила подобного беспокойства.

-Широ, на сегодня твоя задача внимательно следить за Сакурой. Нужно выяснить что с ней происходит. Ведь, если она и замешана в ритуале, то не по своей воле. - Анализ личности девушки, показал сугубо положительные результаты, потому примарх не мог стоять в стороне когда такому чистому человеку что то угрожает. Вдобавок, она дорога Эмии.

-Да, я понял. - Пожалуй, такой решимости юноша не проявлял даже когда Фулгрим оскорбил его отца.

Фениксиец перевел взгляд на Рин. Она все так же сидела с опущенной головой, и нахмуренными бровями. Очень необычное поведение для той, кто не был склонен к долгим раздумьям. Скорее уж к некоторой поспешности - издержку возраста. “На такое обязаны быть причины.”. Примарх поднялся из за стола и взглядом показал девушке что им нужно отойти и поговорить наедине. Она не поняла чего хочет от нее слуга, но не стала отказывать. Когда пара скрылась за дверью, Артурия смотрела им вслед, а на ее губах была едва заметная улыбка. Даже Риланор понял что этой черноволосой двуногой нужна помощь, а уж королева тем более. И ей радостно от того, что Фулгрим не закрыл на это глаза.

-Рассказывай. - Уже стоя в коридоре, мужчина пристально смотрел на девушку.

-... О чем? - Рин не глупа и прекрасно поняла, что имеет ввиду Фениксиец.

-Что связывает тебя с Сакурой?

-Тебе какое дело? - Она отвернула лицо с недовольным видом. Ее прошлое не имеет отношения к делу, так чего этот наглый примарх пристал?

-Хмм… - Фулгрим стало ясно что Тосака не желает говорить об этом. - Рин, ты видела довольно многое из моей жизни, тебе не кажется что будет честно поведать немного о своей?

Вечная обладательница двух хвостиков, с видимым неудовольствием пожевала губы. Навязчивость слуги раздражала, однако, очевидно, была проявлением заботы. Как бы горделива порой не была Рин, ее трогала подобное. Все же за десять последних лет, в ее жизни не было тех кто проявлял бы такое. Вдобавок, он же не отстанет…

-Сакура… моя родная сестра.

-... Неожиданно. - Внешнее сходство действительно было, но лишь незначительное, потому и не вызывало подозрений, да и цвет волос с глазами совершенно разнились. - Что же произошло? - Не давя, но подталкивая к продолжению, произнес Фулгрим.

За тем последовал короткий рассказ о традициях магов. Правило наследования семейного искусства и магических меток в частности, подразумевало лишь одного преемника. Потому из двух детей, Тосака Токиоми обязан был выбрать одну. Но, так как у семьи Мато не осталось достойных наследников, был заключен договор. По нему следовало передать одну из дочерей, которая станет полноценным преемником знаний семьи. Таким образом, Тосака Сакура стала Мато Сакурой.

-Ты хочешь сказать, что из за бессмысленных правил, твой отец бросил свою дочь?

-... Таков долг магов.

-Скажи, Рин, отец любил вас? - Пурпурные глаза не оставляли девушке возможности промолчать. - Или он был эгоистичным человеком, который интересовался только магией?

-Разумеется любил, я уверена в этом!

-Тогда, ты считаешь что он решил, по сути, выгнать свою дочь, просто из за какого то долга? - Теперь Рин не знала что ответить. Она уважала своего отца, но его поступок вызывал сомнения. Зачем он это сделал? Разве нельзя было просто жить всем вместе, даже если одна из его дочерей не станет магом. Этот вопрос не раз терзал девушку. - Не думаешь, что есть то чего ты не знаешь?

-Может и так…

-Если ты права, и Токиоми любил вас, то он имел причины для этого. Отцы всегда заботятся о своих детях. - услышав это, Рин немного помолчала, а потом посмотрела на собеседника с непонятным выражением.

-... Мда, уж от тебя я такого услышать не ожидала. - Фулгрим лишь недоуменно посмотрел на Рин. - Император не утруждал себя проявлением любви, мне даже показалось что он не видит в вас сыновей. - Во снах, Повелитель Человечества был весьма отстранен. Даже то теплое золотое сияние не помешало девушке понять это. Будто ему вообще не было дела до своих сынов.

Фулгрим улыбнулся, и в его улыбке было понимание и легкая грусть. Даже оскорбление Императора не вызвало гнева.

-Рин, понять о чем думает мой отец, мог разве что Малкадор. Человек, подобный ему, мыслит иными категориями. Даже если он что то скрывал от нас, на то были причины. Пусть это и привело к катастрофе… - Фулгрим, что и сейчас видел в отце воплощение совершенства, уже успел прийти к выводу. Ошибки - не враг идеала. Избежать их нельзя, как не старайся. Винить Императора в том что он допустил предательство не имеет смысла, потому что предвидеть подобное невозможно. На нем лежала титаническая ответственность, и объять всю галактику не под силу даже первому из людей. “Знать бы еще, чем он занимался на Терре. Это вынудило его передать власть над походом Хорусу. Впрочем, сейчас я могу только надеяться что дело было чрезвычайно важным.”.

-Ладно, ладно, я поняла! Давай оставим проблему отцов и детей для уроков литературы. Нам еще с кучей дел разбираться. - Наконец, девушка вернула себе привычную дерзость, с которой приветствовала примарха при призыве.

-Нам? Ты еще слабовата чтобы решать подобные вопросы. - Ехидная улыбка, как всегда, бесила Рин. Правда в этот раз, наряду с раздражением шло веселье. - Сперва, хоть заклинание плазмы освой.

-Да иди ты! В отличии от тебя, я простой человек. ГМО - мозгами не владею.

И вновь, вопиющее неуважение к творениям Императора рассмешило одного из оных. Как же люди это мира забавны, для них полубоги, покорившие сотни миров даже близко не причина для трепета. От его смеха, Рин закатила глаза и едва слышно пробормотала, что то вроде -”Ходят тут, примархи всякие, экстерминатуса на вас не хватает”.

****

“Когда же это закончится?”

Одна из душ, что пребывала в сонме подобных ей, с болью взирала на бойню. Те кто когда то звал друг друга братьями, даже после смерти не уняли ненависти. А ведь стоило бы им на миг откинуть гнев, как они бы ощутили что испытывают предатели. Их боль, едва ли не больше чем у оставшихся верными. До сих пор, никто не ответил на нападки, только терпя удары раскаленных потоков энергии.

Этот астартес, единственный кто не испытывал гнев. Его ему заменяла скорбь. Боль, с которой он шел против своих братьев, никуда не делась, но это была боль от непонимания. И от размышлений о том, был ли он способен предотвратить события на Истваане III. Та буря огня, которым обернулся вирус - пожиратель жизни, все еще стояла перед глазами. А следом за ней, пошли долгие дни безуспешного противостояния среди разбушевавшейся стихии. Небеса закрывали грозы невиданной мощи, а все что ниже - терзала страшная буря. Все легионы, оказавшиеся преданными, бились до последней капли крови, и Дети Императора не исключение. Присущая им точность и тщательность, заставило предателей затратить много больше сил чем они рассчитывали.

Попытки взять дворец регента, в котором окопались верные, длились много дней. Это была крепость, рассчитанная на оборону против всей планеты, в случае если ее жители восстанут против власти Империума. Такова одна из причин, почему превосходящие силы не сумели быстро подавить сопротивление.

“Хотя, это уже дела прошлого".

Сейчас, единственный сын Феникса, сумевший вернуть себе рассудок смотрел вовне. Ему открылось видение его отца, и астартес не узнавал Фулгрима. Не сказать что он сильно изменился, но ясно было видны различия. Гордость, возведенная им в добродетель, уже не проявлялась. Душа всегда считала что рьяное вознесение этой черты, может превратить ее в гордыню. Эйдолон тому подтверждение. Тщеславный лорд-командор, пользовался уважением легионеров, но некоторые космодесантники из других легионов его презирали, как тот же Тарик Торгаддон.

Но, возвращаясь к Фулгриму, астартес не мог не удивиться тому насколько его отец стал скромнее. Уж он то ясно видел что горделивый примарх приобрел эту черту. Мысли о вероломном предательстве, отступили в свете новых знаний. Теперь, верный слуга Императора, стал наблюдать. Ведь другого ему не оставалось.

Помимо этого духа, был еще один. Сознание, что и в момент смерти представляло собой изрезанное полотно воспоминаний, с большим трудом возвращалось к ясности. Долгие годы, он жил с целью отомстить. Вернуть честь, потерянную после падения. И он мог сделать это только одним путем. Убить того, кто стал причиной всему.

Сам Фулгрим не подозревал о том что происходит внутри его сущности, что стала пристанищем тысяч душ. Его сыны, те кто сложил голову в первом акте великого предательства. Преданные и осознавшие свое предательство. Вергилий был прав, они рвутся в бой, однако, не понял что своим противником желают видеть не врагов своего примарха, а его самого. Падший сын Владыки Империума, отвернувшийся от его света, должен был понести кару за то - на что обрек Детей Императора. И только свершив месть, они получат шанс на обретение долгожданного покоя. Ведь они, творения гения Повелителя человечества, чьи силы превосходят людей многократно. И та ненависть на которую способны величайшие войны рода людского, в своей мощи, так же превосходила ненависть обычных смертных.

Сожаления, терзавшие Феникса, уже не могли пересилить его решимость, однако… Вскоре ему предстоит величайшее испытание за всю его жизнь. И в то же время шанс исправить ошибки, шанс который не выпадал ни одному из тех кто пошел за Воителем. Последняя возможность вернуть себе право идти к совершенству. И это будет встреча с теми кого он предал огню, по своей воле.

Встреча со своими детьми.

Глава 18

-Фулгрим…

-Ммм?..

-Мне интересно… откуда ты, в тот раз, знал что Калибурн сможет вытащить только достойный? - От этого вопроса, на лице примарха проступила тонкая улыбка, а во взгляде появился немой ответ. Артурия, прекрасно поняв что имеет ввиду мужчина, едва не сбилась с шага. - Постой… ты не знал?

-Разумеется, откуда бы?

В голове девушки заработали шестеренки, притом двигались они с отчетливым скрипом. Если меч избрания не становится таковым, будучи воткнутым в любой камень, значит… Он может быть просто мечом в камне! И что бы вытащить его нужна только достаточная сила.

-Значит…

-Арти, мне казалось, что мы уже разобрались в этом. Разве так важно, смогла бы ты вытащить его?

Королева вновь задумалась. Тот волшебный момент, когда она и примарх стояли среди вихря золотых искр, был словно желанное лекарство для безнадежно больного. Он дал ей вновь ощутить надежду, дал новый смысл. Однако, если Калибур более не избирал достойного править… Артурия почувствовала что повторно окунается в омут сомнений. Снова появился вопрос, имеет ли она право быть королем? Имеет ли право вести за собой людей? Ведь в прошлый раз все закончилось… плачевно, мягко говоря. Но среди мрачных мыслей, лучом света появились последние слова примарха - “Разве так важно?”. А ведь действительно…

-Нет… пожалуй, нет. - На устах оказалась едва заметная улыбка. Словно цветок, златовласая распустилась, чуть сникшие плечи расправились, а походка приобрела былую уверенность. Естественно, все с поправкой на мало выразительный язык тела и мимику воительницы. - Ай! - Хлесткий щелбан, оставил на белоснежной коже четкий след.

-Вот и чудно, не забивай себе голову лишний раз. - Видя что “шокотерапия” окончательно прочистила думы девушки, улыбнулся Фениксиец. И спешно уклонился от ответного удара. Больше он не попадется на это, прошлые разы показали что рука у Артурии тяжелая. Примарху хватило.

Впереди пары из слуг шли их мастера, под бдительным присмотром Вергилия, что пребывал в призрачной форме. Вскоре начнутся занятия в школе, потому опаздывать не следовало. Широ сейчас пребывал в несколько озадаченном состоянии, потому не замечал почти ничего вокруг, все же ситуация с Сакурой не на шутку встревожила его. А вот Рин, что краем глаза видела чем занимаются могучие герои, внутренне вздохнула. Не так она представляла слуг. Она уже не первый день замечает что Сэйбер и Арчер стали как то близки.

Фулгрим вечно поит воительницу чаем, от которого она просто млеет. Эти их непонятные улыбки, взгляды. И еще, теперь воительница позволяет примарху гладить себя по голове, хотя в первый раз чуть ему самому голову не отсекла. Интуиция подсказывала что пока никого не было рядом, у них что то происходило.

-Боже, может вы уже просто поженитесь? - Пробормотала Тосака, так что только она сама и могла слышать. Хотя это высказывание относится только к обычным людям, о чем Рин прекрасно знала.

И Фулгрим, и Артурия ясно слышали слова девушки, от чего недоуменно переглянулись. Обоим было непонятно, почему волшебница начала сетовать на это. Разве они чем то дали повод для такого? Обычно, такой речевой оборот использовался для тех кто близко общается, однако не переходит к полноценным отношениям. Непонятно, как это относится к ним?

А еще, непонятно было единственному кто не был в физической форме, среди присутствующих. Ануросан, услышав наглую девчонку, ощутил желание как следует надавать ей по причинному месту, однако реакция его примарха заставила подавить гнев. Фениксиец не злился, значит и его гвардейцу не следовало. А следом, мысли перешли от непростительной дерзости, к нынешнему проявлению оной. “Поженитесь…”, Вергилий, крепко задумался, ведь ранее ни у кого во всем Империуме не возникало мыслей о том, что будет заведи один из примархов жену. Этому мешало множество факторов, от физиологии до степени почитания сынов Императора. Но, все же, если такое произойдет, помимо отца… у величайших воинов галактики появится мать?! Что то гвардейцу слегка поплохело, и сверхчеловеческая стойкость не сумела помочь.

****

-Встретимся позже. - Говорил Фулгрим, когда на дороге появилась развилка.

-Ага. - Рин не придала особого значения тому что примарх отправился на прогулку. Днем, все же, не стоит слишком опасаться.

В данным момент, Фениксиец отправился за продуктами. Запасы в холодильнике Эмии уже начали показывать дно, все же ртов в его поместье сильно прибавилось, потому нужно заняться этим вопросом. Почему по магазинам пошел Арчер? Тут все просто, до вечера мастера будут на занятиях и не смогут покинуть пределы школы, а свободное время стоит потратить на тренировки. Артурия один раз попробовала помочь на кухне… после этого ее туда не пускали. Есть у нее получается лучше, чем готовить, тут уж ничего не поделаешь. Хотя Фулгриму показалось весьма забавной насупленная моська королевы, от осознания поражения на кулинарном поприще. Проигрывать она не очень любила, но была вынуждена принять сей факт. Потому, закупаться не могла, не зная что вообще нужно.

Вергилий… не нуждается в объяснении, как и Тацит. А идти парами уже глупо, ведь ослаблять защиту мастеров нецелесообразно. И теперь, примарх неспешной походкой шествовал по Мияме, в сторону торгового квартала. Средства у него были, спасибо директору Хомурахары, за годовой оклад в качестве аванса. Довольно ранним утром, улицы были наполнены людьми, что спешили на работу или на занятия. В этом потоке, что ослабнет еще не скоро, сильно выделялся высокий мужчина европейской внешности. Так происходило каждый раз, когда Фулгрим оказывался на людях. Несколько раз, мимо пробегали знакомые дети, из посетивших первое занятие по этике. Они с яркими улыбками приветствовали учителя и с большим интересом спрашивали о чем будет следующий урок. Одна девушка, с не слишком шутливым видом, уточняла на счет “учебного пособия” в лице Мато Синдзи. Кажется, некоторые не слишком любят этого юношу и наиболее вероятно не спроста.

С каждой минутой, Фулгрим видел все больше деталей жизни общества начала третьего тысячелетия. И самым бросающимся в глаза, была… разрозненность. Что в этом городе, что во всем мире. Большинство людей волновало лишь обеспечение себя ресурсами для жизни, в малой или большей мере. Не было цели, не было фокусировки. Воля людей, словно сотни ручейков, утекала в никуда, вместо того чтобы быть единым бушующим потоком, сметающим любые преграды. Это сильно разнилось с тем к чему привык Фениксиец, ведь в Империуме, почти каждый стремился воплотить мечту возлюбленного всеми Императора Человечества. Разумеется, было множество частностей, но тем не менее, вся раса действовала как единый организм, что управлялся великой мудростью его Повелителя.

Как успел понять примарх, технологии космических перемещений не развились в той степени как могли бы. Виной тому, то что ресурсы сосредоточены в руках разумных, интересующихся исключительно возрастанием своих прибылей. А космос, сможет принести выгоду, лишь через десятки лет. История людской цивилизации, до темной ночи покрыта мглой, потому никому не было известно, когда люди сумеют полноценно выйти в космос. “Может, кроме отца”. Жизнь Императора до его появления, ознаменовавшего конец Эры Раздора, известна очень малому кругу лиц и даже примархи не знали кем был их отец ранее. Хотя среди людей ходили слухи что он являлся защитником, действующим из тени. Многие века оберегающим род людской от угроз, пока Долгая Ночь не заставила его объявить о себе.

Шум и голоса лавочников прервали мысли Фулгрима, дав ему знать о прибытии на место. Мысленно воспроизводя список покупок, довольно крупный к слову, мужчина отправился заниматься тем чего не делал уже почти два века. Последние разы, когда ему требовалось самому что то приобретать, был в далеком детстве на Кемосе. Около получаса спустя, без труда держа пару увесистых пакетов, мужчина стоял у рыбной лавки и выбирал. Зоркий глаз примарха позволял выявить лучшие экземпляры, основываясь на внешних признаках. Блеск, цвет, запах. Избрав тех рыбин, которым посчастливилось стать пищей для повелителя Детей Императора, оный указал хозяйке на них.

-Ох, что то я не припомню тебя, молодой человек. Недавно оказался в этих местах? - Говорила пожилая женщина, передавая пакет с товаром. Ее лицо было покрыто морщинами, чья форма свидетельствовала о привычке часто улыбаться. Прищуренные глаза, имели слегка помутневший цвет и давали понять что зрение уже не то что в годы молодости. От вопроса доброй старушки, Фулгрим вежливо улыбнулся.

-Верно, совсем недавно. А как вы это поняли? - Ответ и так был очевиден, но так же очевидно было желание женщины поговорить. В будний день, да еще и утром, покупателей было не слишком много, потому бабуля скучала. Примарх имел немалый запас времени, потому не стал отказывать пожилому человеку в маленькой радости.

-Да ты что, такого красавца я бы точно запомнила. Неужто переехал сюда? - С теплой улыбкой продолжила старушка. Ей было определенно приятно общаться с таким воспитанным человеком.

-Только на время, пока не закончу с определенными… делами.

-Хо-хо, тогда заглядывайте почаще, пока ты здесь. В последнее время так редко можно встретить хорошего юношу. Погоди-ка немного… - Бабуля с небольшим усилием встала с раскладного стула, и начала копаться под прилавком. - Вот, держи. - В ее руках был небольшой кулек с печеньем. - Внук мой, обещал прийти, помочь с лавочкой, да только как всегда появились дела. А у меня ноги уже не те, не могу я ходить подолгу.

-Благодарю вас…

-Ах, точно, Тамачи меня звать, совсем старая из ума выжила, даже представиться забыла.

-Фулгрим, рад с вами познакомиться. - Чуть склонил голову примарх.

-А я то как рада, малыш Фулгрим. - Если бы не самоконтроль, мужчина бы дернулся как от удара, так его еще никто не называл. - Необычное у тебя имя…

-Оно означает - приносящий воду. Меня назвали в честь божества из мифов, что выпустил океаны из берегов, превратив безжизненный мир в цветущий рай. - Примарх на миг поразился своей откровенности, на удивление, сейчас он не видел ничего плохого в том чтобы поведать о таком.

-Ух, вот так сказ, может твои родители верили что и ты таким станешь?

-Ну что вы, богом меня точно не назвать. - Полубогом, разве что.

-Да шучу я, шучу. - Тут бабушка кивнула на пакетик с печеньем. - А сладости, возлюбленной своей подари, порадуй девичье сердце. - Взгляд, которым примарх одарил угощение был несколько… неопределенным.

-Но у меня нет… возлюбленной.

-Как так? - Искренне удивилась старушка. - Что б такой парень, да без девчонки. Не дело это, жизнь нужно делить с кем то, иначе в ней смысла нет. Мне то можешь верить, я на своем веку чего только не повидала.

-... Вы говорили что вам нужна помощь. - Немного помолчав, перевел тему примарх. Обсуждений подобные вопросы, ему было как то непривычно. Не приходилось размышлять о подобном. А вот мысль оказать услугу человеку, чей век подходит к концу, показалась… правильной.

-Да забрать у старика Фудо материалы под прилавок, и подлатать его. Обветшал уже. - И действительно, порог и половицы небольшого магазинчика начали проявлять признаки скорого гниения. Так и провалиться могут. - А ты что же, помочь хочешь?

На что примарх лишь скромно улыбнулся. Увидь это любой из его братьев, то точно не узнал бы горделивого Фениксийца. А уж следующие его действия тем более. После короткой прогулки в соседнюю лавку столяра, благо тот оказался не так разговорчив, а Фулгрим неожиданно обнаружил в себе неспособность отказать в беседе пожилым людям, примарх вооружился инструментами из кладовки. Довольно быстро работа была сделана и теперь пол не грозил провалиться под неудачливым покупателем. Фулгрим с иронией отметил, что прямо почувствовал себя Рогалом. Правда, за такие мысли, примарх седьмого мог бы и кулаком настучать. А кулаками он работать умеет.

Уже по пути назад, он махал рукой милой старушке, что в очередной раз благодарила его. Ему было непонятно, от чего возникло желание оказать помощь, да еще и в таком незначительном деле. Просто… не смог уйти, узнав что никто не собирается помогать Тамачи. Хотя, вряд ли об этом стоит размышлять, ведь порадовать бабулю всегда хорошо. Да и печенье нужно отработать. “И кому же мне его отдать?”. Мысль прервалась, от мелькнувшей в поле зрения знакомой черной шевелюры.

****

-Признаться, не ожидала что мы встретимся при таких обстоятельствах. - Со смущенной улыбкой говорила Цурукава Хинако. Она оказалась на рынке в то же время что и примарх. Тот застал ее в несколько… неприглядном виде. Та потирала голову, полусидя на асфальте, где оказалась вследствии падения, без видимой на то причины.

-Разве ты назначила встречу не на вечер? - Беспристрастный тон Фулгрима не изменился с прошлой ночи.

-Так и есть, это просто совпадение.

-Как и то что ты поскользнулась на ровном месте? - Выразительно приподнял бровь Фениксиец. И от этого, на бледной коже девушки появился едва заметный румянец. Арчер умел очень хорошо доносить свои мысли посредствам мимики. - Вчера, ты не показалась мне такой растяпой. - Теперь, легкая краснота превратилась во вспыхнувший пожар.

-П-пожалуйста, не упоминайте это. - Произнося это, она поспешно поднималась с мостовой, попутно отряхиваясь. Наконец приведя свой внешний вид в порядок, она продолжила разговор. - Не то чтобы я специально хотела выглядеть загадочно, но так советовал один из моих братьев. Внешнее впечатление, полутона и прочее… он тот еще интриган.

-Хм…

-Не делайте такое лицо, пожалуйста. И так неловко… - Не в силах говорить обычным голосом, прошептала она.

-Мне с трудом верится что ты случайно здесь оказалась. - Нечитаемый взгляд примарха прошелся по девушке.

-Разве я не могу выйти за покупками, мне все же нужно питаться, как и людям. - Хинако была несколько возмущена необоснованным недоверием, ведь она не сделала ничего предосудительного. И нападение Горгоны нужно было для дела, да!

-... Неважно. - Фулгрим развернулся для того чтобы отправится к поместью, однако…

-Эм, прошу, постойте! - Когда мужчина вновь повернулся к Цурукаве, она ощутила пристальный взгляд пурпурных глаз. В них был немой вопрос. - Если у вас есть время, не могли бы поговорить? Вчера я упоминала что увлекаюсь историей, но ни разу не слышала о ком то с вашим именем. Поэтому, если вас не затруднит… - Скромно молвила эта девушка, что оказалась на диво кроткой. Разумеется, если не притворялась. Она протянула руку в сторону лавочки, приглашая присесть.

- ... - Фулгрим смерил ее взором, он не мог понять чего она добивается. Неужто действительно хочет узнать его биографию из любопытства? - Почему я должен откровенничать с тобой?

-Ч-что вы. Вы ничего мне не должны, это просто небольшая просьба. Если вы не хотите, я не смею настаивать. - Даже замахала руками она, подкрепляя опровержение.

Чуть меньше минуты, примарх молчал, пытаясь найти хоть намек на скрытую подоплеку, однако ему не удалось сделать это. Девушка перед ним была молода и даже лицо держать не умела. Однако это и наводило на подозрения. Как она умудрилась перехватить контроль над одним из слуг? Ее способности были беспрецедентны, если исходить из знаний о магии этого мира. Но все же, вряд ли она могла представлять угрозу для призванного, как и ее нынешний слуга. К тому же, стоит прощупать почву перед предстоящим сотрудничеством. С такими мыслями мужчина присел, продолжая молчать и ожидая вопросов.

-Так, с чего бы начать… - Чуть призадумалась юная леди. - Судя по тому что вы не таитесь, в вашей легенде нет ваших слабостей, так?

-Нет, просто она никому не известна. Я не из этого времени.

-Правда?! Значит вы из будущего? - Кивок был ей ответом. - Невероятно! А насколько далекого? Из того что мне рассказала Медуза, я посчитала вас кем то вроде рыцаря. - Силовая броня Фулгрима, со стороны действительно не выдавала своей технологичности, в отличии от доспехов астартес.

-Рыцарем меня не назовешь, хоть я и давал клятву верности Императору.

-Императору? В будущем будет существовать империя?

-Не империя, а Империум.

-А в чем разница?

-Разница в размере, ведь человечество раскинется на тысячи звезд.

Дальнейший диалог протекал весьма стремительно. Девушку интересовала жизнь примарха, то кем он был и чем занимался. Тот не давал развернутых ответов, однако это только распаляло деву. В ее ониксовых глазах блестело истинное восхищение, и даже страсть. В какой то момент, она начала забывать о приличиях и в порыве восхищения не могла сдержать голос. Будто впечатлительный ребенок, Хинако хотела узнать как можно больше о грядущем. Она и не заметила что придвинулась к Фениксийцу ближе чем стоило бы.

-Ой, простите я… - И вновь неуклюжесть девушки явила себя. С тихим шлепком, она оказалась на земле, ведь слишком сильно отпрыгнула со скамьи. -... забылась. - Заодно, так сказать, сев в лужу.

Фулгрим не сумел удержать смешок. Прошлой ночью он составил совсем иное впечатление о Хинако, а теперь она разрушила его крайне суровым образом, оказавшись жуткой растяпой. Мужчина протянул руку за которую, миг спустя, ухватилась тонкая девичья кисть. Примарх помог девушке подняться, за что получил благодарную улыбку. Следом она выдохнула и вернула себе спокойствие.

-Еще раз простите. Порой, я теряю самообладание. - Нервно теребя пальцы, в сцепленных руках, отвернула она голову. И уже в который раз покраснела.

-Не бери в голову. - Мужчина посмотрел на тени и по ним определил что времени осталось меньше чем хотелось бы. Он как то не удосужился взять с собой часы, потому пришлось использовать такой допотопный метод, к своему стыду. - Но постарайся сосредоточится этой ночью. Беспечность сгубила очень многих. - С этими словами Фулгрим ушел, оставив за спиной притихшую девушку. Она пристально смотрела вслед примарху, уделив немало внимания платиновому водопаду, что струился по плечам Фениксийца.

-Да, мне это прекрасно известно. - На устах черноволосой красавицы появилась нежная улыбка, сопровождавшая столь же нежный шепот. Она следила за мужчиной до тех пор, пока он не скрылся за поворотом. - А ведь ты был так холоден со мной до этого, Фулгрим, хи-хи-хи. - Напоследок, прикрыла она губы ладошкой, дабы скрыть проступившее хихиканье.

****

-Ты не думал что перебарщиваешь со своих влиянием на простых школьников?

Когда занятие было закончено, Рин спрашивала примарха. Будто он их не этике учит, а хочет привить Имперские Истины. И это не преувеличение, в его речи проскакивали намеки на идеи этой книги. Не то чтобы Тосака имела что то против, однако ей несколько боязно. За Японию. Мало ли что вздумают сотворить горячие молодые головы, принявшие идеологию тридцатого тысячелетия, хотя новый Империум они построить не смогут, но все же. Учит то их сын написавшего вышеупомянутое произведение.

-Я не делаю это намеренно. К тому же, они не против.

-Еще бы они были против, это ваше воздействие на людей им и шанса подумать своей головой не дает. - Не слишком обоснованная претензия, ведь примархи могли, не то чтобы контролировать, но несколько менять интенсивность. “Аура власти” могла появиться у любого кто достаточно силен духом и достаточно долго правит. Просто у сынов Повелителя Человечества она врожденная и более мощная.

-Не соглашусь, Рин. Наставления Фулгрима - наоборот подстегнут их желание осознать большее. - “И естественно, Сэйбер на стороне Арчера. Что то с этой войной точно не то”. Рин, с иронией, отметила что слегка припозднилась с этим выводом. Война Грааля пошла наперекосяк, едва ли не с момента призыва полубога из будущего.

Группа направлялась домой, дабы с пользой потратить время перед новой охотой. Волшебница уже чувствовала что близка к освоению нового заклинания, оставалось просто отработать его. Благо, она решила что школьные знания менее важны чем мистерия лазурного огня, как было названо плетение. Слегка пафосно, но лучше так чем “мистерия ионизированного газа” или “мистерия термоядерной реакции”. Небольшая вычурность обязана присутствовать при постижении искусства магусов.

Что же до Широ, то ему предстоит вновь пройти изматывающую тренировку, и на этот раз, его ждет Фениксиец. Легкий мандраж сопровождал его на пути, однако был развеян вопросом из уст примарха.

-Что на счет Сакуры? - Юноша вздрогнул, услышав имя девушки. Вмиг, мысли переключились на более важный вопрос.

-Я не заметил ничего, хоть и старался быть поближе. Даже в клубе стрельбы, она вела себя как обычно. - Аяко была приятно удивлена тем что Широ почтил их своим присутствием, однако не придала особого значения, потому что упражнялась с необычайным усердием. Еще и приговаривала - “Плохо… Еще есть неточности… Не идеально.” Эмия мог ошибаться, но по его мнению Мицузури приняла слова примарха, те что о пути к совершенству, довольно близко к сердцу.

-Зря задержались. - Слуги и мастера специально не покидали школу, пока клубная деятельность не закончится. Пока было время, Фулгрим связался с Тацитом и дал приказ сосредоточиться на наблюдении за городом. Сущность, которую нужно найти, не скрывается от камер, потому есть все шансы что она попадется на этом.

-Ну, Сакура еще придет на ужин, может там что нибудь увидим. - Рин все еще беспокоилась за сестру, но утренний разговор с примархом дал ей некоторую уверенности.

Своим участием, он показал что не оставит это дело без внимания. К тому же… девушка могла ошибаться, но ей показалось что Фениксиец о ней беспокоится. Она не поняла когда они успели стать друзьями, все же их знакомство не сказать что задалось. Да и тот случай у церкви должен был ухудшить положение, но нет. Может, тому виной то что Рин пришлось по нраву увиденное во снах. Великая цель, к которой стремилось все человечество, оставит равнодушной только самую циничную и эгоистичную личность. Но, возвращаясь к прошлой теме, волшебница была рада что на ее стороне тот кто вел легион лучших воинов галактики. Сотни покоренных миров тому подтверждение. Под защитой самого Феникса, бояться точно нечего.

Глава 19

-Забудь обо всем, перед тобой только противник. - Голос Феникса струился по воздуху, не оставляя ни единого шанса упустить и звука. - В твоих руках клинок. - Удар примарха дал еще лучше ощутить оружие. - И он, и ты, существуете для того чтобы нести гибель врагу.

Под вечерним солнцем, чьи лучи пробивались сквозь окна, два человека стояли напротив друг друга. Оба были сосредоточены. Один, умудренный опытом, передавал оный молодому воину. Никак иначе нельзя было назвать юношу, ибо в его глазах тлели искры решимости, что могли воспылать в любой миг.

-Но запомни навсегда одну вещь. - Темные глаза примарха пронзали пространство, казалось им ведомо все чего коснется их взор. - Ты приносишь гибель лишь для того, чтобы те кто тебе дорог не оказались на твоем месте. Ты защитник, и проливая кровь на поле брани, ты не даешь ей пролиться на мирной земле.

Широ смотрел. Широ чувствовал. Само его естество шептало ему. “Ты меч. Ты создан чтобы убивать. Ты создан чтобы разрушать. Ты не создан сотворять.” Но эти мысли, что шли из глубин, недоступных сознанию, опровергались словами того кто нес смерть ради жизни. Даже разрушение может созидать, пусть и не на прямую. Магические цепи горели, как и всегда при их использовании. Однако, теперь раскаленный металл, струящийся по жилам, не нес боли. Он лишь распалял сердце. Те сомнения, что терзали юношу, отошли на второй план. Его мечта, принести мир, недостижима. Он всегда знал это, ведь не был дураком, вопреки мнению многих.

И тем не менее, сейчас те страхи и мысли, оставшиеся липкой гнилью после жестокого огня, не отравляли душу. Нет, они вызывали смех. Холодный разум не видел чем они могут угрожать. Если цель ясна, то и сомнения не могут возникнуть. А теперь, Широ ясно видел что ему нужно сделать. Стать истинным героем, что будет идти вперед несмотря на нескончаемость дороги. Он выберет верный путь. Быть может он приведет его к гибели или чему то более ужасному, но Эмия дойдет до конца. Чего бы это не стоило.

-Посмотри. - Фениксиец протянул руку, указывая на Вергилия, стоящего в стороне. - Если ты можешь видеть историю оружия, значит увидишь и историю моего сына.

Янтарные глаза юноши, что сейчас переливались расплавленным золотом, устремились к алебарде. Ее могучий клинок сверкнул в свете солнца, созданный с великой искусностью, и еще большей смертоносностью. Нити истока, протянулись вовне, и дали узреть память орудия. С самого момента ковки в кузнях легиона, до самой смерти на планете под названием Тарсус. Величие Детей Императора. Их мастерство и решимость, все это сквозило в образах, всплывающих в разуме юноши. Многие годы яростных войн, неизменно оканчивающихся победами. Годы стремления к совершенству, как в искусстве, так и в битве. И Широ видел, сколь могуч стал род людской. Настолько, что не передать словами.

Мысли Широ о его мечте, привнести мир во всем мире, показались ему шуткой. Он желал стать людям спасителем, а теперь смотрел на что способно человечество. И понял почему примарх язвительно смеялся над ним. Глупым мальчишкой, возомнившим себя мессией. Непонимающим, что огонь душ человеческих сметал все преграды, через боль и кровь, прокладывая дорогу в будущее.

Вот и появилась дорога по которой пойдет Эмия. Ради человечества, он приложит все силы и сделает все возможное, чтобы его дом стал хотя бы похож на дом Феникса. На Империум Человечества.

Руки сами поднялись в воздух, будто живя своей жизнью. В них стал собираться свет, исторгаемый магическими цепями. Пламя опалило все тело, но не жгло, лишь раскаляло душу. Образ орудия могучего воина начал перетекать в реальность. И миг спустя, ладони ощутили тяжесть. Сфокусировав взгляд, Широ узнал копию алебарды Феникса. Еще теплое, древко слегка дрожало от нетерпения. Даже воссозданная из памяти, не настоящая копия, рвалась в битву, ведь ради нее и появилась на свет. Воля клинка отдавалась стуком в сердце и юный воин не сумел удержать ее, да и не хотел.

Рассекая воздух, Широ атаковал примарха. Тело, без труда, было усиленно заклинанием. На грани сознания появился всполох удивления. Еще никогда не удавалось сделать это так легко… и так сильно. Даже Фулгрим на миг опешил от напора Эмии. Сейчас, его физическая мощь не слишком уступала космодесантнику. И это без силовой брони. Знания о магии доступные примарху, опровергали такое событие, но глаза твердили иное. Похоже Рин была права и Исток может дать невообразимую силу в короткие мгновения. Всего за несколько дней, просто тренированный юноша, развил свое тело на несколько ступеней выше. Неизвестно как, но это так.

Деревянным мечом сражаясь против силового оружия, Фулгрим не уступал. Его точные движения и маневры не позволили оставить на теле и следа. Но примечательно было то, что Широ будто превратился в главу гвардии Феникса. Каждый выпад рисовал на месте Эмии фигуру астартес.

-Хватит на сегодня. - Вместе со словами, тупой наконечник застыл у горла юноши. - Ты навредишь себе если продолжишь.

-Да… пожалуй. - С хриплым выдохом, воздух вышел из легких, дав осознать напряжение тела. - А почему алебарда? Ты мог показать мне Разящий Огонь.

-В нем ты не увидишь ничего что поможет сейчас. Может в будущем тебе и нужно будет посмотреть, дабы не совершать моих ошибок, но не сегодня. - Говорил примарх, ставя деревянный меч на стойку. - Потому, даже пока я сражаюсь, не заглядывай в историю моего клинка. В ней слишком много боли. - С твердостью в глазах, произнес мужчина.

Широ, пусть и не был самым проницательным, но сумел понять что Фулгрим хранил в сердце сожаления, но сейчас они не были властны над ним. Как в тот момент, когда явилась та девушка. Зрелище, диаметрально противоположное обычному, вот что явил Фениксиец в тот миг. Но, похоже сейчас все изменилось. Хотя удивляться тут нечему. Теперь, Широ прекрасно знал кем был Арчер этой войны. И его не удивляло то что сын Повелителя Человечества сумел преодолеть тяжесть на сердце. И еще, Эмия представить боялся что вызвало такие изменения в поведении. Горделивый примарх Третьего определенно стал скромнее.

-Это как то связано с Лаэранским мечом? - Вергилий был еще жив когда примарх обрел его, потому Широ и знал о нем.

-Именно. Ты еще не готов увидеть последствие этой… находки. - С нескрываемой неприязнью ответил Фениксиец. Пару мгновений, юноша думал, а за тем кивнул. Он не тешил себя надеждами, будто может превзойти Фулгрима в прозорливости. Если тот говорит не готов, значит не готов. - Ужин на тебе. - А теперь, Широ широко улыбнулся. В глазах примарха он увидел вызов. И Эмия ответит на него.

****

Когда юноша ушел в поместье, в додзе остались только Фулгрим, Вергилий и Артурия. Последняя тихонько сидела с термосом в руках и не подавала признаков присутствия. Фениксиец с легкой ухмылкой смотрел туда куда ушел Широ. Решимость парня вызывала уважение, ведь была не напускной. Без этого, примарх и не подумал бы учить его всерьез. Хоть он и взялся преподавать в академии, это было сделано от безделья. В тот момент, он и сам не понимал чего хочет, пусть и не показывал этого внешне. Но раз уж обещал сделать их совершенными, то сдержит обещание, ведь он более не позволит себе нарушать клятв. От коротких размышлений, мужчину отвлек Вергилий. Тот переминался с ноги на ногу, едва заметно разумеется, что значило…

-Спрашивай, сын мой, не таись. - С одобряющий улыбкой подтолкнул примарх. Порой, его легионер был нерешителен как ребенок.

-Мой лорд, не подумайте что я оспариваю ваше решение, но…

-Зачем я делаю это? - Гвардеец кивнул. - Широ… сломлен. В его глазах я видел неопределенность. Но, в то же время, волю. Он будто желает найти куда направить свои силы. И я помог ему найти путь.

-То есть… мне можно считать его братом по оружию? - Вергилий уже успел проникнуться чем то вроде симпатии к парню. Все же, целеустремленности ему не занимать. И такая мысль не казалась отталкивающей.

-Ха-ха-ха, почему нет? С сегодняшнего дня, он воин человечества. Чем не собрат?

-Хотя ему еще предстоит заслужить это звание. - Вергилий точно не станет называть Широ братом, не сейчас.

-Разумеется, никак иначе.

Тут слух примарха уловил тяжелое дыхание. Оно доносилось из мастерской поместья, которое Рин обустроила для тренировки магии плазмы. Укрепила стену и поставила защиту от вмешательств. Ей не хотелось сжечь кого то термоядерным огнем. Только заметив неладное, Фулгрим ринулся к своей призывательнице. За мгновения преодолев расстояние и отворив двери, он увидел происходящее.

Девушка лежала на земле, едва способная вдыхать воздух. Ее тело исходило ледяным потом и тряслось. На лице застыла гримаса страха. Губы беззвучно шептали, и по ним можно было прочитать слова. Фулгрим сразу понял что происходит и подбежал к юной девушке, которая не должна видеть то что видела сейчас. Опустившись на колени, мужчина сжал ладонь девушки и перевернул ее на спину. Теплая ладонь легла на холодный затылок, прямо на промокшие волосы.

-Я рядом, Рин. - Слова на миг успокоили девушку, но не надолго. И все что оставалось примарху, это покрепче сжать руку, в надежде помочь. Пусть Тосака не раз сетовала на то что Фулгрима ее личная головная боль, но сейчас, он действительно был виноват в том что испытывала волшебница.

После продолжительной тренировки, с целью отточить новую могучую магию, Рин незаметно для себя задремала. Усталость охватила ее тело, а необходимость делиться энергией с Фениксийцем, не оставило и шанса остаться в сознании. Сейчас она пребывала в мире грез, что обычно дарил отдых и восстановление. Однако, девушка совсем позабыла о крайне важном факте. Сны, теперь будут оборачиваться кошмарами. Кошмарами, ставшими жизнью ее слуги.

Перед глазами не предстало точных картин, лишь смазанные образы событий после Очищения Лаэрана. В них не было ничего ужасного, в отличии от того что их сопровождало. Неясное присутствие на грани разума. Тихий шепот, окутывающий мысли. Тосака ощущала как чистый поток, текущий в могучем уме примарха, наполнялся темными миазмами. Противоестественное, древнее и отвратительное влияние переделывало сущность Фулгрима. Даже во сне, девушка обрела понимание. Будь она на месте лорда третьего легиона, сошла бы с ума в один миг. Сам Феникс не чувствовал внутренней борьбы, причиной чему было неведение. И даже не зная о враге, сияющая душа сына Владыки Людей, не сдавалась без боя.

Но не смотря на это, в наконец появившихся воспоминаниях, поведение примарха начало неуклонно меняться. Странные решения, странные желания. С каждым мигом, они разрастались, грозясь вылиться во что то необратимое. Рин, пусть и не знала этого, содрогалась всем телом. Страх грядущего, даже сквозь дымку грез, сотрясал внутренние устои юной волшебницы. Ее дух, что до селе не видел истинных ужасов, едва ли мог сопротивляться этому, грозясь обратить ее разум в груду разбитых осколков. И лишь теплое присутствие, явившееся из ниоткуда, помогло ей найти в себе силы продолжить смотреть. Смотреть на то, в кого превращался гордый слуга Императора.

Перед взором предстали прекрасные миры, наполняющие собой Аномалию Пардус. Словно своей кожей она чувствовала струящиеся слезы, исходившие из глаз Фениксийца. Каждый раз, ступая на землю нетронутых планет, он восхищался их великолепием. И каждый раз, оставлял их не тронутыми. Тем самым, нарушая клятву, данную отцу. Привести все звезды, все миры под власть Империума. Но примарх уже не видел ничего плохого в том чтобы сделать подобное, ведь нечто столь идеальное должно остаться нетронутым.

Следом, некая ксено-раса вышла на контакт. Эльдрад Ультран, лидер этих чужаков, пожелал провести переговоры. И теперь, Рин догадалась чем закончится все это. Видящий поведал о том что великий Магистр Войны, Хорус Луперкаль, пал в объятия неких сил, пришедших из Имматериума. Попытка Фулгрима унять гнев и разобраться в ситуации была пресечена уже не скрывающимся голосом в голове.

“Ложь! Ложь! Ложь! Не верь ему, он просто хочет поссорить тебя с братом. Убей его! Этот мерзкий ксенос должен понести наказание за обман!”

Потусторонний глас, вызвал настоящую бурю страха в сердце девушки. На миг, ей показалось что он звучал не во сне, а в ее голове. Это существо, эта тварь, отравляющая сознание примарха, будто оказалась в лабиринтах разума волшебницы. Само естество Рин сжалось в комок, зажмурилось и закрыло уши. Лишь бы не слышать этот голос.

И все же, шепот подействовал. Феникс атаковал серебряным мечом. Увидя его, эльдар пришел в ужас. Он осознал что опоздал. Рин не до конца поняла что произошло, однако, уже так ясно, что некие сущности варпа вели свою игру. Затем последовала яростная битва, в конце которой примарх бился с гигантом, будто состоящим из раскаленного металла. Рискованная и неразумная атака голыми руками едва не забрала жизнь Фулгрима, но принесла результат. Враг был повержен, но в последний миг, дал возможность примарху узреть картины из прошлого. Древняя воля угасающей расы, будто обрела жизнь в теле этого могучего существа и в момент его смерти, захлестнула противника. Перед глазами предстала галактика, в своей невообразимой величине и незыблемости. Но тут же, россыпь звезд покрылась инородной силой. Крик, заглушающий все сущее, объявил о том что родилось нечто. Словно таким образом, желая оповестить все живое и неживое о своем явлении, шторма бушующей энергии Великого Океана Душ разорвали галактику на части. Будто неизлечимые раны, протяженные бури темной энергии положили начало того, о чем рассказывал Фулгрим не так давно. Долгая ночь, Эра Раздора.

От столь ужасных картин, разум Рин перестал подавать признаки жизни, погружаясь уже не в сон, но в беспамятство без сновидений. И последним, что услышала девушка, был голос памяти ушедшей расы. Лишь одно слово, но вложенные в него чувства горечи и боли, окончательно лишили сил ослабший ум. Имя новорожденного. Имя, несущее великий страх в душе Фулгрима, и великую ненависть, что была даже более могуча нежели первый. Лишь одно слово, но сколь много оно в себе несло.

Слаанеш.

****

Открыв глаза, девушка увидела потолок своей комнаты. Вопреки тому что обычно она ничего не осознает после пробуждения, увиденное было выжжено в памяти. Крупная дрожь опять прошлась по всему телу. Страх, как перед демоном из клинка, так и перед темной сущностью, чье имя даже вспоминать было страшно, окутал Рин. Новый приступ паники так и продолжил бы рушить сознание, но ему помешала рука что легла на голову. Сместившийся взор, показал идеальное лицо примарха. Он не произносил слова, но по его лицу было ясно, Фениксиец прекрасно понимает что чувствует волшебница.

-Фул… грим… - Пересохшие губы едва могли шевелиться, но теплая ладонь помогала успокоиться.

-Не говори, тебе нужно прийти в себя.

-Как ты… можешь быть так спокоен? - Медленно, едва ли не по буквам, произнесла Рин. - Этот… демон…

-Знаю. - Примарх отметил что в последнее время довольно часто гладит людей по головам. Но сейчас, нужно было успокоить дитя. Эта хрупкая девушка не могла быть никем в иным, в глазах мужчины.

-Что будет… дальше?

-Будет еще хуже.

Несколько минут, Рин не могла собрать мысли в кучу. Ей представить страшно, что мог сотворить погруженный во тьму примарх. А он сам, с сожалением смотрел на, по сути, ребенка, которому еще придется испытать на себе самые мрачные главы его жизни. В один момент, глаза девушки судорожно забегали. Ей в голову пришло осознание, что заставило содрогнуться еще больше.

-Та женщина. Это ведь… Слаанеш? - Осторожно, словно пытаясь окунуться в ледяную воду, спросила Рин.

-Верно. - Похоже, призывательница видела первое “знакомство” с Темным Принцем. В тот момент, искаженное сознание Фулгрима пришло в восторг от этого, но сейчас…

-Но… мы же… она… Как нам быть?! - Истеричные нотки четко прослеживались в голосе. Она вскочила с футона, забыв о слабости, и начала нервно мерить шагами комнату.

-Успокойся, Рин.

-Как мне успокоиться?! Эта тварь разорвала галактику одним криком! Да по сравнению с ней, Гайя и Алайя словно дети! И ты надеешься бороться с ней?! - Едва не падая в обморок, кричала девушка. Впервые в жизни, ей было так страшно. И самое худшее, то что Она, пришла за ее примархом в иной мир. И существо подобной мощи хочет вернуть своего “принца”. Тосака, до этого момента, не осознавала то насколько опасен враг. Думала что грааль поможет справиться с ней, но теперь…

-Рин. - Тоже вставший примарх, строгим голосом заставил девушку замолчать и посмотреть в лицо Фениксийцу. - Мы не ведаем страха…

-... Ибо мы Дети Его. - Один из множества боевых кличей третьего легиона, каким то странным образом вернул девушке спокойствие.

-Ха, ты еще ближе по духу к моим сынам, чем мне казалось. - Улыбнулся Фулгрим, и даже испытал легкую гордость за своего дерзкого мастера. - Теперь ты осознаешь как опасен враг, и осознаешь почему нам нужен грааль.

-Он единственный может дать шанс… Нет, грааль силен, но не настолько!

-Слаанеш также не имеет полной силы, она ведь сказала что было трудно попасть в этот мир. У нас есть надежда, хотя бы на изгнание Темного Принца. - Видя что слова, хоть и успокоили девушку, но не окончательно, примарх продолжил. - Судя по следам на стенах, ты освоила плазму.

-А… ну да, от этого и отключилась. - Рин не понимала зачем он перевел тему.

-Значит, с этого момента, мы можем сражаться плечом к плечу. - Фулгрим подошел ближе. Его мерцающие глаза, вперились в саму душу Рин. До этого момента, раздражающий слуга не вызывал такого ощущения, но сейчас, девушка наконец ощутила то насколько величественным был сын Императора Человечества.

-Предлагаешь мне вступить в твой легион? - Природная язвительность не дала волшебнице всерьез воспринять слова примарха. Да и ситуация вызывала сильную нервозность. Однако, столь же язвительный Фениксиец не остался в долгу. Он призадумался и миг спустя, ухмыльнулся. В пурпурных зрачках заплясали бесенята.

-Хм, почему нет? Дочерей у меня еще не было. - От возмущения, Рин даже рта открыть не смогла… первые пару секунд. А затем продолжила обмен колкостями.

-Называть отцом не стану.

-Ха-ха-ха, этого и не требуется. - Вновь задумавшись, примарх удовлетворенно кивнул своим мыслям. А затем, посмотрел на девушку уже без смеха. - Тосака Рин. Ты даешь клятву быть слугой Императора Человечества возлюбленного всеми, быть слугой моего отца? Стать частью Легио Астартес, Детей Императора?

Волшебница изумленно взирала на примарха. Она думала что он просто шутит, но оказалось что Фулгрим всерьез решил сделать ее своим легионером. Такое… сбивало с толку. Фениксиец признал ее достойной. Непонятно от чего, может так он хочет успокоить ее, может… да кто знает этого любителя совершенства?! Рин крепко задумалась об ответе. Она видела многое, видела что значит быть астартес. Это великая честь, стать слугой Императора. Но Тосака горда от природы. Она гордится своим талантом, своей целеустремленностью, своим родом, наследницей которого является. И признавать кого то над собой…

Однако ей сразу вспомнился золотой свет, окутывающий фигуру Владыки Людей. Твердая уверенность сопровождала ее с момента как она его увидела. Тосака никогда не забудет это сияние, сияние надежды. Гордость наследницы древней семьи магов… не протестовала. Служить такому человеку, это в разы более почетно чем что либо. Нести свет истины во тьму невежества, как говорил Вергилий. Имперские истины, идеалы науки и просветления, вполне импонировали Рин. Она уже признавала для себя, что не смогла бы удержать себя от того чтобы идти за Откровением. И в данный момент… это осталось неизменно.

-Я… клянусь. - Как то нерешительно произнесла девушка. Эта мысль четко читалась на лице примарха. - Я клянусь! Доволен?

-А причем здесь это? Я просто предложил, ответ ты выбрала сама. - Развел руками примарх. Ее примарх. - Значит, отныне ты встала со мной под один стяг… Хотя он несколько далековато отсюда. - С веселой улыбкой закончил Фулгрима. От чего девушка протяжно выдохнула.

-... Ладно. Будем считать что я успокоилась. - Голубые глаза Рин, несмотря на слова, имели следы беспокойства. - И все же, что нам делать?

-Сражаться. До самого конца, каким бы он не был…

Так в мире и появилась первая космодесантница… пусть маленькая, но с огневым потенциалом плазменного бластера. А несчастный Вергилий, который был неподалеку и слышал весь разговор, обреченно подумал что теперь никогда не сможет поставить наглую девку на место. “Называть ее сестрой я точно не стану… разве что если мой примарх отдаст прямой приказ”

****

Черноволосая красавица нервно ходила из стороны в сторону, ей уже не терпелось встретится с Фулгримом, а он еще не явился. Она ждала того с кем договорилась встретиться, однако пожалела что не установила точного времени. Да и с местом непонятно, потому примарх и уточнял у Тацита где их временный союзник. Молчаливая Медуза, бесстрастно смотрела на своего очередного мастера. Наконец, она решилась заговорить, вопреки тому что никогда это не любила. Горгона, с самого момента их знакомства просто исполняла приказы и даже не могла понять чего хочет это существо, потому и предприняла попытку завязать разговор.

-Может стоило назвать точное врем… - Все тело сковало чувство потустороннего давления. В светящихся глазах Цурукавы Хинако, проступила угроза.

-Не раскрывай рта без причины. Я позволила тебе жить только из необходимости, но могу обойтись и без тебя. - Ледяным голосом, едва ли не прошипела она. Но лишь для того чтобы мигом накинуть маску воспитанной и кроткой девушки. Примарх был рядом.

Приземлившись на крыше высотки, Фениксиец посмотрел на мастера и слугу. Как всегда откровенно одетая Райдер и скромная Хинако. Кажется она более не станет притворяться опытной магессой. И правильно.

-Начнем охоту.

Глава 20

Бетонные колоссы возвышались над землей, затмевая темные небеса. Множественные огни, порожденные искусственными светилами, мерцали и бросали вызов ночи. Будто в насмешку над сотнями лет жизни в страхе перед тьмой, что нисходила после заката. Чудовища, созданные людскими страхами и живущие в тенях, отпрянули как от пламени, ведь ныне, человек может смотреть им в глаза без содрогания. И с каждым годом сей факт лишь крепнет.

Но не все монстры подверглись гонению из сердец, потому как были реальны. Где то в городе блуждал один из них и крал дыхание жизни у невинных. Каково бы не было происхождение его, избавление от подобного существа есть долг давших клятву защищать. Разбившись на пары, смельчаки искали цель для своего возмездия. Из двух мастеров, каждый имел компаньона-героя. Широ шел рядом с главой Гвардии Феникса, оба передвигались по крышам, благо высотки могли выдержать вес керамитовой оболочки воина и не создать волнений среди граждан. Эмия использовал укрепление, потому не отставал от астартес.

-Третий сектор. Следов объекта не обнаружено. - Говорил по воксу Анусоран. С другого конца донесся голос примарха, подтверждающий получение информации и велевший продолжить поиски. - Прибавь шаг. - Эти слова были адресованы юноше, а следом, керамитовое изваяние совершило резкий скачок вперед. Вергилий поражался тому как изменились его возможности, ведь даже космодесантник не способен так резво двигаться в тяжелой броне. Влияние этого мира и Грааля в частности, было весьма приятно.

-Сектор семь. Чисто. - Прогудел Тацит, сопровождающий Рин. Технодесантник вооружился штурмовым щитом и громовым молотом. В их дуэте роль огневой поддержки исполняла волшебница, ведь по прикидкам Фулгрима, новое заклинание ставило ее в один ряд с терминатором, вооруженным плазменным оружием.

Подвижность этой двойки была ниже, но не критично, все же гвардеец параллельно мониторил камеры видеонаблюдения. К сожалению, ими одними обойтись бы не вышло, так как сущность могла передвигаться неизвестным способом. Правда, знание сего факта не умаляло желания девушки вдарить Тациту по его керамитовой за… задней пластине, дабы придать ускорения.

Артурия передвигалась в одиночку и также не обнаружила следов противника. Королеве уже стало надоедать что у нее не было достойной битвы. Только короткая стычка с Лансером после призыва, бой с Гераклом где она была в плохой форме, пара ударов по Райдер и снова противостояние с Копейщиком, на этот раз - трое против одного. Да самой долгой битвой были догонялки с Фулгримом! Натура воительницы не могла стерпеть подобного, потому девушка рыскала по закоулкам как голодная львица. Даже ее захватил азарт охоты.

Что же до Медузы, она вела разведку в одиночку, как и Сэйбер. Только без особого энтузиазма, что неудивительно при ее характере и странном положению. А вот ее мастер, на пару с Фениксийцем, находились на высочайшей точке Фуюки, бдительно наблюдая за улицами. Хоть чуткость примарха делала его прекрасным разведчиком, Цурукава аргументировала такую расстановку острым зрением слуги класса Арчер.

-Никаких новостей. Хинако? - Мужчина перевел взгляд на девушку, что сидела рядом с закрытыми глазами и сосредоточилась. Под ней располагалась печать, источающая бледный синий свет, испещренная слабо понятными вязями символов. Даже с набором родовых знаний семьи Тосака, примарх не мог распознать назначение сих элементов. Едва заметные искажения пространства вокруг заклинательницы усилились, однако сошли на нет всего за миг. Она распахнула ониксовые глаза, что бы перевести их на Фулгрима.

-Он определенно активизировался, однако определить где - невозможно. Похоже, придется ждать пока не начнется… жатва. - С нахмуренными бровями произнесла дева.

-Она станет последней, если не сможем обнаружить существо раньше. - Острый взор Арчера скользил по строениям, но не цеплялся ни за что. В городе не происходило ничего необычного, пара пьяных драк не в счет. Хоть два рослых европейца, грязно ругающихся на языке славянской группы, редкое событие в тихом японском городишке, отношения к ситуации они не имеют.

-Да… хотелось бы верить. - Все еще смурная девушка, всем видом показывала что беспокоится за жизни простых людей.

-Для тебя это так важно? - Оказавшись под пронизывающими глазами примарха, Хинако на пару вдохов не могла найти ответ, но быстро спохватилась.

-Р-разумеется! Мой род сотни лет оберегает покой невинных, сама наша кровь несет вечную клятву. - С чуть смущенным пылом поведала она. - Я живу только ради этого…

-Ради служения, значит… Мне это знакомо. - Вновь начатый осмотр не помешал продолжить разговор. - Я был рожден для того чтобы стяжать звезды под знаменем человечества. - Ответа на эти слова не пришлось ждать долго, но и мгновенными он не был. Словно девушка пыталась подобрать нужные мысли.

-Человечества или… Императора? - С каким то непонятным ожиданием проговорила Цурукава. Но Фулгрим не придал значения странностям, мало ли какие причины были, все же история магессы почти неизвестна.

-А в чем разница? - Откровение поднял человечество из беспросветной пучины падения и он имел полное право распоряжаться его будущим, как тот кто его создал. В любое время нужен мудрый властитель, что указывает путь.

-Ну-у, если вся власть принадлежит одному разумному, то это называется тиранией. Ваш отец ведь не давал права голоса самим людям?

-Сами люди, на тысячах миров, едва ли не добровольно толкали себя в бездну. Даже если назвать моего отца тираном, под его руководством космос вновь стал домом для человечества. Более ничего не имеет значения.

-С этим сложно спорить, но… будет ли так всегда… - Теперь на лице примарха была легкая заинтересованность. Мысли юной девы могли показаться хулой в сторону Повелителя Людей, и в тоже время, взглядом со стороны. - Если Император - человек, значит подвержен человеческим порокам. Гордыне, к примеру.

-Ты не знаешь его. Человек, и в тоже время - нечто большее. Вот кто он.

-Большее чем человек? Разве это не… бог? - Теперь, взгляд Фулгрима задержался на лице девушки, что застыла от пристального внимания. Сын обсуждаемого не мог понять, почему ей так интересен его отец. Неужели в тех скупых рассказах, она углядела то что вызвало в ней опасение? Хотя чего опасаться жителю этого мира, когда Император бесконечно далек.

-То что я стою здесь, перед тобой, уже опровергает твою гипотезу. Боги не допускают ошибок… ибо они всеведущи и всемогущи. - Тут мужчина подразумевал идолов созданных в соответствии с концепцией идеала, а не тех что просто отражают людскую суть, вроде Греческого Пантеона.

-Боги - да, но что если человек возомнит себя таковым?

-Довольно. Этот диспут не имеет смысла. - Чуть похолодевшим голосом заговорил примарх, чем прервал беседу. И тем не менее, его развитый ум не смог так легко оставить тему.

Смертный начавший считать себя выше своих собратьев. И в руках такого человека сосредоточена власть что превосходит власть любых правителей живших доселе. Рассматривая ситуацию с подобного ракурса… А ведь в последние годы Похода стало разрастаться течение веры в божественность Императора называемое “Божественное откровение”. Именно это было одним из аргументов Хоруса во время разговора на Духе Мщения. Воитель обвинил отца в гордыне и в том что он желал что бы его почитали как бога. Сейчас, вспоминая ту трехдневную беседу, Фулгрим поражался очевидности лжи в словах Луперкаля и Эреба, но… Что если Губительные Силы, скрыли ложь мазками истины, дабы не дать увидеть картину Империума целиком.

Фулгрим, хоть и был всецело верен отцу, но не знал его планов. Никто не знал чего желает Император, его великий замысел. Впрочем, любой примарх мог возомнить себя божеством, даже космодесантник, ведь и те и другие были выше простых смертных. Но этому препятствовали многие факторы, Истины Императора в частности. “Нет, такие мысли не принесут ничего хорошего, отец желает блага человечеству и это нерушимый факт. Пусть его сложно понять, пусть мысли его скрыты от наших взглядов, но он построил Империум не для того чтобы потакать своим порокам. Его цель была гораздо выше… выше…” Тут разум примарха пронзила догадка.

Повелитель человечества, неизмеримо древний и мудрый, не мог не знать о Хаосе. Такое просто невозможно, ведь его могущество как псайкера превосходило все мыслимые и немыслимые пределы. Имматериум для него словно дом родной, так как можно было не узнать о самых темных силах Варпа за неизвестно сколько лет жизни. Да сама Эра Раздора началась с рождения четвертого бога! Влияние Эмпиреев на реальность не могла укрыться от Императора, так почему он… не поведал о нем своим сыновьям? Неприятные терзания начали охватывать разум Фулгрима, но в конце, он просто выдохнул горячий воздух. “Причина была. Не могла не быть. Как ни прискорбно, мне остается только верить в отца и его силу.” Ответы на интересующие вопросы не мог дать ни один из жителей этого мира, разве что его недавняя гостья, только истиной они точно не будут. Даже не прибегая к обману, Слаанеш сумеет сместить акценты так, что Император окажется жалким ублюдком, не заслуживающим верности. Кстати о Слаанеш и других паразитах…

А ведь все Владыки Варпа, в едином порыве, плели интриги против человечества, начав почти одновременно. Это не может быть совпадением, слишком уж все вовремя сложилось. Понятно что они хотят расширить свою власть, но… примарху показалось что их действия были несколько более целенаправленными, более сфокусированными. Они внушили Хорусу лишь одну мысль. Мысль что и сподвигла его гордыню и желание защитить человечество обратить Магистра Войны против отца. Именно против него. Словно… Император был угрозой им, противником что может испортить жизнь, если так можно выразится. “Не уверен, но… может отец не просто знал об ужасах Имматериума, а боролся с ними. Те же Сестры Безмолвия, воинство бездушных созданий, были призваны противостоять угрозам от псайкеров.” Если принять во внимание факт существования множества существ из Варпа, что стремятся пожрать сущности людей, и то что они еще более уязвимы против парий, картина приобретет новый кусочек.

Если это правда и Император сражался с величайшим ужасом галактики, то становится понятно, от чего Хаос так вцепился в Империум. Если дать ему вырасти, дать его Владыке исполнить свои планы, то им как минимум перекроют кислород. Вера и поклонения - пища для Губительных Сил. Лишившись их, они ослабнут, чего не желали допускать, уж точно не с их неуемным аппетитом. “Надеюсь отец с братьями сумели уберечь Империум от гибели… Аргх, как же тошно от неведения!” Фулгрим так желал знать, к чему привело его предательство, даже если последствия окажутся смертью цивилизации людей, он хотел знать. Он обязан знать, как бы это знание не было мучительно, такова его ответственность. Его долг перед семьей.

Фениксиец вновь протяжно выдохнул, чем привлек внимание Цурукавы. Стоя за спиной мужчины, она довольно улыбнулась от едва заметного смятения в его языке тела. Она подошла ближе и положила тонкую кисть на плечо Фулгрима. Едва заметным движением, она прошлась по его платиновым волосам, и начала нежно гладить задумавшегося примарха.

-Простите если обидела вас. - Кроткий и виноватый тон был искренним, настолько, насколько это возможно. - Это просто мысли пришедшие мне в голову, если они вас оскорбили, то я готова принести извинения.

-Это излишне, я слышал слова и похуже. - Из уст одного из самых близких его братьев… мда. - Отец противоречивая личность, тут я не стану спорить, но моя верность принадлежит ему. - Темные глаза примарха прошлись по лицу девушки, в их глубине блестел стержень уверенности. Столь твердой и несокрушимой, каким он не был никогда, даже в лучшие годы Великого похода. - В своем Абсолюте…

Резко отвернувшись и одернув плечо, Фениксиец взмахнул волной серебряных волос. На миг, они осветились сиреневым светом, что тут же угас, подавленный волей хозяйки.

-Хорошо… я вас поняла. - И более не произносила ни единого слова.

****

Момент настал. Цель явила себя. В одном из темных закутков, в который ни один разумный человек не ступит ночью, оказались двое мужчин. Камеры зафиксировали как они шли, одурманенные неизвестным влиянием. Охотники в тот же миг устремились к месту, однако, ближе всех были Рин и Тацит. Даже со скоростью второго, они успеют быстрее всех.

Спрыгнув с крыши, девушка мягко приземлилась на асфальт. Ее магическая сила даровала нечеловеческие возможности, потому она не разбилась, чего не скажешь о мостовой. Когда бедная дорога познакомилась с ещё одним новым пешеходом, она разлетелась во все стороны, сокрушенная весом тактической брони дредноута. Технодесантник просканировал местность ауспексами и выявил три живых организма. Приподняв щит, он направился в закоулок, приготовив все вторичные системы вооружения, ведь даже со штурмовым комплектом, его огневая мощь была подобна танку.

Тосака подавила легкий мандраж от предстоящей встречи с неизвестной сущностью и зашагала следом, уже приготовив плетение новой магии. Она сдерживала ярость звездного пламени, что рвалась на волю. Девушка еще не успела привыкнуть к мощи солнца в ее руках, потому приходилось убеждать себя в том что оно не принесет вреда. Наконец повернув за угол, она увидела длинный путь между двумя зданиями, имеющими чуть меньше десятка этажей. Тишина пронизывала внутреннее пространство, будто логово какого то ночного хищника приветствовало гостей, перед тем как это сделает его хозяин. Гулкие шаги терминатора разгоняли безмолвие стен, а его пурпурная броня с золотыми орнаментами отблескивала от удаляющего света улицы.

Интуиция Рин твердила, что ее ждет что то жуткое. Особенно не давали покоя мысли о Сакуре, ведь Фулгрим говорил, что от нее пахло человеческой кровью. Это не значило ничего хорошего. Совпадение ли это? Существо пожирающее людей и запах крови изо рта Мато. Сестра оной могла лишь надеется на лучшее. Но сколь светла надежда, столь велико отчаяние от ее угасания. От зрелища представшего перед парой легионеров Детей Императора, младшая из них ощутила приступ тошноты. И подступившие слезы.

С яркой улыбкой, хрупкая девушка с лавандовыми волосами и глазами поедала кусочки свежей плоти. Окровавленные тела лежали у ее ног, бордовая жидкость текла из ужасающих ран. Запах железа пронзил нос, что только усилило рвотные позывы. Сакура перевела затуманенный взор на свидетелей ее пира и улыбнулась еще ярче. Пришествие новых лиц, не помешало ей проглотить шарик мяса, словно тот был сладкой конфетой. Алый, множественными ручейками, струился по рукам и рту, но это не волновало юную леди. Наоборот, казалось багряная раскраска доставляла ей удовольствие.

-С-саку…ра… - Дрожащий голос Рин заставил названную чуть склонить голову, будто в задумчивости. Она пыталась понять, что говорит эта незнакомка. Внимание волшебницы сместилось на сверкнувшие в темноте искры громового молота. Она прекрасно знала что это означает. Рывок перенес терминатора к той, чьи следы он нашел первым, а занесенное оружие грозило раздавить маленького человечка, что был немногим больше его самого. - Нет, стой!

Гигант не отреагировал, находясь в шаге от завершения миссии, однако ему помешали. Тени вокруг, словно обретя жизнь, взмыли в воздух, плетями рассекая пространство. От удара обманчиво тонких кнутов, грузное тело Тацита остановилось в полушаге, не в силах продолжить движение от толчка. Атаковавшая лишилась улыбки, пустыми глазами взирая на неожиданного врага. В них не было злобы или намерения убить, только молчание мыслей. Разум Сакуры был не здесь, в отличии от того что вселилось в нее.

Закрывшись щитом от новых ударов, технодесантник не решился задействовать наплечные пусковые системы, беспокоясь о возможном обрушении. Вместо этого, он вновь совершил рывок, превратившись в несущийся монолит. От разницы в размерах, казалось что астартес раздавит человечка перед ним, но этого не произошло. Темной стеной, ленты теней сплелись и оградили хозяйку от взглядов. Гвардеец врезался в них и ощутил как увязает, не в силах высвободиться. Неизвестным образом скрепившись со щитом, тени начали тянуть его в свою паутину, как попавшуюся муху. Всего за мгновения, часть из них превратилась в липкую жижу и начала обволакивать металл, грозясь добраться до владельца.

Чувства терминатора взвыли, предупреждая об опасности соприкосновения с этой зловонной слизью. Будто сама его сущность говорила не касаться проклятой жидкости. Аметистовый гигант отпрянул, разрывая дистанцию, от чего потерял свою ношу. Громадный щит, украшенный геральдикой легиона и Империума, уже погружался в темное озеро. Золотистый металл терял блеск, покрываясь непроглядной темнотой и исчезая в чреве чудовища. На миг, его бывшему владельцу, показалось что орёл начал искажаться, приобретая новые, отвратительные очертания. Стоило только завершить начатое, жгуты тьмы отступили в свой дом, которым стала тень члена семьи Мато. Но и та не была такой как прежде, представляя собой уже не повторяющее фигуру хозяйки полотно, но жуткую, извивающуюся груду лент с ней в центре.

-Сакура, прошу, очнись! - Капельки слез скопились в уголках глаз, Рин не могла без них смотреть на то во что превратилась ее сестра. - Мы не причиним тебе вреда.

И вновь непонимающий взгляд был ответом. Словно не в силах понять, о чем кричит эта девушка. И тут, на недвижимом лице заиграла улыбка, как от пришедшей в голову веселой идеи. Темный туман, густой и тягучий, начал исходить из пор девушки, вмиг обратив ее в тень в человеческом облике. Широкие ленты ниспадали с головы, напоминая платье. А неестественное присутствие усилилось, теперь причиняя дискомфорт на физическом уровне.

Истинная форма чудовища осквернившего Святой Грааль, предстала перед сыном и дочерью третьего. Живая тьма, чьи намерения ясны как полуденное солнце, и в то же время, черны как межзвездный мрак. Десятки, даже сотни, лент яростно взвились едва ли не до небес, что бы обрушиться на обидчиков. Это стало последней каплей для содрогающейся сердца Рин. Потоки бушующей праны пронеслись по магическим цепям и явили себя в новой ипостаси. Слепящее солнечное пламя, в мимолетной вспышке, искоренило все тени. То была вариация мистерии лазурного огня, уподобляющаяся мельте. Серые стены, несмотря на расстояние, оплавились словно воск. А крик агонии, донесся будто отовсюду. Существо испытало боль.

Окинув взглядом пространство, девушка увидела сжавшуюся тень. Ее всеобьятность сошла на нет, но лишь на время. Уже стали виднеться новые жгуты, медленно текущие по земле. А последним подтверждением тому, стал алый свет, начавший пробиваться через покрывало тьмы. Наследница семьи Тосака ощутила жуткое намерение, направленное четко на неё, от того Рин и поняла. Тень пришла в ярость. Скорость лоз была слишком высока, потому, показать спину, значит обречь себя на гибель. Единственно верный способ выжить, это сдерживать врага до прихода подмоги, что была уже близко. Волшебница чувствовала приближение своего слуги, своего примарха. Фулгрим несся на невероятной скорости и будет в этом проклятом переулке с минуты на минуту. А с ним придут и другие.

Новый поток энергии прошелся по телу, дав начало реакции подобной ядру звезды. Уже после второго применения, сложность подобной магии дала о себе знать. Необходимость держать в уме полученное понимание этого явления, была задачей высочайшей сложности для Рин. И тем не менее, массивная капля жидкого огня полетела во врага. Процесс восстановления, шедший полным ходом, прервался и повреждения стали болезненнее прежних. Новый крик агонии, скорее даже визг, оглушил девушку, на миг сбив концентрацию. Однако это не принесло никаких последствий, ведь тень и сама билась в неистовом припадке. Вернее, критических последствий, потому как Тосака, от звукового удара и непривычно прожорливого заклинания потеряла равновесие. Шатаясь, она опасалась падения, но ее придержали крепкие руки.

-Опрометчиво, Рин. - Укоряющий голос Фулгрима донесся до ушей. - И ты Тацит. Вы оба слишком рисковали. - Пришедшая в себя девушка ощутила родное тепло с правого бока. Скосив взгляд, она увидела Разящий Огонь, чьи всполохи вызвали странную ассоциацию с возмущенно вскинутыми руками. Чего только не померещится - меч ругает человека.

-Пожалуй… - С силой выдохнув, космодесантница вернула себе самоконтроль, во всех смыслах. - Нужно увести эту тварь подальше, здесь могут пострадать люди. - Глаз зацепился за изуродованные стены. Ровная поверхность превратилась в какую то пародию на извилистый ландшафт. - И у меня есть идея - как…

-Хм?

-По моему, оно меня… слегка недолюбливает. - В подтверждение словам, немногочисленные жгуты потянулись прямо к Рин. Еще вялый удар, пресек пламенеющий клинок, что радостно сжег каждую неестественную конечность врага.

-Ты права… - От взгляда примарха, девушке стало слегка не по себе. - Значит нужно тебя перенести. - Вновь отраженный удар был еще быстрее, притом значительно. Беглые вычисления коэффициента соотношения быстродействия и степени восстановления показал результаты, что вызывали опасения. Это существо станет быстрее Фулгрима, в нынешней форме. - И я знаю как это сделать.

-Нет…

-Да.

-... Я тебе это припомню. - Говорила девушка, уже вышедшему из вихря серебряного пламени, бронированному гиганту. Тот мимолетно усмехнулся и подхватил невысокую Рин одной рукой, прижав ее к адамантиевому нагруднику.

От толчка, сопровождающего бег великана, Тосака еще сильнее вжалась в грудь примарха. А перед глазами была палатинская аквила. Даже в ночной темноте, она сияла золотом, напоминающем о величественном свете излучаемым фигурой Повелителя Человечества. Пусть Рин находилась посреди битвы, но не чувствовала страха, ибо с ней был сын того, кому она присягнула на верность. Ее клятва могла показаться не слишком серьезной, но на деле… Рин уже была верной слугой Императора. В ее сердце теплилась вера в Его истину и вера в будущее, что она несет.

Глава 21

-Тоша, мы нажрались… - Путаясь в языке, говорил довольно высокий молодой человек. С крепким телом и некоторым количеством излишнего веса. - Не стоило… так стараться научить пить этих япошек.

-Да норомально всее, не кипиш… ик… уй. - Еще сильнее заплетаясь, ответил некий “Тоша”. На деле это было сокращение от имени Антон. - Так стопэ… а где Саня?! - Теперь, оба друга начали оглядываться по сторонам, а их затуманенное сознание лишь несколько мгновений спустя вспомнило нужную информацию. - Лять, мы его в туалете оставили. Так, за мной Сэм. Нужно вытащить этого ликеро-водочного хомяка. Операция - спасти лейтенанта Саню! - Воинское звание было скорректировано в соответствии с опытом распития спиртных напитков. До маршала друзья пока не добрались, но у них еще все впереди.

Тут, по пустынной улице пронесся грохот. Он шел с крыши невысокого здания, по одну из сторон дороги. Друзья рефлекторно перевели взгляд туда, для того чтобы увидеть то что прочистило их хмельные мозги. Гигант, в пурпурном доспехе, мощным прыжком пересек расстояние между постройками, а за ним проследовал рыжеволосый юноша. Оба сделали нечеловечески сильные скачки, позволившие им переместится так далеко и продолжить бег. О нем свидетельствовал шум тяжелой поступи.

-Хотя знаешь… думаю хватит на сегодня. - Почти протрезвевший Тоша проговорил это с пришибленным видом.

-... Поддерживаю.- Ответил его друг Семен. - Пошли за Саней, а потом в отель. - Тур по стране восходящего солнца стоит завершить и вернуться на холодные просторы Сибири. Здоровенный рыцарь еще ничего, но если тут появятся девочки-волшебницы и тентаклевые монстры… Большой опыт в просмотре японской анимации не всегда благо, как и живая фантазия.

****

-Настырный… - Произнося мысли вслух, Фулгрим двигался в сторону западного предела Фуюки, что был ближе всех. В той лесистой местности можно будет сражаться без риска вызвать жертвы. -... и быстрый. - Скорость существа действительно была высока, то плыло по земле, даже не думая отставать от примарха. Вернее от его ноши.

Рин всеми силами пыталась крепче держаться за своего слугу, и лучшим способом было схватиться за золотое крыло, часть левого наплечника. Оно не подавало признаков слабости и послужило девушке надежной мерой предотвращения падения. Краем глаза она видела проносящуюся местность. Шаг Фениксийца был весьма велик, а уж его взрывные толчки выбивали осколки из асфальта. Каждым из них он преодолевал десяток метров. Наряду с их частотой, в стремительности он превосходил гоночный болид. Примарх уже заметил, что его характеристики несколько отличались от тех что были при жизни, ведь раньше он бы не смог обогнать мотоциклетное отделение астартес. Хан, пожалуй, мог позавидовать, ведь он тот еще любитель молниеносных атак. Вдобавок, силы только растут, как уже заметил Фулгрим. С чем это связано - неизвестно, и сейчас нет времени задаваться этим вопросом.

“Мой лорд, время прибытия - две минуты.” - Вергилий уподобился своему генетическому отцу и стремился оказаться на будущем поле боя как можно скорее. В момент сообщения о смене дислокации примарха, он был уже близко, но превосходство Фениксийца в скорости оставило его позади. Тацит также направлялся к месту битвы, для этого используя телепортационную систему терминаторской брони. Перезарядка заставляла терять время, но так все равно лучше, чем пешим шагом.

Королева туманных островов бежала, пожалуй, быстрее всех, за исключением Арчера. Оказавшись дальше остальных, ей нужно было постараться чтобы успеть оказать поддержку в бою с неизвестной сущностью. Торчащий волосок на голове яростно сопротивлялся потокам воздуха, желающим дабы он преклонил колени, но те были бессильны. Доблестный локон, стоит сказать.

-Постарайся не навредить ей. - Когда мастер и слуга остановились на широкой поляне меж деревьями, Рин попросила Фулгрима об этом. То что сущность оказалась Сакурой он уже знал, ведь девушка сумела перекричать ветер и сообщить эту информацию.

Примарх не ответил, сосредоточившись на застывшей в удалении твари. Ее теневые ленты слабо развивались, словно от бриза, но тот был не причем. Алый свет продолжал проступать, лишившись помех в виде ночного освещения. Наконец, острые лезвия, что не казались таковыми, атаковали с высокой скоростью. Целый шквал ударов пришелся на массивную фигуру Феникса, разбившись как волны о волнорез. Пылающий клинок рассеивал плети без особого труда, ведь, похоже, те боятся огня. Сверхъестественного, по крайней мере. Размываясь, даже в глазах усилившейся магессы, Разящий Огонь танцевал в руках своего владельца. Языки яркого пламени, подобно протуберанцам срывались с него, показывая упоение битвой. Творение Ферруса Мануса радовалось битве, желая низвергнуть нечисть в прах.

Во второй руке Фениксийца оказался плазмоган, обрамленный золотыми птицами, и тут же изверг из себя широкую дугу плазмы. Сила вторичного мельта-режима была не велика, будь иначе, Лансер бы вышел из войны в первом же столкновении, но ее хватило. Белая волна испарила паутину лент, вызвав новый визг боли от тени.

-И что же с тобой делать? - Фулгрим понятия не имел как можно хотя бы привести Мато в сознание, да еще и не навредить. Причинять излишний вред невинной девушке не хотелось, наоборот, хотелось помочь чистому человеку и сестре его новоявленной дочери. - Рин, придется сдерживать существо до прихода Хинако и остальных. - Цурукава могла подсказать путь к решению проблемы.

-Я помогу! - Уже настроилась девушка, но ей помешали.

-Не нужно, экономь силы. Разве моя подпитка не затрачивает много энергии? - Тут Рин опешила и прислушалась к себе. Даже несмотря на угрозу со стороны твари, что продолжала обрушивать град ударов на примарха, Тосака удивленно распахнула глаза.

-Нет…точнее… меньше чем раньше. И довольно существенно.

-Что? - Теперь и Фулгрим удивился, переведя взгляд на свою призывательницу. Но секундная беспечность заставила его заплатить. Одно из беспросветных лезвий, змеей устремилось к голове Фениксийца и рассекло бы её, не среагируй он. От боли, что скорее раздражала нежели мешала, примарх зарычал. - Грр… Позже.

Рин поняла что даже ее слуге лучше не отвлекаться от противостояния. Свидетельством тому стал вертикальный разрез на правом глазу. Тонкая алая линия теперь находилась на ранее идеальном лице Феникса, но регенерация вскоре должна исправить приобретенный изъян.

Потянулись секунды, каждая из которых растягивалась в разы. Разум сына Императора мог воспринимать действительность на совершенно иной скорости. Это одна из причин почему примархам не всегда было комфортно общаться с простыми людьми. Те казались им медленными и нерешительными. Узнавая шокирующую информацию, тратили непозволительно много времени на ее принятие и только потом оценивали и анализировали, когда владыки Легионес Астартес могли за доли секунды сделать это. Пусть не все смертные были такими, но большинство.

Первыми прибывшими стали Вергилий и Широ. Стоило им увидеть происходящее, оба приготовили алебарды. Однако не стали рубить с плеча, а переместились к гиганту в пурпурной броне. Светящиеся лезвия начали высекать искры из воздуха, когда рассекали хлысты. Теперь три воина сдерживали натиск существа, не подававшее признаков смены тактики и продолжавшее тщетно атаковать.

-Что происходит, мой лорд? - Между делом, Вергилий задал вопрос своему повелителю. Ему было непонятно, почему Фулгрим просто стоит и не пытается контратаковать.

-Это Сакура.

-Что?! - Теперь уже Широ подал голос, придя в шок. Он не мог поверить что столь близкая ему девушка являлась этим существом. Секундная заминка, также как с Фулгримом, едва не привела к гибели. Удар теневой ленты был прерван гвардейцем, который не потерял самообладания от такой новости.

-Соберись, мальчишка! - Громогласный голос астартес быстро привел юношу в чувство, и тот продолжил оборонятся. - Каковы будут приказы? - Эти слова были адресованы уже Фениксийцу.

-Ждать прихода Хинако. - Ответов не последовало, ведь все сосредоточились на мелькающих темных лезвиях, что подобно кнутам извивались в воздухе. Они бессильно пытались пробиться через стену, в которую превратилась троица.

Почти четырехметровый гигант стоял в центре, принимая на себя основной удар и атаки сверху. По бокам же были владельцы древкового оружия, что ослабляли давление на Фулгрима. В таком построении, можно было продержаться довольно долго, вопрос только в выносливости. Еще стоит упомянуть, что Широ следовал завету примарха и не заглядывал в историю Разящего Огня, усилием воли пресекая нити Истока, стремящиеся проникнуть в суть могучего оружия. Это давалось интуитивно, без особого труда, но даже так, кое что он увидел. Не память, но душу меча, что сейчас пылала, подобно своему лезвию. Яростная песнь разносилась по поляне, слышимая только юношей, и была она громогласна. В ней чувствовался праведный гнев, радость и упоение. Не обладающее разумом в привычном понимании, орудие твердило о своей непоколебимости перед лицом врагов хозяина. Воистину, этот клинок достоин быть продолжением руки сына Владыки Человечества.

Из за деревьев показался новый гость, златовласая воительница, чей сосредоточенный взгляд устремился прямо на защитников. Трое мужчин оберегали Рин, стоявшую позади. Та уже места себе не находила, желая предпринять хоть что то, но осознавая необходимость сохранять силы. Пусть примарх больше не требовал колоссальных затрат на поддержание, все еще был весьма прожорлив. Неизвестно как, но сейчас он представлял собой просто довольно затратного слугу. Вероятно, на одном уровне с Берсеркером. Потому камни-накопители неизменно придется использовать, иначе Тосака свалиться в обморок, как уже было. Возвращаясь к королеве, Артурия молниеносно оглядела поле битвы и подбежала к союзникам.

-Рин, что происходит? - Видя что троица спокойно справляется, мечница решила сперва узнать причины бездействия, по своей сути.

-Это существо… не знаю как, но оно вселилось в Сакуру. Эта она… пожирала людей. - Наконец вспомнила девушка об этом обстоятельстве. В горячке погони и последующем столкновении Тосака откинула эти мысли на второй план, но теперь они вернулись.

-Значит, не бить на поражение.

-Именно, Арти. - Не оборачиваясь, подтвердил Фулгрим.

Получив все нужные сведения, Артурия также вышла вперед, встав перед примархом. Теперь, у каждого была только четверть плоскости атаки, что пуще прежнего ослабило натиск. Темное существо, словно не имея ума, так и продолжало бездумно атаковать. Возможно, причина этого в незавершенном восстановлении, ведь Цурукава говорила что оно желает воплотиться в реальность. Включая сегодняшних, жертв было всего четыре, похоже этого мало для восполнения сил. Также было непонятно происхождение тени. Вставал вопрос, как она вообще попала в грааль и чем является. Некой темной и злой сущностью, очевидно, но подробности неизвестны.

Наконец, прибыла та кто имеет шансы помочь изгнать тварь из невинной девушки, по крайней мере, Рин на это надеялась. Черноволосая красавица выбежала на поляну одна, ее слуга задерживалась, как и Тацит. Чуть сбитое дыхание девы выдавало ее спешку, но оно не помешало ей оценить обстановку. За оной последовали немедленные действия. Из рукавов вылетели белые листы с нанесенными на них печатями и разлетелись по четырем углам вокруг тени, а затем Хинако, едва уловимым движением, сложила серию ручных печатей. Архаичная мистерия активировалась и сущность оказалась заперта в кубическом барьере, светящимся легкой синевой.

Энергетические стены без труда обрубили теневые ленты и оставили пленника бесноваться внутри. Боль от лишения всех конечностей, если их так можно назвать, вызвала очередной визг агонии, но его приглушила защита.

Воины опустили оружие, поняв что враг запечатан. Однако не теряли бдительности, ведь тень возобновила атаку, разбивающуюся о светящиеся стены. Фулгрим первым подошел ближе и рассмотрел существо как следует. Ничего нового он не увидел, лишь приметил необычное ощущение от твари. Гнилостное, мерзкое чувство появлялось при взгляде на живую тень, а алый свет, струящийся между темных лент, словно… Сложно было описать словами, просто он хранил в себе нечто неественное. Нечто злое и ненавистное. Чуткий нюх примарха уловил запах тлена, исходящий от существа.

-Так, что это такое? - Широ, с неопределенными чувствами смотрел на, как оказалось, Сакуру. Он уже не был уверен что сумеет сохранять самоконтроль, если не получит хоть сколько нибудь обнадеживающего ответа.

-Не уверена… некая мистическая сущность, тесно связанная с отрицательными эмоциями. Словно ожившая ненависть и злоба. - Цурукава продолжала поддерживать печать, не расцепляя рук. В моменты особо сильных толчков, она вздрагивала и крепче сжимала ладони.

-Ее можно изгнать из Сакуры?

-Вы знакомы с одержимой? Ладно, неважно, сперва нужно чтобы она успокоилась. Сейчас… мгх… я вижу только безумную феерию потоков энергии. - Ярость тени, лишь усиливалась со временем, грозясь проломить барьер.

-И как же утихомирить это варпово отродье? - Такое определение само собой появилось на языке ввиду того, что своим происхождение, сущность подобна демонам Имматериума. Воплощающие собой сгустки пороков живых существ, обретшие мерзкий и опасным разум. Из пренеприятного прошлого, Фулгрим сумел вынести хоть каплю пользы, сохранив немалые знания об Эмпиреях и их обитателях. Спасибо крысе, Эребу то бишь. Почему то никакие иные ассоциации, этот предатель не вызывал.

-Оно еще не восстановило силы, и не станет тратить их понапрасну. Вот только…существо не сдастся просто так, ему хватит ума понять что будет, возьми мы его в плен. - Хинако тряхнула головой, для того чтобы смести капли пота, начавшего заливать глаза.

-Ситуация патовая. - Говоря эти слова, Фулгрим увидел как Рин медленным шагом подошла к клетке и неосознанно положила руку на полупрозрачную поверхность. Ее глаза хранили печаль, от осознания в кого превратилась ее родная кровь. Не вовремя вышли на свет давние сожаления, появившиеся из за того что Тосака не смела нарушить законы и ближе общаться с Сакурой. От размышлений ее отвлекла ладонь положенная на голову. Тяжеленная, стоит сказать! - Будь сильной, Рин. Мы сделаем все что сможем, и в любом случае избавим ее от страданий. - Девушка все понимала. Знала что у них может не получится изгнать неизвестную сущность из Сакуры и в этом случае… ее придется убить. Потому…

-Цурукава! Ты сказала что ее нужно ослабить, ведь так? - Голубые глаза Тосаки теперь горели решительность и остро взирали на Хинако. - Сможешь сделать узкие проходы?

-Проходы? Зачем они тебе? - Черноволосая отвлеклась от непрекращающегося противостояния и дала ответный взгляд юному мастеру войны.

-А так не понятно? - Чуть раздраженная глупостью собеседницы, Рин начала собирать на руках языки лазурного пламени. От его жара, две косички принялись вздыматься в воздух, подхваченные раскаленным воздухом. - Буду жечь ее пока не вырубится.

-Это может навредить… - Вновь взглянув на Хинако, Рин дала понять что и сама достаточно сведуща что бы это понимать. - Ха-а… Воля ваша.

Чуть сместившиеся пальцы вызвали изменения в формации. Прямо перед Тосакой открылось ромбовидное окно, в которое в тот же миг устремились множественные кнуты теней, оборванные молниеносным взмахом Разящего Огня. Примарх не стал мешать призывательнице, ясно видя твердость ее намерений, напротив, он собирался помочь. Возможно, не приведи они Сакуру в чувство сейчас, станет уже поздно.

Ярость солнца, лишенная поводка, разверзлась в ограниченном пространстве. Рев пламени прокатился по округе оглушающей волной, за которой последовал перебивающий ее визг существа. Сгорая в плазме, темные ленты исчезали быстрее чем восстанавливались. Рин не спешила, понимая что не стоит излишне усердствовать, запасы энергии должны присутствовать при любом раскладе. И девушка не зря беспокоилась о возможном вмешательстве других сил.

-И снова здравствуйте! - На расстоянии в несколько десятков шагов, сверкая хищной улыбкой, материализовался высокий мужчина. Держа алое копье на плече, он нетерпеливо поигрывал им, в ожидании схватки.

-Кухулин… - Фулгрим, как все остальные, напрягся и направил оружие на Лансера. - Неужели ты так хочешь опять проиграть и бежать, спасая свою шкуру?

-Насмехаешься, переросток. Впрочем, я действительно дал немало поводов для подобного, однако!.. - Яростный вскрик заставил некоторых рефлекторно встряхнуть клинками. - В этой войне, меня интересует только хорошая битва! И ты, Фениксиец, дашь мне ее! - Звероподобный оскал показал заостренные клыки, что были на самой грани человечности.

-... Думаю, не мне проливать твою кровь сегодня. - Скосил взгляд примарх на златовласую воительницу. Она выступила вперед, без волнения взирая на Копейщика. - Неужели изголодалась по сражениям, Арти? - С доброй усмешкой, задал риторический вопрос Феникс.

- Мы уже дважды скрещивали клинки, и дважды нашу битву прерывали. Я не прощу тебя если сбежишь и в этот раз. - Беспристрастный тон Сэйбер не оказал влияния на Кухулина. Он только поиграл желваками, размышляя как стоит поступить. Ведь сильнейший враг здесь был гигант в аметистовой броне, и именно ради него Лансер пришел сюда.

-Не переживай, у моего мастера осталось только одно командное заклинание, если он захочет мне приказывать, то пойдет к черту или лишится моей службы. Потанцуем, Сэйбер!

-Танцевать с тобой я точно не стану. - Напоминание о событиях первой ночи знакомства с Арчером, вызвали легкое смущение… и тепло. Но на лице этого не появилось, а понимание того что сейчас не время думать о подобном, выгнало лишние мысли. - Слуга Сэйб… - Неожиданно, девушка замолчала и пару мгновений потратила на размышления. Что бы следом поднять взор и величественно представиться. Как подобает чести рыцаря.

-Артурия Пендрагон. Королева Камелота и та кто заберет твою жизнь! - Ясный голос разнесся по полю, приведя в ступор тех кто не знал о личности Сэйбер этой войны.

-Артури… Король рыцарей - девчонка?! - Нескрываемое удивление отразилось на лице Сетанты, и он даже не сразу начал реагировать на стремительную атаку воительницы.

-Эта девчонка сейчас порежет тебя на куски! - Стоящий в стороне примарх, с легкой улыбкой взглянул на гневное личико девушки. То что она наконец перестала скрывать личность порадовало ее друга. Да еще и назвала себя королевой, которой и является.

События этой ночи набирали обороты. Тень была пленена и методично выжигалась наследницей рода Тосака, в лучших традиция Саламандр. Все, кроме нее, бдительно следили за обстановкой, в том числе за развернувшимся сражением. Невидимый клинок обрушивал на противника град мощных ударов. А алое копье, беспрестанно парировало атаки и наносило свои. Извилистые, стремительные выпады не давали расслабляться, грозясь пронзить небольшое тело воительницы. Но противники были равны, и оба не желали отступать, особенно Лансер. Много времени не понадобилось для того чтобы понять что так можно драться без конца, потому…

-Гаэ Болг!

-Экскалибур!

Кровавая линия неминуемой гибели устремилась на встречу золотой волне света фей. Королева не могла позволить себе время на накопление силы, потому ее Небесный Фантазм не явил своей полной мощи, но даже этого хватило чтобы смести заточенную кость морского чудовища и пронестись дальше. Бушующая река святой силы, унесла врага словно песчинку, в горном потоке. Создав большую просеку среди деревьев, она рассеялась, показав впечатанного в кору Кухулина. Ему повезло, ведь Меч Обещанной Победы требовал относительно много времени на заряд, от чего и не показал всей силы.

-Тьфу… Да что у вас за привычка, я что похож на дятла?! - Выпрыгнув из вмятины на крупном дереве, что лишь чудом не переломилось пополам, кричал подпаленный мужчина, на котором показалось множество кровоподтеков и ссадин.

-Немного. - В этот момент, занятая Рин ощутила странное чувство. Будто… в мире родился новый ужасный монстр, что будет трепать нервы невинным людям и повергая их в пучины безумия. Прямо как ее раздражающий слуга… Чертов Фулгрим, он заразил Сэйбер!

-Это был риторический вопрос, мать твою!

-Знаю.

От совершенно серьезного лица девушки, которая, очевидно, издевалась над бедным Псом Кулана, у последнего вздулась венка на лбу. В горячке боя, он и так был более темпераментным, а тут еще и…

-Да ты у этого тролля доморощенного набралась, троллиха мелкая! - В надежде хоть частично восстановить свою честь прокричал мужчина. Только для того чтобы увидеть грозно нахмуренные брови Артурии, которой не понравилось что он оскорбил ее друга, и раскатистый смех оного.

Примарх смеялся во всю мощь своих легких. Все же, это была не война. Просто стычка между несколькими магами и героями, местами превращающаюся в клоунаду. В сравнении с теми же Рангданскими Войнами, словно игра в песочнице.

Смешно даже сравнивать, несколько сотен тысяч астартес, миллионы простых солдат, легионы титанов, гигантские флотилии выжигали целые миры в бойне, которую и войной порой назвать было нельзя . Империум стоял на грани гибели, настолько велика была угроза Рангды. Сам Фулгрим захватил эти события только мельком, ведь лишь под конец вернулся в лоно человечества, а его легион был малочисленным. Но даже так, видя все это, он как никогда убедился в том что галактика таит в себе ужасы, перед которыми любые конфликты и амбиции не стоят ничего.

И один из самых опасных среди них, сейчас обитает в этом маленьком и неокрепшем мире. Стоит Темному Принцу пожелать, как все сущее погрузится в бесконтрольную бездну Эмпиреев. И сейчас, нужно было решить проблему с Граалем, каким бы способом не пришлось это сделать.

Глава 22

-Признаю, для девчонки, ты дерешься весьма достойно. - Кухулин уже ощущал неслабую усталость. Король Рыцарей показал себя более чем могучим противником. Хоть до разрушительной мощи Фениксийца ей далеко, но даже так, блокировать ее выпады не так легко.

-Тебе не надоело говорить про мой пол? - Артурия не любила когда ее недооценивают из за этого, потому с удвоенной яростью разила врага. Верткий как уж Копейщик избегал большинства ударов, а использовать на нем Небесный Фантазм не удавалось из за времени на его заряд. Всего секунда, но в бою это слишком много, на такой дистанции по крайней мере.

Оставшиеся в стороне союзники златовласой, бдительно следили за окружением. Вмешательство еще одной стороны было бы нежелательно, пусть и не несло большой угрозы. Тот слуга, что должен был быть сильнейшим из призванных в пятой войне, уже показал что уступает сыну Императора. А из оставшихся, только Лансер был врагом. По сути, стоит убить его и Геракла, как война подойдет к финальной стадии, но это недопустимо. Из записей Тосаки Токиоми стало известно, стоит только остаться трем слугам, Грааль явит себя и уже будет способен исполнять желания, пусть и не в полной мере. А учитывая его осквернение, последствия будут неизвестны. Вдобавок, Темный Принц может заявится на огонек.

В последние дни, Слаанеш не подавала признаков активности, однако беспечность может стать причиной погибели. Фулгрим не тешил себя надеждами, будто она оставила его в покое, не после того как она так страстно показала свое отношение к нему. Притом, почти наверняка лживое. Бог Хаоса по определению не способен испытывать подобную привязанность, ведь они, это колоссальное скопление грехов. И, в отличии от собратьев, Владыка Удовольствий воплощал в себе все пороки способные привести в экстаз. То что его последователи, в основном предавались низменным страстям, не значит что стоит считать их хозяйку простой шлюхой. Ей по нраву и более изощренные удовольствия, вершиной которых является гордыня и извращенное стремление к совершенству, к апогею бытия.

Погруженный во тьму, примарх видел совершенство в Абсолюте свободы. Жизни в которой нет места чему то запретному или слишком извращенному. Каждый гран опыта должен был нести экстаз, будь то боль или наслаждение. Теперь, Фулгрим понимал почему так понравился его “Госпоже”, присущее ему желание достичь идеала, показалось ей прекрасным ключом в извращение и путем к искажению. Сделать из благородного Феникса, развращенного пороками и изъянами последователя. Не простого, но величайшего из них, так же как он был одним из величайших людей, живших когда либо. Только вот… среди его легиона были те кто не поддался скверне, значит она не является необоримой. Так почему, один из сыновей Повелителя Человечества не сумел сделать этого?

Он уже знал ответ. Ростки Хаоса не смогли бы прорасти без благодатной почвы. В Фениксийце и в его сынах уже были изъяны и именно они послужили причиной падения, разросшиеся до необратимого масштаба. Как же глуп был Фулгрим, который не заметил гордыни в себе и Детях Императора. А ведь когда то, в самом начале своего пути, Третий был поистине идеален. Стремление быть совершенными было подлинным, в отличии от того что стало в будущем. Больше половины легионеров искало не совершенства, а его видимости. Раздувало свои достижения и скрывало слабости, в последствии, даже от самих себя. “Если бы я только был мудрее, все могло быть иначе.” Сейчас, Фулгрим понял, идеалу нет места там где нет смирения. Совершенства не достичь если страстно желать этого. Нет, истинное совершенство рождается в стремлении сделать то что должно, откинув все помехи и эгоизм. А ведь когда то, Волчий Король, вместе с другими братьями говорили ему что он слишком высокомерен, даже второй, которого и самого можно в этом упрекнуть. Да уж, Леман Расс… с виду неотесанный варвар, а на деле мудрец, каких поискать. Если бы Лаэранский Клинок попал к нему в руки, то оказался бы выброшен на просторы космоса раньше чем успел бы хоть как то повлиять на Великого Волка.

Вспоминая братьев, Фениксиец ощущал грусть, но не от того что произошло. Он скучал по ним. По благородному Сангвинию. По педантичному Гиллиману. По Леману, Хану, Льву. Даже по Пертурабо и Ангрону. Все они, вне зависимости от их взаимоотношений, были братьями. И Фулгрим любил каждого, желал вновь оказаться среди них, как в былые времена. Они и отец были его семьей, ради которой он был готов на все. Сейчас гордый Феникс был вдали от своего дома, и уже не сможет вернуться, да и не примут его.

Грусть, на короткие мгновения охватившая примарха, не была болезненной. Он просто вдруг начал предаваться воспоминаниям, светлым и темным, веселым и скорбным. А ведь прежде он не так сильно ценил узы между своими братьями, хоть это и имело место быть. “Довольно этой хандры, Финикиец, тебя ждет серьезная битва” Неясно почему, но в мыслях Фулгрима отчитал рычащий голос Расса. И даже это прозвище, данное ему Шестым, более не вызывало раздражения. Это ведь было проявлением дружбы от Волка, а никак не насмешкой. Не только ей, по крайней мере.

Хоть размышления и могли показаться долгими, на деле прошла всего пара секунд, за которые не случилось ничего примечательного. Орудия Мечницы и Копейщика так и продолжали высекать искры друг из друга, что только ширило улыбку последнего. Кухулин был рад тому что наконец сможет окунуться в сражение с головой. И даже навязчивый голос Кирея, назойливой мухой жужжавшего под ухо, не мог омрачить ликование. А ведь рядом еще куча противников. Не назвавшийся мастер копья, как и сам Сетанта. Мальчишка, чье сердце уже пронзал Гаэ Болг, в руках которого была копия оружия пурпурного великана. И конечно Фулгрим, чья массивная фигура нависала над всеми присутствующими. Словно единственный взрослый среди детей, настолько велик он был, и силы у него соответствующе.

-Ха-ха-ха, ладно, мне понравилось, но пора заканчивать. - Кухулин резко разорвал дистанцию и оказался на приличном расстоянии.

Артурия услышала как ее инстинкты кричат об опасности, ведь Лансер напряг все тело и понесся на нее. За миг набрав скорость, он взмыл в небо и с оглушающим свистом метнул копье в Королеву. Неумолимая стремительность, обратила оружие в кровавый росчерк в ночном небе. Волны разогнанного воздуха обрушились на пространство позади наконечника, и тот был все ближе. Девушка ясно ощутила как много силы заключено в этом броске, ведь алое сияние застлило глаза. Свет кровавой жажды не ослеплял, но мог пробрать до костей, своей жестокостью. Блокировать такое бесполезно, можно только атаковать в ответ, благо предчувствие позволило сделать это раньше, чем стало поздно.

-Экскалибур!

Золотой свет вырвался из острия меча и только начал набирать мощь, но уже встретился с линией неминуемой смерти. На этот раз Гаэ Болг не сдался так просто и настойчиво пробирался сквозь поток святой энергии. Тот был так велик и так могущественен, что темные небеса осветились золотом. Тяжелые тучи, собравшиеся этой ночью, разверзлись, явив серебряный диск луны и белую россыпь мерцающих звезд. Такова была мощь героев древности, выходящая за все рамки человеческих пределов. Удар такой силы, даже примарху не удалось бы пережить без труда.

-Дважды не пройдет! - Пес Кулана вскричал, поддавшись ярости битвы. Он совершил толчок одной из стоп так, что воздух не успел разойтись, сыграв роль твердой поверхности.

Синий Копейщик устремился в воронку золотого сияния, в центре которого был вихрь кровавого огня, столь яростно бушевала сила копья. Перетерпев опаляющее влияние Меча Обещанной Победы, мужчина ударил ногой в древко, чем придал ему еще большего ускорения. Такое стало возможно только из за останавливающего действия Небесного Фантазма Сэйбер. Ведь атака примененная Кухулином, должна быть стремительна как молния.

Получив еще большую скорость, Гаэ Болг рассек эфемерную преграду и понесся дальше, подобно гончей. И она жаждала крови. Инстинкты Артурии вновь взревели и она едва сумела увести голову с пути копья. Но на этом все не закончилось. Врезавшись в землю, оружие создало оглушающий взрыв, разорвавший землю. От толчка в спину, Дева Войны отправилась в полет, ошеломленная и раздосадованная. Ее фантазм побороли таким варварским методом, едва не убив ее. Такое поражение точно стало бы великим позором для ее чести.

Непродолжительный полет был прерван воткнутым в землю клинком, и даже так, пришлось создать целую борозду, прежде чем окончательно остановиться. Резко поднявшись, Артурия вперила изумрудные глаза в Лансера, который, с довольной улыбкой, материализовал копье в руке. Он смотрел в ответ с вызовом. Наконец, все убедились что он не тот с кем не стоит считаться. Разъяренная воительница с незримым гневом вновь направила Экскалибур на врага. Пусть она получила ощутимые раны, битва еще не закончена.

-Как много шума от вас всех. - Из за деревьев показалась фигура молодого человека. - Вы раздражаете слух Короля.

Среди теней, отбрасываемых деревьями, шел златовласый юноша. И каждый из присутствующих увидел в нем то, что напомнило об уже знакомом слуге. Все кричало об идеале. От чистой белой кожи, до сияющих алых глаз. Только голос и лицо мешало восхищаться этим совершенным созданием, ведь те были наполнены такой гордыней и высокомерием, что она ощущалась на физическом уровне. Словно этот человек считает себя единственным достойным права жить на этом свете, а все остальные просто паразиты. Грязные насекомые, пятнающие взор… Короля.

-...Гильгамеш… Как?.. - Лицо Артурии приобрело, очевидные для любого, черты удивления.

-Ах, Сэйбер. Я рад вновь видеть тебя, мне пришлось страдать от скуки и уныния непозволительно долго, по твоей милости. Не думаешь что тебе стоит извиниться за то что заставила меня ждать? - Довольство отразилось на лице златовласого. Довольство обретением давно потерянного.

-Что за чушь ты несешь?! Мне не за что извиняться! - Теперь, клинок Королевы был направлен не на Копейщика, но на новоявленного противника. Противника, чья сила была очень хорошо известна девушке. - Как ты можешь быть здесь? С прошлой войны прошло десять лет. - С каждой секундой спокойствие возвращалось к воительнице, но тело ее было напряжено до самого предела.

-Разве так важно как? Неужели… Ты не рада меня видеть? - Выжидающий взгляд был остер, словно от ответа девушки зависело то, как к ней отнесется Король.

-Довольно ломать комедию. - Мощный голос примарха разнесся по всей округе. От его громкости, Гильгамеш поморщился и медленно перевел взор на аметистового гиганта. Благородный пурпур встретился с кроваво-алым. - Зачем ты пришел, слуга прошлой войны?

По тому что сказала Артурия и тому как она отреагировала на появления этого Гильгамеша, можно было извлечь простейшие выводы. Он был участником прошлой войны, как и Королева. Последнее, к слову - новость, Арти не рассказывала об этом. И еще… тот кто носил имя древнего Шумерского Короля, был опасен. Язык тела девушки, выдавал еще большее опасение чем от Лансера или Берсеркера. Фениксиец отметил что стоит быть осторожнее, ведь этот враг может оказаться опаснее всех иных слуг.

-Сломанная кукла подала голос, как… мерзко. Пойми кого тебе досталась честь лицезреть, ничтожество.

-Пока что я вижу только спесивого ублюдка, который мнит себя выше всех. - Стоило только примарху закончить говорить, как в него понесся десяток орудий, каждое из которых сияло мощью.

Фулгрим среагировал незамедлительно, сместив тело таким образом, чтобы все лишь несколько клинков представляли угрозу. И их без труда отразил Разящий Огонь, чье пылающее лезвие вновь взревело, предвкушая новую битву.

-Кто разрешил тебе защищаться?

-А кто мне это запретил? - Фулгрим ощущал странную неприязнь к собеседнику. Словно… он видел свое отражение. Гордыня, что когда то была главным изъяном примарха, будто обрела воплощение в этом человеке. Хотя, вспоминая его историю, Гильгамеш был человеком лишь на треть.

-... Наглец. - Недобрый свет мелькнул в глазах Короля Урука. Но тут же, он схлынул, а на смену ему пришло любопытство. - Впрочем, чего еще ожидать от безмозглой шавки. Скажи ка мне, Фулгрим… Кто ты такой?

-Неужели великий Гильгамеш хочет узнать обо мне побольше? - Язвительный тон примарха не вызвал ожидаемого раздражения на лике Короля. Тот просто снисходительно смотрел на Фулгрима, будто перед ним глупый мальчишка возомнивший себя мудрецом. - С какой стати мне отвечать?

-Разве не очевидно? Тебе приказывает властитель всего что есть под этими небесами. Тот кто по праву рождения повелевает всем родом людским. - Тон говорившего был удивительно терпеливым. Казалось, он желал узнать ответ больше чем покарать дерзнувшего ослушаться Короля.

-Повелевает… родом людским? Ха… Ха-ха-ха-ха! - Фулгрим второй раз за ночь рассмеялся. - Уж извини, но ты не тот кто повелевает человечеством. Повелевает мной… - Сын истинного Владыки Человечества утратил веселость, и его голос приобрел пронизывающий хлад. - Не знаю что заставляет тебя так думать, но ты ошибаешься. Ты простой король из забытых времен.

Гильгамеш не двигался. Каждый мускул на его теле замер, словно вмерз в лед. Но следом, руки, что он держал в карманах, задрожали. За спиной Короля Урука начали открываться множественные золотые порталы. Десять, двадцать, тридцать, пятьдесят, сто. Когда все позади Гильгамеша было окутано золотым сиянием, из врат вышли острия разнообразных орудий. Самые разные, прекрасные и ужасные, святые и проклятые. Воздух затрясся от гнева Древнего. Ветер начал с силой трепать ветви деревьев, трясти кроны и стволы.

-Поздравляю тебя, Фениксиец… Ты сумел вывести меня из себя всего парой фраз. - Голос Золотого Арчера был спокоен, только мороз наполнял его, показывая что он пришел в подлинный гнев. - Столь великая дерзость должна быть возмещена. Однако… сперва скажи, если не я, то кто? Кто может быть достоин власти над все что лежит под небесами?! - Под конец, юноша уже не мог сдержать своей ярости и повысил голос, давая понять что находится на самой грани терпения.

-Мой Отец. Император Человечества. - Спокойным тоном ответил Фулгрим. - Он вывел человечество из бездны отчаяния, вновь вдохнул жизнь в угасающие души. Под его стягом, все люди обрели надежду на будущее. Он повел нас в небеса, дал шанс завоевать законное место среди звезд. И ты, в сравнении с ним, простой тиран. Я видел не одну сотню подобных тебе и каждый из них… сгинул в ничто.

Король Урука молчал, его прикрытые глаза уже могли начать метать молнии. Он осмотрел тех кто встал против него, тех кто всем видом показывал что не страшатся его. Воин, закованный в броню созданную по неизвестным технологиям. Юноша, чей взор горел решимостью защитить то что было позади него. Прекрасная Сэйбер, что забыла о псе и встала рядом с этим наглецом. За их спинами был полупрозрачный барьер, внутри которого бушевал лазурный огонь, создаваемый девчонкой Тосакой. Гильгамеш узнал в ней дочь его бывшего мастера - презренного труса. Хотя в ней не было видно подобной слабости, она даже не сочла нужным обратить внимание на происходящее, продолжая жечь эту… тварь.

Король пришел именно из за этого существа, мерзкого проявления всех грехов рода людского. Тень желала погубить весь мир, низвергнуть в хаос, уничтожить то, что принадлежит Гильгамешу. Он не любил когда у него пытаются отнять что то, потому собирался избавиться от грязи. Вот только… ему собирались помешать шавки, возомнившие о себе невесть что.

-Что ж, может он и сделал многое, но его нет в этом мире и не будет. В нем есть только этот Ко…

Слова Золотого Арчера прервались самым унизительным образом. Из мерцания пространства, появилась фигура массивного воина и ударила огромным молотом по голове Короля. Тацит, что наконец добрался до места событий, издалека приметил нового противника и решил нанести удар из тени.

-...роль. - Едва слышный голос донесся с земли, на которой распластался могучий герой прошлого.

Технодесантник поразился тому насколько крепким оказался этот человек, ведь пережить удар громового молота способен далеко не каждый. На гвардейце скрестились взгляды присутствующих, и были они… неоднозначными. Широ, с некоторой жалостью смотрел на Гильгамеша. Он прекрасно знал насколько сильны космодесантники, а уж в тактической броне дредноута… “Бедный парень”. Артурия так же удивилась появлению астартес, да еще и такому… внушительному.

-Тацит… что это было? - Фулгрим, как и Вергилий, сейчас больше интересовались, как легионер умудрился телепортироваться без пеленгатора и телепортационной установки. Сам он, не понял вопроса.

-... Не враг? - Чуть недоуменно повел головой терминатор в броне типа Тартарос. Выглядело необычно.

-Враг. Но не о том речь… как ты телепортируешься?

-Прыжковый генератор…

-Ты… ограбил эльдара?

Прыжковые генераторы были устройствами, используемыми расой Аэльдари, а конкретно Пауками Варпа. Вот только человечество не могло использовать их, потому его наличие у Тацита и вызвало такое удивление. Как он умудрился интегрировать его в свою броню? По многим причинам, это было невозможно, от недостатка энергии до опасностей постоянных переходов через Имматериум. “Имматериум?” Примарх ухватился за эту мысль и поразился выводам. Эта технология основывалась исключительно на взаимодействии с Варпом, а значит… в этом мире он так же есть! Но мысль прервалась от гневного рычания, раздавшегося от доселе лежащего Короля Героев.

-Ах ты… ничтожество! - Гильгамеш взревел, наконец высвободив мощь скрытую во вратах.

Дождь из самых разных орудий его сокровищницы обрушился на всех вокруг. Тацит, что был ближе всех, подвергся мощной атаке в упор, однако энергетические щиты сумели выстоять достаточно долго чтобы терминатор начал давать отпор. Его громовой молот вновь замахнулся на врага, но из одного из порталов так же появился неизвестный молот, превосходящий размером оружие гвардейца. От силы удара, гиганта отбросило назад, прямо к его товарищам.

Град из снарядов накрыл всех. Могучие клинки и топоры врезались в землю и исчезали со взрывами, разрывающими пространство. Не сговариваясь, группа встала полукругом, защищая Рин. Она продолжала исторгать ярость солнца из своих рук, и, кажется, это стало приносить результат. Фигура тени все больше истончалась, а ее крики стали слабее. Еще немного и ей придется бежать, прятаться туда, откуда она вылезла. По крайне мере, так надеялась Тосака. Если тварь не отступит и будет упрямо сидеть на теле Сакуры, придется остановиться, иначе Мато может умереть.

Четыре воина, вновь начали отражать множественные атаки, на сей раз от нового врага, оказавшемся бывшим участником четвертой Войны Святого Грааля. В сравнении с теневыми лентами, клинки не исчезали так просто, их приходилось отбрасывать в стороны, да так что бы не задеть союзников. А тот, чью ярость пытались побороть призванные герои, пытался прийти в себя. Удар был чрезвычайно ощутимым, словно асфальтоукладчик бросили. В глазах Короля рябило, а в ушах звенело. Он ощущал обильные ручьи крови, начавшие застилать взор. Такое унижение должно быть отомщено, ведь в большей мере было ранено не тело, но гордость древнего Короля.

-Приготовьтесь! - Фулгрим крикнул окружавшим его, давая понять что будет действовать.

Как самому быстрому из всех присутствующих, именно Фениксийцу предстоит совершить контратаку. Король Урука не подавал признаков утомления, будто до бесконечности может стрелять Фантазмами, ничем иным эти орудия не могли быть. Если не сделать хоть что то, поражение гарантированно. Фулгрим подгадал момент и совершил рывок к противнику, от чего земля задрожала. С каждым шагом создавая рытвины, адамантиевые сапоги толкали тело примарха к врагу. На ходу уклоняясь от попаданий, Фениксиец наконец сумел приблизиться к Гильгамешу. Тот все еще не мог прийти в себя, потому заметил массивную фигуру сверхчеловека лишь в последний момент.

Занесенный Разящий Огонь сопровождался дугами пламени из лезвия, и уже грозился оборвать существование Короля Героев, но этому помешал мощный взрыв позади. Несколько мечей попали в стены барьера и разрушили его целостность, что спровоцировало детонацию формации. От отдачи, молчавшая до этого Хинако, дернулась как от удара, а из края ее губ потекла кровь. Однако, она была довольно далеко и не подверглась более близкому воздействию… в отличии от Рин. Девушка, едва успела отпрыгнуть, всего за миг до взрыва, но даже так последствия настигли ее. Бушующая энергия барьера, потерявшего сохранность своей структуры, обрушилася на нее и откинула на десяток метров. Если бы не укрепленное тело, она бы превратилась в изломанную куклу, с перемолотыми костями и разорванной плотью.

Именно это и отвлекло Фулгрима, для которого жизнь его новообретенной дочери была важнее смерти врага. Тем не менее, прежде чем бежать к раненой, холодный разум счел необходимым избавиться от последнего. Но секундная заминка была фатальной. Король Героев наконец отреагировал на приближение примарха, выпустив целые мириады клинков в его тело.

-Да как вы все смеете… противится Королю?! - Гневный крик сопровождался еще большим количеством порталов, что стали рябить как поверхность воды после падения тяжелого камня. Они вторили ярости своего владельца.

Фениксиец, хоть и ясно видел куда полетят все клинки, понял что их слишком много для того чтобы спастись. Закрывшись руками и мечом, он сгруппировался и приготовился к полету, надеясь что его броня выдержит удары. Все же, доспехи примархов были чудом кузнечной и инженерной мысли. Множественные адамантиевые вставки должны были спасти жизнь, сохранить ее от смерти, как это было уже не одну сотню раз.

Глава 23

Рин едва была способна поднять веки. Все тело пронзала пульсирующая боль. Кожу опалило взрывом, а несколько костей сломались от импульса. Почти не чувствуя рук, она попыталась приподняться над землей, дабы увидеть что произошло.

-Тосака!

Знакомый голос донесся до ушей, словно через вату. Руки юноши помогли ей принять вертикальное положение, и перед наконец раскрытыми глазами предстало мрачное зрелище. Поле было усеяно разрывами и не исчезнувшими клинками. Перед ней стояли Широ и Вергилий, последний прилагал все усилия чтобы не позволить дождю из могучих орудий оборвать их жизни. Слабый голос девушки с трудом смог быть услышанным, перебиваемый новыми взрывами и звоном.

-Как… Сакура? - От вопроса Рин, Эмия нахмурил брови и посмотрел в сторону леса. Смешанные чувства отразились в его глазах. -... Сбежала? - Тяжелый кивок был ей ответом.

“Все насмарку…” Шанс помочь сестре разбился вдребезги, вместе с барьером что сдерживал ее. Теперь, неизвестно как можно будет найти существо, ведь оно скорее всего затаится и будет выжидать пока не восстановиться. Сущность этой твари непонятна и неизвестно на что она способна, может найдёт способ вновь накопит силы не попавшись. Тут глаз наследницы семьи Тосака зацепился за необычную картину. Сэйбер, как стало известно - Артурия Пендрагон, пробивалась сквозь поле, к одной ей известной цели. Одна ее рука была пронзена мечом, чье лезвие словно поглощало свет, на теле появились новые раны и даже вечный пучок на голове развязался, накрыв шею золотой волной волос. И тем не менее, она не думала отступать.

Посмотрев куда хотела добраться Королева, Рин и сама ощутила дрожь. Из ее положения было сложно разглядеть находящееся там, но кое что можно было увидеть. В глубокой борозде, протянувшейся на десяток метров, на уровне земли была видна знакомая броня, из которой торчало более двух десятков клинков. И цвет ее был… пурпурный.

-Фулгрим!

Вергилий услышал крик наглой девчонки, что наконец поняла происходящее. Гвардеец яростно зарычал, проклиная все сущее, за то что не способен помочь своему примарху. Отточенный сотнями битв разум, прекрасно осознавал чем обернется глупая попытка добраться до его Повелителя. Анусоран не был апотекарием и не смог бы оказать лечение, только подставил бы под удар тех кого ему приказано защищать. Как говорил Фениксиец, защита мастера, это защита его существования в этом мире. Новый крик, сопровождаемый стремительными взмахами Алебардой Феникса, лучше всего показывал в каком гневе находился гвардеец.

В стороне от битвы, на ноги наконец поднялся Тацит, которого неслабо приложило ударом молота. Сверхчеловеческий организм довольно быстро справился с атакой, от которой мог развалиться немаленький дом. Визор брони показал что враг так и не перестал поливать союзников орудиями, с ледяной яростью взирая на то как они пытаются выжить. Не медля ни секунды, технодесантник привел в действие систему ракетного огня на массивных наплечниках. Залп десятков разрушительных снарядов, с громким ревом прочертил пространство, начав сталкиваться со множественными Фантазмами. Стена взрывов закрыла обзор Гильгамешу и дала мгновения для передышки. Однако этого и не потребовалось, ведь Король Героев закрыл Врата Вавилона и скрестил руки на груди.

В глазах Древнего появилось немое раздражение. Из-за наглых шавок, что вывели его из себя, тварь сумела сбежать. Похоже она способна скрывать себя, ведь даже золотой Арчер не мог больше узнать где она. Рубиновый взгляд сосредоточился на том, кто посмел отрицать его власть, тем самым отрицая само существование Гильгамеша. Он был рожден чтобы править. Чтобы повелевать родом людским. И теперь, жалкий глупец, который даже со своими сожалениями справиться не может, в полной уверенности говорит, будто Король Урука просто тиран из забытых времен.

-Что ты теперь скажешь, Фулгрим? Неужели и сейчас будешь превозносить этого своего Императора? - Громкий и уверенный голос златовласого раздался по округе. И звучал он для одного из присутствующих. - Ах да, ты же испустил дух. В следующий жизни будь умнее и не зли тех кто выше тебя. - Тут к массивному телу Фениксийца наконец подбежала белокурая воительница и припала на колени перед своим… другом. - Сэйбер, он так дорог тебе, что ты продолжаешь надеяться на чудо? Не забывай, ты принадлежишь мне и толь…

-Заткни пасть! - С яростным лицом прокричала девушка, лишь для того чтобы вновь обратить взор на лицо примарха.

Глаза Фулгрима были закрыты, а лицо еще более бледно чем обычно. Когда то прекрасные доспехи обагрились кровью сына Владыки Человечества. Все его тело пронзили клинки и застряли в плоти топоры. Каждая конечность пригвоздилась к земле, словно бабочка на игле. В груди, животе и даже шее торчали лезвия. Характерная для астартес и примархов, ярко алая кровь продолжала вытекать, покрывая изрытую почву. Длинное синее платье Артурии начало напитываться багрянцем в районе коленей. Ее судорожно движущиеся глаза не могли найти места где не был ранен мужчина.

-Фулгрим… Фулгрим, очнись! - Забыв об опасности оставлять рану не закрытой, вырвала она клинок, что пронзил горло. - Ты не можешь так просто умереть! У тебя есть ради чего сражаться, открой глаза!

И в ответ, они распахнулись, пылая пурпурным пламенем и освещая полуночную темноту. Рука, в которой засело несколько длинных клинков, поднялась, несмотря на помехи, и ладонь зажала шею. Артурия услышала яростные толчки своего сердца, видя что ее друг наконец пришел в себя. Фениксиец начал медленно и с усилием приподниматься над землей, забыв об усеявших его тело орудиях. Острый взор сияющих глаз устремился прямо к Королю Героев, что взирал на это с заметным удивлением.

-Ты жив? - Гильгамеш неслабо удивился от такого. Выжить, будучи пронзенным множеством мечей это не так необычно, как выжить пронзенным десятком Небесных Фантазмов. Их силу не так легко выдержать.

Примарх не ответил, ведь голосовые связки были перерезаны и не позволяли ему говорить и даже дыхание было недоступно. Но даже так, раненый не собирался отступать. Свободной рукой, Фулгрим стал методично вырывать клинки из своего тела. Артурия тут же помогла ему, хоть это и приносило только больше боли, но Королева понимала что нужно как можно скорее избавиться от сокровищ Короля Героев. Десяток мгновений понадобился чтобы вытащить все, ведь массивная фигура Фениксийца могла уместить на себе очень многое.

Гигант, освобожденный от оков, посмотрел на столь маленькую, в сравнении с ним, девушку и решительным рывков вынул одинокий меч, про который она забыла. Неожиданная боль заставила Артурию вскрикнуть, но лишь на миг. Когда она вновь обратила внимание на Фулгрима, тот уже почти поднялся на ноги. Кровь, что должна была течь неостановимый потоком, была остановлена рубцовой заплаткой из клеток Ларрамана. Рожденные для войны, примархи были чрезвычайно устойчивы к любым ранениям. И даже такие повреждения не могли сломить их.

Обычно легконогий примарх, тяжело зашагал в сторону златовласого, что так ничего и не предпринял. Разящий Огонь, откинутый далеко в сторону, распался на тысячу искр, дабы оказаться в руке своего хозяина. Вторя пламени в глазах Феникса, лезвие заревело. Плотный покров жара земных недр разросся вширь и словно ожил, беспрестанно извергая ослепительные всполохи. Творение Владыки Железных Рук жаждало мести.

-Хм… - Из одного портала вылетел меч, точно попавший в грудь Фениксийца. У того даже не было сил среагировать. - Неужели хочешь продолжать? Ты не мертв, но близок к этому.

Ответа вновь не было. Даже не изменившись в лице, примарх в очередной раз вытащил меч и продолжал идти вперед. Защитить. Только эта мысль звучала в его разуме. Защитить тех, кто стоит позади. Пусть сила врага оказалась велика, но если Фениксиец остановится, Гильгамеш может захотеть убить остальных. На плечах Феникса лежала ответственность, которую он сам возложил на свои плечи. Он обещал что поможет Рин спасти Сакуру. Хоть холодный расчет твердил, что от одержимой стоит избавиться как можно скорее, но Фулгрим не мог так поступить. Не после того как пережил смерть и падение своих братьев. Он прекрасно понимал какого это, терять кровные узы. Однако, если не появится возможности очистить сестру его призывательницы, он не станет колебаться.

Глаза Короля Героев зацепились за необычное проявление, начавшее являть себя с каждым шагом этого наглеца. Едва заметные языки серебряного пламени начали пробиваться из клинка, который даже Гильгамешу казался достойным оказаться в его сокровищнице. И от этого зрелища, Арчер прошлой войны скривился, как от величайшей мерзости в своей жизни.

-Ты… даже сейчас не перестаешь выводить меня из себя. - Обманчиво спокойным голосом произнес юноша. - Со своими жалкими нынешними силами, ты хочешь бросить мне вызов. Считаешь себя достойным битвы со мной.

-Он достоин. - Артурия подала голос, держа вихрящийся воздухом меч одной рукой. Вторая свисала плетью, недвижимая и обессилевшая.

-Неужели? Тот кто боится своей истинной сути, достоин биться со мной? Да будь он бессильным ничтожеством, не вызывал бы такого раздражения. - Гильгамеш без капли опасения начал приближаться к Фениксийцу. Тот не мог говорить, но слова короля не остались без внимания. - Мне ясно видно, в тебе скрыта великая мощь, даже я это признаю. Но ты… простой трус, не способный раскрыть ее. Посмотри на свой меч, Фениксиец, и пойми наконец!

Фулгрим мазнул взглядом по Разящему Огню и наконец заметил, что из глубин пламенного покрова пробивались серебристые всполохи. Впервые, с момента призыва, он увидел это и не сумел понять, что это означает. Секунду спустя, примарх ощутил непонятную близость с этой… энергией. Она будто взывала к нему, отчаянно пробиваясь через оковы. Подобно тому как Вергилий пытался дозваться до него, но встречал лишь глухую стену.

-Заметил? Ты боишься, отрицаешь самого себя. Мне нет дела до причин этого, но надеяться одолеть меня не используя всего что у тебя есть… просто оскорбительно. - Полный презрения взгляд прошелся по примарху и, следом, Гильгамеш развернулся и начал идти в обратном направлении. - Ты заинтересовал меня именно из за силы скрытой в тебе, но если ты настолько жалок, что даже не можешь принять свою сущность… ты не достоин быть моим противником. В этот раз, я окажу тебе милость. Живи, пока мы не встретимся вновь. И в следующий раз… не рекомендую разочаровывать этого Короля.

В полной тишине, возникшей после речи Гильгамеша, он ушел. Скрылся за деревьями и был таков. Стоило этому произойти, как Фулгрим рухнул на колени. Его тело едва слушалось, с множественными разрезанными мышцами и сухожилиями. Чудо что он вообще сумел ходить с такими ранами. Поврежденная трахея только начала восстанавливаться и еще не могла пропускать воздух. Примарх не мог даже дышать. Начавшее заваливаться на землю тело Фениксийца подхватили с двух сторон. С одной была Артурия, с другой Вергилий. Обоим хватало сил удержать тяжелую фигуру, закованную в броню, что была повреждена настолько, что уже не могла называться таковой.

-Фулгрим…

-Мой примарх…

На это смотрел Широ, также поддерживающий Рин. Все присутствующие осознали что проиграли, притом разгромно. Не смогли удержать тень, дать отпор Гильгамешу. Почти все получили ранения. Провал. Только так можно было описать это. Фулгрим, тем не менее не выглядел расстроенным, лишь задумчивым. Ему не было дела до оскорблений и принижения. Такая мелочь не могла поколебать его дух. Но новое знание о самом себе, о неизвестной силе, скрытой в нем, заставляло напрячь разум.

-Думаю… нам всем стоит возвращаться. - Голос Цурукавы Хинако, что все это время стояла в стороне и наблюдала, привел всех в сознание. - Нужно… восстановить силы.

****

Несколько часов спустя, все пребывали в поместье Эмии. Тихий лунный свет освещал коридоры, что были пусты. Это возвращение было самым безмолвным из всех. Рин почти сразу уснула, только и успела применить несколько лечащих мистерий. Широ был рядом с ней некоторое время, пока и сам не счел нужным отдохнуть. Его терзала неизвестность, ведь проблема с Сакурой не решилась, только усугубилась. Однако, усталость дала о себе знать, все же, для юноши, битва была весьма жаркой. С трудом, но ему удалось провалиться в сон.

-Фулгрим… я принесла чай. - Артурия одной рукой несла поднос с чашками, лишь придерживая его второй. Восстановление пока не завершилось, потому раны еще доставляли неудобство.

Фениксиец, сидевший на веранде, перевел взгляд на девушку и легонько кивнул в благодарность. В данный момент, множественные ранения необычно медленно заживали, что говорило о том что среди тех клинков были обладающие необычными свойствами. Хоть тот же Гаэ Болг не стал помехой, могущественные небесные фантазмы, в таком количестве, не могли не оставить проблем. Тело из псевдоплоти могло весьма быстро восстановить одну или две подобные раны, но не столько за раз. Потому, сейчас примарх, что развеял свою истинную форму, не мог легко шевелиться. Вот королева и решила заварить чай самостоятельно.

-Ну как? - Со скрытым интересом спросила воительница.

-Ужасно. Ты совершенно не умеешь готовить чай. - Спокойным тоном ответил мужчина. Тем не менее, он продолжил опустошать чашу. Переведя взгляд на чуть нахмурившую брови Арти, он улыбнулся. - Иди отдохни, в отличии от меня, твой призыватель хуже справляется с твоей подпиткой. - Девушка уже хотела сказать что то, возразить, но ее прервал примарх. - Я в порядке, Артурия, не стоит так беспокоится обо мне.

Королева была не слишком настроена исполнять просьбу, но Фулгрим был прав. Запас энергии все иссякал, потому нужно было поспать, дабы не тратить ее попусту. Бросив последний взгляд на мужчину, она ушла, оставив его одного.

Примарх находил свое состояние весьма странным. Обычно, поражение вызывало в нем целую бурю гнева, который он предпочитал скрывать ото всех. А следом, с двойным упорством пытался исправить ошибку, доказать всем что он воплощение идеала. В первую очередь, самому себе. Но сейчас, такого не было, только простое понимание того что он оказался недостаточно силен и умел. Разумеется, он не собирался мириться с поражением, но это было из за простой логики, а не из за эмоций. Фениксиец просто продолжит делать то, что должен.

-А ты сильно сблизился с этой мечницей, мой милый примарх.

Из всполоха сиреневых искр, за спиной мужчины материализовалась прекрасная беловолосая дева. Ее тонкие руки обвили шею Фулгрима в нежных объятьях. Приятный голос ласкал слух, вызывая желание слушать его вечно. А сладкий запах, приливной волной наполнил пространство. От неожиданного явления ночной гостьи, Фулгрим слегка вздрогнул. Он медленно перевел взгляд и встретился с такими же как у него пурпурными глазами. Лишь оттенок их был мягче, не настолько темным. Лицо, лишенное всяких изъянов, несло на себе мягкую улыбку.

-Слаанеш… - К приятному удивлению названной, ее принц не выказывал ни капли страха. А ведь она считала что он хотя бы попробует ее зарубить. - Захотела посмотреть на свою любимую игрушку?

-Не говори так, ты нечто большее, чем просто игрушка. Ты мой чемпион, тот кому я благоволю. - Белоснежная ладонь ласково погладила примарха по щеке, что наконец вызвало ожидаемую реакцию. Пусть был ослаблен, но Феникс еще мог оттолкнуть Темного Принца. - Бука. - Надув губы, говорила она, теперь присев рядом.

-Может хватит этой игры? - На лице девушки появился немой вопрос, от которого она слегка наклонила голову. - Ты пытаешься казаться похожей на людей.

-О… Нет, я не пытаюсь. - Поняв что непонятно ее примарху, она вновь улыбнулась. - Позволь провести для тебя краткое введение в мою природу.

Перед глазами пары возникло облако иллюзий, в котором отражался Великий Океан. Имматериум сверкал бесконечными потоками энергии, что бушевали в абсолютно непредсказуемых направлениях. Среди них, стали появляться большие сгустки, приобретавшие разную цветовую гамму. Кроваво красный, глубокий синий, гнилостный болотный и, наконец, сиреневый. Они были похожи на капли воды, которые распространяли через себя линии света, пронизывающие всю нереальность.

-Вопреки тому чем ты меня считаешь, я не совсем сущность варпа. Я его часть, неотделимая и в то же время отдельная. А он часть меня. Потому, для того чтобы проникнуть в этот мир, мне пришлось создать отдельную аватару. Это похоже на создание архидемона, однако в этот раз сознание не создавалось с нуля.

- И что? Хочешь убедить меня что ты не мерзкий сгусток пороков?

-Я веду к тому, что здесь я обрела живое тело. Пришлось, для стабильного пребывания в этой реальности. И теперь, мне стали свойственны некоторые аспекты смертных. Кстати, забавно, что Анафема сделал нечто подобное. - Эти слова не оставили Фулгрима спокойным.

-Что ты несешь? - Это мерзкое звание, которым Императора наделили Боги Хаоса и Нерожденные, резало слух.

-Ох, мой милый Фулгрим, позволь просветить тебя, кем является твой “отец”. - Иллюзия сменилась, показав странное место.

В нем явно виделась нереальность Эмпиреев и, в тоже время, материальная вселенная. Обычная на вид вода, покрывала пространство и тем не менее, была твердой. На это указывал гигант в золотой броне, стоящий на ней в окружении необъятных существ. В каждом из них можно было узнать Губительные Силы, принявшие форму, что доступна к пониманию смертными.

-Император пришел к нам. Он хотел заключить сделку - галактика в обмен на нашу помощь. - Итог этого события явил себя в ярких светлячках, плавно прилетевших на вытянутую ладонь Повелителя Человечества. И было их ровно двадцать. - Эти сгустки, оболочки ваших душ. Душ примархов, которые он наполнил частями своей сущности. Ничего не напоминает?

-Думаешь я поверю этому? Поверю что отец создал нас, подобно тому как вы создаете высших демонов?

-Вот так всегда, говоришь правду, а тебе не верят. - На это, девушка оперлась головой на руку и обиженно пробурчала.

-Зачем отцу это? Какой смысл?

-Хи-хи-хи, он просто хотел победить нас. Подумал что сможет не выполнить условия сделки и освободить человечество от влияния Хаоса. Наивный… - Образ вновь сменился и перед глазами предстала галактика… объятая огнем. - Для нас было очевидно его намерение. Мы сознательно пошли на это, для того чтобы он принес нам величайшую жертву.

-Великий Крестовый Поход…

-Ве-ерно. Забавно правда?

Фулгрим, хоть и понимал что это может быть чистая ложь, не мог остановить свой разум от анализа новой информации. Если Слаанеш, или чем она там является, не врет и Император объявил войну Губительным Силам, значит вся галактика стала шахматной доской, где боролись свет и тьма. Фениксиец застал начало финального аккорда этой партии… где был простой пешкой.

-Надеешься пошатнуть мою верность отцу? У тебя не получится.

-Хи-хи, мне не нужно этого делать. Когда нибудь ты сам придешь к этому, ведь твоя родная реальность, это просто поле битвы между высшими силами. Великая Игра не остановится пока кто то один не установит свое господство. Ни ты, ни твой отец не сможете этому помешать, так зачем пытаться? Разве не лучше вновь стать моим? - Мягкая ладонь легла на плечо примарха и начала медленно двигаться выше. - Я ведь очень любящая хозяйка… Давай же, скажи чего ты хочешь прямо сейчас. Я исполню твое желание, каким бы оно не было.

Терпению пришел конец. Больше не было сил сдерживаться, потому, Фулгрим заговорил. Он даст ей ответ. Даст тот ответ, который появился у него в сердце после всех этих слов. Пурпурные глаза вновь засияли. Их свет, свет души примарха, пробивался в реальность. Гнев охватил все его естество, найдя выход в мир, и было это проявлением серебряного огня. Мерцающие всполохи начали исходить из тела Феникса. Волна силы разошлась от него, отчего глаза темной богини расширились. Она узнала эту энергию. В их первую встречу, примарх явил ее, но была она так слаба что даже не навредила. Но и это не был первый раз когда порождения варпа узрело ее.

-Ты говоришь, что исполнишь любое желание, так слушай. - Пульсация реальности отзывалась в воздухе, создавая видимую рябь. - Исчезни. Сгинь навеки. Ты и остальные твари, отравляющие вселенную. Освободи человечество от вашего гнета. Таково мое желание, исполнишь ли ты его?

-...Ох, Фулгрим. Зря я надеялась на твое благоразумие. Ложь Трупа на троне глубоко проникла в твои мысли. - Рассеявшись в пустоте, и, миг спустя, возвратившись прямо перед стоящим Фениксийцем, Та-Что-Жаждет прикоснулась к его вискам и произнесла. - Тебе стоит увидеть… ради чего ты хочешь бросить вызов силам, для которых ты просто пылинка.

Не успел примарх сказать и слова, как его разум захлестнули образы. И были они… ужасны. Темная Госпожа действительно исполнила желание, только не то о котором говорил ее принц. Он хотел знать чем закончилось предательство, что было после Истваана-Пять. И теперь он видел.

Демон захватил его тело. Более того, Фулгрим сам отдал его. И то во что превратился легион, под его командой, было еще более мерзким чем прежде. Но примарх видел не только себя, но и других. Как они сражались, на протяжении не одного года. Видел окончание гражданской войны, на Терре. Хорус, в котором нельзя было узнать его самого, а только лишь марионетку Темных Богов, бросил вызов отцу.

Фениксиец закричал от ужасных образов, что приливной волной накатывали на его мысли. Сангвиний пал от рук брата. Отец убил сына, но и сам чуть не погиб. А после, нашедший умирающего Императора Рогал, посадил его на Золотой Трон. Фулгрим видел разлом в реальности, открывшийся в глубинах планеты и только психическая мощь Повелителя Человечества не позволяла демоническим ордам захлестнуть Тронный Мир.

Примарх видел чем стал. Омерзительной тварью, так похожей на ненавистных ему Лаэров. С каким упоением тот предавался сладостному насилию, как упивался агонией невинных людей, вместе со своими падшими сынами. Вот почему Слаанеш называла его принцем. Он действительно стал таковым. Демоном-Принцем. В своем безумии, он не счел нужным пробиваться к Имперскому Дворцу, вместо этого, стал сеять разруху, проливая реки крови. Миллионы жителей Терры погибли, только лишь для того чтобы удовлетворить порочное сердце демонического примарха.

Но этим все не закончилось. Годы полетели вскачь. Гиллиман всеми силами старался сохранить целостность Империума, вместе с другими братьями. Но один за одним, они исчезали, оставляя людскую цивилизацию на произвол судьбы. Сам владыка Ультрамара пал от руки Фениксийца, окончательно ставшего игрушкой его Госпожи. Образ сидящего на троне, во дворце Геры, Робута, подключенного к стазис системам, нужным чтобы яд отравленных клинков не оборвал его жизнь, вырезался в памяти Фулгрима. Именно он стал виновником потери последнего сына Императора.

И даже сейчас, видения не остановились. Сотни лет пролетали перед глазами. Проницательный разум Фениксийца узрел во что превратилась мечта отца. Мрак, предрассудки и фанатичная вера в то, что он является богом. Богом-Императором. От той тьмы, что охватила человечество, примарх в агонии охватил голову руками. Ярость пламени лишь усилилась, грозясь сжечь все вокруг. Пытки, ересь и полная уверенность в праведности. В том что они идут той дорогой, которую указал их Повелитель. Фулгрим рухнул на колени, те раны что еще остались на его теле, доставляли боль, но была она ничтожна перед открывшимся знанием. Таких мук, он не испытывал никогда. Блестящие слезы заструились по щекам, вторя агонии разума и духа.

-Теперь, ты понимаешь, ради чего хочешь сражаться? Таким стал Империум спустя десять тысяч лет. Эта грязная клоака, более не достойна такого прекрасного существа как ты. - Девушка, ласковым движением, стерла жемчужные капли с щек примарха. - Только со мной, ты будешь счастлив. - Отступив на шаг, Богиня начала рассеиваться сиреневыми частицами, напоследок сказав. - Когда в полной мере осознаешь все, позови меня и я приму тебя в свои любящие объятия, мой возлюбленный чемпион…

Феникс не мог прийти в себя еще долго. Поток мыслей остановился, от ужасного будущего. И он был одним из тех, кто создал его.

-Вергилий… Тацит…

Почти сразу, стоило только прозвучать зову, гвардейцы явились на него. И увидели они, как их генетический отец стоит на коленях, а тело его объято неудержимой дрожью.

-Мой Лорд, что произошло?

-Примарх?

Не слышавшие разговора и криков агонии, из за воли твари из варпа, они пришли в шок от вида Феникса.

-Грааль… нужно заполучить его любой ценой.

-Что вы имеете ввиду? - Анусоран вздрогнул, когда глаза примарха направили на него свой взор. В них он увидел… безграничную ярость, пульсирующую по всему телу примарха.

-Слаанеш… явилась сюда и… показала… чем окончилось мое предательство. - С трудом сдерживаясь от того, чтобы разрушить все что попадется ему на глаза, Фениксиец продолжил.

-Все за что мы проливали кровь… пошло прахом. Человечество умирает в мучительной агонии. Мы… должны вернуться.

Наконец Феникс поднялся на ноги и горящим взором смотрел на своих сыновей.

-Грааль может помочь в этом. Империум погибнет, если ничего не сделать.

-Я не понимаю.

-Темные Боги… Их Великая Игра погрузила галактику в пламя вечной войны. И я не знаю, что произойдет если ничего не сделать.

-Но мне известно одно, даже если моя душа сгинет, я не остановлюсь ни перед чем, но заставлю Богов Хаоса заплатить за то что они сотворили.

Глава 24

-Нет, ты не прав!..

-Думаешь?..

-Точно, это великолепно!

Примарх расхаживал по своим покоям, беспрестанно споря сам с собой. Помещение, что до этого было элегантным и ухоженным, превратилось в место мешанины искривленных скульптур, картин, в которых красоту сможет найти только безумец, и отвратительной какофонии десятка разных музыкальных произведений. Фулгрим, величественный Фениксиец, был почти обнажен, только набедренная повязка являлась его одеждой. Во всему телу, обмазанного ароматическими маслами, ветвились символы. То были записи самого разного происхождения, словно кожа Фулгрима стала ему дневником, куда он записывал самые сокровенные и даже опасные мысли. Лицо мужчины было покрыто пудрой и тушью в кричащих количествах, став подобно идентичной маске, скрывающей истинный лик Фулгрима.

В двери постучались. Примарх услышал это, однако был слишком занят своими странными делами и не ответил. Какое то время спустя, они отворились и внутрь вошел мужчина средних лет, страдающий от излишнего веса. В его настороженных глазах, появилось ужасное недоумение, а миг спустя, страх. Вид Повелителя Детей Императора, привел его в шок. Рин почувствовала то же самое, даже в большей мере. Она прекрасно помнила, кем был ее слуга. Великим воином, полководцем, мыслителем, художником и скульптором. Гением во всем. Он всегда держался достойно и не позволял себе даже заставлять гостей ждать, не то что игнорировать.

Девушка вновь ощутила то чувство, погружения в мутные воды безумия, коими было налито сознание Фулгрима. Ей захотелось кричать от ужаса. Демоническое отродье, что уже вообще не считало нужным скрывать себя или выдавать себя за внутренний голос, вечно шептало пагубные мысли. Тосака, будучи в своем уме, поразилась тому насколько они были абсурдными, кощунственными и… еретическими. Но примарх верил им, что было самым кошмарным.

С каждой секундой, разум девушки подвергался атакам, эху голоса демонического существа, что было древнее самого времени. Пусть с момента прошлого сновидения, она успела несколько подготовиться к предстоящему, но даже так, с трудом поддерживала ясность мыслей. Образы начали сменяться. Сперва перед глазами появился величественный корабль. Его массивные своды поражали своей мощью, ничуть не уступая Гордости Императора. Множественные гнезда орудий и ракетные шахты не оставляли сомнений в его способности сокрушать врагов. То был Мстительный Дух - флагман Воителя.

Хорус Луперкаль. Рин не единожды видела его в воспоминаниях и каждый раз ей было приятно смотреть. То был благородный и достойный человек. Близкий друг Фулгрима и один из самых великих примархов. Его прозорливые глаза, наполненные радушием и радостью от встречи с дорогим братом, показались следом. Он крепко обнял Фулгрима, чем развеял все сомнения и страхи, появившиеся от знания переданного Эльдрадом Ультраном и тем чиновником из администратума Терры. Обрадовавшись тому что Магистр Войны был прежним, Рин сглупила и позволила себе ощутить надежду. Но она была разбита в дребезги, стоило только прозвучать словам о намерениях Хоруса. Теперь, Тосака поняла чем все закончиться. Предательство. Луперкаль был намерен свергнуть отца, возжелавшего божественности. Девушка внутренне посмеялась. Тот человек, объятый теплым золотым светом не мог иметь подобных намерений. Это просто невозможно. То была ложь, которую нашептали те силы, что исказили душу Воителя.

Последовавший трехдневный разговор мелькал фрагментами, что причиняли ослепляющую боль, ведь тварь была еще активней нежели прежде. Сомнения и неясность наполняли дух Фулгрима. Рин ощущала крохи света, тщетно пробивающиеся сквозь непроглядную тьму, что окутывала разум Фениксийца. Эта борьба, это нежелание сдаваться, даже когда сумасшествие захватило едва ли не каждый ручеек мысли примарха, показалось девушке… прекрасным. Благородная душа Феникса не отступала. На миг, краем сознания, Тосака почувствовала знакомое тепло. То что навеки проникло в ее сознание и даровало надежду на будущее. Смутное чувство пропало едва появившись, но Рин не забыла его. Даже не понимая каким образом душа Фулгрима источала свет, подобно Владыке Человечества, Рин запомнит это. Просто не сможет забыть. И от того было лишь хуже, ведь злой рок приближался.

Встреча с самым возлюбленным братом, прошла так как и ожидала девушка. Искренняя радость Ферруса сменилась гневом и разочарованием. Не сразу поверив в предательство он пытался понять, как Фулгрим мог даже думать о таком. Последующая битва, разрушения Разящего Огня и момент когда Феникс возвышался над Горгоном, отзывалось душащими страданиями. Уже в который раз, Тосака чувствовала как ее примарх скорбит об этом и эта скорбь передавалась ей. В реальном мире, на ее глазах стали скапливаться слезы, ведь она не могла перетерпеть подобное без них. Она видела путь, по которому вел своих сыновей Император. А теперь, все шло прахом. Все мечты, все узы. Каждый образ был предзнаменованием того что все сгинет в небытие… под смех темных созданий, наводнивших Эмпиреи.

Уже едва сдерживая свой разум от распада, пусть и волшебница, но смертная, безнадежно сдавалась под гнетом темных миазм и стонов запертой сути Феникса, что билась в агонии, на задворках мыслей. Но вдруг, окутанные тьмой картины сменились. Чистый, незамутненный поток захлестнул душу девушки, словно кристальный родник, смывая все тревоги и печали. Придя в себя благодаря нему, Рин поняла что теперь следила не за Фулгримом, но за кем то другим. И она знала за кем. Один из двух офицеров, посвященных в Братство Феникса, перед высадкой на Лаэран. Саул Тарвиц.

Тосаке в нове было чувствовать кого то другого и она не понимала, как может видеть чужую память, не принадлежащую ее слуге. Но эти мысли исчезли, стоило только понять что сейчас произойдет. Четыре легиона. Три примарха. И Истваан-Три. Не так ясно как у Фулгрима, воспоминания капитана десятой роты, мелькали перед мысленным взором. Подозрения, странное предчувствие и просьба перевестись на Андрониус. И следом, торопливый полет на поверхность планеты. Он бы не увенчался успехом, если бы не побратим Тарвица - Натаниэль Гарро. Воин Гвардии Смерти поверил честному Саулу и помог избежать преследования. Но успех не принес радости. Лишь боль и агонию.

Успев в последний момент, Саул предупредил предательство, чем дал шанс выжить многим. Когда вирусные бомбы пронзили небеса, верные легионеры уже были на пути к убежищу. Но даже так, Рин пришла в ужас от Пожирателя Жизни. Древний яд, порожденный Темной Эрой Технологий, заживо плавил тела астартес. Крики боли разносились по разрушенным улицам с такой силой, с какой никогда не рождались в устах человеческих. Миллиарды людей сгинули в миг. А те кто выжил, были окутаны невиданной доселе ненавистью. Сердца верных обуревали боль и отчаяние. Предательство… Худшее на что способен человек. И именно его сотворили те, кого считанные часы назад называли братьями.

Теперь, слезы струились по щекам полноводной рекой. Дыхание спящей не могло найти покой, метаясь в попытках вдохнуть хоть каплю воздуха. Но кошмар не кончался. Буря стихии, развернувшаяся от сожжения целого мира, словно была отражением чувств, захлестнувших преданных слуг Императора. Долгие месяцы обороны, невиданная стойкость и гнев, протекали подобно вечности. Рин чувствовала, что испытывает Саул Тарвиц. И ей было нестерпимо больно от осознания того, на что пошел ее примарх. Ее отец, что вел ее в море звезд во имя Истины. -“Нет, это не мои мысли”. Она уже не понимала где она, а где легионер, глазами которого она смотрела.

Дни протекали мучительно, каждое мгновение было наполнено отчаянием и ненавистью, но более того, Саул ощущал непонимание. Больше всего, ему хотелось не отомстить, а понять. Получить ответ на вопрос. Такой короткий и такой простой - Почему?

Опустошенное сознание девушки видело последние минуты жизни того, чья стойкость и верность, более чем кому либо дают ему право называться совершенным. Идеалом, что был достигнут без стремления к нему, но рука об руку с осознанием того как нужно жить. Как нужно действовать. Идти по пути, забыв о славе и триумфах. Пути к Истине.

Лучший друг предал, как и многие другие братья. Люций вонзил нож в спину, обманул Соломона Деметера. Предал огню все что было. Перед тем как идти на последнюю битву Саул Тарвиц дал клятву. Если ему удастся выжить, он убьет Люция чего бы это не стоило. Завершающим аккордом кошмара этой ночи, стали сокрушительные залпы орудий рукотворных Богов Войны, перед чьи гневом, пали легионы. Титанов Легио Мортис. Город Хорал сгорел во вспышке забвенья. И вместе с ним, сгорели последние слуги Повелителя Человечества, что были верны. Истваан умер, вместе с надеждой на спасение. Вместе с надеждой на месть.

****

Распахнув глаза, девушка ощутила давящее чувство в груди. Все происходящее, словно произошло с ней самой. Она не могла найти, где кончаются ее мысли и где начинаются чуждые. В мешанине чувств, она находила боль, страдания, угасающую надежду, сожаления, ненависть к себе, к тварям варпа. И, более всех, ненависть к Фулгриму. Невольно представив его образ, сердце объял гнев, захотелось разорвать его грудь и вырвать внутренности. Захотелось заставить заплатить за все. Но чувства схлынули, стоило только вспомнить его взгляд. То какими были его глаза, в короткие мгновения, когда в них появлялись вспышки воспоминаний. Рин ощутила непередаваемое сочувствие к падшему примарху. Она лишь видела все это во снах, но не пережила на самом деле. И даже так, она смотрела глазами преданного. Что испытывал сам Фениксиец, ныне освободившийся от тлетворного влияния демона, Тосака не могла представить. Никогда не сможет. Та невообразимая агония, что ледяным огнем, стыла в жилах Феникса, просто…

-Рин, что с тобой?

Артурия, услышавшая сбитое дыхание из комнаты Тосаки, была рядом и поспешила узнать что происходит. За открытыми дверями, она увидела бледную и заплаканную девушку. Слезы не останавливались, продолжая течь и падать на ткань. В глазах было видно… отчаяние. Королева сразу подошла ближе и задала вопрос.

-Я… это… сон… Фулгрим. - Прерываясь на всхлипы, глотая воздух, Рин пыталась ответить, но этому мешала спутанность сознания. Образы, одарившие ее чужими мыслями, рассекали разум.

-... Ты… видела его прошлое? - Артурия сразу поняла в чем дело. Мастер Фениксийца и до этого смотрела в память примарха, а сейчас это произошло вновь. - Что именно?

-... Истваан… три… - Сколько смыслов было скрыто в этой фразе. Одним своим звучанием, она погружала ум в пепел. Пепел предательства.

-Что там… было? - Воительница уже знала некоторые моменты из жизни примарха, но об этом еще не слышала.

-Дети Императора… Это была… чистка… от несогласных… - Судорожно обхватив свое тело руками, Рин пыталась справиться со страхом и гневом. Оба не отпускали, мечась в чертогах разума.

Не зная как можно помочь юной девушке, Артурия обняла ее и прижала к груди. Мерное сердцебиение привело Тосаку в чувство, пусть и не окончательно. А пока она продолжала лить слезы, Мечница думала над ее словами. Фулгрим был предателем, пусть и не по своей воле. Он убил своего брата и обернулся против Императора. Тем не менее, у него был свой легион, а представить того же Вергилия мятежником не получалось. Среди сынов Фениксийца должны были быть те, кто не пойдет на подобное. Значит…

От осознания того что совершил ее друг, Артурия стиснула зубы. Теперь стало яснее его нежелание признавать свою невинность. Не удивительно. -”Сколько же ты пережил, Фулгрим?”. Одурманенный, он предал не только отца с братьями, но и третий легион. Какую боль он испытал... Мысли златовласой прервал тихий шепот, исходивший из уст той, кого она прижимала к груди.

-...Мы не ведаем страха… Ибо мы дети Его. - Разительная метаморфоза произошла с Рин от этих слов. С сильным выдохом, она подавила дрожь, а тело ее налилось силой. Тосака подняла глаза и посмотрела на Артурию - Спасибо, Сэйбер. - Слабо улыбнулась она, в благодарность за поддержку.

-Просто Арти, я более не скрываю своего имени.

-Неужели тебе понравилось это прозвище? - слегка ехидно проговорила волшебница, с еще не ушедшей бледностью на лице. - Я уже давно заметила, что вы с Фулгримом хорошо ладите.

-Мы стали друзьями, вот и все. - Чуть приподняла уголки губ Королева.

-Ладно, думаю пора завтракать. Наш великий сын Императора, наверное, уже накрыл стол. - Обоих девушек позабавили эти слова. Все же, им обеим было известно происхождение Фениксийца.

****

-Широ, ты не видел Фулгрима?

Единственным присутствующим в гостиной был Широ, по привычке готовивший утреннюю пищу. Юноша был хмур и погружен в свои мысли, потому дал телу волю и то само пришло к плите. Вырванный из дум, Эмия обернулся и увидел Артурию и Рин, стоящих в проходе.

-Нет… не видел. - Теперь и он заметил. Ведь примарх всегда будил его и тащил на тренировку.

-Странно… Вергилия тоже нет. - Тосака сосредоточилась на своей связи со слугой, что стала много крепче чем раньше, и ощутила что он где то далеко. Понятно было только то, что он в городе. - Вышел на разведку? Но ему ведь нужно восстановиться, зачем тратить силы?

-Может, что то случилось? - Артурия ощутила странное неприятие того, что Фулгрима не было рядом. Она уже успела привыкнуть к его присутствию.

-Не знаю… Кто видел его в последний раз?

-Наверное я. Вы все уже спали и мы немного поговорили… потом и я легла.

-Да что за чертовщина?

****

Зелретч думал. Ему было не по себе от того, что какая то тварь свободно разгуливала по миру. Даже он, умудренный опытом, с содроганием вспоминал что она с ним сделала. Хор тысяч истерзанных душ и сейчас звучал в его голове, вызывая давно забытое чувство страха. Маршал Часовой Башни не испытывал его веками, но это исправила незваная гостья. Прорыв к Истоку и сейчас был открыт, при этом, будучи удивительно стабильный. Используя Вторую Магию, старый маг попытался заглянуть куда тот ведет, но натолкнулся на непонятную мешанину энергий. Неизвестное пространство, даже будучи бесконечно далеким, вызывало стойкое чувство неестественности. Жуткое и губительное.

Кишуа не надеялся побороться с сущностью, все же ему еще дорога его жизнь. Ее обещание расправиться с ним было абсолютно серьезным. Такого давления он не испытывал даже во время битвы с Кровавой Луной, значит тварь более могущественна чем духи небесных тел. Волшебник, тем не менее, не желал бросать мир на произвол судьбы, потому будет наблюдать. Тот слуга - Фулгрим, знал о нем больше, но рассказывать не собирался, только дал предостережение, которое проигнорировали.

-И снова все сводится к Граалю…

Могущественный артефакт, во всех реальностях, собирал вокруг себя мириады жаждущих его обретения. В этой войне, что была более необычна чем другие, он также сыграет роль. Платиноволосый не был глуп. Он знал о силе сущности и, по видимому, собирался бороться с ней. Что если не Грааль может помочь в этом? Потому, стоит слегка помочь ему, опосредственно разумеется. Под горой Энзо, в месте где воздвигнут основной массив ритуального круга, седой мужчина начал манипуляции над системой. На более решительные действия он не пойдет, ведь существо способно видеть очень многое. Эта женщина нашла его, несмотря на то что он не показывался и проявлял активности.

То что собирался сделать Зелретч, было подстраховкой. В Граале предусмотрено множество нюансов и маг прекрасно знал все из них, ведь был одним из его создателей, пусть это не предавалось огласке. На призыв дополнительных слуг, которым можно дать определенные задачи, не хватит энергии, но вот вызвать контролера запросто. Сам великий Грааль, представлял собой хранилище колоссального количества энергии, нужного для прорыва в Исток и исполнения желания. С чистой и всемогущей силой Акаши это не представляло труда, но есть некоторое… обстоятельство.

В третьей войне, во вместилище Героических Духов попал слуга класса Эвенджер. Темный бог, хранящий в себе все зло мира. Он затаился в глубинах чаши и выжидал момента для возвращения. Сейчас, пока он не воплотился, Грааль был относительно чист, потому внесение изменений в его работе были возможны без вмешательства Ангра-Майнью. Хотя на подобное способен едва ли не один Швайнорг. Манипулируя составными частями огромной мистерии, маг активировал скрытую функцию, нужную при появлении расхождений в стандартном ритуале.

-Ну что ж, надеюсь этот гаденыш сумеет что то предпринять. Раз уж не хочет делиться информацией, будет сам разбираться.

****

Еще до рассвета, после столкновения на западной границе Фуюки, Король Героев вернулся в свою временную обитель. Там его встретил Кирей, как всегда создающий впечатление загадочного серого кардинала. Напускное, на самом деле. Гильгамеш молча присел на одну из задних скамей и достал богато украшенный кубок. Алая жидкость наполняла его и источала пряный аромат, что исходил лишь от лучших вин.

-У вас дурное настроение, ваше величество? - Котомине спросил с раздражающей улыбкой, но Король не стал радовать его ответом, лишь продолжил размышлять о произошедшем.

Увидя Фениксийца вблизи, стало ясно что тот был недооценен. Его образ, представлял собой разорванную картину. Она разошлась на лоскуты и ныне не несла ничего, кроме разочарования. Гнев, вызванный наглыми словами поутих, оставив место лишь мудрости древнего царя, которой тот и славился. Она подсказывала ему не спешить. Гильгамеш владея сокровищницей вместившей в себя все творения рода людского, любил собирать их и лицезреть. А Фулгрим, был словно разбитый драгоценный камень. Видя лишь осколки, сложно понять каким он был во времена целостности, но Гильгамеш хотел узреть это. Ему было интересно, каков был истинный Феникс. Пустышкой, лишь походящей на нечто великое или чем то что даже Король сочтет достойным внимания.

-Еще бы у него было хорошее настроение. Арчер назвал его тираном из забытых времен. Видел бы ты как он взбесился, я еле ноги унес. - Кухулин, стоявший в углу, все еще подпаленный, скалился в довольстве. Наконец хорошенько подравшись, он посчитал что находиться в том месте больше не стоит. Конечно, было бы жалко терять хорошего врага, но гнев Гильгамеша сложно пережить и если Фулгрим не сможет… что ж, прискорбно, но враги еще есть. Хоть и не настолько сильные.

-О, вот как. Мне это было неизвестно, ведь ты решил отрезать мое восприятие. - Скрытая угроза в словах Кирея не укрылась от Сетанты, но он ответил лишь дерзким взглядом. Как он и говорил ранее, у лже-священника осталось всего одно командное заклинание, потому его власть теперь минимальна. Только и может жужжать под ухо, не видя происходящего. Даже заблокированные, возможности в рунной магии давали плоды.

-Умолкните оба. - Тихий и задумчивый голос Короля Героев донесся с конца зала. Спокойный как никогда, он заставил инстинкты Сетанты взвыть, а Кирея прикусить язык.

Сейчас, мысли Гильгамеша переключились на некоего Императора. Отца Фулгрима, что повел человечество к звездам, дал возможность завоевать место среди них. Еще одна неизвестная личность. Говоря о нем, Фениксиец создавал уже иное впечатление, будто частично освобождался от тоски. Такое воодушевление из за какого то выскочки. Будто Король Урука не смог бы вознести людей к звездам, пожелай он. Управляемые его волей, они сумели бы сделать все о чем мечтали. Но нужно ли это самому Гильгамешу? Вести человечество за ручку глупо. Стоит исчезнуть, как оно потеряется во тьме и вернется к началу. Этот Император недалек, думая что люди достойны иметь пастыря.

Король отвлекся от размышлений, когда ощутил приближение знакомого слуги. Кухулин же напрягся и все равно оскалился пуще прежнего. Широкие двери церкви распахнулись и в них вошел тот кто привнес необратимые изменения в Войну Святого Грааля - Фулгрим Фениксиец. Примарх прошелся по присутствующим цепким взглядом, на миг удивившись тем кто был здесь. За мгновения он произвел анализ и сделал выводы. Наблюдатель не был беспристрастным соглядатаем.

-Разве тебе не известно, что слугам запрещено находиться на территории обители божьей, Арчер? - Священник в рясе, с едва уловимой издевкой, произнес это, словно Кухулина и Гильгамеша здесь не было.

-Мне нет дела до твоих запретов, жрец. - Не замедлив шаг, Фулгрим шел вперед, лишь мазнув взглядом по златовласому. По его языку тела можно понять, что тот не собирался атаковать. - Я пришел за информацией.

-Ты являешься сюда, в разрез с запретами, и требуешь от меня что то? Какая наглость. - Кирей даже не напрягся, видя что примарх приближается к нему.

-Не тебе это говорить. - Нависнув над Котомине, Фениксиец смотрел ему в глаза. Пурпурное сияние отразилось на дрогнувшем лице священника, холодный пот проступил на его висках. - Существо, осквернившее Грааль. Что это?

-С чего ты взял, что я это знаю? - Голос священника остался ровным, но неестественное беспокойство, что было давно позабыто, начало понемногу накатывать на его сознание.

Фулгрим скосил взгляд на Короля Героев - единственного опасного врага из присутствующих. Тот, со слабым интересом, смотрел на разговор, будто и не было того сражения. Он явно не планировал атаковать. В таком случае…

-Кх… что ты… задумал? - Железная хватка сцепилась на горле Кирея, а тело его приподнялось в воздух. Эфирные языки серебряного огня начали срываться с руки примарха, не обжигая, но холодя кожу. От них беспокойство усилилось, став чем то инстинктивным.

-Ты скажешь все, что знаешь. А если нет, расскажут другие. - Ледяное лицо Фулгрима не оставляло сомнений в его серьезности. Кирей посмотрел на единственного, кто способен остановить Арчера этой войны.

-Хмм… - Арчер прошлой войны задумчиво оглядел Феникса, словно углядев в нем нечто новое. - Не перебарщивай, он нужен мне живым. - Играя алой гладью в кубке, Гильгамеш не выказывал ни единого признака того, что здоровье священника его волнует.

Услышавший это Фулгрим, окончательно убедился в намерении Короля бездействовать и еще сильнее сжал горло жреца, один взгляд на которого вызвал неприязнь.

-А теперь… говори.

Глава 25

-Мне… неизвестно… гкх... - Священнослужитель с трудом мог говорить, ведь рука Фениксийца намертво вцепилась ему в горло. Казалось, пожелай Фулгрим и тонкая шея переломится как высохшая ветка. Впрочем… так оно и было.

-Неверно. - Лезвие Разящего Огня материализовалось во всполохе пламени и оказалось прямо у лица Кирея. - Как и то, что ты не боишься меня… я исправлю эту неприятность.

-Гркха-а-а-а!! - Приложенное к голой коже лица смертного, орудие полубога сожгло ее до угольной черноты в миг. Опаленный след в форме клинка свидетельствовал о том, что могло случится не убери его примарх. - … Ха… Ха… Лансер…

-Мда… Слушай, Фулгрим, мой мастер конечно засранец, но вредить ему у меня на глазах я не позволю. - Стоявший в стороне Кухулин, наблюдавший за представлением, подал голос. Видеть муки лже-священника было отрадно, но якорь в мире живых еще пригодится.

-Ни шагу, пес. - Выйдя из духовной формы, Вергилий и Тацит преградили дорогу.

В руках Анусорана заискрилась алебарда. Ее лазурное сияние освещало несокрушимые доспехи воина, а энергетические искры угрожающе срывались в сторону Копейщика, говоря о своих намерениях. Технодесантник же был молчалив, но громадный молот в его руке и пушка, в которой можно было узнать плазменное оружие, не оставляли сомнений в опасности противников. Единственная причина по которой сыны Фулгрима не бросились в бой, это нежелание создавать помехи в допросе. Битва не сделает его проще.

-С дороги… - Без капли страха, Сетанта взирал на троицу слуг Императора и крепче сжимал Гаэ Болг. Жажда крови разливалась подобно цунами, но ей дали достойный ответ древние воины Третьего, что прошли почти весь Великий Поход. Тысячи смертей, порожденных ими, даровали им подавляющее намерение разрушать. Оно ощущалась на физическом уровне, вызывая замирание сердца и дрожь в душе.

В напряженном противостоянии взглядов, алые глаза Кухулина взирали в еще более алые визоры шлемов. Ни один из соперников не собирался отступать. Гильгамеш с любопытством наблюдал за представлением, ведь явившиеся легионеры были крайне приятным зрелищем. Разум Короля ясно зрел их непоколебимую верность и волю быть на службе Феникса. Несгибаемый стержень величия и гордость, вот что делало их превосходными слугами. Златовласый на миг ощутил желание сделать их своими, но тут же откинул его.

Даже если он предложит, они откажут, ведь идут за своим Лордом не потому что он величайший, а потому что он… это он. Их верность принадлежит ему и любой кто посмеет сомневаться - встретит гнев этих гигантов, даже если для них он станет последней испытанной эмоцией. Каких достойных слуг посчастливилось иметь этому выскочке.

Примарх, лишь краем глаза следя за Лансером, цепко осматривал своего визави. Пурпурные глаза искали малейшие слабости, страхи или изъяны. Проницательность Фулгрима не раз помогала ему, но сейчас оказалась бесполезна. В этом человеке не было ничего, буквально ничего. Ни любви, ни привязанностей. Пустышка. Единственное, что увидел в нем Фениксиец, это прах. Сама суть Кирея была мертва, безжизненная и бездушная. Инстинктивный страх, вызванный присутствием сына Владыки Человечества, не был подлинно искренним.

Тело священника так же вызывало странное чувство. Его сердце билось, но как то не так. Более глухо и слабо. Будто было не таким как у всех. Интуиция примарха шептала о неестественности того, чья жизнь была в его руках. Навязчивым чувством на грани сознания, она подсказывала не смотреть на него как на обычных людей, ведь это будет совершенно бесполезно.

-Ты лжешь, я чувствую это. - Резким толчком, Фулгрим откинул Наблюдателя спиной в распятие. Тот с болезненным стоном столкнулся с изваянием Христа и рухнул на пол. - Что заставляет тебя это делать? Скажи правду и останешься цел.

-Я всего лишь смиренный слуга божий и мне не ведомо то, о чем ты…

-Вновь ложь. - Разящий Огонь оказался у глаз стоящего на коленях мужчины, переливаясь янтарным покровом, с которым переплетались серебряные всполохи. Последние заставляли ощущать опасение, пробирающее до дрожи. - Все, до последнего слова. Неважно сколь хорошо ты умеешь лгать, жрец, меня не обманешь. Говори.

-Для чего тебе это знание? - Неосознанно отстраняясь от клинка, Кирей ощутил как оказался прижат спиной к сыну божьему, в то время как сын человеческий пронзал его тело ледяным взором.

-Я очищу Грааль и использую его, разве не очевидно?

-Тебе вряд ли удастся. - В сознании Кирея появилась интересная мысль, которая даже позволила отвлечься от инстинктивного страха, расползающегося по коже. - Но есть тот, кто знает гораздо больше меня. Мато Зокен.

-Глава семьи Мато. Я знаю о нем и после тебя собирался пойти к нему. Ты просто хочешь чтобы мы столкнулись, не так ли?

-Что? Разумеется не… - В тот же миг, как была произнесена очередная ложь, запястье священника пронзил Разящий Огонь. -... гх. - До крови закусив губу, Кирей сумел удержать себя от крика. Опаляющее пламя было не простым, иначе невозможно объяснить происходящее. Он - бывший экзекутор и привычен к боли, как к дыханию. Отрубленная конечность заставит его, разве что, поморщиться.

-Еще одно лживое слово и ты сильно пожалеешь о нем.

-... Ладно, но Зокен действительно лучше осведомлен. Не думаю, что мне известно больше твоего.

-Это мне решать.

Короткий рассказ, наконец заговорившего лже-священника, был действительно не слишком информативен. Хинако говорила то же самое и о происхождении сущности, и о ее возможностях. Примечательной была лишь одна малая крупица информации. Как сказал Кирей, Грааль желает воплотится и это станет возможно лишь после того как в нем окажутся четыре слуги. Энергия Героических Духов, имеет полу божественную природу и превосходит ту, которую накапливает чаша. Жизненная сила планеты, текущая в драконьих жилах или лей-линиях, хоть и могущественна, но уступает силе героев древности.

Неизвестно откуда Котомине знал такое, но этого не было в записях Тосака Токиоми. А ведь тот был весьма могущественным магусом и его осведомленность была велика. Новое знание дало примарху пищу для размышлений. Он изначально сомневался что ритуал так уж чист, как ему рассказала Рин, а теперь и вовсе уверился в этом. История создания этой пародии на войну, заключается в борьбе за могучий артефакт, в борьбе за право называться достойным. Мистерии магов не могли быть так прямолинейны. Исполнение желания это чудо, но чудес не бывает. Каждое событие имеет подоплеку, значит чаша христова является мощной ритуальной формацией. Пусть не известно, как именно она работает, но для функционирования чего бы то ни было, нужно топливо.

А какое топливо может быть лучше, чем могучие души?

Фулгрим ощутил отвращение к этому проклятому ритуалу. Пожирая жизнь, он реализовывал мечты. Грош им цена, если они построены на костях. Это не чудодейственная чаша, а мерзкий постамент для жертвоприношений, которые построили маги, возжелав божественного могущества. Действительно, эра богов прошла, но силы что хранила она, продолжают манить. Айцнберны. Мато. Тосака. Три семьи, придумавшие эту систему и пятый раз пытающиеся вкусить плоды своих трудов. Тщетно, как было известно примарху, ведь победителей в войне еще не было. Быть может в прошлой, но событие десятилетней давности неизвестны. Хотя, как недавно обмолвилась Артурия, она была участником четвертой. Стоит позже расспросить ее.

-Просто, не так ли?

-Не сказал бы… Теперь покинь это место, господь не жалует таких как ты. - После этих слов, в глазах примарха вновь появился ушедший холод. Он молниеносно схватил шею мужчины и сдавил так, что она была на самой грани слома. Ни единой толики воздуха, ставшего столь желанным, не могло просочится в легкие.

-Смешно слышать это от тебя, жрец. - Сидящий до этого мужчина, с силой был вдавлен в кафель, устилающий место где обитает бог. - Я видел множество священнослужителей. Тех, кто истинно верил и тех, кто принял сан лишь ради власти. Последних… я презираю во сто крат больше.

Со скоростью рассекая воздух, сложенная на манер копья, ладонь примарха прочертила путь к позвоночнику Кирея. С отчетливым хрустом, один из позвонков сломался. Превосходное знание анатомии позволили Фулгриму сделать это с хирургической точностью. На этот раз Котомине даже не вскрикнул, стойко перетерпев боль.

-Считай это наказанием. Фанатичные служители, пусть и верили в ложных идолов, но были по своему честны. А ты… - Дугой света, Разящий Огонь рассек плечо Наблюдателя, отделив руку и прижигая рану. -... заслуживаешь только презрения. Есть ли в тебе хоть капля правды? Ради самого себя, тебе стоит найти ответ. - Голос Фулгрима был ясно слышен несмотря на завывания бьющегося в агонии Кирея.

Теперь, тело священника было лишено чувствительности ниже места пораженного карой примарха. Лишь присутствие Гильгамеша не позволило довершить начатое, ведь Король Героев дал понять, что нуждается в живом Кирее, а новая битва с Золотым Арчером сейчас не принесет никакой пользы.

Взметнув платиновой шевелюрой, Фулгрим развернулся и зашагал прочь. За ним последовали его гвардейцы, на ходу приняв призрачную форму. Ночь скоро сменится днем и на горизонте уже были видны лучи восхода. Вход в церковь был залит тенью, ведь она стояла спиной к рассвету. Когда Фениксиец вышел из храма предрассудков, до него донесся голос молчавшего Короля.

-Ты удивил меня, Фулгрим. Всего за несколько часов, твой облик изменился. Не стану спрашивать о причинах, но знай - я дам тебе возможность вернуть утерянное тобой. И повторю вновь… - Не обернувшийся примарх слышал нотки предвкушения в словах Древнего Владыки. -... не разочаруй меня.

Но Феникс не ответил, продолжая идти. Гильгамеш заслуживал внимания исключительно в качестве опасного элемента в этом ритуале и никак иначе.

****

Не успев пройти и десятка метров, Фулгрим заметил стоящую у врат церкви девушку. Она приняла сдержанную скромную позу, почти не двигаясь. Было ясно что она ждала, и тем кого она ждала был примарх. Услышав шаги, она обернулась и встретилась со взором пурпурных глаз. На миг замерев, она чуть поклонилась в приветствии.

-Господин Фулгрим, вы ведь сильно пострадали, вам стоит продолжить восстановление. - На удивление, примарх видел в ней искреннее сочувствие. - Что заставило вас быть здесь?

-Важные дела… Сущность не появлялась? - Отстраненно произнес мужчина. Сейчас, ему было не интересно свое состояние.

-Н-нет, я не могу обнаружить ее, как бы не пыталась. По видимому, она затаилась… - От признания своей неспособности, черноволосая красавица поникла, а ее длинные ресницы почти укрыли ониксовые глаза. Девушка была расстроена.

-Ясно. А ты? - Видя, что Цурукава и сама не без последствий переносит происходящее, Фулгрим несколько смягчился.

-Я п-просто ощутила что вы покинули поместье, вот и…

-Мы союзники, Хинако, но не друзья. Не трать время на переживания обо мне. - На этом, примарх решил что разговор окончен, ведь их договор подразумевал избавление от существа, а оно пока не найдено.

-Постойте! - Фениксиец почувствовал как в его руку вцепились тонкие и нежные кисти. Но держали они крепче, чем можно было бы предположить. Посмотрев на девушку, Фулгрим увидел как она чуть покраснела от натуги. Удержать примарха, даже не сопротивляющегося, не так просто, но ей это было не важно. Синеватый отлив глаз блеснул решимостью, что перетекла на аккуратное лицо, а с него на весь стан. - Простите за грубость, но я отказываюсь следовать вашему совету!

-И почему же?

-Потому что мы союзники. А союзники должны ценить друг друга, иначе все станет простой фикцией.

-... Хе-хе. - Примарх с легким удивлением смотрел на Хинако. Новая сторона скромной растяпы, была весьма занимательна. - Ты идеалистка. Впрочем… воля твоя. - С легкой усмешкой, мужчина вытащил руку из ослабевшего захвата и направился туда, куда шел ранее. Только вот…

-Хочешь помочь? - Спросил Фулгрим идущую рядом девушку. Но та, вместо ответа, просто отвернулась с насупленным видом. - Неужели обиделась?

-Нет…

-Ты обиделась. - Уже не спросил, а утвердил мужчина.

-Нет.

-Да.

-Нет.

-Да.

-Нет!

-Нет.

-Да!.. - Пара секунд потребовалась на осмысление сказанного. - Не издевайтесь! - Прямо по детски, топнула ножкой девушка. На щеках выступил предательский румянец, заставивший примарха не сильно посмеяться. А девушка от этого только надула губы и недовольно запыхтела, как расстроенный хомячок.

****

Поместье Мато было весьма презентабельным. Крупный забор огораживал его и единственным ходом выступали кованые ворота, в данный момент запертые. Стеклянный купол, за которым было нечто вроде дендрария, стоял наравне с самим зданием, поблескивая в свете восходящего солнца. Внутри же… было пусто. Примарх не слышал токов жизни, которые должны были выдать обитателей резиденции старого семейства.

Только множественный стрекот крыльев насекомых наполнял стены. Что также было странным, ведь такое количество букашек не может обитать в жилом доме. Перепрыгнув ограду, Фулгрим ждал что его встретят. Мато Зокен весьма древний маг, потому не стоит считать что его нет дома, только из за внешних признаков. Хинако также перемахнула через забор.

-Как то пусто, подождите немного… - В ее руках оказались небольшие листы, что миг спустя сгорели в синеватом пламени. Примарх ощутил странную волну силы, разошедшуюся по пространству. То было эхо сканирующего заклинания. -... Странно, в поместье кто то есть, но он будто во всех местах сразу. Не понимаю.

-Просто войдем. Только не споткнись.

-Вы мне это вечно припоминать будете?! - Но праведный возглас остался без ответа, Фениксиец уже был впереди, направляясь ко входу в главное здание.

Без труда открыв резные двери, что оказались не заперты, пара проникла внутрь. В широкой прихожей, так же не было ни души, лишь копошение насекомых. Чуткий слух примарха уловил присутствие массы мелких, отвратительных существ. Впрочем, то что породила Терра, было совершенно не примечательным в сравнении с некоторыми видами ксеносов. Одни мегарахниды с Убийцы чего стоят.

Но жуки были не единственным, что заметил Фулгрим. Запах свежей крови наполнял воздух, тянувшийся из комнаты на втором этаже. Сказав Хинако быть бдительнее, Фениксиец направился к его источнику. В полной тишине преодолев лестницу и коридоры, дуэт остановился перед одной из дверей, у которой даже простой человек мог ощутить нотки металла.

Стоило только распахнуть древесную преграду, как глазам гостей открылся вид на обычную комнату. Достаточно просторная, она освещалась лучами солнца, что было еще низко. Письменный стол, столешница, грузный шкаф для одежды и кровать. Ничего не цепляло взор, кроме последнего. На залитой кровью простыне лежало тело. Долговязое и не слишком массивное. Узнаваемая форма академии Хомурахара была надета на нем и была пропитана багровым. Бездыханный труп. И этот труп, никто не удосужился убрать.

-Как невежливо с вашей стороны, молодые люди. - Всего за миг, Разящий Огонь материализовался в руке Фулгрима. Лишь на секунду позднее, чем внезапно взметнувшаяся масса насекомых, будто живая глина, вылепила из себя фигуру старика. - Неужели простой старик, чем то вам не угодил. Или у вас есть ко мне срочное дело?

Первая мысль примарха была о том, что перед ним стоит еще один мертвец, только в разы более старый и сгнивший. Запах разложения и гноя ясно доносился от тела этого… существа. Само естество Фениксийца кричало о том, что это не человек. А он привык доверять чутью. Облаченный в хаори бурого цвета, словно обтянутый кожей скелет, опирающийся на трость. Не узнать его было невозможно, даже видя в первый раз. Мато Зокен. Болезненно древний маг, что цеплялся за свою нечестивую жизнь всеми силами.

-Твой внук лежит здесь мертвым, а ты… упрекаешь нас в грубости? - Искрящийся взор Фениксийца еще раз осмотрел старика. - Тебе нет до этого дела? - С пробирающим холодом в голосе, Фулгрим задал вопрос.

-Синдзи сам виноват в своей смерти. Сакура была в дурном настроении, вот и вспылила… слегка.

-Слегка?.. - Вопиющее пренебрежение родственными узами, едва не заставило примарха бросится на эту тварь, называющую себя человеком. Но слова сказанные им остановили гнев полубога. Чуть помотав головой, последний вернул ослабшее спокойствие и перешел к делу. - Сакура была здесь?

-Да… - Скрипучий голос приобрел оттенок веселья, сделавшись еще омерзительнее. - Вернулась как в бреду, бормотала что то. Видимо совсем устала, бедняжка, вот и захотела поспать. А ее брат додумался останавливать ее.

Психологическое состояние нестабильно. Импульсивность и вспышки агрессии. Физическое состояние неизвестно, но моторные функции доступны в достаточной мере. Короткий анализ завершился этими выводами.

-Тебе известно, что с ней происходит. - Это был не вопрос, а требование рассказать о сущности, захватившей невинную девушку.

-В некоторой мере… Ты хочешь услышать что именно? - В темных провалах глаз, в которых даже белки были посеревшими, появилось довольство. Зокен ждал именно этого момента, когда сможет ставить условия. - Ты должен понимать, что каждое знание имеет цену.

-Значит сделка. - Теперь ясно почему мастерская мага впустила вторженцев. Он хотел встречи с ними. - И каковы условия?

-Я расскажу тебе о сущности, захватившей Сакуру, а ты убьешь ее. Все просто.

-Зачем мне убивать невинное дитя? Она не виновата в том, что с ней происходит.

-Уверен? Думаешь… тьма может поселиться в сердце, в котором нет пороков?

Примарх не ответил. После этих слов, ему стало очевидна одна вещь. Мато Сакура хранила в себе нечто что позволило злу дать всходы. Изъяны, в которые проникло нечто, подобно вирусу, оказавшемся в кровотоке через открытую рану. Фулгрим прекрасно знал как происходит подобное, ведь и сам был подобном положении. Скверна может прорасти лишь в благодатной почве.

-Это ничего не меняет. Даже если Сакура не та кем кажется, она не заслуживает смерти. По крайней мере, пока ей можно помочь.

-О-о-о, я слышу долгожданный прагматизм. Признайся, ты думал о том чтобы просто убить ее, выбрать простое решение?

-Простое решение - не всегда правильное. - Примарх развернулся и вновь окинул взглядом бездыханное тело. По внешним признакам, можно было определить время смерти, не более получаса назад. Странно что Тацит не засек Сакуру через камеры видеонаблюдения. Похоже, даже затаившись, тень избегает света. - Порой, лучше выбрать сложное.

С этими словами, Фулгрим сделал шаг к юноше. Его безжизненно лицо, было искажено в гримасе страха, что он испытывал в последние мгновения своей жизни. Плоть в его теле оставалась разорвана, как если бы его подрал крупный зверь. Либо девушка уже полностью под контролем порчи, либо у нее была причина для подобного. Из небольшой лужицы, скопившейся на ткани неспособной больше впитывать кровь, Фениксиец зачерпнул ладонь багровой жидкости. Забыв о брезгливости, он испил ее, в очередной раз проявив одну из не самых человечных особенностей примархов и их сыновей. Омофагия, хоть и была полезна, но увидь ее простой человек - точно счел бы благородного астартес каким то чудовищем.

Ее редко применяли, не желая совершать подобное. Хотя были и исключения - Кровавые Ангелы. Еще до воссоединения с Сангвинием, их иногда называли Несмертным Легионом. Так было из за того, что павшие в бою легионеры возвращались вновь, неся смерть врагам. Лишь единицы знали правду. Избираемые случаем и определенными традициями, космодесантники пожирали мертвые тела собратьев, перенимая их опыт и память. Впоследствии, они брали себе их имена, тем самым продлевая историю. Не самое достойное проявление возможностей астартес. В какой то мере, физически, а порой и морально, их нельзя называть людьми. А биология примархов еще более… могущественна.

Белковые соединения, еще не успевшие потерять память крови проникли в организм сына Императора и творение гения Откровения начало извлекать память и ярчайшие образы. Смутное детство, где не было злобы и страхов, сменилось более поздними годами. Там наследник Мато узнал о том что лишен магического дара и не способен быть магом. Появление Сакуры и ее последовавшие тренировки. Живое море червей и личинок, врезавшихся в плоть и проникающих в тело. Проникающих всеми возможными… ходами. От увиденного, примарх испытал отвращение и еще большую ярость. Сотворить подобное с ребенком… человек не мог сделать этого. Словно отблеск генных культов Эры Раздора, идущих на любые методы ради создания чудовищ. Это продолжалось годами и Фулгрим ясно видел искры жизни, покидающие девушку, как и все светлое что было в Синдзи. Его поведения разительно менялось, загрязняясь неполноценностью и завистью.

Изначально встретивший Сакуру как сестру, он начинал ненавидеть ее. Издеваться, бить… насиловать. Этот недоносок не единожды надругался над сестрой Рин, а она даже не сопротивлялась. Просто не видела смысла, ведь это лишь очередная капля мук в ее жизни. Мертвые лавандовые глаза начали наливаться светом только после того как она начала общаться с Широ. Только рядом с ним Мато Сакура становилась человеком, а не сломанной куклой. Гнев охватил примарха, что отозвалось в реальности едва заметной рябью. Волны психической силы пронеслись по помещению, вызывая вибрацию.

-Мато… Зокен... - Изначально намерение выслушать Червя исчезло. Пусть его знания могли помочь, они не стоят даже того чтобы говорить с ним. Этот живой труп не достоин подобного.

-Что это было, Арчер? Что ты сделал? - Многолетний опыт подсказывал старику об опасности. Его гипертрофированный инстинкт самосохранения кричал.

Но не был дан ответа. Долю секунды примарх смотрел на того, кто не имел даже права дышать.

-Клянусь огнем, я оборву твою жалкую жизнь!

Взметнувшийся вихрь серебряного пламени резал глаза иссохшегося мертвеца. Половицы натужно заскрипели, а в комнате более не было слуги призванного Граалем в классе Арчер. Был лишь один из двадцати сыновей Повелителя Человечества.

Лишь Фулгрим Фениксиец.

Приносящий Воду.

И Приносящий Огонь.

Глава 26

-Фулгрим…

-В чем дело, Рин? - Удивленное лицо волшебницы, заставило Артурию задать вопрос.

-Он сражается.

Наследница семьи Тосака ощутила отток энергии, что явственно дал понять действия ее слуги. Со вчерашнего дня, он стал еще слабее. Если сравнивать с моментом призыва, разница была примерно десятикратной. Рин не понимала чем это вызвано. Словно… Фулгрим начинал обретать необъяснимую способность существовать самостоятельно. Ведь Гильгамеш говорил о некой силе примарха, той что дремлет и ждет своего часа. Возможно, нет, скорее всего это она.

-Можешь узнать где?

-Смутно… только направление.

-Так чего мы ждем? Нужно помочь учителю. - Сейчас, Широ имел ввиду не статус преподавателя в академии. Теперь это было нечто большее.

-Да…

****

Пламя. Бушующий огонь взметнулся к небесам, пересиливая свет солнца. Десятки людей видели, что крупное поместье семьи Мато горит. Вдалеке уже слышались сирены, что говорили о прибытии служб спасения. Многочисленные жители Фуюки стояли поодаль, страшась попасть под волны жара, источаемого пожаром. Но это было не все. В массивных языках пламени мелькал смутный силуэт, удивляющий своим размером. То в одном месте, то в другом, появляясь в объятых стихийной яростью окнах резиденции. Каким то неведомым чудом, она еще не обрушилась, хотя должна была, учитывая силу буйства пламени.

В четвертом году третьего тысячелетия, простым людям были доступны не слишком развитые устройства видеозаписи, но некоторая часть собравшихся начала снимать редкое событие. Может кто то и счел бы такое порицаемым, но это не слишком волновало тех, кто желал запечатлеть картину. Временами, рев пламени усиливался, а из разных частей поместья полыхали вихри, подобно солнечным протуберанцам. Наконец подоспели пожарные и тут же начали свою работу. Борьбу с самой страшной силой известной человечеству. Силой природы. Потоки воды из брандспойтов устремились к огромному костру, а команда в защитном обмундировании готовилась к проникновению и поиску выживших. Хотя, учитывая степень возгорания, их скорее всего не осталось.

Тут раздался громоподобный звук и стену второго этажа разорвало, словно от подрыва мощного заряда. На территорию сада, что так же был поглощен огнем, вылетел темный силуэт. Закутанный в беспросветные одежды, которые не могли осветить ни солнце, ни языки пламени, он врезался в землю. Но тут же вскочил, напугав наблюдавших людей. Костяная маска и неестественно высокий рост, вызывали страх и недоумение. Этот странный человек, каким то образом пережил пожар и не умер от такого полета. Вкупе с его внешность, он представлял собой загадку и повод для пробуждения подозрений в потусторонности происходящего.

Новый грохот привлек внимание толпы, тот был так силен, что перебил звук пламени. Громадная фигура, покрытая серебристыми языками энергии, молниеносным рывком приземлилась рядом. Скорость, с которой она переместилась, позволила глазу зацепиться за нее только когда она остановилась. Гигант, словно сошедший со страниц собрания мифов древности, закованный в пурпурную броню и источающий белесый свет. Последний был способен пробиваться через полотно огня, окружившего необычных существ. Стоя на широкой тропе, вымощенной каменной плиткой, они будто находились в оке бури. Стены ревущего пламени блокировали все направления, но это не волновало неизвестных.

От потоков раскаленного воздуха, платиновый водопад волос трепетал, но его владелец не подавал ни намека на боль. Стихия была ему не страшна. После приземления, он замер всего на миг и тут же ринулся в атаку. Человек в балахоне, лишившись возможности маневрировать среди стен крупного поместья, попытался уклониться, но ему не удалось. Вернее, не совсем удалось. Крайне быстрый взмах клинка, столь же пламенного как и пространство вокруг, кончиком острия рассек балахон в районе груди. Враг хитро извернулся и использовал ударную волну чтобы отлететь назад. Линия полета оканчивалась на дороге, выстроенной на скате холма. С него открывался прекрасный вид на утренний город, но группа простых прохожих и пожарных не могла насладиться им.

Едва не вывалившись за ограждение, человек в балахоне вновь поднялся на ноги. Все его тело было покрыто подпалинами и разрезами с почерневшими краями. Он, увидев нежелательных наблюдателей, тут же ринулся к ним, вместо тщетного противостояния, предпочтя взять заложника. Им оказалась маленькая девочка, которую мать уже хотела увести от страшного зрелища, но пришла в оцепенение от битвы. Откинув вскрикнувшую молодую женщину, носитель костяной маски прижал кинжал к шее малышки. Та не сразу осознала происходящее, но миг спустя, сдавленно запищала. Охваченная страхом, она была не способна на большее.

-Думаешь тебе поможет заложник, Ассасин? - Ясный голос разнесся по улице, чем заставил умолкнуть паникующих людей. При виде величественного великана, чей лик сиял холодным светом, каждый ощутил чувство преклонения. Страхи рассеивались, а сердца наполнялись покоем.

-Попробовать стоит. - В подтверждение своим словам, слуга кинжала прижал оный к тонкой коже девочки. Струйка крови прочертила дорожку, уходя за ворот милого розового платья. А следом, глаза невинного дитя принялись наливаться слезами. Ужас и дрожь, словно закупорили ее горло. Она едва могла дышать.

Но когда гигант перед ней посмотрел на нее, посмотрел прямо в глаза, дитя забыла о происходящем. Его нахмуренные брови и острый взгляд сменились теплом. Прекрасный великан улыбнулся ей, столь мягко и столь ободряюще. Он сделал несколько шагов вперед, дабы приблизиться к своему врагу и той, кого он взял в плен. Ассасин напрягся и уже хотел совершить отчаянную попытку отступить, но гигант остановился и присел на одно колено. Его пурпурные глаза, подобных которым девочка никогда не видела, заставляли погрузиться в них. Фигура существа, которое было слишком великолепно для того чтобы называться человеком, перестала исторгать из себя ярость серебряного огня, та сменились ласковым переливом стихии.

-Как тебя зовут, дитя? - Столь же мягкий голос донесся до девочки и до всех людей, завороженно стоящих вокруг. У них не возникло и мысли о том чтобы бежать, их сущности не страшились.

-М… Мию… - Заминка возникла не из за холодной стали, прижатой к горлу, но из за восхищения представшего перед ней. - Вы… боженька?

-Ха-ха, нет Мию, я не бог. Я человек, просто хорошо кушал. - Вопреки страшному положению, назвавшаяся девочка хихикнула от незамысловатой шутки. - И я помогу тебе, можешь не бояться. Ты ведь смелая?

-Дя! Мию смелая и не боится.

-Умница.

Ассасин напрягся всем телом, увидя что взор Арчера вернулся к нему. Пылающий пурпур, создавал веер света вокруг лика воина. Эта сила и была причиной призыва слуги теней. Хозяин дал ему указ - избавиться от необычного слуги, чья душа могла сжечь темную сущность. Избавиться пока он не вступил в силу. Этой ночью, Хассан Проклятой Руки не решился действовать, лишь наблюдая со стороны. Явление короля героев, как и немалое количество союзников аметистового гиганта стало причиной не предпринимать поспешной атаки. Тосака Рин, являлась приоритетной целью для устранения, но ее всегда защищали. А теперь, когда великан явился в дом червя и погрузил его в огонь, стоять в стороне стало невозможно.

-Я - Фулгрим Фениксиец и я покараю тебя, Ассасин.

-Если сделаешь еще шаг, девчонка умрет. Готов пожертвовать ей ради моей смерти?

Примарх не ответил. Он пристально наблюдал. Искал малейшие возможности и лазейки. Но скорость врага не позволит ему атаковать без риска для жизни заложницы. Сейчас, он мог только стоять и смотреть. Какой смысл от победы над темным слугой, если от этого оборвется жизнь невинной? Сын Императора мог одним ударом рассечь обоих, но он не пойдет на подобное. Он клялся защищать человечество и уже однажды нарушил эту клятву. Если нет крайней необходимости в жертве, он не принесет ее. Но еще он учил студентов академии Хомурахара тому, что ни один человек не имеет морального права подвергать риску нуждающегося в помощи. Действием или бездействием, потому… если возможности нет, ее стоит создать.

Из вспышки нематериальной энергии, за спиной Ассасина возникло две новые фигуры. Закованные в пурпурные доспехи, оба устремили свое оружие к врагу. Едва уловимым взмахом алебарды, Вергилий перерезал кинжал вместе с рукой врага. Идеальная точность и расчет траектории позволили оставить заложницу невредимой. Хассан совершенно не ожидал такого метода противодействия, потому и позволил поразить себя. Он видел, что один из воинов призываемых Фулгримом может телепортироваться, но его оружие слишком громоздко и разрушительно для спасения. Ассасин не мог предугадать возможность взять “пассажира”. Тем не менее, убийца справился с удивлением за долю секунды, резко смещаясь из под удара громового молота. Тацит был близок к успеху, но не преуспел.

Отпрыгнув в сторону толпы, противник уже хотел найти себе новый живой щит, но этому помешала поступь бронированных сапог. На невообразимой скорости, примарх оказался перед Ассасином, ведь начал движение единомоментно со своими сынами. Преградив путь врагу, он взмахнул клинком, отгоняя его еще дальше. В тот же миг, теневой слуга осознал патовость ситуации. Потому задействовал свою сильнейшую способность.

-Забания…

Скрытая балахоном гипертрофированная рука разметала чернильные полы, начав наливаться алым светом. Конечность пустынного дьявола явила себя и атаковала. Растянувшись, она устремилась к груди примарха, но тот не дал себя коснуться. Он уже понял что нельзя недооценивать разнообразие способностей слуг. Пусть и с трудом, но ему удалось сместить лезвие и выставить его на пути длани. Однако, Хассан не собирался сдаваться так просто, ухватившись за Разящий Огонь. Игнорируя обжигающее тело и душу пламя, убийца притянул самого себя к Фулгриму, по мере полета разжимая хватку и вновь направляя кисть к груди Фениксийца. Скорость примарха в истинной форме превосходила Ассасина, но не настолько чтобы успеть вновь защититься. Так думал слуга кинжала, но ошибался.

Смещая тело полукругом, выигрывая доли мгновения, Феникс выставил руку навстречу летящему врагу. Время замерло, когда лезвие пламенного клинка оказалось на пути. Но и сейчас, игнорируя неизбежность, Ассасин изогнулся и преодолел гибель. Пролетев мимо, прямо над головой Фениксийца, он описал дугу в воздухе и оказался за спинами людей. Грузно приземлившись, он задействовал все силы для побега. В этой битве, он лишился одной руки, а вторая была обожжена. То пламя, которое пробивалось из покрова оружия, жгло сильнее чем какое либо. Сорвавшись в бег, теневой слуга устремился в только ему известном направлении.

Фулгрим ясно слышал это, поняв что противник хочет уйти. Без сомнений, примарх решил следовать за ним. Мато Зокен сгорел в огне, стоило Фениксийцу только атаковать. Пусть был шанс, что червь выжил, но он не стоит потери из виду скрытного убийцы. Его навыки сокрытия могли оказаться фатальными. Нанеся удар из тени, он принесет непоправимый вред. На миг обернувшись и увидев как его сыны переходят в духовную форму, что придаст им большую скорость, глаз Фулгрима зацепился в завороженно смотрящую на него Мию. Ярко улыбнувшись девочке на последок, Феникс устремился в погоню, перемахнув через собравшихся людей. Взрывными толчками, примарх скрылся из виду почти сразу. Он скорее совершал длинные скачки, нежели бежал.

****

-Вот черт, он удаляется. - Рин почувствовала как ее слуга уходит из поместья.

Направившись на поиски, группа пыталась определить место, где находится примарх. Это было несколько схоже с игрой “Горячо - Холодно”, но она закончилась как только на горизонте показался столб дыма. На южной окраине Миямы, к небесам взвился грязно-черный поток, указывая на сильный пожар. Учитывая что Фулгрим был примерно в том направлении и то что он вел бой, не трудно было сложить два и два.

Два мага усилили свои тела и понеслись по крышам, стараясь не привлекать лишнего внимания. Им это удавалось, ведь Рин наложила простейшее заклинание отвода глаз. Пока их не станут искать целенаправленно, глаз обывателя за них не зацепится. Уже оказавшись ближе, Эмия и Тосака поняли какой именно дом горел. Это было поместье Мато, которое обернулось огненным цветком, от света которого холодное утреннее небо побагровело. С еще большим усердием, мастера стали выжимать из своих ног все что могли, но Артурия рассудила что можно сделать проще. Рывком взвалив на свои плечи молодых людей, маленькая и хрупкая девушка понеслась по крышам, даже не сбавив скорость. Зрелище было довольно комичным, учитывая разницу в размерах.

Взбежав по крутому склону, группа наконец оказалась на месте. Зрелище, представшее перед ними не могло оставить равнодушным. Вся территория поместья пылала и только массивные каменные заборы, не позволяли огню перекинуться на внешнюю территорию. Перед главными воротами, что были сломаны, собралась группа людей, стоящих как вкопанные. В их глазах до сих пор оставалось восхищение и очарованность. Рин сразу поняла, что они видели истинный облик примарха. В человеческой форме, его влияние проявлялось не так сильно, но когда простой человек посмотрит на величественного гиганта в искусных доспехах, то поразится этому зрелищу.

-Что ему нужно было в поместье Мато? - Рин начала строить догадки, пытаясь понять намерения ее слуги.

Никто не мог ей ответить. В этот момент, Артурия заметила странность. Поодаль от толпы, молодая женщина обнимала маленькую девочку, заливаясь слезами. Вероятно, ее дочь или родственница. Но странным было не это, а то, что девочка была спокойна. Маленький ребенок в розовом платьице не плакал и не дрожал. Тут из поместья вышла фигура. Цурукава Хинако, не проявляя беспокойства посмотрела в сторону. Королева рыцарей заметила крупные выбоины, оставшиеся на асфальте. Видимо, следы их знакомого великана. Черноволосая, переведя взгляд на прибывшую группу, направилась к ним.

-Доброго вам утра. Решили узнать чем занимается господин Фулгрим? - С невозмутимым видом, Хинако задала вопрос, не требующий ответа. Очевидным было незнание этой троицы, ведь увиденное заставило их удивиться.

-Цурукава… ты была с ним? - Рин, нахмурив брови, осмотрела их союзницу. Ни единого следа боя или даже потрепанности не было на ней, будто она и не выходила из пылающего ада.

-Верно, мы пересеклись и я решила помочь ему.

-Помочь в чем? - Что заставило Фениксийца броситься сюда без них? Что произошло прошлой ночью, пока все спали?

-Господин Фулгрим хочет узнать больше о сущности, захватившей Мато Сакуру, потому и наведался к Зокену. Результат перед вами.

-... А что ему предшествовало? - Артурия, взявшая слово, недоумевала. Ей было непонятно, как старый глава рода Мато, мог заставить примарха задействовать столько сил.

-Все началось с того, что некий Синдзи был найден нами мертвым. Как выяснилось, его убила Сакура. А Зокен хотел заключить сделку, знание в обмен на ее смерть. - Услышавший это Широ, ожесточился. Слыша, что кто то желает смерти дорогому ему человеку, было… не так просто сохранять спокойствие. - Но господин Фулгрим не согласился с ним, вместо этого испил крови того юноши, а следом… пришел в ярость и напал на мага.

-Омофагия. Фулгрим увидел что то в памяти крови. - Рин поняла что примарх решил узнать больше таким путем. Но что…

В разуме всплыла догадка. Сакура жила с семьей Мато долгие годы и постигала их магическое искусство, так должно было быть, в соответствии с договором. Но учитывая натуру магусов, а особенно Зокена, о котором нельзя было сказать ничего хорошего… -”Что ты пережила, Сакура?”

-А где он сейчас? - Королева, хоть и слушала разговор, заметила как та девочка смотрела на них. Однако, Артурия не придала особого значения этому.

-Оказалось, что Зокен был мастером Ассасина. Не того, которого призвала Кастер, а истинного, как я поняла.

-Фулгрим погнался за ним?

-Да. И уже находится весьма далеко.

Диалог прервался, когда к группе подошла маленькая фигура. Девочка, лет восьми, семенила ножками, вырвавшись из крепких объятий матери. Последняя с непониманием смотрела на действия своей дочери и уже последовала за ней. Светловолосая малышка, с двумя короткими косичками остановилась рядом.

-Вы друзья братика Фулгрима? - Звонкий детский голос вызвал недоуменные переглядывания. Артурия сделала пару шагов и присела на корточки, оказавшись на одном уровне с Мию.

-Да, мы его друзья. Ты что то хотела? - Перестав поддерживать стоическое выражение, воительница выказала доброжелательность и голосом и взглядом.

-Сестренка, передай ему это, пожалуйста. - Вытащив из волос небольшую заколку, в форме красного цветка, девочка протянула ее Артурии двумя руками - И скажите, что Мию очень благодарна братику. - Кажется теперь понятно, что произошло с… Мию. Фулгрим спас ее от угрозы.

-Хорошо, я обязательно ему передам. - Улыбнувшись, девушка погладила девочку по голове. - У вас очень хорошая дочь. - Эти слова были адресованы молодой женщине, подбежавшей к ним.

Позади, Рин думала о том, что им сейчас делать. Фулгрим не стал ждать восстановления от ран. Что то заставило его это сделать, но что? Еще и устроил бой в дневное время, собрав целую толпу свидетелей. Наблюдатель не оставит это без внимания. Да после такого, сюда могут направить отряд церковных чистильщиков с экзекуторами. Может даже похоронное агентство подключат, все же слуги угроза высшего уровня. Церковь и Ассоциация Магов составила договор, по которому первая следит за проведением ритуала. А вторая, обязана сохранять секретность и как можно меньше вредить простым людям. Только на таких условиях. А теперь, явление примарха на глазах жителей города, по сути, повод для очищения воспоминаний каждому.

Но это попросту невозможно. За событием могли наблюдать не только у ворот поместья, но и из окон соседних домов или просто издали. А сколько людей увидит преследование Ассасина Фулгримом, вообще исчислению не поддается. Чертов примарх, он ведь прекрасно знает о запретах и правилах, но просто игнорирует их. Хотя это не удивляет Рин, ведь он сын Повелителя Человечества. Единственный кого Фениксиец признает над собой, это Император. Правила кучки магов и жрецов, его точно не волнуют.

-Ситуация выходит из под контроля. Нужно как можно скорее найти Фулгрима и вразумить. Его действия несут слишком многие риски. - Рин была решительно настроена узнать о причинах поведения ее слуги.

****

Разум был как в тумане. Темные миазмы наполняли его. Образы болезненных воспоминаний проносились перед невидящими глазами. Сакура не знала что с ней. Сейчас, она даже не понимала где находится, сколько времени прошло и что вообще происходит. Последнее что помнила девушка, это как она пришла в себя рядом со своей комнатой. Усталость накатила на нее нестерпимым грузом и ей просто хотелось спать. Но дорогу преградил Синдзи. Она не слышала что он говорит, хотя понимала что он зол. Чем она снова разозлила его? Сакура не понимала. А потом… он затащил ее к себе и попытался… снова сделать это. А что было потом?

-Ты убила его.

Хор из шепчущих голосов дал ответ. Образ окровавленного брата появился в памяти. Девушка испытала страх и панику. В том море тьмы, в котором она начала смутно ощущать себя, появились всполохи алого света. Такого жуткого и свирепого. Лучей становилось все больше и они начали покрывать тело девушки, отдаваясь обжигающим холодом. Этот свет, будто будил в ней самые потаенные чувства. Темная, жестокая ненависть, которую Сакура скрывала даже от самой себя, распускалась как отравленный цветок. Яд просачивался в поры. Казалось, сама душа девушки кричала от боли и гнева.

В голове возникли вопросы, которые она давно перестала задавать себе, просто смирившись. Почему она? Почему отец бросил ее? Почему сестра не желает признавать их родство? Почему ей пришлось испытать все эти муки?!

Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему?

Почему?!

-Потому что мир погряз в грехах.

Вновь шепот донесся до разума.

-Он приносит только страдания… так зачем он нужен?

Верно… Если этот мир может лишь приносить боль, тогда от него нужно избавиться. В нем нет ничего кроме…

Новые картины воспоминаний пронеслись перед глазами. Она увидела юношу, что пытался всеми силами преодолеть препятствие. Увидела как он повредил руку и не мог участвовать в соревнованиях. А потом… вспомнила как пришла к нему с желанием помочь. Ей просто хотелось оказаться поближе к тому, кто не сдавался, как это сделала она. Он стал светочем в непроглядной пелене ее жизни. Во мрачной тьме своего будущего, она видела только страдания. Но он помог ей найти хоть каплю счастья.

-Ты считаешь, что дорога ему? Открой глаза. Все вокруг погрязли в грехе. Все они заслуживают только гореть. И он, просто притворялся. Все вокруг лгут. Все должны умереть.

Да… Все должны… Умереть.

Умереть. Сдохнуть! Страдать, как страдала она!

-Да. Так и нужно. Просто прими себя… Прими меня.

Сакура видела фигуру перед собой. Словно отражение самой себя, но… другую.

Смелую. Сильную. Безжалостную.

Такую, какой несчастная девушка хотела стать.

-Но сейчас, мы слабы. Нам нужно поесть и слуга уже ведет к нам прекрасный обед.

Во тьме показался горящий силуэт. Он пылал силой и мощью. Такой яркий и… аппетитный. Серебристые всполохи пламени вырывались из его сущности, запертые внутри. От них было неприятно. Если они освободятся, то принесут много боли. Нужно начать действовать раньше. Сожрать. Поглотить. Сделать частью своей силы.

Ведь сила… позволит изменить ненавистную судьбу, которой ее одарили те, кого она считала самыми близкими на свете.

Глава 27

-Цурукава, почему ты остановилась? - Группа из мастеров и слуги уже направлялась туда, где Рин ощущала присутствие примарха. Чутье подсказывало, что им стоит торопиться, потому неожиданная заминка и вызвала негодование.

-... Ничего серьезного. - Хинако бросила взгляд на небо, хотя смотрела не на него.

На краткий миг, она почувствовала едва заметную вспышку активности во вратах. Она поддерживала их открытыми, потому как это было проще, чем открыть их заново. Течение Варпа без труда сдерживало естественное желание материального барьера реальности стать цельным. А вот создать новый прокол было уже сложнее. Та кто носила личину смертной волшебницы пыталась узнать, чем вызвано такое ощущение, но ей это не удавалось. Здешний Океан Душ был спокоен, что совершенно непривычно. Он казался даже скучным, ведь не был наполнен отголосками сотен веков разумной жизни и квадриллионами теней, отбрасываемых человечеством и иными расами.

В этой тихой заводи, внезапное появление некоего волнения легко угадывалось, но, по неизвестной причине, все исчезло. Темная богиня, а вернее ее отдельная аватара, принялась рассуждать, кто мог последовать за ней сюда. Вряд ли это были ее сородичи, они не смогли бы увидеть ничтожный отток в их царстве. Может случайный нерожденный, поддавшийся любопытству. Однако, подобная сущность была бы замечена в миг, потому и это маловероятно. Тогда кто? В этом мире ничто не может заинтересовать существ Имматериума, помимо Фулгрима.

-”Кто то хочет забрать его у меня? Нет! Не позволю! Он моя игрушка, он принадлежит мне!”

Примарх Фулгрим… Истинный, а не ложный, станет ее величайшим чемпионом. Тот кто мнит себя таковым сейчас, хоть и называет себя именем Феникса, но Слаанеш прекрасно знала лживость его слов. Это просто осколок великой души, слившийся с одним из ее детей. Настоящий примарх пропал, картина перестала быть ему тюрьмой. Даже Темный Принц не сумел уследить за ним, словно его стерло из реальности и нереальности. Это ужасная потеря, ведь мощь демонического примарха была лишь подобием той, которую мог обрести третий сын Трупа на троне. Весьма иронично, учитывая что остальные его падшие братья, понятия не имели о том что им никто ничего не давал. Хаос одарил их, это бесспорно, однако, каждый из них просто был освобожден из оков смертной плоти. Тот вороненок тому подтверждение. Оказавшись в Оке Ужаса, он сумел понять это и обрел силы, позволившие ему победить Уризена.

-Цурукава, у нас нет времени!

Та-Что-Жаждет перевела взгляд на наглых смертных, посмевших ей приказывать. Такие чистые, такие праведные. Они отказывались принимать свою сущность, ту, что скрыта в любом разумном существе. Подавляли желания и отказывались от удовольствий. Хинако не стала показывать жалким людишкам, как опрометчиво такое отношение, еще рано. Суть Фулгрима начала просыпаться и даже если попытаться наполнить его своей благодатью, это не принесет ничего. Он более не подвержен влиянию Хаоса, подобно своему отцу. Не удивительно, ведь он - частичка души Императора. Эта троица стали ему друзьями, навредив им, она поставит крест на возможности переманить примарха на свою сторону. Стоит подождать.

-Прошу прощения, госпожа Тосака. Мне просто показалось.

-Сейчас не время отвлекаться.

-Еще раз прошу простить. - Слегка поклонилась девушка. Собеседница отвернулась от нее и на всей скорости устремилась в сторону Храма Рюдо. Именно там ощущался Фулгрим.

****

-Довольно бегать, Ассасин. - Фениксиец смотрел на белую костяную маску своего врага, что остановился на берегу озера.

Хассан не ответил. Вместо этого, он напряг тело и встал в стойку. Весь вид теневого слуги кричал о готовности биться. Однако, именно это вызывало опасения, ведь уже стала очевидна неспособность противостоять примарху. Оный бегло осмотрел место в которое его завел противник. Овальное озеро за Храмом, что блистало лазурной гладью. Это было прекрасное зрелище, от которого Фулгрим мог ощутить желание написать пейзаж, если бы не ситуация. Фениксиец вскинул клинок, на что тот отозвался ревом пламени. Ассасин задумал нечто неизвестное, потому необходимо повысить бдительность.

В свободной руке примарха материализовался плазмоган, негромко загудев, создавая обманчивое впечатление слабости. Последовавший залп малых сгустков плазмы, заставил Убийцу судорожно уклоняться в попытке избежать странного голубого огня. Инстинкты, а следом и ощущения, говорили об их опасности. Фулгрим, не зная плана Ассасина, решил держать его на расстоянии, пока не появиться что то, что поможет понять больше. Точные выстрелы примарха заставляли Хассана задействовать все свои способности, дабы не превратиться в выжженный кусок плоти. Слуга понимал, что так продолжаться не может, ведь у него есть очевидная миссия, переданная хозяином. Описав полукруг, теневой слуга изменил расстановку сил. Теперь, Арчер этой войны стоял спиной к озеру и не сводил прицел оружия с Хассана.

-Забания! - Рука, что сейчас была еще чернее чем должна, метнулась с ошеломляющей скоростью, метя в грудь примарха.

Фулгрим без труда отбил атаку, вновь опалив Убийцу пламенем. Но тот не стал отступать. Напротив, он бросился в яростную схватку. Петляя и меняя траекторию, он предпринял тщетную попытку запутать примарха. Тот без усилий просчитал намерения врага и ответил волной белого плазменного огня. Мельта хорошо показала себя, но и этого было мало. Обезумевший слуга, игнорируя обширные ожоги и обращенный в пепел балахон, кинулся на Фениксийца. На миг опешив от такой неистовости, последний сделал шаг назад, дабы стойка приобрела большую твердость.

Фениксиец, пытаясь понять планы противника, пришел к выводу, что тот желает заманить его куда то. Целенаправленно сместившись, Ассасин развернул Феникса спиной к озеру, но зачем? Вдруг, голову пронзила пульсирующая боль, распространяющаяся от правого глаза. Краем сознания, Фулгрим ощутил нечто темное и гнилостное, наполняющее линию на веке. Всего миг понадобился, чтобы вспомнить. Именно там его рассекла одна из лент тени. Простейшие выводы, последовавшие за этими открытиями, побудили примарха совершить рывок вперед, как можно дальше от озера… но было поздно.

Подобно загадочному морскому чудовищу, теневые кнуты обернулись вокруг бронированных стоп, начав утягивать Феникса в пучину блестящих лазурью вод. Но в их глубинах скрывалась тьма. Тьма стремившаяся поглотить благородного сына Императора. Тот, приложив все свои могучие силы, не поддался. Его тело окутали языки эфирного огня, что жгли живую тень, как ярость сверхновой. Даже множественные новые ленты, не могли бы справиться с волей примарха, но это и не требовалось. Пропитанная злом конечность, наконец коснулась груди аметистового гиганта. Рука пустынного дьявола свершила задуманное ее обладателем.

Ассасин, едва способный стоять на ногах, тихо посмеялся. Смех его был наполнен мрачной злобой и предвкушением. За секунду, в его ладони оказалось огромное призрачное сердце, что яростно билось, извергая из себя слепящий свет. С болезненным шипением, Хассан зажмурил глаза, но это не помешало ему исполнить волю своего хозяина. С немалым усилием, но ему удалось раздавить сердце Фулгрима. Нематериальная кровь начала стекать по длани Убийцы ярким потоком. От чувства того, как в его груди разорвалось сердце, Фениксиец не сумел сделать вдох. Всего миг потребовался бы на то, чтобы прийти в себя и дать организму переключиться на использование второго… но этого мига оказалось достаточно. Почуяв слабость, ленты теней окутали почти все тело примарха и начали проникать вглубь. На пределе сил, сущность рывком потянула Феникса в водную пучину.

Фулгрим ощущал холодящий жар, пронизывающий все его тело. В разуме стал возникать отдаленный шепот, слова которого невозможно было разобрать. Охваченный гневом, от столь знакомого и столь ненавистного чувства, могучий сын Владыки Людей, взорвался пламенем, едва не сжигая темные оковы. Но этого оказалось мало, ведь все новые цепи вырывались из глубины, пеленая массивную фигуру примарха. Но его силы не иссякали. Яростно и неумолимо, он рвал ленты. Жег их всей полнотой своего гнева. Сущность, пытавшаяся поглотить праведный дух Феникса, явственно ощущала… ей не победить. Несокрушимая воля примарха, ни на единый миг, не давала шанса проникнуть тьме.

****

-”Что за чудовище?”

Сакура не знала что ей делать. Тот, кто должен был стать ей пищей, мог перебороть ее влияние. Выйти победителем из битвы, в которой не мог победить никто. Ибо она должна была извратить сущность, обернуть свет непроглядной теменью. Но ничего не удавалось. В этом человеке не было ни зла, ни пороков. А человеке ли? Душа этого героического духа, отдавалась слишком великим светом, чтобы называть его таковым. Слишком… совершенным.

-”Нет. У каждого есть слабость. Нужно найти изъян. Хватит даже самого малого, только бы отыскать его”

И он был. В самых глубинах пламенеющей сущности Фениксийца, зияла кровоточащая рана. Сколь много горести и боли изливалось из нее. Какое отчаяние и муки хранила она. Превосходные чувства.

Тут же, стоило заметить слабость, тьма хлынула в нее полноводной рекой. Она проникала внутрь, все глубже и глубже. Она видела истоки этой трещины, прочертившей душу Феникса. И она воспользуется этим.

****

-Фулгрим… Фулгрим!

Затуманенный разум примарха с трудом отзывался. Глаза распахнулись и он увидел помещение, заполненное учебными столами и учениками. Молодые и воодушевленные, они с беспокойством смотрели на него. Переведя взгляд в сторону, перед Фулгримом предстало лицо Артурии. Брови были нахмурены, а в глазах стоял немой вопрос.

-Артурия… Что происходит?

-Это ты мне скажи. Сейчас идет занятие, будь добр веди себя соответствующе.

Урок? Урок… Занятие этики. Точно. Он ведь… учитель.

-Брат.

Двери классной комнаты распахнулись и в них вошел тот, кого Фулгрим уже никогда не надеялся увидеть. Его грубое лицо, будто вытесанное из камня, несло следы беспокойства. Его глаза, что были похожи на озера расплавленного металла, смотрели на Фениксийца. Взгляд последнего зацепился за блеск, который создавали руки… железные руки.

-Феррус…

-Что с тобой брат? Словно призрака увидел, неужто зрение подводит? - Даже его шутки, такие неуклюжие и простоватые. Перед Фулгримом стоял его самый близкий друг. Самый возлюбленный брат. Феррус Манус. Владыка Десятого Железного. Тот… кого Фулгрим убил собственными руками.

-Брат! - Со всей доступной силой, Феникс устремился к нему и заключил в неразжимаемые объятья.

-Фулгрим? С чего ты так… расчувствовался? - Феррус не спешил вырываться, ему просто было непонятно, с чего это Фениксиец повел себя в несвойственной ему манере.

-Феррус…

Точно. Они ведь учителя в этой академии. Он и его братья. А владелец и основатель учебного заведения их отец. Император.

Император… директор? Что за чушь? Он тот, кто повелевает родом людским. Ведет его к свету Истины! А его сыны, великие примархи, завоевавшие галактику во имя его мечты.

Но ведь… это так. Он всегда жил в этом мирном городке, вместе со всеми. Ни о каких войнах и речи не шло.

-Сын мой, что с тобой?

В коридоре показался новый гость. Окутанный теплым светом, он улыбался любящей улыбкой. В его глазах была забота и беспокойство за любимого сына.

-Отец?

-Да, Фулгрим, это я. Что случилось? Тебя что то тревожит?

Голос, внешность. Все это было так как он помнит. Все… кроме любви. Отец никогда не демонстрировал ее так открыто, словно обычный человек. Такого не бывало.

-Нет… нет. Вы все… кто вы?!

Примарх резко разжал объятья, в которых держал Горгона и резко разорвал дистанцию.

-О чем ты, Фулгрим. Что за вопросы?

-Да, Финикиец, ты кажется слегка не в себе. Масляной краски надышался, что ли?

Белокурый, голубоглазый мужчина возник как из ниоткуда. Волчий Король. Леман Расс.

-Брат Фулгрим..

-Брат…

-Фулгрим…

-Братец…

Все больше голосов возникало вокруг. Все они были знакомы и принадлежали сынам Императора.

Хорус. Сангвиний. Лев. Магнус. Мортарион. Ангрон. Лоргар. Каждый из его братьев.

Все они с беспокойством взирали на Фулгрима, всем видом выказывая желание помочь.

-Фулгрим. - Тонкая ладонь легла на плече. Артурия смотрела прямо в пурпурные глаза Фениксийца. Изумрудные омуты, такие чистые и яркие, полнились волнением. - Мы можем помочь?

Артурия. Фулгрим помнил что она сделала для него. Помогла справиться с болью. Найти в себе силы.

В разуме пронеслись воспоминания об их встрече. О Войне Святого Грааля. О Темном Принце. Словно бурлящий поток, они вернулись и дали понять истину. Все происходящее - просто иллюзия, созданная той нечестивой сущностью.

Фулгрим сжал кулаки от гнева. Волны психической энергии пронеслись вокруг, разрывая обманчивую реальность вокруг. Гнев Феникса выжег этот лживый мир, явив непроглядную черноту, в которой он сейчас находился.

-Презренная тварь! Как ты смеешь порочить память о моих братьях и Отце!

Дрожь была ему ответом. Серебряное пламя осветило пространство, заставив сущность издать пронзительный вой. Ее боль отдавалась рябью во тьме. Казалось, сейчас он освободиться от оков, сбросит покров гнилостных миазм, пронизывающих его тело. Но, вместо этого, картина сменилась.

На выжженных полях пустынного мира, там где впервые столкнулись легионы Ангелов Смерти Империума, стоял примарх. Его истинный облик вернулся к нему, но вместе с этим, вернулось и ощущение неправильности. Сейчас, он прекрасно понимал, что все вокруг - обман. Но перед ним возникли лица. Сперва десятки, потом сотни и, наконец, тысячи. Отец, братья и сыновья Фениксийца. Все они с яростью и презрением взирали на Фулгрима. Все они… желали ему смерти.

Огромное, неисчислимое воинство бросилось на него. Обуреваемые гневом и ненавистью, астартес и примархи атаковали. Неудержимый поток стали и огня захлестнул Феникса, но он не отступил. Он понимал, что это просто лживые фальшивки, не имеющие отношения к настоящим личностям. Взмахнув Разящим Огнем, он рассек одного из Детей Императора. Простой легионер, по имени Отерн. Уроженец Кемоса и один из тех кто последовал за Фулгримом по пути предательства. Следом, пылающий клинок низверг другого. Затем еще одного. И еще. И еще…

Имена мелькали в памяти, ведь примарх помнил каждого своего сына, каким бы званием и опытом тот не обладал. Он знал сильные и слабые стороны каждого, их характеры, их желания. И с каждым убитым, он не мог не испытывать боль. Не от того что убивает эти иллюзии, но потому как знал простую правду. Все они - пали по его вине. В очищении на Истваане или в бездне соблазнов и темных удовольствий. А когда Фениксиец схлестнулся со своими братьями, те яростно кричали проклятия на его голову. Каждый проклинал его, называл предателем и братоубийцей. Эти фальшивки не имели силы, подобной оригиналам, потому… и они сгинули на острие клинка. Но сражение не заканчивалось. Иллюзии не исчезали, лишь являлись вновь, дабы умереть от того, кто приходиться им отцом или братом.

Время шло медленно, но все равно, для примарха словно минула целая вечность. Он уже не ощущал своего тела, только кровь и дым. Эфирный огонь, что неизменно окутывал его фигуру, ослабел. Это место стало настоящим воплощением ада для Фениксийца. Он не мог избавиться от мучений, видя лица тех, кого подвел.

-Предатель!

-Отступник!

-Почему ты отвернулся от нас?!

-Почему ты отвернулся от своих сыновей?!

-Ты подвел нас, Фулгрим!

-Ты подвел своих братьев!

-Ты не достоин быть моим сыном.

-Ты не достоин!

Не достоин…

Кровь продолжала течь. Эти фантомы не были способны навредить. Не были способны победить. Но…

-Простите…

Чистые слезы, тонкими дорожками чертили линии на щеках Феникса. Его лицо обрело пепельный цвет, подобный тому, во что он обратил все что было ему дорого. Все что он предал огню.

-Простите…

Битва была нескончаема. Как и мучения того, кто столкнулся со своим прошлым. Со своими ошибками. Ведь он действительно не был достоин искупления. Не был достоин идти по пути к совершенству.

****

-Чт…

-Тосака? - Широ увидел как Рин остановилась как вкопанная. Невидящим взором, она смотрела на лазурную гладь озера, что было уже с паре сотен метров. Среди просветов между деревьями, оно сияло отблесками солнечного света.

-Связь… исчезла.

Послышался грохот. Присутствующие сразу узнали этот звук. А громогласный рев, наполненный ненавистью и гневом, избавил от последних сомнений.

-Где мой примарх?! Отвечай мне, Ассасин!

Вергилий и Тацит, хоть и перешли в духовную форму, не сумели поспеть за своим Лордом, потому и прибыли позднее. Сейчас, глава Гвардии Феникса обрушивал свою ярость на теневого слугу. Тот и без того был ранен, потому быстро уступил воину, рожденному для войны. Высокая и тощая фигура, лишенная своего широкого плаща, лежала на земле, а ее грудь была пронзена светящейся алебардой. Керамитовый гигант нависал над ним, подобно немезиде. Алые линзы сверкали, а громоподобный голос Анусорана сотрясал все вокруг.

Тосака, хоть и была шокирована, устремилась к берегу озера. Показавшись из чащи леса, она тут же привлекла к себе внимание. Вергилий и Тацит, стоящий рядом, окинули волшебницу взором, только для того чтобы продолжить допрос. Они ясно чувствовали что Фулгрим был здесь и исчез, также, здесь.

-Вергилий… Моя связь с Фулгримом… пропала. - Рин ощутила на себе пронизывающий взор одного из Двух Сотен. Древний легионер смотрел прямо на нее и не выказывал желания принять ее слова за шутку.

Ответ разгневанного сына Феникса был прерван. Из чистых вод, начала подниматься фигура. Колосс, чье величие могло заставить пасть смертных на колени, выходил из воды. Приносящий воду, Фулгрим Фениксиец, рассекал массу воды, все больше показываясь глазам наблюдавших. И последние… содрогнулись от шока.

Великолепные платиновые волосы примарха… утратили блеск. Ныне, они были похожи на нити застывшего пепла. Его доспех, являющийся произведением искусства, покрывался алыми прожилками. Словно обнаженные вены, они пульсировали кровавым светом. Даже ясное утреннее солнце, было не способно побороть это нечестивое сияние. Но более всего, выделялось лицо сына Императора. Оно было безжизненным. Ни боли, ни борьбы, ни осознанности не содержало оно.

-Фулгрим… - Артурия, видя своего друга в таком состоянии, испытала подлинный страх. То во что он превратился, слишком сильно напоминало о сущности, сбежавшей прошлой ночью. Услышав голос Королевы, Фениксиец слегка дрогнул, но лишь для того что бы вновь застыть

-Мой Лорд… - Необычайно тихий и неуверенный голос Вергилия, повторно разорвал тишину. От него, отец гвардейца также вздрогнул, но, как и прежде, остался неподвижен.

Из воды озера поползли темные ленты. Текучие и обманчиво мягкие, они начали сплетаться в новой фигуре. Всего за миг обретя форму, явившееся существо подало голос.

-Как много людей пришло поприветствовать меня. Я польщена. - С жестокой улыбкой и глазами, горящими холодом, эти слова произнесла юная девушка.

Обладающая пепельными волосами, облаченная в черное подобие платья, состоящее из знакомых лент, она была узнана всеми. Мато Сакура. Сестра Рин и близкая подруга Широ, скорее даже член семьи. Ее глаза, лишились оттенка нежной лаванды, приобретя пугающий, бордовый оттенок, остро взирали на мастеров.

-Сакура, ч-что с тобой… произошло? - Голос Рин дрожал. Она не могла поверить в происходящее. Слишком сложно было осознать истину. Истину, что была более чем очевидна.

-... Сестра… Как же тошно видеть тебя. - Обманчиво вежливым тоном, Сакура поприветствовала наследницу семьи Тосака. Семьи, частью которой когда то была и говорящая это. - Мне даже не хочется знать, зачем ты здесь и зачем играешь эту роль.

-К-какую еще роль?!

-Роль любящей сестры. - Любезно и, даже, весело, произнесла Мато. Но тут же изменила отношение. - Поздновато… не думаешь? - Ледяной голос Сакуры, пробрал Рин до марашек. Ей резко стало тяжело дышать, а тело потеряло чувствительность.

-Сакура, мы знаем, что с тобой происходит! Мы хотим помочь! - Широ, наконец отбросивший оцепенение, с силой прокричал это. Однако, его кохай чуть поморщилась от громкости.

-Сенпай, я рада что ты делаешь вид, будто заботишься обо мне, но хватит лгать. Я не верю тебе, ведь такая как я не могла стать тебе дорога. Ты просто… обманщик. - Эмия хотел возразить. Высказать то что думает на самом деле, но… - Довольно! Сакура больше не станет слушать вас. Вы все… просто лжецы!

Она повернула голову в сторону стоящего рядом Фениксийца. Фулгрим был подобен статуе самого себя. Неподвижный. Безмолвный. Безжизненный.

-Фулгрим… Думаю, стоит начать. Принести возмездие всем, кто его заслужил. - Но примарх не отвечал и не выказывал реакции. - Тц. Ну что за напасть. Я приказываю тебе, Фениксиец, как твоя хозяйка. Уничтожь их! - Тут, Сакура задумчиво подняла взгляд. - Хм… нет, постой. У тебя ведь есть кое что очень интересное. Да, так будет даже лучше. Ты слушаешь меня?!

Сакура начала покрываться алым светом, от задействованной силы. Ее гневный взгляд был направлен прямо на гиганта, выше ее более чем в два раза. Но, даже так, она без страха подошла к нему и приложила ладонь к бронированному бедру.

-Как много с тобой хлопот. Я даю тебе приказ, Фулгрим…

Тело примарха вновь дернулось. На его лице промелькнул гнев, но тут же схлынул. Его глаза, один из которых, тот что был пересечен пульсирующей алой линией, был тусклого желтого цвета, сфокусировался на девушке. Она стояла прямо рядом с ним, зная о том кем он является и зная, что он не стал ей слугой. Лишь тело его удалось подчинить, погрузив разум и душу в пучину отчаяния. Если бы не та рана, душа Феникса сломила бы все путы. Просто сожгла бы Сакуру, но ей очень повезло. И теперь…

-Призови свой легион…

Глава 28

Пламя. Оно заволокло все что могли увидеть глаза. Яркий день и теплое солнце уступили, словно устрашась того, что грядет. Столб серебряного огня взвился к небесам, бушуя и ослепляя. Гул эфирной энергии оглушал. Все присутствующие, возможно самой своей душой, ощутили мощь падшего сына Императора. Он стоял на том же месте, не сделав ни единого шага. На его лице виднелась борьба. Глаза не несли ни единого проблеска осознания, и даже так, его воля не желала сдаваться. С силой сжимая зубы, Фулгрим противился. Всеми силами. Но его дух, будучи подавленным нестерпимым грузом сожалений и боли, не выдержал.

Уста примарха зашевелились. Неестественным, скованным движением, они изрекли из себя слова. Те, что в былые времена вызывали восхищение и почитание у всех людей. Два слова, в которых был сокрыт великий свет и всепоглощающая тьма.

-Легион… Феникса…

Тихий голос, в котором сложно было узнать ясный и мелодичный голос Фулгрима, прозвучал. Он заглушил все звуки, столь велико было его влияние. Пламенная колонна начала разрастаться от верхнего предела, заменяя собой небесный свод. Каждый, кто мог видеть - видел. Каждый, кто мог чувствовать - чувствовал. Где бы они ни были, как бы далеко не забрались, все ощутили сошествие Ангелов.

Ангелов Смерти.

Огненные кометы пали оземь, вырываясь из шторма силы их примарха. Каждая из них несла в себе могучую душу. В считанные мгновения, они преодолели расстояние и с грохотом рухнули. Группа мастеров и слуга, увидели гигантов, подобных Вергилию и Тациту. Они стояли на коленях, тратя секунды на то, чтобы прийти в себя. Но стоило только им сделать это и воздеть головы…

…Как они взревели.

Огненный дождь не прекращался ни на секунду, весь берег озера усеяли легионеры. Лес вокруг начало охватывать пламя от приземлившихся там серебряных снарядов. Море пурпура покрыло все видимое пространство. Артурия могла бы сказать, что сыны Фулгрима уже насчитывали собой более десяти тысяч астартес. И их число только росло.

Золотые орлы украшали их нагрудники. Геральдика легиона, так знакомая Рин, бросалась в глаза. Она ощутила страх. Если один Вергилий мог на равных сражаться с героическими духами, то насколько же велика угроза от тысяч подобных? Но эти мысли, которые только начали формироваться в сознании каждого, прервались от новоявленного зрелища.

Вместо того чтобы атаковать, Дети Императора начали бойню. Одни, с невообразимыми криками ненависти, бросились на других, тех что не встали с колен. Последние, содрогаясь всем телом и извергая мучительные вопли агонии, остались неподвижны. Даже когда братья рвали их на части, рубили мечами и жгли. Использовали любые орудия что оказывались в руках. Страдания и боль наводнили все на многие сотни метров. Поле и лес превратились в арену, на которой преданные несли возмездие предавшим. И последние, не смея сопротивляться, оборачивались вихрями пламени и рассеивались в воздухе, после уничтожения.

Схватка воинов, что могли покорять целые миры, сотрясала землю и небо. Скрежет металла и рев орудий создали невообразимую какофонию, что проникала в сознание каждого. Юноша, даже не смотря на то, что видел память алебарды Феникса, не сумел сохранить спокойствие. Величайшие воины человечества демонстрирующие всю свою ярость и необоримую мощь… Это не зрелище для неподготовленного ума. Юная же волшебница, смогла остаться в несколько более холодном рассудке, потому заметила происходящее в оке пламенной бури.

На берегу испаряющегося озера, Фулгрим стоял неподвижно. Целые лавины плотного белого пара огибали его, не касаясь ни примарха, ни той, кого он вынужден защищать, по воле злого рока. Фениксиец сохранял мертвенную маску и никто не мог увидеть на его лице даже единого проблеска жизни. Никто кроме Рин. Она видела его историю. Видела картины, в своей кошмарности, превосходящие все что делало ее человечество прежде. Войны неописуемых масштабов и уничтожение целых миров. И все это, глазами третьего сына Императора. Она достаточно хорошо знала его, что бы различить скрытое и разоблачить незримое. Фулгрим, Приносящий Воду, испытывал неописуемую боль от происходящего. Этому не мешало даже безмолвие его сознания, ведь если бы не этот факт, примарх никогда не допустил бы подобного. Рин верила в это. Верила и знала, что ее примарх не настолько слаб, чтоб поддаться сквере вновь.

Артурия смотрела и испытывала противоречивые чувства. Фулгрим, друг которого она обрела в этой войне, пал вновь. Может не разумом, но телом. Вынужденный стать рабом темной сущности, овладевшей невинной девушкой. Вопреки тому как повела себя Сакура, Королева не испытывала к ней ненависти, лишь сострадание. Дева неотрывно смотрела на колосса, покрытого кровавыми токами. Ее нечеловечески острое зрение уловило деталь в образе примарха, деталь которую заметила только она. Из единственного пурпурного глаза Фениксийца вытекали слезы, что иссыхали в миг, под давлением бушующего вихря пламени.

На поле кровавой битвы не стихали вопли. Чуждые в своей неистовости, крики благородных Детей Императора оглашали пространство. Их эхо слышалось даже в городе, где простые люди метались в ужасе от монументального столба пламени и огненных комет, орошающих землю подле него. На этом поле пропитанном ненавистью, начали находиться те, кто сумел разглядеть фигуру своего примарха. Эти легионеры пришли в еще большую ярость, стоило только осознать кто стоит перед их глазами. Казалось это не возможно, но так оно и было. Сыновья направили свои клинки на отца.

-Что происходит, Фулгрим?! - Пронзительный крик Сакуры, чье лицо исказилось в гневном удивлении, дошел до ушей примарха. - Что творят твои легионеры?! - Но он не отвечал, только безмолвно смотрел на приближение своих сынов, которых подвел.

Воины закованные в керамит, словно дикие звери набросились на своего примарха, в надежде растерзать и отомстить. Это единственные желания, которые могли зародиться в их раскаленном ненавистью сознании.

-Что ты стоишь столбом?! Убей их! - Алое свечение, знаменующее высвобождение нечестивой силы, заставило тело примарха прийти в движение.

Одним широким взмахом руки, он откинул своих легионеров, подобно игрушкам. Их тяжелые тела отлетели и взрыли землю, начавшую устилаться пеплом. Очаги возгорания, появляющееся в результате падения огненных комет, уже размножились и превратили тихий берег озера в пылающее поле боя. Столь кошмарное и столь привычное для воинов человечества. Новые атаки своих сынов прерывались так же, как и первая. Дух Разящего Огня ревел от гнева. Языки его пламени тянулись к поработительнице его хозяина, но последний не мог противиться ее воле. Вернее, не в полной мере.

Вопреки приказу, за несколько минут боя, ни один из Детей Императора не был сражен отцом. Его тело беспрестанно пыталось совершить убийственный выпад, но каждый раз прерывалось, отказываясь выполнять команду. Это не остановило охваченных ненавистью астартес и те продолжали атаковать. Их количество все росло, все больше из них забывали о предавших братьях, замечая своего прародителя. Выстрелы из болтеров, залпы ракет и даже плазменные потоки. Все шло в ход и наносило раны, что затягивались в считанные секунды. Новый источник энергии даровал регенеративной способности примарха еще большую величину.

-Мой примарх! - Вергилий дрожал от гнева и растерянности. Его Лорд, его Отец, стал марионеткой врага. Гвардеец не знал как ему поступить, ведь обратить оружие против Фениксийца это… немыслимо. Это противоречило всем клятвам и его долгу, как члена гвардии Феникса. Но его мысли прервала атака одного из братьев.

То был воин, в густо украшенной броне. С неодолимой силой и мастерством, он рассекал падших Детей Императора и прорубил себе тропу, выводящую его к Анусорану. Длинный черный клинок, созданный из чуждого материала, едва не пронзил сердца Главы Гвардии Феникса, но тот виртуозно парировал удар. Всего миг понадобился на то, чтобы узнать кто это был. Лорд-Командор Абдемон. Один из Двух Сотен. Древний и прославленный легионер Третьего. Прекрасный мечник и мудрый стратег. Он и Вергилий, когда то приветствовали своего примарха на Кемосе и именно они стали столпами на которых легион возродился, вместе с каждым пережившим темнейшие времена. Старые друзья и верные братья. Вот кем они были. Но теперь… Лорд-Командор, что погиб на полях Истваана, желал уничтожить Вергилия. Он учуял верность ненавистному Фулгриму в душе Анусорана. То, что они в былые времена именовались Герольдами Императора и пережили все войны и испытания вместе, потеряло всякое значение.

-Абдемон… Брат, очнись! Я не желаю сражаться с тобой! - Отражая молниеносные выпады и взмахи своей алебардой, отчаянно кричал Вергилий.

Но слова не были услышаны. Лорд-Командор ревел от гнева. Даже не видя его лица за шлемом, можно было понять что оно искажено ненавистью. Она поглотила его, как и всех остальных.

Тацит, в свойственной ему манере, оставался безмолвным. Сложно было понять по нему, о чем его думы, но очевидно, были они не радостными. Он видел как его братья убивают друг друга. Даже зная о произошедшем на Истваане, он не мог поверить своим глазам. - “Как все могло… так обернуться?” Происходящее болезненными иглами впились в разум. Молчаливый и нелюдимый, предпочитающий общество машин, технодесантник также был одним из Двух Сотен. Он видел всю историю легиона, до момента гибели на планете Тарсус и любил его всей душой. Пусть, в силу характера, не проявляя этого, он был готов на все ради своих братьев и примарха. Потому лишние мысли стоило откинуть.

Шагнув к двум братьям, чьи орудия высекали искры из друг друга, он перехватил черный клинок, коим обладал Абдемон и зажал его в бронированной кисти. Меч расы Катар, полученный в странной войне с ними, долгие годы сопровождал Лорда-Командора и делом доказал свою мощь. Толстые керамитовые пластины разошлись от кромки лезвия и оное, пошло дальше. Только встретившись с адамантиевым каркасом, орудие остановилось увязнув в металле. Обезумевший брат начал яростно вырывать клинок из плена, но все было тщетно. Тацит крепко держал его и уже подался вперед, дабы попытаться удержать объятого ненавистью брата.

Удержать древнего астартес. Астартес, прошедшего весь Великий Крестовый Поход и умершего лишь из за вероломного удара в спину. Его неудержимая сила и мастерство ставило его в один ряд с величайшими воинами среди двадцати легионов. Сдержать его гнев не убивая, оказалось невыполнимой задачей. Даже покрытый кровавой пеленой, его разум нашел маленькую слабость в захвате. Ударив свободной рукой в сочленение на бронированном предплечье и вызвав кратковременный сбой системы силовых мышц, он освободился. Неизвестно, насколько опытным и знающим нужно быть, чтобы суметь воспользоваться этим едва заметным изъяном себе на благо, но Абдемон был именно таким. Даже перед тактической броней дредноута, ему было что показать. И стоило только сделать это, как черный клинок начал чертить дорогу к двум братьям, сохранившим верность.

Тут, из лесной чащи, показался бегущий силуэт. Пурпурный воин, громыхал доспехом и несся в сторону берега озера. Примечательно было то, что он не выглядел охваченным яростью. Он молчал. Склонив голову, неизвестный заметил битву древних легионеров. И более не медля ни секунды, метнулся в их сторону. Преодолев расстояние, воитель выхватил свой клинок и остановил удар Абдемона. Обернувшись спиной к Вергилию и Тациту, он скрыл Лорда-Командора от глаз гвардейцев. А следом, ясный и твердый голос раздался над полем боя.

-Почтенный Абдемон, прошу вас, успокойтесь! Отриньте гнев! Здесь нет тех, на кого нужно направлять клинок! - И, как ни странно, это подействовало. Старый воин замер, словно удивившись. Встряхнув головой, легионер посмотрел на нового брата, в котором ощущалось… нечто.

Это чувство. Эта память, связанная со стоящим перед ним, наконец прочистила сознание Абдемона. Кровавая пелена спала, явив воспоминания о том, кто пытался остановить его. Астартес обладающий смирением и сдержанностью, выделяющей его на фоне многих. Талантливый офицер, чье тактическое мастерство, не раз и не два помогло выиграть лишние дни… на том проклятом мире. Взявший на себя командование обороной и заставивший предателей умыться кровью. Это был…

-... Саул? Что… что происходит? - Вмиг стихший голос Лорда-Командора, все же был слышен всем. - Мы разве… не погибли?

-Да, так и было. Но сейчас, мы вернулись к жизни… по воле Фулгрима.

-Фулгрима?! Он здесь?! - Вновь наполнившийся ненавистью легионер, начал осматриваться вокруг. Ему не потребовалось много времени на то, чтобы найти своего примарха. - Вот ты где, ублюдок… - Он увидел монументальную фигуру полубога, что разбрасывала вокруг себя своих сынов, словно они были детьми. Порыв броситься на своего проклятого отца был прерван бронированный рукавицей, оказавшейся на плече.

-Почтенный Абдемон… не спешите, ситуация гораздо сложнее чем прежде.

-О чем ты? - Лишь уважение к Тарвицу заставило Лорда-Командора обуздать гнев. Капитан десятой роты уже хотел ответить, но был прерван.

-Брат… наш отец совершил все это не по своей воле. Он осознает свой грех лучше чем любой из нас.

-Вергилий… ты… я хотел убить тебя и Тацита? Я… не понимаю.

-Я верен примарху как и прежде. Вероятно, ты ощутил это.

-Ты… верен? После всего что он сделал?! Он предал нас! Предал всех!

-Хватит! -Новый голос, голос девушки, прервал спор между астартес. Маленькая фигурка, особенно на фоне гигантов шагнула к ним и продолжила. - Не говорите так о Фулгриме, он не заслужил этого! - Горящие изумрудные глаза вперились прямо в Абдемона, заставив его опешить. Он удивился тому, что простая смертная имела храбрость кричать на космодесантников.

-Не… заслужил? Не заслужил?! - Ярость, клокочущая в жилах астартес еще не ушла, и стоило только услышать такие слова от той, кто не приходился ему братом по оружию, как Абдемон занес громадный клинок над ней.

Вопреки ожидаю Лорда-Командора, маленькая и хрупкая девушка не разделилась на две части. Она блокировала удар, пусть и не с легкостью. Невидимый меч в ее руках вызвал недоумение, как и ее внешний вид. Простые доспехи, еще и навешанные поверх синего платья, казались совершенно несуразными. И все же, старый легионер не мог не признать уверенности во взгляде златовласой. Ее изумрудные глаза горели волей, что вырывалась из них, подобно чистому свету.

-... Да кто ты какая?

-Мое имя Артурия Пендрагон. Я друг Фулгрима и не позволю его оскорблять! - Имя, что показалось знакомым, заставило легионера перевести взгляд на своих братьев. Без слов, он задал вопрос. Что то вроде - “Вы знаете эту девчонку?”

-Это Король Артур, Абдемон. Наш примарх… подружился с ней.

-Коро… Что за вздор?

В этот момент, вперед вышли оставшиеся люди, стоявшие в стороне. Рыжеволосый юноша и черноволосая девушка. Широ и Рин. Рядом с Абдемоном они были подобны детям, что не так далеко от истины, но страха в их глаз он не увидел. Только решимость, подобную той, кто носил имя Артурия Пендрагон.

-Знаешь, мне глубоко наплевать, что ты там думаешь о Фулгриме. Сейчас, ему нужна помощь и только мы можем ее оказать. Хватит разводить тут полемику, кто кого предал. Да черт тебя побери, присмотрись к своему примарху, ничего не кажется странным?

Абдемон уже хотел зарубить наглую девчонку, но ему помешало то, что он рефлекторно мазнул взглядом по Фениксийцу. И увиденное заставило его остановиться. Безжизненное лицо примарха и его дерганные движения, которые не несли смерть его сынам, показались… странными. Разве он не отправил их на убой без всякого сожаления? Так почему сдерживает свои силы? Мощи примарха достанет чтобы низвергнуть сотни космодесантников в ближнем бою. В конце концов, мощь сыновей Императора была столь велика, что среди людей ходила молва гласящая о том, что только примарх может убить другого примарха.

-Об этом я и говорил, Почтенный Абдемон. Все не так просто как кажется…

От вновь сказанных слов Саула, Лорд-Командор обернулся к нему. Не зная что думать, не понимая происходящее, все что ему оставалось… это поверить боевому брату. Тому, кто заслужил уважение всех обреченных на смерть под пеплом мертвого мира.

-Хорошо, Саул. Я послушаю тебя. А ты, Вергилий… - Неизвестно, что хотел сказать один из Двух Сотен, так как другой такой же, протянул руку к нему.

-Я понимаю, Абдемон. Тебе сложно сохранять спокойствие, но будь уверен… Наш примарх вновь жив, тот с которым мы прошли сквозь тысячи звезд и сотни битв. Феникс возродился.

-Феникс… возродился?

Повторив слова, сказанные Вергилием, старый воин ощутил странное чувство. Словно… несбыточные надежды, которые он хранил в глубине души воплотились в жизнь. Еще там, на Истваане, он желал что бы Фулгрим явился к ним и повел их в бой против предателей. Чтобы отец оказался верен и объяснил происходящее. Чтобы он вновь был им светочем, идущим против тьмы, охватившей Воителя и всех кто последовал за ним. Очнувшись от захлестнувшего его чувства, Абдемон пристально посмотрел на руку Вергилия и, более не медля, ухватился за нее. Братское приветствие окончательно уверило Лорда-Командора в реальности происходящего.

В стороне, Фениксиец продолжал сражаться со своими сыновьями. Их удары сыпались на его колоссальное тело неостановимой волной. Все больше и больше легионеров стягивались к своему отцу, в надежде уничтожить мерзкого предателя. И последний ощущал это. Его воля, с которой он противостоял воле поработительницы, все слабела.

-Я приказала убить их, Фулгрим! Подчиняйся! - Вспыхнув алым светом, Сакура применила все свои силы, дабы окончательно взять тело примарха под контроль.

И у нее получилось.

Власть тени наконец возобладала над сломленным духом Феникса и тот, занес клинок над головами Детей Императора. Резким взмахом, Фулгрим рассек несколько легионеров, положив начало новой бойне. С каждой секундой, во сполохах пламени, все больше сыновей исчезало. Они возвращались в сонм душ, в глубины сущности их примарха, где продолжили изливать ярость на своих братьев. И это увидели стоящие в стороне.

-Вот черт… кажется Сакура окончательно подчинила Фулгрима. - Разум Рин судорожно перебирал варианты действий. С мощью ее слуги могла посоперничать разве что Артурия, но и ей не продержаться долго.

-Нам нужно отступить. Сейчас, у нас есть возможность для этого. - Голос Саула Тарвица заставил присутствующих обернуться на него. Лица одних наполнились сомнениями, у других же, гневом.

-Бежать?! Наш примарх нуждается в помощи, а ты хочешь бросить его и братьев?! - Разгневанный Вергилий сверкнул алыми визорами шлема, для того чтобы встретить твердую уверенность капитана десятой роты. На его лице можно было увидеть это.

-Детям Императора ничего не угрожает, почтенный Вергилий. Разве вы не видите, что с ними происходит? - В подтверждение словам Тарвица, от вихрей серебряного огня, бывших секунду назад легионерами, потянулись едва заметные линии. Они впитались в тело примарха, исчезая в нем.

-Послушай Саула, Вергилий. Может ты и знаешь его как простого капитана, но его способности оказались гораздо выше, чем всем нам казалось. - Абдемон видел, что его брат не может так просто отступить.

-Нам действительно лучше уйти, стоит продумать план действий и выждать. - Эти слова принадлежали Рин, ведь она ясно понимала силу Фулгрима и влияние темной сущности.

-... Хорошо… - Анусоран крепче сжал алебарду Феникса, силясь унять раздражение от неспособности сделать хоть что то.

Группа развернулась и устремилась в лесную чащу, в тот ее отрезок, который еще не поглотило пламя. Из за ситуации, те кто знал, не обратил внимание на исчезновение молчаливой девушки, сопровождавшей их. Цурукава Хинако пропала в неизвестный момент, растворившись словно призрак.

Битва отца с сынами продолжалась. Фулгрим, ставший совершенно безжизненным, разил Детей Императора десятками. Ни один из них не мог противиться его силе, но ни один не собирался отступать. Черноволосая дева, обманчиво неторопливым шагом направлялась к нему. На ее лице нельзя было заметить особых эмоций, будто ее не касался пылающий ад, который считанные минуты назад, был живописным берегом озера. Только светящиеся сиренью глаза, давали понять.

Она в гневе.

****

Группа бежала, пока только желая оказаться подальше от опасной зоны. Ситуация стала еще более затруднительной. Рин уже даже не думала о Граале, все ее мысли занимала необходимость спасти примарха из лап сущности осквернившей Чашу Христову и ее сестру.

Тут, на небе показалась линия серебрянного огня, пылающей кометой упавшая на небольшом расстоянии. Каждый удивился этому, ведь действие Небесного Фантазма Фулгрима уже закончилось. Тысячи Детей Императора явились в мир живых и начали бойню. С момента их сошествия, те легионеры которые извергали мучительные вопли агонии, пали от рук разгневанных братьев. А оставшись без врага, последние направились к своему примарху, только для того что бы исчезнуть вслед за предателями. А это огненное копье, словно задержалось по неизвестной причине.

Все остановились, чтобы прислушаться и попытаться разглядеть место падения за деревьями. Лес был не настолько густым, потому кое что разглядеть удалось. Проблески пламени, охватившего разбитое дерево и пурпур. Последнее было не удивительно, ведь было очевидно кого нес пламенный снаряд. Но тут же, каждый ощутил голос. Он раздавался прямо в головах, заполняя мысли. Чувство которое он вызывал, захлестнули астартес и людей. Эта мучительная смесь гнева, отчаяния и боли сжали сердца адамантиевыми тисками. Голос произносил всего два слова. И были они…

Древний ждет…

Глава 29

Они увидели обломки. Остов великой машины войны, что приносила смерть врагам человечества. У разбитого дерева лежал дредноут, который был узнан почти всеми. Его пурпурная броня несла на себе след времени. Покрытие частично выцвело, но даже это не умаляло устрашающей силы, скрытой в адамантиевом корпусе. Массивный кулак, способный смять сталь как бумагу, был поднят к небу, наряду с могучим орудием. Одна нога отсутствовала, а по всей поверхности были видны вмятины и сколы. И лишь палатинская аквила на грудной пластине продолжала сиять золотом. Прерывистые лучи солнца, пробивающиеся из за ветвей, освещали древнего воина, что не сдался смерти. Ведь только с ней, оканчивается долг.

Слабый и затухающий голос разносился по лесной чаще. И лишь он давал надежду на то, что этот могучий дредноут еще жив. -”Древний ждет”. Терпеливая ненависть, тлеющими углями, наводнила разумы всех присутствующих. Это повторяющееся послание было непонятно. Астартес не понимали что это значит, как и люди. Единственный, кто мог иметь предположения, подошел ближе к великому легионеру. Тому, кого он сам проводил в подземелья умирающего города.

-Почтенный Риланор… - Саул оказался совсем близко, на расстоянии вытянутой руки.

Вдруг, огни систем зажглись, пробудив древнего ото сна. Великая машина битвы загудела и зашевелилась. Стоило этому произойти, как психический шепот обернулся криком. Два слова, разрушающей волной, пронеслись по сознанию каждого и сильно оглушили. Им повезло, ведь будь кто то из них псайкером, то понес бы гораздо большие повреждения. Благо, их восприятие было не столь остро, как у операторов варпа. Силовой кулак резко сомкнулся на теле Тарвица, подняв его в воздух как пушинку. Всего одного усилия хватило бы для того, что бы нить жизни капитана десятой роты оборвалась. Орудие извергло из себя несколько снарядов в сторону собравшихся, от которых позволили уклониться лишь отточенные инстинкты и реакция. А тем, у кого не было подобного, помогли обладающие этим.

Группа разделилась, рывком уйдя с линии огня и тогда, появился новый рев, вторивший грохоту пушки.

-Отвергаю! - Громогласный голос, разнесся по лесу, но тут же стих, как и пламя на стволе. - Риланор… из Детей Императора… отвергаю… - Несвязные слова вышли из вокс-системы, словно вместе с последними силами Древнего. -... навеки…

Лазурное сияние глаз дредноута угасло, погрузив его в новый сон. Легионеры посмотрели на того, в ком узнали своего брата. Хранителя традиций, одного из Двух Сотен. Древнего Риланора. Несгибаемого, что замер, уподобившись статуе из стали.

-Риланор…

Вергилий, Тацит, Абдемон, все узнали его. Даже Широ и Рин, видевшие этого могучего воина в воспоминаниях. Только Артурия не знала этого имени. Вернее, она удивилась тому, что котенок пригретый Фулгримом, очевидно был назван в честь этого сына Фениксийца.

-Что с ним, почему он так поврежден? - Рин первая озвучила вопрос, терзавший каждого. Ведь все Дети Императора погибли и были возвращены к жизни, но ни один не был ранен. Скорее они принимали форму к которой были наиболее привычны. Неужели, для этого дредноута, именно это состояние является обыденным?

Никто не мог найти ответ, даже Саул. Последний раз они виделись в подземном ангаре, где укрылся Древний. Это было сделано для того, чтобы исполнить их… план.

-Почтенный Тацит, вы можете подключаться к хранилищу данных? - Астартес обернулся к технодесантнику, произнося эти слова. Тот не ответил, но направился к раненому брату.

Тяжелая поступь терминатора сминала растительность. Всем присутствующим показалось, будто шаги были более медлительными. И каждый из них, давался с трудом. Сыны Феникса, словно самим своим естеством, ощущали что их древний брат пережил нечто кошмарное. Голос Риланора превратился в едва слышных шепот, угасая с каждой секундой. Чего же он ждал? Саул догадывался, но не хотел спешить с выводами.

Наконец оказавшись у остова дредноута, Тацит задействовал механодендрит и начал соединение. Когитатор едва функционировал, но талантливый техник сумел вынести пикт-записи и архивных журнал. Минуту спустя, технодесантник отшатнулся как от удара. С силой сжав бронированные кулаки, он впервые проявил хоть какие то эмоции, за все время Войны Святого Грааля.

-Тацит… в чем дело? - Вергилий задал этот вопрос, озвучив мысли каждого. Для него, как и для любого знающего этого легионера, такое проявление его гнева было чем то немыслимым.

Технодесантник не ответил, лишь материализовал портативный гололит. Упав оземь, он засветился и показал записи оптических систем. В углу были видны цифры, показывающие работу хронометров.

Картина просторного помещения из камня и стали показалась в воздухе. На ней был виден звездолет, придавленный массивной балкой, превратившей его в груду смятого металла. Образ не менялся долгое время, пока шли годы. Указанное время двигалось с большей скоростью, дав понять каждому, что Риланор был так уже десятилетия. В какой то момент показались космодесантники напоминающие Детей Императора, но ими не являющиеся. Благородный пурпурный, сменился розовым и черным. Уродливые знаки и украшения, венчали их броню, под которой можно было разглядеть омерзительные мутации. Монстры, в броне третьего легиона. Они смеялись и радовались возможности, что выпала им.

Рин сразу поняла, кем были эти астартес. Теми, кто подобно Фулгриму окунулся в скверну хаоса. Ей стало больно видеть их, бывшими когда то воплощением идеала легионов космодесанта. Они атаковали своими странными, искаженными орудиями, пародиями на музыкальные инструменты. В ходе битвы, предатели пали, но и сам дредноут оказался поврежден. И даже так, он сумел переделать эти устройства в нечто. Это был маяк, извергающий в пустоту крик.

Древний ждет.

Время потянулось еще быстрее, в какой то момент, хронометры пришли в негодность и перестали вести отсчет, но даже так… прошли тысячи лет.

Сердца братьев Древнего замерли, от осознания произошедшего с ним. Он веками ждал, храня в душе надежду на месть. Ничем иным это не могло быть, ведь Риланор не из тех, кто будет жаждать спасения. Из его действий, можно было сделать простейший вывод… он ожидал прибытия своей цели. Того, кто должен быть убит. И тот не подвел.

После прихода нескольких легионеров Тысячи Сынов, что прибыли на зов, из теней показалась отвратительная змееподобная фигура. Четырехрукая и гибкая. Это был примарх. Фулгрим Фениксиец, обращенный в чудовище. Его лицо носило на себе едкое и презрительное выражение, совершенно чуждое знакомому всем благородному сыну Императора. Перламутровые глаза рыскали по помещению, источая гордыню и злое любопытство.

То как он приветствовал Риланора, то как он говорил, двигался и даже дышал… все это показалось настоящей насмешкой над памятью о Фениксе. О благородном Фениксийце, третьем сыне Повелителя Человечества и отце легиона Детей Императора. Искаженная и отталкивающе прекрасная фигура была чем то… противоестественным. Шуткой судьбы, столь жестокой и безжалостной.

Все увидели встречу отца с сыном. То, как сильно изменился первый и то… как непреклонен остался второй. Фулгрим… нет. Демоническая тварь, смевшая называть себя так, после короткой стычки и неудачной попытки своего убийства, решила попытаться вернуть Древнего. Убедить его в том, что он сможет стать кем то… великим.

-Прими дары Темного Принца и ты сможешь шествовать подле меня, снова облаченный в плоть. - Голос демонического примарха был двойственен, прекрасен и омерзителен разом. Его увещевания, обещания могущества и славы, наполнили уши каждого из тех, кто слушал. И это… заставило их содрогнуться. Видеть Фулгрима таковым, чуждой пародией на самого себя…

-Никогда! - Рев Риланора был ответом для твари, зовущей себя примархом. - Все что осталось между нами - это то, что мы… умрем вместе! - Неумолимая решимость приливной волной захлестнула сердца каждого и смотревших. - Я - Риланор из Детей Императора. Старейшина Ритуалов, Почтенный из Палатинского Воинства и гордый слуга Императора Человечества, возлюбленного всеми… И я… отвергаю тебя… Навеки!

Подобно ударам молота, слова обрушивались на души его братьев и смертных, которым удалось узреть величие истинного слуги Императора. Эхо праведного голоса наполнило умы и сердца. Вергилий, Абдемон и Тацит в прострации смотрели на своего брата и давнего друга. Они не могли принять того, что этот прославленный легионер положил тысячи лет на месть, в итоге бесславно сгинув, под пеплом мертвого мира. Но, наряду с этим, они ощутили непередаваемую гордость. Риланор, Хранитель Традиций легиона, был достоин вечного почтения. Краем разума, каждый подумал, что именно так выглядит...

...Совершенство.

Теперь, каждый из присутствующих понял о чем кричал Древний. Его истерзанный временем разум не восстановился от новой жизни. Он не понимал, что уже исчез во вспышке вирусного огня. Он… все еще был там, перед мерзким лицом своего отца.

-... Древний… - Каждый ощутил бурлящие чувства. Четверо астартес, трое из которых знали этого воина несколько веков, содрогались от гнева и негодования. Они видели то, что никак не укладывалось в их умах.

-Так вот… что стало с тобой, Фулгрим… -Рин без труда сложила детали пазла. Примарх проиграл битву за свое тело и разум. Сущность поглотила его и превратила в монстра из ночных кошмаров.

-Фулгрим… - Абдемон в гневе посмотрел туда, где сейчас был его отец. Ненависть разгорелась с новой силой, грозясь вырваться наружу.

-Не спеши с выводами, Абдемон. - Голос черноволосой девчонки, отвлек Лорда-Командора. - Это не твой примарх… это сущность, что превратила его в предателя.

-Какая еще сущность, во имя Терры?!

-Запечатанная в Лаэранском Клинке. Темное существо из Имматериума. - Взгляды всех скрестились на Тосаке.

-О чем ты? - Выжидающий голос Лорда-Командора, носил в себе скрытое клокотание гнева, что так и не исчез.

-Я не знаю почему никто не знал о них, но… в Эмпиреях скрываются невообразимые силы и именно они поглотили Фулгрима. Как и Хоруса Луперкаля.

-Магистра Войны? - Мысли Абдемона скользнули в прошлое. - Хочешь сказать, что все произошедшее - просто заговор каких то тварей из варпа?

-Не просто тварей, а чего то большего. Рождение одного из них положило начало Эре Раздора. Их могущество нельзя недооценивать. - Рин вспомнила картины разорванной галактики. Имя сущности, порожденной народом ксеносов, и сейчас вызывало беспокойство на душе.

-... Откуда тебе все это известно и… кто ты вообще такая? - Наконец один из Двух Сотен задал этот вопрос.

-Я Тосаки Рин, та кто призвал Фулгрима в этот мир. И я видела его воспоминания, потому знаю о чем говорю. - Твердый взгляд девушки вперился прямо в глаза астартес.

-И поэтому ты убеждаешь меня в том, что его нужно простить? После всего что он сделал? Он отвернулся от своего отца, братьев и нас! Ты хоть понимаешь, через что он заставил нас пройти?! - Гигант шагнул прямо к девушке, нависнув над ней и сверкнув алыми линзами шлема.

-Понимаю! - Ни капли страха не появилось на лице Рин, только уверенность. - Я видела не только его память, но и Саула Тарвица. Я была на Истваане и чувствовала то же что и он!

-Ты видела мою память? - Наконец, в разговор вмешался капитан десятой роты. - И… чувствовала? - Голос астартес был неопределенным.

-От начала до конца. И все равно уверена, что Фулгрим не заслуживает ненависти… только сострадания… - Вдруг стихший тон Тосаки, был сопряжен с картинами из прошлого. В ее глазах отразилось то, что Саул и Абдемон видели каждый день на том проклятом мире. Как в лицах братьев… так в своих.

-Она… говорит… правду… брат. - Новый голос, не принадлежащий человеку, но машине разнесся по лесной чаще.

-Риланор, ты жив? - Со следами радостного удивления, проговорил Абдемон. Его чувства разделяли все, даже не приходившиеся ему братьями по оружию. За те короткие минуты, каждый ощутил невиданное уважение к этому почтенному воину.

-Не… уверен… Может… частично. - Тусклый свет визоров, показался проблеском того… что воплощает собой честь Детей Императора. Неизвестно как, но дух древнего дредноута, вызывал именно это ощущение. - Мне… ясно видны… чувства этого дитя. Она… разделяет их с нами… насколько может… - Тот, кого невозможно было обмануть говорил. Тот, кто нес Его Истину с каждым вдохом, говорит, что эта девочка не лжет.

-Древний… неужели и ты хочешь простить Фениксийца?

-Нет… Фулгрим… никогда не заслужит прощения. - Слова Хранителя Традиций проникала в умы, как в былые времена. - Если… Феникс вновь жив. Значит… должен быть осужден. И приговор… вынесу я…

Разрушенный механизм, что даже в своем положении, возвышался над всеми, пришел в движение вновь. Силовой кулак начал поднимать Риланора еще выше, дабы все слышали его слова. Он не знал где находиться и как может вновь ощущать мир, после своей очевидной смерти, но одно он чувствовал. Примарх рядом. А значит, его долг еще не исполнен. Как и клятва, данная самому себе.

-Его не за что судить, он ведь и сам… - Рука Артурии помешала Тосаке продолжить. - Арти?

-Причины не важны, Рин… важны только итоги. Фулгрим сам мне это сказал. - Королева перевела взгляд на дредноута, что следил за ней. В лазурном свете линз, появился новый проблеск. - Я ответила ему, что не стала бы винить его. Но… у вас есть это право.

-Так… и есть. Фениксиец - предатель… Только его смерть… может смыть позор с легиона. - Попытка встать не увенчалась успехом. Дредноут рухнул на землю. И без того слабый гул механизмов затих, а следом начали гаснуть энергетические дуги. Перед тем как погрузиться в сон, древний брат изрек последние слова. - Я… буду… ждать… его…

Абсолютная тишина опустилась среди деревьев. Каждый думал о своем и думы эти были безрадостными. Лорд-Командор, широким шагом направился к одному из деревьев, растущих рядом и размахнулся бронированной перчаткой. Скрип разорванного древа вернул всех из своих мыслей. Вытащив руку из широкой дыры, образовавшейся от удара, Абдемон повернулся к своим тем, кто стоял позади него.

-И после этого, я должен успокоиться?! - Голос, еще более нечеловеческий чем обычно, донесся из вокс-систем. Ведь те искажали его, придавая механическое звучание - Фулгрим обязан умереть!

-Абдемон… - Вергилий, видя все это, хотел хоть как то умерить гнев брата, хоть и сам прекрасно понимал, насколько это невыполнимая задача. - Наш примарх…

-Он больше не наш примарх! - Рев преданного сына прервал Анусорана на полуслове. - Теперь… он просто предатель и заслуживает только смерти.

-Почтенный Абдемон, я ощущаю то же самое, но… - Голос Саула Тарвица привлек внимание к себе. -... нынешняя ситуация, распространяется дальше нашей мести, ведь так, Почтенный Вергилий?

Глава Гвардии Феникса потратил секунду на то, чтобы осознать о чем говорил младший из присутствующих астартес и наконец ответил.

-Да… это вопрос сохранности всего Империума.

****

Пепел застилал взор, однако не спасал от видения картины перед глазами. Стоя на коленях, он смотрел в знакомое лицо. Грубое и безжизненное. Наверное, такое же как у него сейчас. Тело в черной броне лежало на выжженной земле, истекая кровью. Она создала целое озеро под ним. Опустив взгляд, он увидел свое отражение.

Багровый оттенок окрасил все в свой цвет. Несколько жемчужных слез упали вниз, вызвав быстро затихающую рябь. Крики и проклятья вокруг уже не слышались, столь обыденными они стали. Непрекращающиеся удары обрушивались на него, но не вызывали боли. Вернее, не могли пересилить ту, что охватила его сейчас.

-Ты так расстроен, мой милый примарх… неужели все они заслуживают твоих слез? - Ласковый голос послышался из за спины. Теплое дыхание согрело холодную шею.

Он обернулся, но увидел лишь черные скалы и пустоши. Фантомы исчезли, оставив только огонь и кровь. Разум едва мог собрать мысли воедино под наплывом темных миазм, заполонивших собой все это проклятое пространство.

-Я могу избавить тебя от боли, подарить покой и наслаждение… ты хочешь этого? Обрести абсолютную свободу. Или, быть может… забытие.

-Забытие? - Хриплым голосом повторил он. - Сладкое и вечное… Пустое и спокойное - Эти слова сами собой возникли на устах, словно он уже слышал их ранее. Но он не мог вспомнить где.

-Да, только попроси. - Призрачные руки, невидимые глазу обняли его и согрели. Он ощущал упоение той, кто заговорил с ним. Упоение бывшее лишь в одном шаге от ликования.

Забыть. Так хочется забыть все. Не видеть и не слышать. Не знать ничего. Только покой, только… тишина.

Эти мысли… когда то он уже думал так же. Ускользающие образы воспоминаний с большим трудом удалось отыскать. Словно фрагменты разбитого зеркала, они прорезались перед глазами.

Тот же пейзаж. Тот же человек перед ним. И даже нынешний голос из пустоты, так похож на тот что был.

Воспоминания вырезанные кем то из памяти или добровольно стертые. Неизвестно почему он не помнил их до этого момента, но… теперь он вспомнил. Вспомнил как самолично отдал свое тело во владение демона. Вспомнил как это произошло…

-Нет… - После этих слов, руки существа будто вздрогнули. - Я… не этого… желаю…

Разве он имеет право забыть все это? Все, что совершил? Даже если его душа будет разрываться на части от страданий, он не заслуживает иного, ведь… его грех столь велик, что никакие муки или боль не искупят его.

-Разве тебе не плохо от всего этого? Просто забудь и стань вновь моим… Фулгрим.

-Нет… никогда. - Слабым голосом, он дал ответ этой сущности. И в этот момент, ее присутствие стерлось, возвратив на мертвые скалы и пустоши неисчислимые воинства его братьев и сыновей.

Пусть мучения продолжаться. Это лучше, чем малодушно помышлять о забвении. Своим вновь затуманивающимся разумом, он испытал жалость к самому себе, ведь когда то… уже желал этого. И это привело к еще более худшим последствиям.

****

-... Даже сейчас? - Беловолосая девушка с недовольством смотрела на гиганта в аметистовом доспехе, покрытого кровавыми прожилками. - Это начинает раздражать.

Переведя взгляд сиреневых глаз на еще одну обладательницу бесцветных волос, идеальное лицо ужесточилось. Всего миг прошел с момента, как она сковала ее своими силами и маленькая девчушка не могла даже пошевелиться.

-Ты дерзнула посягнуть на то, что принадлежит мне. - Сделав шаг ближе, она поддела подбородок той, кого называют Сакурой. - Можешь не рассчитывать спастись.

Чуть призадумавшись, прекрасная дева, облаченная в белое платье, сочла быструю расправу слишком скучной. Нужно же дать хотя бы возможность ответить. Стоило только неудержимым силам Эмпиреев спасть, как Мато отпрыгнула назад, словно надеясь что ее больше не смогут достать.

-Кто ты такая? - Напряженная девушка задала простейший вопрос.

-Его госпожа. Единственная, кому он будет служить. Фулгрим достоин хозяйки получше, чем мелкая девчонка, поглощенная силами жалкого божка.

Сакура всем естеством ощущала опасность от этой женщины. Нечто чужеродное и неестественное, словно пришедшее из иного мира.

Когда незнакомка без капли страха подошла к ним, совершенно игнорируя опасность, Мато сочла ее за сумасшедшую. Но всего одного ее слова было достаточно, чтобы сотни еще оставшихся легионеров исчезли, вернулись в сонм душ. И теперь, на выжженной земле, покрытой рытвинами и кратерами, осталось всего трое разумных. И Сакура не успела даже осознать происходящее, как была скована всем телом.

-Знаешь… - Руки существа, что явно не было человеком, начали скользить по телу девушки. Оно всего за миг материализовалась за ее спиной и принялась шептать слова, своим ласкающим слух голосом. -... за время пребывания в этом мире, мне очень многое действовало на нервы. Я не люблю… когда не получаю того, чего хочу. Как думаешь… мне стоит немного развлечься?

Сакура ощутила страх, пронзивший кожу ледяными когтями. Но наряду с ним, было и удовольствие, которое не могли принести какие либо прикосновения. На лице существа появилась холодная улыбка. Эмоции этой маленькой, наивной девочки будут не самой плохой пищей. В конце концов, можно же немного перекусить?

Предвкушению маленького пира помешал клинок, пронесшийся прямо рядом с головой. Разящий Огонь мерцал всполохами искр и существо Эмпиреев ощутила ненависть этого орудия к ней. Примарх едва не разрубил тело темной богини, но она сместилась в пространстве, оказавшись на расстоянии десятка шагов.

-Как ты смог двигаться? - Пусть Фулгрим и не поддался на уговоры, но он все еще под контролем той девчонки. Заблокировать ее силы и всего делов. Фениксиец не стал бы шевелиться без приказа, потому и не должен был атаковать. - Хм?

Глаза вновь сместились на орудие в руках ее принца. Этот меч… нес в себе нечто достаточно могущественное. Может именно он как то направил примарха в атаку? Да, вполне возможно, беловолосая ощущала от него что то большее, чем от простого клинка. Призыв в этот мир и обретение полу материальной плоти не мог не сказаться на возможностях Фулгрима. Может и на это оружие он повлиял.

Стремительный взмах клинком вновь настиг тело существа из варпа, но не сумел ее достать. Могучие удары посыпались на нее, но были бессильны задеть. Пространство и время лишь игрушки для нее и без воздействия сил, подобных ее собственным, было невозможно навредить ей.

-Ну ладно, похоже придется избавиться от тебя сразу. - Существо перевело взгляд на Сакуру, что продолжала стоять с непонимающим видом. Происходящее не могло уместиться у нее в голове. Мато считала, что подчинение Арчера этой войны позволит ей сокрушить любого противника, но все пошло наперекосяк еще с момента призыва легиона. - Подожди немного, мой милый примарх, я скоро уделю тебе вре…

Ее слова прервались на полуслове, когда она ощутила чужое присутствие в нереальности. Сгустки психической энергии пронзили грань между реальным пространством и Имматериумом. В вихрях инфернального пламени возникли фигуры закованные в доспехи. Словно покров ночи стал цветом брони, настолько непроглядная тьма окутала их. Струящиеся потоки огня из сочленений, показывали их неживую природу. Темная богиня чувствовала безграничную ненависть этих воинов, что окружили ее, наставив болтеры, украшенные черепами и костями.

Вот и появился ответ на интересующий ее вопрос. Вторженец в этот отдаленный мир стал известен.

-Анафема…

Глава 30

-Хочешь вернуть сына? Поражение тебя ничему не научило? - Голос девы сочился ядом, словно видя гигантов в черной броне, она была готова рассмеяться.

Призраки не ответили. Десяток астартес, возникших из глубин Имматериума, недвижимо держали темную сущность на мушке, готовые в любой момент открыть огонь. Их пламенеющие тела источали психические вопли боли и ненависти. Сама их суть была такова.

-А почему же ты не явился сам? Зачем слать сюда своих личных демонов, о великий Бог-Император? - С наигранным непониманием проговорила она, но в миг сменила выражение лица. - Ах точно, ты ведь просто труп, что никак не хочет умирать, Ха-Ха-Ха! - Злой смех разнесся по округе, заставив девушку неподалеку вздрогнуть.

Сакура окончательно запуталась. За этой тварью, неизвестного происхождения, пришли новые гости. Их безмолвные фигуры нагоняли страх, ведь не ощущались живыми. В них не было ничего, кроме мертвенного холода, и, как ни парадоксально, обжигающего огня. Что вообще происходит, когда война так изменилась? Если бы это были слуги, то не вызвали бы удивления, но они… Словно сгустки ненависти и злобы, принявшие материальную форму.

Мысли девушки прервал рев Разящего Огня. Клинок в руках примарха кричал, словно готовый разорваться тысячей языков пламени. Даже лишенный направляющей воли своего хозяина, он мог идти в бой, ведь для этого его выковали. Для того, чтобы оно стало оружием достойным сына Повелителя Человечества. А как он может быть достоин, если не разит плоть и души тварей из за грани, отравляющих бытие людское?

Фулгрим, сохраняя мертвенную маску вместо лица, бросился в повторную атаку. Пламя его клинка бушевало, едва не слепя глаза Сакуры. В миг оказавшись рядом с порождением Хаоса, он опустил оружие на его крохотное тельце. Беловолосая скосила взгляд и уже хотела растворить свое существование в реальности, как обнаружила неспособность это сделать. Эта область Имматериума словно вытолкнула ее обратно, оставив на растерзание примарху. Едва успев среагировать, она подняла руки и те покрылись сиреневым светом. Тот в миг распространился на все ее тело и превратил темную богиню в сгусток темных энергий варпа.

Разящий Огонь обрушился на нее, подобно божественному грому, и рассек тело надвое. Сакура видела это и не могла поверить, что такое сильное существо было повержено одним ударом. И последующие события показали правильность этой мысли. Крик, слышимый самим разумом, вызвал рябь в воздухе. Казалось, сама реальность устрашилась мощи этого голоса. Тот откинул аметистового великана, позволив ему сгруппироваться лишь в двадцати шагах. Выжженная земля под ним расчертилась двумя широкими бороздами.

-Это было совсем не приятно, мой милый примарх… - С нескрываемым раздражением отметил сгусток сиреневой эфирной энергии. Его слова были подобны множественному эху, звуча будто отовсюду. - За это ты будешь наказан, но сперва… - Два ярких всполоха пламени, заменяющие сущности глаза, сошлись на воинах в черной броне.

Призрачные астартес не двигались. Даже когда Фулгрим пронесся между ними, они не сделали шага. А психическая волна не оказала на них существенного влияния. Это поведение казалось темной сущности подозрительным. А невозможность войти в Великий Океан, лишь добавляла беспокойства. Будто нематериальная клеть образовала барьер между измерениями, блокируя поползновения в любую сторону.

Более не медля, аватара Темного Принца выпустила из себя множественные потоки темных сил, что столкнулись с доспехами “демонов” Императора. Воины стойко встали против атаки, опаляющей их души. Псевдо-материя их тел начала разрушаться, сияющими частицами разлетаясь вокруг. Но и сейчас, они не ответили. Безмолвные фигуры окутались потоками яркого пламени, что стало формировать кольцо вокруг их врага. Пара мгновений понадобилась на окончательное создание круга.

Сущность ощутила могучий барьер, запечатавший ее и в материальном мире. Она поняла план этих рабов Анафемы, сковать ее цепями и не позволить действовать. Стоило только понять это, как были предприняты ответные меры. Волна нематериальной энергии распространилась во все стороны, разрушая реальность и создавая малые прорывы в Имматериум. Воины содрогнулись от мощи архиврага, но выстояли. Их поддерживала воля Повелителя. И сильнейший его слуга, наконец сформировал себя в материальном мире.

Безжизненные глаза Фулгрима, на малую долю мгновения приобрели проблески сознательности, стоило только увидеть новую фигуру. Не уступающий ему в росте, он появился в широком вихре призрачного огня. Массивная броня делала его похожим на шагающую крепость. Ее черный окрас, словно поглощающий свет, разбавлялся только горящими костями. Шлем был выполнен в форме скалящегося черепа, в чьих темных глазницах блуждал едва заметный огонек пламени. Взяв в руки свой массивный молот, владыка нематериальных воинов бросил взгляд на Феникса, от чего пламя покрывающее его, вспыхнуло гневным светом.

Кулаки сжались вокруг длинной рукояти, грозясь раскрошить ее. Именно на них был направлен взор мертвых глаз Фениксийца. Серебряные блики от отраженных проблесков солнечного света, пробивающегося из за темных туч, сопровождались струями расплавленного металла. Руки этого могучего воина состояли из раскаленного металла. Неотрывно смотря на них, Фулгрим слабо произнес слова, вырвавшиеся из его затуманенного разума.

-Феррус… - Тихий шепот, произнесенный хриплым и неестественным голосом, вызвал рык полный ненависти. Гигант в черной броне не стал произносить слов, просто направился в центр круга.

Железный примарх вперил взгляд в темную тварь, по душу которой и пришел. Такова была задача, данная его отцом. Встретившись с пылающими нематериальной энергией глазами, он воздел колоссальный молот над головой и ударил по земле. Грохот, подобный обрушению горных массивов, оглушил единственную смертную, присутствующую здесь. Девушка содрогнулась, ведь видела проявления чуждых сил, совершенно не похожих на магические мистерии.

Новый вихрь пламени, источающий нестерпимый жар покрыл уже существующий. Тот, в ком Фулгрим узнал своего брата, без страха шагнул в бурю, встав напротив эфирной сущности.

-А ты… Феррус Манус. Как трогательно, наконец любимые братья воссоединились. - Эхо тысячи голосов начали пагубно влиять на реальность, разрушая ее и открывая все новые проходы в варп. - Анафема не дал тебе покоя даже в смерти. Достойный поступок для любящего отца.

-Ненависть... - Глухой голос из за шлема, был отдаленно похож на голос собеседника. Он вызывал психическое эхо, отдававшееся в реальности. -... даже за гранью смерти… дарует жизнь. Таков путь проклятых.

-Очаровательно глупо. И в смерти верен Императору. Благородство, от которого меня уже тошнит… что ты, что твой брат, хотите оставаться рабами этого жалкого глупца.

-Говори что хочешь, отродье. Тебе это ничего не даст.

В подтверждение своим словам, примарх Десятого Легиона опустил Крушитель Кузен оземь, как если бы хотел вонзить его навершие в грунт. Земля стала покрываться пологом огня, наконец завершив создание психической формации. Ощутив этот огонь, аватара Бога Хаоса поняла что находится в ловушке. Эти призраки - демоны Императора, были простыми проводниками силы. И была она очень знакома. Психические волны самого могучего псайкера галактики накатывали на сущность, подобно неумолимому потоку энтропии. Они сковывали и сдерживали ее природу, без особого труда перебарывая частицы сил подлинной варп сущности. Но…

-Ты ведь… и сам не имеешь полной силы в этом мире, Анафема?! Я чувствую это, даже если ты хочешь пленить меня, я освобожусь. Твой сын будет моим, как было ему уготовано! Однажды ты уже не пришел на помощь в момент нужды, так что сейчас изменилось?! Взыграло самолюбие?

“Нет.”

Новый могучий голос наводнил чуждое сознание. От мощи и опасности, скрытой в нем, сущность замолчала.

“Тебе не понять моих действий, жаждущая.”

Словам вторили усиливающиеся потоки психической энергии. Вдруг отвердевший огонь, начал подниматься выше, обволакивая тело и суть твари из варпа.

“Как и не понять, что такое долг.”

****

-... Во что ты меня впутал, Фулгрим!?

Звонкий голос Сакуры полнился раздражением и злобой. Сейчас, стоило только появиться шансу, она вместе с примархом бежала как можно дальше. В чаще леса, к западу от Фуюки, пара наконец остановилась.

Фениксиец не ответил, ведь не слышал вопроса. Его разум так и оставался погруженным во мрак, но это не мешало ему ощущать вспышки мыслей. Явление брата и даже отца, взывали к его сущности, запертой в глубинах души. Но все было тщетно.

Мато устало привалилась к дереву, краем глаза наблюдая за монументальной фигурой своего раба, от которого пользы было в разы меньше, чем вреда. Раздраженно помотав головой, она начала вспоминать произошедшее.

Когда эти призраки, или чем они там являются, создали барьер и пленили тварь, ее влияние окончательно спало и Сакура наконец смогла вернуть контроль. Первым, что она хотела сделать - это сбежать. Как можно быстрее и как можно дальше. Эти… существа, просто не укладывались в голове. Их голоса, один подобный хору из тысяч, другой звучавший как призрачное эхо, полное ненависти, просто подавляли. Девушка ощущала какую то чуждую силу, совершенно неизвестную ей. А последний… от его мощи тело содрогнулось. Казалось, пожелай его владелец, как душа Сакуры развалиться на части.

Но ей посчастливилось испытать удачу. Воздвигнутый купол пламени, застыл каплей янтаря. Даже время в нем будто остановилось. Ничто не могло проникнуть внутрь, как и сбежать из могучей тюрьмы. Около десяти гигантов, черными тенями, застыли на равном расстоянии друг от друга. Это было похоже на ритуальный круг, но им не являлось, очевидно. И еще, может Сакуре показалось, но один из них стоял чуть в стороне от кольца пламени, оно даже касалось его. Хотя это не важно. Важно другое…

-Сила… - Только сила могла позволить девушке не бояться этих странных существ. -... Пища… - И только пища может дать эту силу.

Взгляд багровых глаз переместился в сторону замка Айнцбернов, что был не так далеко отсюда. Пусть и скрытый туманной мистерией, но Сакура знала что он где то там. А в нем, один из слуг. Поглотить его и обрести большее могущество, вот что нужно. Гнаться за Сэйбер, что была рядом с ее “сестрой”, пока не стоило. Фулгрим мог неожиданно выкинуть что нибудь. Значит решено, Берсеркер будет поглощен.

А пока, стоит восстановить силы, ведь Небесный Фантазм Арчера и атаки той твари, в немалой мере истощили резервы энергии.

****

-Пламя вечной войны? - Голос Абдемона был уже более спокоен. Ему удалось умерить гнев, от таких новостей.

-Мой примарх не рассказал подробнее, но в данный момент, Империум умирает в мучительной агонии. - Лорд-Командор не проронил ни звука услышав эти страшные слова. Те, о которых не хотелось знать никому из прошедших Великий Крестовый Поход. - Слаанеш поведала ему об этом прошлой ночью.

Артурия и Рин, стоящие рядом, наконец поняли причину странного поведения примарха. Знание о последствиях его предательства не могли не оказать эффекта. Тосака чувствовала смешанные эмоции, от этого известия. Видя величие Царства Человеческого, она прониклась мечтами и надеждами тех, кто шел вперед, вопреки ужасам галактической бездны. Но, в то же время, это был не ее мир. Империум находится в иной реальности, бесконечно далекой и чуждой. Последнее слово показалось волшебнице странным. -”Разве… Империум так уж чужд для меня?” Сложно было найти ответ, разделив воспоминания с Фениксийцем. Возможно, любовь примарха к детищу его отца и всему человечеству, оказалась заразительна.

-Я видел это лично, Почтенный Абдемон. - Саул Тарвиц, которому уже были известны некоторые подробности недавних событий, заговорил. - Мне было доступно зрение и слух Фулгрима, пока мы все находились в том месте.

-Так ты тоже, Саул. - Вергилий сделал несколько выводов, услышав это.

Если Саул Тарвиц видел глазами примарха, значит пробудился раньше остальных и сумел сохранить здравый рассудок. Доказательством тому было то, что он не предавался безудержной ярости, в момент призыва. Похоже, именно из за возможности видеть Феникса, он и не был столь однозначно настроен по отношению к своему отцу. Воистину, капитан десятой роты оказался более способным, чем считали многие.

-Так и есть, Почтенный Вергилий. Я не видел что именно показало это существо, но Фениксиец испытал настоящую агонию. И более того… он возжелал вернуться назад.

-Вернуться? Зачем это? Предатель как он, не должен беспокоиться о сохранности Империума. - Абдемон, даже слыша и видя поведения своего генетического отца, не собирался так просто поверить в его раскаяние.

-Разве не очевидно? - Маленькая златовласая девушка, стоящая рядом с великанами в пурпурной броне, заговорила. - Он хочет искупить свои грехи.

-Будто это возможно! - В ответ на праведный возглас древнего легионера, на него направился гневный взгляд изумрудных глаз. Артурия, пусть и понимала, что сыны Фулгрима имеют право говорить подобное, не могла спокойно слушать такие слова.

Но, в один момент, воины человечества, все как один направили орудия в одну сторону. Пусть и находились в жарком споре, их естество и выучка не могли позволить беспечно относиться к наблюдению за окружением.

-Кхм, кхм. Прошу прощения что вмешиваюсь, но мне необходимо обсудить с вами один вопрос.

На расстоянии десятка шагов, из за дерева возникло новое действующее лицо. То была молодая, прекрасная девушка, закованная в не слишком массивные латные доспехи. Они не сковывали движений, предоставляя некоторую защиту. Пшеничного цвета волосы, были стянуты в плотную косу, едва не доходящую до колен. Чистый и честный взгляд александритовых глаз окинул странную компанию.

-Немедленно назовись. - Первым заговорил Вергилий, сверкнув алыми линзами.

-Я слуга класса Рулер. Грааль призвал меня для помощи в восстановлении правильного хода войны. - Она приложила руку к груди, продолжая говорить. - Мое имя Жанна Д’Арк. Думаю, вы слышали обо мне.

-Святая дева из легенд древней Альбии? - Абдемон и Вергилий знали о ней, ведь ее история сохранилась в мифах Терры. Проигнорировав чуть недоуменный взгляд, Анусоран продолжил. - Что тебе нужно, Жрица?

-Кхм… Как я сказала, я здесь для восстановления правильного хода войны и вы, единственные кого я могу видеть своими союзниками.

Рин, слушая это, вдруг вспомнила о той, кто говорил точно так же. Где Цурукава Хинако? Она пропала с момента отступления с берега озера. Неужели попала под горячую руку? Хотя ее сохранность едва ли волновала Тосаку в данный момент. А оный требовал внимания, потому Тосака и взяла слово.

-Если не врешь, Рулер, то ты хочешь помочь нам? - Сохраняя самообладание, проговорила Наследница старого рода магов.

-И вам, и всем тем, кто может пострадать от последствий осквернения Грааля.

-Значит, тебе это известно. К слову, у меня вопрос, как Грааль мог призвать тебя, если осквернен? - Рин не собиралась просто верить на слово неизвестной, потому занесла руку за спину и та вспыхнула лазурным огнем. Осторожность не повредит.

-Пока сущность, затаившаяся в Чаше Христовой, не воплотиться, его работа не отличается от обычной. Иначе все призванные слуги были бы осквернены.

-Хм… ладно. И что ты хочешь предложить?

-Мне дано знание о том, что часть темной сущности сумела подчинить себе крайне могучего слугу. Полагаю, вы уже знаете о его силе?

-Более чем… - Небесный Фантазм Фулгрима оказался могущественнее чем Рин могла представить. Если бы сыны Фениксийца были на его стороне, от всего города могло не остаться камня на камне. А если дать время, то и от всего мира. Легион Детей Императора невообразимо могучая сила.

-Пусть моих нынешних возможностей не хватит для победы над существом и Арчером, Грааль даровал мне особые привилегии. - Видя выжидающий взгляд всех присутствующих, особенно гигантов в пурпурных доспехах, Рулер не стала делать неуместных пауз. - Используя уже призванных слуг как катализатор, я могу вызвать связанного с ними Героического Духа.

****

В храме Рюдо царила разруха. Последствия битвы были весьма губительными, пусть почти никто не пострадал. Запутанная ситуация была выставлена как очередной взрыв газопровода, с чем помог небольшой контингент церковных служителей. Они обеспечивали секретность ритуала и заметали следы. Очень сложная и выматывающая работенка, особенно учитывая утреннее происшествие. Слуги божьи наверняка с ног сбиваются в попытках хотя бы замедлить распространение записей и слухов о гиганте в пурпурных доспехах. Хотя, свою работу они выполняют неплохо, да и пострадавшим помогают. Иссей рассказывал Широ, что жителям храма обеспечили проживание в отеле, на некоторое время.

Непродолжительные переговоры привели чуть выросшую группу к месту силы, где можно будет почерпнуть энергии для призыва. Пусть ее будет недостаточно, но суть этого призыва в том, чтобы отделить незначительную часть души слуги и использовать как источник сил и катализатор. Эта деталь не слишком понравилась услышавшим ее, но Артурия была не против сделать это. Как единственная полноценная слуга, ей и предстояло призвать одного из участников своей легенды.

Знание об этом показалось ей довольно… тревожным, но она откинула сомнения. Пусть вскоре она встретиться со своим прошлым, но… не только она поддерживала Фулгрима. Он так же помог ей найти решимость - смотреть на былое без страха. И сейчас, она размышляла о том, чем обернется пришествие нового слуги. Пока неизвестного, но точно знакомого ей.

-Не будем медлить. - Жанна сложила руки в молитвенном жесте.

Среди порушенных стен святыни духов и богов Японии, она приступила к созданию круга призыва. Небо полнилось тучами и грозило пролить свои слезы на землю, но пока этого не произошло. Пламя вызванное Фениксийцем, оказало влияние на погоду, все же столб огня испарил огромное количество влаги и вызвал аномальные атмосферные явления.

Светящиеся синие линии начали проявляться на земле, создавая немаленький рунный круг. От него, в сторону, потянулись еще линии, сцепляясь кольцом. Теперь, к основному был присоединен новый круг, в который и предстояло встать Артурии. Воительница, не сомневаясь, шагнула в него и сосредоточенно смотрела в центр основного. Зная, что призванный может быть одним из рыцарей, предавших ее, Королева крепче сжала рукоять Экскалибура. Невидимые завихрения воздуха были едва заметны, но даже так, можно различить то, что они повторяют настроение хозяйки, вихрясь сильнее прежнего.

Наконец, действие началось. Поток энергии из земных недр начал просачиваться на поверхность, создавая подобие тумана. Артурия ощутила укол боли прямо из своей сущности. Это фрагмент ее души был перенесен в рабочие элементы ритуала. Восстановление потерянного займет некоторое время, но почти никак не отразиться на ней. Подробнее мог бы рассказать маг, специализирующийся на душах, но таких здесь не было.

Свет от линий круга разросся, начав слепить глаза. И вот, не заняв много времени, призыв был завершен. Из маны начала собираться фигура человека. С каждой долей секунды ее очертания были все лучше видны и Артурия узнала ее, ведь это была та, кого она самолично пронзила копьем.

Серебряные доспехи блистали в еще не угасшем свете. Рогатый шлем с малыми прорезями был довольно зловещим, не слишком подходя благородному рыцарю. Чуть размяв плечи и взвалив массивный клеймор на плече, слуга окинула стоящих перед ней. Артурия была безмолвна и находилась за спиной знакомого ей человека. Оный же, не сразу начал говорить, несколько опешив от довольно странной компании.

Юноша лет шестнадцати, который имел довольно собранный вид для своих лет, черноволосая девушка, что так же имела довольно серьезный вид и воительница в не полном латном доспехе еще ладно, но…

-Не поняла, когда это люди стали такими громадными? - Дерзкий и уверенный голос донесся из за шлема, поведав об удивлении призванной от вида астартес. - Что здесь забыли великаны?

-Их называю астартес, Мордред. И они люди. - Услышав до боли знакомый голос, рыцарь начал медленно поворачиваться к той, кого очень желал увидеть. Для того, чтобы зарубить.

-Отец… - К обычной дерзости в голосе прибавились рычащие нотки. - Какая встреча…

-Согласна.

Более слов не требовалось. Рыцарь предательства бросился на своего Короля с пронзительным кличем. Широкий клеймор в мгновение ока столкнулся с невидимым клинком, высекая снопы искр. Обмен десятком ударов не занял и половины минуты.

-Похоже мне даже не потребуется Грааль для исполнения желания! - Столкновения продолжились, но даже лязг стали от них, не мог перебить восторженных криков рыцаря, что предал своего короля.

-А чего ты желаешь? - Артурия оставалась спокойна и без труда отражала удары своего сына. Вернее дочери.

-Узнать смогу ли стать королем, разве не очевидно?! - После этих слов, обе воительницы нанесли удары и замерли в противостоянии.

-Сможешь.

-Ч… то? - От удивления, Мордред даже ослабила хватку, но Артурия не стала пользоваться возможностью. А после, она и вовсе исчезла, сметенная волной гнева. - Как это понимать, чертов Отец?! Издеваться надо мной вздумал?!

-Мордред… - Вдруг, сила с которой давила Артурия, резко выросла. - Нам действительно многое нужно обсудить и мы сделаем это, но сейчас есть дела более важные, чем наши обиды. - Равное противостояние вмиг прервалось, превратившись в полную доминацию Королевы над свои рыцарем.

-Грр… нет уж, мы решим все здесь и сейчас, Отец! - Припав на колено, Мордред краем разума отметила, что сила Короля Артура уж слишком велика. Такого раньше не было.

-Я твоя Королева, Мордред и ты будешь мне подчиняться. - В этот момент, дочь увидела непривычное зрелище. Лицо ее отца выражало больше эмоций, чем за все время их знакомства. В изумрудных глазах горел огонь, так несвойственный для Владыки Камелота. - Мы разрешим наши разногласия, но не сейчас. - Невероятное давление обрушилось на тело рыцаря, вдавливая его все глубже. Каменная кладка начала трескаться и уходить вглубь. - Таков мой приказ и… моя просьба к тебе.

-Д…да что ты… несешь… Артур?! - От натуги, слова выходили прерывисто. Мордред не могла понять, каким образом, долгожданная битва с Отцом, обернулась такими… откровениями. Все происходило слишком быстро.

-Тот, кто стал мне другом сейчас нуждается в помощи. - Взгляд Артурии смягчился, что вновь поразило девушку. - И я прошу тебя помочь мне, Мордред. Сейчас, я о многом готова тебе поведать, разрушить непонимание между нами. Но ситуация требует вмешательства. И немедленного.

Обе девушки окончили противостояние. Одна от того, что ее тело просто потеряло силы после таких слов, а другая, потому что не желала усугублять ошибки, совершенные ею. Мордред все еще стояла на одном колене, а Артурия возвышалась над ней. Взгляд изумрудных глаз был искренним. Не холодным и беспристрастным, каким был всегда, но живым.

-Я… Я ничего не понимаю. - Чуть стихшим голосом, проговорила младшая из семейства Пендрагон.

-Я постараюсь помочь тебе исправить это, обещаю Мордред. - Артурия протянула руку, на которую ее дочь посмотрела со смешанными чувствами. Однако не приняла ее. Оправившись от удивления, пусть и частично, она поднялась и в очередной раз взглянула в глаза своему Отцу.

-Зачем… почему… да какого черта происходит?! - Девушка положила руки на шлем и вскрикнула прямо в небо. - Я не так представляла нашу встречу! Я должна была сразиться с тобой, доказать что достойна быть королем. Так же достойна как и ты! Один из нас должен был умереть!

-Если пожелаешь, мы сразимся вновь. Но сейчас, мне нужна помощь, ведь я не справлюсь одна. - Голос Артурии не менялся за всю беседу, оставаясь привычно спокойным, но… не безэмоциональным, как было всегда.

-Тебе… нужна помощь?.. Моя?

-Именно, Мордред.

-... - Несколько мгновений, девушка молчала, собираясь с мыслями -….Аргх, ладно, сделаем так! - Шлем рыцаря раздвинулся на сегменты, что начали уходить за спину воительницы, открыв ее лицо. - Пока что, я подожду и так и быть помогу тебе, раз уж ты так сильно меня просишь! Но!.. - Все присутствующие увидели внешность Мордред и поняли что они похожи как близнецы. Только волосы… дочери, были не такими послушными, топорщась во все стороны. - Наш бой состоится, как бы ты его не откладывал, Отец! - С пылом произнесла девушка, как две капли воды похожая на Королеву.

-Спасибо, Мордред. - Улыбка тронула лицо Артурии, чем вызвала…

-Э-это что еще за спасибо? Чертов Отец… - Девушка отвела взгляд, с небольшим румянцем. Видеть улыбку своего короля, было совершенно непривычно. Это первый раз когда она видит ее на лице Отца. Ее прекрасного Отца.

-Вы закончили? - Голос из вокс-систем донесся до пары. - Мне известно о ваших разногласиях, но сейчас, в помощи нуждается уже наш Отец. - Вергилий зорко смотрел на Мордред, от чего та сделала очень недовольное лицо.

-А ты еще кто такой, переросток? На драку нарываешься? - От вероятного столкновения спасла рука Артурии, что легла на плече девушки.

-Мордред, он союзник. Его зовут Вергилий и он сын того, кому нам предстоит помочь.

Артурия начала вкратце рассказывать о ситуации своей дочери, а пока это происходило оставшаяся часть группы так же вела диалог.

-Так, Мордред это конечно хорошо, но она не сильнее Арти. Сомневаюсь что нынешних сил хватит. - Рин рассуждала за всех и озвучивала мысли. - Сила примарха просто слишком велика. Два мага, три слуги и четыре астартес… с подпиткой от Сакуры, он явно стал еще сильнее, нет никакой гарантии на победу. - Слова от том, что им вообще делать, если она наступит девушка не произнесла. Каким образом можно освободить Фулгрима от влияния темного грааля, тема для следующего обсуждения.

-Жрица. - Вергилий вновь взял слово, ведь у него появился интересующий вопрос.

-Не нужно так ко мне обращаться, Рулер вполне подо…

-Ты говорила что призыв использует слуг в качестве катализатора. - Анусоран не собирался любезничать с последовательницей лживого бога. - Я подойду?

-... Подойдете, но…

-Говори.

-Вы не полноценные Героические Духи, потому ваши души не так могущественны. Скорее всего… - Жанна помялась, ведь ей не хотелось произносить следующие слова. Ее глаза ясно видели к чему это может привести. - Ваша душа разрушиться окончательно, просто исчезнет. Это то, что можно назвать окончательной смертью.

Все услышали это. И каждый понял то же что и Святая. В подтверждение, Глава Гвардии Феникса без сомнений шагнул в сторону малого круга.

-Постойте, вы не услышали меня?! Вы ведь умрете, сама ваша душа рассеется! - Орлеанская дева громко пыталась дозваться до этого гиганта, ведь он буквально шел к смерти.

-И что? - Голос Вергилия разнесся вокруг, пробрав до дрожи. Он говорил о полном забвении без капли страха. - Я Преторианец Феникса, моя клятва была дана два столетия назад. Моя жизнь принадлежит моему примарху. Умереть за него, величайшая честь.

-Но ведь… Я… я вас поняла. - Жанна сложила руки в новой молитве, подняв голову к серым небесам. - Пусть господь будет милостив к вам. - Она прошептала эти слова, взывая к всевышнему.

-Не смей молиться обо мне, Жрица. - Ясный гнев наполнил голос астартес. - Твой лживый бог не имеет отношения ко мне. Меня ведет верность моему отцу и Истине, которую он нес во тьму невежества.

Наконец, Вергилий встал на нужное место. Каждый из присутствующих смотрел на него.

Широ сжал кулаки. Ситуация действительно была катастрофическая и призыв еще одного слуги, имеющего связь с Анусораном и Фулгримом, может стать спасением. Но… сам Широ не мог ничего сделать. И ему оставалось только смотреть на то, как этот благородный воин жертвует собой. Пусть он был не слишком разговорчивым, но Эмия видел его историю. Он видел бесстрашие и абсолютную верность Фулгриму, Императору и Империуму. Юноша, не зная что сделать, прижал к сердцу кулак. И смотрел на гвардейца твердым взором. Тот заметил это, хоть и не подал виду.

Рин, пусть и порой терпеть не могла этого дуболома, но он все же был достойным воином. Его верность и сила духа, позволили ему явиться в этот мир раньше чем все его братья. Вергилий был… достоин скорби той, кто стал частью легиона Детей Императора. Пусть она понимала, что не стоит с ним на равных, как и с любым астартес. Но все же… С тихим вздохом, Рин последовала примеру Широ, прижав кулак к сердцу. Это был знак, несущий в себе множество значений, но сейчас, в нем было уважение. Уважение к жертве.

Братья Вергилия смотрели на него без тех эмоций, что испытывали смертные. Они не собирались пытаться отговорить его, ибо это его выбор. Пожертвовать собой, ради примарха. Только Абдемон не мог определиться, стоит ли уважать это действие, ведь Фулгрим - предатель. Он не может быть достоин жертвы. Лорд-Командор даже не был уверен, что Фениксийца стоит спасать.

-Брат. - Гулкий голос терминатора заставил легионера посмотреть на его обладателя. Тацит, в свойственной ему манере был немногословен, но это ему заменял кулак прижатый к груди.

Посмотрев на него, Абдемон испытал гнев на самого себя. Пусть он не мог определиться с тем, что ему думать о примархе, но Вергилий иной. Он один из Двух Сотен. Брат, с которым они прошли множество битв. И не проводить его в последний путь, стало бы подлинным предательством. Теперь, каждый из легионеров Третьего прижимал кулак к пылающему сердцу.

-Он собирается пожертвовать собой ради отца? - Мордред спросила Артурию об этом, видя как этот великан стоит в малом круге. - Хм… - Пусть и не знала его, но девушка ощутила к нему некоторое уважение. Без капли сомнений пойти на смерть, способен далеко не каждый.

Артурия не ответила, просто поставила клинок вертикально и положила на него кисти. Отдать дань уважения самопожертвованию - это то что обязан сделать каждый рыцарь. Ведь нет ничего более достойного, чем это. Мордред, смотря на своего Отца, решила все же последовать его примеру.

-Начинай, Жрица. - Вергилий обратился к Святой, ожидая начала призыва.

-... Как скажете. - Жанна, несмотря на страшное оскорбление своей веры, не гневалась. Пусть этот воин верит в то, что сам пожелает. Его поступок демонстрирует величайшую любовь к своему отцу, а любовь - самый великий дар господа, его творениям.

Анусоран не испытывал особых эмоций. Он видел как каждый человек и астартес вокруг провожали его, но считал это излишним. Не было ничего особенного в том, что сын Феникса жертвует собой ради него. Каждый из Детей Императора был готов сделать это до предательства. И если Вергилий может помочь своему отцу, то без колебаний шагнет в забвение.

Свет вновь наполнил линии. Энергия забурлила и ее волны разнеслись вокруг. Гвардеец ощутил как его сущность вытягивается во вне, как цепи ритуала вырывают душу из тела. За миг до того, как его жизнь, вновь данная его примархом, оборвалась, он сказал последние слова.

-Слава Фениксу.

-Слава Фениксу! - Оглушающий рев его брата из Гвардии Феникса раздался по воздух. Казалось, сама земля содрогнулась от крика Тацита.

Но он был единственным, кто произнес клич. Саул Тарвиц и Абдемон остались безмолвны, по причине понятной абсолютно каждому.

Каждый видел как тело Вергилия рассеивается, осыпаясь светящимися частицами. И эти крупицы энергии были использованы кругом призыва.

В стороне, в тенях построек, стоял астартес в черной броне. В миг, когда начался призыв, его тело засветилось золотым светом. Огромное количество психической энергии его Повелителя пронеслось по нему, разрушая псевдо-материю, из которой он состоял. И эта энергия, была направлена на призыв.

Столб слепящего света озарил мрачные небеса, провозглашая пришествие посланника.

Не одно мгновение понадобилось для того, чтобы наблюдавшие увидели фигуру того, кто явился в этот мир.

Гигант, что был выше любого астартес, источающий лучи золотого света стоял в центре круга. Каждый ощутил его великую мощь.

И увидел то, что позволило понять, кем он был. Они увидели…

… Два белоснежных крыла.

Глава 31

Незваные гости.

Алайя ощущала волнения в нитях будущего. Она видела смерть и пламя. Нечестивое и неестественное. Нечто, что недостойно существовать. Вторжение из иных реальностей, пусть и редко, но происходили в этом мире, однако, никогда еще не были предвестником абсолютной тьмы. Сущность, воплощающая в себе людское желание выжить, не могла узреть события предшествующие концу, даже его участников приходилось выявлять посредством анализа. Впрочем, сделать это было не сложно.

Один из семи слуг, призванных в битве за Грааль, оказался весьма необычным. Гостем, даже не из будущего, но из другой реальности, обладающим душой, что хранила в себе неизвестные силы. А вслед за ним, пришел еще один. Это существо, скрывающееся за личиной смертной, было темным пятном в будущем. Алайа не могла увидеть, чем обернется ее пришествие, до этого момента. В третий раз, в мир под Алой Луной пожаловал некто. Воля Человечества ощущала его мощь, но не видела угрозы. Он не желал принести вред, напротив, была ясна его привязанность к роду людскому.

И, тем не менее, появление всех этих неизвестных факторов, могло привести к воплощению того единственного знамения, которое можно было увидеть. Будущее не определено, его можно изменить, но без осознания нужных мер, предпринимать что либо не стоит. В конце концов, силы вторгнувшиеся в этот мир были не настолько слабы, чтобы справиться с ними парой стражей противодействия. Необходимо разведать происходящее. Один из кандидатов, что мог появиться в том моменте времени, подойдет. Тот кто должен был стать Арчером в пятой войне, но тот кому помешал герой, много могущественнее.

****

Сакура ясно почувствовала огромный всплеск энергии. Столб золотого света был виден на огромном расстоянии и никакие деревья не сумели бы помешать этому. Интуиция начала твердить об опасности этой ситуации. За ничтожно малый промежуток времени она столкнулась с чуждыми существами, каждый из которых мог уничтожить ее. И даже Фулгрим не дает никаких гарантий на победу, ведь его дух, и в подавленном состоянии, не сдавался. Девушка сделала все, чтобы запереть его разум в лабиринте из его собственных демонов и это сработало, но не до конца.

Мато приняла решение выдвигаться, ведь уже восстановила силы, в некоторой мере. Замок Айнцбернов был в паре часов пешего хода, но если воспользоваться помощью примарха, удастся существенно сократить расстояние. С этими намерениями, девушка послала мысленный приказ взять себя на руки. Гигант в пурпурном доспехе выполнил его без нареканий, однако, оказавшись на руках великана, Сакура почувствовала как его ладони чуть сжались. Ребра пронзила боль, от которой девушка застонала и облокотилась на грудь своего раба. В глаза бросился благородный пурпур нагрудника, но более него, золотой орел ярко сверкающий даже под хмурым небом.

Палатинская Аквила. Сакура не видела всего, только отрывки, но знала о том, чем был этот символ. Знаком отца Фулгрима, некоего Императора. И смотря на нее, ей показалось будто она пытается вырваться из кровавых лоз, прочертивших поверхность доспеха. Девушка тут же помотала головой и отбросила лишние мысли, вместо этого напрягая все силы. Даже сейчас, Арчер стремиться убить ее, иначе не стал бы сжимать пальцы. Алый свет вырвался из ее тела, взяв примарха под полный контроль, иначе он мог навредить Сакуре. Беспрестанно держать его в этом состоянии не выйдет, потому нужно торопиться.

****

Рин видела слепящий свет. Глаза и сейчас не могли вернуть ясность, но даже так, она поняла кем был призванный. Гигант распахнул глаза и, казалось, их небесная синева отразила в себе все сущее. Его взгляд прошелся по каждому из присутствующих, задержавшись на сынах Феникса. От внимания узнанного ими гиганта, каждый ощутил желание преклонить колено, смертные из этого мира, герои древности или же астартес. Золотое сияние начало спадать, став теплым светом, озаряющим лик.

Гигант в золотой броне не произносил слов, только смотря на узревших. Лицо, идеальное, лишенное всяческих изъянов и неточностей, имело немалое сходство с уже знакомым Фулгримом. Словно они были… братьями. Великан прикрыл глаза и прислушался, миг спустя переведя взгляд. Под его чистыми очами оказалась местность, на которой в последний раз видели Фениксийца. Его ровные брови чуть нахмурились, словно от неприятного ощущения. И возвратив взор к собравшимся, он наконец заговорил.

-Сыновья Фулгрима… - Его голос был подобен журчанию лесного родника, прекрасный и мягкий, тем не менее, обладая скрытой твердостью. Она была подобна бушующим океаническим потокам, укрытой спокойной водной гладью. - Я знаю вас и каждый из вас сложил голову в битве. Неужели вы вернулись к жизни, подобно моему брату?

Психический свет так и продолжал озарять лицо того, в ком почти все узнали одного из примархов. Сыновей Владыки Человечества. Его идеальных творений, покоривших галактику, во имя Его. Могучие белоснежные крылья были сложены за спиной, но даже так, не оставляли сомнений. Это был…

-Примарх Сангвиний… - Никто не понял, кто произнес имя, стоявшего перед ними, даже говоривший. Мысль обернулась словами в обход разума, что был увлечен переливаниями золотого сияния.

-Вы трое знаете меня, но не только в ваших глазах я вижу узнавание. - Гигант вновь перевел взгляд, на сей раз, оный оказался на маленьких смертных, что были не в силах издать и звука. - Как жителям чуждого мира может быть известно обо мне?

От направленного внимания полубога, Рин и Широ замерли. Они успели привыкнуть к Фениксийцу, но встреча с его братом оказалась для них слишком… просто слишком. Его взгляд пронизывал до самой сути, заставляя забыть обо всяком притворстве и недосказанности. Неужели Фулгрим мог оказывать подобный эффект? Если так, то он намеренно сдерживал себя, дабы окружающие могли последовательно мыслить. Первой пришла в себя Рин, как та - кто уже видел примархов и их отца, пусть и в воспоминаниях.

-Я была той… кто призвал Фулгрима в этот мир. И мне оказались доступны его воспоминания… - Все еще не собранная, девушка все же сумела дать ответ.

-Значит… ты видела его печальную участь? - От сказанного, в глазах девушки промелькнули чувства, что она испытывала от этих знаний. Пусть обычный человек никогда не смог бы увидеть их, но примарх смог и этого было достаточно.

-Сангвиний… ты один из братьев Фулгрима? - Артурия заговорила с примархом, что так напоминал брата. Их внешность и даже поведение, можно было найти схожими.

-А ты…

-Артурия Пендрагон. Я его друг. - От этих слов, на лице примарха промелькнуло удивление. Может от схожести имени с легендарным королем или от того, кем она приходится его брату.

-Вот значит как… - Сангвиний не стал высказывать своих мыслей. - В таком случае, я могу рассчитывать на то, что вы расскажете мне о происходящем?

Собравшиеся поведали ему о том, что его третий брат был поглощен темным существом, каким то образом заполучившим контроль над Фениксийцем.

-Это плохие известия… - Сангвиний, что так и продолжал исторгать из себя золотой свет, вновь посмотрел в сторону, где ощущал дух Фулгрима. - За этим вы создали круг призыва? Для того чтобы помочь моему брату?

-Да, так и есть. - Рин уже начала привыкать к влиянию девятого сына.

-Значит, вам известен способ очистить его от губительного влияния? - Артурия, Рин и Широ своими лицами показали что ответ совсем не обнадеживающий. - Может у вас есть идеи на этот счет? - И вновь ситуация повторилась.

-Нет… мы надеялись хотя бы обезвредить его. - Златовласая воительница была в дурном расположении духа, от озвученной правды. Мордред, стоящая радом с ней и не понимающая, кем является этот огромный крылатый мужик, вновь подметила несвойственную ее Отцу эмоциональность.

-Хм… в таком случае, лучше действительно сделать это, может… - Мысль не была окончена, ведь каждый ощутил отчетливое присутствие в своем разуме. Голос, наводнивший их сознания, сотрясал души. И только Тосака, пусть и смутно, но понимала кем он был.

“Я позабочусь об этом, сын мой.”

Могучий голос не был слышен в реальности, но это не мешало ему быть услышанным.

-Отец… Ты знаешь как помочь Фулгриму? - Крылатый примарх, всего на миг удивился его присутствию, ведь именно им был направлен сюда.

“Сожаления довлеют над его духом. Существо воспользовалось этим и погрузило разум Фулгрима в иллюзию, где он сам истязает себя.”

После сказанного, те кто знал, поняли кем был говоривший. Отцом знакомого им примарха. Императором Человечества.

“Я хочу чтобы ты, Сангвиний, стал проводником моей воли и помог мне поговорить с Фулгримом. Призови свое оружие.”

Без слов, Великий Ангел сделал это и в его руке оказалось прекрасное и величественное оружие. Телесто - золотое копье, с наконечником в виде полой капли из светящегося синего металла. Последнее тут же начало наливаться золотой энергией, пришедшей из ниоткуда.

“Пронзи своего брата и я смогу проникнуть в глубины его сознания.”

С этими словами голос угас, исчезнув из мыслей.

-Император… - Рин ощутила столь знакомое ей чувство. Теплый свет надежды исходил из навершия оружия. Этот прекрасный свет, врезавшийся в память навеки, теперь увиденный в живую. Не передать ту гамму эмоций, что переживала юная девушка, наконец видя силу Владыки Человечества своими глазами.

Примарх Девятого Легиона прикрыл глаза, словно сосредотачиваясь на энергии, заключенной в его орудии. Всего на несколько секунд, после которых, лазурные глаза распахнулись, обретя отчетливую твердость. Он развернулся на запад, именно туда, где находилось бывшее поле боя. Ненависть и боль, даже сейчас витали там и чуткий дух Крылатого Ангела ощутил их. Он увидел образ битвы, где могучие воины в пурпурной броне разили своих братьев, что предали их. В оке этой бури крови и стали, стоял его брат, обрамленный пеплом. Его безжизненных глаза не несли ничего, но в их глубине, скрытой от взора смертных, таились мучения.

Сангвиний стиснул зубы, видя как его брат, его настоящий брат, а не марионетка Хаоса, вновь оказался рабом темных сил. Самим своим существом, примарх чувствовал свет, источаемый душой Фениксийца, запертой и угнетенной. Ангел ощутил желание оборвать жизнь твари, посмевшей опорочить его дорогого брата Фулгрима. Ее постигнет возмездие, такой был вердикт, вынесенный златовласым сыном Императора.

****

Серокаменный замок показался перед глазами беловолосой девушки. За его стенами, она ясно ощущала присутствие слуги безумия. На лице Сакуры возникла улыбка, ведь сейчас она станет на шаг ближе к могуществу о котором грезила. Широкие врата отделяли гостей от хозяев этого места, но им не выстоять долго.

-Фулгрим. - Уверенным голосом, Мато отдала приказ.

Монументальная фигура примарха зашевелилась, перестав изображать из себя статую и Феникс сделал шаг вперед. Разящий Огонь взревел гневным пламенем, но был бессилен остановить владельца от исполнения воли пленительницы. Со свистом ветра, пылающий клинок опустился к земле, выпустив серп сжигающего янтарного огня. Волна жара вмиг достигла ворот, испепеляя и плавя их своды. Всего нескольких секунд хватило на то, чтобы проход был открыт.

Хозяйка порабощенного примарха испускала из себя алый свет, свидетельствующий о напряжении всех сил, ведь только так, она могла контролировать странного Арчера. Тот, ломаным шагом, двинулся на территорию поместья Айнцбернов. Там его уже ждал противник, что рычал и скалился, чувствую краем своего сознания - битва будет для него последней.

Геракл и Фулгрим - две тени былого величия, оказались напротив друг друга и бросились вперед. Древний герой не знал страха, мощными рывками стремясь к гиганту, что уже однажды сломил его. Феникс встретил сына Зевса сокрушительным ударом, откинувшим его в каменную стену. Несмотря на всю силу Берсеркера, его силы уступали сыну правителя тысяч звезд, ведь последний превосходил людей, сколько бы божественной крови не текло в их венах.

Уподобившийся зверю герой выпрыгнул из завалов, показав широкий черный разрез на груди. Мощь орудия примарха могла рассечь несокрушимое тело без особого труда, но даже так, Геракл не отступил. Поражение будет означать смерть мастера, чего не желали крохи разума, сохранившиеся в океане безумия. Яростный рев сопровождал новую атаку. Широкий тесак несся на Фениксийца, но тот обогнул его, вращаясь подобно танцору и нанося новый разрез. От боли, серокожий гигант взревел и вновь размахнулся. Но в этот раз, даже шанса причинить вред не было. Примарх схватил гранитный меч рукой и сжал, приложив могучую силу.

Один полубог пронзил живот другого пылающим мечом, унося одну из жизней. Мгновение понадобилось дабы восстать из мертвых, но уже было поздно. Бронированная ладонь сжалась на горле безумного слуги, поднимая его в воздух, будто тот ничего не весил. Рыча и мечась, Геракл всеми силами пытался высвободиться и сокрушить врага, чего последний ему не позволял. Мертвый лик и такие же глаза взирали на Берсеркера, не проявляя ни капли участия. Это было лицо куклы, что лишь выполняла команды.

Обездвиженный слуга ощутил, как холодные ленты начали покрывать его тело, обманчиво нежные и мягкие. Всего пары мгновений хватило дабы древний герой полностью покрылся ими и наконец замер. Беспросветный туман начал исходить из кокона, что с каждой секундой сжимался и становился легче. И так не тяжелый для примарха, он перестал весить хоть что то. Когда ленты пришли в движение и распутались, от тела Берсеркера не осталось ничего, что могло свидетельствовать о его существовании.

-Очень… неплохо… - Сакура упивалась потоком могучей энергии, что смешивалась с тьмой и переходя под ее контроль. - Это было просто… - В сравнении с Фулгримом, Геракл оказался слабее, впрочем это не значит что он был слаб, просто примарх имел абсурдную силу воли. Полноценно подчинить его и обернуть свет тьмой не вышло бы, как ни старайся. - И, кажется, было очень вовремя.

Уже вставшая рядом с Фулгримом Сакура обернулась к небу. Под серыми облаками горела золотая комета, с каждой секундой приближаясь к территории замка. В воздухе послышались громкие хлопки и они прервались грохотом от приземления воина. Тот носил золотой доспех, с переброшенной через плечо шкурой белого зверя, проходившего на барса. Белые крылья гиганта оставались распахнутыми и напряженными, готовыми в любой момент толкнуть великана в бой.

-Брат Фулгрим. - Он произнес имя ее слуги и даже назвал братом. Сакура на знала, кем был этот крылатый воин, но поняла, что являлся таким же примархом, как и Фениксиец.

Сангвиний мазнул взглядом по крохотной девушке, в которой ощутил нечто темное и мерзкое. Нахмурив брови, он крепче сжал рукоять копья, что держал в руке. Сын Императора понимал, что его брат находится под ее контролем и мертвенное лицо Фулгрима лишь подтверждало это. Но даже так, Сангвиний заметил легкое подрагивание рук брата и промелькнувшее удивление. Примарх Детей Императора сопротивлялся, это было видно невооруженным взглядом.

Уста платиноволосого гиганта приоткрылись, в попытке произнести хоть что то, но тут же сомкнулись. Алые прожилки, покрывающие доспех, запульсировали светом и начали разрастаться. Золотая аквила на груди уже почти скрылась под кровавыми линиями, словно отражая положение своего носителя.

-Убей его, Фулгрим. - Девушка произнесла приказ, заставивший Феникса прийти в движение. Нечестивое сияние начало покрывать пространство, излучаемое телом Сакуры и берущее тело третьего сына под полный контроль.

Может случай или воля того, кто имел власть над происходящим, вызвали дождь, но именно в этот момент небеса разверзлись. Тяжелые тучи наконец не выдержали груза и пролили на землю свои слезы. В восприятии примархов они двигались чрезвычайно медленно, настолько, что они могли их сосчитать. Но субъективные мгновения окончились и первая капля разбилась оземь. Это стало невольным сигналом.

Два полубога сорвались в атаку, занося свои орудия. Волны разорванного воздуха едва не были видны глазу, скорость сынов Императора являлась невообразимой. Ангел и Феникс встретились в битве, где первый хотел спасти второго. Звук, который можно было спутать с раскатом грома, ударил по слуху, ибо примархи столкнулись. Золотое копье было направлено под обманчивым углом, ведь его владелец не надеялся закончить все одним ударом. Обманчиво небрежным движением, Фулгрим парировал выпад, скользнув лезвием по наконечнику Телесто. Разящий Огонь, что обычно мог опалить врага хозяина, не жег и не вредил крылатому сыну Императора.

Неуловимые глазу движения великих воинов смазывались в единую картину сотен мечей и копий. Каждый из воителей мог одолеть целую армию, но сейчас они оба направили свои силы против всего одного противника. Против своего брата.

И десятка секунд не прошло, как Сангвиний совершил широкий взмах, отгоняя Фулгрима и взмыл. Его могучие крылья подняли его к небу, откуда он сорвался смертельным снарядом, грозящим пронзить тело Фениксийца, но тот без особого труда уклонился. Чего и ждал Ангел, ведь уже материализовал Энкаррин. Широкий силовой меч с золотой гардой устремился к открывшемуся брату. Пурпурные доспехи прочертил след от клинка, что хоть и не без труда, но сумел пробиться через адамантиевый нагрудник.

Во второй руке примарха Детей Императора возник огромный молот, обрушившийся на Сангвиния. Крушитель Кузен послал волну кинетической энергии, разорвавшей землю, на которую опустился вместо тела Ангела. Девятый примарх отскочил со скоростью не ожидаемой при его размерах. Два гиганта продолжали битву, разрушающую все вокруг. Мощные ударные волны сминали растения поблизости, а грохот от столкновений был оглушающим. Именно эту картину застали прибывшие на место слуги.

-Фух, ну и резвый же этот крылатый. - Мордред смотрела на столкновение великанов, один из которых по видимому являлся Артуру… другом. - Отец, это про него ты говорил?

-Да… это он… - Артурия испытала то же неприятное чувство от вида порабощенного Фулгрима.

-Хмм… - Младшая смотрела на платиноволосого колосса и пыталась понять, чем он сумел добиться дружбы с ее прекрасным Отцом.

-Вперед, Мордред. - Приказ Короля, вызвал дерзкую усмешку, непонятно от чего. Может от недовольства, может от радости. Девушка и сама не могла дать ответ.

Две воительницы, прибывшие раньше всех, бросились в бой, который даже для них являлся смертельно опасным. Могучие удары полубогов могли располовинить их тела, несмотря на доспехи и крепость плоти. Златовласые мгновенно сократили расстояние, нанеся удары с двух сторон в подходящий момент. Непревзойденная реакция Фулгрима позволила ему начать уклонение, но крылатый примарх предугадал траекторию и совершил точный выпад своим копьем. Телесто разрезало воздух, освещая золотым сиянием пурпурные доспехи Фениксийца и почти пронзило его тело, но в последний момент прошло по касательной.

Безжизненные глаза падшего примарха неустанно следили за движениями противников, выискивая лучшие места для нападения. Даже будучи подавленным, его разум был сотворен Повелителем Человечества, потому превосходил двух оппонентов из трех. Битва продолжилась и Фулгрим показал себя невероятно неприятным противником. Его сила и скорость превосходили даже Сангвиния, ведь подпитывались темными энергиями. Его мастерство и инстинкты не позволяли существенно задеть его, каждый раз находя способ отогнать врагов и атаковать вновь. Благо, на стороне воительниц был подобный ему, потому и им удавалось не подставляться под удары, способные лишить их жизни вмиг.

-Да что ж ты… такой верткий!? - Мордред уже кипела от злости, ведь несмотря на размеры, этот Фулгрим был скользкий как змей. - Эй ты, крылатый, займи его на пару секунд! - Между уклонениями от горящего клинка и молота, девушка прокричала это Сангвинию.

Тот не ответил, ведь был полностью сосредоточен на битве. Пусть в прошлом он не сталкивался с Фулгримом в серьезном бою, но считал что его нынешние возможности выше былых. А наглость девочки волновала его в последнюю очередь, хотя это не помешало услышать ее. Взмахнув крыльями, он придал себе ускорение и яростно врезался в своего брата ударами копья и клинка. Третий примарх тут же отскочил, уводя смертельные удары мечом и молотом, но лишь для того, чтобы подвергнуться неистовому нападению.

-Отец! - Кларент начал испускать из себя алые разряды энергии, наливаясь светом и разнося вокруг пульсирующие волны.

-Поняла. - Артурия также направила силы в свой клинок, напитывая его святой силой.

Два ярких источника света были замечены Фулгримом и тот понял, что хотят сделать его противники, но контрмерам помешал очередной выпад Телесто, едва не пронзивший грудь примарха. Всего две секунды спустя, за которые он мог убить двух воительниц сотню раз, они закончили приготовления.

-Кларент! Кровь Артура! - Яростный крик дочери был первым.

-Экскалибур! - Крик матери вторил ему.

Примарх Сангвиний без труда понял какой будет атака, потому сделал все, чтобы она прошла успешно. Он не считал, что эти двое хотят навредить его брату, потому и оказал содействие. Хитрым сплетением маневров, он оказался за Фулгримом и нанес мощные удары, чтобы тот точно не сбежал.

Две волны силы, золотая и бордовая, пронеслись по истерзанной земле, смешиваясь и создавая невообразимую атаку. Тело Фулгрима было крепким, а его регенерация усилена темной сущностью, но даже так, мощь двух Небесных Фантазмов сказалась на нем. Уперев ноги, он сдерживал натиск сжигающих энергий, с каждой долей секунды обгорая и скользя назад. Прямо туда, где был Великий Ангел.

Сангвиний наконец нашел возможность нанести решающий удар и не имел причин колебаться. Копье Телесто, напитанное силами Повелителя Человечества, пронзило спину Фулгрима. Золотой поток захлестнул тело подчиненного Феникса, устремляясь в самые глубины его души. Всего один миг отделял мир от встречи.

Встречи отца с его падшим сыном.

Глава 32

Пепельная пустыня раскинулась на все пространство, что было доступно взору. Темное светило освещало его лучами черного света, бросая вызов логике и реальности. Под этими мрачными бликами находилось неисчислимое воинство, извергающее яростный рев и проклятия на голову пленника ложного мира. Гигант в пурпурном доспехе стоял на коленях в самом центре круговорота ненависти, что была направлена на него, без остатка. Призрачные голоса терзали его разум, погрузившийся в муки сожалений.

-Почему, мой примарх?! Почему ты не предотвратил всего этого?! - Один из его сынов был прямо перед ним и задавал вопрос, ответ на который был болезненнее самых страшных и изощренных пыток. - Мы стали чудовищами…

Из за тебя!

-”Из за меня…” Фениксиец уже сотни раз слышал подобное и не счесть сколько раз ощущал то… что это правда. Болезненная истина, которую люди предпочитали прятать и искажать, как делал он. Как окутал себя мнимым совершенством в чужих глазах… и в своих тоже. Самообман ведет лишь к саморазрушению, такова правда о нем. В нем был изъяны, но полнившие его недостатки несли в себе лишь полбеды. Худшим из того, что совершил третий сын Императора, была слепота. Великий Феникс, Совершенный Примарх был наивным слепцом, не способным увидеть простую правду, предпочитая лгать себе и миру, окружающему его.

-Во мне был недостаток, отец… Я не оправдал твоих надежд… - Едва слышимый шепот пронесся по воздуху, подобно призрачному ветру. Затухающий под волнами боли, он гас, словно пламя свечи… как и душа, некогда могучего примарха. Ее свет, был укрыт непроглядной тьмой бесконечной ночи, воцарившейся в сердце Фулгрима.

-Ты разочаровал меня, сын. - В очередной раз Фениксиец услышал голос Повелителя Человечества, такой, каким он его помнил. Величественный и проникающий в самые глубины человеческого существа. Не было преград способных скрыть от него правду. Не было сил способных остановить его всевидящий взор. - Я никогда не мог вообразить, что ты падешь так низко.

Сколько раз отец и братья проклинали его? Его раны только начали заживать, но сколько раз их разрывали безжалостные истины и болезненная правда?

Не счесть…

-Ты стоишь здесь, на коленях… - Бесстрастный тон был привычен и, разом, чужд. Отец никогда не вкладывал в слова такое осуждения… и разочарование. -... терзаемый собственными страхами и поступками. Разве для этого ты был рожден?

Платиноволосый примарх не отвечал, ведь не видел в этом смысла. Хоть и не мог мыслить ясно, он понимал, что находиться в иллюзии врага и может разрушить ее усилием воли, но…

Воли не осталось.

Фулгрим не чувствовал как бьется его сердце и как кровь течет по венам. Лишь тлен и запах дыма захлестнули его чувства. Примарх был не в силах столкнуться со своими демонами и выстоять… только пасть, как уже пал когда то. Зачем ему жить? Даже если он сумеет вернуться в Империум, его встретят огнем и мечом, желая поразить мерзкого предателя

…И будут правы.

-Я задал тебе вопрос, Фулгрим. - И вновь названный не дал ответа. Лишь взирал на мертвенно серый пепел, покрывший всю землю вокруг. - Отвечай мне!

Мощный голос всколыхнул сознание, заставив вдохнуть дымный воздух и ощутить холод этого места. Какая то неодолимая сила наполняла этот крик, вынуждая подчинится воле исторгнувшего его.

-Я… был рожден… служить отцу. - Слова зародились в омертвевшем горле сами собой. - Нести Его слово. Быть Его клинком. Я примарх - сын Императора Человечества, возлюбленного всеми…

-А чего ты желал?

-Я… желал… - Долгие мгновения, ответ не мог сформироваться в затуманенном разуме, но все же возник. Простая правда зажглась, осветив мысли, что спали в глубинах души падшего сына. - Приблизиться к Его совершенству… встать вровень и… почувствовать его любовь ко мне…

-Я любил вас, Фулгрим. - Голос, что был совершенно неотличим от отца. - Вы мои сыновья - кровь от крови моей и дух от духа моего. - Он говорил то, во что примарх всегда хотел верить. - Пусть я не показывал этого как было должно, но… - То, во что он всегда старался верить. -... я действительно любил вас… - Слыша эти слова, он даже не понял, как поднял голову.

-... И это осталось неизменно.

Перед глазами Фулгрима был Он. Первый среди людей, приведший их к звездам. Подаривший свет надежды и истин, что они несли в море звезд. Император предстал пред ним во всем своем великолепии. Во всем своем Совершенстве. Падший примарх не мог оторвать взгляда от золотого света, излучаемого темными глазами Откровения. Как же он любил это сияние. Ради него, он был готов на все. И он сделал это - бросил к ногам Его всю галактику, завоевав бесчисленные миры вместе с братьями.

-О… тец? - Голос Фениксийца полнился робкой и слабой надеждой. Своим естеством он ощутил… это действительно Он. Стоило только взглянуть.

-Да, Фулгрим… Это я.

Бледное и измученное лицо примарха замерло еще сильнее, чем прежде. Тусклые, недвижимые глаза начали дрожать и поблескивать каплями влаги. Уже давно высохшие слезы вновь зародились в очах Третьего, с каждой секундой все сильнее заволакивая взор. Не прошло и минуты, как ручейки прозрачных капель залили щеки, ведь…

-Отец… это... действительно ты… - Примарх был не в силах говорить ровно, словно потерянный ребенок, вновь увидевший родителя. Могучий разум пасовал перед попытками придумать, как поступить. Броситься в объятия? Или молить о прощении, без надежды обрести его? - Но… как?

- Я ощутил твое присутствие в этом мире и пришел за тобой, сын мой. - Привычно спокойный и непоколебимый тон, вопреки совершенному в прошлом… успокаивал.

-За мной?.. - Неверие отразилось в пурпурных глазах, ведь Феникс и мечтать не смел услышать подобное. - Но я ведь… - Владыка Империума не стал прерывать затянувшуюся паузу. -Я предал тебя! Поддался Хаосу и темным богам, предал огню своих сыновей и… - Крупная дрожь пронзила все тело падшего примарха, вторя его эмоциям. - Убил брата!

-Это правда, Фулгрим, и мне все известно, так зачем ты произносишь это? - Император повернул голову, смотря на образовавшийся круг из фантомов. Те не смели приблизиться, убоясь мощи проникшего в глубины этого мертвого мира.

-Именно потому что все это правда! Я видел, что стало с Империумом по моей вине, разве после случившегося… я достоин тебя?! - В скорбном гневе, примарх обрушил кулаки оземь, сотрясая твердь. - Достоин, после всего совершенного мною!?

-Нет, сын, не достоин.

Эти слова обрушились на Фениксийца подобно молоту. Услышать их из уст отца, того кого он любил больше жизни, было… болезненнее чем любое осознание грехов. Даже зная об их правдивости, примарх испытал подлинное опустошение. Бесконечные часы, проведенные в этом месте, ни в какое сравнение не шли с этим.

-Я… я не знаю, что мне делать, отец… может, мне действительно лучше умереть? - Примарх закрыл лицо ладонями, будто не желая видеть происходящего. Но яркий пурпур, даже укрытый пеплом, вызвал вспышки воспоминаний. Этот цвет должен был быть символом лучшего легиона, совершенного во всем, способного сражаться и побеждать в любых условиях.

-Умереть? - Вмиг похолодевшим голосом переспросил Первый среди людей. - Думаешь твои грехи можно искупить смертью?

Разбитый взгляд, от вновь поднятых глаз, встретился с золотистым сиянием психической силы. Фулгрим не понимал зачем отец пришел за ним. Не понимал, как он мог продолжать называть его сыном. Примарх стал носителем проклятья, имя которому предательство.

И нет ничего хуже.

-Ты не перестаешь разочаровывать меня, Фулгрим. Когда я встретил тебя впервые, мне открылась твоя суть и в ней было лишь бесконечное стремление к новым вершинам. Пусть многие обречены сбиться с этого пути, но я верил, что ты преодолеешь все, как подобает примарху. Как подобает одному из тех, в ком я воплотил свою мечту. И что я вижу?

-Да, отец… я подвел тебя. - Фулгрим и помыслить не мог о том, чтобы оспаривать слова Императора. Тот не говорил некоторое время, задумчиво смотря на черное солнце. Такое яркое, но такое искаженное. Прямо как судьба половины его сыновей.

-Все сказанное тобой ранее - правда. Но ты не понимаешь, в чем именно она заключается, сын мой, поэтому она не истинна.

-...Что?

Неожиданная вспышка света заставила примарха зажмурить глаза, даже для него, тот был нестерпимо ярок. В золотой рукавице Повелителя Человечества возник пылающий клинок, вызвав испуганные крики и визги лживых фантомов, наконец явивших свою суть. Проморгавшись, примарх увидел как его отец взмахнул оружием, что послало волны эфирного огня во все стороны. Призраки не успели сделать и шага, как были сметены бушующим пламенем.

-Эти твари столь слабы… ты мог уничтожить их всех без труда… Так почему ты позволил пленить себя, Фулгрим?

-Я… - Примарх не мог найти в себе силы ответить, впрочем этого не требовалось, ибо Император видит даже то, что скрыто ото всех. Не став более ждать, он нахмурил брови и вскричал.

-Ты сдался! - Мир сотрясся от психической мощи Откровения. - Ты предпочел спрятаться здесь и скулить, как побитая шавка! Именно этим ты меня разочаровал. Этим ты подвел меня! - Волны нематериальной энергии могли смести иллюзорную реальность, не будь они направлены на сжавшегося в страхе примарха. Еще никогда в жизни он не чувствовал себя таким жалким, как сейчас.

-Тебе был дан новый шанс. Возможность вернуть потерянную честь, но что ты сделал?! - Сама душа Фениксийца была готова расколоться от разрушительной истины, которую нес светоч рода людского.

-Фулгрим… - Тяжело выдохнув и наконец успокоившись, Император продолжил. -Я пришел в этот мир, дабы увидеть тебя вновь. Увидеть своего сына, освободившегося от сил Темных Богов, но узрел лишь тень былого тебя. Что стало с тобой, мой Феникс?

-... Прости, отец… прости меня… - Слезы застилали взор, мешая рассмотреть лицо отца, но даже так… примарх увидел промелькнувшую грусть, столь мимолетную, что она скорее всего была фантазией ослабленного разума.

-Не это я хочу услышать, сын мой. - Массивный гигант в золотой броне опустился на колено, оказавшись лицом к лицу с Фулгримом. - Скажи, что испило всю твою силу духа? Что заставило тебя встать на колени? - Бесстрастный тон Повелителя Человечества обрел редкое тепло. Он не подавлял своей силой и даже не упрекал. Отец просто хотел узнать, что гложет его сына.

-Человечество погрузилось во тьму. Наш дом превратился в обитель предрассудков и лжи… Твои Истины преданы забвению. Все то, ради чего миллионы проливали кровь, разрушено. И я был одним из тех, кто погубил Империум. Твой Империум.

-Фулгрим, это не мой Империум. Это Империум людей, со всеми их недостатками и слабостями. Именно из за несовершенства человечества, я повел его в будущее и надеялся, что вы поможете мне в этом. - Император говорил то, о чем знал каждый примарх. - Но надежды имеют свойство рассыпаться в прах. За свою долгую жизнь, я не раз видел это и тем не менее… - Отец положил руку на плечо сына, заставив того ощутить успокаивающее тепло, которое пробивалось даже через металл. -... надежда - это единственное, что дарует силы бороться, даже в самый темный час.

-...Надежда? - Непонимающим взглядом, Фулгрим пытался увидеть ответ в лице Императора. - Разве она есть… у меня?

-Жаждущая показала тебе однобокую правду, но скрыла подлинную истину. Империум действительно умирает, но даже в настолько мрачном месте - есть свет надежды.

-Я… не понимаю.

-Скажи мне, Фулгрим, разве я столь слаб в твоих глазах? - Примарх вздрогнул от такого вопроса, не осознавая, каким действием мог вызвать его. - Думаешь я бездействовал десять тысячелетий на Золотом Троне?

Фулгрим ощутил прикосновение к своему разуму, ненавязчивое и аккуратное, словно стук в дверь. Он знал, что даже мысли примарха могут открыться психической мощи Повелителя Человечества, пожелай тот разрушить преграды, но этого не требовалось. Падший сын ни на мгновение не посмел бы сопротивляться, потому разумы соприкоснулись. А то, что последовало за этим, до самой глубины души поразило Фениксийца.

Сперва он видел тоже, что показывала ему Слаанеш, но следом показались иные образы. Он смотрел в сам Имматериум, видя там окутанную золотой мощью фигуру. Это был Император, что беспрестанно сражался с ужасами Хаоса, отводя их от душ человечества. Он… защищал их. Не позволял Губительным Силам наводнить материальную вселенную, превратив ее в царство мучений и пороков. Не поддающееся исчислению время пролетело перед глазами, ведь в варпе оно нелинейно. Фулгрим не мог найти слов, чтобы выразить испытанные им эмоции. Его отец так долго и упорно боролся с нескончаемыми ужасами нереальности, не сдаваясь и не отступая. Его битва ради них, ради людей, казалась вечной. В этот момент, примарх ощутил насколько совершенен его отец, насколько прекрасен и идеален его творец. Фениксиец понял, что не осознавал и жалкой доли великолепия Владыки Людей. Даже мысль о том, что бы попытаться достичь подобного, показалась Фулгриму смешной. Особенно сейчас, когда он стоит на коленях, заливаясь слезами. Не имея силы побороть свои сожаления, он…

Мысль прервалась от внезапного озарения. Примарх уже успел прийти к выводу, что изъяны не враг совершенства, слабость ему не противоположность. Совершенство рождается в нескончаемой борьбе со своими недостатками…

… А что сейчас делает он?

-Даже находясь в тюрьме из собственной плоти, я не останавливался ни на миг. Это мой долг, который я принял по собственной воле и единственное, что я мог делать ради человечества.

Образы сменились. Фулгрим увидел огонь и сталь, захлестнувшие галактику. Огромный варп-шторм расколол ее на двое, положив начало тому, что можно назвать самым темным часом для галактики.

-Сейчас, в этот миг, настает решающий момент для судьбы людской расы. Предатели, слуги Хаоса и ксеносы грозят уничтожить Империум. Мне было бы не под силу спасти его, но…

Сияющим солнцем, перед мысленным взором Фулгрима возник гигант в синей позолоченной броне, без труда узнанный Фениксом. Это был Робут Гиллиман.

-...даже в непроглядной тьме будущего, может возгореть свет.

Владыка Ультрамара встал с трона в Крепости Геры. Возрожденный примарх взял в свои руки судьбу Империума, поселив надежду в сердца людей и даже их Владыки.

-Твой брат, сраженный тварью поглотившей твое тело, вернулся спустя тысячелетия и повел воинства в битву.

Сотни картин сражений, где люди и астартес крушили врагов, бушующим потоком обрушились на разум Фулгрима. Завоевание показалось ему…

-Неодолимый. Так он назвал свой новый крестовый поход.

Образы рассеялись, вновь показав лицо отца. Он смотрел прямо и его глаза горели непреклонным светом уверенности.

-Империум грядет, Фулгрим.

****

Потоки энергии Небесных Фантазмов спали, открыв взгляду две фигуры. Два примарха, два брата стояли недвижимо, пока один пронзил другого копьем. Сангвиний ощутил, как силы отца проникли в тело Фулгрима и тот замер. Вынув Телесто, Крылатый Ангел сделал шаг назад, с нескрываемым беспокойством смотря на брата.

Артурия и Мордред также остановились, ожидая итога этой битвы. И он не заставил себя ждать. Не прошло и нескольких минут, как тело примарха содрогнулось. Аквила на его груди, скрытая вязью кровавых лоз, начала сиять. Золотой свет все усиливался, давая понять, что цепи скоро будут разрушены.

“Пробудись, сын мой”

Голос разнесся по всему пространству.

“Слишком долго ты был потерян”

Вторя психическому гласу, фигура Феникса окуталась серебряным огнем. По всему его телу проявились трещины, источающие холодный белый свет. Недавно начавшая пробуждаться сущность Фулгрима, была погребена под страхами и болью, но пришло время.

“Пробудись.”

Из за лесной чащи показались остатки группы. Астартес, мастера и Рулер, которые остались позади стремительных воительниц и гиганта, способного летать.

“Возродись”

Беловолосая девушка, которая смотрела на происходящее, напрягла все тело, готовясь к худшему. Сакура не хотела верить, что все ее планы были перечеркнуты прибытием странных существ из другого мира. Это просто несправедливо.

“Восстань из пепла!”

Психический крик самого могучего псайкера галактики затерялся на фоне новой силы, явившейся в этом отдаленном мире. Псевдоплоть слуги разлетелась, истлевая еще в воздухе, оставив на своем месте слепящий силуэт, поражающий своей силой. Любое живое существо было способно ощутить неудержимую энергию, что несла в себе эта новая сущность.

Сангвиний был вынужден упереть ноги в землю, чтобы его не унесло прочь. Прикрывая лицо рукой, он смотрел на то, как его возлюбленный брат освободился. Несмотря на шквал психической энергии, лицо Ангела озаряла улыбка ведь…

…Фулгрим вернулся.

Потоки чистого серебряного огня закрутились вокруг нематериального тела Феникса, восходя к небу. Капли дождя испарялись под натиском энергии, порожденной душой сына Повелителя Человечества, а свинцовые тучи разверзлись, явив синеву небесного свода.

Реальность содрогалась от подлинной мощи примарха. Частичка души Императора расцвела и разгорелась, оглашая второе рождение Феникса. Умерев на полях Истваана-Пять, он вернулся к жизни тенью былого себя. За последние дни, пережив немало взлетов и падений, он наконец возвратился. Фулгрим Фениксиец освободился от оков страха и воспрял. Даже солнце Терры было не способно пересилить сияние сущности Третьего.

Волны силы продолжали накатывать, грозя разорвать все вокруг. Два Героических Духа, что были рядом, вонзили клинки в землю и ухватились за них, чтобы их не унесло. Ветры били в глаза, а гул психической силы был оглушителен, словно тот стремился как можно громче известить всех о своем существовании. Древняя Королева пыталась рассмотреть происходящее, но ей мешал слепящий свет, однако даже так было понятно. Ее друг спасен. Артурия с улыбкой на устах думала об этом.

-Да что у тебя за друзья такие, Отец?! - Мордред была “немного” удивлена происходящим, настолько, что хотела перейти на более грубую манеру речи. Если бы не присутствие ее короля, то она бы это уже сделала.

-Самые лучшие! - Громко ответила Артурия, все еще храня улыбку.

Даже на пороге леса, волны силы и ветер были ощутимы. Рин и Широ смотрели на проявление невиданной мощи, поражавший воображение. Каким то шестым чувством, они ощущали, что реальность трещит по швам от навалившейся на нее силы. Но все же, они были рады, ведь Фулгрим свободен. У Тосаки не было времени подумать о грядущем, ввиду обстоятельств, но если Фениксиец был спасен, а в этот мир явились Сангвиний и сам Император, значит Фулгрим сможет воссоединиться со своей семьей. Как девушка узнала недавно, Империум пребывает в мучительной предсмертной агонии, но с возвращением двух примархов, все может измениться и это… радует.

Среди трех космодесантников, лишь один испытывал незамутненную радость, в то время как два других, пребывали в смешанных чувствах. Абдемон уже устал удивляться необычному месту, в котором оказался. Чтобы разобраться в происходящем, ему нужно было больше времени и обстановка поспокойней. Саул не слишком отличался от Лорда-Командора, только увиденные изменения в его примархе создавали различия. А то, что Повелитель Человечества был намерен дать своему сыну второй шанс, лишь приумножило их.

Что касается Жанны… святая ожидала несколько иного, когда открыла глаза в мире живых. И когда сломя голову неслась в Японию, без билета проникнув на первый же самолет в Европе, и когда бежала в небольшой городок, быстрее любого автобуса. Осквернение Грааля отошло на второй план, когда из круга призыва явился гигант с крыльями, что был так похож на ангелов господа.

А тем временем, буйство силы продолжалось, пробужденный примарх не подавал признаков осознанности, чем угрожал создать прорыв в реальности. Сангвиний, что стоял к нему ближе всех, понял это и сделал шаг вперед. Золотой психический свет, что мягко покрывал его тело, разгорелся и противостоял вихрю энергии, пусть и не без труда. Белоснежные крылья засияли, как и сам Великий Ангел. Золото столкнулось с серебром.

С каждым шагом приближаясь все ближе к брату, Сангвиний ощущал возможности эфирного огня Фулгрима. Как и клинок отца, он имел возможность поражать душу, сжигая ее и низвергая в ничто. Но, в то же время, Девятый чувствовал что сила Фулгрима ему не грозит, даже несмотря на то, что Третий был без сознания. Похоже душа Фениксийца не видела врага в своем брате.

-Отец, ты не мог бы…

“Да.”

Наряду с голосом, возникшим в сознании, Телесто вновь напиталось силой Императора. Подойдя на расстояние вытянутого копья, Сангвиний коснулся острием фигуры Фулгрима. Психическая мощь их отца, что была вытеснена из сущности Фениксийца его пробуждением, вновь соприкоснулась с ним.

“Спи, сын мой.”

Сущность Фулгрима не видела угрозы в золотой психической силе, потому не сопротивлялась. Император помог стабилизировать бушующую мощь третьего примарха. Гул стал ослабевать, сияние уходило и шторм сошел на нет. Холодный психический свет вернулся в глубины души, уступив место вновь созданному телу. Живому телу.

Фулгрим перестал быть слугой, возвратив свое тело, что переняло все, что он получил от Грааля. Сложно выявить причины этого, но теперь, ему не нужно было беспокоиться о запасах камней-накопителей. Его душа сама была источником огромной энергии, превосходя подавляющее число существ двух миров, в которых он побывал.

Медленно опускаясь на землю, не падая, но паря в воздухе, примарх принял лежачее положение. Полностью обнаженный, словно новорожденный, он безмятежно спал. Платиновые волосы разметались по земле, из которой за доли секунды проросла мягкая трава. Впервые за многие субъективные месяцы, Фулгрим погрузился в объятия грез. Крылатый гигант беззвучно подошел к нему, смотря на своего брата. Фениксиец был в своей человеческой форме, по какой то причине, но это не так важно. Важно другое.

-Отдыхай, братец, ты это заслужил.

Глава 33

-Хм…

Мужчина смотрел на город, столь знакомый ему и, в тоже время, почти стершийся из памяти. Маленькие улочки спального района, по эту сторону реки, были тихими, несмотря на полуденный час.

Чувства говорили о всплеске энергии, недавно сошедшем на нет. Эта сила была незнакома, явно не являясь магией, скорее чем-то… не настолько реальным.

-И что на этот раз?

****

-Он спит?

-Верно. Нагрузка на его душу была очень велика.

Едва слышное дыхание мужчины, вторило слабому вздыманию груди. Тихий свет солнца нежно окутывал его фигуру, баюкая своими золотыми лучами и согревая. Алебастровая кожа, словно светилась изнутри, а мирное лицо было неподвижно. Он действительно спал.

Девушка присела рядом, вглядываясь в крепко запоминающиеся черты. Рука сама собой легла на голову, начав ласково поглаживать платиновые волосы, водопадами стекающими на плечи и мягкую траву. Ресницы слабо затрепетали, но тут же успокоились, после чего мужчина задышал еще глубже, будто сон стал еще спокойнее.

Златовласая не заметила, как мягко улыбнулась, видя своего друга в таком состоянии. Обычно примарх сосредоточен и невозмутим, а сейчас… -”Такой беззащитный.”

-Отец, если ты не заметил, он… голый… - Голос Мордред послышался за спиной, заставив Артурию перевести взгляд.

Перед глазами показалась идеальная мускулатура, с чётким рельефом. Своим видом она вызывала ассоциацию с мраморной статуей, работой великих античных мастеров. Королева рассматривала тело мужчины и вспомнила как дышать лишь через несколько секунд. Щеки вмиг налились румянцем, в противовес замершему лицу, воительница так и оставалась неподвижна. Мгновения потянулись одна за другой, не привнося никаких изменений. Это несколько…. раздосадовало младшую из семьи Пендрагон, заставив девушку принять меры.

-Да хватит на него пялиться! - Стремительным рывком сблизившись с матерью, дочь развернула ее голову в сторону, наконец позволив ей связно мыслить.

-.... - Несколько раз моргнув, Королева краем глаза посмотрела на своего рыцаря. - Я… не пялифась. - Латные рукавицы лежали на щеках, затрудняя произношение и создавая весьма глупую физиономию.

-Еще как пялилась! - Праведный возглас не вызвал угрызений совести за очевидную ложь.

-Не прафда.

-Тебе сколько лет?! Крылатый, ну хоть ты подтверди!

Гигант слегка усмехнулся, наблюдая за этой сценой, но не стал отвечать, вместо этого переведя взгляд на одинокую фигуру. Беловолосая девушка стояла на широкой каменной дорожке, неподалеку от оплавленных сводов врат. Она напряженно взирала на Ангела, готовая в любую секунду действовать. Бордовые глаза слегка дрожали, выдавая страх и неверие. Это дитя не хотела верить в происходящее, словно оное разбивало все ее надежды, ставя крест на желанном.

-Это была ты? - Спокойный голос Девятого заставил тело Сакуры вздрогнуть. Неосознанно, она сделала шаг назад, поддавшись самым глубоким инстинктам. Они трубили о том, что перед ней не человек, а нечто большее. Непреодолимый и неумолимый враг, чье возмездие будет совершено, вне зависимости от ее потуг.

Сангвиний внимательно смотрел на Сакуру, ощущая в ней присутствие. Тягучее и липкое, холодное и темное. Это было Зло. То, которое он ощущал во многих людях, в ком то больше, в ком то меньше, но оно было почти у всех. Пороки и грехи, скрывающие своими путами свет. Сгусток скверны перед ним поражал своей концентрацией, выдавая нечестивое происхождение. Его щупальца глубоко проникли в естество, окутывая и взращивая ростки ненависти в душе этой девушки. Великий Ангел не знал, что ей пришлось пережить, но ненависть пропитала ее до самых глубин, став прекрасной почвой для проклятья. -”Ее уже не спасти.”

-Мне жаль… Лучше не двигайся, я закончу быстро. - Золотое копье указало прямо на сердце маленького человечка. Ничтожное расстояние разделяло лезвие от цели.

-Н-нет. - Бессмысленный шажок не сумел бы спасти ее, но тело сделало его. Несмотря на приобретенное могущество, делающее ее сильнее многих, Мато прекрасно понимала правду. Брат ее бывшего раба гораздо сильнее.

Золотой психический свет обострился, начав слепить глаза носительницы тьмы. Огромные крылья распахнулись, готовя владельца к сокрушительному рывку. Массивное оружие не разрежет хрупкое тельце, оно разорвет ее на части, мгновенно лишив жизни.

-Нет, постой! - Крик юной девушки, бегущей со всех ног, замедлил Сангвиния всего на миг, потраченный на выявление причины.

Черноволосая, с ощутимым беспокойством на лице, смотрела на сцену предстоящей казни. Примарх без труда определил, что она испытывает страх за жизнь стоящей перед ним. Беловолосая дорога ей, очень дорога. Ангел распознал надежду и решимость, скрытую в маленькой фигурке. Назвавшаяся именем Рин, была целеустремленной и готовой действовать. Ею двигало желание спасти, вытащить из пучины тьмы, но…

Было поздно.

Гигант не станет ждать.

Усиленная праной, девушка едва сумела осознать начало атаки Сангвиния. Примарх напряг ноги, оттолкнувшись от разорвавшейся почвы. На недоступной для людей и даже астартес скорости, он приближался к застывшей Сакуре. Разум Рин откинул все лишнее. Привычная боль от пользования мистериями, в этот раз была в разы сильнее, ведь магические цепи вскипели от натуги. Лазурный сгусток, на кончиках пальцев, сформировался быстрее, чем когда либо. Единственное чего желала Тосака, это успеть.

Багровые глаза загнанной и напуганной девушки, следили за острием Телесто. Оно все приближалось, приближалось настолько быстро, что даже единой мысли не успело зародиться в разуме. Широко распахнув веки, Сакура смотрела на приближение своей гибели. Ослепительный золотой свет, источаемый телом и оружием примарха, затмил все вокруг. Но когда наконечник был так близко, что можно было ощутить его сжигающее тепло, золотой свет разбавился лазурным. Взрыв и вспышка жара последовали без промедления, ударной волной меняя направление удара.

Мато почувствовала, как кромка клинка разрезала ее бок и разрывая мягкие ткани. Чуждая сила проникла в тело, распространяясь все дальше. Свет Ангела выжигал скверну, пропитавшую свой сосуд, вызывая невыносимые муки, как физические, так и душевные.

Сакуру отбросило назад, подобно листику в урагане. Хрупкое тельце рухнуло на землю, а в горле зародился крик боли. Девушка никогда в жизни не чувствовала таких мук, даже когда ее плоть заживо пожирали черви. Отчаянный вой покинул уста, огласив всю округу. Потоки золотого света разрывали ее, не давая залечивать раны, проносясь по венам и цепям праны.

Рин продолжила бежать, наконец остановившись на пути примарха. Сангвиний видел, как плазма оплавила поверхность золотой брони и край крыла, почерневшего от ярости звездного огня. Выпрямившись, Ангел вперил взгляд в человека, нашедшего в себе храбрость напасть на сына Императора. Рин сильно вздрогнула, почувствовав взор Девятого, только сейчас осознав свои действия.

-Ты… понимаешь, что сделала? - Похолодевший голос Сангвиния был ясно слышен, подавив даже крики агонии, доносящиеся из за спины Тосаки.

-Она… - Девушке было трудно говорить, ощущая на себе пристальное внимание разгневанного примарха, но она нашла в себе силы ответить. - Она моя сестра. Я не позволю просто убить ее.

-... Сестра… значит. - Острый взгляд сменился чуть задумчивым. Теперь Ангел получил последний кусочек мозаики. - Ей уже не помочь. Тьма поглотила ее без остатка и только смерть станет для нее спасением.

-Нет! Я… найду способ помочь. Обязательно найду… - Стихающим голосом закончила девушка.

-А если его не будет?

-Тогда… - Рин прекрасно знала, что тогда будет. Но… она не может не попытаться. Мрачные мысли прервал новый крик сестры. - Сакура!

Обернувшись, Тосака увидела мучительную картину. Ее сестра извивалась на земле, не переставая кричать. Но, не успела Рин сделать и шага, как из тела Сакуры вырвался алый свет. Это мрачное сияние все нарастало, изгоняя силу примарха и возвращая возможность двигаться.

Наконец, Мато избавилась от мучений и тяжело задышала. Отголоски агонии все еще не покинули ее тело, заставляя дрожать от фантомной боли. Ослабшими руками, девушка пыталась подняться или хотя бы отползти, кожей ощущая губительную психическую мощь. Приподняв голову, ей потребовалось несколько мгновений, дабы сфокусировать взгляд. Она видела золотого гиганта и свою сестру. В глазах первого была сосредоточенность, а руки уже поднимали копье для нового удара, проклятый примарх не оставит ее в покое. Но посмотрев на Рин, девушка ощутила, как в душе разгоралась ярость. Предательница беспокоилась, а в голубых глазах была…

Жалость.

--Не… смей… - Шипящий шепот, полный ненависти, заставил Тосаку опешить. - Не смей… так на меня смотреть!

Вспышка багрового света ослепила, не позволив увидеть чернильные ленты. Жгуты тьмы устремились к черноволосой, грозясь разорвать на части, только для того, чтобы быть разрезанными взмахом Энкаррина. Неуловимо быстрый примарх не позволил убить Рин, за долю секунды оказавшись рядом.

Сакура ясно видела это, осознав невозможность победить в этой битве. Крылатый гигант был непобедим. Его поступь неумолима, а попытка подчинить, подобно брату, обречена на провал. Золотой свет доставлял дискомфорт одним видом, в то время как контакт мог погубить.

-Да будьте вы все прокляты! - Яростный крик сопровождался неисчислимыми черными лентами, атакующими великана.

Сангвиний вспыхнул сиянием, от которого лозы истлевали, подобно тьме под пылающим солнцем. Вновь приготовившись к рывку, примарх увидел, как из тени Сакуры вырвалась чернильная фигура, принявшая очертания человека. Но этот человек не уступал астартес в размерах. Геракл вновь обрел плоть, порожденную нечестивой сущностью.

Уподобившись зверю, Берсеркер взревел и бросился на врага, замахиваясь своим каменным мечом. Всего доли мгновения хватило, дабы Сангвиний узрел душу этого воина и вновь испытал желание покончить с темной тварью, захватившей несчастную девушку. Могучий удар был способен сокрушить крепостную стену, но Ангел ускользнул. Сместившись меньше, чем на шаг, примарх молниеносно пронзил грудь создания, а через долю мгновения срубил голову силовым клинком. Величайший герой Греции пал по прошествии секунды, но лишь за тем, чтобы черная субстанция вновь срослась.

Великий Ангел, хоть и удивился от неожиданного воскрешения противника, но не растерялся и рванул Телесто вверх. Широкая борозда шипящей плоти срасталась за доли мгновения, позволив еще раз совершить бессмысленную попытку атаковать.

-Двенадцать! - Рин прекрасно понимала, что ей нужно сообщить о силе врага, как можно более лаконично, ведь скорость боя были невообразима.

Сангвиний не потратил и миллисекунды на обработку данных, наметив метод противодействия. Двенадцать смертей. Цель ясна.

Энкаррин без труда вошел в глазницу падшего героя, вспыхнув психическим светом. Тот сжег тело изнутри, забрав третью жизнь. Подпитываемый тьмой, Геракл воскресал мгновенно и ему не могла помешать психическая сила примарха, но это стало слабостью. Чем быстрее он возрождается, тем быстрее его можно убить вновь.

Ускорившись до предела, Сангвиний превратился в сияющую фигуру с золотыми крыльями, создавая ударные волны и разрывая воздушные массы вокруг. Стремительными ударами, Девятый обрывал существование Берсеркера вновь и вновь, подобрав интервал так, чтобы окончание удара приходилось на воскрешение.

Пятая жизнь.

Седьмая жизнь.

Десятая жизнь.

Предпоследняя была оборвана, когда меч и копье прорвали путь из тела, выйдя с двух сторон. Телесто и Энкаррин замерли в широко разведенных руках, выжидая миг. Сокрушительный сдвоенный взмах стал последним. Могучее тело оказалось разделено на три части. Голова утратила связь с располовиненным телом. Единственным целым глазом, Геракл смотрел туда, где находился его мастер. Тот, которого он хотел защитить.

Сангвиний не намеревался ждать, пока отсеченный череп упадет на землю, текучим движением обогнув опадающее тело, он устремился к врагу. Сакура напрягала все силы, дабы сделать единственное, что сейчас должно. Сбежать. Ее тень разрослась, начав источать черную дымку. Потоки энергии бурлили, создавая проход, куда она сможет уйти, всего доли секунды будет достаточно. Все еще не поднявшись с земли, она смотрела на приближение золотого гиганта. Великий Ангел стремительно приближался, ему оставалось сделать всего два шага, отделяющих его от расстояния атаки. Ангел ощущал приближение побега девушки, потому не тратил время на призыва Инфернуса, да и мельта-пистолет не давал гарантии на успех. Рана на боку уже зажила, что означало высокую регенерацию. Даже самые живучие орки не могли восстанавливаться так быстро, но при этом были способны пережить выстрел.

Сакура испытала ликование, когда уже почти погрузилась в тень. Возможность, которую она обрела после поглощения Геракла, могла быть быстрее, если бы не психический свет Ангела. Боль от него не забылась даже сейчас, как и истощение сил. Сияющий наконечник копья обрушился на Мато, но вонзился лишь в бурлящую черную массу, послав в нее поток силы. Живая тень испарилась вмиг.

Сангвиний еще мгновение смотрел на место, где секунду назад была девушка, после чего повернулся к Рин.

-Ты лишь продлила ее страдания. - Слова Ангела пронзили грудь болезненной иглой, заставив Тосаку стиснуть кулаки.

В стороне, Артурия смотрела на происходящее. Сперва ее отвлекала дочь, но взрыв плазмы заставил обратить внимание на то, как Сангвиний хотел убить Сакуру. Первым порывом Королевы, было желание остановить Ангела, но… -“...Только смерть станет для нее спасением.” Слова примарха заставили ее задуматься. Очевидно, что он видит больше чем они, так может… он прав? Если сущность безвозвратно поглотила Мато, то попытки Рин сохранить ей жизнь лишь продлевают агонию? Короткие секунды сомнений окончилось вместе с тем, как золотое копье вонзилось в землю. Все же, Арти не была примархом, и не имела их возможности мыслить с нечеловеческой скоростью, превосходящей даже Героических Духов.

-Так мы закончили, Отец? - Мордред не испытывала особого интереса к этим сестрам. Ей больше хотелось разобраться со своими делами.

-... Вероятно.

Златовласая перевела взгляд на своего друга, мирно спавшего до сих пор.

-”По крайне мере, Фулгриму больше ничего не угрожает.”

У границы леса, оставшаяся часть группы не могла сделать и шага. Причина этого заключалась в недавнем шторме силы третьего примарха. Единственный человек среди них, пусть и маг, сам не заметил, как его тело парализовало психической энергией. Мощь сына Императора оказала неожиданное влияние на Широ, просто лишив его возможности сделать шаг. Только сейчас, контроль возвращался и юноша рванул вперед. С силой сжимая кулаки, он едва не рычал от клокочущего гнева ведь…

Сангвиний пытался убить Сакуру.

Астартес же, в определенный момент, погрузились в странное состояние. Их разумы и даже души, полнились переполняющей энергией. Неосязаемая связь с их прародителем, которую каждый из Детей Императора подсознательно ощущал, стала чем то большим. Тацит, Абдемон и Саул всегда чувствовали братские узы, скрепляющие легион, но теперь… Трое астартес поняли, что это было не только воинское братство, закаленное в горниле войны, и генетическая установка. Нет, сами их сущности были соединены нитями, чье существование проявилось после пробуждения их примарха.

Наваждение начало спадать и братья переглянулись.

-Вы… тоже почувствовали? - Абдемон первым задал вопрос, но вместо того, чтобы услышать ответ, он… знал его. В тот же миг, как произнес слова, тени мыслей космодесантников пронеслись в его разуме. - Трон Терры…

А последний участник “похода”, Жанна Д’Арк, сейчас едва стояла на ногах. Поддержка существования новопризванных легла на ее плечи. Для этого, у нее был колоссальный запас праны, но он уже начал иссякать. Второй Сэйбер требовал не больше, чем должен был, но вот Сангвиний…

-”Ради всего святого, почему он потребляет такое количество энергии?!”

Примарх не требовал слишком больших затрат по началу, но стоило ему начать лучится золотым светом, как расходы резко возросли. Даже Рулер, со специализированными особенностями, не могла бы выдержать еще несколько минут.

Святая посчитала, что ей уже достаточно стоять здесь столбом, потому она сделала шаг вперед, но…

-Прошу… прощения. - Колоссальные затраты на поддержание слуги, у которого даже класс был не определен, довели девушку до состояния, в котором она упала, не пройдя и пары метров. Вернее, не упала, а рефлекторно ухватилась за ближайшую опору. Ею стал Саул Тарвиц. - Если вас не затруднит, не поможете?

Капитан не ответил, лишь смерил жрицу взором алых линз и без особого почтения подхватил. Неся Жанну под боком, астартес, вместе с братьями, направился к своему отцу. А бедная Святая болталась как мешок, крепко удерживаемая в хватке керамита.

-”Да что я вам сделала?!”

Рулер не стала говорить этого вслух, но ее крайне возмущало такое отношение со стороны этих… астартес. Она ведь помогла им и является союзником, так что не так? Ответ был весьма прост, космодесантникам на генетическом уровне прививалась неприязнь к врагам Империума, а представители религий - одни из таковых. Каким бы благородным характером не обладал Саул, контакт со жрецами или, того хуже, ксеносами, был ему весьма неприятен. Девушка и не догадывалась, что не помоги она им, астартес не стал бы на нее даже смотреть.

У ворот замка Айнцбернов, Сангвиний молча мерил взглядом маленькую фигуру перед ним. Ему были понятны и близки ее мотивы, Ангел как никто другой ценил своих братьев и отца, потому мог понять Рин. Понять, но не поддержать. Своим взором, примарх заглянул в суть этого дитя, потому знал правду - ее не спасти. Даже если найти что то способное очистить, а не выжечь скверну, душа девушки полностью срослась с нечестивой сущностью. Лишь смерть, станет ей спасением и Великий Ангел очень хорошо умел нести ее. Слишком хорошо.

-Почему ты атаковал Сакуру? - Эмия оказался в пяти метрах от примарха, задав вопрос. Яркие карие глаза, что отливали золотым оттенком, взирали на сына Императора. Для них, он словно не был гигантом, способным раздавить юношу легким усилием.

-Иного пути нет.

-Ты… - Широ стиснул зубы, не желая говорить необдуманные слова.

-Я вижу, что тревожит тебя. Поверь, будь мне известен способ помочь ей, я бы попытался сделать это. - Успокаивающий голос Девятого ослабил гнев Эмии, но не до конца, ибо тот был злился не только на Сангвиния, но и на себя.

-Эмия… думаю, нам стоит вернуться в поместье. - Рин думала, что лучше перевести дух, хоть и разделяла мысли Широ. Действовать с горячей головой не стоит.

Юноша с усилием кивнул. Он не был дураком… к сожалению, иначе жить было бы проще.

А рядом, Космодесантники наконец встретились со своим отцом.

Лорд-Командор молча смотрел в безмятежное лицо Фениксийца, ощущая себя крайне противоречиво. Сложно передать словами то, что испытывал древний астартес. Кисть неосознанно дернулась к рукояти черного клинка, закрепленного на поясе. Смотря на своего примарха, того кто возродил легион, вознес его к вершинам и того кто бросил его в пучины бездны, Абдемон не мог умерить ненависть. Среди руин города Хорал, она пропитала его и каждого боевого брата. Ненависть к отцу, что предал всех.

-Брат… - Гулкий голос из вокс-систем терминаторской брони, донесся до одного из Двух Сотен. Повернув шлем, он посмотрел на Тацита и почувствовал то, что он хотел ему сказать.

Запрокинув голову к небу, Лорд-Командор с силой выдохнул. Этот день слишком запутан для простого воина. -”Лучше бы я оказался один, посреди ваагха зеленокожих.” По крайней мере, там было бы ясно, что делать и кто враг.

Саул смотрел на Фулгрима, вспоминая увиденное в сонме душ и недавние события. Феникс действительно вернулся, но… значит ли это, что он заслуживает прощение? В задумчивости, он не обращал внимания на свою ношу, предпринявшую тщетные попытки дозваться до астартес. Спустя минуту, Жанна сдалась, проявив одну из важнейших добродетелей - смирение. На что то иное, сил у нее не было.

-Что это с ними? - Мордред задала этот вопрос матери.

-Они… в смятении.

-С чего это?

-Когда то… Фулгрим предал своих сыновей. - После этих слов, на лице рыцаря появилась усмешка.

-Так они хотят его прикончить? И правильно, предателей нужно убивать. - Острый взгляд изумрудных глаз встретился с им подобными.

Артурия сохраняла невозмутимый вид, несмотря на очевидный намек.

-Ты говоришь обо мне. - Это был не вопрос, но утверждение.

-А о ком еще? - Усмешка переросла в оскал, пока рыцарь предательства пристально всматривался в своего Отца. - Твой дружок спасен, не пора ли нам продолжить?

Королева напрягла тело, ведь прекрасно осознавала возможное начало новой битвы.

-Нет, не пора. - Громогласный голос раздался над головами. Примарх оказался прямо за спинами воительниц, невообразимым образом подкравшись незамеченным. - Хватит битв на сегодня.

-А ты кто такой, чтобы мне указывать? - Девушка не произнесла, а прорычала эти слова, пока сверлила взглядом гиганта.

Сангвиний резко опустился на одно колено, оказавшись лицом к лицу с Мордред. Его лазурные глаза начали источать слабый золотой свет, вызывая странное чувство. Ангел всего секунду всматривался, прежде чем заговорить вновь.

-Сожаления. Неполноценность. Неуверенность. Желание доказать всему миру, что достойна. И самой себе, в первую очередь. - От неожиданного откровения, Мордред опешила, растеряв оскал. Девушка, казавшаяся крохотной перед великаном, просто удивленно хлопала глазами. - Чтобы это сделать, ты избрала путь силы, не осознавая своей ошибки. Быть сильным и быть достойным - не одно и то же. Конфликт принесет лишь больше страданий, не решив ничего. Лучшим выбором будет избрать путь мудрости и…

Свет завихрился вокруг фигуры примарха, скрыв его от глаз. А когда сияние спало, перед ними предстал… человек.

-... просто открыть душу. - Златовласый улыбнулся уголками губ, смотря на совершенно растерявшуюся девушку. - Поверь, я знаю о чем говорю.

Глава 34

-Сколько он будет спать?

-Я не смогу сказать точно… - Лазурные глаза вспыхнули золотом, выпустив психические силы владельца. -... но уверен - недолго.

Светловолосый примарх еще несколько секунд всматривался в душу своего брата. Фениксиец наливался энергией с каждым мигом, восстанавливаясь и преображаясь. Само его естество претерпело изменения, заложенные со времен творения в генных лабораториях Императора. Неизвестно планировал ли это их отец или же псайкерский потенциал примархов возник по воле случая, но факт остается фактом - каждый из двадцати был оператором варпа.

-С ним ничего не случиться? Та буря… - Дабы подобрать слова, Артурия сделала паузу, но оная была заполнена Сангвинием.

-Произошедшее не несет опасности, скорее наоборот. - Пребывавший в облике простого смертного, Великий Ангел развернулся и зашагал к выходу из комнаты, жестом попросив следовать за ним. - Братец обретет возможности, спавшие в нем доселе, так не будем же мешать.

Шла вторая половина дня. В очередной раз разросшаяся группа вернулась на “базу”, коей невольно стало поместье Эмии. Несмотря на его размер, еще немного и в нем станет тесновато, из-за весьма разношерстного списка гостей. Те из них, кто мог ощущать магические явления на должном уровне, уверились в наличии живого тела у Фулгрима, ведь в нем перестала течь прана. Он не являлся магусом, потому, обретя тело из плоти, полностью лишился магии. Хотя тот факт, что он принял свою человеческую форму, уже указывает на изменения, привнесенные Граалем.

-Полагаю, у вас много вопросов? - Сангвиний продолжил, увидев ответ на свой вопрос в глазах троицы назвавшихся друзьями Фулгрима. - У вас найдет место для разговора?

Не прошло и пары минут, как все сидели за столом в гостиной, ожидая пока хозяин дома заварит всем чай. Широ был хмур и не обращал особого внимания на свои действия, думая о Сакуре и о словах Сангвиния. Если человека, что был ему сродни младшей сестре, полностью поглотила скверна, то… Эмия не желал думать об этом, но ситуация обязывала. Мато Сакура должна быть спасена. Широ был обязан спасти ее во что бы то ни стало. -”Даже если единственный путь сделать это - убить”

Расставив чаши, юноша присоединился к остальным. Рин молча смотрела перед собой, пытаясь выделить самое важное из того вороха неясностей, что накопились за этот день. Пожалуй, самый странный из всех в ее жизни. -”Странный… Да если бы, скорее сумасшедший!” Тосака вдруг ощутила слабость во всем теле и поставила локти на стол, удерживая себя от падения. Разумеется, она устала физически, но много сильнее вымоталась морально. Сперва своевольное поведение ее примарха, потом встреча с сестрой, битва тысяч убивающих друг друга машин войны, называемых астартес, судьба Древнего, призыв дочери Арти, Сангвиния… Пришествие самого Владыки Людей! День не задался с самого начала, когда Рин приснился ужасный кошмар, и только сейчас, бедная девушка могла вздохнуть чуть спокойнее.

-Так… господин Сангвиний, можете рассказать все по порядку? - Услышав такое обращение, примарх немного приподнял уголки губ.

-Можете звать меня просто по имени, я не против. - Увидев слабый кивок от девушки, Ангел продолжил. - На самом деле, рассказ выйдет довольно коротким. Отец ощутил возвращение Фулгрима и начал поиски. Они привели его в этот мир, куда он призвал и меня. Причина, полагаю, очевидна?

-Фулгрим нужен отцу. - Королева взяла слово, желая удостовериться кое в чем. - Он… простил его? - Услышав это, примарх прикрыл глаза в мимолетной задумчивости.

-Сложно сказать. Мысли Императора никогда не были ясны, но, если вы желаете услышать мое мнение - он никогда не винил его. Не винил никого из нас. - Артурия навострила внимание еще больше, услышав это. - Отец знал многое, из прошлого, настоящего и будущего. Вероятно, он осознавал, чем грозит борьба с Губительными Силами. Итог Великого Крестового Похода был лишь одной из многих вероятностей. Даже я видел часть из них.

-Точно, вы ведь могли смотреть в будущее. - Рин вспомнила этот момент только сейчас, ведь он затерялся на фоне множества воспоминаний.

-Да… Хотя, чаще всего, я видел свою смерть. И чем ближе она была, тем яснее открывалась мне.

-Чем ближе? Неужели… - Из того, как Сангвиний рассказал об этом, Тосака вынесла предположение.

-Верно. Я пал от руки брата. - Вопреки скорбной правде, Ангел не выглядел расстроенным, скорее… меланхоличным. Но и это быстро прошло. - Ересь Хоруса отразилась на каждом жителе галактики, в том числе и на мне.

-Ересь Хоруса? Так стали называть предательство? - Примарх кивнул, от чего Рин нахмурила брови. Она ведь не имеет понятия о событиях после чистки. Тихо вздохнув, девушка подняла глаза. - Что вы собираетесь делать теперь?

-Я пришел сюда за братом и уже выполнил свою задачу. Тем не менее, я не единственный гость в этом мире. - Стоило только прозвучать этим словам, как Рин вздрогнула. В суматохе, она совсем позабыла о важной детали. - Отец сдерживает Темного Принца, даруя нам время на передышку, но оно не продлиться вечно. Слаанеш - главная угроза на данный момент.

-Фулгрим хотел использовать Грааль, чтобы изгнать ее, но…

-Все оказалось не так просто. Как и всегда. - Ангел покивал, ведь за свою жизнь удостоверился в простой правде - планы никогда не идут как задумано. - Та девушка, Сакура, как-то связана с чашей Христа?

-Да… Мы не знаем подробностей, но Святой Грааль проклят. Сущность, поселившаяся в нем, завладела Сакурой.

-Хм… Отец, что ты можешь сказать о ней? - Примарх задал вопрос в пустоту, но ему ответили. Психический голос уже не оглушал, звуча спокойно, как при обычном разговоре.

“Не многое. Это сгусток порочных мыслей и эмоций - демон, в привычной нам терминологии. Хотя у него мало общего с обитателями Эмпиреев, ведь его происхождение иное.”

Вновь слыша голос Императора в своих мыслях, каждый испытывал необычное чувство, но более всех это ощутила Рин. Образ теплого света встал перед глазами, как когда она впервые видела Повелителя Человечества во сне. Осознавать, что он здесь, что он слышит их и говорит с ними, было просто невообразимо. Девушка вдруг подобралась, робко посмотрев по сторонам, будто пытаясь увидеть Его. В голову Тосаки пришла мысль и она хотела проверить свои догадки. Набравшись смелости, наследница древнего рода магов, задала вопрос.

-Вы… не знаете, что может помочь нам очистить Грааль? - Обычно уверенная и решительная, Рин едва ли не шептала.

Девушка вдруг ощутила внимание, будто могучий колосс окинул ее взором. Мурашки пошли по всему ее телу, наряду с психической мощью Владыки Людей.

“То, чего страшиться тьма - Света, что изгоняет тени грехов. Источники его, способны низвергнуть порочную сущность и все связанное с ней. Таковыми могут стать мои сыновья и Меч Обещанной Победы.”

После услышанного, каждый из присутствующих скрестил взгляд на Артурии. Если способность Сангвиния противостоять скверне была почти очевидна, то известия о златовласой, совершенно новы. Она недоуменно смотрела в ответ, не понимая, каким образом Экскалибур мог помочь.

“Клинок хранит в себе людскую веру в светлое будущее, я чувствую это. Сколь бы ни была велика тьма, надежда может побороть ее, но с ее исчезновением, свет душ человеческих угаснет. Только в этот момент, мрак восторжествует.”

-Экскалибур, значит… - Сангвиний окинул Королеву нечитаемым взглядом. - И все же, неожиданно. Не думал, что король окажется королевой. - Во время боя, он не придал этому значения, но все же подметил, потому и не удивлялся сейчас.

-Это не относится к делу. - Артурия невольно вспомнила, как Фулгрим отреагировал на это известие и внутренне посмеялась. Удивить Фениксийца не так просто, однако ей удалось. В тот раз, он назвал ее… прекрасной королевой. - Ты говоришь, что мне под силу очистить скверну из Грааля?

“Нет… Искоренить.”

-А что станет с Сакурой? - Королева не могла не задать этот вопрос.

“Эта девочка, более не может называться человеком. Ей нет спасения.”

-Но вы Император! - Рин неожиданно воскликнула. - Вы должны знать путь, ведь… - Она сжала губы, опустив голову к груди. Девушка замолчала.

“Отринь наивность, дитя. Чем дольше ты пытаешься, тем больше зла привнесет в мир твоя сестра.”

-Я… я не собираюсь сдаваться. - Девушка подняла голову, а в ее глазах, к грусти примешалась решимость. - Если существует способ спасти мою сестру - я найду его.

И вновь, Рин ощутила секундное внимание могучего существа. Величайший псайкер галактики всмотрелся в душу смертной девушки, оказавшейся среди буйства сил, за гранью ее понимания. Сил, что проистекали, как из родного мира, так и из иного. Тосака не двинулась в момент касания психической энергии, словно желая показать твердость своих намерений.

Сангвиний наблюдал за происходящим. Эта девушка призвала Фулгрима, а не кого то другого из бескрайних мириад Героических Духов, возникших в истории. Ангел понимал принципы обретения слуг, ведь получил стандартный набор данных о времени и условиях войны. Без катализатора, мастер призывает героя, с которым имеет общие черты. Так что же связывало примарха Детей Императора и юную волшебницу? Девятый всмотрелся глубже, ведомый интересом и сделал неоднозначные выводы.

Бывший мастер Феникса не имела четко схожих с ним особенностей. Описывая характер Фулгрима, можно сказать о большой тяге к совершенству, тяге к достижению идеала. Он стремился к этому всю жизнь, оттачивая свои навыки и разум. Он презирал изъяны и ошибки, яростно искореняя их из себя и своих сынов - такова была его суть.

Что касается Рин, Ангел смог сделать только один вывод. Она не была похожа на Фулгрима, но могла стать таковой в будущем. Стремиться к достижению совершенства, искоренению слабостей и недостатков, ведь в ней уже живет сильное желание стать лучше. В ней был потенциал, Сангвиний видел его, но он еще не расцвел. В ней есть сомнения, скрываемые за горделивостью и чем то вроде высокомерия. Она стремиться казаться идеальной в глазах других, считая недопустимым проявление слабости.

Размышления не заняли и одной секунды, за которую Император увел свой взор от Тосаки и возвратился на более глубокие слои местного варпа. Сангвиний ощутил это сознательно, в то время как остальные бессознательно.

-Разговор получается весьма мрачным, не думаете? - Примарх окинул присутствующих пытливым взглядом. - Переведем тему, если вы не против. Братец провел в этом мире чуть меньше двух недель, расскажите, чем он занимался?

-Беспрестанно действовал мне на нервы.

-Избивал меня под видом тренировок.

-Был очень наглым.

Секунда. Вторая. Третья.

-Неужели… он был так невыносим? - Слыша подобные высказывания, Сангвиний ощутил смущение за действия брата. Фениксиец всегда был образцом учтивости, демонстрируя превосходные манеры, так что с ним случилось?

-Из-за него, в школе меня считают его племянницей!

-Как то раз, я оглох на пол дня, из-за его шутки.

-Он заставил меня с ним танцевать.

Сперва, крылатый примарх прикрыл лицо, испытывая стыд за брата, но после слов Арти, он не сдержал удивления, впрочем, как и все. Рин и Широ окинули Артурию странным взглядом, который Королева перенесла без изменений в лице. Вот только, она поняла, что зря это сказала.

-Арти… чем вы занимались по ночам?

-Тосака, это странно прозвучало.

-А как еще мне это сказать?!

-Ну… - Широ и сам удивился от таких новостей.

-Мы просто разговаривали, ничего больше. - Вот только волосок на голове воительницы чуть заметался, показывая ее истинные эмоции.

-Кхм… Пожалуй, мне стоит извиниться за поведение моего брата. - Совершенно недостойное примарха, додумал мысль Сангвиний.

-Да нет, не стоит. Он бывал раздражающим, но пользу приносил. Как минимум, хорошо готовил. - Краем мысли, Рин подумала, что услышь ее слова Фулгрим, мог вознегодовать. И все же, Тосаке было приятно немного позлословить на ее примарха, не боясь праведного возмездия.

-Он вам готовил? - Очередной факт из новой жизни Фениксийца удивлял не меньше, чем прошлые. Представить его на кухне было проблематично, по крайней мере готовящим для простых людей.

-Ага. И очень вкусно. - Рин признавала этот факт, как один из немногих плюсов в повседневности с Третьим.

-А еще делал прекрасный чай.

Арти вдруг опустила взгляд на чашку в своих руках. Широ хорошо делал чай, но… ни в какое сравнение не шел с Фениксийцем. Сам юноша заметил действия Королевы и отметил странность, ведь пробовал готовку примарха. Фулгрим превосходил Эмию, но не настолько, чтобы отношение Сэйбер было так… красноречиво.

-Еще… что нибудь? - Сангвиний, почему то, не очень хотел продолжать этот разговор, но он сам предложил перевести тему.

-Хм… - Рин, подсознательно ощутив прекрасную возможность выпустить пар, начала загибать пальцы. - Он выставил себя моим дядей, только для того, чтобы попасть в школьную библиотеку, ну и позлить меня, разумеется. Уговорил директора школы сделать его внештатным преподавателем этики. Заставил меня отдать ему тайные знания моей семьи… Что еще?

-Он вынес кучу электроники из сарая.

-Сделал меня своим попугаем.

И вновь, все обратили свой взгляд на Арти. В первый раз, она случайно сказала лишнего, но сейчас… Видеть, как Широ и Рин вытягивают лица, а лицо Сангвиния на миг застывает, было… забавно.

-... Даже спрашивать не буду. - Тосака окончательно убедилась в том, что эти двое имели странные отношения. Очень странные.

-Мряу? - В помещение вошел настоящий хозяин этого места, по единственному авторитетному мнению, разумеется. Царственной походкой, белый котенок шествовал к незнакомцу, чей запах был похож на его друга.

Риланор-младший оказался рядом с примархом, сверля его взглядом голубых глаз. Принюхавшись, зверек приблизился впритык к Сангвинию, который молча следил за крохой. Маленький лев размышлял, обдумывал и анализировал. На всякий случай лизнув голень Ангела, он окончательно удостоверился в выводе - светловолосый ему не нравился.

Гордо махнув хвостом, котенок пренебрежительно скакнул на стол, направившись к Артурии. Неясно, как можно выразить пренебрежение простым прыжком, но ему это удалось. Сангвиний слегка не понимал, чем успел не понравиться простому животному, разве что тем, что всегда носил на броне шкуру белого карнодона - Бродящего во льдах. Но тот был ужасным чудовищем, гигантом даже среди своего вида, разве этот котенок мог негодовать из-за подобного, да и как вообще мог узнать об этом?

Тем временем, объект наблюдения ловко взобрался по телу Королевы, окончив свой путь на ее макушке. Устроившись поудобнее, пушистый дредноут прикрыл глаза и замурчал, чем заставил девушку слегка потрепать его по голове.

-А, точно, Фулгрим притащил кота и назвал его Риланором.

-В честь Старейшины Ритуалов Третьего легиона? - Прославленный астартес был известен примарху, ведь являлся одним из древнейших воинов Великого Крестового Похода.

Очередной раз Сангвиний прикрыл глаза, в попытке осознать поведение своего брата. Даже с вычислительными возможностями сынов Императора, сделать это было проблематично. Может, некоторые поступки удалось бы объяснить недостатком информации, но оставшиеся…

-”Что ж… Кажется братец помутился рассудком. Маловероятный, но возможный исход, учитывая пережитое им.”

А пока Великий Ангел обдумывал предстоящую беседу с Фулгримом, троица разглядывала спящего котенка. Увидев его, они задались вопросом - какой поступок он совершил, дабы быть названным в честь, без сомнений, великого астартес. Даже в годы похода, его почитали все Дети Императора и многие вне легиона. А совершенное им после предательства, могло сделать его легендой, узнай об этом хоть кто-то. Он вынес тяжелейшее испытание, которое могло лишить разума любого, но только не Несгибаемого. Раздумывая над этим вопросом, все поняли, что ответ может дать только Фениксиец. Но он спит.

-То есть, помимо готовки, он не делал ничего… более достойного? - Все же, Девятый надеялся, что для его брата еще не все потеряно.

-Ну-у… - Рин начала думать о том, что хорошего можно сказать о Фениксийце. - Он хотел помочь Сакуре. Попытаться, по крайней мере. - Вспомнив поддержку от Фулгрима, девушка не могла не улыбнуться. - Успокоил меня, когда я видела кошмары о его прошлом.

-Дал мне возможность стать сильнее. - Тело юноши подолгу болело после тренировок, но он бы не сумел приоткрыть свой Исток без подобного.

-Мы… поделились своими переживаниями друг с другом. - С почти нескрываемым теплом сказала Артурия, вспоминая их беседы.

-Вот как… - Кажется, Фулгрим не растерял своего благородства, хоть и стал… несколько эксцентричным. - Отрадно слышать. - Хотя обсудить странные поступки все же понадобиться. Да и просто понять, каким стал брат.

И, кажется, возможность появиться очень скоро.

Сангвиний ощутил всплеск психической энергии в одной из комнат поместья.

****

Три пары глаз смотрели на проснувшегося примарха. Полусидя на футоне, он вглядывался в переливания солнечного света, доносящегося через окно. Яркое небо не имело ни намека на облака, лазурным полотном паря над земной твердью. Фениксиец не двигался, словно погруженный в свои мысли, а на лице не было ничего, кроме спокойствия. Платиновые волосы опускались на его плечи, создавая блики своим металлическим блеском.

Фулгрим заметил их, это было очевидно, но не подавал виду, продолжая всматриваться в даль. Первой решившейся нарушить его покой стала Артурия. Девушка медленным шагом приблизилась к мужчине и тихо припала на колени. Королева молчала, чувствуя, что ее друг сам заговорит, когда будет нужно. Примарх не спешил с этим, думая о своем, но в какой то момент, прикоснулся к своему лицу. Тонкий шрам пересекал глаз вертикально, становясь единственным изъяном на лике Фулгрима, беззвучно усмехнувшемуся от этого. Наконец, мужчина повернул голову, дав Артурии полностью увидеть изменения в нем. Теперь, благородный пурпур одного глаза контрастировал с бесцветным хрусталиком второго.

Примарх заговорил, но язык был непонятен юноше и девушке, стоявшем в дверях. Совершенно чуждая речь, обладающая твердым произношением, напомнила им латынь, но не являлась ею. Рин сразу поняла в чем дело, ведь уже ощутила изменения. Героического Духа сложно отличить от человека, если тот скрывается, но Фениксиец никогда этого не делал, да и не умел. Тосака не чувствовала праны в нем, что невозможно для одного из призванных и это напрямую указывало на изменения. Фулгрим более не был слугой, обретя новое тело, но потерял способность говорить на всех наречиях. Потому, молвил на одном из самых привычных для себя языков. - Высоком Готике.

-Около восьми часов. - Королева, тем не менее, поняла сказанное, ведь была слугой. Ее не сковывало Проклятье Вавилонской Башни, разделившей людей еще в древние времена.

Собеседник кивнул, переводя взгляд на свое тело, несколько секунд он вглядывался и сосредотачивался на изменившихся ощущениях. Вдруг, на его руке вспыхнул серебряный огонек, ставший меняться каждое мгновение. Сперва разрастаясь, потом утихая, это эфирное пламя было не магического происхождения, ведь не источало прану. Чуть повернув голову на бок и помедля, Фулгрим соединил ладони, закрывая глаза. Несколько секунд он не двигался, но закончив, медленно развел руки. Между ними была маленькое создание из серебристого пламени, повторяющая очертания стройной девушки.

Артурия, не совладав с любопытством, придвинулась ближе и внимательно смотрела на проявление сил Фениксийца. Кроха сидела на коленях, подогнув под себя ноги, и пила чай. Пару раз моргнув, оказавшаяся оригиналом молча указала на себя пальцем, получив подтверждающий кивок. Единственный зрячий глаз Фулгрима источал белый свет, разносивший его психические силы по пространству. Медленно двигая взгляд, примарх пытался осмыслить непривычное восприятие мира. Взглянув сперва на Арти, затем на Рин и Широ, примарх остановил взор на одной точке стены. Его веки расширились, после чего последовал резкий рывок. На нечеловеческой скорости, Фулгрим пронесся мимо магов, встав посреди коридора. Перед ним было знакомое лицо, лицо которое он узнает из бесчисленных множеств.

-Сангвиний… - Тихим голосом, Фениксиец назвал его имя.

-Фулгрим. - Ответив тем же, Ангел не спешил продолжать, ожидая действий брата.

Феникс молча думал, непомерно много времени затратив на это. Примархи способны размышлять на невообразимой скорости и неизвестно сколько мыслей пронеслось в разуме платиноволосого, но этому пришел конец. Он сделал шаг.

Великий Ангел мог увидеть настоящую бурю в душе Фулгрима, множество эмоций сменяли друг друга, противоречивые и запутанные, прямые и открытые, их было очень много. Бушующие потоки постепенно начали приходить к единому направлению, откидывая лишнее и ненужное. Намерение Третьего становилось все яснее и Сангвиний не желал противиться.

Не имеет никакого значения, простой человек или примарх, оба имеют простые желания. Лишившись чего то дорогого сердцу, тоска охватывает их, но стоит только обрести потерянное, как душа испытывает незамутненное чувство…

…Радости.

Расстояние показалось непреодолимым, а мгновения вечными, но первое сократилось, а вторые закончились. Руки сомкнулись на спине Ангела и Феникс сжал их, что было силы. Два брата оказались в крепких объятиях и сердца их испытали единое. В сравнении с их долгой жизнью, разлука была не так велика, но несмотря на это, для Фулгрима будто прошла сотня веков. Сангвиний улыбнулся, без малейших сомнений обняв брата в ответ.

-Да, братец, я тоже скучал.

Глава 35

В глубине высоток возник проход. Обретя жизнь, тень зашевелилась. Чернильные воды стали образовывать фигуру, словно были налиты в невидимую форму. Долгие мгновения понадобились, дабы существо перестало представлять из себя непонятное нечто, превратившись в юную девушку. Волосы ее были цвета пепла, как и лицо. Мертвенно бледная дева вывалилась на холодный бетон, жадно хватая ртом воздух. Руки прикоснулись к груди, в бессильной попытке унять боль. Пусть в последний миг, пусть не напрямую, но свет Ангела поразил ее.

Сакура шипела сквозь сжатые зубы. Мучения уходили еще медленнее, чем прежде, будто сила этого проклятого примарха давала клятву - низвергнуть душу в ничто. Капельки черных слез выступили на глазах, создав подобие траурной туши, под бордовыми глазами. Зрачки цвета венозной крови дрожали, может от боли или чего то иного. В очередной раз сжав челюсть до треска, Мато ударила кулаком по серому камню переулка, расколов его.

-Проклинаю… проклинаю…

Змеиный шепот лился из ее уст, подобно яду, но он не отражал и десятой доли той ненависти, которую испытывала девушка. Боль и разочарование захлестывали ее с каждой секундой, питая тьму в ее сердце. Если в нем и оставались крохи светлого духа Сакуры, то сейчас их не осталось совсем. Осталась лишь кипящая ярость и всепоглощающее желание отомстить. Они выгнали тихую грусть от несправедливой судьбы, позволив живому греху пропитать душу без единого проблеска света. Именно в этот момент, последние надежды на возвращение исчезли, как и без того затухающие привязанности.

Неизвестно сколько Мато лежала в агонии, но это время показалось ей месяцами.

-Да о чем ты вообще? Это был взрыв газового кармана у озера, как еще ты это объяснишь? - Мужчина средних лет неспешных ходом шел через переулок, желая срезать путь. - Великан в броне? Ты серьезно? Очевидно, кому то захотелось пошутить, вот и придумали как сделать такое. Да на косплей-фестивале и не такое может быть, там этих великанов не редко встретишь… Ну, просто талантливые ребята, что тут скажешь. Лучше бы в киноиндустрии свои таланты пристроили, толку больше бу… дет… - Человек остановился на полуслове, заметив тело, распластавшееся на земле. - Я перезвоню.

Захлопнув свою раскладушку, по которой разговаривал с женой, он быстро подошел к обнаруженной.

-Ты в порядке? - Присев на колено, короткостриженый мужчина осмотрел девушку в странном черном платье. Бледная кожа не давала надежду на положительный ответ. - Девочка, что с тобой случилось? - Аккуратно повернув Сакуру к себе лицом, он увидел кровавые прожилки на ее коже. - Вот ведь… Подожди, я вызову скорую.

-Не… нужно… - Едва шевеля губами, она наконец открыла глаза, заставив мужчину вздрогнуть, ведь он увидел в них…

… Голод. Совершенно нечеловеческий.

Тело само двинулось прочь, опередив рациональный разум. Инстинкты ясно твердили, что пищей она предпочтет его самого. Завернув за угол разветвленных ходов между зданиями, мужчина прислонился к стене. Сердце стучало в груди так, будто он пробежал не двадцать метров, а две тысячи. Дрожащими руками, он нащупал телефон в кармане, не осознавая зачем, просто сделав первое, что пришло в голову.

-Куда же… ты… - Эхо звонкого девичьего голоса с пугающей частотой отражалось от мрачных стен, вгоняя в подлинный ужас.

Трясущимися пальцами, мужчина сумел набрать нужный номер, все так же не понимая зачем.

-Юрине. Юрине, ты слышишь меня? - Быстро шепча слова, мужчина ощущал все возрастающее волнение.

-Хироши, зачем ты бросил трубку?! Что у тебя там происходит? - Мелодичный голос жены приобрел редкие нотки недовольства, появляющиеся лишь в моменты беспокойства.

-Юрине, я… я не знаю. Она…

-Нашла тебя… - Больше пропела, чем проговорила эта… тварь.

В багровом глазу отразился Хироши, что позволило ему на миг увидеть свой же ужас. Бледные пальца девушки легли на угол, рядом с полузакрытым лицом, на котором расползалась предвкушающая улыбка.

Ленты беспросветной тьмы вмиг обвились вокруг мужчины, закрыв тому рот.

-Не пытайся позвать на помощь… Здесь никто не услышит твоих криков… - Прошептала она ему на ушко.

Медленно и с наслаждением, Сакура потащила свою добычу в глубины. Во тьму.

-Хироши? Хироши, скажи что нибудь!

Слабый голос жены этого человека доносился до его ушей. Единственный открытый глаз пытался взглянуть на телефон, словно желая в последний раз увидеть любимую через него.

С болезненной медлительностью сокращались мгновения, отделявшие его от страшной кончины. В багровых глазах этого чудовища, он видел упоение. Она была подобна хищнику, поймавшего жертву и растягивающего удовольствие.

-Время обедать…

Хруст костей наполнил безлюдный переулок, только для того, чтобы перейти в мокрое чавканье. Кровь стекала с пальцев, окрашивая бетон в свой цвет. Стойкий запах металла наполнил воздух с такой концентрацией, что мог вызвать рвоту у непривычного человека, но…

… Для того, кто уже не был человеком, он казался слаще меда.

Миазмы страха и отчаяния придавали приятную остроту, делающую теплую плоть еще вкуснее. Жалкий человечек содрогался всем телом в бессильной попытке вырваться из захвата.

Тщетно.

Он не умирал. Она не позволит ему, пока не насытится. Морозящий внутренности холод, расходился от жутких лент, даруя жизненные силы, отнимая желанную смерть.

Трапеза была долгой, ведь девушка предпочла как следует насладиться ею. С довольной улыбкой, походящей на оскал, Сакура присела к стене. Рядом с ней лежала бесформенная груда плоти, лишившаяся большинства внутренностей… но еще живая.

В тонкой кисти, она держала сердце. Истекающее кровью, закончившее свое биение уже в руке девушки, оно хранило в себе самое сладкое и вкусное, что было в этом человеке. Его любовь к той, с кем он говорил недавно. Смешавшись с агонией и ужасом, она станет лучшей частью добычи. С аппетитом впившись в плоть, Сакура едва не закатила глаза. Она ощущала не только вкус, но и страдания лежащего рядом.

Смакуя каждый кусочек, Мато наконец закончила, напоследок облизав пальцы и слизав последние капли с губ. Нежно погладив живот, она слегка икнула, прикрыв рот в смущении. Скосив взгляд, девушка молниеносно пронзила голову человека, даровав ему долгожданный покой. Но так ему показалось лишь в первые секунды, ведь разорванное болью сознание, ощутило знакомое прикосновение холодной энергии. Единственное, что еще не пожрало чудовище - это душа. Нематериальный крик не был слышен никому, кроме монстра в человеческом обличии. Он стал прекрасным финальным аккордом трапезы, не зря ведь в ресторанах выступают музыканты. У Сакуры теперь был один.

Выдохнув, девушка переключила мысли на неприятную действительность, заставившую забыть приятную истому. Сакура думала о своих дальнейших действиях, ведь теперь она лишилась могучей марионетки. Фулгрим захочет ей отомстить, вместе со своим братцем. А их отец, Император Человечества, вовсе обладал силами сразить ту страшную тварь. Мато не представляла, что может предпринять, ведь была слабее своих противников и у нее не было… союзников.

Резко встав, девушка довольно усмехнулась, лучась весельем. На ум сразу пришла известная фраза, идеально подходящая в ее ситуации.

-Враг моего врага - мой друг… хи-хи-хи.

****

-Рин… - Платиноволосый примарх красноречиво посмотрел на хозяйку двух вечных хвостиков. - У тебя… крайне дурные привычки.

Разговор, шедший уже более десяти минут, плавно подвел к поведению Тосаки в отношении Великого Ангела. Благо, Третий без труда перешел на японский, успев выучить его по книгам и разговорам. Ранее, он понимал слова, в тоже время слыша их произношение и ему этого хватило.

-Это… была необходимость. - Едва видимый румянец покрыл ее щеки, предав огню былую невозмутимость.

-Сперва меня, теперь брата. Может еще с отцом спорить будешь? - Фениксиец за доли мгновения понял, что риторический вопрос оказался… не таким уж риторическим. - Ох… Император помилуй.

“Поминаешь меня всуе, сын?”

Девушка встрепенулась, вновь услышав голос Владыки Людей. Только сейчас, она поняла, Кому перечила некоторое время назад. Фулгрим же, лишь на миг приподнял брови в удивлении. Сейчас, он смог уловить присутствие отца в водах нереальности. Те открывались его чувствам, с каждой секундой становясь все яснее.

-С этой глупой девочкой и не такое скажешь. - Сидящий рядом Сангвиний, лишь улыбнулся краями губ, наблюдая за забавной картиной.

“Глупой или опасно бесстрашной. Даже я теряюсь в догадках”

-... Простите пожалуйста… я больше так не буду. - “Глупая” вжала плечи и попыталась присесть как можно ниже, желательно под стол. Рин выглядела как нашкодивший ребенок, ждущий наказания за проказы.

-Ох… - Повторный вздох, показал все отношение Фулгрима к своей подопечной. - В угол тебя ставить поздновато. Хм…

Ведомый интересной идеей, примарх сосредоточил свои новые силы, придав им более материальную форму. В его руке начал формироваться тонкий пергамент, искрящий всполохами огня. На данный момент, Фулгрим не был способен создать полностью устойчивую варп-материю, потому его детище было нестабильно, но этого хватило. Протянув лист с текстом на высоком готике, Фениксиец строго посмотрел на Тосаку.

-Прочти сотню раз и не думай, что я не услышу.

Девушка приняла бумагу, пробежавшись глазами по ней.

-Что это?

-Литания покаяния - крайне легкое наказание за спор с Императором. Радуйся, что осталась жива. - Примарх махнул рукой в сторону двери. - Иди и поразмысли над своим безрассудством.

-Но я… - “Не знаю язык.” Хотела сказать девушка.

-Сможешь прочесть слова. Не заставляй меня повторять.

Обычно, за подобное Рин вытрясла бы из своего, уже бывшего, слуги всю душу, но… Она дерзила Повелителю Человечества. Владыке тысяч звезд и несметных воинств. Его воля могла гасить светила и сжигать миры, а она ему дерзила. Это самое мягкое и незначительное наказание за подобное. Прижав листок к груди и засеменив к выходу, всего через секунду она скрылась из виду, напоследок махнув хвостиками.

-Ты опекаешь ее, братец? - Ангел пытливо смотрел на Фулгрима, с малозаметными смешинками в глазах.

-Ей не помешает подумать. - И Феникс говорил не только о дерзости, к которой уже относился со смехом. Он говорил про то, что Рин нужно побыть одной, ведь одиночество может стать лекарством от сомнений. Размышления лучше вести без помех.

-Но она действительно смелая. И крайне везучая.

-Как сказать… - Сложно определить, везучая она или нет, ведь призванный ей - сам Фениксиец. Удача это… или же проклятье? - Хм?

Краем сознания, примарх почувствовал непривычное покалывание. Тяжело описать словами, ведь его псайкерские возможности были ему пока чужды. Сосредоточившись на этом ощущении, платиноволосый распознал в нем… нетерпение? Легкое смущение, угрозу уронить… честь? За долю секунды сложив два и два, Фулгрим перевел взгляд на метающийся волосок на голове златовласой. Медленно моргнув, мужчина понял в чем дело.

Примарх без слов поднялся из-за стола, направившись на отрезок помещения, служивший кухней. Артурия, едва не подпрыгнув, следила за своим другом. Она не слишком рьяно участвовала в разговоре, предпочтя уточнять некоторые моменты, упущенные Рин. После пробуждения, Фулгрим не помнил происходящего за пределами своего разума, потому пришлось ему все рассказать.

-Вы-мо-га-тель-ни-ца. - Четко и по слогам произнес примарх, поставив перед Королевой чашку чая. Скорость, с которой двинулась рука хрупкой на вид девушки, едва не преодолела звуковой барьер. Благо обошлось, иначе ударная волна могла разнести все поместье.

Мазнув взглядом по ушедшей в нирвану Арти, Фулгрим провел рукой по ее макушке, в очередной бессильной попытке привести в порядок ее прическу. Закончив со своей главной фанаткой, примарх двинулся к брату, даровав и ему порцию. Сангвиний всмотрелся в напиток приятного красноватого цвета и пригубил его.

-Думаю, что могу понять твою… подругу, брат. Великолепно. - С явным удовольствием, Ангел наслаждался чаем, который редко пил. Чаще это были вина на торжествах или простая вода. - Насколько я помню, ты предпочитал что то более изысканное.

-С недавних пор… - Фениксиец прикрыл глаза и сам отпил пару глотков исходящего паром напитка. -... я научился видеть прекрасное в самых простых вещах.

Ангел улыбнулся, слыша это.

-Прекрасное качество.

“Соглашусь.”

-Благодарю за похвалу, отец. - Тут Фулгрим взглянул на чайник, стоящий на столе.. - И прости, что не могу предложить тебе чашечку.

Император не ответил, но его сыновья ощутили в ближних слоях Имматериума едва уловимую рябь. Такая возникала когда Повелитель Человечества говорил, теперь же, она давала ощущение… задумчивости.

“Чашечку… да?..”

После этих слов, тонкие потоки почти незримого золотого света появились из ниоткуда. Нити энергии сплетались в фигуру, в которой угадывался человек. Относительное долгое время, психическая сила формировала тело для своего обладателя.

Кожа с бронзовым отливом, стала видна взгляду первой. За ней последовали темные волосы, каскадом спускающиеся до плеч и столь же темные глаза, в котором блестела все та же задумчивость. Простая тога из белых и алых тканей стала служить ему одеждой, когда Владыка Империума явился в мир смертных во временном теле.

Примархи не произносили слов, ведь пребывали в глубочайшем шоке. Им и в голову не приходило, что Император может совершить подобное и никакие полубожественные умственные способности не могли в этом помочь.

Когда взгляд отца вновь сфокусировался, он взглянул на своего третьего сына и слегка кивнул на фарфоровый чайник. Феникс потратил долгие три секунды на то, что бы отмереть и встрепенуться. Не смея заставлять Откровение ждать, он задействовал всю свою нечеловеческую скорость, наряду с нечеловеческой аккуратностью.

Владыка Терры медленно взял преподнесенный ему чай и столь же медленно пригубил его. Совершенно не торопясь и не произнося слов, он делал редкие глотки. В его глазах проносились непонятные посылы, столь мимолетные, что даже примархи не могли их различить.

-Спасибо… сын мой.

Царственная осанка и идеальные манеры Императора заставили бы любого человека видеть в нем нечто неописуемое. Всем видом, каждым движением и даже дыханием, он создавал впечатление несокрушимости. Абсолютной стойкости. Но… что то в нем не давало его сыновьям покоя.

-Отец. - Фулгрим, на правах хозяина, решил предложить нечто большее, чем просто чай. - Ты… не хочешь пообедать?

-Пообедать? - С неизменным спокойствием, Император задумчиво повторил это слово. - Да… Пожалуй я… очень даже голоден.

То, как их отец произнес это, заставило примархов ощутить еще большее беспокойство. Непроницаемое лицо Повелителя Человечества, каковым оно было всегда, все же… было не таким как прежде.

Один из сыновей, незамедлительно отправился готовить, при этом, стараясь быть как можно тише. И Фулгрим, и Сангвиний, четко ощутили, что так будет… лучше.

Минуты безмолвия потянулись одна за другой. В гостиной было четыре… человека. Да, сейчас они были именно людьми. Не было идеального короля, не было великих примархов. Не было даже Владыки Империума. Это были просто люди.

Фениксиец, старался как можно скорее закончить, даже вскипятил воду своим серебряным огнем, благо тот позволял подобные манипуляции. Нарезая овощи и мясо, он наблюдал за отцом краем глаза. Император был все так же задумчив, даже не обратив внимания на остывший чай. Столь медленно он пил, что даже не опустошил первую чашку. Ангел был единодушен с братом, всматриваясь как можно пристальнее, однако тщетно. Глаза Сангвиния могли разглядеть многое, но временная аватара Императора, через которую он мог чувствовать мир, была неприступна. Только теплый золотой свет источался ею, только великая сила их отца.

-Прошу. - Даже не заметив, как все сделал, Фулгрим подал тарелки на стол, в первую очередь своему родителю.

Тот не ответил, наконец отложив чашу. Взяв в руку ложку, он чуть задержал на ней взгляд, ненадолго, но достаточно, чтобы это заметить. Немного погодя, Император зачерпнул карри, которое примарх решил приготовить из за простоты и скорости в приготовлении. С неизменной медлительностью, Творец примархов положил пищу в рот, пережевывая ее так слабо и неторопливо, что мог потратить не меньше часа на одну порцию.

-Вкусно… - Приподняв голову, отец встретился взглядом со своими сыновьями. Фулгрим, что ныне был наполовину слеп, имел проблески беспокойства в уцелевшем глазу. Благородный пурпур чуть сиял, выдавая немой вопрос. Лазурные глаза Крылатого Ангела не отличались ничем. Братья были совершенно единодушны.

-Отец… - Третий, наконец подал голос, звуча непривычно тихо. Впрочем, так можно сказать об обстановке в целом. - Я понимаю, ты многое оставлял сокрытым от нас и верю, что у тебя были на это причины, но… хотя бы сейчас…

Из уст Императора вырвался беззвучный вздох. Он вдруг… сгорбился. Широко расправленные плечи опустились, словно на них легла нестерпимая тяжесть.

-Сто веков. Я ничего не ел и не пил сотню веков. - Даже голос утратил силу, начав походить на голоса изможденного. Или даже… на голос дряхлого старика.

Пару мгновений в помещении протекли без единого звука, но тишину разорвал скрип. Это был Фениксиец, что сжал челюсть, ощутив приступ невероятной злости. Несколько языков эфирного пламени сорвались с рук, переняв гнев хозяина. Едва сумев подавить захлестнувшие его эмоции, примарх хотел открыть рот, но был прерван отцом.

-Не нужно, Фулгрим. Все мы… кого то подвели. - Для Императора было не трудно понять, о чем хочет сказать его сын. Глаза Откровения приобрели отрешенность, когда он продолжил. - Имматериум … так спокоен. Нет демонов, нет богов, нет даже привычного буйства энергий. Так… тихо.

Впервые сыновья видят его таким… уставшим. Таким слабым. Никогда прежде Император не проявлял подобного, всегда демонстрируя несгибаемую волю и силу. Но, в очередной раз прикрыв глаза, уставший отец исчез, уступив место Владыке Человечества.

-Довольно. У меня… - Слова прервала ладонь, опустившаяся на плечо. Фулгрим, подошедший к отцу, смотрел на него. Его лицо несло на себе невообразимую смесь чувств, заставившей Императора замолчать.

-Отец… Слабость - это не порок. Люди несовершенны, ты сам мне это сказал. Ты можешь править всей галактикой, но это не изменит твоей сути. Человечность не чужда, даже Первому Среди Людей. - Несмотря на слова, лицо Императора оставалось неизменно и даже глаза не менялись, оставшись беспристрастными. - Прошу тебя… отдохни. Хотя бы немного.

-Я поддержу брата. По крайней мере сейчас, у всех нас есть такая возможность. - Сангвиний также поднялся и положил ладонь на второе плечо Владыки Империума.

Тепло и слова поддержки. Никто и помыслить не мог, что это будет направлено на самого Владыку Людей. Примархи почувствовали, как тело их отца расслабляется. В данный момент, он тратил большую часть своих ограниченных сил на сдерживание Жаждущей. Чувствовал, как она пытается вырваться. Чувствовал свое изначальное тело, с которым был связан этот осколок сознания. Вечную борьбу с нескончаемыми силами Хаоса и боль от разлагающегося тела. Служители Темных Богов называют его Трупом На Троне и… отчасти они правы. Но сейчас, когда хотя бы сознание не испытывает напряжения…

-Раз уж меня просят мои сыновья…

Отец вновь взял в руку столовый прибор и принялся есть. Почти так же медленно, но более не скованно, так, что Фулгриму и Сангвинию показалось будто он вспоминает вкус пищи. Вспоминает ощущение от простой трапезы. Братья обменялись взглядами и широко улыбнулись. За пару шагов, вернувшись к своим прежним местам сыновья уподобились отцу. Никто не говорил, ведь не видел в этом нужды. Каждый наслаждался семейным обедом, пожалуй, первым подобным в их жизни.

Артурия проморгалась и очнулась от вкусового забвения. Последнее, что она помнила - это чашка, поставленная Фулгримом перед ней. Девушка не могла понять сколько времени прошло, а осмотревшись, увидела новое лицо. И оное очень напомнило ей сидящих рядом примархов. Недоуменно посмотрев на Фениксийца, она взглядом указала на того, в ком подозревала Императора Человечества, известного ей по рассказам Третьего. Тот кивнул, подтвердив догадку. Это удивило Королеву, но в данный момент, ее больше волновала тарелка с карри, поставленная перед ней. Остывающая. Златовласая незамедлительно принялась уничтожать продукты питания, ибо голод - враг.

Раздвижная дверь загромыхала, дабы впустить сиятельную наследницу рода Тосака. Рин успела порядком вымотаться, пока пыталась произнести слова высокого готика правильно, прекрасно осознавая опасность халтуры. Зато, теперь она наизусть запомнила эту проклятую бумажку, чуть обжигающую ее при ощутимых ошибках. Астартес и членам ауксилии, провинившимся перед примархом, ведь не приходилось испытать подобное!

Накопившая достаточно негодования дабы без остатка извергнуть на ее примарха, резко запуталась в ногах. Только увидев нового гостя в поместье, она потеряла равновесие и шлепнулась на пол. Пусть не видела лица, пусть весь образ Повелителя Человечества во снах состоял из чистого света, но Рин узнала его. Не могла не узнать.

Приподнявшись на четвереньки, она смотрела на Откровение во плоти. Тот, кому она давала клятву верности, сейчас смотрел на нее нечитаемым взглядом, а сбоку от него, Фулгрим приложил руку к лицу. Девушка застыла, как кролик перед удавом, а следом, начала пятиться назад. Скрывшись за стеной, Тосака встала и прислонилась к ней, судорожно поправляя одежду. Вместе с тем, она пыталась подавить румянец, обжигающий щеки много сильнее той проклятой бумажки. Предстать перед Владыкой Терры в таком позорном виде…

За стенкой послышался сдавленный писк, словно кто-то вжал лицо в ладони и яростно закричал.

-Рин… не всегда такая. - Фулгрим испытывал крайнюю степень смущения, за свою первую дочь. Все же, до полноценного члена легиона Детей Императора, ей еще расти и расти.

Но, вопреки нелепой ситуации, отец просто усмехнулся и улыбнулся. Улыбнулся достаточно широко, чтобы это было заметно всем.

-Ее неловкость… весьма забавна.

Глава 36

-Посмотри, Абдемон. Что ты видишь?

В одной из множества тренировочных камер велись учебные дуэли. Холодные стены Гордости Императора, вопреки действительности, казались раскаленными. Жар рвения молодых космодесантников, лишь недавно вознесенных, разносился по воздуху. То с каким усилием и стремлением они рвали жилы, демонстрировало их желание стать лучше. Стать Совершеннее. Бывший Герольд Императора смотрел на них, новичков с Кемоса, набранных совсем недавно. Старый воин чувствовал радость от новой крови в легионе, лишь недавно обретшем примарха.

Он сам, гигант с платиновыми волосами, стоял рядом и наблюдал за своими бывшими подданными, ныне связанными с ним кровью. Легкая улыбка блуждала на его бледном лице, а темные глаза носили в себе огонек непонятных мыслей. Сын Императора мог смотреть глубже, видеть шире людей и астартес. Впрочем, пусть и был недосягаем, он зачастую наводил на нужные выводы. Вместо готового ответа, Фулгрим предпочитал дать шанс понять его самому, развивая ум и обретая кроху мудрости полубога.

-Я вижу старание, мой примарх. Юнцы не хотят отставать от нас, несмотря на огромный разрыв. - Лицо Абдемона, выделяющееся орлиным носом и острыми чертами, повернулось к Фениксийцу. Легкий трепет, ощущаемый в присутствии генетического отца, был уже привычен и не мешал думать.

-Верно… Но не до конца.

-Хотите сказать, есть что то, что я упустил?

-Ты видишь настоящее, но не смотришь дальше. - Слыша голос своего примарха, молодняк удвоил усилия, что казалось немыслимым. - Чего сможет достичь каждый из них? Какие победы будут ими завоеваны и как велика будет слава их свершений? Я желаю увидеть это и приложу все усилия, дабы они сумели добраться до вершин. Постичь Совершенство.

-Вот вы о чем… - По новому взглянув на своих молодых братьев, Абдемон вновь посмотрел на своего отца. - Это будет сложный путь. Галактика скрывает множество опасностей… далеко не все смогут пережить его.

-Да, сын мой, но… - Феникс развел руки, словно пытаясь объять славное будущее, зримое им в эту секунду. - Разве он того не стоит?

Именно в этот миг Лорд-Командор вырвался из воспоминаний, заново узрев комнату, в которой находился вместе с Тарвицем. Хлипкие деревянные стены могли быть разрушенные неосторожным движением астартес. Даже пол натужно скрипел от каждого шага, вынуждая ступать осторожно, дабы не провалиться. Капитан десятой роты присел рядом, оперевшись рукой на колено. Саул был в похожем состоянии, Абдемон чувствовал это, как и присутствие Тацита на крыше. Технодесантник предпочел вести дозор, вместо просиживания на месте.

-Нет… он того не стоил. - Шепот вырвался сам собой, наконец дав ответ на вопрос, оставшийся без оного.

То будущее, которое хотел увидеть примарх, оказалось страшнее увядания легиона из-за болезни. Страшнее гибели каждого боевого брата, на полях Великого Крестового Похода. Первое удалось предотвратить, а второе было неизбежностью - ценой побед и напоминанием о поражениях. На Истваане не просто умерла половина Детей Императора. На нем сгинула его душа, сама сущность Третьего раскололась и извратилась, а осколки сгорели или пропитались ядом предательства.

-О чем вы, Почтенный Абдемон? - Капитан не изменял привычке так обращаться к одному из старейших легионеров.

-Просто… провалился в прошлое.

-Прошлое…

Саул никогда не был приближенным примарха, лишь смотря на него из рядов строя. Даже после повышения, мало что изменилось, потому Кемосиец вспоминал своего лучшего друга - Люция. Они много времени проводили вместе, как в бою, так и в тренировках. Разные по характеру и амбициям, друзья все же оставались таковыми. Природная сдержанность Тарвица не конфликтовала с честолюбием Мечника, потому им удавалось не раздувать конфликты. Стараниями первого, но тем не менее.

Картины из прошлого проносились мимо и были гораздо яснее, ведь сейчас Капитана не окружал разрушенный город, вместе с множеством братьев, надеющихся на него. В мирной обстановке, думать было легче… хотя приятного в этом мало. От будней линейных офицеров, до командования ротами, а от них к последней встрече. Удар в спину от лучшего друга погубил не только Саула, но и всех, кто был во дворце регента. Искаженное гневом лицо Люция, осознавшего свое поражение в дуэли, плавно перетекло к клятве. Если Саул Тарвиц, верный слуга Повелителя Человечества из Детей Императора, сможет выжить, то он убьет Люция Мечника.

-Чего бы это не стоило…

-Похоже, не я один. Да, Саул? - Услышав, как Капитан говорит сам с собой, Лорд-Командор криво улыбнулся. Выдавить из себя нормальную улыбку, он был не способен.

-Похоже так. - Тарвиц повторил недоулыбку Абдемона прекрасно осознавая схожесть их дум. - Прошлое - это прошлое, но настоящее не лучше.

-Фулгрим…

Один из Двух Сотен помрачнел. Он слышал голос своего проклятого примарха рядом, всего через пару стен.

-Император пришел за своим сыном… Мы не можем пойти против Его воли. - Этот факт, как и присутствие Великого Ангела, ставило крест на любых попытках отомстить Фениксийцу. Хотя Саул не стал бы пытаться и не только из-за абсолютной тщетности одолеть полубога. Фулгрим далеко не легко переносил свое предательство, искренне раскаивался, но… раскаяние не сотрет Истваан-Три из полотна истории. Мир, где кровь запятнала честь Ангелов Смерти, будет веками напоминать им всем о болезненном преступлении против незыблемых клятв.

Абдемон не ответил, прекрасно осознавая правоту боевого брата. Как бы почтительно Саул не относился к старому легионеру, последний считал его равным. Нет, не просто равным, а даже больше. Саул Тарвиц обладал всем, что бы быть лучшим. Лишь в последние месяцы своей жизни, он продемонстрировал качества идеального астартес, при этом, не обладая изъянами, полнившими легион. Даже сейчас, он мог контролировать свой гнев, в отличии от прославленного Лорда-Командора.

Минуты текли медленно, пока астартес ждали неизвестно чего. Им слишком многое нужно было обдумать, что бы предпринимать хоть что то. Разговор между собравшимися в гостиной обошел Абдемона и Саула стороной, ведь те не вслушивались в него. Не хотели слушать голос своего примарха. И потому, мерные шаги рядом с дверью показались им оглушительными. Лица лишенные шлемов поднялись к двери. Лишь сейчас, они ощутили, кто был за ней. Сами их души говорили им это.

Створки раздвинулись и за ними показался лик Третьего. Он мог бы выглядеть спокойно, если бы не излишне резкие движения глаз. Примарх явно волновался, проявляя очень редкое для себя состояние.

-Абдемон… Саул… - Мимолетная дрожь в голосе исчезла так же быстро, как и появилась.

Лишь мгновение понадобилась Лорду-Командора, дабы выйти из себя. Рука сама собой легла на черный клинок, сжав его до скрипа. В фигуре астартес угадывалось предельное напряжение сил. Может от попыток сдержаться, может от привычной настороженности в присутствии предателя. За время в городе Хорал, у легионеров выработалась стойкая привычка убивать этих отродий на месте. Оба верных легионера не ответили, лишь пристально смотря на падшего примарха. Но их глаза и сами души пылали ненавистью, глубоко укоренившейся в них. Даже Саул, не мог не испытывать ее.

-Я прошу вас пойти со мной. - От этих слов, Абдемон едва не сорвался с места.

-Проклятый предатель! У тебя хватает наглости нам приказывать?! - Гнев легионера ощущался едва ли не физически, а оглушающий крик имел мало общего с человеческой речью, скорее походя на звериный рык.

-Это не приказ, Абдемон. У меня нет права отдавать их, после совершенного мной. Сейчас, я прошу вас об этом.

-Куда ты хочешь нас отвести, Фулгрим? - Капитан десятой роты проявлял большее спокойствие, но и ему не удалось сохранить рассудок холодным.

-... Древний ждет меня.

****

Скорое наступление вечера, знаменовалось большим потоком людей, спешащих домой. Сегодняшний день был тягостен и для простых жителей, ведь огромные взрывы пламени на самой черте города не остались незамеченными. Волнение уже успело сойти на нет, в том числе стараниями СМИ, вещающих о ранее не обнаруженном газовом кармане у озера. Неизвестные обстоятельства вызвали детонацию, испарение водоема и пожар в лесу. Страшные события, но пострадавших не было и последствия не несли опасности, помимо уничтожения городской достопримечательности. Вдобавок, странные происшествия в Фуюки начались более двух недель назад, потому люди привыкли, в какой то мере.

Астартес находились в духовной форме, приняв ее по совету Тацита. Терминатор без слов присоединился к ним, чему его примарх не препятствовал, ведь тот, к кому они направлялись был и ему братом. Саул и Абдемон не сумели сдержать удивление, наблюдая за жизнью начала третьего тысячелетия. Маленькие дома, неширокие улицы и примитивная техника, виденная ими на некоторых мирах, откатившихся в развитии. Само по себе, это было не так удивительно, но они находились на Великой Терре - Колыбели Человечества. Не так они хотели вернуться сюда.

Примарх, пребывавший в человеческой форме, был непривычно мал. Даже ореол величия ощутимо ослаб, пусть и не исчез. Он шел неспешно, возможно давая своим сынам привести мысли в порядок, а возможно, делая это и сам. Фениксиец услышал от Рин и Артурии о встрече, которая разрывала сердце скорбью. Пусть вкратце и не со всеми подробностями, они поведали ему эту историю. Фулгрим не мог долго откладывать необходимость самостоятельно взглянуть, вернее не смел это делать. Это его долг, как первопричины… ожидания.

Заасфальтированные улицы незаметно исчезли, уступив тропам между деревьями. С каждой минутой зеленый лес перетекал в омертвевшую чащу. Чернота обожженной коры все нарастала, шепча о своей боли. Огонь оставил свой след, который будет долгое время напоминать о буйстве пламени. В какой то момент, к воображаемому шепоту прибавился подлинный. Разумы Детей Императора наполнялись тихой ненавистью, полнившей психический голос. Фулгрим, услышав его впервые, замер на месте. На его лице отразилась растерянность, которую он никак не мог скрыть. Относительно долго он восстанавливал былое спокойствие, так и не сумев сделать это до конца.

Каждый шаг приближал отца и сыновей к единственному обитателю умершего леса. Упавшие стволы, переломившиеся под собственным весом, устилали исчезнувшие тропы, заставив Фениксийца прыгать по ним. Наконец, глазу открылся чуть запятнанный пурпур. Ярким пятном среди черноты, он влек к себе тех, чьи судьбы неразрывно связаны с ним.

-Риланор… - Примарх тихо произнес имя, словно не смея говорить громче.

Перед ним был массивный дредноут, даже крупнее чем он, в истинном облике. Недвижимый легионер замер адамантиевой статуей. Опираясь спиной об полусгоревшее дерево, он словно подарил ему свою стойкость, ведь оно было единственным, которое так и не упало, посреди обугленных пней. Пламя примарха жгло сильнее обычного огня, сумев в считанные часы сделать больше, чем суточный пожар.

Платиноволосый медленно подошел ближе, не обратив внимания на россыпи золы, пятняющие своей чернотой его чистую одежду. Оказавшись на расстоянии вытянутой руки, он протянул ее, но замер, так и не коснувшись грудной пластины. Золотая Аквила на ней, резала глаз своим сиянием. Она осталась чиста. Единственная, среди закоптившейся поверхности. Сжав кулак до хруста, примарх заставил себя прикоснуться, не смея более оскорблять великого воина своей нерешительностью.

Как только кожа Фулгрима соприкоснулась с адамантием, по телу прокатилась дрожь. Стоящие позади астартес ясно видели ее, прекрасно осознавая причины этого. Их новообретенные чувства дали им ощутить эхо веков, пропитавшее верхний слой брони, внутренний каркас и сам саркофаг, в котором покоился раненный астартес. Раненный, но не сдавшийся.

Не в силах удерживать тело в вертикальном положении, Феникс рухнул вперед, вызвав глухой стук лба, столкнувшегося с символом преданности Детей Императора - Аквилой. Фулгрим тяжело задышал, с каждым мигом ощущая годы жизни Хранителя Традиций. Он не просто видел, что с ним произошло, он чувствовал это. Тысячи лет пронеслись за мгновения, опалив разум примарха великой скорбью и столь же великой ненавистью. Он зрел решимость, стойкость и величие в которых мог узнать знакомую ему вещь. Это было…

…Совершенство.

Такое же, которое продемонстрировал Император, тысячи лет ведя нескончаемую битву с демоническими ордами. Фулгрим мог признать, что лишь сам Повелитель Человечества мог сравниться с этим воином, который был бесконечно слабее, но не менее великим.

Лицо примарха застыло каменной маской, лишь слабо подрагивая от нестерпимой боли. Как своей, так и его сына. Достойнейшего из всех. Единственный зрячий глаз Фулгрима заблестел от влаги, что медленно собиралась в каплю. Хрустальная слеза упала на двуглавого орла, раскинувшего свои крылья вокруг сердца могучей машины войны.

Минута застыла во времени. Фулгрим чувствовал как прошли не несколько десятков секунд, но миллионы лет. Его восприятие обострилось до предела, влекомое вспыхнувшей в разуме агонией. Но… ожидание наконец закончилось. Энергетические дуги вспыхнули. Ожидание Риланора… закончилось.

-Древний… выглядишь ужасно… - Надрывным голосом, примарх поприветствовал его.

-А что стало с тобой, мой примарх? Ты… вновь прежний? - Механический голос не нес эмоций, но даже так, в нем было недоумение.

-Нет… нет, старый друг. Я уже не стану прежним. Ни теперь и никогда в будущем. После того, что я с тобой сделал…

-Да… Ты предал меня. Предал Детей Императора и весь Империум… - Древний замолчал, будто не зная, что сказать, но все же нашелся в продолжении. -... И пусть мой разум полон ненависти к тебе, мое сердце испытывает радость от встречи… Почему?

-Не знаю… я не смею надеяться, что в тебе осталась любовь ко мне. К твоему отцу, предавшему тебя, сын мой… -

Фулгрим отстранился, сделав несколько шагов назад, на негнущихся ногах. Когда он остановился, силы покинули его тело и он рухнул на колени.

Примарх стоял на коленях перед легионером.

-Твои поступки никогда не будут забыты. Я, Риланор - тот кто помнит, никогда их не забуду.

-Память о моем грехе никогда не будет забыта.

-Твоя вина никогда не будет искуплена. До конца вечности, она будет терзать твою душу.

-Да, старый друг.

-И сейчас, я должен вынести приговор. Твоим наказанием - должна быть смерть, но…

Примарх в форме человека был крохотным по сравнению с дредноутом и этот адамантиевый гигант склонился к нему, закрыв в своей тени.

-... У меня и у моих братьев есть право знать. - Лазурные линзы шлема вспыхнули, вторя пробудившейся ярости Древнего. Следом, он сказал всего одно слово. И слово это… - Почему?

-Почему? - Фулгрим повторил вопрос, словно задав его и самому себе. Ответ был ему давно известен. - Потому что…

-... Я был слаб.

Эти слова удивили не только Риланора, но и Абдемона с Саулом. Никогда в своей жизни они не слышали таких слов от гордого Феникса. Любая слабость - это изъян. Изъяны должны быть искоренены, такова была доктрина Детей Императора, таков был абсолют их примарха.

-Один из примархов… был слаб? - Недоумение вновь появилось в голосе, доносящихся их воск-систем. - Сын Повелителя Человечества… был слаб?

-Так и есть, Риланор. - В тоне Фулгрима возникло невиданное его сынами доселе. Смирение. - Ты помнишь тот клинок, найденный мною в храме Лаэран. В нем оказалась темная сущность, шептавшая мне сводящие с ума слова.

-Ты обвиняешь какую то тварь из варпа, в своем предательстве? - От услышанного, в Старейшине Ритуалов начал подниматься гнев, ясно ощущавшийся каждым. -Думаешь, это оправдывает…

-Нет, старый друг… нет. Демон был силен, но я сумел бы распознать угрозу, не будь поглощен своими пороками. - Откровение Фениксийца, повергло в шок слушателей. Даже Риланор умолк, не веря тому, что услышал.

-Скажи мне, разве ты не видел во мне недостатков?

-Нет… ты был воплощением совершенства. Так считал каждый из твоих сыновей.

-И каждый ошибался. Впрочем… - Смешок послышался из уст Фулгрима, который не перестал смеяться над ироничностью несовершенства в совершенном примархе. -... ошибался и я сам. Чем больше на моем счету было свершений, тем туманнее был мой взор. Я становился слепцом, не видящим дальше своего носа.

-Гордыня…

-Верно, Риланор. Гордыня - мой грех. Именно она передалась многим из твоих братьев и она же погубила их. - Грустная улыбка сделала прекрасное лицо примарха болезненно трагичным. Шрам на его глазу, словно стал воплощением его сути. Единственный изъян, на совершенной оболочке.

-Тот я, который пришел к тебе - это ожившее воплощение моих пороков. Не он их породил, а я сам. Я открыл путь к своей душе и потерял ее.

-Все… что ты говоришь… истинно. Ни единого слова лжи. - Риланор был тем, кто жил и дышал лишь Истиной. Обмануть его - невозможно, даже для примарха.

-Я не посмею лгать тебе, старый друг. Не теперь. С меня довольно обмана.

На долгое время Древний замолчал. Фулгрим, ныне способный заглядывать в души, не стал делать это с Риланором. Фениксиец не смел разглядывать дух этого великого воина человечества. Только не его.

-Примарх Фулгрим… - Громко, оглушительно проговорил Хранитель Традиций. - Услышав тебя, я вынес приговор. Готов ли ты исполнить его?

-У меня… есть то, что я должен сделать. Я не смогу принять любое твое решение. - Фулгрим не мог умереть сейчас. Он был обязан жить, дабы искупить свои грехи.

-Ясно… Но, думаю, ты сделаешь то, что я тебе предрекаю.

-Я слушаю, старый друг.

-Фулгрим Фениксиец. С этого момента и до скончания веков. Ты будешь жить, лишь ради Империума. Само твое существование более не несет ничего, кроме служения. Каждый твой шаг, каждый вздох и каждая мысль будут направлены на сохранность Человечества. Вина твоя никогда не будет искуплена и ты положишь свое будущее на тщетные попытки добиться этого. И да будет Император мне свидетелем.

“Да будет так.”

Психический голос разнесся по лесу. Отец Фулгрима, даже создав временную оболочку, находился в Варпе и мог наблюдать за своим сыном. Он слышал весь разговор, а теперь, присоединился к нему.

-Император… - Древний воздел голову к небу, словно пытаясь отыскать своего Повелителя в его синеве.

“Древний Риланор. Твой приговор будет исполнен. Я беру на себя его исполнение.”

-Отец... Вовремя ты…

“Время дать ответ, сын мой.”

Платиновые волосы Фулгрима взметнулись, когда он резко поднялся во весь рост. Потоки серебряного огня закружили вокруг него, создавая пульсацию в нереальности. Его фигура была поглощена пламенем за миг, разрастаясь ввысь и вширь.

Вихрь рассеялся, когда на месте смертного возник полубог. Колосс в пурпурной броне стоял прямо, создавая впечатление незыблемости. Словно на своих плечах он мог унести всю твердь земную и весь небесный свод. Последние языки пламени задержались на золотом крыле, венчавшем его плечо. Крыло огненной птицы пылало, как и подобает Фениксу.

Холодный психический свет окутывал лик гиганта, а единственный зрячий глаз полнился твердостью. Огоньки блуждали в глубине пурпурного омута.

-Я, Фулгрим - примарх легиона Детей Императора, клянусь следовать приговору Древнего Риланора. Его воля будет исполнена, в наказание за мои проступки. Я клянусь стать тем, кем меня видели мои сыны. Клянусь помнить о сегодняшнем дне до самой своей гибели. Клянусь, что она настигнет меня, когда последняя капля крови покинет меня в сражении за Империум и Императора Человечества, возлюбленного всеми. В Сражении за моего отца и его детище.

Аметистовый гигант опустился на одно колено, оказавшись на одном уровне со своим легионером.

-Я Клянусь Огнем, старый друг.

Лазурные огни замерцали, как и дух Хранителя Традиций. Штурмовое орудие зашевелилось и поднялось, коснувшись горла примарха.

-Я… принимаю твою клятву. И если ты ее нарушишь, я исполню свою. Я убью тебя, мой примарх. Клянусь Огнем.

Улыбнувшись, Фулгрим, с гулким грохотом, обрушил кулак на свою грудь, приложив его прямо к сердцу.

Риланор, видя это, зашевелил силовым кулаком. С пронзительным скрипом, рука дредноута оказалась прижата к Золотой Аквиле, как и у его примарха.

“Обмен клятвами завершен. И да падет тень бесчестия на того, кто нарушит хоть одно из слов сказанных в этот день.”

-Жди, Риланор, я возвращусь сюда, когда найду способ вернуть тебя в строй. - Все еще стоя на колене, Фулгрим улыбался, говоря это. - Ты должен быть рядом, чтобы убить меня.

-Да, мой примарх. Я буду ждать… это мне хорошо дается.

Древний умолк, погасив энергетические дуги. Дредноут вновь погрузился в сон. Его примарх и братья-астартес видели это. Фениксиец решительно развернулся, на ходу принимая человеческую форму. Широким шагом, он направился назад, храня тень улыбки. У легионеров не оставалось иного выбора, кроме как последовать за ним. Они стали свидетелями суда, обещанного Хранителем Традиций. И он был завершен.

Когда все покинули выжженную чащу, ставшую временной усыпальницей великого воина, на его броне произошли едва заметные изменения.

Искры света начали тлеть в воздухе, возносясь в небеса. Они исходили от того места, на которое упала слеза Фулгрима.

Древние легенды рассказывают о птице, символизирующей жизнь и смерть. А слеза ее, способна вернуть из царства забвения или продлить жизнь. Тот, кто был прозван Фениксом, стал таковым из-за почитания жителей своей родины. Именно он вознес её в небеса из пепла. Именно он был назван в честь пурпурного бога из старинных преданий. Божества, превратившего мертвый мир в цветущий рай, даровав его будущим жителям надежду. И имя ему…

… Фулгрим - Приносящий Воду.

Глава 37

В гостиной поместья находились некоторые его нынешние обитатели. В данный момент, все понимали, что пришло время ждать. Найти противника не представлялось возможным, потому осталось только искать способ скоротать свободные часы, перед предстоящей битвой. Каждый, в независимости от того, кем тот был, понимал ее неотвратимость.

Златовласая воительница тихо сидела, прикрыв глаза. Со стороны, она казалась погруженной в некое состояние медитации. Артурия не имела планов на этот день или каких-либо иных занятий, потому, просто дремала. Впрочем, не стоит обманываться, ведь она могла в любой момент сорваться в битву, если та возникнет. Умение сохранять бдительность в любой ситуации, у нее было весьма развито.

Черноволосая волшебница не менее тихо сидела рядом. Один из присутствующих заставлял ее испытывать некоторое волнение, потому она сосредоточенно вчитываясь в увесистую стопку бумаг, дабы отвлечься. В ней был текст, написанный мелким каллиграфическим почерком, множество схем и даже иллюстрации, нарисованные с невероятной точностью и мастерством. Тот объем данных, коий Третий поместил в книгу без переплета, пришлось бы разбирать неделями. На данный момент, Рин прошла только часть со специализированными формулами и принципами возникновения плазмы в различных условиях. От поверхности звезд, до самых малых плазменных орудий. Далее, ее ждала непомерно сложная теоретическая часть, имеющая прямую или смежную связь с основной направленностью этого “Проклятого Талмуда”. Девушка, хоть и не имела претензий, но физику она не любила, а уж физику из далекого будущего, в котором наука шагнула на мили вперед - тем более. Если бы не подробные объяснения и уточнения, заботливо вписанные Фениксийцем, она бы и за всю жизнь не смогла разобраться.

Девятый, уже по традиции, не шумел. Ангел тихо рассматривал убранства поместья, находя каждую мелочь, даже те, которые не смог бы увидеть ни один простой человек. Стол, за которым сидели собравшиеся, изобиловал множеством следов от частых застолий и почти все они были веселы. В этом доме, хозяин которого находиться в додзё, веселье и радость не были редкостью. Стойкий запах, осевший на этих стенах, выдавал некую молодую женщину, притом крайне энергичную. Она нередко перемещалась из стороны в сторону, с резвостью несвойственной даже подростку, не то что взрослому человеку.

Еще был запах уже знакомой девушки - Сакуры. Рыжеволосый юноша, как можно было понять ранее, очень привязан к ней и сейчас Сангвиний ощущал причины. Он едва ли не видел почти каждодневные застолья, в которых все участники веселились и радовались. Это было хорошее место, находиться в этом поместье было приятно, ведь оно пропиталось уютом и искренней симпатией. Впрочем, когда-то в нем жил еще кто-то. Мужчина, чья жизнь увядала, предстал перед глазами Ангела и тот увидел в нем странную смесь мыслей. Он был разбит, но в тоже время… счастлив. Тени прошлого довлели над ним, но свет настоящего разгонял их. И светом этим был молодой человек, приютивший всех, кто был в этом поместье.

Грохот от раздвинутой двери уничтожил тишину, дав всем увидеть ворвавшегося человека. По прежнему облаченная в доспехи, молодая девушка сузила глаза и пристально смотрела на Великого Ангела.

-Крылатый! - Она указала на него пальцем и яростно вскричала. - Это ты виноват!

Сангвиний, с неизменным спокойствием, смотрел на нее в ответ и не спрашивал в чем именно он провинился. Это было очевидно, как и очевидно нежелание Мордред делать выводы из его слов.

-Мордред, что ты делаешь? - Артурия слегка нахмурила брови, недовольная поведением дочери.

-Не лезь, Отец! Я этому пернатому сейчас лицо подправлю! - Более не медля, Рыцарь Предательства ринулась в атаку, вмиг преодолев расстояние и занеся кулак над головой примарха.

Яростные потоки воздуха пронеслись по всему помещению, когда бронированная перчатка была заблокирована. Приняв удар скрещенными руками, Девятый смотрел на девушку похолодевшим взглядом.

-Так ты решила поступить? - Горящие раздражением глаза Мордред расширились, когда примарх неуловимым движением перехватил ее кисть. Бросок был сделан так быстро и умело, что девушка и понять ничего не успела, как была впечатана в стол.

-Вместо того, чтобы прислушаться, ты обвиняешь меня в чем-то? Смешно.

С застывшим удивлением на лице, младшая Пендрагон непонимающе моргала, лежа на полу, посреди обломков стола. Все произошло молниеносно. Рин едва успела подхватить стопку бумаг, тем самым, спасая ее. Чего нельзя было сказать о чашке чая, которую временно отложил последний из присутствующих.

-Сын мой…

Повелитель Человечества взглянул на Сангвиния и в глазах Его, возгорел золотой психический свет. После чего Откровение перевел взгляд на лежащую воительницу.

-Вы оба… на выход.

Вкрадчивый голос Императора пробрал сидящую неподалеку Рин до костей. Даже когда она ему дерзила, он не говорил так… угрожающе.

-А ты что за хрен? Тоже получить захотел?! - Мордред же, в отличии от Тосаки, не знала, чье недовольство вызвала.

В этот момент, уже Артурия схватила дочь за руку и силком поволокла к выходу. Та брыкалась, но почему-то не стала сопротивляться в полной мере. Это и спасло ее от возмездия, ведь отец примархов был несколько раздосадован. Девятый, сразу поняв причины этого, извинился взглядом и направился вслед за парой рыцарей. Одно дело называть Сангвиния - “Крылатый”, но совсем другое угрожать его отцу.

Рин, оставшись наедине с Императором, пребывавшим не в настроении, застыла и боялась даже дышать. Секунды потянулись одна за другой, но безмолвие не нарушалось. Девушка все так же не шевелилась, ожидая хоть чего-то. Золотой свет в глазах Императора угас, но лицо все еще было застывшей маской. Одним своим присутствием, он нагонял ужас на несчастную Рин. И даже понимание того, что он не станет вредить ей без причины, не умаляло этого.

-Выдохни.

Тело без команды разума последовало приказу, а юная волшебница почувствовала, как легкие горели от боли. Она даже не заметила, как едва не задохнулась. Теперь, Рин хотя бы могла спокойно дышать, но так и продолжала сидеть по струнке.

Повелитель Человечества, на миг взглянул на осколки чашки и разлитый чай. С самого ухода Фулгрима, он медленно пил его, но теперь… Рин заметила движение глаз и сделала смелое предположение.

-Извините… может… мне заварить вам еще чаю?

Повелитель Человечества не отвечал некоторое время. Рин начала слегка ерзать на месте, чувствуя сильную нервозность.

-Было бы… неплохо. - Уже совершенно не страшный тон Императора слегка успокоил девушку.

Стоило только услышать положительный ответ, как она стремглав бросилась к отрезку помещения, служившему кухней. Нарыв в ящиках запасной чайник, она принялась заваривать чай с невиданной тщательностью. В данный момент, Тосака Рин исполняла волю Владыки Людей, потому не смела быть небрежной. Для ускорения процесса, она вскипятила воду мистерией лазурного огня, на ходу изменив конфигурацию. Обычно, для этого требуется некоторая подготовка и практика, но у нее был хороший стимул.

Заклинанием восстановив стол, девушка поставила перед отцом ее примарха чашку, исходящую паром и разносящую приятный аромат. Пусть Фулгрим кривился от ее навыков, но Рин всегда считала, что они у нее весьма хороши.

Тихонько присев напротив, девушка и сама начала пить чай. Пить чай с Императором Человечества. -”В этой ситуации точно что-то не так! Он ведь Император! Хотя Фулгрим ведь примарх, но совсем не страшный… Нет, это же Император, черт возьми!”

После этих мыслей, Рин увидела как уголки губ Повелителя Человечества слегка приподнялись. И ее разум пронзило осознание.

-”Он ведь слышит мои мысли! Слышит же?! Что делать, что делать?! Фулгрим, мать твою - пробирку, ты где шляешься! Ты же меня принял в свой легион, так помоги своей дочери!”

Слово дочь, невольно активизировало ассоциативные цепочки и один факт, который ранее не приходил в голову, возник в мыслях. Сумятица и возросшая паника сопровождали его.

-”Дочери… племяннице… Пусть и на людях, но Фулгрим - мой дядя, а если так, то… все примархи мои дяди?! А Император… дедушка… Дедуля-Император…”

Глаза девушки зацепились за легкую улыбку объекта ее мыслей, ставшей уже почти открытой. Владыка Людей точно прочел ее мысли.

-....

-....

-....

-”Фулгрим, спаси меня!”

****

-Что это было, Мордред? - Строгий тон матери донесся до ушей дочери, что стояла перед ней.

Три человека, образно говоря разумеется, находились во внутреннем дворе. Чуть в стороне ожидал Сангвиний, пристально вглядываясь в душу младшей из семейства Пендрагон. Она была ему открыта, потому Ангел без труда понял причины такого поведения.

-Это все из-за болтовни пернатого! У меня уже голова пухнет! - И вновь, юная воительница обвиняюще указала пальцем в сторону Девятого. - Какая еще неполноценность?! Какая неуверенность?! Я всегда…

-Он правильно говорил, Мордред. - Артурия пресекла дальнейшую речь твердым голосом. - В тебе было много сомнений и в их существовании виновата я.

-Артур… - От этих слов, напускная ярость спала, явив подлинное состояние девушки. Она была в смятении, ведь… не могла уверенно отрицать сказанное Сангвинием.

-Это мои ошибки привели тебя на путь предательства. Ты ведь считала, что я не признаю тебя достойной быть моей наследницей?

-А… разве не так? - Растерянный немигающий взгляд изумрудных глаз, был направлен точно в глаза Королевы, что были неотличимы от них.

-Не совсем, Мордред. - Артурия подошла ближе, с шелестом зеленой травы под ногами. - Ты… юна и несдержанна. В тебе еще слишком много недостатков, чтобы стать королем, но ты моя дочь и в тебе живет потенциал. Я всегда видела его и признавала.

-Тогда… почему?! Почему ты отверг меня, Отец!? - Мордред резко перешла на повышенные тона, разрываясь между радостью от похвалы и болью от былого пренебрежения.

-Моргана… - На сей раз, Владыка Камелота отвела глаза. - Я… не могла рисковать.

-Только из-за этого… Потому что я не родилась, как подобает… - Плечи девушки опустились, как и ее лицо.

-Нет, Мордред, нет! - Артурия быстро замахала руками, ведь знала, как болезненно ее дочь воспринимает свое происхождение. - Я… боялась заговора. Не могла откинуть вероятность…

-Того, что я буду на побегушках у матери… я понимаю. - Все еще тихим голосом закончила Мордред.

-Да…

Воительницы замолчали, не зная как продолжить разговор. Совершенные деяния и боль, причиненную ими друг другу, не так просто отпустить.

-История любит повторяться… - Тишину нарушили задумчивые слова Ангела, наблюдавшего за матерью и дочерью.

-Ты о чем, пернатый? - Без особого задора, как-то беззлобно спросила Мордред.

-Сын, считавший себя преданным, и отец, не раскрывающий своих мыслей. Мне это знакомо.

-Сангвиний, ты говоришь об Императоре? - Довольно удивленная такими словами, Артурия задала этот вопрос.

-О нем и Хорусе. Истории имеют немало сходств.

-Что за Хорус? - Мордред вновь задала вопрос, на что получила ответ.

Великий Ангел вкратце поведал о самых темных временах для Империума. Он рассказал о том, как Луперкаль получил звание Магистра Войны. О том, как вел остальных примархов, пока их отец удалился на Терру, работая над секретным проектом, о котором никому из них не рассказал. О том, как Хорус был на грани смерти и Губительные Силы нашептали ему ложную правду. Они показали ему будущее, где отца почитали как бога, среди тысяч миров, погруженных в предрассудки и тьму. Будущее, якобы созданное Императором, возжелавшим божественности. Они убедили Воителя в том, что в подземельях Императорского Дворца ведется работа по обожествлению. Отец, ведомый гордыней и жадностью, лгал своим сыновьям и всему человечеству и более всего желал не блага для Империума, но собственного величия.

-Ересь погубила миллиарды жизней, лишив человечество будущего. Она не принесла ничего, кроме разрушения. Порой, я думаю, как все могло обернуться, если бы отец был… более откровенен.

Девушки слушали, не смея прерывать рассказ о страшных событиях, в сравнении с которыми, восстание Мордред казалось детскими играми. Целые миры сгорали и целые системы вставали против тех, с кем когда-то шли в золотое будущее.

-Фулгрим не рассказывал об этом… - Артурия слышала о предательстве половины примархов, но не знала о невообразимых масштабах бедствия. Огонь захлестнул всю галактику.

-Когда Ересь дошла до подобного размаха, он уже перестал быть собой. Темные Боги извратили все светлое, что было в нем и превратили в чудовище.

-Да, мы видели то… существо. - От воспоминаний омерзительного змея с ядовитыми глазами, Артурия почувствовала отвращение. Та тварь не достойна называться Фулгримом.

-Так, стоп… к чему ты ведешь? - Мордред уже слышала о том, насколько необычен новый… друг ее Отца, да и видела двух великанов, обладающих огромной силой, потому не так уж удивилась, но ей хотелось узнать, что хочет донести до нее пернатый.

-К тому же, о чем говорил ранее. Открой душу и перестань скрывать свои переживания. Непонимание и недомолвки никогда не ведут к благу.

Под пронзительными лазурными глазами Ангела и пониманием в них, девушка ушла в себя. Хоть и не слишком любила изворотливость и изощренность, предпочитая прямоту, она не была глупа, потому погрузилась в себя. Ее метания были видны невооруженным взглядом, как и множественные мысли. С каждой секундой девушка хмурилась все сильнее, а в какой-то момент, вовсе отвернулась. Она смотрела на небо, что отразилось в ее изумрудных глазах.

-Отец… - Неуверенный голос вырвался из уст, но был перебит.

-Мордред… - Одновременно с дочерью, Артурия хотела возобновить разговор, но осеклась.

Две златовласые девы стояли напротив друг друга и не могли произнести ничего. Они просто не знали, что сказать. Легендарный король был беспомощен, как и его рыцарь, ибо не так просто найти понимание после той кровопролитной войны.

-Полагаю, вам обеим нужно подумать. - Сангвиний ясно видел все. Страхи и сомнения. Переживания и волнения. - Не спешите. В конце концов, солнце еще не скоро скроется, у вас есть время.

-Ммм… - Королева промычала нечто невнятное, думая о том, что Фулгрим был удивительно способным, когда дело касалось ее сожалений о прошлом.

-Приму это как согласие. И, к слову… - Ангел перевел взгляд на Мордред, чуть прищурив глаза. -… ты угрожала моему отцу.

-Отцу? Ты про того... - Вмиг вспомнив Кем был отец Крылатого, девушка замялась. - Там что… сидел этот ваш Император?

-Именно.

-Эм… ну… извини? - С видимым усилием, младшая из Пендрагонов выдавила из себя это слово, чем удивила Артурию, прекрасно знавшую характер Мордред.

-Думаешь этого будет достаточно? - Великий Ангел сделал шаг, оказавшись вплотную к ней. - Простых извинений? - Слабый золотой свет вырвался из глаз Девятого, осветив лицо Мордред.

-А что мне, на колени перед ним упасть?! - Взъярившись и нахохлившись, девушка недовольно смотрела на примарха исподлобья.

-За любым проступком следует кара и твой - не исключение.

-Наказать меня вздумал, пернатый?! С высоты может сбросишь, долбаный мужик с крыльями?! - Уголки губ Сангвиния приподнялись, когда он услышал это, а Мордред ощутила, как ее инстинкты взвыли.

-Неплохая идея…

-Эй, постой, я же пошутила-а-а-а!

Крик унесся ввысь, вместе с телом девушки. За мгновение обернувшись гигантом, Ангел схватил “подсудимую” и привел приговор в исполнение. Даже всей скорости Героического Духа не хватило, чтобы успеть избежать захвата примарха.

А оставшаяся на земле Артурия с нечитаемым лицом смотрела вверх, туда, где скрылась фигура колосса в золотой броне. Всего нескольких секунд достало для того, чтобы долететь до самых низких облаков и избежать нежелательных взглядов. Несмотря на ситуацию, воительница не беспокоилась. Предчувствие твердило об отсутствии опасности для ее дочери.

-Хорошо, что у Фулгрима нет крыльев… Уж лучше быть попугаем.

А среди белых облаков, под лучами солнца, разносились обрывки визга, перебиваемые яростными порывами ветра. Девушка, пусть и была далеко не из робких, несколько… удивилась, от резкой смены обстановки. Рефлекторно вцепившись в руку примарха, она пыталась открыть глаза, ведь ветер бил в них, подобно молоту.

Через непродолжительное время, Мордред почувствовала как они зависли. Наконец распахнув веки, воительница вновь удивилась, но по иной причине. Перед ней был чистый ковер из облаков, над которым искрилось незапятнанная небесная синева. Никогда в жизни, она не видела столь чистого небосвода, как и столь яркого солнца. Ветра словно стихли, дав в полной мере почувствовать безмятежность царства над твердья земной.

-Ты прыгнешь сама или мне тебе помочь? - Мощный голос примарха был способен без труда пробиться сквозь гул небесных течений воздушных масс, потому был услышан.

Девушка раздраженно посмотрела на Ангела, хотя всего секунду назад была заворожена неземным видом. Губы приняли форму дерзкой ухмылки и Мордред прокричала, что было мочи.

-Хрен тебе! - Она обозначила вызов.

Со всей силой обхватив массивную руку примарха, Мордред вцепилась в нее и всем видом подтвердила свои намерения. Девятый лишь хмыкнул, приняв правила негласного спора. Могучие хлопки от взмахов крыльями, переросли в настоящую бурю, когда Девятый совершил рывок вперед.

Ангел летел на недосягаемой скорости, подметив возросшие характеристики тела. Сейчас, он вполне мог обогнать Громовую Птицу на полном ходу. Через минуту, Сангвиний понял, что его ноша была крепче, чем предполагалось, потому изменил тактику. Он начал петлять и делать резкие маневры. От мертвой петли до крутого пике, Девятый испытывал стойкость провинившейся, однако, и этого оказалось мало. Более того, девушка принялась смеяться - ей начал нравиться полет.

-А ну-ка, поднажми, пернатый! - Со звонким смехом и веселой улыбкой, Мордред попросила о подобном.

Сангвиний ответил сиянием, покрывшим все его тело. Обернувшись золотой кометой, Великий Ангел ускорился до предела и унесся на мили от изначального местоположения. Рев ветра бил по слуху, когда тело примарха пробивалось сквозь толщи воздуха.

Краем глаза, примарх смотрел на искреннее веселье, неизменно пребывающее на лице златовласой. Его крылья подарили ей радость. Те крылья, которые всегда несли его в гущу битвы, где он лишь проливал кровь. Их белоснежное оперение было обманчиво, ведь им была уготована судьба быть инструментов войны. Примарх уже не помнил, когда делал подобное. Вернее, это было очень давно, еще на пустошах Ваала, когда он играл с детьми и соглашался их немного покатать. Но и это прекратилось со временем, ведь он стал воплощением Ангела из верований его народа.

Немало минут прошло перед тем, как примарх решил вернуться в маленький городок, в котором происходили события, что уже давно вышли за пределы обычной Войны Святого Грааля. Со слабым вздохом, Ангел признал Мордред победителем в их маленьком споре. Хотя на деле, он мог без труда сбросить ее, если бы захотел. А довольное выражение лица воительницы вызвало в нем секундное желание все же сделать это. В назидание, так сказать.

На мгновение мелькнув в небе над городом, Ангел приземлился во внутреннем дворе поместья, незамеченный никем, ведь его скорость была едва уловима глазом. Тем не менее, один человек все же уловил его движение.

****

-Братец? - Фулгрим ощутил вспыхнувшую психическую силу своего брата, когда тот приблизился к Фуюки. Глаза примарха могли поспеть за движением Крылатого Ангела.

Еще пару мгновений Фениксиец смотрел туда, где пронесся Сангвиний, но решил, что спросит его об этом позже. Сейчас, он направлялся в место, где ощутил сильную активность Эмпиреев. Его новообретенные чувства указывали на аномальность той области.

Когда Третий спросил отца про него, тот лишь сказал, что ему лучше увидеть самому. И потому, сейчас Фулгрим пробирался через выжженную лесную чащу, приближаясь к опустевшему котловану. Еще утром там было озеро, но его испарило буйством силы Феникса. Вспоминая рассказ о сегодняшних событиях, примарх не мог найти покоя. Его Легион - Дети Императора, пребывают в кошмарном состоянии. Его сыны заключены в тиски безумной ненависти, заставившей их устроить бойню на берегу озера.

Цепкие глаза замечали следы от битв, сохранившиеся даже после пожара. Астартес сражались яростно и не заботились об аккуратности, потому обгоревшие деревья могли иметь ровные срезы от мечей или крупные дыры от выстрелов из болтеров.

С каждым шагом, Фулгрим мог ощутить все нарастающее чувство нереальности. Имматериум просачивался в материальным мир сквозь трещины, чье происхождение оставалось неизвестным. Выйдя из-за обгоревших крон, примарх увидел массивный вихрь пламени, словно застывший во времени. Купол, подобный янтарному изваянию, слабо мерцал, переливаясь в реальности и пылая в Эмпиреях. Сила, заключенная в нем, поражала. Это была мощь Императора, воплотившаяся в этой… тюрьме.

Феникс понял назначение этой психической формации и догадывался для кого она предназначена. Чем ближе к ней он был, тем яснее узнавал знакомые ощущения.

-Слаанеш… - Уже не душой, но глазами, он увидел очертания мерзостного существа, запертого в этом куполе.

“Верно, сын мой… Но не только.”

Подходя все ближе, примарх оказался прямо у стены недвижимого пламени и положил на нее руку. Увидеть то, что находилось внутри было сложно, но Фулгрим сумел разглядеть фигуры астартес в черной броне, на поверхности которой были кости. Третий никогда не видел таких космодесантников, но они быстро исчезли из его дум.

Он увидел блеск.

Почти у самого центра, рядом с Жаждущей, находился гигант с молотом в руках. Серебряных руках.

-Феррус…

Глава 38

Фулгрим смотрел на своего брата, запертого в куполе из замершего пламени. Он положил обе руки на его поверхность, словно в попытке пробиться сквозь него. Столь знакомый металлический блеск не потемнел, вопреки явным изменениям в теле Десятого. Даже потоки раскаленного железа не умоляли величия рук из живого метала. Кости украшали его доспехи, как и у неизвестных астартес, а на голове был шлем, повторяющий очертания оскаленного черепа. Заостренные клыки превращали его в некое подобие демонического лика, наряду с языками огня в сочленениях и в бездонных глазницах. Третий потянулся к нему всей своей сущностью, дабы понять больше, увидеть и почувствовать, но встретил неприступную преграду. Барьер не выпускал из себя ничего, возможно даже саму реальность, впрочем, снаружи он был не так прочен.

“Фулгрим…”

Голос Императора был тих, словно тот не хотел нарушать момент встречи.

-Он жив… Феррус жив! - Фениксиец же не сдерживал себя и огласил округу своим кличем. Искренняя радость слышалась в нем и только оттенки непонимания в глазах платиноволосого могли омрачить ее.

“Не в полной мере, сын мой.”

-Что с ним стало, отец?

Ответы оказались шокирующими. Феррус Манус - Примарх Десятого Железного, перестал быть существом из плоти и крови. Могучий дух сына Повелителя Человечества не устрашился холодных рук смерти и обрел новый путь. Неумолимая ненависть и боль, смешались в кипящих потоках Имматериума и сумели воплотится. Из-за нелинейности времени в нереальности, это произошло много позднее битвы на Истваане-Пять, но Горгон, ныне возрожденный, был призван отцом в этот мир, дабы сковать отродье Хаоса. Сангвиний же поспособствовал освобождению Феникса.

-Легион… Проклятых? - Сами эти слова вызывали в разуме Третьего странное чувство.

“Так стали называть призраков возмездия… и, в какой-то мере, Феррус стал им примархом. Не по своему выбору, но по праву силы и по праву ненависти.”

-Даже тут ты отличился, братишка… Ты всегда был самым упертым из всех, кого я знал, даже Рогал тебе не ровня. - Бледная улыбка возникла на столь же бледном лице Фулгрима. Осознавать, что его любимый брат победил саму смерть было просто… невероятно.

“Сын… ты мог бы попытаться…”

-Нет, отец, он не простит меня. Уж я то знаю. - Ни единой капли сомнений не возникло в голосе Феникса, как и надежды на новое начало для их загубленной дружбы.

“Тогда, о чем ты сейчас думаешь, сын мой?”

-О том, что хочу сжать его в объятьях, даже если после них он попытается проломить мне череп. Я просто рад видеть его вновь, отец...

Фулгрим медленно присел. Он прислонился спиной к непреодолимой стене, за которой были те, кто связан с его самыми большими сожалениями. Задумчивость наполнила лик Третьего, пока неизвестные мысли не спеша плыли в его разуме.

-Я так и не спросил тебя, отец… Каково положение дел в действительности? - Вопрос был задан в пустоту, ведь все, что видел глаз, было черным обожженным полотном.

“... Ты заметил.” - Император не задавал вопрос. Это было утверждение.

-Разумеется. Я благодарен за то, что ты помог мне воспрять духом, но одно возвращение Гиллимана не может стать спасением. - Фулгрим издавна славился способностью подмечать малейшие нюансы, превосходя в этом многих братьев.

Незримое присутствие возникло рядом, словно Император уподобился своему сыну и прислонился к янтарному куполу. Возможно, находись здесь его временное тело, так бы он и сделал.

“Многие века, я противостоял демоническим ордам на подступах к моему дворцу и к сердцам всех жителей Империума. Губительные силы неутомимы и лишь крепчают, пока я… увядаю.”

-Касаемо этого, я видел момент, когда тебя ранили и мне показалось, что ты бы смог излечиться… Это ведь не Хорус поразил тебя, а Темные Боги через него?”

“Так и есть. Они добились своего и ввергли Империум в мучительную предсмертную агонию. Жаждущая наверняка убеждала тебя отвернуться от человечества, говоря о его неизбежной кончине… О моей слабости.”

-Верно, но я не стал слушать. Если бы ты был так ничтожен, то они бы не погрузили галактику в огонь. - Раскусить обман Слаанеш было не сложно. Возможно, потому что она лишь пыталась подточить уверенность Фулгрима, посеять сомнения в его сердце. У нее не вышло.

“Да… Но теперь, они всего в одном шаге от триумфа. Мой разум разбит на множество осколков, даже тот, с кем ты сейчас говоришь - один из множества подобных. Я связан с основой, но собрать разбитое нельзя просто так.”

-А божественность? Тебя называют Богом-Императором, это не могло остаться без последствий.

Некоторое время, Император не отвечал. Причины этого было невозможно определить, но его сын почувствовал… неуверенность. Словно отцу претило открыто говорить о своей слабости и неспособности исправить прошлое. Откровенность всегда была чужда Владыке Людей, впрочем тысячи лет могут изменить многое.

“... Я слышу их, сын мой. Миллиарды голосов, взывающих ко мне. Матери, скорбящие о своих сыновьях. Плач детей по отцам, что убиты. Они молят меня о помощи каждый миг… Но я бессилен.”

-... Губительные силы - проклятие нашего мира. Из-за них, даже быть богом нестерпимо трудно. Впрочем, не припомню, чтобы ты хоть раз убоялся преград.

”Ты все еще продолжаешь считать меня воплощением совершенства, сын мой?”

Примарх притих, услышав этот вопрос. В прошлом, ответ на него был бы однозначен, но теперь…

-Однажды, я услышал весьма неприятные для меня слова - Совершенство достигается не в том случае, когда нечего добавить, но когда нечего отнять. Не сочти за лесть, отец, но те черты, что должны быть в тебе идеальны, таковыми и являются. А остальные лишь… обнажают твою человечность.

“Человечность… как же давно я не вспоминал о ней…”

Разговор затих, ведь оба собеседника сочли его завершенным. Примарх повернул голову, краем глаза посмотрев на смазанные очертания брата. Феррус Манус был заточен в этом барьере, являясь его ядром. Его душа могла стать идеальным проводником силы Императора, вдобавок обладая собственным могуществом. Совместными усилиями, отец и сын могли сдерживать Слаанеш, но как долго это продлиться…

-Что ж, полагаю, довольно рефлексии.

Фениксиец поднялся и развернулся к стене пламени, что не обжигало его тело. Единственный пурпурный глаз налился белым психическим светом, отражая пробуждение сил в душе примарха. Потоки реальности и нереальности предстали перед ним во всей красе, переливаясь и меняясь. Пусть восприятие Фулгрима и было схоже с псайкерским, но на деле являлось чем-то большим. Сама сущность сына Императора отличалась от обычных операторов варпа, потому первый многократно превосходил последних. Магнус тому пример, его способность понимать Имматериум и управлять им, была недосягаема для любого человека и даже астартес.

Разум Фулгрима расцвел, погружаясь все глубже в варп и начал ощущать то, что было ему неведомо доселе. Даже при полном осознании того, кем является его “госпожа”, ее облик пробуждал самые сокровенные желания. Она была прекраснее всех женщин, коих видел Фениксиец за свою жизнь. Но теперь…

-Мерзость… - Примарх с отвращением смотрел на сущность Эмпиреев, сотканную из энергии пороков.

Тошнотворный цвет, из которого состояло ее тело, на сей раз, пробуждал лишь желание стереть ее с полотна мироздания.

“Она чрезвычайно опасна, сын мой, и неизбежно освободиться, рано или поздно.”

-Значит нужно быть готовым к этому.

Фулгрим не питал надежд на легкую победу. Сила аватары Темного Принца, очевидно превосходила нынешние возможности отца, иначе он бы уже изгнал ее из этого мира. И тому было причиной не только могущество, превосходящее любых порождений варпа. Эта планета попала под взор Бога Хаоса и цель его - Фулгрим. Пока он здесь, Слаанеш не отступит, даже если развоплотить его аватару. Ему известен путь сюда, потому он вернется, как бы долго ему не противостояли. Единственный способ уберечь этот маленький мир - уйти. Вернуться в Империум, дабы отвлечь внимание Жаждущей. Иначе… дом Рин, Широ, Артурии и семи миллиардов людей может исчезнуть, оставив после себя лишь пепел.

-”И, как не иронично, именно обретение тела - моя главная проблема.”

Фулгрим чувствовал изменения, ведь более не являлся Героическим Духом, возвратив себе жизнь. Будь иначе, можно было бы найти способ вернуться в Империум, пройти той же дорогой, что отец и братья. Но теперь, нужно было искать иной метод. Вернее, обратиться к исходному плану. Единственный вариант сейчас - заполучить Святой Грааль.

Могучий артефакт может помочь в полноценном возвращении, но пока осквернен, он является угрозой. Сакура является угрозой. Вдобавок, церковь стала обителью Короля Героев, чьи силы еще опаснее. Гильгамеш может принести даже больше бед, чем Мато, ведь пределы его возможностей не ясны. В том бою, он одолел Фулгрима не напрягаясь, просто изрешетив его клинками.

Угрозы были многочисленны и гарантий на победу не было. Неизвестно, сколько времени пройдет, прежде чем Жаждущая освободиться. И пусть жажда действий была велика, невелик был выбор в направленности оных, потому как носительница Грааля скрывается. Император не видит ее, будь иначе - девушка уже была бы мертва. Да, именно мертва. Фулгрим более не мог рисковать и тратить время на попытки освободить ее. Если ради возвращения потребуется убить Сакуру, то так тому и быть. Пусть она невинна, пусть перенесла многие невзгоды, на плечах примарха лежало немало грехов - выдержать еще один он способен.

-Придется ждать. Отец, если ощутишь хоть намек на присутствие Сакуры - сообщи незамедлительно.

“Разумеется, сын мой.”

В последний раз прикоснувшись к янтарной стене барьера и бросив взгляд на брата, Фулгрим направил шаг в сторону города. Если в данный момент он ничего не способен предпринять, то хоть проведет время с Сангвинием и отцом. Вдобавок, стоит присмотреть за его подопечными, Рин не оставила надежды спасти сестру, а Широ необычно мрачен.

В момент, когда последняя мысль пронеслась в разуме примарха, перед глазами возникли образы, а в нос ударил призрачный запах. Фулгрим узнал его, ведь ощущал этот аромат сотни раз - дым и сталь. Видения продолжались недолго, но в них можно было разглядеть мужчину с пепельными волосами и смуглой кожей. Его лицо несло лишь безразличие и налет надменности, но за ними скрывалось нечто иное.

Третий потратил несколько мгновений на анализ произошедшего и пришел к однозначным выводам, которые, пусть и удивляли, но были все же ожидаемы. Его психические силы постепенно раскрывались и примарху еще только предстояло открыть их. Видения будущего пропали, но их сменило четкое чувство, навязчивым мотивом трезвонящее о скорой встрече с этим неизвестным. Чувство вдруг усилилось и Фулгрим понял почему. Встреча была не просто скорой, она произойдет прямо сейчас.

Среди обожженных стволов деревьев, стал прослеживаться силуэт в алых тонах. Неспешным шагом, тот шествовал в направлении берега испаренного озера. Запах, что был лишь игрой воображения, появился с его приближением. Взрослый мужчина, в необычном одеянии, проходившем на легкую броню, все приближался.

-Странное место, обычный человек подсознательно не захочет приходить сюда. - Будто говоря о погоде, гость подал голос. - А ты значит, тот необычный слуга, ради которого меня и послали. Хм… нет, ты не слуга. Соизволишь представиться?

Примарх пристально смотрел на того, в ком узнал опытного воина. За напускной небрежностью скрывалась настороженность, что только усилилась, когда их глаза встретились. Благородный пурпур, в глубине которого блуждали серебряные огни, явно встревожил мужчину.

-Ты не имеешь отношения к Хаосу, но пришел за мной. Кто же тогда тебя послал? - В ответ на грубость, Фулгрим отзеркалил вопрос, также не проявляя вежливости.

-Хаос? Ты явно имеешь ввиду что-то конкретное, только я понятия не имею что.

Собеседники не стали продолжать разговор, внимательно следя за действиями друг друга. Обладатель смуглой кожи по немалой дуге обходил примарха, очевидно готовясь к возможной атаке. С каждым шагом, вторженец приближался к куполу и с ленивым интересом всматривался в него.

-А это?.. - Скосил он взгляд на Фениксийца.

-Думаешь - я отвечу?

-Как знаешь. - Собеседник небрежно пожал плечами.

Молчание вновь воцарилось и ни один не собирался его нарушать. Неизвестный иногда переводил взгляд на примарха, но быстро отводил его. Не только из тщетности получить результат из переглядываний, но и из дискомфорта. Его скупой язык тела почти не менялся в эти моменты, но сын Императора мог разглядеть некоторые мелочи, вроде едва усилившейся хватки ладоней на скрещенных руках.

-Ну так что? Будем дальше пытаться прочесть мысли друг друга? - Саркастичное замечание не возымело результатов, не поколебав скрытного собеседника.

-... Широ.

Услышав это имя, мужчина вновь взглянул на Фулгрима, оставшись невозмутимым. Большинство бы не подметило изменений, но неизвестный слишком резко это сделал, что не укрылось от примарха.

-Спутал меня с кем-то? - И вновь невозмутимый тон имел почти скрытые отголоски встревоженности.

Три секунды. Именно столько Феникс не отвечал, ибо направил вычислительные возможности своего разума на поиски разумного объяснения ситуации. Завершив анализ, примарх заговорил.

-Альтернативная временная линия.

-... Догадливый. - Слабо поиграв желваками, “Широ” недовольно посмотрел на Фулгрима. - Знаком с моим младшеньким, значит… и как он? - Язвительный тон давал понять отношение к “младшему”.

-Стремится найти правильный путь. И имеет успехи, насколько могу судить.

-Спасает всех без разбора? - Уже нескрываемый сарказм наполнял слова мужчины, чье лицо обрело выражение презрения.

-Скорее нет. Я постарался выбить из его головы эту глупость. - Услышав ответ, “старший” удивленно приподнял бровь, а следом злобно усмехнулся.

-В жизни не поверю.

-Мне нет дела до твоей веры. Зачем ты здесь? - Ясный и твердый голос примарха донесся до ушей Эмии, но лишь на миг заставил его замереть. В этот раз, Фулгрим решительно требовал ответ и это было… странно. В нем была непонятная сила влиять на людей.

-Самому бы знать… Мне известно только то, что ты можешь стать угрозой человечеству. - Опустив скрещенный руки, Эмия показал чуть большее напряжение, что и без того сопровождало его с начала разговора. - А моя работа - устранять подобных.

-... Алайя.

-Угадал.

Фулгриму было известно про коллективное бессознательное рода людского, ведь он ознакомился со всеми знаниями семьи Тосака и имел представление о механизмах работы здешнего мироздания. Довольно необычного, но не превосходящего в этом его родной мир.

-Угрозой могу стать не я, но то, что пришло за мной. - Фулгрим взглядом указал на центр барьера из застывшего огня.

-Вот оно как. Значит, мне нужно устранить этих двоих?

-Не двоих. Только ту, что справа.

-Мило… - Вглядываясь в существо, сотканное из сиреневой энергии, Эмия не мог определить его происхождение. И это несмотря на весьма… обширный опыт. - Вот только, меня не слишком заботят приказы моей… хозяйки. - Отчетливая неприязнь слышалась в голосе, не оставляя сомнений в его мнении об Алайе. - В этом месте, я предпочту сделать кое-что иное, перед выполнением… приказа.

Пусть старший Эмия не сказал, что именно, но примарх догадывался. По построению предложений и по отношению к Широ, Фулгрим сделал вывод.

-Ты хочешь изменить свою судьбу - В этот раз, удивление не удалось скрыть, что выражалось в отчетливо расширившихся глазах.

Этот человек презирает мечту прошлого себя и совершенно уверен в том, что ее не изменить. Его работа - устранять тех, кто может стать угрозой. Может, а не уже стали таковой, значит, он вполне мог убивать даже тех, кто не заслуживает смерти. Тех, кто идет по праведному пути, но неосознанно может представлять угрозу сохранности человечества. Он ненавидит свою хозяйку, явно не желая беспрекословно исполнять ее волю. А ныне, оказавшись в этом времени, имеет некое важное дело. Пазл, собрался воедино - ответ стал ясен.

-Да как ты…

-Но… как именно? - Тон примарха похолодел, ведь его интуиция твердила о неприемлемости намерений старшего Эмии.

-Хо-о… - В стальных глазах Стража Противодействия возник намек на насмешку. - Неужели сам не угадаешь? На это ты уже не способен?

-Я могу выбить из тебя ответы, если понадобиться. - Острый психический свет пронзал тело обладателя пепельных волос, заставив тело встать в стойку без команды разума.

-Попробуй…, - Веки сузились, а в руки легли парные клинки-близнецы.

Двое мужчин стояли друг напротив друга, пока пространство вокруг них наполнялось опасными намерениями. Свет, источаемый глазами Фениксийца, начал разливаться по его лику, создав ореол мощи. Холодное сияние медленно переливалось, испуская волны силы вовне. Нервы его оппонента напряглись до предела, пока он следил за действиями примарха. Тот был готов как атаковать, так и отразить удар и попытки найти слабые места в его защите неизменно терпели крах. С каждой секундой Страж проявлял все больше нервозности, то и дело порываясь атаковать первым, но пресекал подобное. Ему казалось, что с каждым сокращением мускул, с каждым вздохом, его шансы на победу таяли. Его визави смотрел внимательно, слишком внимательно, словно выискивая слабости и изъяны. Стоило только подумать об этом, как чутье подсказало, что у платиноволосого это получалось.

Промедлить, еще хоть секунду - значит проиграть.

Именно с этим пониманием, Эмия отпрыгнул назад, прямо в воздухе метнув клинки во врага. Теперь, никем иным они быть не могут. Фигура Фулгрима смазалась и сместилась, избежав лезвий, после чего, настал черед примарха. Кисть объяло серебряным пламенем, что сгустилось и изверглось сконцентрированным потоком. Луч обжигающей энергии прочертил путь в воздухе и задел бок противника, едва сумевшего уклониться. Неожиданная способность манипулировать огнем, заставила Эмию изменить тактику и призвать в руки новое оружие. Черный лук сплелся из мерцающих нитей, вместе со странной стрелой, имеющей больше сходства с мечом.

Столкновение приобрело дистанционный характер, когда противники обменивались залпами и пытались не попасть под удар. Фулгрим, вместо привычной манеры боя, решил опробовать новые силы и определял ширину их возможностей. Эфирное пламя менялось по малейшему желанию, принимая любые формы и структуры. Гибкий пылающий кнут, змеей настигал добычу, непредсказуемо меняя траекторию. Сгустки энергии, подобные залпу плазмы, поливали поле, выжигая все, что попало под их ярость. Твердые лезвия серебряного огня, острыми букетами устилали места, где не сумели попасть в противника.

С каждым мигом, Феникс все лучше осознавал, какую силу обрел. Это была особая, самобытная энергия, порождаемая его душой. Она была частью сущности Третьего и беспрекословно подчинялась ему. Он чувствовал и понимал ее все лучше, в какой-то момент придя к интересному выводу. Огонь - это лишь простейшая форма и ее можно было изменить. Разум примарха просчитывал всевозможные варианты и порождал все новые методы оперирования эфиром.

Эмия загнанно дышал, наконец осознав насколько опасный противник ему попался. Энергетические атаки сыпались на него непрерывным дождем, тая в себе невиданную мощь. Его тело покрылось подпалинами и даже порезами с почерневшими краями. Пусть ни один удар не попал по нему полностью, почти всегда проходя по касательной, это не прибавляло ему настроения. Вдобавок, этот странный человек будто игрался с ним. То, насколько легко платиноволосый держал Стража на расстоянии - говорило о его превосходстве, ведь он не давал ему ни приблизиться, ни прицелиться. И обладая подобным преимуществом в наступательной мощи, он еще не испепелил Эмию.

Старший Широ вдруг замер, увидев отличные от иных действия врага. Огонь рассеялся, уступив место ветвящимся потокам энергии. Ладонь примарха окуталась ломаными линиями яркого света, что только набирали интенсивность. Уподобились и его глаза, полностью скрывшиеся за проявлением психической мощи сына Повелителя Человечества. Они напоминали бездонные колодцы, источающие слепящее сияние.

Развитые инстинкты взвыли и Страж незамедлительно использовал то единственное, что было способно уберечь его жизнь. На вытянутой руке возник колоссальный щит в форме семилистника. Семь рубиновых лепестков встали на защиту владельца и миг спустя, были подвергнуты натиску.

Белые потоки чистого разрушения сорвались с пальцев Феникса и обрушились на врага. Скорость, с которой атака достигла энергетического щита, была едва ли исчисляемой, словно поток эфирных молний презрел и время, и пространство - нарушив естественные законы материальной вселенной.

Почти мгновенно были уничтожены слои защиты, оставив всего один. Последний лепесток с честью выдержал атаку, но померкший цвет указывал на то, что он был на грани уничтожения.

-Это уже не смешно… - Эмия прошептал эти слово себе под нос, смотря на землю вокруг него.

Атака, что была наравне с самыми разрушительными Небесными Фантазмами, оказалась много могущественнее. Враг… промазал. Широкий круг из испарившейся почвы остался цел лишь в центре, где и стоял Страж. Он едва выстоял, но по нему попала лишь малая доля энергетического потока. Невообразимая мощь чистой энтропии, по сути, едва его задела. И что самое худшее - противник готовил новый залп, много быстрее, чем прежде. Более он не допустит просчета.

-Слит я из тысяч клинков… - Ничего иного не осталось, кроме как использовать все.

Фулгрим, вновь собирая свою психическую мощь в невообразимо плотные потоки, был ошарашен тем, на что стал способен. Вероятно, превосходить подобную силу мог только Император. Примарх почти уверился в том, что даже Магнус не демонстрировал столь разрушительные возможности. Быть может, это особенность Третьего? Или же его брат-псайкер не раскрыл весь свой потенциал, как это сделал Феникс? Впрочем, вопросы подождут.

Эта молния варпа была в разы опаснее, чем предполагал примарх, потому и рассеял ее поток. Он не стремился убить Эмию, но чуть не сделал это. Сейчас же, платиноволосый хотел в полной мере научиться контролировать дарованную ему силу, ибо контроль необходим.

Вновь напитанный Ро Айяс должен был выиграть хоть лишний миг, перед тем как Страж закончит арию.

-Сталь мое тело, а в венах огонь.

С меньшей силой, но и с меньшим интервалом, ломаные потоки молнии начали отсчитывать секунды до гибели.

-Не счесть всех мечей, что я создал.

Каждый удар уносил лепесток цветочного щита.

-Чужд поражениям, как чужд и победам.

Странная песнь вызывала трепет в пространстве, что и без того трещало по швам.

-Я появления ждал через боль, воплощая орудия.

И только сейчас, Фулгрим сумел услышать шепот.

-Не о чем мне жалеть - это единственный путь.

Громовые раскаты более не были способны перебить его, как и остановить грядущее.

-Вечно меня окружал…

Последний лепесток пал, оставив Стража без защиты, но более она и не требовалась.

-... Клинков Бесконечный Край!

Глава 39

Запах дыма ударил в нос с новой силой. Пространство изменилось до неузнаваемости, как и окружающая реальность.

-Это… Зеркало Души? Мраморный Фантазм? - Примарх смотрел вокруг, не скрывая изумления. - Невообразимо…

Выжженное поле раскинулось перед ним. В этих мертвых землях не было жизни. Бесконечное множество клинков возвышались в ржавой почве, что лежала под небом того же цвета. Массивные шестерни в вышине медленно вращались, оглашая пространство тугим скрипом на грани слышимости.

-Думаешь - я отвечу? - Эмия стоял среди орудий и все так же напряженно взирал на Фулгрима. - Если ты хочешь стать помехой, то я избавлюсь от тебя, ничего больше тебе знать не нужно.

Фениксиец более не стал произносить слов, продолжая осматривать это странное измерение. Оно было переполнено не только бесконечными клинками, но и… мыслями или может намерениями, а может переживаниями. Третий все еще с трудом мог объяснить непривычные ощущения. Тлен и дым, движимые по воздуху ветрами времени, шептали многое. Обрывки слов, лоскутки воспоминаний и призрачные вопли агонии. Не поддающийся анализу водоворот образов сбивал с толку, но одно было понятно…

-Похоже… твоя мечта и впрямь привела тебя к краю бездны. - Психический свет окутывал лик Феникса, а его голос звучал подобно эху. - Ха… в этом мы похожи.

-Сильно сомневаюсь… - Неприязненный ответ сопровождался вспышкой праны.

Фулгрим понял, что его визави не имел намерения продолжать разговор. Клинки поднялись в воздух, по воле своего хозяина, хищно блеснув в свете задымленного светила. Этот рукотворный мир наполнился гулом, предвещающим битву. Прикрыв глаза, примарх сосредоточился на окружающей его реальности. Сотни и тысячи мечей направили свои лезвия на сына Императора и оный видел каждый из них. Глаза не сумеют уследить за каждым из-за ограниченного обзора, потому было необходимо видеть иначе. И Феникс видел.

Платиноволосый окончательно опустил веки, за ненадобностью обладать зрением в данный момент. Его дух посылал вовне волны нематериальных искажений, ощущая их отголоски. Орудий было столь много, что даже его тело не сумеет выдержать такое количество железа внутри и железа снаружи.

Секунды растягивались в часы, пока противники находились на тонкой грани, за которой был неизвестный исход. Широ не питал надежд на легкую победу, ясно видя спокойствие врага. И что-то подсказывало ему, что оное было не беспочвенным. Инстинкты твердили все то же - перед ним опасное существо, обладающее неизвестными возможностями.

Пульсация психической силы нарастала и даже Эмия уже ощущал ее своим разумом. В этом месте царствовали его законы, но странная магия врага была способна побороться с ними… Впрочем, магия ли?

Когда напряжение мощи Эмпиреев достигло пика, примарх испустил из себя шквал психической силы. Бушующие потоки были столь концентрированными, что проявлялись в видимом спектре восприятия. Буря энергии варпа обрушилась на разум Стража и едва не оглушила. Вмиг пожалев о том, что дал врагу время на атаку, Эмия начал свою.

Вихрь стали разорвал воздух, пробиваясь сквозь реки силы примарха и стремясь вгрызться в его тело. Сотни клинков молниеносно сблизились с Фулгримом, заставив его действовать. Текучими и плавными движениями, Фениксиец перемещался под дождем из бритвенно острого металла. Венец Генной Инженерии задействовал всю мощь своего разума и просчитывал направление сотен клинков, вмиг меняя положение тела так, чтобы ни один смертельный снаряд его не коснулся.

Всего за пару десятков секунд, примарх сотни раз ускользал от своей гибели. Героический Дух, обладающий высокой ловкостью, вполне мог бы повторить подобное, если только направление атаки будет едиными. Но Фулгрим стоял в оке бури из орудий, несущихся на него со всех сторон. Зазоры и свободное пространство были слишком незначительны для платиноволосого, настолько плотным был град стали.

Фулгрим прекрасно осознавал физическую невозможность уклониться от всего, потому и предпринял меры противодействия. Шквал психической силы не ослабевал, сбивая Эмию с мысли, а по воле примарха, токи его могли на миг отбросить клинки. Психические конструкты возникали в воздухе, беспрестанно парируя мечи и освобождая ровно столько пространства, сколько нужно для выживания.

Примарх перемещался скользящим шагом, осознавая необходимость иметь точку опоры и возможность менять положение тела. Из него изливалась сила, чьи бушующие потоки сталкивались с ураганом стали и создавали невообразимую феерию разрушения. Каждое движение было идеально выверено и просчитано, выводя примарха из ситуаций, в которых любой превратился бы в бесформенную массу закаленного металла в иссеченной плоти. Но даже ему не удалось избежать ранений.

Фулгрим вел счет повреждениям и они уже перевалили за два десятка. Каждое из них было скорее царапиной и те пропадали за несколько мгновений, но с каждой секундой напор усиливался, ведь владелец этого мира не был ограничен. Все больше лезвий устремлялись в примарха и все больше теснили его. Магические клинки могли противостоять психическому шквалу, пробиваясь через бурю света и пламени. В конечном итоге, Фениксиец просто истощится и будет убит. Обороняться более нельзя.

Высчитав подходящий миг, Фулгрим шагнул в сторону врага. Его движения были похожи на танец с самой смертью, принявшей форму бесконечного океана стали. Перейдя в нападение, примарх Детей Императора подверг себя еще большей угрозе. Подобно тому, как человек соберет в разы больше капель дождя на бегу, так и Феникс стал покрываться все новыми ранами. Глубокие разрезы в его плоти испускали потоки крови, окрашивая его одежду в багрянец.

Широ смотрел на своего врага и поражался его возможностям. Способность предсказывать атаки не была чем-то удивительным, но предсказать - не значит противостоять. Даже зная об ударе за несколько секунд, невозможно обдумать ответные меры, если на тебя направлены тысячи клинков. Многие из них были магическими и нередко являлись копиями Небесных Фантазмов, но против каждого находилось решение. Обдумывать столько возможностей развития событий и выявить оптимальный выход из сотен вариантов… Этот враг опасен не из-за своих необычных сил, но из-за своего интеллекта. Интеллекта, совершенно недосягаемого для любого существа, будь то Героический Дух или…

Мысль прервалась, хоть и протекала на краю сознания. Противник был все ближе и даже залпы Сломанных Фантазмов из лука не остановили его. Успев выстрелить всего трижды, Страж понял, что ему хватит времени только на еще одну значительную атаку. И его выбор пал на самый могучий клинок из доступных ему.

Стук сердца отмерял мгновения, что утекали сквозь пальцы. Золотые искры нестерпимо медленно собирались в руках, порождая лишние крохи волнения. Очертания святого меча становилось все яснее и Эмия начал заносить его над головой раньше, чем было закончено формирование. Платиноволосый все приближался, подобно неумолимому року. Его разрушительная сила могла низвергнуть Стража в ничто, если дать ему приблизиться и навязать ближний бой, потому…

-Экскалибур!

Луч священного сияния опустился и был направлен точно в тело примарха. Не удивившись созданию Экскалибура, Фулгрим сосредоточил все свои мыслительные силы и принял решение.

Взрыв серебряного огня разрезал море стали, создав пустое пространство. И единственным, что осталось в нем - был полубог. Колосс разорвал ржавую почву под ногами могучим рывком, материализуя свое личное оружие в кисти. Разящий Огонь взревел радостным пламенем, наконец оказавшись на поле боя в руке своего истинного хозяина. Дух клинка извергал волны эфирного огня, ведь был не только орудием, но и фокусировщиком энергии. Став чем-то наподобие психосилового оружия, меч примарха возвел его мощь на новые высоты. Впервые после пробуждения, Феникс явил подлинный потенциал творения Владыки Железных Рук.

Запоздав на долю мгновения, волна святой энергии захлестнула тело примарха, плавя доспехи и сжигая плоть, однако…

Подобно извержению вулкана, психическое буйство вознеслось к небесам и выжгло все, чего коснулось. Поток золотистого света столкнулся с разрушительным шквалом чистой энтропии. Время на миг застыло, словно устрашась. Всего мгновение продолжалось противоборство, но итог был предрешен. Копия, что пусть и была равна оригиналу, не сумела противостоять пробужденному Фениксу.

Серебро затмило и поглотило золото без остатка, прочертив себе путь сквозь реальность. Рукотворный мир затрещал по швам, сотрясаясь от мощи сына Повелителя Человечества. Видимые глазу разрывы прочертили небеса и землю, но не развеяли Зеркало Души. Любой противник, оказавшись здесь, лишился бы многих возможностей, но Имматериум не имел законов по определению и был способен изменять все, чего коснется. Душа примарха представляла собой колодец нематериальной энергии, потому Феникс стал подобием прорыва варпа в этом упорядоченном мире, что дало ему возможность игнорировать опасности Мрамора Реальности.

Грохот медленно сходил на нет, но его отголоски еще слышались в бескрайних далях этих обширных земель. Выдохнув раскаленный воздух, Фулгрим вернул себе человеческий облик, ведь не видел необходимости подавлять собеседника своей силой. Чуть прихрамывая, примарх приближался к своему противнику. Бывшему противнику.

Тело Широ было столь сильно повреждено, что проще назвать места где ран не было. Большая часть торса и каждая конечность обуглились. Его необычная плащаница была мало полезна против псайкерских возможностей, потому не уберегла владельца. Эмия хрипло дышал, лежа на земле, и не переставая предпринимал попытки подняться. Его руки тряслись, пока он тщетно давил ими на землю. Нечеловеческая боль пронзала его нервы, пульсируя в каждой клетке организма.

-Достойное сражение. Я мог умереть в любой миг.

Сказанное было истиной. Со стороны могло показаться, что Фениксиец без особого труда ускользал от потоков стали, но это не так. С каждым движением он мог совершить ошибку, с каждым движением росли шансы оказаться в безвыходной ситуации. Сотни и тысячи клинков, летящие со скоростью пули, представляли крайнюю опасность даже для примарха. Если бы не психические возможности, Фулгрим был бы разорван в клочья всего через семь секунд, с погрешностью в одну. А уж атака Экскалибура не слабо потрепала его, хоть и уступила.

-Не… тяни… - Голос Эмии исказился из-за обожженного горла. Пусть в этом мире он мог регенерировать чрезвычайно быстро, но враг успеет убить его быстрее.

-Я не собираюсь тебя убивать. - Спокойный ответ вызвал недоумение, переросшее в уничижительный взгляд. Эмия смотрел на платиноволосого, как на идиота. - Я хочу получить ответ на вопрос.

-Ответ… Ха-ха… - Сдавленный смех породил новые волны боли, потому быстро затих. - Моя цель - избавиться от причины моих страданий… от себя самого…

-Хм… все же это. - Фулгрим прикрыл глаза, ведь подозрения оказались правдой. - В таком случае - ты идиот.

-... Что?

-Ты так и остался безмозглым мальчишкой, не способным думать головой. Время не единый поток, одно твое пребывание здесь тому доказательство. Изменение этого настоящего не повлияет на твое прошлое, лишь на нынешнее будущее. Ты не исчезнешь, исчезнет будущий Широ, который мог бы быть идентичен тебе, но не являться тобой…

Фениксиец смотрел в уцелевшие глаза Эмии и видел в них скорее раздражение, нежели осознание своей глупости.

-Нет… Ты прекрасно все осознаешь. Неужели твое отчаяние столь велико…

-А ты бы не отчаялся?! - Гневный крик зародился невзирая на раны и боль. - Сотни невинных жизней, тех, кто еще не успел сделать ничего плохого! И еще больше тех, кто имел косвенное отношение к угрозе и мог лишь ее приблизить!

-Ты надеялся стать защитником человечества, но стал мясником. Тебя обманули и ты не желаешь более существовать.

Примарх медленно присел рядом, руками ощущая сухую и безжизненную почву. Краем глаза, он мазнул по своей левой руке, вернее, ее обрубку. Лишь малая часть конечности осталась при нем. Шквал стали был невообразимо опасен и с ним не удалось справиться без потерь.

-Только не вздумай рассказывать мне о прелестях жизни, иначе меня стошнит. - Язвительность не оставила этого обожженного муками человека, наиболее вероятно, являясь защитным механизмом. Он предпочитал атаковать прежде, чем атакуют его.

-И не собирался. - На миг закатив глаза, Фулгрим показал насколько глупыми считал подобные речи. - А ты не думал, что будет лучше уберечь хотя бы его?

-Думал, как иначе…

-Но результата не предвиделось…

-Ты с ним знаком, сам должен понимать.

Беззвучно усмехнувшись, Фулгрим вздохнул. Широ действительно был донельзя твердолобым, хотя прекрасно осознавал, сколь глупо подобное.

-Что ж, я получил ответ. На этом можно закончить.

-Ты серьезно? - В тоне вновь послышался скепсис. - Оставишь мне жизнь?

-Я ясно вижу твою суть, Широ. Под пеплом, все еще живет прежний мальчик с глупой мечтой. Вдобавок, на самом деле ты не представляешь угрозы.

Тонкая струйка пламени зазмеилась в воздухе, показавшись перед глазами Эмии. Оные расширились от осознания правды. Вся та сила и чистая мощь, была вторична. В действительности, серебряный огонь имел много более страшную возможность - он мог сжигать души. Дух Стража трепетал от близости с силой абсолютной энтропии. Силой абсолютной смерти.

-Ты… можешь убить меня окончательно… Можешь избавить меня от моего проклятья… Сделай это! Сожги мою душу! - Отчаянный крик был полон не страха, но надежды окончить мучительное бытие.

-И не надейся. - Медленно поднимаясь, примарх свысока смотрел на Эмию. - С твоей смертью исчезнет и шанс найти в существовании хоть каплю смысла. Не торопись умирать, Широ, все может измениться.

С тенью улыбки, Фениксиец наблюдал, как этот рукотворный мир продолжал трескаться. Буйство силы примарха и поражение творца заставили этой край бесконечных клинков рассеиваться.

-Твой путь не должен кончиться самоубийством. Ты Страж Противодействия, а значит должен хранить человечество…

****

-Я не ожидал таких возможностей, отец. В каждом из нас скрывается подобная сила?

Третий мерно шагал по лесу, по той его части, что не была обожжена пожаром. Зеркало Души рассеялось, возвратив оппонентов в реальность. Эмия так и остался на месте, пребывая в своих мыслях, потому Фулгрим не стал его отвлекать. Эта битва сама по себе не имела смысла, ведь они не были врагами. И, быть может, даже могут стать союзниками.

“В той или иной мере… Однако, я должен кое-что сказать тебе, сын мой.”

-И что же?

“То, как ты пользуешься своими силами… походит на потуги колдуна-недоучки.”

-...Все так плохо? - Фулгрима немало смутила столь низкая оценка его навыков.

“У тебя много сил, но мастерства бесконечно меньше. Это нужно исправить.”

Не успел примарх сказать и слово, как в его разум вторглись мириады образов. Схватившись за голову, Третий пошатнулся и уставился в одну точку. Миг спустя, он ощутил не принадлежащие ему воспоминания и чувства. Ошеломляюще огромный массив информации, даже ум сына Императора не мог воспринять и обработать его разом.

“Я передал тебе свой опыт. Со временем, ты сможешь перенять многие мои навыки.”

-Предупреди… если подобное повториться…

Пожалуй, примарх ощущал головную боль впервые в жизни. Его физиология не допускала подобного, но не в этом случае. Так, держа пальцы на виске, Фулгрим продолжал путь, борясь с непривычной мигренью и попутно обрабатывая новые знания. На это потребуется немало дней, а на практику и того больше.

Примарх с трудом разбирал новые данные. То был опыт оперирования энергией Имматериума, содержащий весьма разнообразные возможности. От простейшей варп-молнии, до прозрения отдаленного будущего и манипулирования течением времени. Искусство псайкерства, по сути, не имело ограничений, позволяя менять и искажать реальность. Все зависело лишь от силы и навыков.

-Я… чувствую эхо веков в этих образах. - Бесконечные мириады картин использования варпа были размыты, сохраняя четкость только в отношении психических манипуляций. И, тем не менее, несли отголоски прошлого. - Как давно… ты начал постигать Эмпиреи, отец?

“Ты хочешь знать, как долго я живу, Фулгрим?”

-Я бы не отказался услышать, если нет причин это скрывать.

Относительно долгое время Повелитель Человечества молчал. Примарх ощущал слабую активность Имматериума поблизости, выявив в ней поток мыслей отца. Так реагировал Океан Душ на думы величайшего псайкера в галактике.

“Нет… таких причин нет.”

С этим, Император начал свой рассказ.

“Я родился в давние времена, еще до дня, которое назовут рождением Христа. За восемь тысяч лет, если точнее.”

-Сорок восемь тысяч лет… - Для Фулгрима, что прожил немногим больше двух веков, сложно было представить подобный срок. Невообразимо длинное существование.

“Я был таким с первых своих дней. Бессмертным, могучим, превосходящим людей во всем… Я видел, как они ошибаются, как их охватывают пороки, как среди них возникают великие и достойные. Я сам примерял на себя бесчисленные личины и роли. Порой направлял, порой молча наблюдал… Человечество неуклонно развивалось, но…”

-Оно не менялось. - Сын закончил слова отца, ведь и сам прекрасно видел изъяны в людях.

“Верно. Возделывая землю примитивными инструментами или обуздав энергию атома, людской род продолжал хранить в себе слишком много недостатков. И это несовершенство меня угнетало…”

-Хм, значит, именно это нашло отражение во мне.

“Да, как и иные мои черты в твоих братьях. Вы мои творения, в которые я вложил части себя.”

Краем разума, Фениксиец вспомнил показанное ему Жаждущей. То, как Повелитель Человечества получил дары от Темных Богов, коими являлись оболочки душ примархов. Разве с гением Императора было сложно создать полководцев и астартес, не прибегая к таким рискованным шагам? Словно… он хотел не только этого, но и чего-то иного.

-... Отец, ты… был один, все это время? - Вопрос, который возник в разуме Фулгрима по какому-то наитию, заставил Владыку Людей вновь замолчать. - Тебя терзало одиночество?

“... Я не был одинок, Фулгрим, со мной были иные. Их называют - Вечные. Редкие мутанты среди людей, способные не стареть и пережить любые раны. Долгое время, наш узкий круг скрывался и редко вмешивался в дела человеческой цивилизации.”

-Так, что изменилось? - Если у отца были столь могучие единомышленники, то к чему было создавать двадцать сыновей?

“Вечные… отвернулись от меня. Мои замыслы показались им слишком жестокими. Единственным оставшимся, был Малкадор.”

-Они предали тебя? - Это не удивило Фулгрима. Пусть он не страшился войны и понимал ее необходимость, всегда найдутся те, кто ее не примет. Великий Крестовый Поход крупнейшая серия военных конфликтов в истории человечества и его было за что не любить.

“Не все. Кто-то пытался идти против меня и сгинул, кто-то просто скрылся. Была одна, что едва не застала Крестовый Поход рядом со мной. Она сопровождала меня долгие годы и отвернулась лишь после того…”

Психический голос Императора затих, неожиданно оборвавшись после этих слов.

-Отец? - Опешивший Фулгрим остановился среди деревьев, так и застыв с отведенной ветвью в руке.

“... После того, как я предрек вам жизнь в горниле войны.”

-Кто она? - Странная причина для той, кто постиг науку, позволившую породить Громовых Воинов. Если она была рядом долгое время, то не могла не участвовать в создании протоастартес. Любые генные опыты должны иметь неудачные результаты, а при создании суперсолдат - неизменно гибнут люди.

“Эрда. Гениальный генетик, участвовавший в вашем создании.”

-Она была так… привязана к нам?

“... В вас был встроен различный генный материал. И если меня стоит называть вашим отцом, то она… ваша мать.”

Услышав это, Фулгрим замер, словно его поразила молния. Примарх даже не заметил, как ветвь соскользнула и впечаталась ему в лицо. Но Фениксиец не ощутил удара, ведь…

-У нас… есть мать? - Искренняя растерянность отразилась на лике платиноволосого. - Но, почему она так не желала, чтобы мы участвовали в твоих планах?

“Думаю, для тебя очевидно, что я видел в вас не только сыновей, но и инструменты для возвышения человечества. Это и стало причиной… Эрда искренне любила вас. Любила так, как может только мать. Именно из-за этого, она провела саботаж, став одной из причин, по которой вы были разбросаны по галактике.”

-Значит, ты убил ее? - Никакой иной исход не мог ждать эту женщину, после содеянного.

“Нет… она сбежала и я не преследовал.”

Произнеся сказанное, Император вновь замолчал. Фулгрим же, посчитал верным не требовать подробностей. Повелитель Человечества, что всегда скрывал свои мысли, открылся ему. Просить большего - проявлять неблагодарность. Вдобавок, Феникс чувствовал, что эта тема действительно была личной.

Разговор утих, ведь было сказано многое. Откровенность, продемонстрированная отцом, заставила Фулгрима увериться в изменениях. Император, более не тот, кем был ранее - тысячи лет отразились на нем. Даже тот факт, что Фениксиец получил невообразимую библиотеку знаний о психических силах - тому доказательство. Даже не встав вровень с отцом, он сумеет превратиться в чрезвычайно опасную фигуру, что может вновь обернуться против него. Император дал своему сыну шанс, несмотря на предательство. Он рисковал, но проявил доверие.

-”И впрямь… многое изменилось.”

Глава 40

Солнце катилось к закату. Долгий день обещал смениться ночью, что принесет нечто новое. Мужчина в потрепанной одежде, не спеша приближался к воротам поместья, в котором уже слышались голоса. Довольно шумная компания собралась в стенах дома Эмии, лишив его статуса тихого места. Фулгрим ощущал присутствие отца, что остался на том же месте, брата, находившегося в додзе, сыновей Фениксийца, мастеров и слуг. Одна из последних - девушка, с которой он еще не разговаривал, обладала весьма громким голосом, ведь была слышна лучше других. Астартес уже вернулись, не став сопровождать примарха. Абдемон и Саул увидели нечто, что привело их в еще более глубокую задумчивость и потребовало времени на мысли. Примарх не был удивлен этим, ведь ясно видел раздрай в их душах и понимал причины, ибо сам испытал нечто схожее. Еще было тихое сердцебиение некой Жанны. Как услышал Фениксиец, именно она поспособствовала пришествию Сангвиния в этот мир, хотя, в большей мере, это заслуга Императора. Императора и… Вергилия.

Новость о смерти одного из самых верных сынов, заставила Третьего испытать грусть, что немедленно была откинута. Анусоран был его Преторианцем - Главой Гвардии Феникса, чей поступок предопределен клятвой вечной верности. Пожертвовать жизнью ради своего отца - величайшая честь для него и испытывать печаль, значит оскорбить его обеты. Однако, было необходимо почтить его память, как и память каждого погибшего на полях Истваана-Три. Пусть и сейчас не чувствовал, что имеет на это право, Фениксиец решил отдать дань уважения тем, кто не сдался под ударами судьбы и сражался до последней капли крови.

-Другой возможности может и не представиться… - Мысли сорвались с уст тихим шепотом.

Феникс смутно ощущал, что этот вечер - последний в этом мире. Неизвестное наитие твердило ему завершить все, чего он еще не сделал в маленьком городе, под названием Фуюки. С каждой секундой утекали мгновения покоя, что сменяться бурей. В разуме вспыхивали малые фрагменты будущего, подобно кусочкам огромного пазла. Его неопытность в деле психических манипуляций, и тем более в предсказании грядущего, не позволила вынести ничего кроме смазанных образов.

То были огонь и сталь. Неизменные атрибуты войны, что разразится в независимости от его действий.

Брови примарха чуть нахмурились, стоило ему вынести результаты анализа данных, но в глазах его была твердость. Если война идет к нему - Феникс обрушит весь свой гнев на врага.

Отвлекая от тяжелых дум, легкая улыбка тронула губы примарха, когда он увидел огоньки душ. Тонкие стены не могли уберечь от психического взора. Широ стремительно перемещался и ярко пылал, а его оппонент, Мордред Пендрагон, вторила ему. Тренировочный бой никогда не будет лишним, ведь каждая пролитая капля пота в нем, может избавить от пролитой крови на поле боя. Мальчик хорошо усвоил уроки, несмотря на крайне малый срок обучения.

Неслышным шагом, платиноволосый пересек ворота и направился к дуэлянтам. Через открытые двери, можно было увидеть закованную в броню воительницу и юношу в повседневной одежде. Точная копия Артурии недовольно хмурилась, ведь не могла взять верх над мальчишкой. Оружие их не было тренировочным и высекало искры друг из друга. Массивный клеймор и Алебарда Феникса беспрестанно скрежетало, без устали разя противника.

Беззвучно войдя, Фулгрим подошел к своему брату, что прислонился к стене и наблюдал. Ангел скосил взгляд на вернувшегося и задумчиво хмыкнул.

-Новый фокус, братец? - Подметил Сангвиний, будучи единственным, кто видел вошедшего.

Относительно простая психическая манипуляция заставила всех вокруг не замечать псайкера. Так Третий и добрался сюда, не привлекая внимания, хотя поначалу выходило не идеально. Сейчас же, примарх не хотел отвлекать пару от тренировки.

-А новые неприятности будут? - Прошептал Девятый, вновь окинув взглядом потрепанную фигуру своего брата. Срез рукава, почти у самого плеча, твердил о потере конечности, что уже успела восстановиться.

-Может да, может нет. - Небрежно пожал плечами Фулгрим.

-Ясно… так… ты увидел его?

-Да… я встретился с Феррусом, если так можно выразиться. - На миг Феникс прикрыл глаза, перед которыми предстала фигура Горгона и этого движения мимики хватило, дабы Сангвиний понял больше, чем после тысячи слов.

-Тогда… какие планы на вечер? - Столь обыденный вопрос, заставил платиноволосого тихо посмеяться, ведь слышать подобное из уст сына Императора было столь непривычно и забавно.

-Их нет. Впрочем… - С прищуренными глазами, Фулрим посмотрел на соперничающую молодежь, ведь ему в голову пришла интересная идея. Переведя взгляд на Великого Ангела, он продолжил. -... может нам последовать их примеру?

-Хм… Я не буду поддаваться, братец. - Легкая улыбка выдала заинтересованность Сангвиния.

-А смог бы? - С шутливым вызовом, подхватил Фениксиец.

Именно в этот момент, златовласая услышала разговор, ведь оба собеседника перестали шептать. Отскочив от Широ, Мордред взглянула на появившегося из ниоткуда платиноволосого и в ее глазах загорелась опасная искра.

-Показался наконец, циклоп! - Решительным шагом, девушка вмиг приблизилась к Фениксийцу и пристально вгляделась в него. Фулгрим чуть расширил глаза от того, что у него появилось новое прозвище. Притом, то же, что было у Пятнадцатого. Если появиться еще один одноглазый примарх с псайкерскими возможностями, это станет закономерностью.

-Какие грубые слова для первой встречи. - В зрачках Фулгрима играли искорки веселья, видя поведение дочери - совершенно противоположное матери.

-Ни хрена не первой, ты меня успел неслабо взбесить! - Битва с вертким гигантом была весьма раздражающей. - И что Отец в тебе нашел?

-Арти легко задобрить. - Чай и угощения… довольно мало для легендарного Короля Артура, впрочем, легенды зачастую преувеличены и искажены в угоду желаниям слушателей. Почти все люди хотят видеть в ком-то пример и кумира, этого требовала человеческая природа

-Так ты просто запудрил ему мозги?! - Девушка уже хотела поднять меч, но была прервана.

Сангвиний сделал шаг вперед, параллельно похлопав Мордред по голове, чем отвлек. Испытав столь наглое посягательство, Воительница взъярилась, стремительно повернулась, возжелав преподать урок обоим братьям. Девушка и сделала бы это, если бы не Широ, спокойно присевший у стены. Увидев действия своего оппонента, Мордред осеклась и посмотрела на пару примархов. Ангел и Феникс успели встать напротив друг друга и едва заметно улыбались.

-Эти гоблиновы дети издеваются? - Растерявшая весь настрой, Мордред, с более чем красноречивыми лицом, смотрела на пару. - Дуэль?

-Просто смотри. - Эмия, как уже умудренный опытом и познавший мастерство Фениксийца, прекрасно осознавал предстоящее зрелище. Он не хотел пропускать ни единого движения, ведь мог научиться чему-то новому.

-Да на что тут… смотреть…

Изначальный скепсис развеялся, стоило только братьям начать действовать. Единовременно, в их руках материализовались клинки, излучающие мощь. Энкаррин, в ладони Сангвиния, тихо загудел силовым полем, что было способно рассекать едва ли не все. Фулгрим же взял в ладонь Разящий Огонь, чье пламя радостно зашелестело.

Мечи, сотворенные по технологиям далекого будущего, отразились в глазах юного мага и тот сумел увидеть больше, чем кто-либо. Исток Широ - Меч, потому он чувствовал и понимал эти орудия войны, слыша их голоса. Имя - Энкаррин, отдаленным шепотом, пронеслось в разуме, но Эмия не стал смотреть глубже. Как и история пламенного клинка Фулгрима, так и история золотого клинка Сангвиния не была тем, что следует видеть без причины. Но рыжеволосый вновь сумел почувствовать, что испытывают мечи примархов.

Это была радость.

Как и сами братья, их орудия были рады встретиться друзьями и столкнуться без намерения уничтожить друг друга. Они пели светлую мелодию предвкушения. Ни один из них не желал уступать другому, пусть и принял бы подобный итог.

Хищно сверкнув лезвиями, клинки устремились навстречу друг другу. Одномоментная атака двух братьев сопровождалась хлопками и воем ветра, усилившись, стоило только орудиям столкнуться. Фулгрим, со все расширяющейся улыбкой смотрел на брата, в глазах которого находил то же, что испытывал сам.

Резкий отскок был лишь краткой прелюдией для надвигающегося шквала атак. Сангвиний, что и сам не скрывал улыбки, сверкнул клыками и разразился сотней незримых ударов, подлинным из которых был лишь один. Такова была битва примархов. Столкновение не столько мастерства и силы, сколько тактики.

Феникс и Ангел обменивались не простыми ударами, нет, их разумы был способны предсказать сотни развитий событий и искали ответные меры для каждого, пусть стать реальным было уготовано только одному. Фулгрим, после того, как его удар был заблокирован, взметнул колено и направил его в живот златовласого, на что тот ответил текучим разворотом, сопряженным с дугой, прочерченной его локтем.

В лицо Фениксийца влетел стальной локоть, а в брюшную полость Ангела врезалось колено. Застыв лишь на миг, оба брата не ощущали боли, увлеченные интереснейшей дуэлью, скорее походившей на интеллектуальную игру, нежели на битву.

Мордред и Широ, во все глаза наблюдали за происходящим, не находя слов, дабы выразить удивление. Эмия понял - Фулгрим не сражался против Сейбер в полную силу, снизойдя на ее уровень ментальных возможностей, ведь иначе, Королева просто оказалась бы загнана в угол и не способна оказать сопротивление. Рыжеволосый ясно видел мастерство примархов и оно не превосходило слуг, но иной была их способность анализировать ситуацию и извлекать нужные пути к победе. Одержать верх над подобным можно было только превосходя того в силе и навыках или же… быть одним из них… быть одним из Сыновей Императора.

Если задуматься, в тех картинах, что были увидены Широ в памяти Алебарды Феникса, войны могли охватывать целые галактические кластеры и среди них мог сражатся лишь один легион. Дети Императора были ведомы единой волей своего генетического отца и разили врага точно и без промаха. Пусть примарх не всегда присутствовал, но поставить на место командующего нужного астартес не менее важно, чем самому руководить. Настолько великим должен быть разум, дабы суметь охватить войны межзвездных масштабов. Наземные сражения, космические столкновения, логистика - все это становилось непреодолимо огромным, настолько, что справиться на высоком уровне, мог только гений среди людей… Или примарх.

Не прибегая к более изощренным методам, по типу использования окружения и маневрирования, братья просто обменивались десятками ударов, наплевав на победу. Их обоих охватил нестерпимо желание показать все то, что могут сыновья Императора. Обманки раскрывались в считанным мгновения, дабы поразить открытую зону, но и она могла оказаться ложной. Третий и Девятый просто не могли преодолеть возможности друг друга, не находя методов перебороть подобный разум. Они оба были примархами - одними из двадцати творений гения Повелителя Человечества, потому находились на относительно равном уровне. Не имея преимуществ и недостатков в нынешних условиях, созданных лишь ими, Фулгрим и Сангвиний сошлись в бесконечной битве за лидерство. Тем не менее…

Оба они хранили улыбки.

Пусть не в задушевной беседе, но брат раскрывал душу брату, не создавая недомолвок. Недосказанности остались за пределами этого хлипкого сооружения, что порой ходило ходуном, от силы столкновения двух полубогов. Даже пребывая в человеческой форме, примархи демонстрировали силу превосходящую Героических Духов. Фулгрим, обладающий живым телом и Сангвиний, чья душа перебарывала ограничения Грааля. Они были равны. Сколько бы не было мнений, примархи были равными соперниками, если учитывать базовые характеристики, лишь специфика их личности и методов ведения битвы, могла создать ощутимую разницу в силе.

Прошло около трех минут дуэли, в которой ни один брат не мог побороть второго. Ангел, не обладая своими крыльями, был равен Фениксу, все же, способность к полету великое преимущество, способное подавить даже примарха. Но, в один момент, наблюдатели ощутили странное чувство на грани сознания. Им обоим показалось словно они пребывали в водах тихого озера, что неожиданно пошло мерной рябью. Нечто создавало волнения в разуме и выявить источники не составило труда.

****

Холод металлических стен тщетно пытался бороться с неутолимой яростью, что бушевала в сердце. Каждый шаг вызывал гулкий звук, разносящийся по пустым коридорам. Отдаленно знакомые, они напоминали о месте, которым когда-то были. Палуба Духа Мщения - Флагмана Хоруса Луперкаля. Ангел бежал, пытаясь найти искомое. Его брат, что стал предателем, был где-то здесь и Сангвиний настигнет его.

Шестнадцатый создал ловушку, в которую они пошли добровольно. Это должно стать финалом, концом долгой войны с бывшими братьями. Где-то там, за границей небес, сражались легионы, принявшие оборону Тронного Мира. Терра пылала и пламя нужно было погасить.

Любой ценой.

Разум примарха был погружен во мрак, взор все сильнее застилала ненависть, что была сильнее, чем когда либо. Огромный корабль полнился Сынами Хоруса, чьи тщетные потуги даже не замедляли Сангвиния.

Праведный гнев охватил его.

За сотнями метров стали, за множественными переборками, его отец и брат искали слугу Темных Богов. Но найти его первым, было предназначено Ангелу.

-Здравствуй, Сангвиний.

Хриплый голос Луперкаля полнился уверенностью, а острый взгляд и жестокая улыбка говорили об отсутствии страха.

Ярость взметнулась с новой силой. Она пожирала изнутри, заставляя утонченное лицо обернуться жестоким оскалом. Звериный рык вырвался из горла, когда бывший брат пытался уговорить пойти за ним. Уговорить предать.

Великий Ангел, коего почитали, как подлинный символ благородства и праведности, сверкнул длинными клыками. Он был готов вцепиться в глотку Хорусу.

****

Братья резко отскочили друг от друга, с удивлением во взгляде.

-Сангвиний, что это… - Фулгрим нахмурил брови, все еще ощущая отголоски ненависти. Отголоски первобытной ярости, что была подобна магме. Она обжигала душу, пропитывая ее собой.

-...Похоже… ты коснулся моего разума. - Чуть помедлив, ответил он.

-Этот день… день твоей смерти.

-Да, братец… ты прав. - Голос Девятого был спокоен, а глаза отражали только застарелую грусть. Это была меланхолия, по давно ушедшему времени.

-Я не думал, что ты способен на такую сильную… ненависть. - Эхо прошлого было слишком слабым, дабы пошатнуть волю Феникса, но не оно было губительно.

-Для меня это так же стало откровением. - Эта проклятая война, порожденная трижды проклятыми Богами… Будет ли конец той боли, что она создала?

Сангвиний вдруг сделал шаг и оказался в метре от брата. Та связь, та нить разума, еще не угасла и Третий ощутил, как по ней пронеслась психическая энергия. Удивленно распахнув глаза, он вновь начал погружаться в видения.

-Тебе стоит увидеть все до конца, Фулгрим.

****

Грохот от столкновений стали рвал пространство. Булава Хоруса бесчисленные разы пыталась отнять жизнь Ангела, но ему еще удавалось избегать сокрушительные удары, что были подобны року судьбы. Чудовище, что когда-то было ему братом, было сильно. Сильнее чем кто-либо.

Ему не продержаться долго.

Алая пелена перед глазами все густела. Разум перестал властвовать над телом, уступив место потаенным инстинктам. Боль от ранений не чувствовалась, лишь усиливая кровавую дымку, застилавшую взор. Она разрасталась, рождаемая гневом самой сущности. Ненависть пылала, питая руки силой, но ее было мало.

Неистовый рев стал предвестником конца.

Ангел, уже не способный разглядеть лицо некогда возлюбленного брата, видел перед собой лишь туман… нет, то был дым. Черный дым, что поднимался из недр сгорающей души. Это была поистине ярость.

Черная Ярость.

Последний удар. Затухающий слух отличил треск и скрежет, а исчезающее зрение увидело осколки. В броне отступника возникла брешь. Всего одна брешь, ценой которой была жизнь.

Затуманенное сознание увидело золотой свет, возникший в проходе. То был отец.

Император схлестнулся со своим сыном.

Словно паря над землей, Ангел ощущал тошнотворные миазмы, пропитавшие это место, а издали доносился смех. Злобный и торжественный.

Казалось, прошел всего миг, но Хорус уже стоит на коленях. Его лицо, с болезненно бледной кожей, обливалось слезами. Его уста отчаянно извергали мольбы.

-Я чувствую, как они вновь пытаются завладеть мной, отец. Скорее… убей меня, положи конец всему этому!

Хорус… Он вновь обрел себя и понял, что сотворил. Он понял, что лишь с его смертью все закончится и жаждал ее, как ничто иное.

Помедлив всего секунду, Император обрушил свой клинок на сына. Пламенный меч разрезал не только плоть, но и душу, отправляя ее в небытие. Туда, где даже демоны не сумеют найти Луперкаля.

Эмпиреи вскипели. Волна мощи прокатилась по ним, являясь отголоском смерти могучего полубога. Дух Ангела, что завис в пустоте, был подхвачен смерчем. Его метало из стороны в сторону, буйство психической силы рвало его на части и причиняло ни с чем ни сравнимую боль.

Часть его осталась там, в холодных коридорах Духа Мщения, а другая отправилась к своим сыновьям. Неизменная ненависть захлестнула их, каждый Кровавый Ангел увидел смерть своего отца и это оставило свои отпечатки.

Та ненависть, что испытывал Великий Ангел, те боль и ярость, поселились в глубинах сущности каждого из его сынов. Уродливый шрам, что останется с ними до конца существования легиона.

Тело Сангвиния было передано в руки Кровавых Ангелов, дабы те смогли упокоить его. Под крепостью-монастырем на Ваале, в самых ее глубинах. Золотой Гроб захлопнулся, начав хранить сон примарха, как и хранить надежду на его возвращение.

Долгие века минули и расколотый дух Ангела мог наблюдать за своими сыновьями, видеть их свершения… и чувствовать, когда они отворяли печати, за которыми таились его ненависть и боль.

Черная Ярость - проклятье легиона, которым прародитель одарил его.

****

Всего секунда прошла с момента, когда Фулгрим застыл, погруженный в транс. И еще одна потребовалась, чтобы его отрешенный взгляд вернул ясность. Феникс посмотрел в глаза брата, что приобрели алый оттенок от болезненных воспоминаний. Безмолвие воцарилось между сыновьями Императора и они не желали его разрывать.

Фулгрим медленно поднял руки и обхватил голову Великого Ангела. Притянув его к себе, Феникс коснулся лба брата своим и застыл. Легкая улыбка возникла на устах Девятого, что тихо усмехнулся. Братья оставались в таком положении некоторое время.

-Что они устроили? -Вопрос Мордред был адресован Широ, молча сидящему у стены. Пусть юноша почти не знал прошлого примархов, но понимал, что оно было трагично. .

-Тише. - Эмия чувствовал - в этот момент, братья обменивались чем-то, что невозможно облечь в слова.

-Может мне вообще уйти? - Младшая Пендрагон, пусть внешне проявляла недовольство, но и сама ощущала важность этого момента. Братья имели печальную историю. Как успела понять девушка, один остался верен и погиб, а второй был предателем, скорее всего не по своей воле.

-Тебя никто не выгоняет, Мордред. - Неожиданный голос Фулгрима заставил ее повернуть голову и встретиться взглядами с Фениксийцем.

-А я уж подумала, что вас стоит оставить наедине. - Язвительно ответила златовласая.

-Какие грубые слова для леди.

-Чт… - Услышав это, девушку поперхнулась воздухом и яростно вперила глаза в наглого примарха. - Какая к черту леди?! Я рыцарь, мать твою!

-Еще и матушку нашу поминаешь… - Патетичный вздох, вместе с возведенными к небу глазами, лишь сильнее взбесили девушку.

-Нашу? - Молчавший до этого Сангвиний с непониманием переспросил брата.

-Да, братец. - Таинственно улыбнулся Фениксиец. - Я позже расскажу.

А Мордред, крайне раздосадованная тем, что ее игнорируют, с кулаками бросилась на Фулгрима. Тот принял вызов со смехом, видя в девушке не намерение причинить тяжкие телесные повреждения, но просто проучить обидчика. Столь детское поведение не злило, а лишь веселило. Молниеносно уклоняясь и демонстрируя превосходные навыки рукопашного боя, примарх играл с младшей из семейства Пендрагон. Запал той не желал утихать, что вылилось в догонялки, видя которые, Широ ощутил чувство дежавю.

Сангвиний чуть смеялся, наблюдая за дурачеством брата, окончательно убедившись, что тот слегка помутился рассудком. Его поведение отличалось не то что от себя, любой из примархов не стал бы себя так вести.

-”Может, в этом мире он приобрел большую человечность, чем была у любого из нас?”

Ангел взглянул на свою ладонь, на которой виднелась маленькая трещина, исторгающая золотой свет. Медленно срастаясь, она показывала насколько это тело слабо, разрушаясь от мощи души. Оно не продержится долго, ведь сущность примарха была слишком могущественная для него. Грааль был бессилен загнать Девятого в рамки класса и ограничить. Может, если бы его психический потенциал не был пробужден, то псевдо-плоть и справлялась бы, но это было не так. Только живое тело могло выдержать его псайкерскую мощь, жаль Ангел не мог создать таковое, подобно Фулгриму.

-”Похоже, он назван Фениксом не просто так…”

И все же, попасть в этот мир, обрести возможность вновь встретить любимого брата, что освободился от влияния Губительных Сил, ощутить столь обыденное веселье… Все это было прекрасно и столь же скоротечно. Эта планета не была им домом и, вскоре, перестанет быть даже временным пристанищем. Ангел чувствовал это. Император, Сангвиний, Фулгрим и его сыны, все они уроженцы мира, где есть только война. Кровь и сталь не заставят себя ждать, но пока они не нагнали их…

Улыбка Сангвиния расширилась, когда он увидел появившуюся Артурию. Королева поймала дочь за воротник доспеха и принялась отчитывать, под задорный смех Фулгрима, что лишь усугублял ситуацию.

-”Буду считать это коротким отдыхом или, может, отпуском?”

Глава 41

Тихий скрип карандаша наполнял помещение гостиной. На данный момент, в нем присутствовали лишь двое разумных, чья встреча нарушала здравый смысл. Молодая волшебница из древнего рода, что и создавала единственный шум, сосредоточенно всматривалась в тетрадь, которую ей пришлось взять из своей комнаты. То была рекомендация… рекомендация от Повелителя Человечества. Владыка Тысяч Звезд посоветовал, что ей следует не только вчитываться в теорию, но и более глубоко изучить практическую часть.

Стоя за спиной сидящей девушки, Император изредка прикладывался к чашке чая и порой указывал на просчеты в формулах или давал возможность самостоятельно их обнаружить. Пусть Третий подробно все расписал и добавил множество заметок, но обучение под приглядом опытного наставника шло много быстрее, особенно, когда тот придумывал для нее задачи.

-Шесть страниц назад. - Спокойный голос Откровения не менялся на протяжении всего “семинара”, даже когда Тосака допускала откровенно глупые ошибки. Таковые возникали поначалу, когда она еще не привыкла к тому, что у нее за спиной стоит сам Император. В данный момент, волшебница, по крайней мере, перестала допускать ошибки через слово или переменную.

Незамедлительно последовав указанию, Рин наткнулась глазами на теоретическую часть, которую и не думала относить к рассматриваемой секундой ранее. По привычке поправив свои косички, девушка размышляла около полуминуты, по прошествии которых живо стукнула грифелем по бумаге, лучась восторгом. Она повернула голову, чтобы голубые глаза, излучающие энтузиазм, встретились с темными очами отца ее примарха.

-Я поняла! - Искренняя радость от успехов в учении, вызвала изгиб губ Откровения, столь малый, что распознать его смогли бы только сыновья. - Следуя этой последовательности, можно уменьшить погрешность в расчетах термодинамической реакции! Это снизит риск дестабилизации и позволит повысить коэффициент полезного действия, если учесть результаты при проектировании и эксплуатации!

Сдержанно кивнув, Император взглядом указал на лист с расчетами. Рин, уже забывшая о том, Кто ее учил, молниеносно вернулась к записям и принялась осуществлять задумку. Владыка Терры молча наблюдал, даже когда подмечал недочеты, пока девушка не закончила. Лишь после этого, отец примархов вновь заговорил, указывая на места, где можно было сократить расчеты или исправить вычисления.

Тихая обстановка разрушилась, стоило только распахнуться дверям, чьи ставни с грохотом врезались в упор на стенах. Подобно буре, две тени ворвались в комнату и принялись носиться по окружности, центром которой стал стол. Небольшая златовласая фигура, с грубой бранью, гонялась за платиноволосым мужчиной, который, в свою очередь, смеялся и метко подшучивал над ней.

Третье лицо, появившееся следом, попыталось разнять хулиганов, но ей это не слишком удавалось. Еще одна златовласая девушка силилась поймать взбалмошную парочку, но все было тщетно. Даже когда ей удалось встать между своей дочерью и ее “добычей”, оная не останавливалась в демонстрации своего умения разить словом, как мечом. Мордред, с неутихающим гневом, резко обошла свою мать и протянула руку в попытке поймать обидчика, однако тот, словно предсказав будущее, уже был в дверном проеме. С веселой ухмылкой собираясь уйти в отрыв, Третий был прерван поймавшим его Сангвинием. Девятый едва успел войти, как ему пришлось хватать брата за плечо.

-Фулгрим, уймись уже, ты не ребе…

-Держи его, Крылатый! - С триумфальным кличем, младшая Пендрагон разорвала воздух своим рывком и уже чувствовала вкус победы.

Всего в паре метров от Фениксийца, она увидела, как тот извернулся и зашел брату за спину. Толчок заставил Ангела шагнуть вперед, дабы не потерять равновесие. Мордред, что набрала немалую скорость, не сумела избавиться от инерции и врезалась в Девятого, что без труда выдержал удар. Рефлекторно выставленные руки оказались на груди Сангвиния, а он сам неосознанно придержал девушка за плечи.

-Вот ты и поймала примарха, пользуйся, а мне пора.... - Не перестав улыбаться, Фулгрим начал разворот, что вновь прервался. На это раз карандашом, врезавшимся ему в лоб.

С невообразимой скоростью, деревянное изделие полетело из кисти опешившей Рин и окончило свой путь, оставив ярко красный след на коже. Простой человек от такого мог и лишней трещиной в черепе обзавестись, но Фулгрим лишь отшатнулся. Голова, оказавшаяся задранной кверху с хрустом позвоночника, вернулась в прежнее положение через некоторое время. Ее владелец, умолкнув, смотрел на того, кто отправил снаряд в него.

Император, что уже вернул инструмент в руки Тосаки телекинезом, косо взглянул на сына. Пусть на невозмутимом лице нельзя было найти упрека, но примарх резко успокоился. Как ни в чем не бывало, Фулгрим вновь вошел в помещение и направился к той его части, что служила кухней. Видевшая это Мордред, даже близко не унялась и попыталась вновь сблизиться с Фениксом, но ей помешал Ангел. Крепкие ладони Сангвиния усилили хватку на доспехе, сдерживая порыв Рыцаря Предательства.

-Тише, Мордред, в этот раз он победил. - Услышавшая это девушка, повернулась к Девятому и недовольно смотрела на него. Выждав миг и не найдя согласия, златовласый вздохнул. Едва слышный шепот сорвался с губ чуть наклонившегося примарха. - В следующий раз, я тебе помогу. Уговор?

Немного удивившись, Мордред не сразу ответила, но, приняв вид довольного чертенка, кивнула ширя ухмылку. Уверившись в готовности девушки успокоиться, Сангвиний отпустил ее плечи. Златовласая с прищуром посмотрела на Фулгрима, который уже начал что-то колдовать над плитой, и вновь взглянула на Ангела. Протянув ладонь, она принялась ждать.

Без труда поняв, что от него хочет Мордред, Сангвиний пожал руку с повторным вздохом - теперь, они товарищи в деле поимки наглого Фениксийца. Оный, прекрасно видя и слыша произошедшее, предвкушающе улыбнулся. Играть с младшей Пендрагон было не очень интересно, уж слишком она прямолинейна. Фулгриму даже удалось вести ее так, чтобы ничего не разбить и не проломить ни одной стены, они же гости, в конце концов.

Артурия, видя, что все успокоились, устало присела за стол. Ей бы удалось усмирить дочь, если бы не Фениксиец, что беспрестанно язвил. Морально вымотанная Королева, дабы точно отвлечься, прикрыла глаза и принялась ждать. Всего через минуту, в ее сторону, по уже отработанной схеме, полетела наполненная чаем чашка. Ни одной капли не пролилось по пути и старшая Пендрагон наконец расслабилась полностью, создав вокруг себя мягкую атмосферу, что была видна едва ли не в материальной реальности. Это даже можно было принять за латентные псайкерские возможности.

Сангвиний так же присел за стол, интереса ради всматриваясь в мануал по термоядерному синтезу. Пусть он несколько разбирался в науках, но его нельзя было назвать ни инженером ни физиком, потому он и сам мог узнать нечто новое. Рядом с ним, почти в плотную, села Мордред, дабы можно было без препятствий составить план поимки и молниеносно скооперироваться.

Во вновь установившейся тишине, были слышны лишь редкие разговоры Рин и Откровения, которые никто не хотел прерывать. Карандаш, запущенный со скоростью пули, мог доставить неудовольствие что Героическому Духу, что примарху. В один момент, младшая Пендрагон начала рассматривать свою мать, а точнее пыталась понять, каким образом этот чай мог так на нее влиять. Сама Артурия, успевшая немного прийти в себя, заметила внимание дочери и оторвалась от чашки.

Услышав, как Арти прекратила распитие, Фулгрим чуть повернул голову и периферическим зрением увидел тяжелейший моральный раздрай, проявившийся на лице златовласой. Приняв интерес младшей за желание тоже попробовать, старшая совершенно растерялась. Ее глаза метались по всему помещению, силясь отыскать помощь. Нежелание отдавать свою прелесть боролось с собственной честью, призывающей ее поделиться чем-то столь прекрасным. Мысль попросить ещё одну чая ей в голову не пришла.

Резво перебрасывая взгляд от недоумевающий Мордред к чашке в подрагивающих руках, Артурия наконец нашла в себе силы. Медленно, все еще борясь с собой, она протянула свое сокровище. Мордред, как-то странно посмотрев на свою мать, перевела вопросительный взгляд на Сангвиния. Лорд Кровавых Ангелов так же не мог найти причин происходящего и просто пожал плечами.

Подумав некоторое время, Мордред приняла отрицательное решение и помотала головой. Ей не хотелось попасть под пагубное влияние вредного циклопа. С этими мыслями, она бросила испепеляющий взгляд на самого одноглазого, что беззвучно смеялся, даже не отвлекаясь от готовки. Цепочка размышлений пронеслась в голове и создала новое намерение. Еще раз посмотрев на довольную Королеву, которой не пришлось лишаться любимого напитка, дочь попыталась выхватить чашку из ее рук, резко перевалившись через довольно широкий стол.

Отпрянув как от огня, Артурия не позволила лишить себя чая, благо попыток больше не предпринималось. Сангвиний быстро оттащил девушку обратно на место, ощущая себя ее невольной нянькой. Если не следить за этой горячей головой, она может снова выкинуть что-то взбалмошное.

-Мордред, разве есть необходимость всегда носить доспехи? - В попытке отвлечь девушку, Ангел перевел тему.

-А что с ними? - Не поняв причин такого вопроса, младшая Пендрагон сложила брови домиком.

-Латы предназначены для битв, а не для застолий. - С кухни послышался голос Фулгрима, что был согласен с братом. Примархи ведь не разгуливали в своей истинной форме, пока не было нужды. Так ведь и крышу можно проломить.

-Ну, без разницы. - Подперев голову кулаком, девушка рассеяла доспехи.

Белесые искры окутали ее фигуру, уносясь ввысь и растворяясь в ничто. Под броней оказался весьма изысканный наряд, сотканный из алой ткани, прошитый золотистыми нитями, что создавали прекрасные узоры. Того же цвета полу юбка опоясывала тонкую талию. Высокие чёрные чулки , переходили в простые алые туфли, а рукава были отдельным элементом, плотно прилегая к коже, за счет чего и держались. Это был красивый и утонченный наряд, вернее мог быть, если бы не…

-Чего? - Мордред, вопросительно озиралась, когда увидела, как окружающие застыли.

Все присутствующие замолкли, не сводя взгляда с девушки. Артурия приложила руки к лицу, скрывая что-то от своей дочери. Щеки Рин слегка побагровели и она быстро отвела глаза. Фулгрим показал следы возмущения, а сидящий рядом Сангвиний также негодовал. Один отец этой парочки остался невозмутим… хотя Мордред сомневалась в его способности менять выражение лица.

-Да что не так-то? - Не слыша ответа, Мордред уже начинала испытывать недовольство.

-Артурия… Братец… - Фениксиец мотнул головой в сторону двери, обозначая свои намерения.

-Принято. - Ангел решительным движением положил руку на плечо златовласой. - Мордред, тебе нужно сменить наряд.

-Зачем это? - Уже опасливо косясь на Девятого, девушка увидела, как Королева резко встала из-за стола.

-Ты смущаешь свою мать. - Сложив руки на груди, Третий кивком указал на старшую Пендрагон, чей вид кричал о смущении. Вернее, не кричал, но заалевшие кончики ушей означали, что Королева готова под землю провалиться от стыда.

Еще раз осмотрев себя, Мордред увидела лишь открытый живот, выше которого была тонкая полоска ткани, что не слишком успешно прикрывала грудь.

-Вообще не понимаю. - И не нашла ничего примечательного.

-Мордред… пожалуйста… - С трудом выдавливая из себя слова, Артурия чувствовала, как ее щеки начинают гореть от тяжести стыда за свою дочь.

-Да что вы все заладили?! Никуда я не пойду!

-Боюсь, выбора у тебя нет…

-Крылатый… ты чего? - В следующий миг, поле зрения девушки смазалось и она оказалась закинута на плечо. - Эй, какого хрена?!

-Твой вид - совершенно неподобающий, Мордред. Будь добра, не противься. - Спокойным тоном, Фулгрим попробовал убедить ее успокоиться, вернувшись к готовке.

-Да пошел ты! Я тебе половник знаешь куда засу… - Слова были прерваны уколом пренеприятнейшего ощущения, прокатившегося по нервам. - Ай-ай-ай! - Сангвиний нажал на крупный нервный узел спины, чем вызвал чувство схожее с тем, что возникает после удара локтем, но разошедшееся по всему телу.

Наконец, ноша притихла и появилась возможность перенести ее в место, где можно найти более пристойную одежду. Артурия распахнула двери перед Ангелом и повела его в одну из комнат поместья.

-Ох, Трон и Кровь… - Фулгрим, не скрывая эмоций, сетовал на поведение дочери своей подруги.

Одежда без сомнений красивая, но придумавший ее человек - определенно, тот еще извращенец. А сама Мордред, похоже, не имеет обыденных понятий о приличии. Фулгрим не расспрашивал Арти о ее младшей, но у них явно сложные обстоятельства - налицо букет психологических отклонений. Одно то, что девушка называет Артурию Отцом, уже странно. Может ранее она не знала о поле своего короля, но сейчас-то?

****

-А тебе идет.

-Завались, циклоп.

Вновь сидя за столом, златовласая хмурилась и дулась, ныне одетая в футболку и шорты, что были взяты из вещей Широ. Благо, молодая воительница не так сильно брыкалась и Сангвинию не пришлось вмешиваться. Врываться в комнату с переодевающейся девушкой, это не то, чего хотелось делать Великому Ангелу.

-Не устала зубоскалить? - Разложив готовую еду перед всеми, Фулгрим присел рядом с Артурией, оказавшись напротив Мордред.

-Заср-р-ранец… я ведь тебе это припомню… - Слегка порыкивая, дева пыталась сжечь Фулгрима взглядом. По какой-то причине, именно на нем сфокусировалось ее раздражение.

-Ха-ха, в таком случае, я буду защищаться. - Дабы придать вес словам, примарх покачал в ладони орудие, что поможет ему в этом деле. Из того немногого, что было под рукой, Фулгрим выбрал вилку.

Насупленно отвернувшись, девушка не изменила себе и была смурнее тучи. Сангвиний, что так и сидел рядом с ней, устало прикрыл глаза. Братец, пусть косвенно, но заставил его ввязаться в какой-то нелепый конфликт, что явно не будет иметь конца. Третий, очевидно, полюбил искать развлечение в действии на нервы других, хоть и в весьма невинной форме.

Еще раз улыбнувшись и вызвав зубовный скрежет, примарх Детей Императора, повернул голову, словно начав ждать. Не прошло и десяти секунд, как рядом с ним возник вихрь серебряного огня, явивший гиганта в пурпурной броне. Тацит пришел на зов своего генетического отца, что был слышен в разуме.

-Примарх. Император. - Скупое приветствие осталось неизменным, следуя привычному поведению технодесантника.

Мотнув головой, Фулгрим указал в сторону подноса, на котором было три нетронутые порции. Терминатор без труда понял, зачем его позвали и взял лист хрупкого металла, коий почти сминался под бронированными пальцами. Кивнув, гвардеец растворился и направился к одной из комнат поместья, уже в призрачной форме.

-Фулгрим, твои сыновья… - Артурия, видя это, сразу вспомнила Абдемона и Саула.

-Только время покажет, Арти. - С легкой улыбкой, платиноволосый погладил девушку по голове, на малый миг приводя ее прическу в порядок.

Из-за последнего действия Третьего, Девятому пришлось силой усаживать его златовласую соседку обратно на место. Дочери крайне не понравилось посягательство на ее Прекрасного Отца.

Однако, повторно накаляющуюся ситуацию спас маленький герой с белой шерсткой. Риланор-младший, что вернулся из мира снов, приближался к столу. Малыш еще недавно дремал где-то, а теперь решил присоединиться к застолью. Однако, сонно щуря глаза, котенок перепутал знакомую Артурию, с так похожей на нее Мордред. Кошачьи узнают знакомых по запаху, а оный был весьма схож.

Ловкий зверек быстро оказался на макушке девушки, ничего не подозревая. Но, по прошествии нескольких мгновений, начал подозрительно принюхиваться. Привстав, он свесил голову и встретился взглядом с изумленными глазами девушки.

-Да ты обнаглел, мелкий. - Произнеся эти слова с улыбкой, Мордред взяла кота на руки и сразу принялась его тискать.

Бедный пушистый дредноут жалобно мяукал, когда его гладили и чесали за ушком, ибо он не давал своего дозволения для подобного. -“Вопиющая бестактность!” - читалось в его глазах. В какой-то момент, он даже начал умоляюще смотреть на Сангвиния, ища помощи. Великий Ангел, взвесив все за и против, решил оставить его на растерзание, просто отвернувшись. Лучше уж так. Осуждающе мяукнув, Риланор предпринял тщетную попытку высвободиться из плена.

Тщетно.

Огромное злое чудовище держало его крепко и не позволило бы сбежать, вынуждая терпеть издевательства над достоинством котика. Крайняя мера, в виде укусов и царапаний, не принесла никакого результата, оставляя лишь белые следы на коже. Плоть Героического Духа могла выдержать подобное без усилий. Единственное, что осталось несчастному, так это превозмогать щекотку и не поддаваться предательскому удовольствию.

Метания жертвы не волновали воительницу и она продолжила свое черное дело, совершенно забыв о том, что хотела сделать с Фулгримом минуту назад.

-А твоя… одежда? - Артурия, лишь краем глаза отметив происходящее с другой стороны стола, продолжила расспросы. Она не сразу заметила потрепанный внешний вид ее друга, по понятным причинам, но теперь не могла оставить это без внимания.

-Я встретил необычного человека и мы несколько повздорили. - Примарх не проявлял озадаченности этим, значит причин для подобного не было.

-Но, кто смог тебя…

-Он не враг, Артурия. И разбираться с ним, нужно будет не мне и не тебе.

-Но кому?

-Это забота Широ и только его. Мы можем, разве что, подстраховать.

-С кем ты столкнулся, Фулгрим? - Нахмурив брови, Королева не просила, она требовала ответ, ведь ей нужно знать о подобной угрозе.

-С Широ, но из иной временной линии. Он стал Стражем Противодействия.

-Стражем? - Артурия не знала о подобных.

-Он человек, что заключил контракт с Алайей - духом коллективного сознания человечества.

После этих слов, девушку замолчала, а глаза ее выдавали смешанные эмоции. Фениксиец без труда заметил это, но ему было неизвестно, чем подобное было вызвано.

-Арти. - Теперь, пришла очередь Фулгрима требовать ответ.

-Я… - Только раскрыв рот, Королева прервалась, ведь в коридоре послышался звук раскрытых дверей и возмущенный возглас.

-Ши-и-ро-о, почему тебя не было в школе?! - То была Тайга Фуджимура, вернувшаяся с работы и крайне раздосадованная тем, что ее подопечный прогулял занятия. Или тем, что утром его не было дома и никто не накормил тигра.

Платиноволосый, так же услышав это, вновь посмотрел на Артурию и взглядом дал понять, что они продолжат разговор позже. Девушка сразу кивнула.

-Широ! - Резко распахнув многострадальные двери гостиной, Тайга увидела всех собравшихся и резко притихла.

За широким столом собрались не только уже знакомые ей люди, но и три новых лица. И каждый, чем-то выделялся, так, что глаза разбегались.

Пара блондинов сидела рядом и оба были весьма необычны. Девушка с пыхтящим котенком на руках, внешне почти не отличалась от Сэйбер, что также присутствовала. Только волосы были довольно непослушными, связанные в хвост на затылке.

Рядом с ней сидел высокий блондин с небесно-голубыми глазами. Его лицо было очень похоже на лицо Фулгрима, ничуть не уступая в красоте и утонченности. Внимательный взгляд спокойных глаз пронизывал до самой сути, вызывая неописуемое чувство.

Но самым необычным был третий человек, что был незнаком Фуджимуре. Мужчина средних лет одним своим присутствием заставлял сжаться. Дыхание замерло, а глаза вмиг опустились к полу. Лишь через десяток секунд безмолвия, молодая женщина опомнилась и подняла сконфуженный взгляд.

-Эм… здравствуйте?

****

Юный Эмия на ходу вытирал волосы полотенцем, лишь недавно выйдя из ванной. Тренировка с Мордред длилась не так уж мало, потому он успел пропотеть. Слугам повезло в этом плане - чтобы вызвать у них потоотделение нужно было что-то посущественнее, чем махание тяжелым двуручником.

-Ой, что сейчас будет… - Широ без малейшего труда услышал своего опекуна, кричавшего так, что и соседи услышали. Фуджи-не скоро встретиться с новыми гостями, в лице древнего рыцаря, еще одного примарха и правителя межзвездного государства.

Забавно… Еще пару дней назад, Эмия бы места себе не находил в поисках объяснения, но сейчас… Он не понимал, чего можно бояться. Тайга как всегда будет требовать ответов и как всегда придется их дать. Тигр Фуюки может быть крайне настойчивой и это вызывало лишь улыбку. Такая обыденная ситуация, такая простая и повседневная…

Едва начав погружаться в неприятные думы, рыжеволосый заметил идущую по коридору девушку, с которой пока толком не разговаривал. Слуга класса Рулер шагала по деревянному полу, одетая в простую одежду, а не в свои доспехи. Завидев друг друга, они остановились, когда оказались достаточно близко.

-Доброго вечера. Широ, верно? - С мягким выражением лица, Жанна поприветствовала юношу.

-Доброго. Вы уже восстановились?

-Не до конца. Господин Сангвиний требует немало сил на свое поддержание. - Неловко улыбнувшись, Святая посмотрела в сторону гостиной, в которой слышались голоса. Весьма громкие.

-Это у них семейное, Тосака подтвердит. - Широ вновь возобновил шаг, а Жанна последовала его примеру.

Судя по запаху, Фулгрим уже приготовил ужин. Эмия, пусть и привык к этому, но сейчас он знал о нем больше. Он видел насколько могущественен Фениксиец, его брат и отец, потому наконец осознал некоторую нелепость такого поведения примарха. Для такого как он, готовить еду… разве это приемлемо? Однако, бывший Арчер не видел ничего предосудительного в подобном. Как он говорил - это просто благодарность за гостеприимство.

-Вы так молодо выглядите! Поверить не могу, что у вас двое взрослых сыновей. У Тосаки такие необычные родственники. - Голос Тайги слышался даже через стены.

Широ едва не сбился с шага. Он уже успел позабыть о маленьком обмане Фулгрима, называвшегося дядей Рин. А Император стало быть… двоюродный дедушка. Рулер удивленно посмотрела на Широ, предложившему руку к лицу. Неожиданный порыв был ей непонятен, как и брошенное…

-Дурдом.

Глава 42

В дальней части поместья царила тишина. Небольшая комната стала пристанищем двум астартес, что молча сидели, погруженные в свои мысли. Мрачные мысли. Оба боевых брата хранили безмолвие, ведь в их разуме до сих пор слышались слова Древнего. Приговор того, кто более других имел право его выносить.

-Риланор… неужели ты простил его? - Разорвав застоявшийся воздух, шепот Абдемона донесся до ушей Саула.

-Нет, мне так не кажется. - Лицо Тарвица было хмурым, отражая активную мозговую деятельность.

-Не уверен… хотя, я уже ни в чем не уверен.

Лорд-Командор размял руку, вдруг начавшую ныть. Свой последний час он встречал без нее, ведь ее отсек один из его доверенных капитанов. Картина своей смерти пронеслась перед глазами, явив лицо предателя. Он смеялся перед тем, как занести клинок. А его вопрос, заданный отвратительно любезным тоном…

-”Каково это - умирать у моих ног?”

Ответ не успел сорваться с губ Абдемона, ведь жизнь покинула его раньше. А перед тем, как пелена застлила глаза, он видел тень колосса, что неторопливо шествовала к городу Хорал. Он узнал ее, это был титан из Легио Мортис - Диес Ирае. Интересно, что лучше: истечь кровью от ран, нанесенных братом, или исчезнуть во вспышке забвения?

-Почтенный Абдемон… следует ли нам последовать воле Старейшины Ритуалов? - Сомнения сквозили в голосе капитана, ведь тот не мог найти ответ самостоятельно.

-Иначе и думать нельзя, но… - Вновь сжав ноющую руку, старый легионер перевел тусклый взгляд на капитана десятой роты. -... в груди словно горят угли. Моя ненависть не утихает… - Раздраженный болью в конечности, астартес вновь сжал её, на этот раз до предела.

-Так направь ее на врагов.

Вихрь эфирного огня привнес в помещение нового посетителя.

-Тацит… зачем ты зде… - Лорд-Командор замолк, стоило ему только разглядеть ношу технодесантника. - Это шутка?

-Нет. - Дав лаконичный ответ, гвардеец поставил поднос с пищей перед своими братьями. - Примарх передал ужин.

-Фулгрим… - Едва не прошипев имя своего отца, Абдемон посмотрел на три тарелки с какой-то непонятной едой. - Он издеваться вздумал?

-Нет. - Технодесантник, неторопливо принял сидячее положение, хоть это и было сложно сделать в терминаторской броне.

-Тогда зачем? - Чувствуя, что вновь закипает, едва не прорычал легионер. Издавна известный своей рассудительностью, он мог сорваться от любой мелочи.

-Причины нет.

-А что есть, Тацит?! Что у нас осталось?! - В порыве гнева, один из Двух Сотен обрушил кулак на хрупкий пол, порождая пронзительный хруст. Широкое отверстие появилось под местом удара, а щепки и древесная пыль покрыли рукавицу доспеха.

-Легион. - Алые визоры технодесантника впились в обнаженное лицо боевого брата, заставив его проглотить злость. - Империум. - Каждое слово несло в себе смыслы, осознать которые могли лишь астартес. - И наши клятвы.

-Брат мой… - С усталым вздохом, Лорд-Командор прислонился к стене, около которой и сидел. Бурлящая волна гнева захлебнулась, оставив только серое уныние. -... тебя не было… там. Ты не поймешь.

Вновь воцарившееся молчание довлело над каждым из Детей Императора. Незримая тяжесть возникла из глубин их сущности, что навеки изменилась. Истваан-Три изменил их, не оставив надежды на возвращение к былому.

-Не было. Но я знаю. - Положив бронированную кисть на нагрудник, технодесантник привлек внимание своих братьев к аквиле, что сияла золотом даже в ярком свете лампы. - Знал с первой секунды в этом мире.

Связь душ вспыхнула, дав космодесантникам ощутить единение сущностей. Узы их братства отражались не только в материальной реальности, но и в Эмпиреях, рождая тонкие и, в то же время, несокрушимые нити. По ним прокатились мысли, давшие осознать все в полной мере.

Трое из сыновей Феникса не могли не почувствовать это. Подобно грузу или давящему ощущению в груди. Словно… печать. Она сковывала, не давала спокойно вздохнуть. То, что казалось им сгустком ненависти, возникшем от предательства, оказалось чем-то иным… Чем-то большим.

-Так было с самого начала.

-Не понимаю, ты ведь погиб на Тарсусе, откуда ты?.. - Давящее чувство в груди было не просто проявлением жгучей боли, ведь все они носили подобное и Тацит не был исключением.

-Истваан, Почтенный Абдемон. - Догадка возникла в разуме Тарвица и была незамедлительно озвучена.

-Истваан… Ха… Ха-ха-ха! - Смех старого легионера полнился не весельем, но скорбью, ведь он понял. - Ясно… предательство заклеймило даже наши души. - Осознание испило последние силы из Абдемона, заставив голос охрипнуть еще сильнее. Повернув голову к гвардейцу, он все же заговорил, пусть и не имел на то желания. - А ты, Тацит… ты остался верен Фулгриму, хоть и чувствовал это с самого начала?

-Нет. Проявилось недавно. - Ровный голос терминатора не нес в себе ничего, но его братья ощутили испытываемые им эмоции. Они не были радостными, хоть и сомнений в нем не было, лишь преданность. Он знал и чувствовал застывшую агонию с момента пробуждения, но лишь сейчас она раскрылась в полной мере. Лишь когда легион очнулся ото сна и проявилась связь их душ.

-... Почему все так обернулось? - Долгий и тяжелый выдох сопровождал этот вопрос, заданный в пустоту.

-Мы оказались слабы, брат. - Но Тацит решил дать ответ, пусть Абдемон спрашивал не его. - В нас были изъяны. В легионе.

-Тацит, только не нужно говорить о совершенстве… уж точно не сейчас.

-Почему? - Новый вопрос, столь простой и непримечательный, загнал Абдемона в ступор. По какой-то причине, он… не мог найтись в ответе. - Мы Дети Императора. Совершенство - наш путь.

-Ты еще веришь в это?

-Верю. И буду верить всегда.

-Дети Императора - предатели. Уверен, так мы и обозначены… хотя наиболее вероятно, что нас стерли из имперских хроник. - Абдемон прекрасно осознавал, что после Истваана-Три его обезумевшие братья не остановились. Одному Императору известно сколь много крови они пролили и сколь много миров сожгли, прежде чем их остановили.

-Ты предатель? - Два слова едва не заставили Лорда-Командора отшатнуться. - Саул - предатель? Риланор? Вергилий?

-К чему ты клонишь? - С сомнением смотря на брата, Абдемон не мог понять его намерений.

-Мы живы. Примарх жив. Легион возродился. Дети Императора… вновь верны.

-Но ведь…

-Мы не оправдаем его надежд… - Необычайно резко прервав слова Лорда-Командора, Тацит произнес первую часть фразы, что была знакома каждому из третьего легиона.

-...Только если у нас будут недостатки… - В обход разума, продолжение сошло с уст.

Эти слова напомнили о темных временах, когда потеря большей части геносемени и болезнь едва не уничтожила Третий, и о том, как к нему вернулся отец. Новый рассвет воссиял над теми, кому стало позволено называться Детьми Императора и носить аквилу на груди. Повелитель Человечества поверил в них, поверил в примарха. Абдемон всегда считал, что именно после этого в полной мере проявилась генетическая предрасположенность сыновей Фулгрима и его самого. Они всегда стремились достигнуть больших высот и преуспевали в этом, порой шокируя всех, кто узрел.

Проксима, Даленитская туманность, проклятый Лаэран, Визас, во имя Терры! Сколько свершений было за плечами Детей Императора… Они побеждали там, где многие астартес не справились бы лучше или вовсе сгинули бы. Они действительно были на вершине славы, но… забравшись на самую вершину, останется лишь путь вниз. Путь в бездну.

-Необоренные сомнения - недостаток… - Молчавший Саул произнес эти слова задумчивым тоном. Он говорил, что плохи не сами сомнения, но неспособность их преодолеть.

А недостатки должны быть искоренены. Лорд-Командующий чувствовал, как неизвестность рассеивалась пред его взором. Если они пали во тьму, оказались в глубинах непроглядной бездны, то… остается только начать новое восхождение. И, на этот раз, не сбиться с истинного пути.

-Ибо наш долг - хранить свет вечных истин. - В задумчивости, Абдемон прикрыл темные глаза. - Но, все не будет как прежде.

-Ни теперь и никогда в будущем. Это проблема?

-Хм… пожалуй, нет. - Старый легионер слегка помотал головой. - А что до Фулгрима… Древний вынес ему приговор. Наш почтенный брат тысячелетия ждал этого. Мы обязаны оправдать его ожидания… так оправдаем же их...

Печать ненависти ослабила свои путы, наконец дав одному из Двух Сотен вздохнуть свободнее. Однако, шрам, оставленный на Истваане, никогда не заживет. Он будет вечно напоминать о бесчестии, окутавшем легион, о позоре Детей Императора. В той битве было нечто большее, чем предательство. Гнев и отчаяние словно растекались по тем разрушенным улицам. Вероятно, произошло то, чего они были не в силах почувствовать или осознать.

-Ужин. - Тацит, словно совершенно не чувствовал несколько мрачную атмосферу, напомнил о подносе с едой. Может в силу характера, а может намеренно, его всегда было сложно понять.

-Какой от него прок? - Астартес требовался специальный рацион высочайшей калорийности, ведь их тела требовали больше, чем у обычных людей. А сейчас, они и вовсе не нуждались в питании. Космодесантники, оказавшиеся в этом мире, претерпели изменения, пока не до конца понятные.

-Вкус. - С этими словами, Тацит начал снимать шлем, впервые за многие дни.

Под шлемом оказалось лицо, что видели очень немногие легионеры Третьего. Коротко стриженные волосы имели тот же оттенок платины, коим обладал примарх. Бледный шрам тянулся начиная от левого виска, пролегая через переносицу, и заканчивая правой щекой. Неровность выдавала в этой отметине след от когтей неизвестного существа, явно чужацкого происхождения. Глаза же, были совершенно черными, подобно ониксовым дискам, где зрачок сливался с радужкой. Вечное спокойствие поселилось в них, сосуществуя с холодной расчетливостью, и лишь слабые движения в глубине выдавали в этом технодесантнике иное... нечто, дававшее понять, что он ценит своих братьев.

-Я впервые вижу вас без шлема. - Саул действительно ни единого раза не встречал этого гвардейца без брони. Впрочем, он мог видеть его только на поле боя, что так же происходило редко.

-Тацит почти такой же затворник, как Фабий. - Все же последовав примеру брата, Абдемон потянулся к столовым приборам. Орудовать ими будет сложнее, чем может показаться, а уж в терминаторском доспехе…

Мысль оборвалась, когда Лорд-Командор увидел движения механодендрита. С идеальной точностью, механическая конечность подхватила тарелку и передала ее в руку Тацита. Затем, переключившись на модуль для точечных манипуляций, обхватила вилку. Действительно… Это, пожалуй, единственный возможный способ.

-Прагматично. - Саул, похоже, разделял мнение Абдемона. Следом, проглотив первую ложку, выразил свой вердикт. - А ведь действительно вкусно.

-Примарх хорошо готовит. - Низкий голос Тацита едва не заставил его братьев поперхнуться.

Отпрянув, они смотрели на пищу странным взглядом. Оказывается, это приготовил сам Фулгрим…

-Чтоб меня…

****

-Братец, по моему, что-то здесь не так… - С весельем в голосе, Фениксиец задал вопрос Сангвинию.

-Да неужели? Интересно, что? - Голос Ангела был сух, а выражение лица под стать его мнению о ситуации.

Даже могучий разум примарха пасовал перед нелепостью происходящего.

-Ребят, ну вы чего-о, как на пом-ик-инках? - Чуть заплетающийся язык Фуджимуры, все же дал ей произнести связную фразу, наряду с непрошенной икотой.

А началось все с простого пакета из ближайшего супермаркета. Тайга принесла его, чем вызвала сильное негодование у Широ. Юный Эмия сразу понял, чем все кончится и всеми силами пытался отговорить своего опекуна, но…

****

-Я имею право расслабиться! - Возмущению в восклике Фуджимуры не было предела.

Ее день действительно был весьма тяжелым, ведь с самого утра в городе началась суматоха. Огромный столб пламени от взрыва газового кармана и оглушительный грохот, что доносился даже до школы. Видимо произошли массовые оползни или даже земля пошла трещинами. Местность на время оцепили и ограничили доступ гражданских, чтобы избежать возможных происшествий.

Фулгрим, разумеется обратил на это внимание, когда возвращался к озеру, однако с легкостью выявил прореху и обошел работников городских служб. Простых людей они может и отвадят, но не примарха. Также, по пути, он услышал разговор двух мужчин в пожарной форме, которые делились впечатлениями. Когда они, вместе со спасательным отрядом, направились в выгоревший лес, то словно ходили кругами. Им было очень не по себе от нахождения там и даже ориентироваться становилось проблематично.

По малому количеству следов, что примарх заприметил своим цепким взором, люди не зашли достаточно глубоко, чтобы увидеть озеро или найти пятиметровую машину войны, просто ходя кругами. Вероятно, как и говорил старший Эмия, психический вихрь оставил в том месте эманации Эмпиреев, что заставляли простых людей чувствовать дискомфорт. Видимо, подсознательно, они не хотели приближаться к эпицентру.

Однако, возвращаясь к злополучному пакету, молодая женщина приступила ко вскрытию его содержимого, как только избавилась от ужина. Аннигилировала, правильнее будет выразиться. А было там, весьма немалое количество алкогольных напитков. Тайга, видимо, слегка не рассчитала и набрала в несколько раз больше, чем способна осилить. Или изначально рассчитывала на то, чтобы угостить тех, кто остановился в доме ее подопечного.

Платиноволосый, как и его брат, отказали, ссылаясь на то, что не были любителями выпить. На деле это относилось лишь к напиткам, чей вкус нельзя было назвать приятным. Пиво в жестяных банках и несколько бутылок саке, были не слишком привлекательны для них. Учитывая физиологию сыновей Императора, алкоголь для них не отличался от воды, и если его употреблять, то лишь ради вкуса, коий был не слишком хорош. Они бы предпочли вино или хороший ликер.

Потому, единственной, кто стал пить, была сама Тайга. Фуджимура даже немного обиделась на то, что ей приходиться выпивать в одиночестве, подобно людям с алкоголизмом. Но, такая ситуация не продлилась долго, ведь Тигр Фуюки начал бросать жалобные взгляды на тех, кто так же не стал составлять ей компанию. Артурия, предпочитавшая пить чай приготовленный Фулгримом, держалась некоторое время, пока не сдалась. Рассчитывая на большую стойкость к токсинам, Королева думала немного выпить, ведь Тайга была уж слишком несчастной. Воительнице часто приходилось участвовать в празднествах, где были напитки и покрепче и относилась она к ним нормально.

Видя пример матери, дочь так же захотела выпить. Мордред, которую представили как сестру Арти, сразу накинулась на бутылку с саке, опрокинув половину из горла. Округлившиеся глаза Фуджимуры и последовавший уважительный взгляд, лишь подстегнул девушку и та принялась заливать в себя еще больше. А когда на столе перед ней собралась уже целая “коллекция” из опустошенных емкостей, она с ухмылкой посмотрела на Артурию, что еще даже не закончила с одной банкой.

И так началась битва между Королем и его рыцарем, что могла бы войти в историю… историю анекдотов. Арти не стала терпеть такое неуважение и решила стать серьезной. Тайга, что была единственным простым человеком из собравшихся, быстро сдала позиции и лишь с шоком смотрела на то, как мать и дочь на скорость опустошали емкости. Саке закончилось первым, а вскоре остатки пива последовали его примеру.

Великий поход за добавкой был санкционирован силами двух слуг и школьной учительницы. Златовласые воительницы были еще вполне трезвые и даже в случае возникновения угрозы, могли справиться, потому причин для беспокойства не было. Пока основные инициаторы попойки отсутствовали, Широ, Фулгрим и Сангвиний навели порядок. Они не желали оставлять хаос, как на столе, так и под ним. Их отец и Рин удалились еще в начале “состязания”. Император никак не прокомментировал происходящее, оставаясь невозмутимым, а Тосака лишь морщилась от запаха хмеля, что мешал занятиям.

Девушка очень увлеклась учебой, ведь Откровение был, пусть и не многословен, но каждый его совет помогал продвинуться дальше. После ужина, они продолжили разбирать материал в комнате Рин и теперь, она прекрасно понимала, почему этот человек смог открыть глаза многим людям. Он действительно умел просвещать, прекрасно разбираясь в науках, обладая талантом доносить свои мысли. Пообщавшись с ним в простой обстановке, он перестал казаться Тосаке недостижимым Императором, что повелевал миллионами миров. Пусть одним своим видом мог заставить преклониться, на деле в нем было немало человеческого. Или, может, это от того, что сейчас он не был гигантом в золотой броне с неисчислимыми воинствами за спиной?

Тишина не продлилась вечно, как бы хозяину дома не хотелось иного. Широ прекрасно понимал, что сестрица волновалась за него, когда он пропал с самого утра. И ведь даже связаться с ним было нельзя, ведь юноша не имел мобильного телефона. Фуджи успокоилась только тогда, когда ей объяснили, что все нынешние обитатели поместья отправились встречать новых гостей.

Младшая сестра Артурии, что решила присоединиться к ней в ее путешествии по Японии, сразу живо поприветствовала молодую женщину. Сангвиний вежливо представился братом Фулгрима, вызывая повторную реакцию на харизму примарха. Благо, Тайга уже была знакома с Третьим, потому почти не впала в ступор. Почти. В конце концов, красоту Великого Ангела воспевали сотни поэтов, композиторов и скульпторов. Отец примархов был немногословен, как всегда, но проявил учтивость. Фуджимура, видимо уже привыкнув к необычному семейству, даже смогла связно ответить, а потом возобладала ее врожденная непосредственность.

Последним новым лицом, стала красивая молодая девушка, назвавшаяся Жанной. Рулер представили, как подругу Артурии из Франции. Она вошла вместе с Широ, произведя хорошее впечатление, скромно присев за стол и не привлекая к себе внимания, пока творилась маленькая вакханалия. По ее виду было понятно, что она хочет обсудить важные вопросы, но присутствие непричастного человека ей мешало. И лишь дождавшись ухода Тайги и “сестер”, она заговорила.

****

-Теперь мы можем обсудить войну? - Ее голос был несколько недоволен, но она сохраняла привычную вежливость.

Пока Широ разбирался с состоянием телевизора, немного пострадавшего в ходе попыток переключить канал на этой “коробке с трубадурами” в исполнении Мордред, за столом остались лишь примархи. Феникс сидел с прикрытыми глазами, направив все умственные возможности на обработку огромного массива информации. Он и до этого занимался анализом, просто вынеся его на край сознания. Эффективность не слишком упала, а он мог реагировать на внешний мир. Услышав вопрос Святой, он направил на нее свой взгляд, что слегка мерцал искрами психической силы. Сангвиний же, решил промолчать, прекрасно осознавая, что его брат лучше осведомлен.

-Нам есть, что обсуждать? - Ясный голос примарха вдруг изменился. Ранее, он хранил в себе мягкость и веселье, пока тот общался со всеми, но теперь не нес былой теплоты. Источаемый глазами, холодный свет пронизывал душу Жанны, заставив поежится.

-Р-разумеется, осквернение Грааля - серьезная проблема, а сейчас мы сидим без дела.

-Хм… - Внимательно посмотрев на девушку, Фулгрим немного выждал перед ответом. - Один из моих сынов следит за городом через сеть камер видеонаблюдения, а Император сообщит, как только обнаружит следы присутствия Сакуры. Нет смысла гоняться за тенями, нас не так много, чтобы прочесать каждый угол.

-Может и так, но…

-Тебе следует восстановить силы, Жрица, быть мастером примарха не так просто. Брат должен быть в состоянии использовать все свои возможности. - Подперев подбородок тыльной стороной ладони, Фулгрим выжидающе смотрел на Рулер, пока та обдумывала ответ.

-Ладно… как скажете. - Не придумав аргументов, девушка отвела взгляд. - И еще, вы можете рассказать, почему ваши сыновья так неприязненно относятся ко мне… да и вы тоже. - После этих слов, примарх хмыкнул.

-Ты Жанна Д’Арк. Святая дева и последовательница христианской церкви.

-Это так, но я все еще не понимаю.

-Все мы привыкли смотреть на жрецов, как на врагов. - Видя на лице девушки удивление и недоумение, Фулгрим дал более развернутый ответ. - Религии и предрассудки… мы выжигали их огнем, освобождая людей от тьмы невежества. Их мнимые боги не помогли им, лишь ослепили и не дали увидеть истину. Погубили их будущее.

-Как же… ужасно. - Страх поднялся из глубин ярких александритовых глаз, отразившись в единственном зрячем глазу примарха, чей темный пурпур продолжал мерцать. - Вы…

-Хочешь устроить мне проповедь? - Легкая насмешка возникла на лице Фениксийца, когда он прервал Жанну. - Не трудись. Да, на моих руках много крови, в том числе кровь невинных, но ты не услышишь раскаяния. Альтернатива была в разы хуже. А если ты хотела поведать о господе… Ха, лживые боги меня не прельщают.

-Господь не лжив.

-Возможно. Мне не интересно, существует Яхве в этом мире или нет. Я слишком много раз видел, чем может обернуться тирания жрецов. Истина же… лишь одна.

-И какова же она? - Все сильнее хмурясь, Святая продолжала сохранять хоть какое-то спокойствие. Она не злилась, но ей было печально смотреть на заблудшую душу, не принимающую бога и не раскаивающуюся в грехах.

-Боги действительно существуют, я лично узрел их “величие”. - Тоном выделив последнее слово, Фулгрим понизил голос, намереваясь поставить точку в этой бессмысленной беседе. - Но им не нужно молиться… их нужно низвергнуть.

Феникс отвернулся, дав понять, что разговор окончен. Однако, девушка не стала замолкать.

-У меня последний вопрос. - Твердость во взгляде последовательницы христианства вернула интерес и Фулгрим все же посмотрел на светловолосую. - Как вы собираетесь поступить с той девушкой?

-Как должно. - Вмешавшись в разговор, Широ дал ответ на вопрос.

Третий слышал в его голосе нечто, что заставило его внимательно вглядеться в юношу. Немое мгновение прервалось от того, что платиноволосый хмыкнул с серьезным лицом. Он разглядел в Эмии то, что могло позволить ему перестать называться мальчишкой.

Решимость.

Она была подлинной, никак не напускной. Обмануть взор примарха было невозможно и тот кивнул своему ученику. Широ был прав, они поступят, как должно.

****

Дискуссия окончилась, не оставив недосказанности, а вскоре вернулась троица. Фуджимура была уже не в кондиции, вынуждая Артурию временами удерживать себя от падения. Мордред несла весьма крупные пакеты, что звенели от ударов стекла. Слабого пива больше не было, только серьезные напитки. Сходу сев за стол и откупорив бутылку с дубового цвета жидкостью, Мордред приложилась к горлышку. Арти не желала уступать дочери, поддавшись духу соперничества, и открыла бутылку с уже прозрачной жидкость. Чуткий нюх примархов учуял резкий запах крепкого алкоголя, давая понять что градус повысился.

Воительницы пили без остановки, пока не оставили пустые емкости, ведь их возможности позволяли подобное. Они закончили одновременно и почти сразу приступили к новой порции. Тайга, что смотрела на это выпучив глаза, не слишком активно попивала из жестяной банки, одной из нескольких, что она прикупила для себя. Ей просто было интересно, когда уже эти сестры упадут от опьянения. Они были лишь слегка выпившими, хотя влили в себя столько, сколько хватит для смертельного алкогольного отравления. Расфокусированное сознания не придавало особого значения этому факту, сочтя иностранок за умелых выпивох.

Соревнование возобновилось с новой силой, бутылки опустошались в один присест. Многие литры огненной воды исчезали в недрах желудков златовласых, пока они упрямо продолжали “сражаться”. Фулгрим и Сангвиний тихонько сидели рядом с членами семейства Пендрагон, с проявившимся интересом. Все же тела Героических Духов были весьма крепкими и могли выдержать большое количество токсинов и быстро усвоить не менее большое количество жидкости. Сами братья и не думали присоединяться, ведь их тела перебороли бы “яд” быстрее, чем они физически могли пить. Тут нужен был чистый прометий… или мьед. Но последнее было бы опасно - простой человек почувствует головокружение от одних испарений, благо достать пойло Космических Волков было невозможно. Разве что, попросить отца примархов его синтезировать.

-Пере… пере…

-Перерыв.

-Да, Крылатый, перерыв! - С этими словами Мордред было объявлено временное перемирие.

-Карты! - Тайга, едва сумев вспомнить, где припрятала набор для покера, прокричала это, триумфально показывая чемоданчик с оным.

****

И вот теперь, все кто был в гостиной играли в покер. Жанна и Широ не смогла остаться в стороне, хоть и противились всеми силами. Они была против азартных игр, но пьяные баб… утонченные дамы не оставили им выбора. Так все и пришло к этому моменту. Фуджимура уже лучше понимала происходящее, ведь была достаточно крепкой, хотя, ее усердные попытки сохранять непроницаемое лицо… имели очевидный результат. Артурия и Мордред все же достигли грани, где даже Героические Духи не выдержали и… действительно опьянели. Их щеки раскраснелись, а взгляд так и норовил расфокусироваться. Скорее всего, им станет стыдно, когда они протрезвеют, но пока подобного не наблюдалось.

-У меня каре! - Младшая Пендрагон обрушила карты на стол, с громким выкриком.

-Это сет. - В противовес ей, Сангвиний был спокоен и все еще вынужден приглядывать за девушкой.

-Я сказала каре. - С капризным видом, девушка начала несильно тянуть примарх за щеку. - Уж ты… Крылатый, у тебя такая нежная кожа. - Теперь же, Мордред уже гладила Ангела по щекам с глуповатой улыбкой. - Ай!

Щелбан пресек посягательства на лицо сына Императора, пока тот пытался понять - почему терпит этот цирк. Он мог бы более жестко отреагировать, но… просто не хотел. Мордред не имела никаких дурных намерений, будучи представителем очень редкой части людей, тех, что были по настоящему искренними. Она не была лицемерна, от слова совсем. Когда ей радостно - она смеется, когда она недовольна - прямо высказывает все, совершенно не таясь.

Видимо, это место так влияет на него, заставляя временно забыть о том, кто он. Здесь, он словно не был примархом с колоссальным грузом ответственности на плечах. Здесь он просто… Крылатый.

Фулгрим чуть улыбался, пока наблюдал за братом, прекрасно видя сколь нова для него непринужденная обстановка этого дома. Артурия, заметив улыбку на лице своего друга, с интересом всмотрелась в него. Ее рука, ведомая хмельным умом, легла на щеку Фениксийца, начав гладить. Услышав свою дочь, ей и самой захотелось как следует изучить этот вопрос. Пусть она уже однажды касалась лица платиноволосого, но не обратила особого внимания на ощущения от его кожи.

-Шелковистая… - С поистине детской непосредственностью, Арти аккуратно гладила Фулгрима по щеке, не уподобляясь дочери в ее… пусть будет темпераментности.

-Ха-ха. - Фулгрим лишь посмеялся от невинных шалостей, но в долгу не остался. - У тебя тоже мягкие щечки. - Несильно растянув гладкую кожу, Фулгрим легко улыбался, смотря на запыхтевшую девушку.

-У тебя мягче. - Арти слегка надула губы, осознавая, что проиграла в этом состязании, хотя никто его и не объявлял.

-Ху-ху… - Фуджимура хитро улыбалась, смотря на донельзя милые деяния. У нее зародились интереснейшие планы, которые нужно было реализовать немедленно и в этом ей помогала сама судьба. - Стрит Флеш! - По неизвестной причине, Тайге показалось, что у этой фразы должно быть продолжение, где фигурирует слово "свитер". Чего только хмель в голову не поместит...

Все тут же посмотрели на ее карты, осознавая возможную ошибку ее нетрезвого разума, однако, таковой не случилось. Пять карт, от десятки-треф до туза, лежали перед ней и не предвещали ничего хорошего, ведь…

…Игра велась на желания.

Лисья ухмылка появилась на лице тигра, заставив Широ поежится. Тайга точно учудит что-то, особенно сейчас.

-Так… все, кто сидят парами, начинают играть в команде. - Игроки переглянулись, осознав, что пары за столом было всего три. - И для того, чтобы лучше это сделать, они должны сидеть друг у друга на коленях!

…

…

…

-Фуджи-не, мне ничего не видно. - Юный Эмия чувствовал сильную моральную усталость. У него начала зарождаться мысль сбежать в сарай, чтобы покопаться в старой технике. Такой тихой и родной…

-Не ной, Широ, это необходимая жертва. - Юноша даже знать не хотел о чем идет речь.

-Сделаем их, Крылатый. - Мордред демонстрировала весьма большое рвение, вызывая усталый вздох Сангвиния.

-”И зачем я согласился?..” - Как сказал Фулгрим, видя намерение отказать, карточный долг - дело чести.Это ни капли не убеждало, но что-то подсказывало Ангелу, что братец найдет способ заставить его продолжать. Он всегда бы изобретателен.

-Я не тяжелая?

-Не говори ерунды, Арти, ты словно Альбийский шелк. - Мягко улыбаясь, наверное, с самого начала партии, Фулгрим пребывал в очень благодушном настроении. А легкое смущение Артурии его только веселило.

Теперь, одна Жанна сидела по обычному, в то время, как остальные разделились на команды. Широ, который не превышал ростом своего опекуна, был вынужден наклоняться вбок, чтобы увидеть происходящее. А уж гиперактивность Фуджимуры пела похоронный марш его коленям, что уже начинали неметь. Впрочем, ему еще повезло.

То, как в Японии предпочитали сидеть за столом, было непривычно Сангвинию, хоть и не вызывало дискомфорта, ввиду его физиологии. Однако, если прибавить к этому сидящую у него на коленях Мордред, так и норовившую попрыгать или повертеться… Вот уж действительно - испытание достойное примарха, хотя скорее его выдержки.

И только третья пара не демонстрировала никакого дискомфорта, мирно сидя вместе. Артурия была очень спокойной, а разница в росте позволяла Фулгриму все ясно видеть. Положив подбородок на светловолосую макушку, Фениксиец вглядывался в попавшуюся комбинацию карт и проводил подсчеты. Если уж они теперь команда, значит нужно перестать поддаваться, математические расчеты позволят получить немалое преимущество в игре. А покрасневшие ушки смущенной Артурии делали происходящее еще забавнее, особенно ее попытки сохранить невозмутимый вид.

-“Просто умилительно”.

Жанна, наблюдая со стороны, не могла унять противоречивые мысли. Этот… примарх, совсем недавно признался, что проливал кровь многих людей и не испытывал скорби от этого. А теперь… улыбался, как не в чем ни бывало…

Вспоминая слова Широ, сказанные пару часов назад, она не могла не согласиться с ними.

-”Господи прости, куда я попала… Точно дурдом.”

Глава 43

-Ты мухлюешь! - Пронзительный возглас разнесся по гостиной.

-Меня раскусили. - Раздражающе улыбаясь, Фулгрим говорил наигранно трагичным тоном, выдавая в себе задатки непревзойденного актера.

На самом деле, никакого обмана не было, причиной почти постоянных поражений Мордред была ее импульсивность и неспособность держать лицо. Сангвиний почти не участвовал в игре, просто ожидая когда ему дадут встать, потому никто не мог противостоять Третьему. В доказательство, перед ним и Артурией скопилась немаленькая стопка условной валюты, пока у всех остальных были лишь небольшие накопления. А меньше всех было… ну, тут ответ очевиден.

Девушка недовольно щурилась, в очередной тщетной попытке прожечь примарха взглядом. Тот не реагировал, лишь продолжал лыбиться. Артурия на его коленях уже не особенно следила за окружением, ощущая, как те непомерные количества огненной воды наконец отступили. Однако, ее разум все еще был не слишком сосредоточен, ведь с уходом опьянения пришли его последствия. Чуть стреляющие виски доставляли неудобства, а глаза сами собой закрывались.

Фениксиец, заметивший изменения в своей подруге, пригладил ее волосы, от чего воительница перевела туманный взор на него. Сонно моргая, она без слов поняла, что хотел сказать Фулгрим и кивнула, однако, предпринятая попытка встать не увенчалась успехом и ее ноги подкосились. Слегка придержав свою подругу, платиноволосый решил, что сама она не дойдет. Это было странно, ведь ее дочь не подавала признаков недомогания, и это при том, что хмель уже почти выветрился из ее буйной головы.

Мордред, видя, как ее в очередной раз игнорируют, повернулась и посмотрела на Сангвиния. Ангел, уже уставший терпеть непоседливую ношу, ответил ей безразличным взглядом. Индифферентное лицо Девятого обрело более заинтересованный вид, только когда младшая Пендрагон прошептала ему одно слово.

-Уговор… - Хитро ухмыляясь, девушка напомнила ему об обещании.

Великий Ангел потратил всего секунду на раздумья и поднял взор к брату. Тот, слыша, что сказала Мордред, уже приготовился к побегу, прекрасно видя желание брата исполнить свою клятву… даже излишне рьяное. Время замерло в восприятии сыновей Императора и они обдумали сотни вариантов развития событий с различными переменными. Первой начала действовать Мордред, заметив проявившееся напряжение в Третьем, она рванула в сторону, но не к добыче. Вместо поимки неуловимого Фениксийца, она предпочла оказать поддержку артиллерийским огнем.

Всего за миг преодолев расстояние, она схватила ближайший увесистый предмет, что попался под руку. Им оказался тостер. Невинный прибор верно служил хозяину кухни, не раз поджаривая хлеб на завтрак, но был бесчеловечно использован, как оружие.

На высокой скорости, Сангвиний начал движение, стоило только его ногам освободиться. Слегка смазавшись, его фигура взлетела над столом, двигаясь точно по направлению к брату, что заслужил некоторых репараций. Ангел еще придумывал, каких именно, но сперва Третьего стоит поймать.

Фулгрим смотрел на двух своих оппонентов и искал наиболее оптимальный маршрут для побега. Два объекта - один примарх и одна единица археотеха направлялись к нему, стремительно сокращая расстояние. Его разум вскипел от напряжения, все же найдя путь к побегу. Противники не скооперировались в должной мере, пожертвовав планировкой в угоду скорости, и это их ошибка. Рука Фулгрима, в данный миг, лежала на столе, рядом с высоким башенками из фишек. Одна из оных оказалась между пальцами Феникса и тут же покинула их, набрав невообразимую скорость. Слабое воздействие телекинеза превратило ее в смертоносное оружие, придавая существенное ускорение. Отскочив от потолка под нужным углом, она продолжила свой полет по идеально рассчитанной траектории и угодила в тостер. С металлическим лязгом, артефакт Темной Эры Технологий обзавелся вмятиной на корпусе и сменил направление. Теперь, он был направлен не в голову Фулгрима, но в место, в котором окажется колено брата. Сама фишка не пережила столкновение, расколовшись и медленно опадая на пол, погибнув героической смертью.

Жанна, что едва успевала следить за неожиданным противостоянием, потеряла дар речи, видя, что схватка была закончена менее чем за одну секунду. Когда Фулгрим отправил снаряд по непонятной траектории, он и сам пришел в движение. Подхватив на руки Артурию, он сделал рывок спиной в сторону выхода. Ничуть не уступая в скорости брату, платиноволосый не позволил ему сократить расстояние. А через несколько долей секунды, металлический прибор угодил в ногу Сангвиния, чем нарушил ритм и сбил его с намеченной схемы движения. Даже примарху теперь не успеть исправить положение тела, тем более пребывая в смертной форме.

Итогом был разгром противников. Сангвиний потерял ценнейшие мгновения и ему оставалось лишь смотреть, как его брат скрывается в дверном проеме, а Мордред ойкнула, когда еще одна фишка прилетела ей прямо в глаз, врезавшись плоской стороной.

Девятый, пусть и не слишком удачно приземлился, сразу выровнялся и посмотрел вслед Фулгриму. Он их переиграл и получил фору, теперь его не догонишь, даже с помощью Мордред. -”Так он освоил телекинез?”. Краем глаза, Ангел заметил помятый тостер, что только сейчас упал. Видя реликвию древности в столь плачевном состоянии, он почти слышал ругань на бинарном. Слуги Омниссии точно вышли бы из себя.

****

Платиноволосый аккуратно посадил Артурию на крыльцо, видя, что она едва не засыпает. Пусть этому можно было не придавать значения, но столь разительная разница в реакции на спиртное заставлял задуматься. Мордред вполне хорошо себя чувствовала, чему ее мать не уподобилась. Арти уже начала мерно дышать, наконец унесясь во сны, все еще пребывая в сидячем положении. Примарх не мог позволить ей упасть на жесткий пол, потому уложил себе на колено.

Смотря на мирное лицо девушки, что забавно сопела, Фулгрим никак не оставлял мысли о ее реакции на интоксикацию. Тела Героических Духов лишь имитируют плоть, потому не могут в полной мере уподобляться живым организмам. Примарх не знал абсолютно всех нюансов, однако, основываясь на примере дочери, Арти вообще не должна испытывать симптомы похмелья. Их переносимость примерно равна, тем не менее, было что-то приносящее отличия.

Уже привычным движением гладя мягкие волосы Артурии, Фулгрим решил попытаться узнать больше, всмотревшись в ее сущность. Психическая сила примарха проявилась в реальном мире, окутывая его глаза и позволила заглянуть в глубины души девушки. Взор, способный зреть огонь душ, наткнулся на тихое золотистое свечение. Ее свет был приятен на вид, подобно святой силе Меча Обещанной Победы или Калибурна. Но было что-то… инородное. Что-то, чего не должно быть в недрах ее духа.

Слегка напрягаясь, Фениксиец всмотрелся еще глубже, наконец распознав возможный источник изменений. Психическая сила, эфирная энергия, имеющая четкое отличие от той, что хранят жители этого мира. Это были эманации психической мощи Фулгрима. Малые их ручейки протекали через сущность Королевы, формируя пока не известные процессы.

-Как такое возможно? - Шептал в сильной задумчивости примарх, пока вспоминал все, что происходило между ними.

Каждая секунда их общения проносилась в разуме примарха. Первая их встреча, когда Арти была до боли подозрительна. Их первый разговор под лунным светом и последующий танец. Момент, когда Фулгрим едва не заставлял ее вновь вытащить меч из камня и примириться с прошлым. Каждая их беседа, каждое слова, движение или улыбка, память примарха навеки запечатлела это, не оставляя возможности забыть. Непрошенная улыбка возникла на губах Фениксийца, от столь быстрого, но яркого знакомства. Однако, понять все еще не удавалось, потому, он пошел от противного.

Он и ранее замечал некоторые странности с Артурией, когда приметил повышение ее физических характеристик или когда она восполняла прану, несмотря на несовершенство связи с мастером. Сам Фулгрим заметил это и с собой - повышение характеристик и снижение затрат на поддержание его существования. Последнее произошло совсем недавно и, как можно понять сейчас, было сопряжено с частичным пробуждением его психической силы...

Его душа постепенно возрождала тело, даже в обход разума и в данный момент, он обладал телом из плоти и крови… Возможно ли то, что он каким-то образом повлиял и на Артурию? Если так и есть, то… чем именно? Обдумывая это, Фулгрима пронзило осознание.

-Чай?

Она излишне сильно любила напиток, что готовил Фулгрим. Это даже немного походило на зависимость, но понять что-либо было невозможно, за неимением зацепок. Теперь, они есть…

-Я неосознанно напитывал чай своей психической энергией, давая ей неизвестную установку… Странно.

Одно дело, когда в порыве ярости сила Эмпиреев просачивалась, но как с ней связан чай? Это ведь просто кипяченая вода с высушенными листьями растений. Так…

Новое осознание настигло его, едва он отошел от первого. Фулгрим вскинул голову, ведь испытал подлинное удивление. Арти на его коленях чуть громче засопела, видимо от того, что он слегка потревожил ее сон. Быстро успокоившись, мужчина проложил нежно гладить Артурию по голове, пока сам пребывал в раздумьях.

Вода. Он даровал воду.

Он Фулгрим, названный в честь пурпурного бога из мифов Кемоса и, похоже, это проявилось в его психических силах… нет, здесь было нечто большее, нечто… концептуальное.

-Вот оно как… Все это время, моим Небесным Фантазмом было это…

Разум примарха погрузился в глубокие думы, пытаясь осознать то, как Грааль интерпретировал его историю и какие возможности даровал. Кристаллизованное Чудо вступило в синергию с его психическим естеством, породив это. Как забавно. А ведь и Рин, и Широ так же демонстрировали более стремительное восстановление. Его бывший мастер могла быстро избавиться от последствий перенапряжения магических цепей, чему сама удивлялась. В таком случае… Отец и Сангвиний, так же, должны были чувствовать воздействие.

-”Или нет”

Видя то, насколько слабым был поток эфира в душе Королевы, Фулгрим посчитал его слишком малым, для ощутимого эффекта на примарха и самого Императора. Последний, даже если заметил, не озвучил вслух, а братец вообще не имел опыта в столь тонких манипуляциях. Получается, девушка на его коленях, - единственная, кому он даровал достаточно воды. Фениксиец делал это неосознанно, но сила Небесного Фантазма не может быть столь мала, иначе была бы бесполезна. Значит…

Тихий свет луны был едва виден, ведь близилась самая темная фаза цикла, но, даже так, он ясно освещал мирное лицо Артурии. Ее белая кожа светилась в сиянии спутника Терры, что сопровождал Колыбель Человечества бесчисленные века. Вновь улыбнувшись виду, Фулгрим продолжил думать, не нарушая тишины.

Неизвестно, как долго примарх молчал, но, в один миг, он пришел в движение. Аккуратно передвинув Артурию, он встал и направился на кухню. Встретив там недовольную Мордред, Феникс не обратил на нее особого внимания, не желая терять время. Младшая силилась возобновить погоню, но ее придержал Великий Ангел. Сангвиний видел задумчивость брата и откинул беспечность, Фулгрим был не настроен на ребячество.

Примарх довольно быстро вернулся, увидев ту же картину, что была в момент его ухода. Впрочем, нет - разница присутствовала. Арти слегка хмурила лицо и будто пыталась найти потерянное, слабо двигая кистями в поисках. С мягкой улыбкой, Фулгрим поставил поднос на крыльцо и сам присел, снова положил голову златовласой себе на колено. Она тут же успокоилась, вновь начав улыбаться сквозь сон.

Сменив выражение на сосредоточенное, платиноволосый взял наполненную чашку и всмотрелся в нее.

-Сработает ли?

Его псайкерская природа, сопряженная с дарами Грааля, породила нечто новое. Неизвестно, где заканчивалось одно и начиналось другое, но значение имел лишь результат.

С силой прокусив кожу на пальце, примарх немедля сжал его, дабы получить то, что должно хранить в себе саму эссенцию его духа. Ярко алая капля крови медленно падала, приближаясь к багровой поверхности напитка. Переливаясь лунным светом, она мерцала и в своем собственном, особенно в психическом восприятии. Рана зажила быстрее, чем упала кровь, не оставив и следа на бледной коже.

Ровная рябь разнеслась к стенкам керамического изделия, быстро затухая.

Стоило этому произойти, как Фулгрим ощутил нечто. Его сознательное намерение и четкий эмоциональный посыл сделали свое дело и теперь, он чувствовал незримые изменения в этой простой чашке чай. Капля крови растворилась в ней, преобразовывалась в сияющие нити, что проявились даже в реальности. Всего несколько мгновений, сияние освещало пространство, но теперь Феникс окончательно уверился.

Он даровал ей воду

-Арти… Арти, проснись. -Осторожно потревожив сон, Фулгрим тихо звал девушку и слегка тряс ее за плечо.

-Ммм, Фулгрим… Я уснула? - Сонно потирая глазки, Артурия еще не до конца пришла в себя, походя на заспанного котенка. Хотя, скорее львенка, с ее неизменной царственной манерой держать себя.

-Не стоило так налегать.

-Да, наверно. Но Мордред не оставила мне выбора! - В попытке оправдаться, девушка вскинула кулак и только сейчас заметила, что лежит на колене примарха.

Слегка зарумянившиеся щеки выдали ее смущение, но она не спешила покидать свое место. Легкие поглаживания мужчины очень успокаивали и дарили тепло, ставшее уже привычным. Вдруг, нос уловил манящий запах, а изумрудные глаза наткнулись на исходящую паром чашку.

С некоторой неохотой, Арти поднялась и взяла ее в руки, ведь Фулгрим, очевидно, приготовил чай для нее. С видимым наслаждением вдохнув аромат, она сделала глоток, сразу ощутив разницу.

-Что ты добавил? - Она с интересом смотрела на примарха, что отвечал внимательным взглядом. - Так вкусно…

-Всего лишь… капельку заботы. - Фулгрим улыбался, а его глаза на миг вспыхнули,

Он ясно видел, как танцующие белые искры, поднимались от тела девушки, освещая ее нематериальным светом. Сама она не могла их узреть, ведь не обладала псайкерским восприятием, и ей бы помешали прикрытые веки. Медлительные процессы в ее душе приобрели много большую интенсивность. Пусть неизвестно сколько это займет, но вскоре все закончится. Арти не чувствовала чего либо подозрительного, лишь улучшение самочувствия и вкус чая. Так пара и сидела, молча созерцая яркое звездное небо, ведь чем темнее ночное светило, тем сильнее свет далеких небесных тел.

В поместье наступила тишина, ведь Тайга уже спала, чуть похрапывая, а остальные также не шумели. Фулгрим и Артурия находили обстановку довольно идиллической, ведь им обоим было в радость вот так посидеть. Не нуждаясь в беседе, просто наслаждаться безмолвием ночи, чему лишь способствовала Мияма, ведь даже автомобили редко ездили здесь в нынешнюю пору.

-Фулгрим… - Арти повернула голову к мужчине, дав ему увидеть легкое волнение на ее лице. - Я обещала рассказать…

-Об Алайе. Ты странно отреагировала.

-Да… У меня… есть некоторые обстоятельства. - Фулгрим, ясно зревший небольшое смятение своей подруги, легко погладил ее по голове и ободряюще улыбнулся.

-Я слушаю, Арти. - Это действительно дало ей капельку уверенности, подтолкнув к продолжению.

-Перед смертью, после битвы при Камланне, я… не могла перестать сожалеть. Мне было больно, от того, каким королем я стала. Все мои неудачи и ошибки… мне так хотелось спасти свою страну, что…

-Ты обратилась к миру. Теперь ясно.

Фулгриму не составило труда сопоставить факты. Артурия помнила прошлую войну, что уже невозможно для обычного Героического Духа и контракт с духом мира, коим и была Алайя. Гайя, как дух планеты, вряд ли ответила бы, ведь Фулгрим знал о ней, как о ненавидящей людей сущности. А условия договора…

-Ты должна была получить Грааль, чтобы изменить историю.

-Все верно. - Догадливость примарха не удивляла Арти, она знает о ней не понаслышке.

-А что ты думаешь сейчас? - Явный интерес прослеживался на лице Фулгрима, ведь его действительно волновал этот вопрос.

-Думаю, что тогда не вынесла никаких уроков из своих ошибок. - Весьма самокритично, посчитал Фениксиец. - Вся пролитая кровь моих подданных, могла обесцениться, если бы я отказалась от становления королем. Это было бы еще большим предательством.

-Звучит мудро.

-Хи-хи. - Звонко похихикав, девушка взглянула в глаза Фулгрима. - Ну, хотя бы после смерти, я обрела мудрость. Благодаря тебе.

-Не преувеличивай, тебя просто нужно было подтолкнуть. Вдобавок, ты вернула долг сторицей.

На ум сразу пришел момент, когда он находился в той пепельной пустыне. Хоть его разум был затуманен, но он помнил шепот Жаждущей. Она предлагала ему покой, уверяла, что может даровать ему блаженное забытье, но примарх нашел в себе силы отказать. -”Интересно, не будь Арти, как бы я ответил?”

-Может и так, но, знаешь, теперь мне уже не важен Грааль. Я решила нести свои сожаления с гордостью, иначе не буду достойна тех, кто умирал за Камелот.

-Вдобавок, ты примирилась с дочерью. Мордред не проявляла к тебе ненависти, даже наоборот. Ты ей дорога.

-Да, как и она мне. И ты тоже… стал мне дорог, Фулгрим. - Улыбка тронула губы девушки. Такая чистая и невинная, что почти излучала свет. Она казалась… ослепительной.

-Дорог… значит?

Примарх медленно ответил, странно себя чувствуя. С задумчивым видом, он замолчал и погрузился в себя. Артурия не стала его тревожить, видя его озадаченность. Хоть она и догадывалась о причинах, связанных с его прошлым, но на деле… несколько ошиблась.

Долгую минуту, Феникс не говорил слов, пока в его разуме проносились тысячи образов. Арти не могла читать мысли и даже немного удивилась, когда ее друг встал и молча направился в глубь поместья. Девушка не стала его окликать, просто ожидая пока он вернется. В последнем она не сомневалась.

Некоторое время спустя, неслышные шаги примарха вернули его к Арти, что с интересом смотрела на пакет печенья, перевязанный тонкой ленточкой. Фулгрим тихо присел обратно, протянув угощение.

-Оно домашнее? - С охотой приняв подарок, Артурия сразу распознала отличия от магазинной выпечки. - Ты сам приготовил?

-Нет… мне его подарила одна милая старушка. - Примарх протянул руку, погладив по макушке девушку, что уже начала уплетать печеньки с счастливым видом.

Его улыбка была полна теплоты, а сам он вспоминал еще одну милую старушку, которая когда-то была главой итераторов двадцать восьмого экспедиционного флота. Хотя, тот кто счел бы Голконду Пайк просто милой пожилой леди мог сильно удивиться, а порой и пожалеть об этом. Один их разговор, произошедший десятилетия назад, пронесся в памяти. Тот, в котором Третий поделился своим прошлым, в котором было несколько браков. Политических разумеется, но…

-”Похоже, когда думал, что поначалу любил своих жен… то заблуждался.”

Этот вечер… он оставил множество приятных воспоминаний. Под слабым лунным светом, королева из древности и примарх из будущего тихо сидели на крыльце. Попивая чай и хрустя печеньем, они наслаждались приятной компанией. Молчание не тяготило их, будучи более чем комфортным. Этот момент стал для них…

Еще одним маленьким чудом.

-Ох, точно. - Вдруг вспомнив что-то, девушка достала из кармана юбки маленькую заколку в форме алого цветка. - Мию передавала благодарность. - Арти улыбнулась, вспоминая как девочка назвала великого примарха братиком.

-Вот как… - Приняв заколку, Фениксиец посмотрел на нее, а следом на Артурию.

Тонкие потоки психической энергии вступили во взаимодействие с материей и привнесли изменения в ее структуру. Пользуясь азами Тауматургии, Феникс придал цветку форму крыла, переходящего в орлиный коготь.

-Думаю, тебе подойдет больше.

С этими словами, Феникс распустил волосы Артурии, что всегда были собраны в плотный пучок, и заплел их в высокую косу. Тонкий лоскуток его рубашки плавно отлетел и так же изменил свою структуру, начав по ощущению напоминать шелк. Именно им он связал волосы, а следом вставил символ своего легиона в прическу, заканчивая композицию.

Прикоснувшись к затылку, девушка посмотрела на своего друга.

-Это…

-Символ Детей Императора. Мой символ. - Поправив чуть растрепавшуюся челку, Фулгрим улыбнулся. - Считай это доказательством того, что ты тоже стала мне дорога, Арти.

Еще раз прикоснувшись к искусному изделию, Артурия ответила мягкой улыбкой.

-Что ж, тогда спасибо, Фулгрим…

****

Вдали от тихого поместья, на берегу испарившегося озера, оставившего лишь широкий котлован, мерцал застывший купол из эфирного огня. Он был незыблем и пленнику пришлось бы приложить массу усилий, дабы разрушить свою темницу. На это потребуется немало времени, не один и не два дня, однако… Если помощь придет извне, ей не составит труда освободиться.

И в эту ночь, что вскоре перестанет быть тихой и спокойной, помощь пришла.

Под сожженным деревом на некотором удалении, под обгоревшим стволом собиралась тьма.

Тень зашевелилась.

Глава 44

-”Как это… возможно?”

Рин, вместо обычного сонного забытья, ощутила знакомое чувство. Из дымки памяти соткались образы.

Мрачная, каменистая земля чуждой планеты, меж скал и серых холмов которой гулял мертвый ветер. Безжизненная тишина окутывала это место, но в воздухе витало напряжение, ведь все, кто пребывал здесь, осознавали.

Скоро разразится буря.

Миг спустя образ сменился. Все пространство вокруг заполнили фигуры в броне. Гиганты сражались с неистовой яростью, той какая может зародиться лишь после предательства. Да, Рин поняла, где оказалась.

Истваан-Пять.

Шепот донес это знание и оно поразило ее до глубины души. Сейчас, в этот самый миг, верные примархи настигли отступников, дабы покарать и уничтожить. Тот, чье зрение она все больше перенимала, был на стороне вторых.

Губительные воды, уже в который раз, начали заволакивать сознание, силясь обратить его в ужас. Но тщетно. Тосака не устрашилась, ощущая лишь грусть от того, во что обратился благородный сын Императора. И отвращение к силам Хаоса, кто и был повинен в этом.

Жгучий гнев верных астартес распространялся по всему пространству, заставляя небеса возгореть, а землю расколоться. Живые реки легионеров сталкивались и порождали бойню, которой еще не видела галактика. Даже в городе Хорал было пролито меньше крови.

Рин осознавала, чем все закончиться. Она чувствовала, что за Фулгримом идут. И идет тот, кто был ему самым близким и самым возлюбленным братом. Феррус Манус продвигался по полю боя, забыв обо всем, а в глазах его бушевал огонь, и огонь этот, был подобен раскаленной магме.

Девушка смотрела. Она чувствовала, она осознавала, и, как бы мучительно не было, она не могла прервать этого. Не могла повлиять на события, ведь они уже произошли, вернувшись призраками прошлого, терзая сердце той, кто дал новую жизнь примарху Детей Императора. И теперь, она должна увидеть конец старой. Братья встретились, предвещая битву, которая никогда не должна была произойти. Их встреча ознаменовала начало конца…

…И грянул гром над Иствааном, от буйства двух полубогов.

Удары обрушивались на доспехи, пламенеющий клинок в серебряных руках сталкивался с молотом в руках предателя. Фулгрим испытывал эйфорию, видя эмоции брата, Рин ясно чувствовала, насколько извратился разум Третьего. Он был окутан экстазом, наполнявшем все тело, от головы до пальцев ног. Демон без устали шептал, подпитывая уверенность и не давая осознать, какой ужас творил примарх.

Битва приблизилась к концу, Феникс был на грани поражения, когда Горгон занес орудие над его головой, но…

…Проклятая тварь не могла этого допустить.

Неестественная сила наполнила каждый мускул, дав возможность обернуть итог сражения на противоположный. Теперь, Владыка Железных Рук проиграл, стоя на коленях перед братом. В этот момент, свет, что еще теплился в душе Третьего, воспрял и не позволил окончить начатое. Фулгрим, даже погрузившись в безумие, не мог убить брата. Сама мысль об этом ужасала, но тело более не было ему подвластно. Руки двигались сами собой, полнившиеся нечестивой энергией. Демон не оставил примарху выбора.

Кулаки Рин сжались до хруста, пока она пребывала во сне. Она не могла сохранить спокойствие, когда ее примарх наконец взглянул на мир своими глазами.

И ужаснулся.

Словно в первый раз видя себя, свой легион, обезображенный мерзкими мутациями… и безжизненную голову брата, отделенную от тела. Сердце Феникса замерло, когда пришло осознание. Нескончаемые слезы полились с глаз, опадая на серую пыль под ногами. Всепоглощающая боль окутала все его естество.

Руки сами собой нашли Разящий Огонь и направили в пробоину в броне. Один удар и все закончится.

-“Ха, свести счеты с жизнью бросившись на меч?” - Насмешливый голос древней твари послышался будто отовсюду. - “О, как благородно, но не слишком ли достойная смерть для такого грязного ублюдка как ты?”.

Рин слышала голос, что обещал покой. Тот покой, что был столь желанным для разбитого и обессилевшего примарха. Воля покинула его и не осталось более ничего, лишь пустота.

И был дан ответ.

Порождение непроглядной бездны запустило свои потусторонние конечности в душу Фулгрима, отнимая у него не только тело, но и обрекая на новые мучения. Его сущность билась в агонии неконтролируемой плоти, осознав, что он вновь допустил непоправимую ошибку, позволив демону завладеть собой.

-”Значит… так закончилась твоя история, Фулгрим?”

Тосака пустила слезы сквозь сон, пусть и не ощутила этого. Великая трагедия разрывала ее сердце, что обливалось кровью от боли и скорби. Она думала, что этим все закончится, что это последнее воспоминание ее бывшего слуги, но…

… Она продолжила смотреть. И то, что она увидела… шокировало.

****

-Нужно торопиться.

Девушка, чьи волосы обесцветились, а тело пропиталось тьмой, положила руку на застывший купол потустороннего огня, скрывающий единственное существо, способное помочь ей. Фулгрим, его братья и отец могли уничтожить Сакуру, едва она попадется им на глаза, потому нужно найти союзника.

Пораженный хаотичной смесью безумия и ненависти, разум девушки с силой откидывал мысли о том, что эта сущность еще страшнее. Жалкие крохи рационального мышления были бессильны пробиться через неприступные стены исступленного желания.

Она должна отомстить.

Месть захватила ее. Месть всем тем, кто был повинен в ее мучениях и всему миру, в котором могло произойти подобное.

Алые ленты зазмеились в воздухе, наливаясь алым сиянием. Они готовились обрушить всю свою мощь на кажущийся неприступным барьер. Всего миг отделял ее от решающего шага, что повлечет за собой исполнение ее самых заветных желаний.

Темные потоки слились в единое полотно, с непоколебимым намерением расколоть темницу и даже память о том могуществе, что исторгал из себя Император, не умаляли решимость девушки. Она сделает это. Иной дороги нет.

Шквал рассекающих ударов едва мог повредить неизвестную силу, из которой был соткан купол, но Сакура не останавливалась. С каждым движением, с каждым взмахом, она становилась лишь яростнее. И казавшиеся тщетными попытки, наконец увенчались успехом.

Едва заметная трещина выпустила из себя буйство нематериальной энергии, нашедшую столь долгожданную слабость. Реальность содрогнулась, пойдя пугающей рябью. Всего на миг, Мато ощутила страх и беспокойство. Навязчивая мысль, бьющаяся на задворках сознания, порождала сомнения - не совершает ли она ошибку, не выпускает ли нечто, еще более страшное. Но и без того слабые проблески сознательности пропали, когда она почувствовала приближение источников неудержимой силы, от которой содрогалась душа.

С небес падала комета, пылающая золотом. С гулким грохотом, тяжелое тело гиганта обрушилось на землю, дав разглядеть лик Ангела. Колосс воздел белоснежные крылья, словно готовясь к рывку, а его голубые глаза хранили в себе сосредоточенность. Сакура неосознанно отступила на шаг, на миг потеряв контроль над телом. Боль от удара копьем все еще была свежа в ее памяти и ее отголоски вновь дали о себе знать.

А следом, из лесной чащи возник пурпурный силуэт, совершив скачок через десятки метров. Казалось, полет его должен был закончиться так и не достигнув выжженного берега, но он двигался по неестественной траектории, словно паря. С невероятной скоростью преодолев расстояние, второй гигант приземлился, подняв клубы устилающего землю пепла.

Два брата, два примарха предстали перед Сакурой, опаляя ее страхом неодолимой силы, что источали их глаза. Они светились в ночном мраке, выдавая готовность убить ее без колебаний.

Третий и Девятый, пришедшие почти одновременно, за миг поняли, чем грозит промедление и расплылись сияющими силуэтами. Им не потребуется и секунды, чтобы настигнуть и убить Сакуру, чьих сил не хватит даже на защиту от одного удара.

Волны психической энергии взбудоражили пространство, словно устрашившееся мощи сыновей Императора и едва Мато успела осознать свою скорую смерть, как спасение пришло к ней.

Взрыв энергии Эмпиреев отбросил ее в сторону, едва не убив, но не смотря на это…

Она улыбалась.

С силой растянув губы в безумном оскале, она смотрела на растворяющиеся стены пламени, что когда-то были темницей. Из центра вылетела массивная фигура в черной броне, отлетев прямо к двум примархам, что были вынуждены ловить того, кто приходился им братом. Призрачные тела проклятых астартес, выстроившихся кругом, сгорели от детонации невероятно плотной энергии и обратились в ничто.

-Ах, мой возлюбленный чемпион…

Хор из тысяч голосов сливался в единую речь, терзая разум Сакуры своим неестественным звучанием, стирая улыбку с лица. Она едва могла сохранять концентрацию, уже позабыв о боли от ожогов, и тратила все силы на то, чтобы просто не потерять сознание.

-Что же ты наделала, Сакура… - Шепот, бывший скорее мыслями вслух, сорвался с губ Фулгрима, когда он смотрел на порождение самых темных глубин Варпа.

-Эта девочка освободила меня, почему ты не рад этому, о мой Феникс? - Сущность, сотканная из сиреневых завихрений света медленно приближалась к примархам.

Быстро положив на землю дезориентированного Ферруса, братья приготовили орудия, с мрачной решимостью смотря на ту, кто пришел в этот мир за Фениксийцем.

-Твоя душа… какая мощь. Это и есть то, за что я тебе благоволю. Твое могущество наконец пробудилось.

-И сейчас ты ощутишь его на себе, отродье. - Свет разгорелся еще сильнее, превратив глаза Фулгрима в два колодца психической силы.

-Фулгрим… почему ты отвергаешь меня? Я никогда не причиняла тебе зла, даже не убила никого из тех жалких смертных, которые оскорбляли тебя одним своим присутствием. - Сущность приближалась все ближе, а хор тысяч душ становился все менее нечеловеческим, пока потустороннюю фигуру не заменили очертания девушки в белом платье.

С выражением подлинной скорби на лице, прекрасная дева прижимала руки к груди и с нескрываемой мольбой смотрела на примарха. Ее нежный и ласковый голос донесся до ушей Фениксийца, но породил лишь отвращение. Он не стал отвечать, посчитав разговор бессмысленным.

С нечеловеческой силой Фулгрим бросился на врага, держа в руках Разящий Огонь. Клинок взревел неистовым пламенем, напитываясь силой энтропии, порождаемой сущностью Третьего. Сангвиний последовал примеру брата, взмахнув крыльями и направив копье в стремительный выпад.

Два полубога источали невообразимую мощь, что заставила Жаждущую поспешно раствориться мерцающими искрами. Примархи, видя исчезновение противника, резко остановились, встав спина к спине. Их глаза цепко осматривали пространство, ожидая нападения с любого направления.

-Почему же ты не понимаешь…

Тот же голос донесся отовсюду, заставив братьев напрячься еще сильнее. Они чувствовали, что пока не могут надеяться на помощь отца. Столь грубое вмешательство в психическую формацию не прошло бесследно и Императору требовалось время, чтобы оправиться. А пока его присутствие в Имматериуме было едва ощутимо - он никак не мог повлиять на материальный мир.

Стоило только Повелителю Человечества почувствовать присутствие Сакуры, как он дал знать об этом сыновьям и они не стали медлить.

-...Я была создана ради тебя. Я не та, кем ты меня считаешь, ведь смысл моего существования - быть рядом с тобой, даровать тебе счастье и подлинную свободу.

-Превратив меня в марионетку Хаоса? Какая глупость. - Фулгрим слабо усмехнулся от абсурдных слов Жаждущей. - Это ты не понимаешь того, кем являюсь я.

-Ошибаешься… - Слышась шелестом в ночной пустоте, ее голос заставлял руку сильнее сжаться на рукояти. - Океан Душ, это место в котором зародились твоя душа. Император не больше нас причастен к твоему существованию и твоя связь с моим царством крепче, чем с материальным миром. Я лишь хочу, чтобы ты вернулся домой, туда, где тебе суждено быть.

-На что ты надеешься? На то, что я вновь предам человечество? Мне не искупить свои грехи до конца времен, а ты призываешь преумножить их?!

Ведя диалог со Слаанеш, Фулгрим и Сангвиний осторожно передвигались в сторону Ферруса, что еще не пришел в себя. Если она нападет на него, им нужно быть рядом, чтобы защитить брата пока он не может сделать этого сам.

-Ты никому ничем не обязан, отринь оковы навязанного тебе долга. Я ведь просто хочу, чтобы ты был свободен, мой Феникс…

На удалении от примархов собрались искры сиреневого цвета, вновь явив хрупкую фигуру девушки, что с болью смотрела на Фениксийца. Взгляд фиалковых глаз мог растопить сердце любого человека, каким бы черствым оно не было.

-Мой возлюбленный чемпион, я не хочу причинять тебе боль, прошу… прими меня и ты познаешь истинное счастье. Это… твой последний шанс.

С видимой неохотой, дева окуталась потоками неудержимой ярости Имматериума, что могла заставить мир содрогнуться. Она действительно больше не станет ждать если Фулгрим ей откажет.

-Никогда. - Голос Феникса полнился холодной яростью, что проявлялась в реальности опаляющим сиянием. - Все, что теперь связывает нас, это то, что один из нас умрет. Я не предам свои клятвы вновь… никогда больше.

Беловолосая дева прикрыла глаза, в которых отразилась истинная грусть. Она вела себя совсем как человек и со стороны даже казалось, что она на грани слез.

-В таком случае… ты не оставляешь мне выбора.

Поток нематериальной энергии устремился прямо к примархам, что немедля приготовились отражать удар. Волна серебряного огня возникла и заполнила все пространство перед Фениксийцем. Золотой свет Ангела сконцентрировался на острие Телесто, и обернулся направленным лучом энергии, что была способна выжечь любую скверну.

Шквал психических сил обратил в ничто все, чего коснулся. Сама реальность разрывалась, порождая нестабильные разломы, из которых прорывались воды Великого Океана. Над этим местом поднялась безудержная буря, грозившая расколоть землю и небо. Вспышка могла ослепить, словно звезда зажглась на этой выжженной пустоши.

Противоборство не продлилось долго и сила двух примархов начала уступать. Жаждущая, способная неограниченно черпать энергии Эмпиреев, была слишком могучим противником, даже для двух полубогов. И в тот миг, когда их почти захлестнула мощь Варпа, все неожиданно рассеялось.

-Прошу тебя, Фулгрим… я правда не хочу навредить тебе. - Тонкие пальцы побелели от напряжения, сжимаясь в кулаки. - Но… если ты продолжишь противиться, мне придется…

Слова прервались и деве пришлось воздвигнуть перед собой щит, в который врезался огромный молот. Крушитель Кузен пролетел прямо из рук Горгона, врезавшись в мерцающий барьер.

-Много… болтовни. - Рычащий голос Ферруса Мануса отражал клокочущую внутри него ярость, как и всполохи инфернального огня в сочленениях брони.

Орудие, когда-то выкованное Третьим, распалось и вновь оказалось у владельца. Владыка Железных Рук крепче стиснул рукоять и рывком бросился в атаку, рассекая воздух перед собой.

Атака могла показаться безрассудной, но прямо сейчас, в эту секунду, братья ощутили усилившееся присутствие Императора. Отец наконец восполнил силы.

Порождение варпа, принявшее форму прекрасной девы, смотрело на уже трех братьев, что не станут более медлить. Как и Анафема, уже начавший простирать потоки своей мощи в материальный мир.

-Прости меня, мой возлюбленный чемпион…

Последние слова сорвались с ее губ, когда она окинула взглядом жалкую смертную, смевшую украсть у нее Фениксийца. Она принесет пользу.

Оглушительный психический крик, заставил Имматериум вскипеть. Более, Лже-Император не застанет ее в расплох и не ограничит ее в перемещении. С неуловимой для глаза скоростью, она возникла позади ошеломленной Сакуры, которая едва держалась в сознании. Тонкая кисть легла на плечо девушки, нечеловечески сильно сжав его. Мато не успела даже вскрикнуть от боли, как почувствовала, что оказалась в другом месте.

-Что… где мы? - Подрагивающее тело уже почти не болело, но не исчезающие раны волновали ее.

-В пещере под горой Энзо. - Ледяной голос этого… существа заставил ощутить вспышку страха. - Девчонка, на что ты надеялась, освобождая меня?

-На… союз. - Сакура, словно перестав контролировать тело, дрожала от взора пугающей сущности.

-Думала, я стану тебе помогать? Ты, жалкая смертная, поглощенная силой ничтожного божка, смеешь рассчитывать остаться в живых… после того, как подчинила моего возлюбленного Феникса? - Жаждущая поддела подбородок Сакуры, слегка царапая острым ногтем. - Как глупо.

-Я… помогла тебе… ты у меня в долгу.

-Лучше замолчи, пока я не поглотила твою душу. - Сиреневые глаза засияли чужеродной силой, освещая пространство.

Высокие своды пещеры были высоки, а сама она была огромна. В этом месте находился Большой Грааль. Жаждущей не составило труда изучить структуру ритуала и его центр находился здесь - чаша, накопившая огромное количество энергии.

-Впрочем, тебе повезло. От тебя может быть польза. - Тонкие пальцы опустились ниже, резко сжав горло Мато, заставив ее задыхаться. - Чашка в твоем теле, пробуди ее.

-Чт… кх…

-Не испытывай мое терпение своей глупостью. Мне нужен Грааль.

-Но… зачем? - Лишь после этого вопроса, существо из иной реальности отпустило Сакуру, дав ей судорожно вдохнуть воздух.

-Последнее предупреждение. - Вкрадчивый голос, словно дыхание самой смерти, проникал в душу девушка и принуждал умолкнуть. - Ассасин, Кастер и Берсеркер уже попали в Грааль, остался один слуга…

В эту секунду, прямо перед ними, во вспышке оказалась девушка с длинными лавандовыми волосами и повязкой на глазах. Одно из командных заклинаний было потрачено на призыв той, кто все это время прятался, надеясь избежать внимания своего мастера. Райдер недоумевающе оглядывалась, пока ее взгляд не наткнулся на беловолосую девушку, что на деле являлась чудовищем. Горгона напряглась, стоило ей оказаться под взором сияющих глаз, испускающих страшный свет.

-Она твоя.

Сакура, все еще держась за ноющее горло, смотрела на Медузу и осознавала, что ей остается только подчиняться.

Не успела Райдер произнести и слово, как черные ленты окутали ее тело. Ощущая холод, она смотрела на Сакуру, пусть глаза и были закрыты повязкой. Медуза Горгона, чьим первым мастером была именно эта девушка, поджала губы и не стала сопротивляться. Это было бесполезно, ведь Она не позволит сбежать. Но, даже так, младшая из сестер Горгон испытывала грусть, смотря на этого измученного ребенка. Все, чего она могла пожелать ей, это скорого прекращения страданий.

Когда поглощение было закончено, Сакура хотела задать вопрос, но осеклась, ведь это существо вновь схватила ее. Странная, чуждая энергия потекла в девушку, распространяясь и напитывая тело силой. Та смешивалась с уже присутствующей, той, что принадлежала оскверненному Граалю.

Столб алого света вырвался из тела, провозглашая рождение сущности, спавшей в Граале. Каким-то неведомым образом, потустороннее существо пробудило ее и, не успела Тень сделать хоть что-то, взяла ее под контроль.

-Ты действительно не оставил мне выбора, Фулгрим…

Жаждущая смотрела на эту глупую девчонку и видела как ее суть растворяется в жалком боге, что носил имя Ангра-Майнью. Все-Зло-Мира, как смешно. Слабая сущность не представляла угрозы даже для нее, что уж говорить про подлинного Темного Принца, однако, устранять его пока не стоит. Он нужен живым, ведь именно он будет поддерживать врата.

-Хмм…

Нет, этот сгусток пороков неуправляем и может напакостить, помешав тому, что планирует Нерожденная. Лучше будет сделать так, чтобы девчонка взяла контроль. Она безвольна и испытывает страх, с помощью которого будет легко ей управлять.

Потоки нечестивой энергии вихрились под сводами темной пещеры, начиная исполнять свои функции. Грааль пробудился и исполнит желание.

-Скоро ты будешь в моей власти, Фулгрим, хочешь ты этого или нет.

****

В глубинах Ока Ужаса, на стыке Эмпиреев и материального мира, находилась скрытая планета. Мир окутанный вечным пологом удовольствий, пронизывающим его до самых недр. В этих искаженных землях жили бесчисленные существа, по своей воле или нет, каждый из них был отдан во власть Той-Что-Жаждет. Неизвестно, сколько существовало это царство бесконечных пороков и наслаждений, ведь в варпе время теряет всякое значение.

На поверхности мира удовольствий находился дворец, чьи стены пропитались агонией несчастных пленников и наслаждением гостей. Он был столь велик, что словно не имел границ. В его залах, украшенных двойственными шедеврами живописи и скульптуры, вечно играла какофоническая, безжалостная музыка. Она поражала своей красотой, пусть ее могли понять лишь те, кого коснулась благословение их Бога.

На протяженности всех стен, каждого павильона и коридора, можно было встретить избранных, что получили счастливую возможность попасть в обитель первого среди слуг бога запретных удовольствий. Неисчислимые массы людей и демонов пребывали в нескончаемом круговороте экстаза, пробуя всевозможные способы получить наслаждение. Их искаженные души и умы вечность находились в исступленной погоне за новыми ощущениями, храня надежду на то, что их повелитель обратит свой взор на их потуги.

А в самом центре, окруженный демонетами, находился владелец этого дворца, что погрузился в размышления. Его разум прорицал настоящее и будущее, строя планы о любимом братике, так некстати вернувшемся из мертвых. Бесконечный пир душ, что занимал демона-принца многие тысячелетия, уже не был единственным, что его волновало.

Вдруг, перламутровые глаза поднялись, вырывая змееподобное существо из мыслей. Демонетки притихли, остановив свои бесконечные беседы, ведь они ощутили движение в Океане Душ.

-Госпожа?

Глава 45

Подобно грому, удар молота обрушился на место, где секунду назад находилось порождение Варпа. Массивная фигура в беспросветной броне, с раздражением, читаемым в движениях тела, поднялась. Шлем, повторяющий очертания оскаленного черепа, воспылал, образовав вокруг себя подобие солнечной короны. Его жар был нестерпим, являясь внешним проявлением гнева.

Феррус Манус - Владыка Десятого Железного, обернулся и вперил в своих братьев темные провалы, что служили ему подобием глаз. Стоило только его взору пасть на воина в пурпурной броне, как пламя усилилось. Казалось, он стал воплощением самой геенны огненной из верований древней Терры. Его раскаленные руки крепко сжимались на рукояти молота, грозя оплавить то, что когда-то было символом вечной дружбы.

-Феррус… -Фениксиец ясно видел неистовую ярость, клокочущую в недрах души брата и она лишило его всякого дара речи. Все, что он смог произнести, это имя.

Биение неудержимой энергии распространилось от могучего тела примарха, но тут же стихло, ведь Горгон сумел обуздать свою древнюю ненависть. Так требовал его долг, что и заставил холодный разум возобладать над эмоциями.

-Отец, где оно? - Обратившись в никуда, своим голосом призрак возмездия создавал эхо, хоть это и нарушало базовую логику.

“В пещере под горой… Я чувствую…”.

Слова отца примархов не были завершены, но это и не требовалось.

Три брата против воли вскинули головы, направив взор в небеса и увидели они…

… Как ад, снизошел в царство земное.

Свет звезд померк, в доли секунды заменяясь переливами чуждой, совершенно отвратительной энергии. Способные видеть не только сущее, но и невероятностное, сыновья Императора ощутили как эмоции и мысли словно обрели материальное воплощение. В этом потоке было все, что когда-то существовало и все, что будет существовать. Далекие шепотки сотен и тысяч наречий донеслись вместе с порывами эфирного ветра, они молвили и умоляли, насмехались и стенали. Огоньки душ, потерявших малейшие намеки на прежнюю, целостную форму, кружили стаями плачущих фантомов. Их крики, вопли и вой могли сломить сознание человека, не имеющего хоть какой-то защиты, бросая вызов твердости духа смертных.

За ничтожные мгновения, небо окрасилось в невозможные цвета, осознать или, тем более, описать которые был не способен ни один разумный. Саваном пугающего мрака, нематериальная дымка спускалась все ниже, сперва поглотив облака, что двигались в самых низких слоях атмосферы, а следом добралась до вершин высотных зданий на дальнем берегу. Огни ночного города затухали один за другим, звуки стихали и, казалось, сама материя преобразуется - искажается в плотном смоге губительных энергий.

Безмолвные крики всех, кто ощутил на себе влияние потустороннего измерения, не были слышны в этом, бывшим обыденной реальностью, но в иной - все было прямо противоположно. Беззащитные смертные, не знавшие и даже не предполагавшие существование этого нечто, были не способны удержать свою душу в объятиях плоти и покидали ее, уносясь ввысь.

Кто-то мог бы назвать это судным днем, когда все живые существа возносились в небеса, дабы предстать перед судом за все их прегрешения, но такое разумение было страшной ошибкой. Там, куда уходили смертные души, не было суда, лишь мучения. Отпечатки их бытия разрывали неистовые бури оживших кошмаров, зародившихся во времена, когда человечество еще не имело способности к прямохождению, или может они были всегда, не подвластные такому узкому и недалекому понятию, как время.

Лишь немногие были способны устоять и не умереть, но их выдержка не будет длится вечно, сокрушаясь от бесконечного хора голосов и водоворота чуждых мыслей, смешанных с эмоциями. Грозы неестественной энергии разили пространство своими когтями, вырывая лоскуты из ткани реальности и обрушивая на безграничные небесные просторы гул грома, сливавшийся в обескураживающую мелодию чистого разрушения.

Хаос, в своем подлинном, кошмарном лике, пришел в этот мир. Прорыв Океана Душ имел непревзойденные масштабы и ему не потребуется много времени, чтобы исказить устоявшуюся реальность и превратить ее в бессвязный, нелогичный, отрицающий всяческий порядок, пласт бытия. То, чего так опасался Повелитель Детей Императора свершилось и теперь, он не мог избавиться от мысли, что все произошло по его вине.

Фулгрим слышал происходящее и даже его могучий дух трепетал перед струящимися кошмарами. Впервые он видел столь ужасающее зрелище, в сравнении с которым Маравилья казалась потугами детей, дорвавшихся до оккультных знаний. Ветры Хаоса силились разорвать связь с телом, но колосс стоял непоколебимо и неотрывно смотрел на то, к чему когда-то обратился. Это и был Хаос, тот, который он ненавидел всеми фибрами своей души и тот, который поклялся низвергнуть. Осознание едва ли не полной невозможности этого, обрушилось на него яростной волной. Его охватило чувство, бывшее до позорного близким к страху. Единственный зрячий глаз задрожал, передавая оное в полной мере.

-И с этим… отец боролся тысячи лет? - Вмиг пересохший рот смог выдать лишь хриплый шепот, что был прекрасно слышен стоявшим рядом братьям.

-Поджилки затряслись? - Гулкий голос Ферруса, полный язвительной насмешки и отвращения, вернул разуму ясность, подобно чувствительной пощечине.

Фениксиец посмотрел на Десятого, что уже шагнул вперед. Казалось, оскаленный череп, что недвижимой маской застыл на шлеме, сделался смеющимся. Болезненным упреком, этот плод воображения заставил Фулгрима встряхнуть голову. То, как он отреагировал впервые увидев истинный кошмар Хаоса, недостойно тех клятв, что он принес самому себе и своим сыновьям. Это была слабость, которую он обязан был побороть, иначе все его слова обернуться пустым бахвальством.

-Не время для сомнений, брат. - Великий Ангел положил руку на плечо Феникса. - Они - непозволительная роскошь.

Сангвиний взглянув в глаза брата, повернувшего к нему голову, но не увидел того, чего ожидал. Вместо смятения, что и он когда-то ощущал на Сигнус-Прайм, Девятый узрел твердость. Он кивнул на эту перемену, уверившись, что Третий не станет бояться.

“Гора Энзо. Они… там…”

Голос Императора затухал, уносимый эфирными ветрами. В этот момент, когда величайший враг человечества пришел в эту отдаленную реальность, все, что мог сделать Владыка Рода Людского - сдерживать прорыв, замедляя его настолько, насколько это возможно. Примархи ощущали, что маленький городок не станет единственным местом, куда обрушится власть Хаоса. Нет, ибо под угрозой была вся планета и миллиарды живых людей. Магусы, мистические существа, Гайа и Алайа не смогут остановить поток бесконечной энергии Эмпиреев, что просачивалась в этот мир через проход в Истоке. Граница реальности, что и до этого обзавелась тропой в галактику, где Хаос зародился, не станет преградой.

Оставив последние мысли, три брата бросились в сторону Храма Рюдо, что и был построен над горой Энзо, а также над крупным пересечением лей-линий. Примархи, каждый своим способом, преодолевали расстояние к цели, по пути ощущая на себе всю полноту ожившего кошмара. Воздух словно загустел, и его наполнял нематериальный смрад, образовывался из смеси всевозможных запахов. В окружении беспросветного ужаса, души примархов светились, подобно сверхновым. Могущество их сущностей, несших в себе частицу Анафемы, было самым желанным призом, что только могли представить те, для кого Великий Океан был домом.

Шепот неведомых голосов вдруг усилился, став доступным для понимания. Его слова не произносились на языке живых существ, но обретали ясность в разуме. Шепот сменился скрежащими возгласами и металлическим смехом.

“Ангел… Горгон… Феникс!”

Хор, уже очевидно, порождаемый не отголосками исчезающих душ, но сгустками Эфира, обретших разум. И разум этот нес в себе лишь бесконечную злобу и непомерные желания.

Сангвиний, летя в небе, ощутил угрозу из-за спины и незамедлительно вильнул в сторону. Даже не посмотрев, кто на него напал, он пронзил тело нематериальной твари и лишь после того, как та извергла мерзкий визг, он разглядел порождение Хаоса. Это было нечто походившее на антропоморфную фигуру, но имеющее кричащие отличия. Кожа существа имела кислотный сиреневый цвет, а тело покрыто малыми конечностями, что можно было принять за рудиментарные органы или врожденное уродство, но те яростно извивались, не оставляя сомнений в своей способности приносить раны и боль. Тощие перепончатые крылья судорожно дергались из стороны в сторону, отражая мучения существа, пораженное светом Ангела. Сама суть крылатой мерзости рассыпалась прахом и растворялась в нематериальный пепел. Девятый знал - оно уже не воскреснет.

-”Жаль я не был способен сделать это с Ка’Бандха.”

Примарх без труда уничтожил одну тварь, но если бы демоническое вторжение можно было так легко остановить, все было бы гораздо проще. Стоило эктоплазме, из которой и состоял противник, опасть, как отовсюду стали возникать новые порождения Хаоса. Сангвиний на миг завис в воздухе, понимая, что ему не позволят двигаться дальше. Перехватив древко чуть более удобным хватом, Ангел Императора устремился в атаку, опаляя демонов своим сиянием.

Ситуация не отличалась на земле, на которой Третий и Десятый уже вступили в яростную схватку с нечестивыми ордами. Десятки и сотни вариаций мерзостных созданий стекались из небытия, возникая отовсюду. Слуги Темного Принца, его крохотные части, рвались вперед, жадно сверкая теми отвратительными органами, которые можно было определить как органы зрения.

Не демоны, но скорее демонические звери окружили братьев, словно добычу в охотничьих угодьях. Однако, их сознание, хранившее больше животные инстинкты, нежели мысли, не могло в полной мере оценить опасность. Примархи крушили десятки и сотни существ, наводнивших выжженный лес. Прыгая по обгоревшим стволам, они стремились настичь двух сыновей Императора, но наталкивались лишь на неприступную мощь примархов.

Манус делал молниеносные взмахи Крушителем Кузниц, сжигая демонов в вихрях инфернального огня. Ярость Горгона была столь велика, что далеко не одно порождение Эмпиреев решило избрать своей жертвой более сдержанного Феникса, но вскоре они осознавали ошибку. Разящий Огонь, храня энтропийную силу своего владельца, пропускал ее через себя и развоплощал оболочки тварей, а следом уничтожал их сущности. Нередко серебряный огонь Фулгрима создавал целые рвы, меняя ландшафт леса.

Не нуждаясь в словах для понимания друг друга, братья методично истребляли демоническую орду, неумолимо продвигаясь в сторону храма, где должны были найти тех, кто повинен во всем. И лишь несколько раз, в разуме Феникса возникала мысль о сохранности обитателей поместья Эмии, но тут же прерывалась новыми атаками нескончаемых орд.

****

Рин с резким выдохом поднялась над футоном, а в глазах ее гуляло неверие и непонимание. Рефлекторно вытерев пот с промокшего лба, но даже не обратив на это внимания, она судорожно попыталась встать. Ноги едва ее держали, ведь то, что она увидела не могло остаться без последствий.

-Фулгрим… мне нужно ему рассказать.

С этим шепотом на устах, девушка сделала шаг на дрожащих коленях, едва начавших успокаиваться. Все ее тело потряхивало, как от обжигающего холода. В мыслях Тосаки не возникали вопросы о том, каким образом она сумела вновь увидеть картины из прошлого. Связь мастера и слуги разорвана, ведь последний обрел живое тело, перестав быть Героическим Духом, и тем не менее, кошмарный сон настиг Рин.

Распахнув двери, она шла по темным коридорам. Благо, девушка была не в ночной рубашке, предусмотрительно решив не переодеваться перед сном. Лунный свет был был незначителен, ничуть не помогая в определении направления. Пусть жила здесь уже не первый день, Тосака не настолько хорошо запомнила обстановку, чтобы ориентироваться в темноте. Волшебница могла позвать того, кого искала, но по какой-то причине ее горло не выдавало ничего, кроме тихого шепота. Спутанное сознание не обратило внимания и на это, продолжая направлять тело вперед.

Наконец, Тосака наткнулась на одного из обитателей поместья. Арти тихо сидела на открытой веранде, всматриваясь в ночную пустоту. Ее тело выдавало напряжение хозяйки, а в хмуром лице читалось некоторое раздражение. Повернув голову, Королева встретилась взглядами с Рин и первая задала немой вопрос.

-Арти, где Фулгрим? - Взволнованный тон слегка удивил Артурию, однако не помешал ей дать ответ.

-Ушел, вместе с Сангвинием. - Произнеся это вслух, златовласая вновь посмотрела в небо.

-Что, заче… Сакура появилась, так? - Рин было не трудно догадаться, но одно ей было неизвестно. - Но, почему только вдвоем?

-Она появилась рядом со Слаанеш. - Дурное предчувствие терзало Арти, как и осознание того, что ей там делать нечего.

В тот момент, когда она сражалась с Фулгримом, пока тот был под контролем, она ощутила его силу. Даже с отсутствующей осознанностью, тело примарха двигалось с пугающей скоростью и точностью, а в каждом шаге и взмахе мечом читался опыт тысяч битв. Великий Крестовый Поход длился около двухсот лет, а Фениксиец участвовал в нем не менее полутора века, что превышало ее жизнь старшей Пендрагон в четыре раза. Невообразимый срок, полный опаснейших сражений с ксеносами и отступниками, слабо поддавался разуму Артурии и она могла лишь представлять масштабы событий, охватывающих всю галактику.

-Черт… - Рин ощутила еще большее беспокойство, словно должно случиться что-то ужасное. Мощь Императора велика и даже той демонице его не одолеть, но…

Почему сердце не успокаивается?

Этот сон, которого вообще не должно было быть, слишком взволновал девушку. Страшное откровение, которого не помнил ее примарх, не выходило из головы. Около недели назад, когда Жаждущая пришла в их поместье, Фулгрим говорил, что ничего не помнит после смерти Ферруса и Рин не особенно обратила внимание на это. Однако, теперь ей открылась не только последняя битва братьев, но и последующие события, вернее… картина. Тосаке сразу вспомнился портрет Дориана Грея, ведь душа Третьего была заперта в холсте, а демон владел телом. Она до сих пор чувствовала ужас Феникса, бессильного пошевелиться или сказать хоть слово, вынужденного лишь безмолвно наблюдать за мрачными стенами Ла Фениче. А потом…

Вновь воспроизводя врезавшиеся в память образы, девушка прервалась, едва не упав на деревянный пол, когда ощутила отдаленно знакомый шепот. Он не был сконцентрированным, и, тем более, осознанным, но спутать его с чем-то иным было невозможно.

Судорожно выбежав на улицу, дабы ей ничего не закрывало обзор, она увидела как саван необъяснимой энергии спускался на землю. Голоса в голове лишь усиливались, приближаясь к тому, чтобы стать невыносимыми. Непонятные наречия и слова разрывали разум, подобно тем губительным водам безумия, что накрывали сознание во снах. Рин с болью схватилась за лоб, в тщетной и неосознанной попытке изгнать вопли проклятых душ. Не понять происходящее было невозможно.

Хаос пришел в этот мир.

С усилием переведя взгляд на Артурию, ей предстало зрелище ошеломленной, но совершенно невредимой девушки. Каким образом это возможно, не открывалось Рин, а боль все продолжала нарастать.

-Рин, что происходит? - С холодной сосредоточенностью, воительница громко произнесла это, всматриваясь в грозовые небеса, вызывающие неприятное, совершенно незнакомое чувство. Словно ожившее сознание безумца, они били в глаза тошнотворным сочетанием цветом и образов. Пространство вокруг окрасилось невозможными цветами, а во всполохах энергии возникали сотни лиц, искаженных мучениями. Словно ожившая тьма, они наслаивались друг на друга, грозя уничтожить сознание и забрать с собой в преисподнюю.

-Хаос… Слаанеш, что-то… сделала… - С болезненными выдохами, Рин пыталась справиться с болью лишающей здравомыслия. С силой вдавливая похолодевшие пальцы в голову, девушка пыталась не поддаться голосам.

“Не сопротивляйся…”

“Познай боль…”

“Тебе не спастись…”

“Отринь надежду…”

Каждый голос пронзал разум сотней зазубренных кинжалов, что уже проявилось в реальности. По бледным щекам девушки покатились слезы, но то были не хрустальные капли, то была кровь. Алые дорожки окрасили кожу Рин и опадали на багровеющую траву. Все тело Тосаки зашлось сильным тремором, дыхание нарушилось, заставив задыхаться. Как сквозь вату, голос Артурии доносился издали, а руки ее не ощущались на плечах.

“Сдайся, смертная…”

“Боги пришли…”

“Они даруют тебе свою благодать…”

“Они даруют…”

“Истину…”

“Истину!” “Истину!” “Истину!” “Истину!”

“Истину!” “Истину!” “Истину!” “Истину!”

“Истину!” “Истину!” “Истину!” “Истину!”

“Истину!” “Истину!” “Истину!” “Истину!”

-Истину?.. - Голос Тосаки сорвался с порезанных губ, она даже не заметила, как прокусила их до крови. - Да что вы… знаете об Истине?!

Невероятным усилием воли, наследница семьи Тосака вырвала из памяти то, в чем узрела подлинную Истину. Свет Императора встал перед глазами, как и его лик. Фигура сотканная из злата даровала тепло и уверенность в правоте Его слов.

Его Истин.

“Слуга Анафемы!”

“Рабыня Трупа-На-Троне!”

“Склонись!”

“Прими подлинных Богов!”

“Твой Лже-Император не защитит тебя!”

-Да… пошли вы!

С яростью прокричав эти слова, Рин продолжила бороться за то, во что поверила.

-Я… я дала клятву… Быть верной слугой Повелителя Человечества, возлюбленного всеми!

В этом двойственном пространстве, где чувственное смешивалось с материальным, бурлящий гнев девушки нашел путь вовне, обернувшись светом. Ее тело покрылось сиянием, подобным тому, которое навеки отпечаталось в ее разуме. Сиянием Истины.

Голоса отступали, как и боль. Пусть и были слышны на периферии Разума, они уже не могли повлиять на Рин. Та повернулась к Арти, что все это время трясла ее за плечи, в попытках привести в чувство и взглянула в изумрудные глаза, в которых застыло изумление.

-Рин…

Королева смотрела на Тосаку и видела, что ее глаза источают сияние, разгоняющее тьму вокруг.

-Я… я в порядке… - Слова сильно расходились с действительностью, ведь все тело девушки продолжало потряхивать, а лицо было измазано кровью, как и руки. - Там… нужно найти остальных.

Чуть погодя, златовласая решительно кивнула, посчитав беспокойство излишним. Рин была сильной и ей не нужна подобная опека в нынешней ситуации.

Вбежав в дом, чьи стены обволакивало мрачное ожившее безумие, они отправились туда, где в последний раз видели жильцов. Молниеносно оказавшись перед дверью, пара распахнула ее и увидела остальных.

Широ едва держался на ногах, опираясь на стол в центре комнаты, а пол перед ним был залит кровью, что еще оставалась в уголках его губ и на коже лица. Он вдавливал пальцы в висок и тяжело дышал, с ощутимой хрипотой.

Мордред лежала на полу, а тело ее били конвульсии. То, что она Героический Дух, едва ли помогало ей побороть губительные голоса в разуме, впрочем, и не осталось бесполезным. Она не демонстрировала кровавых слез, но явно терпела мучительную боль, заставившую ее выть и рычать.

Жанна мало отличалась, однако, тихая молитва срывалась с ее губ и медленно, но верно, приводила ее в чувство. Потоки Варпа, спустившиеся в эту материальную реальность, дали чувствам возможность оживать и просачиваться во внешний мир. С каждой секундой Святая все спокойнее переносила дикую какофонию криков и воплей в мыслях.

А Фуджимура… она лежала неподвижно, не кричала и не стенала. Она… была мертва. Искаженное болью лицо говорило о том, что воля молодой женщины была достаточно сильна, дабы бороться с миазмами Эмпиреев, но в итоге, это только продлило страдания.

Вздрогнув в страхе, от вида корчившихся соратников и бездыханного тела своего учителя, Рин почувствовала, как когти Хаоса вновь приблизились к ее душе, грозясь разорвать и преподнести в жертву Темным Богам. Сглотнув слюну, что стала до неприятного вязкой, она прошептала несколько слов, вновь вернувших ей твердость духа.

-Мы не ведаем страха, ибо мы дети Его…

Встряхнув головой и выбросив из нее всякие сомнения, Тосака ринулась к тому, кому нужна более всех. К Широ.

-Эмия, посмотри на меня! - С силой сжав его голову, девушка повернула его лицо к себе и увидела закатывающиеся зрачки. - Очнись, придурок! - Хлесткий удар тыльной стороной ладони слегка привел его в чувство. По крайней мере, его глаза обрели фокусировку. - Нужно спасти Сакуру, ей точно грозит опасность!

Эти слова, пробудившие память, наряду со вновь проявившемся золотистым сиянием глаз, заставили юношу очистить ум.

-Саку… ре… нужно…помочь… - Кровь продолжала вытекать из глазниц, перекрывая зрение сплошной алой дымкой, но с каждой секундой Широ находил в себе силы. - Тосака… что происходит?

-Это Хаос, Эмия, он пришел в наш мир.

Краем глаза, Рин видела, как Мордред также сумела побороть губительное влияние, не без помощи своей матери. Златовласая ошеломленно осматривалась, а в ее лице можно было прочитать еще не ушедшую боль. Тосака, пусть и не уделила странному пониманию больше секунды внимания, но ощутила будто голосов становилось все меньше. Не только неприкаянные души уходили, но и мерзкие вопли демонов отдалялись все дальше. Словно они… боялись, чего-то.

Вдруг, стена гостиной с грохотом была обрушена. В образовавшемся проходе виднелся силуэт воина в пурпурной броне, чья бронированная кисть сжимала мерзкое существо. Отвратительная тварь быстро стихла, всего через миг, как ей переломили шею или то, что служило ее подобием.

Отбросив порождение Хаоса, Абдемон обвел всех взглядом алых линз, а за его спиной показались новые монстры. Возникая из ниоткуда, они попытались незаметно подкрасться к Лорду-Командору, как и предыдущая, но на них обрушился шквал стали из автопушки. С пронзительным ревом, орудие извергло из себя разрывные снаряды, превратив тела тварей в рассыпающуюся эктоплазму.

Рин, что успела побороть удивление, услышала скрежет когтей и утробное рычание. Эти существа нашли их и возжелали пожрать души смертных.

-Широ… - Утвердившаяся сосредоточенность сквозила в голосе Рин и заставила юношу быстро подняться на ноги. - Приготовься, нас ждет смертельно опасная битва.

Глава 46

Рев заполнил стены храма божьего, отдаваясь гулким эхом, но тут же заглушаясь все новыми воплями омерзительных созданий, породить которых были способны лишь самые темные силы. Алое копье мерцало в потустороннем свете, что спустился с грозовых небес, окрашиваясь мерзкой кровью тварей, беспрестанно ломящихся отовсюду. Этим порождениям кошмаров не было конца и они без капли страха надвигались, даже зная о скорой гибели.

-Что это за существа?! - Пес Кулана, между точными выпадами и уклонениями, вскричал в никуда, но все же желал получить ответ.

Стоящий поодаль Король Героев с нескрываемым презрением взирал на зверей, чьи ярость и бесстрашие выдавали в них неестественное происхождение. Ни один зверь, насколько бы отталкивающий вид тот не имел, не отринет инстинкт самосохранения. Эти же… имели иные инстинкты, явно требующие от них разорвать любую живую добычу. Гильгамеш не знал, кем были эти создания и даже его способность знать все что родилось под небесами не помогала ему получить знание.

-Они не из этого мира. - Спокойный голос Золотого Арчера едва слышался в симфонии резни, что резала слух Короля. - Но, я догадываюсь, откуда они явились.

-Не торопись, я подожду! - Вновь уйдя с линии атаки неестественно длинных когтей и рассеча их обладателя, Кухулин на миг окинул взглядом бездействующего Гильгамеша. - У меня появилась прекрасная компания!

-Фулгрим… ты посмел привести Это в Мой мир? - Зарождающийся гнев в алых глазах Владыки Урука, заставил часть существ намеренно обойти Сетанту, ставшего похожим на неостановимую мельницу, и наброситься на лакомую добычу со столь могучей душой.

Переливаясь всеми оттенками золота, множество врат отварилось за спиной и обрушило на врагов дождь из стали. Множественные клинки и копья пронзили не менее многочисленные тела существ, заставляя их обмякнуть и медленно растворяться в аморфную массу потусторонней материи.

Наконец сделав шаг вперед, Гильгамеш краем глаза увидел Кирея, что уже почти сутки неподвижно сидел перед распятием и не произносил слов. Лже-Священник не требовал пищи или воды, лишь найдя подходящее положение своего неполноценного тела и без устали молился. Король мог бы узнать о чем были его мольбы, но ни на секунду не заинтересовался. Теперь, он почти бесполезен.

С недрогнувшим лицом, Котомине слушал голоса, захватившие его слух. Они обещали подарить ему все, чего он только пожелает и все, что он будет в силах вообразить. Они рассказывали о богах, чье могущество бесконечно превосходит лживого идола, коему мужчина поклонялся. Кровавые слезы струились по его щекам, а глаза были почти пусты. Он чувствовал, как его дух вырывают из тела, дабы тот вознесся.

Вдруг покачав головой, Священник достал из-за пазухи небольшой кинжал и направил его в свою шею. Без малейших колебаний, он вонзил бритвенно-острое лезвие в свою плоть, вызывая обильное кровотечение. Жизнь медленно вытекала из его тела, а с уст сорвалась лишь несколько фраз, слабым, почти неслышным голосом.

-Я отдаюсь в руки Твои. Убереги душу мою от тьмы и позволь предстать пред судом Твоим… И да воздастся мне по деяниям моим…

Это были последние слова, что произнес мужчина проживший всю жизнь в нерешимости. Никому и никогда не будет известно, какие мысли протекали в его уме за миг до смерти, но, вероятно, они были яснее, чем когда либо. А душа его, быть может растворилась в потоке ожившего безумия или же отправилась туда, куда он возжелал.

Хмыкнув в мимолетной задумчивости, Гильгамеш возобновил шаг. Золотые врата беспрестанно открывались за его спиной, отправляя орудия в бесконечное полчище тварей. Синий Лансер, видя смерть своего мастера, не стал задумываться о поисках нового, а лишь ворвался в поток иномирных вторженцев с дикой улыбкой на губах. Он не продержится долго, но отведенные ему часы не будут потрачены зря. И даже навязчивые голоса в голове не помешают насладится славной резней, уж точно не после крайне трудоемкой борьбы с этим гомоном.

****

-Об этом ты говорил?

Мужчина с пепельно-седыми волосами взирал на омертвевший город. С высотки открывался широкий обзор на улицы Синто, наполненные разбитыми автомобилями. Современная часть города жила в любое время суток, но теперь, лишь единицы еще оставались живы. Ему самому пришлось постараться, дабы не отдать свою душу неестественным силам, наводнившем Фуюки.

В молниеносном рывке, он запрыгнул в широкое окно одного из многочисленных офисов. Осколки не навредили ему, в отличии от зрелища представшего перед ним. Женщина средних лет, одетая в несколько помятую одежду, четко соответствующую дресс-коду. Она забилась под стол с потухшим компьютером старой модели. Видимо Кимико, как гласил бейдж на груди, осталась на сверхурочные до поздней ночи и застала происходящее на работе.

Эмия подошел ближе и молча протянул руку. Женщина, пусть и не сразу заметила, но ответила неистовым визгом и усилившемся бормотанием. Она беспрестанно произносила одно имя, лишь изредка упоминая учебу и университет. Похоже, даже в этом состоянии, она держалась за самое дорогое, что у нее было. За сына, ради которого и работала без отдыха. Застарелые мешки под глазами и бледность, даже сейчас можно было определить, как признаки переутомления.

Раскачиваясь из стороны в сторону, обхватив колени дрожащими руками, она держалась из последних сил. Ее воля и любовь к своему ребенку были единственными вещами, еще удерживающими ее в мире живых.

Множество мыслей прокатились в разуме Стража Противодействия и найдя свое завершение в едином намерении, они обернулись действием. С нечеловеческой скоростью, Эмия схватил женщину на шею и сжал ладонь. Несколько щелчков позвонков слились в один звук, после которого было лишь слабое биение затухающего сердца.

Обмякшее тело начало опадать на полированный пол в нелепую позу, но этому помешали. Мужчина подхватил мертвую и аккуратно положил на спину, после чего медленно закрыл остекленевшие глаза. Он не знал на что обрекает ее, прерывая страдания при жизни, и мог лишь надеяться на то, что душа Кимико отправиться в лучшее место.

Еще мгновение посмотрев на бездыханное тело, Эмия вышел к разбитому окну, вглядываясь в тысячи призрачных ликов, мелькающих в яростной грозе. Черты его лица ожесточились, когда он вновь взглянул на свой родной город, умерший всего за несколько минут. Немногочисленные выжившие не продержаться долго, как бы сильны духом не были, может лишь в редких случаях они смогут устоять, но не более.

С силой выдохнув смрадный воздух, Широ опустил взгляд и заметил редкое движение среди улиц. По мертвым телам неслись мерзкие существа, вереща своим противоестественным голосом. Опытный глаз сразу заметил, что они ищут добычу - тех немногих выживших, что еще остались.

Без колебаний материализовав в руках парные клинки, Страж Противодействия рывком устремился вниз. Он не думал спасать всех, кого увидит, но если он убережет их от когтей этих существ, пока направляется в точку назначения, то можно сделать небольшой крюк.

Уже находясь в свободном падении, Эмия ощутил отголоски воли своей хозяйки. В ней был приказ найти источник прорыва и сделать все возможное для его устранения. Однако, понимая масштаб опасности, мужчина не питал надежд на возможность этого. Вдобавок, приказ был скорее локальным, как единственный возможный для ее пса, оказавшегося близко. Дух Человечества явно собирался сделать нечто более радикальное, ибо… был в ярости.

****

-Отец, слева!

Не ответив, златовласая воительница совершила широкий взмах и рассекла сразу две твари, возжелавших вцепиться в ее плоть. Не медля, она изменила движение и обрушила на еще одну свой клинок.

Группа двигалась по широкой улице, сформировав круг, в авангарде которого были Героические Духи. Чуть за ними, в центре, шли два мастера, отсеивая удары с флангов по мере сил. Рин не пользовалась плазмой, прекрасно видя обилие врагов. Все запасы праны опустеют раньше, чем полчища Хаоса поредеют, если это вообще произойдет. Широ же, с молчаливой решимостью рассекал тела демонических зверей своей алебардой. Орудие, в какой-то мере являющееся наследием Вергилия, порождало линии света, когда потрескивающее лезвие настигало новую тварь. Застывший гнев теплился в глазах юноши, сдерживаемый лишь его волей. Он видел мертвое тело Фуджимуры и пусть в его сердце сразу начала зарождаться пылающая ненависть, его остановила Тосака. Темные эмоции - пища для демонов и если дать им разрастись, их хватка может навеки сжать душу, объятую жаждой мести. Не передать, каких усилий стоило юноше сдержать себя и не обернуться безумным берсерком, но ему это удалось. Вот только, это не помешало ему рассекать нечестивые тела тварей, повинных в смерти одного из немногих дорогих ему людей. Скорбеть он будет позже, если сумеет выжить.

Позади, замыкая формацию, двигались астартес. С присущей им точностью, они обрекали порождения Варпа на перерождение, круша тела с неумолимым упорством. Их сущности, обладающие окрепшей связью между друг другом и примархом, ощущали непередаваемое отвращение к этим мерзким существам. В их глазах ни один ксенос не был столь отвратителен, как эти существа.

Абдемон и Саул использовали свои клинки по назначению, а болт-пистолеты без устали извергали снаряды, почти каждый из которых попадал в цель. Без слов ощущая намерения друг друга, они действовали подобно единому организму, обретя даже большее единство в битве, чем было. Автопушка Тацита не останавливалась ни на миг, поливая врагов металлом, а ракетная установка уничтожала особо крупные скопления. На случай, если существа все же достигали технодесантника, в свободной руке был громовой молот, превращающий их тела в бесформенные массы эктоплазмы.

Группа двигалась туда, где сыновья чувствовали своего отца. Маршрут был выстроен не напрямик, протекая по самым широким улицам. Если искать обходные пути или тропы между зданиями, можно попасть в безвыходную ситуацию, которая заставит расплачиваться потерями. Атаки существ проходили только по земле, но если дать возможность воспользоваться преимуществом высоты, то даже скорости астартес и слуг не хватит. Вдобавок, им сильно повезло, что боеприпасы не имели конца. Дары Грааля сильно помогли в этом, обеспечивая непрерывный огонь.

Медленно продвигаясь, союзники шли с неутешительной скоростью, но не предпринимали попыток ускориться. Плотность врагов была столь велика, что десять секунд неорганизованной обороны могут поставить крест на их выживании. Завалить телами можно и героического духа и астартес, потому лучше сохранить формирование.

Адбемон, разрубив очередную тварь, слегка повел головой, ведь уловил едва слышный звук выстрелов. Учитывая настолько окружающий шум был оглушительным, стрелок находился близко. Настолько близко, что его уже заметили те, кто шел впереди, потому как им не нужно было следить за тылом.

Из верхних окон двухэтажного дома попеременно выглядывали два человека. Это были старики, держащие в руках винтовки со скользящим затвором. Неизвестно, каким образом они оказались у простых граждан Японии, в которой очень сложно иметь огнестрельное оружие, но это было так. По виду походящие друг на друга лицом, вероятно являясь братьями, крепкие немолодые люди отстреливались от тех демонических тварей, что захотели полакомиться простыми душами.

-В очередь, сукины дети, в очередь! - Хриплым голосом, один из братьев кричал на демонов, с удивительной точностью попадая в их тела.

Не демонстрируя ни единого признака страха, старики отстреливались от одиночек, бегущих к ним. Руки двигались с привычными механическими движениями, выбрасывая из стволов гильзу за гильзой. Оружие старого образца было в прекрасном состоянии, не давая осечек, по видимому, за ним тщательно ухаживали еще с сороковых годов.

-Я икокудзинов бил и вас буду, аякаси треклятые! - Второй брат на короткое время прервал стрельбу, но лишь для того, чтобы метнуть небольшой предмет в сторону беснующихся порождений Хаоса.

Раздавшийся взрыв, выдал в предмете гранату, что разорвала несколько врагов, ведь их плоть была не столь крепка, как у более сильных демонов.

Рин видела этих двух стариков, что каким-то чудом не поддались Хаосу и даже имели силы отстреливать нападающих. Обернувшись, она как можно громче прокричала в сторону астартес, что продолжали защищать группу.

-Им нужно помочь! - Девушка не могла просто наблюдать за теми немногими, кто пережил прорыв Варпа, считая, что сыны Фулгрима смогут уберечь стариков.

-Исключено.

Абдемон дал незамедлительный ответ, пронзив набросившегося на него зверя. Резким рывком клинок вышел из тела, а оно само было отброшено в уже наступающих собратьев.

-Но…

-Довольно! - Совместив эти слова с выстрелами из болт-пистолета, разорвавшими еще двоих в клочья, Лорд-Командор на секунду окинул девушку взглядом алых линз. Их отблеск показался еще более зловещим в свете Эмпиреев и заставил Рин стиснуть зубы.

Словно в подтверждение решению одного из Двух Сотен Тосака увидела, как в окне произошел еще один взрыв. Похоже, демоны добрались до братьев, отчего один из них подорвал себя вместе с врагом.

Рин сжала кулаки, видя, как люди умерли прямо у нее на глазах. Она понимала причины отказа, но так просто принять это было уже сложнее.

Впереди, оберегая мастеров, Героические Духи прорубались через демонов. Артурия и Мордред не останавливались ни на секунду, покрывая свои мечи и доспехи мерзкой кровью, но и не думали терять время на отвращение. Противников было столь много, что промедление могло сыграть злую шутку. От количества убитых, асфальт под ногами был сплошь покрыт телесными жидкостями этих существ, делая каждый шаг еще опаснее.

Жанна, крепко сжимая в руках знамя, широкими взмахами отгоняла порождений тьмы, держась чуть в стороне, чтобы не задеть союзников. Ей было до крайности неприятно смотреть и ощущать нечестивую порчу, захлестнувшую всю округу. По природе своей не способная на ненависть или отвращение к чему-либо, она стала понимать, почему Фулгрим и его сыновья так к ней относятся. Голоса, которые она сумела подавить молитвой, говорили о подлинных богах, а обо всем вокруг - как об их царстве. Если в мире, откуда пришли примархи и Император, боги таковы, то неприязнь не удивительна.

Не на секунду не останавливая слова обращения к Господу, она просила у него покоя для тех храбрых мужчин, которых она сама не могла спасти. Ситуация была столь опасна, что бросаться им на выручку - верное самоубийство, которое может обернуться гибелью для всех остальных. Как бы неприятно это ни было, нельзя пойти на подобное.

Однако, самым беспокоящим, была ослабевшая связь со слугами. Мордред была рядом, потому она получала достаточно энергии, но с Сангвинием была иная ситуация. Окружающее пространство искажалось с пугающей хаотичностью, создавая сильные помехи для связи, которая, в теории, могла сохраняться на разных континентах. Ангел почти не снабжался силами и неизвестно, как скоро он истощится.

****

Разящий Огонь прошел через воздух, создавая марево и рассекая верещавшую демонетку. В определенный момент, помимо демонических зверей, стали появляться демоны находящиеся на более высокой ступени в иерархии. Пока их было мало, но с каждым мигом это менялось. Уже полностью разумные твари Варпа представляли еще большую опасность. Фулгрим видел их лишь единожды, во время концерта Беквы Кинска, если его можно было так назвать, но сейчас, он впервые увидел их в бою. И пусть для примархов они не угроза, но могли доставить неприятностей. Их движения не уступали в скорости астартес, а навыки были невероятно отточены, хоть и в специфическом направлении - метод атаковать подразумевал убийство в самой изощренной и болезненной форме, дабы порадовать свою Темную Госпожу.

Примархи быстро сумели достичь широкого входа в пещеру, что скрывалась на уцелевшем склоне горы. С каждым пройденным шагом влияние Эмпиреев ощущалось все сильнее, а вопли обитателей Эфира уже начинали раздражать, даже не способные поколебать волю сына Императора.

Стоя почти у темного проема, в котором мерцали огни Варпа, примархи ощутили приближение той, за кем они шли. Каждый из братьев приготовил все свои силы, осознавая то, что отец не сможет им помочь, ведь стоит ему на миг отступить, как Хаос заполонит весь мир за считанные часы.

Вновь увидев ее, Фулгрим сузил глаза, что источали слепящий психический свет. Не став ждать, пока тварь заговорит, он сконцентрировал всю мощь какую смог. Цепи белых молний прокатились по его телу, собираясь на пылающем клинке. С оглушительным грохотом, шквал молний обрушился на маленькую фигуру в белом платье, так и не изменившем свою обманчивую форму.

Раскат грома мог убить одним звуком, а попавшие под гнев Феникса испарились бы вмиг, но с этим существом все не может быть так просто. В этот раз, имея время для концентрации, примарх заставил Жаждущую всерьез взяться за защиту. Перед ее руками возник щит из энергий Варпа, поглотив почти весь урон, блокируя и рассеивая мощь Фениксийца. Лишь опаленные кисти свидетельствовали об атаке. Но, это ее не разозлило, как показало дальнейшее.

Взгляд нежных лавандовых глаз, оказался прямо на Третьем. Если бы это существо было человеком, ее взгляд можно было назвать… несущим надежду. Именно она была в ее взоре, неотрывно следящим за Фулгримом, и то, что Нерожденная узрела в нем, заставило ее прикрыть веки. И вновь, будь она человеком, на ее лице отражалась бы боль и толика отчаяния.

Прежде чем остальные примархи успели сделать свой ход, Жаждущая вспыхнула в психическом восприятии и это ощущалось как… зов. Этот клич прокатился повсюду, отзываясь эхом даже за границей прохода в этот мир. И Ангел, и Горгон, и Феникс поняли, что она сделала. Те, с кем они столкнулись были лишь случайно нашедшими этот отдаленный мир, но теперь…

Словно множество ужасных костров, Эмпиреи вспыхнули и по ним пронеслись необъятные потоки сгустков, имеющих разум. То были демоны, бесчисленные демоны пришедшие на зов Бога Хаоса. Теперь, не только ужасы океанов губительной энергии Варпа обрушаться на этот мир, но и воинства Темного Принца вскоре окажутся здесь.

-Я давала тебе шанс, Фулгрим, но ты не принял меня… - С этими словами, фигура девушки рассеялась, отправившись в неизвестное место.

Следующие несколько секунд были подобны затишью, что предвещает ураган. Демонические звери отступили, словно готовясь для нового рывка, что будет совершен в составе бесчисленных орд всевозможных порождений Хаоса.

А следом… все началось.

Всего за один миг, отовсюду возникли демоны, чья сила была выше, чем у их полуразумных собратьев. Огромное многообразие форм и размеров поражало воображение, что было бессильно представить столько омерзительных и отталкивающих видов.

Сангвиний, сияя золотом, обрушился на землю, раздавив несколько демонетов и встал рядом с братьями. Поодиночке, даже примархов смогут задавить количеством, о малочисленности врага можно было и не мечтать.

Феррус пылал всем телом, наводя ужас на демонов, ощущающих насколько дорого для них обернется столкновение с этим гигантом в черной броне. Его молот разламывал скелеты, оглашая всю округу треском и мокрыми всплесками. От ударов Владыки Железных Рук, демоны Слаанеш падали замертво, усеивая землю своими телами, но на смену им приходили все новые твари, крича восславления своему богу и насмехаясь над рабами Анафемы.

Ангел держал орудия в каждой руке, вращая их в смертоносном вихре, создав перед собой зону, в которой не было места живым существам. Его свет опалял, а в моменты когда он испускал вал сияющей психической силы, порождения Хаоса теряли связь с материальным миром и уходили в Варп и их не спасало даже то, что завеса между измерениями была уже почти не существенной. Увидев, как на трех примархов несется огромный зверь, чьи размеры не уступали имперскому рыцарю, Ангел взмахнул крыльями и совершил молниеносный рывок в сторону отродья. Телесто сиял подобно солнцу и стоило только владельцу оказаться над головой, как копье расчертило пространство, пробив череп на сквозь.

Чудовище сразу начало заваливаться, ведь все его внутренности испепелил свет Девятого. Огромная туша рухнула оземь, раздавив всех, кто не успел сбежать. Ангел приготовился к бою, едва вытащив Телесто из образовавшейся дыры. На образовавшемся возвышении, Сангвиний вновь был вынужден отражать неисчислимые атаки демонов, что не страшились даже полного уничтожения. Их вела воля Темного Принца, потому они не боялись ничего, погрузившись в исступленное безумие. Большее, чем то, что их всегда наполняет.

Фениксиец посылал россыпи смертоносных лезвий, орошая все вокруг уплотненной психической материей и пронзая нематериальные тела врагов. Подобно надгробиям, они все ширили поле смерти, но это было почти безрезультатно.

В один момент, из толпы отродий показалась высокая фигура демона, в котором можно было узнать высшего. Многорукая тварь ходила на двух ногах, имея множество глаз и признаки обоих полов. Отвращение лишь усилилось, когда разум примарха, что и без того подвергался безостановочному влиянию иллюзий и мороков, был атакован. Могущественное колдовство ударило подобно молоту, дезориентируя на краткий миг, которого было достаточно.

Огромная бритвенно-острая клешня сомкнулась на боку Фулгрима, пробив броню и разрывая плоть. Если бы примарх не сместил тело в нужный момент, его могло разделить пополам. Зарычав от боли, Феникс вспыхнул серебряным огнем, что сжигал порождение Эмпиреев, медленно обращая его кожу в прах. Игнорируя боль от разрушения души, и, казалось, наслаждаясь ею, демон ринулся в новую атаку. Простой смертный не смог бы даже разглядеть его фигуру, но Фениксиец собрал молнию в ладони и в мгновение сжег половину туловища твари.

Бой продолжался уже неизвестно сколько, но врагов не становилось меньше. Примархи, каждый без исключений, обзавелись множеством ранений, что не сковывали, но при накоплении могли вылиться в погибель.

-Нужно что-то предпринять, их целый легион! - Ангел кричал, рассекая очередную тварь. Он знал, что его услышат.

Неподалеку от него, Фулгрим разорвал еще одного высшего демона, приложив для этого еще больше усилий, чем раньше. Тяжело выдохнув, Феникс пустил новую волну сжигающего души огня, но, как и прежде, это почти не изменило положения. Враг был нескончаем и не позволял сделать ничего, чтобы остановить прорыв. Однако, решение было довольно очевидно и Фениксиец незамедлительно его озвучил.

-Значит нам нужен свой.

Глава 47

Разум одного из детей Темного Принца ликовал. Он видел, как великие, могучие сыновья Анафемы бегут. Три гиганта, что были способны смять его тело и сжечь сущность одним взмахом орудия… бежали в ужасе! Они боялись, они страшились силы истинного Бога. Необъятного, непостижимого и столь же прекрасного Владыки Удовольствий. Его воля править, Его глас доносится, а перст Его указывает. Желания самого демонического естества рвались вовне, требуя загнать и разорвать столь желанные души, что ослепляли одним своим видом. Жалкий Император вложил в них частичку себя, даровал им тела и назвал людьми, но это было не так.

Царство Первозданной Истины оставило на них свой след, что никогда не позволит им именоваться людьми. Люди лишь пища, источник, которому уготовано принять смысл своего существования. Наивные смертные считают, будто их судьба находится в их руках, будто они смогут побороть предначертанное Их волей… Разумы детей рода человеческого никогда не смогут осознать, что противиться судьбе, подобно попытке поймать ветер голыми руками. Само их бытие не позволит подобное, как и не позволит сойти с назначенного пути. Однако… дерзкие смертные положили века на борьбу, что не имеет смысла. Ведь конец времен един для любого, кто способен заглянуть за грань. В нем есть лишь смех. Смех, что ознаменует торжество Истинных Богов. Ни человек, ни астартес, ни примарх, ни мятежный Труп-На-Троне, не сможет предотвратить этого. Ибо галактика испокон веков принадлежит Им. И Их воля будет единственным, что увидит человечество. А когда оно увидит и ощутит всю полноту безнадежности воспротивиться… оно покориться. Таков путь.

Демон увидел, как сияющий Ангел встал перед своим братом, чей дух испускал холодное свечение. Результат тщетной попытки Анафемы сотворить своего посланника, подобного тем, кто нес Их волю, обрушил всю свою мощь на тела детей Темной Госпожи. Рядом с ним, находился сгусток прекрасной, сладкой ненависти. Его объятый пламенем возмездия доспех искрился от пропитавшей его ярости. Это был Горгон, тот, кто испытал невообразимое отчаяние, превратившее его в ожившее воплощение мести. Его молот разрывал Нерожденных, унося их сущности в забвение. После подобного не воплотиться вновь.

Но, что делает тот, кто был предназначен Повелителю Желаний еще до своего рождения? Феникс не атаковал, даже не двигался, лишь стоял на месте с закрытыми глазами. Его братья-примархи защищали мятежного раба Госпожи всеми силами… что же это значит? Впрочем, это не так важно, ибо явился змей. Нерожденный чувствовал его приближение, как и чувствовал приход его сыновей, вкусивших дары Темного Принца. Этим все закончится и Хозяйка получит не только Третьего в полное владение, но двух других. Они будут долго сопротивляться, ведь воля примархов крепка настолько же, насколько глупость Анафемы пропитала их разумы, но… в конце все падут во тьму.

****

Незримая дымка мешала увидеть то, что находилось перед глазами. Ей не было конца - словно густой туман, возникший прямо перед рассветом, она перетекала из одной формы в другую. Став преградой, барьером, закрывающим путь, она несла в себе… отчаяние. И исходило оно не от души того, кто пытался узреть сокрытое.

Он пробивался глубже. Воззвав ко всем силам, что имел, он шаг за шагом преодолевал стену скорби. С огромной неохотой, она расступалась, сопротивляясь все меньше. Серый дым напоминал о ранних годах жизни, в которых каждый день проходил в пыльных шахтах, и о небо родного мира. Оно было таким же серым? Возможно. С первого мгновения, как небеса Кемоса было увидены им, они вызывали лишь желание избавиться от них. Вдохнуть жизнь в эту траурную вуаль, скрывающую своими пепельными объятиями тело планеты и души ее жителей. Тысячелетия мрака являли свои отголоски в ветре, несущем лишь радиоактивную пыль, отравляя и без того загубленную землю. И лишь его пришествие смогло разогнать тьму на мгновение, осветив мрак горящей кометой. Наверняка, в глазах жителей Каллакса, капсула с младенцем была похожа на маленькое солнце, так отличающаяся от вечных серых звезд.

В какой-то момент, беззвучные шаги обрели слышимость. Теперь, он не двигался в задымленной пустоте, но шествовал по твердой поверхности. Плотность тумана ослабевала, уже давая увидеть собственные руки, если поднести их к глазам. Резкий контраст между пурпуром брони и серым дымом наводил на мысли, что исчезли в следующий же миг, ведь он почувствовал преграду.

Нечто твердое и достаточно высокое, чтобы не позволить просто перешагнуть через себя. Приблизившись, он сумел рассмотреть силуэт, не признать который было невозможно. Это был один из его сыновей. Шлем не позволял понять, с кем именно ему пришлось столкнулся, но по геральдике на броне, удалось определить в нем Палатинского Клинка. За одним знанием пришло и следующие.

Это была статуя.

Высеченная с идеальной точностью, она была неотличима от живого астартес, но серый камень, из которого и состояло изваяние, не оставлял сомнений. Скульптура одного из Детей Императора несла на себе множество трещин, в глубине которых виднелась лишь неестественная тьма. А за слоем грубой породы еще бились сердца, только сейчас услышанные. Их биение было столь слабо, что почти не отличалось от умирающего. Жизнь едва теплилась в нем, неумолимо затухая.

Медленно обойдя одного из своих сыновей, он продолжил путь. Тот все менялся, превращаясь в склон. Переставляя ноги так, чтобы не упасть, он шел и с каждой секундой серый дым редел, позволяя видеть все новые и новые статуи.

Одни были похожи на уже встреченную, но другие отличались. На них не было узких трещин, уходящих в самые глубины. Нет, на них были широкие выбоины, как если бы их раздробили сокрушительными ударами, а внутри не было тьмы, лишь знакомый серый туман. Похоже, именно из этих ран он и исходил.

Путь не прекращался и взору уже была видна не только каменистая почва, но и основание горы, что становилась все менее пологой. И именно ее усеяли Дети Императора, застыв в разном положении. Одни, уже упавшие оземь и не способные встать, отчаянно карабкались вверх. Их руки были протянуты к вершине, в тщетной попытке стать хоть чуть ближе к ней. Другие не пытались двигаться выше, просто остановившись и, вероятно, погрузившись в себя, словно в упрек своим братьям. Тем, что позабыли обо всем в желании достичь вершины.

Склон становился все опаснее, и ему приходилось приложить немало усилий, для того, чтобы не упасть. Неестественна тяжесть навалилась на плечи. С каждым шагом, в груди зарождалось чувство скованности, обвивая сердце своими цепями. Взбираясь все выше, он понимал, что не искал причин для этого. Его не влекло то, что находилось на самом верху, ведь… он чувствовал - то, для чего он здесь, не там. Не на пике, но близко к нему.

Обретя это понимание, шаги стали проще. Больше его не тянуло вниз, словно не было разницы, на какую высоту он взобрался. Что у подножия горы, что у ее вершины груз был одинаков. Он не жаждал вершины, ведь осознавал, что взобраться на нее, во сто крат сложнее, чем упасть. А сорвавшись… окажешься не в начале пути… Сорвавшись - ты падешь в глубины, из которых нет дороги назад. И единственным спасением может стать… чудо.

С легким сердцем, он продолжил безразлично идти, не ощущая желания подняться на самый верх. Наконец, он увидел, то что он искал.

Это была очередная статуя, но больше других. Взгляни на него кто-либо - стал бы рьяно восхвалять ее творца, ведь та не имела ни единого изъяна. Каждая линия и каждая деталь была высечена с точность, которую ничто не могло превзойти. Этот гигант стоял на коленях, отчаянно хватаясь за скользкую скалу. Он застыл в положении, в котором было одинаково легко сорваться и столь же легко продолжить восхождение. Лицо каменного изваяния было знакомо, давая понять, кем был великан в броне. Его черты исказились в двойственной манере. Можно было с равной уверенностью говорить, как о страхе, так и об исступленной жажде. Он боялся упасть и неистово хотел оказаться там. На пике.

Посмотрев на великана, он лишь тихо вздохнул, прикрыв веки. Стоило этому произойти, как статуя содрогнулась. Всего мгновение потребовалось, дабы почва ушла из под ног и не оставила шанса на спасение. Серая скульптура, за мгновения испещряясь глубокими трещинами с липкой тьмой внутри, распалась и унеслась в пучину мрачной дымки. Лишь слабые завихрения говорили о том, что произошло миг назад.

Долгое время, он смотрел вслед, а разум его полнился множеством мыслей. Подняв голову, он посмотрел на виднеющийся край. Вершина этой горы скорби была близко. И он сделал шаг. Его не влекло туда, ему не казалось, будто Там, он найдет нечто. Найдет то, чего ему всегда не хватало и то, за чем он гнался всю свою жизнь. Нет, он просто решил узнать, ради чего все те, кто был увиден по пути, пытались достичь пика.

Восхождение не заняло много времени и вот, он уже был там. На Вершине. И то, что он узрел могло поразить душу.

Сияние лилось отовсюду, освещая зеркально-гладкий мрамор, порождая отблески и переливы прекрасного света. Пение разносилось повсюду, и вторил ему оркестр, играющий триумфальный марш. Казалось, воплощенная слава наполняла это место, радуя сердце завершением пути. Теперь, все было подвластно. Все, что можно было представить, будет обретено и ничто не останется вне досягаемости.

Видя все это великолепие, он… усмехнулся. Сияние высшей славы было столь величественным, столь прекрасным, что… казалось нереальным. Но это и не была реальность, это была просто…

-Иллюзия…

Одно слово, подобно звону колокола разнеслось по воздуху. А сила, несомая им, развеяла все. Свет исчез, хор стих, а устилающий землю мрамор растворился. Больше ничего из увиденного не осталось, а была лишь…

-Вот ты какая… Истина.

Вершина, которой грезил достичь каменный гигант, оказалась ложью, а та вершина, что была подлинной… не впечатляла. Мрачное, серое место, среди пустоты которого гулял завывающий ветер. Все эти мечты, грезы о конце пути, оказались просто самообманом. Не было никакой вершины, лишь обыденная серость.

Медленно присев на краю скалы, он всматривался вдаль, что являла собой бескрайнее мертвое небо. На нем не было звезд, не было солнца и облаков. Только мрак и безмолвие ночи.

Отведя руки и оперевшись ими о шершавый камень, он запрокинул голову. Тихий вздох вырвался из его рта, а лицо обрело задумчивость.

-И ради этого я жил? Ради пустых грез? Совершенство, что я часто представлял, оказалось совсем не таким… абсолютно иным.

Необычно медленно мысли текли в его разуме, что все глубже погружался в воспоминания. Мгновения жизни проносились перед глазами, а он продолжал выискивать тот самый миг, что стал роковым. Тот миг, когда он свернул с верного пути, сделав первый, но не последний шаг. Однако, ответ не приходил, неизменно ускользая.

-Неужели… я никогда и не ступал по верной тропе? Ха… очень может быть…

Взору открылся мерно текущий туман, что скрыл почти всю гору. Он был отражением, как его скорби, так и его сыновей. Но здесь, на вершине, ему пришло осознание. Незаметным усилием воли, дым рассеялся, позволив увидеть весь склон целиком. Сотни и тысячи каменных изваяний усеивали мертвую землю. Казалось, то, в каком положении они находились, являло их выбор. Их Путь. Слепо следовать к лживой мечте или не искать вершин.

Пытаться отыскать Совершенство вовне или найти его внутри.

Казаться Совершенным…

Или Быть Совершенным.

Похоже, он сам избрал первое, чем сгубил многих сынов.

В глазах отражалась печаль, когда он вглядывался в фигуры Детей Императора. Их имена проносились в разуме, имя каждого, кого он обрек на гибель. Гибель телом или душой.

Взгляд зацепился за одного из легионеров, чей вид вызвал в памяти особенно неприятный укол. Кровь и неверящий взгляд сына, убитого отцом, обжигающим полотном возникли в памяти.

Он тихо произнес имя воина, что предпринял тщетную попытку отвратить своего отца от падения. И воздух задрожал, чем удивил говорившего.

Ветры, быстрее чем это было возможно, унесли голос к названному и тот шевельнулся.

Пыль осыпалась на землю, с каждой секундой освобождая пленника из оков. Пятна яркого пурпура все множились, пока астартес не совершил судорожный вдох. В прострации, тот осмотрел окружение и не мог понять, где находиться.

Последовавшие бесполезные попытки дозваться до братьев, так и остающихся молчаливыми статуями, прекратились весьма быстро. И наконец, взгляд зацепился за единственную фигуру, что не была серым изваянием. Непреодолимое расстояние, вопреки логике, не помешало разглядеть и узнать человека, сидевшего на краю горного пика.

Без капли сомнений, воин начал восхождение, что не доставляло ему трудностей. Каждый шаг был легок и наполнен решимостью. Одновременно долго и невероятно быстро, он взобрался наверх, где стал молча взирать на гиганта. Лицо последнего носило выражение печали, а глаза не хранили привычный блеск и застывшую гордость.

-Я всегда считал ад выдумкой, но, похоже, ошибался. - Неожиданно заговорил воин. - Не удивительно, что я попал сюда… как и твое присутствию здесь, Фулгрим.

-Веспасиан… знаю, ты не поверишь мне, но я рад тебя видеть. - Небольшая улыбка тронула губы примарха, но не заставила сердце Лорда-Командора поколебаться.

-После того, как самолично вонзил мне клинок в спину? Верно, я тебе не поверю.

-По иному и быть не может… Тебе не интересно, где мы находимся?

-Неужели мое предположение было ошибочным? - Сдержанно поинтересовался астартес, сам не понимая, откуда у него возникло желание поддержать разговор.

-Не совсем. Ад… в какой-то мере, действительно существует. Вернее, то, что стало его прообразом в фантазиях людей. Но мы не в первом и не во втором. Мы… можно сказать, находимся в моей душе, что приняла форму понятную обыденному взору.

-И что здесь делаю я и мои братья?

-Не знаю. Как вы здесь оказались - загадка для меня.

Разговор умолк. Пока его генетический отец молча взирал в пустое небо, Лорд-Командор замечал все больше новых странностей с собой. В его памяти всплывали образы, которых он не мог видеть. Разрушенный город, среди которого осторожно передвигались группы астартес, носившие разные отличительные знаки. Пожиратели Миров, Сыны Хоруса, по какой-то причине грубо избавившиеся от знаков Воителя и нанеся явно самодельные символы Лунных Волков, и… Дети Императора.

Но, все легионеры делились на две группы и принадлежность к Легионам не имела значения. Они… сражались. Астартес, сыновья примархов, чьим отцом был сам Повелитель Человечества, сражались друг с другом! И эта битва, что неизменно велась насмерть, происходила на планете…

-Истваан…

-Хм… похоже, это знание несут все мои сыны… - Прекрасно осознавая, о чем говорит легионер, прошептал Фениксиец.

-Что… - Подступивший гнев, поднявшийся из самых глубин естества, заставил воздух застыть в горле, оборвав начавшуюся речь. Но это быстро прошло. - Что ты сотворил, Фулгрим?!

-Не смог сделать то, что удалось тебе, Веспасиан. Ты поборол влияние, ведь твоя душа была чиста. Я же… пал во тьму.

-Речь о той картине? - Омерзительное произведение искусства, порочившие само понятие красоты, всплыло в памяти. - Да… я помню это, как и произошедшее в следующий миг.

-То существо, чьи силы коснулись тебя, сказало, что ты не отозвался ему и приказало убить тебя.

-Приказал? Тебе?

-Не удивляйся. В тот момент, здравомыслие было последним, что хранил мой рассудок. Я уже был рабом.

-А Истваан? Почему мои братья убивали друг друга? - Хоть и задавал вопрос, астартес имел догадки по этому поводу. И оные… пугали.

-Те, кто решил последовать моему примеру, убивали тех, кого нельзя было склонить на мою сторону. Все во славу возлюбленного примарха Фулгрима. - Ироничный смешок сорвался с губ Третьего, сбив Лорда-Командора с мысли. Ему было непривычно видеть подобное поведение своего генетического отца, хотя оно было в разы более предпочтительно, нежели его безумные порывы.

-Они… пошли против своих собратьев?

Неестественное чувство ненависти прошлось по всему телу легионера, заставив повернуть голову в сторону каменных статуй. Каким-то образом, он знал к какой стороне примкнул каждый астартес. Он чувствовал.

-Веспасиан, прошу… - Голос примарх вырвал из пучины злобы, начавшую затягивать в свои глубины. И голос этот… едва не умолял. В нем чувствовалась скорбь и боль, от того, что отец узрел в сердце своего сына. -... не вини их. Я не хочу смотреть, как ты ненавидишь своих братьев. Все началось с меня, я последовал по пути предательства и повел многих за собой. И много раньше допустил возникновение изъянов в легионе… Потому лишь я повинен во всем.

Лорд-Командор умолк, оказавшись повергнутым в шок. Примарх умолял его об этом. Подобное не укладывалось в голове и никакое трансчеловеческое происхождение не могло уберечь от долгого, напряженного молчания. Космодесантник усиленное думал, осматривая то Фулгрима, то своих братьев.

-Полагаю… - Из мыслей его вырвал неожиданно прозвучавший голос примарха. - Тебе стоит узнать о том, что произошло. И до моей смерти, и после.

-Ты… понимаешь, как это звучит? - На это Фениксиец ответил смешком.

-Готовься удивляться, друг мой. То о чем я тебе поведаю, будет звучать еще хуже.

Неспешный разговор зародился между отцом и сыном, все больше и больше изумляя последнего. Беседа будет долгой, однако, о времени можно не беспокоиться. Здесь секунды могут растянуться в часы, потому торопиться не обязательно.

****

-Сколько нам еще их сдерживать?! - Вопрос Горгона, произнесенный неистовым ревом, не помешал ему сжечь живую стену из демонических отродий.

-Столько, сколько мы продержимся! - Ответ Ангела едва пробился через крики и визг порождений Варпа, что неостановимыми волнами накатывали на примархов.

Отовсюду, со всех сторон наступали орды демонов, не позволяя увидеть дальше расстояния, что отделяет оружие от тел врагов. Сангвиний беспрестанно двигался, порождая шквальные порывы ветра своими крыльями. Те сияли золотом, опаляя нематериальную плоть и заставляя многих из них корчится от боли и экстаза. Эти… существа, вообще не знали страха, бросаясь на превосходящую силу с упоением, совершенно чуждую жителям материального мира. Даже зеленокожие могли порой отступать, видя, что несут потери, ощутимые даже для них. Демоны же были хуже всего, что может породить Материум.

-Мои милые братья… я счастлив видеть вас в добром здравии.

С этим голосом, разросшимся по всему полю боя, демоны остановились. Умолкнув, они медленно отступили, напряженно скаля клыки и порыкивая. Те же, кто имел более развитое сознание, самодовольно взирали на сыновей Императора, что замерли от того, Кто шествовал к ним.

Пробираясь через расступающиеся массы отродий Варпа, высокая фигура неспешно, с какой-то самозабвенной уверенностью, приближалась. Тихий шелест кожи, плавно текущей по сухой земле, казался вступлением в оперном ансамбле. Кричащий пурпур брони, в которую был облачен пришедший, резко выделяла его среди океана тошнотворных тонов.

-Фулгрим. - Сангвиний первым произнес это имя, но в этот раз, он не обращался к возлюбленному брату, он обращался к чудовищу. Тому чудовищу, что исказило его и обернуло против всего, что было ему дорого, а с в итоге похитило тело и душу.

-Сангвиний. Прекрасен, как всегда. - Лучащиеся любезностью и участием глаза змееподобной твари медленно прошлись по всему телу Ангела, выискивая только им ведомые детали. - Признаться, удивлен, что ты примерил новое тело. Старое уже не устраивает? Разве твои сыновья не заботятся о нем со все своей лаской? - Тонкая улыбка прочертила лицо существа, растянув бледные губы.

-Фулгрим… - Это был уже не Девятый, то был Десятый. - Явился, ублюдок.

-Ох, братишка, а вот ты явно не похорошел. Нет, ты и раньше был страшненьким, но сейчас… Тебе не жарко?

-Сейчас, ты сможешь ощутить этот жар сам… - Едва сдерживающий Горгон вцепился в молот, чувствуя, как теряет контроль над собой. Лишь железная воля и осознание опасности подобного сдерживали его от бездумной, а следовательно безумной, атаки.

-Это… это была острота? - Преувеличенное удивление показалось на лиловом лице, наряду с приторно радостным тоном. - Феррус, я так горжусь тобой! Тысячи лет в качестве призрака возмездия хорошо на тебе сказались. Впрочем… - Демон сложил нижнюю пару рук на груди, а одна и свободных конечностей оказалась приложена к лицу, что приобрело выражение придирчивого интереса. -... Тебе еще долго учится. Если ты не понял, братец Феррус, то ты сейчас предложил мне примерить твой доспех. Прости, но он не в моем вкусе. Фасон мрачноват, а уж черепа… Нет, серьезно, они же давно вышли из моды. - Брезгливо отмахнулся Фулгрим, словно ему предложили нечто, недостойное его высокого чувства прекрасного.

А следом… демонический примарх сфокусировал взгляд на том, кто стоял позади братьев. Облизнувшись длинным змеиным языком, Фениксоподобный жадно всматривался в фигуру гиганта в пурпурной броне, что так манила его. Ради которой он и пришел в этот захолустный мирок. Демон-Принц даже не счел нужным удивляться наличию иных реальностей и необъяснимому появлению примарха в одной из них.

-Фулгрим, Фулгрим, Фулгрим… как же давно мы не виделись… Я скучал…

****

-... Потому я здесь. Это единственное, что нам осталось.

-Уму непостижимо… Звучит, как содержание какого-то дешевого чтива писателя-бездаря.

-И тем, не менее, все это реальность.

-Значит… ты попробуешь убедить легион последовать за тобой вновь.

-Верно. Я понимаю, насколько малы шансы, но я обязан это сделать.

-Чтож… в таком случае, я помогу тебе.

-Веспасиан?

-Не смей считать, что я сделаю это ради тебя. Я сделаю это ради моих братьев и всего Империума, потому как чту свою клятву служить Императору и готов подавить свой гнев.

-... Спасибо тебе.

Произнеся последнюю фразу с теплой улыбкой на устах, Феникс поднялся во весь рост и окинул взглядом тысячи статуй своих сыновей.

-Пришло время проснуться, мои сыновья.

Глава 48

Удар.

Клинок, обагренный горячей кровью потусторонних существ, в очередной раз поразил врага.

Удар.

С разницей лишь в треть секунды, лезвие нашло новую цель. Ведомое верной рукой Саула, оно отсекло голову ожившей мерзости.

Выстрел.

Разрушительный снаряд попал с идеальной точностью, разорвав тело чудовища ровно по центру.

Хронометры брони показали, что с начала вторжения прошло уже не менее сорока минут и каждая из них была наполнена неостановимым сражением. Пурпурные доспехи были покрыты всем, что только могла хранить физическая оболочка сущностей Имматериума, а так же множеством несерьезных повреждений, нанесенных в особенно опасные моменты.

Уже достигнув подножия горы Энзо, группа продолжала пробиваться через многочисленных врагов, которых, к удивлению, становилось все меньше. Изначальные сотни тварей, которые держали в напряжении даже опытных космодесантников и героических духов, обернулись лишь десятками демонических зверей. Никто не уповал на то, что бесконечный океан Варпа опустел, придя к очевидному выводу. Демоны избрали приоритетом примархов, что сражались с целой ордой.

Приблизившись к храму Рюдо, стали слышны пугающие звуки. В них можно было разобрать шаги огромного количества существ, от которых дрожала земля. А крики и неестественный вой не прекращался ни на секунду. Противовесом же им, выступало эхо психической мощи сыновей Императора. Те, кто однажды ощутил голоса их душ, уже никогда не сможет забыть и сумеет отличить от тысяч иных. Даже без псайкерских способностей, простые люди могли ощущать волны чистой энергии, с каждой итерацией рассекающей смрадное облако тошнотворного света, пусть и на миг.

Никто не задавал вопрос - зачем вообще идти туда? Прорыв Хаоса открылся, очевидно, по вине Слаанеш, и всего одно решение было верным - найти способ закрыть проход, пока Губительные Силы не охватили весь мир. И пусть это могло оказаться не в силах смертных, древних героев или сверхлюдей, но бездействие несло однозначные результаты. Вдобавок, был тот, кто способен на равных противостоять тьме Эмпиреев.

В грозовых небесах, что сверкали неестественными цветами, нередко можно было различить иное. То, что резко контрастировало с воплощенной концепцией искажения. Лучи золотого света прорезали сплошной покров хаотической энергии. Лучи, способные отвратить гибель. И вторили они силуэту из чистой энергии, что сиял одинокой звездой на небосклоне. Император Человечества, даже не имея всей своей мощи, мог сдержать Хаос, не прекращая свой бой ни на минуту. Пока на земле разразился ад, в небесах вели борьбу еще более могучие силы, чье противостояние длилось сотню веков, а может и дольше.

-Как нам действовать, когда мы дойдем до Фулгрима и Сангвиния? - Артурия, что уже могла позволить себе время на разговоры, задала этот вопрос Рин, как той, кто более всех сведущ о Варпе. Ведь девушка видела многие воспоминания Фениксийца.

-Помочь сражаться…. уже не имеет смысла. Мы только станем обузой, учитывая предполагаемое количество демонов. - Посылая простейшие гандры, Рин проговаривала мысли вслух. - Но большая их часть сосредоточилась на примархах, потому мы имеем некоторую свободу в передвижении.

Направиться туда, где их возможности окажутся наиболее эффективны. Но, что вообще можно предпринять, помимо бессмысленного уничтожения демонических отродий? Разум Рин погрузился в анализ, насколько это было возможно при постоянных атаках.

-”Сакура появилась там, где была запечатана Слаанеш и сразу после этого Варп проник в наш мир… Эта тварь использовала Грааль с которым Сакура связана. Да, скорее всего это так, ведь даже ей было трудно попасть сюда, если ее слова были не ложными. Учитывая, что в тот момент, Слаанеш интересовал только Фулгрим, ей не было резона тратить силы на выстраивание обмана… или был, она ведь чертов Бог Хаоса! Ладно, выбора все равно нет. Если Грааль поддерживает проход в ткани реальности, значит его уничтожение закроет путь. Но где он?”

Рин не могла знать, где именно находился артефакт, как и не могла почувствовать хоть что-то способное помочь. Вокруг ощущался лишь Варп, психические силы примархов и…

-”Это…”

Обернувшись, от нестерпимого воя инстинктов, Тосака встретилась взглядом с белокурой девушкой, возникшей из ниоткуда. Ее лавандовые глаза полнились холодным презрением и толикой интереса. Вероятно, последний был единственной причиной по которой Рин была еще жива.

Каждый, словно в едином порыве, обернулся к центру образованного круга и также увидел хрупкую фигуру в белом платье. Героические Духи - Артурия, Мордред и Жанна, рефлекторно направили оружие в нового врага, уделив лишь каплю внимания замершим демоническим зверям.

Широ, ближе которого к Жаждущей стояла лишь Тосака, по неизвестной причине не мог пошевелить телом. Его словно сковали мириады тонких, но несокрушимых цепей, оплетая каждую клетку его организма. Способный только двигать глазами, юноша взирал на то, как демоница приблизилась к Рин. Теперь, их лица разделяло ничтожное расстояние.

-Какая прелесть… Я ясно вижу веру в Анафему исходящую из глубин твоего сердца… Увиденное во снах о моем чемпионе так тебя впечатлило?

Белоснежная кисть легко легла на лицо Тосаки, а потустороннее существо стало придирчиво изучать черты лица юной девушки. Проходясь по побледневшей коже, тонкие пальцы с нестерпимой лаской оглаживали каждый изгиб, от скул до дрожащей шеи. В один момент, губы Рин были насильно раздвинуты, обнажив ряд ровных зубов. Ее осматривали, как какую-то зверушку.

-А еще я вижу страх… Ты боишься меня.

Резко убрав ладонь, Жаждущая возвратила взор к глазам Рин. Неестественное мерцание освещало лицо волшебницы, сделав его выражение еще более различимым. Та, кто дал клятву верности Императору перед одним из Его сыновей, боялась. Одно присутствие Той-Что-Жаждет нагоняла ужас, как ощущением непреодолимой силы, так и пониманием того, Кто находится на расстоянии нескольких сантиметров. Сердце барабанило в груди, хоть девушка и была не в силах это осознать.

Одно дело бороться с голосами Эмпиреев, но совсем другое смотреть в глаза аватару одного из их владык.

-Чего… ты хочешь? - Едва найдя в себе волю пошевелить ртом, Рин неотрывно следила за движениями существа.

Окружение словно застыло, ведь одно то, что оживший кошмар был прямо перед ними, заставило группу напрячься до предела. Астартес были готовы сорваться в атаку, но не действовали, судорожно выискивая хоть какую-то возможность. Эта тварь была столь могущественна, что даже Повелитель Человечества не мог изгнать ее из этого мира, так на что могут надеяться обычные космодесантники, даже не примархи? Лишь эта мысль позволила не поддаться непривычному омерзению, бывшему скорее естественным, заложенным в их души после касания темных сил в прошлом.

-Глупые вопросы… как они меня утомляют. Тебе известен ответ, так зачем их задавать? Лучше скажи иное… если я захочу сделать тебя игрушкой, ты сможешь воспротивиться? Достаточно ли твоя верность Императору сильна, что выдержать мою волю?

Рин, шокированная этим вопросом, едва была способна мыслить. А тем временем…

-Артурия Пендрагон… - Медленным шагом, Жаждущая стала приближаться к Королеве, смотря прожигающим душу взором. - И что он в тебе нашел?

Со странным, едва ли читаемым выражением, демоница подошла к Пендрагон, в чьих руках натужно заскрипела рукоять меча. Мимолетный взгляд сущности на клинок, сопровождался раздраженно нахмуренными бровями. Экскалибур, что сейчас не был скрыт воздушным барьером, сверкал благородным светом, вызывая резь в глазах темного существа.

-Не понимаю о чем ты. - Твердость и спокойствие в глазах и голосе не могли скрыть подлинных намерений. Любой был способен различить в тоне Королевы желание порубить белокурую деву перед ней в аморфную массу.

-Наглая девка… Глупые ответы - ничем не лучше вопросов, и раздражают меня не меньше. Ты разве не понимаешь очевидного? - Подобно призрачному изображению, Слаанеш смазалась в зрении и оказалась позади воительницы, окатывая шею обжигающе холодным дыханием, что, в тоже время, было нестерпимо жарким. - Вы все живы - лишь по моей прихоти.

-Хмф, неужели боишься расстроить Фулгрима?

-Не смей произносить Его имя, у тебя нет такого права…

Неосязаемое давление накрыло все тело, заставив каждый мускул напрячься до грани разрыва. Обманчиво хрупкая кисть легла на горло, сдавив его с достаточной силой дабы, чтобы заставить задыхаться, но недостаточной для смерти.

-В нашу первую встречу, я сказала тебе не мешаться. Нужно было меня…

С замершим лицом, Жаждущая принялась пристально вглядываться. Потусторонний свет усилился, высекая искры вовне. Уже не сияние, но пламя зажглось в глазницах беловолосой девы, пока она свирепо оскалила зубы, среди которых начали проглядываться клыки.

Крепость хватки все нарастала, уже слегка приподнимая Артурию над землей. Не способная пошевелиться, девушка думала, как ей выбраться. Как ей противостоять существу, способному растоптать физические и логические законы.

-Почему… - Голос растерял всякую мелодичность, превратившись в сочетание змеиного шипения и рычания крупного зверя. - Чем ты заслужила подобное… почему он сделал это для тебя?!

-О… отец… - Растерянная Мордред, не демонстрируя обыденного нрава, всеми

силами пыталась сопротивляться порывам своего тела, что разом рвалось вперед и хотело сбежать без оглядки. Эта женщина, с виду не представляющая угрозы, могла убить их всех в один миг. И младшая Пендрагон не знала причину подобного милосердия, что явно улетучивалось вместе с напускной человечностью.

-Слаанеш… - С явным трудом, Рин позвала существо, взглянув прямо в поднятые пурпурные глаза. И в последних, нотка любопытства разрослась от услышанного.

-Хм? Ты набралась смелости произнести Это имя? Просто удивительно. Я даже готова тебя выслушать. - Резко отпустив Артурию и пренебрежительно отбросив ту в сторону, демоница с не исчезающей злостью переместилась к Тосаке.

Вновь их лица разделяло жалкое расстояние.

-Тебе… не забрать его. Он никогда не падет вновь.

-Как уверенно, однако, у него нет выбора. Змееныш уже здесь и он очень хочет увидеть “братика”.

-... - Всего нескольких секунд хватило дабы поняли те, кто знал. - Тот Фулгрим… пришел?

-Именно, как и нынешние Дети Императора. Вернее, те, кем они стали за тысячелетия.

-Нет… им нельзя видеться… - Не обратив особого внимания на последнее известие, Рин судорожно пыталась осознать степень опасности, настигшей из всех.

-О-о… так тебе это известно… Странно, даже мой милый примарх не помнит этого. Очередной сон? - С очередным порывом любопытства заглянув в голубые глаза девушки, демоница вдруг отпрянула и повернула голову в сторону. - Вам не дорога жизнь?

Обыденным, но разносящимся по всему окружающему пространству, голосом провозгласила беловолосая. И стоило этому произойти, как с двух направлений показались фигуры.

-А может мы просто пришли поучаствовать в задушевной беседе. Разве нельзя? - В россыпи энергии соткался силуэт синеволосого копейщика.

-Не тебе упрекать Короля, мерзость. - А следом, среди деревьев прошел алоглазый юноша, чье лицо, вопреки прошлому опыту некоторых, не несло презрения или надменности. Оно было совершенно серьезным. - Мне тошно даже смотреть на тебя. Из какой зловонной клоаки ты выродилась?

-Смертный червь…

-Ты не только омерзительна, но и глупа, раз считаешь меня простой шавкой.

Третий же гость затерялся на фоне разговора, однако именно он прервал его. Материализовав в руках черный лук, он в считанные секунды наполнил его огромной мощью, что сорвалась с него вместе со стрелой.

-В стороны! - Именно эта фраза была произнесена, когда снаряд унесся в цель.

Измененной формы меч скручивал воздух вокруг себя, порождая спиралевидный вихрь, что преследовал летящий клинок.

Каждый сразу последовал совету, отпрыгнув как можно дальше. Рин, что была ближе всех к застывшему Широ, схватила юношу за руку и рванула его что было силы, утянув вместе с собой.

Грохот и ударная волна вторили разверзнувшемуся взрыву. Тосака ощутила толчок в спину, отбросивший ее еще дальше, чем она изначально рассчитывала. Непродолжительный полет закончился на плотной почве, выбившей весь воздух из груди, и вспышкой боли в ребрах. Рука, которой Рин тормозил, получила сильный ушиб, сразу начав посылать пульсирующие волны боли по нервам. Даже усиление конечностей не помогло избежать последствий удара Небесного Фантазма, коим, очевидно, и была та стрела.

Широ мало отличался, прокатившись по земле и едва сумев остановиться, ведь его тело более не было скованно. Рефлексы, присутствующие изначально и приобретенные в ходе тренировок, помогли смягчить столкновение, но не полностью. Три пальца уже сильно болели, постепенно немея, указывая на переломы. Теперь, левая кисть приобрела существенно меньшую работоспособность.

А пока единственные смертные, пусть и маги, пытались оправиться от последствий, Героические Духи и Астартес начали действовать. Артурия, воспользовавшись кратковременным отсутствием реакции от противника, бросилась к раненым. За несколько длинных скачков, она оказалась рядом с Рин, что была ближе и прощупала руку, за которую девушка уже держалась. Инстинктивный порыв Тосаки указал на самый пострадавший участок, который оказался местом перелома. Сразу в трех местах, в одном из которых выглядывала лучевая кость.

Черноволосая, пересиливая боль, открыла глаза и посмотрела сперва на Арти, а следом на место, в котором была Слаанеш. Почва поднялась плотным облаком, закрывая обзор, однако, в глубине проглядывались потусторонние мерцания. Не стоило и надеяться на столь легкую победу.

Незнакомец, что и был лучником, быстро оказался рядом с Тосакой, окинув ее взглядом. Легкая нервозность, распознать которую мог разве что примарх, исчезла, а на смену ей пришла холодная сосредоточенность.

-Грааль в пещере под горой Энзо. - Рукой указав направление ко входу в природную полость, слегка задержав глаза на Артурии, незнакомец обернулся к эпицентру взрыва.

Там, во вспыхнувшем столпе энергии, стала видна девушка, с насмешкой смотрящая прямо на Стража Противодействия. Она словно говорила ему, что такой жалкой атакой ее даже не задеть. И этому взгляду был дан ответ, в виде града золотых орудий, каждое из которых несло разрушительную мощь.

Гильгамеш, с физически ощутимым отвращением, обрушил свои сокровища на демона, пусть ему была противна одна мысль о том, что последний коснется их своей мерзкой сущностью.

Увидев, что Король Героев отвлекает существо, Эмия обратился взором к Артурии. Он всмотрелся в ее изумрудные глаза, что не могли исчезнуть из памяти, и увидел в них узнавание.

-Он рассказал обо мне. Это все упрощает. - После подтверждающего кивка от златовласой, Широ продолжил. - Я останусь и попытаюсь задержать ее. - Видя, как реальность начала дрожать от усиливающегося присутствия демоницы, Старший Эмия заложил новый меч-стрелу в тетиву и сказал лишь одно.

-Сэйбер, защити Рин.

****

-Братец, я не вижу стараний. Неужели это все?

Насмешливый голос демонического примарха заставил призрака возмездия, носящего имя Феррус Манус, взреветь. Инфернальный огонь окутал Крушитель Кузниц, что уже был занесен над змеиным телом.

Удар силового оружия был сокрушителен, откинув Фулгрима в массу порождений Варпа. Со стоном, Фениксоподобный распластался на пепельной почве, шипя от боли в обожженной груди. Пурпурная броня раскололась на две части, оголив кожу кричащего оттенка сирени. Явно измененный скелет, делал даже эту часть тела неестественной и нечеловеческой.

- Да, это все… - Гортанный голос Десятого ознаменовал новый удар, что должен был превратить мерзкое тело Фулгрима в кровавую взвесь.

-Нет, стой, Феррус! - Вдруг, голос Третьего избавился от примесей, став таким, каким он был всегда. Голосом Фулгрима Фениксийца, верного сына Повелителя Человечества. - Оно… оно держит меня под контролем! Я не могу долго противиться, прошу, не делай этого!

-Жалкая попытка! - Ни на секунду не поверив очевидному обману, Владыка Железных Рук обрушил молот на тело демона.

Удар разорвал землю, разметав крупные глыбы по округе, но не принес результата. Со змеиной гибкостью, тело Фулгрима заскользило и изогнулось, избежав попадания. Волна кинетической энергии не смогла нанести вред, пройдя лишь опосредственно и демон вновь оказался на ногах, если так можно выразиться по отношению к нему.

-Вижу, ты так же решителен, как и прежде, брат... А если бы это была правда? - Кружа по ломаной спирали, Третий наносил множественные удары несколькими клинками, один вид которых кричал о чужацком происхождении.

-Тот Фулгрим, которого я звал другом, потребовал бы убить его без промедления. Он не был трусом.

-О-хо-хо, как лестно слышать подобное от тебя, Феррус.

-Гр-р-р… - Утратив последнее желание говорить, Манус продолжил тщетные попытки накрыть демона.

Верткая и немыслимо быстрая фигура была неуловима. Демонический примарх стал еще стремительнее, а его удары почти всегда настигали цель, пусть и редко наносили вред. Словно у слуги тьмы не было намерения закончить битву, что грезилась ему бесчисленные годы. Долгожданная встреча с любимым братом на полях сражения. Тысячи лет минули с того момента, когда голова примарха Десятого Железного сорвалась с плеч, но от этого нынешний миг был лишь слаще. Тонкая улыбка не исчезала с губ Фулгрима, что испытывал настоящий экстаз от эманаций ненависти Горгона. Змеиный язык нередко показывался наружу, будто в попытке почувствовать вкус этого боя. Боя двух братьев.

В стороне, Сангвиний со все большими усилиями держал оборону вокруг Фениксийца. Ангел мог броситься в атаку на демона, укравшего тело Третьего, но это бы означало смерть для настоящего Фулгрима. Платиноволосый все так же не шевелился и лишь слабая дрожь прикрытых век, говорила о том, что примарх в пурпурном был в сознании. Потоки энергии в его душе яростно метались, пульсируя в нереальности, породив бурю психических сил, в оке которой были Ангел и Феникс.

Демонические звери уже не появлялись вовсе, уступив место гораздо более могучим отродьям Эмпиреев. Крупные группы старших демонов не меняли намерения убить Девятого, заставив того выжимать из своего тела все силы, что не осталось без последствий.

Псевдо-плоть не выдерживала постоянного напряжения псайкерских способностей, уже начав медленно раскалываться. Паутина трещин испускала свет, привлекающий хищников Варпа и подогревала их неистовство ведь…

… Примарх слабел.

Пропавшая внешняя подпитка забрала с собой драгоценное время, которым мог обладать Сангвиний. Крылатый воин все чаще получал раны, что также оборачивались нестабильными участками на теле. Будь он жив, обладай он своим настоящим телом - мог бы продержаться далеко не один час, а то и день, но Грааль не был настолько могуч. Древние герои были ему не по зубам, загоняясь в рамки классов, но разве можно сковать сына Императора? Нет, души примархов не удержать подобными оковами.

Сметя очередное нападения демонов, Сангвиний ощущал приближение своего предела. Конечности все хуже слушались, заставляя допускать ошибки и получать раны. Золотой доспех был испещрен царапинами и дырами, вместе с сияющими расколами. Прочерченное трещинами лицо Ангела уже нельзя было назвать живым. Казалось, он был движущейся статуей, пораженной неумолимым гнетом времени. Учащенно дыша, Девятый вновь поднял Телесто, чей наконечник можно было спутать с маленькой звездой в форме капли. Оно, как и Энкаррин, словно поддерживало хозяина. Орудия рвались в бой, порождая психический гул.

И, в этот момент, примарх почувствовал укол.

Спазм сжал грудь, из которого выходили три меча, покрытых нечестивыми рунами. Как плохо смазанный механизм, Ангел повернул голову и увидел потемневшие глаза демона. Змей триумфально улыбался, смакую мысль о том, что он сразил самого Сангвиния, которого многие считали сильнейшим среди сыновей Императора.

-Ах, братец, похоже таков твой удел - погибнуть, даже не забрав врага с собой. Сперва Хорус, а теперь и я… - Ласковым голосом, в котором слышалось упоение, Фениксоподобный едва не пропел эти слова. Девятому показалось, будто он долго думал над тем, что скажет сейчас. Думал, как сделать этот момент более похожим на театральное представление.

-Ублюдок….

-Не омрачай такой славный миг сквернословием, братишка… Оно тут не к месту! - С прорвавшимся весельем, Змей провозгласил это, с силой отбросив тело Ангела к Фулгриму.

Похолодевшие конечности почти не ощущались, указывая на мощнейший яд, нанесенный на клинки. Медленно оборачиваясь и блуждая невидящим взором, Сангвиний пытался найти врага, но уже не разбирал цветов. Мрачная пелена накрыла его зрение, погружая сознание в темноту. В какой-то миг, ему показалось, что он стал заваливаться назад, хоть это и можно было принять за игру воображения.

Новый голос, казалось совсем близко, прозвучал в голове. Попытка дозваться была тщетной и Ангел это понимал. Он уже не мог чувствовать тело, чья слабость вызывала обиду. Если бы только оно не обременяло его, он бы не пропустил удар. Он бы сражался. Он бы обрушил всю свою ярость на демонов, как тысячи лет назад.

Холод, пронесшийся по всему телу, разбавился горячей каплей, коснувшейся губ. Вмиг прояснившийся взгляд узрел лик Третьего. Но то был настоящий, а не мерзкая пародия. Застыв каменной маской, лицо было недвижимо и лишь трепет в глазах делал его живым. Язык ощутил вкус, тот, которого Сангвиний не хотел ощутить никогда. Это была кровь. Кровь Фулгрима.

Волны необычной психической энергии накрыли тело, дав вздохнуть, но все быстро сошло на нет. Мощь сына Императора была слишком велика, чтобы это воздействие могло уберечь от смерти. Вдобавок, плоть уже растеряла связь с духом, что отвергал слабый сосуд.

-Прекрасно! Просто невообразимо трогательно! Пораженный ударом в спину, брат умирает на руках брата! Сангвиний вновь принес себя в жертву! Взамен своей жизни, он вырвал шанс на победу!

Громко комментируя представшее перед ним зрелище, демонический примарх едва сдерживал смех. В центре круга из застывших отродий Хаоса, что не смели мешать Демону-Принцу насладиться драматичной сценой, Феникс держал на руках Ангела, чье тело рассыпалось на частицы света.

Фулгрим не мог вымолвить и слова, лишь смотря на то, как его брат умирает. Небесный Фантазм, дарованный Граалем, не смог спасти брата, чье могущество души было слишком велико.

Глаза увидели сияющий силуэт с крыльями, сотканными из света. Фениксиец, что было силы, потянулся за духом Ангела Императора. Мерцая психическими всплесками, рука Третьего ухватилась за руку Девятого и потянула к себе.

Мимолетное удивление пронеслось в бестелесной душе, а следом, пришло озарение. Взмахнув призрачными крыльями, сущность Ангела соприкоснулась с сущностью Феникса и унеслась в недра. Туда, где обитали тысячи других могучих душ.

Прижав кисть к груди и золотой аквиле на ней, Фулгрим ощутил тепло. Его порождал дух его брата, нашедший убежище во внутреннем мире.

Выдохнув раскалившийся воздух, Фениксиец поднял взгляд и единственный пурпурный глаз встретился с наполненными тьмой провалами.

-Наконец мы встретились… брат. - Безграничное довольство сочилось в эхе, порождаемом голосом Фениксоподобного.

Стоило только увидеть, стоило только услышать, как Повелитель Детей Императора опустил руку к земле. Обхватив пальцами золотое копье, что дрожало от гнева и ярости, он поднял его. Во второй руке взревел Разящий Огонь, словно переняв ненависть Телесто.

Глаза Фулгрима более не были видны.

Их очертания заслонил бесконечный поток холодного психического света, прожигающего окружающий Хаос, подобно солнечным протуберанцам. Взгляд, которого испугались порождения Имматериума, сосредоточился на демоне. И в нем проявилось осознание. Всего мига хватило, чтобы понять.

-Верно… мы встретились.

Воздух задрожал, породив шквальный ветер, когда Примарх Фулгрим и Демон-Принц Фулгрим обрушили друг на друга свою мощь.

Пространство раскололось, разойдясь перед непреодолимой силой примархов.

Время застыло, а следом растеклось по мирозданию, не способное следовать своему потоку.

Сама реальность устрашилась, преклонившись перед полубогами.

-И эта встреча будет последней.

Глава 49

-Ой-ой, все очень плохо…

Седой старик, издали смотря на город, видел возникающие потоки энергии. Его самые худшие опасения сбылись и то, над чем властвовала та стерва, пришло в его мир. Кишуа усиленно обдумывал свои дальнейшие действия, ведь ему не хотелось пускать все на самотек. Благо, надежда еще была и нескончаемый шквал оживших кошмаров сдерживал некий… Зелретч даже не знал, как его назвать. Золотая фигура в одиночку остановила буйство темных сил, не уступая ее губительному воздействию.

-Это… божественный дух из того мира?

Очень может быть. В конце концов - если есть тень, значит будет и свет. Единственный вывод, коий мог сделать старый маг, удручал. Его планета стала полем боя инородных сущностей, и итог оного может быть любым, от победы добра, условно говоря, до погружения всего подлунного мира в пучину этого… хаоса. Да, очень подходящее слово.

-Ха… когда я помогал с созданием ритуала, и представить не мог, что в Трон Героев может попасть дух из совсем иной реальности. Мелкий гаденыш, кого ты притащил за собой?

Так и не узнав имени наглого белобрысого засранца, Маршал Часовой Башни предпочитал называть его подобным образом, выражая свое отношение. Вот только, сколь бы неприятной не была их первая и единственная встреча, владелец Второй Истинной Магии не пытался отрицать простого факта.

-Именно ты находишься в центре всей вакханалии, потому и разбираться придется тебе.

А сейчас, маг собирался отвлечь силы противодействия, которые, очевидно уже начали действовать. Кто знает, как именно отреагирует Гайя и Алайа на происходящее. С них ведь станется уничтожить эту ветвь реальности, подобно тому, как вырезают злокачественную опухоль. А Кишуа здесь жил, между прочим! Делить планету с еще одним собой, в случае побега через калейдоскоп миров, очень не хотелось. Кому, как не ему знать, каким невыносимым может быть маразм, крепчающий веками. И, тем не менее, последний не помешал осознанию тщетности попыток не дать сущностям планеты и человечества предпринять меры. Все на что можно надеяться, это задержать, но никак не остановить.

-Ладно, приступим… Ох, нужно будет заняться спиной, когда все закончиться.

Волшебник понятия не имел, как это возможно, но боли в пояснице не прекращались после разговора с той сучкой.

****

-Арти, мне не спокойно. Широ ведь просто маг-недоучка, что он сможет сделать там? - Борясь с пульсирующей болью в руке и ребрах, Рин задала вопрос Королеве. Исцеляющие мистерии помогли лишь вправить кости и закрыть рваную рану в конечности, на большее девушка не могла пойти.

-Мне это неизвестно, но, думаю, что тот слуга знает.

-Кто он вообще?

-Он… Это Широ, но из иной временной линии.

Удивленная невероятной новостью, уже которой по счету, Рин замолчала. Еще один Эмия? Похоже, этому дуралею досталась необычная судьба, раз уж с ним так много странностей. Сперва постижение Истока, что было редчайшим событием, теперь двойник из иной реальности, явно заматеревший и опытный.

Мысли быстро перетекли на более важные дела, на которых и следовало сосредоточиться. Оставив Широ позади, по просьбе седовласого, группа продолжила движение по направлению, указанным… вторым Широ?.. -”… Знала бы, к чему приведет призыв, осталась бы в стороне. Хотя… Трон Терры, кого я обманываю?”.

Героические Духи, как и прежде, шли впереди, убивая немногочисленных демонов. Пусть Жанна и Мордред слабо понимали в чем участвуют, это не мешало им решительно идти дальше, особенно младшая Пендрагон. Чувство бессилия и иррационального страха перед той тварь прошли, сменившись густым раздражением. В следующий раз, Рыцарь Предательства не дрогнет и зарубит эту суку. Как минимум, попытается.

Астартес же были молчаливы. Они и ранее были не щедры на слова, обмениваясь лишь скупыми рублеными фразами, походя не на людей, но на неумолимые механизмы битвы. Тосака понимала причины. Абдемон, Саул и Тацит не могли отделаться от вестей о демоническом примархе и своих братьях, искаженных Хаосом. Скорее всего, они испытывали чувство, что было настолько близко к страху, насколько позволяла их трансчеловеческая природа. Они знали, что встретятся с Детьми Императора и это знание их беспокоило. На Истваане предатели уже были чудовищны, так что с ними стало за тысячелетия?

Ответ, словно по воле некой силы, оказался близко. Как один, космодесантники чуть повели головой. Они прислушивались к окружению, используя Ухо Лимана, позволившее им отфильтровать внешний шум. Звук скорострельного оружия, перебиваемый завываниями и ревом демонов, прорезался через все остальное. Некто, использующий огнестрельное вооружение, участвовал в битве.

И вновь, единым порывом, астартес переглянулись и сменили направление. В этом полувыжженом лесу был лишь один обитатель, кто мог находиться по направлению звуков.

Неожидавшие подобного действия, союзники сынов Фулгрима лишь немного помедлили перед тем, как последовать за ними. Если космодесантники решились на подобное - значит имели серьезную причину.

Ускорившаяся группа быстро преодолевала расстояние, сметая на своем пути все помехи. С каждой секундой, отдаленный звук перерастал в грохот орудия. Он не смолкал ни на миг, и в нем узнавалось знакомое устройство. Это была автопушка, которой оснащалась тяжелая техника. От танков и громовых птиц до дредноутов космодесанта.

Да, почти все поняли, кем был стреляющий. И, наконец, они не только услышали, но и увидели виновника торжества.

Массивная машина войны находилась в окружении, беспрестанно проливая дождь из пуль с адамантиевым сердечником. В тот момент, когда пурпурная фигура гиганта стала видна, в силовом кулаке был зажат Астартес, что извергал из себя нечленораздельные крики. Уродливая броня венчалась знаками, а в некоторых местах отсутствовала, демонстрируя отвратительные мутации. Однако, даже так, было очевидна принадлежность этого космодесантника.

Выпрыгнув из-за деревьев, три легионера, добравшихся первыми, с неистовыми кличами обрушились на ближайших собратьев. Пусть даже именовать этих чудовищ подобным словом казалось кощунственным, но это было так. И не передать глубину гнева, коий испытали братья, разглядев их во всей красе.

Молот Тацита смял поношенный доспех, которому уделяли внимание скорее как украшению, нежели средству защиты. С мокрым всхлипом, тело Астартес изломало в неестественную фигуру, мало похожую на человека. Вторая автопушка, пусть и меньшего калибра прочертила огненный хлыст по одной из сторон небольшой поляны и окончательно привлекло внимание противника.

-Ах, древние братья! Мы ждали вас!

Один из этих… существ, визгливыми голосом озвучил свои мысли, чем заставил оставшуюся дюжину слуг Хаоса взреветь.

Абдемон тряхнул головой, услышав неестественный восклик, не похожий ни на что ранее услышанное. Болт-пистолет уже был направлен в грудь крикуна и изверг снаряд, миг спустя разорвавший доспехи, видавшие лучшие времена.

Три хаосита, владевших болтерами, незамедлительно открыли огонь, заставив Лорда-Командора броситься вбок. Один болт, все же, задел его, но срикошетил от наплечника, сдетонировав в паре десятков сантиметров от брони.

Подпалина омрачила окраску брони, но не нанесла урона, лишь придав ускорение и прибавив гнева. Сблизившись с владельцем двух шипастых мечей, больше походивших на орудия пыток, но не боя, Абдемон парировал поспешные удары и отрубил обе конечности врага. На голову превосходя оппонента в мастерстве, Один из Двух Сотен с силой схватил верещащую тушу и понесся вперед. Живой щит не выдержит долго под разрывными снарядами, но его хватит, чтобы сблизиться со следующим врагом. По пути сделав несколько точных выстрелов, Лорд-Командор достиг желаемого.

Меньше минуты понадобилось, дабы верные уничтожили отступников. Одного из них, пытавшегося сбежать, накрыло облако ионизированного газа. Рин, увидев и осознав, превратила одного из хаосопоклонников в гору оплавленного керамита и сгоревшей плоти. А последний, сгинул от поступи Древнего, буквально раздавившего пародию на легионера Детей Императора огромным весом адамантия.

-Почтенный Риланор, почему вы… - Саул, не спешивший вкладывать клинок в ножны, первым поинтересовался о причине целостности брони.

Дредноут плавно развернулся, позволив разглядеть совершенно чистый корпус, увенчанный золотым орлом. Ноги и руки гиганта, так же не имели повреждений, несмотря на недавнее состояние. Вместо слов, Древний вскинул орудие и изверг очередь в тройку демонов. Те сгинули, разлетевшись эктоплазмой по земле.

Дети Варпа не собирались давать возможность для разговоров, возникая из-за стволов деревьев. По этой причине, Хранитель Традиций решил избавиться от тварей, чувствую необычную силу, подвластную его душе. Лазурные визоры вспыхнули призрачным светом, а вокс-система синтезировала два слова.

-Древний Ждет.

Эхо психического крика разнеслось на несколько сотен метров вокруг, буквально развоплотив мерзких существ. Союзники же, не ощутили вреда, лишь нескончаемую ярость великого легионера. Именно ярость, но не ненависть, что наполняла голос прежде.

-Брат, как ты это сделал? - Абдемон, несколько удивленно опустил черный клинок, смотря на истлевающие физические оболочки демонов.

-Перерождение изменило нас. Я не исключение.

-Да, я заметил, что мы стали сильнее.

-Не просто сильнее. Нас уже нельзя считать простыми космодесантниками. Возможно, мы даже не уступаем Легио Кустодес.

Как было известно всему Империуму, кустодии превосходят астартес так же, как последние превосходят людей. Потому, встать вровень с личной гвардией Императора, значило возвыситься над всеми космодесантниками. Может, лишь получив дары Темных Богов, последние смогли бы дать достойный бой.

-А это… наши братья? Насколько же низко они пали…

-Они не наши братья. Среди них нет тех, с кем мы бились плечом к плечу. Это… следующее поколение.

Саул и Абдемон слегка задумались. Как они поняли, гражданская война закончилась поражением предателей, следовательно, им нужно было бежать и где-то укрываться. А за тысячи лет не могло не быть потерь. Эти Дети Императора прошли возвышение в уже предавшем легионе.

-Так, что с тобой произошло? Ты был в удручающем состоянии в нашу последнюю встречу.

-Повреждения исчезли со временем. Мне неизвестна причина, но она не важна.

-Ведь вновь готов к битве. - Тацит, что сканировал местность ауспексом, произнес эти слова с едва слышимым воодушевлением. Он был рад исцелению Риланора.

-Так и есть, брат. А теперь, скажите, что вам известно.

Пока Абдемон коротко объяснял происходящее, Мордред тихо подошла к матери и шепотом поинтересовалась.

-А почему здоровяка зовут также, как котенка?

-Потому, что кот назван в его честь. - Повернув голову к дочери, Артурия негромко дала ответ. - Тебе стоить быть почтительнее к Риланору. Он прошел через невероятное испытание и заслуживает безмерного уважения. - Продолжение же было сказано предельно строгим тоном, потому младшая и думать не смела сомневаться.

А тем временем, Лорд-Командор закончил тактическую сводку. Теперь, Старейшина Ритуалов умолк, обдумывая все. Следом, он развернул корпус и направил взгляд туда, где слышался оглушительный шум демонических орд.

-Продолжайте движение. Приоритетная задача - закрыть прорыв.

-Почтенный Риланор, вы хотите пойти туда? - Встав рядом с Древним, Саул и сам посмотрел на север. - Сомневаюсь, что стоит.

-Я собираюсь закончить начатое.

Окружающие могли ощутить гнев Хранителя Традиций. Он ясно чувствовал присутствие примарха, но не того, кто пришел к нему пол дня назад. Риланор не убил чудовище, оно выжило во вспышке вирусного огня, сделав тысячи лет ожидания бессмысленными. Однако, верный слуга Повелителя Человечества также не сгинул, потому ничто не кончено.

-Риланор… Тебе не убить примарха, сколько бы усилий ты не вложил. Сына Императора может победить только другой сын Императора.

-Верно. Но Фулгрим тоже там, и именно он даст бой Змею. Я же… буду рядом, как требует наша клятва.

-Клятва? - Рин, изначально не собиравшаяся вмешиваться в разговор, не осознанное произнесла это вслух, тем самым привлеча внимание Древнего.

-Так и есть, дитя. Мой примарх поклялся положить новую жизнь искуплению в служении Империуму. Я видел, что его слова истинна, потому готов вновь следовать за ним в бой. - Гулким механическим голосом, Риланор проговорил это. - Сам же, дал обет убить его, если он вновь свернет с пути.

-Вы дали ему шанс, Почтенный? - Наконец поняв, куда уходил Фениксиец, Тосака улыбнулась. - Я благодарна вам за это. - Испытывая подлинную радость за Фулгрима, девушка была полностью искренна.

-Ты благодаришь меня, а ранее вступилась за честь примарха. По какой причине ты так ему верна?

-Она наша сестра. - Совершенно нежданные слова прозвучали из уст технодесантника.

-Что? - Абдемон, в несвойственной ему манере, был безмерно удивлен. - Неужели, Фулгрим принял простого человека в легион? - Вопрос был адресован обсуждаемой. - Зачем?

-Я… я не знаю. - Рин ощутила смятение. Ей всегда казалось, что это глупо - сделать ее частью Детей Императора. Девушка не была астартес, в ней не текла кровь примарха.

-Бессмыслица. Фулгрим сошел с ума? - Вглядываясь в маленькую фигурку девушки, Абдемон пытался придумать хоть один весомый довод к подобному действию.

-Он всегда отличался большой прозорливостью. - Огласив пространство тяжелой поступью, дредноут приблизился к Рин. Опустившись на колено, гигант застыл смотря на девушку.

-Это ничего не объясняет.

-Почтенный Абдемон, скажите, что делает астартес теми, кем они являются? - Молчавший Тарвиц, задумчивым тоном спросил Лорда-Командора об этом, и только тот хотел ответить, как его прервал Древний.

-Именно, Саул. Астартес это нечто большее, чем генетически усовершенствованные люди. - Услышав это, Лорд-Командор затих, слушая мудрейшего среди своих братьев. - Мы приняли роль живых орудий войны. Наши тела и броня лишь инструменты, призванные помочь в этом. Легионес Астартес - проводники воли Его. Мы разящий меч, сотворенный низвергать врагов человечества.

-И я точно не подхожу под это описание. - Рин, несколько смущенная пристальным вниманием Древнего, носила растерянное выражение лица.

-Может так. Но, если Фулгрим даровал тебе подобную честь, значить имел причины… И, возможно, я начинаю понимать их.

Изучающий взгляд великого легионера, прошелся по всей сущности девушки. Она чувствовала тоже, как если бы все ее мысли стали видны, все внутренние чаяния и постулаты открылись, поведав о самых сокровенных мыслях, в самой полной мере.

-Почтенный? - Изумленная девушка уставилась в лазурные линзы шлема.

-Дитя, сегодня у тебя есть шанс показать, ошибаюсь я или же нет. Враги Императора наводнили твой мир. Тебе известно, что ты должна делать?

-Мне… обязательно произносить это вслух? - Рин прекрасно понимала, какой ответ нужно дать, но обыденные для астартес речи, казались ей… излишне пафосными. Она ведь лишь несколько раз использовала их боевой клич. Шепотом и только чтобы успокоиться.

Сервомоторы боевой машины тихо загудели, когда огромный дредноут опустился еще ниже, буквально нависая над девушкой. Это было более чем доходчиво. Обречённо вздохнув, Тосака начала.

-Ладно… Я… Я приложу все силы, чтобы враги Его сгинули. Даже если ценой тому станет моя жизнь, я готова отдать ее. Страх и сомнения не возобладают над духом моим. Как верная слуга Повелителя Человечества, возлюбленного всеми, я защищу свой мир.

Пока губы молвили, Рин вспомнились недавние события. Она ведь действительно боялась Слаанеш. Это было настоящее чувство страха, что наследница семьи Тосака не испытывала уже очень давно. Даже тот раз, когда она ощутила ледяную ярость примарха Детей Императора не заставил ее столь глубоко увязнуть в ужасе.

-Хорошо… Докажи делом, что твои слова не пусты. И, быть может, ты окажешься достойна называться нашей сестрой.

-Кхм… это излишне.

На этой ноте, группа Героических духов и Астартес разделилась с Древним. Первые возобновили движение к пещере, в которой был скрыт Темный Грааль, а последний выжимал всю мощь из шасси своего доспеха, неумолимо следуя к своей цели.

В определенный момент, ауспекс Тацита зафиксировал приближение множественных живых объектов. Сражение с демонами возобновилось, однако, среди них стали появляться все новые отряды оскверненных Детей Императора. По видимому, они попадали в этот мир через некие врата, что располагались в районе горы Энзо. Скорее всего, была встречена самая первая волна, из тех, кто успел раньше других.

Их броня и оружие имели жалкое состояние, и только некоторые необычные мутации могли создать эффект неожиданности, но лишь на краткий миг. Скорость, сила и мастерство - все это позволило разбить противника без малейших потерь. И это лишь подкрепило предположение Древнего, сравнившего нынешних сынов Феникса с Кустодиями.

Однако, Саул, Абдемон и Тацит сохраняли бдительность. Демонический примарх был предвестником пришествия всех, кто сохранил свою извращенную верность ему. И те, кто первыми последовали за ним во тьму, без сомнений, абсолютно преданы Змею. Лорд-Командор Эйдолон, капитан первой роты Юлий Каэсорон, капитан третьей роты Марий Вайросеан, первый апотекарий легиона Фабий Байл, Люций Мечник и многие другие. Каждый из них, если сумел пережить тысячи лет охоты верных сил Империума, окажется здесь. Абдемон лишь предположил, что Паук, как иногда пренебрежительно называли Байла, не заинтересуется. Его гений мог позволить ему достичь непостижимых высот и ему может быть не интересна эта война. В прошлом, он создал вакцину из генного материала расы Лаэр и применял ее на своих братьях - Фабий не любил загонять себя в рамки, и даже его верность примарху была какой-то… неправильной. Уверенным можно было только в его верности самому себе и своим амбициям.

Как бы то ни было, нужно продолжать путь. Их задача первостепенна, и пока Фениксиец сражается со своим отражением, группа должна остановить прорыв.

****

Широ открыл глаза, пересиливая навязчивую рябь, ухудшающую зрение. Тряхнув головой, он ощутил последствия полета - в его черепе словно поселилась бригада шахтеров, неустанно пытающихся выбраться за пределы кости. Причиной пробуждения, было навязчивая тряска, создаваемая крепкой рукой в алой ткани, которая, тем не менее, не ускоряла прояснение ума.

-Хмм… - После этого задумчивого голоса, юноша ощутил хлесткий удар по лицу. Незнакомец дал ему хорошую пощечину тыльной стороной ладони, едва не сместив Эмии челюсть.

-Каого човта? - Резкая боль и онемение помешали нормально задать вопрос.

-Вздумал сейчас ныть, пацан? Поднимай свою тушу, пока я не продолжил. - Едва заметное довольство слышалось в словах наконец увиденного мужчины.

-Ты еще кто? - Лишь помассировав пострадавшее место, “пацан” заговорил, как обычно.

-Злой двойник идиота передо мной. Шевелись давай. - Без усилий подняв совсем не легкое тело парня, пепельноволосый повернул его туда, где можно было увидеть буйство энергии и света. Как Широ мог не заметить этого раньше - настоящая загадка.

Уже знакомый слуга с алыми глазами, посылал настоящий шквал Небесных Фантазмов в беловолосую девушку, что буквально развеивала множество их них. Одни сокровища древнего короля отправлялись в небытие, а другие отражались щитом, словно отрицающим физические законы. Направление полета, несмотря на огромный импульс, искривлялись и успели разворотить почти всю почву вокруг. Множество ответных вспышек неестественной силы блокировались сияющими орудиями, порождая всполохи взрывов.

-Слаанеш? - С наконец вернувшимися воспоминаниями, Эмия сразу напрягся. - Где остальные?

-На пути к Граалю, а ты нужен мне здесь.

-Ты объяснишь мне, хоть что нибудь?! - Начав закипать, Широ сверлил серые глаза взглядом. Единственное, что он сейчас понимал - этот мужик ему не нравиться.

-Мне нет нужды это делать, просто подожди немного. А пока, повторяй за мной.

Буйство энергии не доносилось до удаленной позиции Стража Противодействия и Эмии Широ, но в его эпицентре творилось нечто непостижимое. Губительные силы мерзости раз за разом разрушали сокровища Короля, растворяя само их существование во времени. Пусть их количество столь велико, что можно было продолжать часами, но это Его вещи и позволять ломать их какой-то отвратительной твари, скрывающей свой подлинный лик за маской прелестной девы - совершенно непозволительно.

-Это все, что ты можешь, Царь Урука? - Пурпурные глаза полнились презрением. С бесконечной надменностью, Жаждущая насмехалась над древнейшим из владык.

-А ты думаешь, что столь вульгарная провокация возымеет эффект над эти Королем? - Противовесом, златовласый смотрел снисходительно.

В отличии от любого жителя Подлунного Мира, она не была его подданным. Проявляя неуважение к Царю, любой человек навлекал на себя наказание, это было само собой разумеющимся. Но это существо не принадлежало царству Гильгамеша - оно было вторженцем из другой реальности, желающим нарушить установленное направление истории, что Король предвидел тысячи лет назад.

Покарать глупца, не способного осознать величие своего владыки, это одно. А встать против захватчика, посягнувшего на то, что принадлежит Первому Герою - прямой долг оного. Владычество дарует не только безграничную власть, но и ответственность за подданных. Король может править, как ему вздумается, но король, не ответивший на объявление войны - просто шут в короне.

Слегка переведя взгляд, Гильгамеш увидел двух людей, что на деле являлись одним человеком, просто в разные моменты своего пути. Видя их естество, Король мог бы испытывать отвращение, но не стал тратить свое время. Вместо этого, он рассматривал их возможность помочь. Да, именно помочь. Златовласый не имел сомнений в своем могуществе под этим небом, но иномирное существо ощущалось… опасным. Его суть - искажение. Извращение всего, до чего дотянется губительное влияние твари. И, похоже, концепции и стойкие явления находились в рамках ее возможностей.

Слыша слова, в которых была сокрыта немалая мощь, Гильгамеш принял решение. Пока вторжение чуждого воинства и его хозяйки не будет обращено в ничто, он будет сотрудничать с шавками. Ведь и шавке может быть дорого место, которое она называет своим домом, а если жалкая псина проявит должное рвение, она даже может заслужить каплю милости Короля.

Два голоса, слившись воедино, эхом звучали в воздухе. Идентичные души резонировали, порождая нечто, чего еще не происходило. Два клинка. Один - совсем юный и не успевший закалиться в пламени войны. Второй - переживший сотни битв, надломленный и затупившийся. Рука об руку, они, может, станут чем-то большим, чем пустыми оболочками.

-Вечно меня окружал…

-Вечно меня окружал…

Уже без возможности различить, где молодой, а где повзрослевший, Эмия Широ окончательно стал един. Голос слился и стих на миг, но лишь для того, чтобы извергнуть клич, подобный бушующему прибою.

-Клинков Бесконечный Край!

Глава 50

Адамантий раскалялся от потока неудержимой ярости, обретшей физическое проявление. Молот пылал, подобно сердцу его владельца. Владыка Железных Рук яростно рычал, обрушивая могучие удары на огромных порождений бездны, окружающих Горгона. Битва со Змеем прервалась, когда тот наслал на противника десятки колоссальных созданий, ведомых целью задержать сына Императора.

Громогласный треск раздался от массивного черепа, расколотого на тысячу осколком под ударами Крушителя Кузен. Уже перестав считать чудовищ, не уступающих размерами мастодонтам зеленокожих, но превосходящих их в опасности, Десятый сумел разобрать картину, что заставила его обернуться живым горном. Инфернальное пламя взвилось к небу, сжигая врагом в прах, но это не изменило свершившегося.

Сангвиний пал, как многие века назад. Пал от руки брата, в этот раз, нанесшего подлый удар в спину. Великие крылья, уже давно почерневшие и покрытые кровью, опустились к пепельной земле, бессильно волочась за слабеющим телом. Ангел уже не мог держаться на ногах и упал бы, если бы не руки брата, подхватившие его. Фулгрим, с застывшим лицом, смотрел на смерть Девятого, уже распадающегося в сияющем вихре.

Волна нематериальной силы, вызванная смертью владельца могучего психического потенциала, обрушилась на всех существ, заполонивших поле боя, на время разогнав воды Хаоса. Угасающий свет опалил души нечестивых тварей, в последней, отчаянной попытке забрать с собой врагов человечества.

Тщетно.

Темнейшие силы Варпа наводнили все, до чего только смогли дотянуться, и не собирались отступать. А их предводитель - демонический примарх, без следа боли наблюдал, как Фениксиец сжал в ладони золотое копье. Феррус Манус, взирая на предателей, что неподвижно стояли лицом к лицу, не мог унять гнев. Сын Императора вновь встретил гибель по вине Фулгрима. Слишком долго он бездействовал. Слишком велика была цена.

-И каков будет твой следующий шаг, братец? Бросишься на меня в припадке кровавой ярости? Не стесняйся, действуй… - Эхо голоса демона донеслось до ушей Горгона, распалив и без того неистовую ненависть.

-Нет. - Ледяной тон Третьего удивлял, словно на его руках не умирал возлюбленный брат. - Ты не достоин моего гнева.

-… Как спесиво, Фулгрим. - След эфемерного раздражения можно было разобрать в ответе, но и оно могло быть наигранным. - А кто достоин, позволь поинтересоваться?

-Та, кто дергает тебя за ниточки.

-О-о, ты высоко замахнулся. Хулишь мою госпожу, подарившую нам столько счастья, и, вдобавок, называешь меня марионеткой… А кто же тогда ты?

Жестокий, насмешливый смех, огласил округу и ему вторили безумные вопли порождений Эмпиреев. Фениксоподобный с бесконечным любопытством ожидал ответа, нетерпеливо сжимая кожу на рукоятках мечей. Ту, что была содрана с еще живых людей, испытывающих всевозможные муки, как душой, так и телом.

Холодный свет души Феникса сгустился и, казалось, был готов извергнуться из оков воли хозяина. Десятый видел Разящий Огонь, что рвался в битву с безграничной решимостью. Феррус не знал, как это орудие может быть здесь, и как оно может не отличаться от подлинника. Примарх смотрел и не мог понять, как его творение может быть верно убийце творца. Очевидно, это не тот клинок, с которым он шел в последний бой при жизни, но в нем было нечто… близкое. Нечто, что было связанно как с Фениксийцем, так и с Манусом. У этого орудия была душа.

Короткие для людей и невообразимо длинные для примархов, мгновения потянулись перед тем, как воин в пурпурной броне вновь заговорил.

-Я Фулгрим - примарх легиона Детей Императора, прозванный Фениксийцем. Тот, кто подвел всех, и тот, кто потерял все. - Вопреки болезненной истине, полнившей слова примарха, лицо его и тон не выдавали скорби. В них было нечто иное.

-О-хо-хо, какая ностальгия, словно мы вновь оказались на Истваане-Пять. Мы думали точно также… И чем все обернулось? - Нескрываемое удовольствие сквозило во всем теле Змея, плавными движениями чертившем путь вокруг своего отражения.

-Падением, в котором ты видишь ложное вознесение… - И пусть Фениксиец не позволил себе проявить эмоции, однако, это не значило, что он был спокоен.

Вдруг, тело Феникса сдвинулось с места. Горгон, сквозь беспрестанные попытки добраться до самых ненавистных ему существ, едва сумел различить выпал сияющего копья, расколовшего наплечник брони, носимой Змеем. Неукротимая психическая мощь Третьего возвысила его возможности до пределов, недосягаемых даже для примархов, и только дары темных сил ставили демона вровень со своим “братом”.

Извернувшись, отродье не оставило нападение без ответа, взмахнув чужацкими клинками в сторону своего двойника. Эфирные силы наполняли каждый мускул змеиного тела, наряду с нечестивым ликованием. Орудия столкнулись, высекая мириады искр, прокатившись дрожью в реальности. Могущество полубогов было невообразимо, способное низвергать в ужас, как смертных, так и существ Имматериума.

-Тысячи лет минули с того времени, когда я страшился свободы, сковывая себя верностью глупцу. Весьма необычно, вновь видеть самого себя таковым. - Нечеловеческое шипение пробивалось сквозь звук голоса Демона-Принца.

-Я… никогда не был таким, как сейчас. - Держа нерушимый блок, Фулгрим видел лицо с неестественной лиловой кожей перед собой. Видел его упоение и уже не мог себя сдерживать.

Потоки слепящих разрядов пробегали по металлу в руках, давая понять о возникшей угрозе. Дрогнувшие глаза демона вцепились в это зрелище, и отступление не заставило себя ждать. Искаженная сущность чувствовала необъятную силу, что вырывалась из тела Феникса. Массивное тело демона неуловимо быстро разорвало дистанцию, лишь для того, чтобы его настиг неистовая гроза.

Оглушительный грохот, не уступающий небесному грому, сотряс воздух и отбросил тварей Варпа, находившихся слишком близко. Они не вмешивались в противостояние, как и велел им возлюбленный чемпион Темного Принца.

Демонический примарх содрогался всем телом, пытаясь изгнать отголоски очищающей мощи сына Императора. Правая часть его лица пульсировала, словно сотни игл пронзили плоть. В этой боли, даже слуге Бога Удовольствий не найти наслаждения. Сама душа стенала в агонии, рождая из своих глубин осознание последствий.

-Как это возможно?! - Подлинное удивление прорезалось в потустороннем эхе, выявляющем истинную суть монстра, что лишь имитировал облик примарха Детей Императора. И последний не мог поверить, что чувствует мощь, подобную мощи Повелителя Человечества.

-Ты принял дары Слаанеш, но отбросил наследие того, кто дал нам жизнь… В отличии от меня. - Голос Фулгрима неизменно хранил ледяное презрение, что оскорбляло никак не меньше, чем изуродованный лик. Правая часть лица демона сгорела и не спешила восстанавливаться.

-Что ж, ладно. - Почти неуловимо быстро, Фениксоподобный восстановил спокойствие, вновь ощутив удовольствие от острого чувства опасности. - И что с того, что ты можешь стать зарядной станцией имени Фениксийца? Это ничего не изменит.

-... У меня всегда было столь дурное чувство юмора? - Со слегка отрешенным видом, Фениксиец задав вопрос в пустоту, на деле следя за братом, на которого обрушились орды тварей. Им не сломить Железнорукого, но задержать вполне по силам.

-Дурное? Ты оскорбляешь нас обоих, братец… - С видимым наслаждением от беседы с самим собой, Змей улыбался, а голос его был нежен. Словно у того, кто встретил давнего друга, после долгой разлуки.

Смотря на самого себя, смотря на лицо, которого не коснулись изменения, Фулгрим всеми силами старался вернуть спокойствие. Третий не мог позволить нетерпению сподвигнуть его на новую самоубийственную атаку, ведь, как бы велики ни были его психические силы, ему не победить в одиночку. Нужно выждать время, а беседа будет лишь способствовать этому. Но, как же сложно было сдерживаться, в присутствии оживших пороков, что некогда наполняли его душу.

-Я вижу много больше поводов для подобного, однако, в тебе не осталось способности осознать правоту моих слов.

-А теперь ты меня недооцениваешь… - С расслабленным видом, демон сложил руки на груди. - Неужели успел позабыть, м-м?

-Отнюдь, я прекрасно помню, как наслаждался мыслью о глубине своего предательства. Помню, и мне от этого тошно. - Едва заметное неприятие отразилось на бледном лице, подтверждая слова.

-А я наслаждаюсь и поныне… Как прекрасно видеть страх, неверие, отвращение и неистовый гнев всех тех, кто представал пред нашим ликом… - Прикрыв глаза, дабы лучше ощутить удовольствие от приятных воспоминаний, Фениксоподобный улыбался. Но, распахнув веки, он вперил взгляд в свое отражение. - Но ты… ты не показываешь подобного. Даже обидно…

-Слишком много чести. Ты всего лишь очередной враг, с которым мне предстоит столкнуться.

-... Очередной враг? - С застывшим выражением, демон чуть наклонил голову в немом вопросе, а следом… - Я величайший чемпион Темного Принца! Я достиг совершенства, в самом подлинном его виде, и ты смеешь так принижать меня?! - Вырвавшиеся силы демонического примарха, явили его гнев, от того немного, что может задеть его. Отрицания его великолепия.

-Совершенство не требует доказательств и кричать о нем нет смысла…

-Ошибаешься! Безупречность требует того, чтобы ему возносили хвалы, иначе его просто не существует. - Вновь быстро подавив гнев, что мог быть лишь игрой одного актера, Змей уже не был столь неистов в разговоре.

-И каковы же твои подвиги, великий Демон-Принц Слаанеш? - С призрачной насмешкой в глазах, Фулгрим поинтересовался, продолжая ощущать желание броситься вперед. Но было рано. - Что ты сделал, помимо того, что ранил Гиллимана? Даже не убил.

-Может, мне не хотелось заканчивать все так обыденно, как единственный бой… - Вдруг, улыбка демона расширилась, как от интересной мысли. - К слову… Ты знал, что наш ультрамариновый братик вернулся в строй? И, дай угадаю, ты хочешь так же вернуться в Империум и вновь сражаться за Императора, плечом к плечу с Робутом?

-Ты когда-то был мной, так зачем спрашиваешь? - Подобные намерения были очевидны для того, кто имел воспоминания и личность примарха Детей Императора.

-Ху-ху-ху, просто хочу узнать… почему ты веришь, что тебя примут?

-Не верю. После сотворенного мной и тобой, мне будут не рады.

-Именно! Только представь… - Скользя мертвой кожей по земле, змееподобное существо приближалось все ближе, пока не оказалось на расстоянии вытянутой руки. -... целое столетие, проведенное среди религиозного мракобесия, среди толпы фанатиков, почитающих Императора, как бога. Десятки угроз, снаружи и извне. Постоянная боль в кровоточащей душе и тут… - С веселым видом, существо щелкнуло пальцами верхней пары конечностей. -... появляешься ты. Такой чистый, словно и не был предателем и говоришь -“Здравствуй, братец”. Первое, что он сделает - насадит тебя на меч, ха-ха-ха!

-Это вступление к попытке склонить меня к Хаосу? Можешь не продолжать, я уже не раз отказал твоей госпоже.

-Что ты… - С самым честным лицом, демон помотал головой, а глаза его наполнились возмущением от обвинения в столь вульгарном намерении. - Я и не думал о подобном. И она мне не госпожа, если ты не знал.

-А кто тогда?

-Хм… - В задумчивости, лицо Змея временно утратило следы искажений его сущности, и если бы не лиловая кожа, то можно было подумать, что Фулгрим смотрит в зеркало. - Она особенный Нерожденный, сотворенный с единственной целью - вернуть тебя. Она не Бог Хаоса, хоть и весьма могущественна, и еще… - Взгляд демонического примарха приобрел лукавство. -... она безумно тебя любит, ведь ты смысл ее существования.

-... Польщен. - Вот только ни следа “польщенности” не проявилось на лике Третьего.

-Зря куксишься, братишка, она искренна в желании заполучить тебя.

-И сделать своей игрушкой. Искренность Хаоса меня не прельщает.

-Ха, ты разбиваешь сердце бедной девушке.

Тихонько хихикнув, демон отвлекся на вспыхнувшее золото в небесах. В буйстве невероятностных цветов и нечистого света, словно расцвел пламенный цветок. Сражение сильнейшего псайкера галактики не прекращалось ни на миг, с каждой секундой лишь набирая мощь.

-Однако, папочка разбушевался. - Вновь переведя взгляд на брата, прокомментировал демон. - Непривычно видеть его… таким. - Мелькнувшая заинтересованность в единственном зрячем глазу Фениксийца, стала поводом продолжить. - Похоже, этого ты еще не узнал, но наш отец сильно изменился за прошедшие века. Раздробленная сущность, вечные муки умирающего тела и столь же вечные мольбы от мириад почитателей не способствуют сохранению рассудка, сам понимаешь.

-Что с отцом? - Лицо Феникса наконец дрогнуло, впервые за весь разговор. Демон триумфально улыбнулся, видя долгожданное смятение в своем брате.

-Наш отец умер через какое-то время после плена на Золотом Троне, и на смену ему… пришел Бог. - Одной фразы хватило для того, чтобы примарх догадался об истинном состоянии Повелителя Человечества. - Быстро схватываешь, как и ожидалось от меня. Император больше не человек, он стал чем-то иным, и это нечто… не принесет человечеству ничего хорошего. Богов не волнуют чаяния смертных, их помыслы простираются в более высоких областях.

-А это… - Мазнув взглядом по золотистому силуэту в грозовых облаках, платиноволосый все еще не мог вернуть спокойствие.

Даже если демон лгал, его слова почти наверняка несли зерно истины. Во мрачном будущем, открывшемся одному из участников Великого Крестового Похода, даже столь кошмарные события могли произойти.

-Осколок, каким-то образом сохранивший прежний разум. Чудо, на самом деле, что он не уподобился тому, кто пристроил свои гниющие кости на троне.

Третий не ответил, тратя секунды на осознание того, насколько все хуже, чем он считал. Возвращение Тринадцатого и еще живой Император, должны были стать надеждой для Империума, но если отец уже не тот, кто вел их в море звезд…

-Бра-а-тец, я все еще здесь. - Недовольство ясно слышалось в голосе демона, ведь его игнорировали. - Болтать с тобой весьма интересно, но сколько мне еще ждать?

Этот вопрос дал понять, что тысячи лет во власти Темной Госпожи не лишили Фениксоподобного ума. Впрочем, ожидать обратного и не стоило.

-Я ведь прекрасно знаю, что ты не из вежливости со мной беседуешь. Давай же, покажи, что ты хочешь сделать… - Живое любопытство сквозило в словах Змея, и он с нетерпением ждал ответа.

-... Обмануть самого себя - невозможно.

Стоило только эху голоса затеряться в пустоте, как из глубин сущности Фениксийца поднялась сила, что заставила демона оскалиться от предвкушения. Бритвенно-острые клыки сверкнули в потустороннем свете оскверненных небес, а тонкий язык прошелся по губам.

-Я… и мечтать о большем не мог… Что ж, тогда я отвечу тем же!

Ликование демонического примарха слышалось на мили вокруг и был дан клич, что звал к своему господину.

-Судьба милостива к нам обоим, братец… Так давай оправдаем ее ожидания.

****

Риланор продвигался со всей возможной скоростью, которую только мог развить. Многотонная машина войны не замечала редких препятствий, встававших на пути Древнего, и неумолимо приближалась к своему старому врагу. Хранитель Традиций ясно чувствовал зловонное присутствие Фулгрима, что пробивалось даже через буйство нематериальных потоков. Слабые голоса демонов, имеющих дерзость склонять великого воина к предательству, просто смешили его своей наивностью. Впрочем, они вскоре отступили, осознав тщетность попыток.

С каждой минутой, все лучше были видны орды тварей, замерших на одном месте в созерцании. Некоторые из них, что были дальше всех, пытались убить Риланора - у них не вышло, а Древний продолжал движение.

Вырвавшись к обширному полю, созданному битвой сыновей Императора и полчищ потусторонних существ, дредноут увидел того, кому поклялся отомстить. Змееподобный примарх с ухмылкой смотрел на своего двойника, а окружали их…

Риланор инстинктивно наставил орудие на тех, в ком узнал своих бывших братьев. Среди них было множество тех, кто сражался в Великом Крестовом Походе и теми, кто пошел против Истин, что они несли в море звезд. Неизвестно, почему только сейчас они показались, и почему Старейшина Ритуалов сталкивался только с ничтожными подделками, смеющими именовать себя Детьми Императора. Ответ может знать только тот, кто и созвал их к этому полю битвы.

Сотни и тысячи воинов закованных в крепкую броню, что была в отличном состоянии, пусть и испещрена омерзительными отметинами и украшениями, были здесь. И все они молча наблюдали за тем, кто когда-то был им отцом.

Фулгрим, тот с кем Риланор обменялся новыми клятвами, имел отчетливую растерянность во взгляде и выражении лица. Хранитель Традиций понимал почему он не смог сохранять невозмутимость, на радость демону. Легионер и сам бы замер на месте в шоке, если бы не был помещен в саркофаг. Искажения на телах и душах братьев были столь велики, что узнать их было почти невозможно, но каким-то образом, Древний мог отличить каждого из них. И с каждым именем, проносящимся в разуме, становилось все хуже.

Его примарх испытывал тоже самое, однако, нашел в себе силы довершить то, что начал.

Психическое эхо разошлось по Имматериуму, отзываясь в сердце Риланора. Он понял, что сейчас произойдет.

Поток ослепительно яркого пламени охватил тело сына Повелителя Человечества и унесся к небу, отгоняя воды Хаоса и распаляя души всех, кто хранил в себе верность Истине. Голос Феникса начал формировать слова, что были сказаны не здесь и не сейчас, но Риланор знал, для кого они предназначались.

“Каждый из вас, хранит в своей душе вечные шрамы. Я вижу их и меня охватывает скорбь, от одного их вида.”

Колонна яростного психического пламени все ширилась, заставив демонов отступить, и лишь Змей остался на месте. Он не скрывал ликования на лице и уже начал поигрывать мерзкими клинками в своих руках.

“Многие из вас желают мне смерти. Желают покарать отца, что отвернулся от вас, и сподвиг ваших братьев на предательство. Я вижу это.”

Риланор понял - Фулгрим встретился с Детьми Императора, погрузившись в глубины своей души. И эти слова… они исходят уже не от него. Это были отголоски разумов легионеров, что рвались в битву.

“Я не в праве просить у вас прощения. Я не в праве надеяться на искупление. Вся та ненависть, что поселилась в ваших сердцах… я приму ее без остатка. Сейчас, мы все вновь живы, но смерть оставила отпечатки на каждом. Вы погрузились в океан гнева и скорби, вы желаете отомстить и желаете забыть.”

Неосознанно, Хранитель Традиций вспомнил все те ужасы, через которые прошел. Его древняя ненависть не исчезла, и слова Фулгрима были правдивы. Предательство было столь ошеломляющим, столь стремительным и неожиданным… Отдаться гневу или просто забыть… действительно, ничего иного не могли желать сыны Фениксийца.

“Но я спрошу вас - разве такого итога мы все желали?”

Вспышка вызвала кратковременный сбой сенсориума, что не смог загасить ее яркость. Столп психической силы, как самого Фулгрима, так и его сыновей, казалось, стал опорой для небес, удерживая их от падения. Как Атлант из легенд древней Терры, он непоколебимо высился к звездам.

“Мы можем остаться здесь до скончания времен, бесцельно бродя среди воспоминаний славного прошлого и болезненного настоящего.”

Наконец, пылающие кометы сорвались в полет, разрезая небо своим праведным светом. Сотни огней очистили небо от губительных энергий, разгоняя мглу Хаоса. Оканчивая путь на пепельной земле, из всполохов огня возникали фигуры в пурпурной броне. Риланор ощутил их ярость, их уверенность и их силу. Его братья, которых он уже не надеялся увидеть, были вновь готовы к битве.

“Но я не приму подобного! Пусть подвел вас, пусть мне нет прощения, я не стану смотреть, как души моих сыновей затухают! Я Фулгрим, прозванный Фениксом! Я примарх Детей Императора!”

Словно намеренно, демон и его астартес сместились дальше, чтобы создать подобие единого фронта. И все они, ликовали, от выпавшей им возможности.

“Не имеет значения, на какой стороне был каждый из вас, легион астартес всегда был единым организмом. Бесчестие одного - бесчестие всех! От рядового до лорда-командора и меня, вашего примарха! И ныне нам всем выпал шанс. Шанс перековать сломанную честь в горниле новой войны!”

Все больше воинов в пурпурном вставали подле Третьего, а в глазах каждого горел праведный огонь. Их сердца бились в унисон, пока разумы соединялись многочисленными связями. Души легионеров были едины, как никогда, последовав нитям судьбы.

Фулгрим распахнул глаза и взглянул на демона, что уже изнывал от ожидания. Ему было болезненно ждать, пока его “брат” будет готов к сцене.

-Я по настоящему счастлив, что пришел в этот мир, братец… Полагаю промедление ныне излишне. - Повернув голову к своим сыновьям, Змей загорелся эфирным огнем, что бушевал в его сущности, и возвестил. - Совершенство или Смерть!

-Совершенство или Смерть!

-Совершенство или Смерть!

-Совершенство или Смерть!

Тысячи голосов вторили ему, предвещая начало битвы. Битвы, в которой столкнуться призраки славного прошлого и жители мрачного будущего.

Нет и не будет ответа, как именно это стало возможно, но причины не обязательно искать.

Сосредоточенно смотря на легион последователей Губительных Силы и орды демонов, что все еще не смели сдвинуться с места, Фулгрим повел головой, внимательно осматривая своих сыновей.

Они крепко сжимали оружие, готовые обрушить всю свою ярость на отродий, очерняющих гордое имя Третьего Легиона.

Расправив плечи и набрав воздуха в легкие, примарх также провозгласил.

-Мы - Дети Императора!

Гул психической силы разнес эти слова так далеко, как позволяли дикие бури Имматериума. Голос Феникса слышался по всему городу, и его услышали все, кто имел разум.

Казалось, сияние тысяч Палатинских Аквил стало опалять глаза нечестивых отродий. Крылья золотого двуглавого орла укрывали сердца воинов, что отринули всякие сомнения. Будь они предателями или теми, кто умер от предательства, сейчас это было неважно. Неважно, ибо предназначение толкало их вперед…

-Смерть врагам Его!

-Смерть врагам Его!

-Смерть врагам Его!

Глава 51

Деревья, чей цвет сейчас был искажен ожившими кошмарами, становились все более редкими. Рин чувствовала, как уже начинала тяжелее дышать, ведь бой не прекращался до сих пор. Множество демонических отродий, разной формы и положения в иерархии, продолжали загонять группу, в членах которой видели добычу.

Героические духи были достаточно сильны, дабы не подпускать существ, даже не используя Фантазмы. Они разили их клинками и, пусть изредка, рвали руками, отчего броня трех воительниц была покрыта неестественной кровью, пятная искусные изделия.

Мордред, увидев появление особенно большого демона, чей вид мог заставить ее расстаться с содержимым желудка, бросилась вперед, обменявшись короткими взглядами с матерью. Сущность Варпа, очевидно, бывшая одной из старших демонов, улыбалась частоколом клыков. Пока основная группа держит оборону, мать и дочь, на пару, решили разобраться с особо опасным созданием.

Взрывая землю толчками шагов, Артурия приблизилась к существу, занеся сияющий клинок для удара. Тварь отреагировала незамедлительно, обрушив бритвенно-острые когти одной из конечностей на фигуру Королевы. Искры разлетелись вокруг, а давление погрузило девушку в землю по щиколотки.

-Ты приятно пахнешь… Хочешь я с тобой поиграю? - Хором омерзительных голосов, слова донеслись до ушей из зловонной пасти. - А потом съем.

-Стали поешь, мразь. - Раздраженный ответ младшей Пендрагон донесся сбоку.

Нечеловечески быстрая реакция демона позволила ему ударить на опережение, со свистом рассеча воздух когтями. Лицо Мордред пронеслось на опасно близком расстоянии от лезвий, когда девушка проскользнула под ними, не глядя резанув по изогнутой, больше звериной, конечности.

Импульс и повреждения заставили существо потерять равновесие и освободили Артурию от давления, чем она незамедлительно воспользовалась. Мощный вертикальный выпад пропорол вздутое брюхо демона, оросив его убийцу нечистотами. Свет Экскалибура опалил рану, от которой стали подниматься густые струйки белесого дыма.

С пронзительным визгом, существо забилось в мучительных конвульсиях, не в силах найти удовольствие в воплощенной надежде, коей и был легендарный клинок.

В стороне, астартес не менее эффективно ликвидировали противников. Отличием от героев древности или магов, было то, что ярость битвы будто была для них естественна. Сложно передать незримые различия между опытными воинами и теми, кто был буквально рожден для битвы, ведь для последних, сражение - неотъемлемая часть жизни, ведь они жили и дышали войной, лишь отвлекаясь на иные занятия.

Эфес серебристого меча смял уродливые неровности морды очередного демона, превратив его в месиво эктоплазменной плоти. Отведя руки, Саул совершил то же движение, но изменил направление, заставив клинок пройтись всем лезвием по телу существа.

Рядом с ним, Тацит разорвал на куски массивное тело демона своим громовым молотом. Автопушка во второй руке не прекращала огонь, прореживания созданий бездны. Терминатор, обрамленный холодной решимостью, двигался настолько быстро, насколько позволяла система искусственных мышц и сервомеханизмов, лишь немногим уступая своим братьям в тактической броне. Ауспекс уже почти не приносил пользы, ведь радиус сканирования был заполнен сигнатурами, как и все пространство вокруг было заполнено врагами. Широкий вход в пещеру уже виднелся среди марева губительной энергии, и чем ближе к нему находилась группа, тем опаснее становились твари.

-На прорыв! - Сминая тварь, что была покрыта шипастым хитином, Абдемон взревел, указывая клинком в сторону темного прохода.

Каждый устремил взгляд к мрачному зеву пещеры, что виделась распахнутой пастью чудовища, приглашая глупцов сгинуть в ней.

Астартес, встав чуть дальше, образовали линию защиты, позволяя героическим духам и Рин пройти дальше. Сдерживая волны существ, способных пожирать не только плоть, но и души живых, Дети Императора нерушимо держали оборону, пока союзники избавлялись от немногочисленных существ. Оные, по неизвестной причине, не возникали из прохода, но яростно противостояли тем, кто хотел добраться до него.

Наконец, четыре жителя этого мира оказались в одном шаге, и уже ничего не мешало им пройти вглубь. Жанна, развернув голову, посмотрела на гигантов в пурпурной броне. Около двух часов потребовалось для того, чтобы достичь этого места, и за это время Саул, Абдемон и Тацит показали себя, как непревзойденных воинов. С неумолимой решимостью, они были готовы сражаться без устали, дабы уничтожить величайшего врага человечества. Их души были столь ярки и столь чисты, что ни один из них не дрогнул под гнетом потусторонних голосов, способных поставить на колени даже героев древности.

-Да хранит вас Господь…

Пусть Орлеанская Дева знала, что такими словами могла лишь разгневать этих воителей, идущих против любых верований, но не смела не молиться о них. Если эти воины стали теми, кто хранит человечество тысячи лет спустя… значит люди никогда не будут низвергнуты, даже если на них обрушаться все ужасы той неестественной силы, наводнившей этот мир.

Сейчас, сыны Феникса останутся здесь. Они не позволят демонам совершить удар в спину тем, кто отправиться к Граалю. Рев демонов и противостоящий ему грохот орудий слились в ужасную какофонию битвы, к концу которой ведут лишь два пути - Победа или смерть.

Рин, продолжая терпеть боль в сломанной руке, в последний раз обернулась к легионерам. Их доспехи были покрыты бесчисленными следами боев: царапинами, отчетливыми вмятинами и зазубринами на клинках. Но они словно не замечали этого, методично отбрасывая полчища существ, жадных до жатвы. В который раз, Тосака ощутила, что не достойна называть их братьями, а они не должны опускаться до того, чтобы называть ее сестрой. Инстинктивный страх перед тем, что ждет под темными сводами пещеры и сейчас давил на девушку, и лишь понимание абсолютной необходимости шагнуть во тьму, толкал волшебницу вперед. Может она и не может избавиться от трусости, но это не помешает ей использовать лазурный огонь, что даровал ей ее примарх.

Лишь мгновение прошло с той секунды, как четверка вошла в каменный проем, и еще несколько понадобилось, чтобы ощутить с трудом различимый голос. Вновь развернувшись, и с шоком вглядываясь в просветы между деревьями, Рин была единственной, кто узнал говорившего.

-Саул… Саул!

Мерзкий голос был громогласен, а его владелец уже несся на того, кого так жаждал видеть.

Рин, видя чудовище в уродливой броне, видя его глаза, что горели ядовитым зеленым светом, сумела понять, кем был проклятый астартес.

Инстинктивно, совершенно неосознанно устремясь на помощь, девушка увидела, как Тацит занес молот и обрушил его в стену пещеры. Кинетическая энергия молниеносно раскрошила хрупкую породу и вызвала обвал. Технодесантник, не медля, решил остановить глупую девушку, решившую ввязаться в ненужную схватку. Приоритетная задача - остановить прорыв Хаоса.

-Рин! - Задействовав всю свою скорость, Артурия одернула Тосаку от потока камня, что мог раздавить ее хрупкое тело. - Что на тебя нашло?

-Они… они не справятся…

-С кем не справятся? - Голос Жанны нес в себе опасение, ведь сила астартес была ей видна с самого начала этого кошмара.

-Это…

А за плотной стеной осыпавшегося камня, три космодесантника уже начали новый бой. Бой с теми, кого когда-то звали братьями.

-Я и представить не мог, что мы встретимся вновь, Саул… - Тарвиц скрестил клинки с тем, в ком узнал давнего знакомого.

Отталкивающее чудовище, лишь размерами и броней отдаленно напоминающее космодесантника, имело абсолютно безволосый череп. Кожа скорее походила на высушенный пергамент, посеревший от времени. Множественными уродливыми бороздами, шрамы покрывали все лицо и голову. Черный доспех, на котором, казалось, еще живые лики стенали в муках, закрывал все остальное тело астартес.

-Что с тобой стало… Люций?

Мечник выпустил свой длинный раздвоенный язык, когда его бесформенный рот расширился в оскале, перед тем, как расхохотаться. Давление от знакомого серебряного клинка в руках предателя усилилось, сдвигая ноги капитана десятой роты.

-Что за вопросы, друг мой? Разве это должно тебя волновать?

С этими словами, чудовище отбросило Тарвица назад, почти к запечатанному проходу.

А вокруг, Абдемон и Тацит сражались с остальными братьями, пришедшими вместе с Дважды Предателем. Палатинские Клинки, четыре космодесантника, имевшие одни из лучших навыков обращения с мечом, теснили верных Детей Императора. Последний, пятый брат, также был узнан. Это был апотекарий легиона в перламутрово-блестящем белом доспехе, один из самых первых сыновей Фулгрима - Чезаре.

-Сколь давно Повелитель проявлял такое рвение. - Сказав это самому себе, Чезаре повернул голову к Абдемону, которому приходилось сдерживать натиск сразу троих противников, каждый из которых был настоящим мастером. - Мы едва за ним поспели, пришлось даже оставить остальных позади.

Лорд-Командор не ответил. Яростный клич вырвался из его уст, когда он извернулся и отрубил руку одному из неистовых воинов, что рвались в битву с ним. Безвкусно украшенные доспехи, представляющие собой мешанину элементов от разной брони, не спасли врага, ведь Абдемон ударил прямо в малозащищенное сочленение.

С воплем, десантник хаоса содрогнулся и забился в припадке, очевидно, вызванном не болью, ведь физиология астартес давала им возможность не обращать внимания на потери конечностей. Ощущение того, как сталь отсекла руку, наряду с боевыми стимуляторами, позволила падшему сыну Феникса испытать настоящую феерию чувств, что уже не разделялись на приятные и неприятные. Главное, чтобы они были сильны. Впрочем, удовольствие не долго преследовало раненого, ведь следующим ударом, Абдемон пронзил мозг точным выпадом, направленным в линзу шлема.

-Хм, ты необычно стремителен, брат. Перерождение так на вас повлияло? - Ловко орудуя клинком и отбиваясь от атак Лорда-Командора, Чезаре любопытствовал с поистине научным интересом.

-К чему мне говорить с предателем и будущим трупом? - Между яростными взмахами, направленными сразу на двух хаосопоклонников, Абдемон едва не выплюнул эти слова.

Видя того, с кем когда-то встречал примарха в составе Двух Сотен, старый легионер не обратил внимания на чистый и эстетичный вид апотекария. Он ясно чувствовал, насколько прогнила некогда светлая душа и насколько нечестивым стал разум бывшего собрата.

-И на что я надеялся? - По тону голоса, можно было понять, что астартес закатил глаза под шлемом, не удивившись непреклонности верного глупца.

Тацит же, был еще более молчалив, вовсе не став обмениваться словами с предателями. Два космодесантника были вынуждены всеми силами уходить из-под атак могучего молота, способного превратить их в мешанину из керамита и плоти. Однако, чем дольше шел бой, тем неистовей становились падшие братья, совершая все более рискованные маневры.

Но сражение с обезумевшими братьями и демонами меркло в сравнении с тем, что развернулось между теми, кто был друзьями.

-Ты стал сильнее Саул. Я бесконечно рад этому, ведь иначе было бы слишком скучно!

В каждом звуке, издаваемом мерзкой пародией на человека, Саул чувствовал, как его сердце пропускало удары. Из самых глубин сущности верного слуги Императора поднималось новое чувство. Оно было некой смесью из злости, ненависти, грусти и… страха. Саул Тарвиц испытывал страх, от необходимости признать в этом существе, своего лучшего друга.

Неестественно резкими ударами, проклятый лаэрский клинок, чертил немыслимые фигуры в воздухе, что нередко задевали тело капитана десятой роты. Мечник словно намеренно поддавался, не желая слишком рано прерывать бой.

-Люций, во имя Терры! - Сместив корпус и уклонившись от удара, Саул совершил стремительный кувырок и разорвал дистанцию. - Ради этого ты предал меня на Истваане?! Ради…

-Болтовня, Саул, сейчас излишня! Твой треп мешает мне слушать нашу битву.

Свободная рука Мечника взметнулась и с нее сорвался живой хлыст. Чуть пульсирующая плоть обвилась вокруг ноги Тарвица и с неумолимой силой начала тянуть его к скалящемуся чудовищу. Вместо того, чтобы рассечь доспехи и кости друга, Люций счел более притягательной мыслью, ранить его только мечом.

Саул быстро оказался на земле, и враг уже волок его к себе. Лишь молниеносная реакция позволила ему навести прицел болт-пистолета на кнут и прострелить его. Удачное попадание освободило и дало возможность перекатится, избежав опасного рубящего удара.

Быстро поднявшись, Тарвиц смотрел, как Люций уже готовится к новому рывку. Его глаза, что почти не изменились, едва не прожигали капитана взглядом. Дикая помесь значений, наполнявших немногое оставшееся от прежнего легионера, была поистине безумна. Разум уже не был властен над этим существом, его вело только бесконечного желание получить еще более изощренные ощущения.

-В нашу последнюю встречу, я проиграл тебе и был вынужден бежать. - Более вкрадчивый голос Люция, слышался между непрекращающимся свистом от ударов меча. - Прошли тысячи лет и я думал, что это уже не важно, но… - Яростная атака оставила ощутимое повреждение грудной пластины брони, едва не располовинив чудом отпрыгнувшего Саула. Тот ощутил боль в груди, поняв, что ему чуть не рассекли ребра. - … я ошибался!

-Люций, послушай меня! - Шагая по краю гибели, Тарвиц пытался воззвать к другу. - То, чем ты стал, это не то к чему ты стремился!

-А ты, естественно, все знаешь? Эта твоя черта меня всегда раздражала, словно ты имеешь право указывать мне!

-Ты превратился в монстра!

-Какое это имеет значение?! - Намеренно, Люций скрестил клинки с Тарвицем, оказавшись лицом к лицу. - Я всегда мечтал стать лучшим и я стал им!

Под шлемом, глаза Саула задрожали от непрошенной рези. Как бы не поступил Люций раньше со своим другом, последний не стал бы желать ему подобного. Такого не заслужили даже предатели. Тот, кто когда-то был одним из капитанов Детей Императора, тот, кто понимал свои недостатки и стремился научиться лучшему… исчез. Теперь, это было просто чудовище, обладающее разумом и непомерной жаждой убивать.

-Люций… - Слова с трудом выходили, но Саул не мог их не произнести. - Я поклялся убить тебя, если мы встретимся вновь. Ты ударил в спину в самый худший момент, но теперь… - Ощущая странный, несвойственный для обычных астартес звук, источаемый духом бывшего друга, Люций заинтересованно склонил голову. - Я клянусь избавить тебя от такого существования!

Огонь, бушевавший в сердце верного астартес, разнес праведное эхо по воздуху, словно проявившись в реальности. Искры света пробежали по пурпурной поверхности доспеха, дойдя до клинка в руках. Если бы кто-то смотрел на душу Саула в этот момент, увидел бы, как она распаляется в безудержное пламя, придавая сил и обжигая всех, кто нес в себе тьму.

-Снова… снова, снова, снова, снова, снова! - Словно в припадке, Люций повторял это слово, разбрызгивая темную слюну из мерзкого подобия рта. - Ты всегда строил из себя воплощение чести! Не стремился к славе и признанию… Но это ведь не может быть так?

-Какая еще слава?!

В ярости, лица на броне Люция зашевелились, извергнув из себя душераздирающий вопль. От волны неестественного звука, Тарвица откинуло и он упал навзничь. Едва успев встряхнуть головой и попытавшись встать, легионер увидел перед собой хищно сверкающее лезвие изогнутого меча. Остановившись на незначительном расстоянии, лаэрский клинок застыл перед шлемом.

-Слава от моего убийства. Слава от победы над чемпионом Слаанеш! Поднимайся сейчас же, я не желаю убивать тебя так просто!

Смерть Саула Тарвица принесет настоящий экстаз, ведь Люций не забыл лицо бывшего друга даже через тысячи лет. Он помнил и теперь, хотел получить настолько много удовольствия от этой битвы, насколько вообще возможно. Это желание было столь сильным, что даже боевые наркотики, текущие по венам, не могли сподвигнуть Мечника на спешку.

В этот момент, когда брат возвышался над братом, на северо-западе вспыхнул столп белого огня. Разгоняя мрак Эмпиреев, он осветил все на мили вокруг, создав резонирующий гул в Варпе. Удивленный этим Люций застыл, ведь та мощь, которую он ощутил, шокировала. Чистая и праведная, она словно кричала о своем намерении изгнать все зло, до которого дотянется ее ярость.

-Что это? - Рефлекторно отступив, чемпион Хаоса пытался понять, как он может быть напуган. Люций, способный испытать наслаждение даже от своей гибели, просто не мог удержать себя от забытого чувства, в котором невозможно было найти ни единого грана удовольствия.

-Это Фулгрим. - Воспользовавшись замешательством врага, Саул занес болт-пистолет, который продолжал крепко удерживать в руке, и выстрелил.

Грохот перебил раздавшийся вопль смешавший боль и восторг. Объемный череп, на брюшной пластине, был расколот и сквозь трещины можно было увидеть кровоточащую плоть.

Отступив от взрыва болта, Люций оскалился еще яростнее, чем прежде. И, в этот миг, на все еще лежащего Тарвица набросился один из палатинских клинков. Уличив момент, космодесантник хаоса оторвался от Абдемона, занятого сражением с опытным и стремительным Чезаре.

Гигант в искаженной броне, не похожей на ту, что прежде носили Дети Императора, неистово несся на беззащитного капитана десятой роты, уже предвкушая убийство ожившей легенды. Пусть прошли десятки веков, но те, кто участвовал в сражении на Истваане-Три, рассказывали о капитане Сауле Тарвице, взявшем командование над силами верных астартес и сумевшем продержать оборону целых три месяца. Убить столь известного сына Феникса, было бы огромным удовольствием.

Когда Саул увидел, как него наступает падший собрат, все, что он успел сделать, это поднять клинок в защитное положение. Все еще не сумев подняться, это было единственной возможностью отразить удар, однако…

-Ничтожество, как ты посмел! - В неистовстве, уже пришедший в себя Люций, взмахнул клинком и располовинил тело своего союзника. - Поднимайся. Немедленно! - Крича уже на своего бывшего друга, Мечник содрогался всем телом от кипящего коктейля из предвкушения, гнева и агонии.

-Он ведь… был твоим товарищем, Люций. - Наконец встав во весь рост, Тарвиц крепко сжимал рукоять меча, с болью смотрел в изуродованное лицо чемпиона Хаоса.

-Он просто инструмент, не более, и посмел посягнуть на мое.

-На меня…. Ты так хочешь лично вонзить меч мне в сердце?

-Разумеется!

Более Люций не стал говорить, в очередном яростном рывке набросившись на Тарвица. Новая веха их сражения понеслась с еще большей скоростью.

Две фигуры сплелись в танце сражения. Одна в благородном пурпурном доспехе, была вынуждена лишь обороняться, ведь мастерство и мощь противника подавляли. Даже новые силы полученные от Грааля, лишь ставили его примерно на одну ступень с одним из величайших чемпионов Слаанеш. Он сам, Люций Вечный, и не пытался держать себя в руках, самозабвенно хохотал, ощущая великолепную песнь битвы, разразившейся спустя тысячи лет ожидания. Мечник даже подумать не мог, что бой с простым космодесантником сможет дать такую феерию чувств. Саул был единственным, с кем Люций мог почувствовать подобное.

Дуэль между бывшими друзьями не прекращалась, а рядом с ними не прекращались другие бои. Тацит уже успел разделаться с вертким фехтовальщиком, и теперь был вынужден обороняться от новой волны чудовищ, что словно пытались помешать ему прервать долгожданный бой одного из самых возлюбленных слуг Темного Принца.

Абдемон же, продолжал схватку с Чезаре, что проявил недюжинную силу, явно полученную путем множества генетических изменений. Черный клинок Лорда-Командора был выбит из руки, как и меч апотекария. Теперь, астартес были вынуждены биться в рукопашную, что совсем не расстроило предателя, напротив, столь жаркий бой с минимальной дистанцией лишь распалял его. Он даже разозлился, когда его лояльный брат попытался пристрелить его из болт-пистолета.

-Да сдохни ты! - Однако, когда противников разделяет ничтожное расстояние, использовать огнестрельное оружие почти невозможно. Абдемон, теперь лишившись всего вооружения, сосредоточил все силы на ближнем бою.

-Одна ярость, брат. А где неверие, отвращение или хотя бы брезгливость? Ты донельзя скучен. - Блокируя и отводя удары бронированных кулаков, Чезаре говорил откровенно разочарованным тоном.

-Умолкни!

-Сплошное расстройство с тобой, Абдемон… - Наконец, Лорд-Командор предпринял более решительные меры, осознавая, что битва может продолжаться очень долго. - Ого…

Поднырнув, верный астартес впечатал плечо в торс предателя, опрокинув его на землю, после чего стал дробить оболочку шлема мощными ударами. Это уже не походило на сражение между воинами, но было похоже на отчаянную драку.

-Уже интереснее. - Не меняя тона, Чезаре перехватил руку Абдемона и рванул его тело в сторону. Противники поменялись местами. - Давай же, брат, покажи мне еще что-нибудь.

Клинки продолжали высекать искры друг из друга. Те, кто когда-то был друзьями, сражались на смерть. Ловкая связка ударов, поставила точку в этом противостоянии, ведь Люций наконец достиг цели.

-Кричи, Саул, порадуй мой слух. - Подняв лаэрский меч к лицу, Мечник провел длинным раздвоенным языком по алой крови, что была столь же яркой, сколь и сладкой.

-Не надейся… Люций.

Капитан десятой роты отвел левый бок назад, ведь теперь на его левой руке не было кисти. Всего на миг, боль от потери конечности пронзила тело, но она не стала помехой для ангела смерти Императора. Помимо последнего ранения, Тарвиц уже обзавелся множеством повреждений. Его доспехи были испещрены глубокими порезами, каждый из которых уносился вглубь, лишь едва не доставая до внутренних органов. Чудовище, бывшее когда-то благородным легионером, будто специально не хотело быстро заканчивать, хотя могло.

Пусть для капитана прошло лишь немного времени, но Люций веками оставался жив и, похоже, отточил свое мастерство во множестве немыслимых битв. Только ему самому известно, столько противников он поверг и насколько могучими они были.

Молниеносный бросок кровавого хлыста, прорезал листы брони на голенях, рассеча сухожилия и кости. Не в силах удержать себя в стоячем положении, Саул упал на колени, но продолжал держать меч в руке.

В несколько шагов, Люций оказался перед братом, отразив слабый выпад, совершенный из неудобного положения. Копыто, в которое превратилась нога Мечника, с гулким стуком ударило капитана в спину. Теперь, Тарвиц удерживал себя от падения упираясь в землю. Отчаянный порыв был пресечен клинком, пронзившим ладонь, что удерживала меч.

Сломленный, поставленный на колени Саул Тарвиц не сдался и занес обрубок левой руки, но и его с легкостью отсекли по самое плечо. Встав прямо перед бывшим другом, Люций с силой поднял его тело прямо и сорвал с него шлем, начав разглядывать лицо.

-Ты совсем не изменился, Саул… Даже твой взгляд остался прежним. - Ведя острие лаэрского клинка по щеке верного легионера Детей Императора, чемпион Хаоса приблизил свои горящие зеленью глаза так, что они оказались в считанных сантиметрах от Тарвица. -... Впрочем нет, я вижу что-то еще… Это жалость?! - Гневный крик не поколебал стоящего на коленях.

Ни страха, ни ненависти, ни боли. Стойкий взгляд венчал столь знакомое лицо. Слегка изможденное, покрытое давно зажившими тонкими шрамами, и даже пластина цвета меди с левой стороны лба осталась неизменной. Капитан десятой роты. Саул Тарвиц. Сколько раз Люций проклинал это имя, пока оно не было погребено под мириадами свершений и триумфов? Сколько ночей после Истваана он видел своего друга во сне? И теперь они встретились вновь, теперь великий Саул стоит перед ним на коленях, не способный уберечь себя от смерти, так…

-... Почему!? - Отбросив меч в руке, Мечник без капли жалости схватил брата за голову, сжав ее до треска. - Почему ты не страшишься. Ты ведь сейчас умрешь. Покажи мне страх, отчаяние, покажи, что ты не идеален!!

-Однажды я уже умер, мне нечего бояться. - Верный легионер сузил глаза, говоря это низким тоном, в котором не было ни следа дрожи.

-Нет… нет! Я докажу, что ты не безупречен. Докажу, что я заслуживал славы больше, чем ты!

-На что нам сейчас слава, Люций? - Оттенки скорби появились на прежде неподвижном лице Саула, ударив по Мечнику, как удар молота. - Все, о чем о могу думать, это о том, насколько мне больно видеть тебя таким…

-А-а-а! Заткнись! Заткни свою пасть, проклятый ублюдок!

Сорвав когтистые руки с головы Тарвица и оцарапав его лоб, Люций сам схватился за череп, сдирая мертвую кожу. Отчаянный крик вырвался из его искаженного рта, а тот сам упал на колени перед братом. Он склонился к земле, но лишь для того, чтобы рывком встать и схватить Саула за руку, в которой еще лежал меч. Разрезанная ладонь с трудом могла держать его, но верный астартес не собирался расставаться со своим оружием.

-Убей меня, мой лучший друг Саул! Убей и я наконец увижу, что ты тоже можешь наслаждаться смертью! - Направляя лезвие прямо к своим сердцам, изуродованное лицо Люция содрогалось, как от припадка.

-Ты… обезумел. - Не понимая, чего добивается его бывший брат, Тарвиц не стал следовать его воле, ведь тут точно была уловка.

-Да, будь ты проклят, я обезумел! - Еще более яростный крик вырвался из зубастой пасти и продолжился в следующем вопле. - Но мне наплевать, я хочу увидеть, как ты наслаждаешься моей смертью!

С этими словами, Люций Мечник с силой потянул руку Саула на себя, рассеяв часть брони на груди, дабы ее несокрушимость не помешала подлинному триумфу.

Мокрый всхлип раздался перед Тарвицем, и он ощутил, как клинок проходит все глубже, пронзая оба сердца лучшего друга и обрывая его жизнь.

-Люций, что ты творишь?! - Шокированный самоубийством, капитан десятой роты распахнул глаза в удивлении. - Зачем…

-Затем, Саул, что сейчас я узнаю правду… - Угасающим голосом, Люций ощутил знакомое чувство смерти.

Холодные руки мрака начали окутывать его разум, давая понять, что вскоре он обретет новую жизнь в теле своего друга. Достанет лишь одной ничтожно капли удовольствия, испытываемого Тарвицем. Всего толика наслаждения…

-... Как… это… возможно? - Заваливаясь на бок, Похититель Душ неверящим взглядом тускнеющих глаз смотрел на Саула. - Почему… ты не наслаждаешься?

-Чем… мне наслаждаться?

Стоящий на коленях, с перерезанными сухожилиями, Саул оглядел свое тело, покрытое бесчисленными ранами. Его бывший друг очень старался причинить ему боль и унижение. Единственная имеющаяся руки крепче схватилась за рукоять меча и притянула его к себе. Серые глаза Таривица внимательно всматривались в угасающие зеленые, пытаясь понять, зачем он вообще сделал это.

-Я убил брата… я убил друга…

Подползая чуть ближе к Люцию, Саул почти мог видеть, как его душа покидает тело, и как черная дымка поднимается от поверхности брони, что явно имела нечестивое происхождение.

-Бра…та.. - Голос, больше похожий на иллюзорный шепот, сошел с губ Люция.

-Дру…га...

Незримые изменения произошли со взглядом бывшего лучшего друга. Саул всмотрелся внимательнее, подозревая себя в галлюцинациях. Эти знакомые глаз утратили неестесвенное сияние, вернувшись к тем самым ярким зеленым очам, что когда-то венчали утонченное лицо благородного воина.

-Са… ул…

Последним словом, что произнес Люций Вечный, было имя его лучшего друга, которого он предал и ударил в спину.

Обессилевший космодесантник присел на земле, чувствуя, как его тело медленно восстанавливается. Краем глаза, он смотрел на тела оставшихся предателей, которых уже повергли его братья.

В этот самый миг, столп белого пламени вспыхнул в очередной раз и послал еще более могучую волну силы. А принесла она слова, сказанные голосом их примарха.

Тяжело выдохнув, опустошенный легионер протянул руку и закрыл распахнутые глаза Люция.

-Да… смерть врагам Его…

Глава 52

Беглым взором, юноша бежал по просторам, что предстали перед ним. Выжженное, мрачное и печальное пространство возникло из песни, произнесенной в унисон. Массивные шестерни в небе продолжали скрежетать за границей облаков, словно их не касалось появление здесь новых обитателей.

Широ был здесь впервые, это очевидно, но, по какой-то причине, ему так не казалось. Неведомым образом, он узрел, услышал и почувствовал историю этих пустошей.

Отчаяние. Смерть. Угасающая надежда. Разбитые грезы. Прошлое. Настоящее. Будущее.

Вечность.

Эти слова лучше чем что-либо характеризовали последнее пристанище человека, названного Широ и получившего фамилию Эмия, от приемного отца. Да, это было место, в котором сосредоточилась история и идеалы человека, что следовал за своей мечтой, но потерявшем путь и сгинувшем во тьме.

-Ты это я. - Голосом, что нес полную уверенность, Широ обратился к смуглому мужчине. Тот лишь хмыкнул.

-Кажется, он не врал. Дури у тебя в голове и впрямь меньше, чем должно было быть.

-Учитель Фулгрим… - Припомнить потрепанную одежду примарха было не сложно.

-Ого, два из двух. Лучше остановись, пока я не начал считать тебя разумным человеком.

-И ты лучше заткнись, пока я не двинул тебе по лицу. - Раздражающая полуулыбка, скорее ухмылка, нервировала до невозможности, отчего Широ неосознанно размял ладони.

-Вам, шавкам, стоит обоим заткнуться, пока этот Король не счел вас бесполезными.

Холодный голос златовласого привлек к себе внимание. Гильгамеш, видя пререкания этих ничтожеств, уже начинал жалеть, что вообще решил тратить на них время. Однако, Зеркало Души старшей из подделок могло сильно помочь, как минимум, уберечь внешний мир от разрушения, а также ограничить мерзость.

Последняя, в этот момент, без особой опаски оглядывалось. В ее пурпурных глазах мерцало слабое любопытство, от пребывания в столь необычном месте. Тем не менее, ничего поистине интересного здесь не было, только тысячи копий различного клинкового оружия, хранившего частички сущности подлинников.

В этой реальности, мечи были не пустыми репликами, но черпали информацию из некоего источника, и та одаривала обманки фрагментами оригиналов. Законы мира, в котором оказалась Нерожденная были весьма необычными - более многослойными. В родной реальности, Варп хранил в себе все, что может существовать и уже существует, а здесь… Жаждущая признала, что ей претит пребывание в, так называемом, Мире под Алой Луной. Впрочем, ей плевать как существует эта реальность, все, что удерживает аватару Темного Принца на месте, это Фулгрим. Ее милый примарх вскоре окажется в руках любящей хозяйки, и поймет, насколько она им дорожит. Рано или поздно.

Несколько секунд скупого осмотра окончились и беловолосая возвратила взор на смертных, надеющихся ей помешать. Те стояли на значительно расстоянии и наблюдали за ней.

-Меня начинаю утомлять ваши потуги. Вы мне не интересны, просто не мешайтесь под ногами и все вскоре закончится.

Голос сущности из нереальности разнесся по пепельным пустошам, порождая иллюзорный ветер, что сорвал пыль и золу с орудий. Шепотки донеслись вместе с ним, проникая в разумы троицы и разбиваясь о стены воли. Такой мелочью их не поколебать, но противник и не пытался. Это были лишь отголоски безудержной искажающей мощи, томящейся в теле девы небесной красоты.

-Ты вторглась в мой мир. Ты не проявляешь почтения к этому Королю. И сейчас… - Сотни рябящих врат распахнулись сияющей стеной, встав за спиной Владыки Урука и закрыв ржавый горизонт. Его алые глаза пульсировали сокрытой мощь. Мощью того, кто властвовал над всем, что породила земля и укрывает небо. - … смеешь считать, что жалкие увещевания уберегут тебя от кары?

-В моей власти низвергнуть твой ничтожный мир, червь. Я просто даю вам шанс сэкономить мне время… И уберечь себя от вечных мук.

Надменный король нашел себе достойного противника, ведь все тело Жаждущей просто кричало о том, насколько незначительными она их считает. Не более, чем простейшими организмами, чьи тщетные потуги вызывали смех. Потуги противиться тому, чего они не в силах осознать.

Разговор закончился так же быстро, как и начался. Владелец этого измерения не стал ждать, пока эти двое решат действовать и усилием воли взял под контроль многочисленные орудия, томящиеся в этом месте. По простым мечам, шедеврам мастеров кузнечного дела и легендарным артефактам прошлась дрожь. Души этих клинков, словно имея разум, возненавидели мерзкую сущность, искажающую мир одним своим присутствием. Они жаждали воздать монстру по заслугам и тот, кто сейчас ими владел не станет сдерживать их.

Рыжеволосый юноша безмолвно смотрел, как тысячи орудий поднялись в воздух, замерев на краткий миг. Воздух вскипел, в противовес неестественному холоду, разливающимся от незваной гостьи. Горячие потоки ветра, что до этого несли лишь скорбь и тлен, взвились и закружили по просторам.

-Пацан.

Отвлеченный неожиданным окликом, Широ повернул голову к своему старшему отражению и увидел его лицо, утратившее всякий намек на веселье. В стальных глазах стыла мрачная решимость, казавшаяся обыденной, и, в то же время, вымученной. Он привык делать то, что делает сейчас, но это не значит, будто ему это нравится. Своим естеством, что в этом клочке реальности все сильнее синхронизировалось с естеством Стража Противодействия, он ощутил тяжелую усталость. Ту, что была подобна усталости изможденного путника, истратившего последние запасы воды посреди жаркой пустыни. И все же…

…Он не останавливался.

Крепкая воля и гаснущие крупицы надежды толкали его вперед на пути к некоему месту, что он так стремился найти.

-Рассказывай. - Твердым голосом, Эмия потребовал поведать причину, по которой пепельноволосый привел его в это место.

-У нас один Исток, потому ты способен на тоже, что и я. Давай.

Коротко кивнув, младший повел свои чувства, что были обретены им не так давно, по застывшим клинкам. Тварь Варпа не противодействовала, вновь ощутив вспышку любопытства, что даже во время битвы, могло сподвигнуть ее на нерациональные решения. Любопытства, наряду с непомерной гордыней существа, берущего свое начало от одного из богов Эмпиреев.

Глаза, сейчас отливающие золотом, цеплялись за каждую деталь каждого меча, висящего в воздухе. Даже Владыка Урука ожидал конца этой подготовки, ведь его взору доступны невиданные тайны и то, что он сейчас видел, заставило его умолчать.

Сотни образов.

Звон молота.

Раскаленный металл.

Закалка.

-Trace… on.

Кровь и Сталь.

Гул сотряс выжженный мир, пошатнув его устои до самых глубин. Искры сорвались в полет из пустоты, вдалеке послышался грохот наковален. Из снопов светящегося металла, возникали туманные фигуры. Маревом, как от нагретого воздуха, они сплетались в новые клинки, повторяющие те, что уже ждали битвы. Сверкая блестящими лезвиями, орудия загудели, предвещая миг, который принесет им исполнение предназначения.

-Весьма недурно, даже красиво. Но, если это все, вам стоит еще раз обдумать мое предложение.

Эфир бурлил в глазах его порождения, говоря о том, что это последний раз, когда она проявляет милость. Зрелище, представшее перед ней, могло заставить отступить даже великих героев. Мириады хищных мечей застыли повсюду, едва не заменяя собой воздух. Их было много. Их число невозможно было сосчитать, как и невозможно определить, сколько их еще возникнет.

-Этот Король не глуп, Мерзость. - Громкий голос Гильгамеша вызвал усиливающуюся рябь в золотых вратах, раскинувшихся за ним. - Может ты и опасна, но и я для тебя угроза. - Насмешка была столь очевидна, что спокойное лицо демоницы дернулось от гнева. - В ином случае, ты бы и говорить не стала.

Медленным, царственным движением, древний владыка поднял руку, направив на врага всего живого. Указующий перст стал точкой, разделивший этот мир на до и после. Словно оборвалась тонкая нить, удерживающая мгновения неподвижности. А следом…

Небо раскололось.

Беловолосая смотрела, как все видимое пространство исчезло, погребенное под бесчисленными орудиями. Десятки, сотни и тысячи могучих инструментов войны сорвались в полет, рассекая воздух и создавая оглушительную какофонию, сравнимую с громом.

Самые яростные клинки настигли Жаждущую меньше чем за секунду, разбившись о невероятностную преграду. Изгибающийся барьер, сотканный из энергий Великого Океана, отклонял или повергал все в ничто. Сверкающие вспышки укрыли собой хрупкую фигуру, что была способна отвратить любые атаки. Сколь бы ни были могущественны Небесные Фантазмы, их мощь искажалась и рассеивалась, как лучи света рассеивались в непроглядной тьме.

Ударные волны следовали одна за другой бесконечной канонадой. Одного звука было бы достаточно, чтобы разорвать простого человека на части, но ни один из присутствующих не был простым человеком.

Алые глаза Гильгамеша ужесточились, от вида принципиальной неуязвимости твари. Она была способна извратить саму концепцию физических явлений, сделав атаки бесполезными. Сколь бы ни были сильны удары, они развеяться или изменять направление. Даже возможность Знать, данная Царю от рождения, не могла разглядеть уязвимостей, ведь эта сущность не была уроженцем Подлунного Мира. Загадочные энергии, явившиеся из иной реальности, были словно противоположностью упорядоченной действительности.

Холодно хмыкнув, Король Урука поднял взор. Его внимание сосредоточилось в месте, где стали образовываться колоссальные врата. За короткие секунды расширившись до предела, из них показалось непомерно огромное острие. Это был клинок, орудовать которым мог бы лишь гигант. Выходя из пространственной воронки, меч являл себя миру. Один удар подобного оружия мог расколоть гору, но сейчас был направлен на крохотную девушку.

Нерожденная подняла голову, смотря на следующий клинок, который ей предстоит отразить. Подобное не вызвало страха, ведь не могло сравниться со многими знакомыми ей событиями. Всего один крейсер мог вести орбитальную бомбардировку, в разы более разрушительную, чем этот ножик. А на некоторых демонических мирах катаклизмы подобной силы были обыденностью.

Титаническое орудие застыло в небе, нависнув дамокловым мечом, а следом выстрелило. Шквал ураганного ветра смел остальные клинки. Вал пепла поднялся над землей, оголив ржавую почву и мертвую траву, дойдя до троицы. Оба Эмии укрыли лица руками, чтобы им не выкололо глаза осколками. Частицы металла, принесенные бурей, рассекли кожу, оставив множество ран и кровоподтеков.

-Черт бы меня побрал… - Не имеющий привычки ругаться, Широ с смотрел на представшее перед ним зрелище. - Такого даже примарх не выдержит... - Осознание того, что Золотой Арчер просто игрался в их первую встречу, заставило юношу нервно усмехнуться.

Оседающая пыль наконец дала увидеть гигантский кратер, оставшийся от удара до нелепого огромного оружия. Рыжеволосый даже не успел заглянуть в его историю, но об этом он не жалел. Создатель подобного просто сумасшедший.

-А она выдержала. - Сосредоточенный голос старшего дал повод внимательнее всмотреться.

Беловолосая, как ни в чем не бывало, стряхнула с плеча грязь и с надменной улыбкой посмотрела на златовласого. Ей даже не потребовалось защищаться, ведь она растворила свое существование и физический удар не смог ее коснуться.

-Как с ней бороться? - Рыжеволосый ощутил подрагивающие пальцы. Нервозность дала о себе знать.

Ответом ему было молчание. Страж Противодействия перебирал варианты, но не мог найти подходящего способа нанести ей урон. Может у него найдется нечто против нематериальных существ, но вряд ли эта тварь от них не защитится. Даже Небесный Фантазмы - Кристаллизованные Чудеса, ей были не помеха. Всякое влияние, будь оно физическим, магическим или концептуальным, просто искажалось.

Король Героев же, сузил глаза. Если даже меч гигантов не навредил отродью, значит придется использовать нечто большее.

Орудия перестали вылетать из золотых врат, пусть и на время, а на замену им пришли острия, что держались на темных цепях.

-Энкиду, мой друг, помоги мне. - Тихим голосом, Гильгамеш просил свое самое драгоценное сокровище поддержать его.

Словно услышав слова, Цепи Небес сорвались в полет, извиваясь в воздухе, как если бы они были живыми.

-Что ж, начнем игру. - Жаждущая произнесла это, пока концентрировала волю.

Она взирала на попытки смертных со снисхождением, ведь даже лишившись связи с Имматериумом, ее собственных возможностей будет достаточно, что бы одержать уверенную победу.

Психический вопль раздался от твари, огласив реальность стенаниями сотен тысяч душ. Их мольбы ударили по реальности, покрывая мертвые поля ожившими страданиями и жутким холодом. Мгла темных сил накрыла всех, оттенив бледное солнце и затмив мрачные небеса.

Цепи сбились с направления полета, но не остановились. Словно их толкало вперед нечто, что хранилось в безмолвном металле.

Темнота накрыла этот мир, укрыв собой почти все. Носители имени Широ ощутили непомерную тяжесть многовековых страданий всех этих несчастных, чьи души питали потустороннюю тварь. Лишь она сама и Король Урука сверкали в этой противоестественной ночи, став противоборствующими светилами.

Знакомые крики наводнили разумы обоих, но были уже в разы сильнее, чем прежде. Противоречивые видения встали перед глазами, что инстинктивно метались в поисках безопасного места. И оно было здесь.

Островком спокойствия среди подлинного хаоса, в пустоши стоял одинокий меч, горящий серебром.

Лишь завидев его, Широ сосредоточил на нем все внимание, ведь узнал. Сорвавшись на бег, юноша игнорировал боль в разуме и теле, приближаясь к, возможно, единственному орудию, способному нанести вред сущности Варпа.

Пепельноволосый недоуменно посмотрел на младшего, но быстро понял куда он направился. Старший сразу поспешил за ним, пусть и не знал, чем его так заинтересовал этот клинок.

Широ с каждой секундой сокращал расстояние и, вместе с этим, крики душ ослабевали. Испепеляющий свет разгонял тьму Эмпиреев яростными потоками психической энергии.

Наконец оказавшись рядом, Эмия молча всмотрелся в пылающее лезвие огромного меча. Тот был больше роста юноши, и пользоваться подобным мог только великан. Одного такого, ему посчастливилось встретить.

-Можешь не пытаться, этот меч не позволяет себя контролировать. - Без труда нагнавший юношу мужчина, скептически смотрел на необычное оружие. - Я пробовал.

-Да, Разящий Огонь позволит владеть собой лишь своему хозяину.

Чистое, сверкающее пламя обволакивало лезвие творения железных рук, отгоняя зло, наводившее этот край. Широ вгляделся в него, увидев свирепую ярость, полнившую сплав самых прочных материалов, созданный с необычайным мастерством и талантом. Можно даже сказать, что это оружие не могло быть выковано руками любого из смертных.

Сделав шаг, юноша протянул руку, но тут же бы вынужден одернуть себя, ведь дух Разящего Огня гневался. Замерев, рыжеволосый всмотрелся глубже, напрягая не до конца понятные возможности своего Истока. Ранее, Широ не стал идти против воли Фулгрима и не смотрел жизнь этого клинка, но теперь, это могло быть их последней надеждой.

Жжение прошлось по кистям рук, от их укрепления. Находясь на расстоянии, Эмия не сможет обрести связь с этим оружием, потому, придется потерпеть.

Решительным движением, Широ приблизился к могучему орудию, игнорируя его предупреждающий рев. Всполох белого огня опалил руку юноши, но тот не остановился от этого. Чувствуя, как его кожа сгорает от ярости земных недр, вложенных в него Горгоном, юноша коснулся поверхности клинка, что опаляло до черноты. Ощущение, столь похожее на страшный пожар десять лет назад, покрыло все тело, но не помешало добиться желаемого.

Страж Противодействия с широко раскрытыми глазами смотрел на самого себя и поражался его глупости. Эта проклятая опрометчивость была самой ненавистной чертой прежнего Эмии Широ, но сейчас, она вызывала иное чувство.

Этот Разящий Огонь, оказался здесь в туже секунду, как примарх извлек его из своей души. Край Бесконечных Клинков вмещает в себе все мечи, увиденные владельцем, потому и оружие Фулгрима осталось здесь. Более того, здесь осталась частица подлинника, хранившую сущность сына Императора. Психическая сила и сейчас не исчезла, струясь по лезвию и сжигая все мерзкие миазмы Хаоса.

Эмия чувствовал этот меч и уже пробовал воплотить его в материальном мире, но у него не вышло. То, что можно назвать разумом, просто не подчинилось и презрительно откинуло волю наглеца. Разящий Огонь подчинится только тем, кто достоин владеть им. Верным сыновьям Императора или, по крайней мере, тем, кто докажет, что несет достойные намерения и тверд духом. Сломанный человек не является одним из подобных, потому и был отвергнут.

-Проклятая железка, возомнила себя Калибурном. - Пепельноволосый ворчал, но это было от нервозности, ведь он успел осознать угрозу со стороны потусторонней сущности.

Широ, в этот момент, ощущал неистовую ярость, обрушившуюся на него. Подобно самому Фениксу, Разящий Огонь пробудил сокрытые мощи, став чем-то большим, чем простым силовым оружием. Чтобы постигнуть его суть, придется приложить в разы больше усилий.

Преодолевая сопротивление, Эмия видел образы. Момент рождения в руках Десятого. Сотни битв в руках Третьего. Смерть от короткой битвы между братьями и перековка с единственной целью - отомстить предателю.

Воспоминания духа этого меча были мучительными, как и сами события, предшествующие смерти тех, кто был ему создателем и владельцем. Широ чувствовал ненависть меча, когда Фулгрим убил Ферруса и занес клинок для самоубийства. Он видел забвение.

Это оружие обрело свою жизнь, черпая энергию душ двух полубогов, и в момент смерти их обоих, оно последовало за одним из них.

-Я… прошу помочь мне… - С трудом выдавливая из себя слова, Широ пытался воззвать к этому орудию. - Я не твой… хозяин… Но я направлю тебя на ту, кого он ненавидит.

Самобытный разум клинка разделял скорбь Фениксийца, когда тот был призван в этот мир. Клинок разделял все, чувствуя раскаяние того, кто владел им десятки лет.

-Всего раз… Помоги мне защитить мой дом!

И он разделял ненависть к врагам человечества.

Вспыхнув сверхновой, Разящий Огонь вдруг успокоился, но так могло показаться на лишь на первый взгляд. На деле, он сконцентрировал свою мощь, дабы не растрачивать попусту.

Отлучив сгоревшие до черноты руки, Широ медленное поднял их, терпя пульсирующую боль. В глазах потемнело, но рукоять все еще можно было разглядеть. Увенчанная золотыми крыльями, она была слишком массивна для простого человека, и даже астартес не без труда смог бы взять ее. Обхватив меч обеими ладонями, Широ потянул вверх, что было сложно, ведь длина оружия превышала его рост.

Рывком, юноша дернул его, помогая себе прыжком. Наконец, клинок вырвался из плена ржавой почвы и его пламя приумножилось в яркости. Едва ли имея возможность поднять орудие примарха, Широ ощутил, как в его тело текут странные энергии. Меч вмиг стал невесомым, словно помогая тому, кому дал дозволение владеть собой.

Держа творение Горгона в руках, Широ выглядел нелепо, как герой нереалистичного мультфильма или видеоигры, но это было неважно.

Страж Противодействия смотрел на рыжеволосого, полностью лишившись дара речи. Широ был едва жив, ведь его руки, торс и часть лица почернели от пламени. Его отделяли от смерти лишь сила Разящего Огня и исцеляющие возможности Авалона. Младший, вероятно, даже не знал о ножнах Экскалибура в себе, но без них уже был бы мертв.

-От безрассудства ты, похоже, не избавился.

-Завались. - Неприязненно ответив на колкость, Эмия посмотрел на сражение Короля с тварью.

Гильгамеш продолжал атаковать со всеми своими сокровищами. Цепи Небес без конца прорезали воздух, кружа вокруг Жаждущей, но не могли сковать ее полностью. Потоки нематериально энергии и искажающие волны слепили глаза, а давление на разум все усиливалось. Враг завис в воздухе после того, как почву под ногами разорвало ударом титанического меча, и теперь обернулся вихрем противоестественных сил.

-Гильгамеш! - Окрик одной из шавок, заставил Золотого Арчера скосить взгляд на крикуна.

Но следом, глаза Владыки Урука расширились от удивления. Он увидел, как мальчишка со сломанной душой держал в руках великолепное оружие. Этот клинок, в котором можно было узнать меч Фениксийца, пылал от наполнявшей его мощи. Прекрасное оружие, что даже Гильгамеш был бы рад поместить в свою сокровищницу, подчинился какой-то подделке.

Златовласый ясно чувствовал, что этот меч был не копией и не подлинником, но все же хранил в себе частичку последнего. Сила Феникса наполняла его и она… была способна низвергать сущностей, подобных мерзости.

-Не томи. - Вновь возвратив взор на врага, Король, все же, собирался выслушать мальчишку, что оказался достоин использовать столь мощное оружие, обладающее душой.

-У тебя есть чем пробить ее защиту, хоть на секунду? - Презрительный взгляд дал понять, что подобный вопрос просто оскорбителен. - Создашь для меня возможность проткнуть эту тварь?

За секунду взвесив просьбу, Гильгамеш кивнул. Он мог сразу атаковать всем, что у него было, но эта закрытая реальность просто не выдержит, а вовне, тварь получит подпитку от мерзкого измерения, наводняющего город.

-Тебя нужно будет подкинуть, пацан. - Встав рядом с Широ, пепельноволосый хлопнул его по спине, тем самым вызвав болезненное шипение. Тело продолжало нестерпимо болеть, но юноша мог выдержать еще немного.

-Займешься этим?

-Иначе бы не предложил. - Ухмылка сопровождала ответ.

Нерожденная ощущала непомерное раздражение, от осознания неспособности раздавить этого червя. Множество орудий было уничтожено, множество откинуто, но они не кончались. На каждый выпад, златовласый отвечал десятком своих. Пусть ни один из них не нес настоящей угрозы, но без возможности черпать силы из Великого Океана, ей не перебороть короля древности.

Вдруг, девушка ощутила укол опасности и сразу рассмотрела в чем дело. Из одинокого золотого озера вышла рукоять странного оружия. Оно имело вытянутую цилиндрическую форму, совсем не походя на меч, но сила, скрытая в нем… пугала.

Воздев над собой то, что не являлось Небесным Фантазмом, но было Божественным Конструктом, Гильгамеш воззвал к его мощи. Энергия мгновенно возмутила пространство, создавая вихрь вокруг тела Короля. Нарастающее напряжение ширило бурю, способную разорвать все сущее.

Медленно направив одно из своих величайших сокровищ на мерзость, Владыка Урука громко провозгласил.

-Энума Элиш!

Ткань этой маленькой реальности пошла трещинами, когда Меч Разрыва - Эа, обрушил поток разрушения на противника. Сжатый воздух создал направленный вихрь, прорвавший разрыв в пространстве и времени.

Нерожденная задействовала все свои возможности, дабы исказить, перенаправить или хотя бы ослабить разрушительную силу, но даже так, ей не удалось защититься полностью. Раскроив саму свою сущность и использовав огонь своей души, Жаждущая смогла сохранить целостность своего существования. Эта атака ничуть не уступала искажающим океанам Варпа.

Осознавая, что этот меч может уничтожить ее физическую оболочку окончательно и отправить в Имматериум, как какого-то низшего демона, Жаждущая сопротивлялась всеми силами, ожидая, когда тюрьма разрушиться и она вновь обретет связь с потоками Хаоса. Однако…

… На краю кратера появилось движение.

Широ и Широ, бок о бок, бежали прямо к твари. Гильгамеш, прекрасно осознавая план, прервал поток в тот момент, когда пара могла быть задета им.

-Давай! - Младший крикнул.

-Понял. - Старший ответил.

Страж Противодействия, используя свою физическую силу, точным броском, буквально запульнул рыжеволосого во врага, парящего в воздухе.

Нецелостное существо, лишившееся упорядоченной формы, менялось и искажалось сотни раз за миг. В полете занеся Разящий Огонь, Широ неотрывно смотрел на тошнотворный свет омерзительной сущности и лишь наполнился решимостью.

Серебряное пламя клинка взревело и разрослось, подобно звездному протуберанцу. Буйство отголосков психической силы Феникса неумолимо приближалось к твари.

И оно настигло ее.

Войдя прямо по центру бесформенного существа, праведный огонь принялся плавить саму душу порождения Темного Бога.

Вопль неистовой силы разорвал реальность, окончательно разрушив ее границы. Силы Хаоса уничтожили это место, но и они сами понесли потери.

Широ уже не видел, как оказался во внешнем мире, ведь его взор застилала тьма. Последним, что он увидел, было сияние Разящего Огня и тусклый свет с небес того мертвого края.

Края Бесконечных Клинков.

Глава 53

Легкие шаги едва слышались в непрекращающемся грохоте. Сражение оглашало все на сотни метров вокруг, заставляя кровь бежать в жилах. Пес Кулана хотел оказаться в самой его гуще с того самого момента, как услышал скрежет стали и гул орудий.

Вместо того чтобы принять бой с той тварью, Синий Лансер решил поискать нечто иное. Его инстинкты твердили ему о бесперспективности, ведь та девушка ощущалась не так, как все остальные. Неестественность так и сквозила в ее образе, а уж лишний раз убеждаться в ее силах не требовалось. Сетанта предпочитал нечто более материальное, впрочем, не отрицал простого факта - ему там делать нечего.

Происходящее вокруг слабо укладывалось в разуме. Он не раз сталкивался с чудовищами и сверхъестественными явлениями, но волны омерзительных энергий ему были не по душе. Славная сеча же, напротив, близка, и именно таковая ждала его за обожженными стволами деревьев. Изредка прерываясь на стычки с мерзкими порождениями неестественных сил, Копейщик наконец приблизился к гуще сражений и его потрясло то, что он увидел.

Опустошенный участок леса был крайне обширен и мог вместить в себе многотысячное воинство, если бы оно пребывало в боевом построении, но оказалось едва ли достаточно большим. Гиганты, походившие на уже знакомых сынов Фениксийца, сражались с мерзкими существами и со своими… вероятно сослуживцами. Кухулин не знал подробностей, но мог предположить, что великаны в мерзкой броне, нередко имеющие неестественный мутации, тесно связаны с прошлым Фулгрима.

Он сам, гигант среди гигантов, бился в самой гуще, покрывая землю своей мощью. Схлеснувшись с подозрительно похожим на него чудовищем, он демонстрировал приятную глазу удаль. Тот, с кем сразился Лансер еще в первые дни войны, исчез, уступив место великому воителю. Сын Луга не раз видел подобных воинов, бросающихся в бой с несгибаемой решимостью и именно ее можно было разглядеть в образе Феникса. Довольный оскал сам собой образовался на лице.

Сетанта явился в мир живых ради хорошей битвы, уже успев несколько раз поучаствовать в таких. Он и другие слуги были врагами, однако это не значит, что Пес Кулана испытывал к ним ненависть. Напротив, он испытывал уважение к славным воинам, одним из которых был платиноволосый, потому, был по своему рад возвращению воли у последнего. Все же, всегда приятно видеть, как воспревают духом павшие, что некогда были великими.

И не только примарх был приятен глазу. Те, кому он, очевидно, приходился воеводой, тоже радовали взор. Воины в пурпурной броне бросались в гущу сражения с нечеловеческим рвением. Чутье твердило, что для них этот бой имеет особое значение.

Тысячи Детей Императора, вопреки прямой битве в чистом поле, двигались с неожиданной слаженностью. Одни сформировали авангард из тех, кто был лучше в ближнем бою, а позади них, были стрелки. Линия фронта проходила через место, в котором сражались примархи, разделив орды нечестивых отродий и вновь обретших верность астартес.

Каким-то образом, Сетанта чувствовал особую связь между воинами в пурпурной броне. Их движения были едиными, как если бы они могли говорить друг с другом без слов. Единство, недосягаемое для обычных людей, сквозило в каждой маневре, а четкость, с которой астартес поддерживали строй, живо контрастировала с хаотичными налетами противника.

Лансер более не хотел тратить время на осмотр места битвы, решив наконец присоединиться. Единственное что осталось, это выбрать сторону и выбор был очевиден.

Рывком устремившись вперед, Копейщик покрепче сжал оружие в руке, наслаждаясь пульсацией сердца. Тот фланг, к которому он был ближе, представлял собой настоящую бойню. Астартес с золотыми орлами на груди были молчаливы, но взамен безмолвия их сердца пели в унисон. Волны ясно ощутимой энергии разносились от тел гигантов, а поверхность доспехов нередко искрилась белым светом.

Алое копье вошло в сочленение брони одного из мерзких врагов и тот закричал голосом, в котором была не только боль, но и наслаждение. Вырвав острие, Кухулин окинул взглядом сторону на которой были отродья неестественных сил и окончательно убедился в том, что ему лучше направить свое оружие на них.

Со диким оскалом, Лансер понесся через толпы врагов, оглашающих округу своими визгами и верещанием. Среди великанов были и монстры, с которыми уже приходилось иметь дело. Наконец приблизившись к линии боя, Сетанта прыгнул в воздух и выставил копье вперед. Приземление оказалось весьма мягким, ведь он вгрызся в плоть крупной твари, уже заносившей свои когти над воином в пурпурной броне.

-Не против если я помогу? - Внешне расслабленный, Лансер понимал, что его так же могут принять за врага, если он не наладит контакт.

Великан не ответил, вместо этого, он пронзил своим мечом голову существа, а следом откинул его тело ногой, заставив Копейщика поспешно спрыгнуть. Алые линзы шлема пристально осматривали Кухулина, последнему даже показалось, что воин примеряется, как лучше убить его.

-Назовись. - Чуть потрескивающий голос донесся из вокс-решетки, искаженный незначительными повреждениями систем.

-Лансер. Я не враг. - Говорить, что он уже не раз дрался с Фулгримом и его союзниками не стоило.

Короткий разговор был прерван, стоило только новому противнику оказаться рядом. Прорвав ряды Детей Императора, группа их падших собратьев напирала используя необычное оружие. Оно было похоже на музыкальные инструменты, но ими не являлось.

Звук, порождаемый этими десантниками, отбрасывал верных астартес, сминая керамит и заставляя системы брони работать на пределе. Если бы легионеры Третьего были прежними, то их бы просто разрывало на части, но ныне они могли выдержать.

-Ладно, лучше доказать делом, а не словом. - Видя, как воин рванул в сторону нападавших, Сетанта устремился следом. Легионер явно не доверял ему, но не стал тратить время на выяснение обстоятельств. Хотя то, что он подставил спину, уже кое о чем говорило.

Группа шумовых десантников рвала воздух вокруг себя волнами звуковых вибраций, оттесняя линию обороны и дизориентируя своих противников. Однако, краткое замешательство верных астартес прошло и на смену ему пришли ответные меры.

Рев автопушки едва ли не пересилил неестественный грохот искаженных орудий. Заметив прорыв фронта, к нему направился массивный дредноут. Двигаясь в составе группы опытных ветеранов, аметистовый гигант гудел сервомоторами и воодушевлял братьев одним своим присутствием.

То был Риланор, также присоединившийся к сражению. Древний, хоть и не мог позволить себе отвлекаться, был искренне рад новому началу для легиона. Дети Императора были вновь едины, едины как никогда. Каждый из них, будь то предатель или сохранивший верность, бились плечом к плечу, поражая врагов человечества. Дыхание погребенных под пеплом былых времен, накрыло поле боя. И дыханье это, провозглашало новое рождение легиона.

Легионеры отбросили прошлое, видя лишь настоящее. Их раскаленные сердца бились под пурпурной броней, разнося эхо по реальности. Энергия и свет наполнили сущности сыновей Феникса. Их новообретенная связь сделала астартес частями единого механизма войны, такого, каким он не был никогда.

Против них встали целые полчища демонических тварей и падших братьев, но потери были много меньше тех, что должны быть в подобной бойне. Тела Детей Императора окрепли, их сила и стремительность вышли на новые пределы. Каждый из астартес обладал подавляющей мощью и несколько десятков тысяч подобных столкнулись с неисчислимыми полчищами слуг тьмы. В этот день, Детям Императора предстояло заново утвердить доктрину легиона. Доказать, что количество врагов не имеет значения перед мастерством и слаженностью.

Пусть врагов невообразимо много, но им почти никогда не удавалось преодолеть оборону верных астартес, но и у Хаоса было что показать. Левый фланг проминался под давлением уже знакомых Риланору десантников. Оружие таких он когда-то переделал под передатчик. Это были носители несуразных доспехов, обладающие звуковыми пушками. Последние непрактичны и опасны для союзников, но предателей это не волновало, ведь они упивались разрушительным шквалом музыки, если ее можно так назвать.

Система авточувств выявила пятьдесят одного врага этого типа, но один из них выделялся, будучи узнанным. Пусть тело изменилось до неузнаваемости, но дух Древнего ощутил, кем был предводитель этих падших братьев.

Неумолимая поступь дредноута приближала встречу с братом, который являлся одним из Двух Сотен. Искаженная тень былого обличья предстала перед Хранителем Традиций.

-Эйдолон. - Имя Лорда-Командора было произнесено.

-Риланор. - Голос отродья мало походил на человеческий, скорее на завывание истерзанного призрака. В нем слышалась кипящая смесь чувств, недоступная пониманию Древнего. - Старый друг, ты совсем не изменился за тысячи ле…

Напыщенная речь, обещавшая быть продолжительной, прервалась от чувства опасности. Слитный залп нескольких плазменных бластеров и одновременное начало болтерного огня заткнули рот бывшему Лорду-Командору.

Укрывшись за несколькими своими подчиненными, падший астартес недовольно рыкнул, чем вызвал слабую вибрацию в воздухе. Акустический усилитель в гортани делал исходящие изо рта звуки неестественными, а за века его функционал исказился или был намеренно изменен.

Ответ шумовых десантников не заставил себя ждать, и их орудия извергли из себя громоподобный рев, услышать который было невозможно для обычного человека, ведь тот бы вмиг лишился слуха. Импульс был силен. Силен в достаточное мере, что бы убить астартес, но не достаточно для того, чтобы сокрушить нынешних Детей Императора.

Братья прилагали все усилия, дабы их не унесло в сторону, и неумолимо передвигали ноги. Дальнобойное оружие потеряло эффективность, ведь любые снаряды будут сметены, и лишь верный клинок поможет оборвать нечестивую жизнь предателей. С каждой секундой листы брони деформировались, шли трещинами и разрывами, но выигрывали лишние минуты жизни.

Впереди всех был Риланор. Его тяжелое металлическое тело было неподвластно силам врага, а прикрытие с более отдаленных позиций позволило не беспокоиться о нападении со стороны демонических отродий. Земля дрожала от поступи гиганта, приседая под его весом, а почти видимые вибрации воздуха разбивались об адамантиевый корпус, как волны о вековой утес.

Обычно, шумовым орудиям не требовалось столь долго атаковать одну группу противников, но бывшие собратья были неожиданно устойчивы. Звуковой удар подобной мощи мог разорвать тяжелую технику, и, тем не менее, неестественная крепость тел Детей Императора позволяла им не только выжить, но и продвигаться вперед. В моменты, когда одному из них, казалось, оставался один миг до смерти, он обретал силу из неведомого источника. На это указывали искры энергии вокруг шлемов и едва заметный ореол света поверх доспехов. Связь верных астартес была сильна настолько, насколько много обладающих ее сражались вместе и сколь прочны их узы.

Наконец, Древний настиг ближайшего предателя и тут же вбил его в почву. Силовой кулак смял тело и броню, оросив пепел смрадным содержимым организма. Тошнотворная смесь бурых, лиловых и красных тонов медленно стекала с руки Хранителя Традиций, пока он делал шаг вперед.

Спохватившись, астартес Хаоса сосредоточили всю акустическую мощь на опаснейшем противнике, но этим открыли брешь в своей обороне. Верные усилили шаг, уже занося клинки. С каждым ударом сердца, сокрушительные взмахи находили свои цели, рассекая врага. Крепкие доспехи слуг Хаоса не стали преградой, без сопротивления расходясь перед острыми лезвиями, даже если предатели бросались в ближний бой.

Среди нападающих, был и не назвавшийся космодесантник, с которым говорил Кухулин. Пес Кулана последовал за ним и уже пронзил сердца чудовищных великанов. По своему печальному опыту, он догадывался, что у них не одно сердце, как и у Фулгрима, потому скорректировал траекторию. Сетанта едва ли мог слышать, как тела врагов опадали на землю, ведь весь слух заполнил болезненный гул, который удавалось выдерживать с большим трудом. Запас праны все иссякал, ведь без подпитки мастера слуге не просуществовать долго, тем более в битве. Но, не смотря на это, Лансер лишь ширил оскал.

Война Святого Грааля, очевидно, закончилась, потому призванные исчезнут, рано или поздно, так почему не провести последние мгновения в битве с противоестественными тварями, плечом к плечу с достойными воинами.

Старейшина Ритуалов успел убить немало врагов, что тщетно пытались отвратить поступь Древнего. Каждый шаг приближал его к бывшему брату, начавшему рвано искать путь к отступлению. У него не вышло. Его группа зашла чуть вглубь линии обороны, но дыру уже закрыли, оттеснив волны демонов и других предателей. Теперь, Эйдолон находился в окружении из-за своей самоуверенной атаки и не знал, как ему выбраться. Никакой опыт или тактическое мастерство не могли предсказать, что враги не будут разлетаться красочными фонтанами крови и плоти, но так оно и было.

Риланор был все ближе. Дредноут сверкал молниями из лазурных линз шлема, молча приближаясь. В данный момент, один лишь Эйдолон пытался уничтожить Древнего, ведь все подчиненные были повержены. Вернувшиеся из мертвых сыны Феникса успели убить каждого члена прославленного отряда шумовых десантников. Дары Хаоса не уберегли тела и души от забвения и теперь, настал черед их лорда.

-Брат, зачем тебе нуж… - И вновь, пустая попытка заболтать не увенчалась успехом.

Древний Риланор не хотел слушать предателя, тем более, падшего даже не по вине Фулгрима. Эйдолон всегда имел ярко выраженные изъяны и Хранитель Традиций всегда их видел.

Дредноут легким движением сбил предателя с ног. Тот сразу попытался отползти, демонстрирую одну из самых недопустимых черт, которыми может обладать Ангел Смерти Императора - трусость. С грохотом обрушив массивную ногу на голени врага, Риланор почти лишил его подвижности. Всего секунду спустя, автопушка огромного калибра застыла перед украшенным шлемом и Хранитель Традиций Детей Императора вгляделся в самую сущность предателя. Но Древний быстро оставил это занятие. Тот, кто застал самые первые дни Третьего Легиона начал раскручивать механизм автопушки, ведь не увидел в Эйдолоне ничего достойного.

Его характер, его честолюбие и тщеславие были присущи ему задолго до встречи с примархом. В нем были изъяны, бережно подпитываемые искаженным и неправильным видением совершенства. Потому…

-Тебе... нет жалости. Нет пощады.

Гулкий голос Риланора стал предвестником высокого визга орудия, начавшего посылать адамантий в каждый уголок тела бывшего Лорда-Командора. В считанные секунды, доспехи, плоть и кости были превращены в месиво, разлетающееся на метры вокруг.

Так и закончилась история одного из самых древних предателей среди астартес - бесславной гибелью от правосудия верного собрата по легиону.

-Он ведь… был вам братом по оружию? - Кухулин задал этот вопрос, подойдя чуть ближе к единственному знакомому легионеру.

-Да… Был, но предал клятвы. - Неназванный склонил голову, ведь прекрасно понимал - он мог быть на месте Лорда-Командора, ведь и сам обернул оружие против своих братьев. - Ты хочешь помочь? Если так, то приготовь копье - оно еще не раз обагрится кровью.

-Ха, ради этого я здесь. - Веселый оскал на лице Кухулина был подчеркнут пульсирующей в его алых глазах жаждой битвы. - К слову, я уже представился, но Лансер - просто кличка. Лучше зови меня Кухулин. А что насчет тебя?

Несколько секунд, воин не давал ответа, словно уйдя в свои мысли. Имя, которое он носил, которое произносили его братья на протяжении десятилетий войны, всколыхнуло память.

-... Кассий… Кассий из Детей Императора.

Да, теперь, он может произнести эти слова вновь. Причислять себя к тем, кому сам Повелитель Человечества даровал право так называться.

<center>****</center>

-Ох, Эйдолон, как же так… - Сразу после того, как разорвал дистанцию, Змей расстроенно покачал головой. - Братец, один из наших сыновей погиб, разве это не наполняет твое сердце скорбью?

Феникс не ответил. Он не произносил ни единого слова с момента, когда его сыны встали подле него вновь. Пульсирующий свет, исходящий из глаз примарха, был единственным проявлением эмоций, которым он удостоил своего противника. Лишь неугасающей мощью души одного из двадцати сыновей Императора Человечества.

-Хотя, однажды я сам отсек ему голову, когда он позволил себе лишнего, но моего великодушия хватило, дабы простить его и возродить.

Не изменившись в лице, Фулгрим отметил лишь единственный факт - ему омерзительна одна мысль о том, что он и это существо имеют связь.

-Ну же, простая дуэль слишком уныла. Я ведь могу заставить тебя говорить.

И вновь, ответа не было. Фениксиец более не считал нужным вести диалог, лишь беспрестанно обрушивал на тварь свои силы. Психическое буйство не позволило ни единому живому существу пересечь незримую границу в образовавшемся круге. Пламя примарха выжигало воздух и само пространство, что и без того было крайне нестабильным. Множественные прорывы в Варп изливали тлетворные воды Великого Океана, но это не имело эффекта - Третий без труда рассеивал любые проявления Хаоса рядом с собой. И не только он.

Нити связи, что обвивали души отца и сыновей, гудели в Имматериуме, посылая все новые потоки силы. Те, проявляясь в реальности, создавали неприкасаемое поле, в которое невозможно было попасть через Эфир, вынуждая тварей нападать лишь в материальном мире.

Оскверненные небеса, казалось, осветились от сияния душ Детей Императора и от потоков огня и стали, захлестнувших эту бесплодную землю. Уже не один и не два квадратных километра использовались как поле боя. Основная атака сил тьмы велась с одного направления, вероятно, по велению Демона-Принца, но, и на фронтах, и в тылу возникали группы демонов и предателей. Впрочем, это не влияло на астартес. Растянувшись в идеально выверенной пропорции, легион мог максимально эффективно перестраиваться, усиливая строй в нужных местах.

Командная структура не требовала переформирования, ведь каждый из Детей Императора знал, кто принимает командование над его отделением и ротой в отсутствии офицера. Вкупе со способностью общаться без слов, около пятидесяти тысяч астартес восстановили четкую командную структуру за считанные минуты. Подобный результат недосягаем даже для Ультрамаринов.

Уклонившись от излишне театрального укола скрещенных мечей, Фулгрим совершил круговой взмах Разящим Огнем, и, не теряя скорости, породил ураган ветра от карающего лезвия Телесто. И меч Феникса, и копье Ангела жаждали крови мерзкого чудовища, оглашая Материум и Имматериум сдвоенным кличем. Серебряный огонь и золотой свет не смог бы сжечь органы зрения только самым могучим демоническим сущностям, но, к сожалению, именно одна из таковых и скользнула своим змеиным хвостом по пепельной земле.

Раздражение от укола боли можно было разглядеть на сиреневом лице, потому как один из витых рогов цвета слоновой кости упал к ногам воина в пурпурной броне. Последний, увидев это, окончательно утвердился в своих наблюдениях - тварь ему не ровня. Как бы не бахвалился и как бы не играл триумфальное веселье, демон не сможет победить. Дары его хозяина оказались менее ценными, нежели частичка их великого отца.

Вдруг, мимолетное недовольство сменилось выражением, появляющемся при приятном удивлении. Чуть подняв голову, Змей тонко улыбнулся, увидя нечто прекрасное. Его отражение же, напротив, напряглось до предела. Каждый мускул и каждая нить души вспыхнули мощью, ведь Феникс ощутил присутствие, заставившее его содрогнуться.

Не двигая головой, Феникс взглянул исподлобья, а лик его застыл мраморной маской.

Далеко в глубинах грозового неба начала прослеживаться фигура, чьи очертания дышали губительной силой. Костяные крылья мерно покачивались, создавая иллюзию неторопливого полета. Безликое лицо бесконечно приобретало всевозможные формы, и, как ни парадоксально, оставалось бесформенным. Тело, способное затмить континенты, обладало изящными чертами, ясно видимыми даже в постоянном непостоянстве. Руки, количество которых невозможно было сосчитать, оканчивались когтями размером с высочайший горный пик.

Непросто подобрать слова, которыми можно было бы описать сущность, что приближалась к этому маленькому миру, но просто было осознать последствия происшествия кошмара воплоти. Он или, скорее, Оно обладало могуществом, недосягаемом для смертного разума и даже попытка изменить этот факт, может иметь ужасные последствия, лучшим из которых будет смерть.

Фулгрим почувствовал, как с его лба катится капля ледяного пота. Опасность происходящего превысила все мыслимые пределы.

-Ты думал, что я служу той Нерожденной, братец, но теперь ты понимаешь, Кто моя истинная Госпожа? Ху-ху, думаю, итог сегодняшнего дня будет занимательным…

Не отводя взгляда от проявления подлинного Темного Принца в Океане Душ, Феникс бросил короткий взор в сторону, в которой находилась гора Энзо. Именно там он ощущал присутствие трех своих сыновей. Их намерения были очевидны. Не имело значения, как именно они узнали о местонахождении Великого Грааля, может Император связался с ними, или им рассказал кто-то другой.

Неважно.

Сейчас, наиболее важным было запечатать врата в кошмарный мир, что был ему родиной. Терра этой реальности не должна испытать на себе мощь Бога Хаоса, иначе исчезнет, как и все, кто находится здесь.

Едва слышный шепот сорвался с одеревеневших губ, растворившись в потоке грохота и воплей.

-Успейте. Во Имя Терры, прошу, успейте.… Трон и Кровь, только успейте...

Глава 54

Мрак окутывал стены пещеры. Ее темные своды, казалось, двигались в непостоянной пульсации, порождая беззвучное эхо. Давление на разум выросло многократно, заставляя бороться с навязчивыми голосами демонических сущностей. По неизвестной причине, в чреве подземных путей не возникали чудовища. Рин не знала почему так, но ни на миг не ослабляла бдительность. Боль в сломанной руке, словно назло, усилилась, посылая жгучие импульсы в мозг. Исцеляющая мистерия не могла мгновенно справится со столь серьезными ранами, тем более примененная в спешке.

Девушка не была героическим духом, не была трансчеловеком, созданным для войны, она была магом. И пусть в ее власти было корректировать реальность, но основы ее природы от этого не изменятся. Рин была представителем человеческого рода, а ему свойственны слабости. Усталость вмиг накатила на нее, стоило только прекратиться сражению с ордами тварей, и теперь ее ноги теряли силу.

-Рин… - Артурия окликнула Тосаку, что облокотилась о каменную стену.

Ответом было истощенное дыхание, никак не возвращающееся к норме. Капли пота чертили мокрые дорожки на коже, размывая успевшую запечься кровь. Подняв голову, Рин встретилась взглядом с Арти, что нахмурила брови от её вида. Бледность и ясные следы изможденности бросались в глаза, как и алые разводы, походившие на фрагменты кровавой маски.

-Я… в порядке. Только отдышусь. - Однако, слова не возымели эффекта над Королевой.

-Ты не можешь идти дальше.

-Что?.. Нет, я пойду. - Слабое возмущение отразилось в голубых глазах девушки.

-Рин… - Златовласая хотела продолжить, но была прервана дочерью.

-Ты обуза. - Хлесткая правда заставила наследницу рода Тосака сжать зубы. Будто она этого не понимает.

-... Это так, Рин. - Артурия повернула голову в сторону пути в глубь, придя к определенным выводам. - Останься здесь, не думаю, что в городе осталось место безопаснее.

Услышав это, Тосака замерла. В ее уставших глазах отразились метания. Там, в темной пучине, находилась ее родная сестра. Сестра, которую она осознанно игнорировала, следуя дурацким запретам. Разум твердил, что оные возникли не на пустом месте, и нарушение могли привести к печальным последствиям, но… разве они бы стали хуже происходящего сейчас?

Последние силы ушли на слабый удар о твердую стену пещеры, который передал злость на обстоятельства, на свою слабость и на проклятые темные силы. На проклятую сущность в Граале и на проклятый Хаос.

Неслышный выдох был единственным звуком, вышедшим из уст Рин, пока она медленно оседала на пол. Она действительно была бесполезна и спорить с этим бессмысленно. Может, для людей ее возраста свойственна порывистость, но сейчас не подходящий момент для этого. Даже ее рассудительность вызывала раздражение, ведь тот же Широ уже отбросил бы доводы разума и побежал вперед.

Еще несколько секунд посмотрев на молчавшую Рин, Артурия прикрыла глаза, но тут же распахнула их с твердостью во взгляде. Им она окинула своих союзников и увидела подтверждающие кивки. Жанна и Мордред были готовы пойти туда, что бы не таилось в логове врага.

Героические духи не стали медлить, возобновив шаг и лишь Святая задержалась на незначительный срок. Сложив руки в молитвенном жесте, она прошептала слова молитвы, вызвав укол немого раздражения у Рин. Будто богу есть дело до происходящего на земле. Это просто предрассудки.

Смотря, как воительницы удаляются все дальше, девушка боролась с тяжестью век, норовивших опуститься. Более двух часов непрекращающегося забега через весь город и постоянное использование магии, окончательно опустошили резервы ее тела. Даже камней-накопителей не осталось, ведь ей удалось захватить с собой лишь парочку, да и то не самых емких.

Рин не двигалась, лишь обхватив колени руками. И те, и другие дрожали от усталости и напряжения. Множество мистерий перенапрягли ее цепи, что вылилось в тремор, и, кажется, аритмию. Сердце билось прерывисто, порой пронзая грудь колкими иглами боли.

Возникновению слабого потока мыслей способствовала царящая вокруг тишина. Мрачная тишина. Отзвуки шагов уже почти затухли, настолько, что их можно было спутать со звуковыми галлюцинациями, однако, очередной тихий вздох дал понять, что ее слух еще в порядке. Тот был слышен ясно и четко.

-Давно я… не оставалась одна…

На протяжении двух недель, ей всегда было с кем разделить компанию. Казалось бы, весьма короткий срок, но сколь много произошло за этот отрезок времени. Не это она представляла, когда готовилась к призыву…

А что она представляла?

Как она одержит победу в войне, как она загадает желание и достигнет Акаши, как мечтали все ее предки… Бессмыслица.

Она затеяла все это лишь для того, чтобы быть достойным магом, быть достойной имени ее семьи. Род важен, Рин не отрицала этого, но сам Грааль, был словно предвестником губительных событий. Тех, что девушка и в самых странных снах не могла представить.

-Ха-ха… К слову о снах…

Да, видения грандиозных событий будущего ее расы были впечатляющими. Человечество воспряло после Эры Раздора, длившейся пять тысяч лет, и возвращало себе власть над галактикой. Какой-нибудь гуманист мог назвать Великий Поход излишне жестоким, но Рин так не считала. Пусть коротко, но она увидела бытие Кемоса до пришествия примарха и Императора. Если такой мрак окутал еще тысячи миров в Млечном Пути, то жестокость методов теряла всякое значение. Слишком много опасностей. Слишком затянулась Долгая Ночь. Объединить людей и открыть глаза фанатикам можно было только огнем и мечом. Но, несмотря на все это...

Ныне человечество умирало.

Рин не знала почему, не знала к чему именно привело предательство, но если оно и было остановлено, то большой ценой. Догадка, появившаяся в мыслях пугала. Если Император явился в этот мир в качестве бестелесного духа, может ли быть так, что его физическая оболочка…

Впрочем, думать о другой реальности, много более страшной нежели ее собственная, не принесет результатов. Хаос проник в Подлунным Мир, грозя вымиранием для всей планеты, если его не остановить. Сколько людей погибнут, сколько судеб будет загублено. Человечество лишится будущего, ведь его, просто-напросто, некому будет встретить. Хотела ли Рин избежать этого? Готова ли она пойти на жертвы, дабы ее дом не был стерт?

Да.

Рин осознавала, что готова сделать все, на что она способна, ради шанса на спасение.

-Когда это я стала такой альтруисткой?

Может, это всегда было в ней, или она просто хотела спасти свою шкуру, как сделали бы едва ли не все ее коллеги по ремеслу? Вероятно, и то, и другое было ей присуще, но… Почему при мысли о собственной смерти, единственное, что возникает в разуме, это как обменять ее подороже?

-Фулгрим… Блондинистый засранец, ты меня точно заразил…

Она, черт возьми, от одного присутствия Повелителя Человечества чуть в обморок не упала, когда впервые услышала его голос. Да, она дала клятву, но ведь она узнала о его существовании только через несколько дней после начала Войны. Откуда такая преданность?

Может... от того, что Его Истина незыблема?

Единство всего человеческого рода в светлом царстве науки и просвещения, свободном от любых предрассудков. Владыка, вопреки ложным словам Эреба и обманутого Хоруса, не стремился к славе или власти… Он хотел, чтобы человечество жило. В ужасной галактике, наполненной враждебными ксеносами и укрытой тенью Темных Богов, Император желал чтобы люди обрели уверенность в будущем и не страшились его. Чтобы они могли жить, а не влачить жалкое существование.

-Мечта, достойная чтобы за ней следовать… Всяко лучше достижения непонятной Акаши. Получить все знания здесь и сразу… Сейчас я понимаю, что даже самые честные намерения могут привести в бездну.

Молча привалившись к немного влажному камню, девушка ощутила неестественный холод, который она долгое время не замечала. В бою как-то не до этого, но сейчас тело Рин начало покрываться мурашками. Имматериум словно выпивал всю энергию из места, которого коснулись его потоки, заставляя мир уподобиться - делая его холодным, темным и безжизненным.

Аккуратно растерев ладони, стараясь не тревожить перелом, девушка выдохнула горячий воздух, обдав кожу белым паром. В этот момент, ей подумалось, что было бы неплохо, если Часовая Башня или Церковь пришлет помощь. Впрочем…

-Фулгрим и его сыны им бы головы поотсекали… - Хихикнув от утрированной шутки, девушка вспомнила, что и сама является частью Ассоциации Магов.

Доминирующая магическая организация планеты всегда казалась Рин далекой, а принадлежность к ней - просто формальностью, но в данный момент… Она была одной из Детей Императора. Не на бумаге, но и не слишком далеко от этого, не имеет значения даже то, что ее принял сам примарх. А в этом случае она противник Часовой башни, Церкви, любых сверхъестественных существ и явлений. Тяжела доля слуг Императора - враги повсюду.

Глупости, что лезли в голову, были просто способом не замечать тяжелой тишины вокруг, не думать о том, что может произойти. Фулгрим может проиграть, Император может уступить силам Хаоса и они наводнят мир.

Все погибнут.

В этом давящем безмолвии, Рин вглядывалась в темноту, не позволяя себе отключится. Может она будет только мешать в бою, но засыпать сейчас ей показалось свинством. Все сражаются, пока она сидит здесь. Что поделать, она не слишком отличается от простого человека выносливостью, да и запасы праны на исходе.

На смену мыслям, слух пронзил грохот, доносящийся из глубин пещерных сводов. Девушка резко повернула голову и тщетно пыталась разглядеть хоть что-то, помимо тьмы.

-Нет, я так не могу…

С этими словами, произнесенными шепотом, Тосака начала подниматься. Усилие, требующееся для этого, сопровождалось новой вспышкой боли, что не остановила движение. На слабых ногах, девушка медленно шагнула вперед, но осеклась. Знакомое присутствие накрыло ее душу, как если бы ее окинул взором колосс невообразимой мощи.

-”Тосака… Рин…”

Мимолетные слова наполнили разум. Чтобы разобрать их значение приходилось сосредоточиться, ведь те были едва слышны.

-”То, что ты встретишь… тебе не по силам…”

-Я знаю, но остальные…

-”Им… тоже… не справиться.”

Рин почувствовала, как кровь застыла в жилах от одной фразы Повелителя Человечества.

-Но... как же…

-”Все куда… хуже… Темный Принц… приближается…”

Всего нескольких мгновений хватило, чтобы осознать. Осознать и ужаснуться.

-”Проход… необходимо закрыть… любой ценой.”

Рин, слыша это, могла задать лишь один вопрос. Никакой иной не возник бы в ее разуме.

-Что от меня требуется?

“Стать проводником… моей силы… Только так… я смогу… оказаться у врат.”

Впустить в себя мощь самого Повелителя Человечества? Самого могущественного среди людей и того, чья психическая сила ставит его вровень с богами? Тосака, не мешкая сделала выводы, что оказались не утешительными. Душа смертного не сможет выдержать подобное без последствий, даже будучи душой мага. Девушка могла остаться калекой или даже умереть. Это было опасно, но…

-Я готова.

Опасней было бездействовать.

Император, что также не имел намерения медлить, произнес лишь короткое…

-”Да будет так… дитя. ”

****

Кровь заливала глаза. Жанна была не в силах поднять свое тело, покрытое ранами и странными темными пятнами. Голодная скверна пожирала ее плоть, и Святая ничего не могла с этим поделать. Боль была невыносима, и лишь сила воли удерживала девушку от воплей.

Они знали, что затеяли опасную авантюру, но та оказалась непосильна. Всего нескольких минут хватило, чтобы несчастная девушка, по имени Сакура, одержала победу. Неудержимые потоки темной энергии обрушились на героических духов, разрывая реальность вокруг. Небесные Фантазмы не сыграли роли, лишенные возможности проявиться из-за оскверненной силы Зла-Всего-Мира. Ангра Майнью был освобожден, но, вопреки его могуществу, именно Мато предстала перед троицей.

Сама девушка стала выглядеть еще хуже, чем в последнюю встречу. Выступающие вены почернели, словно по ним струился самый темный мрак, через который прожилками пробивались лучи тошнотворного света. Не только зло из этого мира надругалось над Сакурой, но и из другого. Потухший взгляд выдавал отчаяние. Она страдала, но не останавливалась. Причиной тому был страх, поглотивший ее вместе с темными силами.

Мордред не отличалась от Орлеанской Девы, опрокинутая навзничь, воительница рычала сквозь сжатые зубы. Тело отказывалось слушаться, даже ладони ослабили хватку и Кларент упал на каменный пол, лежа рядом со своей хозяйкой. Бронированные рукавицы без труда взрывали крепкую породу, пока Рыцарь Предательства пыталась подняться. Сама мысль о бессилии приводила ее в бешенство, но она ничего не могла изменить. В отличие от своего Прекрасного Отца.

Артурия еще держалась на ногах, пусть ее и окутывала липкая тьма. От агонии оскверняемой плоти, Королева покачивалась, а руки ее дрожали, но продолжали крепко сжимать Экскалибур. Как она понимала, именно он ослабил реку темной энергии, позволив златовласой биться дальше. Хотя это сложно было назвать битвой.

Багровые глаза Сакуры пристально вглядывались в фигуру Артурии, смотря на ее потуги. Океан энергии в теле Мато бурлил, требуя выхода, что был найден во вратах нереальности. Пробудившийся Темный Грааль обладал поистине божественной силой. Девушка чувствовала, что сейчас ей подвластна сама реальность, что она может перекроить ее по своему желанию. Сжечь мир или превратить его в рай. Изменить историю или вернуть из мертвых. Сейчас она была богиней, с неограниченной властью.

Она ведь именно этого хотела. Именно подобного могущества - силы вершить свою судьбу…

Так почему она все еще была пленницей? Демон, с видом прекрасной девы, превратил ее в свою марионетку, пустив токи неестественной энергии в тело Мато. Ее выбор был невелик - подчинится или умереть. И Сакура выбрала первое. Страх сковал ее суть, заставив проглотить всякую непокорность. Даже сейчас, вспоминая пугающие глаза той твари, девушка вздрагивала в ужасе. Чудовище могло заставить ее испытать невиданные муки, если увидит хоть намек на сопротивление. Пусть существа не было рядом, но Сакура знала - она рядом. Попытка восстать будет пресечена, а непослушная девушка будет наказана.

-”А они противятся…”

Мато видела отвагу пришедших к ней. Их миру скоро придет конец, а они продолжают противиться судьбе. Океан ужасных кошмаров протекал через распахнутые врата, образовавшие в центре огромной подземной полости подобие башни. Она соткалась из самой тьмы, и, казалась, была самым пугающим, что может увидеть человек… Но, то что пришло из этой тьмы, было многократно страшнее. Даже опосредственной связи было достаточно, чтобы понять это.

Сакура сжала кулаки в бессильной ярости, от осознания своей никчемности. Ей даже не хватало духа умереть по своему выбору. Вместо этого, она приняла рабство, пока ждала конца, после которого ничего не останется. Все сущее сгинет.

Очередной выпад обессиленной Артурии мог быть смешным, если бы не ее глаза. Они горели решимостью. Той, которой никогда не было у Сакуры…

И никогда не будет.

Грезы о свободе и мести уже не посещали голову девушки, лишь безнадега жила в нем. Отчаяние и безнадега.

Легким взмахом руки, девушка прожгла дымящийся разрез через все тело воительницы. Ни доспехи, ни тело слуги не уберегло от огромной раны. Хрипло вскрикнув, златовласая тяжело задышала, оперевшись на меч. Это длилось всего несколько вдохов, пока Артурия не подняла голову вновь. В изумрудных глазах проскальзывали не просто огни воли, в них жили серебристые искры, сияющие в потустороннем мраке. Сакура чувствовала, что именно они, наряду со святым клинком, придавали ей силы. Однако, эпицентр прорыва из иной реальности был слишком губителен. Слугам не продержаться долго.

Вдруг, глаза зацепились за слабый свет из узкого прохода в Зал Грааля. И он только нарастал.

Секунды тянулись, пока Мато безмолвно смотрела на приближение неизвестного. В какой-то момент, лучи сияния начали ослеплять. Тьма расступилась, словно страшась их чистоты.

Наконец, Сакура увидела фигуру, окутанную короной из величественного света. Его золотые отблески заставили беловолосую сощурить глаза. Ей было невыносимо даже смотреть.

-... Сакура…

Голос раздался множественным хором, как если бы говоривших было тысячи. Но, даже так, звучание было знакомым.

-С-сестра? - Удивленная Мато отшатнулась, узнав нового вторженца.

Голубые глаза Рин имели уставший вид, а лицо носило следы боли. Словно этот свет сжигал не только тьму, но ее саму. Пристальный взор Тосаки пронзил саму сущность той, кто был ей кровной сестрой, лишь для того, чтобы скрыться за трепетавшими ресницами. Единственная наследница древнего рода слегка склонила голову, ведь ныне была способна заглянуть глубже.

Миг спустя, веки приоткрылись, но за ними не оказалось ярких очей девушки. Их заменил свет. Обжигающий поток мощи вырвался из глаз Рин, огласив мрачные своды пещеры воплями темных тварей из бездны. Они стенали от боли и страха прямо из Имматериума, ощущая, как тот наполняется концентрированной волей их величайшего врага.

Казалось, во тьме пещеры возгорели две сияющие звезды.

Бледное лицо Тосаки озарял ореол чистого золотого света, и даже тело источало его.

Она сделала шаг, что провозгласил ее намерения. Шквал психической силы смел липкую тьму и опалил кожу Сакуры. Последняя, наконец придя в себя и осознав, что за ней пришли, совершила отчаянную атаку. Все ее мощи собрались воедино, обрушившись на сестру потоком. Это было разрушение в чистом виде, от которого пространство жалобно заскрипело.

Свет и тьма схлестнулись в борьбе, в которой пока не было победителя.

До предела напряженные магические силы Мато не могли справиться с сиянием Императора, но тот так же не мог пересилить мощь темного божества этого мира, ведь был ограничен. Противоборство могло продлиться долго, если бы не те, кто приходился Рин союзником.

Артурия не стала бездействовать, ощутив, как давление на нее ослабло. Психический свет накрывал ее тело, но не вредил, лишь изгнал зло. Подняв руки с Экскалибуром в них, Королева стала новым источником сияния, накапливая силу. Столб энергии вырвался из острия священного меча, став предзнаменованием разрушительной атаки.

Пока король готовился к решающему рывку, его рыцарь не смел не последовать примеру. Сбросив путы тьмы, истлевшие под праведным светом, Мордред неистово поднялась на ноги. Ее ладони сжимали клинок, что испустил из себя алые молнии. Рогатый шлем распахнулся, от желания владельца. Девушка хотела своими глазами видеть, как эта битва закончится, и насладиться великолепием Меча Обещанной Победы.

Жанна же, так же поднялась. Изначально, божественная мощь Сакуры подавила все ее возможности, но теперь, она сможет использовать свой Небесный Фантазм. Сложив руки перед собой, она тихо произнесла молитву. Свою последнюю молитву.

-Господь всемогущий, отдаю сие бренное тело тебе.

Сакура увидела, как еще недавно сломленные слуги воспряли и обрушили на нее мощь своих кристаллизированных легенд. Священный свет, кровавая молния и всепоглощающий огонь смешались с психическим шквалом Владыки Людей, поставив точку в битве. Короткой, но разрушительной. Огромная пещера уже не выдерживала буйства сил, что разверзлись в замкнутом пространстве.

Яркая вспышка оттесняла тьму, низвергая ее в ничто. Силы Сакуры иссякли.

Она ощутила боль от опаленного тела. Девушку отбросило назад, и у нее уже не было возможности устоять на ногах.

Лежа на холодном камне, Мато ощущала страдания, в который раз захлестнувшие ее. Зрение подводило, и ей стало казаться, что она ослепла, ведь все вокруг было лишь беспросветным мраком. Впрочем, так было всю ее жизнь, девушке даже не нужно привыкать к этому.

Однако, лучи света разогнали тени, и обессиленная Сакура увидела лицо своей сестры. В нем она прочитала не ненависть или презрение. Была лишь боль.

Опустившись на колени перед полусожженнным телом беловолосой, Рин протянула руки. Та, кто когда-то носил фамилию Тосака, прикрыла глаза, готовясь получить желанное избавление, однако…

-Прости меня, Сакура. - Она оказалась в крепких объятиях.

Изумленный взгляд встретился с колодцами, из которых лилось вечное сияние. Пусть этот свет был болезненным, но падшая не могла отвести глаз.

-За что? - Давно забытая робость вернулась, когда сестра просила прощения и обнимала ее истерзанное тело.

-За все… Прости меня за все…

Едва слышный шепот приобрел оттенки плача. Казалось, Рин была на самой грани слез. Нет, она плакала. Прозрачная жидкость стекала по ее щекам, но быстро испарялась, от энергии покрывающей тело.

Сакура не могла вымолвить и слова. Ее поразили эти слова. Ее разум, словно ощутив приближение конца, стал проясняться, наконец выпустив наружу эмоции погребенные под безграничной ненавистью. Она вспомнила, как они были дружны в детстве. Они любили друг друга, ведь были сестрами. Их связывали кровные узы.

Слезы начали застилать и без того туманный взор. Девушка хотела сказать что-то, пусть сама не знала, что именно, но легкие сдавило тисками. Лишь всхлипы вырывались из уст человека, чья судьба была подобна злой шутке.

-Мне так жаль, Сакура, но… я должна это сделать… - Ладонь Рин нежно легла на лицо той, кого она предала. - Прошу, найди покой хотя бы так. Я… не в силах предложить иного, сестренка.

Вымученная улыбка озарила умирающую девушку. И в этой улыбке, она увидела нечто, что заставило ее губы приподняться в ответ. Сестры слабо улыбались друг другу, и в этом нашли больше, чем в тысяче слов.

Рин не хотела этого. Не хотела совершать то, что предстоит совершить. Но выбора не было.

Сияние вспыхнуло стократ сильнее, послав импульс испепеляющей мощи того, кто правит тысячами звезд. И это…

Стало концом.

Глава 55

Сил было все меньше. Даже с трансчеловеческой выносливостью и дарами перерождения, Саул ощущал слабость. Раны заживали со временем, но на это требовалась энергия, черпаемая, быть может, из самой души. Тарвиц не разбирался в псайкерстве, а о магии этого мира и вовсе не знал почти ничего. Все, что было ему известно, так это то, что его тело все больше отказывает. Будь у него хоть несколько часов отдыха, то он бы смог приемлемо сражаться, но подобное - роскошь. На нем едва ли осталось живое место после столкновения с Люцием.

Отряд предателей был уничтожен, но демонические твари не исчезали, напротив, их стало больше. Словно они учуяли особенно лакомых смертных, приходящихся сыновьями тому, кто был сыном Повелителя Человечества. В их генах и сущностях хранилась крохотная частица Императора, что не могло не сказаться на жажде отродий.

Шлем Саула был потерян еще в битве с Люцием, упав слишком далеко, чтобы идти за ним. Сухожилия на ногах частично восстановились, но даже простая ходьба была вызовом для силы воли. Если бы не потоки сил, передаваемые братьями, капитан бы уже упал прямо здесь. Впрочем, последнее может стать лишь вопросом времени.

Мазнув взглядом по двум космодесантникам, принимающим на себя большую часть врагов, Саул испытал подавленность. Из-за его ран, им приходилось сражаться вдвое яростнее, дабы Тарвиц сохранил жизнь. Пусть в прошлый призыв Дети Императора возвращались в море душ после гибели, но пока нечестивые силы властвуют в округе, нельзя было быть уверенным в том, что это будет так и сейчас. Холодный рационализм твердил о более логичном варианте, но братья не могли бросить брата. Не после произошедшего под грозовым небом Истваана. Происходящее сейчас, лишь одна из битв, в которой сынам Феникса предстоит сражаться до конца.

Вырвав клинок из истлевающего тела одной из тварей, потерявший руку астартес был вынужден отступить. На смену демону пришли несколько новых, и так было без конца. Безостановочное сражение определенно приведет к гибели.

Пусть так. Дети Императора, даже зная о гарантированной смерти, зададут жару отродьям Эмпиреев.

Шквал снарядов прочертил воздух, разрывая на части десятки тварей. Терминатор имел наибольшую огневую мощь, потому держался чуть впереди, пока его братья прикрывали. Удар громового молота порвал в клочья крупную тварь, но за ее спиной оказалась еще одна. Не успевая занести оружие вновь, технодесантник был вынужден схватить голову монстра бронированной ладонью и смять ее в зловонную жидкую массу из костей и мозга. Крепкая хватка вокруг обломка позвоночника не разжалась, и позволила использовать длинное тело проворного чудовища как дробящее оружие, переломившее хребет очередному неестественному существу.

И пусть славные воины могли продержаться еще долго, но их участь осталась бы неизменна без помощи, которой неоткуда было прийти. Вернее, они так думали.

Узнаваемый гул стал слышен сверху, в небе заполненном летающими тварями. Хоть их было не так много, но они доставляли неудобства с самого начала прорыва. И именно через строй крылатых существ пронеслись вытянутые силуэты. Издали их можно было спутать с птицами, но три легионера не допустили такой ошибки, ведь осознали, кем были неизвестные. Воины в пурпурной броне восседали на массивных машинах войны. Их плавные обводы и лакированная поверхность слегка поблескивали в неестественном свете. Больше всего выделялась лобовая часть, представляющая собой подобие тарана, в изголовье которого был золотой орел. Работа искусного мастера словно застыла в момент пикирования, лишь за миг до того, как она настигнет добычу.

Гравициклы рычали в небе рассекая воздух и поливая врагов градом снарядов из спаренных курсовых болтеров. Увидевший это Абдемон, признал в них звено из эскадрона Небесных Охотников, и, кажется, они нашли свою дичь. Неуловимо быстро маневрируя в воздушном бою, астартес подвергались нечеловеческим перегрузками, но без труда избегали повреждений. От крупной группы, явно сформированной из нескольких звеньев, отделились несколько космодесантников, что на полном ходу понеслись к своим братьям, зажатым в угол.

Рассчитав скорость торможения, охотники замедлились в достаточной мере, для совершения задуманного маневра. Прямо на лету техника распалась мерцающими искрами, оставив пилотов в направленном падении. Аметистовые метеоры обрушились на места скопления врагов, чем создали ударную волну, разметавшую тварей. Не мешкая, астартес начали прорубаться через толпу дезориентированных существ.

Подобное было немыслимым безрассудством, но Дети Императора всегда отличались страстью к достижению новых высот, потому эти космодесантники посреди боя придумали новый метод десантирования. Усиленные тела и доспехи позволяли даже такое. Этот отряд имел на вооружении не силовые мечи, а цепные, потому с их прибытием подножие горы Энзо наполнилось высоким визгом моторов и криками монстров, чью плоть рвали в клочья.

-Лорд-Командор Абдемон. - Лидер взвода, сблизившись, в первую очередь обратился к старшему по званию, как требовал устав. - Лейтенант Латарн. Мы прибыли по приказу примарха.

Вогнав меч в череп одной из тварей, Абдемон оглянулся и увидел, как легионеры молниеносно образовали круговую оборону. Двое из них имели облегченные мельты, специализированные для мобильных подразделений, что прожигали крупные дыры в строю врага. Остальные пользовались болт-пистолетами и цепными мечами, и так же прикрывали своих братьев. Четкие движения напоминали работу часового механизма, отлаженного мастером своего дела.

-Рад вашему прибытию, лейтенант. Какова обстановка? - Теперь, можно было получить тактические сведения из первых уст.

-Легион успешно ведет бой с основным скоплением противника. Подсчитать их количество не представляется возможным, но потери незначительны. - Говоря это, астартес приложил ладонь к грудной пластине, словно пытаясь привыкнуть к новой силе, полученной после возрождения. - Им нас не сломить.

-А что Фениксиец? - Получив передышку, Абдемон не стал тратить время на отдых, ведь, как он чувствовал, мог так сражаться еще сутки, а то и больше.

-Примарх занят битвой с демоном. Так же успешно.

-Ясно, но зачем он послал вас? - Способ, которым примарх отдал команду, был очевиден. Если легионеры могли обмениваться мыслями, значит и сам Фулгрим мог это.

-Оказать поддержку в подавлении прорыва.

Несколько звеньев Небесных Охотников, имеющих возможность материализовать гравицикл из воздуха, были едва ли не самыми мобильными Детьми Императора в нынешних условиях, потому выбор логичен.

-В пещеру уже направились союзники, мы лишь обороняли вход.

-Союзники? Но я не чувствую там других братьев.

-Король Артур, Мордред Пендрагон, Орлеанская Дева и девчонка-маг прошли туда. - Слова сопровождались образами внешних данных и боевых возможностей, иначе, даже при всем уважении к вышестоящему по званию, лейтенант счел бы это неуместной шуткой.

Впрочем, это все равно не помогло остаться беспристрастным. Личности из древних мифов и летописей были здесь, и, как стало известно, это "здесь" было на Терре. Вдобавок, персонажи легенд оказались отнюдь не мужчинами. Абдемон не винил Латарна, только не за подобное. К тому же, легионер пришел в себя меньше чем за десять секунд.

-...Каковы будут указания, Лорд-Командор?

-Обороняться дальше. Вход завален, расчистка будет слишком длительной, а радикальные меры могут создать новый обвал. Но, если твари прорвутся, они могут ударить в спину группы. Ее задача первостепенна - под горой находится артефакт, поддерживающий прорыв Варпа.

-Принято, Лорд-Командор. Мы поможем в защите.

-И еще, нужно оказать первую помощь. - Указав на Саула, что прекратил ближний бой и вел огонь из болт-пистолета, Абдемон развернулся и присоединился к Небесным Охотниками, продолжающим оборонятся.

Латарн молча кивнул, лишь кратко проанализировав бой. Наличие взвода было достаточно для того, чтобы не подпускать врага, в чем им сильно помог один из Двух Сотен. Молчаливый технодесантник, имя которого, тем не менее, знал каждый, поистине буйствовал. Он поливал толпы тварей сталью и ракетами - терминаторская броня не зря была разработана для использования тяжелого вооружения.

Лейтенант быстро подошел к раненому и заговорил.

-Капитан Тарвиц, позвольте оказать первую помощь. - Услышав это, Саул сделал еще пару точных выстрелов, перед тем как повернуться к легионеру. Кивок был ответом на слова последнего.

На небольшом участке свободного пространства перед заваленным входом в пещеру, Латарн замер на миг, перед тем, как его душа вспыхнула. Из языков белого огня, появился заглушенный гравицикл. Так же как и оружие, возрожденные астартес могли призывать то, чем долгое время пользовались и чем дорожили. Крыло Ветров, как лейтенант назвал свой личный транспорт, было ему крайне близко. Он тратил на техобслуживание немногим меньше времени, чем на свои собственные тренировки и провел ряд модификаций, повысив эффективность. Также, в защищенном хранилище находились предметы первой необходимости, среди которых, очевидно, были медикаменты.

Пока лейтенант готовил инъектор с питательным раствором, назначенным подстегнуть механизм регенерации, Саул неожиданно завел разговор.

-Латарн… помню, в последний раз мы виделись перед штурмом Дворца Регента. Ты был под командованием Соломона.

-Так и есть, капитан. - Между словами, шприц вошел в открытую шею, пустив жидкость по венам. - Там же я и погиб.

-Я прожил немногим дольше… - Смотря на того, с кем он сражался плечом к плечу в последние дни, Саул поинтересовался. - Как Фулгрим сумел…

-Убедить нас вновь последовать за ним? - Слабая ирония слышалась даже через искажающие вокс-системы шлема. - Он… говорил и испытывал тоже, что и мы. Сложно ненавидеть того, кто сам делает это стократ сильнее. Впрочем, если бы не Лорд-Командор Веспасиан, мы бы не удержались и… - Что было бы после, не требовало быть озвученным.

-А твой взвод… В нем ведь…

-Да, Марк и Релот - предатели. - Выдернув иглу, лейтенант принялся наносить заживляющий гель на открытые участки, до которых не мешала дотянуться броня. В частности, на обрубок руки. - Может, если мы переживем этот день, я и подумаю об этом, но не сейчас.

-Согласен. Все же, сейчас не до этого, к тому же… - Тарвиц взглянул на названных легионеров, и прислушался к связи. По ней донеслись слышные даже в бою чувства. Они были ни чуть не светлее тех, что испытывали преданные. - Ладно, позже об этом.

-А я уж думал, что Капитан Тарвиц решил произнести пламенную речь. Ошибся.

-Латарн. - Пусть Саул не общался с этим космодесантником достаточно, но знал о его черте - острить в такой форме, что упрекнуть было просто не за что. Это он умел.

-Капитан. - Совершенно собранный и сосредоточенный лейтенант не подал виду.

Небесные Охотники, видимо, были немного близки по духу двоюродным братьям Детей Императора - Белым Шрамам, что обладали редким веселым нравом среди астартес.

****

Вихрь огня и стали стал подобием декорации для дуэли, что все еще была далека от завершения. Фулгрим имел очевидное превосходство над своим темным двойником, но тот не зря именовался демоном-принцем. Его сила была велика. Более велика, чем когда-либо.

Змей почти ни на секунду не оставлял улыбки, позволяющей чувствовать его упоение. Упоение, что он пытался приумножить, узрев смятение своего “брата”. Слова, призванные поколебать воина в пурпурном, лились из его змеиных уст непрерывным потоком.

-Скоро моя Госпожа будет здесь, и ничто не остановит ее. Этот маленький мир сгорит, и я позабочусь, чтобы ты был в первых рядах, Фулгрим. - Чудовище оглашало округу своим искаженным голосом, но тот не имел никакого эффекта на примарха Детей Императора.

Каждое движение Третьего было выверено и отточено. Он не стремился к эффектности, не стремился привнести красоту в битву. Подобные глупости уже не волновали Феникса, что сосредоточил все внимание на своем отражении.

Клинки высекали снопы искр, что осыпались на землю подобно метеоритному дождю, пока могучие существа раз за разом сталкивались, сотрясая землю и небо. Волны чистой психической энергии обжигали любое нечестивое существо, пытающееся подобраться ближе. Фениксоподобный, в ответ, горел неистовым огнем скверны, отражая большую часть направленной на него угрозы.

Скорость, с которой двигались примархи, могла заставить даже астартес видеть лишь размытые пятна, а отголоски от ударов чувствовались в воздухе.

-Бра-а-тец, ты до боли молчалив… - Между выпадами четырех клинков, демон не затыкал рта. - Чем бы мне тебя поколебать... - Задумчивость, совершенно неуместная в пылу схватки, отразилась на сиреневом лице. - Знаю!

От появившейся идеи, демон возликовал, предвкушая неверие Фулгрима. Тот, словно и не слушая, сохранял лицо неподвижно, как если бы оно было маской. Маской абсолютной решимости.

-За годы в Варпе, мне открылись невиданные тайны. И сейчас, я поведаю тебе одну из самых занимательных. - Видя холодное спокойствие своего двойника, демон приступил к рассказу с усиленным рвением. - Вся Ересь Хоруса, велась так, как нужно было нашему отцу. Он знал о ней заранее и не предотвратил. Император контролировал ее ход, и даже смерть Ферруса была частью его плана. Наш брат был жертвой, которую отец принес сознательно. Это все, часть великого плана, ради которого мы проливали кровь.

Но, вопреки ожиданиям, ужасное откровение не возымело эффекта. Напротив, единственный зрячий глаз примарха показал отблески снисхождения.

-Не веришь мне? Думаешь, я говорю это из желания увидеть отчаяние на твоем лице? Отец всегда считал нас инструментами, даже не людьми! Мы были просто живыми орудиями, которые он мог бы выбросить, стоило только примархам перестать быть нужными!

Ответом был новый удар, совершенный ревущим лезвием меча, что тянулся к плоти предателя, желая низвергнуть ее в прах.

-Ты оглох? Разве ты не способен подумать над всем происходящим, исходя из этой парадигмы? Ты способен, ведь мы - одно целое. Покажи мне опустошение! Покажи отчаяние!

Змей с яростью обрушился на Феникса, словно пытаясь выбить из него желаемое. Однако, в момент когда их лица оказались на незначительном расстоянии, он разобрал усмешку врага.

-О, ты просто отрицаешь это. Не хочешь даже попытаться представить. Как и прежде, ты оста…

-Не отрицаю.

Неожиданные слова сорвались с уст платиноволосого, застав врасплох демона. Мимолетная заминка позволила Телесто пройти под одну из рук и поразить оскверненную плоть своим золотым светом.

Враг отпрянул, скользя своим хвостом по пеплу и почве, что местами уже обратилась в стекло. Видимое удивление дало примарху в пурпурном время коротко посмеяться. Посмеяться низким, холодным смехом, в котором слышалась не просто насмешка. В нем было презрение.

-Не считай себя самым умным, отродье. У меня было время поразмыслить, и подобные мысли уже возникали. - Говоря это, Фулгрим вскинул копье, а глаза его горели уверенностью. - И пусть это вполне может оказаться правдой, но… Что с того?

Не успел демон сказать и слова, как зарождающуюся речь прервал ясный голос, пронесшийся по всему полю боя. Примарх хотел сказать это не только своему близнецу, но и своим сыновьям. Как тем, что сражались на его стороне, так и искаженным скверной Хаоса.

-Лишь недавно я понял, насколько необъятно величие Повелителя Человечества. Насколько далеко простирается его взор. Ты ошибаешься, думая, что его можно судить, как простого человека.

-Неужели, ты хочешь сказать… - И снова, злая насмешка не успела вырваться из зловонной пасти демона, прерванная праведным гласом Феникса.

-Император, как бы противоречивы не были его действия, следует за своей мечтой. Подлинные мысли отца никогда не откроются мне в полной мере, но это и не нужно. Достаточно знать лишь одно.

-И что же… Фулгрим? - Рычание, вызванное бестактным перебиванием, показывало насколько недоволен демонический примарх.

-До тех пор, пока я остаюсь верным слугой Императора - я остаюсь верным слугой Человечества. Мечта отца, это процветание людской расы. Такова Истина.

-Человечества? Эти смертные так тебе дороги?

Услышав эти слова, Фениксиец вновь рванул на врага, рассекая воздух.

-Я один из них.

Эта правда, словно стала продолжением руки примарха, обрушившись на врага в синергии со всей мощью сына Повелителя Человечества.

-Как же… низко ты пал, братец. Мне это по нраву! - Улыбнулся демон.

-Я всего лишь осознал, как сильно ошибался.

Произнеся это, Феникс замолк. Он и без того занимался бессмысленным занятием, ведя беседу с демоном. Фулгрим говорил все это не столько самому Змею, сколько самому себе. Эта Истина, ценой которой стала потеря всего, должна быть выжжена на самой душе, дабы он не забывал о ней. Чтобы он не повторил своих ошибок, ибо ему точно не будет дарован третий шанс на искупление. Даже нынешний - второй, был невероятным чудом, порожденным самой судьбой.

-У тебя испортился характер, братец. Ты даже не даешь мне насладиться нашей встречей в полной мере.

Но, уже в который раз, Фениксиец бестактно прервал слова Фениксоподобного. Ревущий костер, коим обернулся Разящий Огонь, опалил руки демона, оставив незаживающие раны. Ранения примарха в пурпурном, напротив, исцелялись с видимой для глаза скоростью. Их силы были не равны и Змей это понимал.

-В таком случае, внесем остроты в нашу дуэль…

Произнеся это, демонический примарх сорвался с места, двигаясь прямо к массе тварей Варпа и астартес Хаоса. Его тело, с неуловимой грацией и скоростью, рассекло союзников, нередко просто давя их, как каток.

Фулгрим не удивился этому маневру и прекрасно осознавал, какую именно “остроту” хочет привнести его близнец. Он хочет вынудить Феникса убивать своих сыновей, обращенных в чудовищ, пока он пытается догнать врага. Хочет заставить его страдать от вида Детей Императора.

Чуть сузив глаза, примарх взял низкий старт и понесся по полю боя, настигая демона.

Целое море когтей и щупалец расступалось перед пылающей фигурой Фениксийца, чей психический огонь сжигал души нерожденных. Они не могли стать преградой для Третьего, но и не на это был расчет.

Крупный отряд массивных фигур показался посреди орд существ Имматериума. Их броня была столь велика, что они мало уступали примархам, а искаженное вооружение больше подошло бы штурмовым танкам.

Увидев верного слугу Императора, группа терминаторов Хаоса незамедлительно обдала его огнем из всех орудий, под ухмылку демона, что предвкушал ужас своего брата от того, кто это был.

Молниеносно сместившись, просто размывшись в поле зрения, Фулгрим был подобен призраку. Его возможности возвысились на немыслимые пределы и позволили ему оказаться прямо перед лидером врага.

Всего одного взгляда хватило, дабы узнать в нем первого капитана Детей Императора - Юлия Каэсорона. Сама душа почувствовала, кем был оскверненный астартес, ведь его лицо представляло собой гниющую мешанину, лишенную кожи.

Только пасть чудовища начала открываться, дабы сказать неизвестные слова своему прародителю, как их прервал пылающий клинок. Меч, стремительно, как луч света, был вогнан в грудь демона-принца, пройдя над открытым воротом живого доспеха.

Пульсация силы примарха испепелила внутренности предателя, а после этого Телесто последовало примеру Разящего Огня. Два орудия сыновей Императора почти мгновенно умертвили искаженную пародию на благородного капитана, а следом, Фениксиец резко развел их в стороны.

Обугленные половины огромного тела разошлись, превратив верхнюю его часть в подобие раскрытого букета из плоти и костей, которое продолжало гореть белым огнем. Фениксоподобный вцепился взором в эту картину, восхищаясь жестокости своего брата.

Свет психического пламени освещал лицо Фулгрима, что было неподвижно. Он не сожалел об убийстве того, с кем прошел через сотни битв, но и не упивался смертью врага. Новым рывком, примарх окончательно разорвал предателя на две равные половины, начавшие падать оземь.

Уже не обращая внимания на падшего сына, Феникс увидел, как его двойник оборачивается для побега. Этого нельзя допускать.

Чуть присев, Третий прыгнул в небо, уносясь ввысь, подобно пылающей птице. Оказавшись на высоте нескольких десятков метров, он мимолетно оглядел поле боя - его стоит проредить.

Психическая сила примарха удержала его в воздухе дольше положенного, а на руках его уже начали собираться слепящие потоки белой энергии. С треском, ветвящиеся лозы устремились дальше, пройдя через орудия зажатые в руках и извергнувшись вовне.

Резкий звук, подобный раскату грома, разнесся на мили вокруг, а увидевшие это верные Дети Императора удвоили рвение. Узрев могущество, приобретенное их отцом, они возжелали показать еще большие усилия.

Разветвленная молния прочертила широкий конус белого света, оставив только выжженную почву, без единого темного создания. Исключение было лишь одно - Змей. Демон-принц хрипло выдохнул, ведь для того, чтобы уберечь свое тело и душу, ему пришлось задействовать немало сил.

Телекинетический рывок унес Феникса вперед, дав развить огромную скорость. Всполохи пламени, словно став отголосками славы Великого Ангела, сгустились за спиной, образовав подобие крыльев. Выставленное каплевидное копье триумфально воссияло, пока летело к сердцам твари. Твари, посмевшей ударить его хозяина в спину.

Даже нечеловеческая ловкость Змея не позволила ему уйти с линии атаки, только сместиться. Это уберегло его от гибели, тем не менее, избежать ран не удалось. Феникс с грохотом обрушился на землю, а Телесто вошло прямо в массивный хвост, пригвоздив демона к месту. Вскричав от гнева и унижения, Фениксоподобный дернул свое тело в сторону, чем лишь усугубил ранение. Крупные куски зловонной плоти разлетелись в стороны, оставив широкую рваную рану на змеиной части падшего примарха, но это, все же, позволило ему уклониться от взмаха Разящего Огня.

Фулгрим чуть раздраженно рыкнул, видя, как скользкий враг вновь спасся от смерти.

-Надоел.

С этим словом, примарх вспыхнул силой, что унеслась в почву. Осознав, что именно хочет сделать его братец, демон попытался сбежать, но этому помешала дрожь.

Третий заранее направил приказ, что позволит избежать бессмысленных потерь среди сыновей, ведь…

...Крупный пласт земли утратил связь с остальной почвой.

Быстро, просто невообразимо стремительно, огромная глыба была подхвачена телекинезом и превратилась в свистящий снаряд. Два примарха, что продолжали стоять на ней, сгруппировались, ибо полет всегда заканчивается приземлением.

А траектория была направлена прямо к свободному участку, посреди моря пурпура.

Глава 56

-Как же… все болит… черт. - Хриплый голос Эмии первым разогнал тишину, возникшую на опаленной поляне.

Дестабилизация Зеркала Души вызвала разрушительные последствия, что лишь усугубили раны юноши. Рядом с ним раздался согласный стон, владелец которого имел пепельные волосы. Кажется, ему было еще хуже, чем младшему. Мраморный Фантазм принадлежал именно ему - неудивительно, что его насильственное уничтожение заставило Стража Противодействия сильно пострадать.

В глазах было темно, но яркие золотые волосы выделялись ярким пятном. Гильгамеш уже поднимался над землей, хоть и у него были видны серьезные повреждения. Сместив взгляд, Широ увидел ту, кого надеялся победить. Беловолосая девушка истошно стонала голосом, в котором не было и намека на мелодичность. Он был неестественен, походя на рычание злого духа, что, впрочем, было не далеко от правды.

Нерожденная чувствовала подлинную агонию во всех аспектах своей сущности. Психическая ярость клинка прожгла широкую рану в ее душе, которую придется восстанавливать непомерно долго, даже с подпиткой Эмпиреев. Физическое тело, пусть и вернуло частичную целостность, но являлось лишь оболочкой, создать которую было проще всего.

Даже не имея сил исказить законы реальности, девушка пребывала в постыдном положении, держась на трясущихся руках. В животе зияла прореха, источающая лучи сиреневого света и редкие, постепенно угасающие всполохи белого огня. Мощь души ее возлюбленного примарха, словно в ненависти к ней, стремилась как можно дольше и болезненнее разить аватару Темного Принца.

Вдруг, демоница ощутила присутствие, что было еще далеким, но нестерпимо могучим. Сквозь боль, она подняла голову и ее пурпурные глаза вцепились в тень, спускающуюся с небес. Заметить ее могли лишь те, кто мог смотреть в Варп и видеть его подлинный вид, а не мешанину цветов. Огромная мощь повелителя Нерожденной давила на нее, а разум уловил недовольство. Тот, по чьему образу она было создана, гневался на ее нерасторопность. Пусть время для Слаанеш не имело значения, но она ожидала, что ее аватара справится куда быстрее.

Возможно, так и случилось бы, но девушка не хотела подчинять Феникса силой, превратив его во второго Змея. Его лик, его эмоции и помыслы были слишком дороги ей, чтобы просто уничтожать это великолепие. Она желала ощутить, как он сам возжелает её, даже притворилась смертной волшебницей. Хоть, в большей мере, это был мимолетный порыв, обусловленный намерением поговорить с возлюбленным примархом, но она пыталась посеять в его разуме сомнения. И у нее не вышло.

Решимость Феникса, подобно клинку, перекованному в скорби, была несокрушима. Он никогда не предаст отца, предпочтя смерть отступничеству. И даже так, вызывал восхищение Нерожденной.

Но это подождет, ведь в этом мире уже есть кому занять Фулгрима, пока госпожа, предназначенная ему с рождения, завершит свои дела. К слову о них. Нерожденная скосила взгляд на червей, сумевших нанести ей столь значительные раны. Оружием, которым может владеть лишь ее милый примарх… Непростительно.

Ныне едва существенные, силы ее нематериальной сути поднялись из глубин. Луч тошнотворного света прочертил линию, за миг настигнув тело рыжего юноши, что был ей ненавистнее любого из этих отбросов.

Широ ощутил новую вспышку боли, даже не поняв, когда эта тварь сделала свой ход. В груди словно разгорелся пожар, прожигающий душу. Ни единого звука не сорвалось с уст юноши, ведь его легкие сгорели, вместе с частью гортани. Широкая дыра образовалась по центру его тела, столь крупная, что через нее можно было без труда рассмотреть происходящее с другой стороны.

-Еще дышишь, мерзость… - Король Героев незамедлительно отреагировал, видя, как принадлежащее ему убили без его согласия.

Одинокий портал открылся в воздухе и из него вылетело копье, пронзившее голову твари. Гильгамеш, хоть и был обладателем огромного запаса праны, уже почти опустошил свои резервы. Его не хватит даже на обыденный залп фантазмами, которыми он всегда разбрасывался без устали.

Острие влетело прямо в глазницу, выйдя через череп. Девушка небесной красоты запрокинула голову, ведь орудие вошло по середину древка. Тем не менее, рана, способная убить едва ли не любого героического духа, оказалась бесполезна. Яростный оскал и болезненный рык дали понять это.

Не в силах быстро избавиться от инородного элемента, Нерожденная схватилась за копье и потянула его вперед. Каждый сантиметр пути, орудие рвало ее изнутри, но наконец было извлечено. В оставшейся ране, вместо содержимого черепной коробки, был виден лишь потусторонний свет, что медленно затягивал повреждения.

Ненавистный король уже порядком надоел деве, потому она с огромным удовольствием приступила к казни. Невесомый туман, обманчиво медленно, сгустился на ладони и сорвался вперед, словно подхваченный ветром. Лиловая дымка стремительно настигла Владыку Урука, что уже не имел сил даже на защиту.

Холод и жар. Боль и экстаз. Именно их ощутил Золотой Арчер, когда мерзкий туман проник в его поры. Агония растеклась по телу, даруя всевозможные видения, в которых он был в столь же всевозможных условиях: Привычный образ подвластного ему царства; Рабская жизнь, полная боли, в руках жестокого хозяина; Сладострастные оргии и бесконечные утехи. Все это, за секунды пронеслось в разуме, стремясь испепелить сознание и превратить Короля в пускающего слюни овоща.

-Жалкая… попытка… - Сиплым голосом, Гильгамеш насмехался над тварью. Двойственная агония могла поглотить даже слугу, но только не его.

-Как же ты мне надоел, насекомое. - С усилием встав на ноги, нерожденная медленно приблизилась к златовласому.

Никто не мог помешать ей, ведь младший Широ был при смерти, а старший еще и прийти в себя не успел. Беспрепятственно, она оказалась перед Гильгамешем. Тот стоял на коленях, но тело его было выпрямлено. Король, даже в таком положении, не терял гордости, уверенно смотря на порождение тьмы.

Беловолосая схватила смертного за горло и сдавила его с силой, достаточной, чтобы не дать ему сделать и вздоха.

-Ты познаешь муки, царь Гильгамеш.

Вторя этим словам, глаза вспыхнули потусторонней энергией, что проникала в мысли, наводняя их вечными стенаниями мириад душ. Люди и иные существа без конца кричали, смеялись в припадках и молили о забвении. Им было неважно, как именно - только бы это закончилось.

Рот Короля распахнулся, будто готовясь извергнуть вопль агонии, но не единого звука не исходило, напротив, момент слабости был задавлен за секунду. Древний повелитель вернул своему взгляду безмерную гордыню, без капли страха взирая на мерзость. Грудная клетка содрогнулась, как от смеха, что обдал существо безграничным презрением.

Ярость затопила сущность Нерожденной и она наплевала на всякое желание заставить его страдать. На смену пришло желание низвергнуть тело, разум и душу наглого смертного в ничто. Ладонь накрыла голову Гильгамеша, послав импульс сжигающей энергии, начавшую покрывать дух Золотого Арчера разрывами и трещинами. Но даже сейчас, он не желал уходить так просто, продолжая с презрением смотреть в глаза мерзости и сопротивляться энтропии сил Имматериума.

-Ты…

Демоница принялась накапливать новый сгусток энергии, что точно умертвит жалкого червя, но ей помешали закончить начатое.

Луч золотого света снизошел прямо с небес, опалив тело демоницы. Пронзительное эхо прозвучало на всех плоскостях реальности. Боль просто ошеломляла, ведь была дарована ей величайшим врагом Хаоса.

-Проклятый Император!- Схватившись за голову, девушка шипела от захлестнувшей ее агонии.

Ненавистный Анафема, даже тратя все силы на сдерживание океанов Варпа, не преминул возможностью добить ослабленного противника - очень свойственно ему. Вот только, этого не хватило для того, чтобы окончить существование Нерожденной, однако, достало для того, чтобы она решила сбежать.

Осознавая свою уязвимость, беловолосая исчезла из материальной реальности, растворившись в Эмпиреях.

Увидев это, Гильгамеш злорадно усмехнулся.

-Как я и говорил… ты просто жалкая тварь.

Боль рассекала каждую клетку тела, а душа уже почти раскололась. Ему не долго осталось. Тело утратило все силы и норовило рухнуть на землю, но Королям не подобает умирать валяясь в грязи. Нечеловеческим усилием воли, Владыка Урука поднялся на ноги, терпя невообразимую боль.

Он поднял голову к грозовому небу и увидел там вспышки недавнего света. Задумчивость отразилась на лице древнего царя, а глаза его всматривались в сияние того самого Императора. Короткие минуты разделяли жизнь и смерть, и они были потрачены на то, чтобы взглянуть на свет Императора, в котором Царь узрел лишь ему ведомое.

-Хах… - Слабый смешок сорвался с губ. - Ладно… Так и быть, я признаю тебя. Может лишь после меня, но я разрешаю тебе именоваться Повелителем Людей.

Хоть боль от буйства нематериальных сил в самой душе Царя была невыносима, но его лицо оставалось безмятежным.

-И я даю тебе указание - защити Мое Царство.

Видя, как тело медленно растворяется мерцающими искрами, Гильгамеш лишь усмехнулся. Совершенно жалкая смерть.

-Я не разбрасываюсь такими словами, потому гордись… Император… Человечества…

С каждой секундой, оболочка рассеивалась, провозглашая гибель того, кто правит всем что укрывает небо.

-... Если… Фулгрим хоть вполовину такой как ты… то я не зря… даровал ему свою милость… Милость самого Гильгамеша!

Эти слова были последними, что сорвались с уст Царя.

Владыка всего сущего раскинул истлевшие руки и огласил округу своим хохотом.

Бесстрашно и самозабвенно, он смеялся, ибо даже смерть для него…

…просто повод для смеха.

****

Артурия, чуть прихрамывая, шла к Рин. Королева с болью смотрела на то, как сестра убила сестру. Проливать родственную кровь всегда тяжело, но Тосака нашла в себе силы сделать это, но не нашла их для того, чтобы остаться после этого спокойной. Впрочем, тот, кто смог бы, вряд ли поистине ценил кровные узы.

Тело Сакуры осыпалось черным прахом, в котором не осталось ни единого намека на то, кем ранее была эта девушка. Пендрагон видела, как слезы волшебницы испарялись раньше, чем могли окропить пепел. Золотой свет в ее глазах начал медленно угасать - связь рассеялась и больше Император не станет расходовать силы.

-Рин…

Девушка не отреагировала, пребывая в своих мыслях. Она вспоминала смутные дни детства, когда их еще не разделили, когда они счастливо играли, как и подобает сестрам.

-Рин… нам стоит уйти.

С существенной задержкой, Тосака все же кивнула. Поднявшись, Рин взглянула на центр пещеры, в котором находилась тающая темная башня. Это было средоточие ритуала, что лишился резервуара праны, находившегося в теле Сакуры, потому медленно исчезал. Объемный портал, из которого текли силы Хаоса, перетекающие в местный Варп, сужался, говоря о скором закрытии. Редеющие потоки сил Имматериума не могли навредить той, в ком еще теплилась психическая мощь Повелителя Человечества, и тем, кто был рядом с ней. Тем не менее, последствия обрыва питания были не предсказуемы.

Восклик негодования привлек к себе внимание, заставив посмотреть на кричавшую.

-Да какого черта?! Почему сейчас!? - Мордред, что потратила много праны на свой Небесный Фантазм, чувствовала, как ей уже едва хватает на существование. Связь с призвавшей ее исчезла.

Быстро повернув голову, Рыцарь Предательства увидела тело Жанны, или же, не совсем ее. Доспехи и оружие исчезли, оставив девушку в обычной одежде. Она лежала на холодном камне без движения, и ее можно было спутать с мертвецом, если бы не мерное дыхание и исчезнувшие раны.

-Эй, Святоша, что с тобой? - Неудовольствие сквозило в словах младшей Пендрагон.

В ответ, девушка зашевелилась, медленно открывая александритовые глаза и поднимая голову. Непонимание была написано на ее лице, когда она увидела трех незнакомых людей, двое из которых были в металлической броне и с мечами.

-Где… где я? - Язык, на котором говорила девушка. Она явно была Француженкой.

-Жанна? - Артурия с недоумением спросила девушку, начавшую хлопать глазами от этого обращения.

-Нет… Мое имя Летиция. - Отрицательно помотав головой, совсем молодая девушка, скорее всего на закончившая школу, продолжила. - Ее миссия закончилась, да?

-Ее? Ты о Жанне Д’Арк?

-Скорее всего, она позволила Жрице взять свое тело. - Рин наконец подала голос, повернув голову к смущенной девице, благо, она знала Французский в достаточной мере. Небольшой акцент не помешает пониманию. - Позже разберемся, нужно идти.

-Отец. - Дочь позвала Артурию тихим голосом. - Я… скоро исчезну.

-Ты лишилась мастера… - Арти без труда поняла причины этого.

-Да, и сил у меня почти не осталось. - Вдруг, девушка подбежала к своей матери, оказавшись к ней лицом к лицу. Бронированные перчатки обхватили плечи Королевы, сжав их с недюжинной силой. - Мы еще не закончили, Отец! Обещай мне, что мы еще встретимся, чтобы я могла сразиться с тобой!

Удивление настигло старшую столь же быстро, как и слова младшей, в чьих глазах горел рьяный огонь. Арти не сразу нашлась в ответе, продолжая взирать на свою дочь. Но, впоследствии, кивнула.

-Да, мы обязательно встретимся и решим все, что есть между нами. - Твердость в голосе оказалась достаточной, чтобы дочь довольно улыбнулась.

-Это обещание, Отец! - Радостно посмеявшись, Мордред вдруг застыла, как от активной мыслительной деятельности.

Миг спустя, она порывисто обняла Артурию, чуть зарумянившись и тут же отведя взгляд. Сделав шаг назад, Рыцарь Предательства еще раз вгляделась в черты своего Отца и вновь довольно кивнула.

-А, точно, передай Крылатому, что я хочу еще покататься. А циклопу передай, что я ему еще наподдам! - Сперва весело, а потом угрожающе, девушка быстро говорила, ведь ее время утекало. - И погладь Риланора от моего имени. Того, который кот.

Наконец, тело истратило все запасы праны и медленно рассеялось, но, пока этого не произошло, девушка улыбалась столь ярко и искренне, что Артурия не смогла сдержать ответную улыбку.

Рин молча смотрела на сцену расставания и чуть усмехнулась, вопреки тому, что на душе у нее было тяжело. Даже конец существования, Мордред превратила в клоунаду, как это было днем, когда девушка поцапалась с одним из сыновей Повелителя Человечества.

Стоящая неподалеку Летиция, слабо понимала происходящее, а потому просто молча наблюдала. Последнее, что она помнила, было голосом Святой Жанны, снизошедший к ней во время молитвы. Она просила помочь ей, дать ей возможность воплотиться в мире живых, дабы исполнить ее миссию. А теперь, девушка находиться в странной пещере огромных размеров, в компании теперь уже двух девушек. Подобная ситуация могла показаться пугающей, но чутье убеждало в том, что златовласая воительница не навредит ей. А черноволосая девушка… сложно было описать чувство, даруемое теплым золотым светом, обтекающим ее фигуру, и лучащимся из ее глаз. Это сияние было праведным, но… жестким. Оно не было всепрощающим, не было добрым или злым. Оно словно говорило, что убережет тех, кого должна защищать и испепелит всех, кто противостоит ему.

-Уходим. - Твердый голос той, о ком думала Летиция, вырвал ее из размышлений.

-А… - Хотевшая что-то сказать, единственная обычная девушка среди присутствующих, осеклась, когда встретилась взглядом с черноволосой. - Я… могу пойти с вами?

-Ты глупая? Будто мы оставим тебя здесь. - Снисходительно фыркнув, Тосака заставила Летицию смущенно потупиться, сцепив ладони перед собой. - Идем уже.

Быстрым шагом, черноволосая направилась к тоннелю, через который она попала сюда. Яркое сияние освещало путь, сжигая редеющие пятна ожившей тьмы. Варп утратил власть в этом мире, а мощь Императора искореняла оставшиеся очаги скверны поблизости.

Рин четко ощущала, как канал связи между ее духом и Повелителем Человечества оборвался, и она более не слышала Его голоса. Вскоре, девушка лишиться этого дара, но сетовать было не на что - Тосака стала проводником психической силы лишь на время и понимала это.

Довольно запутанные тоннели не удалось бы преодолеть быстро, ведь они вечно изгибались и ветвились, однако, в группе уже были те, кто знал обратный путь.

Артурия и Рин не горели желанием трепать языками, потому шли молча. Лишь Летиция хотела узнать подробности того, где она находиться. Услышав о том, что она оказалась на другом краю полушария, девушка испытала немалое удивление. А после, она спросила, как давно Святая оказалась здесь и какое сегодня число. Сопоставив полученные знания, она пришла к выводам, что Жанне пришлось очень постараться, чтобы преодолеть расстояние от Франции до Японии за столь короткий срок.

-Вы можете рассказать о происходящем? - Все же, знать о том, во что она оказалась впутана, было предпочтительно.

-Если коротко… - Рин взяла небольшую паузу, чтобы лучше продумать ответ. - Могущественный артефакт, исполняющий желания, был осквернен, и мог привести к концу света, за ним и пришла Жанна Д’Арк. Еще, из-за него и меня, в наш мир попал человек из иной реальности, в которой есть чрезвычайно опасные силы. Они пришли за ним сюда… Что так же могло привести к апокалипсису. - Тон девушки был совершенно спокоен, словно она говорила о погоде.

-Могло? Значит… все обошлось? - Слегка напуганная девушка тихо спросила это у Рин.

-Да… Прорыв закрыт, но не думаю, что все будет так просто.

Тосака понимала, что это было лишь полдела, ведь Жаждущая и демонический примарх все еще здесь, как и орды демонических тварей с оскверненными Детьми Императора.

Слабый гул, доносящийся из конца прямого тоннеля, дал понять, что астартес еще не сгинули под натиском демонов. За последние часы, Рин и Артурия очень хорошо запомнили звук болтерных выстрелов и рев штурмовой пушки Тацита. Они еще живы и это радостная новость.

Наконец, три девушки приблизились к завалу, что отделял их от свежего воздуха, насколько он может быть таковым при воздействии Хаоса. Ладонь Рин засияла и каменная масса не спеша зашевелилась. На расчистку преграды уйдут последние силы, после чего, Тосака ощутит все последствия бытия вместилищем могущества Императора.

Постепенно и осторожно, ведомая инстинктивным пониманием психических возможностей, девушка катила крупные глыбы вниз по тоннелю, а мелкие рассеивала у стен пещеры. Несколько минут спустя, образовался пологий проход у потолка, через который сможет пролезть человек.

-Рин… - Артурия подхватила названную, что резко начала падать на землю.

-Все… в порядке, Арти. Просто… устала.

-Ты уверенна? - Королева видела, как тело девушки подрагивало, а на лице отражалась боль.

-То, что я выжила… уже удача. Не будем… терять время.

-Вы точно в порядке? - Сказавшая это Летиция говорила с ощутимым волнением в голосе.

-Не… беспокойся.

Тосака только сейчас подумала, что эта девушка была совершенно обычным человеком. Она не знала жестоких законов магического сообщества, не знала войн и смерти. Для нее подобное было бесконечно далеким, потому, видя состояние Рин, она проявила самое обыденное беспокойство. Учитывая, что Летиция смогла стать сосудом для Героического Духа, имеющего глубокую связь с христианством, то она и сама была верующей. А еще, была просто доброй девушкой, не способной спокойно смотреть на чужие страдания.

-И лучше… приготовься. - На эти слова, молодая девушка непонимающе посмотрела на Рин, но не успела уточнить, к чему именно.

С появлением прохода, приглушенный гул превратился в непрекращающуюся какофонию взрывом, пронзительных воплей и высокого визга неизвестных механизмов. В узком проходе можно было разглядеть лишь часть происходящего, но и этому помешал огромный силуэт.

Массивный воин в пурпурной броне смотрел на девушек алыми линзами шлема. Летиция сразу взвизгнула, стоило ей только увидеть астартес. Тот, не произнося слов, протянулся руку и начал сдвигать крупные камни, расширяя проход. Артурия, поддерживающая Рин, не узнала этого сына Фулгрима. Это был не Абдемон, Тацит или Саул.

-Трон Терры, и впрямь Король Артур… - Потрескивающий голос заставил застывшую Летицию сделать шаг назад. - Что с ней?

-Ты ее… напугал. - Рин слегка улыбнулась, ведь, пожалуй, впервые видела нормальную реакцию на космодесантника. Трансчеловеческий ужас заставлял людей испытывать страх от одного вида Ангела Смерти Императора, а Летиция была простым человеком.

-Латарн, как они? - Чуть в стороне, раздался уже знакомый голос, принадлежащий Саулу Тарвицу.

-Целы, только со Жрицей что-то случилось. - Повернувшись к капитану, лейтенант качнул головой в сторону прохода. - Сейчас от страха в обморок упадет.

-Эй, Латарн, может… поможешь нам вылезти. - Все еще испытывая слабость, Рин начала чувствовать покалывание в глазах. Зрение слегка размывалось - еще не критично, но фокусироваться на чем-то было все сложнее.

-А ты посмелее, девочка-маг. - С мимолетным весельем в голосе, астартес отбросил еще несколько крупных глыб, оставив в основном насыпь из каменного крошева.

Артурия помогла Рин залезть, а там ее подхватили бронированные руки космодесантника. Весьма аккуратно, для такого здоровяка, как подметила девушка.

Арти без труда выбралась сама, и в пещере осталась только Летиция. Она с опаской смотрела на гиганта в пурпурной броне, а гул и скрежет снаружи лишь усугублял ее боязнь.

-Не нужно их бояться, Летиция, они союзники. - Артурия посмотрела на дрожащую девочку, но та не слишком спешила двигаться. Повернувшись к астартес, она чуть тише произнесла. - Ей не стоит там оставаться. Врата еще могут быть опасны.

После этого, к проходу подошел космодесантник без шлема и окинул Летицию взглядом серых глаз. Его лицо, пусть было несколько изможденным, обладало ровными и мужественными чертами, а белые волосы притягивали внимание даже в не слишком ухоженном виде.

-Юная леди, вам нужно выбраться оттуда. Вы можете пострадать. - Саул, видя как этот ребенок трясется от страха, пытался сделать свой тон как можно мягче. - Мы не навредим вам.

-Кто… кто вы? - Видимо, деликатный подход подействовал, и Летиция уже не так боялась.

-Мое имя Саул Тарвиц. Я капитан десятой роты легиона Детей Императора.

-Вы военный? - Такой невинный вопрос слегка удивил Тарвица. Называть сыновей примархов военными… слишком поверхностно.

-Верно. И я давал клятву защищать человечество, потому вам нечего бояться.

С этими словами, Саул протянул единственную оставшуюся руку в узкий для него проход, но вполне достаточный, чтобы пролезть девушке.

Неуверенными шагами, Летиция поднялась к проходу и положила свою крохотную руку поверх ладони астартес. Медленно помогая ей двигаться, капитан наконец вытащил ее на свет.

И когда девушка уже спускалась с другой стороны, она оступилась, из-за чего могла упасть, если бы ее не придержал космодесантник. Подняв голову, Летиция смогла в полной мере осознать, насколько огромным был человек перед ней. С ее не слишком маленьким ростом он возвышался над ней почти на метр, а массивностью превосходил десятикратно.

-С-спасибо.

-Не стоит благодарности, юная леди.

Теперь, группа выбралась из пещеры под горой Энзо, по видимому, успешно закрыв проход в Имматериум. Следующим действием должна быть зачистка враждебных сил, что было осуществимо. А что до девочки…

Не успел капитан подумать, что делать с гражданской посреди поля боя, как с небес рухнул вал света. Он укрыл собой все, не оставив ни единой тени. Волны накатывали одна за другой, отдаваясь пульсацией в пространстве и в сердцах тех, кто хранит верность. Увидев, как нечестивые твари сгорали в этом праведном зареве, сыны Феникса, все, как один, прижали к сердцу кулак. Они понимали - враг обречен. Противнику нет спасения.

Ибо свет Повелителя Человечества, разгонит даже самую мрачную тьму.

Глава 57

Оглушительный грохот раздался по выжженным пустошам. Ударная волна и вал пыли накрыл все на сотни метров вокруг. Земля взметнулась ввысь, как от взрыва, унося с собой все звуки, издаваемые ордами демонических существ. Лишь несколько секунд спустя, грохот спал, дав слуху вновь исполнять свою задачу.

Кухулин запрокинул голову, увидев как массивная глыба пронеслась над ним с огромной скоростью. Даже твари бездны замешкались, ощутив волны силы примарха. Пес Кулана чуть недоуменно повернулся к Кассию, что сражался рядом с ним, задав немой вопрос. Астартес прекрасно знал о намерении своего отца, потому не упустил возможности убить больше врагов, застывших на месте.

Весь фронт Детей Императора обрушил свои орудия, разом унося сотни жизней демонических порождений и оскверненных легионеров. Число последних уменьшалось с каждой секундой - по примерным подсчетам, они насчитывали около пяти тысяч воинов, но теперь их было вдвое меньше. Учитывая количество выживших после Истваана-Три, столь малые силы говорили о вырождении. Одаренные сына Феникса, даже в отступничестве, сумели бы найти способ восстановится. Проклятье Хаоса лишило их не только рассудка, но и силы. Они больше не были легионом, став обезумевшими животными, в телах астартес.

Вырывая клинок, на котором уже не осталось ни единого чистого места, Кассий параллельно вел болтерный огонь. Лишь после смерти двадцатки тварей, он нашел возможность ответить на вопрос.

-Наш Лорд решил избавиться от помех. - И только это услышал Сетанта, прежде чем гигант продолжил свою жатву.

-Вот это удаль, Фулгрим явно знает как сделать битву веселее. - Лансер ухмыльнулся, краем сознания отметив, что энергии все меньше. Как слуга, он обладал возможностью дольше действовать без подпитки мастера, но и это время подходит к концу.

Крутанув копье в руке, Кухулин возобновил битву, ведь терять драгоценные мгновения ему было не с руки. Погрузив алый наконечник в тело демона, что возобновили атаку, Сетанта ощутил усилившееся тепло. Поле битвы в принципе было жарким местом, но теперь температура повысилась неестественно быстро. С каждым мгновением оно нарастало и вместе с этим пришел гулкий грохот.

Колоссальная фигура продавливала себе дорогу к позициям Детей Императора, обрушивая на все преграды буйство инфернального огня. Его черная броня словно поглощала свет, а горящие кости на ней нагоняли тревогу на душе. Шлем в форме оскаленного черепа был увенчан пылающими провалами, заменяющими глаза.

Гигант яростно рычал, столь угрожающе, что это могло заставить простого человека упасть в обморок от одного этого звука. Неестественная сила слышалась в этом рыке и чувствовалась в пульсации мощи, окружающую эту фигуру.

Огромный молот, в молниеносно быстром ударе, перемолол внутренние органы крупного демона, имеющего высокое положение в иерархии. Призрак возмездия был сильнее, чем даже высшие демоны Хаоса, и подтверждал это своими действиями. В момент начала сражения, Владыка Железных Рук был оттеснен на дальний край пустынной местности, только сейчас проложив себе дорогу, что устилали горы трупов поверженных врагов человечества.

Только оказавшись бок о бок с сынами того, кто был ему когда-то братом, железнорукий примарх вонзил Крушитель Кузен в землю, окатив сотни тварей ярким пламенем, тем самым создав крупную прореху в массе противников. Обернувшись к космодесантникам, Манус прошелся по ним взглядом, что вспыхивал яростнее когда он видел предателя. Сама сущность призрака мщения, могла отличить тех, кто когда-то предал. И тем не менее, Десятый не стал карать тех, кому нет прощения - у него не было такой роскоши, как время на отступников.

На встречу примарху вышел тот, кто был одним из командующих Детей Императора. Дредноут, чья броня имела пурпурный цвет с небольшим количеством позолоченных элементов, прижал силовой кулак к груди, приветствуя одного из сыновей Повелителя Человечества. Быть может Риланор и хотел сказать что-то, но его прервал потусторонний голос, обнажающий нынешнюю суть некогда живого примарха.

-Ты бьешся плечом к плечу с предателями, Древний Риланор. - Глубокая ненависть сквозила в словах Ферруса Мануса, не оставляя сомнений в его отношении.

-Они мои братья. - Пусть ответ был краток, но за ним крылись неисчислимые смыслы, понять которые могут немногие.

-Они отступники. Ваш примарх отступник.

-К чему ты ведешь, примарх Манус? - Хранитель Традиций не стал выказывать почтения, как хотел изначально. Не после таких слов.

-К тому, что ты совсем растерял честь. - Пренебрежительно тряхнув головой, Десятый решительно зашагал вперед, прямо туда, где еще не осела пыль и где мерцали огни психической силы.

Молчавший Древний повернулся к Владыке Железных Рук, смотря ему в спину. Гигант в черной броне не обращал внимания на Детей Императора, что расступались перед исполином. И только громкий голос дредноута заставил его остановиться.

-Ты ошибаешься. - Застыв на полушаге, дух возмездия чуть развернулся, желая услышать. - Да, мы потеряли честь во мраке предательства и братоубийства. Но сейчас, вернувшись из бездны, мы как никогда осознали сущность своего долга. Осознали то, что посмели забыть. Честь Детей Императора будет вновь завоевана кровью. Как врагов, так и нас самих.

Несколько долгих мгновений примарх не отвечал, но сделав это, ограничился коротким…

-...Это просто слова.

После чего, ускорил шаг в гущу психического шторма.

Наблюдая за уходящим примархом, Риланор не стал пытаться переубедить его. Сила слов, всегда должна быть подкреплена силой деяний. И Древний верил, что он, его братья и его примарх докажут это, обрушив всю свою решимость на врага.

Стоя в стороне, Кухулин дивился от происходящего диалога между великаном в костяной броне и могучей машиной войны. Воля последнего была столь сильна, что инстинкты Пса Кулана кричали о его уверенности.

-Думается мне, что у вас была очень насыщенная жизнь, друг мой. Даже жаль, что я не услышу о ней за кружкой доброго эля. - Встав рядом с Кассием, Лансер хлопнул его по наплечнику, а в глазах его был мрачный интерес. - Не скажешь, из которых был ты?

Слегка удивившись такой наглости, астартес взглянул на человека, но не увидел насмешки на его лице. Он и сам был воином, и знал цену верности.

-Из тех, кто выбрал не ту дорогу. - Тон Кассия утратил всякие эмоции, а разум на миг унесся к серым руинам.

-Печально это слышать… - Склонив голову, Кухулин перевел взгляд на орды тварей, начавших возобновлять свой марш, после очищающего огня черного гиганта. -... Не стану в пустую утешать тебя, только предложу проверенное лекарство от лишних мыслей.

Широкий оскал оттенялся вспыхнувшей жаждой битвы в алых глазах. Смотря на унесшегося в гущу сражения копейщика, астартес встряхнул головой. Он подумает о том, как ему быть после того, как этот день кончиться.

Перед тем, как последовать примеру Кухулина, Кассий отметил краем разума, что у волков Расса ему бы понравилось.

****

Облако пыли медленно падало оземь, все больше открывая обзор. Система авточувств пока слабо справлялась, но легионеры окружили место, в котором ощущали нечестивое присутствие.

Медленно спускаясь вниз, гигант в пурпурной броне ступил на границу пологого кратера, оставленного падением глыбы. Его сияющие глаза изучали пространство перед ним, смотря не только в физической реальности, но и в нематериальной. Ему было не нужно видеть, чтобы узреть костер энергии скверны, коим стала душа его близнеца.

-Неплохо полетали братец… с ветерком. - Голос донесся из грязно-серой завесы, заставив астартес крепче сжать рукояти орудий.

Всплеск энергии Эмпиреев разогнал неприятную пыль, позволив увидеть, как из-под груды рассыпающейся земли выползает огромная змееподобная фигура. Только сейчас, когда она была так близко, Дети Императора смогли рассмотреть падшего примарха в должной мере. И испытать невиданное отвращение.

Отведя ногу назад и прочертив борозду в мягкой почве, Фулгрим приготовился к рывку, так и не дав ответа.

-А зачем ты привел меня сюда? Думаешь, кучка космодесантников сможет мне помешать? - Пренебрежение сквозило в насмешливом голосе, пока демон осматривал напряженных астартес. - Уж извини, но меня не разжалобит вид столь несовершенных сыновей.

Фениксиец был вынужден отдать твари должное - он очень хорошо выводил его из себя. Сдерживая подступивший гнев, Фулгрим издал зубовный скрежет, что не укрылось от взора Змея. Довольно улыбнувшись, он материализовал свои мерзкие орудия, что были потеряны в полете.

Это стало точкой, после которой бой возобновился. Подобно выпущенной стреле, примарх в пурпурном сократил расстояние, опаляя проклятую плоть демона своим пламенем.

Сыны Фениксийца видели, как, два полубога кружили размытыми тенями, пульсируя мощью. Один принял дары тьмы, превратившись в омерзительное ее порождение, другой пробудил наследие своего творца, дабы противостоять мраку Имматериума. Оба были могучи. Оба находились за пределами человеческих возможностей, и даже возможностей Ангелов Смерти Императора.

Скрежет пронзил слух, придя на смену грохоту от столкновений. Всего на миг застыв, примархи вновь занесли орудия, что рассекли воздух. Феникс отбросил Фениксоподобного, но тот, казалось, не был этим расстроен. Он весело посмеивался, изредка проводя змеиным языком по губам.

-И сколько мы будем продолжать, братец? У меня есть все время вселенной, но ты явно не настолько терпелив… - Змей наслаждался происходящим, рыская глазами по космодесантникам, что сохраняли бдительность, но не вступали в столкновение слишком могучих для них существ.

Фулгрим вновь не ответил, но в его взгляде можно было прочитать невольное согласие. Он действительно больше не намерен ждать.

Когда горящая психическая мощь Фениксийца нахлынула, демон заинтересованно склонил голову и вдруг понял - враг не хотел просто окружить его верными астартес. Он привел его сюда, в место где собрались тысячи сильных душ, с иным намерением.

Нити чистой силы, что лились из сущностей Детей Императора, сгустились и сплелись в единые потоки что устремились к своему прародителю. Энергетические искры беспрестанно срывались с керамитовых пластин, окружая сынов Феникса ореолом чистого света. Они поняли, чего хочет их отец и направили все мощи своих душ в руки примарха.

Громоподобная вспышка накрыла тело демона, пока он с удивлением во взгляде наблюдал за своим братом. Вся фигура Фулгрима скрылась в вихре нематериальной энергии, а тело его, казалось, перестало существовать. Он словно представлял собой не живое существо из плоти и крови, но сущность Имматериума, обладающую безграничной силой.

Каждый из Детей Императора увидел, как враг проглотил свои насмешки. Его руки, как если бы имели свой разум, двинулись назад, а за ними попыталось последовать и змеиное тело. Нельзя сказать точно - осознанно или инстинктивно, но Змей хотел отступить. Ничтожные доли мгновения отделяли его от начала движения. Однако…

… Он не успел.

Мрак Эмпиреев истлел в тот же миг, когда Феникс сорвался в полет, рассекая мир. Отчетливый треск заполнил пространство, что породило разрыв, отозвавшийся среди лесов и холмов.

Жар, источаемый слепящей кометой, был подобен раскаленным звездам, испаряя в ничто землю и воздух вокруг. В стремительности, языки огня развевались подобно многочисленным знаменам, следуя позади яркой вереницей.

Двигаясь быстрее, чем психическая сила рассеивалась, Лорд Детей Императора взмыл ввысь и в тот краткий момент, когда он застыл в небе, каждый, кто мог видеть, узрел. Очертания могучего полубога утратили человеческую форму, став подобием яростной птицы, чье оперение пылало серебром.

Стоя в кратере, Змей понял, что сбежать не выйдет. Его челюсть разошлась, став непомерно огромной пастью, что извергла из себя оглушительный визг. Психический крик разорвал барабанные перепонки ближайших астартес, что сейчас были способны выдержать атаку шумового оружия.

Время застыло. В вышине парил не примарх. Это был не человек и даже не псайкер великой мощи. Это был Феникс. Острые очертания состояли из белого пламени, без конца переливаясь и опадая подобно перьям.

В противовес демоническому отродью, огненная птица ревела массой очищающего огня. Одним видом, этот отголосок древних мифов вызывал трепет в сердцах, что усилили свое биение в груди.

И вдруг тот, в чьих силах было испепелить все сущее…

…Устремился к земле.

Астартес были не в силах увидеть, но и не в силах были отвести взгляд. Полет слился в единый поток силы, столкнувшись с врагом.

Демон вскричал, но не от гнева, а от боли. Сама его сущность стенала в агонии, в которой не смог бы найти наслаждения ни один последователь Темного Принца. Оскверненная плоть не просто сгорала, она рассеивалась на нечто, еще более фундаментальное нежели пепел.

Дети Императора на миг ослепли, ибо никакие технологии не могли уберечь их глаза от ярости сверхновой. А когда они вернули себе способность видеть, перед ними предстал прежний примарх, возвышающийся над поверженным врагом.

Фулгрим тяжело дышал, чувствуя ужасное истощение. Этим ударом, он мог смести армии. Даже величайшие крепости, воздвигнутые дабы сдерживать мощь титанов, не выстояли бы. Эта мощь выходила за рамки человеческого, затратив непомерное количество сил.

Однако, усталость того стоила, ведь демоническое отродье утратило свой извращенно-прекрасный вид.

Змей хрипел, чувствуя волны энтропии, выжигающие его душу.

-Вот… и все… - Вымотанность примарха едва позволяла ему стоять на ногах, однако, состояние его темного отражения было еще хуже.

Сиплый голос донесся от обугленного тела.

-Не… ужели? - Во взгляде твари было прежнее веселье. Вернее, лишь его могли бы разобрать в потемневших глазах обычные люди.

Дернув щекой, Фулгрим вернул себе в руку Разящий Огонь, что далось ему с видимым усилием. Сделав шаг ближе, примарх вонзил клинок в грудь змея, вызвав звук, подобный шипению умирающей змеи.

-Я вижу… тебя насквозь… - Вкрадчивый шепот, которым говорил Фениксиец, заставил взор демона дрогнуть. Всего на миг, но этого было достаточно. - Ты дрожишь от страха… Твой дух трепещет в ужасе… жалкий ты… трус.

Отчетливый гнев покатался на искаженном лике.

И, именно в этот момент, в небе возгорел золотой свет.

Шквал чистой мощи обрушился на твердь земную, низвергая весь мрак. Это значило только одно - прорыв закрыт. Грааль уничтожен. И теперь, ничто не спасет порождений самых темных глубин Варпа.

Змей, стоило только ему взглянуть, как его глаза опалило сиянием мощи Повелителя Человечества. В восприятии примархов, этот вал двигался мучительно медленно, давая осознать и убояться. Ядовитая ненависть затопила всю сущность демона-принца и он сделал единственное, на что был способен в своем положении.

-Все… не кончиться так просто!

****

Дети Императора опустили клинки. Они больше не видели врага, купаясь в теплом сиянии. Они поняли, Кто был совершившим это. Одни, в почтении перед своим повелителем, осеняли себя руками, сложенными в форме аквилы. Другие же, склонили головы, припав на колено, словно ожидая суда Императора за их ошибки. Битва была закончена.

И она окончилась победой.

Но вместо триумфа, легионеры почувствовали, как их физические оболочки теряют плотность, готовясь вернуться в сонм душ. Неизвестно почему, но Фениксиец повелел им это, и они не могли противиться.

На все более пустеющем поле битвы, рядом с космодесантником стоял человек с алым копьем в руках. Он пережил сражение, как и его новый знакомый.

-Вот и конец. - Он улыбнулся, и его улыбка была спокойна, вопреки кровавой битве. - Приятно было биться с тобой бок о бок. - Кухулин хлопнул его по грудной пластине в дружеском жесте, а следом весело подмигнул. - Пожалуй, мне тоже пора… будь здоров, Кассий.

Сознательным намерением, Лансер перестал удерживать себя в мире живых, уносясь в неизвестность. Этому ничего не мешало, ведь океан темных сил был очищен золотым светом.

Космодесантник на миг задержал взгляд на копейщике. Их знакомство было коротким, но…

-Да. И ты будь здоров, Кухулин.

С этими словами, легионер исчез, подобно остальным.

Один за другим, тысячи астартес оборачивались вихрями пламени, уносясь к своему отцу. Однако, многие из них ощутили странность, которую не могли описать. Им казалось, что было что-то неправильное в этом. Среди них был Риланор, смотревший на место, где упала пылающая комета. Усилием воли, он сдержал свое исчезновение. Этого не хватит надолго, ведь даже Древний был не способен отринуть волю примарха в полной мере, пока хранит ему верность.

Попытавшись увидеть происходящее на месте битвы его отца и демона глазами братьев, он видел лишь как Горгон заносит свой молот.

Это было последней картиной, что узрел Хранитель Традиций, и не сумел понять ничего, как очутился в море души своего примарха.

****

Феррус Манус добрался до своего бывшего брата за несколько мгновений до того, как океан золота накрыл собой всю площадь города и близлежащих территорий.

Крушитель Кузниц находился в руках примарха, пока он пытался разглядеть произошедшее с демоном. Скользя по не слишком крутому склону, он приближался к застывшему Фулгриму. Змея не было видно, однако, Горгон ощущал его присутствие рядом.

Тяжелые шаги приближали Десятого к Третьему, пока тот был почти недвижим, лишь его руки мелко подрагивали, что вызвало непонимание у Мануса. Оказавшись прямо за спиной Фениксийца, примарх схватил его за плечо и с силой развернул.

Увиденное, заставило Горгона отпрянуть в удивлении. В глазах, что прежде источали чистый свет, затесалась мерзкая энергия, явно не принадлежащая Фулгриму. Вдруг, взгляд словно сфокусировался, став осмысленнее.

-Феррус… - Голос двоился, будто его произносили сразу двое в идеальной синхронности.

-Фулгрим? - Вопросительный рык нес в себе неопределенность. Железнорукий примарх хотел увериться в своих подозрениях.

-Да… - Фениксиец произнес это скорее по наитию, ведь в нем было нечто… неправильное. А следом… - И нет.

Выражение лица резко сменилось, как если бы его имел другой человек. Тон также исказился, приобретя отвратительно ликующие нотки.

Примарх схватил себя за голову, содрогаясь, как от припадка. Стон боли сорвался с его уст и он отшатнулся.

-Прочь! - Яростный крик сопровождался вспышкой психической силы, что была омрачена нечистыми эманациями.

-Вот уж нет, братец.

Сперва говоря одним голосом, потом совершенно другим, Фулгрим был похож на сумасшедшего, борясь с чем-то, что было в нем самом.

Горгон более не имел сомнений, сбив брата с ног ударом ноги. Не в силах сопротивляться, гигант в пурпурной броне рухнул на землю, так и не прекратив корчиться и гневно рычать.

-Ну же, Фулгрим, мы просто вновь станем одним целым. Разве тебе не радостно от воссоединения?

-Нет!

Подняв орудие, Владыка Железных Рук, уже был готов размозжить тело предателя, но слова, сказанные им, заставили его остановиться.

-Я не для того вернулся к жизни! - Удар бронированным кулаком сотряс землю, ведь в него была вложена вся сила полубога. - Я не позволю тебе украсть ее! Я не стану отступником вновь!

-А кто говорит о краже? Я возвращаю свое.

-Ложь!

-Напротив, чистая правда.

Видя абсурдную ситуацию, Горгон, вопреки своим изначальным намерениям, замешкался. То, как яростно Фулгрим сопротивлялся, всеми силами борясь за то, от чего когда-то отвернулся…

-Фулгрим… - Склонившись к брату, Феррус схватил его за плечи и силой развернул к себе. - Ты сможешь изгнать отродье? - Гулким голосом, Десятый задал этот вопрос, и судьба Фениксийца будет предрешена в зависимости от ответа.

-Разумеется, нет, братишка. Наши души сливаются, и ему это не остановить.

-Умолкни! - Вновь вернувшийся Фулгрим, приложив невиданные усилия воли, отогнал Змея на некоторое время и сосредоточил свой взгляд на брате. - Феррус… Я сделаю все возможное, но, если у меня не выйдет…

Горгон смотрел прямо в глаза тому, кого некогда называл братом. Называл другом. И видел в нем то, что было до боли знакомо.

-...Убей меня.

Глава 58

-Хух… Вот же… Даже перед смертью этот пафосный засранец не изменился…

Хриплым, слабым голосом Страж Противодействия говорил это, видя, как Король Героев растворился в небытие. Вряд ли его душа уцелела - губительная сила той стервы не позволит ему.

Медленно переведя взгляд, только пришедший в себе Эмия посмотрел на младшего. Он едва дышал, ведь этому мешало отсутствие большей части грудной клетки и гортани.

Ноги не слушались, потому старшему пришлось ползти на коленях, дабы оказаться перед рыжеволосым юношей. Глаза цвета раскаленного золота, несмотря на боль и неминуемую гибель, упрямо не желали закрываться. Обожженные пальцы подрагивали в инстинктивной попытке найти спасение, однако…

-Смерть… хреновая штука, да? - Смех, вырвавшийся их бессильных уст, был подобен этой самой смерти, абсолютно не походя на нормальный.

Услышав голос вне поля зрения, Широ медленно, с великим усилием, повернул голову. Его рот слегка искривился, и никто не смог бы понять, что хочет этим сказать мальчишка. Никто, кроме него самого.

-Дай угадаю - “Закрой уже пасть, и так дерьмово”, да? - Раздражающе ухмыльнувшись, старший Эмия разглядел в младшем желание сломать ему нос. - Похоже, мы оба терпеть друг друга не можем… Это правильно.

Широ, не желая видеть наглую морду, вновь повернулся к небу. Тошнотворный свет постепенно рассеивался, уступая место беззвездному небу. Если бы у юноши были силы, то он бы улыбнулся. Ребята справились - все обошлось.

Страж Противодействия, отбросив намерение выводить из себя прошлого себя, стал размышлять, прилагая усилия лишь для того, чтобы связно мыслить. Мальчик не выживет. Даже сейчас, он остается в сознание лишь от упрямства.

-”Впрочем, простым упрямством это не назовешь… Неужели, у меня всегда была такая крепкая воля…”.

Положив ладонь на уцелевшую часть груди, Страж попытался ощутить Авалон, что продолжал покоиться в теле Широ. Ножны Экскалибура едва ли могли справиться с ранами, ведь их нанесли противоестественные силы, отравляющие все, чего коснуться. Может, окажись артефакт в руках подлинного хозяина, и смог бы помочь, да только добраться до Сэйбер не получится.

Она была неизвестно где и не факт, что находилась у пещеры. Эмия понимал, что он не успеет донести мальчика в срок. Да он сам едва на ногах стоит, и даже в ином случае, у рыжего осталось немногим больше минуты. Слишком мало.

Пусть изначальное намерение Стража Противодействия заключалось в убийстве прошлого себя, но сейчас, скорое исполнение желание не приносило удовлетворения. Широ, вопреки расхожему мнению, никогда не был дураком и понимал, что план своего спасения из бесконечного рабства был лишь тщетной попыткой бессильного путника, уставшего от… всего. Абсолютно всего.

Но видя непокорность безмозглого юнца, старший не мог прийти к однозначному выводу. Посмеяться или испытывать уважение к решимости умирающего. Вероятно, и то, и другое приемлемо. Вот только… наряду с неуверенностью в выводах, Эмия ощущал раздражение.

Они столько сделали, только для того, чтобы эта тварь отделалась раной и сбежала.

-Обидно, черт бы ее побрал…

Хриплый стон, который был тише шелеста листвы, вновь вырвался из обгоревшего рта. В нем чувствовался гнев - Широ разделял эту обиду. Его пальцы медленно взрывали землю, отдаваясь пульсирующей боль.

-Не хочется умирать? Сказал бы, что мне тоже, да только совру. - Злобный хрип дал понять, что юноша думает о честности мужчины. - Ты… так стремишься жить?

На самом деле, вопрос был бессмысленным. В глазах бурлила смесь чувств, разобрать которую было сложно понять даже старшей копии.

-На самом деле… есть один вариант. Только он мне нравиться еще меньше, чем тебе делить со мной компанию. - Загоревшийся взгляд не просил, он требовал продолжить. - Мы, вроде как, один человек. И… коротко говоря, можем стать такими на самом деле.

В попытке сохранить силы, Страж сел со скрещенными ногами, сильно сгорбившись, едва удерживая торс руками. Он изможденно вздохнул, как если бы на него разом навалилась тяжесть всего прошедшего дня.

-Вот только, по сути, мы оба умрем, в тоже время продолжая жить. Это то, чего мне… ой, как не хочется.

Старший удивленно выпучил глаза, когда сгоревшая до костей рука схватила его за сапог. Даже будучи полутрупом, безмозглый пацан смог пошевелиться, услышав о возможности выжить.

-Да не торопись ты. Забыл о контракте? Мы так и останемся цепными псами Алайи. Нам придется проливать реки крови неви…

-Я… не… - Ужасный голос… Нет, скорее скрежет, донесся из горла Широ. -... умру…

-... Беру слова назад, ты тупее, чем я мог себе вообразить. - Страж пожалел, что недавно начал подозревать пацана в наличии интеллекта. - Ха-а-а… ладно. Раз уж ты так решительно настроен, я это сделаю… Не знаю зачем, но сделаю.

Не желая медлить, мужчина воплотил в руке один меч. Самый простой и слабый, что только смог найти - на иной бы не хватило сил. Развернув клинок к себе, Эмия начал движение.

Мучительно медленно острие вошло в грудь, прорезая себе дорогу через мускулы и скелет. Кровь хлынула бурным потоком, окропив собой мертвую землю и самого Широ, но он даже не почувствовал, как горячая кровь начала стекать по его обугленному лицу. Он лишь смотрел на то, что делал… он сам.

Терпя мучительную боль, Эмия рывком повел лезвие вверх, создав проход к тому, что собирался изъять. Гневно вырвав меч из себя и отбросив его, Страж прижал ладонь к своей груди, лишь для того, чтобы она вошла внутрь. Скрипя зубами, но не проронив ни звука, пепельноволосый погрузил кисть глубже, наконец нащупав искомое.

Не желая растягивать самоистязание, мужчина дернул руку вперед, вырвав свое собственное сердце из плена плоти и костей. Раскаленная кровь выливалась в такт продолжающего сокращаться органа.

Сравнявшись в бледности с мертвецом, Страж Противодействия вознес кулак с зажатым сердцем над огромной дырой в теле юноши.

И разжал пальцы.

Пульсирующее сердце, бывшее средоточием сущности Героического Духа, словно растягивая мгновения, медленно падало туда, где обретет свое новое вместилище.

Холодея всем своим естеством, Эмия рухнул на землю, смотря, как его душа начала слияние с тем, кто был владельцем идентичной. Чувствуя, как дух перетекает к глупому мальчишке, которого он хотел убить, а теперь спасает, мужчина перевалился с бока на спину и невидящим взглядом смотрел в небо.

-...Красиво…

Волны золотого света затопили небосвод, пригревая леденеющую кожу. Этот свет… был светом надежды.

-...Умирать, смотря на такое… не так уж плохо…

Скосив взгляд на своего младшего, Эмия тяжело выдохнул.

-...Уверен… я еще… пожалею об этом…

Сломанный клинок задумчиво взирал на невиданное зрелище, пока его разум качался на волнах тихих мыслей.

-...Видимо… я так и остался… идиотом.

Бледная улыбка показалась на посеревшем лице.

-Ну и… ладно. - Обреченность, которую испытывал Страж, уже не волновала его. -... Действительно… все… еще может… измениться… - Слова сказанные одноглазым всезнайкой всплыли в памяти, заставляя вновь осмыслить то, на что Эмия себя обрек.

-Уви… - Горло уже отказывалось работать, но, словно из упрямства, носитель печальной судьбы выдавил из себя последнее слово. - Кх... Увидим…

****

Рин присела, оперевшись на один из откинутых камней, чтобы перевести дух. Множество мыслей бежали у нее в голове, пока она пыталась сосредоточиться хоть на одной.

Нашествие Хаоса предотвращено, а Повелитель Человечества искоренил демонов. Казалось бы, все прекрасно, но Тосака продолжала беспокоиться. Где-то там, далеко, Фулгрим сражался со своим отражением, и пусть Фениксиец обрел большую мощь, но девушка не могла найти уверенность в победе. Слишком просто. Слишком наивно. Мир был бы куда более светлым местом, если бы праведные всегда побеждали.

Артурия находилась рядом, посматривая по сторонам. Она пыталась восстановить силы после выматывающего сражения, и энергия пополнялась, но не извне. Нет, она зарождалась в ней самой, как если бы она была… прежней. Была вновь жива, обладая огромным запасом праны из-за своей драконьей родословной.

В пылу битвы ей было не до этого, но она должна была свалиться без сил уже в первый час. Широ, не в обиду ему, дрянной мастер, едва способный снабжать слугу силами, так как это возможно?

Арти не знала ответ, и даже возможности подумать об этом ей не представилось. Посреди разрытой поляны перед склоном горы, как из воздуха, возник старик в темных одеждах, с короткой накидкой на плечах. Невозмутимо опираясь на трость, он смотрел на Пендрагон и Тосаку, и в его глазах не было того, что возникает при первой встрече. Он словно был с ними знаком, и даже стоящая недалеко Летиция, не вызывала у него любопытства.

-Доброй ночи, дамы и… - Не успел он закончить, как на него уже смотрели множественные орудия. Астартес, как единый организм, навели на него стволы, и всего одного неверного движения хватило бы, для того, чтобы его разорвало на куски масреактивными снарядами. -... господа.

-Назовись. Немедленно. - Абдемон свирепо сверкал алыми линзами, держа потенциального врага на мушке.

-Я и хотел, но мне… Понял, понял. - Вторженец приподнял свободную руку в жесте примирения, когда у его шеи оказалось лезвие огромного клинка, что уже гудел силовым полем. - Кишуа Зелретч Швайнорг. Я Маршал Часовой Башни и владелец Второй Истинной Магии. - Вопреки внешней покорности, старик был спокоен. Ему не было страшно от угрозы сверхлюдей.

-...Ты не человек. - Инстинкты астартес кричали о чуждости этого гуманоида. Этого Ксеноса.

-Весьма точное наблюдение, но я здесь не за тем, чтобы обсуждать мою видовую принадлежность.

-Маршал? - Рин, придя в себя от неожиданного появления волшебника, именно волшебника, а не мага, удивленно произнесла это. - Что вы здесь делаете?

-Меня узнали, как прият… - Лезвие силового клинка сместилось на ничтожную меру, но этого хватило, чтобы оно прорезало кожу без сопротивления, и обожгло старика дискомфортом. - Ладно, вы предпочитаете говорить по делу…

-Дошло наконец. Твоя цель? - Угрожающий голос астартес, как нельзя лучше сообщал о его серьезности.

Стоя в окружении великанов в пурпурной броне, каждый из которых был равен слуге, Зелретч предпочел не нагнетать обстановку. Она и так была… взрывоопасна.

-Хотел сообщить, что в городе скоро станет проблематично… существовать. - Услышав это, Рин устало закатила глаза, которыми все хуже видела.

-Сила Противодействия… А я уже думала, что она решила так удачно вздремнуть. - Знала бы она, как Маршал, мягко говоря, вымотался, пока отвлекал внимание Гайи и Алайи. А о методах он бы и под страхом смерти не рассказал.

-Хвалю за догадливость, юная мисс. - Сделав покровительственный жест рукой, старый маг утратил всякую несерьезность. - Лучше нам всем покинуть это место.

-Мы не единственные, кто остался. -Артурия взяла слово, указав в сторону места, где некогда было озеро. - Наши товарищи еще там.

-Да. Я уже осмотрел местность - думал, что вы могли быть в доме Эмии, но все же ориентироваться в этом… хаосе проблематично. И, к слову, там я нашел кое-кого другого.

Запустив кисть за пазуху, седой волшебник достал тихо шипящего котенка. Белый комочек был крайне недоволен таким обращением, но выглядел слишком уставшим, чтобы сопротивляться.

Нагнувшись, Кишуа выпустил зверька на волю, а тот стремглав устремился к Артурии, что рефлекторно приняла его на руки. Довольно ластясь к девушке, детеныш наконец расслабился.

-Риланор, как ты… - Незаконченный вопрос был перебит ошеломленными вскриками сынов Феникса. Они пришли в шок, граничащий с прострацией, когда поняли, что белого кота звали так же, как и Хранителя Традиций Детей Императора.

Златовласая хотела узнать, каким образом ее маленький друг смог пережить ожившее безумие Хаоса. Рассказать этого он не мог, но, если предполагать, он просто выдержал. По пути, группа видела редкие трупы животных, но, видимо, Имматериум оказывал более слабое воздействие на неразумных. В конце концов, это было измерение разума и чувств, и оно было ограничено в отношении тех, кто не мог осознать подобные концепции.

-Латарн. - Недовольный голос Саула разбавил безмолвие, когда он окликнул лейтенанта, что выдал себя смешком. Небесный Охотник веселился.

-Капитан.

Хотевший что-то сказать Тарвиц прервался и просто махнул рукой. На это, находившаяся рядом Летиция тоже слегка посмеялась, несмотря на ситуацию. Держась ближе к Тарвицу, ей было спокойнее, потому она не отходила от него с момента, как он помог ей выбраться из пещеры.

-Возвращаясь к теме и опуская избирательность в словах… - Прочистив горло, волшебник огласил. - Надо валить отсюда ко всем чертям.

-Фулгрим еще там. Без него мы не уйдем. - Это была Рин, что понизила голос, отвечая на предложение подобного рода.

-Хм, так вот как его зовут… - Прошептал себе под нос старик -... сильное имя… - За ним словно скрывалось нечто, что делало его таковым. - Однако, юная леди, должен настаивать на побеге. В любой момент может начаться катастрофа и шансы сгинуть в ней весьма ве…

Подобно знамению, начинающему отсчет до гибели, странная дрожь прошлась по воздуху. Толчки, как при землетрясении, начали стремиться пошатнуть живых, что имели глупость находиться здесь. Рин, чьи ноги и без того с трудом держали ее, едва не упала, но сумела устоять. Остальные были более устойчивы, за исключением Летиции, спешно оперевшейся об руку Саула.

-Вот об этом я и говорил. Этот пласт реальности вскоре будет отделен от основной.

Город, еще недавно наводненный силами тьмы, был расценен как раковая опухоль на теле мира, потому, участь Фуюки была определена.

Дрожь мироздания шла по нарастающей, не прошло и десяти секунд, как в пространстве начали возникать множественные разрывы. Ткань, удерживающая целостность, трещала по швам. Небо, что только вернуло себе покров ночи, раскололось, обнажая безудержные вихри междумирья. Граница Истока была истончена в достаточной мере, чтобы тот начал затягивать в себя столь хрупкую вещь, как материальный мир.

Астартес, ощутив опасность, бросились врассыпную, минимизируя шанс на коллективное уничтожение. Но даже при соприкосновении с местами схлопывания пространства, их тела были достаточно крепки, чтобы не разлететься на молекулы. Чем не могла похвастаться Рин.

Девушке не повезло, и прямо в метре от нее возникла воронка, засасывающая в себя всю материю, и разом исторгающую ее в форме мельчайших частиц. Обессиленная девушка была спасена от смерти лишь рукой Артурии, чья реакция была много выше оной у обычного человека.

Пара грузно рухнула на землю, а распахнув зажмуренные глаза, они увидели, ужасающую пространственную бурю. Она нарастала с каждым мгновением, и любой счел бы необходимым скорейший побег. Любой, кроме древней королевы и человека, ставшего частью легиона астартес.

Адреналин ударил в мозг, заставляя Рин думать на предельной скорости. Окинув взглядом Зелретча, что стоял на месте с лишь слегка обеспокоенным видом, Тосака окликнула его. Впрочем, точнее будет сказать, что она давала ему приказ.

-Калейдоскоп, бери Летицию и выводи ее!

Опешивший от такой настойчивости маг, вопросительно поднял бровь, будто интересуясь - не растеряла ли она ума, командовать Маршалом Часовой Башни. Однако, плотный лазурный огонь, разгоревшийся на ладони девушки, дал ему понять серьезность намерений.

Сама Летиция, бывшая единственным обычным человеком среди собравшихся, испуганно вскрикнула, когда ее тело схватили массивными ладонями, унося в сторону вместе с их владельцем. Тарвиц не медлил, уходя от одного из многочисленных разрывов.

Видя это, Кишуа чуть обреченно выдохнул. Он пришел сюда именно для того, чтобы уберечь немногочисленных выживших и, по сути, у него не было причин отказывать. В конце концов, временно вместившая в себя Рулер девочка находилась под наибольшей угрозой.

Тосака же, видя вымученное согласие на лице старого мага, окликнула уже другого присутствующего.

-Латарн, ты ведь из Небесных Охотников?! Мне нужен транспорт!

Услышав крик девочки-мага, лейтенант повел головой, будто пытаясь удостовериться в том, что правильно услышал, а следом…

-Ха, а ты мне все больше нравишься!

Не теряя драгоценного времени, астартес вновь материализовал гравицикл, что сам собой начал гудеть эмиттерами гравитационного поля.

Арти, прекрасно понимая намерения Рин, подхватила ее за бок, совершая рывок к средству передвижения. Расстояние было не значительным, но, как назло, прямо посреди пути образовалась пространственная воронка. Набранная скорость не позволяла мгновенно совершить маневр, и потому Королева отбросила девушку в бок, используя обратное действие броска, дабы уберечься и самой.

Прямо в полете, Тосака не успевала даже осознать произошедшее, вновь падая на землю. Боль во все еще сломанной руке обожгла нервы, но у Рин не было времени корчиться. Только поднимаясь на ноги, она увидела очередную проклятую дыру в реальности, что начала разрастаться, грозя искромсать хрупкое тело.

Вдруг, талию обхватила крупная кисть, явно закованная в металл, а следом, зрение смазалось, ведь девушку отправили в полет. Бросок не был бережным, потому Тосаку закрутило в воздухе, как пулю, выпущенную из нарезного ствола. Все, что она успела разобрать, так это смутную фигуру в пурпурной броне, размерами превосходящую прочих сынов Феникса.

Всего за миг окончив свой полет жестким приземлением прямо в руки Латарна, Рин услышала гулкий голос из мощных вокс-систем терминаторской брони.

-Пусть Император присмотрит за тобой, сестра.

Тацит, телепортировавшийся с помощью прыжкового генератора, стоял наполовину в вихре нестабильного пространства и лишь крепость нечеловеческого тела спасала его от мгновенной дезинтеграции. Плоть, представляющая собой психическую материю, стойко боролась с аномальным явлением, и даже так, броня на руке растворилась до кожи, а та, до кости.

-Эскадрилья! - Оглушив Рин, Небесный Охотник дал приказ своему звену и остальным, что недавно приземлились, когда в небе не осталось врагов. - На взлет!

Мгновенно, все они запрыгнули на свои машины, не дожидаясь, когда те сформируются до конца.

Артурия, успевающая принимать решения в стремительной череде происшествий, уже была в шаге от гравицикла лидера, подпрыгивая в сторону огромного стального коня.

-Пристегнитесь. - Неуместная шутка в исполнении Латарна, заставила Рин раздраженно фыркнуть, ведь на гравицикле не предусмотренны пассажирские места, а магнитные фиксаторы были рассчитаны только на водителя.

Артурия схватилась за ближайший подходящий выступ, сидя перед гигантом, и покрепче прижала Тосаку к себе. С силой слуги, ей удастся удержаться даже на столь резвом скакуне. Дрожь прошлась по Крылу Ветров, поднимая его в воздух.

-Старик! Как только вытащишь Летицию, тащи свой зад туда! Я не собираюсь умирать после сегодняшнего!

Уже оправившись от дезориентации, Рин кричала, что было сил, пока движок гравицикла набирал обороты. Несколько мгновений спустя, байк рванул с места, ведь владелец выжимал из него все и даже больше. За ним последовали остальные Небесные Охотники, уносясь вверх, огибая пространственные разрывы настолько, насколько это было возможно.

Сам Зелретч, с кислым лицом, смотрел на ставшую маленькой точкой в небе девчонку.

-Это ведь она его мастер? Наглая, под стать этому гаденышу.

Оставшиеся космодесантники, за неимением транспорта, были вынуждены искать спасения иным образом. Может невысокие девушки и сгодятся, как пассажиры, но байк недостаточно велик для еще одного космодесантника. И даже нынешних сил не хватит, чтобы удержаться в неудобном положении.

-Возвращаемся в сонм душ! - Абдемон крикнул это Тациту и Саулу, ведь переместившись скорее через Варп, чем через материальный мир, им удастся уберечь себя.

Тацит, как единственный, кто находился одной ногой в разрыве, а следовательно в могиле, незамедлительно поступил так. Воронки имели выход в океан Истока, и рисковать оказаться там не следовало. Лорд-Командор, как старший по званию, собирался вернуться в море души их примарха лишь после братьев.

Саул бы тоже последовал примеру технодесантника, но у него в единственной руке была девушка и он не мог просто бросить ее, не уверившись в безопасности. Совершая рывок в сторону неприятного мага, как единственного способного вывести Летицию отсюда, он ощутил покалывания у стоп. Он передвигался медленнее чем обычно, из-за поврежденных сухожилий и просто не успевал сбежать достаточно быстро.

Прямо под ним раскрывался провал в чуждое пространство, в чем убеждало его новообретенное восприятие. Понимая, что не сумеет выдержать нахождение в центре воронки, обещавшей быть крайне массивной, он бросил взвизгнувшую девочку Швайноргу, как и Тацит совсем недавно.

Дикое биение сердец отмеряло мгновения, за которыми последует забвение. Тарвицу не о чем было думать в этот момент, да и отсутствие времени это не позволяло. Единственное, что показалось перед глазами, это прежнее лицо его лучшего друга, что превратился в чудовище. Может, им уже никогда не занять друг друга тренировочным боем и беседой, где Люций упрекает его в безамбициозности, но так даже лучше. Лучше, чем знать, что Мечник существует в форме человекопротивного чудовища.

Вспышку воспоминаний прервал сильный толчок в спину, придавший ощутимое ускорение. Вихрь лезвиями стесал крупный фрагмент брони и плоти, но Саул сумел избежать окончательной гибели. Упав на землю впереди и ошеломленно обернувшись, он увидел потусторонний силуэт, в котором нельзя было разглядеть черт. Он переливался тошнотворным светом, указывая на принадлежность к Эмпиреям. Но, позволял углядеть выразительную особенность этой фигуры. Зеленые глаза.

Блестя подобно искусно ограненным изумрудам, они были единственным, что не вызывало омерзения. Словно капля света в непроглядной тьме, сияющие глаза смотрели на Саула Тарвица, а выражение их было подобно тому, которое возникает при печальной улыбке. Вероятно, имей это существо лицо, именно такую оно бы и носило.

Шокированно распахнув веки, астартес встретился взглядом с тем, кого признал. Но не успел вымолвить и слова, как фигуру разорвало на части, не оставив шансов на сохранность сущности.

-Быстрее, Саул! - Крик Абдемона заставил Тарвица вернуться к реальности. Один из Двух Сотен, вероятно, не видел вмешательства. Может из-за расстояния или же, просто не был способен это сделать.

Более не медля, капитан десятой роты исчез во вспышке психической энергии, уносясь к своему примарху, а миг спустя, так поступил и Лорд-Командор.

Поймав снаряд, старый маг смотрел на буйство энтропии вокруг, внутренне сокрушаясь. Находящаяся в прострации Летиция, смогла разобрать его недовольное ворчание, в которой была неимоверная усталость.

-Ну почему эта девчонка не призвала Эмию, как обычно… Нет же, нужно было привести в мой мир какого-то непонятного Фулгрима! - Вымученно вздохнув, старик продолжил уже более спокойно, однако, усталость не убавилась ни на йоту. - Мне нужен сеанс массажа… а лучше санаторий.

Глава 59

Убийственный ветер бил в лицо, едва не разрезая кожу. Артурия прижимала Рин к груди, укрывая настолько, насколько была способна, а та берегла котенка, которого пришлось взять с собой. Пространственный шторм усилился до такой степени, когда было сложно избегать воронок, тем более на скорости, которую развивала эскадрилья Небесных Охотников.

Несколько десятков астартес разрезали воздух, скользя по просторам расколотого небосвода. Множественные повреждения уже успели покрыть корпуса гравициклов, и нескольким братья пришлось унестись в море душ, однако, это не останавливало Детей Императора.

Глупый поступок, на самом деле. Сынам Фулгрима не обязательно было добираться до него в реальном пространстве, однако этого нельзя было сказать о девушках. Они обе прекрасно знали о силе примарха, и своим поступком могли только создать проблемы, тем не менее, у Тосаки были основания для такого безрассудства. Она знала, что Фулгрим сражался со своим отражением и догадки, которые возникали в ее разуме пугали. Девушку терзало вновь вернувшееся беспокойство, что пришлось подавить до этого момента.

Латарн, восседая на Крыле Ветров, сосредоточенно смотрел вперед, подмечая малейшие изменения в пути. Система авточувств в доспехах Небесных Охотников была модифицирована, дабы они могли более эффективно контролировать полет, что было излишне для тактических десантников. По этой причине, он едва не вскрикнул, когда сопоставил данные внутришлемного интерфейса и свое собственное зрение, приходя к удручающим выводам.

-Это гроксово пространство растягивается!

Расстояние до места битвы легиона было небольшим, а для стремительных гравициклов и вовсе казалось незначительным, однако, пройденная дистанция начала превышать предполагаемое уже на тридцать процентов, но внизу было лесное полотно, а выжженная пустошь так и осталась впереди.

-Да чтоб его… - Рин процедила проклятье сквозь зубы. - Чертова Сила Противодействия.

Шторм усиливался, и даже сверхчеловеческие возможности космодесантников все меньше помогали в маневрировании. Завихрения пространства продолжали множиться, грозя унести с собой тела и души тех, кто оказался среди аномалий.

Прямо впереди, на опасно малом расстоянии, возникла буря, способная поглотить гравицикл целиком. Экстренным маневром, Крыло Ветров сделало крен, и Артурии показалось, словно двигатель гневно загудел на преграду. Звено рассеялось, избегая столкновения, но эта буря распространила вокруг себя множество малых разрывов, обогнуть которые было едва возможно. Маневренность гравициклов была велика, возможно даже больше чем когда-либо, но ее не хватало..

Половина Небесных Охотников исчезла в серебристых всполохах, но и оставшиеся были близки к этому. Лейтенант завернул в бок, пытаясь уклониться, и у него получилось. Пройдя в опасной близости от разрыва, астартес продолжил лететь, рассекая воздушные массы, уже почти пройдя особенно опасную зону. Близко к нему были его братья, что также уберегли себя от угрозы. Однако…

Усилившийся до предела, огромный шторм распростер свои потоки, подобно щупальцам чудовища из океанических глубин, накрывая собой столь беззащитных легионеров. Почти сразу, немалая часть была вынуждена отступить, пока остальные отчаянно уклонялись. На деле, угроза была не так велика, ведь они не умрут. Те, кто и так уже мертв, не могут умереть вновь, чего нельзя было сказать про девушек, едва удерживающих себя от падения.

Губительная буря, казалось, почти поглотила собой всех Небесных Охотников, в том числе и Латарна. Время замедлилось в глазах космодесантника, пока он смотрел на вытянутую линию нестабильного пространства, что была подобна ране на теле реальности. Он приготовился прыгать вниз, надеясь пережить падение и все же доставить пассажиров, но этого не потребовалось.

Связь Детей Императора вспыхнула, донося намерения. Один гравицикл, рискуя расколоться на части, оказался сбоку и пошел на таран. Удар ошеломил Рин и Артурию, и даже их возница опешил. Он видел, как машину и астартес, что совершили это для спасения союзников, закрутило в воздухе и лишь за малый миг до забвения, брат исчез во вспышке психической энергии.

Направление Крыла Ветров изменилось достаточно, чтобы проскользить по самому краю гибели, но этот разрыв был не единственным, и на миг могло показаться, что риск был напрасным, но на деле, это была лишь часть плана.

Второй космодесантник, что прорвался через одну из воронок, стесавшую правый борт гравицикла и ногу боевого брата, вновь врезался в лейтенанта и это завершило идеально выстроенный маневр.

Уклоняясь от бури в полуметре, для этого смещая торс вперед, Латарн накрыл собой девушек, и они наконец вырвались из шторма, отделавшись лишь малыми повреждениями - золотой орел, восседающий на лобовой части был лишен одного крыла. Тем не менее, это не умаляло его величия, казалось, даже не смотря на раны, он продолжит лететь за своей добычей и непременно настигнет ее.

Не имея возможности тратить время на раздумья, астартес лишь отметил, что спасшими его и девушек, были Марк и Релот. Обернувшие клинки против него, ныне уберегли от гибели. Лишь слегка хмыкнув, Небесный Охотник вновь перешел на форсаж, ускоряясь до пика. Однако, путь обещал быть не менее опасным, тем более без поддержки эскадрильи.

-Направо! - Перекрикивая бушующий ветер, Рин сообщила астартес об опасности.

Чувствуя уверенность девушки, Латарн последовал совету и вывернул руль в указанном направлении. И действительно, если бы он не сменил маршрут, то мог попасть в очередную воронку, выбраться из которой было бы весьма сложно.

Тосака, что едва успела сказать это, не знала откуда могла знать об этом. Все ее тело прошлось дрожью, а некое наитие твердило единственное слово, которое она и озвучила.

-Видишь будущее?! - Громко задав вопрос, космодесантник не отвлекался от управления. - Ты псайкер?!

-Понятия не имею! Следи за дорогой!

-В небе нет дорог! - Раскатистый голос Латарна затерялся на фоне усиливающегося ветра, ведь гравицикл вошел в пике, поднырнув под опасную зону.

-Долбаный байкер из будущего… - Недовольно пробормотала девушка, но даже Артурия ее едва расслышала.

Несмотря на неестественно удлинившееся расстояние, его можно было преодолеть. Гравицикл ревел мотором, из которого выжимали все силы, заложенные в нем еще в мире-кузне. Рин продолжала временами предупреждать об опасности, что и позволило наконец достигнуть места, где находился примарх.

Наклонив нос в сторону земли, Небесный Охотник устремился вниз, к широкому кратеру. Казалось, он образовался от залпа титана класса Император или же от орбитальной бомбардировки. Почва превратилась в раскаленное море, от которого в воздух поднималось марево, а в самом центре находились две фигуры.

Пурпурная броня позволила безошибочно идентифицировать Фениксийца, но второй гигант, даже массивнее первого, был не узнан. Спикировав, Латарн завис на краю огненного плато, а следом опустил Крыло Ветров.

Арти незамедлительно подхватила Рин и помогла спуститься. Последняя была бледной и, кажется, ее тошнило. Удивительно, что она еще не рассталась с содержимым желудка, ведь перегрузки, которым подверглась девушка, были слишком тяжелы для людей.

Придерживая Тосаку от падения, Арти окинула взглядом двух примархом, а никем иным не могли быть колоссы. Расстояние наконец позволило ей понять, кем был гигант в черной броне, ведь его руки были обнажены. Они блестели серебром, по которому струился светящийся жидкий металл. Златовласая узнала его.

-Мы на месте, девочка-маг. - Сойдя с транспорта, космодесантник и сам посмотрел в сторону, где был его отец, что заставило его нахмуриться под шлемом. - С примархом… что-то не так.

Верно, Фулгрим стоял на коленях, находясь на маленьком уцелевшем островке. Его движения были рваными, и он рычал от чего-то.

-Это точно… Змей постарался. - Слегка придя в себя, девушка благодарно кивнула Артурии и выпрямилась.

Зрение размывалось, Тосака не могла разглядеть почти ничего, но это не помешало понять, что ее опасения сбылись.

-Неужели демон что-то сделал с Фулгримом? - Воительница произнесла это голосом, полным беспокойства. - Он снова хочет украсть его тело?

-Это не демон. - Слова Рин удивили Арти и Латарна. - Это… тоже Фулгрим. - После этих слов, девушка коротко рассказала о том, что стало ей известно.

Увиденное незадолго до начала вторжения Хаоса возникло перед ее глазами.

Боль и муки осознания, заточенного в картине примарха обожгли разум. Он многие дни бился в агонии, ощущая свое бессилие и сводящие с ума эманации скверны. Та поселилась в его душе, раздувая потаенные желания и заставляя Фениксийца сходить с ума, борясь со своими собственными пороками. Пусть в последний миг жизни он понял все, что сотворил, но Темный Принц не отпустит его так легко.

Могучая душа сына Повелителя Человечества раскалывалась на части. В ней велась битва между светом и тьмой, и, в какой-то момент, она была проиграна. Разум примарха погружался во мрак, и ему бы не было спасения, если бы не отчаянная попытка уберечь себя от подлинного безумия.

В ту секунду, когда демон в теле Фулгрима в очередной раз пришел навестить его, Феникс сделал свой ход. Раскрывшиеся силы позволили примарху вернуть себе плоть, но его сознание не было едино. Словно разделяясь на две части, оно вызывало мучительную агонию неминуемого падения. В миг, когда демон был не просто изгнан, но поглощен и уже сливался с естеством Третьего, он буквально разорвал свою душу. Из последних сил основная часть, что еще не успела пропитаться скверной, бежала объятая ужасом.

Скитаясь в Варпе, он с трудом сумел избежать когтей демонов, но нашел себе убежище. Неспособный хоть как-то мыслить, он пребывал в спячке, и отправился в место, где остался отпечаток смертей его сынов.

Истваан-Три, где умерли последние верные слуги Владыки Людей из Детей Императора, превратился в склеп. Предательство было столь болезненным, что могучие души астартес извергли психический крик огромной силы, затмивший Астрономикон. Среди опустошенных руин скитались неприкаянные души, удерживаемые от растворения в Имматериуме лишь своей ненавистью.

Там примарх и пробыл неизвестный срок, впав в некое летаргическое состояние, из-за чего не был замечен даже когда Змей возвращался. Так продолжалось до тех пор, пока не произошло нечто непонятное. Неизвестно от чего, но Эмпиреи взорвались. Они бушевали, словно в галактике раскрылся циклопический Варп-Шторм. Может так оно и было, Рин понятия не имела. Однако, вокруг спящего осколка души примарха собрались души его сыновей, как погибших на Истваане, так и других, что даже в смерти последовали за своим отцом, и их всех унесло на волнах Океана Душ. Это и привело к тому, что Фениксийца выбросило за пределы. Может случайность, может длань судьбы, но Фулгрим покинул его родную реальность.

Тосака не видела, что было дальше, но могла предположить, что он каким-то образом попал в Трон Героев, где и ответил на призыв. Странная вереница событий привела его в этот мир, где он обрел новую жизнь. И Рин была той, кто, по сути, дал ему ее.

Вернувшись к происходящему, девушка думала о примархе, что вновь боролся с самим собой. Этого она и боялась, ведь разбитые осколки вполне могут соединиться, даже будучи противоположными друг другу.

Сжав кулаки, один из которых отозвался болью, одна из Детей Императора пыталась найти возможность помочь Фениксийцу. Однако, это было вне ее возможностей. Учитывая, что Император не предпринял что-либо, чтобы помочь сыну, даже Он бессилен.

-Император. - Вознеся голову к небу, девушка произнесла это.

“Ты здесь, дитя…”

Голос Владыки Терры был далек от той мощи, коей Он накрывал разум в прошлом. Отец примархов явно использовал много сил.

-Фулгриму… можно помочь?

Повелитель молчал некоторое время, за которое Рин подметила стабильность этого отрезка пространства. Вероятно, и в этом была Его заслуга.

“Мне это… неведомо. Я не распознал угрозы, сочтя Змея демоном, и не знаю, как помочь моему сыну… В моих силах лишь убить обоих.”

Пусть тон Откровения был как всегда беспристрастен, но девушка ощутила скрытое беспокойство. Как однажды сказал ей Фулгрим - отцы всегда заботятся о своих детях.

-Но он борется. - Это сказала Артурия.

“Верно. Мой сын не сдастся без боя.”

-Да, наш примарх не так слаб. - Латарн ясно видел, сколь яростно Феникс боролся за свою душу.

“Дитя, тот мертвец, с которым вы говорили, может перемещаться в пространстве. Он выведет вас.”

Рин не удивилась тому, что Император видел это и понимала, что он прав. Зелретч должен скоро прибыть, не станет же он просто оставлять их на смерть, если сам убеждал бежать.

-А если… Фулгрим справиться и мы заберем его тоже? - Со слабой надеждой проговорила златовласая.

“Исключено, Хаос не остановится. Ваш мир не должен более подвергаться угрозе.”

Как она и думала. Даже задав этот вопрос, она понимала, что ответ будет именно таким.

-Мы можем… попрощаться? - Говорила Артурия, что с болью наблюдала за своим другом.

“Вам никто не запретит. Поторопитесь, город уже скоро окончательно отделиться от вашей реальности.”

Услышав это, Арти и Рин кивнули, а последняя задала еще один вопрос.

-Что будет с вами? - Если Император и примархи останутся, то они сгинут, вместе со всем остальным. - Вы ведь…

“Ты забыла кто я, дитя?”

На это Рин слегка улыбнулась.

-Вы Повелитель Человечества.

Даже в самой безвыходной ситуации, Он может знать выход. Пусть не всесилен, но не стоит недооценивать того, кто развеял многовековую тьму, окутывавшую галактику.

“Идите.”

Присутствие исчезло и девушки остались в безмолвии.

-Я возвращаюсь. Если мы все сгинем, я хочу быть рядом со своими братьями и отцом в последний час. - Тихий голос Латарна вывел из мыслей. - Кажется, Почтенный Тацит назвал тебя сестрой.

Подойдя к Рин, астартес положил тяжелую ладонь на ее голову, взъерошив волосы, что и так были в беспорядке.

-Да… Фулгрим принял меня в легион…

-...Час назад, я бы назвал это абсурдом, но теперь… - Сняв шлем, легионер наклонился к девушке, позволив увидеть свое лицо и пурпурные глаза, так сильно похожие на глаза его прародителя. -... уже не сделаю так.

-Я ведь не астартес… - Слабый протест был встречен смехом.

-Ха-ха-ха! Разумеется, но в твоем сердце есть мужество. Поверь, это гораздо важнее. - Несильно потрепав Тосаку по голове, космодесантник продолжил. - В конце концов, такова воля примарха, потому внимай словам брата… младшая сестра.

Рин еще не успела осознать сказанное, как Латарн исчез в вихре теплого огня, согревшего тело девушки. От этого, котенок, которого она посадила себе на плечо, грустно мяукнул. Этот стойкий зверек не потерял сознание даже от тяжелого перелета.

Аккуратно погладив Риланора по загривку, девушка повернулась к месту, где все еще пребывали размытые фигуры. Ее зрение все ухудшалось, скорее всего, она вскоре ослепнет. Наиболее вероятно навсегда.

-Арти…

-Хорошо, Рин.

Королева, чуть приподняв, прижала Тосаку к себе, перед тем, как разбежаться. С силой героического духа, ей было не сложно преодолеть раскаленную окружность. Высокими прыжками, златовласая приближалась к островку выжженной земли. Аккуратно неся Рин, что придерживала котенка, девушка оказалась у края.

Ступив самостоятельно, Рин наконец смогла рассмотреть то, кем именно был великан в черной броне. Ее глаза распахнулись, ведь она не могла не узнать самого возлюбленного брата своего примарха.

-Феррус…

Девушка ощутила радость, даже не смотря на ужасный вид Горгона. Ей было неважно, кому именно принадлежали эти эмоции - ей или Фулгриму, ведь Манус был жив.

-Кто вы? - Громкий потусторонний голос донесся от исполина, что все это время держал Крушитель Кузен наготове.

-Они… друзья, брат… - Голос Фениксийца же, наоборот был слаб. Он стоял на одном колене, а лицо его отражало боль от борьбы. - Рад что вы… живы.

-Это милые девочки твои знакомые? Очаровательно. - Лицо примарха резко изменилось, а тон приобрел высокомерную насмешку. - Ты уже поиграл с…

-Заткнись…

Фулгрим опустил голову, напрягая всю волю. Он не хотел, чтобы Рин и Артурия видели его таким.

Они обе, молча начали подходить к тому, кто стал им дорог. Артурия первой оказалась перед платиноволосым, и лишний раз рассмотрела его бледность. На доспехах остались множественные повреждения, хоть раны и отсутствовали, что ничуть не утешало.

Выражение Арти было отнюдь не скорбным, нет. С силой сжав лицо своего друга, она твердо смотрела в его глаза.

-Ты ведь не позволишь этой твари победить?

-К сожалению… не могу обещать…

Рука примарха медленно поднялась, а металл распался на ней, перед тем, как ледяная ладонь легла на макушку девушки. И пусть не телом, но сердцем она почувствовала тепло.

-Нет. Обещай мне. Прямо сейчас. - Настойчивость, с которой Артурия говорила это, заставила Фениксийца тускло улыбнуться.

-Прости, Арти… Я могу обещать только то, что не позволю ему сбежать.

-Какая уверенность, братец. - Улыбка переросла в ядовитую усмешку.

-Уйди. Немедленно. - Остро смотря на лицо не ее примарха, но демона, Артурия угрожающе говорила это.

-Почему? Я ведь хочу познакомиться с игруш…

-Еще раз… прости. Он… силен… - Виноватым тоном прошептал Фулгрим.

Кулаки девушки сжались в бессилии. Она ничем не могла помочь. Священный свет Экскалибура, что, по словам Императора, мог изгонять скверну Хаоса, вряд ли окажет влияние на примарха. Его душа слишком могущественна для этого.

Нежно погладив девушку по голове, Фулгрим убрал руку. Он почувствовал, что ею становиться тяжело управлять. Кожа приобрела лиловый оттенок, а ногти превратились в бритвенно-острые когти. С силой отведя кисть, платиноволосый не позволил Змею разорвать маленькое тело Арти.

-Выживи… - Обняв мужчину за шею своими тонкими руками, девушка также шептала. - Только выживи…

-...Постараюсь.

Держа примарха в объятиях, девушка подставила светлую макушку, на которой не было вечно стоящего локона. Он грустно опустился, под гнетом захватчика. От этого, Фениксиец внутренне посмеялся - он наконец победил. Жаль, что победа далась таким образом…

-Не грусти… Лучше живи дальше. Тебе… еще нужно помириться с дочерью.

-Мы уже помирились… кажется… - Прощальные слова Мордред тонко намекали на желание сразиться. - Еще, она просила передать тебе, что еще наподдаст циклопу, хи-хи.

-В ее… духе.

-А Сангвинию, что хочет еще покататься… - Увидев смешок Фулгрима, наконец понявшего, куда Великий Ангел летал днем, Артурия прикрыла глаза. - Он ведь… погиб?

-Не… совсем. - Помотав головой, примарх продолжил. - Его душа… здесь. - Он указал на себя, сообщив добрые вести.

-Ясно… Это хорошо. - Арти кивнула, чуть улыбнувшись.

-Раз уж вы… помирились… то тем более… живи…

-Но я ведь слуга. Я должна исчезнуть.

-Не… исчезнешь. Я… позаботился… об этом. - Новости заставили девушку распахнуть глаза и отодвинутся так, что она держалась за мужчину вытянутыми руками.

-Как это? Что ты сделал? Когда?

-Это мой… маленький секрет. - Заговорчески ухмыльнувшись примарх вглядывался в душу Артурии.

Она сияла ярким золотом, пусть сейчас сил было не много и не нужно время на восстановление. Однако, потоки психической энергии, уже закончив процесс, продолжали блуждать в сущности девушки. Скорее всего, они будут оставаться в ней на протяжении всей ее жизни, что обещает быть долгой. И если она выжила сегодня, то вряд ли ее сможет взять хоть что-то.

-Чт… Фулгрим!

Недовольно насупившись, Королева источала возмущение, которое, однако, быстро исчезло. Слегка вздохнув на выходки этого шутника, девушка вновь зарылась лицом в шею примарха. Простояв так еще с минуту, Артурия наконец отпрянула и напоследок…

-Трон Терры, Арти… какая же ты… очаровашка. - С теплой улыбкой, Фулгрим смотрел на златовласую, что залилась румянцем после сделанного. Она поцеловала его в щеку. - Прямо… само… Совершенство…

-Ску-учно! Что за приторно-ванильные нежности?! Могу предложи… - Змей явно чувствовал себя хозяином положения, пригревшись в теле своего отражения.

-Сволочь… Не порть момент.

Прервав надвигающийся каскад пошлых идей, Фулгрим медленно перевел взгляд на Рин. Она молча смотрела на примарха своим бледными глазами. Голубая радужка уже утратила свою яркость, обернувшись тусклой белизной. По микродвижениями можно было определить, что зрение еще не отказало, вдобавок, зоркий взор Третьего разглядел едва заметные золотые прожилки. Вывод напрашивался сам собой - девушка пропустила через себя психическую мощь Повелителя Человечества. Ее исчезающие следы также свидетельствовали об этом.

-Мне что, тоже тебя обнять? - Напускное несогласие было призвано скрыть то, что испытывала Рин.

-Рин… ты просто… разбиваешь мне сердце. - Со смехов в голосе, Фулгрим действительно прижал ладонь к груди, но не ради юмора. Он ощущал боль от оскверненной силы демона-принца, которую он скрыл за шуткой.

-Ладно, ладно. - Подойдя, Рин действительно неторопясь, дабы не тревожить перелом, обняла примарха. - Только выживи… - И объятия эти были крепче, чем могло показаться по тону наглого бывшего мастера Фениксийца.

-Я просто… счастлив… дочь моя…

-Говорила не называть меня так. - Вновь скрывая грусть за вредностью, девушка отошла от гиганта, стоящего на колене.

-Ты, все же… из Детей Императора… У тебя даже… есть звание.

-Неофит?

-Капитан… первой роты… - Удивившись от такой милости, девушка устало закатила слепнущие глаза, когда услышал продолжение. -... девочек-волшебниц.

-...Трон и Кровь… великий Феникс насмотрелся мультиков… - Когда только успел?

В этот момент, белый котенок на плече Рин тихонько мяукнул, словно чувствуя печальные события. Видя это, девушка взяла его на руки и поднесла к примарху. Грустно замурчав, Риланор-младший потерся о щеку Фулгрима.

-А ты все же… выжил. Не зря… я нарек тебя в честь Несгибаемого.

-Ты назвал эту блоху в честь Древнего?! Хо-хо, весьма непло…

Совсем крохотный по сравнению с колоссом в пурпурной броне, котенок рассерженно зашипел, когда ощутил злое создание.

-Ну да… ладно. Прощание… затянулось. - Медленно вставая на ноги, примарх вытянулся во весь рост.

Гигант накрыл своей тенью Рин и Артурию, что казались детьми рядом с ним.

-И помни, Рин… Ты дала клятву… - Говоря это, голос Фулгрима обретал прежнюю мощь, от которой мог содрогаться воздух.

-...Быть верной слугой Повелителя Человечества, возлюбленного всеми. Да… я не забуду.

Довольно кивнув, примарх повернул голову к месту, на котором не было ничего, но в следующий миг это изменилось, словно платиноволосый предвидел будущее. Из пустоты материализовался седой маг, что удивленно распахнул глаза от могучего облика сына Императора, который не угас даже в миг слабости.

-Забирай их, Кишуа. Ты ведь за этим здесь? - Пронзительный взгляд примарха заставил Маршала потерять дар речи. Эфемерный ореол величия сильно удивил волшебника, но, все же, он был не простым человеком.

-Верно, верно… А ты… слегка подрос.

-Обхохочешься. - Фыркнув на откровенно глупую шутку, Третий шагнул к брату, что продолжал молча смотреть на сцену прощания.

Феррус не разжимал ладони на рукояти молота, готовый в любой миг убить Фениксийца. Пусть он был несколько удивлен взаимоотношениями брата с этими людьми, но это его мало волновало.

-Отец, где Жаждущая?

“Царь Гильгамеш, и оба Эмии Широ сильно ее ранили. Она сбежала в Варп и не посмеет показаться.”

-Гильгамеш… Я не удивлен. Его гордыня не позволит терпеть вторженцев в своем мире.

“Верно, гордыни ему не занимать. Перед смертью, он дал мне разрешение называться Императором Человечества.”

-Ха, как милостиво с его стороны.

Высокомерие древнего царя позабавило Фулгрима. Его отец уже тысячу раз доказал, что имеет право называться Повелителем Человечества. Тем более, существовала вероятность, что в прошлом Его также называли Гильгамешем. Временной отрезок более чем подходящий.

-Ладно, леди, пора сва… покинуть это место. - Подошедший Швайнорг положил ладони на плечи девушек.

Рин и Артурия были безмолвны, просто смотря на Фениксийца и осознавая, что это последняя их встреча. И, возможно, последний день его новой жизни. И даже сейчас, его воля на время заперла демона. Он не хотел, чтобы тот вмешивался сейчас.

Арти скорбно улыбнулась.

-Обязательно выживи. Это приказ Короля. - На что Фулгрим совершил безупречный поклон.

-Слушаю и повинуюсь, моя Прекрасная Королева.

С яркой улыбкой, примарх перевел взгляд на Рин, но не стал ничего говорить. Девушка понурила плечи, с трудом сложив руки на груди из-за перелома, осеняя себя аквилой. Здесь слов не требовалось.

Без каких-либо внешних проявлений, Калейдоскоп перенес пару за пределы отринутого миром города.

-Что ж… каков план? - Спросив отца и брата, проговорил Фулгрим.

“Как только пространство окончательно отделиться, мы окажемся перед одним из четверки. Я попытаюсь перенести вас как можно дальше, а сам задержу его.”

-Какой ценой?

“Ценой всего.”

Фениксиец прикрыл глаза, а лицо его окаменело.

-Феррус. - Распахнув веки, примарх обратился к примарху. - На последок…

Руки Фулгрима сомкнулись на спине Горгона, заключая его в нерушимые объятия. Десятый опешил, совершенно не ожидая подобного.

-Я так и не сказал, как счастлив видеть тебя вновь.

Прижимая гиганта в пылающем доспехе к себе и не обращая на обжигающей пламя внимания, Третий улыбался.

Медленно, сомневаясь и колеблясь, но все же двигаясь, свободная рука Мануса ответила на проявление братской любви.

-Надеюсь, мы еще встретимся, братишка…

-Если это и произойдет, то лишь на поле боя.

-В таком случае, будем биться плечом к плечу. Как прежде, мой брат… Мой друг.

После этих слов, исполин в черной броне оттолкнул Фулгрима.

-Наша дружба давно канула в лету, Фулгрим.

-Знаю, брат. И все равно счастлив.

-...Твои грехи так велики, что тебе придется до конца времен пытаться их искупить.

-И это я знаю.

-В таком случае… я прикрою тебе спину. И убью тебя, если ты вновь предашь.

-Клянешься?

-Клянусь.

-Тогда я приму кару, если вновь паду во тьму, брат. Клянусь Огнем.

Треск реальности наконец вырос до предела. Небеса почти исчезли, все больше открывая тень размером с континенты. Темный Принц, что был отрезан от этого маленького мира и не мог попасть в него не разрушая до основания, протягивал свою омерзительную конечность над землей. Еще немного, и Слаанеш заберет себе во владение души двух примархов и осколок Анафемы. Более чем достойно для того, чтобы сделать это лично.

“Фулгрим… Феррус… Я горд, что у меня есть такие сыновья.”

-Отец? - Горгон недоуменно повел головой, не веря, что это говорит Он.

“У меня больше не будет возможности сказать это, потому я говорю сейчас… Я горжусь каждым из вас и всегда гордился, как бы вы не оступались.”

-После таких слов, отец, мы просто не имеем права умереть.

Фениксиец смотрел на тошнотворный свет от фигуры Бога Хаоса, и ощущал, как демон не останавливаясь терзает его разум. Он не уступит легко, однако, от этого Фулгрим лишь преисполнился решимости. Его сердца раскалились, разгоняя кровь, что была подобна магме.

Психическая сила вспыхнула и он услышал тысячи голосов, каждый из которых мог узнать. Его легион, Легион Детей Императора был готов ко всему, ожидая, когда примарх направит их на врага, поселившегося в его душе. А могущественнее всех был голос Сангвиния, что поддерживал брата и его сыновей.

Шквал мощи обрушился на слабое пространство, а золотое крыло на доспехе пылало серебряным огнем.

Примархи молча взглянули друг на друга.

-Шансов очень мало, брат. Мы оба почти наверняка погибнем.

Горгон ответил низким рыком.

-Еще посмотрим.

-Узнаю тебя, Феррус.

Кратчайшие секунды отделяли Третьего и Десятого от решающего мгновения.

Сияние лилось из глаз Феникса, пока по его телу бежали белые молнии вместе с яростным пламенем. И он сказал…

-...За Императора….

-...За Империум…

-...За Человечество.

Эпилог

По коридорам шла невысокая черноволосая девушка. В ее осанке угадывалось хорошее воспитание и природная гордость, не кричавшая о превосходстве, но заставляющая окружающих смотреть на нее с уважением. В ее руке был портфель, определенно содержавший в себе учебные материалы.

Подойдя к повороту она остановила свой ход без видимой на то причины. И прямо перед ее лицом пролетела другая девушка, с экстравагантной прической из сильно завитых золотых кудрей. Опешившая от провала, одногодка обладательницы двух вечных косичек, поспешно приняла уверенный вид, словно все было так и запланировано.

-Ох-хо, Тосака Рин, какая встреча! - Прикрывая рот ладонью в утонченном жесте, дева в широком синем платье со скрытым вызовом смотрела на встреченную.

В бледных глазах, в глубине которых теплились чуть светящиеся золотые прожилки, не отразилось ничего. Черноволосая была совершенно спокойна.

-Первое предупреждение, Лувия. - Беспристрастно осадив излишне энергичную знакомую, она попробовала обойти ее, но куда там.

-О чем ты, моя дорогая? Я всего лишь хотела пригласить тебя на учебный спарринг, дабы мы могли отточить сво..

Приподняв ладонь на уровень глаз, Рин щелкнула пальцами, с которых сорвались лазурные всполохи огня. Пусть расстояние было не самое малое, но температура, сравнимая с солнечным протуберанцем, заставила Лувеагелиту отпрянуть. Она ощутила сильный жар, словно очутилась у раскаленного кузнечного горна. И это было от крохотной вспышки.

-Второе предупреждение.

Произнеся эти слова, девушка в белой блузке с орнаментом из темного пурпура, обошла преграду. Та уже опиралась о стену, еще ощущая на своей коже толику звездой ярости. Рин ничего не имела против Эдельфельт, но ее настойчивость и желание раздувать давний конфликт их семей уже поднадоело.

Продолжив путь, черноволосая встречала в длинных коридорах различных людей, приветствующих ее. Она отвечала каждому, кем бы тот ни был, но если некие личности пытались пригласить ее, к примеру на обед, имея очевидные намерения, она окидывала их пробирающим до костей взглядом. Неестественная дрожь бежала по их телам, от взора бесцветных и неподвижных глаз, в которых словно было нечто… могущественное.

Недавно прибывшие идиоты нередко пытались познакомиться и заполучить связи с перспективной магессой или сблизиться еще теснее. Рин видела в них тщеславие и честолюбие, присущее большей части магов. Их полнили бесконечные изъяны, что даже не волновали их. Впрочем, если намерения человека были чисты, Тосака никогда не проявляла невежливости.

Дорога привела ее на верх главной башни, в которой располагалась рабочая мастерская Маршала. Вход туда был позволен не многим, но личная ученица была из их числа. Открыв дверь, девушка вошла, увидев в кресле свою знакомую, вернее подругу, что держала на коленях белого кота. Тот довольно мурчал, ластясь к нежным кистям златовласой. По виду, та была того же возраста, что и Рин, но это неверно, ведь она не старела. Высокий хвост чуть отросших волос удерживался алой заколкой, в виде крыла, переходящего в распахнутый орлиный коготь. Она почти никогда не снимала этот аксессуар, нося его каждый день. Последней из примечательных деталей был массивный меч в искусно украшенных ножнах. Однажды Авалон был найден на столе, без единого следа вторжения. Расследование не привело ни к чему, кроме загадочного молчания Калейдоскопа, явно, что-то знающего.

-Привет, Арти. - Положив портфель на столик, девушка подошла к одной из многочисленных книжных полок, выискивая нужную.

Слепота не мешала ей, ведь ей достаточно было захотеть, как она буквально ощущала, где искать необходимое. Чтение же осуществлялось через сканирование поверхности, позволяющее крайне быстро составить мыслеобраз в разуме. На подобное потребовалась немалая практика, но теперь это не представляло труда.

-Привет, Рин. - После девушки, кот с белоснежной шерстью лениво мяукнул. - Риланор тоже говорит привет.

-Погладь его за меня, мне еще нужно кое-что сделать. - Не оборачиваясь, ответила черноволосая.

-Зелретч опять дал глупое задание? - С маленькой улыбкой проговорила древняя королева.

-Да, но не настолько, чтобы вновь спалить ему бороду.

-А-а, так это не он решил вдруг сменить имидж. Дай угадаю, волшебные палочки? - Светловолосая дева припомнила недавнее предложение старого мага. Если бы он не мог телепортироваться, то познакомился бы с Экскалибуром, а Мертвые Апостолы не слишком любят святые мечи.

Ученичество у эксцентричного старого маразматика длилось уже год. Вернее, одиннадцать месяцев и пятнадцать дней. Перед тем, как принять Рин в качестве официальной ученицы, ему зачем-то понадобилось -”Смотаться в санаторий. На воды целебные.”

Многие советовали ей бросить эту затею и не рисковать повторить участь прошлых учеников, но разве подобным ее испугаешь? Да и Тосака скорее получила почти неограниченный доступ к ресурсам Часовой Башни, ни о какой верности не шло и речи. И, в качестве бонуса, был опытный наставник, хоть тот и не дотягивал до того, Кто учил Рин физике термоядерной реакции. Швайноргу до Него, как от Темпестуса до Обскуруса пешком.

Артурия же, в отличии от Рин, не была ученицей Маршала, но, по его приказу, обладала правом изучать магическое искусство, в чем ей помогал колоссальный запас праны и могучие цепи. Ей все давалось весьма легко - в таланте она не уступала Рин, хоть ей и приходилось нагонять ее по многим направлениям.

-А плазма это не чересчур? Он ведь и разозлиться мог.

-Я тоже умею злиться. Вдобавок, ему не помешает позагорать.

-Ох, Рин, у тебя оказывается задатки пироманьяка. - Шутливо посетовала Арти.

-Разве у меня ониксовая кожа и глаза, как магма в жерле вулкана? - Повернувшись к подруге, девушка выразительно выгнула бровь. Собеседница же, недоуменно наклонила голову. - Восемнадцатый, Саламандры.

Понятливо кивнув, Арти захотела встать, но этому мешал кот, лежащий на коленях. Словно почувствовав намерения подруги, он самостоятельно спрыгнул и пошел к балкону, где планировал прилечь на широкий карниз. Улыбнувшись воспитанию пушистого дредноута, Арти направилась к шкафу. Открыв его, она достала свернутый холст и вернулась к столику перед креслом.

-Посмотри, Рин.

И, вопреки слепоте девушки, это не было издевкой. Пусть в первые несколько месяцев она была не до конца самостоятельной и Артурии приходилось часто помогать ей, но ныне она избавилась от этой слабости. Долгая разработка комплекса чар анализа и неприятное освоение нового способа восприятия, вернули ей полноценную способность видеть мир. Даже больше, теперь, если утрировать, она была живым авгуром, производя сканирование окружения на недосягаемом для людей уровне.

Этому помогали проявившиеся возможности. Пропустив через себя огромную мощь Его, Рин, вероятнее всего, стала латентным псайкером. Иначе объяснить сверхразвитую интуицию, граничащую с предвидением, не представлялось возможным.

-Что тут? - Подойдя к раскрытому холсту, Тосака сняла показания и перед ее мысленным взором предстала картина.

Та была написана в пастельных тонах, одним видом вызывая тепло. А то, что было на ней запечатлено, вызвало улыбку.

На ней был широкий стол в гостиной поместья Эмии, за которым сидели гости: Молодая женщина с короткой прической, весело что-то кричащая; Рыжий юноша, пытающийся убедить опекуна успокоиться; Стоящий над ним гигант в пурпурной броне, угрожающе смотрящий алыми линзами с зажатой алебардой в бронированной кисти; Гигант еще крупнее, молчаливо застывший у стены; Прекрасный златовласый мужчина, с обреченным видом сидящий слева от буйной девушкой с волосами того же цвета; Черноволосая девушка с косичками, пишущая что-то в тетради, за спиной которой стоял высокий мужчина в архаичной тоге.

А по центру, островком спокойствия, была невысокая девушка пьющая чай с довольным видом, по правую сторону от которой сидел мужчина с длинной платиновой шевелюрой.

И все улыбались.

-Себя по центру? Как эгоцентрично.

-Это моя картина, что хочу то и делаю. - Шутливо вскинув тонкие брови, посмеялась Арти.

-Неплохо получилось. Очень… даже…

Молчание возникло как из ниоткуда.

-Рин… как думаешь, он справился?

-Не знаю точно, но… чутье подсказывает, что так и есть.

-Откуда такая уверенность?

-Откуда? - Переспросив, Тосака сложила руки на груди, с видом совершенной уверенности.

-Мы обе знаем его. Если у него есть слабости, то он их искореняет. Такова его суть.

Пройдя в сторону балкона, Рин задумчиво встала рядом со спящим котом.

-Проигрывая, он встанет сильнее, чем прежде.

Невидящим взглядом смотря в спокойные небеса Лондона, девушка положила одну руку на карниз, а другой приласкала их маленького друга, что огласил округу мурчанием.

-Умерев, он восстает из пепла.

В бескрайней синеве не было ни единого облака и погода обещала быть приятной, что редкость для Туманного Альбина.

-Встретив врага, он повергает его в прах.

Обернувшись к подруге, что встала рядом с улыбкой, Рин продолжила.

-Поэтому, я и уверена, что он где-то там, в небесах. Что Феникс взмыл, опаляя врагов человечества и вновь возжигает пламя в сердцах.

Достав из-под одежды тонкую цепочку, на которой висел двуглавый орел из стали, созданный с помощью трансмутации, Рин сжала его в ладони.

-На то он и Отец Легиона Детей Императора. Фениксиец. Приносящий Воду и Приносящий Огонь.

-А если без титулов? - Продолжая улыбаться, Артурия задала этот вопрос голосом, в котором не было ни намека на грусть.

-Если их опустить, тогда… просто наш наглый примарх.

Повернув голову к бескрайнему небосводу, Арти закончила одной фразой.

-Примарх Фулгрим.