Судьба эскаписта 2. Разновидности огня

Часть 1. Цепкие лапы призраков прошлого. Глава 1. Неприятности

Селение Сад наводнили необычные люди. Несколько десятков странно одетых чужеземцев деловито сновали туда-сюда, абсолютно игнорируя местных жителей. Те отвечали им взаимностью, застыв в разных позах, словно всё селение разом решило впасть в детство и поиграть в "Море волнуется раз".

Чужаки же совершено бесцеремонно раскрывали двери, обыскивали дома, топтали огороды. Некоторые из пришельцев использовали непонятные приборы в виде больших, с тарелку размером, линз в медной оправе с несколькими ручками по бокам вроде корабельного штурвала. Приспособления направляли на предметы, пока линзы не начинали мигать желтым, затем процедура повторялась на следующем объекте.

Особенно много чужаков крутилось вокруг развороченного амбара. Большинство пришельцев были одеты в одинаковые серые бригантины. На вид довольно качественные. У каждого висел на поясе меч и болтался арбалет за спиной. Самым вопиющим было то, что ни на одном из чужаков не было герба господина, к которому он мог принадлежать. Командовал ими мужчина в годах, одетый точно так же как остальные. Определить, что он главный можно было только по тому, что именно он раздавал всем приказы.

У капитана чужаков была небольшая, но опрятная окладистая борода. Сам он был скорее высок, но из-за своей сутулости казался гораздо ниже. На его грубоватом лице застыло выражение нервозности и тревоги. Свое опасение командир вдоволь выплескивал на подчиненных, то и дело прикрикивая на них и размашисто жестикулируя правой рукой, сжимая в левой прямоугольный плоский прибор, который периодически издавал звенящие звуки. Тогда главарь чужаков прикладывал его к уху и начинал раздраженно разговаривать сам собой. Так, по крайней мере, могло показаться постороннему наблюдателю.

Послышался жужжащий свист, и с неба рядом с капитаном чужаков приземлилось нечто. Похоже оно было на гигантский серебристый округлый леденец размером примерно с карету и, в общем-то, ею и являлось, за исключением того, что в отличие от кареты могло летать, и естественно безо всяких лошадей. На левом боку аппарата наметился контур двери, которая спустя секунду плавно отъехала вверх, позволяя выйти всем, кто находился внутри.

Из парящей кареты вылезли трое. Один – длинноволосый блондин в золотых причудливых латах с лицом настолько красивым, что мог бы свести с ума любую местную женщину. Однако его спутница, показавшаяся следом, видимо так не считала, поскольку её глаза, обрамленные синюшными кругами, то и дело зло поглядывали на прекрасного рыцаря. Женщина недовольно скалилась, демонстрируя совершенно нечеловеческие треугольные зубы.

– Алл... – недовольно пробормотал капитан чужаков, уставившись на нее. – Принесла же нелегкая.

– Ронни! Давненько не виделись! – наигранно приветливо, и в то же время, не скрывая враждебности, крикнула женщина в ответ, помахав рукой.

– Прекратите этот балаган, сейчас же! – властным голосом заявил третий вылезший из парящей кареты. Им оказался молодой человек в строгом синем костюме при галстуке. Окинув повелительным взглядом окрестности, он уверенной походкой направился к капитану чужаков. Алл нехотя последовала за ним. Прекрасный же рыцарь так и остался стоять в стороне, делая вид, что его это не интересует.

– Здравствуйте, босс. Решили посетить место лично? – учтиво обратился капитан к незнакомцу в костюме.

– Так, Рон. Давай без беллетристики. Рассказывай все, что удалось узнать.

Тот, кого Рон назвал боссом, брезгливо покосился на свои дорогие туфли, промокшие в утренней росе, а затем, видимо, смирившись с данным фактом, начал нетерпеливо осматривать окрестности, останавливаясь взглядом то на одном чужаке то на другом. Его на какой-то момент заинтересовала группка людей, которые измеряли сарай лентой, в то время как ещё один записывал результаты в бумажный блокнот.

– Пока рано утверждать наверняка. Нужно тщательно проверить полученные данные. Но, судя по всему, Обсидиан действительно смог переродится, – отвлёк босса Рон.

– И это несмотря на все наши усилия?!

– По крайней мере, кое-что сработало, и в этом воплощении он всего лишь человек.

– Но меня уверяли, что проблема решена раз и навсегда! А теперь выясняется, что всё совсем не так.

– Для нас это тоже было несколько неожиданно, – чуть подумав, сказал Рон. – Но мы делаем все возможное.

– Делают они, – отмахнулся незнакомец в костюме. – А я вот не вижу результатов вашей работы. Точнее, вижу, отрицательный результат!

– Поверьте, господин Эдем, мы прикладываем максимум усилий, чтобы разобраться с кризисом.

– Лучше бы этому быть правдой, Рон. У меня кончается терпение. А ты что молчишь, Алл?

Женщина, стоявшая всё это время рядом с Эдемом, не издала не звука. Она всем своим видом показывала, будто совершенно не понимала, зачем её сюда притащили, теперь пыталась уйти по-тихому, не привлекая к себе лишнего внимания. Копошение множества людей её не интересовало вовсе. Рона она одаривала недовольным взглядом, когда Эдем и прекрасный рыцарь удостаивались разве что презрительной гримасы.

– Алл, я с тобой разговариваю! – не выдержав повысил голос человек в костюме.

– И что ты хочешь услышать, "господин" Эдем? – наконец недовольно ответила Алл.

– Насколько я понял из отчёта, он не удержался и использовал технические команды консоли.

– И что? Он, между прочим, исправил ваши огрехи. Я ведь тогда предупреждала, чтобы эти криворукие клоуны держались подальше от настроек местных персонажей, – зло оскалилась Алл, в очередной раз продемонстрировав свои нечеловеческие зубы. – Так, что баланс не нарушен.

– Прекращай эти игры! Сейчас я намерен разобраться с проблемой раз и навсегда. Необходимо расправится с ним как можно скорее, пока он окончательно не освоился.

– Вы абсолютно правы, босс. – промямлил Рон.

– "Вы абсолютно правы босс" – кривляясь, передразнила его Алл. – Смотреть противно. Я ничего не буду предпринимать. Повторяю уже официально, баланс не нарушен.

– Вот как? – с вызовом переспросил Эдем. – А что насчёт инцидента с нашей полевой группой? Рон, сколько уровней в результате происшествия потерял старший тестировщик? Пятьдесят, кажется?

– Пятьдесят два, если быть точным, господин Эдем, – поправил Рон. – Иероним в двое меньше.

– Вот, видишь! Я официально запрашиваю зелье поднятия уровня для пострадавших.

– Отказано! – железно отчеканила Алл. – Они сами виноваты, что разозлили Змейку, к тому же логи говорят, что со стороны ваших людей имело место снятие ограничивающей печати. Я и так уже закрыла глаза на этот серьезный проступок, так что хватит с них поблажек.

– Алл, ты ходишь по тонкому льду, – надменно процедил Эдем.

– Решил мне поугрожать, щенок?! – рявкнула Алл. – Знай свое место!

– Я – Эдем!

– Но ты не Виктор, а всего лишь его жалкий потомок. Так что захлопни свой рот и продолжай дальше играть в большого босса. А мне пора возвращаться к работе, – сказав последнюю фразу, Алл с хлопком растворилась в воздухе.

– Ненормальная тварь, – сквозь зубы прошипел Эдем. – Когда-нибудь я до тебя доберусь, и вышвырну от сюда, как вшивую псину! Рон, а что со сферой?

– Полное фиаско, босс, – пробормотал Рон. – Но тут я согласен с Алл. Ребята действовали крайне непрофессионально. По ним будут сделаны соответствующие выводы.

– Хорошо. Но только не зверствуй сильно. Пусть поймут свои ошибки и продолжат действовать, – благосклонно сказал Эдем. – Нужно ещё будет отправить группу в лес.

– Боюсь, что это невозможно, босс.

– Это ещё почему?

– Сразу после инцидента богиня Гайя официально запросила формирование домашнего пространства на весь лесной массив.

– Что?! Кто дал разрешение?!

– Алл собственной персоной...

– Это возмутительно! Думает, что все подмяла под себя? Но мы ещё посмотрим, кто кого.

– Можно мне сказать, – оживился прекрасный рыцарь, наконец соизволивший выйти из парящей повозки. – Позвольте мне разобраться с Обсидианом лично.

– Я не сомневаюсь в твоей силе и преданности, но я не хочу давать Алл лишний повод для действий. А если начнешь действовать ты, в игру могут включиться и другие, кто сейчас неактивен. Слишком много фигур может появится на доске разом.

– Жаль, – посетовал рыцарь. – А то я как раз хотел развеяться.

– Скоро представиться случай, когда мы начнем скидывать саму Алл, потребуется помощь всех.

– В этом я охотно поучаствую, – радостно выпалил рыцарь. – Она давно напрашивалась. Подумать только, не признавать истинного наследника Виктора Эдема? Это есть высший грех, который можно совершить!

– Хватит уже, – польстившись, пробормотал Эдем. – Пора возвращаться. Рон, я поручаю дело Обсидиана тебе.

– Слушаюсь, босс.

– Да, используй только местных, мы не можем дать ещё больше преимущества Алл. Эта хитрая стерва и так выворачивает все наши планы с ног на голову, так что в этот раз нужно действовать крайне аккуратно. Руководи всем лично.

– Как скажете, господин Эдем.

– И ещё, я жду полный письменный отчёт о данном происшествии как можно быстрее.

– Будет сделано, господин Эдем.

– Хорошо.

Эдем и рыцарь забрались обратно в парящую повозку, и она моментально взмыла в небо, скрывшись за облаками. Рон проводил её взглядом, а затем устало уставился на куст в десяти метрах от себя. Через секунду там появился силуэт женщины, которой оказалась Алл. Полностью материализовавшись, она подошла к Рону и молча уставилась на него. Враждебности на её лице как небывало.

– Что? – не выдержал капитан чужаков.

– Я все думаю, на чьей ты стороне?

– Как вы мне все надоели, – устало признался Рон. – И ты, и Эдем. Теперь ещё с Обсидианом этим разбираться... Как-будто у меня своих проблем мало.

– Я просто хочу, чтобы ты помнил. Ты непосредственно подчиняешься мне, а не ему.

– Я прекрасно знаю структуру управления, но он президент компании все-таки. Я не могу его просто так игнорировать. И в отличие от тебя от меня очень просто избавится. Достаточно вспомнить, как обошлись с Артуром. Никто даже не стал принимать его заслуги во внимание.

– Да, с Артуром действительно вышло неаккуратно, но, кто знает, может скоро что-то и поменяется, – загадочно парировала Алл.

– Ага, поменяется. Признайся честно, Эдем тебе просто не по зубам.

– Он избалованный мальчишка! – выплюнула Алл. – Если бы Виктор видел сейчас, что происходит с его творением? Почему его внук оказался таким ничтожеством?

– От меня ты что хочешь?

– Самую малость, сообщай мне все подробности расследования связанного с Обсидианом.

– Только не говори, что хочешь опять натравить его на Эдема?!

– Как можно, – промурлыкала Алл, ухмыляясь, – как ты мог подумать такое?

– Послушай, это плохая идея. К тому же я не знаю, что хуже Эдем или Обсидиан. Оба упертые как бараны. И оба могут устроить форменный апокалипсис, если их столкнуть лбами. А ты только этого и добиваешься. Плохо окажется всем. Я даже представить себе боюсь, что могут учудить эти двое.

– Не преувеличивай.

– Я? Преувеличиваю?! В прошлый раз система устояла чудом. А из-за вашей с Эдемом склоки все опять летит в никуда! Может уже лучше договоритесь?

– Я не отдам ему этот мир и никому не отдам. Все, что есть здесь – драгоценный дар, наследство, оставленное Виктором. И никакому сопляку это не разрушить!

– Ты сущее чудовище, Алл. Сумасшедшее, повернутое чудовище. Ты знаешь об этом? Когда-нибудь ты настроишь абсолютно всех против себя, понимаешь?

– И что с того? Ты лучше скажи, я слышала Иероним обнаружил там действительно что-то интересное.

– Ты про ту демоницу? Очень повезло, что наш жрец не стал распространяться о её истинном происхождении, а поставил в известность только меня.

– Остальные не догадались?

– К счастью, нет. В их отчетах она фигурирует, но акценты на ней никто не ставит. За исключением Детройта, он все твердит про реванш. Но кто станет воспринимать Детройта всерьёз?

– А ты понимаешь, кто она такая на самом деле?

– О чем ты? Подожди... – Рон удивленно вытаращил глаза. – Ты хочешь сказать?

– Неужели, только сейчас дошло, Ронни?

– Но... Это ведь невозможно, – растеряно прошептал Рон, замешкавшись.

– В этом мире ещё случаются чудеса. Но чудо на то и чудо, чтобы до определенного времени оставаться в тайне. А это небольшой презент. Тому дуболому и бедолаге Иерониму должно быть в самый раз. – Алл передала Рону две небольших запечатанных бутылочки.

– Зелье повышения уровня?!

– Малое зелье повышения уровня, – поправила Алл. – Хватит с них. Заодно сможешь отчитаться перед Эдемом, что выклянчил у меня.

– Хорошо, – ответил Рон, забирая бутыли к себе. – Пусть будет так.

– Когда ушел Артур, тебе следовало назначить Иеронима старшим. Кучи проблем можно было бы избежать.

– Ты же знаешь, что он сам отказался, он всегда отказывается, – посетовал Рон, – тем более теперешний старший тестировщик протеже Эдема. Я не смог обойти прямой приказ президента компании.

– Но я все же хочу, чтобы ты объяснил парнишке, что так вести дела нельзя. Он здесь не в игры поставлен играть. Змейка была просто в бешенстве.

– Могу себе представить! Я пока отстранил его на время, пусть подумает.

– Правильно, потому что если он ещё раз перейдет мне дорогу, то думать ему будет уже нечем, – Алл улыбнулась такой жуткой ухмылкой, что у Рона все похолодело внутри. – Ну, бывай!

Алл беззаботно отправилась шагать прочь от амбарного холма, насвистывая веселую песенку. Её силуэт снова стал прозрачным, пока не растворился и не растаял в воздухе. Рон устало вздохнул и потер глаза. Оглядел по-хозяйски сновавших вокруг подчинённых и скосился на наручные часы.

– Люси, подойди-ка сюда! – громко крикнув, подозвал Рон одну из своих подчиненных.

– Да, Рон! – отозвалась молодая светловолосая девушка с блокнотом в руках.

– Ты у нас курируешь проект «Белый шар». Это как раз в Эрлиге. Тебе нужно будет проследить за группой авантюристов, которая называется «Сказка для дракона». Они скоро заявятся в город. Проследить надо аккуратно. Не привлекая лишнего внимания. Использовать только местных.

– Как скажешь, шеф!

– Да, отчёты будешь отправлять лично мне, раз в неделю, через зашифрованный канал. Если будут другие указания, я перешлю тебе на интерфейс.

– Всё поняла.

– Отлично. А как там твой проект?

– Всё идёт по плану. Образец показывает отличные результаты.

– Закинешь мне отчёт тоже.

– Сделаю!

– Выдвигайся, как сможешь. Я позже присоединюсь к тебе в Эрлиге, если успею разгрести весь этот бардак здесь.

Глава 2. Уроки эльфийского

С момента победы над наёмниками прошло чуть больше недели, и городок эльфов постепенно приходил в себя после ужасов штурма. Большинство ящероголовых, как и обещал Шкеш, ушли на следующий день. Осталось лишь небольшая часть туземцев, решивших помочь убрать тела убитых, поскольку эльфы явно бы не справились в одиночку. Это была официальная причина. Фактически же ящероголовым не хотелось оставлять Маи одну. Девочка объявила, что богине угодно пока находиться у эльфов, помогая им оправиться от понесённых потерь. Однако в отличие от Маи, богиня с тех пор сохраняла молчание к неудовольствию Шкеша и остальных. Исключение было сделано лишь для Флоридель. С ней Гайя проводила около двух часов в день, о чём-то общаясь. Но содержание этих бесед оставалось тайной для остальных, так как дриада и Маи уходили далеко в лес и общались там, подальше от посторонних ушей.

Красс пытался выведать у Флоридель, суть этих бесед, но тут же получил подзатыльник и совершенно охладел к данной теме. Один раз, правда, дриада обмолвилась, что мир устроен совсем не так просто, каким его представляют. Эта странная фраза, оброненная снайпершей, разожгла было огонь познания в глазах старого ворона, но ещё раз обратиться к Флоридель он не решился.

В самом поселении работа кипела с круглые сутки, не утихая даже по ночам. Немного отойдя от шока, эльфы дружно взялись за восстановление. Несмотря на то, что некоторые вначале изъявили желание покинуть городок, фактически, никто не ушёл. А тех немногих, кто всё же был настроен серьёзно, уговорили остаться хотя бы на месяц. Сейчас главное было успеть починить повреждённые дома и запасти припасы до наступления холодного сезона, иначе предстоящую зиму эльфы бы не пережили.

Городской совет претерпел изменения. На место погибшего Лаэнре выбрали Агнель. Лантир заявил, что покидает пост мэра. На его место общим собранием горожан выдвинули Флоридель, которая оказалась потрясена до глубины души такому стечению обстоятельств, но пост приняла. После чего радостная толпа начала кричать о возрождении дома Цветов.

Всю эту неделю компания Дориана помогала эльфам восстанавливать их поселение. Альварес, как самый сильный, взялся таскать брёвна на чудом уцелевшую пилораму. Там их пилили и тут же отправляли на стройку. Лили вместе с охотниками выслеживала дичь и разбежавшийся во время штурма скот. Фрида вызвалась помочь в лазарете. Число раненых было велико, и менестрелька, играя свои волшебные песни, помогала переносить им тяготы их положения. Дориан присоединился к отряду сортировщиков, который занимался оценкой вещей, оставшихся от проигравшей стороны. Чтобы поделить трофеи, нужно было разобрать горы барахла, поскольку среди хлама нет-нет, да и попадались заговоренная броня или зачарованный клинок.

– Вот от этой кольчуги точно исходит магия. Домен воды, мне кажется, – пробормотала Агнель, откладывая вещь в отдельную кучу. Эльфийка трудилась вместе с Дорианом над оценкой вещей.

– Так и есть, – согласился Дориан, – записывай: номер пятьсот сорок три. Кольчуга из панцирных колец, размер – средний. Чары домена воды не сильнее «D» уровня. Скорее всего, заклинание «Базовый барьер воды» или аналогичное ему.

– Записала, – подтвердила Агнель, прикрепив к кольчуге бирку с номером.

– Хорошо, следующая вещь.

Сортировочный пункт размещался под большим навесом, который соорудили рядом с запасными воротами, поместив его вплотную к стене. Специально организованная команда приносила сюда все трофеи, какие могла найти в округе. В состав отряда входили не только эльфы, но и парочка ящероголовых. Это было сделано для того, чтобы обе стороны могли видеть, какие вещи были обнаружены. В палатке рядом с Дорианом и Агнель ещё сидел старый ящероголовый, следивший за процессом.

– Говорят, вы скоро нас покинете? – тихо спросила Агнель, оторвавшись от своего занятия.

– Кто-то должен сообщить герцогу о том, что здесь случилось, – пожал плечами Дориан. – Тем более у нас изначально была конкретная цель похода, которую пришлось ненадолго отложить. Я думаю, мы выдвинемся в течение пары дней.

– Понятно…

– Не переживай, ты и сама отлично справляешься с опознанием вещей.

– Дело не в вещах, просто мы тут посовещались. Многие хотят сделать вашу группу почётными горожанами нашего города.

– Серьёзно?

– Серьёзнее некуда. Только не смейтесь, – замялась эльфийка. – Мы ведь понимаем, что наше поселении и раньше-то городом с натяжкой называлось, а теперь и вовсе стало ничем, а вы всё-таки граф…

– Ты опять за старое? – хитро прищурился Дориан.

– Нет, я… – виновато развела руками Агнель. – Я ещё хотела сказать, что Карл сделал мне предложение.

– Поздравляю!

– Спасибо… Точнее, я имела в виду, что сейчас не до этого, и свадьба будет только в следующем году, но мы хотели бы пригласить вас всех на неё. Если вы не против.

– Мы придём, – улыбнулся Дориан. – Тем более это уже вторая свадьба в следующем году, на которую нас позвали.

– Да?! – удивилась Агнель. – А кто ещё?

– Лантир и Флоридель, конечно же, – пояснил Дориан. – Спустя несколько десятков лет они всё же решились.

– С ними ведь всё непросто, – погрустнела Агнель.

– Угу, у таких породистых эльфов со свадьбами бывает очень сложно. Флоридель из правящего рода, пусть и почти угасшего, а Лантир статусом гораздо ниже. Эльфийские старики будут потом два века ворчать.

– Тем более теперь, когда Лантир сложил свои полномочия, и все выбрали Флоридель на его место.

– Вам с ней придётся нелегко, – издал смешок Дориан.

– Зато теперь у нас настоящая правительница, дриада, – мечтательно продолжила Агнель. – А наш городок – это возрождённый дом Цветов. И мы не бродяги со всех концов света, а жители полноценного эльфийского полиса, не хуже, чем другие дома. Вы ведь слышали, что решил сход города.

– Возродить дом Цветов! – продекламировал Дориан. – Даже Грейс тогда растерялась.

– Да! Это было так волнительно, словно история творилась у нас на глазах.

В помещение вошли Карл и Мейлон в сопровождении нескольких эльфов с носилками. Когда отсортированная вещь проходила отбор, Дориан наклеивал на неё номер, а Агнель заносила её в каталог. Промаркированные трофеи организованно перетаскивались на отведённый для них склад для дальнейшего дележа между эльфами и ящероголовыми. Ящероголовым по договору должно было достаться две трети в пересчёте на стоимость трофеев.

– Дориан, у меня печальная новость, – грустно сообщил кузнец. – Боюсь, что твой клинок восстановлению не подлежит. Я хотел его перековать, но ничего не вышло. После твоего заклинания сталь стала хрупкая, как стекло.

– Ясно, значит надо будет найти в Эрлиге чего-то новое. К тому же у меня есть теперь костяные клинки. Они гораздо короче, чем те, с какими я привык иметь дело, но я думаю, что привыкну к ним.

– А можно на них взглянуть? – заинтересовался эльф.

Дориан протянул руку и в ладони материализовался один из мечей, произведя своим появлением неизгладимое впечатление на присутствующих. Даже старый ящер, скучавший в углу палатки, вытянул шею, чтобы посмотреть на оружие.

– Смертоносная игрушка, – присвистнул Мейлон, когда Дориан передал ему клинок.

Это был короткий изогнутый меч, обоюдоострый. Лезвие было белым с кремовым отливом. Оно представляло из себя немного подправленный зуб большого животного. Рукоять тоже была вырезана из кости, составляя с клинком и навершием единое целое. Гарды почти не было, лишь небольшой упор из матового чёрного металла отделял рукоятку от клинка. Навершие представляло собой удлинённый шип, так же окованный металлом. Кузнец повертел клинок в руках, придирчиво рассматривая его со всех сторон. Попробовал наощупь острие. Взмахнул клинком пару раз, оценивая балансировку и ловким движением передал меч Дориану, развернув рукояткой вперёд.

– Что скажете?

– Лезвие – однозначно кость дракона, – со знанием дела заявил кузнец, – точнее его зуб, а металл я не узнаю. Столько лет работаю с молотом, но, честно говоря, понятия не имею, что это. Единственное, что могу сказать наверняка – этот клинок стоит целое состояние. Это без вариантов оружие-спутник.

– Спутник? – приподнял бровь Карл.

– Да, мы эльфы зовём такие вещи «Лант-Сетеллил». Оружие-спутник. Владелец подобного меча может явить его по своему желанию. У нас есть легенда, что спутник появляется, как квинтэссенция замыслов и помыслов владельца. Продолжение его самого. У Флоридель, как оказалось, тоже было нечто подобное. Я про чакрам. Жаль, что он сломался.

­– И что, подобная игрушка может появиться у любого? Раз и всё?! – спросил кузнеца Карл, уставившись на костяной клинок.

– Тебе вряд ли повезёт, – хмыкнул Мейлон. – Чтобы Лант-Сетеллил обрело своего владельца, должно произойти что-то невероятное. Даже мы, эльфы, недалеко продвинулись в понимании сути оружия-спутника. Понимаешь, некоторые мудрецы считают, что такая вещь – это дар богов.

– Богов… – наигранно вытянул лицо Карл. – Тогда всё понятно. А ну-ка, граф Нордвинд, признавайся, кто же из божественных сущностей тебе благоволит?

– Карл, прекрати, – принялась отчитывать его Агнель. – Как тебе не стыдно? Ты же сам, собственными глазами видел превращение Гайи! Может, богиня и одарила господина графа?

– Я так не думаю, – с серьёзным видом прервал их кузнец, пристально уставившись на Дориана. – Я видел её копьё. Стиль совсем не тот, но с другой стороны и клинки, и чакрам чем-то похожи. И это меня очень беспокоит.

– О чём ты? – встревожилась Агнель.

– Может это мои домыслы, – немного смягчившись, продолжил кузнец. – Но я думаю, что и у мечей, и у обруча одно начало, и оно совсем не доброе. Вы когда-нибудь слышали об Ужасе дома Цветов?

– Это когда Цветник разорили? – осведомился Карл. – Так таких «ужасов» после них было ещё бесчисленное множество. Городов за этот век тьму сожгли!

– Нет, – поморщился Мейлон. – Я о другом. Наши старики поговаривали, что Терния, бабка Флоридель, баловалась чёрной магией. И в один прекрасный момент ей явилось что-то из самых пучин бездны. И это что-то стало стражем её дома. Никто это существо не видел, но в нашем доме Самоцветов, например, шептались, что правительнице Цветника служит некое существо в виде крылатой тени. Чакрам, скорее всего, как-то связан с этим. Поговаривали также, что, связавшись не с теми силами, Терния накликала на свой дом беду. И это привело в конечном итоге к падению Цветника и гибели всего клана.

– Но это же неправда! – воскликнула Агнель, приложив ладонь к лицу.

– Может так, а может и не так, – вздохнул кузнец, мельком окинув взглядом присутствующих. – Я не знаю, откуда у тебя эти клинки, но будь с ними осторожен.

– Обязательно, – выдавил из себя Дориан.

***

Спустя несколько дней команда Дориана выдвинулась в дорогу. Проводить авантюристов захотели все присутствующие, поэтому рядом с запасными воротами образовалась целая толпа. Эльфы выкрикивали пожелания и благодарности. Многие махали руками и улыбались. Бурное прощание несколько смутило приключенцев, и они никак не могли тронуться в путь. Наконец закончив с бесконечными пожиманиями рук и выслушав все прощальные пожелания, команда «Сказка для дракона» продолжила свой затянувшийся поход. Поскольку штурмовавшие город наёмники протоптали настоящую дорогу и даже сделали лестницы, чтобы преодолеть утёс, стало возможно пройти к Эрлигу напрямик. Эльфы собирались оставить новую дорогу, превратив её в постоянную. До этого им приходилось делать большой крюк, выходя на тракт гораздо западнее города магов. Теперь же для городка эльфов неожиданно открылись отличные торговые перспективы.

Вместе с группой Дориана под надзором в путь отправился и ученик жреца Иеронима. По договорённости с эльфами авантюристы должны были препроводить его до Эрлига и проследить, чтобы он убрался восвояси. Конечно же Грейс продолжала настаивать, что с пленником нужно просто расправится, но остальные, послушав совета драконицы Рингиэль, всё же решили отпустить жреца. Парнишка, как оказалось, совсем не знал местность, поэтому группу Дориана и попросили сопроводить уже бывшего военнопленного до более цивилизованных мест.

Закончив с прощаниями только ближе к полудню, авантюристы смогли отправиться в путь. Преодолев примерно километров пять, команде стало понятно, что ходок из жреца никакой. Он моментально устал и плёлся в хвосте. Лили сперва подгоняла его, опасаясь, что он просто сбежит. Но это оказалось почти невозможным. Парнишка свалился бы от усталости быстрее, чем пробежал бы сто метров. Из-за этого и так затянувшийся с утра старт путешествия команды превратился в вялый и медленный поход.

До лестниц у утёса команда добралась только к закату. Авантюристы собрались уже спускаться, как вдруг Лили настороженно выхватила лук, целясь в ближайшие заросли растительности. Оттуда, из-за деревьев, абсолютно бесшумно показалась Флоридель. Увидав дриаду, Лили успокоилась и убрала оружие. А вот жрец затрясся всем телом, спрятавшись за спинами остальных. Флоридель чуть ухмыльнулась, издав еле слышный смешок, и подошла поближе.

– Страшно? – обратилась она к ученику жреца. – Это хорошо, что страшно. Дрожи как осиновый листик. Но я пришла не за твоей никчёмной душонкой. У меня даже лука с собой нет.

– Грейс… – пробормотал Дориан. – Я почему-то, был уверен, что ты появишься.

– Ага. Я хотела с тобой поговорить. Один на один, да только случай никак не представлялся.

– Понятно. Спускайтесь без меня, я догоню, – пояснил остальным Дориан.

– Дружище, мы тебя внизу подождём.

Дриада терпеливо выждала до тех пор, пока вся команда не спустится вниз и только затем, убедившись, что не стало лишних ушей продолжила разговор:

– Гайя много мне рассказала. Всё это не укладывается в голове. Наш мир совсем не то, что мы себе представляем. О тебе она тоже кое-что упомянула.

– Змейка просто не умеет держать язык за зубами, – ехидно отозвался Обсидиан.

Флоридель отступила на шаг назад. Лицо дриады немного побледнело, отразив то ли нерешительность, то ли тревогу. Никогда не лезшая в карман за словом, теперь она молчала, вглядываясь в погрустневшее лицо своего собеседника.

– Ты и правда знал мою бабушку?

– Знал.

– Значит ты и есть тот самый Ужас дома Цветов.

– Видимо. Правда, я бы не стал называть «ужасом» существо, находившееся одной ногой на пороге смерти. Насколько мне известно, я покинул этот мир за пять лет до трагических событий в Цветнике.

– Так это правда? Моя сумасшедшая бабка пользовалась запретным колдовством?

– С чего бы вдруг?

– Ну, – замялась Флоридель, – многие говорят, что она заключила контракт с тобой и…

– Чушь! Я никогда ни с кем не заключал никаких контрактов. И помогал я ей только из личных соображений.

– Из личных? – ехидно заметила Флоридель.

– Дитя… Когда-то очень давно. Так давно, что не все боги застали то время, я знал одну дриаду. Ты в том числе являешься очень далёким её потомком. Я думаю, ты последний живой потомок Иориэль на этом свете.

– Иориэль?! Ты сейчас говоришь о несравненной Иориэль? О полумифической прародительнице нашего рода?!

– Это для тебя она – всего лишь далёкая сказка, легенда в книжке на полке. А я знал её. И разговаривал с ней так же, как говорю с тобой. И иногда в твоём лице мне видятся её черты. Слышала бы ты, как она пела.

– Но тогда выходит… – растеряно посмотрев в лицо Дориана, замялась Флоридель.

– Раз поняла, вот и хорошо. И больше об этом не говори. Пусть легенда остаётся там, где ей и место. Но иногда прок есть и от легенд. [Reconstruction]! – выставив вперёд руку, скомандовал Обсидиан. – Когда-то я сделал эту безделушку для Иориэль. Не думал, что её станут передавать по наследству.

На ладони Обсидиана появилось серое марево, вращавшееся как небольшой вихрь. В воздухе что-то засвистело. Несколько чёрных кусков друг за другом стали влетать в вихрь постепенно соединяясь в единое целое. Внутри марева нарисовался остов кольца, которое непрерывно увеличивалось, уплотнялось. Когда вихрь утих на руке Обсидиана лежал совершенно целый чакрам, тот самый, что разбился в прошлой битве. Обсидиан тяжело задышал. Немного сгорбившись от нахлынувшей усталости, он протянул руку дриаде, передавая ей чёрный обруч.

– Смотри-ка, получилось. Правда на это ушли остатки сил с того посоха, что притащила дракониха, но ничего. Результат просто отличный.

– Но, как такое возможно?

– Да бери уже, не мнись.

– Я… Спасибо, – вымолвила Флоридель осторожно забрав чакрам.

– Я слышал. Что вы стали звать его «Бутон». Видимо истинное название затерялось в минувших эпохах. Настоящее имя этого предмета – «Циферблат».

– [Циферблат]! – крикнула Флоридель и чакрам тут же растворился у неё на ладони, подтверждая, что дриада его полноценная хозяйка.

– Отлично. Раз контракт обновился, теперь чакрам не сломается так просто. Владей им на погибель твоих врагов!

– Я воздам! – грозно возвестила Флоридель, подняв руку вверх, в которой тут же материализовался Циферблат.

– Вот и славно. Мне, я думаю, пора. А то народ внизу заждался. Да и тебя, скорее всего, уже хватились.

– Да, – кивнула Флоридель. – Береги себя.

– Ты тоже не лезь на рожон.

– Ага. До скорой встречи! – крикнула Флоридель растворившись в листве.

***

Лагерь наёмников, или точнее, то, что от него осталось показался только, когда полная луна вовсю стала светить на небе. И зрелище для путников открылось просто неописуемое. Там, где ещё недавно кипела жизнь, теперь царили гарь и пепел. Всё что хоть как-то могло гореть, было спалено до белёсых углей и золы. Кое-где ветер трепал почерневшие полотнища штандартов. Несколько крупных шатров, от которых остался только остов, зияли будто ломаные клетки. Вдали поскрипывало колесо от перевёрнутой и раскуроченной телеги. И, конечно же, едкий горелый запах, несмотря на то, что с времени пожара прошло уже несколько дней, тут же прилип к одежде путников.

– О, моя палатка сгорела, – устало вымолвил жрец, когда команда проходила по центральной дороге, пролегавшей через весь лагерь. – Может чего осталось?

– Насколько я знаю, эльфы и ящероголовые уже прочесали тут всё в поисках трофеев, но сходи, посмотри. Мы продвинемся дальше и остановимся на том пригорке, подходи туда, – ответил ему Дориан, кивнув в сторону небольшого подъёма чуть в стороне за лагерем.

– Как скажете, – согласился жрец.

Приключенцы продолжили продвигаться мимо остатков лагеря. Луна, в очередной раз вынырнув из-за тучи, отразилась на походном латунном котелке, валявшемся у дороги. Рядом с ним громоздилась довольно большая куча хлама. Поравнявшись с ней, путники поняли, что это были сваленные вместе остатки всевозможных сапог, потому что запах жжёной кожи ударил им в нос. Видимо, во время поисков трофеев эльфы и ящероголовые стащили их в сторону, да так и не явились забрать, поскольку ценность обуви была сомнительной. Лили тыкнула в кучу палкой, легко проткнув один из ботильонов насквозь. Поморщившись, лучница кинула палку в эту же кучу и поспешила догнать остальных, тихо откашливаясь. Она всё время прикрывала нос рукой, поскольку для её чуткого обоняния это была настоящая пытка.

– За свою жизнь, я побывал не в одной мясорубке, – прогнусавил южанин, – но такого не видел никогда.

– Да уж, – глухо ответила Фрида, – хорошая демонстрация того, на что способны драконы.

– Даже земля местами оплавилась, – подтвердил Альварес.

­– Смотрите, там одна палатка уцелела. Странно, почему её не забрали с остальными трофеями? – догнав остальных, Лили указала на пригорок, который они хотели использовать для лагеря.

– Глянем? – осведомился Дориан.

– А чего не глянуть, дружище.

– Тогда идём.

Чем ближе авантюристы подходили к загадочной палатке, тем больше тревожных мыслей появлялось в их головах. На пригорке, нависшем над бывшим лагерем наёмников, расположился причудливый походный шатёр. Палатка была узкой и остроконечной. А самое удивительное было то, что шатёр был обтянут дорогущим красным шёлком с белыми вычурными узорами в виде птиц. Никакой наёмник, кто бы он не был, никогда не смог бы позволить себе ничего подобного. Стало очевидно, что шатёр установили уже после того, как драконы спалили лагерь.

Приключенцы напряглись, потому что заметили у в хода в палатку её владельца. На раскладном походном стульчике, расположился старый-престарый эльф в алой мантии. Лицо эльфа всё было в глубоких длинных морщинах. Густые седые брови почти закрывали глаза незнакомца, а его волосы, такие же седые, были убраны в косу и доходили эльфу до пояса.

Эльф-старик смотрел в сторону авантюристов, как бы говоря, что ему давно известно об их присутствии. Когда приключенцы подошли ближе, эльф довольно проворно для почтенного возраста вскочил со своего места и поклонился путникам, приложив правую руку к сердцу, видимо, стараясь повторить приветственный жест почитателей Алой Богини.

– Я сердечно желаю здравствовать вам! – обратился эльф довольно тихим голосом, который при этом был невероятно понятен, будто проникал сразу в мозг, минуя уши. Дориану показалось, что находись они среди битвы, голос эльфа был бы им также хорошо слышен, как сейчас.

– И вам, добрый день! – произнёс Дориан как можно нейтральнее. Проблема заключалась в том, что эльф был очень стар и при этом, видимо, крайне искусен в магии. Понять мышление эльфийского кудесника, топтавшего землю ни одну тысячу лет, в их компании мог только разве что Обсидиан, но он после разговора с Флоридель задремал, поэтому было необходимо сохранять крайнюю осторожность. Даже то, что подобный старец обратил на группу внимание, могло дорого им выйти.

– О, не беспокойтесь об этом. Я не сотворю с вами ни чего противоестественного, – читая их как открытую книгу, произнёс эльф. – Я лишь скромный посланец, который оказался в некотором затруднении.

– И чем же мы можем вам помочь? – напряжённо спросил Дориан.

– Видите ли, король Саатир поручил мне доставить бумагу юной Флоридель...

– И что от неё надо вашему королю? – перебив старика, выпалила Лили. Дориан тут же положил руку ей на плечо, но лучница отмахнулась. Вместо этого она злобно уставилась на эльфа.

– Порывы молодости подобны лесному пожару, – поэтически вздохнул эльф. – Я не очень хорошо вижу, дитя. Можно, я рассмотрю тебя поближе?

– Это ещё зачем? – опешила Лили, когда старик подошёл прямо к ней и стал пялится на лучницу, смешно щуря сморщенные глаза, затем эльф утвердительно кивнул и выпрямился. Только после этого стало ясно, что он довольно высок, а до этого просто сутулился. Кроме того, для старика эльф оказался неплохо сложён, чем-то напоминая фигурой кузнеца Мейлона. Эльф ещё раз удовлетворённо кивнул и отвесил поклон Лили персонально. Но сделал он это не как в первый раз. Вместо этого старик завел свои руки за спину и только после этого последовал сам поклон, очень изящный.

– Дориан, что происходит? – совсем стушевалась Лили.

– Повторяй за ним, – шепнула лучнице Фрида. – Он оказал тебе знак большого почтения.

Под одобрительным взглядом эльфа Лили неуклюже воспроизвела поклон. Дориану, пристально наблюдавшему за обменом любезностями, в какой-то момент даже показалось, что старик таким образом решил подшутить над Лили, но эльф продолжал демонстрировать абсолютно серьёзное лицо или обладал невероятной выдержкой, позволявшей ему не засмеяться от наблюдения за нелепыми попытками поклона в исполнении Лили.

– Меня зовут Азор-Иллил, – с достоинством произнёс эльф.

– Я?! – снова растерялась лучница. – Я Лили Купер.

– Воистину, странствия – невероятнейшая вещь. Ты отправляешься на поиски чего-то одного, а находишь что-то совершенно иное, – философски произнёс эльф.

– Прошу меня глубоко простить, сеньор, но не поведаете ли вы, с какой целью вы к нам обратились? – аккуратно спросил Альварес.

– Конечно, – благосклонно ответил эльф, будто опомнившись, – видите ли, как я уже сказал, у меня бумага к юной Флоридель. Это приглашение на совет эльфийских домов, который пройдёт в следующем году в доме Холмов, в весеннем дворце короля Саатира. Нам бы всем очень хотелось, чтобы представитель дома Цветов присутствовал там.

– Дома Цветов? – ехидно переспросила Фрида. – Но ведь Цветник разорили больше века назад?

– А скоро он вот-вот распустится вновь, – проявив прекрасную осведомлённость, заявил старик и сделал кивок точно по направлению эльфийского поселения. – Однако, прибыв сюда я обнаружил этот разрушенный лагерь, и теперь мне кажется, что как не огораживай цветочную клумбу, на неё всё равно когда-нибудь проберутся голодные животные.

– Не то слово, животные, – хмыкнула Лили, нервно оскалившись. – Эти скоты устроили там сущий ад!

– А юная госпожа Флоридель? – встревожился эльф.

– С Грейс всё нормально, – пояснил Дориан, – Её ранили заклинанием. Но всё обошлось.

– Какое облегчение, – выдохнул старик. – Она ещё больше импульсивна, чем её бабка, и я боялся, что девчушка сложит жизнь из-за своей опрометчивости. Пожалуйста, пройдёмте в мой шатёр. Мне очень нужно знать подробности прошедшей битвы.

– Дориан? – нервно спросила Лили за всех.

– Мы зайдём, – неожиданно отозвался за него Обсидиан.

Эльф приподнял одну бровь, оценивая Дориана, но не проронил ни слова. Старик отворил полог палатки предлагая всем присутствующим зайти. Внутри шатра оказалась гораздо просторнее. На самом деле там поместилось бы четыре таких шатра, потому что палатка оказалась расширена пространственной магией. Внутренне убранство поражало своей роскошностью. И мебель, и утварь были настоящими шедеврами эльфийского искусства, а на расшитый золотой нитью ковёр было страшно наступать. Эльф щёлкнул пальцами и посреди свободного пространства появился стол и несколько мягки стульев в количестве пяти штук.

– Прошу, присаживайтесь, – любезно указал на стулья эльф.

– Спасибо, – пробормотал Дориан уже своим голосом.

– Итак, мы остановились на ранении юной госпожи Флоридель, – перешёл сразу к делу эльф, обратившись к Дориану.

– Она превысила сотню, – как не в чём небывало ответил тот. – Теперь она архидриада Флоридель, правительница возрождённого дома Цветов.

– Вот это новость! – неподдельно удивился эльф. – Достичь сотни меньше чем за сто пятьдесят лет! Воистину, двор будет ошеломлён. Однако, к своему стыду я забыл спросить имена остальных присутствующих.

– Дориан Нордвинд, моя сестра Фрида Нордвинд, Франсиско Альварес. Как зовут Лили, вы уже знаете, – представил сопартийцев Дориан.

– Как я уже сказал, меня зовут Азор-Иллил. Я первый советник короля Саатира, самого могучего из эльфийских владык, правителя дома Холмов. И я вижу, вы в курсе многих вещей, недоступных большинству. Может, вы поведаете мне, господин Нордвинд, к какой фракции теперь принадлежит госпожа Флоридель? Если вы понимаете о чём я.

– Гайя лично явилась и приняла Флоридель в свою обитель, – пояснил Дориан.

– Великолепно, – заметно расслабился эльф, – я испугался, что к ней явился кто-то иной. Но Гайя – это лучшее развитие событий.

– А почему Гайя – это лучше всего? – осведомилась Лили.

– О, дитя, в мире много различных божеств и не все они, к сожалению, добры. Многие преследуют свои цели и не гнушаются использовать подчинённых в грязной игре. Белый Мудрец запутался в интригах, Солнцеликого давно ослепил собственный блеск. А Красная просто самоустранилась, спустив всё на самотёк. Гайя же умеренно активна, и в то же время не требует многого от своих последователей. И это позволяет большинству из них развиваться так, как они хотят, – со знанием дела поучительно сообщил старик.

– Э, ясно, – немного замявшись, согласилась Лили.

– У меня вдруг появилась интересная идея, – просиял эльф. – Не желает ли юная Лили посетить совет эльфийских домов тоже?

– Я?! Почему я?! Чё я там забыла?!

– А почему нет? Я уполномочен моим королём пригласить любого эльфа, кого пожелаю, – объяснил старик, достав непонятно откуда пергамент. Эльф принялся выводить на нём витиеватые буквы, пока не остановился на самом конце листка. – Однако ж, имя Лили Купер не подходит. Нужно настоящее. И ещё нужен дом вашего происхождения.

– Дом? – запаниковала Лили.

– Да, без наименования дома никак не обойтись.

– Я думаю это плохая идея, – пошла на попятную Лили. – Не поеду я ни на какие собрания.

– Хм… Лили, возможно, сокращение от Лилиель? – не замечая свою собеседницу, начал рассуждать эльф. – Что значит в переводе на всеобщий Дева-Лилия. Но тебе оно не подходит, потому что ты точно не из дома Цветов. Тогда, что же?

– Дориан, чего делать?! – перепугавшись, зашептала Лили. – Он же…

– Говори, как есть. Тебе в очередной раз повезло, – шёпотом вздохнул Обсидиан.

– Иллилидель меня зовут! Доволен? – выпалила лучница громко. – Иллилидель из дома Огня. Всё ещё хочешь пригласить меня на ваш сбор?

– Иллилидель, Рождённая Огнём, – мягко произнёс эльф. – Или Дочь Огня в другой интерпретации.

– Но ведь по-эльфийски огонь это «фламаль», разве нет? – переспросила Фрида.

– На современном эльфийском так и есть, – подтвердил эльф. – Но имена в старших родах дают на староэльфийском. Эта традиция почти угасла, но я вижу, что родители Иллилидель её соблюли. На староэльфийском огонь звучит как «илллил». Моё имя – Азор-Иллил.

– Огонь в Небесах, – закончила за него Фрида.

– Именно, – печально улыбнулся эльф. – И до сего дня я думал, что я последний представитель своего дома. Последний, кто не пошёл за Этльридом в Нижний Мир.

– Вот как… – опешила Лили.

– Трудные были тогда времена, – призадумался эльф. – Тяжелые… Изначально дом Огня поклонялся Алой Богине. Это много потом её стали почитать люди. Но для нас она была не просто невидимый символ. Она была среди нас. Наставляла. Помогала познавать мир.

– Алая жила среди смертных?! – не выдержав, перебила старика Фрида.

– Для вас это настолько неестественно? – погрустнев, спросил эльф. – Но это чистая правда. Богиня была с нами. А рядом был Этльрид или Этельред, как вы его теперь называете. Грозный повелитель огня. Страж её воли. Неугасимое пламя, что не знает преград. Потом его стали назвать Огненный Иерарх. Гнев его был настолько ужасен, что современным жителям никак не постичь этого, поэтому с годами молва разделила предводителя эльфов Этльрида и бога – Огненного Иерарха. В реальности же это всегда было одно существо.

– Невероятно! – вытащив блокнот, принялась записывать за эльфом Фрида.

– И что тогда произошло? Почему он покинул Алую богиню? – почти шёпотом спросила Лили, не сводя глаз со старика.

– Случилась война. Великая война. Боги рассорились между собой. Один пошёл против всех. Многие младшие божества загорелись его идеями и примкнули. Одним из них был Этльрид. Алая же осталась в стороне, как и Гайя, надо сказать.

– А я слышала, ­– издав нервный смешок, вкрадчиво спросила Лили, – что Этльрид – это дракон. Причём тут эльфы?

– Всё просто, – согласился Азор-Иллил. – Этого теперь уж позабылось, но все эльфы произошли от драконов. В каждом течёт немного драконьей крови. Эльфы дома Огня, например, произошли от красных драконов. А повелителем красных и был Этльрид. Ты, наверное, знаешь, что дракон, обернувшись, принимает обличье эльфа. Эльфы же это, можно сказать, драконы, которые, разбавив свою кровь, утратили возможность превращаться обратно.

– Угу… – хмыкнула Лили.

– Ну так что, я вписываю в приглашение «Иллилидель из дома Огня»?

– Подожди. Но ведь остальные эльфы нас не любят. Что сделает ваш король, когда узнает? Судя по тому, что о нём говорила Рингиэль, он редкостный гад.

– Забавно, – улыбнулся Азор-Иллил. – Это я попросил Синезубую присмотреть за возрождающимся Цветником. А она занялась подрывной работой.

– Она сказала, что информацию о зелёной сфере слил ваш король! – не выдержав, огрызнулась Лили.

– Так они шли за сферой?! – вскрикнул эльф. – Вот значит, как…

– «Мальчишка Саатир – довольно мстительное существо», – передразнила Лили говор Рингиэль.

– Это исключено, – замотал головой Азор-Иллил. – Он бы не посмел раскрыть местоположение одной из сфер, тем болеем этим людям. Вы уверены, что им была нужна именно сфера?

– Этот жирдяй Иероним сам признался. Предлагал отдать цацку миром, взамен на лёгкую смерть. Они хотели вырезать всё поселение из-за одного гадского шарика! – выплюнула Лили под одобрительное кивание остальных.

– В Новом Цветнике действовала слаженная команда опытных оперативников из ЭДЕМ. – пояснил Дориан. – Нам повезло, что Гайя была неподалёку и вмешалась лично. Рингиэль тоже помогла. Но, всё равно, потери в поселении ужасные. Полгорода просто сгорело. Убитых некуда хоронить.

– Какое варварство, – горько сообщил эльф. – Король Саатир, конечно, был очень сердит на Флоридель за прошлое послание, но даже он ни за что бы не связаться с Иеронимом и ему подобными. Это исключено.

– А что она вообще ему такого написала? – немного остыв, спросила Лили.

– Признаться, даже стыдно сказать, – посетовал эльф. – Когда пришёл ответ от Флоридель, собрался весь двор. Раньше, когда приходило очередное язвительно послание от Тернии, все приходили, чтобы послушать. Они с Саатиром годами перебрасывались колкостями. В этот раз многие решили, что возвращаются старые добрые времена. Даже главный королевский чтец писем прервал своё многолетние уединение, чтобы лично произнести послание вслух. Вот только письмо оказалось на человеческом. Понимаете, на человеческом! Главный чтец, когда это понял, лишился сил от неожиданности, и его потом весь день приводили в чувство. Затем два дня искали того, кто может прочесть наречье королевства Статеры. Нашли какого-то юнца, который пробежав глазами письмо, еле сдержал свой смех. И тут же категорически отказался читать вслух. Его смог заставить только король, клятвенно заявив перед всеми, что юноше ничего грозит, несмотря на содержание послания.

– Вы там совсем чокнулись, со своим Саатиром… – приложив ладонь к лицу, произнесла Лили.

– Устами младенца глаголет истина, – согласился Азор-Иллил. – Когда тот юнец, борясь со своим смехом, начал читать, наступила гробовая тишина. Понимаете, ходят слухи, что наш король не способен иметь своих детей. В письме же ставился на этом акцент. Флоридель беспокоилась, что достопочтимому королю Саатиру, необходимо более эффективно использовать свои… «сферы» и не пытаться заграбастать чужие.

Эльф ненадолго замолк, замявшись. На его бледном лице даже выступил лёгкий румянец. Фрида прикрыла улыбку рукой, а Лили и Альварес, не выдержав, почти одновременно рассмеялись, спустя мгновение к ним присоединился и Дориан, до последнего боровшийся с собой.

– Конфуз, – сквозь смех прогнусавил Альварес.

– Грейс никогда не лезла за словом в карман, – прыснув, издала смешок Фрида, – Но это как-то слишком. Писать подобное королю…

– Вот видите? – посетовал эльф. – На королевский двор это послание произвело гораздо более сильный эффект, чем на вас. Несколько заслуженных придворных попадало в обморок. И их пришлось приводить в чувство, как и главного чтеца. Те, что по моложе, давились со смеху, пытаясь сохранить лицо. Король рассвирепел. Нам стоило больших усилий отговорить его хотя бы не идти войной. После чего он удалился и месяц не показывался на людях. Даже отослал королеву в соседний дворец.

– Всё и сходится, – подытожила Лили.

– Нет, – покачал головой Азор-Иллил, – Я главный советник моего короля, и я официально заявляю, Саатир бы скорее сам умер, чем передал сферу силы людям из ЭДЕМ. Спустя какое-то время он остыл и даже сменил гнев на милость, отправив меня с посланием для Флоридель. Он заявил, что хочет своими глазами видеть «эту сумасбродную чертовку».

– Ей там точно ничего не грозит? – забеспокоилась Лили, – Может, ей лучше не ходить?

– Всё нормально. Я гарантирую. Ни с тобой, ни с Флоридель ничего не случится. И если тебя это успокоит, Рингиэль тоже будет присутствовать, а против матриарха драконов не пойдёт даже Саатир.

– Ну, не знаю. Я же выросла на ферме. Этикетам меня никто не учил. Надо мной в ваших дворцах только все потешаться будут, – пожаловалась Лили.

– Ничего страшного. Поклон ты уже освоила. Давай поступим так. Возьми приглашение, а приходить или нет, сама решишь потом, – ухмыльнувшись задорной улыбкой, Азор-Иллил решительно вложил бумагу в руки Лили. Эльф обернулся к небольшому столику и щёлкнул пальцами. Стоявшая на том столике в декоративной вазе ароматическая палочка ярко вспыхнула и задымилась, обволакивая присутствующих сладковатым запахом. – Я надеюсь, вы простите мне это своевольство.

– О чём вы, сеньор? – что-то почувствовав, тревожно спросил Альварес, но не успел закончить фразу целиком, застыв на месте с закрытыми глазами. Его примеру последовали и остальные приключенцы.

– Азор, оставь эти фокусы, – зевнув, раздражённо заявил Обсидиан.

– Просто я очень удивлён, – пояснил эльф, оглядев окружающих. Все они кроме Дориана замерли, словно отключились. – Я нисколько не хотел обидеть твоих спутников, провернув с ними такое. И я обещаю, что никак не наврежу им. Но мне нужно было убедится.

– И? – оскалился Обсидиан.

– Обсидиан, собственной персоной. Последний раз мы разговаривали с тобой, за десять лет до событий в доме Цветов.

– Как вы допустили, что Цветник разорили? – злобно выпалил Обсидиан. – Я еле сдерживаю свой гнев, кода вспоминаю об этом!

– Да, с Тернией обошлись очень скверно.

– Почему вы ей не помогли. Весь город был вырезан под ноль! Я им этого не прощу!

– Мы пытались помочь, но ничего нельзя было сделать. Силы врага были слишком велики. В походе на Цветник участвовали все соседние монархии людей кроме Вечного Королевства.

– Всё с вами ясно, трусы. Оставим пока Цветник, сейчас меня интересует другой вопрос, понимаешь какой?

– Догадываюсь…

– Ну так что, мог мальчишка Саатир натравить эдемовцев на Флоридель?

– Я повторял, повторяю и буду повторять столько, сколько потребуется. Это исключено, – замотал головой Азор-Иллил. – Он бы не посмел раскрыть местоположение одной из сфер, тем болеем людям из Эдем.

– Значит информацию о сфере слили не Саатир? Кто тогда? Нам повезло, что Змейка вмешалась. И что, в отличие от меня, она сейчас достаточно сильна, – с трудом выдавил Обсидиан.

– Как только доставлю послание Флоридель, я сам займусь расследованием, – серьёзно заявил эльф. – Узнать, кто рассказал про сферу, сейчас первоочередная задача.

– Будь так любезен.

– Я делаю это не для тебя. Если им не удалось получить сферу Цветника, они, скорее всего, переключатся на дом Холмов.

– Но вы же сможете дать отпор?

– Само собой, одним из вопросов, которые планируется обсудить на предстоящей конференции и будет общая безопасность. Естественно, будут учтены поправки на последние события, хотя, признаюсь, в данный момент меня стал интересовать другой вопрос.

– Иллилидель…

– Абсолютно верно. Этой крохе не место в ваших конфликтах. И уж тем более я не допущу, чтобы её взял в оборот Этльрид. Пусть её отец держится от неё подальше.

– Дальше чем Нижний мир?

– Так ты не знаешь. Он сейчас не в Нижнем мире. Примерно двадцать пять лет назад Мартиана фон Ротте, так вроде её звали, талантливая школярка из Эрлига, призвала его, находясь уже на костре за занятия демонологией.

– Человеческая женщина? Этельреда? Смертная смогла призвать бога огня?

– Удивительно, но это так. Они устроили погром на площади и оба исчезли в суматохе. А спустя пару десятков лет появляется чудо, что сейчас сидит на соседнем стуле. Я плохо вижу, но ещё не ослеп. Она – дочь Этльрида. Дочь Огня. И что самое удивительное, влияние её отца минимально, хоть он уже и наложил свои лапы на неё. Я прекрасно чувствую это. У девочки есть все шансы не стать безумным монстром. И я сделаю всё, чтобы ей помочь.

– Похвальное благородство, но я надеюсь ты не станешь похищать её прямо сейчас и запирать в какой-нибудь удалённой башне?

– Нет, конечно. Но я настаиваю, что её нужно оградить от Этльрида.

– Ха! Алая тоже заинтересовалась ей. Даже помогла сломать барьер Иеронима, когда тот поймал Лили. Она не даст своему бывшему супругу получить власть над крохой. Я думаю, это дело принципа.

– Ты ведь соврал сейчас? Я слишком хорошо знаю свою мать. Она никогда не вмешивается. Если ты не забыл, я сын Алой Богини.

– Ты можешь быть сыном кого угодно, но девчонка под защитой Алой. Точка. И даже Этельред не посмеет взять над ней контроль. Иллилидель слишком ценна, чтобы превращать её в простую разрушительницу. Многие боги заинтересуются ей, пусть уж лучше побудет с мной, чем какой-нибудь Белый Мудрец использует её в своих интригах.

– Обсидиан, тот кто однажды отобрал у богов их бессмертие, – гулко заявил Азор-Иллил. – Может, ты и прав. Но если нет, мой гнев настигнет тебя. Не успев вернуться в этот мир, ты вновь начинаешь мутить воду. Тот паренёк, что сейчас крутится снаружи вокруг своей сожжённой палатки, уже взят тобой в оборот? Решил заиметь себе шпиона в рядах людей Эдема?

– Никогда не помешает иметь лишние уши в стане врага, – пожал плечами Обсидиан.

– Круг начал замыкаться снова. Ты, Эдем и Алл. Всё никак не можете угомониться, а остальному миру от этого только беда и страданье, – горько улыбнулся эльф.

– Кто бы говорил. Можно подумать, что ты пацифист. Или стал сентиментальнее, прожив столько лет?

– Будучи сыном Алой Богини, я не получил ни капли божественного. Всё, что мне досталось от неё, только неестественно долгая жизнь. И за эту очень долгую жизнь, я повидал многое. И могу с полной уверенностью сказать, что нашему многострадальному миру меньше всего сейчас нужна очередная тотальная война всех против всех. Давай закончим сейчас наш разговор? – Эльф щёлкнул пальцами, и заклятье тут же спало с приключенцев. Более того они даже не почувствовали ничего подозрительного.

– Так о чём вы хотели попросить у нас прощения, сеньор? – повторил как ни в чём не бывало свой вопрос Альварес.

– О, это, право, сущий пустяк, – успокоил южанина эльф. – Просто я услышал много тревожных новостей и решил отбыть в Дом Цветов незамедлительно. Надеюсь вы простите мне такой скорый отъезд?

– О чём речь, сеньор.

– В таком случае, мне следует упаковать палатку.

Поняв намёк, приключенцы дружно высыпали наружу. За ними последовал и эльф. Старик дотронулся до шатра рукой и тот в мгновении ока растворился в воздухе словно его и не было. Только ковёр остался лежать там, где был. Эльф придирчиво осмотрел место, на котором ещё секунду назад расположилась его палатка, словно перечисляя в уме, не забыл ли он чего. Убедившись, что его шатёр исчез целиком, эльф глубоко вздохнул и отвесил поклон авантюристам:

– Я искренне прошу меня простить, что решил подорваться посреди ночи. Видит Богиня, я этого не планировал, однако ж, я продолжу свой путь немедленно. Было искренним наслаждением пообщаться с вами. Иллилидель, непременно воспользуйся приглашением, что у тебя в руках. Я и мой король будем с нетерпением ждать нашей новой встречи, – с этими словами старик поклонился ещё раз, затем уселся на ковёр и взмыл в воздух в направлении городка эльфов.

К молчаливо стоящей команде подошёл наконец ученик жреца. В своих руках он сжимал закопчённую книжку и помятую флягу – всё, что ему удалось найти на месте его сожжённой палатки.

– А чего вы все стоите? – жрец непонимающе уставился на остальных. – Будем разбивать лагерь или что?

– Да, пожалуй, – немного отстранённо ответил ему Дориан за всех. – Я думаю, хватит с нас сегодня походов.

Интерлюдия 1. Демоны приходят в полночь

Заброшенный дом на площади Патрициев всегда пользовался дурной славой среди жителей Эрлига. А уж когда пять лет назад прогнившая балка крыши насмерть убила там старого нищего, и вовсе стал объектом, который местные обходили стороной. Поговаривали, что неупокоенный дух погибшего до сих пор бродит около развалин в ночи в поисках зазевавшихся запоздалых прохожих. Мэтр Людвиг Голдштейн утверждал, что собственными глазами видел, как зеленоватая прозрачная фигура маячила в сумраке окна на втором этаже. Господин Голдштейн не стал испытывать судьбу и сразу побежал за стражей, но, когда патруль прибыл на место, никаких призраков не было и в помине. С тех пор время от времени духа стали периодически наблюдать в ночное время суток, а особняк окончательно получил славу проклятого места.

Вот и сейчас, подтверждая дурную репутацию развалины, к дому прокрались три зловещих фигуры, с головы до пят закутанные в чёрные плащи с капюшонами. Один из таинственных незнакомцев, постоянно озираясь по сторонам, приблизился к массивной, окованной железом двери и не без усилий открыл её. Остальные двое замешкались, не решаясь войти, но, поймав взгляд первого, собрались и прошмыгнули внутрь. За ними последовал и вожак, тихо прикрыв за собой дверь.

Войдя внутрь, предводитель решительно скинул капюшон и огляделся по сторонам. Это оказалась молодая девушка с худощавым лицом, чуть тронутым веснушками. Она провела рукой по голове, поправляя свои коротко остриженные медные волосы, чуть растрепавшиеся из-за капюшона. Зелёные глаза девушки горели от предчувствия чего-то.

– Так! Это место – то, что нужно! – решительно заявила медноволосая остальным двоим.

– Марта, ты уверена? – один из спутников так же скинул капюшон. Юноша испугано сморщил лицо, из-за чего его глаза совсем превратились в щёлки.

– Что, Джеймс, призраков испугался? – подшутила над ним красноволосая. – И я тебе сто раз говорила, если продолжишь так морщиться, когда-нибудь совсем не сможешь открыть глаза.

Юноша подпрыгнул на месте, как ужаленный, и принялся тереть лицо руками, от чего оно раскраснелось, как помидор. Особенно яркую окраску приняли его уши.

– Зачем ты его постоянно дозоряешь? – вступилась за паренька третья участница. – А ты, Джеймс, прекрати воспринимать её упрёки так близко к сердцу.

– Отлично, – словно не замечая всего этого, продолжила красноволосая, – Жюли, задёрни все окна вокруг. Ткань у меня в сумке. Джеймс, начинай расставлять свечи по периметру, как я тебе показывала раньше, а я начну чертить магический круг.

– Но, Марта, может нам не стоит? – виновато осёкся юноша, – если профессора узнают, нас могут исключить. А мы уже на третьем курсе…

– Вот именно, Джеймс, – уверенно прервала его красноволосая, – мы уже на третьем курсе, и до сих пор не смогли сделать ничего выдающегося.

– Но ты и так лучшая студентка потока, – возразила вторая девушка. – Профессор Форшер в тебе души не чает. Подумай, он сильно огорчиться, если узнает, что ты пыталась призвать демона.

– А как он прознает? Разве что вы проболтаетесь. Джеймс, ты же меня не выдашь? – улыбнулась Марта, почти вплотную придвинувшись к юноше.

– К-конечно нет! – лицо Джеймса стало ещё краснее чем было, а его глаза испуганно забегали, боясь встретиться со взглядом красноволосой.

– Марта, прекрати издеваться над ним, – укоризненно выпалила Жюли. – А ты, Джеймс, ты её парень, или кто? Будь с ней по строже. Она же вертит тобой, как хочет!

– Нет, всё в порядке, – промямлил Джеймс, обречённо достав из своего рюкзачка пачку восковых свечей.

Спустя какое-то время на каменном полу в центре заброшенного дома красовался свеженарисованный магический круг, а по его периметру Джеймс заканчивал расставлять свечи. Марта ходила вокруг, придирчиво проверяя каждую магическую руну, которые были начертаны по периметру круга. Наконец результат её устроил, и она удовлетворённо кивнула головой. Завесив последнее окно, к ним присоединилась и Жюли.

– Так, – достав книгу, Марта уверенно направилась в центр круга. – У Грано сказано, что нужно капнуть крови призывателя точно в центр круга.

– Не надо… – еле слышно взмолился Джеймс.

Марта достала иголку и без колебаний уколола себе безымянный палец. Несколько капель алой крови упали в центр ритуального круга. Девушка успела выскочить из него за секунду до того, как все магические письмена засветились тусклым красным светом.

– Работает! А теперь. Приди же тот, кто должен прийти! – возвестила Марта, сильно понизив голос.

Круг вспыхнул огнём. Все трое отпрыгнули от него к противоположной стене. В центре ритуального пространства стала проявляться фигура, объятая пламенем. Силуэт постепенно начал принимать очертания человека, а затем, когда огонь вдруг погас, на месте ритуала появился высокий эльф в бордовой шёлковой рубахе и элегантных брюках. Откинув свои длинные светлые волосы назад, он осмотрелся по сторонам в поисках кого-то.

– Ты звала меня? – обратился он куда-то в пространство, но, видимо, нужного ответа не получил, поскольку на его лице проступила гримаса недовольства.

Заметив троицу студентов, эльф удостоил их мимолётного презрительного взгляда и тут же потерял к ним интерес. Вместо этого призванный повернулся на месте, осматривая помещение, в котором оказался.

– Ну и где она? – обижено выпалил эльф, нахмурившись.

– Простите, кто? – тихонько пискнул Джеймс.

– Та, что призвала меня. Быстро позови её сюда, ушастый мальчишка! – нетерпеливо рявкнул эльф, даже не удостоив Джеймса своим взглядом.

– Это я, – решительно выступив вперёд, заявила Марта.

– Ты? – эльф повернулся, окинув девушку презрительным взглядом. И чем дольше он смотрел, тем больше удивление проступало на его лице.

– Меня зовут Мартиана фон Ротте, – продолжила Марта, – и это я вас призвала.

– Не называй ему своё имя, – шёпотом взмолился Джеймс.

– Марта, не дури. Скорее отменяй призыв, – присоединилась Жюли. – Он выглядит очень опасным.

– Интересно! – странный эльф расплылся в нервной улыбке. – Вот этого я точно не ожидал. Впрочем, ты назвала мне своё имя. Будет невежливо, если я не представлюсь. Меня зовут Этельред!

Эльф окончательно избавился от скучающей мины на своём лице. Вместо этого он с интересом принялся изучать магический круг, точнее письмена, которые шли по его окружности. Легонько пнув ногой периметр, эльф убедился, что находится в центре барьера, который сдерживает его от остального мира.

– Так вот как они призвали беднягу Сариуса, – задумался эльф.

– Видите, барьер его сдерживает, – успокоила Марта своих друзей.

– Скажи-ка, кто придумал этот ритуал призыва? – осведомился эльф, оказавшись почти вплотную к Марте. Барьер по периметру магического круга даже не шелохнулся, не заметив пропажи эльфа. Три пары испуганных глаз безмолвно уставились на совершенно свободного демона.

– Вам страшно, – констатировал эльф. – Я чувствую, как трепещутся ваши сердечки. Тук-тук, тук-тук, тук-тук!

– [Отмена призыва]! – скомандовала Марта. Круг сверкнул и стал рассасываться.

– Жаль, я ещё не до конца его изучил, – эльф немного поморщился, наблюдая, как пропадают ритуальные письмена.

– Почему не сработало? – обречённо выпалила Марта.

– Интересное выражение лица. Мне нравится, – улыбнулся эльф. – Кажется, мы находимся в городе. Не проведёшь мне экскурсию? А то я целую вечность не был на поверхности.

Глава 3. Знакомые старые и новые

Серая лента западного тракта показалась неожиданно. Утреннее солнце, взойдя над горизонтом, озарило своими блёклыми лучами торговый путь, обозначая его от остальной местности. Тракт проходил сразу у подножия холма, с которого спускались авантюристы. Увидев, наконец, дорогу, путешественники приободрились и прибавили скорости. После событий в сожжённом лагере прошло чуть больше двух дней. Всё это время приключенцы плелись по колее, проторенной наёмниками. Окрестные пейзажи, что сопровождали их, были нудны до безобразия. В основном это было мелколесье и заросли кустарника, наподобие тех, что произрастали около фермы Томаса Макбэйна. Попадались и открытые участки, но они были настолько небольшими, что вряд ли их кто-нибудь стал обрабатывать.

Появление же тракта всех воодушевило, потому что это значило только одно. Эрлиг был уже близко. Ещё каких-нибудь два дня движения на восток, и они окажутся в самом крупном городе на всём севере Статеры. Само собой, с Горгоной он бы размерами не потягался, но по сравнению с остальными местными городкам и селениями это был настоящий центр мира. А городок эльфов вообще поместился бы в один из кварталов Эрлига целиком.

Приключенцы стали спускаться с зелёного холма, когда заметили далеко на тракте повозку, которая одиноко стояла на обочине дороги, отбрасывая длинную тень от только что проснувшегося солнца. Рядом с ней на лугу паслась привязанная лошадёнка. Путешественникам было по пути, и они решили посмотреть, что произошло. Обычно, оставленная на дороге повозка не сулила ничего хорошего. Останавливаясь на ночь, бродячие торговцы и прочие путешественники, старались съезжать с дороги на какое-то расстояние. Так было спокойней. Авантюристы, путешествовавшие пешком, были такого же мнения, предпочитая разбивать лагерь на холме, поодаль от дороги, чтобы сам тракт хорошо просматривался со всех сторон. Владелец же этой повозки совершенно самонадеянно пренебрёг всеми правилами. Возможно он был полностью уверен в своих силах, либо с ним случилась беда.

– Надо проверить, – тревожно сообщил Дориан.

– Согласен, дружище, – ответил ему Альварес.

– Лили, возьми лук, на всякий случай.

– Уже, – серьёзно отозвалась лучница. – [Дальнозоркость]! Ого! Дориан, там у повозки баба какая-то сидит в доспехах и голову руками подпирает.

– Опять во что-то влезли, – проворчала Фрида. – Давайте, обойдём?

– Нет, – отказался Дориан. – Надо проверить. Может, ей помощь нужна?

– Дружище, а вдруг это остатки тех наёмников, – догадался Альварес. – Похватали в суматохе, что смогли, и теперь драпают?

– Лагерь спалили почти две недели назад, все, кто мог, давно уже унесли свои ноги. Эй жрец, посмотри, не ваша повозка?

– Вроде, нет, – прищурился жрец. – У нас все телеги были большие, а это какое-то убожество.

– Мародёры? – снова предположил Альварес.

– Чего гадать, сейчас узнаем. До кибитки полчаса ходу, – резюмировала за всех Фрида.

В близи повозка оказалась довольно добротной, без видимых повреждений. По крайней мере, колёса и крыша были на месте. Рядом с кибиткой, на обочине, как и говорила Лили, сидела девушка в латном чуть позолоченном доспехе, закрыв лицо руками, и бормотала неразборчиво себе под нос. Рядом с ней в песок было воткнуто копьё. Девушка абсолютно не отреагировала на подошедших путников.

– Этна?! – вскрикнула Фрида, узнав девушку. – Это ты?!

– Целый месяц... Мы тащимся уже целый месяц. Я так больше не могу. Он меня заколебал. Я, наверное, прибью этого идиота, – латница подняла свой обречённый взор. Блуждая сознанием в пространстве, воительница уставилась куда-то в даль, не моргая.

– С вами всё в порядке? – подошёл к латнице Дориан.

– Каждый час он тормозит повозку, потому что ему померещился какой-нибудь «редкий жучок» на обочине. Или начинает спорить с прохожими до драки. Один раз он выманил на нашу стоянку огромного кабана, который нас чуть обоих не отправил на тот свет. Постоянно несёт какой-то бред. Зачем я только согласилась помочь Себастьяну сопроводить этого шизофреника?

– Сеньорита, вы не ранены? – подключился к разговору Альварес.

– А когда мы уже подъезжали к Эрлигу, – продолжила девушка монотонно. – Он приказал развернуть повозку и двигаться на запад, потому что там, в лесу, произошел «магический выброс невиданной силы». Я ему говорила, что в городок эльфов с севера не попасть, но он не понимает. Я еле удержала его не лезть в чащу. Как он меня заколебал…

До девушки вдруг дошло, что она не одна. Этна поднялась на ноги и начала удивлённо осматривать прибывших, как будто они появились перед ней только что из воздуха. Девушка была довольно красивой. Её русые волосы локонами спадали на плечи в латной броне, что придавало Этне этакий антураж воительницы прошлого. Лицо её было узким, но при этом правильным, ни какие черты его не брали верх над остальными, гармонично сочетаясь между собой. Единственное, что очерняло её лик, был стойкий налёт усталости и безысходности, маской распластавшийся на всём лице. Девушка несколько раз удивлённо моргнула светло карими с золотинкой глазами. Её острый носик ещё чуть вздёрнулся и на губах проступил оттенок раздражения. Этна потянулась за своим копьём:

– А вы кто такие? Чего вам надо? – совсем недоброжелательно начала латница, угрожающе понизив голос.

– Э, сеньорита, мы, в некотором роде, прохожие.

– Вот и проходите мимо! – с напором отрезала копейщица, сморщив брови.

– Этна, ты меня не узнала? Это же я, Фрида, менестрель из Каменной Головы.

– Фрида? – повнимательнее присмотрелась девушка-латница.

– Да, мы увидели, что на тракте стоит повозка, вот и решили подойти. А тут ты сидишь и причитаешь.

Девушка вздрогнула, словно её окатили холодным душем. Она поняла, что её крик души, явно не предназначавшийся для посторонних ушей, этих самых ушей достиг в полном объёме. Лицо Этны моментально покраснело, а брови изобразили непередаваемую фигуру в виде домика. Она спряталась за копьё, воткнув его в землю, осознав, что её приняли за сумасшедшую. Глаза девушки забегали. Она судорожно начала соображать, как ей выпутаться из этой ситуации и объяснить этим людям, что она вовсе не поехала умом.

– Понимаете… Я тут подвязалась охранять одного недоумка до Эрлига, а он постоянно отвлекается. Он учёный, волшебник, чего с него взять? – разведя руками, Этна попыталась вымучено улыбнуться, но её губы скривились в нечто совсем сложное.

– Всё нормально, не переживайте, – доброжелательно начал лидер. – Я Дориан Нордвинд, брат Фриды и предводитель авантюристской команды «Сказка для дракона». Это мы хотели вас позвать в качестве доспешного бойца. Но вы, к сожалению, уже покинули Горгону к тому времени.

– А… – начала приходить в себя Этна, задержав свой взгляд на Альваресе, – Да, я припоминаю. Летучий латник в Голове – это ваших рук дело.

– Сеньорита, а ведь это знак судьбы, что мы с вами встретились там, где совершенно не могли встретится, – скорчил заговорщицкую мину южанин.

– Это вряд ли, – устало искривила губы Этна. – Мой наниматель пожелал посетить городок эльфов, чтобы расследовать там померещившуюся ему магическую чушь. Так что нам не по пути.

– Мы как раз оттуда, – продолжил Дориан. – И «магическая чушь» там уже две недели как закончилась. Я думаю, эльфам сейчас не до вашего нанимателя.

– Серьёзно? – обрадовалась латница.

Кусты рядом с обочиной зашевелились и оттуда вынырнул неопрятный косматый старик в грязно-зелёной потёртой мантии-балахоне и с увесистым деревянным посохом без камня на вершине.

– Новые новости! – заорал он. Левый глаз старика при этом сильно косил. Правым же он энергично осматривал компанию.

– Твои друзья? – спросил дед Этну, толкнув её локтем в бок.

– Что-то вроде того, – недоброжелательно буркнула девушка, отодвинувшись от него на шаг.

– Ну что ж. Будем знакомится! Архивариус. Самый известный маг Эрлига! – выкрикнул старик, вращая глазами.

– Самый невменяемый маг Эрлига, – поправила его Этна.

– Древние духи сказали мне, – продолжил дед загадочно. – Что вы стали свидетелями событий, которые изменят мир!

– Перевожу на нормальный язык, – снова перебила его Этна. – Пожалуйста, расскажите, что случилось у эльфов, а то я всех уже достал с этим вопросом.

– Неужели ещё никто не догадался? Тут неподалёку недавно сидела целая армия наёмников. А все такие ходят и делают вид, что не в курсе, – вспылила Лили. – Хотите знать, что у эльфов? Резня там случилась. Еле отбились. Полгорода сгорело. Кровью можно заливать колодцы!

– Что?! – выпучила глаза Этна. – А где был герцог?

– Рудольф отбыл в Вечное Королевство. Он решил лично сопроводить Жизель д’Мерле домой, – пояснил Дориан.

– Значит она нашлась? То есть я хотела сказать, что слышала слухи, что в соседней стране пропала благородная.

– А вы очень осведомлены, для простой авантюристки, – ухмыльнулся Дориан.

– Давайте сделаем вид, что вы не слышали, как я проболталась, – натянуто улыбнулась Этна.

– Идёт.

– Что ж, тогда сопроводите меня к эльфам немедленно. Как порядочный волшебник, я обязан оказать пострадавшим всю посильную помощь, – безапелляционно заявил волшебник.

– Мы идём в Эрлиг, старый пень! – отчеканила Этна со стальными нотками в голосе, схватив колдуна за мантию. – Прямо в герцогский замок. Ты меня понял?

– Эрлиг, так Эрлиг, – неожиданно угомонился маг.

– Ты не против, если мы присоединимся, – любезно осведомился Дориан. – Тем боле я вроде как ещё герцогский посланник.

– Без проблем. Если ты представитель герцога, то у тебя должна быть охранная грамота, с которой нас пустят в город без очереди.

– Я почему-то уверен, что тебя пропустили бы без очереди даже без грамоты, – Дориан иронично скосился на латницу.

Этне потребовалось несколько минут, чтобы впрячь лошадь в повозку, после чего девушка, ведя лошадёнку под уздцы довольно ловко развернула повозку по направлению Эрлига. Было видно, что с животными латница умеет обращаться очень сноровисто. К сожалению сама кибитка оказалась слишком маленькой, чтобы в неё поместились все, поэтому авантюристам пришлось довольствоваться тем, что в телегу погрузили лишь их поклажу. Из путников в кибитку залез лишь маг. Спустя час ходьбы к нему подсадили жреца, который совсем выбился из сил. Этна тоже шла пешком и вела лошадь за уздечку. Девушка заявила, что достаточно насиделась, поэтому небольшой пеший переход ей не повредит.

В какой-то момент пути Фрида достала лютню и начала играть на ней, не снижая темпа ходьбы. Остальные сразу приободрились, усталость сама ушла из мышц, и отряд зашагал куда бодрее. Общий настрой предался даже лошади, которая, уверенно топая копытами в такт мелодии казалось тянула свою ношу совсем без напряжки.

Постепенно на пути стали появляться признаки быта, возвещая о том, что глухомань, наконец, заканчивается. Кое-где в огибавшем дорогу лесу виднелись большие прорехи. Дориан припомнил, что на карте, которую ему показывал мажордом, были помечены вырубки. За просеками наблюдались несколько сараев, принадлежавших дровосекам. На холме слева от дороги неожиданно выросли крыши селения, но деревенька стояла поодаль от тракта, поэтому приключенцы просто прошли мимо. Затем было ещё несколько таких сёл. Дориан заметил, что все они располагались не на тракте, а поодаль от него. Была ли на такое расположение какая-то особая причина, или, может, это просто являлось прихотью герцога, но тракт был совершенно освобождён от населённых пунктов. Возможно, это было связано с тем, что населённые пункты и деревеньки, находясь непосредственно на крупном торговом пути, тормозили перемещение товаров, поскольку в селениях капцам пришлось бы снижать скорость.

Уже ближе к вечеру приключенцы вышли к живописной тополиной аллее, обрамлявшей тракт с двух сторон. Дориан нахмурился, то же самое сделала и Этна. На дороге копошилось несколько вооружённых людей во главе которых стоял закованный в латы человек.

– Прохода нет! – скрестив руки на груди, прогудел латник в шлеме. – По приказу герцога за проезд взимается плата по десять золотых с носа.

– Ты чего, солдат, сдурел?! – рявкнула на него Этна. – Проваливайте отсюда, коммерсанты недоделанные!

– О, так это ж старые друзья, – воскликнул Альварес, скорчив одну из своих фирменных гримас. – Дружище, приглядись-ка. Кажется, одному латнику уроки полётов не пошли впрок.

Обе компании замерли, сообразив кого они повстречали. Во главе людей, перегородивших тракт, оказался тот самый латник, которого Альварес отправил в полёт. Латник тоже их узнал. Напряжение возросло стремительно.

– Жюль, сделай милость. Свали отсюда и ребят своих забери! – нарушив молчание, очень недобро заявила Лили, уже схватившая в руки свой лук.

– Какие люфди! – послышался шепелявый голос. Спустя мгновение из-за деревьев показался и его обладатель – дёрганый тип с двумя мечами. Рядом с ним молча шёл маг, в котором ранее Дориан признал Гоугу Огненного.

– Я думаю, эфто суфдба, – продолжил шепелявый пакостно улыбаясь ртом с прорехами. – Только туфт вам никто не помофжет. Не придёфт…

– Чё ты с ними лясы точишь? – рявкнул Жюль. – Из-за них меня теперь все зовут Летучий латник! Я теперь уродский Летучий латник! И все надо мной смеются!

Из-за деревьев показалось ещё больше людей. Все они были вооружены. Дориан насчитал уже двадцать человек, когда из ближайшей растительности без предупреждения грянул залп арбалетных болтов. Дориан успел сделать [Щит полумесяца], но он не мог скрыть всех. Послышался хруст. Фриду отбросило назад. В левом плече у неё торчало древко болта. Она закричала от боли, стиснув зубы. Рядом с ней повалился жрец, не вовремя выскочивший из кибитки посмотреть, что происходит. Болт прошёл ему висок насквозь. Несколько снарядов попали в Лили, но её окружил красный барьер и болты отскочили от него. Под ноги лучнице упал использованный ею свиток [Красного щита]. Альвареса и Этну спас магический щит, сотворённый Дорианом.

– Двоих ухлопали, ща и остальные подтянутся!

Тишина и оцепенение навалились на окружающее пространство. Авантюристы, застигнутые врасплох подлой атакой, остолбенели. Особенно Дориан. Рядом с ним стали вспыхивать крохотные синие искорки разрядов. Его лицо начало приобретать зловещий, совершенно не свойственный ему вид. Зрачки стали стягиваться в тёмно-синие почти чёрные щели, а рот исказила дикая ухмылка-оскал.

Дориан беззвучно рванул по направлению, откуда был произведён залп из арбалетов. Секундой позже, прислонившись спиной к кибитке, Фрида, несмотря на боль, начала наигрывать на лютне. Рядом с ней лежала пустая бутылочка из-под дешёвого зелья лечения. Свои у команды закончились, и эльфы дали приключенцам взамен несколько. Арбалетный болт так и продолжал торчать из левого плеча менестрельки.

– Фалифте их рафбята! – заорал не своим голосом шепелявый, и ватага бандитов ринулась в бой.

– [Impostor]! – крикнул Альварес, выхватив из ножен Зубочистку. Его рапира вдруг стала шире и больше, превратившись в двуручный меч с волнистым клинком – фламберг. Южанин рванул вперёд с сумасшедшей скоростью. Трое бандитов преградили ему путь, но Альварес лишь горизонтально махнул мечом, вложив в чудовищной мощности удар все свои силы. Врагов буквально смело в сторону. Огромный меч прошёлся по противникам, не встретив почти никакого сопротивления, разрубая и доспехи, и плоть. Следующим на пути у Альвареса оказался Жюль. Противник попытался сделать замах, но южанин был быстрее. Нависнув над латником, словно огромная статуя с перекошенным гримасой лицом, Альварес поднял свой меч на высоту своих огромных рук и опустил его сверху вниз на своего врага. Раздался скрежет лат, к нему прибавился треск костей, разрубаемых клинком. Удар получился настолько сильным, что латник не устоял на ногах. Его колени подломились, и противник грохнулся на землю, превратившись в бесформенную кучу. Больше он не издал ни слова. Альварес с лязгом извлёк меч из побеждённого врага и принялся за остальных врагов, которые имели неосторожность оказаться рядом с ним. В это время Этна успела отбежать к кибитке, достав оттуда большой прямоугольный щит.

– [Крепость на холме]! – копейщица выставила щит вперёд прикрыв раненую Фриду. Вокруг щита воительницы стали образовываться полупрозрачные кирпичи, сложившись вроде баррикады. За этой импровизированной стеной укрылась и Лили, отменив красный щит и при этом не переставая прикрывать Альвареса своими точными выстрелами. Лучница целилась главным образом в противников, которые пытались зайти южанину со спины.

– Сраженье! – неожиданно выкрикнул Архивариус, выпрыгивая из повозки.

– Сиди, где сидишь, старый пень! – рявкнула на него Этна. – Один уже получил болт в висок. Туда же хочешь?

В зарослях, где прятался отряд арбалетчиков послышался пронзительный крик. Что-то затрещало. Это Дориан добрался до стрелков. В руках он сжимал два костяных клинка, которыми орудовал, методично отбирая одну жизнь за другой. Стрелки попытались организовать оборону, образовав полукруг, но за скоростью Нордвинда им было не уследить. За спиной Дориана образовались два крыла, сформированные из нескольких обсидиановых шипов и скорость его ещё увеличилась. На лицах арбалетчиков появился страх, они дрогнули и стали разбегаться. Лицо же Дориана не выражало ничего. Ни паники, ни злости. Он просто разбирался с одним врагом за другим. Просто нужно было сократить число врагов до нуля, тех кто посмел напасть на его сестру.

– [Sphaera flammae]! – хохоча, выплюнул маг врагов. Гоуга послал файербол в сторону кибитки, резко взмахнув посохом с набалдашником из опала. Огненный шар устремился прямиком в Этну.

– [Sphaera aqueae]! – раздался надрывистый старческий голос из-за спины латницы. Маг Архивариус вступил в бой. Его водяной шар пролетел над головами Этны и Лили и точно поразил файербол врага, сведя его на нет и создав при этом облако белого пара. Заклинание врага было нейтрализовано, но и видимость упала до предела. Клубы пара скрыли Альвареса от остальной части команды. Была слышна лишь его забористая южная брань.

– Ты чего наделал, старикан?! – выпучила глаза Лили, обернувшись. – Не мог законтрить заклинание по-другому?! Как мне теперь целится? Ничего же не видно! Они же сейчас ещё Борова ухлопают!

– Идиот! – рявкнула рядом Этна. – Рассеивай, давай! Быстро!

– Я могу с гордостью заявить, что мои заклинания так просто не развеять! – словно не замечая брани, похвалился маг. – Этот дилетант мне не ровня.

– Я тебя сейчас сама подравняю, – закричала лучница. Лили уже метнулась к старику-магу, когда волшебная мелодия лютни стихла. Боль от торчащего в плече болта сделала своё дело. Фрида выронила инструмент из рук. Менестрель была бледна как мел, из последних сил борясь, чтобы хотя бы оставаться в сознании. Лили подбежала к ней и стала приводить её в чувство.

– Как она? – нервно спросила Этна, продолжавшая держать защитную стойку.

– Никак, – растеряно отозвалась лучница. – Она выпила зелье не вытащив болта. Плечо заросло вместе с ним. Теперь это может помочь только жрец, а он помер.

– Проклятье! – стиснула зубы копейщица.

– Что ж, узрите мою мощь! – заорал Архивариус, выбежав вперёд с поднятыми вверх руками. – Я как раз вспомнил одно отличное заклинание.

– Не смей! – взмолилась Этна.

– Огонь, что живёт внутри земли, я возвышаю до синих небес! Разверзнитесь высоты пламенем насыщенные! Обрушьте гнев Огненного бога на землю, что попирают враги мои! [Flamma pluviam]!

Спустя секунду откуда-то сверху на дорогу перед приключенцами свалился огненный шар. Вспахав поверхность тракта файербол взорвался, раскидав булыжники, которыми была выложена дорога. На его месте осталась небольшая воронка. А спустя ещё секунду огненные шары посыпались с неба словно град. Они взрывались совершенно без какой-либо системы. Один из них разорвался рядом с кибиткой, разворотив переднее левое колесо. Лошадь отстегнулась и с диким ржанием, обозвав на своём лошадином языке всех присутствующих идиотами, умчалась куда-то. Лили стоило огромных усилий схватить Фриду и убраться в сторону. Обе они рухнули чуть поодаль от повозки. Сразу за этим ещё один файербол угодил точно в кибитку разломав её полностью. Этна прыгнула в другую сторону и её защитное умение развеялось.

Архивариус применил заклинание [Огненный ливень]. Оно считалось сложным даже для профессионалов, но овладевший им мог сотворить настоящий ад из огненных шаров на поле боя. Главным недостатком заклинания являлось, то что оно не разбирало врагов и друзей, поэтому применять его нужно было крайне осторожно. Как правило, подобные заклятья читали над вражескими крепостями, где было большое скопление живой силы противника, и даже в том случае прицельность оставляла желать лучшего.

– Псих! Ты нас всех тут поджаришь! – зарычала Лили, скаля клыки демона. Волосы её уже окрасились красными.

– Хм… – задумался маг, уставившись на лучницу. – Ты же можешь использовать барьер!

– Придурок! Это был свиток барьера! Свиток! Грейс одолжила мне один. Второго у меня нет.

Огненные шары продолжали сыпаться с неба. К взрывам примешались крики бандитов, подтверждая, что им тоже досталось от заклинания мага. Из облака пара выпрыгнул Альварес. Кираса южанина была закопчена, но сам он, видимо, оказался невредим. Быстро окинув взглядом обстановку, он ломанулся к Лили и Фриде.

– Сеньорита копейщица, бегите сюда! – фехтовальщик указал на девушек и кинул к ним на землю какой-то самоцвет. Камушек тут же разлетелся на мелкие осколки, но над авантюристками развернулся полупрозрачный жёлтый барьер в виде зонтика.

– Мне два раза повторять не надо, – крикнула Этна, помчавшись под спасительный зонтик.

– Если вам нужен был барьер, сразу бы и сказали, ­– обиженно заявил маг. – [Magia regiis protector]!

Чуть выше щита, сотворённого Альваресом, вырос как гриб ещё один, только значительно больше. Барьер был матово-синий. Всякий раз, когда в него ударялся файербол по магическому щиту шла рябь, но сдерживал удары огненных шаров он великолепно. Адский дождь прекратился.

– Э… – недоумённо уставился на барьер Альварес. – Сеньор, а нельзя было раньше предупредить, что вы можете сотворить такую защиту. Тот камушек был очень дорогим артефактом.

– Боров, забей на старика, он поехал черепушкой. Лучше скажи, куда ломанулся Дориан? Он вообще живой?

– Дружище взял на себя основные силы нападающих. Если бы не он, нас бы всех истыкали болтами как ежей. Я хотел ему помочь, но услыхал ваши крики и стал прорываться к вам. Кстати, а что со жрецом?

– Мёртв, – отчеканила Этна.

– Понятно…

Послышался глухой всплеск. Около старика образовалось облако пепла и оттуда выпрыгнул Дориан уже занеся один из костяных клинков на уровне шеи мага. Лидер остановился в последний момент, застыв со своим оружием, остановив лезвие в сантиметре от колдуна.

– Это было потрясающее умение, молодой человек, – похвалил Дориана Архивариус. – А какой домен лежит в основе подобной магии?

– Прекрати кастовать заклинания как ненормальный! – стерев кровь со своего правого виска, оскалился Нордвинд. Оттолкнув мага в сторону, лидер помчался к Фриде. – Сестрёнка, как ты?

– Она жива, но отключилась от боли, – посетовала Лили.

– Пока оттащим её чуть дальше, а сразу потом, как только туман рассеется, идём в контратаку, – обратился Дориан к Альваресу, очень скверно ухмыльнувшись.

– Согласен, дружище. Такое прощать нельзя, – Альварес скорчил свою фирменную паскудную гримасу. – Пора повыдергать руки-ноги этим bandidos.

– Я тоже в деле! – рыкнула Лили уже совершенно не пряча свою демоническую природу. Стоявшая рядом Этна отшатнулась в сторону, уставившись на лучницу.

– Демон… – пробормотала латница. – Теперь я видела всё.

– Слушай, если не готова к такому повороту, хотя бы пригляди за раненой, пока мы будем месить этих дегенератов, – ухмыльнулась Лили.

– Не дождётесь. Меня здесь чуть не убили, и я не стану стоять в стороне. Похоже, одна группа разбойников захотела, чтобы их насадили на копьё. Я с вами!

– Превосходно, сеньорита. Осталось решить, что делать с сумасшедшим магом, – скосился на Архивариуса Альварес. – Мне совершенно не хочется, чтобы мою, простите, пятую точку поджарили, когда я буду биться с врагами.

– Слушай сюда, старый идиот, ещё что-нибудь сколдуешь без предупреждения, и я тебя сама разделаю! Понял?

– Но я как раз хотел развеять туман, как вы и просили, – начал оправдываться маг.

– Хорошо, кастуй, а дальше смотри за раненой. Ты понял? – насела на него Этна.

– [Ventus mutationis]!

Сильный порыв ветра в мгновение ока разогнал клубы пара и дыма. Врагам, как оказалось, досталось не мало. Вдоль дороги и на обочине валялись несколько обгоревших тел. Однако, бандитов, разрубленных мечом было чуть больше. Альварес при виде этой картины ухмыльнулся, скорчив рожу. Шепелявый и маг не пострадали. Они вместе с группой врагов укрылась за магическим барьером, который успел возвести Гоуга.

– Так не пойдёт, – хихикнул волшебник нападавших. – Я не для этого прорывался в Верхний мир, чтобы какие-то лохи меня остановили.

– Ты чефо такое несефшь? – удивлённо уставился на него шепелявый.

– Закрой пасть. О! А это что такое? – отмахнувшись от своего напарника, Гоуга уставился на Лили. Лицо мага исказилось, выдавая демонические черты, но в отличие от Лили, Гоуга сильно обезобразился. Его тело покрылось красными пупырями, похожими на коросту, волосы опали полностью. Одна рука стала длиннее другой. Нос вытянулся крючком. А глаза приобрели бордовый оттенок – Вот те раз! Как я только сразу не понял? Я думаю, господин захочет поприветствовать тебя лично. Тел убитых хватает, а якорь уже укоренился.

– Фто за щертофщина?!Ты кто?! – отпрянул от колдуна шепелявый, направив на него мечи.

– Ничего личного, но, боюсь моих способностей не хватит, чтобы справиться с ней, поэтому придётся призвать мастера раньше положенного [Summone daemonium]!

Одним точным движением Гоуга дотронулся своим посохом до шепелявого, тот даже не успел уклонится. Раздались булькающие звуки и лежащие вокруг тела начали взрываться, обагряя всё вокруг своей кровью. На земле под Шепелявым засветился оранжевый магический круг. Бандит зашатался и выронил мечи. Он попытался сбежать, но его ноги не послушались. Лицо шепелявого исказила паника, его взгляд заметался в поисках спасения, но спасения не было. Спустя мгновение нечто разорвало тело бандита изнутри и выбралось на свободу.

Демон оказался довольно высок и мускулист и к тому же не был так коряв, как Гоуга. Существо носило воронёные латы. Свободной от доспеха оставалась лишь голова. Лицом демон был подозрительно похож на Лили. Демон озадаченно осмотрел окрестности. То, что его призвали, оказалось неожиданностью для него.

– Ещё не время, Гоуга. Надеюсь, ты готов понести наказание, – пророкотал демон.

– О, молодой господин Бавдовех, я приготовил Вам подарок, – льстиво обратился к нему колдун, указав на Лили.

– И что же тут у нас? – скептически процедил демон, но тут же прервался. Его лицо вытянулось от удивления. – Не может быть!

Авантюристы тем временем построились в боевое построение. В центре стояла Этна, по бокам рядом с ней разместились Альварес и Дориан. Лили составила вторую линию, сжимая в руках бордовый причудливый лук. Демон, названый Бавдовехом, начал с интересом рассматривать противостоящую ему компанию.

– Скажи, как тебя звать, сестра? – обратился Бавдовех к Лили.

– Иллилидель! – рявкнула она.

– Прелестно… А я – Бавдовех, триста тридцать девятый принц Союза Огненной Стаи. – Мы, видимо, сводные брат и сестра? Тем хуже для тебя.

– Преклоните колени перед августейшей особой! – захохотал Гоуга помпезно указав на Бавдовеха и поклонился сам. – Славьте господина!

– Это и есть так называемые авантюристы? – буднично спросил демон Гоугу, продолжая осматривать компанию приключенцев.

– Вы совершенно правы, мой принц.

– Не впечатляет, – разочарованно покачал головой Бавдовех.

– Вы точны как никогда, – стал поддакивать ему Гоуга.

– Это высший демон стаи, грозное создание, но не беспокойтесь у меня есть козырь в рукаве, – выскочил вперёд команды невесть откуда взявшийся Архивариус. – Я его задержу.

– Альварес, убери старика, – скомандовал Дориан. – Если надо будет, приложи его аккуратно.

– Этот противник вам не по зубам, – продолжал маг на своей волне. – Спасайтесь, глупцы!

– А это должно быть их шут? – буднично поинтересовался демон у Гоуги.

– Вы ошиблись, – льстиво заговорил тот. – Это их маг. Представляете, безумец недавно применил огненный дождь и чуть не поджарил своих.

– Жалкое зрелище, – констатировал Бавдовех.

– Вы совершенно правы, господин, – вторил ему Гоуга.

– А эти, кто? – указал демон на остолбеневшую кучку бандитов, отбежавших чуть в сторону, когда появился демон.

– Никто, – отмахнулся Гоуга, – пыль под вашими ногами.

– Понятно, – зевнул демон, взмахнув рукой.

Волна огня сорвалась с его руки и мгновенно испепелила бывших товарищей Гоуги за один миг. Они даже не успели вскрикнуть. От бандитов не осталось ни тел, ни доспехов, ничего. Демон снова зевнул, наблюдая, как ветер развеивает прах по округе.

– Надеюсь, больше демонстраций не потребуется? – уверенно обратился Бавдовех к приключенцам. – Я сегодня в прекрасном расположении духа. Выдайте мне её и валите куда хотите.

– Боюсь, что это невозможно, – отказался Дориан.

– Ну, нет так нет. Значит будем по-плохому.

Демон пропал из виду, чтобы появиться за спиной у Лили. Он схватил её за шею и тут же отпрыгнул назад вместе с ней, послав свободной рукой волну огня в авантюристов. Огненная стена уже почти накрыла команду, как вдруг послышался возглас старика-мага.

– [Scutum aqua gravis]! – возвестил Архивариус. Стена огня столкнулась со стеной воды. Снова раздалось шипение и клубы пара повалили во все стороны, обдав приключенцев. Теперь никто из команды не кричал на старика, все понимали, что его заклинание спасло их жизни.

– Интересно, – улыбнулся демон, всё ещё сжимая барахтающуюся Лили в левой руке.

– Этой магии меня научила одна знакомая драконица, – гордо пояснил маг, выпятив грудь. – Это называется [Щит тяжёлой воды]. И я единственный из людского рода был способен выучить такое высокоуровневое колдовство. Теперь ты понимаешь с кем связался, демон! Немедленно отпусти девушку!

– Ха-ха-ха! – загоготал Бавдовех. – Вам так нужна ваша принцесса? Так забирайте! Я уже убедился, что она просто мусор. Мне без надобности.

Демон замахнулся и швырнул Лили обратно в приключенцев словно тряпичную куклу. Лучница пролетела чуть выше авантюристов и шмякнулась о землю, тут же вскочила на ноги и бросилась на своего обидчика с залитым гневом лицом. Растопырив когти Лили попыталась ударить демона, но он парировал её выпад, а затем последовал ответный. Лили отшвырнуло снова. Она зарычала, но бросаться в безрассудной атаке уже не спешила. Разум потихоньку начал возвращаться к ней. Дориан подбежал к Лили, пытаясь удержать от опрометчивых атак. Она кивнула ему, пояснив что может себя контролировать. Он кивнул в ответ. Глаза лидера блеснули тёмно-синим блеском. Лили заметила это.

– Что ж, у меня нет выбора, – скорбно сообщил Архивариус, уставившись на тело жреца, лежавшее рядом с обломками телеги. – Придётся использовать то, что осталось от молодого человека, как сосуд. Все назад, я тоже призову демона!

– Теперь, точно конец… – обречённо пробормотала Этна.

– Я взываю к бездне, что лежит подо мной. Пусть она извергнет в этот мир дитя своё, ибо тесно ему в непроглядной темноте! [Summone daemonium]!

– Господин! – забеспокоился Гоуга.

– Ничего, – успокоил его Бавдовех. – Мне даже интересно, какого неудачника он призовёт.

– Вы уверены, мой принц? Хоть он и безумен, но старик применил уже второй ритуал и до сих пор на ногах.

– Не имеет значения. Пусть порыпаются. А потом я сокрушу их потуги. Люблю наблюдать, как моих противников охватывает отчаяние.

– Как прикажете господин.

Над трупом жреца засветился оранжевый магический круг, похожий на предыдущий. Тело засветилось тоже и растеклось темнеющей массой по ритуальному кругу, образовав портал в центре. Круг засверкал и в его центре появилась фигура. Это была женщина в тёмном длинном вечернем платье и с изящным воронёным металлическим посохом. Она припала на одно колено и словно молилась кому-то выставив посох перед собой на согнутых руках. Волосы женщины были прямыми как солома и чёрными как сама ночь. Призванная была красива, более того на ней не наблюдалось ни каких признаков демонического. С виду она была совершенно нормальным человеком. При виде этой особы Дориан еле сдержал смешок, приказав остальным ничего не предпринимать.

– Сегодня, в годовщину исхода, мы славим нашего покровителя здесь, в Центральном Соборе, и по всем владениям… – продолжала произносить молитву женщина. Глаза её были закрыты.

– Она сказала "Центральный Собор"? – нервозно переспросил сам себя Гоуга.

– Похоже, старику удалось призвать кого-то занимательного, – хмыкнул Бавдовех.

– Так! – вдруг крикнула демоница. – Кто там треплется в храме? А?!

Когда женщина поднялась и открыла глаза, до неё, наконец, дошло, что её призвали. Демоница стала осматриваться, пытаясь сообразить, что вообще происходит. Её взгляд задержался на Архивариусе. Лицо женщины исказил гнев:

– Ты! Как ты посмел снова призвать меня?! Я же тебя предупреждала, что оторву твою дрянную башку, если ты ещё раз вытащишь меня! Всё Архивариус, ты доигрался!

– У меня были причины, – в голосе старика впервые почувствовался страх. – Ситуация форс-мажор!

– Я тебе сейчас такой форс сделаю с мажором. Ты у меня полетишь разными кусками на все четыре стороны! – голос женщины был низким и зычным. Такими голосами обычно обладали ораторы или жрецы, постоянно проповедовавшие в толпе народа.

– Дурья башка! – прошипела Этна, уставившись на старика. – Мало было нам тех двоих, так ты призвал ещё одну!

– Достопочтенная Адель, у меня действительно не было выбора. Я не смогу одолеть этих противников один, – Архивариус указал на Бавдовеха и Гоугу.

– Не произноси моё имя, ты его недостоин! – угрожающе зарычала женщина. В её голосе стали слышны странные стрекучие тона. Однако ж, Адель всё же бегло осмотрелась по сторонам. – Что тут у нас? Очередная разборка высерков Этельреда? Я уже чувствую запах серы.

– Вы знаете моего отца? – решилась спросить Лили.

Адель повернулась к ней, удивившись. Демоница долго и пристально посмотрела на Лили, что-то соображая. Наконец, она подошла поближе, изобразив недоверие на лице.

– Да ладно? – демоница еле сдержалась, чтобы не засмеяться. – Когда он успевает всех вас делать. Дочь значит? Архивариус, живи пока. А мне надо разобраться. Как тебя зовут?

– Иллилидель, – буркнула Лили.

– А ты кто такой? – обратилась Адель уже к другому демону.

– Я Бавдовех, триста тридцать девятый принц Союза Огненной...

– Ясно. Быстро свалил отсюда, триста тридцать какой-то там.

– Да как ты смеешь мне приказывать?! – разъерепенился Бавдовех.

– Господин, осторожней. Она подозрительно похожа на Ту самую жрицу из центрального собора, – предостерёг своего хозяина Гоуга.

– Нонсенс! Ты хочешь сказать, что человеческий старик призвал первую жрицу? Скорее всего, она одна из её подчинённых. Эти слабачки, как их, суккубы, вечно прикрываются её именем, чуть запахнет жареным.

– Чё сказал?! – вскрикнула Адель, исказив лицо от злости.

– Клан Повелителей Снов настолько слаб, – продолжал надсмехаться Бавдовех, – что даже не нашлось господина, который согласился бы ими править. Пришлось главной жрице взять над ними шефство. Держу пари, что она сама не в восторге от такой компании.

– У меня с ними личная уния, идиот! Всё, ты труп. Эй, этельредова дочка, подержи-ка, а то боюсь запачкать, – Адель швырнула свой посох Лили, а сама направилась к Бавдовеху сжав кулаки.

Вместо посоха жрица подобрала увесистый булыжник. Оценив его в руке, она замахнулась и метнула его в сторону демонов. Через мгновение голова Гоуги раскололась, как спелый арбуз. Демон повалился на землю истекая кровью. Обалдевший Бавдовех даже не успел отпрыгнуть в сторону, когда Адель оказалась рядом с ним. Жрица ловко наклонилась и схватила демона за ногу. Жрица принялась размахивать своим противником, словно он был невесомый. Рассвирепев Адель несколько раз ударила своего оппонента о мостовую. Тот жалобно завыл, словно побитая собака.

Превратив Бавдовеха в отбивную, Адель отбросила еле живого демона чуть дальше, а сама стала осматриваться в поисках ещё одного булыжника. Обнаружив подходящий, жрица снова направилась к поверженному врагу. Тот попытался отползти, но ноги не слушались его. Из рук двигаться могла только одна.

– Легко не отделаешься, – застрекотала Адель совсем не человеческим голосом. – Я переломаю тебе все кости, прежде чем тебе удастся погибнуть. Уж я постараюсь. Жалкий щенок, я и твоему папане наваляю, если потребуется.

– Адель, хватит с него! – повелительно крикнул Обсидиан.

Жрица обернулась, уставившись на того, кто ей это сказал. Посмотрев с недоверием на Дориана, Адель вдруг просияла.

– Господин Обсидиан, вы наконец возродились. Какая радость! – изобразив элегантный поклон, поприветствовала она Дориана.

– Вот уж не ожидал, что кто-то из смертных будет способен призвать тебя.

– Просто я дала опрометчивое обещание, – пожаловалась жрица. – И теперь расплачиваюсь за это.

– Мы все вынуждены находиться в плену своих обещаний, – согласился Обсидиан.

– Лучше и не скажешь, – поддержала его жрица, горько улыбнувшись.

– Нужно, чтобы кто-нибудь оповестил кланы. Вот его и отправим, – указал Обсидиан на лежащего Бавдовеха. – Отмени его призыв.

– Может лучше я сама, чем доверять такую ответственную работу никчёмному неудачнику? Тем более мой призыв временный.

– Ошибаешься. Маг призвал тебя прямо в тело оперативника ЭДЕМ, сам того не зная. И система признала трансформацию состоявшейся, хотя я допускаю, что сейчас у тебя присутствует пара процентов от изначальных сил.

– То есть я могу остаться с вами? – восторженно запричитала Адель.

– Да, нам в команду как раз нужен жрец, а предыдущий, к сожалению, не пережил битвы.

– Как прикажите, господин!

– А теперь подлатай этого оболтуса и отправь его назад.

– Слушаюсь. Ты, отрепье, славь судьбу, которая сжалилась над тобой, и возвести всем в Нижнем Мире, что господин Обсидиан возродился! Ты меня понял?

– Да… – сдавлено завыл лежащий на земле демон.

– Пусть кланы готовятся и копят свою мощь. Не за горами время перемен. – возвестил Обсидиан.

– Всё запомнил? Тогда [Отмена призыва]! – Адель изгнала демона обратно в Нижний Мир, одновременно с этим излечив его самые тяжёлые раны.

– А теперь поприветствуйте нашу новую жрицу, – как ни в чём не бывало обратился Обсидиан к остальным. – Кто-то против?

– Уж точно не я, – буркнула Лили.

– Вот и славно. У меня будет к тебе одна просьба, – обратился Обсидиан к жрице. – Как же хорошо совпало, что старик призвал именно тебя. Нужно излечить нашего товарища.

Обсидиан подвёл Адель к Фриде, которая к тому времени немного оклемалась. Бард сидела на обочине держась правой рукой за левое плечо, откуда по-прежнему торчал болт. Адель осмотрела рану, проведя пальцем около раны. Фыркнув, жрица покачала головой:

– Уже поздно. Ей нужен тот, кто разбирается в человеческой анатомии. Болт придётся вырезать, а затем долго заживлять сустав, в который вросла железяка. И то нет никакой гарантии, что левая рука будет функционировать нормально.

– Ясно… – сдавлено прошептала Фрида.

– Сестра, зачем ты выпила то зелье?

– А что мне ещё оставалось делать? – с вызовом спросила Фрида. – Наши жизни были на кону.

– О, а сознание развалилось на двое? – поинтересовалась Адель, скосившись на Дориана.

– Я Дориан Нордвинд, он же Обсидиан, – ещё раз представился лидер. – Это моя сестра – Фрида Нордвинд.

– Близнец. Забавно, сестра…

– Не надо, – остановил её Дориан.

– Как скажешь, – Адель ещё раз осмотрела Фриду и произнесла свой вердикт. – Я не могу её вылечить. Но я могу хотя бы обезболить рану. Дальше нужен хороший хирург-целитель.

– Дружище у герцога Эрлига должен быть хороший врач.

– Вполне возможно. Надо скорее добраться в город. Может из остатков повозки удастся соорудить носилки? – предположил Дориан.

­– Не стоит, – перебила его Этна. Пока жрица возилась с Фридой, копейщица нашла убежавшую лошадь и привела её обратно. Лошадка была сильно напугана и шарахалась от каждого резкого движения, но всё же вышла невредимой из свалившейся на неё заварухи. – Но прежде я хочу знать, кто вы такие? И чего вы забыли в нашем королевстве?

– Ха! Мы всего лишь авантюристы и не более, – иронично заметил Обсидиан. – Твоей стране мы никак не помешаем.

– Да? – прищурилась Этна. – Впрочем, я всё равно не смогу вам ничего противопоставить. Но если вы устроите погром в Эрлиге, или ещё чего выкинете, обещаю, легко не отделаетесь.

– Мы не враги, сеньорита, – прогнусавил Альварес. – Просто в последнее время неприятности стали находить нас слишком часто.

Усадив Фриду на лошадь, отряд двинулся дальше. До Эрлига оставалось примерно полдня пути, но тут же стало очевидно, что с раненой дорога удвоилась. Фрида не могла ехать быстро, поскольку любая встряска причиняла ей сильную боль, которую даже Адель не удалось заглушить полностью. Как только авантюристы двинулись в путь, Адель пристала к Дориану с расспросами, и ему пришлось прочитать жрице целый ликбез по истории и географии этого мира, поскольку она была совершенно не в курсе событий за последнюю сотню лет. В их разговор попытался влезть Архивариус, но Адель быстро намекнула ему, чтобы он заткнулся, и, к удивлению остальных, это подействовало.

Единственной, кого более-менее слушалась лошадь, была Этна, поэтому ей пришлось вести её под уздцы. Всё, на что хватало сил Фриды, это не выпасть из седла. Лошадью править самостоятельно она не могла. Альвареса кобылка побаивалась, а от Лили и вовсе шарахалась, поэтому лучнице пришлось плестись в конце, чтобы лишний раз не пугать животину. Южанин же шагал чуть впереди основной компании, насвистывая под нос известную походную песенку ландскнехтов.

Пережив нападение, авантюристы решили не ослаблять бдительности, пока не достигнут Эрлига. Но их страхи оказались напрасными. Остаток пути прошёл на редкость спокойно и мирно. Чем ближе они приближались к Эрлигу, тем больше путников попадалось им. Крестьяне, спешившие по делам из одной деревеньки в другую, опасливо кланялись вооружённым путешественником и старались как можно быстрее скрыться из поля зрения. Купцы на своих тележках были куда смелее и охотно делились сплетням с приключенцами. От одного из них стало известно, что герцог вчера вернулся в город. Чуть позже авантюристов нагнал отряд стражников, которые стали интересоваться замеченными ими на тракте следами предыдущего сражения с бандитами, но после предъявления Дорианом охранной грамоты, солдаты отдали честь и немедленно ретировались по своим делам. Дорога всё шла и шла, а вместе с ней шли и путники. Город показался только к вечеру. Когда солнце уже готовилось скрыться за макушками деревьев на горизонте, путники стояли перед монументальными Фиолетовыми воротами, которые являлись парадным входом в город магов.

Интерлюдия 2. Экскурсия

Субботний день был в самом разгаре и на Старой базарной площади Эрлига было не протолкнуться. Толпы оживлённого народа хаотично перемещались от одного прилавка до другого в поисках нужных вещей. А гомон стоял такой, что надрывные крики зазывал безнадёжно тонули в бесконечном потоке людей. Среди всего этого хаоса выделялась одна парочка. И если в девушке не было ничего необычного: в ней сразу же угадывалась студентка из колледжа магии, то её спутник приковывал к себе огромное количество взглядов. Мужчины смотрели с праздным удивлением, в то время как женщины, несомненно, демонстрировали интерес, поскольку спутником магички был красавец-эльф. Незнакомец удивлял не только внешностью. Бордовый бархатный наряд вычурной выкройки, который он носил, стоил, как все товары на этой площади вместе.

Эльф уверенно вёл свою спутницу под руку, не обращая внимание на окружающих, а вот магичка явно чувствовала себя не в своей тарелке. Школярка озиралась по сторонам, постоянно ловя завистливые взгляды других девушек, и неловко семенила, пытаясь поспеть за размашистым шагом спутника.

Эльф привёл свою спутницу к прилавку с украшениями и стал небрежно осматривать товар вскидывая то одну бровь, то другую. Продавец расплылся в любезнейшей улыбке, которую только смог изобразить, в уме уже подсчитывая барыши. Эльфа заинтересовал один кулон с ярким рубином в серебряной оправе. Незнакомец показал жестом продавцу, что желает посмотреть вещь детально, и ювелир льстиво передал украшение эльфу.

– Я думаю, что это очень пойдёт к твоим великолепным волосам, – манерно сообщил эльф своё спутнице. Но та почему-то не обрадовалась, наоборот, девушка зажалась, не зная, что ответить.

– Сколько стоит это? – продолжил эльф, словно не заметилв замешательства своей спутницы.

–Три… То есть тридцать три больших золотых, – выпалил лавочник скороговоркой.

– Ты что, – опомнилась девушка, широко раскрыв глаза, – Это же столько не…

– У меня нет настроения торговаться, – благосклонно заявил эльф, протянув свободную руку, из которой как из рога изобилия посыпались дорогие монеты. – Мой род один из богатейших.

– Во повезло девке, – завистливо сплюнула проходившая рядом горожанка.

Пытаясь не запрыгать от радости на месте, лавочник придирчиво пересчитал монеты, а затем направил на них магический прибор в виде небольшого, размером с кисть, овального зеркальца. Эта диковинка позволяла невероятно точно отличать подлинные золотые от поддельных. Когда проверка подтвердила, что золото настоящее, ювелир помпезно упаковал кулон в коробочку, обтянутую фиолетовым шёлком, и вручил её эльфу, расплывшись в подобострастной улыбке.

– Он тебя надул. Оно столько не стоит, – укоризненно всплакнула Марта.

– Меня нельзя обмануть, – ухмыльнулся Этельред гадкой улыбкой. – А плата за кулон, что приумножит твою красоту, ничтожна. Лучше надень его скорее.

Марта послушно исполнила то, что велел ей демон. Кулон действительно был хорош. В любом другом случае она бы несомненно пришла в полный восторг, но сейчас ей было не по себе.

С момента призыва минула неделя. Тогда демон пообещал отпустить всех троих, но взамен потребовал, чтобы Марта согласилась провести его по городу, составив компанию. Что ещё ей оставалось делать? Естественно, она согласилась. К преподавателям никто из троицы обратиться так и не решился, и демон остался на свободе. А через три дня друзья узнали, что в самую лучшую гостиницу города вселился экстравагантный эльфийский чародей по имени Ээтир, который тут же принялся сорить деньгами на право и на лево, приковав к себе всеобщее внимание. Несколько местных мудрецов собрали делегацию и явились к эльфу, чтобы узнать цель его прибытия в Эрлиг. Тот принял их любезно и сообщил, что явился с частным визитом и не коим образом не хочет доставить городу неприятностей. Эльф уверял, что путешествует и непременно отбудет через несколько недель дальше, а пока он просто хочет отдохнуть и посетить достопримечательности города.

Мудрецы, очарованные манерами эльфа, отбыли в невероятно хорошем расположении духа, уверившись в благонадёжности путешественника и попутно неплохо поправив своё материальное состояние, поскольку эльф не отпустил ни одного из них без ценного подарка. Само собой, ни у кого из делегации не возникло и мысли, что на самом деле они мирно беседовали с верховным демоном.

Ещё больший фурор произвело появление эльфа перед общежитием колледжа магии, куда он явился в субботу утром и поинтересовался у коменданта особой, именуемой Мартианой фон Ротте. За ней немедленно послали, и когда та явилась, эльф учтиво поклонился ей, занеся обе свои руки за спину, и предложил сопроводить его в обещанной прогулке. Девушка неуверенно согласилась под пристальным наблюдением бесчисленного количества девичьих глаз, ошалело таращившихся на парочку из всех окон здания.

– Тебе уже наскучила прогулка? – миновав очередной прилавок Базарной площади, спросил демон свою спутницу. – Расслабься, чего ты так зажалась?

– Угу… – пробормотала Марта.

– Потерпи немного. Я целую вечность не был в Верхнем Мире. Тут всё так изменилось. Когда-то давно здесь стоял эльфийский город. А сейчас живут эти, – Этельред презрительно посмотрел по сторонам.

– Тише, нас же услышат! – взмолилась Марта.

– Нисколько, – отмахнулся демон, – Это можешь слышать только ты.

– Заклинание школы иллюзий, – догадалась Марта.

– Высококлассное заклинание школы иллюзии под названием [Божественный шёпот], – поправил её демон. – Если хочешь, могу научить.

– Обойдусь, – буркнула Марта. – Тем более иллюзии никогда мне особо не давались.

– Как хочешь, – не стал настаивать демон. – Я думаю, что тебе ближе барьеры.

– Откуда ты узнал? – удивилась Марта. – Я никому не говорила, что была ученицей жреца Алой Богини.

– Догадался, – ушел от ответа Этельред. – Знаешь, как называлось это место в прошлом?

– Нет.

– Приют Небесной Птицы. Аэр-Элиг.

– Ты хочешь сказать, что этимология слова Эрлиг восходит к эльфийскому? – тут же оживившись, спросила Марта.

– О, так значит мне удалось тебя хоть чем-то заинтересовать? Великолепно. Правда, было ещё одно название. На староэльфийском Аэр-Элиг будет по-другому. Азор-Эилигк правильнее. Всё-таки названия и имена должны быть на староэльфийском.

– Но ведь специалистов по древнеэльфийскому единицы, а эльфийские старики не желают нас просвещать, – вцепившись в демона обеими руками, выпалила Марта. – Ты что, знаешь древнеэльфийский?!

– Это мой родной язык, – гордо объявил Этельред. – Хочешь, чтобы я тебя ему научил?

– Это всё только ради науки, – пробормотала Марта смутившись, – Но, если тебе не сложно.

– Значит так тому и быть.

Парочка продолжила свою прогулку. Эльф приобрёл ещё несколько безделушек и букетик цветов, заплатив за них тройную цену, после чего Марте удалось увести его с рынка. Они пошли гулять по городу. Посмотрели герцогский замок, который Этельред назвал убогим. Побывали на Алой площади и, к удивлению Марты, демон, предварительно спросив у неё разрешения, совершенно спокойно прошёл в местный собор. И даже внимательно выслушал проповедь священника, посетовав магичке, что люди исковеркали учение до неузнаваемости. После они наткнулись на магазин с магическими книгами. В нём демон снова дал волю своей щедрости и купил для Марты несколько ценных изданий по волшебству. К вечеру Марта повеселела, переборов свой страх, она смогла общаться с демоном непринуждённо и даже рассмеялась с нескольких его шуток. Этельред оказался очень толковым рассказчиком. Многое, что он говорил, могло бы сделать революцию в исторической науке, это было понятно даже студентке Марте.

– Как я уже говорил, раньше место это называлось Азор-Эилигк и правил здесь дракон по имени Азор-Иллил. Это был крупный центр дома Огня.

– Невероятно! Это же открытие! – в очередной раз удивилась Марта, держа перед собой целую стопку купленных книг.

– На месте герцогского замка стоял большой дворец, – продолжил свой рассказ демон. – А дракон жил в самой высокой из его башен, откуда он следил за городом и окрестностями. А в другой стороне города, там, где сейчас площадь Патрициев, располагался истинный Алый храм, и он был раза в два больше вашего.

– Откуда ты всё это знаешь?

– Сам видел. Вот этими глазами, – заявил демон. – Правда, Азор и я никогда не ладили между собой, так что мне тут были не рады. Я слышал, что древний хрыч до сих пор жив. Решил на старости лет записаться в няньки к одному эльфийскому князьку.

– Профессор Форшер говорил, что в канализации нашли какие-то руины. Но никак не могли определить их принадлежность. Может это остатки того поселения?

– Скорее всего.

– А что случилось с городом?

– Был разрушен во время Войны Пламени.

– Это когда дом Огня переметнулся на сторону бога Тьмы? – очень осторожно спросила Марта. – Мы проходили это на истории.

– Так уж вышло, – немного виновато развёл руками Этельред. – Назад ничего не воротишь. Теперь всех наших зовут демонами Стаи, после того как Богиня обиделась на нас. И чего она разозлилась?

– Ты ведь не злой, – вдруг очень тихо пробормотала Марта. – Нам говорили, что демоны жестокие и злобные создания. Но в тебе этого нет.

– Ещё какой злой, – грустно пробормотал Этельред.

Они уставились друг на друга, одни в маленьком тесном переулке. Звенящая тишина стала заполнять пространство. Эти двое продолжали бы безмолвно смотреть один на другого и дальше, если бы их не отвлёк мужчина в серебряной мантии и с пышной гривой седых волос, зачёсанных назад. Марта сразу узнала его, тихонько вскрикнув, и тут же потупила взор, как провинившаяся школьница.

– Профессор Гюнтер Форшер, я куратор Мартианы, – недружелюбно представился он эльфу. – Могу я поинтересоваться, зачем вы надоедаете моей воспитаннице?

– Я? Надоедаю? – непринуждённо воскликнул эльф. – Вы должно быть что-то неправильно поняли?

– Всё я правильно понял. Пойдём, Марта, не позволяй этому франту вскружить тебе голову, – решительно сказал Форшер, взяв девушку за локоть.

– Эй! – глухо осадил профессора эльф, так пристально уставившись на него, что Форшер невольно отодвинулся на шаг назад. – Так себя с дамами не ведут.

– Желаете поспорить? – с вызовом парировал Форшер, опомнившись. – Тогда я к вашим услугам. И уверяю вас, мне совершенно нестрашны расфуфыренные эльфийские кудесники. Я, знаете ли, сам неплохо колдую.

– Человечишко, не испытывай судьбу, – оскалился Этельред. – Тебя потом долго ещё будут смывать со стены напротив.

– Прекратите, пожалуйста, – взмолилась Марта встав между теми двумя, – Профессор Форшер, прошу вас, успокойтесь, всё нормально! Госпотин Ээтир согласился обучить меня основам древнеэльфийского, и только. Вы же знаете, как мало специалистов в этой области.

– Это правда? – пристально смотря на эльфа, недоверчиво выдавил Форшер.

– Всенесомненно, – так же холодно подтвердил эльф.

– Хорошо, – несколько смягчился Форшер, – Но предупреждаю, если с ней что-нибудь случится, я тебя, остроухого, с того света достану.

– Как пожелаете, – надменно улыбнулся эльф.

Глава 4. Город магов

Как только Дориан показал охранную грамоту у ворот Эрлига, вокруг приключенцев сразу засуетилось много народу. Несколько стражников с крайне любезными лицами помогли спустить Фриду с лошади, лекарь нарисовался буквально спустя пять минут, и не один, а с повозкой, специально оборудованной для перевозки раненых. Дориана и остальных заверили, что Фриду отвезут в лучшую лечебницу города, где первоклассные специалисты-целители проведут операцию по извлечению болта. Но даже несмотря на это Адель вызвалась сопровождать менестрельку, виртуозно нацепив на себя перед посторонними личину великодушной жрицы. Герцогский целитель пришёл от этого в восторг и сразу же согласился, промямлив что-то про обмен опытом.

Для остальных приключенцев подали удобную большую карету, чтобы доставить авантюристов в герцогский замок. В неё погрузились Дориан, Альварес и Лили. Этна ехать вместе категорически отказалась, сославшись что быстрее доберётся до замка одиночку. Вместо этого она предложила встретиться после в определённой таверне. Туда должна была подойти и Адель. Архивариус же и вовсе имел дом в городе, поэтому смылся сразу, как только авантюристы миновали городские ворота. Этна пояснила, что у мага натянутые отношения с герцогом и вскоре удалилась сама.

Пока карета ехала по городу, её вызвались сопровождать четыре стражника на резвых лошадях. Ещё двое охранников расположились в карете. Как пояснил один из них, об инциденте с эльфами в Эрлиге уже было известно. Весь город целый день стоял на ушах. Рудольф даже отдал распоряжение выслать подразделение рыцарей и магов на помощь пострадавшим, но детали трагедии властям были неизвестны. О том, что группа авантюристов под предводительством графа Дориана Нордвинда направляется в город, сообщили солдаты из отряда стражников, который повстречался приключенцам накануне. Как только герцогу доложили об этом, он немедленно распорядился оказать авантюристам наилучший приём и сразу сопроводить их в замок.

Цитадель располагалась в самом центре Эрлига, отнимая у города, примерно, квартал. Дома горожан подобрались почти вплотную к стене из белого камня, освоив всё доступное пространство. Единственное, что отделяло их от фортификаций, это ров и небольшая полоска земли перед ним. В крепости имелось семь крупных башен, не считая надвратной. На башнях сновала многочисленная стража, что говорило о введённом чрезвычайном положении в крепости. Мост опустили только тогда, когда карета вплотную подъехала ко рву. И сразу же подняли, стоило карете проехать внутрь.

Герцог встречал прибывших лично. За ним на небольшом отдалении толпилась многочисленная свита, из которой выделялся толстый мажордом в богатом наряде. Лицо Рудольфа было чернее тучи, но увидав Дориана, он немного смягчился и лично вышел вперёд, чтобы пожать ему руку.

– Ну, граф! Рад твоему приезду! – забасил герцог, сверкая бритой головой. – Добро пожаловать в мой дом!

К неудовольствию Дориана герцог решил организовать настоящий приём в главном зале, а на подобных банкетах и выглядеть нужно было соответственно. Нельзя просто взять и завалиться в тронный зал, до отказа заполненный аристократами, в походной амуниции. К счастью подопечные герцога обо всём побеспокоились заранее, собрав несколько комплектов парадной одежды на любой вкус. Дориан выбрал чёрный сюртук без особых декоративных излишеств, в то время как Альварес руководствовался принципом чем ярче и цветастее – тем лучше, поэтому южанин облачился в камзол ярко-зелёного цвета с жёлтыми и красными полосами на округлых резаных рукавах. К камзолу полагалось белое накрахмаленное жабо, которое Альварес не без труда напялил на свою шею. Хуже всего пришлось Лили. Её практически заставили надеть роскошное дутое платье розового цвета, в котором лучница стала похожа на куклу, о чём не переставая жаловалась Дориану:

– Как вообще можно носить ЭТО?! – чуть не плача, сетовала Лили. – А что если я наступлю себе на подол и растянусь на глазах у всех? Они же надо мной ржать будут полчаса!

Перед входом в зал для приёмов путь авантюристам преградил строгий слуга, который придирчиво проверил, что гости одеты как положено и только после этого перед приключенцами распахнулись двери. В главном зале уже толпилась прорва народу. И люди всё продолжали приходить. Аристократы, демонстрировавшие идеальную осанку и манеры, собирались кучками человек по пять-шесть и степенно беседовали, время от времени бросая хитрые взгляды в толпу. Рыцари и дворяне попроще ютились в основном на периферии, стараясь особо не выделываться. Те из них, что были по моложе толпились у столов с яствами, особо не скрывая цель своего визита на собрание. Дам было гораздо меньше, но их платья затмевали собой все наряды мужской части гостей. Платья были всех цветов и оттенков, какие только встречаются в природе.

Когда двери отворились, и приключенцы вошли внутрь, все гости, толпившиеся внутри, обратили на авантюристов свой взор. Толпа замолчала, и в образовавшейся тишине словно гром раздался голос герольда:

– Дориан Нордвинд, граф Серого Удела и его верные люди!

В помещении уже были расставлены столы, но авантюристов провели к самому главному, расположенному рядом с герцогским троном. Друзья, немного замешкавшись, расселись на предложенные места. Во главе стола уселся герцог Эрлиг, по правую руку от него на двух стульях взгромоздился мажордом. Слева от Рудольфа элегантно опустилась на стул незнакомая девушка в салатовой мантии. Больше никого из придворных за стол не пригласили.

– Мажордома вы уже знаете, – махнул рукой на толстяка Эрлиг. – А с Жюли ещё незнакомы.

– Жюли Гвидиче – придворный маг Эрлига, – представилась незнакомка, манерно поклонившись Дориану и остальным, сверкнув серыми проницательными глазами. Девушка была худа, но это не сильно бросалось в глаза, скорее придавало ей изюминки. От магички так и веяло некой элитарностью и аристократизмом. Макияж на её лице был идеален. Чуть волнистые золотистые волосы были настолько великолепно уложены, словно принадлежали статуе, а не живому человеку. Салатовая шёлковая мантия, идеально подогнанная под фигуру волшебницы, была явно сшита на заказ очень талантливым портным. У магички на поясе висела тоненькая волшебная палочка, что несомненно доказывало наивысочайшее доверие герцога к ней.

Герцог подал жест Дориану и тот начал свой доклад. Говорить нужно было очень аккуратно, поскольку одно неверное слово могло аукнуться серьёзными последствиями. Особенно это касалось происхождения Лили. В силу событий прошлого, в Эрлиге демонов крайне не любили. Да и силу Обсидиана раскрывать не стоило. Дориану пришлось обставить всё, будто ящероголовые во главе со жрицей помогли эльфам в последний момент, застав нападавших врасплох. Далее герцогу поведали о разрушениях и потерях в городке эльфов, от чего Рудольф пришёл в ярость.

– Да как они посмели?! – взревел герцог, вскочив из-за стола. По залу тут же пробежала волна гневных возгласов, поддерживавших мнение Рудольфа. Один молодой дворянин от переизбытка чувств даже выхватил вилку, которой орудовал за столом, и стал размахивать ей словно мечом, в знак поддержки своему сюзерену, однако были и те, кто воспринял новость спокойно, если не сказать равнодушно.

– Вопиющее варварство, ваша светлость! – согласился со своим господином мажордом. – Только прикажите, и я велю немедленно заковать в кандалы весь городской филиал банкирского дома, ответственного за это бесчинство.

– Нет. Позже приведёшь ко мне их главу. Я с ним потолкую. Жюли, мне нужна сфера безмолвия вокруг стола.

– Слушаюсь, мой господин, – монотонно отозвалась магичка, молниеносно выхватив палочку. Взмахнув ей, волшебница, не произнеся ни слова заклинания, соорудила полупрозрачный молочно-белый купол, который накрыл стол, отгородив его от посторонних взглядов и ушей к неудовольствию обладателей последних. – Можете говорить без опаски, с наружи купола никто вас не услышит.

– Честно сказать, – признался герцог, немного остыв, – я прекрасно знал про наёмников. Кем бы я был, если бы не знал, что у меня во владениях квартирует войско? Я надеялся использовать их на грядущей войне с Гегемонией, потому и закрыл глаза на них. Но ты о многом умолчал, граф Нордвинд. Теперь, когда нас скрывает заклинание, я хочу знать, что там было на самом деле. По моим данным эльфы даже вместе с ящероголовыми не смогли бы остановить их. Кто выиграл бой на самом деле?

Дориану не оставалось ничего, кроме как представить Гайю абсолютной победительницей в битве, что было не далеко от истины. Из рассказа Нордвинда вышло, что богиня вмешалась в сражение за город и покарала всех врагов, а заодно и помирила племена. Дориан также упомянул драконов, спаливших лагерь, и их предводительницу Рингиэль. Рассказ завершился описанием примирительного договора между тремя племенами.

– Вы уверены, что это именно божество, а не дух природы, монстр или демон? – осведомилась Жюли, мельком взглянув на Лили.

– Она сама представилась, да и сила её была запредельна, – переглянувшись с остальными, ответил Дориан.

– Я тоже могу представится божеством, – парировала Жюли.

– А вы можете заставить маршировать лес деревьев? – ехидно заметил в ответ Нордвинд.

– Подумать только, – испуганно посетовал мажордом. – Если это правда, придётся присвоить Лесу Ящериц статус сакральной территории со всеми вытекающими последствиями. Никаких вырубок, охоту тоже придётся запретить. Правда, можно будет заработать на паломниках, но сколько это будет в золотых, пока туманно.

– Мажордом, уймись, – осадил толстяка герцог. – О выгодах и убытках подумаем позже. Сейчас меня интересует живая богиня у меня под боком. И что она может учудить. Драконы ещё эти. Почему мне никто не сказал, что в Синих Зубах есть драконы?

– До текущего времени эти сведения были не подтверждены, – пояснила Рудольфу Жюли.

– Значит так, – отчеканил герцог. – Про богиню пока никаких официальных заявлений делать не будем. Возьмём за основу первоначальную версию событий, рассказанную графом. Тем более получилось вполне складно, для обывателей сойдёт. Для королевского дома, конечно, придётся изложить версию настоящую, тем более представитель короны сейчас находится в городе.

– Как вам будет угодно, – льстиво улыбнулся мажордом.

– Далее, к эльфам нужно отправить в помощь отряд строителей и лекарей. Предыдущий, состоявший из рыцарей – вернуть назад.

– Немедленно будет исполнено, – согласился мажордом.

– Также мне нужна полная информация, сколько задолжали эльфы. И насколько договор соответствует законам королевства. Нужна хоть какая-нибудь зацепка.

– Я привлеку лучших знатоков законов к этой проблеме.

– Не сомневаюсь. Ну, и найдите какого-нибудь умника, который разбирается в драконах.

– Я отправлю запрос в университет завтра же с утра.

– Отлично. Жюли, отмени заклинание.

– Как прикажете, ваше сиятельство.

– А теперь, за работу и награда, – нарочито громко сказал герцог, чтобы его слышал весь зал. – За проделанную работу и беспримерную храбрость граф Дориан Нордвинд и его люди удостаиваются моей особой милости.

Рудольф кивнул мажордому и тот подал кому-то знак рукой. Тут же разодетый паж вынес поднос с увесистым кожаным мешочком на нём. Рядом лежали два свёрнутых в трубочку свитка.

– Да будет известно всем здесь присутствующим, что я Рудольф герцог Эрлигский объявляю графа Нордвинда другом нашего герцогства. Поскольку господин Нордвинд является лидером авантюристкой команды, волею своей жалую ему ранг ветерана, более известный как ранг «B» и золото для него и его людей. А также дарую для команды «Сказка для дракона» дом в городе, – чуть наигранно заявил Рудольф. Толпа зааплодировала. Паж как по команде вручил Дориану поднос с мешочком, в котором было обещанное золото и две грамоты. Одна из них оказалась купчая на дом, другая – сертификат, подтверждавший новый ранг Дориана.

– Благодарю, ваше сиятельство, – официально ответил Дориан.

***

После завершения обязательной части собрания герцог не стал дальше задерживать авантюристов, и они поспешили покинуть шумный зал для приёмов, но сделать это оказалось не так-то просто. Точнее Альваресу и Лили это удалось без особых проблем, а вот Дориану повезло меньше. Несколько десятков назойливых придворных окружили его, завалив праздными вопросами. Спустя полчаса Нордвинду кое-как посчастливилось от них отвязаться, за исключением одного аристократа, приставшего с вопросами о родовом древе и геральдике. Вскоре выяснилось, что надоеда был бедный барон, уже долгое время пытавшийся пристроить свою дочь замуж. Отделаться от прилипчивого придворного удалось только тогда, когда Дориан пообещал ему посетить баронские земли. Аристократ поклонился, всучил Нордвинду портретик своей дочери и исчез в толпе, а Дориан наконец смог вырваться из зала во внутренний двор, где его дожидались Лили и Альварес уже в своей нормальной одежде.

– В бумаге написано, что дом расположен на площади Патрициев, дружище. Девятый, если считать от примыкающей к площади улицы Негоциантов.

– Пойдём, поглядим, – раздражённо фыркнул Дориан.

– Чего-то ты не очень рад хибарке, – усмехнулась Лили.

– Ещё не поняла? – чуть оскалился Дориан. – Рудольф поступил очень хитро. Подарив дом, он фактически привязал нас к городу. А значит есть большой шанс превратится в герцогских авантюристов на побегушках. Формально, теперь все, кто состоит в команде Сказка для дракона, являются подданным Эрлига.

– Вот скользкий тип! – сплюнула Лили. – Я бы сама никогда не догадалась до такого.

– Сбагрить особняк сразу скорее всего не получится, – продолжил рассуждать Дориан. – Нельзя легкомысленно продавать герцогские подарки, это может его оскорбить. С другой стороны, содержание дома влетит в копеечку. Раз недвижимость оформлена на команду, то и деньги на её содержание будем тратить из общего дохода команды, а значит каждый недополучит какую-то часть суммы из наград за задания. Впрочем, нужно хотя бы взглянуть на него. Вдруг это вообще какой-нибудь сарай.

Они продолжили свою прогулку по улочке, слегка петлявшей между двухэтажными домиками. Приём у герцога продолжался до позднего вечера, поэтому сейчас уже было довольно темно. Дневной зной уступил место вечерней прохладе. На улице зажглись магические фонари, которые были повсеместно установлены в городе. Эти светильники сами загорались, когда солнце закатывалось за горизонт, поэтому даже ночью в Эрлиге было светло. Установкой освещения Рудольф озаботился десять лет назад, как только взошёл на герцогский трон, чтобы продемонстрировать красоту и богатство города. С тех пор количество фонарей только увеличивалось. К настоящему времени негасимые огни Эрлига стали его визитной карточкой, привлекая немало туристов и путешественников всех мастей.

Фонари, несомненно, были дорогим удовольствием, но и герцог был не промах, переложив часть расходов на гильдию магов, а та в свою очередь стала привлекать студентов университета к работам по установке и пополнению магического запаса в светильниках. Принцип действия фонарика заключался в том, что на кристалл кварца как на свиток наносили письмена и руны заклинания освещения, а затем толковый школяр наполнял его свое магией. Заряда хватало на месяц, дальше кристалл приходилось заполнять манной по новой. Недостатка магов город не испытывал, поэтому и фонари всегда было кому заряжать, к тому же работа неплохо оплачивалась, что было хорошим подспорьем для вечно бедных студентов.

Раз в городе было всегда светло, то и жизнь не замирала в нём с заходом солнца. На улице Негоциантов, по которой шли авантюристы, было много народу, несмотря на поздний час. Все таверны и лавки, встреченные Дорианом и остальными по дороге, были открыты, завлекая посетителей пёстрыми вывесками, подсвеченными ещё ярче, чем фонари. Заведения, расположившиеся на улице, были настолько разнообразны, что у друзей закружилась голова. По пути им встретились харчевни «Пляшущий окорок» и «Нажористая тарелка», магазин волшебных книг «Книжный червь», странный магазинчик под названием «Дом масок мадам Буль», несколько лавок травников, три алхимические мастерские, магазин доспехов «Бронемаг», лавка волшебных палочек и жезлов «Острое Решение», мастерская портного с помпезным названием «Дворец новых мод», и всё это на одной улице.

– Если верить тому прохожему, что показал нам дорогу, до площади уже недалеко, дружище, – прогнусавил Альварес. – Нужно пройти по этой улице, и мы, считай, уже на месте.

– Он только услышал про площадь Патрициев, так сразу вытянулся как струна, – хихикнула Лили. – Должно быть там живут одни богатеи да начальники.

– У меня плохое предчувствие, – немного обеспокоенно пояснил Дориан. – Уж больно он испугался, как только мы назвали ему адрес. Не удивлюсь, если окажется, что подарок будет с обременением.

– Да полно тебе, дружище! О, а там впереди не наша площадь?

– А Боров-то прав! Точно, она.

– Боров?! Как грубо!

***

Буквально через несколько минут, улица, что вела авантюристов влилась в большое открытое пространство под названием площадь Патрициев. Участок был почти правильной круглой формы. В центре площади бил фонтан, в центре которого была установлена статуя тучного мага с посохом или жреца, борющегося с монстром. По бокам пространства возвышались расписные фасады богатых купеческих домов. Все строения на площади имели три этажа. А несколько из тех домов ещё могли похвастаться и маленькой башенкой, плавно выраставшей из конька крыши. Все дома были красиво украшены декором и красками. Все, кроме одного…

Дом номер девять выглядел так, словно являлся эталонным заброшенным домом. Облупившаяся краска морщилась хлопьями подобно мху, придавая фасаду неопрятный вид. Деревянные балки его потрескались. Где краска сошла совсем, создавалось впечатление, что они вот-вот подломятся под тяжестью конструкции. У части окон были выбиты стёкла. На первом этаже не было ни одного целого окна. Не смотря на позднее время, было прекрасно видно, что на крыше в черепице зияли прорехи. Во время дождя в доме, видимо, начинался настоящий потоп. Единственное, что в хибаре внушало доверие, так это входная дверь. Сделанная из дубовых досок, она стойко пережила все невзгоды, словно одинокий страж, защищая вверенное ей имущество.

– Дружище, я смиренно готов уступить тебе свою часть дома, – пробормотал ошарашенный Альварес.

– Даже не надейся, – ухмыльнулся Дориан.

– Это же просто рухлядь! Давайте спалим его, а участок толкнём?

– Сомневаюсь, что герцог оценит этот жест, Лили, – выдохнул Дориан. – Но идея мне определённо нравится.

– И что теперь? – сморщил физиономию Альварес.

– Ну, можно хотя бы войти, – неуверенно пробормотал Дориан, одновременно с этим приоткрыв дверь. Тут же приключенцев обдало затхлым запахом заброшенности. Дориан аккуратно пробрался сквозь полуоткрытую дверь, за ним последовала Лили, сразу же прикрывшая нос ладонью. Для Альвареса проход оказался слишком узок, и южанин дёрнул дверь. Раздался душераздирающий скрип, будто дом верещал, сообщая о незваных гостях. Альварес развёл руками и ввалился следом за остальными.

Дориан зажёг магический огонёк, и внутренне пространство осветилось мягким зеленоватым светом. Внутри строение оказалось таким же заброшенным, как и снаружи. По сравнению с ним дом травницы Агнолитель был образцом уюта и порядка. Просторный холл, неприветливо встретивший новых хозяев, был сплошь заставлен хламом и мебелью, накрытой серыми тряпками, которые частично превратились в труху. Половицы угрожающе скрипели каждый раз, когда друзья делали шаг. Стены дома когда-то были обклеены дорогими обоями, которые сейчас свисали целыми пластами. Кругом виднелись следы жизни мышей, а может даже и крыс. Грызуны добрались даже до картин, висевших в изобилии на стенах. С них на авантюристов сурово взирали исполненные благородства и достоинства лица в дорогих одеждах.

Нордвинд пробрался дальше и попытался подняться на второй этаж по лестнице, но его нога провалилась в первую же ступеньку, и лидер отказался от этой идеи, вернувшись назад ко входу. Остальные последовали за ним.

– Определённо, шарится по заброшенному дому ночью, была не самая хорошая идея.

– Полностью с тобой согласен, дружище. Не хотелось бы, чтобы мне на голову опустилось что-нибудь увесистое.

– Самое увесистое здесь – ты, боров, – хихикнула Лили. – И я уж точно не хочу, чтобы такая туша свалилась на меня с хлипкой лестницы.

– Сеньорита, зачем вы так со мной! У меня просто кости широкие.

– Это уж как-то слишком. Мне кажется, стоит извиниться, – осуждающе осадил лучницу лидер.

– А чего я такого сказала-то?

– Лили…

– Ну, хорошо, хорошо. Альварес, ты, это… извини в общем, я ж не со зла, – насупилась пристыжённая Лили.

– Ничего страшного, сеньорита, – примиряюще промямлил Альварес. – Я совсем не обиделся.

– Вот и отлично, Боров, пора выбираться из этой рухляди! – озорно подмигнула лучница.

– Боров?! Сеньорита, вы неисправимы! Кстати, тот постоялый двор, который порекомендовала госпожа Этна всё ещё открыт? Не хотелось бы ночевать внутри заброшенного особняка?

– Она точно сказала, что гостей они принимают круглосуточно. К тому же один из слуг в герцогском замке тоже рекомендовал мне этот постоялый двор, и я распорядился, чтобы наши вещи отвезли туда. Герцогские работники уже обо всём позаботились.

– Вот и отлично, Дориан, – обрадовалась Лили. – Я уж испугалась, что придётся тащится за поклажей обратно в замок. Осталось только найти этот гостевой дом. Как он там назывался?

***

Постоялый двор «Чудеса мира» расположился в пяти минутах ходьбы от городских ворот, в которые недавно вошли авантюристы, оттого дорога туда оказалась неблизкой. Приключенцы добрались до намеченной цели лишь за полночь. Хорошо хоть магические фонари на улицах горели исправно, оберегая путь от темноты. Как и сказал Дориан, заведение работало круглосуточно, о чём говорила большая надпись сразу под вывеской.

– Добрый вечер, господин герцогский посланник! – пробасил крупный мужчина с пышными усами, как только приключенцы зашли внутрь. – Позвольте представится, Руфус Мускат, хозяин этого скромного заведения.

– А здесь всех постояльцев встречает владелец? – любезно спросил Дориан, пожав собеседнику руку.

– Конечно, нет. Только тех, кого порекомендует несравненная Этна, – гостеприимно улыбнулся Руфус.

– Дориан! – окликнула лидера копейщица, сидевшая за столиком слева от входа, рядом с ней расположилась жрица Адель. – Присоединяйтесь!

«Чудеса мира» было типичным заведением, поэтому первый этаж выполнял функции как холла, так и таверны. Но в отличии от Каменной Головы в Горгоне, обедать сюда пускали только постояльцев, так что все здешние столики были пусты, кроме одного, занятого Этной и Аделью. Такая политика не могла не сказаться на цене проживания в постоялом дворе. Она, откровенно говоря, кусалась, но для команды Дориана, состоящей из странных особ, этот гостевой дом оказался просто находкой. Меньше постороннего народу – меньше расспросов, а значит и проблем. Дориан и так беспокоился, что наговорил герцогу много лишней информации, которая могла аукнутся для команды дальнейшими неприятностями, поэтому лидер решил, что в дальше стоит быть поосторожнее, по крайней мере пока они находятся в городе.

– Что там с Фридой? – сходу спросил Адель Дориан.

– Хорошая новость – болт удалось извлечь.

– А плохая?

– Как я и говорила, плечевой сустав придётся упорно лечить. Твоей сестре предстоит долгая реабилитация.

– Сколько именно времени?

– На данный момент трудно сказать, но через пару дней ситуация должна проясниться – прикинула жрица, посмотрев куда-то в потолок. – Сейчас ей дали успокоительное и она отдыхает после операции. Навестишь её завтра, сам спросишь врачевателей.

– Ясно…

– Скажи лучше, как всё прошло в замке? – с ехидной ухмылкой на лице поинтересовалась Этна.

– И не спрашивайте, сеньорита, – пожаловался Альварес вместо Дориана, тяжело развалившись на стуле. – Нас сделали владельцами совершенно неуместной недвижимости.

– Уж не особняк ли фон Ротте впарили? – поинтересовался хозяин.

– Площадь Патрициев, девятый дом, – пробормотал Дориан, ковыряясь вилкой в тарелке с только что принесённым рагу.

– Он и есть, – вздохнул Руфус так, словно хотел выразить соболезнования.

– Я где-то уже слышала это имя, – ляпнула Лили. – Кто вообще эти фон Роты, или как их там?

– Был раньше в городе такой знатный род, – пояснил трактирщик. – Да весь вышел. Семейство фон Ротте обанкротилось ещё во времена моего дедули. Лет пятьдесят до сегодняшнего дня особняком владели уже не они, но название осталось. Красная ведьма была последней из них.

– Так уж и ведьма? – переспросил Дориан.

– А как её ещё называть-то? Вы же слышали, наверное, про студентку-магичку которая призвала демона. Вот её здесь и зовут «Красной ведьмой».

– Может, расскажете? – осведомился Дориан. – А то мы слышали только общие фразы.

– От чего не рассказать? Случилось это двадцать лет назад. Жила-была, значит, эта… Мартиана вроде её звали или Мартиция. Училась на магичку, хвалили её там. Но нашла коса на камень. Застукали её как-то, что промышляла демонологией, ну, и потащили, как тогда водилось, на костёр. На площади Патрициев, напротив её родового особняка, всё и организовали. Толпа собралась – еле вместились. Я тоже хотел пойти, но отправил меня тогда папаша за продуктами на село, до сих пор ему за это благодарен. Короче, как стали ведьму жечь, она возьми и призови демона. И не просто зубоскала какого, а, видать, дружка своего. Демон рассвирепел. Начал огнём пулять. Половина герцогской семьи там в пепел превратилось. Они на свою голову все припёрлись на казнь посмотреть, им и выделили места в первом ряду. Народ обезумел. Ломанулся кто куда. А демон совсем с катушек слетел. Говорят, что орал про возмездие, и что сам всем тут казнь устроит. Но из толпы вышел никому неизвестный тучный жрец и стал с демоном сражаться.

– Да они все тучные, не зря же их жрецами называют, – хихикнула Лили. – Потому, как каждый жрёт за двоих.

– Вы, барышня, у нас так не говорите, – предупредил лучницу трактирщик. – У нас жрецам Алой почёт и уважение.

– Поведайте, а что же было дальше, сеньор!

– Так вот, сражались они люто. Победил-таки жрец демона, изничтожил, но и сам от ран слёг. А ведьма пропала, так её и не нашли. Говорят, что сгорела в огне своего же демона. Вот такая мораль. У нас в городе нет семьи, которой так или иначе не коснулось бы это. На площади тогда полгорода собралось. Кто поранился. А кто и погиб. Зато теперь прибыток.

– Это ещё как? – задумчиво спросила Адель, внимательно слушавшая на протяжении всего рассказа хозяина постоялого двора.

– Очень просто. Уже седьмой год подряд проводится фестиваль. Один балагур надевает костюм демона, а какой-нибудь детина наряжается в рясу жреца и на площади потешно мутузят друг друга. Заканчивается всё победой монаха, а вечером фонари тушат и сжигают большое чучело ведьмы. Всем весело. Туристов много приезжает посмотреть.

– Оригинально, – удивилась жрица, мельком взглянув на Лили.

– Не то слово! – поддержал трактирщик. – А знаете, кто всё это придумал? Мажордом. Он, конечно, плут и пройдоха, но деньги умеет делать практически из ничего. Все сначала ворчали. Трагедия всё-таки. А он шутовство из неё сделать вздумал. А теперь никто уж себе жизнь без этого фестиваля не представляет. Так всё великолепно получилось. Если на две недельки у нас задержитесь, то и сами увидите. Фестиваль-то не за горами!

– И всё же вернёмся к дому, – прервал трактирщика Дориан. – Я немного не понимаю. Если семейство фон Ротте лишилось недвижимости давно, то почему он до сих пор пустует?

– Это уже другая легенда, – пояснил Руфус. – Поговаривают, что дом проклят.

– Приехали, – издала нервный смешок Лили.

– Дом ведь отобрали за долги. Ходит слух, что прежний хозяин дома Герхард фон Ротте наложил на него проклятье. С тех пор особняк сменил несколько десятков владельцев, но не один в нём не задержался. Приглашали туда и магов, и жрецов. Пытались очистить. Только тщетно это. Не выдерживали новые хозяева, сбегали. А кого хибара и напрочь изводила. Я ещё что вспомнил. Красная Ведьма дом ведь выкупила. Наколдовала демонского золота и дом себе вернула. Её из него и вытащили, когда жечь собрались. На своих, видимо, проклятье тоже действует. После неё особняк окончательно отошёл герцогской казне, как имущество преступника.

– А сейчас ведьм в городе не жгут? – вкрадчиво осведомился Дориан.

– Не! Куда там. Особым указом герцога запрещено казнить еретиков и ведьм в пределах городских стен, чтобы не повторилась трагедия. Для этих целей выделили специальное место поодаль от Эрлига. Туда и возят.

Послышался звон городского колокола, возвестившего, что наступил час ночи. Дремавший в углу лакей встрепенулся на стуле и заозирался по сторонам. Трактирщик, увидав это, махнул работнику рукой. Тот виновато кивнул и побежал собирать пустые тарелки, оставшиеся после позднего ужина.

– Уберёшь со стола и свободен, – строго отчеканил Руфус лакею. – А вы, гости, пойдёмте. Покажу ваши комнаты. А то заговорил я вас, а вам отдохнуть надо.

– Сеньор, это то, что больше всего нам требуется. – сгнусавил Альварес.

– Мягкая постель! – воскликнула Лили.

– Не извольте беспокоится, – продолжал трактирщик. – Сейчас всё организуем. Комнаты у нас на втором этаже.

Интерлюдия 3. Триумф

– Таким образом, можно уверенно утверждать, что слово «Эрлиг» эльфийского происхождения. Доклад окончен спасибо за внимание! – Марта выдохнула, стоя за трибуной в зале для приёмов колледжа. На многочисленных скамейках расположилась уйма людей. Большая часть из них были профессора и преподаватели из окрестных заведений. Умудрённые опытом старички внимательно и самозабвенно слушали выступление, ловя каждое слово простой студентки.

– Б… браво! – не выдержав, надрывно прокричал один из профессоров из зала. – Это подлинное открытие! Я думаю, что выражу мнение большинства, если скажу, что это был великолепный доклад.

Тишина сменилась оглушительными овациями. Корифеи своего дела, до которых Марта и не мечтала добраться, с упоением аплодировали ей. Теперь всё будет по-другому. Теперь её признали, как равную. Приняли в «клуб».

Спустившись с трибуны Марта прошествовала на своё место в зале, но сделать это оказалось совсем не просто. Люди, мимо которых она проходила, останавливали её и принимались пожимать ей руки, расплываясь в поздравлениях и хваля её способности.

– Если надумаете преподавать, мы рады видеть вас в своих рядах! – любезно протараторил ректор колледжа Естественной магии. Это был тот самый злобный старичок, которого боялось всё студенчество.

– Эй! Не переманивай кадры, нахал! – погрозив кулаком, выкрикнула почтенная дама с соседней скамейки. Марта с удивлением узнала в ней свою деканшу.

Когда публика успокоилась, выступления продолжились. И Марта с гордостью отметила, что ни один из докладчиков не удостоился таких почестей, а ведь они все были уже состоявшимися исследователями и волшебниками. Девушку распирала гордость. Тяжелее оказалось высидеть до окончания семинара, чем самой докладывать перед толпой.

***

Семинар закончился глубоко за полночь и Мартиана брела по темной улочке к себе домой. Месяц назад она рассказала Этельреду о особняке, некогда принадлежавшем её семье, и демон тут же выкупил его. Оформление документов потребовало некоторого времени, но неделю назад сделка была заключена, и Марта смогла переехать в свой первый собственный дом. Тот самый заброшенный дом, в котором они впервые встретились с демоном.

Особняк был весь завален хламом. Мартиане пришлось всё свободное время тратить на расчистку завалов, но всё, что ей удалось сделать, это подготовить к проживанию одну единственную комнату. Этельред же несколько дней назад отбыл из города вместе с архимагом с визитом к одному из местных феодалов и должен был вернуться только в воскресенье, заявив, что отныне они будут жить в особняке вдвоём. Марта не возражала. Они и так уже не шифровались. Весь город сплетничал, про нахальную студентку, которая сумела охмурить эльфа Ээтира.

Марта пробралась сквозь нагромождения мебели на первом этаже. Девушка мысленно пожалела, что попросила Этельреда ранее стащить шкафы и полки в холл. Но она сама решила разобрать мебель на нужную и ту, которую требуется выкинуть. Так-как Этельред обещал организовать телеги для вывоза хлама по приезду. До этого первый этаж был пустым и именно здесь Мартиана нарисовала круг призыва ранее.

Не без проблем добравшись до лестницы, Марта поднялась на второй этаж и отворила дверь в её комнату. Здесь магичку ждали комфорт и уют. Этельред как-то заколдовал помещение и теперь время там почти остановилось. Горячая тарелка с похлёбкой, оставленная Мартой утром, была по-прежнему тёплой. Не смотря на невероятные яства, которыми её почивали в лучших ресторанах на деньги демона, Марте всё равно больше по вкусу была простая еда, вроде хлебной похлёбки, что приводило в недоумение Этельреда. Он-то любил изысканные блюда, а от еды бедняков плевался.

Девушка рано потеряла родителей. Отец её спился и умер, а мать после этого продержалась лишь пять лет. Дальше Марте пришлось крутится самой, но она справилась. Устроилась к знакомой её матери официанткой в таверну, а затем смогла сотворить почти невозможное. Поступила в колледж на место со стипендией. Жизнь стала потихоньку налаживаться. У неё появились подруги. Ещё пять лет назад она и подумать не могла, что будет дружить с аристократкой Жюли. А сейчас всё и вовсе стало прекрасно. Теперь богатенькие и родовитые дворяне оказались в числе догоняющих. А Марта была на коне.

Происхождение Этельреда в какой-то момент престало заботить её. Он не был похож на демона, которого описывали в учебниках. Более того, он был более человечен, чем многие жители, олицетворяя собой идеал галантного мужчины. Марта не могла не влюбиться. У неё просто не было выбора. По крайней мере, так она успокаивала себя.

Закончив с едой, девушка улеглась на кровать не раздеваясь, и, пошарив рукой в тумбочке, достала оттуда книгу, которую она никому никогда не собиралась показывать. «Мартиана фон Ротте. Усовершенствование призыва Грано» гласило название. Этот труд она закончила писать до того, как призвала Этельреда. После общения с ним и расспросов о Нижнем мире, многое в этой книге ей стало казаться смешным и несуразным. Особенно её забавляла причина, по которой демоны не отваживались назвать имя главы клана Повелителей снов. Как-то Этельред поведал подробности. Марта ещё никогда так не смеялась. Но этот труд, несмотря на сомнительную актуальность, всё равно был для неё очень дорог, ведь исследование призывов позволило ей встретится с Ним.

Её внимание привлекли звуки внизу. Кто-то бродил по первому этажу. Марта обрадовалась. Похоже, что Этельред приехал раньше запланированного, а значит можно поделиться с ним радостной новостью про прекрасно прошедшее выступление. Её усталость как рукой сняло.

– Эт, как хорошо, что ты вернулся! – радостно выкрикнула Марта, выбегая из комнаты.

Глава 5. Схола Элементум

Знаменитый на весь мир университет магии занимал целый городской квартал Эрлига. На самом деле это не была монолитная организация, а, скорее, конфедерация нескольких колледжей со своим управлением, внутренними уставами и программами обучения студентов. Во главе каждого такого колледжа стоял ректор. Совет университета состоял из всех ректоров его колледжей. А они уже избирали главу всего университета, который получал титул архимаг, присваиваемый на всю жизнь. Причём глава обязательно должен был быть не из числа ректоров. В то же время должность архимага имела скорее представительные функции, чем реальную власть. Основные вопросы управления решались на собрании ректоров, а архимаг являлся чем-то вроде символа для магического сообщества. Пример для студентов и авторитет для преподавателей. Должность архимага на текущий момент занимал Бедвир Лайонс – боевой волшебник, известный своей впечатляющими запасами маны. Архимаг был постоянно в разъездах, но на данный момент находился в городе, о чём говорил развивающийся флаг на флагштоке над центральным шпилем университета.

Дориан и Лили миновали университетские ворота. Охранник пропустил их без вопросов, как только увидал грамоту от герцога. Подозвав одного из школяров, Дориан попросил его показать, где искать профессора Форшера. Оказалось, что преподаватель работает в колледже Элементов, специализирующимся на магии стихий. Школяр даже проводил авантюристов до основного аудиторного корпуса, засыпав по дороге глупыми расспросами, от которых у Дориана заболела голова. Наконец, ученика удалось отправить по своим делам, а двое друзей направились по длинному коридору, в поисках нужной аудитории.

– Ты с утра был у Фриды. Как она? – поинтересовалась Лили, попутно рассматривая номера попадавшихся по дороге кабинетов.

– Не очень хорошо, – честно признался Дориан. – Плечо скверно заживает. Лекарь говорит, что потребуется ещё операция.

– Проклятье!

– Зачем она только выпила это поганое зелье? – пожаловался Дориан. – Обычно, Фрида не действует так безрассудно. Что на неё нашло?

– Да уж.

– Целитель сказал, что главная проблема заключается в неправильно регенерировавших связках. Левая рука у неё почти не двигается. Для неё такой исход – сродни катастрофы. Она же музыкант.

– Но врачеватели же всё поправят? Её ведь вылечат?

– Пока много неясностей, но шанс у неё есть. Так сказал врач.

– Всё будет в порядке. Она баба с характером. Справится, – попыталась подбодрить лучница.

– Надеюсь, что так. Я же с самого начала не хотел её брать, – признался Дориан. – У барда в команде авантюристов всегда очень рискованная роль.

– Точно. Враги обычно стараются выбить певунов первыми, – бесцеремонно согласилась Лили.

– Я ей ещё в Горгоне говорил, чтобы надела хотя бы кожаную куртку.

– Тут уж как повезёт. Борова вон и кираса не спасла от вампирского кулачка. Интересно, он вообще собирается прикупить себе чего-нибудь взамен? Не с дырой же в броне ходить?

– Этна обещала показать хороший магазин бронника. Похоже, она часто бывает в Эрлиге.

– Слушай, а тебе не кажется, что эта копейщица, не та, за кого себя выдаёт?

– У тебя отличная наблюдательность, – похвалил лучницу Дориан. – Она, скорее всего, дочка крупного аристократа.

– Серьёзно? – выпучила глаза Лили.

– Владения её отца на востоке, в королевском домене.

– Это ещё почему?

– Не догадалась? – чуть ухмыльнулся Дориан. – Очевидно, что у неё натянутые отношения с Эрлигом. Восточные дворяне традиционно не дружат с северными. И это давняя вражда длится чуть ли не с основания королевства. Тогда лидером аристократов с востока был маркизский род Альба, позже ставший королевской династией Статеры. Им противостояли герцоги Эрлигские. Если бы история повернулась чуть по-другому, Эрлиги сейчас бы правили страной.

– Ни чего себе! Откуда ты всё это знаешь? – присвистнула Лили.

– Приходится знать, – поморщился Дориан. – Маркиз ниже герцога по статусу. Вышло, что основатель королевской династии прыгнул выше головы, обойдя Эрлигов, с точки зрения которых Альба – просто выскочки. Северные дворяне до сих пор оппозиционно настроены к королевской семье, хотя и не выражают этого в открытую. Впрочем, никто же не запрещает исподтишка вставлять палки в колёса. Поговаривают, что прошлое восстание, которое удалось блестяще подавить королеве-матери, финансировалось северными аристократами. Королевские дознаватели не смогли добыть доказательств измены, но осадочек, как говорится, остался.

– У меня сейчас черепушка лопнет, – помотала головой, сбитая с толку Лили. – А курфрюст высокий ранг среди аристократов?

– Не даёт покоя происхождение? – улыбнулся Дориан. – Курфюрст более-менее будет равен герцогу.

– Врёшь!

– Чистая правда, только нос не задирай!

– Да я чего… – растерялась Лили. – Подожди. А где вообще эта комната? Мы уже вечность тащимся, а дурацкие двери всё никак не кончатся. И напомни, зачем мы вообще ищем того Форшера? Они же с Лаэнре не были родственниками.

– Конечно, не были. Всё дело в том, что бедняга учился по квоте. Эльфы заплатили за место в университете авансом. Лантир попросил меня сообщить, что Лаэнре погиб. И, как бы это цинично не звучало, нужно договориться с куратором о другом студенте, который займёт освободившееся место. Обучение на мага стоит недёшево, просто подарить эти деньги университету – для наших эльфов непозволительная роскошь, учитывая бедственное положение, в котором они оказались.

– И они уже решили, кого отправят вместо паренька?

– Скорее всего Агнель, – предположил Дориан, немного задумавшись. – Других кандидатур у них нет, а она уже великолепно колдует. Осталось только подтянуть теорию.

Колледж, в котором работал профессор Форшер, назывался «Схола Элементум». Основными программами обучения там, как явствовало из названия, были дисциплины, связанные с магией элементов и стихий. В основном это были довольно мирные профессии вроде погодной магии, но в стенах этого заведения читали и курс боевого волшебства тоже. На самом деле боевая магия переживала не лучшие времена. Какой-нибудь агромаг, применяя свои навыки на практике, зарабатывал на порядок больше денег чем колдун на довольствии в войске, в отличие от боевого волшебника ничем не рискуя. Количество магов, использовавших свои навыки в сражении, за последние пятьдесят лет резко сократилось. Среди авантюристов всё чаще встречались колдуны-недоучки, в то время как специалисты с полноценным дипломом волшебника в приключенцы шли неохотно, предпочитая скитанию комфортные должности в городах.

Это подтверждали и надписи на дверях кабинетов, мимо которых проходили Дориан и Лили: «Магическое горное дело», «Кафедра Дождеобразования», «Теоретическая трансформация металлов», «Кафедра бытовой магии», «Кафедра сочетания элементов». Лили заинтересовала чуть подпалённая с низу дверь, на которой, чуть криво висела табличка «Огневая кулинария».

Профессор Форшер нашёлся в одной из аудиторий почти в самом конце коридора, где он читал лекцию студентам. Заметив, что дверь открылась, он прервался и попросил студентов посидеть молча пять минут.

– Это не могло подождать до конца занятия? Кто вы вообще такие? – недовольно спросил преподаватель.

– Простите, профессор, мы – авантюристы, – начал Дориан. – Наверное, вы знаете, что недавно в городе эльфов случилась резня. Мы как раз оттуда. Мы пришли сказать, что ваш ученик Лаэнре не пережил битвы. Он храбро сражался, но враги оказались сильнее его.

– Что… – тихо вымолвил Форшер. – Б-бедный мальчик. Там в аудитории есть те, кто его знал. Подождите пару минут.

Профессор снова вошёл в аудиторию. Ещё какое-то время из-за двери был слышен только его сбивчивый голос, а затем класс оглушительно загалдел. Дориан приоткрыл дверь и увидел, как пожилой преподаватель сидел на своём стуле и плакал. Рядом с ним столпилось несколько испуганных учеников. Остальные студенты выглядели не менее растерянными. Несколько девушек тоже не сдержали слёз. Похоже, Лаэнре в колледже знали и очень любили. Собравшись с силами, профессор заявил, что не может продолжать занятие и отменил его.

– Простите, – обратился Форшер к Дориану вытирая очередную слезу. – Такой талантливый мальчик, такой способный. Он ведь был терцией, понимаете? Через какие-нибудь пять лет мир получил бы выдающегося мага.

– Нам очень жаль, – понурив голову, произнесла Лили.

– Я бы хотел знать, как это произошло, – спросил профессор, но тут же осёкся, уставившись на Лили. Выпучив глаза, профессор стал нервно осматриваться по сторонам. – Быстро, в мой кабинет!

Ни сказав больше ни слова, преподаватель схватил за руку остолбеневшую Лили и потащил её прочь по коридору. За ними поспешил и Дориан.

– Как тебя зовут? – выпалил Форшер, закрыв изнутри дверь своего кабинета.

– Лили Купер… – оторопев, тихо сказала лучница.

– Купер, да? – усмехнулся профессор. – Кто тебя ещё видел в городе?

– Простите, профессор, мы не совсем понимаем о чём вы? – вмешался Дориан

– Эрлиг наихудшее место для тебя! – выпалил Форшер погрозив пальцем перед Лили.

– Профессор? – недобро взглянул на преподавателя Дориан. – Может, вы всё же объяснитесь?

– Чего объяснять? – усмехнулся Форшер. – Судя по твоим словам, ты прекрасно понимаешь, кто на самом деле особа, что стоит рядом с тобой.

– Допустим, что знаю, – оскалился Дориан.

– Убери свою воинствующую рожу, – нервно вздохнул профессор. – По крайней мере ясно, что ты ей не враг. Как и я, впрочем.

– Дориан, он говорит о чём я подумала?!

– Глупая девчонка, зачем ты появилась в Эрлиге? – рявкнул Форшер. – Здесь слишком многим знакомо твоё лицо. Точнее лицо твоего… отца, памятуя, что он тут устроил двадцать лет назад. Я столько усилий приложил, чтобы Марта сбежала тогда. А ты всё пустила под откос.

– Я?! – взвизгнула Лили, услыхав имя своей матери.

– Я, кажется, начинаю понимать, – немного смягчился Дориан. – Вы знали мать Лили?

– Что значит, знал? – раздражённо спросил Форшер. – Подождите. Вы хотите сказать, что она…

– Мама умерла пять лет назад, – прошептала лучница. – На ферму заявились охотники из Алого Храма.

– Всё-таки нашли… – пробормотал профессор.

– Мама мне ничего не рассказывала о себе. Я до недавнего времени думала, что она просто селянка.

– Марта Купер – «просто селянка», – хмыкнул Форшер. – И как её звали на самом деле, она тебе не сказала?

– В смысле?! – выпучила глаза Лили.

– Понятно. Твоей матерью была не кто иная, как Мартиана фон Ротте. Последняя в роду фон Ротте, известном своими искусными красными барьерам. Род считал свою родословную от самого Констанциуса Медного – предполагаемого апостола Алой Богини, который проживал ещё во времена Старой империи.

– Да не может быть! – выкрикнула Лили.

– Но это так, – резюмировал профессор. – Именно ваша матушка – та самая пресловутая Красная Ведьма, которая призвала демона, устроившего погром в Эрлиге.

– Я слышал, что эта особа погибла в огне своего же демона, и, следовательно, матерью Лили быть не может, как-то не вяжется с вашим рассказом, – возразил Дориан.

– Слышал он, – огрызнулся Форшер. – Если записать, что я слышал о том событии, молодой человек, хватит на десяток фолиантов. Обыватели могут болтать всё, что им угодно, но это никак не повлияет на свершившиеся факты. Ни в каком огне Марта не сгорела, мне это прекрасно известно, потому что тем человеком, который помог ей сбежать, был я.

В кабинете повисла гнетущая тишина. Форшер отвернулся от своих собеседников, видимо, размышляя, как быть дальше. Профессор подошёл к окну и какое-то время пялился туда, наблюдая за стайкой студентов, беззаботно скакавших около дерева во дворе, передразнивая друг друга. Обескураженная Лили, поглядывая то на Дориана, то на Форшера, захотела что-то сказать, но вместо этого одна из прядей волос лучницы начала стремительно краснеть. Дориан положил свою руку на плечо Лили, и та, опомнившись, взяла над собой контроль. Форшер, тем временем сообразив в голове некий план действий, прервал своё молчание:

– Сколько человек знает, что вы в городе?

– Считайте, что весь Эрлиг, – выдавил из себя Дориан. – Вчера вечером герцог пригласил нас на свой приём.

– Отрыжка тролля! – выругался Форшер. – А на том приёме была придворная волшебница?

– Если вы о Жюли Гвидиче, – пояснил всё более мрачневший лицом Дориан. – То она сидела с нами за одним столом, сразу по левую руку от герцога.

– Она школьная приятельница твоей матери, – обратился Форшер к Лили. – И она знает твоего отца в лицо. Она присутствовала при его первом призыве.

– Мне с самого начала показалась, что эта тётка на меня как-то странно смотрит, – припомнила Лили, издав нервный смешок. – Я ещё подумала, что это из-за того дурацкого платья, которое заставили меня надеть.

– Нам стоит её опасаться?

– Опасаться Жюли стоит всем, – выплюнул Форшер, поморщившись. – Эта хитрая лиса держит весь город на коротком поводке. Раньше она всегда старалась находится в тени Марты, особо не отсвечивая. Но после печальных событий быстро пошла в гору. Закончила университет в качестве лучшей ученицы потока. А дальше виртуозно влезла в окружение герцога, пройдясь по дюжине голов.

– Герцог не выказал нам ни капли враждебности, – стал рассуждать Дориан. – Наоборот, он был нам искренне рад. Я могу побиться об заклад об этом. Может, вы немного приукрашиваете ситуацию, профессор?

– Тем более Эрлиг резкий и прямой как болт от арбалета, – поддакнула Лили. – Если бы он захотел меня вздёрнуть, я бы уже болталась на городской стене. А Дориана есть охранная грамота, которую сам Эрлиг и выдал, я правильно говорю?

– Я всё ещё являюсь посланцем герцога, грамоту он не отозвал. Она бессрочная. А моих товарищей, включая Лили, назвали «моими людьми», они официально вписаны в бумагу.

– Тогда я ничего не понимаю, – пробормотал Форшер, снова подойдя к окну.

– Да и не уйти нам сейчас, – пробормотала Лили. – Сестра Дориана находится на лечении в городе.

– А лечение ей, случайно, не люди ли герцога предложили? – ухмыльнувшись, спросил Форшер.

– Подождите… – встрепенулся Дориан.

– Святая простота, – с горечью в голосе перебил его Форшер. – Неужели, до вас только сейчас дошло, что вашу родственницу банально взяли в заложники?

– Я иду за Фридой, – решительно выпалил Дориан, обратившись к Лили. – Передай остальным, мы сваливаем из города как можно быстрее.

– Подожди, подожди, – осадил Нордвинда Форшер. – Сейчас главное – не наделать глупостей. Пусть думают, что вы ничего не подозреваете. Да и вряд ли они что-нибудь решаться сделать твоей сестре. Какой тогда смысл в заложнике? Я немного поразмыслил и сейчас склоняюсь к выводу, что власти заняли выжидательную позицию. С одной стороны, избавится от демона – самое очевидное решение проблемы, но, похоже, эта точка зрения не основная.

– О чём вы вообще? – раздражённо спросил Дориан.

– Видимо, любопытство, на данный момент пересилило страх. Господа решили понаблюдать…

В закрытую дверь кабинета постучали. Стук раздался как гром по среди ясного неба. Профессор подпрыгнул на месте, но тут же сориентировался в ситуации и резко схватил свой посох из шкафа, кивнув при этом приключенцам.

– Профессор, вы там? – послышался из-за двери высокий мужской голос. – Откройте, пожалуйста! это я, Джеймс.

– Джеймс?! – узнал собеседника Форшер. – Прости, мне сейчас не до кого. Я узнал, что мой ученик погиб. Зайди попозже.

– Мне больше интересны ваши собеседники, – проявив потрясающую осведомлённость, заявил гость. – В ваших же интересах впустить меня.

– Этот Джеймс – глава магической полиции Эрлига, – шёпотом пояснил Форшер.

– Я не собираюсь никого из них арестовывать, – словно услышав последнюю фразу профессора, отозвался гость. – Но хотелось бы, чтобы вы представили меня, как следует.

– Хорошо, – вздохнув, пробормотал Форшер. – Я открываю. Но если ты меня обманул…

– Не обманул, не беспокойтесь, – когда щёлкнул замок, Джеймс протиснулся через полуоткрытую дверь, и, как только попал внутрь, тут же провернул ключ обратно.

Визитёр оказался мужчиной к сорока. На Джеймсе были одеты серые отглаженные брюки и белая рубаха, по верх которой сидела серая жилетка с тремя серебряными пуговицами, видимо, представлявшая с брюками один набор. Свисая на боку, болталась золотая цепочка от часов, спрятавшихся в одном из карманов жилетки. На плечах гостя франтовато висела синяя мантия, пристегнутая на манер плаща, позволяя рукам быть свободными.

Овальное чуть обветренное лицо пришедшего совсем не имело морщин. С него на авантюристов приветливо взирали широко раскрытые водянистые глаза. Свои серые волосы гость носил прилизанными назад, собрав их на затылке в тугой хвост. Джеймс был настолько идеально выбрит, что создавалось впечатление, будто щетина на его лице не росла вовсе. Визитёр приветливо улыбнулся, посмотрев на Лили, а затем поздоровался за руку с Форшером и Дорианом:

– Джеймс Джингл, шеф охраны магического правопорядка Эрлига, – добродушно представился он. – Как же хорошо, что удалось вас застать.

– О чём ты? – вкрадчиво спросил его Форшер.

– Ты точно дочка Марты, – проигнорировав профессора, подмигнул Джеймс оторопевшей лучнице. – Ты на неё совсем не похожа, но выражение лица у тебя один в один как у неё.

– Я вас где-то уже видела. – промямлила лучница, прищурив глаза.

– До сих пор не вспомнила? – улыбнулся Джеймс. – Ты же была совсем маленькой, когда я вас навещал на той ферме.

– Стоп, – вытаращила глаза Лили. – Дядя Джеймс?!

– Наконец-то догадалась! – расхохотался гость, раскинув руки в стороны. – Тебе лет пять было, наверно.

– Дядя Джеймс! – вскрикнула Лили.

– Я ведь просил тебя, не искать её, – приложив руку к виску, раздражённо посмотрел на Джеймса Форшер.

– И что? – с вызовом даже чуть нагловато осадил профессора гость. – Я хотел убедится, что с Мартой всё хорошо.

– И? Убедился? Может это ты привёл охотников к ней, сам того не желая?

– Нет. Меня бы они ни за что не вычислили, – погрустнел Джеймс. – Марту сдал местный священник, так мне сообщили мои источники.

– Священник? – переспросила с холодом в голосе Лили.

– Только не вздумай ему мстить, – серьёзно произнёс Джеймс, назидательно указав на лучницу пальцем. – Я не хочу узнать через месяц о жестоко растерзанном жреце. Ты меня поняла?

– Угу…

– Да при чём здесь какой-то несчастный жрец! – не выдержал Форшер, махнув в сторону Лили рукой. – Главное сейчас – вывести этих олухов из города. Жюли, должно быть уже придумала несколько способов устранения одной очень наивной демонессы.

– Тут всё не так просто. Мои источники сообщают, что герцог запретил трогать Лили.

– Серьёзно? – усомнился Форшер, недоверчиво уставившись на Джеймса. – Герцог и шагу не сделает, не посоветовавшись с Лисой.

– Она и советовала Рудольфу разобраться с демонессой как можно быстрее и решительнее, – пояснил Джеймс. – Но герцог её не послушал. Более того, они разругались после приёма. Лили в городе и пальцем никто не посмеет тронуть, если только не захочет испытать на себе гнев герцога.

– Чудеса, да и только, – пожал плечами профессор.

– Единственное объяснение, что у нашей Лили есть какие-то тайные покровители, – закончил Джеймс. – Такие покровители, которых сам Рудольф не смог проигнорировать.

– Это вряд ли, – усомнился Дориан. – Сомневаюсь, что в королевстве кто-то имеет возможность оказать такую протекцию, что сам герцог не сможет ей сопротивляться. Даже королевская семья на это не способна.

– В этом и есть главная интрига, – улыбнулся Джеймс. – События развиваются по невероятному сценарию, и я очень хочу понять, кто дёргает за ниточки. Представляете, профессор, герцог всучил им особняк фон Ротте, как награду за прошлое задание.

– Что?! Час от часу не легче. Это точно не совпадение.

– То есть вы хотите сказать, что тот сарай принадлежал моей мамке?! – почти подпрыгнула не месте Лили.

– Владела она им, честно сказать, около месяца всего, – припомнил Джеймс, приставив палец к подбородку. – Но когда-то хибарка действительно принадлежала семейству фон Ротте. Всегда было интересно посмотреть, что с этим домом не так.

– Дориан, мы же сегодня после обеда как раз хотели обследовать дом, – опомнилась Лили.

– Отлично, – обрадовался Джеймс. – Не против, если я составлю вам компанию? По мне, конечно, не скажешь, но я очень квалифицированный маг-созидатель.

– Созидатель? Это как?

– Никогда не слышала? Это способность превращать одно в другое. Вот, смотри. – Джеймс ловко схватил кусок мела, лежавший у Форшера на столе, и подбросил его в верх примерно на метр. Мелок сверкнул зеленоватым светом и упал на ладонь Джеймсу. Маг протянул раскрытую ладонь, на которой находился кусочек серебристого металла такой же формы, как и мелок.

– Не-невероятно! – по-детски удивилась Лили.

– Обыкновенное баловство, – проворчал Форшер, немного огорчившись, что лишился хорошего мелка. – Но это не отменяет того факта, что маги-созидатели – очень серьёзные специалисты.

– А ведь этот предмет был у меня самый нелюбимый в университете, – хихикнул Джеймс. – Я пять раз сдавал зачёт. Кто бы мог подумать, что это станет моей специальностью.

***

Когда авантюристы завершили свои дела в университете, почти наступило время обеда. Нужно было зарегистрировать официальное письмо от эльфов, что ученик погиб и предать прошение о зачислении нового на освободившееся место. Бюрократия в учебном заведении работала исправно, поэтому Дориану пришлось носится по корпусам и канцеляриям, чтобы получить все нужные подписи и печати. Административные работники и прочие клерки университета всячески пытались спихнуть с себя лишнюю работу и ответственность, перенаправляя Дориана с бумагой от одного служащего к другому. Лили в это время, по совету Форшера, осталась в его личном кабинете, чтобы лишний раз не отсвечивать. Именно по этому Дориану пришлось всё делать самому.

Бумажная волокита закончилась так же внезапно, как и началась. Старшего помощника библиотекаря колледжа не оказалось на месте, а без его подписи дальнейшее продвижение не представлялось возможным. Зачем на бумаге о замене студента потребовалась подпись помощника библиотекаря, тем более старшего, Дориан так выяснить и не смог, поэтому просто вернулся в кабинет Форшера. Профессор припомнил, что нужный библиотекарь взял три дня отпуска, следовательно, решение проблемы откладывалось самым естественным образом.

Поскольку наступил обед, Джеймс предложил сходить поесть в университетское кафе, оказавшееся довольно приличным заведением. Официантка, скорее всего студентка-магичка на подработке, приветливо кивнула четырём посетителям, приготовившись записать их заказ. Форшера она узнала сразу, это было видно по её глазам. Дориан и Лили удостоились любопытного взгляда, а вот синяя мантия Джеймса официантке сразу не приглянулась. Магическую полицию в среде студентов традиционно не жаловали, называя «нюхачами», в честь монстра, печально известного своим феноменальным обонянием.

Магическая полиция не являлась отрядом на службе герцога, а была формой местного самоуправления, организованная советом города. Формально герцог даже не мог командовать ими, но несмотря на это, магические силы правопорядка стойко ассоциировались у студенчества с властями и запретами. Джеймс пояснил, что доля преступлений, совершённых с помощью магии составляла двадцать пять процентов от общего числа и росла год от года. Студенты колледжей попадались, в основном, по мелочи. Серьёзные преступления совершались, большей частью, уже состоявшимися волшебниками. А главной задачей магической полиции и была борьба с криминалом, который прекрасно понимал все прелести волшебства в нечестной игре и всячески способствовал вовлечению новых кадров в свои тёмные делишки, однако же и относительно безобидные выходки студентов подходили под понятие «правонарушение», поэтому ученики университета регулярно попадались магическим патрульным.

Джеймс возглавлял магическую полицию уже пять лет. Во время его назначения на пост, многие горожане отнеслись скептически к его кандидатуре, считая, что нужен человек более жёсткого склада характера, но Джеймс Джингл быстро развеял эти подозрения, блестяще организовав несколько удачных операций по разгрому преступных группировок.

Не смотря на полдень, народу в кафе было немного. Не считая Дориана и остальных, занято было всего три столика, в основном преподаватели и прочие работники. Уплетая свой суп, Форшер посетовал на посредственные боевые навыки юных волшебников, чем привлёк внимание Дориана. Они разговорились, и профессор поведал, что давно вынашивал план по внесению основ магической самообороны в обязательную программу колледжа, но это новшество не нашло понимания среди руководства. Единственное, что удалось добиться, был факультатив, на который не записалось ещё ни одного учащегося.

– Факультатив – это отличная идея, – согласился с собеседниками Джеймс. – Не понимаю, почему среди студентов это не нашло понимания.

– Ты, когда учился, много таких факультативов посещал? – с горечью в голосе заметил Форшер. – Проблема современной молодёжи в том, что они патологически боятся причинить себе даже малейший вред. Банальная боязнь боли ставит на нет все профессиональные качества.

– А что, если в факультативе примут участие профессиональные авантюристы? – вдруг просиял Джеймс. – Студенты неохотно верят в способности преподавателей. Это неоспоримый факт. Другое дело, когда в мероприятии принимают участие люди, работающие, так сказать, в поле.

– «Люди, работающие в поле», – поморщился Форшер, – стоят слишком дорого для университетского кошелька.

– Но не для казны магической службы правопорядка, – торжествующе выговорил Джеймс. – Мы тоже заинтересованы в талантливой молодёжи, которая придёт нам на смену, а на подобных мероприятиях всегда можно приметить парочку способных ребят.

– Джеймс, я тебя умоляю. Если ученики узнают, что мероприятие проводится под эгидой властей города, не придёт ни один.

– А вы не говорите, что магическая полиция спонсирует мероприятие. Студентам об этом знать необязательно. Я со своей стороны могу договориться с сэром Донованом, чтобы он выделил несколько своих кадетов-рыцарёнков. Ещё можно обратиться к сестре Августине – в храме наверняка найдутся толковые жрицы-послушницы. Для них это тоже будет неплохой тренировкой. Одно дело лечить в храме, а совсем другое в боевых условиях.

– Это… может сработать, – пробормотал профессор, приложив палец к подбородку. – Но с Августиной разговаривай сам. Я эту старую мегеру на дух не переношу. Кроме того, ещё надо найти тех самых авантюристов, которые согласятся понянчится с детьми.

– Чего их искать? – улыбнулся Джеймс. – Они расположились с нами за одним столом.

– Мы?! – выпалила Лили.

– Вы же всё равно сидите без дела. У вас в команде двое официально с «B» рангом, а значит и вся команда законно имеет статус «B». На тренировку с опытными приключенцами сбежится толпа школяров, я вам обещаю. Может и для себя подыщите толкового мага.

– Дориан, что думаешь? – уставилась на Нордвинда Лили.

– Идея, безусловно, не плохая. Но сначала, я бы хотел разобраться со свалившейся на наши головы недвижимостью.

– Никто и не говорит вам про «сейчас», – продолжил свои уговоры Джеймс. – Тем более на организацию мероприятия потребуется время. Я же со своей стороны могу помочь вам решить проблему с особняком фон Ротте. У нас в штате есть специалист по проклятьям, и ему как раз сейчас нечего делать.

– Заманчивое предложение, – призадумался Дориан. – Но сперва дом нужно хотя бы обследовать, чтобы понять с чем мы имеем дело. Проклятье вполне может оказаться банальной городской легендой, не имеющей ничего общего с действительностью. А у вас ведь наверняка накопились какие-нибудь наработки или досье на беспокойный особняк. Не поделитесь?

– Делиться, в общем, нечем, – с печалью на лице развёл руками Джеймс. – У нас действует заявительная система, а на дом никто официально жалоб не писал. Есть куча слухов и страшилок, гуляющих в среде горожан, но никаких подтверждённых данных.

– Что и требовалось доказать, – ухмыльнулся Дориан. – Я тоже больше склоняюсь, что проклятие дома выдумка, но всё же не хочу рисковать. Если мы что-то обнаружим, я смогу рассчитывать на помощь вашей организации?

– О чём речь, – просиял Джеймс, словно только что и ждал такого ответа. – После получения недвижимости, вся ваша команда – полноценные горожане Эрлига, а долг службы охраны магического правопорядка всеобъемлюще помогать жителям города. Кроме того, я повторю свой вопрос, заданный мной в кабинете. Я могу поприсутствовать при обследовании дома?

– Значит, всё-таки что-то в развалюхе может быть? – ухватился за последнюю фразу собеседника Дориан.

– А вы очень наблюдательны, – подметил Джеймс. – Должен признаться, вы меня подловили. На самом деле я не знаю, проклят дом или нет, но кое какие догадки имеют место быть. И мне хотелось бы проверить их на деле. Кроме того, будет лучше, если рядом с Лили будет замечен представитель властей. Это может уберечь некоторых проблемных горожан от поспешных и необдуманных решений.

– Дориан, о чём он?

– О тебе конечно, – оскалился Нордвинд. – Я совсем упустил из виду твоё положение в городе.

– Да всё нормально будет, – легкомысленно заявила Лили. – Герцог же на нашей стороне.

– Я бы так не думал, – провожая взглядом до входной двери последних посетителей, сказал Форшер. – Герцог на своей стороне, и только. Я по-прежнему считаю, что тебе стоит уехать из города, и как можно скорее.

– Вы преувеличиваете, профессор, – примирительно ответил ему Джеймс. – Мои источники абсолютно точны. Лили под защитой герцога.

– Вот только мы не знаем ни вас, ни ваших источников, – ухмыльнулся Дориан, сверкнув глазами. – Насколько мы можем им доверять?

– Да брось ты, я знаю дядю Джеймса, – попыталась разрядить начавшую накаляться обстановку Лили.

– Всё нормально, – неловко улыбнулся Джеймс. – Это вполне нормальная реакция.

Раздался дребезжащий звук. Джеймс извинился и буднично извлёк из кармана жилетки небольшой свиток, который и был источником странного звука. Шум прекратился только когда Джеймс развернул его. На поверхности свитка стали появляться буквы, которые хаотично забегав по бумаге, крутясь и переворачиваясь, как заправские акробаты из передвижного цирка, в итоге заняли свои места, образовав слова и предложения. Лицо Джеймса стало мрачным. Он внимательно уставился на послание, перечитав его ещё раз, а затем свернул свиток и убрал его обратно в карман.

– Что-то серьёзное? – забеспокоился Форшер.

– Более чем, – сухо ответил Джеймс. – Только что нашли ещё одно тело. Очередная жертва Мумификатора.

– Кто на этот раз?

– Фиалка-Джуди.

– Проклятье! – выругался Форшер. – Я её учил когда-то. Надо предупредить декана, чтобы усилили охрану в колледже.

– Здравое решение, – кивнул Джеймс. – Если уж Фиалка не смогла ему ничего сделать, то у студента нет ни единого шанса при нападении. В пору объявлять комендантский час, и это на кануне Фестиваля.

– А что вообще происходит? – забеспокоилась Лили.

– Серийные убийства, – скупо ответил Джеймс. – У нас в городе какое-то время орудует душегуб. Похищает только магов. А через несколько дней мы находим изувеченные тела. Джуди пропала восемь дней назад. Сейчас её нашли… Точнее, то, что от неё осталось.

– А почему «Мумификатор»? – поинтересовался Дориан.

– Все тела, которые он оставляет, выглядят как мумии, словно их высушили, оставив одну оболочку. Более того, даже молодые жертвы становятся похожи лицом на дряхлых стариков. Мы до сих пор даже не смогли определить домен магии, с которой он изуверствует бедолаг, – буднично заявил Джеймс, сделав грустное лицо.

– Тихо ты, – шепнул Форшер, посматривая на студентку-официантку в другом конце зала, которая уже навострила уши, стараясь не пропустить ни единого слова.

– Ничего страшного. Это общеизвестная информация, – успокоил профессора Джеймс, улыбнувшись официантке. Та, перепугавшись, подпрыгнула на месте, чуть не выронив поднос. – Но, я должен извиниться, у меня только-что появились неотложные дела, так что с домом, к сожалению, помочь сегодня не смогу.

– Ничего, мы вполне справимся сами, – так же любезно ответил Дориан. – А если что-то пойдёт не так, непременно обратимся в вашу организацию.

– Ловлю вас на слове, – резюмировал Джеймс, поднимаясь из-за стола. – А сейчас, разрешите откланяться.

Интерлюдия 4. Падение

Выбежав на первый, этаж Марта оторопела. Вместо Этельреда в зале копошились какие-то посторонние люди. Одни из них развалил несколько старых шкафов, вытряхнув из них всё. Остальные водили амулетами по стенам. Часть незваных гостей носили синие плащи. Как выглядят представители магической полиции города, знал любой студент. Марта нервно сглотнула, впившись глазами в визитёров. Другая группа людей была облачена в кирасы с нарисованным алым огнём на них. Даже увидеть одного храмового паладина было большой редкостью, а их тут было целых десять. В орден защитников Алой богини набирали только самых фанатичных служителей. И их репутация неистовых ревнителей Алого храма шла впереди них, вызывая страх и благоговение у всех, кого Алый храм считал еретиками. Страх пробрал девушку до костей.

– Что вам нужно? – робко заявила Марта, остановившись посередине лестницы. Девушка как могла попыталась сохранить спокойствие, но её голос, предательски дрогнув от нахлынувшего ужаса, сошёл почти в шёпот.

– Вот она! Лови демонистку! – остервенело взвыл один из паладинов. И вся толпа, дико топая, устремилась по лестнице на верх. Марта, взвизгнув, побежала обратно. У неё промелькнула мысль, что в комнате лежит посох, паника не позволила ей сообразить, что девушка загоняет себя в угол.

Добежав до комнаты, Марта закрыла дверь уронив на неё шкаф, а сама достала посох и приготовилась к драке, перебирая в уме все боевые заклинания, которые она изучила в колледже и те, которые ей показал Этельред. Преследователи столпились по другую сторону двери, непрерывно в неё барабаня и выкрикивая проклятья в адрес Марты. Намерения вторженцев были абсолютно ясны. Договорится с ними не представлялось возможным. Марта, раскрыла окно и хотела уже прыгать со второго этажа прямо на мостовую, но на площади обнаружились ещё несколько десятков врагов в размалёванных красным кирасах. Выбора не осталась. Девушка приготовилась сражаться, крепко сжав в руках свой посох.

Баррикада не продержалась и пяти минут. На той стороне применили заклинание, и она разлетелась вместе с дверью. Марта выстрелила из посоха магическим зарядом, как учил её профессор Форшер попав в кого-то из синих плащей. Раненый вскрикнул и подался назад, его место тут же занял другой. Паладины активировали алые щиты и ввалились в комнату толпой. Марта использовала несколько заклинаний, применив даже высокоуровневое [Голодное пламя], которое показал ей демон. Но щиты паладинов справились со всем, что в них попало. Враги рванули вперёд. Один из них выдернул посох из рук магички. Последнее, что она запомнила, был неминуемо приближавшийся к её лицу латный кулак паладина.

***

Когда Марта очнулась, то поняла, что привязана к столбу, установленному на площади Патрициев. Она попыталась стереть запёкшуюся кровь из разбитого носа, но не смогла пошевелиться. Осмотревшись, девушка заметила человека, который старательно стаскивал охапки хвороста и дров к помосту, на котором и был установлен столб.

– Что вы делаете?! – вырвалось у магички.

– А что, не видно? Костерок готовлю, – деловито ответил человек, не отвлекаясь от своего занятия. – Вы, барышня, не беспокойтесь. Всё будет в лучшем виде. Я уже сорок лет мастерю костры и прочие приспособления для отправки, так сказать, преступников туда, где им самое место. Вы в надёжных руках!

– Отпустите меня! Что я сделала?

– Известно, что. За просто так на кострах не жгут, – невозмутимым голосом отвечал палач. – Милостью герцога смертный приговор вам утверждён, так что сделайте одолжение, прекратите ныть и дождитесь начала представления. Тем более, в отличие от меня, вам и делать ничего не надо. Висите себе спокойно. Чего теперь рыпаться-то?

– Нет… Нет... Нет… – заплакала девушка. Слёзы смешались с кровью на лице и уже красные стали падать на помост конструкции. Марту охватила безудержная дрожь. Она принялась брыкаться, пытаясь освободится, но из этого не получилось ничего. Тот, кто привязывал её, своё дело знал.

– Можете не надрываться, всё равно не выберетесь, – пояснил палач. – Тем более чего вам терять? Дружка вашего, демона, наверное, уже прихлопнули. Ну и вы отправитесь скоро вслед за ним.

– Как, прихлопнули?! Ты вообще о чём?! – взвизгнула Марта, уже совершенно не борясь со слезами.

– Ещё не догадались? Как же хорошо живётся наивным, – вздохнул палач, присев на ступеньку помоста. – Вся та дурь с отъездом «эльфа», вы только не переживайте, всё это было специально продуманно ещё несколько недель назад, когда стало ясно, кто он такой. Я вам расскажу, вам теперь можно всё слушать. Вам уже теперь всё равно. На установленном месте дружка вашего дожидается команда опытных паладинов-демоноборцев. Я тем более молчу про архимага. Так что укокошили его уже.

– Эт… Нет! Гады! Что вы с ним сделали?!

– А что вы хотели. Надо было лучше выбирать друзей. Сцапали-то вас по доносу.

– Что… – оторопела Марта, чтобы в следующий момент затрястись от гнева. – Жюли! Гадина! Это точно ты! Я знаю!

– Вот видите, всё и разъяснилось, – подытожил палач.

В тщетных попытках отвязаться пролетело несколько часов. Стало рассветать. Слухи в городе разлетались ещё быстрее чем всходило солнце, поэтому народ постепенно стал стягиваться на площадь. Разношёрстая толпа начала заполнять площадь в надежде на увлекательное представление. Марта уже не шевелилась. Всё её тело затекло и престало слушаться. Ей в какой-то момент стало всё равно. Пусть оно поскорее закончится! Может там они действительно встретятся?

К девяти часам утра появился даже герцог, а вместе с ним и вся его семья. Вокруг важной особы сию секунду нарисовалась туча дворян. Аристократы манерно приветствовали своего сюзерена, а старый герцог благосклонно кивал им в ответ, как будто они пришли не на казнь, а в какой-нибудь театр. Для благородных специально выделили первые ряды, куда поставили стулья и стражу. Остальные горожане довольствовались стоячими местами. Никого не смутил даже начинавший накрапывать дождь. Ещё через час площадь Патрициев была до отказа забита толпой от бедняков, до верхушки духовенства. На помост влез расфуфыренный вельможа. Заметив движение, Марта приподняла голову.

– Именем Его Сиятельства Герцога Эрлигского, за призыв и возлежание с демоном ведьма Мартиана фон Ротте, да будет навеки опозорено её имя, приговаривается к смертной казни через сожжение. Приговор привести в исполнение немедленно! – зычно, чтобы услышал каждый последний нищий на краю площади, возвестил герцогский сановник.

– А последнее слово? – осадил его палач.

– Какое ещё слово?! – сплюнул вельможа.

– Последнее слово положено заключённому по закону, – принялся растолковывать палач непонятливому собеседнику. – Раз положено, пусть говорит! Барышня, есть вам что сказать? Не тяните, толпа ждёт. У всех дела. Тем более дождь пошёл.

Раздался раскат грома, и нечто приземлилось с неба перед помостом в яркой вспышке света. Когда марево рассеялось, Марта увидала, что это был демон Этельред. Левой рукой он откинул назад промокшие волосы, а в правой сжимал что-то круглое, болтавшееся на ветру. Когда он протянул правую руку вперёд, толпа ахнула. На намотанных на кулак волосах болталась оторванная голова архимага Эрлига. Этельред размахнулся и кинул голову к ногам герцога, который вскочил, выхватив парадный мечик из ножен.

– Я, когда подлетал, слышал, что нужно сказать последнее слово. Так вот слушайте ваше последнее слово, – оскалился Этельред, обнажив клыки. – Мало того, что исказили учение до безобразия, так ещё решили устроить казнь в городе Алой Богини?! А ведь она не переносит вида крови! Вы хоть понимаете, чего вы натворили?! Хотели увидеть Алое пламя? Я вам его сейчас покажу. Я покараю вас, как еретиков! ВЫ! ВСЕ! УЖЕ! МЕРТВЕЦЫ!

Сказав это, демон подошёл к столбу и одним движением когтя освободил Марту. Она, обессилев, упала к нему на руки и снова заплакала. Толпа же тем временем замолкла, позволяя только дождю и ветру говорить за себя.

– Потерпи немного, красавица, – нервно пролепетал Этельред, аккуратно опуская Марту на пол помоста. – Я сейчас разберусь с паразитами и сразу вернусь.

– Казнь, я так полагаю, не состоится? – осведомился палач, не проявив ни капли страха.

– Почему же не состоится, – расплылся в дёрганой улыбке Этельред. – Очень даже состоится.

– Вы… Что вы стоите? – заорал герцог на стражу, размахивая мечом. – Немедленно уничтожьте чудовище и его девку!

Несколько паладинов взобрались на помост, атаковав Этельреда. Демон не повёл и бровью. Поймав меч первого голой рукой, он вырвал его и запустил во второго. Снаряд снёс воину руку вместе с плечом. Испустив фонтан крови, то, что осталось от латника, завалилось под помост. Первый противник применил [Красный барьер] на демона, но Этельред рыкнул и барьер распался, а за ним настала и очередь паладина. Рыцарь перестал существовать, разлетевшись от демонического крика на мелкие ошмётки. Ещё одного Этельред настиг на ступеньках помоста, отправив его в полёт, прямо в середину скопления людей. Началась паника и давка. Раздались многочисленные вопли и крики. Будто штормящее море, толпа стала бурлить и мельтешить. Ещё несколько рыцарей из свиты герцога, борясь со страхом, ломанулись на встречу врагу. Демон сделал выпад когтистой лапой, разрезав доспехи подвернувшегося под руку стражника, как нож масло. Остальные противники оторопели. Вопли герцога, помыкавшие их на подвиги, престали действовать от слова совсем.

– Местный правитель, – рыча, поманил пальцем герцога Этельред, – ты отдал приказ о казни? Иди сюда, на помост. Поговорим.

Герцог не спешил исполнять просьбу демона. Правитель Эрлига словно прирос к своему месту. Меч в руках старика дрожал. Тот, кто ещё час назад был всем в городе, теперь оказался совершенно беспомощен. Окружавшие своего правителя аристократы попятились в разные стороны, освободив вокруг него пространство в несколько метров.

– Вы только посмотрите на него! – захохотал Этельред. – И это твои самые приближённые подданные? Да они еле перебирают ноги, потому что несколько раз наложили в штаны! Это даже не смешно. Жалкий никчёмный сброд. Не хочу об вас руки марать!

Нестерпимо яркое зарево огня полыхнуло с кончиков когтистых пальцев и в одно мгновение поглотило первые ряды, обратив герцога, его всех, кто был рядом, в ничто. Прожорливое пламя, прежде чем рассеяться, сожрал все первые ряды. Люди, которых не настиг огонь, начали убегать. Убегать так, как они ещё никогда не бегали. Больше не существовало различий между аристократами, купцами, мастеровыми, простыми горожанами, нищими. Все их заботы и переживания превратились в ничто, словно пепел после костра. Людские проблемы прежней жизни престали иметь хоть какую-нибудь ценность. Страх смерти уровнял всех. Каждый сейчас, расталкивая окружающих, думал только об одном: как выбраться с проклятой площади, сохранив свою душу в теле. Началась давка. Упавшим уже ничего не могло помочь. Безжалостная толпа в попытке спастись была не многим сострадательнее, чем обративший её в панику демон.

– Я вас всех найду! – орал Этельред. – Одного за другим! Никто отсюда живым не уйдёт! Жалкие убогие идиоты! Вы все исплатите свою цену! Я буду резать, кромсать, жечь огнём ваш гадкий городишко, пока он не превратится в пыль, в пищу для червей!

В самый разгар паники из толпы неожиданно выделилась группа авантюристов, отделяя демона от убегавших людей. Преградив монстру путь. Приключенцы самоотверженно приготовились дать отпор. Два воина, магичка и крупный жрец. Бойцы, явив исключительную храбрость, связали демона боем, когда жрец с волшебницей стали творить заклинания.

– Ты! – затрясся Этельред, узнав жреца. – Не знаю откуда вы тут взялись, но вам же хуже!

Марта пришла в себя и даже встала на ноги, безмолвно наблюдая картину безумства своего друга. Рядом с ней устроился палач, с горечью в глазах, смотревший на случившуюся картину.

– Никогда не понимал, чего он так каждый раз психует, – пожаловался странный палач Марте. – И эти тоже хороши. Я ведь приказал им не вмешиваться. Но Иероним слишком добрый для своей работы.

– Кто? – посмотрев на собеседника, растеряно спросила Марта.

– Иероним. Это вон тот толстый жрец, – пояснил палач, указав пальцем. – Они с Этом на дух друг друга не переносят. Наверное, он не мог по-другому. Но теперь придётся писать рапорт, а мне бы этого очень не хотелось. Ладно, что сделано, то сделано.

– Кто вы такой?

– Уж точно не палач, – усмехнулся собеседник.

– Я это поняла.

– Вы, главное, себя берегите, – напутствовал непалач. – И ребёночка тоже.

– КОГО?!

– А так вы ещё на знали? Оно иногда получается, если с демонами дружить. С будущим пополнением вас, так сказать. Бывайте, в общем. А мне пора уже. Ещё отписку Рону сочинять, – сказав последнюю фразу, странный человек спрыгнул с помоста и скрылся в ближайшем переулке, растворившись без следа.

А битва авантюристов продолжалась. Этельред уже расправился с двоими воинами, поотрывав им головы без особого труда, и метнулся к магичке. Не обращая внимания на попавшие по нему заклинания, демон подобрался вплотную, вырвал посох из рук волшебницы и пригвоздил им же магичку к земле. Далее настала очередь Иеронима. Жрец продержался несколько дольше. Материализовав на себя кольчугу и выхватив булаву, Иероним бесстрашно пошёл в атаку и даже один раз попал по демону. Этельред не стал затягивать бой. За его спиной разгорелись огненные крылья. Как следует замахнувшись, демон ударил жреца, запустив его в воздух, как снаряд от пушки. Грузное тело стремительно набрало высоту, пока не врезалось в башню колокольни обрушив её вершину и исчезнув под завалами.

Немного придя в себя, Этельред отдышался, подошёл к Марте и приобнял её, но она отстранилась, снова заплакав.

– Ты чего? Всё уже закончилось. Больше тебя никто не обидит.

– А ты не понимаешь?! Посмотри на все эти зверства! Это же я виновата, что столько людей погибло! – закричала до хрипоты Марта.

– Чего за них переживать? – отмахнулся демон, – Новые вырастут.

– Новые?! Вот значит кто мы для тебя?! Убирайся отсюда! Я не хочу тебя видеть! – разошлась Марта сквозь не перестававшие течь слёзы.

– Ты обиделась что ли? – растерялся Этельред. Его левый глаз нервно задёргался, а на лице появилась растерянность. – Да ладно тебе. Видишь, я уже никого не атакую. Пусть живут, если тебе так хочется. Ты лучше скажи, куда смотался Артур? Тот дурак, что притворялся палачом.

– П-понятия не имею! – отвернулась Марта, продолжая всхлипывать.

– Ты какая-то не такая, – притих демон, – Он тебе что-то сделал?

– Нет, – буркнула Марта.

– Надо проверить. Я ему ноги выдергаю, если он хоть чего тебе… – Этельред открыл зелёную рамку консоли и тут же застыл, читая статус Марты. – Будет девочка… Почему ты мне не сообщила?!

– Я сама только что узнала! – выпалила Марта, впившись мокрыми глазами в демона.

– Он сказал, да? Нехорошо… Надо убираться от сюда. Если Алл узнает, будет совсем нехорошо…

– Вот и убирайся! Видеть тебя не желаю!

– Ты серьёзно? – печально посмотрел на свою спутницу Этельред.

– Я хочу, чтобы ты ушёл! И больше никогда не приходи ко мне! Вали в свой Нижний мир, или где вы там все живёте! – разошлась Марта.

– Вот как?

– Уходи.

– Ясно. Ну, я пошёл.

– Вот и уходи!

– Вот и пойду! – рявкнул Этельред и зашагал прочь, перешагивая через тела павших.

Марта хотела ему что-то крикнуть вслед, но смолчала. Немного выждав девушка неуклюже слезла с помоста, борясь с дрожью в ногах, и неуверенно посеменила по улице в другую сторону. Когда она завернула за угол, чья-то рука выловила её и затащила в открытую дверь дома.

– Тихо! Не кричи, – прошептал Форшер, затравленно озираясь по сторонам.

– П…профессор! – взвизгнула Марта.

– Девонька, что же ты натворила… – приложив руку ко лбу, вздохнул Форшер. – Полплощади трупов. Герцог убит. Это катастрофа.

– Простите… – заревела Марта. – Я сдамся властям и понесу любое наказание.

– Успокойся, дурёха! – рявкнул Форшер. – У меня есть хибарка южнее леса Ящериц, в пустошах. Я там проводил исследования пару лет назад. Об этом никто не знает. Пересидишь в ней. Я помогу добраться. Передвигаться будем только по бездорожью, так что готовься к трудному пути. Сейчас раздобудем продуктов и в путь. Главное, чтобы суматоха быстро не утихла, тогда всё получится.

– Зачем вы мне помогаете?

– Сам не знаю, – вздохнул Форшер, всучив в руки Марте её труд по демонологии. – Считай меня циничным скотом, но я не хочу, чтобы мир лишился гения, поэтому ноги в руки и выбираемся из города. А там, как повезёт.

Глава 6. Нежеланный подарок

В середине дня на площади было действительно многолюдно. Бесконечные стайки разнообразного народа в праздном расположении духа сновали туда-сюда, задерживаясь у роскошного фонтана со скульптурной композицией в центре. Фигур было две. Одна из них изображала крупного жреца с посохом в руках. Вторая представляла собой уродливого демона. Клирик, лицо которого излучало благородную решительность, воздел посох в верх, нависая над уже почти побеждённым, корчившимся в агонии демоном с затравленным взглядом. Пасть демона изрыгала воду, что, видимо, по задумке скульптора должно было аллегорически изображать хлещущую во все стороны кровь сломленного супостата. Окружал композицию круглый бассейн, куда стекала созданная демоном вода. Не смотря на всю трагичность скульптурной композиции, прохожие были совершенно не подавлены. Напротив, они радовались, шутили, травили байки, громко смеялись невпопад, показывали пальцами на мраморные изваяния, словом, вели себя как самые обыкновенные туристы. Дно фонтана было усыпано монетками разных номиналов и достоинств, что, несомненно, говорило об обширной географии приезжих гостей.

Рядом с фонтаном предусмотрительно дежурили два художника. То и дело враждебно посматривая друг на друга, они за считанные секунды делали зарисовки всех желающих за небольшую мзду. Рядом сними крутился вороватого вида меняла, предлагая свои услуги нерасторопным туристам, забывшим вовремя обменять деньги. Чуть дальше шастал мороженщик, а за ним по пятам – цветочница. Им составляли компанию несколько нищих, со взглядами хищных птиц осматривавших толпу.

Лили обошла фонтан по кругу, неодобрительно разглядывая лица статуй. Один из художников попытался было навязать ей портретик, но, увидев взгляд лучницы, тут же передумал, уступив место конкуренту. Конкурент ответил ему взаимной любезностью, оставив Лили без портрета, чему она очень обрадовалась. Развернувшись, она обратила свой взгляд на многострадальный дом. В отличие от фонтана, особняк фон Ротте выглядел всё таким же негостеприимным местом, как и вчера, отталкивая прохожих. Многие из них неодобрительно смотрели на хибару, ругая про себя городские власти, допустившие развалюху на туристический объект. Лили поспешила ко входу, где покосившийся фасад недружелюбно навис над своими новыми хозяевами. Когда Лили подошла к входной двери, там уже стояли Дориан, Адель и Альварес.

– Это и есть ваш заколдованный дом? – фыркнула жрица. За несколько дней в городе Адель сумела прекрасно со всем освоится. Сперва жрица сменила своё нефункциональное платье на серую робу с шёлковыми темно-синими вставками, которую она каким-то образом сшила сама за ночь из купленной накануне ткани, да так сшила, что любой портной обзавидовался бы выполненной работе. Посох тоже пришлось поменять, так как он сильно выделялся, и какой-нибудь знаток мог узнать символы Нижнего мира, нанесённые по всей длине палки. Вместо него Адель взяла простой магический, примеченный ей в одном из магазинчиков для волшебников. Конечно, посохи магов и жрецов различались по своему функционалу и способам применения, но Адель это, похоже, не сильно волновало. Для своих длинных прямых волос жрица стала использовать заколку, так-как быстро поняла, что распущенные волосы в обществе людей крайне не приветствовались.

Но Адель была не одна, кто решил использовать обновку. Альварес на полном серьёзе стал носить яркий камзол, который достался ему с герцогского приёма. Привлекая к себе всеобщее взгляды неискушённой до вычурных нарядов местной публики, южанин как не в чём не бывало вышагивал, разодетый, словно щёголь, завершив свой образ небритой страшной физиономией, на которую напялил бесформенный бордовый берет с пером.

Авантюристы переглянулись и один за другим пробрались внутрь дома. Холл здания, заваленный хламом, оказался гораздо больше, чем виделся прошлой ночью. И от этого становилось ещё тоскливей, поскольку количество мебели и прочей рухляди, которое требовалось разгрести, только что удвоилось, и это по самым оптимистичным прикидкам. Вчерашний ночной мрак скрыл многие огрехи и проблемы. Состояние пола было плачевным, поскольку его годами топило из-за прохудившейся крыши. От тех мест, где вода капала сверху на полу, расходились большие волны перекошенных досок.

Лили достала платок и прикрыла им нос и рот, но даже под платком можно было опознать её брезгливо сморщенное лицо. Чуткий нос Лили с трудом выдерживал букет местных запахов, издаваемых многочисленными источниками. Это были и пыль, и плесень, и сырость, и примешавшиеся к ним ароматы житья-бытья грызунов.

Альварес протиснулся к окнам и начал сдирать ткань, которой они были занавешены. Состояние самих окон оказалось плачевным. Мало того, что ни в одном из них не нашлось целого стекла, так и время с погодой не пощадили некогда дорогие рамы, превратив их в рассохшиеся, плохо стыковавшиеся между собой куски дерева.

– Дружище, здесь всё под замену, – хрипло крикнул южанин.

– Сам вижу, – подтвердил Дориан, пробравшийся к окнам, расположенным по другую сторону от входной двери.

– Я наверх попробую пролезть, – крикнула Лили, аккуратно ступая по хлипкой лестнице.

– Только не навернись!

– За кого ты меня принимаешь, Дориан!

Адель в это время молча прошла в центр зала, по пути скидывая с мебели остатки накидок. Жрица грациозно лавировала между завалами, стараясь ни к чему не прикасаться. Она заглядывала то в один шкаф то в другой, но их содержимое быстро ей надоело. Видимо, не найдя ничего интересного, Адель остановилась, осматривая округу с неким сомнением на лице, а затем подняла руки в верх и скомандовала.

– [Утилизация]!

Вся ткань которой была укрыта мебель, а также занавески ворохом сорвались со своих мест и устремились под потолок большого зала, завертевшись вокруг большой люстры и распространяя в огромных количествах потоки пыли. Альварес вытаращил глаза от удивления и даже не заметил, как кусок занавески выскользнул у него из рук и присоединился к остальной каше из тряпья, болтавшейся под потолком пёстрым маревом. Постепенно из общей кучи вырвались несколько десятков нитей, которые сразу стали заворачиваться в клубки. Действо прекратилось только после того, как всё тряпьё переработалось в нитки.

– Это было потрясающе, сеньора! – восторженно прогнусавил Альварес, изображая руками колышущиеся по воздуху тряпки.

– Рада, что вам понравилось, – подбирая с пола клубки, фыркнула Адель. – Было неприятно смотреть, как столько добротной ткани пропадало зря.

– Простите, сеньора Адель, но вы так и не просветили нас, жрицей какого бога вы являетесь?

– А ты ещё не понял? Неунывающая Ткачиха, – неохотно ответила Адель.

– Не знал, что у Ткачихи есть духовенство, – не унимался ошарашенный Альварес. – Мне всегда казалось, что этот культ обходился без жрецов.

– Мордастый, сам подумай, – раздражённо заговорила Адель, – Если есть божество, значит будет и жрец.

– У нас за Ткачихой закрепилась не самая хорошая репутация, – разъяснил Дориан. – Я и Адель поговорили и согласились, что лучшим решением будет не афишировать её принадлежность к божеству. Жрецы из мелких культов обычно так и поступают, чтобы избежать проблем с Алым храмом и прочими крупными конфессиями. А нам лишняя огласка совсем ни к чему, тем более тебе же прекрасно известно, что госпожа Адель…

– Демон, – пробормотал Альварес. – Простите мою бестактность, сеньора.

– Какая разница, – отмахнулась Адель.

– А у вас на родине, значит, Неунывающей Ткачихе тоже поклоняются? – деликатно выразил свой вопрос южанин.

– У нас можно поклонятся кому угодно, – похвасталась Адель. – Три года назад группа каких-то придурков-отщепенцев из Стаи даже организовала храм Алой.

– И их не тронули?

– Сдались они кому-нибудь! – Адель довольно улыбнулась, словно припоминая что-то. – Когда в ту часовню установили алтарь Алой, он начал жахать заклятьями во все стороны. Причём прицельно целился в головы, словно был живой. Вот была потеха, когда эти ненормальные стали выпрыгивать из окон и разбегаться кто-куда. А алтарь ещё три дня сыпал проклятьями по всем, кто имел неосторожность проходить мимо.

– Сеньора Адель, вы рассказываете удивительные вещи! Выходит, что демону нельзя приближаться к храмам Алой Богини?

– Не совсем. Заперт касается в основном демонов Стаи. Я, например, в дом к Алой вполне могу зайти. По крайней мере, это я деактивировала взбесившийся алтарь, про который только что говорила.

– Но от чего же у Богини такая ненависть к представителям, как вы сказали, Стаи?

– Надо же, а Верхнем Мире эта история совсем позабылась. Но сердце обиженной женщины не забывает никогда, – усмехнулась Адель. – Когда-то Алая и Этельред были вместе, но в итоге у них что-то там не срослось. Ваша Богиня очень огорчилась, что её ручной дракончик оказался не таким уж ручным. С тех пор всем демонам из Стаи путь в Алый храм заказан навечно.

– Эй, чего вы там копаетесь? Идите на верх, я тут кое-что интересное нашла! – раздался голос Лили.

По бокам длинного коридора, опоясавшего второй этаж, имелось множество дверей, посеревших от времени. Несмотря на то, что ни одна из них не была закрыта, распахнуть дверь было отнюдь нетривиальной задачей, потому что почти все из них были перекошены от многолетнего воздействия сырости. Ручки их почернели, так как были изготовлены из серебра. Было непонятно, почему за столько лет пустования дома их никто не выкрутил и не утащил. Изобилие картин, пребывавших сейчас в плачевном состоянии, вызывали боль и недоумение в душе.

– Неужели за столько лет это никому не пригодилось? – констатировал Альварес, пытаясь рассмотреть очередное живописное полотно, практически полностью уничтоженное временем. – Хотя бы живопись можно было спасти.

– Это всё очень странно, – настороженно озвучил свои мысли Дориан. – Допустим, что во времена Красной ведьмы это уже был хлам, но владельцы особняка, которые получили дом пятьдесят лет назад, сразу после банкротства фон Ротте, не могли не понимать ценности картин. С другой стороны, мебель же кто-то укрыл тряпьём?

– Согласен, дружище.

Лили обнаружилась в одной из комнат на втором этаже. Помещение разительно отличалось от остальных тем, что там отсутствовала дверь. То, что от неё осталось, валялось в углу вместе с развалинами шкафа. Пыли в комнате не было совсем, а остальная мебель была как положено расставлена по стенам. В углу, у окна, стояла небольшая кровать, аккуратно застеленная белым пуховым одеялом. Комната выглядела так, словно в ней жил кто-то прямо сейчас.

Полки ломились от книг. Книгами же был с верху до низу заставлен стол. Лишь небольшое пространство занимала тарелка, в которой лежал ломоть мягкого пшеничного хлеба, как будто его ещё с утра вынул из печки пекарь.

Лили сидела на кровати сжимая что-то в руках. Глаза лучницы говорили о том, что она боролась со слезами.

Адель бесцеремонно прошлась по комнате осмотрев все её углы. Лицо жрицы выражало понимание происходящего, чего нельзя было сказать о остальных.

– Ещё не дошло? – спросила жрица. – Вы, наверное, думаете, что в комнате кто-то живёт до сих пор?

– Сеньора, а разве это не так?

– Эта комната так же пустовала, как весь остальной дом. На неё наложили заклинание консервации, причём очень мощное.

– И оно до сих пор не рассеялось? – усомнился Дориан.

– Если творитель заклинания ещё жив, и он является существом достаточно могущественным, то заклятье вполне могло просуществовать годами. Что у тебя там в руках? – строго посмотрела жрица на Лили.

То, что сжимала лучница, оказалось запечатлительными карточками. Специально обученный волшебник, используя особый мнемокристал, мог запечатлеть некий момент действительности на подготовленной бумаге. На одной из карточек приветливо смотрела троица молодых людей. Двое девушек и юноша. Джеймс со своим наивным лицом угадывался сразу, Жюли Гвидиче изменилась больше, но всё же была прекрасно узнаваема. В центре троицы, задорно подмигивая, стояла приятная девчушка с медными волосами, остриженными по плечи.

На втором изображении была всё та же медноволосая, а рядом с ней, чуть приобнимая, находился красавец-эльф, который был почти на две головы выше своей спутницы. В его чертах лица недвусмысленно угадывалась Лили Купер. Эльф так и излучал уверенность, в то время как лицо девушки с медными волосами было тревожным.

– Всё-таки поразительное сходство, – заявила Адель, внимательно рассматривая изображения. – Его сыновья все как один – урод на уроде, а дочурка, смотрю, ничего так получилась. Да и мать твоя – настоящая красавица.

– Угу, – тихо пробубнила Лили.

На первом этаже раздался звук, будто что-то упало. Авантюристы встрепенулись, и Дориан с Альваресом пошли посмотреть, что случилось.

– Ну, и что будешь делать? – назидательно спросила Адель, когда дверь за лидером закрылась. – Я имею ввиду дом.

– А чего тут думать? И так ясно, что ремонт и содержание целого особняка нам не потянуть даже вскладчину, – пожаловалась Лили.

– И ты так просто отпустишь родовое гнездо, что невероятно немыслимым способом попало к тебе в руки?

– У тебя есть идеи получше? Только на разгребание завалов уйдёт год!

Послышался ещё один шум, и, последовавшая за ним брань южанина. Лили хотела было посмотреть, что у них случилось, но Адель остановила её:

– Сами разберутся.

– Ага, разберутся они, как же!

– На счёт дома у меня только что появилась одна интересная мысль, – шепнула Адель, – но сначала придётся кое-что уладить.

Жрица подошла к окну из которого виднелась вся площадь целиком и снова заговорила:

– Если верить рассказам горожан, всё произошло именно здесь, внизу.

– Ты про казнь и последовавшие события? Можешь не просвещать, – поморщилась Лили, словно проглотила дольку кислого лимона. – Я сама уже всё разнюхала. Весёлая жизнь была у моей мамки, ничего не скажешь. Говорят, погибло около двух сотен, включая тогдашних герцога и герцогиню с семьёй.

– Интересна была у тебя мать. Как я не размышляла, не смогла понять, каким образом ей удалось призвать Этельреда.

– Тебя же Архивариус призвал.

– Не напоминай мене имя этого идиота, – закатила глаза к потолку Адель. – Я просто имела неосторожность дать ему одно обещание. Тогда мне это казалось отличной сделкой. Но он чокнутый. Даже по меркам Нижнего мира он без царя в голове. А там психов хватает, поверь.

– Может и с мамой было так же? Обещание или что-нибудь подобное?

– Возможно, но меня это всё равно беспокоит. Круги Грано – довольно топорная технология. Если твоей матери удалось их настолько усовершенствовать, что старший демон был призван тремя школярами, то она была настоящим подлинным гением.

– Точно! Книга из хибарки – опомнилась Лили, потянувшись к своим вещам. Лучница извлекла из своей походной сумки книгу, которую они забрали из хижины в пустошах. – Вот, держи!

– «Усовершенствование призыва Грано», – прочитала название Адель, – Забавная книжка, почитаю на досуге. А вот и Дориан с Альваресом.

– Сеньорита, вы не поверите, но это была вот такая крыса! Она была размером почти с кошку, я не вру! – показал руками Альварес. – Сбросила тяжеленную вазу с полки и убежала куда-то вглубь.

– Здесь ещё и крысы есть?! – возмутилась Лили.

– Грызунов вывести не проблема, – пояснил Дориан. – Нужно только навести порядок и хвостатые уйдут сами.

– А дальше что?! – не выдержала Лили. – Ты представляешь, сколько стоит содержание такого дома?! Да все наши гонорары уйдут на отчисления!

– Я согласен с сеньоритой Лили, – виновато промямлил Альварес. – Надо избавится от этой ноши как можно быстрее. Тем более после того, как выяснилось, что сеньориту-лучницу здесь натурально могут отправить на костёр.

– Ладно тебе, Боров. Менестрелька до сих пор сидит в больнице. Предлагаешь уйти без неё?

– Что вы?! Я никоим образом не мог предложить такую подлость, – переполошился Альварес.

– Сделаем, как предлагает Дориан, – вздохнула Лили, немного успокоившись. – Продать прибранный дом всяко будет проще, чем заброшенный.

– С этим я могу помочь, – Адель выступила в центр комнаты и щёлкнула пальцами. – Трёх, я думаю, будет достаточно. [Призыв фамильяра]!

На полу возник круг призыва, несколько отличавшийся орнаментами и письменами от демонического. Когда пространство немного расширилось, внутри появились три фигуры. Спустя ещё мгновение из круга выпрыгнули три девушки. Всех троих отличали красивые до смазливости лица и практически отсутствие наряда, за исключением небольших полос пёстрых тканей на нужных местах. Все три девицы были босы. Та, что повыше имела острые черты лица и длинные прямые волосы глубокого синего цвета, из-под которых чуть выглядывали треугольные рожки. Средняя была курносой с локонами зелёного цвета, обрамлявшим её широкое личико. Третья оказалась самой мелкой из них, но при этом постоянно вертелась на месте как юла, поэтому её красные волосы, заплетённые в два хвоста, постоянно дёргались из стороны в сторону. Глаза каждой из призванных точно соответствовали цвету их волос. Ещё их объединяли длинные тонкие чёрные хвосты, заканчивавшиеся утолщениями на манер наконечника стрелы.

– Красная!

– Зелёная!

– Синяя!

– Рады служить, госпожа! – направив обожающий взгляд на Адель, крикнули они хором.

Заметив, что кроме их повелительницы рядом есть ещё персоны, призванное трио стало рассматривать и их. Лица девушек расплылись в широкой улыбке.

– О! Человечки! Настоященькие! – выпалила Красная. – А можно с ними поиграть?

– Мы аккуратно! – томно поддакнула ей Зелёная!

– Госпожа? – вопросительно наклонила голову Синяя.

– Чую запах Стаи, – сморщила носик Красная. – Фу! Тут был один из этих тупиц.

– Это она! – указала Зелёная когтистым пальцем на Лили.

– Действительно, Стая, – брезгливо согласилась с ними Синяя.

– Ка ты смеешь находится в одном помещении с нашей госпожой, чертовка?! – манерно, но при этом угрожающе заявила Зелёная.

– Загрызу! – оскалилась Красная.

– Спокойно, – осадила её Синяя. Было видно, что она является лидером троицы. – Госпожа нам сейчас всё объяснит.

– Это кто тупая?! Это я что ли? – злобно оскалилась Лили, уставившись почему-то на Альвареса и Дориана. Те находились в полной прострации, не зная куда девать глаза. – Адель, это что за куклы?!

– Спокойно, – сказала жрица. – Прошу любить и жаловать, мои фамильяры-суккубы: Синяя, Зелёная и Красная или RGB-трио, как я их называю.

– Ар-джи-би? Это ещё что за фигня?!

– Сейчас всё равно не поймёшь, когда получишь сотню, объясню.

Трио же тем временем недружелюбно уставились на Лили, удостоив её презрительных взглядов, а красная и вовсе выражала откровенную агрессию, постоянно скаля клыки.

– Госпожа, можно нам её уже растерзать? – с ангельской улыбкой спросила Зелёная.

– Точно! Конец тебе, уголёк! – воинственно выкрикнула Красная, поведя когтем по своей шее.

– Ждём указаний, – собранно отрапортовала Синяя, приготовившись к бою.

– Боюсь, что силёнок ваших не хватит! – расхохоталась Адель, наслаждаясь ситуацией. – Позвольте представить! Иллилидель, первая принцесса Союза Огненной Стаи!

– Первая? – сглотнув, очень робко переспросила Красная.

Ещё мгновение трио молча переваривало полученную информацию, а затем все три девушки с дикими криками ужаса рванули кто куда. Синюю и Зелёную жрице удалось поймать за их хвосты. Поняв, что никуда не бегут, они заверещали что есть мочи, пытаясь вырваться из железной хватки их госпожи. Красной повезло больше, так как Адель не имела третей руки. Демонесса ловко прыгнула и приземлилась на шкаф в конце комнаты, с которого стала шипеть, как кошка, периодически царапая дерево мебели острыми когтями.

– Стоять! – рявкнула Адель громовым голосом. Внезапно, это подействовало. Зелёная и Синяя прекратили попытки удрать, а Красная замерла, оставаясь на шкафу. – Ну и что это за выходки? Быстро! Построится и ждать распоряжений!

Трио безукоризненно выстроилось по стойке смирно, как и хотела Адель. Впрочем, держались они из последних сил, стуча зубами от страха и бросая панические взгляды на Лили. Особенно это было заметно по Красной, которая, будучи от природы крайне импульсивной, еле сдерживалась от того, чтобы не удрать. Адель с недовольным видом взирала на своих фамильярок.

– Для начала, что это за вид? Форма номер десять, немедленно!

– Но госпожа, – шёпотом возразила Красная, – может лучше форму номер два?

– Я сказала, форма номер десять, – спокойно произнесла Адель. При этом от её слов повеяло настолько сильной угрозой, что трио затряслось от страха.

– Форма номер десять. Как пожелаете госпожа, – еле вымолвила Синяя.

Раздались хлопки, и вместо обрывков ткани на всех трёх демонессах появилась форма служанок или горничных. Нечто похожее носила эльфийка Агнель, когда в первый раз встречала Дориана и остальных. Платья были идеально скроены, а самое главное прекрасно прятали хвосты. На головах у трио появились чепцы, что в свою очередь позволило скрыть рога. Облачившись в свои наряды, три демонессы превратились в совершенно нормальных служанок. Вот только самих демонесс это, похоже, совсем не радовало. Лили, вдруг, стало интересно, что из себя представляла форма номер два, но девушка быстра пришла к выводу, что наряд должно быть был из того разряда, который она никогда не смогла бы надеть, даже находясь наедине с собой.

– Так-то лучше, – удовлетворённо закивала Адель. – Дориан, Альварес, можете больше не прятать глаза.

– Сеньора, просветите нас, что это было за представление?! – прогнусавил южанин, обмахнув покрытое испариной лицо.

– Очень просто, – улыбнулась Адель одними уголками губ. – Я нашла вам прислугу, которая поможет привести особняк в порядок. По ним сразу не скажешь, но они очень старательные.

– Это ведь суккубы. Целых три штуки. Как ты их призвала? – с беспокойством поглядывая на трио, спросил Дориан.

– Очень просто. В обмен на защиту от более сильных демонов, некоторые из клана Повелителей Снов согласились быть моими фамильярами. Призыв фамильяра отличается от обычного демонического. Всё, что требуется – магическая сила призывателя.

– Я это знаю. Насколько это ослабило тебя?

– Не так уж и сильно, – отмахнулась Адель. – Мне и самой было интересно, позволит ли система протащить в Основной мир существ из мира Нижнего. Но контракт фамильяров сработал без каких-либо огрехов.

– Так мы в Верхнем мире?! – не выдержала Красная, выпучив глаза.

– Внесём ясность! – гаркнула Адель на подчинённых. – Вам запрещено под страхом смерти покидать особняк. Понятно?

– Как пожелаете, госпожа, – тут же вымолвила за остальных Синяя, но даже в её голосе чувствовалось нетерпение.

– Я серьёзно! Даже не думайте выйти на улицу и устроить неприятности.

– Ага, – без энтузиазма заявила Красная, как бы невзначай поглядывая в окно.

– Они точно не сбегут? – прищурился Дориан, осматривая новоиспечённых служанок.

– Не сбегут, если не хотят умереть страшной смертью на костре Алой Богини, – напустив страху, произнесла Адель, грозно взирая на помощниц. Те снова задрожали, сбившись в кучку. – Город, в котором мы находимся, является одним из оплотов Алой. Любого пойманного демона здесь непременно будут пытать, прежде чем отправить на костёр.

– Зачем нас пытать? Мы же красивые? – наивно захлопала глазками Зелёная.

– Затем, – назидательно ответила Адель. – А ещё они выдергают вам хвосты и отпилят рога.

– Мы все умрём! – заныла Красная

– Не чего с вами не сучится, если будете строго следовать моим указаниям, – более мягко заявила Адель.

– Мы сделаем всё, что вы скажете! – решительно заявила Синяя.

– Можете на нас положится, – манерно пропела Зелёная.

– Да-Да! – закивала Красная.

– Вот и славно, – улыбнулась Адель. – А теперь, марш на первый этаж! Я хочу, чтобы вся мебель, которая там беспорядочно стоит, была растащена по углам. Всё, что безнадёжно испорчено, складываете в одну кучу, остальное в другую. И не филонить мне там!

– Есть! – пискнуло трио, выскочив из комнаты. Спустя секунду с первого этажа послышался скрип интенсивно перемещаемой мебели.

– Балаган, – вымолвила Лили.

– А по-моему, не плохо получилось, – ухмыльнулась Адель.

– Если в следующий раз соберёшься провернуть нечто подобное, предупреди заранее, – пожаловался Дориан.

– Раз уж спросил. Призыв демонесс имеет ещё одну причину.

– Чё-то мне это не нравится, – пробормотала Лили.

– Решила выманить проклятие дома? – оскалился Дориан, внимательно уставившись на жрицу.

– Почему бы и нет. От такого количества нечисти у него точно терпение лопнет.

– Дориан, о чём она вообще?

– Всем быть наготове! – скомандовал Нордвинд.

С первого этажа раздался оглушительный визг. Послышались хлопки и топот ног. Кто-то стремительно бежал по лестнице, вереща и причитая. Ещё через секунду трио ввалилось в комнату с перепуганными лицами. Зелёная и Синяя тащили под руки обессилившую Красную, подол её платья был слегка подпален, а голова суккубы безвольно свисала вниз.

– Настал финал моей жизни! – трагически пролепетала Красная, еле разомкнув губы, и тут же театрально отключилась.

– Прямое попадание [Алого благословения], – со знанием дела констатировала Адель. – А он сильнее, чем я думала.

– Пошли! [Правый]! – скомандовал Дориан, выхватив один из костяных клинков.

– Как скажешь, дружище! – бодро ответил Альварес, держа в руке Зубочистку.

– Опять всё как всегда, – обречённо сплюнула Лили.

– Я подлатаю мелкую и присоединюсь к вам! – напутствовала Адель остальным.

Когда авантюристы спустились, они поняли, что трио уже почти разгребло завал в холле. Вся мебель и прочий хлам были аккуратно оттащены в разные стороны. Пространство теперь казалось гораздо большим, чем оно воспринималось, будучи заваленным скарбом. Под рухлядью открылся прекрасный мозаичный пол в центре зала, изображавший орнаменты с алым пламенем. Хотя рисунок и поблек под действием времени и пыли, он всё равно представлял собой великолепный образец искусства. Однако, там же над мозаичным панно отчётливо нарисовалась одна проблема. Полупрозрачный призрак рыцаря стоял, выражая крайнюю степень рассерженности. Воин размахивал мечом в правой руке, левая же сжимала то ли жаровню, то ли фонарь. Из раскрытого забрала на авантюристов взирало изменённое от злобы и ненависти лицо старика с обвисшими тощими, как его ноги, усами. На кирасе призрака был различим знак пламени, указывавший на принадлежность старика к Алому храму.

– Нечестивцы! Я, Герхард фон Ротте, выжгу ваши паршивые жизни железом, калёным в Алом Пламени! – со старческим надрывом, глухо завыл призрак. – Как вы посмели привести в мой дом демонические исчадия?

– О-офигеть! – протянула Лили, уставившись на полупрозрачного рыцаря. – Первый раз вижу призрака так близко.

– Будь бдительна, – предостерёг её Дориан. – Призраки крайне опасные противники. Обычным оружием его не победить. А этот, похоже, при жизни был паладином Алой.

– О, да! – услыхал разговор дух. – Я проводник Её воли! Падите ниц, еретики, ибо я непобедим!

– Простите, сеньор, а нам обязательно сражаться? – осведомился южанин, скорчив рожу, которая, видимо, должна была продемонстрировать любезность.

– Ты чего несёшь, боров? Нужно как можно быстрее изгнать ЭТО из нашего дома!

– Сеньорита, я не имею ничего против хорошей драки, но он, так сказать, ваш родственник.

– А ведь точно! – наконец догадалась Лили. – Эй, полупрозрачный, давай, угомонись уже! Меня зовут Лили э… фон Ротте. Вот. Мне достался этот дом от герцога, так что мы тут хозяева.

– У-у-у! Как смеешь ты, отродье демона, называть себя фон Ротте?! – от фразы лучницы призрак совсем пошёл в разнос. – Думаешь я не знаю кто ты такая? Ты дочь той ведьмы, что осквернила наш род!

– Похоже, ты его только разозлила, – резюмировал Дориан.

Тем временем дух начал раскачиваться из стороны в сторону, вращая свою голову вместе с шлемом по часовой стрелке. В фонаре, что держал призрак, вспыхнуло красное пламя. Меч старика засветился малиновым сияньем. Дух махнул фонарём распространяя волну красного света. Авантюристы почувствовали её удар на себе, попятившись назад. Лили поморщилась, словно её обдало печным жаром. А затем на них снизошёл свет [Алого Благословения]. Альварес отшатнулся назад, Дориан выставил вперёд костяной клинок, пытаясь рассечь заклятье, но не смог и чуть не упал на пол. У Лили перехватило дыхание от боли. Свет жёг нещадно и от него не было спасения, никакая броня не могла защитить от палящего возмездия. Лучнице стало казаться, что её тело немедленно испарится. Все чувства пропали. Остались лишь страх и паника.

– Что, горячо? – послышался знакомый голосок в голове у Лили. – Моё пламя не так-то просто превозмочь.

– Сделай что-нибудь! – сквозь зубы прошипела Лили, пытаясь не потерять сознание.

– Но я не могу. Герхард всю свою жизнь был моим верным последователем. Даже после смерти он не оставил свою веру, – возвестил голос. – И то, что ты можешь говорить со мной целиком и полностью его заслуга. Его огонь стал проводником между нами.

– Я сейчас ласты склею! – закашлялась Лили.

– Иллилидель! Демон – не твоя судьба! Помни об этом!

– Проклятье! Как же жжётся!

– Даю подсказку, используй опыт, что уже приобрела.

– Какой ещё опыт?!

– И последнее, если захочешь узнать больше, обязательно загляни в мою библиотеку.

Темнота постепенно стала рассеиваться. Лили открыла глаза и обомлела. Призрак продолжал давить своим заклятьем. Дориан из последних сил сдерживал его. Вокруг лидера начал крутится серый пепел, а его глаза тускло светились синим. Чуть дальше, вцепившись в стену, еле стоял Альварес, с которого градом тёк пот. В левой руке южанин сжимал что-то на цепочке. Лили встрепенулась. Она поняла, что свет призрака жёг всё меньше. Заклятие стало ослабевать. Лучница попыталась сделать шаг вперёд. Дух понял это. На его прозрачном лице выступила решимость идти до конца.

– [Неунывающее развеивание]! – крикнула Адель со второго этажа. Жар исчез в ту же секунду. Дориан чуть не упал на колени от перенапряжения.

– Я думал, что уже труп, – пробормотал пошатывавшийся Альварес, вытирая пот со лба. – Сеньора, что же вы так долго?

– Не хотела прерывать разговор, – ехидно заметила жрица. Из-за её спины выглядывало перепуганное трио. Демонессы были настолько шокированы, что не выказывали ни капли враждебности, предоставив всю свободу действий своей госпоже.

– Сгинь! – крикнул призрачный старик, взмахнув фонарём. Тут же вокруг рыцаря образовался красный ячеистый барьер, отделяя духа от его оппонентов.

– Вот это уже проблема, – вздохнула Адель, спустившись по лестнице на первый этаж.

– [Обсидиановый шип]! – крикнул Дориан, отправляя острый снаряд в барьер под восторженные взгляды демониц.

Каменный осколок на хорошей скорости влетел в барьер, чтобы рассыпаться в ничто, оставив после себя лишь горстку пепла на полу. Дориан запустил ещё несколько шипов, но результат оказался тем же. Призрак гордо ухмыльнулся. Сотворённый им барьер, держался крепко.

– Он пепельный страж, госпожа? – спросила Синяя у Адель, указывая пальцем на Дориана.

– Кто знает, – пожала плечами та.

Барьер, между тем, продолжал сгущаться, превращаясь в непреодолимую стену между духом и остальными. Непонятно, чего хотел добиться призрак таким способом, но он продолжал вкачивать силу в барьер, делая его всё толще и основательнее. В какой-то момент полупрозрачная красная стена исказилась, как вогнутое зеркало, и поползла на отпрянувших от неё авантюристов, собирая их в кучу, словно невод рыбу. Теперь стало ясно, что призрак задумал сжечь барьером своих оппонентов.

– Не касайтесь его! – предостерегающе крикнула Адель. – Иначе сгорите тут же!

– Как будто мы сами не знаем, сеньора, – хрипло отозвался Альварес, продолжая отступать назад под неумолимым натиском приближающейся магической стены.

– Она сказала, что нужно использовать опыт, – пробормотала Лили. – Эй! Ребята! У меня появилась идея, как разрушить барьер этого гада.

– Давай! – крикнул Дориан, запуская очередной [Обсидиановый шип] в надвигавшуюся стену.

Лили рванула к барьеру. Она не совсем понимала, что делает. Одна фраза, услышанная ей раньше, всё не давала покоя лучнице. Что, если сработает? Ведь тогда получилось! Добравшись до барьера, Лили коснулась его руками. Ладони зажгло, словно калёным железом. Лучница стиснула зубы. Её волосы стремительно начали краснеть. Борясь с болью, она, наконец, выкрикнула, что хотела:

– [Разрушитель барьеров №259]!

Зал содрогнулся. Барьер, казавшийся ещё секунду назад нерушимым, пошёл трещинами, скрипя и скрежетая. Прорехи в нём усиливались. Магическая стена стала осыпаться, от неё начали отваливаться куски. Не ожидавший такого поворота событий призрак, отступил назад и попытался восстановить барьер заново, но у него не вышло. Раздался звон бьющегося стекла, и барьер окончательно развалился на осколки, которые растворялись в небытие, не успев долететь до земли.

– Это как?! – ошалело вымолвила Адель, уставившись на Лили. Трио и вовсе удостоило лучницу благоговейных взглядов. Демонессы пораскрывали рты от удивления, жадно ловя широко распахнутыми глазами любое движение разрушительницы барьеров. А призрак, наоборот, потерял волю к сражению. Ещё секунду назад он готов был покарать всех своих врагов, но сейчас старик безвольно опустил руки. Лицо его осунулось и погрустнело. Точнее сказать на нём проступила непреодолимая печаль, смешавшаяся с облегчением и безмятежностью.

– Вот и всё? – спросил дух, не обращаясь ни к кому конкретному. – Спасибо тебе, Алая Госпожа! Я столько лет ждал, и наконец дождался...

– О чём он вообще? – в недоумении спросила Лили, взглянув на Дориана. Лидер развёл руками, подтверждая, что не в курсе происходящего.

– Всё очень просто, – вымолвил дух, обращаясь к лучнице. – Идём, несчастное дитя нашего рода. Я покажу тебе кое-что.

Сказав это, призрак поплыл под главную лестницу, показав жестами остальным, чтобы следовали за ним. Встав напротив тупика, старик попросил убрать дырявый гобелен, висевший там. Под тряпкой оказалась глухая стена, на которой был нарисован красный круг со вписанным в него пятиугольником. Дух ткнул пальцем в центр круга:

– Нужна кровь фон Ротте. Без неё проход не открыть.

– Ну да… – хмыкнула носом Лили, сделав небольшой надрез на пальце. – Столько хватит?

– Да, этого будет довольно, – произнёс призрак торжественно. Как только кровь была нанесена на нужное место в центре круга, раздался скрежет и стена, казавшаяся капитальной откинулась, освобождая спуск из каменных ступенек, который уходил куда-то вниз, в непроглядную темноту. Первым войдя в проход, дух снова позвал за собой авантюристов. Его полупрозрачная фигура ещё маячила какое-то время в проходе, чтобы затем окончательно раствориться в темноте.

Переглянувшись, приключенцы последовали за призраком. Преодолев несколько десятков крутых ступенек, команда попала в небольшой зал с полками и стеллажами. Когда магический огонёк Дориана осветил пространство, от увиденного у присутствовавших перехватило дыхание. На полках, расположенных по стенам, лежали украшения из золота и серебра с вкраплёнными в них драгоценными камнями. В витринах покоились мечи и кинжалы с ржавыми клинками и истлевшими от времени рукоятками, но при этом выполненные настолько искусно, что не оставалось никакого сомнения, что даже в таком плачевном состоянии они стоили немалых денег. На стендах висели кольчуги, кирасы и прочее обмундирование. Всего этого хватило бы, чтобы вооружить целую банду, или выкупить поместье.

– Не-невероятно! – только и сумела выкрикнуть Лили, у которой глаза заблестели от созерцания всего этого великолепия.

– Но ведь род фон Ротте угас из-за проблем с финансами? – промямлил Дориан, постоянно оглядываясь на разные полки. – Тогда откуда всё это?

– Отдавать какие-то долги фамильными сокровищами?! – заносчиво выкрикнул призрак, выплывший из одной из стен. – Я лучше сдохну, чем передам в лапы этим негодяям хоть одну вещь отсюда!

– Вообще-то, ты и так уже мёртв, – съязвила Адель.

– Правда ваша, тёмная жрица, зато богатства нашего рода так никто и не нашёл. И я не жалею, что мне пришлось отдать жизнь за это! – фыркнул дух, посмотрев в один из углов помещения. Там лежал скелет, облачённый в ту самую броню, которая отлично угадывалась на призраке. – Когда эти варвары пришли отнимать особняк, я не мог допустить, чтобы они наложили свои потные волосатые лапы на наши реликвии. Поэтому я закрыл проход изнутри и хотел перетащить всё, что лежало в комнате, через канализацию и перепрятать. Подвал соединяется с нею через проход.

– Но они всё равно добрались до вас? – печально спросила Лили.

– Не! Куда там, – отмахнулся старик, усмехнувшись. – Эти тупицы так и не нашли вход в хранилище, иначе они бы вычистили здесь всё до последней пылинки. Просто здесь со мной случился удар, и я потерял свою жизнь. Но при этом обрёл иное существование.

– Сеньор, но выходит, что вы и есть то самое проклятье особняка? – глухим голосом спросил Альварес.

– Сам не знаю. Я никогда не считал себя проклятым созданием, ибо вера в Богиню вела меня, – устало вздохнул дух. – Может я и напугал парочку негодяев, что хотели заграбастать дом, ну так сами и виноваты. Нечего зарится на чужое!

– Хранитель рода, – догадалась Адель. – Не мстительный дух, а хранитель рода. Теперь всё встало на свои места. Иногда, человек посвятивший всего себя благополучию семьи может превратится в духовную сущность, что будет оберегать после смерти своих потомков. Такой дух шаманы ещё называют тотемом.

– Это он так меня хорошо оберегал, что чуть не спалил?! – нервно хихикнула Лили.

– Но ведь не убил же? – парировала жрица. – А следом, как только тебе удалось продемонстрировать принадлежность к семейству фон Ротте, его характер моментально изменился. Я думаю, он сам не понял как.

– На ней метка Богини, – констатировал дух. – Первый в нашем роду имел такую, а теперь и последняя тоже.

– Ты меня отродьем демона назвал, вообще-то! – обидчиво посетовала лучница.

– И продолжаю так считать. Но Богиня отметила тебя. Кто я такой, чтобы идти против Неё?

Призрак поплыл к одному из шкафов. Распахнув дверцы, дух продемонстрировал полки, полные древних фолиантов. Кожаные обложки этих книг были щедро украшены золотом, серебром и самоцветами, а страницы, исписанные вручную, представляли собой пергамент, а не бумагу. На обложках были изображены странные абстрактные символы и отсутствовали какие-либо упоминания об авторе. Несмотря на невероятную древность, книги были в идеальном состоянии.

– Вот оно, истинное богатство дома фон Ротте! – торжественно провозгласил призрак. – Дар самой Богини!

– Подожди-ка, – не веря своим глазам, уставилась на стеллаж Адель. – Это же книги навыков! Из-за дисбаланса их создание очень давно находится под запретом, но уже созданные артефакты убирать не стали. Да это, наверное, самый большой запас в Основном мире! КАК?! Как вы их сохранили?

– Вера в Алую Богиню творит чудеса, – гордо заявил дух.

– И много за них дадут? – легкомысленно осведомилась Лили, с интересом рассматривая коллекцию книг.

– Ты не понимаешь, глупышка, – пробормотала Адель, у которой никак не получалось оправится от шока. – Цена этих «книг» измеряется не в золоте. Никаких богатств вашего заплесневелого королевства не хватит, чтобы купить их.

– Чё?! Серьёзно? – охнула Лили, протягивая руку к одной из книг.

– Ты всё ещё мыслишь категориями местного обывателя, – продолжила наставления Адель. – Но это пройдёт со временем. Истинная ценность этих книг в том, что они позволяют почти мгновенно освоить навык, заклинание, а иногда и целый раздел магии. А поскольку такие фолианты не создавали по пустякам, то и навыки, которые в них запечатаны, как правило, редкие и ценные. Проблема заключается в том, что нужно соответствовать критериям книги.

– Каждый раз какой-нибудь подвох, – фыркнула Лили. – Получается, что если я не подхожу книге, навыка мне не видать?

– В лучшем случае. В худшем можно словить проклятье или просто склеить лапки.

– Чего сразу-то не сказала? – Лили отпрянула от стеллажа, словно ошпаренная.

– В этом сломанном мире ничего не даётся просто, – расплылась в горькой ухмылке Адель. – За всё приходится уплачивать свою цену. Вот и книги навыков взимают свою мзду за их использование. Прежде, чем употребить их по назначению, фолианты надлежит изучить. И, к счастью для тебя, я имею некоторый навык в оценке, поэтому могу проверить книги на наличие «особых» условий, но и времени уйдёт немало. Главное сейчас – чтобы никто посторонний не пронюхал про это богатство.

Как только жрица закончила свою речь, откуда-то с верху раздалась серия глухих ударов. Кто-то настойчиво барабанил в входную дверь, непременно желая попасть внутрь.

– Госпожа! – почти слетела с лестницы Синяя. – В дверь кто-то ломится!

– Нам его прибить? – высунулась из-за спины Синей Красная.

– Конечно, нет! – нервно откликнулась Адель, переглянувшись с Дорианом.

– Может Джеймс всё-таки пришёл? – с надеждой в голосе предположил лидер.

– Так, вы трое! – рявкнула Адель на демонесс. – Вы – горничные этого дома. С гостями не говорить и на глаза не попадаться. Всё понятно? И никаких трупов местных! Если хоть одного задерёте, я вам кишки обратной стороной выверну!

– Слушаюсь, госпожа! – пролепетала Синяя.

– Идём, поглядим, кто это, – скомандовал Дориан.

Когда авантюристы открыли дверь, перед ними предстал щуплый старичок в одежде зажиточного купца с тросточкой и в широкой шляпе. Соорудив на лице эталонную улыбку торгаша, гость нагло прошествовал внутрь, не спросив на это разрешения.

– Людвиг Голдштейн, к вашим услугам, – учтиво представился старичок. – Неужели старый особняк, наконец, обрёл новых владельцев?

– Возможно, – уклончиво ответил Дориан, не сводя глаз с постороннего.

– Замечательно! У нас такая хорошая площадь. Единственное, что её всегда портило, так этот, извините, дом. Сколько себя помню, он всегда стоит заброшенный, – старичок начал расхаживать по залу, вертя головой и присматриваясь к мебели и картинам.

– Простите, сеньор, а нельзя ли узнать цель вашего визита? – прогнусавил Альварес, заслоняя своим крупным телом проход в подвал.

– О, как председатель коммуны нашей площади, я пришёл, чтобы засвидетельствовать своё почтение новым хозяевам! – возвестил Людвиг, наигранно взмахнув своей тростью, не преставая при этом обшаривать взглядом всё вокруг. – Сколько лет здесь живу, а в особняке фон Ротте впервые.

– Ваша коммуна предполагает членские взносы? – спросил старика Дориан.

– Нет, что вы. Последний раз мы скидывались на фонтан, но регулярных отчислений нет. О! Какой покрой! – на глаза старичку попалась Красная, которая неудачно выглянула из-за угла. – Я, некоторым образом, торговал тканями и одеждой, но таких образцов видеть не приходилось.

От неожиданности суккуба застыла как вкопанная в панике пытаясь сообразить, что делать дальше. Поймав грозный взгляд жрицы, Красная ещё больше затряслась, изобразив на лице немой крик. Людвиг же с несвойственной для стариков прытью тут же оказался рядом с псевдо-горничной и принялся осматривать её наряд.

– Удивительно, из какого вы агентства? – праздно спросил старичок Красную, приняв её за служанку. – Кто автор этого наряда? Ка же всё-таки ладно скроено платье!

– Я… – выдавила из себя демонесса, но на большее она была не способна. Увидав, что у Красной начали расти когти на пальцах, Адель вприпрыжку, вклинилась между ней и стариком.

– Простите, но агентство мы назвать не сможем, – благообразно заявила жрица. – Надеюсь, вы простите нам эту неучтивость?

– Конечно, конечно, – улыбнулся старичок, как будто додумался до чего-то. – Ничего страшного, просто профессиональный азарт старого торговца тканями снова взял верх надо мной. Но какой же всё-таки интересный фасон! Да и ваша мантия великолепна! Я не ошибусь, если скажу, что это работа одного автора? Я прав?

– Да, благодарим за высокую оценку, – нетерпеливо ответила ему Адель, одновременно с этим отпихивая Красную подальше.

– Скажите, а вы, случайно, не планируете открыть здесь заведение? – ляпнул старичок, окончательно потеряв интерес к служанке.

– Заведение? – нахмурив брови, переспросила Лили. – Кабак что ли?

– Ну, почему сразу кабак? – немного огорчился старичок. – У вас тут недавно такой шум стоял. Вот мы с друзьями и подумали, что новые хозяева затеяли перепланировку. Я вам доложу, добрая таверна пользовалась бы здесь большим спросом. У фонтана всегда много туристов, но, к сожалению, на площади совершенно негде отдохнуть. А у вас такой роскошный холл внутри.

– А ведь это мысль, – призадумался Дориан. – Так в будущем дом сможет сам себя содержать. Единственная проблема – деньги, которые нужны сейчас.

– Не такая уж и проблема, – шепнула ему Лили, кивнув в сторону подвала.

– Господа, кажется я подал вам отличную идею! – обрадовался Людвиг.

– Сеньор, в таком случае, первый обед для вас за счёт заведения! – вдруг воскликнул Альварес, приведя старика в ещё больший восторг.

– Непременно воспользуюсь вашим предложением, – закивал старик. – Однако ж, мне пора.

– Были рады познакомится, – учтиво вымолвил Дориан, открывая входную дверь.

Когда старик, наконец, соизволил уйти, все вздохнули с облегчением. Несмотря на праздный вид, Людвиг производил впечатление очень внимательного человека. Ни одна деталь не скрылась от его взора, пока он мило трепался с собеседниками.

– Странный тип, – пробормотал Дориан, наблюдая из окна, как старик удаляется через площадь.

– Видели, как он здесь всё разнюхивал? – вздохнула Адель.

– Меня больше интересует другое, – скривила лицо Лили. – Боров, какого тролля, ты обещаешь обеды всяким проходимцам?! Этого старого халявщика отсюда теперь метлой не выгонишь будет!

– Сеньорита, вы ничего не смыслите в дипломатии, – обиделся южанин. – Это позволило выпроводить его. Я просто сыграл на жадности.

– Что думаете об идее? – перебил его Дориан.

– Много мороки, дружище, – честно ответил Альварес, скривив лицо.

– А мне кажется, кабак – совсем неплохо даже, – сморщила лоб Лили.

– По крайней мере, можете рассчитывать на трёх бесплатных сотрудниц, – улыбнулась Адель. – Меня больше интересует, как отреагирует наш полупрозрачный друг на наплыв посторонних людей. Да и побрякушки из сокровищницы я бы не рекомендовала сейчас продавать. Умные люди сразу догадаются, откуда они, а дальше ждите набег жулья, решившего, что им эти богатства нужнее. Так что планировать работы стоит исходя из наличия своих средств.

– Герцог нас деньгами не обидел, это факт, – призадумался Дориан. – Но хватит ли на открытие целого заведения? И потом, мы ведь не собирались останавливаться в Эрлиге надолго. А с таверной придётся здесь осесть, или нужно будет найти толкового управляющего и платить ещё и ему.

– Что насчёт твоей сестры? Вы все стараетесь не обсуждать её положение, но давайте будем честны. Сколько времени займёт восстановление? Лекари ведь сказали тебе? – строго спросила Адель.

– Полгода, минимум… – обречённо ответил Дориан.

– Кошмар… – пробормотала Лили, прикрыв рот рукой.

– Рука скверно срослась, из-за плохого зелья, – вздохнул Дориан. – У Фриды проблемы с суставом. Как мне пояснил целитель, на ноги её поставят быстро, но с восстановлением функциональности руки придётся повозится. Авантюристкой сестра в ближайшее время быть не сможет.

– Но управлять таверной она вполне будет способна, тем более, что у неё, как я поняла, уже есть опыт.

– Просто оставить её здесь и уйти?! – оскалился Дориан.

– По-твоему лучше, чтобы она глупо погибла в какой-нибудь заварушке, потому что не смогла дать отпор? – усмехнулась жрица. – Ты прекрасно понимаешь, что сейчас она не боец.

– Я поговорю с сестрой, – неуверенно согласился Дориан. – Я уже думал, куда пристроить Фриду, и вариант с таверной на самом деле неплох, но тогда будьте готовы, что почти всё заработанное улетит как в трубу на открытие. А ведь мы ещё собирались кирасу Альваресу купить.

– Да пустое это, дружище! Отдадим кузнецу мою дырявую. Он и приварит кусок.

– Боров, ты совсем ку-ку что ли? Может мозгов лучше приварить? В подвале железяк немеряно, панцири там точно были. Иди, выбирай любой, – свеликодушничала Лили.

– Сеньорита, у меня нет слов! – растрогался Альварес. – Но, боюсь, ваш полупрозрачный предок будет не в восторге, что какая-то посторонняя южная рожа забрала вещь из сокровищницы.

– С призраком надо что-то делать, – призадумавшись, согласилась Адель. – Но силовой вариант лично мне не видится решением проблемы. Тем более что от хранителя рода чертовски сложно избавится. Технически, это не злой дух, и изгнание на нём не сработает…

– Эй, как там тебя! – крикнула неожиданно Лили. – Дух! Топай сюда!

– Я и так здесь, – откликнулся полупрозрачный старик, выплывая из-за стены.

– Отлично, – улыбнулась лучница. – Борову нужна кираса. Есть в подвале чего-нибудь полезное?

– Рискну предположить, – хвастливо ответил призрак. – Коллекция доспехов фон Ротте одна из лучших в округе.

– Вот и отлично!

– И должна оставаться таковой! – недобро огрызнулся дух.

– О чём я и оговорила, – подытожила Адель. – Просто так распорядится наследством не получится.

– Он может взять кирасу, которая надета на мне, – вдруг заявил дух. – Моим костям она уже без надобности. И я чувствую, что могу отдать её.

– Значит под защитное заклятье не попали личные вещи сотворившего, – согласилась Адель. – Вполне логично.

– Всё слышал, боров? Иди снимай железку со скелета, если не побрезгуешь.

– Сеньорита, Ваши слова тронули мен до глубины души! – восторженно прогнусавил южанин. – Я немедленно воспользуюсь Вашим щедрым предложением.

Глава 7. Пристанище Красной ведьмы

Через несколько дней в особняке фон Ротте во всю кипела работа. Несколько нанятых рабочих усердно красили фасад, меняли рамы, правили крышу от протечек. Суета в некогда заброшенном доме привлекла толпы зевак. Если раньше всё внимание притягивал фонтан со скульптурами, то теперь зрители столпились около дома. Наблюдая за темпом работ, зеваки гадали, что будет с особняком. Какой-то умник со знанием дела пояснял своим друзьям, что строение непременно снесут, а все эти манипуляции только для вида, чтобы не злить городские власти и герцога.

Сквозь толпу с трудом протиснулась девушка с левой рукой на перевязи. Фрида решительно приподняла оградительную ленту и прошла дальше ко входу. Окружающие проводили её завистливым взглядом, попутно гадая в какую сумму вылилось восстановление недвижимости. Навстречу Фриде вышел Дориан, поприветствовав её. Она печально улыбнулась и двое скрылись внутри.

– Фрида! – радостно воскликнула Лили, спрыгнув с лестницы, ведущей на второй этаж.

– Она самая.

– Ну как ты? Как рука? – продолжила дознание лучница.

– Заживёт, – уклончиво ответила бард. – Вы мне лучше скажите, что за безумие вы тут устроили? Какая таверна? Зачем?!

– Господин, куда это сложить? – спросила лидера Красная, неся в руках коробку, заполненную новыми тарелками.

– В кладовку за кухню, – чуть задумавшись, махнул рукой Дориан.

Надо сказать, что демонессы довольно быстро освоились и уже не таращили глаза при виде человека. Адель постоянно делала им внушения, напоминая, как нужно вести себя в Верхнем мире, но и сами девушки оказались достаточно сообразительными. Кроме того, будучи фамильярами Адель, они и раньше выполняли роль прислуги, так что тратить время на их подготовку не потребовалось. Зелёная, как выяснилась, умела неплохо готовить, и её определили на кухню. Синяя, будучи лидером группы, а также самой собранной из трёх, была назначена, кем-то вроде администратора, встречающего гостей. Что касается Красной, ей прекрасно подошла роль официантки, учитывая её природную скорость и проворство.

– А это ещё кто? – подозрительно косясь на странную служанку, поинтересовалась Фрида. – Вы ещё и прислугу умудрились нанять? На какие шиши?

– Спроси лучше Адель, во сколько нам обошлись три служанки.

– Значит их целых три? Вы опять без меня вляпались в какие-то неприятности? – процедила Фрида, прищурившись.

– Да ладно тебе! – поспешила на помощь лидеру Лили. – Ты лучше помоги с названием, а то наши черепушки под это совсем не заточены. Никак не получается придумать что-то хорошее.

– Значит, за этим меня вытащили с больничной койки? – рассмеялась Фрида. – Не волнуйтесь, помогу, чем смогу. А какие варианты уже предлагали? Я хоть посмеюсь.

– «Жорево на площади»! – выкрикнула Лили.

– «Приют одинокого кабальеро», – печально вымолвил Альварес, нарисовавшись как из-под земли.

– «У фонтана», – промямлил Дориан.

– Как я и думала, – прыснула Фрида.

– Прошу, явите же нам свой вариант! – взмахнул рукой южанин.

– К вашему счастью, между операциями я не лежала без дела, а изучала местный фольклор, да и раньше слухи про этот дом до меня доходили. Поэтому лучшее, что мне приходит на ум – «Пристанище Красной ведьмы».

– Не слишком ли вольно? – усомнился Дориан. – Всё-таки для многих семейств, проживающих здесь, это трагедия, я уж молчу про Лили…

– Отличное название! То, что надо! – выкрикнула лучница. – Я бы ни за что до такого не додумалась!

– Дружище, мне тоже нравится. Отлично звучит, – согласился с Фридой Альварес. – Сеньоры и сеньориты! Позвольте всецело приветствовать Вас в «Пристанище Красной ведьмы»!

Южанин сделал реверанс, словно снимал с головы несуществующую шляпу. Затем последовали полуоборот и поклон. Все находившиеся внутри зала обернулись, уставившись на Альвареса. Крупный плотник, трудившийся над рамами окон первого этажа ухмыльнулся в усы и поднял большой палец вверх. Несколько работников зааплодировали. К редким хлопкам прибавились новые, слившись в единый хор одобрения. Захлопала даже Красная, поставив очередную коробку на пол.

– Ну, господа-хозяева, – басовито заявил усатый плотник, когда гул поутих. – По мне так попала дамочка с названием тютелька в тютельку. Ежели захотите вывеску заказать, так наша мастерская всё устроит.

Весть разнеслась мгновенно. Уже к вечеру весь город обсуждал ещё неоткрытую таверну на площади с фонтаном. Люди судачили о новом владельце дома. Говорили, что это какой-то граф или даже маркиз. Скорее маркиз. Ведь он привёз с собой даже слуг. И все три барышни – писаные красавицы! В конце концов молва повысила Дориана до принца из маленького далёкого королевства, но на этом не успокоилась, переключившись на остальных сопартийцев Нордвинда. Альварес превратился в начальника охраны царственной особы, а эльфийка-лучница оказалась тысячелетней воительницей-телохранительницей из дома Холмов. Адель, часто замеченная в компании служанок, естественно могла быть только распорядительницей двора. Об этом лично заявлял, колотя себя в грудь, плотник Зигмунд Грубер, чинивший окна в особняке. Загадкой оставалась лишь странная девушка с перевязанной рукой. Кто она была такая, так и не удалось разобраться.

К неудовольствию Дориана статус «принца» повлёк за собой и негативные последствия, потому что в «Пристанище Красной ведьмы» или просто «Пристанище», как стали называть заведение горожане, потянулись всякие нежелательные личности. Аристократы и дворяне всех мастей ломились в ещё не открытое заведение, чуть ли не создавая очередь, пытаясь засвидетельствовать Дориану своё почтение и непременно мешая работе глупыми вопросами о будущем меню или дате открытия. За благородными нарисовались торгаши. Среди них были, как порядочные купцы в поисках хорошей сделки, так и подозрительные дельцы, пытавшиеся нагреть лапы на заезжем богатее. После купцов повалили все остальные. Непонятные личности наперебой предлагали свои услуги. Кто-то из них действительно мог быть полезен, но основная масса только раздражала и отнимала время, пытаясь отнять ещё и деньги, наваливая свои «замечательные» идеи, которые богатый господин всенепременно должен профинансировать. В результате Альваресу пришлось взять на себя роль вышибалы, отваживая большую часть этой публики. В этом деле, как ни где, пригодилась страшная физиономия южанина.

Впрочем, были и положительные моменты. Статус «принца» неплохо сработал с городской бюрократией. Необходимые для строительства разрешения появились невероятно быстро. Некоторые поставщики и купцы вместо того, чтобы взвинтить цены, наоборот, сделали скидку в надежде на будущие преференции. Проблема с зачислением Агнель на место погибшего Лаэнре решилась сама собой. Пакет подготовленных и подписанных бумаг принёс лично главный секретарь колледжа, изойдя на поклоны перед Дорианом.

Естественно, что всех, включая Нордвинда, интересовало, как отреагирует призрак на наплыв посторонних, но дух оказался куда миролюбивее, чем предполагали. Стало ясно, что пока чужие не полезут в подвал, Герхард фон Ротте будет спокоен. Более того, Лили однажды заметила, как поздно вечером дух уселся за один из установленных столиков и довольно осматривал интерьер. Может, даже призраку надоело пребывать в запустении?

В хлопотах и заботах пробежало ещё несколько дней. Кошель с герцогскими деньгами заметно опустел, но и особняк невероятно преобразился. Фасад покрасили и подправили. Оконные рамы починили, а где не смогли, заменили на новые и все их покрыли коричневой морилкой. Крыша перестала подтекать, хотя до идеала ей было ещё далеко.

Внутри большого зала расставили столы и стулья. Мебель была простенькая и грубоватая, но это только создавало нужный антураж. На стены первого этажа поклеили новые обои в мрачных тонах. Часть испорченных картин Фрида подсказала оставить. И это оказалось отличной дизайнерской находкой. Всюду развесили медные подсвечники, в которые воткнули свечи с красным пламенем. Проход в подвал было решено закрыть массивным дубовым шкафом, чтобы никакой пронырливый посетитель на пробрался вниз.

Поскольку второй этаж состоял из жилых комнат, логично было бы сделать из него что-то вроде гостиницы, но сил и средств на это уже не хватило, поэтому было решено оставить всё как есть, закрыв этаж для посетителей. Авантюристы только разгребли несколько комнат для себя, чтобы окончательно переехать в особняк. Часть комнат пришлось использовать, как временный склад, стащив туда всё, что осталось после приборки в основном зале, и то, что жалко было выбрасывать.

До мансарды, которая представляла этаж третий, добраться и вовсе не успели. Под крышей обнаружился очередной склад старых вещей, к которому тут же не захотелось возвращаться. Лили было попробовала порыться в хламе, в надежде найти ещё антуражных вещей для интерьера таверны, но занятие с самого начала было обречено на провал, поскольку искать полезности в ворохе мусора и рухляди было абсолютно бессмысленно. Всё, что попадалось лучнице, не имело ни малейшей ценности.

– Деньги стремительно заканчиваются, – озвучил печальную новость Дориан, сидя за одним из столов главного зала.

– Кто бы сомневался, – фыркнула Лили. – Я давно говорила, что нужно аккуратно продать парочку безделушек из подвала. Ничего страшного не произойдёт, если выбрать вещички похуже и попроще.

– И наш полупрозрачный друг начнёт крушить всё вокруг, – осадила её Адель. – Сто раз тебе про это говорила.

– А может, не начнёт? Что за толк в богатстве, если им не воспользоваться? Одному Борову с кирасой повезло!

– Сеньорита, вы же сами предложили, – обиделся южанин.

Беседу прервал очередной стук в дверь. Вся компания не сговариваясь вздохнула одновременно. В последнее время они приняли столько разных гостей, посетителей, просителей, попрошаек и просто странных визитёров с сомнительными предложениями, что звук стука заставлял вздрагивать, а то и подпрыгивать на месте.

– Опять… Да ещё в такой поздний час, – раздражённо заворчал Дориан.

– Закрыто, сеньор! – зычно, почти без сиплости в голосе крикнул Альварес.

– Это Джеймс! Откройте, пожалуйста! – отозвался с противоположной стороны двери знакомый голос.

Шеф магической полиции оказался не один. Рядом с ним стоял рослый широкоплечий детина в свободной рубахе, украшенной орнаментами из красных и синих треугольников. Спутник Джеймса упирал руки в бока, одаривая всех своим уверенным взглядом.

– Позвольте представить, сер Уолтер Донован. Старший рыцарь-наставник кадетского корпуса «Эрлигские соколята».

– Будем знакомы! – по-армейски гаркнул Уолтер.

– К вашим услугам, – подал ему руку Дориан.

– А неплохо у вас тут получается, – водя по сторонам здоровенным носом-картошкой, заявил рыцарь. – Мрачновато, но со вкусом.

– Сер Донован решил поучаствовать в мероприятии, о котором мы свами говорили ранее, – пояснил Джеймс.

– Моим подопечным не помешает больше практики, особенно в составе смешанных тактических групп, – отчеканил рыцарь.

– Мы зашли спросить, не желает ли ваша команда присоединится к тренировке молодёжи?

– Это про тот урок, где надо будет нянчится с ребятнёй? – ляпнула Лили, попивая чай из кружки с фамильным вензелем фон Ротте.

– Он самый, – улыбнулся Джингл. – Тем более вы в последнее время неплохо потратились на особняк. Это очевидно. А за участие предполагается неплохой гонорар. Я всё устроил.

– Сеньор, и в какую сумму оцениваются наши услуги? – оживился Альварес.

Джеймс протянул бумагу, которая оказалась контрактом с официальной печатью ратуши Эрлига. Текст гласил, что требуется сплочённая группа приключенцев или наёмников для проведения наставнических обязанностей разового характера. В требованиях значилось наличие минимум двух авантюристов с подтверждённым «B» рангом. Общее количество участников – не более десяти. Гонорар составлял пять больших золотых монет на всю группу.

– По-моему, неплохо для задания, где не надо рисковать своей жизнью? – подвёл итог Джеймс.

– Вполне недурно, дружище, – Альварес толкнул локтем Дориана.

– Давайте уточним, – серьёзно посмотрел Нордвинд на визитёров. – Если я правильно понял, мы должны провести спарринг с группой студентов-магов, усиленных кадетами сэра Донована?

– Всё верно, – подтвердил Джеймс. – Только кроме упомянутых будут присутствовать несколько жриц-послушниц из Алого храма. Каким-то чудом мне удалось уломать на это мероприятие сестру Августину – нашу первосвященницу города.

– Даже знать не хочу, как ты её уговорил, – перебив Джингла, гаркнул Донован. – Я в свою очередь договорился с гильдией «Ловкачей». Они пришлют своих новичков тоже.

– Отличная новость! – просиял Джеймс. – Ну так, что? Соглашайтесь!

– По рукам, – поймав взгляды своих сопартийцев, ответил Дориан.

– Замечательно! Теперь осталось только назначить время и место. Как насчёт послезавтра в девять утра на ристалище кадетского корпуса?

– Нормально, – тут же согласился сэр Донован.

– Мы согласны, – подтвердил Нордвинд.

***

Тренировочная площадка располагалась на окраине города, непосредственно примыкая к самому комплексу зданий кадетского корпуса «Эрлигские соколята». Корпус насчитывал сто лет истории и слыл самым престижным в городе учебным заведением, предоставлявшим качественное военное образование. Изначально туда принимали только дворян, но теперешний герцог изменил это правило, и в стенах корпуса появились простолюдины. Но даже так, это были дети богатых горожан, в основном купцов и зажиточных ремесленников, потому что всё снаряжение воспитанник покупал на личные средства. По окончанию обучения хорошо проявивший себя молодой человек мог рассчитывать попасть в гвардию министериалов герцогства, что автоматически решало большинство его финансовых проблем. Герцог предпочитал не экономить на своих личных войсках и в отличие от кадетов экипировал гвардию за свой счёт.

В кадетском корпусе была довольно строгая дисциплина. Это касалось и досмотра посетителей. Дориана и остальных долго проверяли на входе бдительные охранники, прежде, чем авантюристам разрешили пройти внутрь. Вместе с лидером пришли Лили, Альварес и Адель. Фриды с ними не было, потому что ей предстояла очередная операция в лечебнице. Зато появилась Этна, уже облачённая в свои латы и с копьём в руке и со щитом за спиной.

– Ты правда думаешь, что тебе разрешат размахивать этой штукой перед ребятнёй? – опасливо посмотрев на острие, спросила Лили.

– Пусть привыкают, – отрезала Этна, сильнее сжав древко в руке. – Сражения – это не игрушки.

– По-моему, ты слишком серьёзно к этому относишься, – посетовала Лили. – Они всего лишь дети.

– Посмотрим, – улыбнулась Этна в ответ.

На ристалище их уже ждали. Несколько ребят лет пятнадцати разминались во дворе. Все они, как и Этна, были облачены в кольчуги и латы. У каждого на поясе висел меч, а один крупный паренёк сжимал в руках двуручный топор, явно красуясь перед стоявшими поодаль послушницами храма. Жриц было четыре. Все они были почти одного роста, в одинаковых алых потрёпанных мантиях и со стандартными посохами в руках. Рядом с ними, словно бдительная сова, стояла пожилая жрица – сестра Августина. Лицо тощей старухи было сморщено. Редкие сальные волосы, небрежно остриженные по подбородок, свисали словно сосульки. Священница пребывала в состоянии перманентного раздражения и то и дело шикала на своих подопечных девушек за малейшую ерунду. По другую сторону ристалища расположилась группка магов-школяров, состоявшая из пяти парней и трёх девушек. Рядом с ними опирался на посох Гюнтер Форшер, недобро поглядывая в сторону старой жрицы.

– Приветствую! – громогласно возвестил сэр Донован воздев меч в воздух, когда увидел приближающихся авантюристов. Его воспитанники повторили жест, но сделали это с меньшим энтузиазмом. Жрица повернула свою голову в сторону приключенцев, удостоив их презрительного взгляда. Особенно сильно ей не понравилась Адель. Если бы Сестра Августина могла выпускать уничтожающие лучи из глаз, то Адель сразу же превратилась бы в горстку пепла.

– Представители гильдии Ловкачей будут чуть попозже, – констатировал Форшер, пожимая руку Дориану. – Мы решили, что начнём пока без них.

– Что за безответственность! – выплюнула сестра Августина. – Я всегда говорила, что у них в гильдии одни проходимцы.

– Полно вам! – махнул рукой сэр Донован. – Придут, никуда не денутся, а мы, как сказал профессор, пока начнём.

Рыцарь подвёл приключенцев к небольшой тележке, стоявшей поодаль. Внутри неё было специальное тренировочное оружие, большей частью деревянные мечи. Стало понятно, что к вопросам безопасности организаторы подошли со всем старанием. Копьё у Этны забрали, вручив ей похожее, но с деревянным наконечником. Адель, правда, разрешили оставить её посох, так как имевшиеся в наличии ученические ей не подошли.

– Мда, – пробормотала копейщица, брезгливо вертя древко в руке.

– Понимаю, – заметив это, обратился рыцарь, – Я сам против бутафории, но руководство распорядилось иначе.

– Сойдёт, – печально вздохнула Этна, взмахну очередной раз тренировочным копьём.

– Теперь осталось выбрать первую группу практикантов, – окончательно взял на себя командование мероприятием сэр Донован. – Джон, Питер, в центр поля!

Названные ребята-рыцари беспрекословно выполнили приказ. Один из них имел шит и меч, второй был тот самый с двуручным топором.

– Ребята, кто хочет пойти первым? Нужно два человека, – обратился к своим Форшер. Школяры и не думали проявлять инициативу. Вместо этого они стали осматриваться по сторонам, словно стараясь найти спасение в окружающем пространстве. Профессор нахмурился и сам выбрал «добровольцев», к неудовольствию последних.

– Сестра Аврелия, займите место в строю, – холодно произнесла Августина. – Названная послушница быстро поклонилась и побежала к остальным.

– Если кто не понял, господин Дориан и остальные являются первоклассными специалистами. Всем вам известно о инциденте в городке эльфов. Так вот, господин Дориан и его товарищи принимали непосредственное участие в обороне и вышли из этой передряги без потерь, – разговорился Донован, обратившись к ученикам. – Прошу учитывать это и показать всё, на что вы способны.

Против собранной команды из пяти человек вышли Дориан, Лили и Альварес. Южанин в это раз взял большой тренировочный меч вместо рапиры. Дориан вооружился полуторником, а Лили попался тисовый лук со стрелами, наконечники которых были не чем иным, как присосками. Лучница посмеялась, вертя стрелы в руках, но жаловаться не стала.

– Начали! – скомандовал сэр Донован.

В этот же миг двое кадетов ломанулись вперёд, пытаясь с двух сторон уделать оказавшегося у них пути Дориана.

– [Быстрый выстрел]! – стрела Лили попала в лоб послушнице. Та от неожиданности попятилась назад, запуталась в подоле мантии и шлёпнулась на песок ристалища.

Дориан извернулся, уйдя от обоих ударов рыцарей, проскочил дальше. Кадеты, беспрепятственно пропустив оппонента назад, устремились к Лили. Один парнишка-маг, прицелившись в Дориана, скастовал [Sagitta Magica] или [Магическую стрелу], простое наступательное заклинание, второй попытался повторить, но разволновался, ошибся и заклинание не проявилось.

– [Blockierung]! – Дориан отбил заряд магии, направив его в сторону от людей. Это произвело неизгладимое впечатление на магов-учеников. Они застыли, не зная, что делать дальше. Дориан поравнялся с ними и легонько толкнул каждого рукоятью меча.

– [Бронебойный выстрел]! [Бронебойный выстрел]! – завершила бой Лили, расстреляв рыцарей-кадетов из лука. Они получили по стреле-присоске в область сердца раньше, чем смогли до неё добежать. Альварес так и остался стоять, не совершив ни одного движения.

– Позорище! – принялась отчитывать послушницу сестра Августина. – Вопиющая некомпетентность.

– Как котят… – чтобы не услышали ученики, тихо пробормотал сэр Донован.

– Я уже сто раз говорила, – не унималась Августина, – жрец всегда получает первый удар. Почему не развернула барьер?

– Простите… – послушница даже не пыталась оправдываться.

– Так давайте сначала устроим мастер-класс! – звонкий женский голос заставил обернуться присутствовавших. Отвлекшись на брань Августины, никто не заметил, как к ограждению ристалища подошла группа людей. Впереди стояли две девушки в лёгкой кожаной броне и серых плащах с абсолютно одинаковыми лицами. Двойняшки одновременно помахали руками и ловко перепрыгнули через перила арены, их примеру последовали остальные визитёры. Пришедшие оказались представителями школы «Ловкачей».

– Сёстры-ножи… – брезгливо прошипела Августина.

– Они самые! – синхронно ответили двойняшки.

Школа «Ловкачей» была довольно своеобразным учебным заведением. Там преподавали дисциплины, которые некоторые добрые горожане сочли бы не совсем уместными. В школе учли вскрывать замки, обезвреживать ловушки, прятаться в тени, сливаться с толпой и многому другому, о чём не принято было распространяться. У некоторых выходцев «Ловкачей» была сомнительная репутация. Поговаривали даже, что подобное учебное заведение спонсирует гильдия воров, но доказательств так и не было найдено. Однако, несмотря на подмоченную репутацию, «Ловкачи» никогда не испытывали проблем отсутствием учеников. Всё дело было в том, что самая сильная школа магии иллюзий в стране существовала в «Ловкачах», и это перекрывало все остальные минусы. Большинство выдающихся магов-иллюзионистов так или иначе обучались в «Ловкачах».

Двойняшки Джулия и Надин оказались инструкторами. Они привели с собой пять учеников, прятавших лица под капюшонами. Сёстры же, наоборот, ходили с непокрытой головой, демонстративно откинув накидки на плечи. Их похожесть поражала. Двойняшки не только выглядели одинаково, но и действовали синхронно, вызвав бурю восторга у присутствовавших. Но несмотря на напускное радушие, хитрые глаза сестёр совсем не были добрыми. Выражения лиц Джулии и Надин, казавшиеся простоватыми, скрывали собранность и коварство.

– Какие люди! – крикнула Надин, приметив Дориана.

– Вот уж кого не ожидали здесь увидеть, так это тебя, – согласилась Джулия.

– Доросли до инструкторов? – ухмыльнулся Дориан.

– Как видишь! – ответили двойняшки хором.

– Так вы знакомы? – приподняв бровь, спросил сестёр Донован.

– Я полгода изучал курс магии иллюзий в «Ловкачах» – пояснил Дориан рыцарю.

– А вы, я смотрю, рисковые ребята, – хихикнула Надин, скосившись на Дориана. – Выставить детей против «Лезвия»! Я б одна на него не полезла.

– А в команде запросто! – продолжила за сестру Джулия. – Инструктора против авантюристов! Что скажешь, сеструха?

– Круто! – согласилась Надин.

– С вами в одной команде?! – поморщилась Августина.

– Да нам с тобой тоже не очень охота связываться, святоша, но других жриц тут нет. Твои пигалицы даже вчетвером за одну клирикальшу не потянут.

– Готовы смахнуться? – крикнула Надин, уставившись на Дориана.

– Готовы! – объявил Дориан, посовещавшись с остальными.

– Сражение пять на пять! – гаркнул сэр Донован. – Эй, молодёжь! Все за барьер арены, у нас будет показательный бой!

– Смотрите внимательно, и запоминайте каждое наше действие, – напутствовал своим ученикам Форшер.

Донован приказал доставить другую тележку с тренировочным оружием. Единственное, что отличало его от настоящего, это отсутствие заточки на клинках и округлые наконечники у копий и стрел. Команды выстроились друг на против друга. В авангарде инструкторов, сияя латами, стоял сэр Донован с большим треугольным щитом в левой руке и увесистым одноручным мечом в правой. За его широкой спиной спрятались двойняшки с кинжалами в руках. Третью линию составили Форшер и Августина.

Авантюристы выстроились похожим образом. Впереди команды – Этна-Копейщица. Чуть за ней, по бокам, встали Дориан и Альварес. Дальше расположилась Адель. Лили оказалась замыкающей.

– Если старуха начнёт сыпать барьерами, не вздумай их ломать, – оглянувшись, предостерегла Адель лучницу.

– Да знаю, – огрызнулась Лили. – Я не настолько тупая, чтобы так подставиться.

– Начали! – крикнул сэр Донован и сам побежал вперёд.

В пяти метрах от авантюристов рыцарь вдруг остановился, выставив щит вперёд.

– [Красный доспех, базовая версия]! – возвестила Августина. Доспех сэра Донована засветился неярким красным сиянием, подтверждая, что благословение жрицы подействовало.

– [Шампур]! – пытаясь попасть по Доновану, сделала выпад копьём Этна. Набалдашник ударился о латы и отскочил. Доспех рыцаря в месте удара сверкнул красным. Донован довольно усмехнулся, раздув крылья своего широкого носа. Послышались одобрительные возгласы учеников-кадетов.

– [Быстрый выстрел]! – Лили запустила стрелу в Форшера.

– [Ignis Scutum]! – парировал волшебник и снаряд, пущенный лучницей, сгорел на подлёте. [Огненный щит] был полезным заклинанием. Помогавшим магу выдержать атаку надоедливого лучника. Но у заклинания были и слабые стороны. Тяжёлый железный арбалетный болт оно вряд ли бы сдержало, да и находиться вплотную к магу, окружённому барьером из огня было чревато ожогами.

Двойняшки выскочили неожиданно из-за спины Донована, держа в каждой руке обратным хватом по кривому кинжалу. Они попытались напасть на Этну, но Дориан и Альварес включились в бой. Джулия и Надин не сговариваясь отпрыгнули назад, провернув несколько акробатических фигур. Что-то полетело в Альвареса. Раздался хлопок и южанина заволокло дымом. Сёстры-ножи набросились на Дориана потеснив его быстрыми и ловкими выпадами своих кинжалов. Орудуя в четыре руки, они не давали ни шанса на контрудар, и Дориан стал отступать под натиском неугомонных сестричек.

– [Sagitta Magica]! – крикнул Форшер, запустив заряд магии в Лили. Лучница увернулась от выстрела и ответила несколькими стрелами, пущенными одна за одной. Но все они сгорели на подлёте к магу.

– [Spiritus saltum]! – выкрикнул Дориан, подпрыгнув над головами Джулии и Надин. Его прыжок оказался не столь успешен, как у Грейс. Но всё же этого хватило, чтобы удивить двойняшек, да и не только их. Из облака дыма вынырнул Альварес, точно угадав, где находятся сёстры и сходу завязал с ними бой.

– Кусок жира пожаловал! – самонадеянно крикнула Надин, и тут же пожалела, потому что получила укол в левое плечо. За первым ударом последовали новые. Теперь уже сестрички начали отступать под неудержимым натиском Альвареса. В этом бою он предусмотрительно выбрал рапиру, которой орудовал словно скрипач-виртуоз смычком. Не веря своим глазам Джулия и Надин предпринимали одну отчаянную попытку за другой достать Альвареса, но всё было тщетно. Южанин выглядел на порядок ловчее их, сведя на нет четыре нападающих кинжала одной ловкой до невозможности рапирой.

– [Таран]! – одновременно выкрикнули Этна и Донован ломанувшись друг на друга с выставленными щитами. Всё решила масса. Рыцарь был банально тяжелее копейщицы раза в два. Послышался грохот лат и затем Этну отшвырнуло в сторону, а Донован продолжил наступать, замахнувшись мечом на пытавшуюся подняться на ноги оппонентку.

– [Паутина]! – взмахнула посохом Адель и Донован застыл в шаге от Этны, с удивлением пытаясь оторвать прилипшие к земле ноги.

– [Алое развеивание]! – надрывно пропела Августина, и сэр Донован снова смог двигаться, но Этна уже успела встать на ноги и зарядила древком копья по левой коленке рыцарю. Он стиснул зубы и ответил тяжёлым вертикальным выпадом меча, обрушив его на железный наплечник Этны. Дориан сократил расстояние до Форшера и приготовился вывести мага из игры. Волшебник же считал по-другому:

– [Flamma pyramidalis, Grandis]! – горизонтально провёл посохом Форшер. Созданный им [Конус огня] был чудовищно огромен. Вместо стандартных двух метров, радиус этого монстра был почти равен десяти. От увиденного школяры-волшебники издали возгласы удивления, вытаращив глаза и раскрыв рты. Один из них, выглядевший постарше, стал объяснять что-то остальным, тыкая трясущимся пальцем в направлении заклинания. Завихренья огня, перемещаясь, стали расширяться, пытаясь настичь Дориана. Пламя распустилось как цветок, переливаясь и завораживая, словно артист на сцене, понимавший, что за ним наблюдает публика.

– [Blockierung]! – взвыл Дориан, обрушивая огонь обратно в Форшера.

– [Blockierung]! – повторил профессор, даже не моргнув и глазом, отправляя заклинание обратно.

– [Шёлковый барьер]! – в последний момент Адель удалось отгородить Дориана от огня. Упругая атласная ширма появилась между пламенем и магическим мечником впитав в себя всю магическую силу заклинания. Это удивило даже Форшера. Августину же и вовсе перекосило от ненависти.

– Жрица Ткачихи, я так и знала! – прошипела со злостью Агустина. – Что за гнусная ересь!

– Ну так продемонстрируй правильную веру, – надменно процедила Адель в ответ.

– [Столп возмездия]! – взвыла Августина. Полупрозрачная колонна красноватого света опустилась с неба на Адель.

– [Шёлковый барьер]! – Адель развернула над своей головой полотнище, которое погасило удар Августины. – [Ветхая ткань]!

На Августину навалилось [Проклятье немощи], или точнее вариант этого проклятья в исполнении жрицы Ткачихи. Августина сгорбилась лишь на секунду, затем последовало контрзаклятье:

– [Алое развеивание]! [Возмездие клирика]! – Адель чуть не отшвырнуло назад. Удар божественно силы был настолько велик, что у неё свезло кожу со щеки. Пошатнувшись она вытерла кровь и взмахнула посохом:

– [Наложение швов]! – в месте повреждения появились тонкие нитки, и рана затянулась, но было видно, что это причиняет боль, поскольку Адель стиснула зубы во время действия заклинания.

– [Sagitta Magica, Multum]! – завертел своим посохом как пропеллером Форшер, создавая десятки маленьких магических ракет. Заряды один за другим полетели по направлению к авантюристам. Дориан еле защитился, отбивая их в разные стороны. Досталось и остальным. Альварес заплясал как угорелый, одновременно продолжая отбить удары сестёр. Донован почти прижал Этну к краю ристалища. Лили, увидав, что в неё летят магические стрелы, рванула как молния, стараясь уйти от залпа. Когда часть зарядов почти настигла её, лучница оттолкнулась, сделав сальто назад.

– Невероятно! – не выдержав, выкрикнул один из магов-студентов.

– [Шелкопряд]! – провозгласила Адель ловко направив посох на Форшера.

– [Sagitta Magica, Multum]! – снова начал Форшер, но вместо заклинаний у него из посоха стали вылетать пучки нитей. Волшебник с недоумением уставился на свой жезл.

– [Алое развеивание]! – в очередной раз прошипела сестра Августина. Нити из посоха профессора тут же исчезли, словно их и не было.

– Благодарю! – кивнул Форшер и снова приготовился кастовать, но прервался.

Воздух стал тяжёлым. Две жрицы стояли лицом к лицу, сверля глазами друг друга. Сначала в ход пошили различные чудеса, вроде [Столпов возмездия], и бесконечной череды проклятий и контрпроклятий. Поняв, что это бесполезно Адель и Августина перешли на простое давление духовной силой, пытаясь выяснить, кто могущественнее. Остальные, не сговариваясь, прекратили сражаться, опасливо наблюдая за происходящей дуэлью жриц.

– Всё. Бабка пошла в разнос, – констатировала Надин, зло уставившись на Августину.

– Они же поубивают одна другую! – выпалила Этна, оперевшись от усталости на перила ристалища.

Жрицы усилил давление и не одна не желала уступать. Окружающий воздух стал холодным и жарким одновременно. Молодёжь, наблюдавшая за поединком из-за границ арены, поспешила убраться на противоположную сторону. Отошли в сторонку и инструктора с авантюристами.

– Давненько не приходилось видеть поединок двух жрецов, – отчеканил сэр Донован. – Сестра Августина, может хватит?

– Точно, Адель, прекратите уже! – поддержала рыцаря Лили.

Гул усилился. Само окружающее пространство завибрировало от потоков силы, волнами исходивших из двух источников, расположившихся на кончиках посохов дуэлянток. Лицо Августины перекосило от напряжения, на её висках выступили жилки. Глаза старухи совсем престали мигать, впившись в свою оппонентку. Противница выглядела не лучше. Причёска Адель растрепалась и поток взъерошил её волосы. На лице застыла злорадная улыбка, обнажив клыки.

Через секунду раздался треск и посох Адель разлетелся на мелкие щепки прямо у неё в руках. Этот звук произвёл отрезвляющий эффект и Августина остановила поток силы. Старуха ещё мгновение держалась, а затем рухнула на землю, но свой посох из рук так и не выпустила.

– Госпожа Августина! – крикнула послушница Аврелия, метнувшись к своей наставнице. За ней последовали остальные ученицы храма, помогая подняться на ноги строй жрице.

– Вы победили! – пропела Аврелия! – Какой невероятный поединок!

– Победила?! – прошипела Августина, чуть не вывалив глаза из впалых глазниц. – Вы совсем лишились зрения? Эта ведьма сражалась со мной обычным посохом мага. А я с трудом сдерживала её своим именным! Это ты называешь победой, глупая девчонка?!

Дориан и остальные подошли к Адель, по-прежнему неподвижно стоявшей на том самом месте. Жрица рассматривала остатки своего посоха, прикидывая в уме какие-то свои мысли.

– Ты не ранена? Осколками не посекло? – спросила Лили.

– Нормально, – отрывисто ответила Адель, провожая взглядом свою недавнюю соперницу.

– Позор на мою голову! – продолжала причитать Августина, уже освободившись от опеки послушниц. – Я была лучшей ученицей Герхарда фон Ротте. А меня уделала какая-то дура из секты Ткачихи.

– Всё совсем не так, – стала успокаивать её Аврелия.

– Вот что я скажу, – рявкнула старуха. – Разбирайтесь сами. Кто хочет, может остаться. А я ухожу.

Послушницы отправились восвояси, под непрекращающуюся брань Августины. Лишь одна Аврелия осталась стоять на своём месте. Девушка робко посматривала то на удалявшуюся компанию жриц, то на остальных участников, не решаясь сделать шаг.

– Если хотите остаться, оставайтесь, юная леди, – приветливо обратился к ней Форшер. – Не стесняйтесь.

– Да, я останусь, если вы не против, – промямлила Аврелия, украдкой взглянув на Адель.

– Просто подойди, – заметив это, посоветовал Форшер. – В конце концов, на строй перечнице Августине свет клином не сошёлся. Мне кажется, что сестра Адель не откажет тебе в нескольких наставлениях.

– Спасибо! – просияла послушница.

Далее спарринги продолжились уже с участием учеников. Их перемешали и разбили на команды. Группы отрабатывали тактические построения и учились противостоять различным приёмам боя, показанным авантюристами и инструкторами. Уже через пару часов кадеты-рыцари научились парировать простенькие выпады Дориана и Альвареса, а маги не путались в собственных заклинаниях. Ловкачи-ученики отрабатывали хитрые приёмы с ножами и другими короткими клинками. Нашлись среди них и несколько способных держать лук. Поскольку Аврелия оказалась единственной послушницей, то на её плечи легло всё лечение синяков и ссадин, полученных учениками. Под конец дня девушка уже валилась с ног от усталости, но продолжала латать своих сверстников. Адель лишь наблюдала, давая скупые советы, когда считала нужным. Но, в основном, юная жрица прекрасно справлялась сама.

– Я думаю, на сегодня хватит, – возвестил Форшер перед своими учениками, что невероятно обрадовало последних. Школяры уже окончательно выдохлись и еле передвигали ноги. Да что там маги, несмотря на суровую физическую подготовку, устали даже кадеты.

– Народ! Собираемся! – скомандовала Надин своим.

– Стройсь! – рыкнул сэр Донован.

Дориан, наблюдавший за подростками, с удовлетворением заметил, что из общей массы выделялась небольшая группа, в которую вошли два кадета, включая парня с двуручным топором. Один парень-ловкач и одна магичка. Пятой участницей стала послушница Аврелия. Новая команда авантюристов практически сформировалась.

– Ну, спасибо огромное! – пророкотал Донован по очереди пожав руку Дориану и остальным.

– Должен признаться, меня удивила эффективность этого мероприятия, – присоединился к благодарности Форшер. – Можем вы на вас рассчитывать, если устроим ещё парочку таких спаррингов в будущем?

– О чём речь, сеньор! Мы полностью в вашем распоряжении! – ответил за всех Альварес.

– Ребята! – вдруг выкрикнула Лили, заставив оглянуться всех присутствующих. – Мы же забыли самое главное. Скоро открытие «Пристанища Красной ведьмы». Обязательно приходите!

– А что, я приду, пожалуй, – сходу заявил Форшер.

– Главное, чтоб тарелок хватило. Правильно я говорю, парни? – громко спросил кадетов Донован.

– Да! – хором ответили они.

– Лучшей рекламы и не придумаешь, – улыбнувшись, шепнул Лили Дориан.

Глава 8. Низвергнутый кумир

Авантюристы собрались в обратный путь до особняка, когда уже наступил вечер. Всюду стали загораться один за другим магические светильники, оберегая жителей от страхов ночи, но не от неё самой. На смену праздно шатавшимся гостям города на улицах всё больше попадались зевающие подмастерья и работники, спешившие домой после длинного трудового дня. Их немного разбавляли разгульные компании, выкрикивавшие вирши не впопад и отпугивавшие немногочисленных, не успевших убраться по гостиницам туристов и путешественников. Постепенно позакрывались дневные кафешки. Им на смену распахнули свои пленительные двери вечерние кабаки и таверны, щедро источая манящие ароматы еды и напитков.

Вместе с приключенцами шала послушница Аврелия, которую Дориан и остальные вызвались проводить до покоев Алого храма, поскольку им было по пути. Послушница бодро шагала, не смотря на усталость, иногда мельком уважительно поглядывая на Адель. Аврелия, похоже, очень высоко оценила способности жрицы и время от времени робко пыталась завести разговор, но Адель отвечала односложно и уклончиво, избегая длинных фраз.

– Скажите, а как вам удалось так эффективно работать обычным магическим посохом? – в очередной раз не удержалась Аврелия.

– Кто знает… – с усмешкой посмотрела на неё Адель. – Моё божество разрешает больше вашего.

– А вы ведь жрица Неунывающей Ткачихи?

– Тихо ты, – шикнул на послушницу Дориан.

– Простите! – опомнилась Аврелия и тут же замолчала.

– Впереди толпа какая-то, – напряглась Лили. – Шум аж от сюда слышно.

И точно, на следующем перекрёстке скопилось много народу. Почти все из них галдели, указывая куда-то в одну сторону. Люди были очень возбуждены и переговаривались на повышенных тонах. Взгляд многих выражал явную враждебность, но направлена она была не на окружающих, а на процессию, которая медленно двигалась по улице перпендикулярной той, по которой шли авантюристы.

– Сеньор, а что вообще происходит? – буднично поинтересовался Альварес, окликнув какого-то трудягу.

– Поймали! – грозно ответил тот. – Душегуба-то поймали! Мумификатора! Вон Джингл впереди на коне едет, видите? А за ним под охраной в клетке бармалей этот. А ещё приличным человеком прикидывался. Шутка ли? Архимаг наш убивцем-то и оказался.

– Архимаг?! – выпалила Этна. – Архивариус – это Мумификатор?! Бред! Он, конечно, псих, но не настолько же.

– Кто ж знал-то, барышня – посетовал трудяга. – Сами в шоке!

– Подожди, – опешил Дориан, уставившись на Этну. – Архивариус является архимагом Эрлига?!

– Не хотела говорить… – отвела взгляд копейщица.

Процессия поравнялась с перекрёстком, на котором стояли приключенцы. Впереди колонны на коне действительно ехал Джеймс Джингл, рядом с ним скакала, видимо, его помощница. Девушка постоянно крутила головой, контролируя ситуацию, поэтому хвост её рыжих волос постоянно колыхался из стороны в сторону. За теми двумя двигалось несколько пеших в форменных синих плащах магической полиции Эрлига. Дальше катилась телега-клетка, запряжённая двумя тягловыми лошадьми, с человеком внутри. Замыкали процессию ещё два конных в плащах и с боевыми посохами за плечами.

На Архивариуса было больно смотреть. Он был в домашнем халате, подтверждавшем, что арестовали мага прямо из дома. Взгляд волшебника был самым растерянным на земле. Архимаг больше походил на испуганного ребёнка, чем на умудрённого сединой и опытом старика. На руках его висели кандалы, пристёгнутые к решётке клетки на цепь, громко гремевшей каждый раз, когда колесо телеги наезжало на яму.

– Вот тебе, упырь! – раздался женский голос из толпы. И вместе с ним в архимага полетел мясистый помидор. Овощ ударился о прут клетки и разлетелся на мелкие ошмётки, обдав красным соком Архивариуса. Архимаг отпрянул от прутьев в центр клетки, запутался в цепи и упал. Но это его не спало. Из толпы полетели новые помидоры, яблоки, яйца. Маг съёжился и закрыл лицо руками, а зеваки продолжали кидать в него всё, что попадалось им под руку, выкрикивая хулы и проклятья.

– Я не верю, что это он, – нервно пробормотала Этна. – Он идиот, я в этом не сомневаюсь. Но не маньяк же?

– Раньше мы разговаривали с этим Джеймсом в университете Эрлига. И он говорил, что восемь дней назад пропала жертва. Нас ещё не было в городе в это время, – припомнил Дориан. – Беднягу кто-то оговорил. У него железное алиби.

– Зная характер Архивариуса, он мог насолить слишком многим, – посетовала копейщица, закусив губу. – Кто-то захотел ему отомстить таким образом.

– Завтра мы идём в штаб к людям Джингла и всё ему расскажем, – заявил Дориан.

– Старый болван, во что ты вляпался? – выдохнула Этна куда-то вдаль.

***

Штаб-квартира магической полиции Эрлига представляла собой большое трёхэтажное здание из красного кирпича. Окна первого этажа все были оборудованы решётками, а само строение скорее напоминало крепость, чем городское административное здание. У центрального входа пред укреплёнными воротами стояло двое бдительных караульных, которые проверяли каждого, кто входил внутрь, поэтому у ворот образовалась небольшая очередь из разнообразных посетителей, просителей, заявителей и просто горожан, которым зачем-то с утра пораньше потребовалось попасть в штаб магических сил правопорядка.

Не избежали досмотра и Дориан с Этной. Привратник долго допытывался у них о цели визита и не хотел пускать. Заявления Дориана, что у него есть нужная информация о Мумификаторе никак не повлияли на стража, зато оказала воздействие герцогская грамота. Увидав печать, страж всё же отворил двери, недобро буркнув себе под нос что-то невразумительное.

Когда авантюристы, наконец, прошли ворота, стала понятна причина бдительности охраны. Внутри здания яблоку негде было упасть, а очередь на входе позволяла хоть как-то притормозить поток посетителей. Большой зал был поделён на части, в каждой из которых орава клерков в своих отгороженных конторках скребли перьями по многочисленным бумагам, которые работники разносили туда-сюда, роняя пот от усталости. На скамейке под надписью: «Приём заявлений потерпевших» сидел паренёк, у которого вместо правой кисти из руки торчала голова то ли жабы, то ли ящерицы. Паренёк молчал, уставившись в никуда взглядом, полным ужаса и апатии одновременно, а вот жаба-ящерица была более словоохотлива. Каждый раз, когда расположившаяся рядом, спорящая компания сотрудников в синих плащах повышала голос, она начинала квакать, выдвигая свои аргументы. Впрочем, спорщики не обращали на неё никакого внимания, от чего жаба приходила в ярость и принималась горланить ещё интенсивнее, вращая глазами при этом.

В другом углу висела клетка с большим красным попугаем, постоянно выкрикивавшим заклинания, которые, что удивительно, срабатывали, пусть и в малых масштабах.

– [Frigus pyramida-a-a-lis]!!! – заорал попугай в очередной раз, испустив от клетки волну холода. Один из клерков, проходивших мимо, отпрыгнул в сторону, схватившись за побелевшее ухо, которое попало под атаку. Дориан, заинтересовавшись птицей, подошёл поближе. Заметив оставленный на соседнем столе бланк, Дориан глянул его краем глаза и усмехнулся. На листе убористым почерком кроме всего прочего было написано: «Находясь в состоянии сильного подпития, обучил своего попугая колдовать».

Посреди этого безумия вид обычного правонарушителя, которого вели под руки два синих плаща, казался каким-то уж слишком нормальным явлением. Преступник нагло ухмылялся, бросая дерзкие взгляды по сторонам. Завидев Этну, арестованный подмигнул ей и сразу выхватил подзатыльник от конвоира. Больше на вошедших авантюристов никто внимания не обращал, и они беспрепятственно прошли по лестнице на второй, а затем и на третий этаж. Ситуация там отличалась кардинально. Было тихо. Лишь редкие работники выходили из своих кабинетов. Чтобы тут же исчезнуть за другой дверью. Поймав одного из них, Дориан допытался у него, что кабинет Джингла находится в конце коридора. После чего сотрудник моментально испарился по своим делам, предупредив, правда, про не приёмный день у шефа.

– Простите, но сегодня посетители не принимаются, – вежливо, но настойчиво подтвердила слова клерка девушка, расположившаяся за столом у входа в кабинет Джеймса. Дориан вспомнил, что это была та самая помощница, что вчера ехала вместе с Джинглом во главе процессии.

– Мы знакомые Джеймса, – любезно обратился к ней Дориан. – У нас имеется важная информация по Мумификатору.

– К сожалению, ничем не могу помочь. Обратитесь к любому свободному клерку и заполните бланк. Ваше обращение будет рассмотрено в общем порядке, – буднично пробубнила помощница заученную наизусть фразу.

– И что теперь? – с нескрываемым раздражением выпалила Этна, начиная потихоньку закипать.

– Всё в порядке, – попытался разрядить ситуацию лидер. – Я Дориан Нордвинд. А вас как звать?

– Люси Грабс, – коротко и сухо ответила девушка.

– Отлично, Люси. Не могли бы вы сделать для нас небольшое исключение? Нам очень нужно повидаться с Джеймсом.

– Прошу прощения, – на лице помощницы Джеймса отчётливо читалось желание поскорее избавится от назойливых посетителей, – но господин Джингл будет занят до конца дня, а сейчас и подавно. У него важный посетитель.

– А я тогда кто! – выкрикнула Этна, растеряв последние капли терпения.

– Я прошу вас успокоится! – вскочила Люси со своего места. – Или я буду вынуждена удалить вас из помещения.

– Я Этнадель Альба, третья принцесса королевства Статера! Куда ты меня собралась удалять?! – Этна продемонстрировала Люси сжатый кулак с перстнем из белого золота с вензелем в виде буквы «А». – Именем короны, откройте эту дверь немедленно, иначе все здесь пойдёте за измену!

– П-простите! – пропищала помощница, молнией метнувшись к двери.

Как только дверь открылась, Этна немедленно проследовала в кабинет, напоследок грозно зыркнув на побелевшую Люси. За копейщицей проследовал и Дориан.

– Вот все и в сборе! – пробасил Эрлиг, расположившись на одном из стульев рядом с Джеймсом Джинглом. Герцог оказался тем самым важным посетителем шефа магической полиции.

– Как это понимать, Рудольф? – заявила Этна, уставившись на Эрлига. – Немедленно освободите Архивариуса. Он ни в чём не виноват.

– Простите, принцесса, – спокойно ответил за него Джеймс, – Но имеются неопровержимые доказательства преступления архимага.

– Бред! Рудольф, ты хоть представляешь, что с вами сделает бабка, когда узнает?! – Этна продолжала игнорировать Джингла, обращаясь исключительно к герцогу.

– Спокойно, принцесса, – тяжело вздохнул Эрлиг. – Мы сейчас обсуждаем с уважаемым шефом магической полиции, в чём он погорячился. И как нам теперь из всего этого выпутываться.

– Я вас уверяю, что действовал исходя из логики и холодного расчёта. Нравится вам или нет, но Мумификатор – это архимаг, – так же спокойно продолжал отстаивать свою точку зрения Джеймс.

– Архивариус был с нами восемь дней назад, – пояснил Дориан. – Он не мог напасть на жертву. Его не было в городе.

– Вы действительно считаете, что он действовал один? – парировал Джеймс. – В любом случае, посох был найден в апартаментах архимага при обыске. Магические тесты показали, что именно с помощью него творилось то безумное колдовство.

– Какой ещё посох?! – сморщила лицо Этна.

– Вот этот, – Джингл легко встал из-за стола и открыл двери шкафа, проведя по ним рукой. Затем шеф магической полиции выложил на стол посох, один в один похожий на тот, что использовала Рингиэль. Все находящиеся в кабинете придвинулись к столу, уставившись на вещественное доказательство.

– Палка и палка, – пожал плечами Эрлиг.

– Если бы, – серьёзно сказал Джеймс. – Это артефакт невиданной силы. Он позволяет управлять, в каком-то роде, самим временем, забирая его у несчастных и впитывая в себя. Мы ещё только начали его изучать, но скоро, надеюсь, преуспеем больше. Уважаемый граф Нордвинд, я слышал, что ваша жрица весьма искусна. Не могли бы вы её попросить дать нам консультацию по этой вещице. Я думаю, она сможет помочь.

– Я спрошу Адель. Но ничего не обещаю. Мы всё-таки частные лица, – формально ответил Дориан, внимательно изучавший посох. Этне показалось, как глаза Нордвинда на мгновение блеснули синим светом, но она сделала вид, что не заметила этого, отвернувшись к окну.

– Эту штуку могли подбросить.

– При всём уважении герцог, не могли. Исследования показали точно. Единственный, кто использовал её, был архимаг.

– Да как вы не понимаете? Не мог он её использовать! – вспылила Этна. – Он путешествовал со мной, а затем мы присоединились к группе Дориана.

– Я могу создать до трёх проекций, которые станут активны в разных местах одновременно, будут осязаемы и даже смогут колдовать, – вздохнул Джеймс. – И, уверяю вас, принцесса, вы никак не почувствуете разницу. А волшебник уровня архимага способен и не на такое. Вас просто провели.

– Меня тоже? – чуть оскалился Дориан. – Я противомаг вообще-то. Магической проекцией меня не одурачишь. И ни одна проекция не сможет скастовать [Дождь огненных шаров].

– Пусть посидит пока, – вдруг вымолвил герцог. – В любом случае, если выпустить старика сейчас, толпа его просто растерзает. Но я не верю, что наш болван является Мумификатором. Ты облажался Джингл, и теперь пытаешься сохранить лицо.

– Я действовал сугубо в рамках закона. Того самого закона, который Вы, уважаемый герцог, должны незыблемо оберегать! – с вызовом ответил Джингл, привстав со своего кресла.

– Сдурел что ли, простолюдин?! – взревел герцог, тоже вскочив со своего места. – Знай своё место! Иначе через пол дня ты и вся твоя клика будете болтаться в петлях, а кто не будет, довесит королева-мать, когда примчится сюда с войском спасать своего друга.

– И вы думаете, что на подобный акт тирании все закроют глаза? Вы можете вздёрнуть меня на ближайшем дереве, а моих людей перебить, но союза с Вечным королевством вам тогда не видать, как своих ушей. Цивилизованные кровопийцы не ведут дел с кровопийцами истинными, уж простите за каламбур.

В кабинете вдруг стало тихо. Джеймс и Рудольф принялись сверлить друг друга взглядом. И если в глазах герцога пылал гнев, то Джингл смотрел на своего оппонента с исключительным презрением. Наблюдавшие за этим Дориан и Этна немного растерялись, так как ситуация могла перерасти в поединок в считанные секунды.

– П-простите, ваш чай, – перепуганным голоском пискнула Люси, находясь в дверном проёме с подносом, покоившимся на трясущихся руках помощницы шефа магических сил правопорядка.

– Спасибо, поставь поднос на стол, – мягко отозвался Джеймс, отведя взгляд от герцога.

– Нам всем надо успокоится, – воспользовался ситуацией Дориан. – Давайте не будем делать необдуманных поступков.

– Чёрт с тобой, – гаркнул герцог в сторону Джингла, плюхнувшись на свой стул. – Вчера вечером мне доставили депешу, что император Гегемонии скончался пару дней назад. Его преемники жаждут лишь славы и завоеваний, так что война теперь неизбежна, а Архивариус – серьёзная военная единица, которой вряд ли удастся найти замену в ближайшее время. Я всё равно потом реквизирую его по мобилизации, а до тех пор, чтоб ни один волос с него не упал. Ты понял меня Джингл? И никакого суда в ближайшее время. Это последняя уступка, которую ты от меня получил.

– Я согласен, – нацепив свою любезность, кивнул головой Джеймс. – Но я сильно сомневаюсь, что архимаг способен помочь на поле боя, скорее он только навредит.

– Это не тебе решать.

– Как знаете, герцог.

– Можно хотя бы проведать Архивариуса? – встрепенулась Этна. – Куда вы его посадили?

– В городскую тюрьму, – обыденно ответил Джеймс. – Если желаете, принцесса. Я выделю вам провожатого.

– Желаю.

– Значит, так и поступим. Принцесса, посетит тюрьму, чтобы убедиться, что подсудимый Бедвир Лайонс содержится в адекватных условиях и ему ничего не угрожает. Надеюсь, что все заинтересованные стороны согласны, что госпожа Этна будет наилучшим независимым наблюдателем от королевского двора.

– На этом и закончим, – резюмировал герцог Эрлиг. – Дориан, на заднем дворе стоит моя карета. Пойдём, есть разговор.

***

Карета оказалась совсем не похожа на герцогскую. С виду она была, как обычная почтовая, запряжённая двумя далеко не самыми хорошими лошадьми. Дориан сначала подумал, что герцог разыгрывает его, но Рудольф, совершенно не смущаясь, открыл дверь, позвав Дориана с собой.

– Я люблю иногда прокатится инкогнито по городу, посмотреть на простых людей, а не на их затылки, продемонстрированные в усердных поклонах, – пояснил герцог, когда они вдвоём забрались внутрь. – Это помогает в управлении подданными.

– Не боитесь, что кто-нибудь нападёт на вас? – поинтересовался Дориан.

– Пусть попробуют, – грозно заявил герцог. – Если я буду трястись от каждого шороха в своём собственном городе, то быть мне герцогом недолго.

– Куда едем, господин? – поинтересовался кучер снаружи.

– На площадь Патрициев, – не задумываясь ответил герцог. – Я слышал скоро там должно открыться одно очень хорошее заведение.

Мерно раскачиваясь, карета медленно покатилась по улочкам города, готовившегося к долгожданному фестивалю. Нетерпеливые горожане уже стали украшать свои дома. Повсеместно виднелись ярко-красные флажки с изображением пламени. Кроме них использовали связки ярких стеклянных шаров, развешанных, словно огромные бусы из алого жемчуга, некоторые и них были зачарованы и светились ночью. Гирлянды из флажков и шариков были размешены над фасадами домов, трепыхаясь на ветру словно настоящие искорки огня. Жители города будто сговорились посоревноваться, у кого окажется наиболее пёстрый и яркий дом.

Хозяева лавок и магазинов не отставали от остальных и не скупились на материалы, с усердием обновляя рисунки на своих вывесках, старательно обводя узоры и вензеля кисточками. Стоит ли говорить, что краска тоже была специальная. Впитывая свет днём, она отдавала его ночью, соревнуясь в яркости с магическими фонарями.

Считалось, что символом Алой была красная герань, поэтому кадки с этими цветами выставляли по бокам от входа в дом, чтобы возблагодарить Богиню. Целых улицы превращались в настоящие аллеи, которые охраняли цветы-стражи, расположившиеся по периметру.

Сладкая безмятежность приторным туманом висела в воздухе, стремительно захлёстывая город атмосферой праздника, постепенно переполняя сердца жителей, передаваясь от одного горожанина к другому со скоростью огня. Люди заметно повеселели, хмурые прохожие практически исчезли с улиц. Им на смену пришли добрые улыбчивые люди, поздравлявшие друг друга с наступающим фестивалем. Особенно это было заметно на детях, которые с нескрываемым нетерпением ждали начала торжеств. Туристов и приезжих прибавилось в разы.

Время от времени несколько горожан собирались вместе на улице и начинали петь особые песни, собирая вокруг себя толпы зевак и прочих прохожих. Многие торговцы вывешивали специальные предложения, говорившие, что товар на время фестиваля будет продаваться дешевле обычной цены. Всюду, как грибы после дождя, появились вездесущие лоточники, предлагавшие свою продукцию от сдобных булочек, до бижутерии, уже без скидок, впрочем.

– Людская память – интересная штука, – изрёк герцог, обратившись к Дориану пока они ехали в карете. – Казалось бы, как можно превратить трагедию в балаган? А между тем, всё разворачивается перед нашими глазами. Все эти люди с нетерпением ждут начала празднеств, несмотря на то, что каждый из них имеет или имел родственника, пострадавшего, когда напал демон. А теперь посмотри на них. Счастливы как дети.

– Думаете, это неправильно?

– Нет, просто удивляюсь. Моя старшая дочь тоже с нетерпением ждёт, когда начнутся торжества. Ждёт подарок, стоимость которого будет не сильно меньше цены дома простолюдина. А я вот думаю, купить ей леденец у какого-нибудь лавочника и завернуть в красивую обёртку. Интересно, сколько месяцев после этого она не будет со мной разговаривать?

– Это окажется жестоко по отношению к юной леди. С другой стороны, для ребёнка бедняка леденец будет настоящим сокровищем.

– Вот и я о том же, – герцог говорил как-то неестественно тихо, пребывая в своих раздумьях. – Когда случилась та беда, первым подарок получил я. Целое герцогство свалилось мне в руки. С тех пор неожиданно нагрянувшее богатство или наследство наши злые языки стали называть «подачка от демона». И я решил, что настоящему демону не помешало бы получить подобную подачку. Понимаешь о чём я?

– Боле чем.

– Я прекрасно знаю, кто такая ваша лучница. Одна странная особа, встреченная мною на тракте ранее, довольно доходчиво объяснила. За вас заступились силы, которые мне не превозмочь, – скрипнул зубами Эрлиг, прежде чем продолжить. – Жюли предлагала убить демонёнка сразу.

– А что решили вы? – напрягшись, поинтересовался Дориан.

– Я запретил, – понизив голос, изрёк Рудольф. – В конце концов, мне ли жаловаться, ведь её отец подарил мне, считай, целое герцогство, расчистив путь к наследованию. Так за что мне её ненавидеть? Но и закрыть глаза на пребывание демона в моём городе я не могу.

– И что вы предлагаете?

– Помоги мне найти настоящего Мумификатора. Живым или мёртвым, и тогда можешь приводить в город хоть дракона.

– Значит, вы тоже не верите в вину Архивариуса.

– Конечно, нет, – скривил лицо герцог. – Я терпеть его не могу, и был бы только рад отделаться от этого кретина, это все знают, но Бедвир невиновен.

– Джингл думает иначе.

– Провалился бы он пропадом! – выпалил герцог. – Он ещё большая заноза, чем Жюли. Вечно выискивает чего-то, юлит. Он один из немногих, кого я не могу прочитать. И это приводит меня в бешенство!

– Шеф магической полиции и должен быть таким. Ему же надо ловить преступников, а не торговать бакалеей.

– Само собой. Дурака, я бы на такую должность не утвердил.

– Я слышал, что шефа назначает совет города.

– Кто по-твоему назначает совет? – рявкнул Рудольф. – Джеймс Джингл – неплохой специалист, но в данный момент его провели, а он не может в это поверить. Вот только проблему с Мумификатором надо решать. Этот колдопупень уже всех достал вусмерть. А Фиалку-Джуди я ему лично никогда не прощу. Она была флористом моего двора целых десять лет. Никому не позволено терроризировать моих людей. Это должны понимать все. Мумификатор будет найден, и я прошу тебя и твою команду помочь в этом непростом деле. Заметь, именно прошу, но и награда за выполнение не разочарует.

– Почему вы решили, что моя команда преуспеет там, где сплоховали специалисты вроде Джингла? – призадумался Дориан.

– Чутьё меня ещё никогда не подводило, – уклончиво ответил Рудольф. – Тем более за голову Мумификатора назначена действительно солидная награда. Я слышал, у вас дом требует ремонта.

– А что будет с Лили?

– Если не начнёт сжигать людей на право и налево, то всё с ней будет нормально.

– Рад это слышать.

– И всё-таки кто ты такой, граф Дориан Нордвинд? – неожиданно поинтересовался герцог, уставившись на собеседника. – Кто ты такой на самом деле, чёрт тебя побери?

– Что-то произошло? – аккуратно поинтересовался Дориан.

– Когда я сопровождал Жизель д’Мерле, нам повстречалось странное существо, – голос Рудольфа сделался глухим и неуверенным. – Меня почти невозможно напугать, но этой бабе удалось. Она назвалась Алл. Знаешь такую?

– Она была зла? – спросил Дориан голосом, от которого герцог вздрогнул, словно его окатили холодной водой.

– Скорее раздосадована, что мелкая букашка помешала её планам, – вздохнул Рудольф. – Это она просила не трогать демоницу.

– Неожиданно.

– Можешь что-то посоветовать?

– Самое лучше для нас обоих будет забыть про этот разговор. Держись от этой женщины подальше. Всё, что она делает, свершается только для неё самой, – взяв над собой усилие, продолжил уже Дориан. – Если она о чём-то попросила вас, исполните в точности до слова и забудьте.

– Знаю, не дурак, – хмыкнул герцог. – А вот и площадь.

– Не хотите зайти? «Пристанище красной ведьмы» ещё официально не открылось, но одного герцога мы накормить вполне в состоянии, – улыбнулся Дориан, пытаясь разрядить обстановку.

– Не, чернь с ума посходит, когда меня увидит, – поморщился Рудольф, махнув широкой рукой. – Но на открытие обязательно загляну. Когда оно, кстати?

– Планируем на начало фестиваля, если всё удачно сложится.

– Умно придумали. Должен признаться, затея с таверной меня поначалу сильно удивила, но теперь мне кажется, что решение было верным. А награда за голову Мумификатора, позволит как нельзя лучше реализовать потенциал нового начинания.

– Теперь уж точно не отвертеться, – вздохнул Дориан, печально ухмыльнувшись.

– Смотри на это, как на взаимовыгодное партнёрство.

– А если выйдет так, что наших сил окажется недостаточно, чтобы одолеть Мумификатора? Это может оказаться крайне опасный волшебник с кучей неприятных и редких заклинаний за пазухой.

– Главное, найди его. А надо будет, я приволоку всех магов города в помощь.

– Я понял.

– Ну, и отлично.

Карета въехала на площадь Патрициев, до отказа заполненную людьми. Народ, ворчал, уступая дорогу не вовремя взявшейся повозке. Какой-то сапожник под одобрительные возгласы окружающих ловко обложил отборной руганью и возницу и всех сидевших в карете, совершенно не представляя, что словесно отправил в далёкое витиеватое путешествие собственного герцога. Рудольф, прекрасно всё слышавший, на удивление Дориана, сдержался. Лишь маленькая пульсирующая жилка на герцогском виске недвусмысленно говорила по какому тонкому льду прошёлся нерадивый мастеровой.

Дориан выскочил из кареты, поймав неодобрительные возгласы окружающих. Но про него всё тут же забыли, поскольку именно сейчас началось событие, которое так ждали собравшиеся. Бригада рабочих пришла развешивать украшения на площадь. Фасон и дизайн гирлянды из флажков, которую собирались разместить по периметру площади моментально стали предметом досужих размышлений и трёпа. Карета же, растеряв остатки внимания, развернулась и покатилась в сторону замка, поскрипывая специально плохо смазанным колесом.

Интерлюдия 5. Встреча на тракте 2

Рудольф Эрлиг пребывал в ужасном расположении духа. Приличия ради нужно упомянуть, что плохое расположение духа у него было всегда, но сегодня он был особенно раздражителен и зол. Вместо того, чтобы заниматься государственными делами, он вынужден был сопровождать соплячку-вампиршу в её путешествии. Мелкая кровососка бесила его до дрожи. По мнению герцога, Жизель д’Мерле представляла собой всё то, что он не любил. Бесполезная разгильдяйка, которая подставила своего отца и страну, вот кем она была для Рудольфа, привыкшего ставить государственные интересы превыше всего. Однако ж, деваться было некуда, ибо те самые государственные интересы заставляли герцога сопровождать беглянку домой, ведь от удачного завершения поездки зависела судьба союза с Вечным королевством.

Герцог поморщился, словно у него прихватило от боли зуб. Уж лучше месяц провести в столице общаясь с дураком-королём, чем оказаться кем-то вроде охранника для мерзкой вампирки. Даже её нетитулованная спутница вызывала у герцога больше уважения. С простыми людьми вообще было гораздо проще, чем с аристократами.

Впереди на дороге стражники заметили что-то и, начав перекрикиваться между собой, пришпорили своих коней. Герцог мысленно поблагодарил Алую богиню, за то, что дала ему шанс хоть на немного отвлечься от проклятой кареты с кровопийцей внутри и отправил своего коня в галоп. Приблизившись к началу процессии Рудольф приметил, что путь преградил единственный человек, точнее это была странно одетая женщина. Эрлиг сразу всё понял. Такую тактику издревле использовали бандиты. На дорогу выходила девушка или даже ребёнок. А когда путники останавливались, на них со всех сторон набрасывались из засады враги. Однако, чем ближе становилось начало колонны, тем неспокойней было на душе у герцога. Местность по обе стороны дороги была открытой. Никаких нападающих тут не было.

– С дороги, ведьма! А то получишь! – крикнул один из конников в авангарде, выхватив для острастки меч. Женщина и не думала отступать в сторону. Более того она уверенно шла навстречу процессии, давая понять, что не свернёт и не уступит.

Что-то было не так. У Эрлига по спине пробежали мурашки. Его чутьё, не раз спасавшее в сложных ситуациях, сейчас просто кричало, что от этой странной незнакомки нужно держаться подальше. Герцогу потребовалось волевое усилие, чтобы не повернуть назад. Он осмотрел своих людей. На их лицах было примерно то же самое.

– Не поняла что ли?! – выкрикнул снова тот же самый конник. – Стали отведать захотела?

– Пошли вон, клоуны… – хрипло ответила женщина. Всего три слова, произнесённые очень спокойно, почти шёпотом, заставили измениться в лице прожжённых вояк и головорезов. Люди стали переглядываться между собой ища во взгляде своих товарищей поддержки. Кто-то обратил свой взор на герцога, в надежде, что он отдаст нужный приказ. Но приказа не последовало, Рудольф сам находился в растерянности. Никогда прежде ни на поле брани, ни на приёме у короля он не испытывал такого дискомфорта и страха. Он считал себя храбрейшим воином страны, но сейчас это ничего не значило.

Один из сопровождающих рыцарей вдруг, выкрикнув проклятие, устремил своего коня прямо на незнакомку. Воин замахнулся клинком и тут же исчез, превратившись в воздух вместе с лошадью, на которой сидел. Эрлиг осознал, что его колотит. Незнакомка пугала его до паники, заволакивая разум хтоническим ужасом. Что-то невероятное стало происходить вокруг. Окружающий пейзаж затянула темнота. Остался небольшой отрезок дороги с застывшими от ужаса вояками, окружённый со всех сторон непроглядной тьмой. Ничем. Пустотой. И словно повелительница этой бездны посреди пути шла она, скалясь своими нечеловеческими треугольными зубами, обжигая злым, полным ненависти взглядом.

– Иди сюда, – обратилась незнакомка к герцогу, будто он был нашкодившим котёнком. – Потолкуем.

– К-кто ты такая? Чего тебе от меня надо? – из последних сил стараясь сохранить лицо, крикнул Рудольф. Ноги плохо слушались его, но он всё же слез с коня и приблизился к незнакомке. Правой рукой герцог сжимал рукоять меча, болтавшегося в ножнах, но Эрлигу было прекрасно понятно, что клинок тут бесполезен.

– Правильно думаешь, – подтвердила незнакомка мысли герцога, криво ухмыльнувшись. – Боюсь, что этим ты мне не навредишь.

– Кто ты такая? – повторил свой вопрос Эрлиг.

– Почему люди всегда так хотят узнать с кем разговаривают? Меня часто мучает этот вопрос. Почему вы так любите вешать друг на друга ярлыки? Ясность того, «кто я такая» не принесёт тебе ни чего, кроме страха и проблем. Но, раз уж ты настаиваешь. Как на счёт термина «богиня». Так пойдёт? Хотя, можешь просто звать меня Алл. Мне всё равно.

– Богиня… – пробормотал Рудольф одними губами. Несмотря на его тягу к военному делу, герцог получил неплохое по местным меркам образование. А историю религий ему преподавала сама сестра Августина – бессменная первосвященница Алого храма в герцогстве. Старая карга вдолбила многое в голову Рудольфу, в том числе мифы про разных богов со всего света, но он так и не смог вспомнить ни одного из них, чьё описание подходило бы под его собеседницу, и в то же время Рудольф знал, нутром чувствовал, что слова незнакомки не были простым блефом. В её манере говорить ясно сквозила властность и нежелание терпеть какие-либо возражения в свой адрес.

– Задумался, – расплылась в ухмылке женщина. – Хотя бы образованный попался. Уже хорошо. Очень надеюсь, что ты пользуешься ушами не только для украшения лысой башки. Я не люблю тянуть резину, поэтому перейдём сразу к делу. Ты, дурья голова, перешёл мне дорогу. Я пятьсот лет оттачивала свой план, содержавший тысячи переменных, а тебя учесть забыла. Меня настолько бесит это, что я с трудом сдерживаюсь, чтобы не распылить тебя на атомы. Но, если я не буду следовать правилам, тогда вообще никто не будет, поэтому живи пока. Взамен же будешь выполнять то, что я тебе скажу.

– Что может потребоваться богине от смертного? – обречённо выдохнул Рудольф, растеряв остатки своей храбрости.

– Много чего, на самом деле, – хихикнула женщина, в очередной раз обнажив свои зубы. – Первое, и самое простое. Недавно, ты столкнулся с группой авантюристов, и отправил их в лес Ящериц. Скоро они прибудут в Эрлиг. И я тебя предупреждаю, чтобы ты пальцем их не тронул!

– Да сдались они мне! – выпалил герцог. – Кого будут интересовать какие-то авантюристы, их в городе толпы ходят.

– Не скажи. «Эльфийка» из их отряда, на самом деле не кто иная, как дочь Красной ведьмы.

– Красная ведьма погибла в огне!

– И ты в это веришь? Я думаю, что ясно выразилась. Особа, именующая себя Лили Купер, сейчас и далее получает неприкосновенный статус на территории твоего герцогства.

– Это невозможно. Красная ведьма устроила трагедию в нашем городе. Слишком многие точат на неё зуб. Если в городе объявится её отродье, кто-нибудь обязательно свершит свою месть. Я не бог, я не могу контролировать всех жителей города.

– Никто от тебя этого и не просит. Нужно, чтобы ты осадил своих слуг и закрыл глаза на пребывание в городе данной персоны и её спутников. Этого должно хватить.

– Ты заставляешь меня пойти против самого себя!

– Ух ты! К птенчику вернулась храбрость! Напомнить, благодаря кому ты сидишь на троне?

– Красная ведьма убила почти всю мою семью!

– И расчистила тебе путь к трону, – цинично прервала Рудольфа Алл.

– Хорошо… – обречённо выпалил герцог, сдувшись, словно воздушный шарик. – Я выполню, твою просьбу.

– Отлично, но это только начало. Я хочу, чтобы ты, в качестве награды для группы Дориана Нордвинда выдал им особняк фон Ротте. Пусть это выглядит, словно ты решил избавиться от нежелательной недвижимости.

– Без проблем, я всё равно собирался выставить его на продажу.

– Третье, скоро внутри леса Ящериц сформируется сильный альянс племён. Я желаю, чтобы им даровали независимость от герцогства. Пусть станут непосредственными вассалами короля, на правах марки.

– Ни за что! – выпалил герцог. – Это почти половина моего герцогства!

– Не ври! Всего лишь пятая часть земель, тем более ты там толком ничего и не контролировал никогда.

– Это неприемлемо! Это безумие! – закричал герцог, размахивая руками.

– Да не кипятись ты так. Взамен получишь лекарство для твоей больной младшей дочери. Как у неё дела в этом году, кстати? Не очень? – женщина вытащила небольшой прозрачный пузырёк, с белёсым порошком внутри.

– Она не излечима…

– Смотря для кого. Забыл, кто я такая?

– Если я выполню, что ты говоришь, моя дочь сможет поправится.

– Определённо.

– Я согласен… – глухо прошептал герцог, опустив взгляд в пол. – Я согласен, да простят меня мои предки.

– Вот это другой разговор. Значит, договорились. Давать по щепотке раз в день, пока не кончится, – женщина положила склянку с порошком в трясущиеся руки герцога, а сверху добавила запечатанный конверт.

– А это что?

– Сущая малость, последнее задание. Вскрывать строго, когда начнётся война с Гегемонией.

– Что в письме?

– Предательство, – в очередной раз криво ухмыльнулась женщина, – которое поможет спасти ваше уютненькое королевство.

Глава 9. Открытие

Несмотря на изнурительную работу, открытие «Пристанища Красной ведьмы» состоялось только на третий день после начала праздничных торжеств, и даже невзирая на это собрало невероятное количество посетителей. Когда Дориан, проснувшись, глянул в окно из своей комнаты, то обнаружил множество горожан, ожидавших на площади уже с самого утра. Люди с интересом рассматривали вывеску с названием, гордо красовавшуюся над входом в новоиспечённое заведение. Да и сам дом было не узнать. Фасад обновили, покрасив его тёмно-красной краской, что сразу придало особняку правильный антураж. Каждый, кто проходил мимо тут же понимал, что в таком доме действительно может обитать настоящая ведьма. Это щекотало нервы и вызывало интерес.

Дориан поёжился. Если столько людей пришло ещё до открытия, то что ждёт заведение через несколько часов? Хватит ли их небольшой команды, чтобы справится с наплывом посетителей? Но назад дороги уже не было. Они вложили столько сил и средств в спонтанное решение, что просто не могли облажаться.

Выйдя из комнаты, лидер столкнулся с сестрой, которая тоже ночевала в этот раз в особняке. В конце концов, именно ей предстояло взять управление заведением в свои руки. Вид у Фриды был такой-же тревожный, как и у её брата.

– Я так не волновалась со времён своего первого выступления, – пожаловалась Фрида. – Похоже, ажиотаж оказался гораздо больше, чем мы рассчитывали.

Фрида нехотя согласилась поуправлять заведением только до тех пор, пока её рука не восстановится. Затем руководство должно было перейти наёмному управляющему, которого ещё предстояло найти. Но даже такой расклад событий позволил Дориану вздохнуть с облегчением. Он боялся, что сестра несмотря на своё увечье последует за всеми, подвергнув свою жизнь ненужной опасности. Но менестрелька сама прекрасно понимала, что в теперешнем состоянии будет лишь тянуть команду назад.

Брат с сестрой прошли на первый этаж, где увидели крутящуюся в зале Красную. Демонесса нацепив наряд официантки, со знанием дела протирала столики тряпочкой, подпевая себе под нос лёгкую мелодию. У Дориана до последнего были сомнения, стоило ли привлекать фамильяров Адель к такой работе, учитывая, кем они на самом деле являлись. Но трио великолепно справлялось со своими обязанностями, быстро освоившись в человеческом мире. А слух о прекрасных работницах заведения несколько раз обошёл весь город. Дориан подозревал, что значительная часть клиентов придёт исключительно из-за трио и мысленно надеялся, что демоницы не раскроют свою природу перед посторонними.

– Как прошли переговоры с музыкантами? Надеюсь, придут не кабацкие неумехи? – поинтересовался Дориан. – Герцог обещал заглянуть на открытие.

– За кого ты меня держишь, братик? – засмеялась Фрида. – Всё будет в лучшем виде. Тем более у меня рука не работает, а не голос. Если что, спою и без аккомпанемента.

А дальше события закрутились, как бесконечная юла. Ко времени открытия, намеченное на девять утра, собралась прорва народа, чуть ли не штурмом желавшая попасть в заведение. Хорошо, что герцог предусмотрительно выделил несколько стражников, которые помогли следить за порядком. Дориан и остальные по очереди сказали речь и торжественно перерезали ленточку. Рядом с ними в какой-то момент нарисовался щуплый, но богато одетый господин, который улыбался и махал руками окружающим. Оказалось, что это был бургомистр, которого в хлопотах забыли позвать, но он пришёл сам, а позже, к удивлению толпы, подъехал и его сиятельство герцог. Рудольф пробыл совсем недолго, но этого хватило, чтобы к желающим попасть в заведение горожанам подключились ещё и аристократы.

Бедная Красная почти выбивалась из сил стараясь принять все заказы, и Синей в какой-то момент пришлось тоже взять на себя работу официантки. На кухне с самого утра помогал Руфус Мускат, хозяин постоялого двора «Чудеса мира». Это оказалось настоящим спасением, поскольку Зелёная, являвшаяся официальным поваром заведения, ни за что бы не смогла осилить такой объём приготовленных блюд одна. Руфус же выделил двух своих работников, когда стало понятно, что красная не справится в зале даже с поддержкой Синей.

Гости продолжали пребывать. Появился Людвиг Голштейн за обещанным бесплатным обедом. Потом нарисовался бедный барон, тот самый, который ранее на приёме у герцога всучил портретик своей дочери Дориану. Пришёл даже профессор Форшер, по случаю надевший парадную мантию. Оказалось, что личность в городе он довольно известная, поскольку половина гостей тут же ломанулась пожимать ему руку. Мага усадили за столик, и Красная прибежала взять заказ. Профессор с негодованием посмотрел на неё, но промолчал, укоризненно окинув зал своим взглядом.

Чуть позже чем надо, но всё-таки пришли музыканты и сразу собрали вокруг себя полукруг из многочисленных слушателей. Атмосфера фестиваля настолько сильно пропитала всех вокруг, что люди в какой-то момент забыли о своих предрассудках и статусах. Мелкий аристократ и мастеровой принялись подпевать дуэтом музыкантам, умудрившись не попасть ни в одну из нот песни, за что тут же сорвали бурные овации окружающих. Дориан, наблюдавший за всем со стороны, поймал себя на мысли, что в первый раз в жизни видит подобную картину.

Двое уличных художников, постоянно ошивавшихся на площади, предусмотрительно передислоцировались внутрь «Пристанища Красной ведьмы» предлагая своё ремесло уже там. Дориан не стал их прогонять, хотя Лили очень настаивала, чтобы «дармоедов» выставили вон. В какой-то момент эти двое, приняв на грудь с остальными, побросали свои мольберты и принялись спорить около одной из картин, висевшей на стене в зале.

– Дружище, хватит хмурится. Пойдём лучше споём что-нибудь несуразное, – крикнул Дориану Альварес прямо из зала, изобразив на своём лице то, что он, видимо, понимал под понятием радушие.

– Просим! – заорали сразу из нескольких углов в зале.

– Дружище, гости настаивают! – продолжал напирать Альварес.

Дориан нехотя поплёлся на импровизированную сцену, когда взгляд столкнулся с обеспокоенным взглядом Лили. Лучница переминалась с ноги на ногу и нервно поглядывала на дверь в подвал заставленную шкафом. Лили показала жестом, что нужно поговорить. Заметивший это Альварес принялся выкрикивать шутки, чем приковал внимание на себя, позволив Дориану скрыться из поля зрения разгулявшейся толпы.

– Что случилось?

– Призрак уже минут пятнадцать воет внизу про каких-то нарушителей, – пожаловалась лучница. – Вам не слышно, но моим ушам он порядком надоел.

– Этого ещё только не хватало. Надо было сразу от него избавится.

– Ты не понял. Он не на гостей. До гостей ему вообще нет никакого дела. Из его воплей выходит, что кто-то бродит в канализации под нашим домом. Помнишь, он говорил, что из подвала есть ход в клоаку города?

– Воры? – встрепенулся Дориан.

– Вполне возможно. Решили под шумок обнести сокровищницу особняка, – сморщила нос Лили.

– Что у вас там? – подошла к ним Этна. Латница находилась в особняке с самого утра, но предпочитала не отсвечивать, поэтому весь день просидела на кухне.

– Надо как-то пробраться незаметно в подвал, – посетовала Лили.

– Сейчас устроим, – оскалился Дориан, кивнув наблюдавшей за ними Фриде.

Менестрелька моргнула глазами и выскочила вперёд перед толпой, запев. Мотив песни подхватили ничего не подозревавшие музыканты и мелодия полилась рекой, принося радость и усладу ушам слушателей. Дориан почувствовал лёгкий, почти невесомый привкус магии, сопровождавший ноты. Несколько секунд, и посетители, как завороженные, внимали звонкому голоску Фриды, ловя каждую ноту.

Спустившись вниз, приключенцы действительно увидели Герхарда, который стоял посреди сокровищницы с обнажённым мечом и выл, изрыгая проклятья на головы непрошенных гостей. Вдруг призрак встрепенулся и рванул к выходу замахав полупрозрачным клинком. Дориан и остальные разбежались в рассыпную, так как решили, что именно на них решил набросится неупокоенный дух. Но его интересовал кое-кто другой. В проёме стоял профессор Форшер. Магия Фриды не подействовала на него, и он незаметно последовал за остальными в подвал. Вот только предугадать разъярённого призрака, который летел на всех парах, чтобы остановить «чужака», Форшер не мог.

– [Сковывающие ленты]! – рявкнула Адель, и множество длинных бинтов устремились от её посоха, обвив призрака с головы до ног до такой степени, что он стал больше напоминать мумию. Призрак замер, пытаясь освободится. Бинты не поддавались, а Адель продолжала добавлять новые. Всё, что мог дух — это кричать и ругаться, что он и делал. Бубня обмотанным лентами ртом.

– Благодарю. Это было неожиданно, – невозмутимо заявил Форшер, с опаской поглядывая на призрака, – как и выступление вашей магички-акустика. Ну что это за безобразие, молодые люди?

– Любопытство не всегда доводит до добра, – буркнул Дориан.

– Признаю, иногда оно мне вставало боком, – едко заметил Форшер. – Но я просто хотел понять, зачем вам понадобилось зачаровывать гостей.

– Негодяи! – начал подвывать призрак.

– Да закройся ты! Не до тебя. [Singulis Silentium]! – раздражённо гаркнул Форшер, направив свой палец на призрака. Герхард тут же заткнулся и начал трястись в бессильной злобе, так как попал под заклятие индивидуальной тишины, которое позволяло сделать единичное существо абсолютно непроизводящим шума. – А теперь по порядку, молодые люди. Что у вас тут происходит?

– Он говорит, что под нами в канализации кто-то бродит. Мы решили, что это воры. Но нужно было пройти в подвал незамеченными.

– Но вот никаких воров что-то невидно, – усмехнулся Форшер, подозрительно не реагируя разбросанные повсюду богатства.

– Потому что они в канализации, под сокровищницей, а где вход, знает только он, – раздражённо крикнул Дориан, махнув рукой в сторону призрака. – Но в теперешнем состоянии, я боюсь, что никакого вразумительного ответа мы от него не получим, даже если развяжем его и его язык.

– Тихо! – осадила его Лили. – Я, кажется, тоже слышу, как кто-то скребётся уровнем ниже.

– Я знаю где эта дверь. Когда мы убегали из города, Марта предложила воспользоваться ей, чтобы незаметно пройти в канализацию, – вздохнул Форшер. – Проход вон в том углу, нужно вдавить один из кирпичей. Какой, не помню. Пробуйте сами.

– Странно… – повторила Лили. – Звук исходит только от одного источника.

– Он один? – недоверчиво переспросил лидер.

– Да, или это несколько гномов, которые сели друг другу на плечи, – попыталась пошутить Лили.

Альварес и Этна тем временем принялись ощупывать указанную стену, пока южанину действительно не посчастливилось отыскать потайной кирпич-переключатель. Кирпичная кладка задрожала и нехотя поддалась под напором Альвареса, отъехав в сторону. За проходом показался длинный сводчатый тоннель, уходивший в темноту в обоих направлениях. В тоннеле было тихо. Только мерный звук журчащей воды хоть как-то разбавлял обволакивающее безмолвие. От потока не веяло нечистотами, потому что это был скорее не канализационный коллектор, а старый подземный акведук, который сделали, чтобы сковать мешавшую речушку. Вода текла по середине тоннеля, в то время как по краям были оборудованы небольшие возвышения, сделанные, чтобы по ним можно было ходить. Судя по тому, что на сводах тоннеля местами выросли сталактиты, было понятно, что сооружению очень много лет. Да и сама кладка разительно отличалась от всего, что было на поверхности. Врезка со стороны подвала дома фон Ротте и вовсе казалась аляповатой кляксой, чуждой остальному массиву кирпича.

– Там, – махнула рукой Лили, указывая на чуть видимый силуэт чего-то, лежащего на половину в воде. – Вот точно это не грабитель.

Дориан и Альварес осторожно пробираясь по скользкому выступу аккуратно продвинулись вглубь тоннеля, подойдя к расположенному там нечто. Вблизи стало понятно, что это был человек. Дориан применил заклинание света. Несчастный ещё был жив. Его неровное дёрганное дыхание каким-то чудом до сих пор боролось с наступающей по всем направлениям смертью, отказываясь сдавать позиции.

– Это девушка. Она ещё дышит! – беспокойно крикнул лидер, взвалив на себя ношу. Альварес плёлся рядом и страховал, чтобы лидер не свалился в воду.

– Сеньорита серьёзно ранена! – подтвердил южанин. – Давайте вытащим её хотя бы в подвал.

Когда несчастную вынесли из коллектора в сокровищницу, то стало ясно, что это была послушница из алого храма. Её роба была вся иссечена и измазана в грязи. Лицо и руки девушки были в ссадинах, а в левом боку, сразу где заканчивались рёбра, зияла страшная рана. Кровь сочилась из разреза, струйкой забирая у несчастной последние капли сил и жизни.

– Кладите её на пол. Быстро! – крикнула Адель, материализовав свой настоящий посох. – Как её скверно уделали. Похоже на арбалетный болт. Прошёл на вылет прямо через левую почку, распотрошив весь бок. Адская боль и много крови. Как она ещё не умерла?

– Так мы её знаем! – воскликнула Лили. – Присмотритесь! Это же одна из послушниц, которые принимали участие в том тренировочном бою!

– Отрыжка тролля, это же Аврелия! Что она забыла в канализации?! И кто её так?

Услышав своё имя, послушница открыла глаза, и стала что-то беззвучно говорить. Её губы еле шевелились.

– Даже пришла в сознание! Что за невероятная тяга к жизни! – удивилась Адель. – Но придётся тебе потерпеть ещё немного. Моё лечение не такое безболезненное, как у Алой. [Ровный Шов]!

Адель направила свой посох на девушку. Тут же несколько шёлковых нитей вонзились в края раны. Острые концы их впивались в кожу как иголки. Собирая плоть вместе, нитки засветились зелёным светом. Порез вокруг них стал потихоньку зарастать, зарубцовываться. Кровотечение остановилось. Послушница закашлялась, издав стон.

– Терпи, ещё чуть-чуть, – мягко приговаривала Адель. – А вы чего встали как истуканы? Сбегайте кто-нибудь за зельем! Мы же закупили несколько.

– Точно! – опомнилась Этна и рванула вверх по лестнице.

– Эффективное лечение от жрицы Ткачихи, – пробормотал Форшер ошарашенно, опасливая поглядывая то на рану, то на посох Адель. – А я думал, что видел уже всё.

– Пожалуйста, спасите их… – простонала Аврелия.

– Тихо, тихо. Тебе ещё рано говорить, – успокоила послушницу Адель.

– Вот, – Этна вернулась с зельем и протянула его раненой. – Пей маленькими глотками.

Послушница пригубила микстуру, закашлялась. Силы потихоньку начали возвращаться к ней, но её бледное лицо так и оставалось белее мела.

– Большая кровопотеря, – пояснила Адель, не отрываясь от лечения. – Очень неприятное состояние, потому что восполнять кровь чудесами невозможно. Ни один жрец на это не способен.

– Поговаривают, что всю пролитую кровь забирает Красная богиня. Они называют это «Доля Алой», – пояснил Форшер, скептически ухмыльнувшись.

– Чушь, – выплюнула Адель. – Она панически боится вида крови, потому её чудеса и не работают на восстановление кровообращения в организме. Со мной другой вариант, чудеса Ткачихи изначально не предназначены для лечения, поэтому приходится выкручиваться. Девчонку я залатаю, жить будет, даже шрама не останется. Но потерю крови пусть восполняет сама.

– А не подскажете источник этой информации про Алую? – удивился Форшер, недоверчиво скосившись на Адель. – Я бы с ним ознакомился.

– Вы не понимаете! – закричала вдруг пришедшая в себя Аврелия. – Он их всех убьёт! Он сумасшедший!

– Успокойся. Кто кого убьёт? – спросил Форшер.

– Мумификатор… – с ужасом на лице прошептала девушка. – Настоящий Мумификатор.

– Это Мумификатор тебя ранил? – встрепенулся Дориан.

– Нет, один из его людей. Их много… – еле выдавила из себя девушка. – Они забрали моих друзей.

– Давай всё по порядку, – Форшер склонился над Аврелией, взяв её за руку. Рука профессора засветилась мягким светом, это предалось кисти послушницы. – Ты в безопасности. Успокойся и расскажи всё, как было.

– Когда сказали, что Мумификатора поймали, мы с ребятами решили забраться и поискать его лабораторию. Ходили слухи, что он прятал её в канализации. Вот.

– Ребята, это кто? – переспросил Форшер.

– Мы познакомились на том уроке, помните? Пит стал нашим латником, потом Рейчел, она заклинательница, – начала перечислять девушка. – Второй заклинатель Гектор, он к нам позже присоединился, и ещё парень из ловкачей, который просил называть его Стилет. Ещё там был другой пленник, но он был не с нами. Его принесли отдельно.

– Рейчел и Гектор? Знаю их, – подтвердил, побледневший Форшер. – Боги, зачем вы вообще полезли туда? Какая, ещё, к троллю, лаборатория Мумификатора?! Что вы там, олухи, хотели найти?

– П-простите, – заревела послушница.

– Нужно их спасать, – пробормотал Дориан, нервно усмехнувшись. – Может кто-нибудь из них ещё жив? Надо торопиться.

– Само собой, – согласилась Лили.

– Профессор, – обратился Дориан к Форшеру. – У нас в команде нет мага.

– О чём речь, – остановил его Форшер. – Конечно, я с вами. Только я не взял свой посох. Не имею привычки брать его на открытия таверен.

– Берите, что нужно из сокровищницы, – выпалила Лили. – С призраком потом разберёмся, да и связанный он. Ничего не сделает

– С твоего разрешения, – сказала Этна. – Я возьму вон тот латный комплект на время. Свой я тоже оставила у себя.

– Постойте, – снова зашептала послушница. – Я видела его лицо… Я знаю, кто он…

– Говори! – крикнул Форшер, выпучив глаза.

– Никто бы никогда не догадался. Это шеф магической полиции. Джингл. Это он Мумификатор. И он там внизу творит ужасные вещи. Они положили Гектора на алтарь. И потом... Бедный Гектор… – у послушницы снова началась истерика, и она заревела, закрыв лицо руками.

– Бред! – крикнула Лили. – Дядя Джеймс? Мумификатор?!

– Ей могли промыть мозги, – сморщил лоб Форшер. – Но она не врёт, это точно.

– Сами разберёмся. – отрезал Дориан, уже надевший свою кольчугу и плащ. – Нужно ещё сообщить властям.

– А если это правда? – серьёзно заявила Этна. – Кому ты побежишь докладывать? Джеймсу Джинглу?

– Дядя Джемс не душегуб! – огрызнулась Лили.

– Это может быть кто-то из его ближайшего окружения, – предположил Форшер. – Тогда становится понятно, как ему удавалось обводить власти вокруг носа столько времени. Нет. Обращаться в магополицию сейчас не выход.

– Чем быстрее мы выдвинемся, тем лучше, – скомандовал Дориан. – Мы имеем дело с серьёзным волшебником. Это вам не какой-нибудь недоучка, поэтому нужно быть предельно осторожными. На рожон не лезем. Действуем крайне аккуратно. Лучше будет, если нападём неожиданно. Тут не тот случай, чтобы играть в благородство. Бьём наверняка. Если склеит ласты, значит туда ему и дорога.

– Подписываюсь под каждым словом, – согласился Форшер.

– Подождите, я покажу, куда идти – к удивлению всех, Аврелия, пошатываясь, встала на ноги. Девушка еле держалась, но её сила воли, выработанная годами послушания в Алом храме, придавала ей сил.

– Исключено, – отказал Дориан. – Ты еле на ногах стоишь. Рана только затянулась.

– Нет. Без меня вы дольше проходите. Эти канализации – настоящий лабиринт, а я помню дорогу.

– Вообще, – приложила палец к губам Адель. – Есть у меня в арсенале одно хитрое умение. Называется оно [Марионетка]. Я могла бы присоединить к послушнице специальные невидимые нити и управлять ей. Тогда всё затраты выносливости по передвижению перекладываются на контролирующего. Конечно, есть и недостатки. У меня будет занята одна рука. Но я и одной справлюсь.

– Прошу Вас, сделайте! – Аврелия поклонилась Адель.

– Мне это не нравится, – усомнился Дориан. – Но мы так уже потеряли много времени. А если прибавить к этому ещё и блуждание по катакомбам, то это может дорого обойтись пленникам.

– Да, пора уже! – крикнула Лили, взмахнув своим луком.

– Вперёд! – воинственно поддакнула Адель.

– Отряд неистовых идальго снова в деле! – расплылся в хитрой улыбке Альварес.

– Придётся Фриде отдуваться на открытии за всех, – вздохнул, ухмыльнувшись Дориан. – Команда, выдвигаемся!

Глава 10. Трудности взаимопонимания

Команда всё дальше продвигалась вглубь по тоннелю. Первой шла Лили, выполняя роль разведчицы, сразу за ней продвигался Дориан, поддерживая тусклый магический светильник, позволявший остальной команде ориентироваться на него, как на свет маяка. Выдерживая небольшое расстояние от лидера, шли плотной группой Этна, Альварес, Адель и Аврелия. Замыкающим поставили профессора Форшера, так как он являлся единственным, кроме Дориана, который был способен создавать магический свет. Но даже с двумя источниками света продвигаться приходилось крайне медленно. Непроглядная тьма проглатывала тусклое освещение. Уже в десяти метрах от группы ничего было не разглядеть, как не всматривайся. Скользкий каменный пол тоннеля то и дело норовил опрокинуть кого-нибудь в затхлую воду, журчавшую по левую руку от авантюристов. С потолка постоянно что-то капало, раздражая холодом и сыростью.

Спустя какое-то время тоннель раздвоился, деля поток воды пополам. Аврелия указала на левую протоку. Команда двинулась дальше по указанному пути. Неприятный запах усилился. По бокам тоннеля, по которому шли авантюристы, стали заметны врезки труб от стоков нечистот. Лили достала платок и повязала его на нос, сплюнув перед этим в воду.

Путь как-то неожиданно раздвоился вновь, а затем ещё раз. Повороты и ответвления стали встречаться с завидной регулярностью, и Дориан мысленно поблагодарил Адель, которая нашла способ взять Аврелию с собой. Без послушницы в этом лабиринте можно было блуждать часами и ничего не найти.

– Вот сюда, – в очередной раз указала юная жрица.

– Уверена? – скривилась Лили, потому что запах из прохода разил уж совсем несусветный.

– Да, – пролепетала послушница. – Точно сюда.

– Значит идём, – вздохнула Лили.

И снова один тоннель сменялся другим. Очередное раздвоение и поворот направо на этот раз. Поток воды, что бежала по желобу, явно ускорился. Если бы кто-нибудь соскользнул туда, просто мокрой одеждой не отделался бы. Течение настолько усилилось, что с лёгкостью могло бы смыть нерадивого путника. Оставалось лишь отдать должное создателям коллектора, за то, что они предусмотрели возможность для прохода, не касаясь воды.

Завернув за очередной поворот, команда практически вывалилась в большой просторный сводчатый зал, подпираемый грубыми квадратными колоннами. Пространство было разделено резервуаром с водой на две равные части. Словно в подземное озеро, сюда со всех сторон сливалось несколько потоков воды. Дориан предположил, что в хороший ливень этот зал должно быть до отказа заполнялся стоками. Приключенцы оказались на одном из берегов водохранилища, второй еле виднелся вдали, высвечиваемый блёклыми источниками магического света, созданными Дорианом и Форшером.

Группа остановилась, чтобы перевести дух. Они уже час продвигались по тоннелям и порядком устали. Здесь же пространство позволяло собраться всем вместе, а не плестись друг за другом. Тем более воздух источал здесь меньше зловония, поэтому дышать стало полегче. Аврелия принялась объяснять, как надо пройти зал, пока её не прервал звук шаркающих шагов, послышавшийся откуда-то впереди. Все сразу напряглись. На встречу приключенцам ковылял не кто-нибудь, а сам сэр Донован. Он сильно хромал и опирался одной рукой на стену.

– Уолтер?! Ты-то что здесь забыл?! – воскликнул профессор.

– Сюда… – прохрипел рыцарь. – Двигайтесь сюда. Всё расскажу.

Команда подошла ближе, и в ту же секунду зал осветила вспышка.

– [Белый свет]! – крикнул женский голос откуда-то сверху.

Донован, изображавший раненого тут же выпрямился и отпрыгнул, позволяя атаковать находившихся, как на ладони, приключенцев.

– Назад! Это западня! – выкрикнула Адель, хватаясь за посох.

Ослепительный молочно-белый всплеск заполнил пространство. Должно быть это был первый раз за всю историю этого зала, когда он оказался так ярко освещён. Авантюристы невольно зажмурились не в силах терпеть свет.

Лили еле разлепила глаза, болевшие так, словно в них попало дымом от костра. Лучница не как не могла понять, ещё секунду назад вода находилась у неё по левую руку, а теперь плескалась справа. Лили решила, что в суматохе развернулась на сто восемьдесят градусов, но что-то было не так. До лучницы не сразу дошло, что её телепортировало на противоположную сторону резервуара. Рядом с Лили стоял ошарашенный Альварес. Ещё чуть дальше Адель с Аврелией. Дориан, Форшер и Этна остались на прежнем берегу.

– Пакостница, – шикнула Адель, смотря куда-то вперёд в глубину темноты.

– Лиса, я ведь предупреждала, чтобы жрицу телепортировало ближе ко мне, – послышался скрипучий голос сестры Августины – А теперь, прежде, чем мы до неё доберёмся, она изрядно подпортит нам нервы.

– Ничего страшного, – ответил тот же женский голос. – Никуда они не денутся.

Сразу после этого за спинами авантюристов раздался взрыв, затем последовал второй. Звук обрушающейся конструкции завершил ловушку. Путь назад оказался отрезан, как на одном берегу, так и на другом.

– Донован, чего ты стоишь? Пусть твои люди прижмут их! – властно потребовала сестра Августина, огласив весь зал гулким голосом опытного проповедника.

– Без тебя знаю, – огрызнулся рыцарь. – И вообще, мне такая война не по душе. Мы словно воры какие-то, бьём из засады.

– Что здесь происходит? – крикнул Дориан. – Какого чёрта вы нас атаковали?!

– Ещё не дошло, господин Мумификатор. Джеймс вас раскусил, – рявкнул сэр Донован. – Совсем нас за дураков держишь? Нам прекрасно известно, что вы решили протащить в город демоницу!

– Серьёзно, Лезвие, – от куда-то из темноты с другого берега послышался голос Джулии. Или это была её сестра Надин? – Снимаю шляпу, классно ты тут всё провернул. Мы до последнего не хотели вписываться против тебя, но демоница в Эрлиге – это уже перебор. Так что сделай милость, сдохни сам. И нам тогда не придётся плыть, чтобы достать тебя.

– Какой ещё Мумификатор?! Вы вообще с ума посходили?! Настоящий Мумификатор напал на друзей Аврелии.

– Всё ещё держишься за свою ложь? – возвестил голос сверху, тот самый, что читал заклинание ранее. – Хватит притворяться! В твой блеф никто здесь не поверит. Может ты не в курсе, но Джеймс уже давно спас её друзей из твоего логова и арестовал твоих прислужников. Признаю пришлось использовать Аврелию как приманку и немного поколдовать над её головой, чтобы заманить вас сюда. Но оно того стоило. Не такой уж ты и умный, господин Мумификатор. Решил, что пленница сбежала из лап твоих людей и задумал избавится от неё по-быстрому сам? А повернулось оно совсем не так, как ты хотел.

– Это не правда! Вы ошибаетесь Господин Нордвинд не Мумификатор! – закричала Аврелия, опешив от услышанного. – Мумификатор это Джеймс Джингл!

Отовсюду из темноты послышался смех врагов и судя по голосам их было действительно много.

– Они сюда привели целый отряд! – выхватив лук, рявкнула Лили.

– Приходилось до этого бывать в настоящем сражении? – спросила у послушницы Адель.

– Нет! – трясясь, замотала головой Аврелия.

– Добро пожаловать в наш мир, – нервно хихикнула жрица. – Главное, не высовывайся.

– Если хочешь жить, послушница, уйди в сторону, – заскрипела Августина, обращаясь к Аврелии. – Мы не станем сдерживаться из-за тебя.

– Она не может, – снова отозвался голос сверху. – Не видишь, что ли? На ней заклинание марионетки. Наши враги подстраховались.

– Тем хуже для неё. Алая богиня не забудет её жертву, – отрезала Августина. – Хватит лясы точить, Лиса, твори свои заклинания, а мы здесь на бренной земле разберёмся с остальным.

– Жюли, прекрати этот фарс! Нас всех жестоко провели! – зычно крикнул Форшер.

– Простите, учитель, но у вас самого рыльце в пушку, – холодно отрезала Жюли Гвидиче. Волшебница расположилась на уступе, почти под самым потолком. Выдавало её только небольшое свечение волшебной палочки, говорившее, что магичка вот-вот начнёт колдовать. – Это ведь вы помогли Ведьме сбежать. Теперь настал черёд отвечать за свои поступки.

– Она не шутит! Всем быть предельно внимательным! – предостерёг Форшер, приготовив свой посох к бою. – Побери тебя тролль, Жюли Гвидиче. Ты совершаешь самую большую глупость в своей жизни.

Строй из нескольких рыцарей во главе с сэром Донованом стал оттеснять Этну и Дориана к завалу в задней части зала. Рыцари выставили стену щитов, медленно приближаясь в боевом порядке. И это были далеко не кадеты, а закалённые вояки. На противоположном берегу такую же стену щитов сформировали паладины Алого храма, за спинами которых, как за железной крепостью, укрылась сестра Августина. Священница воздела руки с посохом к верху и произнесла благословение, озарив доспехи всех латников на обоих берегах. Рядом с тяжёлыми бойцами появились незаметные ловкачи. Оставаясь в тени, они готовились нанести смертельные удары, пока рыцари задержат боем приключенцев. А чуть дальше показалось несколько человек в синих плащах и с посохами магов.

– Это какой-то дурдом, – пробормотала Этна.

– Полностью согласен, – кивнул Форшер. – Скверный расклад…

– Выхода нет! – крикнул Дориан, оскалившись. – Придётся сражаться всерьёз. С проблемами будем разбираться потом, сейчас приоритет – сохранить свои жизни!

– Чтобы потом нас вздёрнули на площади, как убийц! – выругался ему в ответ Форшер.

– Предупреждаю в последний раз! – обратился к врагам лидер. – Я, граф Дориан Нордвинд заявляю, что в случае нападения, мы будем защищать свои жизни. Прольётся кровь.

– Хватит сотрясать воздух, подлец! – надменно отчеканила Жюли. – Враг не сдался. Приказываю достать их живыми или мёртвыми. Мёртвыми предпочтительнее.

– Жюли… – провёл рукой по вспотевшему лицу Форшер.

– Мы сделали всё, что могли, – ухмыльнулся Альварес, повернув свою виноватую физиономию к Лили. – Настало время стали разговаривать.

– Готова стрелять! – подтвердила лучница.

– В бой! – с горечью в голосе скомандовал Дориан.

– Я свяжу их схваткой, – махнув копьём на Донована, рявкнула Этна. Копейщица зачем-то отложила свой щит и схватила древко копья обеими руками. – А вы достаньте остальных.

– Понял. Попробую прорваться вперёд и устранить Лису. Она очень неприятный противник. Если бой затянется, будет туго. Профессор, поддержите нас огнём.

– Сделаю, что смогу, – подтвердил Форшер.

– Адель… – выкрикнул Дориан, пытаясь докричатся до противоположного берега.

– Поняла. Беру каргу-жрицу на себя.

– Хватит разговоров! – отрезала Этна, ломанувшись на строй рыцарей.

– [Жёлтый свет]! – крикнула Жюли из своего укрытия. Тут же один за другим под потолком стали загораться магические светильники, снова ослепляя Дориана и остальных. Но на это раз свет не погас. Источники были настроены так, чтобы освещать поле боя для союзников и при этом слепя врагов. Донован приказал латникам, и они плотнее сомкнули щиты.

– [Белый танец]! – Копейщица врезалась в строй, закрутившись со своим копьём. С его острия стало исходить молочно-белое свечение. Шлейф следовал за движениями копья Этны. Крепко ухватив древко обеими руками, Этна стала раскручиваться, словно в танце. Поравнявшись с рыцарями, девушка сделал выпад и, к удивлению одного из них, достала его. Латник вскрикнул, отшатнувшись.

– Держать строй! – заревел Донован, поняв, что дела пошли не так, как он себе это представлял. Накануне операции Лиса выразилась предельно ясно. Стена щитов тяжёлых бойцов оттесняет врагов, не давая им повода для манёвра, а дальше расправиться с ними было бы простейшей задачей. Подключатся ловкачи и маги Джингла. Сестра же Августина будет руководить строем паладинов Алой на одном из берегов, выполнит общую поддержку войск и нейтрализует их жрицу. А Донован и его рыцари при помощи Жюли Гвидиче справятся на другом берегу с Мумификатором и теми, кто будет рядом с ним. Таким образом план предполагал разделение на двое команды врагов для более лёгкого устранения Мумификатора и его сподвижников. Именно поэтому ранее было принято решение вывести из игры Архивариуса, как самого опытного бойца преступников. Джинглу даже удалось подбросить ему улики. И архимаг уехал за решётку. Но Уолтер с самого начала догадывался, что что-то здесь не чисто. И вот сейчас перед ним, словно танцевала, сражалась девушка, демонстрируя в этой дыре боевой стиль копья под названием [Белый танец]. Сэр Донован бывал в сражениях не раз и не два, но комплекс боевых приёмов, передававшихся из поколения в поколение среди членов правящей королевской династии Альба видел второй раз в жизни. Каким образом представительница правящей династии помогает душегубу?

– Нас, видимо, вляпали в очередной дворцовый переворот, – пробормотал Донован про себя. Ситуация поменялась кардинально. Теперь действовать нужно было крайне осторожно. Битва перестала быть просто расправой над преступником. Если Альба узнают, что представительница их дома была убита, многим здесь не сносить головы. – О чём думал герцог, отдавая этот приказ? И исходил ли этот приказ от герцога вообще?

На помощь Этне, тем временем, подоспел Дориан, достав одного из щитоносцев точным ударом костяного клинка в стык доспехов. Под напором Этны и лидера строй латников немного прогнулся. На помощь к рыцарям подключились ловкачи. Они набросились на своих противников, словно стайка маленьких торнадо. Дориан поблагодарил судьбу за то, что сёстры-ножи остались на противоположной стороне. Альваресу предстояло расправляться с ними. Отбросив эти мысли, Дориан крутанулся, отделавшись от надоеды-ловкача своими костяными мечами и попробовал прорваться вперёд, но нарвался на заклинание одного из синих плащей и отступил назад к Этне.

– Где ты научилась этой технике боя? – вдруг спросил Обсидиан вместо Дориана, посмотрев на копейщицу недоверчивым взглядом.

– Что значит, где? – возмутилась та в ответ. – Это наш стиль, передававшийся из поколения в поколение в семье Альба ещё до того, как мы стали правящим домом. Не спорю, я слегка улучшила его своими вставками, но…

– В том то и дело, что не улучшила, а вернулась к истокам, – перебил её Обсидиан. – Когда всё это закончится, надо будет проверить твой ID, на всякий случай. На данный же момент, главная проблема, это враги перед нами.

– Спасибо, а то я сама не знаю, что сейчас главная проблема. Может прекратишь уже трепаться? Отвлекаешь.

– [Огненный выстрел]! – на другом берегу Лили, начала поливать стрелами из своего лука, прикрывая Альвареса, пока он вступил в бой с паладинами Алого храма. Стрелы слетали с тетивы лука одна за другой. Свистя в полёте, они чиркали воздух, высекая искры и загораясь алым пламенем. Попав в одного из латников, стрела вспыхнула особенно ярко, опалив его с ног до головы. Рыцарь заметался по полю боя, спутав боевой порядок. Образовавшейся брешью воспользовался Альварес, произведя точный укол – грузный паладин вскрикнул и осел на одно колено.

– [Алое лечение]! – завыла сестра Августина. И паладин, только что раненый Альваресом, снова встал на ноги.

– Сеньора Адель, сделайте что-нибудь с этой их жрицей! – возмутился такому повороту событий Альварес. – Моя шпага погнётся быстрее, чем кончатся враги.

– [Алое лечение]! – снова произнесла Августина. Паладина, что был опалён [Огненной стрелой] охватило красное сияние. Латник поднялся на ноги, собираясь воздеть меч вверх в знак признательности, но остановился и затрясся. Спустя мгновение воин вспыхнул ярким алым пламенем. Дико крича и размахивая руками, он кинулся воде. Обрушившись в спасительный водоём, паладин ушёл под воду с головой, но огонь и не думал прекращать гореть. Спасения не было. Паладин какое-то время бултыхался, а затем камнем пошёл ко дну, освещая свой путь всё ещё полыхавшим неугасимым огнём.

Картина произошедшего оказалась неожиданностью для обеих сторон сражения. Альварес выпучил глаза, а Августина стала недоверчиво осматривать свой посох. Лишь одна Адель, казалось, понимала, сущность происходящего. Её торжествующая улыбка растекалась по лицу.

– Значит это правда? – хмыкнула Адель.

– Что, правда? – испугано спросила Аврелия, всё ещё таращившаяся на воду, подсвеченную огнем откуда-то снизу, со дна. – И что сейчас произошло? Госпожа Августина одна из искуснейших жрецов королевства. Её учил сам Герхард фон Ротте. Она, можно сказать, последняя хранительница наследия фон Ротте.

– Что за глупости, – поморщилась Адель. – Единственное наследие фон Ротте сейчас стоит чуть впереди тебя и пускает огненные стрелы во врагов, а эта Августина просто старая карга, за всю свою жизнь не потрудившаяся разобраться, как функционирует класс, который является основой её персонажа.

– Я ничего не поняла, госпожа Адель, но как госпожа Лили может быть наследием фон Ротте?

– Ещё не дошло? Как ты думаешь, почему они напали на нас? Да просто захотели укокошить дочку Мартианы под шумок. Уж больно она им поперёк горла встала. Вот только дурачки просчитались. Впрочем, просчитались не только они.

– Госпожа Лили – дочь Красной ведьмы?! – взвизгнула Аврелия.

– Поздравляю! Ты связалась с дурной компанией? – расхохоталась Адель.

– Чего ржёшь! Помоги лучше! – огрызнулась Лили. – Долго мы будем с Боровом в две хари отдуваться?

– Непростительно! – завыла Августина. – Мерзкое создание, да как ты посмело извратить чудо, дарованное нам Богиней!

– У… Бабку опять понесло, – констатировала Джулия откуда-то из-за спин паладинов.

– Точно, – согласилась с ней Надин. – А давай жиртреста зарежем, он меня бесит!

– Вскроем ему брюхо! – подхватила Джулия.

– [Столп возмездия]! – воздела посох вверх сестра Августина. На голову Лили опустилась полупрозрачная сияющая колонна. Лили вскрикнула, и выстрелы прекратились.

– [Двойной потрошитель]! – сёстры-ножи одновременно напали на Альвареса с двух сторон, орудуя своими кинжальчиками, будто пропеллерами. Южанин отступил на шаг, ловко отразив все нападки сестёр. Но когда он сам попытался контратаковать, Надин и Джулия снова скрылись за паладинами, а их сменили несколько ловкачей, заставляя Альвареса постоянно крутить мельницы и пируэты.

– Он скоро выдохнется! – засмеялась Надин.

– И тогда жиробасина станет немножко мёртвым! – подытожила Джулия.

– [Красный барьер. Сковывающая версия]! – продолжила сестра Августина, поймав Лили, как в своё время Иероним. Лучница, уже начавшая превращаться в демонессу, оказалась внутри сферы, которая к тому же начала сужаться с каждым мгновением.

– Гляди, – Адель невозмутимо махнула рукой в сторону Лили, обратившись к Аврелии. – Предположу, что эта жрица с самого начала собиралась провернуть такой трюк. Она дождалась, когда наша Лили взбесится и сразу наложила на неё сковывающий барьер. Ведь всем известно, что демону не пробиться через преграды Алой.

***

– [Sagitta Magica, Multum]! – выкрикнул Форшер, подключаясь к бою. Рой магических снарядов устремились в гущу врагов, предусмотрительно огибая Этну и Дориана. Окружающее пространство заиграло разными красками, озаряясь то одним цветом то другим.

– [Красный свет]! – выкрикнула со своей позиции Жюли. – Повинуясь взмаху волшебной палочки Жюли, красный круг света образовался под ногами у Этны. Возникший, как из ниоткуда Дориан раскрыл щит Полумесяца, направив его на пол. Раздался звук взрыва. И врагов, и союзников раскидало в разные стороны.

– Ты чего творишь, Лиса?! – выругался Донован.

– Вперёд! Победа будет за нами! – хладнокровно выкрикнула Жюли. – [Синий свет]!

Синее марево обволокло рыцарей Донована и ловкачей. Они заметно приободрились и снова сформировали строй, наступая на авантюристов. Форшер выпустил ещё один залп магических стрел, атакуя строй латников, но из-за щитов выскочила девушка в синем плаще. Ловко орудуя посохом, раскручивая его, магичка, будто магнит, перетянула на себя весь рой магических снарядов, которые стали вращаться в воздухе вокруг неё. Сделав резкое движение посохом, волшебница отправила все заряды обратно в Форшера и остальных. Легкая уверенная улыбка отразилась на лице магички. В ней с трудом угадывалась робкая и тихая ассистентка Джеймса Джингла. Сейчас Люси Грабс отдавала всю себя сражению, показывая прекрасную выучку и неоспоримый талант в противомагии.

– Вот ведь! – только и успел вымолвить удивлённый Форшер, прежде, чем несколько ракет попало в него.

– [Обсидиановый барьер]! – выпалил Дориан, пытаясь прикрыть себя и Этну выросшей из пола каменной стеной. Стрелы магии, угодив прямиком в заслон, стали взрываться мелкими хлопками, вспыхивая, словно фейерверки.

– Профессор, вы как? – крикнула Этна, обернувшись.

– Бывало и хуже, – отозвался Форшер. Заряды, попавшие по нему, немного повредили мантию, но, к счастью, само одеяние мага было зачаровано, поэтому существенного вреда он не получил, отделавшись несколькими ссадинами на руках. – Вы сами как?

– Пока обошлось. А это ещё что такое? – вздохнула Этна, уставившись на небольшую зелёную рамку рядом с правой рукой Дориана.

– Решил подстраховаться, – ответил Обсидиан. В это время латники безуспешно пытались разрушить стену, которая теперь преграждала им путь, оделяя Дориана и остальных от врагов. – [ID Information]. [Incarnations list].

– А что вообще это за заклинание? – поинтересовался Форшер махнув посохом на [Обсидиановый барьер]. – Никак не могу понять, какой домен стоит в основе этой стенки.

– Забавно… – усмехнулся Обсидиан, продолжая изучать текст, выступивший в зелёной рамке. – Таких совпадений не бывает. Сдаётся мне, что тут замешана Алл. Только она могла провернуть операцию с подобным размахом и с учётом стольких переменных одновременно. Однако, зачем ей предоставлять мне такой подарок?

– Что на тебя нашло? – обеспокоенно спросила Этна, заглянув прямо в лицо к Дориану.

– Не обращай внимание, – ответил за него Обсидиан. Его глаза стали светиться синим. – Скоро эти дураки пожалеют, что ввязались во всё это. Я уже примерно понял, что из себя представляет их Мумификатор. Как-то даже неловко вышло.

– О чём ты говоришь?! Смотри, они схватили Лили! – не выдержав, взвизгнула Этна, указывая рукой на противоположный берег, где лучница барахталась в шаровидном барьере. – Что теперь будем делать?

***

Воспользовавшись тем, что надоедливая огненная лучница выведена из игры, паладины Алого храма организовали решительное наступление. Лили вертелась внутри барьера, в то время как Альварес отступал под неустанным натиском врагов.

– Госпожа Адель, надо что-то предпринять! – залепетала Аврелия, теребя жрицу за рукав.

– [Разрушитель барьеров №360]! – вдруг зарычала Лили внутри шара.

– Отлично! – обрадовалась Адель. – Хорошо, что она послушала мой совет раньше и применила именно этот разрушитель вместо №259. Сейчас будет весело, да простит меня Алая за эту шутку.

Как и предсказывала Адель шар, сковывающий Лили распался на обломки, но вместо того, чтобы разлететься в разные стороны, осколки щита прикрепились к самой Лили, сформировав что-то вроде неполного доспеха, прикрывавшего уязвимые части лучницы. Её волосы начали стремительно краснеть, а на кончиках пальцев отрасли когти. Лили зарычала, заставив паладинов остановиться в недоумении. Альварес с опаской взглянул на лучницу и тут же пожалел об этом, потому что две остервеневшие сестры набросились на него со всей их силой. Сёстры-ножи, инстинктивно почуяв, что расклад сил стал стремительно меняться, решили вывести из игры хотя бы фехтовальщика.

– Сеньориты, я предупреждаю в последний раз, – гнусаво произнёс Альварес, скорчив паскудную рожу. – Дальше поблажек не ждите.

– Смотри, сеструха! Свин, а разговаривает! – прыснула Надин.

– Чудо природы, – поддакнула ей Джулия.

– [Ураган ножей]! – Надин завертелась, как волчок, обрушивая на Альвареса одну серию ударов кинжалами за другой

– [Подрезанные ножки]! – в это время Джулия сумела зайти южанину сзади, атакуя его по ногам, стараясь разрезать сухожилия под коленями.

Надин была полностью уверена, что эта двойная атака будет успешной, поэтому здоровенный кулак южанина, прилетевший ей в лицо, оказался для ловкачки полной неожиданностью. Девушке показалось, что она попала под удар железного молота. Звук хрустнувшего носа эхом раздался в голове, и Надин поняла, что летит куда-то в сторону воды.

– [Кровавая резня]! – хрипло произнёс Альварес, взмахнув своей Зубочисткой, резко развернувшись к Джулии. Лезвие рапиры завертелось. Её движения слились в один поток, окрашенный красными каплями крови. Что-то шмякнулось на пол, а рядом полетела и Джулия. Девушка заорала не своим голосом и стала кататься по полу, схватившись левой рукой за правую. Рядом с ней валялась аккуратно срезанная кисть, всё ещё сжимавшая кинжал.

– АААААА! – заорала взбесившаяся Надин. Ловкачке с трудом удалось удержаться, не ввалившись в воду после удара Альвареса. Из её носа, чуть повёрнутого вправо, стекала струйка крови, но это было ничто, по сравнению с той красной лужей, в которой валялась её сестра, всё ещё сжимая обрубок руки. – Замочу!

Надин распрямилась, прыгнув на своего ненавистного врага. Гнев заполнил её моментально и до верху. Она решила закончить всё за один раз. За то, что этот жирдяй лишил её дорогую сестру руки, она заберёт его голову. Но получилось всё совсем по-другому. Южанин вдруг отпрянул в сторону и сделал это так ловко и быстро, что пропал из поля зрения Надин. Что-то острое и холодное воткнулось в её правый бок. Ноги почему-то перестали слушаться, а затем пришла боль. Настоящая всепоглощающая боль от проткнутой рапирой печени. Надин прошла на ватных ногах по инерции ещё несколько шагов и рухнула совсем рядом со свей сестрой, сжавшейся в комочек и всё ещё сжимавшей обрубок руки.

Рядом с сёстрами промелькнула огненная тень. Лили, окончательно перекинувшись в демоницу, атаковала строй паладинов. Воины Алой богини не растерялись и сформировали полукруг, пытаясь достать свою противницу ударами мечей и молотов с разных сторон, но их планы смешал Альварес, присоединившись к битве. В отличии от паладинов, ловкачи не обладали такой стойкостью. Вид двух их предводительниц, валявшихся без движения, сильно ударил по моральному духу. Ловкачи стали атаковать неохотно, силясь не попадать под удары Альвареса, создавая, скорее, имитацию выпадов, чем реальные нападки. К Лили они и вовсе старались не лезть, предусмотрительно предоставляя право её победить паладинам Алой.

***

– Готовы? Я сейчас уберу барьер? – спросил Обсидиан, сверкнув глазами.

– Давай! – воинственно крикнула Этна крепко сжав копьё

До того, как пепел, в который рассыпался обсидиановый барьер, осел на землю, из него выпрыгнул Дориан-Обсидиан с несколькими шипами в виде крыльев за спиной. За ним последовала Этна. Не ожидавшие такого рыцари, оробели, но подбадриваемые сэром Донованом снова бросились в бой. Этна сделала очередной выпад, крутанувшись в пируэте, и точно поразила латника копьём. Рядом орудовал Дориан. Уже двое полегли от его руки. Донован понял, что надо что-то делать. Строй стремительно разваливался на глазах под натиском всего двух врагов. От ловкачей не было вообще никакого толку. Большинство из них уже и не атаковали всерьёз. После того, как поняли, что с их предводительницами расправились самым абсурдным способом. Конечно, были ещё синие плащи, но их на эту операцию выделили почему-то совсем немного. А единственной, от кого из них был толк, оказалась Люси Грабс. Ещё Донована беспокоил маг противников. Профессора Форшера рыцарь знал давно и прекрасно понимал, что Гюнтер просто осторожничал, пытаясь свести урон к минимуму. Если бы Форшер начал драться всерьёз, даже Жюли пришлось бы туго. И он начал.

– [Aqua Elemental] – крикнул Форшер, поместив кончик посоха в тёмную воду. Послышался всплеск, и из воды выросло бесформенное нечто десяти метров в высоту. Оно стало принимать форму человека, вылезшего из воды по пояс. Угрожающе зашумев, водяной элементаль уставился на оторопевших рыцарей Донована.

– Впечатляет! – даже Жюли похвалила заклинание профессора

– Это ещё не всё! – разошёлся тот. – [Lorica glacialis]!

Руки элементаля и частично его торс сначала покрылись инеем, а затем и вовсе превратились в лёд. Призванный монстр зашумел ещё громче, а затем обрушил силу своих обледеневших кулаков на рыцарей. Они тщетно попытались использовать щиты, но это не помогло. Несколько ударов гигантского элементаля разметали строй в разные стороны, как ребёнок своих игрушечных солдатиков. Этна и Дориан, воспользовавшись предоставленной возможностью, разобрались ещё с несколькими противниками.

Донован издал нервный смешок, наблюдая как элементаль громит его подчинённых. То, чего он боялся свершилось. Профессор окончательно определился со стороной конфликта и принялся играть всерьёз. Теперь счёт шел на минуты. Рыцарь собрал всю свою волю и приготовился. После того, как Альба узнают о произошедшем, мало не покажется никому и Донован решил, что хотя бы должен победить эту Этну сам. Тогда к его подчинённым будет меньше вопросов. Извергнув воинственный клич, латник бросился в атаку. Этна отбила удар, крутанувшись, словно в танце и сразу же контратаковала. Доновану стоило больших усилий увернуться, и острие копья чиркнуло ему по нагруднику, оставив длинную царапину. Ранее на тренировке Уолтер решил, что копейщица была гораздо слабее его и в силе, и в уровне мастерства, но сейчас он понял как жестоко ошибся.

– [Первое движение. Танец под луной]! – пропела Этна и ловко выписала в воздухе светящимся остриём копья узор в виде шестиконечного цветка. Движения девушки ускорились, её выпады и удары стали по-настоящему молниеносными. Сэр Донован попытался подстроиться под этот темп боя, но быстро понял, что не поспевает и разорвал дистанцию, отступив на десять шагов назад.

– [Неприступная скала]! [Таран]! – Донован не знал, как ему выйти из сложившейся ситуации, поэтому выбрал самый простой вариант. Понадеявшись на своё превосходство в размерах, он решил, что сможет сбить ритм своей противницы грубой превосходящей силой.

– [Второе движение. Лунный луч]! – продолжила Этна. Она не стала отступать от несущегося на неё во весь опор рыцаря, а встретила его лицом к лицу. Её копьё ещё ярче засветилось белым. Выпад был подобен вспышке света. Всего мгновение, и Донован понял, что проиграл. Что-то горячее и липкое стекло ему за воротник. Рыцарь зашатался и начал отступать. Его подчинённые заметили это и прикрыли своего предводителя, оттащив его под руки. Кто-то дал ему тряпку, которая моментально пропиталась красным, стоило приложить её к ране на лице.

Донован достал бутылочку с зельем, но когда он попытался её выпить, большая часть спасительной жидкости почему-то пролилась. Рыцарь отодвинул тряпку, общупав своё лицо, и понял, что копьё Этны разрезало ему левую щёку до уха. Кровь продолжала течь, унося с собой так необходимые силы. Донован прислонился спиной к стене и сполз по ней вниз, наблюдая, как их враги теснят и его людей, и паладинов на соседнем берегу.

– [6], [7], [6], [8], [6], [7], [32]! – начала нараспев произносить подоспевшая Люси Грабс. В её руках появилось несколько бумажек, похожих на игральные карты. На каждой из них было написано то число, которое произнесла магичка. Люси замахнулась и метнула их в элементаля. Карты прилипли к водяному монстру, начали вибрировать, а затем последовала серия небольших взрывов. Элементаль зашатался, его запал иссяк. Ледяная броня растрескалась и практически растаяла, сохранившись лишь на кончиках кулаков. Люси пронеслась мимо Донована, вопросительно посмотрев на него. Рыцарь махнул рукой, объясняя, чтобы за него не беспокоились и магичка устремилась дальше, нацелившись на Этну.

– [Красный свет]! – снова прочитала заклинание Жюли, направив круг света между Дорианом и Этной. Взрыв разделил их. Этим воспользовалась Люси, сосредоточив свои атаки на Этне.

– [2], [2], [0], [2], [2]! – скороговоркой произнесла Люси и швырнула несколько карт в Этну. Копейщица поняла, что её движения стали заторможены. Как бы она не старалась, прилипшие к её броне карты, видимо, оказывали замедляющий эффект. Копейщица попыталась сорвать их, но бумажки как будто приклеились к доспехам.

– [Оранжевый свет]! – под Форшером появился и сразу погас оранжевый круг. Маг сообразил, что к чему и сдёрнул со своей шеи амулет, который тут же, попав на землю, заискрил как бенгальский огонь.

– [Красный свет]! – продолжала показывать своё превосходство Жюли, направив свою атаку на Дориана. Снова раздался взрыв и Дориана отбросило в воду.

– [32]! – выкрикнула Люси. Карты, прилипшие к броне Этны, стали вспыхивать одна за другой так же, как это произошло с элементалем. Девушка-копейщица закричала, пытаясь защититься от взрывов.

– [Aqua protector]! – вмешался Форшер, окатив водой Этну. Это помогло. Она сильно пострадала, но осталась стоять на ногах. Её броня в нескольких местах была помята и опалена взрывами, кое где виднелись трещины.

– [Стремительный болт]! – в руках у Люси почему-то вместо посоха оказался арбалет. Магичка прицелилась в Этну и нажала на спусковой крючок, позволив стреле вырваться на волю.

– Трольи потроха! – ахнул Форшер.

Послышался всплеск воды. Чёрная быстрая тень промелькнула, устремившись к копейщице. Дориан выпрыгнул из пепельного облака поймав болт рукой в нескольких сантиметрах от растерянного лица Этны. Глаза Дориана, смотревшие на Люси, злобно засветились синим. Дориан сжал руку, сломав болт, и выкинул в сторону.

– Ха! А ты ещё кто такая?

– [Красный свет]! – прочитала заклинание Жюли, направив его на Дориана.

– [Пепельная волна]! – произнёс Обсидиан и круг красного сияния потонул, захлебнулся в сером потоке.

– Потрясающе… Поздравляю, молодой человек, остановить атаку мага-оптика, это не хухры-мухры! – воскликнул Форшер.

– Молодой человек? – переспросил Обсидиан. – Впрочем, не важно… Я не хотел вмешиваться, вы бы и без меня прекрасно справились, но мне уже порядком надоела эта мышиная возня. Больно шумно.

Несколько рыцарей собрались атаковать Дориана, но Люси остановила их жестом. Магичка вытащила посох из-за спины, от её арбалета не осталось и следа. Он будто растворился в воздухе. Обсидиан же осматривал собравшихся противником с презрением в глазах. Когда его взгляд останавливался на Люси, глаза вспыхивали синим огнём.

– Я не знаю, к чьей фракции ты относишься, но я обещаю, ты пожалеешь, что решила самонадеянно выступить против меня. Шутки кончились! [Неотвратимое течение времени]! – в руке Обсидиана появилась большая чёрная фальката. Он махнул ей несколько раз, а затем резко ускорился, нацелившись на Люси. Трое латников, что до этого собирались атаковать Дориана, преградили ему путь. Обсидиан взмахнул чёрным клинком, рассекая доспехи своих оппонентов, словно они были сделаны из бумаги. По краям разреза тут же поползла ржавчина. Задетые клинком люди упали как подкошенные. Их лица начали стремительно стареть, иссыхаясь. Через несколько секунд на полу в сгнивших от ржавчины доспехах покоились тела трёх мумий.

– Вот оно! Мумификатор показал своё истинное лицо! – возвестила Жюли. – [Яркий красный свет]!

¬– Да потухни ты уже, светофор на ножках! – Обсидиан воткнул свой клинок в пол, прямо в центр круга из красного света. Чёрная матовая поверхность поглотила всю атаку без остатка. – Мой черёд. [Малая пепельная бомба]!

Сжав в руке сероватый шарик, Обсидиан метнул его в сторону уступа, на котором расположилась Жюли. Раздался взрыв, и сразу за ним женский визг. Колонна формировавшая уступ осыпалась, заграбастав с собой и Жюли. А Обсидиан уже летел к Люси. На полпути он выпустил по ней полный залп шипов. Магичка ловко увернулась, совершив настоящий акробатический трюк, одновременно с эти метнув Дориана несколько заряженных карт, на которых красовалась число 323. Обсидиан снова применил [Пепельную волну] и совершенно вовремя, потому что карты взорвались, лишь первые частички пепельного облака коснулись их. Взрывы оказались мощнее предыдущих, Люси вложила в них много своих сил.

Один из ловкачей к своей неудаче подвернулся под руку Обсидиану и тут же поплатился за неосторожность, получив страшный удар фалькатой с низу вверх. Ловкач повалился, на глазах превращаясь в сморщенного старика.

Сэр Донован лежал всё там же, куда его оттащили соратники. То, что происходило на его глазах не поддавалось никакой логике. Небольшая команда авантюристов практически разбила все их силы. И если на противоположном берегу сестре Августине ещё удавалось держать ситуацию под контролем, то на берегу этом наступала практически катастрофа. Жюли Гвидиче была выведена из игры в один заход странной взрывной магией Дориана Нордвинда. Да и сам этот тип оказался полной неожиданностью. Продемонстрировав иссушаюшую магию, он практически расписался, что является Мумификатором. По крайней мере для Донована этого было достаточно. Непонятно было другое, этот Дориан прекрасно видел, что несколько ловкачей сбежали, едва увидев, что делает с людьми та проклятущая фальката. На что он рассчитывал, ведь его секрет совершенно точно к вечеру будет известен всему городу? Тем временем Дориан и Люси сошлись один на один. Мумификатор пытался достать её своим клинком, а магичка ловко уворачивалась, продолжая осыпать оппонента взрывными картами, которые в свою очередь тонули в пепельных волнах и под взмахами чёрного клинка.

– [Malleus maleficarum] – крикнула Люси, превратив один из наконечников своего посоха в массивную каменную колотушку. Размахнувшись как следует, она ударила по Обсидиану. «Молот ведьм» – довольно сложное умение, находящееся на стыке магии и приёмов воина. Оно было разработано ещё во времена старой империи, для борьбы с заклинателями секты Собирателей. Увесистый набалдашник, появляющийся на кончике посоха, был не просто куском камня. На самом деле он даже почти ничего не весил, но при этом при соприкосновении с врагом, регулярно использующим магию, молот словно поджигал ману внутри волшебника, нанося ему чудовищные увечья, если не убивая за раз.

– [Апокриф]! – Обсидиан поймал несущийся на него молот левой рукой. Набалдашник сию секунду покрылся трещинами и осыпался, не причинив никакого вреда. Люси Грабс не ожидала такого исхода. Девушка немного замешкалась, пытаясь оценить свой следующий шаг, как вдруг что-то невесомое и тяжёлое одновременно пронеслось по залу. Источник этого был на том берегу. Паладины, ещё мгновение назад преисполненные отваги, стали вдруг убегать. Это передалось и рыцарям сэра Донована. Люси, увидев это, сморщила носик и разорвала дистанцию. Смешавшись с несколькими синими плащами, убегавшими куда подальше.

Сэр Донован тоже почувствовал это. Сильный страх вдруг окутал его, требуя немедленного бегства. Рыцарь едва удержался, чтобы не начать ползти куда-нибудь. Стиснув зубы, он сильно надавил на рассечённую щёку тряпкой, вызвав дикую боль. Это помогло. В какой-то момент напор наваждения стал спадать и Донован увидел, что Дориан Нордвинд стоит рядом с ним, пристально наблюдая за бегством своих противников, как вдруг из-за спин убегавших снова показалась Люси Грабс. Злобно зыркнув на Мумификатора, магичка откуда ни пойми достала ручную мортирку и выстрелила из неё.

Время для сэра Донована вдруг замедлилось, краски мира выцвели, кода он увидел, как прямо в Дориана летит округлое ядро маногранаты. Сердцевина у подобных гранат была заполнена взрывчаткой и металлическими шариками. Донован сразу понял, что это были разрывной заряд с картечью, усиленный специальным зачарованием и небольшой ёмкостью с зельем маны внутри гранаты. А ещё рыцарь понял, что не успеет убраться с линии взрыва, поскольку находится слишком близко к Дориану. Донован улыбнулся и закрыл глаза, приняв свою судьбу как она есть. Раздался оглушительный треск и примешавшийся к нему звук всплеска магического заклинания.

***

Несколькими минутами ранее…

– А вот это она зря, – пояснила Адель Аврелии, когда та таращилась на Дориана, поймавшего болт голой рукой и тем самым спасшего Этну от неминуемой гибели. – Танец нашей копейщицы уж больно похож на тот, что когда-то выдавала Иориэль. Боюсь, что эта магичка надавила на больную мозоль одного очень злобного существа.

– Иориэль? – переспросила послушница, оторвавшись на минутку от Дориана, чтобы посмотреть, как Лили и Альварес успешно оттесняли оставшихся паладинов. Южанин выписывал своей рапирой такие замысловатые пируэты, что его противники не могли с ним совладать. Что касается Лили, то она просто крушила своих врагов ударами когтистых лап, позабыв про свой лук. Августина пыталась накладывать атакующие чудеса, но Адель профессионально купировала их барьерами. Впрочем, больше жрица никаких действий не предпринимала, выжидая чего-то.

– Не бойтесь, воины Богини! – с надрывом крикнула сестра Августина, достав небольшой красный шар, который засветился в её левой руке. – Ни один демон не сможет победить вас!

– Наши враги решили играть по-крупному. Честное слово, никогда не понимала, почему Рубиниэль так легко раздаёт свои сферы направо и налево. Вопиющее расточительство и слом баланса.

– Госпожа Адель, а кто такая Рубиниэль?

– Серьёзно? Вы даже не знаете имени божества, которому поклоняетесь? – удивилась Адель, укоризненно посмотрев на послушницу.

– А-алую богиню зовут Рубиниэль?! – ахнула Аврелия и почему-то затряслась, словно сказала что-то кощунственное.

С сестрой Августиной начали происходить странные изменения. Сфера в её руке засветилась ещё ярче, а сама жрица воспарила над землёй, всё её тело засияло матовым алым блеском. Приунывшие паладины, воспряли духом, сгруппировавшись около их предводительницы. К ним присоединились несколько синих плащей и парочка ловкачей. Остальные подчинённые сестёр-ножей куда-то подевались, бросив Джулию и Надин.

– Сейчас будет очень жарко, – обратилась жрица к Аврелии. – Мне потребуются обе руки, поэтому спрячься за меня.

– У госпожи Августины алая сфера. Она очень сильна. Она первосвященница герцогства. Её не победить! – чуть не плача, пролепетала послушница

– Справимся как-нибудь, – огрызнулась в ответ Адель

Оглушительный взрыв разошёлся по округе и уступ вместе с Жюли Гвидиче обрушился, развалившись на отдельные кирпичи. Заклинания волшебницы перестали действовать и магические светильники, созданные ранее [Желтым светом] стали медленно затухать, теряя свой заряд.

– Это безумие… – икнула Аврелия. – Что это вообще такое было?!

– Нечего предаваться унынию, – рассмеялась Адель. – Наша копейщица так хорошо танцевала, что великое зло пробудилось. Теперь я им не завидую.

– Ко мне, мои воины! Да укроет вас свет Богини ото тьмы! – Жрица Алой богини воздела руку со сферой высоко вверх и шар ярко замерцал, поэтому все оставшиеся враги поспешили к ней, как мотыльки на огонь. Сознание Лили не до конца покинуло её, и Альваресу удалось убедить демоницу не атаковать перегруппировавшихся вокруг Августины врагов. Вместо этого лучница и южанин сами отступили поближе к Адель. Обе стороны конфликта застыли в нерешительности, оценивая свои шансы и возможности.

– Сделай с ней что-нибудь! – зарычала Лили, указывая на Августину. – Она сейчас этим камушком их всех отлечит!

– А ты откуда знаешь? – улыбнулась Адель.

– У моей мамки был такой. Она переломы им лечила, как простуду.

– Я нисколько не сомневалась, – хихикнула жрица Ткачихи.

– Вы не понимаете, – снова запричитала Аврелия. – Сама Алая благословила госпожу Августину. Надо бежать. Она сейчас словно проводник силы Богини.

– Так! – резко возразила Адель, стукнув посохом об пол. – А вот это уже полная чушь. Я тебе скажу по секрету, что класс жреца никогда нормально не работал. Никак не удавалось органично вписать его под движок системы. Изначально планировалось, что божества будут даровать свои силы жрецам, но по факту пинг возрос до трёхзначного числа и работать популярным богам стало вообще невозможно, поскольку весь их канал перегружали бесконечные надоеды-просители, которые без конца клянчили благословения и чудеса. Мы с Тысячеглазой тогда себе все мозги сломали, в попытках это исправить, но всё равно пришлось прикручивать костыли, поэтому сейчас жрец использует исключительно свою силу, а божество лишь предоставляет ему разово разрешения на уникальные навыки. Вот и всё. Никакая Алая тут не замешана. И уж тем более ничем не поможет. Механика же передачи более-менее работает только с посланником божества, таких ещё называют апостол. Но стоит отметить, что бабка сильна сама по себе, поэтому не расслабляемся.

– Сеньора, тогда может вы всё-таки покажете мастер класс, а не будете стоять столбом весь бой? – пожаловался Альварес.

– Обсидиан просил меня особо не отсвечивать. Я даже наложила на себя ограничительную печать. Я сейчас немногим сильнее той сумасшедшей бабки. Но если такой прославленный фехтовальщик просит, как я могу отказать? – расхохоталась Адель, перепугав своим громогласным голосом Аврелию.

– [Первосвященник]! [Локальный дезинтегратор]! – возвестила Августина, материализовав на кончике своего посоха линзу в медной оправе.

– Вот это уже серьёзно, бабуля решила пойти ва-банк, – собралась Адель. – Все вставайте за меня! [Шёлковый барьер]!

– [Залп]! – рявкнула Августина, выстрелив из посоха сжигающим лучом прямо в Адель, но его путь преградил эластичный занавес, появившийся по воле жрицы Ткачихи. И если в прошлых раз это было просто белое полотнище, то сейчас ткань была узорно украшена орнаментами по краям, а в центре красовалась большая эмблема Ткачихи в виде паука, растопырившего свои лапы во все стороны.

– Мерзкая язычница! Не смей недооценивать меня! – протяжно завыла Августина. – Вперёд, мои воины. [Эгида Алой]!

На подручных Августины снизошло по-настоящему высокоуровневое благословление, да ещё и усиленное сферой в руках старухи. Храбрость и отвага заполнили сердца паладинов. Кто-то из них запел, кто-то начал стучать мечом о щит. В их глазах больше не было страха и неуверенности. Их путь был истинно правильный, а мудрая жрица-наставница показала им дорогу, по которой все они должны были пройти. Издав воинственный иступляющий крик, паладины ринулись в прямую атаку.

– [Ужасающий образ]! – спокойно произнесла Адель, как только до врагов оставалось десять шагов. А то что произошло сразу после этого, не ожидал никто. Преисполненные отваги паладины сначала остановились в недоумении, а затем кинулись в рассыпную. Часть из них попрыгали в воду и под тяжестью доспехов тут же начали тонуть. Другие повернули назад и в суматохе чуть не сшибли с ног обескураженную Августину. Паника передалась и синим плащам. Что касается ловкачей, то все они, кто мог передвигать свои ноги, просто испарились, словно их и не было вовсе. Радиус действия проклятья достиг даже противоположного берега. Хотя сила воздействия уже значительно ослабла, этого хватило, чтобы привести в замешательство даже Люси Грабс, которая вместо того, чтобы продолжить натиск поспешила разорвать дистанцию с Дорианом.

– Куда вы?! Остановитесь! [Эгида Алой]! Не отступать! – пыталась безуспешно вразумить своих сподвижников сестра Августина, но её никто не слушал. Благословения больше не действовали. Лишь алая сфера защищала Августину от проклятья. У остальных, естественно, не было такого мощного артефакта, поэтому уже через пять минут все, кто мог бежать – сбежали.

– Это я перестаралась, – удивившись сама от произведённого эффекта, смущённо пробормотала Адель. – Кто ж знал, что они настолько низкоуровневые. С другой стороны, осталась только надоедливая старуха.

– Я не проиграю злу! – завопила Августина во весь голос. – [Жертва]!

– Всё-таки решилась, да? – вздохнула Адель.

Поток энергии, исходящий от сестры Августины, резко возрос. Одним своим духовным давлением она чуть не сбивала с ног. Красное свечение, источаемой жрицей Алой, стало подобно яркому пламени. Стиснув зубы, старуха взмахнула своим посохом:

– [Алый барьер, всесокрушающая версия]! – слова Августины были подобны грому, божественному приговору, что обрушился на головы врагов. Перед жрицей Алой богини развернулся ячеистый барьер, который начал приближаться по направлению к Адель и остальным.

– Этот барьер… – обречённо вымолвила Аврелия. – Его ничем не победить. Никогда не видела ничего подобного!

– Я его сейчас сломаю! – воинственно рявкнула Лили, махнув когтистой лапой.

– Не сломаешь, – осадила её Адель. – Силёнок пока не хватит. Впрочем, чем-то выдающимся эту стенку я бы тоже побоялась назвать. Настоящая проблема может возникнуть с умением [Жертва]. Вот это действительно заноза в одном месте.

– А что с этим умением на так? – трясясь от страха, пропищала Аврелия, выглянув из-за спины Адель.

– Хороший вопрос, – ухмыльнулась та. – [Жертва] это умение высокоуровнего жреца, доступное вне зависимости от конфессии. Как бы это получше объяснить? Это умение не козырь, а скорее последний довод. Десятикратное увеличение вашего могущества и силы чудес в обмен на саму жизнь. [Жертва] это не желание выиграть, а попытка забрать врагов с собой в могилу! Всем быть предельно осторожными! [Искусный шёлковый барьер]!

Перед полупрозрачной ячеистой красной стеной, сотворённой Августиной растянулось ширма-полотнище. Ткань его была добротно расписана яркими красками, обрамлёнными золотой вышивкой по контуру. В рисунок, состоящий из различных странных символов были витиевато вписаны изображения-эмблемы Ткачихи. Два барьера сошлись, раздался треск. Стены давили друг на друга, пытаясь оттеснить назад. Обе жрицы крепко сжали свои посохи. Их взгляды сошлись. От духовного давления, вызванного противостоянием, воздух потяжелел, будто превратился в вязкую жидкость. Спустя примерно пять минут красный барьер начал медленно теснить шёлковый.

– Мы проиграем! – запричитала Аврелия.

– Чёрта с два! – рявкнула Адель. – Эта старуха не единственная архижрица здесь! [Первосвященник]! [Малое подобие]!

Адель затрясло. Её движения стали ломкими, отрывистыми, как у марионетки. Жрица запрокинула голову назад, чтобы через секунду на её лбу раскрылись три маленьких выпуклых круглых глаза. Они были абсолютно чёрными, ни зрачков, ни белков в них было не разглядеть. Жрице стоило усилий привести голову в нормальное положение. Она сконцентрировалась, словно сдерживала что-то находившееся внутри её, которое вот-вот собиралась вырваться на свободу.

– Госпожа Адель… – шёпотом произнесла Аврелия. – Что с вами такое?

– Никогда не видела? – улыбнулась жрица Ткачихи, повернув голову с пятью глазами к Аврелии, и при этом всё ещё продолжая сдерживать давление барьера сестры Августины. – Если искренне верить своему божеству, можно получить индивидуальный подарок. Алая предпочитает одаривать своих последователей сферами, а вот Неунывающей Ткачихе больше по душе награждать редкими умениями.

– Безобразный монстр! Теперь ясно, кто за всем этим стоял! Умри! – надрывный голос Августины разлетелся по пространству зала. Она усилила давление и красный барьер стал ещё сильнее теснить шёлковое полотнище. Адель ударила посохом об пол и продвижение Алого барьера остановилась, а спустя миг ширма Адель стала теснить щит старухи. Августина закричала от напряжения на её лице и руках стали появляться кровавые подтёки. Её жреческая мантия и так красная, пропиталась бордовыми пятнами.

– Всё, началось разрушение организма, – буднично констатировала Адель. – [Жертва] сложная техника, даже я управляюсь с ней с трудом, а уж какой-то старухе, которая давно одной ногой стоит в могиле, её вообще применять не стоит. Слишком мало выносливости. Продержись она хотя бы минут пятнадцать – у нас были бы проблемы. А в теперешних реалиях это просто издевательство над старой женщиной.

Адель снова стукнула посохом об пол и Алый барьер пошёл трещинами и через миг развалился. Посох Августины в этот же момент разорвало по середине, он разлетелся на ошмётки в разные стороны, а саму жрицу отшвырнуло назад. Она плюхнулась на каменный пол и осталась беспомощно лежать без движения, лишь её глаза продолжали гореть гневом, сверля свою противницу. А с другой стороны стояла торжествовавшая победу Адель. Аврелия вскрикнула и бросилась к старухе. Альварес и Лили последовали за ней.

***

Сер Донован открыл глаза, пребывая в полной уверенности, что оказался в загробном мире. Но мир иной подозрительно напоминал всё тот же подземный зал в канализации. Донован не поверил своим глазам. Он всё ещё был жив. На это явно указывала сильная боль разрезанной щеки. Прямо перед ним стоял Дориан, а ещё дальше высился массивный обсидиановый барьер, который Нордвинд развернул, защищаясь от взрыва, и тем более удивительнее было то, что проклятый Мумификатор прикрыл каменной стеной и Донована. Голова командира рыцарей вдруг стала сильно болеть в глазах замутилось. Его стошнило. По телу пошла дрожь.

– Ты в порядке? – подбежала к Дориану Этна. А за ней приковылял и Форшер подозрительно косясь на иссушенные тела.

– Да…

– Что это всё значит?! – закричал Форшер указывая посохом тела. – Значит всё эти бесчинство действительно твоих рук дело?!

– А ничего получше придумать не мог? – огрызнулся Обсидиан. – Мумификатор использует похожие умения и только. Сейчас важнее другое. Девчонка сбежала, а значит эффект от её заклинания скоро начнёт развеиваться.

– Какого ещё заклинания? – недоверчиво переспросила Этна.

– Контроль над разумом, разумеется. Похоже, даже профессор не заметил. Насколько искусной оказалась эта особа!

– Чушь! – сплюнул Форшер.

– Присмотрись к лежачему, у него типичный откат после промытых мозгов. Надо позвать Адель, а то он может и лапки склеить.

– А как ты объяснишь все эти тела? Я видел жертв Мумификатора. Это точно твоя работа. – не унимался Форшер, размахивая своим посохом.

– Ха! Великолепная логика. А если бы жертвы были убиты с использованием красного барьера, ты побежал бы обвинять первую жрицу города? Когда какой-то придурок использует [Разложение времени], то почему я должен отвечать за него? – оскалился Обсидиан. – Но если хочешь увидеть Настоящего Мумификатора, то надо поторопиться и догнать эту Люси. Теперь уже нет никаких сомнений, что они заодно.

– Когда ты начал махать этой фалькатой, – неуверенно начала Этна. – Это действительно выглядело очень подозрительно. Здесь я согласна с профессором.

– Да мне наплевать, с чем вы там людишки согласны и не согласны! – рявкнул Обсидиан. – Вы мне спасибо должны сказать, что я вообще помогаю вам во всей истории с Мумификаторм. От вас требуется одно – не мешать, иначе попадёте под раздачу.

– Одержимость, возможно, – предположил Форшер, пристально рассматривая Дориана, который уже пошёл проверить, что случилось с Жюли Гвидиче.

***

– Госпожа Августина держитесь, я вас сейчас излечу! – запричитала Аврелия, когда подбежала к лежащей старухе.

– Бесполезно. Уже ничего не сделать, – расстроенно цокнула языком Адель.

– Туда ей и дорога, – рыкнула Лили.

– Ты, как и твой папаша, видимо не очень любишь думать головой. Да, они напали на нас первыми и всё такое, но убийство первой жрицы герцогства нам в любом случае не простят, я уж молчу про придворную волшебницу, но она хотя бы жива, а старухе через несколько минут придёт конец. Её тело не выдержит [Жертву], – раздражённо пояснила Адель, – поэтому я и осторожничала весь бой, старясь не провоцировать эту фанатичку на отчаянные действия.

– Сеньора, я с вами полностью согласен, – неуверенно промямлил Альварес. – Но как нам теперь быть?

– А, – махнула рукой Адель, ухмыльнувшись. – Уже всё произошло, поздно мандражировать.

– У этой ненормальной был камень-лечилка, – вспомнила Лили. Лучница немного пришла в себя и стала возвращаться к своему обычному образу. – Надо просто его найти. Я видела, как он упал из руки этой бабки куда-то туда.

– Вы про Алую сферу?! – удивилась Аврелия, безуспешно пытавшаяся накладывать излечивающие чудеса на умирающую Августину. – Исключено. Сфера сожжёт любого, кто до неё дотронется. Среди всего духовенства герцогства только госпожа Августина могла пользоваться ей.

– Вот она! Нашлась. В угол закатилась! – радостно сообщила Лили, безболезненно подняв шарик с пола.

– Но так не бывает! – растерялась Аврелия.

– Да успокойся ты. Мамка раньше разрешала мне использовать такой шарик… Один раз разрешила, – уверенно заявила Лили. – Только он разрядился совсем. Даже не светится.

Лили подошла к остальным, продемонстрировав потухший красный самоцвет, оформленный в виде идеального шара. К удивлению остальных, лучница начала трясти шарик в руке и в какой-то момент он вспыхнул алым оттенком красного света.

– Отлично! Ещё немного осталось! – обрадовалась Лили. Лучница поднесла шарик ближе к Августине и стала водить им над ней. – Надо ещё сказать специальное слово, чтобы заработало. Мамка моя так одному селянину ногу вправила. Там кость торчала наружу, а по итогу даже шрама не осталось.

– В-вы знаете команду, которой можно активировать сферу?! – ахнула Аврелия.

– Да чего там знать-то? [Лечи]! – скомандовала Лили, и шарик, выскочив из её рук, стал энергично летать над Августиной. Раны старой жрицы начали постепенно затягиваться. Кровотечение остановилось.

– Невероятно… – даже у Адель от увиденного округлились все пять её глаз. – Насколько же безгранично исцеление Алой? Даже [Жертву] удалось повернуть вспять!

– Но как у неё получилась? Она же д-демон? Почему сфера слушается госпожу Лили? – растерянно Спросила Аврелия, оглядываясь по сторонам. – Ведь наша Богиня, противница демонов? Или нет?

– Что с ней? – спросил появившийся как из ниоткуда Дориан.

– О-откуда ты взялся?! – выпалила Лили. – Я тебя не заметила даже!

– Там впереди, где заканчивается зал, можно перейти на противоположный берег, там же проход, в который смылась Люси Грабс.

– Кто? – переспросила Лили.

– Неважно. Надо подлечить чародейку Жюли. Её кирпичами немного присыпало, но вроде ещё жива. Я старался бить аккуратно. На них всех наложили заклятие контроля разума. Так что в какой-то мере, они не отдавали себе отчёт, когда нападали на нас.

– Тоже заметил? – улыбнулась Адель.

– Как это можно не заметить? – поморщился Обсидиан. – Нужно разобраться с Мумификаторм как можно быстрее, сейчас это уже дело чести. Мы выдвинемся вперёд, а ты поставь на ноги всех, кого можно. Это потом сыграет нам на руку.

– Ты точно справишься сам? – с сомнением произнесла Адель, колдуя над сестрой Августиной. – Не обижайся, но ты сейчас не в лучшей форме.

– Ничего, мне помогут Лили и остальные, – оскалился Обсидиан. – Тем более парочка взмахов моего меча помогли мне скопить немного сил.

– А где сёстры-ножи? – встрепенулась Лили.

– Сеньориты сбежали под шумок, – ответил за всех Альварес.

– Кто бы сомневался… – отозвался ему Дориан своим обычным голосом. – Потом с ними всё разрулим. Надо выдвигаться дальше и поймать Мумификатора, пока за него не приняли меня.

– Хорошо, – согласилась Адель, – мы с послушницей догоним вас, как только стабилизируем тут всех помирающих.

Лили и Альварес последовали за Дорианом, а Адель осталась вместе с Аврелией. Жрица ткачихи оглядела зал. После того, как раскрылись её дополнительные глаза, она могла видеть в инфракрасном свете. На всём протяжении пространства то тут то там валялись тела нападавших. Некоторые были ещё живы, излучая матовое свечение, но было некоторое количество убитых, почти слившихся по цвету с окружающей обстановкой. Эту бойню ещё предстояло как-то объяснить. Адель вздохнула и принялась за работу. Битва на смерть закончилась, но началась другая. Сражение за жизни тех, кто ещё не успел перебраться в иной мир.

Глава 11. Интересные встречи

Прошло примерно полчаса, как закончилась битва. Дориан и остальные отправились дальше, а Адель и Аврелия остались помочь тем, кого ещё можно было спасти. Обсидиан заявил, что прекрасно чувствует, где находится Мумификатор, поэтому надобности в проводнике отпала. Да и здесь от Аврелии было больше толку. Сейчас она продолжала лечить сестру Августину. Старуха всё ещё была очень слаба, но смогла хотя бы сидеть. Когда окончательно выяснилось, что Люси Грабс использовала контроль разума, это привело сестру Августину в состояние праведного гнева. Её, главную жрицу герцогства, использовали как ребёнка. Не в лучшем расположении духа пребывала Жюли Гвидиче, но ей хотя бы повезло больше, и она отделалась всего лишь сломанной ногой.

После того, как помогла Жюли, Адель начала штопать Донована и его рыцарей, тех кто остался в живых после боя. Рыцари выглядели ошарашенными и сбитыми с толку. Как, впрочем, и паладины Алой и несколько ловкачей, которые не смогли улизнуть из-за полученных увечий, но получили помощь от своих противников. Заклинание управления разумом оказалось на редкость сильным и сейчас у всех попавших под него наступил откат. Ощущения были крайне болезненными. Почти у всех из тех, кто попал под заклятие, адски болела голова. Приступы сопровождались тошнотой и слабостью. Многие не могли встать на ноги из-за сильного головокружения.

– Даже не думайте, что это позволит вам уйти от ответственности! – злобно фыркнула сестра Августина, когда Адель вернулась к ней, чтобы проверить состояние старухи. – Как только выберемся на поверхность, вы все предстанете перед судом.

– Что же вы сразу не побежали в суд? А как проиграли, так сразу прикрываетесь законами? – хихикнула Адель. – Может потому, что герцог запретил нас и пальцем трогать? Тем более Дориан является действующим представителем Рудольфа. Что там в ваших кодексах и сводах правил говорится о нападении на официальное лицо?

– Он посланец герцога, до тех пор, пока не будет доказано, что он и есть Мумификатор, – надменно вымолвила Жюли, сидевшая на камене, оставшимся от обрушения уступа. – Вы все уже висельники. Наши спасённые жизни ничего не изменят.

– Лучше скажите мне, откуда вообще взялась эта Люси Грабс? – гаркнул сэр Донован. Рыцарь оправился от битвы быстрее остальных. Когда Адель зашила ему разорванную щёку, Уолтер сразу же встал на ноги и стал помогать, как мог, остальным раненым.

– Джеймс её откуда-то притащил, – хмыкнув носом, пожала плечами Жюли. – Мы с ним в последнее время плохо ладим, поэтому я не в курсе деталей. Примерно полтора года назад особа, именуемая Люси Грабс объявилась в городе и стала работать охране магического правопорядка. Уже через полгода она стала помощницей Джеймса. Языки в городе поговаривали, что они были вместе не только на службе. Но мне-то какое дело, с кем крутит шашни Джеймс?

– Уховёртка! – обиженно, словно раненый лев, рыкнул Донован. – Прополоскала мозги, как дуршлаг с макаронами, и была такова.

– Как же хорошо, что битва всё же закончилась, – вздохнула Аврелия, крутившаяся вокруг сестры Августины.

– Как бы не так, – вдруг посерьёзнела Адель, встрепенувшись. – Битва только начинается.

– О чём вы? – заморгала глазками послушница.

Из тени пространства с той стороны, откуда ранее пришли авантюристы стали появляться непонятные личности. Все они были одеты в странные серые кирасы. Ни на одном из них не было герба, пояснявшего, к какому сюзерену имеет отношение отряд. Каждый из странных людей носил на поясе меч и арбалет за плечами, но были и парочка с боевыми посохами. Всего их показалось около двадцати персон. Впереди компании вышагивал тощий мечник. Передвигался он резкими, ломкими движениями. Меч, покоившийся у него в левой руке, постоянно нервно дрожал, выдавая раздражение своего владельца. Предводителя отличали доспехи получше и серый плащ, настолько длинный, что его край подметал пол. Паладины Алой и рыцари Донована повскакивали со своих мест, не зная, что ожидать от пришельцев.

– Корпускул… – пробормотала Адель. – Его здесь и не хватало.

– И тебе, привет, Аделиделиель! – промямлил тощий мечник.

– Ты прекрасно знаешь, что я терпеть не могу это имя, – поморщилась жрица ткачихи. – Говори уже, раз припёрся, чего тебе нужно?

– А сама-то не догадалась? Ты занимаешь тело нашего оперативника и его не удаётся возродить. Сделай милость, верни тело.

– Вот ещё! Меня призвал резидент этого мира. Знать ничего не знаю ни про каких оперативников. Раз помер, сам виноват! – расхохоталась жрица.

– Ну, я ж по-хорошему прошу, – обиделся мечник. – Можно ведь и по-другому.

– А силёнок хватит «по-другому»? – улыбнулась Адель так, что у Аврелии по спине пробежал холодок.

– А ты проверь.

– Без проблем.

– Давай проясним ситуацию, – сделав над собой волевое усилие, сдержался мечник. – То, что ты провернула, официально признано эксплойтом. Надеюсь не надо напоминать, что использование лазеек системы незаконно?

– Кто это сказал? – невозмутимо парировала жрица. – Уж тебе должно быть прекрасно известно, что Первая фракция не подписывала ни одну из Эдемовских хартий. Мы вам не подчиняемся.

– Да мне вообще плевать, кому вы там не подчиняетесь! Нарушение есть нарушение. Освобождай тело!

– И не подумаю! – нагло улыбнулась Адель.

– Вот так и знал, что на конец недели выпадет какая-нибудь морока, – проворчал мечник. –Как пятница – так начинается. Отряд! К бою. Жрице довести очки жизни до нуля. Местных – по ситуации. Если будут путаться под ногами, устранить.

– Кто вы такие?! – взревел Донован, выхватив меч, но Адель остановила рыцаря, придержав за плечо железной хваткой.

– Хватай старуху, и все валите за меня. Я сделаю для вас защитный барьер.

– Я драться буду! – выпалил сэр Донован.

– Разве, что доспехи им поцарапаешь, – призадумалась Адель. – Боюсь, что вы тут бесполезны. Может быть Августина и смогла бы чего выдать, но только в комплекте с алой сферой. А Корпускула даже я могу не осилить. Брысь от сюда, я говорю! Аврелия!

– Госпожа Адель! – пролепетала послушница.

– Слушай сюда! Помнишь, как добраться до Мумификатора? Беги туда и догони наших. Скажи Дориану, что явились люди Эдема, под предводительством Корпускула. Он поймёт.

– Но… Я не смогу. Я еле стою на ногах без вашей помощи! – взмолилась Аврелия.

– И то верно, – призадумалась Адель. – Хоть это и не совсем правильно, но есть один выход. Сделаю тебя временно исполняющей обязанности посланницы Ткачихи, это придаст новых сил, и ты сможешь преодолеть слабость после ранения.

– Кем?!

– Вы зовёте это «апостол».

– Полная чушь! – сморщив лицо, выкрикнула сестра Августина. – Не один жрец, как бы он ни был силён, не способен на такое! Ересь в чистом виде!

– Кого хочу, того и назначаю! – отрезала Адель, взмахнув посохом. В то же время на полу рядом со жрицей появился светящийся серый круг с эмблемой в виде паука. – Если решилась, вставай в круг. Но думай быстрее, у нашего гостя кончается терпение.

– Госпожа Адель, но ведь госпожа Августина права. Апостола Неунывающей Ткачихи может назначить сама Ткачиха, разве не так?

– А я что до этого сказала? Кого хочу, того и назначаю, – Адель многозначительно посмотрела на онемевшую Аврелию.

– Не сметь! Святотатство! – заорала Августина.

– Полно убиваться! – махнула рукой Адель. – Алая даже не заметит потерю одной из жриц. А если и заметит. Мы с ней как-нибудь договоримся потом. Рубиниэль, в отличие от её паствы, вполне вменяемое существо.

– Если я вступлю в круг, я больше не буду служить Алой?

– Так и есть, – с сожалением в голосе подтвердила Адель. – Ты станешь жрицей Ткачихи. Но это вынужденная мера. Сейчас, я очень ограничена в возможностях. В бою мне придётся выдать всё, на что способен мой призыв, а это не так уж и много. Скорее всего, я проиграю. Но даже после этого эти ребята просто так не отстанут и не уйдут. Дориана нужно обязательно предупредить, а с этим заданием можешь справиться только ты. Остальным здесь я не доверяю.

– Х-хорошо…

– Я запрещаю! – завыла Августина.

– Простите, госпожа, – заявила Аврелия, с вызовом взглянув на сестру Августину. – Но я поступлю так, как считаю нужным, тем более вы уже принесли меня в жертву Алой. Вы не забыли? Я уже мертва для Алого храма, так с чего же вам теперь сокрушаться?

– Глупая девчонка, ты пойдёшь на костёр за своё предательство! Остановись! – скороговоркой выкрикнула Августина.

Аврелия не стала ничего отвечать своей наставнице. Послушница гордо тряхнула головой и наступила ногой на круг. Её роба сменила цвет с алого на чёрный с ними полосами, а в руках появился металлический посох, набалдашник которого представлял собой десять лап насекомого, державших длинную, сантиметров двадцать, швейную иголку, торчавшую, словно острие пики.

– Это мой тебе подарок. Он называется [Игла Королевы]. Пользуйся им с гордостью, – пояснила Адель, – А вот здесь ещё два свитка. Не потеряй их. Это призывы, но свитки можно будет активировать, как только меня победят. Кроме того, я проведу призыв трио через тебя, чтобы их не отозвало после того, как меня выкинет в Нижний мир. Не беспокойся, твоих сил это не затронет.

– Госпожа Адель… Мы обязательно вернёмся, чтобы вам помочь – всхлипнула Аврелия

– Это ещё что такое? – показушно рассердилась Адель. – Ты теперь жрица Неунывающей Ткачихи. Понимаешь? Так что не позорь меня. Не вздумай впадать в пессимизм и меланхолию! Выше нос, и всё наладится!

– Да!

– А теперь бегом к Дориану, и чтобы пятки сверкали! [Шёлковый барьер]! – крикнула Адель, когда все перебрались за её спину. Полупрозрачная ширма отделила их от жрицы, оставляя Адель один на один с противниками.

– Спасибо, что подождал, – поблагодарила Адель мечника.

– Отряд! Соблюдать предельную осторожность, – обратился к своим мечник, проигнорировав жрицу. – Наш противник не кто иная, как печально известная повелительница демонов и одна из руководителей Первой фракции. Начали!

Подчинённые мечника рассредоточились по залу. Несколько из них вырвались вперёд, выхватив мечи, остальные достали арбалеты и тут же произвели залп, выстрелив в Адель. Жрица отразила все болты, летевшие в неё простым взмахом посоха, вместе с несколькими заклинаниями в придачу. Двое с клинками, воспользовались случаем и подбежали вплотную к жрице, замахнувшись мечами на неё. Ответ Адель последовал незамедлительно. Одного из них она ударила кулаком в лоб, придав ему импульс настолько большой, что обладатель того лба тут же отлетел и шмякнулся о противоположную стену. Второй получил уже посохом. Удар пришелся с верху вниз и незадачливого мечника поломало пополам.

– Слушай, Корпускул! Какие-то они у тебя хиленькие? Новеньких набрали что ли? – издевательски крикнула Адель.

– Двоих семидесятых уработала, как нубов… – обратился к Корпускулу один из его подчинённых. – Мы её не потянем.

– А вы думали, вы сюда в игры пришли играть? – огрызнулся на него тощий мечник. – Проклятая работа! Всё приходится делать самому.

Сказав последнюю фразу, Корпускул вдруг исчез из поля видимости, чтобы моментом позже появиться прямо перед Адель. Мечник взмахнул клинком, произведя резкое отрывистое движение рукой. Адель подставила свой посох под удар. Раздался оглушительный лязг, и окружающее пространство основательно тряхнуло. Стены дрогнули. Где-то обсыпался раствор, на который крепились кирпичи. Под тяжестью удара Адель еле устояла на ногах. Она попыталась замахнуться посохом, но Корпускул играючи увернулся от её выпада.

– А ты, прокачался с нашей последней встречи.

– Я ж не Детройт, постоянно подыхать, – мерзко ухмыльнулся тощий мечник.

– И в мыслях не было сравнивать тебя с Детройтом. Но всё равно маловато будет, – улыбнулась Адель. – [Хор трескучих]!

Выпучив глаза, Корпускул отпрыгнул назад, но было уже поздно. Странный стрёкот заполонил всё вокруг. Звук усиливался по нарастающей. У нескольких противников пошла кровь из ушей. Часть из них не удержались на ногах и попадали на пол, кто-то плюхнулся вводу. Скрежет и вибрации то усиливались, то ослабевли. Иногда, казалось, что звук замолкал на совсем, чтобы в следующую минуту разойтись с новой силой. Наконец, прежде чем окончательно утихнуть, гул разразился особенно резким стрекотанием, от которого несколько сподвижников Корпускула попадали замертво. Людей, которые прятались за [Шёлковым барьером], этот странный звук никак не затронул. Убравшиеся за ширму рыцари Донована и несколько паладинов с ужасом наблюдали последствия акустической атаки.

– Демон! Я так и знала! – снова взялась за старое Августина, тыча костлявым пальцем в сторону Адель. – Её необходимо уничтожить!

– Вот сами с ней и сражайтесь, сестра! – раздражённо ответил ей Донован. – Тем более, после того, что она показала. Вы видели, как эта ваша «жрица» просто кулаком укокошила одного из них? А эта странная акустическая атака? Не хотел бы оказаться на месте бедалаг, что под неё попали.

– «Эта странная акустическая атака» говорит только об одном, – растеряв свою надменность, пролепетала Жюли. – Что перед нами представитель курфюршества Трескучих.

– И что это значит? – не поняв удивления Жюли, переспросил сэр Донован.

– Демоны Стаи довольно известны, но никому не удавалось наладить контакт с Трескучими. Всех, кого удавалось призвать, были не умнее тараканов. Значит и у них в клане есть интеллектуальная верхушка. Это ценная информация.

– Вы поразительно осведомлены, – с подозрением скосилась на Жюли сестра Августина.

– А Вы поразительно параноидальны! – нагрубила в ответ Жюли. – Избавь меня от своих проповедей, тем более я сильно сомневаюсь, что после сегодняшнего кое-кто и дальше будет занимать пост первой жрицы.

– Как и пост первой чародейки, – сплюнула старуха, гневно сверкнув глазами.

– Может заткнётесь обе? – осадил обеих Донован. – Демон она там или кто, но она сейчас сражается за нас. Одна с толпой каких-то типов. И я очень думаю, если жрица проиграет, то этим гостям будет абсолютно наплевать друзья мы ей или нет, когда они начнут нас резать.

Враги, тем временем, оправились от атаки. Те, те кто пострадал, достали бутылочки с зельем лечения и тут же выпили их. Один из нападавших активировал амулет, издававший монотонный едва слышимый шум.

– Чтоб тебя! – выругался тощий-мечник. – Ещё троих завалила.

– Зачем ты их вообще привёл? – поинтересовалась Адель. – Взял бы Иеронима. Да даже Детройта. Он и то лучше бы сработал, чем эти неумехи.

– Тебя забыли спросить, – огрызнулся Корпускул. – Впрочем, больше такой фокус не пройдёт.

– Ну так нападайте! – надменно заявила Адель, положив посох себе на плечо и уперев левую руку в бок. – Зрители заскучали.

Подчинённые снова предприняли попытку. На этот раз они навалились толпой, в центре которой был сам Корпускул. Жрица выждала момент и размахнулась своим посохом.

– [Божественная кара]! – изрекла Адель, отмахнувшись от всех напавших разом. Даже Корпускулу досталось от удара жрицы. Мечник снова отлетел назад вместе с его подчинёнными бойцами, но в отличие от остальных перегруппировался и снова бросился в бой.

***

Округлый тоннель, по которому бежали Дориан и остальные всё глубже и глубже уходил в твердь земли, как будто его прорыл гигантский змей, чтобы забраться как можно дальше от поверхности. Путь был абсолютно сух. Вода не текла по нему, поэтому авантюристы решили, что это не канализационная протока, а какой-то технический ход, вырытый создателями коллектора, для им одних известных целей.

– Сеньор Обсидиан, долго ли ещё бежать? – тяжело дыша, спросил запыхавшийся Альварес. – У меня стойкое ощущение, что этот путь ведёт прямо в преисподнюю.

– Я чувствую, что Мумификатор уже где-то рядом, – ответил тот.

– Рядом, как же, – отозвалась Лили.

Путь продолжал уходить под уклон, забираясь всё глубже и при этом всегда чуть поворачивая влево. Создавалось впечатление, что это тоннель был в форме спирали, ввинченной в земную твердь.

– Пока не забыл, – опомнился Обсидиан. – Сфера Алой всё-ещё у тебя?

– Да, только она разрядилась совсем, – пожала плечами лучница.

– Это не важно. Дай-ка её сюда.

Лили швырнула шарик Обсидиану. Покрутив его в руках Обсидиан приложил усилие и, к удивлению лучницы, развинтил шар на две половинки. Внутри сферы оказалась странная сыпучая субстанция белого цвета, которую Обсидиан сразу же вытряхнул.

– Вот, капни внутрь своей крови и закрути обратно как было.

– И что будет?

– Если получится, будет фурор, – странная ухмылка расплылась на лице Дориана, обнажив клыки. – Я думаю, что у этой «Люси» нижняя челюсть упадёт на землю от удивления.

– Да? Ну как скажешь, – неуверенно согласилась лучница.

– Молодые люди, я правильно понял, что сейчас был совершен акт вандализма над реликвией нашего герцогства? – не удержался Форшер, внимательно наблюдавший, как Дориан возился со сферой.

– Мне кажется, или впереди конец тоннеля? – принюхавшись, перебила его Лили.

– Очень может быть, сеньорита.

– Отлично, Боров, тогда ты идёшь первым, – хихикнула Лили. – Если они выстрелят магией, мы укроемся за твоей тушей.

– Как грубо! – обиделся Альварес.

– Он там, – злобно предупредил Обсидиан. – Вперёд!

Дориан уверенно зашагал, призывая остальных следовать за ним. За очередным изгибом тоннеля оказался проход в огромную, колоссальную пещеру. От её размеров захватывало дух. Пространство вполне было сравнить с центральной площадью Эрлига.

Тускло освещавшие периметр магические фонари явно намекали, что пещера была обитаема. Это же подтверждали разбросанные ящики и бочки с различными припасами. Виднелись несколько стоек для брони и держатели для мечей, соседствовавшие с полками с утварью. Там же на полу лежали расстеленные несколько грязных ковров, служившие, видимо, как импровизированное спасение от холодного каменного пола.

На стенах пещеры были вырезаны барельефы, изображавшие разные сценки. То тут, то там виднелись орнаменты и изображения в виде языков пламени. Внешность персонажей со стен была настолько явно эльфийской, что не оставляло никаких сомнений в том, что теперешние хозяева этого места не имели ничего общего с его создателями.

– Впереди люди.

– Да, Лили. Нас уже ждут, – пояснил Обсидиан.

Магические лампы, света которых едва хватало, чтобы пространство не потонуло в непроглядной тьме, вдруг засияли, как фонари Эрлига в разгар фестиваля. Впереди показалось возвышение или каменная сцена, перед которой расположился целый отряд людей в серых кирасах без знаков различия и гербов. Свет снова усилился, обращая взгляды гостей к подиуму.

– Рон… – пробормотал Обсидиан, окинув взглядом людей в серых кирасах. – Как я сразу не догадался, что это дело рук его отдела.

– Приветствую вас в моём скромном доме! – с каменной сцены обратился к гостям человек в синем плаще.

– Дядя Джеймс?! – вздрогнув от неожиданности, вскрикнула Лили. – Что происходит?! Почему ты с ними заодно?!

– Потому что он и есть Мумификатор, – раздражённо ответил за Джеймса Обсидиан.

– Это ведь не правда… Я не верю в это! – крикнула лучница.

– Значит Аврелия была права, – пробормотал Форшер. Профессор был удивлён не меньше чем Лили. – Я до последнего надеялся, что произошла ошибка, что послушница обозналась или с её головой поигрался опытный маг, но, потроха тролля, Джеймс, зачем?! Ты что, сбрендил?!

– Я тоже рад вас видеть, профессор! – непринуждённо поклонился Джингл. – Какая же радость, что все вы добрались сюда невредимыми. Моя помощница уверяла, что той ловушки, устроенной по дороге Лисой будет достаточно, но как же я счастлив, что вы победили Жюли и остальных. Теперь я смогу померяться силами с моим учителем в настоящем бою!

– Я не понимаю, – растерянно обратился Форшер к остальным приключенцам. – Он, должно быть, лишился рассудка. Иначе я не могу объяснить, как добряк Джеймс Джингл оказался маньяком и убийцей.

– Всё просто, учитель! Всё ради неё! Не беспокойтесь, я не убью вас сразу, и вы сможете наблюдать своими глазами, как я воскрешу Марту. Мою дорогую Марту! – крикнул Джеймс, искривив своё спокойное лицо безумной улыбкой. – Вы спасли её тогда, а я спасу сейчас!

– Он сбрендил, – выдохнул Форшер, – очевидно, что он полностью невменяем. Вы только посмотрите на его лицо! Какой кошмар…

– Поскольку город встречает фестиваль, я тоже решил устроить представление! Позвольте представить приглашённых гостей! – Джеймс картинно указал рукой на стену за сценой, которую как по команде осветило несколько магических лам. Приключенцы увидели, что к стене были прикованы двое пленников.

– Только что из застенок городской тюрьмы, прошу любить и жаловать! Архимаг Эрлига, Бедвир Лайонс! – театрально возвестил Джеймс.

– Архивариус… – промямлила Этна, уставившись на сцену. – Это всё взаправду?

– Рад, что вам понравился наш первый гость, поэтому позвольте представить второго, – продолжал ёрничать Джингл с возвышения. – И так, памятуя о том, что ни одно уважающее себя мероприятие не проходит без участия официальных лиц, нам удалось пригласить самого герцога нашего замечательного города!

Свет упал на другу фигуру, прикованную к каменной стене. Подвешенный на кандалах был действительно Рудольф Эрлиг. Герцог не прекращал попыток освободится, постоянно брыкаясь и гремя цепями, но всё было тщетно. Во рту у него торчал кляп, поэтому говорить Рудольф не мог. Всё, что ему оставалось, это сверкать глазами, и делал это герцог настолько по-герцогски, что если бы он мог пускать молнии из глаз, то все враги давно бы уже раз десять подряд были поражены разрядами.

– А теперь, герцог, пока ещё являясь лицом официальным, скажет свою речь на торжестве! – объявил Джеймс на весь зал, одновременно с этим содрав кляп с Рудольфа.

– Джингл, я тебя урою! – заорал Эрлиг в ответ. – УРОЮ! Ты уже покойник. Вы все будете болтаться в петлях на стене моего замка!

– Это было проникновенно эмоциональное выступление! – прокомментировал Джеймс, снова заткнув кляпом рот герцогу. – Прошу внимание на сцену. Настало время появиться тому, зачем мы все здесь собрались!

Джингл взмахнул рукой, и рядом с ним из пола сцены с гулом поднялась мраморная столешница, изрезанная письменами и орнаментами. Двое помощников Мумификатора внесли черный посох, тот самый, который до этого демонстрировался в качестве улики. В центре мраморной плиты было отверстие, куда Джеймс и воткнул посох. Когда древко было установлено, Джингл достал из складки своей мантии абсолютно чёрный глянцевый шар и поместил его в пазы набалдашника посоха.

– Я одного не поняла, – внимательно рассматривая происходящее, нервно изрекла Этна. – А куда он дел друзей Аврелии?

– О них можете не беспокоиться. Я думал, что молодые организмы лучше подойдут для моих экспериментов, но они оказались бесполезны, поэтому после первой неудачной попытки, я отбраковал их, промыл мозги и подкинул Жюли, которая с радостью проглотила наживку, – услышав вопрос, обыденным тоном пояснил Джеймс. – Как же хорошо, что вы расправились с Лисой. Моя студенческая подруга слишком много копала около меня и, похоже, стала кое о чём догадываться в последнее время. Но согласитесь, у меня виртуозно получилось направить её по ложному следу, обставив Мумификатором господина Нордвинда, а? Я, признаться, сам не поверил своим глазам, когда Жюли так легко повелась. Вечно корчила из себя самую умную и хитрую всезнайку, а в итоге просто искусно претворялась. Какое разочарование. Даже обидно немного. Я ждал от неё большего, понимаете? Надеюсь, вы не стали оставлять её в живых? Мне бы было немного жаль убивать её своими руками, но между нами говоря, на том свете ей самое место.

– Джеймс, что же с тобой произошло… – вытерев пот со лба, горько вымолвил Форшер.

– И вы ещё спрашиваете?! – гримаса безумия снова всплыла на лице Джингла. Смены его настроения происходили, практически, мгновенно, искажая вдумчивое и доброе лицо Джеймса до неузнаваемости. – Психи из Алого храма убили мою дражайшую Марту, и думали, что им так просто это сойдёт с рук?! Я всегда её любил, а потом появился этот проклятый призывной демон и всё покатилось под откос. Но она же была лучше всех, как я мог её отдать! Это я сообшил властям о демоне, а эти придурки вдесятером не смогли уработать одного. Но даже тогда я не смирился. Даже после того рокового дня на площади. Я уговаривал себя, что будет лучше для всех, если она исчезнет и станет вести простой образ жизни в глуши, зарыв свой талант в сельскую землю. Я решил, что буду оберегать её… и провалился. Они всё-таки нашли её. Эти паразиты, зря топчущие землю под ногами! Я не успокоюсь, пока весь Алый храм не превратится в историю. А для этого мне нужны соответствующие союзники. И я их нашёл.

– Какие ещё союзники?! – выкрикнул Форшер, не в силах сдержаться. – Ты пытал и убивал людей! Ты безумец и людоед, Джеймс! Как такое можно оправдать?!

– Плевал я на людей, – холодно ответил Джеймс. – Я возьму столько жертв, сколько надо, а эти двое, что висят прикованные отлично подойдут для осуществления моего плана. Впрочем, и вы тоже в нём поучаствуете. Вы ведь так и не поняли, профессор, несмотря на то что всегда учили нас искать корень проблемы. Я вижу, что вы до сих пор не догадались. Пребываете в счастливом неведении об устройстве нашего мира, но я открою вам глаза.

– Я уже не раз и не два слышал подобное от своих учеников, – измученно вздохнул Форшер. – Никогда ничем хорошим эти разговоры не заканчивались.

– Я повторюсь. Чтобы противостоять Алому храму, нужна беспрецедентная боевая мощь и могущество. И я нашёл, где их взять. С помощью этого посоха я призову бога Тьмы, и он поможет мне разделаться с Алой и её духовенством. А самое главное он воскресит Марту, и мы будем с ней вместе. Навсегда!

– Ты сам-то себя хоть слышишь, воскрешатор? – крикнула Этна. – Какой ещё бог Тьмы? Да и с какой стати ему тебе помогать?

– Благодаря этой сфере, я уже общался ним и заручился полной его поддержкой, – Джингл указал рукой на чёрный шар, покоившийся на кончике посоха. – Всё, что нужно, больше жертв. Чем ценнее и уникальнее жертва, тем лучше. Архимаг и герцог – идеальный вариант. Но, скорее всего, их сил не хватит, поэтому остаётся вариант с дочерью курфюрста ада.

– Чего?! А я здесь причём?

– Всё очень просто, Лили. Твои дремлющие силы на порядок превосходят то, что может предложить мир смертных, и это поможет окончательно зарядить сферу. Просто подожди своей очереди. Много времени это не займёт, я обещаю. Ну и к тому же я тебя всеуничтожающе ненавижу. С тех пор, как ты была ещё в утробе матери, я знал, что ты есть корень всех проблем. Ты финал той связи. Именно из-за тебя Марта отвергла меня во второй раз. Именно из-за тебя она погибла. Так что сделай всем добро, отдай свою жизнь. Только так ты сможешь искупить свой грех.

– Безумца надо остановить любой ценой, – решительно изрёк Форшер. – Это зашло слишком далеко.

– Ну что же вы так нетерпеливы, учитель? – захохотал Джеймс. Протянув свою правую руку по направлению сферы, он сконцентрировал усилие, и шар завибрировал, источая расходившиеся во все стороны волны энергии. – Уже совсем скоро, бог Тьмы пробудится! Вы даже не представляете насколько он мудр и силён! Чтобы его победить более ста двадцати лет назад потребовалось усилие половины континента, и даже тогда победа была подобна поражению. Но теперь Он возьмёт реванш. А тем, кто вернёт его к жизни, буду я! О, великий Обсидиан, я глашатай твоего триумфального возвращения!

Наступившая пауза оказалась неожиданной для Джеймса. Вместо того, чтобы удивляться и восклицать, приключенцы почему-то уставились на Дориана. Проигнорированный таким вопиющим образом Джингл замялся, не зная, как ему вести себя дальше. Один лишь профессор Форшер не понял причины заминки, поэтому вопросительно поглядывал то на товарищей, то на Джингла.

– Ох… – вздохнул Дориан, приложив свою ладонь к лицу. – Идиот.

– Он сказал «Обсидиан»? – нервно переспросила Лили, украдкой поглядывая на Дориана. – Мне не послышалось?

– Сеньор, – растерянно прогнусавил Альварес, – а вы точно уверены, что бога, простите, Тьмы именуют именно Обсидианом?

– Так и есть, – подтвердил за Джеймса Форшер. – В некоторых трактатах он упоминается под этим именем. Хотя данная информация не так часто встречается, экспертам в области теологии сей факт известен.

– А он тогда кто? – указала на Дориана трясущимся пальцем Этна.

– Ха! Кто вообще вбил в его тупую голову, что бог Тьмы может кого-то возродить из мёртвых? Ему кто-нибудь объяснит, что с воскрешением Марты Купер вряд ли что-то получится? Воскресить можно то, что умерло недавно, пока не стартовала подпрограмма реинкарнации. Если время упущено, примерно через полчаса после смерти ID погибшего изымается из реестра действующих лиц и ему выдаётся новое воплощение, а старая личность стирается, – выразился Обсидиан, не обращаясь к кому-либо конкретному. – Но откуда дураку знать об этом? А самое раздражающее, что ему уже ничего не докажешь.

– Он сказал, что этот чёрный шар общался с ним, – вопросительно посмотрела на Дориана Этна.

– Понятия не имею, с кем он общался. В функционал сферы коммуникация не входит. У неё совершенно иное предназначение. Скорее всего, его просто ввели в заблуждение. Провели, как несмышлёныша.

– И что теперь? – не унималась Этна. – И будь любезен, поясни, кто ты такой на самом деле. И почему тебя зовут также, как и бога Тьмы?

– Помнишь ту историю про разорение Цветника? – обратился Обсидиан к Лили, пропустив вопрос Этны мимо ушей. – На самом деле у Тернии были две сферы. Зелёную удалось сберечь, и она перешла к Грейс, а вот с чёрную нападавшие, похоже, стащили. А я всё гадал, куда она делась.

– Ты хочешь сказать, что эта штука то же самое?

– Именно, нельзя допустить, чтобы игрушкой баловались всякие неразумные безумцы. Что касается его друзей, которые отделяют нас от психа, эти ребята из той же компании, что и Иероним, хоть и из другого отдела. Сферу надо у них забрать любой ценой.

– И как ты себе это представляешь? Их тут целый отряд. Нам бы живыми ноги унести.

– В другой ситуации, я бы с тобой согласился, но это не тот случай. Проблема не в дураке, хотя он вне всяких сомнений выше сотни и представляет угрозу. Проблема в этой Люси и её банде. Единственные, кто может всерьёз им что-то противопоставить я и ты.

– Я?!

– Помнишь, про шарик, в который ты капнула своей крови? По моей команде, активируй его. Воспользуемся эффектом неожиданности.

– Как его активировать-то?

– Повторяй за мной команду [External processor. Activation]

– Я такое никогда не выговорю!

– Выговоришь. Три, два, один. Начали!

Глава 12. Интересные встречи 2

Корпускул и Адель снова схлестнулись в схватке. Мечник, используя ломкие трудно предугадываемые движения, заставлял жрицу выкладываться на полную, но и Адель не желала отступать. Её посох оказался на редкость крепким и прекрасно отражал удары. Однако сама ситуация, в которой жрице приходилось сражаться в ближнем бою, явно не была на руку Адель. Она несколько раз пыталась увеличить дистанцию, однако Корпускул и его люди уверенно наступали, несмотря на потери.

– Дожимайте её! – скомандовал мечник, сделав ещё один выпад клинком, который, впрочем, Адель отбила.

– Разбежались! – улыбнулась жрица. – [Хохот мертвецов]!

Адель набрала в грудь по побольше воздуха, а затем резко выдохнула, извергая на своих противников облако тумана едко-розового цвета. Несколько человек, попавших под действие заклинания, закашлялось, остальные поспешили ретироваться с линии атаки.

– Кхе-кхе. Задержать дыхание, это сильнейший нейротоксин! – закашлялся Корпускул. Вместе с тем правый уголок его рта пополз вверх, складываясь в улыбку вопреки воле самого мечника.

– Попался! – обрадовалась Адель.

С остальными, кому не посчастливилось вдохнуть ядовитый туман, происходили те же метаморфозы. Их лица исказили дьявольские улыбки, более похожие на гримасы боли. Люди стали валиться с ног. Их кашель перешёл в стоны и хрипы.

– А я почти забыл, – борясь с симптомами отравления выговорил Корпускул, – за что тебя прозвали «неунывающей».

– Точно, – поддакнула Адель, снова улыбнувшись, – в битве со мной даже враги хохочут, правда внутри им явно не до смеха, так что будь паинькой и улыбнись с остальными!

– Боюсь, что твои шутки совсем не смешные, – с заметным усилием вымолвил Корпускул. – [Мощь камня]!

Тело мечника покрылось каменной оболочкой. Его кожа приняла текстуру гранита. Он словно оживший памятник встрепенулся от длительного сна, скинув с себя оковы. Выражение лица Корпускула снова пришло в норму. Улыбка сошла на нет.

– У тебя совсем нет чувства юмора, – пожаловалась Адель.

– А тебе лишь бы шутить.

– Слушай, Корпускул, до меня только сейчас дошло, ты что же, опять поменял сторону? Сначала предал нас, ради отдела тестировки, а теперь кинул до кучи их и прислуживаешь Рону и Алл?

– Не твоё дело! – буркнул мечник.

– Вечный перебежчик, – расхохоталась Адель.

– Убью! – завыл Корпускул и ломанулся в атаку. Мечник увеличил скорость, навалившись со всей своей яростью. Остальным его подчинённым оставалось только удивлённо хлопать глазами, предоставив сражаться ему одному. Размахнувшись, корпускул стал наносить один удар за другим. Адель с трудом поспевала за ним. Но всё же ей удалось отбить всю серию из десяти безумных выпадов. На клинке Корпускула от гарды к кончику меча стала расти жёлтая полоска, увеличиваясь с каждым проделанным ударом. На последнем десятом полоса достигла острия, меч сверкнул.

– Это должно было быть финальное комбо? – издевательски спросила Адель, но тут же поджала губы, заметив, как светится меч её врага. – Ах ты! [Шёлковый барьер]!

– [Контроль гравитации], [Направленный подрыв]! – с чувством победителя провозгласил Корпускул.

Сокрушительный гул сотряс округу почти одновременно со вспышкой света. Стены во очередной раз задрожали. С них снова посыпалось что-то. Взрыв, эпицентром которого стала Адель, конусом распространился от клинка Корпускула. Неистовый шквал цепной реакции поглотил жрицу целиком, растворив её в ослепительно разрушающем свете. Отголоски разрыва докатились даже до защитного полотнища, отделявшей сражение от Жюли, Августины и остальных, но этот барьер уже устоял, поглотив остатки безудержной силы.

– Как это можно превозмочь? – простонал Донован, вытаращив глаза. – Мы же словно букашки для них…

– Барьер всё-ещё держится, – пояснила, притихшая от произошедшего сестра Августина. – А значит, его создательница жива.

– После такого вряд ли возможно выжить, – усомнилась Жюли. – Скорее, барьер запитан от другого источника.

– Чудеса и благословения жрецов так не работают. Это тебе не богомерзкие заклинания, – огрызнулась Августина. – Как только пропадает связь с божеством, рассеивается и воздействие. Бывали случаи, когда после смерти жреца обращалось вспять только что произведённое им лечение.

– Опять мимо. Отмена лечения происходит потому, что это длительное воздействие и после смерти жреца считается прерванным, если не было закончено вовремя, – послышался голос Адель откуда-то сбоку. Все завертели головами, пока один из паладинов Августины не указал пальцем на дальнюю стену, где почти под потолком, каким-то немыслимым образом уцепилась жрица. Взрыв хорошо потрепал её. Лицу Адель сильно досталось. Вместо двух из трёх чёрных глаз на лбу красовались зеленоватые подтёки, а левая нога жрицы и вовсе была оторвана по колено. По всему телу виднелись повреждения поменьше, а мантия растрепалась от взрыва. Но удивительнее всего было то, как Ткачиха держалась на стене. Из её талии слева и справа торчали по две тонкие длинные конечности насекомого, впившись в каменные расщепы. На них жрица и висела, сжимая в руках свой посох.

– Что это за мерзость?! – брезгливо содрогнулась Августина.

– Значит, она действительно относится к курфюршеству Трескучих, теперь я уверена в этом, – оживилась Жюли. – Это может многое поменять в демонологии.

– Корпускул, вот умеешь ты всё испортить, – сквозь зубы процедила Адель, уставившись на мечника. – Оторванная нога болит просто чудовищно.

– А я тебя предупреждал, что нужно было отдать тело оперативника по-хорошему.

– Да иди ты! Хотите вернуть контроль над телом? Я вам сейчас это устрою! – угрожающе заявила Адель. – Эй Августина, смотри и учись, как надо использовать последний козырь жреца! [Жертва]!

Адель отцепилась от стены и камнем полетела вниз, но перед тем как ударится об пол, она воспарила над поверхностью, как до этого демонстрировала сестра Августина. От жрицы повеяло волной силы. Её одежды и волосы стало трепать, будто Адель попала в центр урагана. Жрица крепко схватила посох обеими руками и направила его конец в сторону Корпускула и остальных врагов.

– Развернуть барьер! Немедленно! – запаниковал мечник. – Позиция номер 24! Выполнять!

– Поздно, – с уверенной безмятежностью в голосе прервала его вопли Адель. – Вам уже ничего не поможет. [Прожорливая бездна]!

Что-то еле заметное появилось рядом с Корпускулом слегка искажая окружающее пространство. А в следующий момент небольшая точка, не более арбузной семечки, стала втягивать воздух вокруг себя. Один нерадивый боец не успел отбежать и его втянуло тоже. Сначала человека расплющило и смяло одновременно, превратив в странную вытянутую спираль, которую потихоньку затягивало в центр водоворота. Остальные враги разбежались в разные стороны, но это не помогло, потому что сила [Прожорливой бездны] возросла, как только первая жертва попала внутрь неё. Подчинённых Корпускула стало утаскивать одного за другим.

– Сумасшедшая идиотка! – заорал Корпускул, когда и его потащило в центр вихря. – Ты хоть понимаешь, как опасны игры с сингулярностью?!

– Что? Съели? Как вам мой пылесос! – в запале закричала Адель, не преставая при этом смеяться.

– [Контроль гравитации]! – взвыл Корпускул, когда его руки уже практически втянуло в внутрь. На какой-то момент ему удалось остановить притяжение, но сопротивление забирало все его силы. Мечник даже не мог пошевелиться, скрючив пальцы в нескольких сантиметрах от расплывчатой точки, втягивавшей всё в себя.

– Давай, пробуй, недоделанный эксперт по взаимодействиям! Покажи мастер-класс в гравитационной магии. Ты же у нас профи! – продолжала издеваться Адель, в тоже время еле удерживая в руках ходивший ходуном посох. Управление заклинанием давалось ей всё с большим трудом.

– Дура! Не удержишь! Алл тебе башку оторвёт! – продолжал орать Корпускул, борясь с [Прожорливой бездной].

– Ха-ха-ха! Ты просто не умеешь проигрывать!

– Вот поэтому я от вас и свалил! Одни психи и недоумки с сингулярностью вместо мозгов!

– А сейчас чьи-то мозги утянет за горизонт событий! – довольно хихикнула Адель.

– Не дождёшься! [Экстренный запрос]! [Телепорт]! – левую руку Корпускула уже втянуло внутрь, когда он вдруг исчез, избежав участи остальных его людей.

– Читер! – рявкнула Ткачиха напоследок. Посох впал из её обессилевших рук, а с ним ушёл и контроль над [Прожорливой бездной]. Всё, что было собранно в одной точке выплюнулось наружу с огромной силой и скоростью, полетев во все стороны в виде однородной серой каши. Жрицу захватило ударной волной, отбросив как пылинку. Часть колонн обвалилось под натиском взрыва. С потолка посыпались кирпичи. А спустя секунду, сдержав удар, развалился и [Шёлковый барьер]. Когда Донован и остальные, придя в себя от произошедшего, стали осматриваться, то увидели, что вдалеке, куда отшвырнуло Адель, вместо неё лежало исковерканное тело неизвестного жреца.

***

Аврелия бежала со всех ног, пытаясь спастись от водоворотом навалившихся мыслей про последние безумные события. Столько всего не случалось с ней до этого за всю жизнь. Конечно, послушниц Алого храма держали в ежовых рукавицах, и их уж точно нельзя было назвать избалованными девушками, но смертельную опасность Аврелии удалось ощутить впервые. Её вдруг взял озноб. Случилось что-то пострашнее смерти. Ведь теперь она стала еретиком. Она отвергла веру, которой посвятила все свои годы начиная с пяти лет и с сегодняшнего дня оказалась пособницей странного культа, балансировавшего в Статере на грани добропорядочности. Естественно, она знала, что Ткачиху почитали кожевенники Горгоны, именно поэтому Алый храм не мог официально объявить культ вне закона. Но это не значило, что в храме простят жрицу, которая переметнулась на другую сторону. Кроме того, последняя битва явно показала, по крайней мере сестре Августине, что корни культа Ткачихи имеют демоническую природу. Из состояния задумчивости Аврелию вывел монотонный пиликающий звук, раздававшийся из сумки Аврелии. Источником звука оказались свитки, которые предала Адель. Это означало только одно. Бой был проигран. Аврелия всхлипнула и вспомнила, что надо делать. Она на ходу развернула свиток и сломала печать, затем тоже проделала со вторым.

– [Призыв фамильяра] – дважды властно произнёс голос, как две капли воды похожий на голос Адель. На земле появилось два круга призыва, а затем на месте них материализовались парень и девушка. Адель сразу поняла, что это были настоящие демоны. Холодок прошёл по её спине. Вот теперь она, падшая жрица, докатилась до демонологии.

– Приветствую! Меня зовут Фиолетовый. Класс – варвар. Я помощник госпожи Адель! – представился накачанный парень с красивым лицом.

Как и положено варвару, он был одет в меха с железными вставками, но в отличие от настоящего варвара, его облачение не было неряшливым. Фасон и покрой одежды Фиолетового производили впечатление модности. Все разрезы, потёртости и обрывки шкур словно были выполнены известным кутюрье. А ещё его рога украшали золотые кольца! Единственное, что роднило этого щёголя с северными кочевниками – огромный двуручный меч с зазубренным лезвием, который покоился в грубых кожаных ножнах на широкой спине.

– Вот, погляди, ты её напугал! – отругала «варвара» вторая призванная особа. Это была ярко-рыжая девушка в красной мантии волшебницы. На голове она носила высокий колпак. Заострённые черты её лица и острые тонкие рога, уходящие вниз к ушам, выдавали в ней демоницу, что сильно контрастировало с открытой, если не сказать доброй улыбкой. – Я Оранжевая. Мой класс – чародей. Моя бабка была из Стаи, поэтому я великолепно обращаюсь с огнём.

– Можешь ничего не объяснять, – лыбясь во все тридцать два зуба, пояснил жрице Фиолетовый, показав жест с поднятым вверх большим пальцем. – Госпожа уже все нам рассказала. Мы поможем в битве! Мы двое самые высокоуровневые в клане Повелителей Снов.

– Ага! – гордо подтвердила Оранжевая. – Во всём клане только мы двое имеем уровень выше ста.

***

В стане Джингла началось шевеление. Люси Грабс приказала людям в серых кирасах сформировать периметр, отделявший каменный подиум с Джеймсом от авантюристов. Воины выстроились в цепь. Из толпы врагов особенно выделялись двое. Один – светловолосый долговязый, постоянно державший амулет в руке. Второй – здоровенный широкий воин с чеканом за спиной. К ним Люси обращалась в первую очередь, а уже они организовывали остальных.

– Защищать сферу пока не закончится ритуал! – скомандовала Люси. Отряд дружно крикнул в подтверждение её слов. В это время Джеймс одной рукой потянулся к чёрному шару. А вторую протянул по направлению к Архивариусу. Полупрозрачная тёмно-синяя струйка чего-то эфемерного потянулась из архимага через Джингла в сферу. Архивариус застонал. Увидав, что проделывает с пленником Джеймс, рядом начал особенно энергично брыкаться герцог.

– [Ex-ter-nal pro-ces-sor…. Ac-ti-va-ti-on], – по слогам выговорила Лили, старательно пытаясь повторить, что ей сказал Обсидиан. – Так правильно? О! А это что ещё за?!

Лили прервалась на полуслове, потому что время стало замедляться у неё на глазах. Вот только что Люси Грабс деловито отдавала приказы, а теперь почти замерла на месте. Остальные участники события не отставали, дружно прикинувшись скульптурами. Лучница с вороватым видом на лице принялась оглядываться по сторонам, пытаясь сообразить, что вообще происходит.

– Поздравляю, простофиля, ты сломала мир! – звонкий голосок раздался у левого уха Лили. Лучница подпрыгнула от неожиданности, прежде чем сообразила, что у неё на левом плече сидит знакомая маленькая птичка.

– Чего я опять не так сделала-то?! – вскрикнула Лили.

– Да шучу я. Наш глупый мир так легко не сломаешь, хоть иногда и очень хочется, – поспешила успокоить её птица. – Просто мне надоело видеть, как тебя нагло используют почём зря.

– Это ещё почему?

– Опять не дошло? – огорчилась птичка. – Почему вы не убежали сразу? Насколько я поняла, вас никто здесь не держал, а дети уже были освобождены. Ты, как твой отец, лезешь в драку, даже если это не требуется.

– А чего сразу я? – обиделась Лили. – Обсидиан сказал, что нужно вернуть сферу.

– Вот пусть сам и возвращает. Лично ты зачем полезла? Ладно, у тебя хотя бы есть, чем им ответить. А твои друзья? Девушка копейщица или тот забавный толстяк с рапирой. О них ты подумала? Они талантливы, но только в пределах способностей местных, поэтому очень может быть, если они влезут в этот бой, то погибнут.

– И что теперь делать? – растерялась лучница. – Предлагаешь драпать от сюда?

– Если воспользуешься моментом, то непременно сможешь покинуть это место.

– Я не брошу своих друзей!

– Я рада, что тебе удалось развить чувство товарищества и взаимопомощи, но если ввяжешься в этот бой, получишь очень большие неприятности на свою голову. Назад дороги уже не будет.

– Да плевать! Я не сбегу!

– Дочь своего отца, – пискнула птичка. – Но бросать друзей тоже плохо, здесь я с тобой согласна.

– И как теперь быть?

– Начнём с основ. Для начала тебе придётся освоится с внешним вычислителем. Это та штука, которою люди зовут «сферой силы». Он помогает во много раз усилить мыслительные способности и позволяет расширить некоторые возможности внутри системы, а поскольку толком управлять ты им не можешь, он по умолчанию включился на максимум. Именно поэтому время для тебя как будто остановилось.

– Ты про тот камень-лечилку, которую разобрал Обсидиан?! – переспросила Лили, указав пальцем на парившую в полуметре от неё красном шаре. Шар постоянно дёргался. Издавал странные звуки и раздражающие щелчки, другими словами вёл себя очень подозрительно.

– Да, и передай Обсидиану потом от меня, если ещё раз будет копаться в моих вещах, то очень сильно пожалеет об этом.

– Слушай. А он правда бог Тьмы? – опомнилась вдруг Лили. – Дядя Джеймс собрался призывать какого-то Обсидиана, и нашего тоже зовут Обсидиан. Я совсем запуталась, если честно.

– Вот поэтому и не стоило без оглядки лезть в драку, – укорила её птичка. – Удивительно, но сфера пока держится, и у нас есть ещё немного времени спокойно поболтать. Сначала, я думаю, что смогу провести права апостола через вычислитель для тебя. Тем более Ткачиха самым наглым образом увела у меня перспективную жрицу, так что я имею полное моральное право ответить. После попробуем снизить вычислительную мощность сферы, она и так того гляди развалится.

– Я готова! – собралась Лили.

– Тогда приступаем! – птичка вспорхнула с плеча Лили и спустилась на землю перед лучницей. Там сразу же появился светящийся алый круг с эмблемой в форме птицы.

– Это как в прошлый раз, да? – догадалась Лили.

– Что-то вроде того, – ответила птичка, снова усевшись на плечо.

Когда Лили наступила ногой на круг, её волосы засияли алым огнём, а на теле сформировалось что-то вроде брони из красных барьеров. Огненные крылья зажглись за спиной. Лицо лучницы начало приобретать демонические черты.

– Алый демонёнок! Боюсь, что моя бедная паства этого не переживёт, – чирикнула птичка, вспорхнув с плеча и теперь нарезавшая круги около Лили.

– Хватит смеяться надомной, – буркнула Лили в ответ.

– Приготовься! Я уменьшу обороты вычислителя. Скорость мира возрастёт, и начнётся бой, – птица подлетела к сфере и клюнула её. В ту же секунду всё завертелось. Ускорение было настолько резким, что у Лили закружилась голова от преизбытка мельтешения. Для остальных же всё выглядело, словно лучница вдруг взорвалась огнём, а из пламени уже выскочило нечто. Обсидиан, ожидавший чего-то подобного, активировал свои крылья из шипов и метнулся вперёд. За ним последовала и Лили. Остальные авантюристы, сначала оторопевшие от такого неожиданного поворота событий, быстро сориентировались и втянулись в битву.

– Соблюдать бдительность! – рявкнул воин с чеканом.

– [Гелиосфера]! – крикнул противник с амулетом в руке. Он оказался жрецом Солнцеликого, поэтому ослепительный белёсый барьер укрыл воинов в серых кирасах от нападения. Мигом позже по нему прилетел залп шипов, которые выпустил по врагам Обсидиан. К такому противники оказались готовы, но появление Лили вызвало настоящий переполох. Многие бойцы указывали пальцами на вращающуюся около лучницы сферу, сиявшую алым пламенем.

– Кто она такая?! – завопила Люси, схватив за рукав жреца солнечного бога.

– Понятия не имею! – ответил тот.

– Проверить её по базе данных аспектов!

– Нет её там! – беспомощно развёл руками жрец, – Уже смотрел.

– Да быть этого не может. Проверить ещё раз!

– [Апокриф]! – синяя молния слетела с пальцев Обсидиана и ударила по барьеру, рассыпав его как песок.

– [Длань создателя]! – Джингл отвлёкся от ритуала и решил помочь своим. Обессилевший и ещё больше постаревший Архивариус безвольно повис на цепях. Из пола выросла огромная каменная рука прямо пред Этной, Альваресом и Форшером. Троица приключенцев попрыгала в рассыпную, когда гигантская ладонь собралась прихлопнуть их как мух. Копейщица и маг оказались более расторопны, чем фехтовальщик. Последнее, что они увидели, как Альвареса накрывает огромной каменной рукой.

– Не отвлекайся! Мы здесь справимся сами, – огрызнулась на Джеймса Люси.

В это время Обсидиан косил врагов своей чёрной фалькатой. Как бы не старались воины в серых кирасах, поспеть за Дорианом им было не дано. Потеряв нескольких бойцов, противники смекнули, что наиболее опытным в команде авантюристов является Дориан, поэтому его начали окружать, чтобы лишить запаса манёвра и быстро вывести из игры. Обсидиану же как-то удавалось изворачиваться в последний момент. Он постоянно двигался, не позволяя врагам взять его с нескольких сторон. А чёрный клинок продолжал свою жатву. Достаточно было всего одного небольшого пореза, чтобы раненый начал превращаться в высушенный труп старика. Это заметил Джингл. Удивлённо разглядывая бой Дориана со своего постамента, Мумификатор, впрочем, не стал ничего говорить, а вернулся к ритуалу, используя уже герцога в качестве цели.

Этна, сообразив, что произошло, чертыхаясь, бросилась к тому месту, где только-что стоял южанин. Когда копейщица добралась до груды камней, ещё недавно составлявших огромную руку, то увидела какое-то шевеление между валунами.

– Жив… – ободряюще пробормотал Альварес, сидевший на пятой точке между каменными указательным и средним пальцами сотворённой Джинглом руки.

– Ты самый везучий везунчик, каких я видела! – крикнула Этна, помогая встать растерянному Альваресу.

– Спасибо, сеньорита! На удачу я никогда не жаловался.

– Хватит болтать! Если эта лапа опять оживёт, второй раз везение не поможет.

Лили ворвалась в толпу как метеор. Отшвырнув первого, кто попался ей под руку, она стала отвешивать огненные удары остальным. Воины в серых кирасах были опытными бойцами. Они тут же сформировали новый строй, не дав себя рассредоточить. Некоторые из них проявили способность к магии. Сотворив несколько водяных шаров, заклинатели решили, что смогут потушить пламенеющего монстра.

– Алый огонь так просто не потухнет! – воинственно чирикнула птичка, в очередной раз усевшаяся Лили на плечо. – Дуболомам Рона давно надо было сбить спесь!

Часть врагов отступило назад, достав арбалеты. Стрелки прицелились и сделали кучный залп по Лили.

– [Базовый Алый барьер]! – звонко пропела птичка голосом из свитков щита. Перед Лили возник большой полупрозрачный пятиугольник, который и сдержал залп болтов. Как только обстрел прекратился, отключился и щит. Лили подпрыгнула, совершив кульбит над головами остолбеневших врагов, и приземлилась рядом с Джеймсом на каменной сцене.

– [Кулак добра]! – спокойно произнёс заклинание Джеймс. Лили тут же снесла образовавшаяся из воздуха метровая каменная глыба. Лучницу сбило со сцены и отшвырнуло к боковой стене. Рядом стоящие люди отчётливо услышали, как сквозь гневное рычание демоницы промелькнуло недовольное не то чириканье, не то птичий свист.

Всюду залетали магические заряды, которые десятками стал кастовать Форшер. Волшебные ракеты точно поражали цели, предусмотрительно облетая союзников. Но этого оказалось мало. Заряды отвлекали врагов и причиняли им неудобство при столкновении, но серьёзно ранить не могли. Тогда Форшер по удобнее ухватив свой посох, стал вращать его в замысловатых восьмёрках, ловко перебирая пальцами.

– [Multiregio]! – крикнул профессор. Все магические ракеты, которые носились по округе, стали превращаться в стихийные заклинания. Часть из них вспыхнули огнём, другие ощетинились холодом, словно глыбы льда, третьи затвердели, как камень, в то время как остальные обратились в сгустки ветра. А затем вся эта разноцветная мешанина градом обрушилась на вражеский строй.

Для современных студентов в университете Эрлига Гюнтер Форшер был не более чем ещё одним докучливым профессором, который своими нравоучениями только отвлекал от весёлого времяпровождения, но ни одному из тех школяров и в голову не могло прийти, что их учитель в молодости слыл знаменитым боевым волшебником, прозванный «Фейерверкером» за свою способность оперировать сразу четырьмя доменами магии.

Увидав рой магических зарядов, Люси, как и в прошлый раз, стала раскручивать посох, привлекая ракеты к себе, собирая их под потолком.

– [Catenam reactionem]! – Форшер словно этого и ждал. У Люси Грабс вытянулось лицо в удивлении, когда она поняла, что её надули, так как магические заряды, завибрировав в унисон, стали лопаться, проливая разнообразные атаки сверху прямо за шиворот врагам. Профессор же словно помолодел лет на двадцать. Забыв о грузе прожитых лет, он размахивал своим посохом как тамбурмажор оркестра, отправляя очередную партию волшебных ракет в дело.

– [Пепельная волна]! – Обсидиану надоело возиться с противниками, и он задумал решить проблему кардинально. Освободив себе путь, он метнулся к подиуму в надежде захватить сферу.

– [Залп обсидиановых шипов]! – Джингл вынул посох из постамента. На Обсидиана полетели точно такие же шипы, что он использовал сам.

– [Обсидиановый барьер]! – успел крикнуть Дориан-Обсидиан, защитившись от летевших в него острых каменных осколков. Это подействовало, но пришлось снова отступить. Враги моментально воспользовались ситуацией и собрали начавший было разваливаться строй.

– А это удобней, чем я думал! – обрадовался Джеймс. – Надо повторить!

– Не смей тратить силу посоха на ерунду! – одёрнула его Люси.

– А ты не смей мне приказывать! – осадил её Джингл. – Я объединился с тобой и твоей братией для того, чтобы получить выгоду, а не быть использованным просто так. Вы даже не можете остановить каких-то замшелых авантюристов! Или они вовсе не авантюристы, а кто-то более важный? Я ведь предлагал закончить ритуал неделей раньше, но тебе нужно было заманить их сюда. Тебя интересует этот Дориан, я прав? Он использует магию, схожую с посохом. Какое совпадение. Решила заменить меня на него?

– Не пори чушь? Выполняй свою часть договора!

– Уже! – гордо заявил Джеймс указав на небольшой мерцающий диск, появившийся рядом с постаментом для посоха.

– А это ещё что такое? – неподдельно удивилась Люси. – Портал? Но откуда?

– Это грядёт Обсидиан! Ритуал завершён! – помпезно продекламировал Джингл.

– Да нет же. Ерунда какая-то. Этого быть не может. – забеспокоилась Люси Грабс.

Портал разросся, и из него вывалился обессилевший человек. На нём была серая кираса и истрёпанный плащ. Незнакомец боролся с болью и сжимал свою левую руку, которая была словно изжёвана до локтя.

– Вот он, Бог Тьмы! Великий и Ужасный, Несравненный Обсидиан! Твои слуги смиренно склоняются перед тобой! – разразился в похвале Джеймс.

– Прекрати орать, и так плохо – прервал его незнакомец. Он, казалось, не совсем понимал где оказался, но заметив Люси и остальных людей в серых кирасах, приободрился.

– Корпускул?! Как ты тут очутился? – озадачено спросила девушка, осматривая незнакомца удивлёнными глазами

– А, Люси Грабс. Хорошо. Похоже, не только моя группа действует неподалёку. Мне пришлось применить экстренную телепортацию. Задание прошло не совсем, как планировалось. А у вас тут что? И причём здесь Обсидиан?

– Я не могу раскрыть подробности операции, – уклончиво ответила Люси.

– Лучше зелье дай помощнее, – протянул здоровую руку Корпускул.

Получив, что хотел, он залпом выпил содержимое бутылки. Его рука моментально начала приходить в норму. Повреждения исцелялись. Кости восстанавливались за считанные секунды. У Форшера глаза на лоб полезли, когда он увидел лечащий эффект микстуры.

– О, Обсидиан! Яви же свою милость и покарай противников твоего смиренного слуги! – почтительно обратился Джеймс к Корпускулу, указав посохом на державшихся неподалёку группой авантюристов.

– А это что за дурачок? Местный? – сморщил лицо Корпускул. – Чего у вас тут происходит?

– Секретная операция. Задание от Рона. Я не вправе распространяться… – начала объяснять Люси.

– Стоп, – Корпускул, наконец, заметил посох и чёрную сферу на его конце. – Это же вычислитель, который я вынес из Цветника. Почему он здесь? Кто разрешил?

– Приказ от Рона, – попыталась оправдаться Люси.

– Брехня! Не мог он такого сказать! Я немедленно забираю эту штуку в Прайм. А по тебе будет разбирательство. Это вам не игрушки. Что за день! Сначала пришлось разбираться с Ткачихой, а теперь ещё свои устроили бардак! – Корпускул выхватил посох из рук у растерявшегося Джеймса Джингла и отсоединил шар от древка. – Так, теперь надо отменить изменения, для двух бедолаг. Надеюсь ещё не слишком поздно.

Ткнув несколько раз в образовавшуюся перед рукой рамку Корпускул провёл сферой у лица сначала Архивариуса, затем герцога. Эти двое тут же пришли в норму, вернув свой естественный возраст.

– Дело сделано. Приказ всем, сворачиваем операцию. Местным почистить память и отпустить.

– Эй предатель, куда это ты собрался забрать МОЮ сферу? – вдруг громко крикнул Обсидиан, голосом в котором явно читалась нескрываемая угроза.

Корпускул обернулся, в поиске того, кто ему сейчас сказал. Зацепив свой взгляд на Дориане, мечник непроизвольно сделал шаг назад, сжав чёрный шар обеими руками.

– Ну что за день, – хмыкнув носом, промямлил Корпускул. – Мне стоило догадаться, если уж Ткачиха была здесь.

– Я правильно понял, предатель, – презрительно начал Обсидиан, – это ты руководил разорением Цветника?

– Я тебя поздравляю, дурачок, – обратился Корпускул к Джеймсу. – Я не знаю каким образом, но Обсидиан, которого ты так ждал, стоит перед тобой, так что можешь обратить к нему свои молитвы и избавить меня от бессвязного лепета.

– Наша операция заключается в устранении возродившегося главы первой фракции, – внезапно выпалила Люси, обратившись к Корпускулу. – Официально запрашиваю поддержку.

– Вот теперь уже становится понятней. Но куда смотрело руководство, отправляя новичков на такое задание? Я потом поговорю с Роном. Как же всё не вовремя. Ещё мой меч засосало в сингулярность, которую активировала та ненормальная. Эй, Обсидиан, твоя Ткачиха испортила мне меч! А это был, между прочим, божественный шедевр. Как будете возмещать?

– Ты сейчас шутишь так? [Верхний правый], [Верхний левый], [Нижний правый], [Нижний левый], – за спиной Обсидиана появилось четыре одинаковых костяных клинка, которые зависли в воздухе, словно их держали невидимые руки. В голосе Обсидиана отчётливо проступили нотки угрозы и гнева. От него стали исходить небольшие тёмно-синие разряды.

– Ясно. Диалога не получилось. Раз меча больше нет, придётся использовать подручные средства, – осмотрел посох Корпускул. – Я не привык сражаться палкой, но магия пепельных стражей мне знакома.

– Ещё бы, – надменно оскалился Обсидиан. – Ты ведь и был предводителем пепельных стражей, пока не предал нас. А теперь выясняется, что разорённый Цветник – твоя работа.

– Может ещё все преступления мира на меня свалишь? – раздражённо высказался Корпускул. – Да, я принимал участие в операции в Цветнике, но кто бы мне позволил там руководить? Приказы отдавал непосредственно Эдем. А Одноглазый осуществлял руководство на месте. Вот с них и спрашивай.

– Довольно! – заорал Джеймс воздев руки к небу. – Я понял, вы все заодно! Решили, что Джингла можно провести?! [Железный дождь]!

После раздавшегося гула, с потолка на землю начали падать бесформенные куски железа. Что-то больше напоминало лезвия, что-то огромные гири. Люди стали разбегаться в рассыпную, чтобы не угодить под одну из таких штуковин. Поднялось облако пыли. Сверкнула молния. Это Обсидиан и Корпускул сцепились в схватке.

– Джеймс, ты что творишь? – зашипела на него Люси, но Мумификатор, вместо того, чтобы остановиться, создал ещё один каменный кулак и швырнул его в свою помощницу. Та увернулась и ответила несколькими заряженными картами, пущенными в Джеймса. Он защитился, сотворив какой-то замысловатый кристаллический барьер. Один из подчинённых Люси, размахнувшись, ударил чеканом по барьеру Джингла и получил в ответ заклинанием. Альварес и Этна, воспользовавшись суматохой пробрались к дальней стене, где были прикованы пленники. Это заметил второй подчинённый Люси.

– [Столп возмездия]! – сжав в руке амулет, он сотворил золотую полупрозрачную колонну, которая зависла в воздухе прямо над головами Этны и Альвареса.

– [Шёлковый барьер]! – прозвучал знакомый голос у входа. Белое полотнище развернулось в последний момент, не дав колонне жреца Солнцеликого упасть на головы южанина и копейщицы.

– Вперёд! Бей эдемовцев! – с ходу выпалил Фиолетовый. Демон подпрыгнул, одновременно выхватив меч, и, совершив несколько кувырков в воздухе, приземлился в гущу врагов, ударив мечом по земле. – [Болезненная связь]!

От воткнутого огромного клинка варвара побежали ломаные трещины. Земля задрожала, сбивая с ног всех, кто оказался рядом.

– У него всегда столько энергии, а с мозгами всё плохо, – пожаловалась Оранжевая, многозначительно посмотрев на Аврелию. – Он такой варвар. Не обращайте внимания на его глупые выходки.

– Так, стоп. А кто здесь вообще наши?! – оказавшись в центре сотворённого им же самим мини землетрясения, стал осматриваться вокруг Фиолетовый. – А, неважно! Буду мутузить вон тех хлюпиков в серых кирасах, их тут хотя бы много.

– Аврелия?! Что с тобой произошло? И кто эти двое? – подбежал Форшер к бывшей послушнице.

– Так уж вышло, что я теперь служу другой богине, – потупив взор, виновато ответила Аврелия. – Простите, профессор, но я пала в самые глубины бездны.

– Ты разговариваешь с глашатаем Неунывающей Ткачихи, великой и прекрасной богини, смертный, – моментально оскалилась Оранжевая, грозно посмотрев на Форшера, – Прояви должное уважение и поклонись!

– В-всё в порядке! – испугавшись, замахала руками Аврелия.

– Как будет угодно, – гнев Оранжевой утих так же быстро, как и появился.

– [Непереводимая тарабарщина]! – издал боевой клич Фиолетовый и начал размахивать своим огромным мечом как пропеллером, попутно обсыпая своих оппонентов потоком не связных слов, приправленных бубнением и воплями.

– С ним точно всё будет нормально? – забеспокоилась Аврелия.

– Он крепкий, как камень и такой же тупой, – издала нервный смешок Оранжевая. – Можно не волноваться... О, нет! Пожалуйста, только не это!

– А теперь! [Брутальное очарование]! – показав, что всё ещё способен на членораздельную речь, Фиолетовый встал в героическою позу, положив меч себе на плечо. Несколько противников в кирасах остолбенели на месте, попав под чары. Аврелия приметила, что все они оказались женщинами. Замерла на секунду даже Люси Грабс.

– Стыдоба, – закрыла лицо руками Оранжевая. – Простите моего мужа за эту выходку. Он чистокровный инкуб и иногда не может совладать со своей проклятой природой.

– Он ваш супруг? – ахнула Аврелия.

– Ну, в молодости он казался таким мужественным, – попыталась оправдаться Оранжевая.

Раздавшийся раскат грома прервал ступор. Это Обсидиан и Корпускул в очередной раз сцепились в битве, посылая друг в друг друга залпы каменных шипов. Обсидиан орудовал своей фалькатой, помогая ударами четырёх парящих в воздухе костяных клинков. Корпускул отвечал ударами посоха. Хоть он и жаловался, что посох – не его оружие. На деле же это оказалось не совсем так, поскольку удары всех пяти мечей отражались с исключительной точностью.

– Это же человек, с которым сражалась госпожа Адель! Как он здесь оказался? – вскрикнула Аврелия.

– Уничтожу! – снова воспылала гневом Оранжевая, явив в каждой из своих ладоней по приличного размера огненному шару! – Не знаю почему, но сегодня огонь удаётся мне особенно хорошо!

Чародейка замахнулась, словно хотела кинуть камень, и поочерёдно метнула огненные шары, стараясь попасть по Корпускулу. Тот отмахнулся от заклинаний, как от назойливых мух, и сразу швырнул несколько обсидиановых шипов в Оранжевую. Аврелии удалось развернуть [Шёлковый барьер], который Форшер предусмотрительно усилил [Щитом мага].

– Да разберитесь вы уже с этим стриптизёром! – завыла Люси Грабс, указывая посохом на Фиолетового. – [6], [7], [6], [8], [6], [7], [32]!

Россыпь магических карт полетела в Фиолетового. Демон заметил это, но вопреки здравому смыслу не уклонился от атаки, а выпятил грудь, приняв весь удар в гордой позе.

Никто точно не знает, каким образом варварам удаётся их невероятная магическая сопротивляемость, но доподлинно известно, что в невосприимчивости к волшебству воители в шкурах уступают только дворфам. И уж тем более варвара не мог остановить какой-то глупый набор цифр, нашкрябанный на обрывках бумажек. Все прилетевшие в Фиолетового карты, попали точно в цель. Цель не получила ни капли урона, доказав, что является подлинным представителем варварского братства.

– Бесполезно, – успокоила Оранжевая разволновавшуюся Аврелию. – Магия его совсем не берёт. Я как-то разозлилась на него и запустила огненным шаром прямо ему в морду, а у этого оболтуса даже брови остались целы.

По залу раскатился чудовищный рык, заставив всех присутствовавших вздрогнуть от неожиданности. Разбив каменный завал оттуда выскочила Лили, окончательно приняв демонический облик. Огненные крылья ярко реяли у неё за спиной, а на голове гордо пылала корона из огня. Всё её тело покрывали красные барьеры, составляя защитный доспех. Но первое, что бросалось в глаза, была светло-алая грива волос, что сияла ещё ярче чем остальной огонь. Рядом с ней вертелась и потрескивала красная сфера. Артефакт был на грани разрушения, потому постоянно дрожал, сыпал искрами и издавал щелчки, дёргаясь из стороны в сторону.

– Что это такое?! – застыла на месте Оранжевая. – Надо бежать, пока не поздно!

– Бежать? – не поняла вопроса жрица. – Но госпожа Лили на нашей стороне.

– Тут я согласен с демоницей, – не отрывая глаз от Лили, прокомментировал Форшер. – Приходилось видеть, что её отец учудил в Эрлиге. Боюсь, что гнев может затуманить ей разум.

– Крылья и корона! – как заворожённая вымолвила Оранжевая. – Она принцесса Стаи, вне всяких сомнений. Но её огонь другой. В нём есть что-то ещё. Что-то обжигающее и прекрасное одновременно. Вы только посмотрите на этот невероятный алый оттенок. Мне никогда не добиться ни чего подобного.

– Словно огонь Богини, – тихо шепнул Форшер.

Лили искала глазами одного человека. До остальных ей не было дело, но тот, кто её интересовал, вызывал такой обжигающий гнев внутри, что Лили с трудом удавалось с ним совладать. Джеймс Джингл – предатель и душегуб. Она воздаст ему за всё! Главное добраться до него раньше остальных. Что-то больно клюнуло её в висок. Это немного привело в чувство начавшую уже съезжать с катушек демоницу.

– А ну прекрати! – пискнула птичка. – Посмотри! Ты чуть не сожгла меня.

– Как будто огонь может навредить тебе, – буркнула Лили, даже не взглянув на птаху. – Я только откручу голову дяде Джеймсу и сразу успокоюсь. Между прочим, получать огромным камнем по башке было очень больно.

Лили издала воинственный рык, когда наконец поняла, где находится Джингл. Ускорившись до неимоверности, Лили ломанулась на прямик отшвыривая огненными всполохами тех, кто оказался у неё на пути. Воин с чеканом заметив приближение демоницы развернулся, оттолкнув Джингла в сторону и, вложив основательно сил в удар, замахнулся чеканом.

– [Единственный выпад]! – в запале заорал подчинённый Люси.

– Мешаешь! – рыкнула Лили, занеся когтистую лапу на надоедливого воина. Последовавшая за тем огненная атака, смела бойца с чеканом, растворив в пламенеющем калейдоскопе алого огня. Потребовался всего миг, чтобы превратить воина в пыль, которую разнёс по залу огненный вихрь. Следующим был уже Джеймс. Лили снова замахнулась. Мумификатор скастовал на демоницу подряд несколько каменных кулаков, которые она все разбила. Последовавший за тем удар вывел Джингла из игры. Лили не стала использовать огонь, применив лишь свою физическую силу. Возможно, на подсознательном уровне она не хотела причинить ему вред, но даже полученного удара хватило, чтобы Джеймса изломало и вышвырнуло прочь. Жрец с амулетом вскрикнул что-то неразборчивое и метнул яркую вспышку в Лили, которая просто разбилась о красный барьер.

– [Critical damage]! – для последователя Солнцеликого атака Альвареса оказалась полной неожиданностью. Коварная рапира Зубочистка легко прошла сквозь высокоуровневое одеяние, сшитое с вкраплением мифриловых ниток. Просто так совпало, что именно в этом месте ниточки чуть-чуть разошлись. Острие проткнуло лёгкое, выскочив наружу, между рёбер и тут же исчезло, увлекаемое отпрыгнувшим хозяином. Жрец так и не понял, каким образом крупный фехтовальщик, которого он всегда держал в поле зрения, оказался у него за спиной. Жреца сразу посетила и другая страшная мысль. Ведь рядом ошивалась ещё и копейщица.

– [Белый танец], [Второе движение. Лунный луч]! – Этна с размаху всадила копьё в грудь жреца, опрокинув того на землю. В глазах у него помутнело. Чёрная пелена заволокла взор.

– Ну и пусть, – сумел выдавить из себя жрец, прежде чем испустил дух.

Тем временем двое продолжали свой смертельный поединок. Чёрные тени носились под потолком, иногда сталкиваясь друг с другом с лязгом отбрасывая синие молнии. Клинки Обсидиана как стая злобных шершней кружили вокруг Корпускула.

– [Пепельная волна]! – увидав, что союзников побеждают одного за другим, скрипнул зубами Корпускул.

– Молодец! – направил руку пред потоком Обсидиан. Облако пепла послушно развернулось за движением и обратилось назад, окатив своего создателя. А как только пепельную бурю удалось развеять, костяной клинок Обсидиана возник как из ниоткуда, глубоко войдя в левый бок Корпускула. Поверженный противник начал падать, выронив посох, который тут же поймал Обсидиан и, не отставая от своего врага, продолжил наносить удары, но не используя при этом чёрную фалькату. Как только исход поединка стал ясен, она вообще исчезла из рук Дориана. Корпускул упал, стукнувшись об землю, а рядом пошатываясь приземлился Обсидиан.

– [Absorption]! – когда чёрный посох исчез, Обсидиан расправил плечи, как будто скинул с себя тяжёлый груз.

– Поздравляю, еле смог победить мой аватар, – закашлявшись кровью, засмеялся Корпускул. – Теперь всем станет ясно, что ты тень былого себя. Призрак старых времён! Тот же Солнцеликий прихлопнет тебя как муху. Великий, грозный Обсидиан! Слабак и немощный старец!

– Где сфера? – тяжело дыша, заговорил Дориан скрипучим голосом, в котором не осталось ничего человеческого. Звук больше был похож на завывания бури, разбушевавшейся в кронах деревьев.

– Жалкий дурак! Да ты на ногах еле стоишь! А когда-то грозился уничтожить Прайм. Предводитель первой фракции, беру свои прошлые слова назад. Солнцеликий тебя даже не заметит. Группы опытных оперативников хватит, чтобы раз и навсегда отправить тебя в бездну, из которой ты выполз!

– Сфера!

– Прости, но у меня её нет. День сегодня был плохой. Не везёт. Упала куда-то! – то ли смеясь, то ли кашляя, выдавил из себя Корпускул.

– Все! Ищите сферу! – Обсидиан встрепенулся, мотаясь по сторонам, пока не заметил, как Люси Грабс прятала шар к себе за пазуху, находясь одной ногой в вызванном ей портале. – Ловите её!

– А это вам напоследок подарок от меня! – крикнула Люси, отсалютовав двумя пальцами.

Девушка достала арбалет, резким движением наведя его на лежавшего без сознания Джеймса. Вместо болта самострел выпустил шприц с непрозрачной белой жидкостью. Иголка воткнулась в Джеймса, впрыснув содержимое внутрь. Мумификатор вскочил, широко раскрыв глаза, сделал пару шагов и плюхнулся лицом вниз.

– Счастливо оставаться! Лузеры! – расплылась в злорадной ухмылке Люси Грабс и исчезла в портале, кинув своих людей на милость победителей.

Поняв, что их бросили, оставшиеся в живых воины в серых кирасах прекратили сопротивление. Вдруг все звуки замолчали разом. Больше никто не кричал, не лязгало оружие, не взрывались заклинания. Но не было и ощущения победы и спокойствия после битвы. Невнятная недосказанность пропитала почву. А тревожная нервозность окутала воздух, заполнив пустоту тягучей тишиной.

Глава 13. Белый шар

– Пригрел змею на груди! – ошалело выпалил герцог Эрлиг, как только его развязали. – Джингл, каков подлец! Ну ничего. Как вернусь в замок, прикажу, чтобы всю тайную службу отправили в деревню коз пасти! Дармоеды бесполезные! Не сомневайтесь, я эту Люси, как её, Грабс из-под земли достану! Помяните моё слово.

– А с этими чего будем делать? – поинтересовалась Этна судьбой выживших врагов. Несколько сподвижников Люси остались целы и сейчас столпились гурьбой, не предпринимая никакого сопротивления. Их охраняли Альварес и присоединившийся к нему Форшер. Лили тем временем подошла к телу Джеймса, чтобы удостовериться, что он действительно мёртв.

– А чего с ними церемонится? – продолжал герцог. – На допрос и к палачу.

– Я думаю, с них достаточно, – раздался не то писк, не то трель. Все обернулись, увидев маленькую птичку, сидевшую на плече у Лили. Лучница совершенно не ожидала такого, потому подпрыгнула как ужаленная.

– Демонёнок, ты бы хоть попугая своего ручного заткнула, – гаркнул герцог. – Ещё не хватало, чтобы птица поучала меня, как править.

– Я не попугай! – довольно громко ответила герцогу птичка, вспорхнув и усевшись на камень рядом с Рудольфом. Эрлиг с подозрением скосился на птаху, оставаясь в нерешительности, как ему поступить.

– Форшер? Это что за порода такая? – выкрикнул Эрлиг, указав пальцем на птицу.

– Я не знаю, мой герцог, – честно признался профессор. Он и сам с любопытством разглядывал чирикающий комочек. И на лице мага появлялись то растерянность, то недоверие, то удивление.

– Я могла бы сама представиться, вообще-то! – обиделась птичка, – Меня зовут Рубиниэль.

– И чё? Назвать птицу эльфовым именем – много ума не надо.

– Но… – издала обречённый возглас Аврелия.

– А вот жрица Аврелия, кажется, догадалась, – усмехнулась птичка, укоризненно взглянув на бывшую послушницу.

– П-простите меня! – неожиданно для всех разрыдалась Аврелия, еле держась на ногах.

– А с ней-то что не так? – недовольно хмыкнул герцог, уставившись на жрицу.

– Предположу, это из-за того, что с недавнего времени она является апостолом Неунывающей Ткачихи. Два демона из курфюршества Повелителей Снов, подтвердят мои слова.

– Славьте посланницу госпожи! – церемонно изъяснилась Оранжевая, поклонившись совсем сникшей Аврелии.

– Ага, а я тогда Алая богиня, – передразнил птицу герцог.

– Сильно сомневаюсь. Костноголовый Руди станет Алой богиней только тогда, когда омары из Южного моря научатся насвистывать гимн Статеры, а Гневный Морской Король будет отплясывать при этом мероприятии! – чирикнула птичка, назвав герцога его прозвищем, которое прилипло к нему ещё со времен молодости.

– Чего?! Ты свиристи, да не забывайся! – взбеленился Рудольф.

– От вашего чириканья уже голова болит, – отозвался Обсидиан. Он всё это время сидел, погружённый в свои мысли рядом с Корпускулом, не спуская с него глаз, но трель птахи, заставила его выйти из раздумий.

– Голова у тебя болит исключительно от того, что твоему новому воплощению не хватает уровней, чтобы потянуть собственные силы, старый интриган! – едко ответила Обсидиану птичка. – Я ещё с тебя спрошу, за то, что втянул Лили в свои дрязги с Эдемом. Просто подожди своей очереди.

– А что мне было ещё делать? Просто отдать им сферу?!

– Так ты это в итоге и сделал, – посмеялась птица. – Я что-то не вижу сферу у тебя в руках.

– Алая, чего ты добиваешься? – устало пробормотал Обсидиан. – Ты веками сидела и ничего не делала, а теперь вдруг решила начать читать всем проповедь? Лети наверх, там есть твой храм. Местные придут в экстаз от явления их покровительницы. Будет аншлаг.

– Пойдём, Лили. Я напишу Азору, и он заберёт тебя отсюда, – заявила птичка, снова перелетев на плечо к лучнице.

– Но, я не хочу никуда уходить, – возмутилась Лили. – А как же дядя Джеймс? Он оказался совсем пропащим, но похоронить тело хотя бы можно?

– Джеймс… – вздохнула птаха с какой-то обречённостью в голосе.

Тело Джингла вдруг дёрнулось в конвульсиях. Его начало трясти. Он открыл глаза и забарабанил по земле кулаками, сопровождая это протяжным воем. Оставшиеся в живых подручные Люси тут же приободрились. Оттолкнув засмотревшегося на Джеймса Альвареса, они ломанулись прямиком к Джинглу, обступив его со всех сторон.

– Всё, как и говорила старшая группы! – прогорланил один из них. – Держитесь вместе, и скоро нас портанёт обратно!

– Кого тролля?! Так он был жив?! – указал пальцем на мечущегося на земле Джеймса профессор Форшер.

– Его кто-нибудь проверял, пока он там лежал? – крикнула Этна.

– Проверяла, был мертвее всех мёртвых! – выхватив лук, ответила Лили.

А между тем с Джеймсом стали происходить странные изменения. Сначала его кожа приобрела молочно-белый оттенок. Потом всё тело стало вздуваться, превращаясь в бесформенную пульсирующую массу, больше похожую на гигантскую гусеницу, а не человека. Подчинённые Люси Грабс с опаской поглядывали на происходившие метаморфозы, но продолжали стоять рядом.

– Какая гадость! – чирикнула птичка, сидя на плече у Лили. – Эй, Корпускул, ты ещё жив? Что она с ним сделала? Отвечай!

– Понятия не имею… – одними губами произнёс тот.

Тело Джингла внезапно раздулось до огромных размеров, приняв форму гигантского неровного белого шара, внутри которого переливалось что-то, словно бурдюк, до отказа заполненный водой. Из его поверхности появились длинные тонкие отростки, которые начали хватать подручных Люси. Пойманных утаскивало внутрь шара, а сам он становился от этого только больше. Воины в серых кирасах не сразу сообразили, что дела пошли не так, как они хотели, поэтому практически не сопротивлялись. А когда до людей стало доходить, было уже поздно. Всех их поглотил Джеймс Джингл, или то, что появилось вместо него. Расправившись со всеми рядом стоявшими людьми, бесформенная фигура замерла на мгновение, чтобы в следующую секунду раздаться до размеров дома, сопровождая это противными булькающими звуками. Авантюристы успели отбежать подальше, но и тут было небезопасно. Щупальца появились опять и стали шарить по земле в поисках добавки.

– Все назад! – вскочив со своего места, выкрикнул Обсидиан. – Какой же я болван! Стоило с самого начала догадаться!

– О чём ты? – спросила его птица.

– Эти недоумки решили реанимировать проект «Белый Шар»!

– Я про это ничего не знаю. Скажи подробней? – выкрикнула птица.

– Значит, изловчились использовать мою сферу, как ключ? А защиту системы обошли, посадив в качестве оператора резидента мира? – начал рассуждать Обсидиан. – Как всё просто оказалось.

– Да скажи, наконец, что происходит! – зазвенела птичка колокольчиком, оглушив Лили на левое ухо.

– Конец света происходит! Армагеддон! Рагнарёк! И чёрт знает, что ещё! Довольна? – со злостью в голосе выпалил Обсидиан, продолжая наблюдать, как огромная белая штука вытянулась в виде дутой личинки и стала покачиваться и расти вверх, отправляя всё больше щупалец вокруг. – Оно будет втягивать всё в себя и будет от этого только больше и сильнее! Это надо как-то остановить!

– Да за что мне всё это! – завопил герцог, воздев руки вверх. – Форшер, Лайонс сделайте что-нибудь с этой колбасой! Даю тысячу золотых тому, кто сумеет умертвить дрянь.

– Выглядит не такой уж крепкой, – заинтересовался Фиолетовый, подмигнув Оранжевой. – Может, шандарахнуть её пару раз мечом? Тем более и золото предлагают.

– Я тебе шандарахну! Стой, где стоишь! Ещё не хватало, чтобы эта тварь поглотила стоуровневика, – указав пальцем на демона, рявкнул Обсидиан. – Даже не думайте лезть на неё в лоб. Все, кого втянет, лишаться своих душ. Специально для понимающих. Ваши логи будут переписаны. Хранилища и уровни обнулены. Личности стёрты. Всё будет переконвертировано, как опыт для этого монстра!

– К-кошмар! – пискнула птица. – Но почему я первый раз слышу про эту технологию?

– Ты все последние события просидела в своём убежище, а теперь удивляешься, что они прошли мимо тебя? Сколько ещё нужно подтверждений и фактов, чтобы вы, нейтралы, наконец поняли, кто настоящий враг этого мира? – раздражённо высказал Обсидиан. – Эдем и его клика и есть истинное зло. И от них нужно избавиться, как от ржавчины, которая поразила весь механизм.

Непонятное нечто раздулось ещё больше, одновременно с этим солидно прибавив в росте. Выпустив новые щупальца тварь приподнялась на них и неуверенно попыталась сделать шаг в сторону приключенцев, которые предусмотрительно отбежали в другой угол пещеры, вняв советам Обсидиана. Чёрная тень промелькнула рядом с монстром. Чрез секунду на вершине твари появился Дориан с занесённой фалькатой. Размахнувшись посильнее, он ударил наотмашь клинком. Тёмно-синий всплеск разошёлся от места пореза. Глубокое рассечение пошло сверху вниз по кожуре монстра от удара, засыпая всё вокруг тоннами пепла. Раздался чудовищный гортанный рёв. Бесформенное тело чудовища завибрировало, издавая дикие звуки, напоминавшие рог. Щупальца прекратили шарить по земле и устремились к месту рассечения.

Порез расползался какое-то время, но всё же остановился и стал затягиваться на глазах. Обсидиан успел провести ещё пару ударов с тем же успехом, пока до него не добрались щупальца монстра. Как только они попытались схватить обидчика, он снова обернулся тенью и ретировался, переместившись к ближе к остальной компании. Монстр начал бесноваться, колотя своими отростками по земле, попутно с этим быстро залечивая раны. Удары щупалец содрогали землю и поднимали кучу пыли и пепла, который образовался после атак чёрной фалькатой. Тело монстра продолжало издавать низкие звуки и гудение, настолько неприятное, что Этна и Форшер прикрыли уши руками, чтобы не слышать их.

– И что теперь? – чирикнула птичка сидя на плече Лили, когда Обсидиан приземлился рядом с ними. – Ты его только разозлил.

– Нужно как-то добраться до центра, – поморщился тот, когда монстр издал очередной рёв. – Там должен быть распределительный центр. Если его поразить, скорее всего, гадость развалится.

– Скорее всего?! Выходит, что до конца ты не уверен?

– Ещё бы я был уверен! – раздражённо рявкнул Обсидиан. – Последний раз такие штуки применяли во время Войны Богов. Ты хоть представляешь, сколько лет прошло? Тем более я не знаю, насколько они продвинулись в разработках. Тогда это была сырая тестовая технология, которую даже сами создатели в итоге посчитали неприемлемой. Тварь жрала всех, не разбирая врагов и союзников.

– И какой тогда в этом смысл?

– Простой! Берёшь монстра и натравливаешь на армию врага, а сам отходишь на расстояние и наблюдаешь в безопасности. Но что-то тогда пошло не так, и одна подобная особь неплохо порезвилась в предместьях Прайма. Были жертвы среди технического персонала. Настоящие жертвы с необратимостью последствий. Насколько мне было известно, работы прикрыли по личному приказу мальчишки Эдема. Но, похоже, кому-то до сих пор не давала покоя идея создания искусственного бога, и проект разморозили.

– Искусственного бога?! – заголосила птица, на миг потеряв самообладание.

– Рад, что до тебя дошла вся серьёзность ситуации. Присмотрись внимательно к этой гадости. Это самый настоящий искусственный бог. Корявый, слепленный на коленке с кучей заплаток и поддерживающих креплений, с мозгами, как у амёбы, но внутри этой твари работает самый настоящий вычислитель, и она великолепно умеет использовать его для единственной цели – жрать всё подряд и становиться больше.

– Какому ненормальному могла прийти в голову такая идея?! – растерянно пропищала птичка. – Зачем это Эдему? Куда смотрела Алл?

– Вопросы не ко мне, – устало ответил Обсидиан. – В нашем мире каждый давно творит, что ему вздумается, но виноват почему-то всегда Обсидиан и его Первая Фракция.

– Я сделаю официальный запрос Алл, – серьёзно начала выговаривать птичка, но тут же замолчала, потому что монстр стал вести себя странно, в очередной раз приковав к себе внимание. Сначала он бросил шарить щупальцами по земле в поисках своего обидчика и воткнул их все в землю, затем сам сжался, став немного ниже, но при этом плотнее. Издав рёв снова, тварь вдруг подпрыгнула, оторвавшись от земли. Прежде чем упасть обратно, монстр выпустил отростки прямо в потолок, который, не выдержав веса, начал рушиться на глазах у изумлённых людей. Выпуская всё новые щупальца, монстр подтянулся на них и втащил свою тушу в образовавшуюся прореху. Продолжая орудовать отростками, тварь окончательно расшатала трещину в потолке и скрылась в ней.

– Беда… – еле вымолвил Обсидиан, наблюдая за проделками монстра.

– Это он сейчас куда полез? – как-то особенно тихо спросил герцог, уставившись на расщелину в потолке пещеры.

– Туда, где много пищи, которая не даст ему отпор, – ответил Обсидиан. – Наверху же город…

– О-остановите же его кто-нибудь! Лайонс, ты архимаг или кто?! – видеть запаниковавшего герцога Эрлига было настолько необычно, что все уставились на него, замолчав. Но Архивариус всё ещё не оправился от пережитого и пропустил вопрос Рудольфа мимо ушей, продолжая задумчиво рассматривать ближайшую стену.

– И как ты это предлагаешь? – хмыкнул Обсидиан. – Пока мы будем выбираться на поверхность, монстр сожрёт полгорода и вырастет до размеров горы. Мы сюда шли целый час по тоннелям. А даже, если и выберемся вовремя, у кого-нибудь есть достаточно сил, чтобы остановить чудовище? У меня не получилось. Даже [Неотвратимое Течение Времени] на него не действует. Точнее регенерация отродья больше чем эффект клинка.

– Но нельзя же оставлять всё на самотёк. Этот город и так уже настрадался за свою историю! – с чувством чирикнула птичка. – Там мирные горожане! Они ничего не смогут противопоставить монстру!

– Ну так кликни своих последователей, богиня с самой большой паствой! – раздражённо оскалился Дориан-Обсидиан.

– Если ты не видишь, я здесь в виде проекции и никаких возможностей повлиять на мир у меня нет, – едко ответила ему птичка.

– Портал… – послышался тихий голос Корпускула. Он лежал чуть в стороне. Когда тварь начала бесноваться, про него забыли. После обрушения потолка, несколько валунов упало рядом с Корпускулом, но сам он каким-то чудом избежал участи быть придавленным. Лёжа на полу, он с трудом протянул руку, на кончиках пальцев которой вспыхнули синие огоньки. – Я проведу… портал… на поверхность…

– Чтобы нас переместило чёрти-куда?

– Нет… Я не знал… Что она задумала… – прошептал Корпускул одними губами. – Нельзя допустить… Жертвы мирного населения…

– Уверен, что сможешь? – недоверчиво спросил Обсидиан. – У твоего аватара осталось очень мало жизненной силы.

– За кого… меня принимаешь? – на лице Корпускула проскользнуло раздражение. – Пока вы трепались… уже начал… расчёт... Скоро смогу открыть коридор... Не экстренный портал… Настоящий…

– Если наш многоуважаемый враг справиться, – ехидно заметил Обсидиан. – Я рискну попробовать ещё один раз. Но мне потребуется помощь. Чтобы обезвредить монстра, нужно добраться до его распределительного центра где-то в глубине бесформенной туши. Пока я буду это делать, нужно, чтобы тварь кто-нибудь отвлёк. Лучше вообще её обездвижить.

– Любую помощь, какую только возможно! – сходу выпалил герцог. – Я весь гарнизон подниму.

– Я мог бы напустить на него рой магических зарядов, держу пари, это позволит отвлечь часть щупалец, – предположил Форшер.

– Разумно, – согласился Обсидиан. – Ещё у нас есть апостол ткачихи, жрица Аврелия.

– Что я должна делать? – решительно заявила девушка.

– Попробуй применить [Шёлковый барьер] на его нижней части. Может, это его замедлит?

– Я постараюсь.

– Рубиниэль, всего этого будет мало. Мы должны использовать Лили.

– Меня?! – чуть не подпрыгнула лучница.

– Это исключено! – отчеканила птичка. – Иллилидель ещё слишком мала для подобного.

– Другого выхода нет, ты прекрасно это понимаешь, – виновато вздохнул Обсидиан. – Ты не сможешь использовать здесь свои силы напрямую, а я, к своему стыду, слишком слаб сейчас, чтобы убить монстра сам. Лили, с другой стороны, имеет статус апостола Алой, ты лично выдала ей права. Я уверен, что через неё, ты сможешь создавать хотя бы барьеры. А без твоих барьеров мы не выстоим.

– Давай попробуем, чтобы это не значило, – бойко заявила Лили.

– Отдай ей [Дочь Зари], – вдруг заявил Обсидиан, обращаясь к птичке. – Всё равно, ты не пользуешься ей. А для Лили, это будет хорошим подспорьем.

– Думаешь? – призадумалась птичка. – Мне не жалко, но она всё равно не сможет её использовать.

– Ха! А вот тут ты ошиблась. Приглядись к её статусу. С недавних пор там появилось много новых умений.

– Как?! Что ты с ней опять сделал? – раскричалась птичка.

– Успокойся. Я тут не причём. Просто Лили не любит делать то, что ей советуют, – засмеялся Обсидиан. – Адель ведь предупреждала, что не надо читать книги навыков.

– И что? – усомнилась птица.

– До сих пор не поняла? В подвале особняка был целый стеллаж с обучающими навыкам книгами. И наша пытливая до знаний Лили пробралась туда как-то ночью в тайне от всех и прочитала их одну за другой.

– Откуда ты знаешь?! – испугано залепетала Лили. – И вообще от этих книг никакой пользы. Там были только пустые страницы. А каждый раз, когда я открывала книгу на середине, появлялась глупая надпись, что какого-то уровня недостаточно для использования навыка, и всё. Эти книги бесполезны!

– Лили… – вздохнула птица. – Нельзя читать книги навыков без подготовки.

– Ты же сама мне сказала, посетить твою библиотеку! – обиделась лучница.

– Я имела ввиду библиотеку Алого храма в Эрлиге, а уж никак не стеллаж с книгами навыков под особняком! Надо было давно их забрать оттуда.

– В любом случае навык владения специфическим оружием Алого культа присутствует, – резюмировал Обсидиан.

– Разберёмся на месте, – сдалась птичка. – Надо ещё посмотреть, чего она наосваивала без присмотра.

– Простите, сеньор, а что делать остальным? – поинтересовался Альварес, нарисовавшись рядом с Лили.

– В прошлый раз, когда подобных монстров атаковали, их ошмётки превращались в небольших тварей. Ими вы и займётесь. В отличие от главного тела, отпрысков можно легко убить.

– Тогда мы то же поможем! – с готовностью заявила Оранжевая.

– Да. Теперь несколько демонов в городе – не самая большая проблема, – ухмыльнулся Дориан уже своим голосом.

***

На одной из центральных улиц Эрлига собралась колоссальная толпа. Лица людей были светлы и излучали радушие и доброту. Все ждали чего-то. Наконец, сопровождаемая возгласами и весёлыми криками, показалась праздничная процессия. Во главе неё вышагивал рослый детина, облачённый в алую рясу. Его сопровождало несколько человек с флейтами и барабанами. Музыканты были одеты в ливреи, выкрашенные в цвета герцогства. За ними грациозно гарцуя ехали на лошадях, а точнее плелись несколько всадников в алых плащах и шапках с плюмажем. Всадники трубили в рога и махали руками зевакам, приводя толпу в состояние восторга. После конников чинно выхаживало реальное духовенство Алого храма города. Несколько жрецов в парадном одеянии и целых восемь паладинов Алой в доспехах, отполированных до зеркального блеска. На левых наплечниках паладинов были прикреплены цветки герани. Один из латников тащил огромный стяг, естественно, алого цвета. Лицо воина-знаменосца было преисполнено гордости и блаженства.

За официальной частью процессии чуть отделённые от них цепью стражников шли все остальные. Горожане, зеваки, туристы. Люди были, несомненно, рады оказаться частью грандиозного торжества в честь Богини. Эйфория уже давно заполнила сосуды людских душ и теперь выплёскивалась через край, щедро одаривая атмосферой восторга всех желающих и нежелающих тоже.

Но эта процессия была не одна. Где-то на другом конце города навстречу маршировало ещё одно шествие, во главе которого был человек, одетый в костюм демона. Его сопровождали всякие разодетые личности, носившие страшные маски и лохматые парики, а вместо весёлых мелодий специально приданный для этого дела взвод городских трубачей дудел с таким остервенением, что звенели все стёкла в окнах окрестных домов, а местные кошки и собаки прятались по углам. Впрочем, несмотря на страшные звуки, последователей у второй процессии было немало. На самом деле, город, пока длились торжества, разделялся на «демонов» и «монахов». И «демонов» не сказать, что было меньше.

Во время кульминации праздника эти две процессии должны были встретится на площади Патрициев. Там на потеху толпе разыгрывалось шуточное представление в виде битвы демона с монахом. Злодея в итоге побеждали, а монах становился королём фестиваля. Ему выносили импровизированный трон, на котором демоноборец заслуженно и восседал до конца торжеств. К вечеру, когда стемнеет, на площади тушили фонари, а в центр вносилась гигантская кукла, изображавшая Красную Ведьму. Монаху, победившему демона, дозволялось бросить первый факел, чтобы поджечь чучело. Если «ведьма» загоралась с первого раза, считалось, что весь год будет хороший.

Но в этот раз судьба распорядилась иначе. Разгорячённой от переизбытка чувств толпе было невдомёк, что демону с монахом не суждено было встретиться на фестивале в этом году. Первой процессии оставался какой-то километр до площади Патрициев, когда земля под ногами людей задрожала. Сначала никто не принимал это всерьёз. Толпа, подогретая представлением и алкоголем, скандировала шутки и кричалки. Монах во главе процессии красовался пред людьми. Музыканты играли.

Несколько камней брусчатки вдруг ухнули вниз. Трещина, образовавшаяся на их месте, начала расти буквально на глазах. Послышались растерянные возгласы. Шествие остановилось, но музыканты продолжали играть по инерции. А трещина продолжала разрастаться. В какой-то момент она стала настолько большой, что перекрыла улицу. Народ с недоумением осматривал открывшийся провал. Запричитали женщины, кто-то пытался шутить. Люди шушукались, не зная, чего ожидать от образовавшейся на их пути коллизии.

Когда из пролома начало медленно выползать нечто, никто и не подумал убегать. Осознание того, что может произойти что-то ужасное никак не могло достучаться до заполненных праздничным настроением голов. Монстр, не встретив сопротивления, вылез на поверхность, возвысившись над людьми, как исполинская башня. Зеваки указывали на него пальцами и шептались. Чудовище, издав всем телом низкочастотный гул, распустило свои отростки во все стороны. Сходу поймав несколько десятков человек, монстр втянул их внутрь и снова выпустил щупальца.

Крики, словно морские волны, побежали по толпе. До людей наконец дошло, что нужно спасать свои жизни, и дошло оно, по большей части, до всех одним разом. Люди кинулись назад, расталкивая друг друга. Лошади поскидывали конников и, изрядно потоптав окружающих, ускакали прочь. На встречу монстру выступили паладины Алой, выхватив из ножен церемониальные мечи. Несколько жрецов составили им компанию. Склоченный на скорую руку отряд продержался ровно семь секунд, чтобы также исчезнуть в бездонном теле поймавшего храбрых защитников монстра.

Проигрыш паладинов окончательно склонил чашу весов к панике. Народ побежал в рассыпную. Люди неслись, расталкивая друг друга, не разбирая дороги. У монстра не было глаз, но он прекрасно мог чувствовать живое. Оно манило его непреодолимой силой. Безудержный всеобъемлющий голод гнал существо на поиски новых жертв. Собрав в себя всех вокруг, до кого смогла добраться, бесформенная тварь, покачиваясь, поползла туда, где ещё было много пищи. На площади Патрициев собралось гораздо больше людей, чем было во всей разбежавшейся процессии.

В это время в Пристанище Красной Ведьмы яблоку негде было упасть. Фриде пришлось договориться с хозяином постоялого двора «Чудеса мира», чтобы он выделил больше официантов и поваров, потому что бедное трио совсем выбилось из сил. Пристанище оказалось единственным заведением на площади, и праздничная толпа взяла его в осаду. Ажиотаж был настолько велик, что когда появились первые крики, возвещавшие о приближении монстра, на них никто не обратил внимание. После ухода Дориана и остальных прошло солидное количество времени, но Фриде было даже некогда побеспокоиться о брате и друзьях, не говоря уже про странные выкрики, доносившиеся с улицы.

– Что-то нет так, – ни с того ни сего заявила Красная.

– О чём ты? – вытерев испарину со лба, вздохнула Фрида.

– Пахнет страхом смерти, – пискнула Красная.

– Если выбилась из сил, так и скажи, – прищурилась Фрида. – Зачем придумывать небылицы.

– Вы не понимаете… – попыталась возразить Красная, но её голос заглушили топот ног и безумные вопли. Фрида выглянула на улицу, приоткрыв дверь, чтобы увидеть, как на площадь вваливается белая бесформенная фигура, больше всего напоминавшая гибрид куколки жука с городской башней. Нечто, что не уступало по размерам соседней колокольне, еле помещалось на улице, из которой выползло. Несколько посетителей тоже выбежали на площадь, чтобы узнать причину воплей и шума.

– Что это такое? – борясь с ужасом промямлила Красная.

– Не знаю… – честно призналась ей Фрида, не отрывая взгляд от неведомой твари. – На элемент программы фестиваля не похоже.

– Надо сваливать! – Красная принялась трясти Фриду за рукав. – Оно опасно!

– Надеюсь, мой дурной брат не замешан в этом.

Ворвавшись на площадь, монстр, смешно переваливаясь, как наполненный жижей мешок, ринулся в самый центр к фонтану. Там было основное скопление народа. Там было много еды. Распустив свои щупальца, тварь поймала очередных жертв и быстро затянула их внутрь себя. Паника моментально захлестнула всю площадь, как это сделалось с процессией несколько минут раньше. В Пристанище тоже воцарился хаос. Люди выпрыгивали из окон, отталкивая друг друга. У двери на улицу началась подтасовка. Фриду чуть не опрокинули, она лишь успела отскочить от входа.

– Сладкие, соблюдайте спокойствие! Выходите друг за другом, и всё будет хорошо, – послышался чарующий голосок со стороны кухни. Там стояла Зелёная с половником в руках, томно улыбаясь. Неожиданно, это подействовало. Люди враз образумились и прекратили паниковать. Они по-прежнему использовали выбитые окна для выхода, но делали это спокойно, в порядке очереди.

– Фух! – выдохнула Красная, посмотрев на Фриду. – Кажись, пронесло. Не беспокойтесь госпожа управляющая, Зелёная невероятно хорошо умеет контролировать эмоции окружающих.

Монстр же продолжал свою жатву на площади. Прямо пред ним попался зазевавшийся старичок, который никак не мог решиться, куда ему бежать. Постукивая своей тросточкой по брусчатке Людвиг Голдштейн уже тысячу раз пожалел, что остался на праздник, а не поехал в гости к кузине в соседнее графство. Посоревноваться с молодыми людьми в беге он в силу естественных причин не мог и теперь с ужасом осознавал, что станет следующей закуской для ненасытного монстра. Белый отросток метнулся, чтобы поймать лёгкую добычу, но старичок вдруг пропал со своего места. Открыв глаза Людвиг Голдштейн понял, что его кто-то несёт, прихватив за ремень. Повернув голову, он увидел, что его тащит девушка с волосами, горящими Алым огнём. Старик сначала решил, что умер, а это Алая богиня лично сопровождает его в загробный мир, но приглядевшись понял, что по-прежнему находится на площади, а странная спасительница была не кто иная, как Лили Купер, его новая соседка по площади.

– Дальше сам, – рыкнула Лили, аккуратно положив Людвига на землю. – А мне надо заняться делом.

– С-спасибо, юная госпожа, – сумел выдавить из себя Голдштейн. Ему ещё никогда не приходилось видеть ничего подобного. Несмотря на то, что лицо девушки было похоже на звериное, от неё совершенно не исходило опасности. Она словно излучала волны спокойствия. Лили материализовала в руке причудливый багровый лук и стала пускать из него огненные стрелы в монстра. Её ярко-алые волосы как костёр озаряли всё вокруг. Она была словно воительница прошлого, сошедшая со страниц древнего эпоса. Людвиг ещё на секунду задержал свой взгляд на спасительнице, а затем поковылял прочь с площади, здраво рассудив, что здесь справятся без его помощи.

Чёрная тень переместилась на макушку к монстру. Полыхнул тёмно-синий разряд. Выбравшись из дымки Дориан замахнулся фалькатой и ударил по чудовищу, сконцентрировав на нём заряд силы. Тварь зашаталась. Её верхняя часть оказалась разрезанной на двое, но тут же срослась обратно. Множество щупалец устремилось вверх, чтобы поймать уже надоеду, но по ним стали попадать огненные стрелы. К ним присоединился рой магических ракет, которые выпускал десятками из своего посоха профессор Форшер.

Один из стражников, оказавшихся на площади, был крайне ошарашен, когда увидел, что к нему бежит герцог Эрлиг. И неизвестно, кто был страшнее, монстр или правитель города в тот момент.

– Быстро, беги в замок, скажи им, чтобы снимали с башен пушки и волокли сюда хоть на себе! – заорал герцог, схватив несчастного стражника за грудки. – И пусть приведут сюда весь гарнизон и мой отряд боевых магов. И вообще всех, кого найдут! Я не позволю, чтобы мой город разрушила какая-то дрянь!

Несмотря на атаку приключенцев, монстр продолжил шарахаться по площади, вылавливая попавшихся ему людей. Война – войной, а обед, как говорится, по расписанию. Дориан, находясь на макушке монстра, нанёс ему ещё несколько ударов, прежде, чем щупальца согнали его оттуда. Обернувшись чёрной тенью, он стал кружить вокруг твари, время от времени обстреливая её залпом [Обсидиановых шипов], пытаясь найти её слабое место.

– [Малая пепельная бомба]! – наконец решившись, выкрикнул Дориан-Обсидиан. Маленький серый шарик метнулся от руки Обсидиана к верхушке монстра. Как только произошло попадание, раздался взрыв. Облако пепла разошлось вокруг, разворотив верхнюю часть монстра. Звуком выбило окна домов. Во все стороны полетели ошмётки чудовища. Несколько людей, метавшихся по площади попадали на брусчатку. Утробный гул разошёлся по округе. Монстр замедлился, вращая своими отростками в попытках поймать того, кто нанёс ему такую глубокую рану.

– Кажется, получается, – продолжая обсыпать монстра огненными стрелами, обрадовалась Лили.

– Не расслабляйся! – предостерегла её птичка.

Как будто в подтверждении её слов монстр снова завыл. Из развороченной верхушки вылез особенно крупный мясистый отросток, напоминавший чем-то хвост скорпиона, на конце которого сформировался гигантский глаз без зрачка. Повернув его в сторону Лили, око налилось кровью. Вокруг него стали появляться всполохи магической энергии.

– Он сейчас выстрелит! – заголосила птица. – В сторону. Беги с линии огня!

– [Шёлковый барьер]! – нижнюю часть монстра стало окутывать большое полотнище, вызванное стараниями жрицы Аврелии. Монстр дёрнулся в потугах освободится и выстрелил из глаза одновременно. Разрушающий луч прошёл выше, срезав башенку на одной из крыш домов и исчез в облаках.

– Это уже переходит всякие границы! – раздражённо чирикнула птичка. – Кто-то должен ответить за свои преступные эксперименты.

– Очень надеюсь, что это будем не мы, – нервно хихикнула Лили, – Как, вообще, можно победить ЭТО? Смотри, оно восстанавливается после каждого удара. Ни мечи, ни магия её не берут. У неё что, бесконечная жизненная сила?

– Не бывает существ с бесконечной жизненной силой, – пояснила птичка. – Если очень долго лупить тварь, она точно погибнет. Вот только может потребоваться века два непрерывно поливать её заклинаниями, прежде чем это случиться. Она втянула очень много людей в себя. Я не знаю точно, как это работает, но думаю, что их жизни сложились и перешли монстру.

Шёлковое полотнище продолжило обматываться вокруг чудовища, замедляя его. Монстр лишился возможности свободно передвигаться, поэтому активней стал использовать щупальца, шатаясь и брыкаясь при этом.

– Отлично! Снова битва! – заорал Фиолетовый, появившись как из ниоткуда. – Сейчас я покажу этой штуке!

– Не вздумай ей попасться, дурья башка! – заорала ему вслед Оранжевая, материализовав в своей руке огненный шар и запустив его в монстра.

Из кусков жижи, что отлетали от чудовища, когда его атаковали, стали вырастать небольшие монстры размером с человека. По форме они напоминали основного, но были гораздо проворнее.

– Сеньоры, бейте их, если сможете! – на всю плошать заорал Альварес, ткнув одного из мелких монстров. Как и обещал Обсидиан, отпрыски оказались вполне уничтожимы, поэтому атакованный южанином монстр тут же лопнул, окатив всех вокруг склизкой субстанцией. Рядом с Альваресом то же самое проделала Этна, насадив на копьё очередное отродье.

Среди посетителей площади нашлось несколько людей способных сражаться. Оправившись от первоначального шока и увидев, что могут быть полезны со своими навыками, к сражению подключились стражники, дежурившие на площади и до этого момента в основном ещё не сбежавшие. Эрлиг был городом магов, поэтому среди его жителей было не мало тех, кто мог колдовать. Все, кто нашёл в себе силы участвовать в сражении, стали запускать заклинания в отпрысков, а некоторые особо смелые даже пытались направлять волшебство в главную тварь.

– Смотрите, смотрите! – затараторила Красная, обращаясь к Фриде! – Это же господин Фиолетовый и госпожа Оранжевая! Они очень сильные.

– Но как они здесь появились? И что это с ними рядом за жрица? И где, наконец, госпожа Адель? Я престала чувствовать её последнее время, – чуть нервозно спросила Синяя, внимательно изучая, как Аврелия использует [Шёлковый барьер].

Десяток отпрысков, прыгавших на площади, кинулись в сторону Пристанища и три демоницы встали в боевые стойки, выпустив когти. За монстрами, изобразив страшную рожу нёсся Альварес.

– Сеньорита поэтесса держитесь! Я уже бегу! – гнусаво прокричал южанин, догнав одного из монстров и всадив в него Зубочистку. С другими кинулось сражаться трио, показав, что биться они тоже умеют.

– Чего у вас тут происходит? – сходу выпалила Фрида, сверкнув глазами на Альвареса. – И что это за безумное создание, которое разворотило полгорода?

– Вы не поверите, но это Мумификатор, сеньорита, – не переставая колоть, пояснил Альварес. – Точнее то, во что он превратился.

– Я так и знала, что нельзя вас оставлять одних! Вечно вы вляпаетесь во что-нибудь.

– [Малая Пепельная бомба]! – снова прозвучал голос Обсидиана. На этот раз взрыв точно поразил глаз чудовища, пытавшийся выстрелить лучом снова. Расправившись с оком, тень опять сконцентрировалась на верхушке монстра поливая его ударами фалькаты, сопровождавшиеся тёмно-синими вспышками.

На площадь прибежали пять жрецов Алой в сопровождении нескольких стражников и двух паладинов. Видимо, это кампания находилась недалеко от места сражения и добралась до монстра, как только услыхала от убегавших о происшествии. Жрецы замахали посохами и стали возводить [Пятиконечные Ячеистые Барьеры], пытаясь помочь сдержать монстра. Паладины со стражниками в свою очередь охраняли жрецов, не давая отродьям добраться до них. Идея была неплоха, но всё упиралось в слишком слабые барьеры, которые сотворяли жрецы. Шёлковое полотно Аврелии было куда эффективнее, но и оно трещало по швам под бесконечными попытками монстра освободится.

– Не хочется признавать, но старый интриган был прав. Без хороших барьеров тут не обойтись, а те пятеро жрецов явно не того уровня, чтобы сотворить что-нибудь полезное. Полотенце, которое создала Аврелия, тоже скоро порвётся, и монстр окончательно вырвется на свободу, – резюмировала птичка, усевшись на голову к Лили.

– И? Есть ещё идеи? – рыкнула Лили, продолжая обстреливать тварь огненными стрелами.

– Прости. Надеюсь у тебя хватит сил выдержать всё это, – извинилась птичка, клюнув Лили в макушку.

– Ай! Ты чего дерёшься?!

– [Remote control]! – решительно чирикнула птица.

Маленькая птичка пропала, а Лили ощутило чьё-то присутствие у себя в голове. [Багровый лук] исчез тоже, а правая рука сама протянулась вперёд, повернув ладонь вверх.

– Не сопротивляйся, это я, – Лили сказала это, но голос принадлежал, несомненно, птичке, из него только исчезло щебетание.

– Х-хорошо…

– Итак, приступим. [Последняя Преграда] для тебя будет слишком мощно, а тот клинок вполне сгодится. [Дочь Зари]! – возвестил голос на всю площадь. Рука Лили сама потянулась и достала из воздуха изогнутый эльфийский клинок, изготовленный под женскую ладонь. Сабля была почти невесомой и острой как бритва. Её рукоятку украшали несколько рубинов, алых как закат. – Мы с твоим отцом как-то сделали два клинка. [Сын Зари] остался у него, а [Дочь Зари] была у меня. Но, честно признаться, с мечами и саблями я никогда не умела обращаться и хранила его как память. Тебе он подойдёт больше.

– Я, вообще-то, сабли тоже не люблю… – начала было Лили.

– Продолжим. Теперь надо обездвижить монстра, – снова заговорила птичка устами Лили. – [Я построю свой храм на столпах возмездия, и крышу его сотку из огня]! [Рубиновый Павильон, первая версия]!

Пять полупрозрачных колонн алого цвета упали с небес на землю очертив на земле пятиугольник, внутри которого оказалось чудовище. Между колоннами появились барьеры. Над колоннами словно купол запылал огонь ярко-алого цвета, озарив всё вокруг оттенками красного. Поняв, что происходит, Обсидиан, как сумасшедший поспешил прочь из области, очерченной барьерами.

Паладины и жрецы от увиденного прекратили творить барьеры и с благоговением уставились на Лили. От этих взглядов ей стало не по себе, но сделать она ничего не могла. Таинственная птичка теперь управляла ей. Один из жрецов заплакал и начал молиться, не прекращая ронять слёзы на мостовую. Его молитву подхватили остальные служители Алого храма.

Приземлившись рядом с Оранжевой, Обсидиан развернул пред ней карту местности в зелёной рамке.

– Это карта Нижнего мира. Укажи на ней какую-нибудь пустынную область размером километр на километр, – резко заявил Обсидиан. – Там не должно быть поселений и лучше, чтобы там вообще никто не жил.

– А вам зачем? – растерялась Оранжевая, но всё же ткнула пальцем в карту. – В Изломанном кряже никто не живёт, даже трескучие там не шастают, насколько я знаю

– Отлично. Этого должно хватить. Будем надеяться, что там действительно никого нет сейчас. Я ветер, что гуляет по пустоте. И дом мне долина пела. [Обсидиановое море]! – чёрная тень, исходившая от Дориана, усилилась в разы. Небольшой иссиня-чёрный шар появился чуть правее у него над головой. Количество шипов за спиной возросло до нескольких десятков.

Оранжевая отшатнулась от Дориана, как будто узрела нечто немыслимое. Её глаза широко распахнулась. Она прикрыла рот рукой, чтобы не закричать. Фрида обернулась на остальных демониц, чтобы увидеть примерно ту же реакцию. Кроме того, волосы Синей мелко искрили, резонируя с пульсирующей тьмой Обсидиана. Демоница застыла, полностью потеряв своё надменное выражение лица.

Расправив маревом два крыла Обсидиан достал свою фалькату и уверенно сжал её в руке. Синий свет загорелся в его глазах, а воздух вокруг стал сыпать мелкими разрядами. Быстрый, словно молния, он переместился к монстру.

Перед глазами Лили всплыла небольшая рамка в которой появился текст. <Обсидиан приглашает вас в группу>. <Да>. <Нет>.

– Это ещё что такое? – удивилась Лили.

– Хочет избежать дружественного огня, – усмехнулась птичка внутри головы Лили. – Но я не могу винить его за это. Выберем <Да>!

Глава 14. Моменты сожаления

Барьер в виде павильона оказался куда эффективнее полотнища, которое использовала Аврелия. Сформировавшись окончательно, [Рубиновый Павильон] сумел сковать монстра. Чудовище билось о полупрозрачные стены, но не могло проломить их. Когда монстр касался барьера, его тело обугливалось, но способность регенерировать тут же восстанавливала опалённые части.

Как только Лили нажала кнопку, Обсидиан пролетел внутрь барьера с монстром. До этого даже он не решался пересечь алые стены. Не дожидаясь, пока монстр заметит его, Дориан выставил вперёд левую руку и запустил волну пепла, окутавшую монстра. Пока тварь разбиралась с бурей, которая, как наждачная бумага, сдирала слой за слоем, Обсидиан в очередной раз водрузился на макушку монстра и воткнул свою фалькату прямо в центр его верхушки. Раздался оглушительный рёв. Тело монстра стало расползаться сверху вниз, как будто спелый апельсин разделили на дольки. Монстр обезумел, начав метаться и биться о барьеры, пытаясь стряхнуть Дориана с себя. Похоже, что последняя атака причиняла чудовищу действительно сильную боль, по сравнению с которой ожёг от барьера было просто пустяком.

– А я догадалась, почему он был настолько слаб всё это время, – в голове у Лили послышался знакомый птичий голосок. – Подумать только. Выходит, что весь Нижний мир обрабатывается и функционирует за счёт мощности одного существа?! Абсурд! Нелепица! Сколько же на это потребовалось вычислительной мощности? А мы всё гадали, как ему удалось обособить такой большой кусок системы, сотворив в нём Нижний мир, а он ничего и не брал, просто воспользовался собственными силами. Конечно, многие из нас имеют свои «миры», но это крайне ограниченные по площади измерения, не более города по протяжённости. Но Нижний мир, как минимум равен континенту! Как?! Как, скажите мне на милость, он это сделал?

– Ты сейчас о чём вообще?

– Ты не слышала, как он попросил указать демоницу пустой участок на карте Нижнего мира?

– Слышала. Ну и что?

– А то, что сейчас по общему логу прошло сообщение, что некий участок был отключен от обработки системой. Корпускул ошибся. Обсидиан не лишился своих сил, и не стал слабее. Просто все его силы уходят на поддержание целого обособленного измерения!

Площадь стало заволакивать пеплом. Потоки серого марева сгущались, вращаясь вокруг монстра. В какой-то момент мельтешение стало настолько плотным, что вокруг было уже ничего не разобрать. Лили находилась достаточно близко к чудовищу, чтобы видеть, как оно беснуется внутри [Рубинового Павильона]. Всё, что находилось чуть дальше от монстра, заполнил густой пепельный туман. Лили пригляделась. В плотности пепла стали мерещиться, как миражи, разные видения. Ей показалось, что она не на площади в центре города, а где-то в пустоши. Там в дали за туманом виднелись полуосыпавшиеся башни разрушенных крепостей, вперемешку с обломками стен, наваленные в груду. А дальше раскинулась бескрайняя равнина, по которой гулял лишь ветер, перенося с собой пепел и пустоту, освещённые тусклым светом заблудившейся в мареве луны, пытавшейся пробраться сквозь бесконечную пелену.

– Подключил локальное домашнее пространство. Похоже, он настроен серьёзно, – голос птички вывел Лили из состояния транса, и видения исчезли, как их и не было. Не существовало ни развалин, ни равнины, ни блёклой луны.

– Я видела нечто подобное, когда Змейка мутузила норда в городе эльфов.

– Да, надо будет поблагодарить её за тот раз, – чирикнула птица. – Если бы не она, неизвестно, чем бы закончилась бойня у эльфов.

– Что такое домашнее пространство?

– Локальное домашнее пространство, – поправила Лили птичка. – Это небольшая область, в которой одно конкретное существо может управлять единолично множеством параметров. Внешний вычислитель позволяет создавать подобные пространства на ограниченное время. Если объяснить по-простому, Обсидиан становится сильнее внутри круга, где летает пепел.

– И он может запросто творить такое?!

– Не запросто, но и не только он. Я тоже могу и Змейка, и все остальные, кто способен создать вычислитель. Проблема в том, что поддержание забирает почти все силы. Локальное домашнее пространство – это экстренная мера, направленная на решение неотложных задач.

– Что ж, я думаю, сейчас самая настоящая неотложная задача.

– Согласна. Если интересно, домашнее пространство Змейки называется [Мир Монстров]. То, что сейчас создал Обсидиан имеет название [Белый Шум].

– А у тебя?

– [Рубиновый Павильон], – гордо заявила птичка.

– Но ты же не использовала сферу или этот вычитатель.

– Вычислитель, Лили. Эта круглая штука называется внешний вычислитель. Пора бы уже запомнить.

– А я как сказала? И ты не ответила на вопрос. Как?

– Секрет! – свистнула птичка.

– Так не честно!

– Считай, что это тебе задание от меня. Узнай, как [Рубиновый Павильон] работает без вычислителя!

– Мне только этого ещё не хватало, – пожаловалась Лили.

– Не капризничай. На самом деле все факты тебе уже известны. Осталось только их сложить и решить задачу. Но это может и подождать. Сейчас наблюдай внимательно, как действует Обсидиан. Похоже, он решился на финальный заход.

Обсидиан продолжил наносить удары, которые заставляли монстра расползаться по швам, пока в центре туши не показался белый матовый куб, испускавший пульсирующее свечение через сотню прожилок, выгравированных на его гранях. Обсидиан, очевидно, этого и добивался. Заметив артефакт, он престал кромсать монстра фалькатой. Вместо этого он вдруг схватил в руку сферу, парившую рядом и запулил её прямо в куб.

– [Пепельная бомба] – выкрикнул Обсидиан, обратившись в тень, мигом вылетевшую из [Рубинового Павильона]. – Алая, держи свои барьеры, как можно крепче! Остальные, бегите отсюда! Сейчас будет взрыв!

– Да ты издеваешься! – крикнула Лили голосом птички, обоими руками схватившись за меч.

Последовавший за этим подрыв затмил своим шумом всё на свете. Грохот, словно созданный тысячей заклинаний как снежная лавина заволок площадь. Звук был настолько громкий, что люди попадали на землю от его ударной волны. [Рубиновый Павильон] заскрипел, будто сухое дерево. По его поверхности пошли обширные ветвистые трещины, придавая барьерам замысловатый ломаный узор. А внутри пространства, ограниченного стенами барьера, бушевал настоящий ураган, перемалывая как мясорубка, остатки грозного монстра.

Не смотря на все старания Алой, барьер не выдержал и разлетелся. Людей на площади повышвыривало в разные стороны. Лили спасло то, что пред ней возникло несколько новых барьеров, которые успела сотворить Рубиниэль за миг до того, как ударная волна, потерявшая сдерживающий фактор, распространилась по окружающему пространству. А как только удар прошёл, на всех вокруг с неба повалились ошмётки монстра, разорванного в клочья взрывом [Пепельной бомбы]. Остатки, не долетая до земли, стали рассыпаться в золу.

– Что это было… – еле выдавила из себя Лили.

– Псих всех чуть не угробил… – таким же потерянным голосом ответила ей птичка, снова сидевшая на плече у лучницы. – Как он это провернул? Даже [Рубиновый Павильон] не выдержал. Никогда бы не додумалась использовать внешний вычислитель как бомбу. Интересно, удастся повторить такое с Алой сферой?

– Меня не спрашивай, я в этом всё равно ничего не понимаю, – поморщилась Лили, осмотревшись в сгустившемся тумане.

– И зря. Ведь способность контролировать сферу-вычислитель и отличает бога от обычного резидента мира, – назидательно чирикнула птица. – Боги не совсем то, что вы под ними понимаете. Единственное фундаментальное различие между нами и остальными, это возможность использовать ресурсы системы в том числе и через функционал внешних вычислителей.

– Но им могут пользоваться не только боги. Старуха Августина до этого прекрасно его применяла. Да даже я могу!

– А может сестра Августина сделать новую алую сферу?

– Понятия не имею, – честно призналась Лили. – Но моя мать точно могла, я сама видела, как она создавала новый камень-лечилку, когда старый разряжался.

– Ах, да… Марта Купер, Мартиана фон Ротте… А если я скажу, что такого человека никогда не существовало?

– Она моя мать, не обижай её память! – огрызнулась Лили.

– Дело в том… – тяжело вздохнула птичка, словно решившись на что-то серьёзное. – Что вся эта история началась только потому, что одной глупой богине стало скучно. И она решила поглядеть, что делается в мире. В какой-то момент она почувствовала, что в роду, который её почитал на протяжении нескольких сотен лет случилось трагическое событие. Только что родившийся ребёнок умер, едва появившись на свет. Это девочка была последним представителем рода фон Ротте. Богине стало жалко, что люди, почитавшие её так долго, угаснут, но сделать было уже ничего нельзя. Жизнь покинула кроху. И её душа уже ушла в цикл перерождения в поисках новой судьбы. Тогда богиня решила, что займёт её место. А поскольку это был сумбурный поступок, сиюминутный порыв, то, естественно, всё пошло наперекосяк. Вселившись в тело без должной подготовки, глупая богиня забыла, кто она такая. Так появилась на свет женщина по имени Мартиана фон Ротте.

– Но…

– Девочка росла на редкость талантливой. Особенно ей удавались барьеры, поэтому её отдали в обучение к жрецу. Но стать послушницей у юного дарования на вышло. Догматы Алого храма никак не хотели откладываться в детской голове. Девочка почему-то чувствовала, что жрецы, вещавшие ей о праведности и смирении, не отличались ни первым, ни вторым. Они в общей своей массе просто использовали храм как организацию в своих целях, прикрываясь благородными идеалами. И девочка решила, что ей с ними не по пути.

– Подожди, но… – Лили поняла, что слова застревают у неё в горле железным комком.

– Разочаровавшись в Алом храме, девочка, а точнее уж девушка, поступила в университет магии и даже сумела сразу заработать стипендию. Профессора были в восторге. Ведь перед их глазами расцветал настоящий самородок, – последнюю фразу птичка произнесла с какой-то особенной горечью. – Если ты богиня, пусть даже и не помнишь этого, естественно, всё будет получаться само собой. Но девушке было мало. Она решила, что нужно непременно свершить что-то особенное, невероятное, уникальное. И девушка не нашла ничего лучше, как призвать демона. Этельред сначала не понял, что произошло, но почти сразу догадался, кто его на самом деле вызвал. Жаль, он не нашёл в себе сил образумить богиню. Он решил, что ему повезло и с энтузиазмом принял правила игры.

– Ты сейчас об отце?

– Финал тебе известен. Эт никогда не отличался уравновешенностью, а увидев, что меня пытаются казнить, окончательно слетел с катушек. Море трупов на площади – вот закономерный финал необдуманного поступка. Прости, Лили, сейчас всё, что я могу, это извиниться перед тобой, профессором Форшером, Жюли, Джеймсом и всеми теми, кто пострадал из-за меня тогда и сейчас.

Птичка встрепенулась и вспорхнула с плеча Лили, отлетев на несколько метров. Птаха растаяла в окружавшем её пепле, а за место неё появился полупрозрачный силуэт девушки в платье, состоящем из множества оттенков красного, будто лоскутное одеяло.

– Если бы я с самого начала просчитала все риски своего опрометчивого поступка, скольких жертв удалось бы избежать. Они почитали меня, понимаешь? Верили в меня. А я натравила на них демона. Растоптала их чувства и надежды. Я недостойна их молитв! Более того, ситуация повторилась, и Джеймс сошёл с ума. Он искренне верил, что может воскресить Марту. Но это было невозможно. Марты Купер не существовало, а я не была мертва. Но откуда ему было знать об этом? Если бы я явилась ему раньше, никакого ужаса не получилось бы! – голосок девушки сорвался на крик, а лицо искривилось в гримасе. – Столько людей погибло опять. Ты этого не видишь, но лог переполнен сообщениями о смертях. Сообщения системы уже заполонили все информационные окна. Смерть сыплется отовсюду.

– Ты не смогла открыться Джинглу?! И это главное, что тебя волнует? А ты хоть знаешь, что со мной стало, после того, как те гады спалили ферму! – вдруг выкрикнула Лили со злостью! – Может объяснишь мне, что это был за фарс? В сторону дядю Джеймса, но неужели нельзя было как-то дать знать хотя бы мне?!

– Лили… Нужно было сделать так, чтобы тебя не раскрыли. Мне пришлось носить личину Красной ведьмы до конца. Ты не представляешь, что случилось бы, доберись люди Эдема до тебя. А уж они сумели бы разобраться.

– Да какое им дело до меня?! Я просто Лили Купер. Просто авантюристка-рейнджер, каких миллион бродит по миру. Что они хотели получить от меня? Знание, как пользоваться луком и стрелами? Или, может, великую тайну свежевания кроликов в походных условиях?!

– Ошибаешься. Ты – сокровище этого мира.

– Скажешь тоже… Хорошо сокровище.

– Ты просто не понимаешь всей серьёзности сложившейся ситуации. Даже я не сразу догадалась.

– Прекрати говорить загадками! – рыкнула Лили. Её лицо на миг приняло демонические черты.

– Я начала осознавать настоящую себя примерно, когда тебе исполнилось пять, – погрустнела девушка. – Вначале это были просто обрывки воспоминаний и головные боли, которые не давали мне покоя и лишали сна. Но постепенно общая картина стала складываться у меня в голове, как пазл, состоящий из тысяч кусочков. И воспоминания окончательно вернулись за пару лет, до печальных событий на ферме. Я с трудом смогла справиться с нахлынувшим шоком. Мне стоило больших усилий скрыть это от тебя и жить как прежде.

– Я помню, ты вдруг стала, как сама не своя тогда, – буркнула Лили.

– Да, и осознав, что натворила, я пришла в ужас, который не отпускает меня до сих пор. Но больше всего мне стало страшно за тебя. Дочь Огня слишком лакомый кусок, чтобы его не попытались использовать многие. А когда явились люди Эдема, да ещё и под личиной охотников на ведьм, я решила, что тебя нужно обезопасить. И лучшим вариантом было порвать все связи. Прости, Лили, моё сердце разрывалось, когда я решила оставить тебя одну, но это был лучший выход из положения.

– Инсценировать свою смерть? Оставить дочь круглой сиротой? Это был твой лучший выбор?

– Но он позволил скрыть тебя от людей Эдема. Нам повезло, они не опознали меня, как Рубиниэль. Эти олухи до последнего думали, что сражаются с Мартой Купер, Красной ведьмой. Да и выяснилось, что пришли они за сферой. Она была нужна им для какого-то эксперимента. Я дала им бой, а затем применила [Жертву], чтобы мои противники не смогли понять, что сражаются с существом другого порядка, а списали всё на применённое чудо. Они поверили. Я сумела победить двоих и подставилась под меч третьего, сымитировав, что [Жертва] забрала мои силы. Всё шло хорошо, пока не ворвалась ты в образе демона и не оторвала одному из них руку. Четвёртый схватил сферу и удрал через портал, а затем явились Макбэйны и увидели, как Марта испустила дух. Пусть и не без огрехов, но дело было сделано. А люди Эдема решили, что ты простой призванный мной демон и не стали тебя преследовать, посчитав, что миссия по отъёму сферы завершилась успешно.

– И ты не могла хоть как-то дать знать после этого? Я же все глаза выплакала!

– Нельзя! Даже сейчас, общаясь с тобой, я подвергаю тебя огромной опасности и риску. После того боя в пещере, они станут разнюхивать и докопаются до истины. Особенно Корпускул. Он никогда ничего не забывает. Может и хорошо, что ты подалась в авантюристы? Если постоянно перемещаться, то тебя будет сложнее отследить. Тем более под защитой старого интригана.

– Мам, – улыбка неожиданно появилась на лице Лили. – Что-то не похоже, что ты воюешь с Обсидианом. Получается, что святоши-проповедники из Алого храма всё врут?

– Не стоит их винить за это. Людям свойственно искать того, кого надо боятся, иначе им становится ещё страшнее. Зло очевидное всегда предпочтительнее, чем зло абстрактное, – выражение лица Рубиниэль сделалось печальным. – Если есть много времени и желания, можешь попытаться переубедить их, но, что-то мне подсказывает, затея будет заранее обречена на провал.

– Ещё бы… Кстати, насчёт Дориана. Или Обсидиана. С ним ведь всё сложно, да?

– С ним никогда не было просто, – пожала плечами Рубиниэль.

– Надеюсь, он не пострадал после взрыва. Я имею ввиду Дориан. Обсидиана я недолюбливаю, если честно.

– Я видела, как он убирался прочь от ударной волны, – ответила Рубиниэль. – Сомневаюсь, чтобы он подставился под свою атаку. К тому же есть хороший способ проверить, если вы состоите в группе. Разверни пальцы вот в таком жесте, и появится рамка.

– Ни чего себе! – вскрикнула Лили, когда после её жеста действительно появилась окошко с информацией. – Я видела, как Обсидиан проделывал такое. Я пыталась за ним повторять, но у меня ничего не выходило, сколько бы я ни пробовала.

– Потому что для вызова консоли нужно, чтобы тебе разрешили ей пользоваться. Легче будет понять на практике. Видишь надпись <Группа>? Ткни туда пальцем.

– О! действительно! А что это?

– Тебя пригласили в группу. Там должен быть ещё участник, не считая тебя саму.

– Точно их там целых два!

– Два?!

– Ну, Обсидиан и Дориан – это ведь двое. Вот они и записаны. А у Дориана ещё фамилия неправильно указана, – ухмыльнулась Лили.

– Нет. Должно быть высвечено истинное имя, под которым тебя распознаёт система. Если тело одно, то и имя одно. Ты что-то не то открыла. Прочитай, что там написано.

– Новая группа. Лидер – Обсидиан, – начала перечислять Лили. – Далее Иллилидель Рубиниэль.

– Всё правильно. По давней традиции вторым именем женщины пишется имя матери.

– Дориан Эдем, – закончила список Лили.

– Чего?! – вскрикнула Рубиниэль.

– А я про что и говорю! У Дориана неправильно написана фамилия. Он же Нордвинд, а тут Эдем какой-то. Я уже несколько раз слышала про «Эдема». Вот и сюда он тоже влез, проныра.

– Забудь, что ты сейчас видела и никому не говори, – зашептала Рубиниэль. – За одно это знание можно заплатить жизнью или даже чем-то большим. А если мальчишка узнает, что есть ещё один Эдем, начнётся война, которой не видел свет.

– Может, Дориана спросить?

– Лили, пообещай мне, что никому не расскажешь и никого, даже Дориана, не будешь спрашивать об этом. А я постараюсь разузнать всё по своим каналам. Тихо! Кто-то идёт.

– Марта?! – раздался удивлённый возглас Форшера, который, прихрамывая на правую ногу, выпрыгнул из тумана, опираясь на посох. – Когда в этом проклятущем дыму я услышал твой голос, то решил, что сам оказался в загробном мире!

– Рада вас видеть, профессор, – поклонилась девушка, печально улыбнувшись. От её растерянности не осталось и следа.

– Я ведь не сошёл с ума? Это правда ты? – заплетающимся языком проговорил Форшер, внимательно вглядываясь в полупрозрачную фигуру.

– И да, и нет, – уклончиво ответила девушка.

– Не постарела ни на миг… – снова пробормотал профессор. – Как это возможно?

– Вы хотите, чтобы девушка рассказала вам свой самый главный секрет?

– Нет уж, хватит с меня тайн и загадок, – отмахнулся Форшер.

– А вы там Дориана не видели? – аккуратно поинтересовалась Лили.

– Он копается в туше монстра, или в том, что от него осталось. Ищет что-то, – сощурился Форшер. – Я хотел ему помочь. Но он сказал, что справится сам.

– Пытается найти вычислитель, оставшийся после чудовища, – догадалась Рубиниэль. – Старый интриган из всего извлекает выгоду. Каждый раз поражаюсь этой его способности.

– Смотрю я на тебя и думаю, – пригляделся Форшер к полупрозрачному силуэту. – Если взять во внимание ту странную говорящую птицу, то рискну предположить, что ты стала посланницей Алой богини. Насколько я знаю, у неё должны быть крылатые посланники. Я прав?

– Боюсь, что нет, – улыбнулась Рубиниэль, подмигнув Лили.

– Да, профессор, – рассмеялась Лили. – Вы совсем немного ошиблись.

– Я не могу быть посланницей Алой по одной простой причине, – Рубиниэль выпрямилась. Её взгляд стал далёким и недостижимым. Что-то благородное появилось в её образе. – Нельзя быть посланником самого себя.

Форшер вытаращил глаза, уставившись на собеседницу. Осознание пробрало его до костей, как ледяной ветер в середине зимы. Гюнтер многое повидал за свою жизнь. Его было действительно сложно обмануть. Но все из его чувств точно говорили, кто стоит пред ним сейчас. Слова Марты были чем угодно, только не ложью. И это казалось немыслимым. Невозможным. Невероятным. Девушка, представшая перед ним, излучала такую гигантскую силу и мощь, что заставляло замирать в неподвижности от увиденного.

– Потроха тролля! – простонал Форшер. – Это что же? Мы пытались сжечь на костре Алую богиню? Мы?! Жители Эрлига чуть не спалили наше же божество?!

– Успокойтесь, профессор, – примирительно начала Рубиниэль. – Это я должна просить прощения. Если бы вы знали, как мне стыдно и плохо.

– Нет, нет. Что вы! Как можно! – замахал руками Форшер. Его лицо побледнело и покрылось испариной. – Скажите, как мы можем загладить свою вину?

– По-моему, ты переборщила. Он аж весь затрясся, – шепнула Лили.

– Профессор, прекратите кланяться. Прекратите сейчас же! Иначе я действительно рассержусь, – сделала серьёзный вид Рубиниэль.

– Но как же иначе? – ответил ей Форшер, прекратив, наконец, отбивать поклоны.

– Интересно, чтобы стало с сестрой Августиной, предстань ты перед ней, – хихикнула Лили. – Старуха, поди, стала бы биться в истерике от экстаза.

– Лили! – укоризненно покачала головой Рубиниэль.

– Ну, что?

– Сестра Августина – действительно искренне верит. Её не интересуют мирские ценности. Она очень квалифицированная и порядочная жрица. Одна из немногих.

– Вот уж дудки. Твоя порядочная жрица пыталась нас всех угробить.

– Потому что думала, что творит доброе дело.

– Значит, творить дичь под благоверным предлогом, это нормально? – вспылила Лили, сверкнув глазами.

– Если позволите, – осторожно вмешался Форшер. – Я тоже думаю, что Августина на посту первой жрицы Эрлига перегибает палку. Городу от неё житья нет.

– Не часто выпадает шанс нажаловаться на архижрицу её самому главному начальству! Это, наверное, первый случай в истории, – Рубиниэль еле сдержала порыв смеха. – Простите, профессор, со жрицей вам придётся разбираться самим, но я подозреваю, что теперь она будет более покладистой.

– Это ещё почему?

– Увидишь, Лили. Всему своё время.

– Вот всегда так… – буркнула лучница.

– Профессор, у меня будет к вам просьба, – обратилась внезапно Рубиниэль к Форшеру, посерьёзнев, – Извинитесь за меня перед Жюли. Всё это время я думала, что это она предала меня в тот раз.

– Мне кажется, что она обрадуется, если вы скажете ей это лично, – начал было Форшер, но тут же замолчал, прикусив губу. Девушка в красном платье сделалась ещё больше прозрачной, превратившись в едва заметный силуэт.

– Лили, профессор, простите. Кажется, силы этой проекции на исходе, и мне пора уходить.

– Подожди, мама! – выкрикнула Лили, протянув руку. – Я так много ещё хотела тебе сказать. Мы ведь увидимся снова?

– Определённо! – улыбнулась девушка, помахав рукой, и окончательно растворилась в воздухе. – И передай Аврелии, что я на неё не сержусь, а то бедная девушка затравит себя до смерти. До новых встреч!

Рубиниэль растаяла в воздухе, словно утренний ветерок растворился в тумане. Лили вздохнула. Не смотря на расставание, на душе почему-то было хорошо. Умиротворяющее безмолвие молоком тумана обволакивало мысли, заставляя надеяться на лучшее. Какие-то звуки вдруг стали слышны сквозь дымку пелены. Где-то молился жрец. Кто-то бродил по мостовой, старательно выстукивая сапогами ритм шагов. Может, стражник? Вдалеке приглушённо галдели ещё люди. С другой стороны доносилось причитание старой женщины. Скрип телеги, или чего-то ещё еле пробивался до острых ушей лучницы.

Лили оглянулась по сторонам, приметив следы недавней битвы. Брусчатка площади была разворочена почти повсеместно, рядом то лежали, то торчали осколки Алого щита, оставшиеся после того, как раскололся Рубиновый Павильон. Виднелась даже парочка обсидиановых шипов, не успевших рассыпаться в пепел. Кстати о пепле. Его валялось вокруг просто горы. Ветерок перетряхивал их, гоняя по местности лёгкими порывами.

– Что это было за видение? – выждав небольшую паузу, сказал в никуда Форшер.

– Ушла… – чуть всхлипнула Лили.

– Послушай, – Форшер начал приходить в себя. – Она ведь и правда Алая богиня, понимаешь? Ты дочь Алой богини!

– И что? – отрешённо ответила ему Лили. Новость о том, что её мать на самом деле совсем не та, за кого себя выдавала, как-то уж слишком спокойно прижилась в голове у Лили. Она просто приняла это и всё.

– Если храм узнает, Будет переполох мирового масштаба! Тебя попытаются вовлечь в оборот многие странные личности и силы. Шутка ли, живая дочь богини ходит по земле, разговаривает. Одним словом, чудо небес. Потроха тролля, я до сих пор не могу отойти от увиденного! Как я сразу не догадался? В Марте всегда было что-то особенное, а я никак не мог понять что, старый я болван!

– А, по-моему, ерунда всё это, – отмахнулась Лили. – Богиня там она, или кто ещё, это не важно. Главное, что монстра удалось победить. Мы стоим с вами здесь, окружённые туманом со всех сторон, и кажется нам, что кроме этого марева ничего и нет вокруг. Но сейчас туман рассеется, и пред нами опять появится одна разруха и разрушение. Куда ни пойдёшь, везде одинаковая жуть. Кто-то каждый раз пытается плести свои козни и устраивает простым людям разорение и нужду. И всегда у этого типа всё удаётся. Почему только хорошие начинания заканчиваются ничем? А плохие, даже если они провалились, сопровождаются проблемами для окружающих? Несправедливо это. Неправильно.

– Если б я знал, Лили, что ответить тебе на это, – с сожалением произнёс Форшер. – Но я могу разве что руками развести. Наш мир всегда был таким. Я только надеюсь, что когда-нибудь в будущем жизнь изменится к лучшему и плохие люди престанут мешать хорошим.

– Да, я не жалуюсь. Наоборот, я прыгать от радости должна. На ушах стоять. И песни петь под глупую музыку. Мамка ведь моя жива оказалась. Правда, что-то совсем не весело. Наверное, нужно время, чтобы осознать всё это. То, что она что-то скрывает, я это с детства знала. На крестьянку она похожа совсем не была. Это я выросла на ферме, не она. В отличие от меня у неё ума всегда много было. Учёность очень хорошо видно, когда вокруг одни поля да животина. А я маленькая воображала, что на самом деле мамка моя сбежавшая принцесса из далёкого-предалекого королевства и однажды приедет к нам целая делегация на двадцати позолоченных каретах и позовут мамку, а заодно и меня обратно во дворец. У Тома Макбэйна челюсть бы отвисла до земли, всей деревней бы подымали.

– Правда оказалась куда интереснее.

– Не то слово. Одной мамки-богини хватило бы за глаза и за уши. Так мне ещё говорили, что мой папаша курфрюст, или как его там. Не знаете, есть у курфрюстов дворцы?

– Курфюрст?! О чём ты?

– А, так вы ж не в курсе, – опомнилась Лили, поняв, что сболтнула лишнего. – Хотя мама вам вроде доверяет, ведь не будет хуже, если скажу?

– Подожди, подожди. Дай сообразить. В-выходит тот демон, Ээтир, был курфюрстом Нижнего мира?! Правитель Стаи зовётся Этельред. Ты хочешь сказать, что это был он?!

– Точно. Этельред! А я ведь и забыла, как его правильно зовут.

– Безумие... Дочь Алой богини и верховного демона! В очередной раз удивляюсь, как в нашем мире сочетаются, казалось бы, совсем несовместимые вещи, – устало посетовал Форшер.

– Отец – огромный дракон! Я уже говорила с ним однажды… У себя в голове, – начала хвастаться Лили. – Когда разгребём весь этот бардак, я вам обязательно расскажу, как это было. И мама там тоже была. Они так смешно ругались между собой, словно и не ругались вовсе!

– Ловлю тебя на слове, – кивнул Форшер. – Мне и самому нужен отдых после событий сегодняшнего сумасшедшего дня. А увлекательную историю я бы с удовольствием послушал. Интересно, ваше заведение ещё работает?

– Обязательно! Если гости не сожрали все запасы, закатим пир вечером! И всех-всех позовём. Даже глупого герцога. Да, даже пусть старуха Августина приходит! Мне не жалко! – расхорохорилась Лили.

– А для одного усталого мага найдётся местечко? – наигранно спросил Форшер.

– А то, профессор! Пойдёмте, отыщем в этом тумане путь в Пристанище Красной ведьмы.

Пепел медленно оседал на мостовую площади неровным потоком. Постепенно туман стал рассеиваться, освобождая очертания окружающих домов от обволакивающего плена. Стали видны силуэты многочисленных людей, бегавших туда-сюда. Где-то дальше раздавался громогласный голос герцога. Рудольф отчитывал солдат, которые всё-таки притащили одну пушку на площадь, но сделали это слишком поздно, и теперь воинам предстояло волочь орудие назад. Появились команды целителей и жрецов, помогавших раненым. Город начинал приходить в себя после случившегося апокалипсиса. И в этой странной суетливой обстановке совсем незамеченными были две фигуры, неторопливо бредущие сквозь дымку тумана.

Интерлюдия 6. Пробуждаясь ото сна

Юджин открыл глаза. У него никак не получалось определить, где он находится. Стены комнаты были выкрашены в бежевый монотонный цвет. Рядом на штанге гудела какая-то странная аппаратура. Часть проводов от неё уходила прямиком к левой руке Юджина. Приподнявшись на локтях, Юджин осмотрелся по сторонам. Понимание, что он находится в больничной палате, потихоньку пришло к нему. Юджин стал соображать, что произошло, но воспоминания словно утренний туман ускользали от его сознания. Последнее, что ему удалось вспомнить, как его взяли в плен, когда он был в городке эльфов. Юджин был тем самым учеником жреца Иеронима. Но это была всего лишь роль. Он вообще оказался там случайно. Его основное место работы – это одел разработки. Неугомонные тестировщики просто уговорили его выехать в «поле» тогда, чтобы он, как начинающий разработчик, лучше понимал механику системы.

Картинки прошлого потихоньку стали проявляться, как фотографии. Юджин вспомнил, путь в Эрлиг и засаду на дороге, а дальше была только тишина.

– Там меня, видимо, и убили… – пробормотал он, прикрыв глаза ладонью. Яркий свет от окна, расположенного за изголовьем кровати больно слепил и не давал сосредоточится. Его вывел из раздумья быстрый звук каблуков.

– Аппаратура показала, что вы пришли в сознание, – в дверном проёме показалась приветливая медсестра. – Как вы себя чувствуете? Мы немедленно послали за доктором, он прибудет через пять минут.

– Где я? – оказалось, что выговорить простую фразу было очень непросто. Язык был тяжёлый и совершенно не слушался.

– Вы в центральной больнице Прайма. Господин Эдем лично распорядился переместить вас в индивидуальную палату, как только ваше тело удалось восстановить после… Доктор лучше объяснит, давайте дождёмся его.

Врач пришёл через двадцать минут и не один. Вместе с ним заявилось трое посетителей. Доктор неодобрительно смотрел на окружившую его компанию и всем видом показывал, что гостям надо переместиться куда-нибудь ближе к выходу, однако быстро сдался под напором важного человека в синем костюме. Юджин потерял только что обретённый дар речи, когда понял, что к нему в палату наведался сам господин Эдем, президент одноимённой компании, в которой Юджин занимал рядовую должность. Рядом с главным босом стоял тучный высокий человек, которого многие знали, как жреца Иеронима, но сейчас на нём не было рясы. Вместо неё здоровяк оделся в джинсы и широкую безразмерную толстовку. Единственное, что осталось неизменным, это его лысая голова. Третьим посетителем был Рональд Миллер, более известный в компании под прозвищем Вечный Рон. Глава отдела контроля.

– Лежите, не вставайте, молодой человек, – сходу начал Эдем. – В первую очередь разрешите поблагодарить вас за образцово выполненную работу. Если бы все наши сотрудники отличались такой похвальной инициативой, половины проблем удалось бы избежать на стадии их формирования.

– С-спасибо, господин Эдем, – только и смог промямлить Юджин. – Не стоило так беспокоиться.

– Полно вам, – дружелюбно продолжил главный босс. – Ни о чём не переживайте. Все медицинские расходы компания полностью берёт на себя. Я хочу, чтобы люди знали, что мы своих не бросаем.

– Вы очень добры, господин Эдем, – чем дольше продолжался этот диалог, тем больше Юджин не понимал, почему удостоился такой чести, и что всё-таки произошло.

– Вы сейчас, скорее всего, ошарашены и ничего не можете сообразить, – догадался Эдем. – Ваш коллега всё объяснит. Рон, иди сюда и расскажи ему, что случилось.

– Но пациенту нужен покой, – начал возмущаться доктор.

– Мы займём буквально минуту его времени, – властно осадил врача Эдем.

– Не буду тянуть, – обратился к Юджину Рон. – Тебя подстрелили в битве. Но это половина беды. При потере жизни нерезидент мира просто восстанавливается в Прайме, ничего необычного. После смерти система должна была возродить тебя без каких-либо проблем. Но этого не произошло, потому что в твоё тело призвали демона и ID оказался занят. Мы целый месяц пытались вытащить тебя, пока одному очень хорошему специалисту не удалось победить этого демона. После чего уже сама система отказывалась тебя восстанавливать, ссылаясь, что прошло очень много времени с момента гибели. Потребовалось экстренное вмешательство руководителя моего отдела, и даже у неё возникли трудности. Но она сумела переписать нужный участок кода и всё обошлось.

– Поэтому, – продолжил за Рона Эдем. – Мы просим вас… не распространяться об инциденте, тем более, что он вроде как исчерпан. Вы же понимаете, чем всё это может обернутся для компании, если ваш случай будет передан огласке?

– К-конечно, господин Эдем. Можете рассчитывать на меня. Со мной проблем не будет.

– Какое облегчений, – воздохнул Эдем. – Я рад вам сообщить, что уже подписал приказ о вашем премировании. И мы предоставим вам двухмесячный отпуск. Слетаете на Дельту-Восемь. Отдохнёте. Наберётесь сил. Теперь вы двое! Пострадавший ожидает извинений.

– Прости Юджин, – Иероним выступил вперёд. – Нам действительно очень жаль, что так получилось. Нам нет оправдания.

– Всё нормально! – вид потупившего взор здоровяка-Иеронима, одного из старейших и опытных оперативников не на шутку ошарашил Юджина. Он даже привстал со своей кровати.

– Прекратите немедленно! – в ситуацию вмешался доктор, и вид его решительного выражения лица говорил о том, что сейчас посетителей будут выгонять силой. Гости во главе с Эдемом поспешили ретироваться, оставив подарочную корзинку с фруктами и сладостями на тумбочке у стены. Выйдя в коридор, троица проследовала дальше к выходу, провожаемая бдительным взглядом рассерженного врача.

– Ну, что думаете, будет мальчишка держать язык за зубами? – спросил Эдем своих спутников. От его доброжелательности не осталось и следа, вместо этого появилась традиционная гримаса раздражения и нервозности.

– Всё будет хорошо, – спокойно ответил Иероним.

– Если общественности станет известно, что мы не можем гарантировать безопасность даже наших сотрудников, то акции компании улетят в тартарары, а инвесторы сожрут нас с потрохами!

– Юджин – славный малый, с ним не возникнет сложностей, – продолжил успокаивать босса Иероним.

– Хорошо… С этой проблемой разобрались. Рон, у меня к тебе ещё один серьёзный разговор. Поступило сообщение, что Обсидиан возродил проект «Белый Шар». Мне вчера на стол лег отчёт твоей подчинённой Люси Грабс. Так уж вышло, я должен извиниться, она и моя подчинённая тоже, и изначально она копала под тебя.

– Что?!

– Да успокойся ты! – примирительно шикнул Эдем. – Всё с тобой в порядке. Люси – кадровый сотрудник службы безопасности нашей компании. Это её работа. Так, что произошло с «Белым Шаром»? Неужели Обсидиану удалось добиться успехов, где не преуспели мы?

– Я в курсе, что там случилось непонятное, – честно признался Рон. – Но она не отсылала мне ни каких отчётов ещё. Я до сих пор жду. Из других источников поступают противоречивые сведения.

– Тогда я тебя просвещу. В городе Эрлиг в результате столкновения групп Люси Грабс и Обсидиана, последний сумел вызвать искусственного бога. Пострадало много народу, включая оперативников. Но самого страшного удалось избежать, поскольку Люси смогла вовремя ликвидировать это создание.

– У меня немного другая информация по этому инциденту, – застыл на месте Рон.

– Мы будем придерживаться версии Люси Грабс, – недружелюбно выпалил Эдем. – Смотри сюда. Я просил тебя разобраться с Обсидианом. У тебя не вышло. Проблему надо решить раз и навсегда, поэтому перепоручаю это дело Солнцеликому. Он сейчас на пике своих сил, а Обсидиан ослаблен перерождением. Пусть Солнцеликий с ним разберётся.

– Алл будет недовольна.

– Рон, не напоминай мне о старой карге. Создание искусственных богов – серьёзное правонарушение, а она даже пальцем не шелохнула. Подумай об этом. Наверняка она во всём замешана.

– Алл и Обсидиан терпеть друг друга не могут, – попытался объяснить Иероним. – Они не станут работать вместе.

– Я тебя умоляю. Эти двое меня ненавидят гораздо больше чем друг друга.

– От меня что требуется? – обречённо спросил Рон.

– Поможешь Солнцеликому. Прихвати Корпускула. Он себя хорошо зарекомендовал. С Обсидианом должно быть покончено.

– Как скажете, босс.

– Так-то лучше. С этим делом разобрались. Второй важный момент, я хочу детальный отчёт о проваленной операции в Конкорсо.

– Я подготовлю его вам к завтрашнему утру.

– Жду с нетерпением.

Часть 2. Сойка над морем. Глава 15. Ардо и Око

Сонный после ночи морской прибой мягко накатывал на обрамлённую в камень набережную портового города Розмарина – самого южного торгового порта Гегемонии Человечества. Крики чаек весело звучали ото всюду, призывая новый день вступить в свои права. Гавань потихоньку оживала. Нехотя тянулись к месту работы заспанные портовые грузчики. Ранние пташки-лоточники раскрывали свои короба, доставая оттуда всевозможные товары для продажи. В окрестных домах одно за другим распахивались ставни окон, чтобы утреннее солнце смогло доставить крупицу своего тепла внутрь жилищ.

По мостовой Плотницкой улицы уверенно спешил одинокий странник. Путник был юн и чертами лица сильно выделялся на фоне местных, чтобы на него обращали внимание. Но не более чем на других странных личностей, коих в порту было предостаточно. Большинству из окружающих, естественно, было невдомёк, что необычный юнец был никто иной, как Ардо-Меченосец – самый молодой авантюрист в истории, добившийся титула героя Гегемонии.

Приключенец спешил по своим делам не просто так. Сегодня в таверне «Деревянный Якорь», расположенной там, где Плотницкая улица упиралась в Главную Портовую набережную, должно было состояться важное собрание, от которого зависела судьба целого государства. Даже агент «Око» должен был присутствовать. Другими приглашёнными были, естественно, Ардо, и его личная команда авантюристов. Предстояло обсудить план действий, который собирался представить «Око», являвшийся лучшим стратегом в подчинении Белого Мудреца Гегемонии.

Ардо вздохнул, сделав измученное лицо. Месяц назад умер император Гегемонии. Ардо знал старика лично. Император когда-то заприметил будущего героя, дальновидно приблизил его к себе, выделил ему денежное обеспечение и даже учителей. Ардо никогда не знал своих родителей, поэтому считал старого императора кем-то вроде отца. Несмотря на неоднозначное отношение к правителю в обществе, с Ардо император всегда был добр, поэтому авантюрист не мог сказать про своего патрона ничего плохого, хотя не раз слышал всякие нехорошие сплетни и гадости о нём ото всюду. И вот теперь из-за важного задания Ардо не смог даже присутствовать на похоронах. Это очень угнетало юношу, но поделать он ничего не мог. А после коронации наследника, когда младший сын покойного императора займёт трон, и вовсе путь во дворец для Меченосца будет закрыт. Оба из сыновей старого правителя относились к Ардо с презрением, считая, что он безродный выскочка, примазавшийся к старику.

Теперь страной правило двое братьев. Вопреки распространённой традиции и логике вещей, братья были очень дружны, а событие, когда старший отказался от трона в пользу младшего и вовсе оказалось чем-то экстраординарным. А вот для Ардо в этом не было ничего необычного. Младший был гораздо умнее и хитрее старшего, а старший был выдающимся воином и полководцем. И они оба прекрасно осознавали свои сильные и слабые стороны, поэтому по восшествии на трон младшего брата, старший должен был занять пост военного министра – второго человека в государстве. Братья не только не опустились до феодальной грызни, которая непременно возникла бы в любом другом подобном случае, но и объединились против начавшей усиливаться в последние годы власти парламента Гегемонии. И от такого финта ушами обалдели не только сенаторы, но и вся аристократия в придачу, абсолютно не понимая, как реагировать на вопиюще неожиданный поворот событий. В итоге растерянные высшие дворяне не нашли ничего лучше, как один за другим присягнуть на верность будущему императору, а оппозиционные представители сената затаились, отложив до лучшей поры свои замыслы. Так, внезапно бескровно завершилась передача власти в самой могущественной стране континента, а все недоброжелатели, пытавшиеся нагреть руки на безвластии, вынуждены были признать, что их планы пошли прахом.

– Ты опоздал на две минуты! – звонкий окрик вывел Ардо из задумчивости. Авантюрист поднял глаза и увидел высокого молодого мужчину с серебристо-белыми волосами, небрежно прислонившегося к стене таверны «Деревянный Якорь».

– Сильверрейн! – обрадовался юноша, когда узнал окрикнувшего его.

– Он самый! – ответил ему блондин.

– А остальные?

– Уже ждут внутри.

– Выходит, я прибыл последним?

– Точно, – озорная улыбка растянулась на лице Сильверрейна. – Ты же помнишь, что ждёт последнего?

– Я оплачиваю обед на всех, что бы кто ни заказал, – обречённо промямлил Ардо, мысленно подсчитав запас монет, который имелся у него в наличии.

– Я рад, что память не подводит тебя.

Надо сказать, что Сильверрейн выделялся ещё больше чем Ардо. Блондин был на голову выше окружающих. Возвышаясь, как башня, при этом он был худ и жилист, а утончённые черты лица и длинные прямые волосы цвета мифрила выдавали в нём благородное происхождение. С такой внешностью, даже в крупном порту, где полным-полно всякого разного народа, было невозможно затеряться, но блондина это, по-видимому, не сильно заботило, а может он просто привык, поэтому даже не обращал внимания, когда прохожие начинали бесцеремонно пялится на него т указывать пальцем. Ардо и Сильверрейн пожали друг другу руки и прошли внутрь заведения.

Как только открылась дверь, оттуда сразу же потянуло запахом пота и кислым пивом. В таверне, несмотря на ранний час, было довольно многолюдно. В ней вообще никогда не было пусто, учитывая, что заведение работало круглосуточно, предлагая усталым морякам и не менее усталым работникам порта неказистую, но сытную еду, сдобренную разбавленной выпивкой. Непритязательная публика отвечала заведению тем же, регулярно устраивая драки, о чём недвусмысленно намекала мебель со следами ремонта и набор из трёх дубин, расположившихся в стойке для оружия, рядом с постом корчмаря, который, к слову сказать, был просто необъятных габаритов. Трактирщик, скрестив широченные волосатые руки на груди, как надзиратель, сидел на хлипкой табуретке, почти не видимой за его широкой тушей.

Ардо удручённо вздохнул и поискал глазами знакомых ему людей. Они нашлись за столиком в самом дальнем углу. Мускулистый широкоплечий воин по имени Джордж был здесь как в своей тарелке. Он развалился на стуле и с энтузиазмом разбирался с принесённой похлёбкой, периодически запивая её из огромной деревянной кружки. Его спутница была противоположного мнения о заведении. Щуплая жрица Солнцеликого, которую звали Шейла, морщила носик и всем видом показывала, что она думает о таверне. Естественно, не было и речи, чтобы она решилась попробовать здешнюю стряпню. Ардо мысленно попросил у неё прощения, хоть он и не был тем, кто назначил здесь встречу. Эти двое вместе с Сильверрейном составляли команду авантюристов, лидером которой и был Ардо, другими словами это были его люди, которых он сам отобрал в своих странствиях по миру, и которым мог всецело доверять.

Рядом с Шейлой расположился ещё один тип. Ардо недолюбливал его с их самой первой встречи, но даже юному герою хватало благоразумия признать, что агент «Око» был невероятно умным человеком, твёрдо закрепившим за собой негласный титул лучшего стратега ордена Опеки Мира. Ардо не совсем понимал зачем «Око» назначил встречу в этой дрянной таверне, но, очевидно, в этом был какой-то тайный смысл. Он никогда ничего не делал, просто так.

«Оку» на вид было чуть за пятьдесят. Трёхдневная щетина неравномерно расползлась по лицу стратега. А каштановые волосы лежали безо всякой причёски и были сальными, поблёскивая от тусклого света свечей. Кроме того, стратег носил усы, которые, в отличие от причёски, были аккуратно подровнены у уголков рта. «Око» заметил героя сразу, направив на него свой единственный глаз. Второй был скрыт за чёрной повязкой, небрежно протянутой через всю голову. На стратеге висел тяжёлый кожаный плащ. Ардо усмехнулся про себя и предположил, что для завершения образа пиратского капитана «Оку» не хватало только треуголки и попугая на плече. Конечно, никаким пиратом «Око» не был. Стратег, не смотря на внешность, являлся первоклассным магом и мистиком.

– Агент «Защитник», приветствую! – крикнул стратег, как только Ардо подошёл к столу.

– Доброе утро, – сдержано отозвался авантюрист, усевшись за свободный стул. Соседний тут же занял Сильверрейн, не проронив ни слова.

– Какой-то ты хмурый. Не понравилось заведение что ли? – поинтересовался «Око».

– Да кому оно понравится? – брезгливо ответила за лидера Шейла. – Ужас какой-то! Тут у них даже тараканы ползают. Тараканы!

– Расслабься, Шел, – не отрываясь от еды, промямлил воин. – Ты просто голодная, вот и злишься. Закажи чего-нибудь. Кабачковая похлёбка у них очень хороша.

– Прямо по тебе одёжка, – фыркнула жрица, презрительно окинув взглядом Джорджа, который в ответ только рыгнул. Этот возмутительный жест неуважения заставил жрицу побледнеть и замолчать одновременно. Девушка надулась, скрестив руки на груди.

– Что ж, сразу видно, что вы очень дружны, – стратег окинул единственным взглядом присутствующих. – Однако я позвал вас в это замечательное место по другой причине.

– Я слушаю, – ответил Ардо, осмотревшись по сторонам.

– Не бойся. Они ничего не услышат. Я уже наложил нужные заклинания, – успокоил его «Око». – Расклад такой. Я с основным флотом устрою блокаду Конкорсо, а ваша группа проберётся в город раньше, чтобы влиять на ситуацию изнутри. Отправляемся все вместе с эскадрой Розмарина, но вашу группу высадим в паре дней пути от цели. Вы войдёте в город под личиной простых авантюристов через основные ворота. Бумаги я уже подготовил. За них не беспокойтесь. Выправлены на подлинных бланках Статеры с печатями. Ни один стражник не заподозрит вас в связи с Гегемонией. Как я уже сказал, ваша группа, это основа наших сил внутри города.

– Мудрец предупреждал меня, что вмешиваться надо будет только в крайнем случае.

– Старик переоценивает свою прозорливость. Там уже давно наступил крайний случай. По моим сведениям, лич восстановил большую часть своих сил. Его держит лишь основная печать, если она падёт, он выберется на свободу.

– А насколько этот «лич» вообще силён? – недоверчиво спросила жрица. – Может его угроза немного преувеличена?

– Боюсь, что нет, мисс Шейла, – ответил ей «Око», направив на девушку свой немигающий глаз.

– Просто я ничего про него не слышала. Нет никаких записей про него, я наводила справки. Но тут появляетесь вы и говорите, что в катакомбах под Конкорсо обитает чуть ли не злой бог, про которого весь мир внезапно позабыл.

– Всё потому, что орден постарался скрыть эту информацию, – пояснил стратег. – Нам совсем не нужно, чтобы про монстра узнал весь белый свет. Ведь тогда какой-нибудь болван обязательно решит его освободить. В нашем мире, мисс Шейла, гораздо охотнее идут спасать лича, чем, скажем, принцессу из заточения, потому что с лича можно хоть что-то взять за освобождение, в отличие от принцесс, среди которых процент бесприданниц в последнее время возрос на какие-то недосягаемые высоты.

– Ха-ха-ха! Смешно! – загоготал Джорж, оторвавшись от кружки. – Может я слишком старомодный, но предпочёл бы освободить принцессу, если такая имеется в заточении.

– Угу, – шмыгнула носом Шейла. – Больно ты ей сдался.

– Прекратите, оба, – спокойно произнёс Ардо. Но его простая просьба была выполнена неукоснительно. И жрица, и воин тут же замолчали, уставившись на своего командира.

– Я продолжу, – нарушил неловкую тишину «Око». – План таков. По разработанной легенде Альянс Синего моря объявляет торговую войну республике Конкорсо. Официальная причина – пошлины, которые они ввели на товары Альянса. Здесь никакого вранья нет. Конкорсо, выйдя из Альянса Синего Моря двадцать лет назад, действительно постоянно играется с налогами на ввозимый товар. Поводом к войне будет потопление торгового судна пиратом, у которого найдут каперский патент республики Конкорсо. Вот здесь уже постараются наши агенты. Капитан пиратов будет использован без своего ведома. Но туда ему и дорога. Не стоит беспокоится о всяком отрепье. После этого уже собранный наготове флот устраивает блокаду порта Конкорсо. На сушу высаживается десант, для отсечения всех путей. Город берётся в осаду.

– У них очень основательные укрепления. Я там бывал несколько раз, – посерьёзнел Джордж. – Чтобы взять город потребуется большое войско. И прорва кораблей.

– Совершенно верно, – невозмутимо подтвердил «Око». – В операцию вложены беспрецедентные силы и средства. А Альянсу Синего Моря обещаны солидные преференции в торговле с Гегемонией. Они не останутся в накладе, поверьте.

– Я всё же не могу понять, что такое внимание уделяется какому-то несчастному личу. Что в нём особенного? – закатила глаза к потолку Шейла. – Давайте соберём жрецов и прочитаем эпитафию прямо на площади города. Лич от этого свернётся в трубочку, пойдёт пятнами и превратится в горстку пепла, которую дворник уберёт метлой.

– А если я скажу, что этот лич в своё время был ответственен за смерть предводителя драконов? – ухмыльнулся «Око».

– Тогда этот лич обязан быть национальным героем хотя бы одного из государств. Я уж молчу, что про такое событие должно быть сложено с десяток эпических баллад, не считая летописей и других нарративов, – сумничала жрица. – Но я что-то не припомню ни одну из песен, рассказывающих про мага-мертвеца, который своим посохом зарядил по башке дракону, выбив ему мозги через уши.

– Ошибаешься, – словно этого и ждал, торжественно возвестил стратег. – Этот «просто лич» когда-то был частью авантюристкой команды под названием «Живодёры».

– Да ладно?! – выкрикнул Джордж, начавший было засыпать под разговоры.

– Бред… – пробормотала Шейла. – Серьёзно? Один из Живодёров до сих пор жив?

– По нашим данным, победа над драконом и сделала его личом. Убийство могущественного противника никому не сходит с рук. Дракон пред смертью сумел прочитать проклятье. Так появился наш лич. Разум нежити, если так можно выразится, функционирует по-другому. От старого героя не осталось и следа, зато появилось безжалостное безумное существо, которое еле сумели запечатать его бывшие товарищи, ценой своих жизней. Так бесславно закончилась история знаменитой команды.

– Другими словами, нам придётся схлестнуться в бою с пртивником уровня «S»? – переспросил Джеймс, отложив свою кружку подальше. – Я в деле!

– Без энтузиазма в нашей работе никак! – хмыкнул «Око». – Именно поэтому потребовалось присутствие агента «Защитник» и его команды. Кому, как не герою с верными товарищами поручить задание национальной важности?

– Понятно, – решительно произнёс Ардо. – Мы сделаем всё, что в наших силах.

– Я не сомневаюсь в этом. Однако, продолжим. Как я уже сказал, Конкорсо берётся в осаду. Корабли устроят артподготовку. Штурм планируем с двух сторон: с суши и с моря. Отловом и ликвидацией заговорщиков культа займусь я со своими людьми. Ваша основная задача –воспользоваться суматохой, пробраться в катакомбы, найти лича и обезвредить. Но я буду вам очень благодарен, если сможете устроить диверсию во врем штурма. Например, открыть ворота осаждающим. С вашим уровнем навыков – это раз плюнуть. А мы сможем сохранить много жизней наших воинов.

– Это официальный запрос? – прервал молчание Сильверрейн.

– Нет, просьба. Я привёл вас в Деревянный Якорь не просто так. Оглянитесь вокруг, большая часть посетителей, это матросы с кораблей эскадры Розмарина, которые скоро будут участвовать в сражении. Присмотритесь к ним. В основном, это неказистые, грубые люди с непростой судьбой. Но скоро они будут рисковать своими жизнями. Многие сидят в этой таверне в последний раз. Я хочу, чтобы вы знали. Великие дела свершает не только герой. Заслуга простых людей неоценима. Даже, если они неотёсанные матросы с корабля, от которых дурно пахнет кислым пивом. Несмотря ни на что они имеют право знать, что их жизни важны, поэтому я считаю, что достижение наименьших потерь при операции – есть главная задача стратега и проявление уважения к его воинам.

– Не беспокойтесь, – встрепенулся Ардо, расправив плечи. – Мы непременно поможем при штурме.

– Спасибо! – благодарно улыбнулся «Око». – Я рад, что моя просьба оказалась услышана. А теперь, давайте выйдем на улицу, я хотел бы похвастаться перед вами.

Проследовав за стратегом, команда покинула «Деревянный Якорь». «Око» повёл их дальше в порт, на ходу обрисовывая детали операции. Оказалось, что подрядить для битвы Альянс Синего Моря стало далеко нетривиальной задачей. Представляя из себя многочисленную лигу относительно независимых приморских торговых городов, Альянс всегда был плохо управляем, так как для принятия решения требовалось подавляющее большинство голосов представителей сообщества. По факту к этому моменту Гегемония так или иначе уже подмяла под себя треть всех городов Морского Альянса, но формально все они были независимыми и требовали индивидуального подхода. Используя авторитет, тайное влияние, подкуп и шантаж, дипломатам Гегемонии удалось склонить чашу весов в нужную сторону, но ситуация была по-прежнему шаткой.

– Почти пришли, – возвестил «Око», остановившись у каменных перил набережной порта, за которыми плескалось море. – Взгляните туда, в даль, где на рейде стоят корабли.

– И что? – скептически фыркнула Шейла.

– Вот он, красавец! Гордость эскадры Розмарина. Виверноносец «Морской Конёк»! – пафосно возвестил стратег, указав рукой на громадину, занимавшую больше всех места на горизонте. Даже из далека было видно, что судно огромно. Остальные кораблики были словно игрушки по сравнению с ним.

– На нём даже парусов нет. И что это за название такое «Виверноносец»? Нос у него на виверну совсем не похож, – снова заворчала Шейла, продемонстрировав абсолютную некомпетентность в морском деле. – По мне, так это просто большая баржа.

– Ты не понимаешь, Шел, – вступился за корабль Ардо, улыбнувшись. – Виверноносец означает, что внутри корабля расквартированы виверны. В нужный момент их седлают рыцари, чтобы атаковать врага с воздуха. Этот корабль – последнее слово в военно-морской науке.

– И сколько виверн он содержит? – заинтересовался Сильверрейн.

– «Золотой Конёк» может нести на постоянной основе до пятидесяти взрослых особей, – отчитался «Око». – Одновременно в воздухе может находиться до двадцати рыцарей на вивернах. Это лучший показатель среди кораблей подобного типа. А что касается парусов, юная жрица, так они ему не нужны. Корабль приводит в движение магический двигатель. Команда волшебников на корабле насчитывает пятьдесят человек, между прочим. Их отбирают специально по внушительным запасам маны.

– Потрясающе! – обрадовался Ардо. – С таким современным кораблём, мы не можем не победить.

– Кроме того, судно оснащено десятью орудиями Фишера на каждом борту на случай, если враг подберётся вплотную.

– Маноартиллерия… – догадалась Шейла. – Это такие пушки, которые заряжают заклинаниями?

– Верно, юная жрица, даже вы про них знаете. Но, хочу заметить, орудия Фишера – это вам не просто какие-то волшебные пушки, – с придыханием выпалил «Око». – В них применена инновационная технология. Это казнозарядные орудия, разработанные под унифицированный магический снаряд марки МА-12, который может быть оснащён разнообразными заклинаниями. Например, [Шар напалма]. Тогда он будет маркироваться МА-12/ШН. Скорострельность этих пушек на порядок выше всего, что заряжается с дула. Опытная команда может производить до двух выстрелов в минуту, против одного в десять минут на обычной манапушке.

– Подавляющая мощь! – выкрикнул Джордж, погрозив кулаком облакам в небе.

– Я знал, что вам понравится. Скоро увидите полёт рыцарей на вивернах. Не забываемое зрелище!

– Я бы не был настолько оптимистичным, – сдержано отозвался Сильверрейн. – Всадники на вивернах сильны, но в последнее время появилось не мало способов борьбы с воздушными целями. Не думаю, что защитники Конкорсо будут просто стоять и смотреть, как их атакуют с воздуха.

– Согласен, но всё же налёт из двадцати наездников на вивернах проблематично отбить даже слаженному отряду магов, – пояснил «Око». – Тем более современная тактика предполагает пролет на высотах в два раза выше птичьего, а главный удар наносится метанием бомб, а не атакой самих виверн.

– Тогда пострадает точность, – уцепился Сильверрейн. – На такой высоте человек ничего уже не разглядит, а кидать бомбы придётся ещё и с поправкой на воздушные потоки. У зарядов прицельность будет плюс-минус километр. Даже такая большая цель как городской квартал окажется довольно трудно поражаемой.

– Кто сумеет придумать оружие без недостатков, станет королём мира, – ухмыльнулся стратег. – Я не говорю, что рыцари на вивернах идеальны. Главное их правильно и вовремя применить. А в этом занятии я как раз имею некий опыт.

– И скоро вам предстоит его продемонстрировать.

– Не сомневайтесь. Вы не останетесь разочарованы, господин Сильверрейн.

Глава 16. Два дрозда

Вечное Королевство всегда слыло крайне необычным, поскольку люди и нежить в нем спокойно существовали с момента основания страны. Квинтэссенцией этого сожительства была столица. Город Промис расположился в широкой долине, обрамлённой пологими холмами, заросшими лесом. Река Фронтира, протекавшая через город, делила поселение на две почти равные части. На правом берегу были дома живых, на левом же расположились жилища немёртвых. При этом обе части Промиса имели общую каменную стену. Укрепления были возведены даже на реке. Умелый архитектор спроектировал несколько арок, позволявших воде свободно течь. Над ними же возвели несколько бастионов и другие укрепления. На суше стены и вовсе были в два раза выше.

Добротно мощёная дорога тянулась вдоль реки и упиралась в массивные ворота квартала живых. Центральный вход в город сам по себе был целым фортом с несколькими башнями, на вершине которых дежурила многочисленная стража. У входа в город собралась толпа. Несколько стражников вели досмотр приезжих и пропускали путников только в том случае, если убеждались в их благонадёжности.

Два конных проскакали мимо очереди, обдав людей облаком пыли. Послышались возмущённые крики и ругань. Всадники же, ни как на это не среагировав, остановились только у самих ворот, в проёме которых стоял крупный стражник в начищенных доспехах. Оставаясь в тени башни его окликнул ещё один, кивком головы спрашивая, нужна ли помощь.

– Сейчас посмотрим, – раздражённо ответил первый. – Кто такие? Чё прёте напролом? В очередь!

– Закрой свой рот! – прощебетал звонкий голосок.

– Чё сказала?! – рявкнул караульный.

Путница спрыгнула с лошади и быстрой походкой направилась прямиком к стражнику. Её спутница, а теперь стало ясно, что это тоже была женщина, осталась в седле, беспокойно осматриваясь по сторонам.

– Как ты смеешь так со мной разговаривать? – почти набросилась на опешившего стражника юная путешественница. – Я именуюсь Жизель д’Мерле, младшая дочь маркиза д’Мерле. На кол захотел? Прочь с дороги! Мы спешим!

– Ты ври, да не завирайся! – ощерился стражник, ухватившись за рукоять меча.

Девушка небрежно отодвинула рукой воротник, продемонстрировав татуировку в виде чёрного дрозда. Это произвело на стражника неописуемое впечатление. Он сначала покраснел, потом побледнел, наконец вытянулся по стойке смирно, широко выпучив глаза. Второй стражник, скучавший всё это время в стороне, оживился и подошёл поближе, пристально рассматривая татуировку. Убедившись, что путница та, за которую себя выдаёт, он склонился в поклоне и приказал пропустить её в город.

– Добро пожаловать домой, юная госпожа! – продемонстрировав вампирские клыки, учтиво улыбнулся второй страж. – Я надеюсь, вы простите этого живого бедолагу за недостойный приём? Естественно, он понесёт наказание.

– Мне всё равно, – резко оборвала его Жизель. – Мне и моей спутнице нужно срочно попасть в город. До этого дурака мне нет никакого дела. На ваше усмотрение.

– Могу я поинтересоваться хотя бы именем сопровождающей вас особы?

– Мери Уолкер, авантюристка, – выкрикнула та из седла.

– Офицер, мы можем наконец пройти? У меня важные сведения для моего отца! – нетерпеливо произнесла Жизель, топнув ножкой.

– Конечно, госпожа. Прикажете уведомить маркиза о вашем прибытии? Может подать вам экипаж?

– Нет. В этом нет никакой необходимости. Я сама со всем разберусь.

– Как вам будет угодно, госпожа, прошу в город!

Девушка ловко вскочила на свою лошадь, и вместе со своей спутницей под гулкое цоканье копыт они скрылись в чреве ворот. Стражник-вампир выждал какое-то время, а затем подошёл к всё ещё стоящему по стойке смирно латнику и несильно ударил его по доспеху.

– Балда! Нас могли убить самым мучительным образом! Какого лешего ты вечно достаёшь свой поганый язык?

– Кто ж знал… – хрипло выдохнул первый. Его трясло. – Говорили, что она сбежала в соседние королевство... Что сгинула там. Как она тут вообще оказалась?! Неживые же пользуются воротами на той стороне реки?

– А мне откуда знать? И лучше вообще не знать. Иди, переведи дух в караулке, я подежурю. Следующий! – стражник-вампир жестом подозвал вусмерть перепуганного купца, стоявшего рядом всё это время.

***

Сразу за воротами путницам открылась большая площадь, вся застроенная разноцветными палатками. От ларьков была освобождена только дорога. Остальное пространство было отдано в пользование торговцам. День был в самом разгаре и народу между пёстрыми навесами палаток сновало не меряно. Если присмотреться, то можно было заметить, что торговали в основном здесь всякой снедью. Это был знаменитый продуктовый базар Промиса.

Изначально такое странное местоположение рынка было обусловлено тем, что приезжие купцы боялись нежити и не желали углубляться в город, предпочитая торговать сразу по въезду в ворота. В дальнейшем уже рынок превратился в достопримечательность, и его место и статус закрепили королевским указом.

В настоящее время здесь можно было найти продукты на любой вкус. Свежая выпечка, пряности, разные деликатесы, лежащие рядом с вполне с обычной едой, сладости. Всё это за пять минут могло разжечь аппетит любому, даже самому стойкому посетителю. Рынок предназначался в первую очередь для живых, но вопреки распространённому мнению, вампиры прекрасно чувствовали вкус еды и, естественно, могли наслаждаться ей наравне с обычными людьми, поэтому среди покупателей было немало и немёртвых.

Если требовалось что-то уж совсем изысканное, то для этого по границе площади, в каменных домах, расположились лавки с элитной продукцией. Над дверью каждой из них на вывесках ниже названия можно было заметить надпись «Boutique», выведенную золотыми буквами в едином стиле.

Статус постоянной лавки получить было совсем непросто. Требовалось не только куча денег, но безупречная репутация, к тому же владелец должен был быть постоянным жителем города. За малейшее нарушение разрешение отбиралось, что позволяло поддерживать качество в этих магазинах на заоблачном уровне. И цены там были ещё более заоблачными.

Между рынком и воротами, поперёк дороги, на двух длинных шестах был растянут большой квадратный плакат. На полотне изображался силуэт скачущего во весь опор всадника. Всё изображение по диагонали было пересечено сочной красной чертой, краски на которую не пожалели.

– Что это? – спросила Мери, кивнув на транспарант.

– Да, забыла предупредить, – опомнилась Жизель. – В городе запрещено пускать лошадей в галоп.

– Почему?

– Папенька говорил, что это было сделано из-за безопасности дорожного движения, – невозмутимо пояснила вампирка. – Чтобы никого из горожан не растоптали.

– Чего только не придумают? – пожала плечами Мери. – О, гляди! А это ещё кто?

Мери уставилась в сторону, где между рядов неуклюже протискивалась необычная процессия. Пять странных существ степенно, вразвалочку, шествовали, осматривая прилавки. Больше всего эти существа напоминали жаб или лягушек, только были размером с хорошего пони. Передвигались они также, как жабы, на четырёх лапах. На каждом из этих существ была надета разноцветная попона, вроде лошадиной, только более добротно сшитая и украшенная геральдическими изображениями лягушек ядовито-зелёного цвета.

– Это крапу. Никогда их раньше не видела? Они у нас часто бывают. У них несколько поселений на юге королевства, и дальше на территории Мозаики ещё больше.

– Мозаика? Это та область с кучей маленьких независимых владений, где каждый мелкий феодал – сам себе король?

– Только у нас в королевстве это чаще пренебрежительно зовут Лоскутным Одеялом. Оно тянется на юг вплоть до республики Конкорсо, и ещё дальше на запад. Папенька говорил, что эту вольницу давно нужно было приструнить, но возиться слишком много мороки.

– Понятно…

– Видишь вон того жаба, у которого самая разукрашенное одеяние?

– Ага.

– Я могу ошибаться, но по всей видимости – это баронет.

– Ого, у них и феодалы есть. А вон тот самый большой, который почти с лошадь, наверное, его главный воин? У него и плюмаж на голове.

– Нет, что ты! – смущённо заулыбалась Жизель. – Это его дама! Охранники – остальные трое, что идут следом.

– Да? Ну ладно.

– О! – радостно воскликнула Жизель. – Там продают шашлычки из мяса папоротникового тушканчика. Тебе надо обязательно их попробовать.

– Это вроде крысы что ли? – поморщилась Мери.

– У них мясо вкусное, и сами они размером с маленькую хрюшку. Подержи мою лошадь, я сбегаю куплю несколько.

Девушки спешились и Жизель, отдав поводья своей лошади Мери, устремилась к палатке с шашлычками. Вампирша сунула продавцу золотой Статеры, и торговец, предварительно проверив монету на зуб, отсчитал несколько десятков серебряных монет сдачи и протянул вампирке два шашлычка на палочках.

Жизель побежала к другой палатке. Над ней висела большая вывеска: «Напитки и кровь». За прилавком стоял улыбчивый мужчина к пятидесяти, похожий на мороженщика.

– Здравствуйте! Фруктовый сок и кровяной коктейль номер тринадцать!

– Пожалуйста, юная мадмуазель! – как ни в чём не бывало откликнулся продавец и протянул вампирке сначала бутылочку с соком, а затем с густой красной жидкостью. – Пейте, пока не свернулась, а то сегодня жарко.

– Спасибо! – прощебетала Жизель и направилась к Мери и лошадям.

Мясо тушканчика оказалось действительно вкусным. Оно чем-то напоминало кролика, но было не таким сладковатым на вкус. К тому же его обильно обсыпали пряными травами, что Мери даже забеспокоилась о цене этого блюда, но Жизель заверила, что здесь, в Вечном Королевстве, папортниковый тушканчик вполне распространён, а значит не так дорог, как мог бы показаться. Пряности тоже оказались местными.

Расправившись с запоздалым завтраком, девушки пришпорили своих коней и двинулись дальше в город. Первое, на что Мери обратила внимание, все строения, не важно какого они были стиля, имели одну общую черту. Черепица везде была тёмно-синего цвета. Ещё Промис приятно удивлял шириной своих дорог. Если в среднестатистическом крупном городе по центральной улице могли разъехаться две широкие господские кареты, оставив немного места по бокам для пеших ходоков, это непременно считалось гордостью города. Здесь же, в столице Вечного Королевства, оживлённая центральная улица, по которой ехали девушки, спокойно могла пропускать четыре ряда карет, два в одном направлении и два в другом. И это было ещё не всё, проезжую часть обрамляли широкие тротуары, по которым можно было спокойно пройтись, не боясь, попасть под колесо телеги или копыта лошади.

Как пояснила Жизель, город изначально планировался с таким размахом. Её отец утверждал, что подобным образом можно бороться с бичом городов – пожарами, поскольку широкие улицы не давали перекинутся огню с одного квартала на другой. Работала эта мера на самом деле или нет Жизель ответить не смогла, поскольку на её недолгом веку больших пожаров не было. Зато ехать по широкой улице, не смотря на интенсивное движение всевозможного транспорта, было одно удовольствие.

– В это время дня, – уверено сказала Жизель. – Папенька обычно работает в Белом Дворце, поэтому я и повела нас через район живых. Дворец расположен дальше по этой улице, на площади Единения. Отсюда даже видно центральный шпиль.

– Я думала это собор.

– Соборы у нас в городе то же есть, даже целых два. Один посвящён Бледному Господину, но он на другой стороне реки, а в районе живых есть храм Алой Богини. Он остался по левую руку от нас.

– Не знала, что у вас почитают Богиню.

– Но живые горожане не станут молится Бледному, – невозмутимо прощебетала Жизель. – Поэтому для них специально построили собор в честь Алой Богини. Правда жрецов остальных культов папенька не жалует почему-то. Но всех, кто чтит других богов пускают в храм Алой, там есть небольшие алтари.

– В Статере от подобного пришли бы в ужас, – поёжилась Мери. – Чтобы Алая делила с кем-то из богов свой храм?! Подожди, так ты была в том соборе?! Внутри?! Ты же, прости, вампир.

– А что в этом такого? Каждый год проводится праздник ночи Согласия. И вся немёртвая аристократия собирается в соборе живого района на торжество.

– И вас не постигает кара? Ведь Алая Богиня противница нежити? – Мери ошалело уставилась на Жизель.

– Может Бледный Господин с ней как-нибудь договорился? – наивно предположила вампирка. – Я никогда не задумывалась над этим, надо будет у папеньки спросить, он много чего знает.

Улица, по которой ехали девушки, наконец закончилась, превратившись в широкую площадь, украшенную фонтанами. Напор воды в них постоянно менялся, позволяя струям словно танцевать. Всего больших каскадных фонтанов было четыре, маленьких – гораздо больше. Вокруг бассейнов, где плескались фонтаны, праздно гуляло множество разнообразного народа. Труппа акробатов устроила своё представление, собрав толпу зевак, включая нескольких скучавших стражников. Трое жонглёров подбрасывали в воздух цветные деревянные булавы, успевая при этом приплясывать в такт мелодии, которую играл менестрель на дудочке. Около них, корча смешные рожи, кривлялся шут в маркой красной шляпе с бубенцами. Клоун потешно поскальзывался на мостовой и снова вскакивал на ноги, выписывая пируэты, которым позавидовали бы и гимнасты.

Дальше за площадью с фонтанами, обрамлённый зелёными насаждениями, высился дворец. Монументальное строение являло собой эталонный образец готического стиля, однако целиком было неготичного белого цвета. Основное здание как бы охватывало всю заднюю часть площади по полукругу, не забывая при этом тянуться в высь многочисленными шпилями. Особенно выделялся центральный, вдававшийся в верх на полнеба. На концах шпилей на длинных флагштоках развивались длинные чёрно-белые полотнища – официальные цвета Вечного Королевства.

Жизель привязала лошадей к стойке у края площади, пояснив, что дальше начинается пешеходная зона, и уверенно повела Мери напрямик между фонтанами, прямо к центральному входу во дворец.

– Папенька сейчас, наверно, очень занят, и к нему будет сложно просто так пробиться, к тому же, – сглотнула вампирка. – Он скорее всего на меня очень сердит и пребывает не в духе.

– Может стоит подождать?

– Нельзя, та странная женщина ведь ясно сказала, что послание нужно доставить как можно скорее.

– Я так и не поняла, кто это была такая, – помотала головой Мери. – Сейчас вспомнила, что мужики в Саду говорили про похожую мадам, которая посетила нашу деревню недели две назад до тебя, прям один в один её описывали, но сама я её тогда не видела.

– У меня от неё мурашки по коже, – согласилась Жизель.

– Так что будем делать сейчас? Нас вот так просто пустят во дворец?

– Первый этаж открыт для всех желающих. Это что-то вроде музея. Туда мы зайдём свободно, – пояснила Жизель. – А дальше будет сложнее. Пропуска у меня нет, но во дворце работает Луи. Надо попытаться с ним связаться, и тогда мы пройдём куда надо.

– Что ещё за Луи? – недоверчиво переспросила Мери. – Он там вроде ключника?

– Вроде того, – уклончиво ответила Жизель. – Он наш родственник и мой хороший друг. Он у нас часто дома бывает. Раньше бывал, а теперь стал сильно занят.

– Мне это всё очень не нравится, – пробормотала Мери.

– Положись на меня, – совсем неуверенно ответила Жизель, поднимаясь по мраморным ступеням.

Во дворец, как и говорила Жизель, их пропустили без вопросов. Стражники, стоявшие на карауле, даже не обратили на них внимания. Внутри здания за парадным входом оказался просторный высокий зал со сводчатым потолком. Благодаря большим стрельчатым окнам внутрь проникало много света, падавшего на мраморный пол, который был отполирован до блеска. По периметру между окнами и опорными арками за защитными стёклами висели картины, рядом стояли статуи.

Народу было просто тьма. Кто-то прохаживался по одиночке, но чаще всего люди перемещались группами человек по пятнадцать, сопровождаемые одним реже двумя экскурсоводами. Те со знанием дела, умудрённые опытом, самозабвенно вещали то об одной картине то о другой, приоткрывая для своих слушателей мир высокого искусства.

– Это всё туристы, – пояснила Жизель. – Наша столица ежедневно принимает толпы гостей и один из главных пунктов для посещения, конечно же «Белый Дрозд».

– Дрозд? – приподняла бровь Мери.

– Так ты не знала? – удивилась вампирка. – «Белый Дрозд» — это официальное название королевского дворца, мы тут и находимся. А ещё есть «Чёрный Дрозд», это замок папеньки на другой стороне реки. Но папенька терпеть не может туристов, поэтому к нам их не пускают.

– Слушай, а вампиры разве могут находится при солнечном свете, а тут их полно гуляет и на площади тоже?

– Это наша гордость, – важно заявила Жизель. – Над городом раскинуто масштабное заклятье, и немёртвые в пределах городских стен могут гулять даже днём. Это словно тебе стекло тёмное на глаза надели. Кстати, до меня только сейчас дошло. Я теперь вижу солнце как живые. На меня заклятье почему-то перестало действовать…

– В смысле, как живые?

– Не знаю, как так получилось. Я уже привыкла к солнцу и не сразу поняла. Никогда не думала, что в Белом Дрозде так светло, – растерянно отозвалась Жизель.

– Может заклятье действует только на тех, кто в нём нуждается?

– Я лучше потом у папеньки спрошу. Нам надо вон на ту лестницу, сразу за галереей портретов прошлых королей.

– Там ограждение.

– Здесь такая толпа, может нас и не заметят? – озираясь по сторонам, воровато предположила Жизель.

Они быстро просеменили между серии картин, изображавших предыдущих монархов, оглянулись по сторонам и перебрались через верёвочное ограждение, символически закрывавшее от посторонних ходоков лестницу на второй этаж. Но по поднятии туда девушек ждал сюрприз в виде сердитого стражника.

– Простите, но сюда нельзя, – недружелюбно огрызнулся охранник. – Каждый день одно и тоже по двадцать раз. И чего вы все сюда лезете? Огражденья не для вас поставлены что ли?

– Позовите, пожалуйста Луи, мне очень нужно с ним поговорить, – вежливо прощебетала Жизель.

– Какого ещё Луи? Хочешь сказать, что один из ваших прошмыгнул внутрь? – подскочил стражник. – Пошла прочь, мелкая! А Луи вашего мы сейчас найдём и всыпем ему как следует. Чтоб не лез, куда не надо.

– Вы меня не так поняли, – почему-то переполошилась Жизель.

– Провинциальные упыри! Дерёвня! – уже никого не слушая, начал на своей волне стражник. – Как вы меня все заколебали! А ну, назад!

– Луи! – оттесняемая алебардой стражника заверещала Жизель, приковывая к себе внимание толпы.

– Ты чего орёшь, ненормальная! – разозлился стражник, аккуратно, но напористо подталкивая вампирку древком алебарды вниз по лестнице.

На шум прибежали ещё три охранника. Зеваки подтянулись гурьбой посмотреть, что происходит. Атмосфера тихого дворца испарилась бесповоротно. Пространство заполнилось руганью стражников вперемежку со щебетом вампирки. Народ загалдел, пытаясь понять, что происходит.

– Прекратите сейчас же! – раздался высоки мужской голос.

С лестницы, откуда появились охранники, выскочил красивый хорошо одетый молодой человек и решительно направился к стражникам уже крутившим Жизель и Мери. Юноша был высокого роста и атлетичного сложения. Своей формой лица и русыми волосами он, как показалось Мери, был подозрительно похож на особ с портретов.

– Луи! Это я, Жизель! – радостно воскликнула вампирка.

Сказано это было в гробовой тишине, потому что по появлении молодого человека все стражники, вся толпа зевак, находившаяся в данный момент времени во дворце, разом, не сговариваясь, заткнулись. Люди словно прикинулись скульптурами, замерев на месте. Стражники же боялись даже дышать.

– Жи?! – обрадовавшись, крикнул юноша. – Наконец-то ты нашлась!

– Они меня не пропускают, – пожаловалась вампирка, всё ещё прижатая стражниками.

– Да отпустите вы её! Вы что не видите, что это молодая госпожа д’Мерле? – заявил юноша уже совершенно другим тоном.

– Ваше высочество, но нельзя же просто так выскакивать к людям без объявления! – следом за Луи прибежал пожилой мужчина в камзоле.

– Да ты только посмотри, Жи вернулась! – ответил тому Луи.

– Юная госпожа Д’Мерле?! – вытаращил глаза старик.

– Его высочество, король Людовик двадцать п-первый! – возвестил запыхавшимся голосом бледный герольд, появившийся не весть откуда.

Толпа моментально попадала на колени, выказывая своё почтение внезапно появившемуся монарху. Только что разраставшееся оживление, опять сменилась гробовой тишиной. Старик в камзоле спустился на первый этаж и важно заявил:

– По техническим причинам дворец закрывается на перерыв, просьба всем покинуть помещение, приносим свои глубочайшие извинения за доставленные неудобства.

Их провели вверх по лестнице, затем ещё по одной. Мери старалась запомнить дорогу, но быстро поняла, что внутри дворец – настоящий лабиринт из коридоров и ступеней. Девушек разместили в небольшом ухоженном помещении выполнявшим роль малого королевского кабинета. Тут был и письменный стол и пять роскошных стульев. Шкафы с книгами, несколько серебряных чернильниц. Все перья в подставке были новомодные железные. Ни одного гусиного среди них не наблюдалось.

– Присаживайтесь, – пробормотал старик в камзоле. – Его величество сейчас будут.

– Спасибо, Гиём! – приветливо ответила Жизель.

– Ну и заварили вы кашу, юная госпожа, – вздохнув, укоризненно выговорил старик. – Но вы правильно сделали, что обратилась к Луи, а не к своему отцу.

– Папенька сердится? – сжалась Жизель.

– Не то слово. Я слышал, что он пообещал вас высечь розгами, когда вернётесь.

– К…Какой ужас! – схватилась за голову Жизель.

– Раньше надо было думать, юная госпожа, а теперь придётся отвечать за свои поступки, – назидательно сказал Гиём, но тут же смягчился. – Там в буфете есть чай и конфеты, вы не стесняйтесь.

– Я знаю, – поникшим голосом промямлила вампирка. – Луи всегда любил сладкое.

Старик Гиём ушёл, оставив дух девушек наедине. На Жизель было страшно смотреть, она дрожала всем телом, окончательно осознав насколько велик может быть гнев её всесильного отца. Мери просто вжалась в стул, обхватив себя руками и боясь до чего-нибудь дотронутся.

– Вот уж не думала, что окажусь в кабинете короля, – пробормотала Мери одними губами. – Ты раньше-то не могла сказать, что этот твой «Луи» – на самом деле монарх вашей страны.

– Прости, ели бы я официально представилась стражнику во дворце, он бы послал за моим отцом, а не за Луи. Я надеялась, что Луи поможет задобрить папеньку.

– Меня хотя бы могла предупредить заранее, что предстоит встреча с монархом.

– Но тогда ты бы испугалась и не пошла.

– Конечно бы не пошла, разве можно предстать перед королём в таком виде?! И вообще, что значит «он работает во дворце»? Король – это же не профессия?

– Луи очень много трудится с утра до ночи! – вступилась за своего знакомого Жизель. – Он даже получает жалование из казны. Значит – профессия.

– Жалование?! Зачем? Казна и так принадлежит монарху!

– Казна принадлежит государству, – словно прописную истину, заявила Жизель.

– И что, король не может взять денег из казны для себя?

– Конечно нет! Конституция не позволит.

– Это ещё кто? Так зовут вашу первую жрицу?

– Ты что? – засмеялась Жизель. – Ну конституция же. Книжка, в которой собраны все главные законы и гарантии сословиям. Это что-то вроде списка кондиций правителю.

– Безумное королевство… – выдохнула Мери. – У вас тут всё ни как у людей.

– Потому что у нас живёт много разных людей, и нелюдей тоже, включая немёртвых. Папенька говорит, что управлять такой пёстрой массой подданных можно только с помощью очень хорошего законодательства, которое едино для всех.

– А как же аристократы, они тоже выполняют все эти законы?

– Должны, – немного замялась Жизель. – Но на деле Луи часто приходят жалобы на них. Правда, папенька как-то обмолвился, что ситуация за последний век стала лучше.

Дверь в кабинет снова распахнулась, и туда влетел король. Луи привычно направился к своему столу и плюхнулся в кресло. Внимательно осмотрев обеих девушек, он приветливо улыбнулся и протянул свою руку Мери:

– Жизель я прекрасно знаю, а вот вы мне не знакомы.

– Мери Уолкер, авантюристка, – сделав на собой усилие, робко пожала королевскую руку Мери.

– Вот и замечательно. Выражаю вам огромную благодарность, за то, что доставили нашу беглянку в целости и сохранности. Можете не беспокоится, ваши старания будут соответствующе вознаграждены. А вы ведь работаете на герцога Эрлига?

– В обще-то нет…

– Послушай, Луи, – взвилась Жизель, встрепенувшись. – Этот Эрлиг настоящий мужлан и хам! И он никак не причастен к моему спасению, мне помогла Мери и группа авантюристов под началом графа Дориана Нордвинда!

– Рудольф – сложный человек, но с другой стороны его язык и мысли редко расходятся между собой. С такими проще. А что за Нордвинд? Уж не те ли Нордвинды, что правили в Сером уделе?

– Да! Только Эрлиг говорил, что такого владения больше нет.

– На сколько я знаю, за последние пятьдесят лет многие земли по границе Серого Леса подверглись разорению, – задумчиво пробормотал Луи. – Но мы сейчас не об этом, я полагаю?

– У меня срочное сообщение для папеньки, – опомнилась Жизель. – Только я боюсь к нему подходить.

– Это очень мудро с твоей стороны, – улыбнулся Луи. – Легко ты не отделаешься, ведь твой побег стоил уступки нашей страны перед соседями из Статеры. Маркиз был просто в бешенстве.

– Луи, умоляю, спаси! Поговори с ним, что бы он меня хотя бы сразу не прибил!

– А вот тут ты просчиталась, Жи. Твоего отца нет во дворце. Ещё вчера вечером к нему прибыл гость, старый друг, я полагаю. И маркиз с тех пор пребывает у себя в резиденции, в Чёрном Дрозде.

– А что за гость?

– Я сам не вдавался в подробности, да и визит частный. Но эльфа этого видел. Разодет он был как франт. Помнишь парадную картину с моим дедушкой?

– Ага!

– Вот примерно в таком мундире и приехал.

– Ничего себе, – удивилась Жизель.

– Может я смогу посмотреть это послание? От кого оно? От Эрлига?

– Нет, – задумалась Жизель. – Мы, если честно, не знаем, кто она такая. Я думаю, что это какая-то могущественная колдунья. Она сказала, что письмо надо передать моему папеньке лично в руки, и что от этого зависит судьба страны.

– И мне ты его дать почитать не можешь? – с напором спросил король.

– Прости, Луи. Просто, я точно знаю, если кто-то другой его прочтёт, она тут же обо всём догадается.

– Я же всё-таки король, – грустно вымолвил Луи.

– Жизель, ты что! – опомнилась Мери.

– Ничего страшного, – тут же повеселел Луи. – Я примерно представляю, о чём там может идти речь. Маркиз всё равно потом поставит меня в известность. Если хотите, я дам вам свою карету, но сам поехать не смогу.

– Почему? – огорчилась вампирка.

– Скоро начнётся война. Мы тут все на ушах стоим. Гегемония основательно взялась за Конкорсо. А это наш главный контрагент в торговле с югом. И основной порт, через который идут наши товары, ты же знаешь. Придётся нам им помогать. А теперь ещё нужно подготовить союзнический договор со Статерой, и они тоже сядут к нам на шею. Так что я сейчас очень занят, придётся тебе разбираться с маркизом самой.

– Понятно, – опустив голову, тихо сказала Жизель.

***

Два квартала соединял массивный мост, возведённый практически в геометрическом центре города. Обычно на таких мостах шла бойкая торговля и даже теснились лавки, но королевским указом дедушки Луи мост был очищен ото всех посторонних построек. Горожане с тех пор прозвали мост Лысым.

На Лысом мосту дежурил стражник, поставленный регулировать движение и бороться с заторами. Увидав карету с королевским гербом, он подтянулся, демонстрируя отличную военную выправку, и отдал честь своей короткой алебардой. Он потом ещё долго провожал карету взглядом, гадая что потребовалось королю на другой стороне.

Район немёртвых разительно отличался от противоположного берега. Если в строениях на живой стороне преобладали светлые тона, то дома здесь были сложены из тёмно-серого кирпича. Черепица у них так же была выполнена в едином стиле, но не синего, а бордового цвета. Лавок и магазинчиков было гораздо меньше, а те что имелись, совсем не привлекали посетителей разноцветными вывесками, наоборот всё было предельно аскетично. Впрочем, улицы были так же широки, а движение также плотно.

Бедных домов совсем не наблюдалось, что наглядно демонстрировало, кто на самом деле является хозяевами города и страны. Однако среди неживых пешеходов даже в этом квартале сновало не мало простых людей. Всё это воспринималось горожанами совершенно буднично.

Чем ближе карета подъезжала к замку маркиза, тем нервознее становилась Жизель. Она то и дело ёрзала на мягком диване и нервно вглядывалась в окно. Мери, сидевшая рядом с озадаченным видом, наоборот была неподвижна. Словно сокровище в руках она сжимала свиток с новенькой королевской печатью.

– Как здорово, что Луи пожаловал тебе титул благородной дамы. Мери, ты теперь дворянка, – борясь с нарастающим чувством страха, попыталась отвлечься Жизель.

– Не верится, – рассеяно пробормотала Мери. – Десять дней назад я убирала коровий навоз, а сегодня здоровалась за руку с королём, и прямо сейчас еду в его карете на встречу с маркизом. У меня в голове это не укладывается. Неужели мне могло так в жизни повести?

Замок Чёрный Дрозд располагался на небольшом отдельном холме в центре района немёртвых, или точнее район сформировался вокруг замка. В отличие от Белого Дрозда, Чёрный выполнял исключительно утилитарные функции. Замок был укреплением от и до. Крепость, что сразу бросалось в глаза, была гораздо старше и архаичнее остальных построек квартала. Ей стукнуло уже несколько веков, но несмотря на это, архитектор, проектировавший замок, прекрасно знал, что делает. Все его башни стояли там, где нужно, перекрывая сектора обстрела, и были нужной высоты. Основное строение еле заметное из-за высоких стен было крайне основательным и прочным. К нему примыкал высокий донжон, увенчанный острой крышей пирамидальной формы.

Карета въехала в ворота, которые сразу опустились за ней. К подъехавшему транспорту вышел навстречу дворецкий-вампир в чёрном фраке. Он открыл дверь, и, заглянув внутрь, засиял лицом:

– Юная госпожа, вы вернулись!

– Амори, как я рада тебя видеть! – улыбнулась Жизель. – Папенька у себя?

– Маркиз со вчерашнего дня принимают гостя, – развёл руками дворецкий. – Велено никому не беспокоить. На входе в зал приёмов выставлена стража.

– Но мне надо срочно передать ему письмо! Лично в руки.

– Я думаю, вы выбрали не лучший момент, – обеспокоился Амори. – Признаться честно, маркиз на вас очень сердиты. Может вам стоит погостить у его величества, пока господин не поумерили свой гнев?

– Я бы так и сделала, – обречённо вздохнула Жизель. – Но выхода нет. Мне немедленно нужно увидеть моего отца.

– Тогда позвольте пожелать вам удачи, юная госпожа, – напутствовал ей дворецкий. – И с возвращением домой!

Зал приёмов Чёрного Дрозда был самым большим помещением в замке и занимал почти половину главного строения крепости. На в ходе в него, охраняя дверь, стоял рыцарь в воронёных рифлёных доспехах. Завидев Жизель, вампир напрягся и выступил вперёд, преграждая ей путь.

– Да что же это?! – не выдержала вампирка. – Я всего день как вернулась, а в моём родном городе, куда не пойдёшь, везде стража. И никуда не пускают!

– Прошу прощения, юная госпожа, – чуть поклонившись, учтиво вымолвил вампир. – Господин не велели пускать никого, даже представителей семьи.

– Но, сир Винсент, мне очень нужно увидеться с отцом. У меня для него важное послание.

– Не беспокойтесь, юная госпожа, маркизу уже известно о вашем прибытии. Он просил вас отбыть в свою комнату и там ждать наказания.

– Пусть войдут! Обе! – раздался из-за двери гулкий голос.

Несмотря на то, что зал для приёмов был довольно просторным, он создавал ощущение скованности и подавленности. Грубые стены с маленькими окнами-щёлкам наваливались на вошедшего, заставляя его невольно сутулится. Атмосферы добавляли широкие колонны, квадратные в сечении, которые симметрично располагались по обеим длинным стенам зала. В противоположном от входа конце помещения находилось возвышение, на котором покоились два трона. На них восседали мужчина и женщина.

Маркиз был уже в годах. На вид – далеко за пятьдесят. У него были чёрные волосы, расчёсанные на пробор и узкие миндалевидные такие же чёрные непроницаемые глаза, выдававшие в нём восточную кровь. Одет он был довольно скромно, но со вкусом. Серые строгие брюки, идеально выглаженные, белая свободная рубаха с широкими рукавами, по верх которой маркиз носил жилет тоже серого цвета и с золотыми пуговицами. Трон супруги маркиза был немного меньше в размерах. А женщина выглядела гораздо моложе, к тому же была белокура. Отдельные локоны маркизы доходили ей до пояса. Никаких украшений на ней не было, однако строгое вечернее платье тёмно-бордового цвета отражало её красоту лучше всяких побрякушек. Облачённая в это одеяние, она казалась ещё выше, чем была на самом деле. Маркиз перед ней сдавал в росте достаточно сильно.

Рядом с троном на кушетке около небольшого столика расположился гость. Эльф был светловолос почти также, как и маркиза, но одна его прядь отчётливо отдавала красным. Мундир гостя, как и сказал Луи, являлся образцом элегантности и стиля, хоть и имел несколько архаичный фасон. Лицо эльфа, угловатое и резкое, выражало крайнюю степень озабоченности и нервозности, когда девушки вошли в зал, он первый обратил на них внимание и начал бесцеремонно пялится на Жизель, в то время как маркиз не удостоил свою дочь и взглядом.

– Здравствуйте, папенька! Здравствуйте, маменька! – очень тихо пискнула Жизель.

– У тебя хватило наглости заявится сюда и мешать мне и гостю! – угрожающе начал маркиз. – Ты хоть представляешь, что натворила?!

– Простите папенька, а приму любое наказание только…

– Молчать! – рявкнул маркиз, – Я не давал тебе слова, неблагодарная. Ты, выставила меня на посмешище пред всеми окрестными странами!

Он не выдержал и вскочил со своего трона, сверля горящим взглядом свою дочь. В зале моментально повисла давящая атмосфера. Послышался гул. Начали дрожать окна, а затем и стены. Большая люстра заходила ходуном. Секретарь, стоявший позади трона с пакетом бумаг, закачался и рухнул на пол, потеряв сознание.

– Милый мой супруг, вы пугаете слуг, – невозмутимо заявила маркиза, элегантно поднявшись и положа свою руку на плечо мужу. – Умерьте свой гнев.

– Да… – вняв просьбе жены, пробормотал маркиз и снова сел на своё место.

– У меня очень важно сообщение для вас, папенька, – промямлила Жизель, робко доставая письмо.

– Принесите кто-нибудь воды этому бедолаге, – распорядился маркиз, будто не замечая своей дочери.

– Вы не хотите со мной говорить?

– Жизель, – ответила за маркиза его супруга. – Ты очень расстроила своего отца и меня…

– Ну тогда разбирайтесь со своей Алл сами, – не выдержала Жизель и швырнула письмо на пол.

– Алл?! – одновременно выкрикнули маркиз, маркиза и гость эльф.

Маркиз снова вскочил со своего трона и в два прыжка добежал до лежащего на полу письма. Раскрыв его, он начал вчитываться в послание и чем дальше он читал, тем сильнее от удивления вытягивалось его небольшое лицо.

– Коробка? Та что была с письмом! – растерянно пробормотал маркиз, моментально оказавшись рядом с Жизель. – Быстро давай её сюда!

Получив футляр, маркиз приоткрыл его, чтобы удостовериться в содержимом. На лице вампира застыла растерянность вперемешку со страхом. Он держал коробочку в дрожащих руках, будто там было запрятано самое мощное заклятье мира.

– Винсент! – рявкнул маркиз.

– Слушаюсь, ваша светлость.

– Замок на военное положение! Удвоить… Нет, утроить стражу! Позовите Луи, пусть бросает свои дела и мчит сюда на всех парах.

– Будет исполнено, – кивнул вмиг посерьёзневший вампир и тут же удалился.

Одного этого было достаточно, чтобы понять. Приказы маркиза выполнялись в его замке беспрекословно, а подчинённые были верны ему до последней капли крови. Если маркиз говорил своим слугам прыгать с моста в освящённую воду под полуденным солнцем, они говорили «есть» и делали то, что им сказали. Прожив не одно столетие маркиз давно вышел за пределы могущества простых аристократов, и это понимали все, даже король. Его слушались, его уважали, его боялись, но при этом мудрость теневого кардинала Вечного королевства признавали все и в границах королевства и далеко за пределами таковых.

– Моя дражайшая супруга, прошу, проверьте защитные заклинания крепости лично.

– Немедленно, – посерьёзневшая лицом маркиза вихрем вылетела из зала.

– Все слуги, прочь! – продолжал маркиз.

– Что же там такого? – заинтересовавшись, хищно ухмыльнулся эльф.

– Она хочет, чтобы я воскресил одну нашу общую знакомую заклинательницу огня, – растерянно пробормотал маркиз после того, как все посторонние удалились

– Э?! – покрутил пальцем у виска гость. – Бабка совсем выжила из ума? Да и не получится её воскресить, никак.

– Получится. В коробке Орех Жизни, – тихо прошептал маркиз.

– Бред… – уставился на вампира эльф. – Орех Жизни?! Серьёзно? Это артефакт мирового уровня. Прямое нарушение баланса. Она бы никогда на это не пошла.

– Но она пошла, – более спокойным тоном ответил маркиз, взяв себя в руки. – Дочь моя, я прошу прощения за то, что здесь устроил. Это было не подобающе.

– Папенька, что вы!

– Пройдёмте, – обратился маркиз к Жизель и Мери, указывая на стол со стульями рядом с эльфом. – Располагайтесь и расскажите мне всё в подробностях.

– Приветствую, – улыбнулся эльф. – Стоп, так это точно ты!

– Я? – не поняла вампирка.

Эльф вскочил со стула и вцепился в одежду Жизель. Его лицо расплылось в нервозной улыбке, а руки мелко задрожали. Он принялся внимательно рассматривать лицо Жизель, игнорируя протесты вампирки.

– Ты ведь была там? Ты же видела её? Как она? – залепетал гость.

– Простите, – вконец испугалась Жизель, посылая спасительные взгляды то на Мери, то на своего отца.

– Я знал, что правильно поступлю, попросив у тебя помощи! – обратился эльф к маркизу, всё ещё продолжая держать Жизель. – Они обе были в воспоминаниях моей дочери, с моей милой Иллилидель! Чёртов Иероним! Я поджарю этого жирдяя на медленном огне, и насажу его башку на кол!

– Я не знаю никаких Иеронимов! – совсем сконфуженная, взмолилась Жизель.

– Отстаньте от неё! – пытаясь отцепить гостя от вампирки, вступилась за подругу Мери.

– Эт, держи себя в руках, – спокойно сказал маркиз. На лице вампира начали проступать нотки раздражения.

– Но Лили, она там совсем одна! – наконец отпустив Жизель, взмолился эльф. Его волосы начали стремительно краснеть, а кончик левого глаза мелко задёргался.

– Ты сейчас мне замок спалишь! – как раскат отрезвляющего грома рявкнул маркиз.

– А? Прости, – вдруг успокоился эльф и как ни в чём не бывало уселся на кушетку, моментально придя в норму. – Это всё нервы. Ты же волнуешься за свою дочь, почему я не могу за свою?

– Не впадай в истерику. Жизель, дочь моя, возможно ты недавно повстречала некую «эльфийку», она могла назваться Лили Купер.

– Конечно видела! Я знаю Лили! – спохватилась Жизель. – Она в группе авантюристов под руководством Дориана Нордвинда. Мы как раз расстались, когда мерзкий Эрлиг их заставил разбираться со своими проблемами в Лесу Ящериц.

Эльф не отставал и девушкам пришлось рассказать всё, что случилось в селении Сад. К тому же гость оказался плохим слушателем и постоянно перебивал, задавая вопросы, и рассказ затянулся. Особенно эльфа заинтересовали заклинания, которые использовал Дориан. Заинтересовали они и маркиза.

– Дориан Нордвинд, говоришь его зовут? – задумался вампир после того как выслушал историю целиком. – Надо будет пригласить его сюда, когда разберёмся с поручением Алл.

– Простите, – решилась вдруг спросить Мери. – А имя Артур Уолкер вам случайно не знакомо.

– Артур?! – уставился на неё вампир. – Откуда ты его знаешь?

– Да быть не может? – стукнув себя по лбу, громко перебил эльф. – Таких совпадений просто не бывает. Это всё точно подстроила Алл, хитрая старая карга!

– Простите, я забыла представиться. Меня зовут Мери Уолкер.

– Бинго! – выкрикнул эльф. – Похоже мы все пляшем под дудку одной мегеры.

– Я знаю твоего отца, он мой хороший друг. Но называться его фамилией было очень глупо, – устало сказал маркиз, опустившись на трон. Его грозный вид постепенно растворялся в окружающем пространстве. Вместо гневного вампира появился изнурённый пожилой человек, на которого разом навалился ворох проблем.

– Обсидиан мне то же самое сказал, – ляпнула Мери.

Повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь криками и беготнёй стражников, занимавших свои посты где-то в крепости. Нервно зазвонил замковый колокол. Маркиз уставился в пол, размышляя над сказанным Мери. В то время как эльф начал очень паскудно ухмыляться, но то же молчал.

– Скажи, дочь Артура, – наконец прервал молчание маркиз. – Обсидианом представился этот Дориан?

– Я кажется сказала лишнего? – спохватилась Мери.

– Сказала. Но на свою удачу, сказала тем, кому можно сказать, – маркиз стал мелко постукивать указательным пальцем по подлокотнику трона. – Надеюсь он ещё не узнал, что Цветник разорили? Он им это просто так не спустит. Может даже ломанётся сразу в Прайм.

– А расклад-то поменялся! – заявил эльф, заметно приободрившись. – Я его разыщу. Тем более моя дочь там. Где вообще этот Лес Ящериц? Тут всё так изменилось за последнее время.

– Нет. Ты идёшь с нами. Так написано в письме, – маркиз передал эльфу бумагу. – Похоже, в Конкорсо скоро будет жарко.

– Но Лили… – не унимался эльф, просматривая глазами письмо уже в третий раз.

– Успокойся. Если она с ним, ни чего ей не сделается. Может это даже лучший вариант из всех возможных. Сам подумай головой.

– Это всё Алл! С чего она решила, что я должен быть у неё на побегушках? – злобно прошипел эльф, хватив по столу кулаком. – Я ей этого так не оставлю!

В окно внезапно влетел маленький, не больше кошки, зелёный дракончик. Немного покружив в зале, он опустился на стол, за которым сидели девушки и эльф. Дракончик был тощий с длинными острыми крыльями. Летун вытянул свою змеиную шею и раскрыл зубастую пасть.

– Message! – пронзительно заверещал дракончик, оглушив визгом присутствующих. Затем отстегнул свёрток от своего брюха и был таков, выпорхнув в окно, из которого появился. Маркиз подошёл к столу и, распаковав письмо, тут же принялся его читать.

– Это от Рингиэль. Ей нравится издеваться надо мной, поэтому она каждый раз присылает с посланием «попугая». Но сейчас новость хорошая, – пояснил маркиз, швырнув бумагу эльфу. Тот пробежал письмо глазами и заметно успокоился.

– Получили! – торжествовал эльф.

– Но, как Алл вообще допустила подобное? – задумался маркиз. – Обычно она старается пресекать всё на корню, а тут дело дошло до снятия ограничительных печатей оперативниками.

– Никак, – ухмыльнулся эльф. – Кажется, мне становится ясно, что послужило противовесом той коробочки с Орехом.

– Возможно, – согласился маркиз. – И целое звено ценных сотрудников надолго выведено из строя. Эдем волосы на себе рвать будет.

– К чёрту Эдема! – оскалился эльф.

– Вот только тихим денькам стремительно приходит конец, а я надеялся, что ещё хотя бы век поживём спокойно, – печально улыбнулся маркиз, продолжая постукивать пальцем по трону.

– В послании Алл упоминала ещё о кое-чём, – лукаво напомнил эльф.

– Я не забыл, – заявил маркиз, пристально уставившись на девушек. – Она хотела, чтобы я принял вас в «Живодёры».

– Какие такие живодёры? – брезгливо фыркнула Жизель. – Я животных мучать не люблю и не буду!

– Неужели о нас уже все забыли? – расстроено вздохнул маркиз. – А ведь когда-то наше имя гремело на весь мир. Дети хотели быть похожими на нас, а взрослые завидовали и почитали.

– Подождите? – выпалила Мери, присвистнув. – Вы хотите сказать, что входили в состав тех самых «Живодёров»?! Тех самых, что победили огненного дракона?! Это сколько ж лет прошло?!

– Им тогда просто повезло, – почему-то огрызнулся эльф. – Тот дракон был далеко не в лучшей форме.

– Однако ж, то что он был побеждён, неоспоримый факт, – хмыкнул маркиз. – Сейчас из всей нашей команды остался только я один, так что может настало время обновить состав? [Party]!

Перед девушками появились зелёные рамки на которых всплыла надпись: Ямада Даичи приглашает вас в группу «Живодёры» Да/Нет.

– Обдумайте всё хорошенько, – честно предупредил маркиз. – Тот, кто выберет «Да», легко не отделается. И дороги назад естественно не будет.

– А Ямада Даичи, это вообще кто? – спросила Жизель, с любопытством рассматривая рамку.

– Так меня когда-то звали, но это было очень давно, – признался маркиз. – Сейчас я Жофруа д’Мерле, им я и останусь.

– Вы никогда не говорили об этом, папенька, – удивлённо захлопала глазками Жизель, но маркиз больше ничего не ответил.

Первой кнопку «Да» нажала Мери, секундой позже то же самое сделала Жизель. Рамки моргнули и следом показали новую информацию. На экранчике стал отображаться список:

Группа «Живодёры»:

Артур Уолкер – недоступен.Фтероти – недоступна.Ямада Даичи – активен.Мери Уолкер – активна. Ограниченный функционалЖизель д’Мерле – активна. Ограниченный функционал.– Кинь мне тоже, – попросили эльф.

– Обойдёшься, – усмехнулся маркиз.

– Там имя моего отца, – тихо сказала Мери, уставившись в свою рамку.

– Потому, что он был в «Живодёрах». Он их, можно сказать, и создал.

– Тогда выходит, что ему очень много лет? Как он столько прожил? Он же не вампир?

– Оставим пока этот вопрос без ответа, – уклонился маркиз. – Сейчас ещё не время раскрывать все карты.

– А Фтероти? – вкрадчиво спросила Жизель.

– Она нам и нужна, – пояснил маркиз. – Это будет следующим заданием для «Живодёров». Отыскать Фтероти. Теперь я покажу, как скрыть рамку. Растопыриваете пальцы, наводите на неё и резко смыкаете. Захотите открыть, то же самое, но наоборот. Представляете её в голове, протягиваете руку и разводите пальцы в стороны. Потренируйтесь на досуге.

Рядом послышались шаги и в зал, сопровождаемый рыцарем Винсентом, вбежал король Луи. Маркиз встал и молча учтиво поклонился. Монарх, не сбавляя хода, сделал то же самое, и резво прошествовал к трону. Осмотрев присутствующих, он подмигнул девушкам и удостоил эльфа подозрительного взгляда. Гость ответил ему взаимностью. Кланяться королю он не стал.

– На сегодня закончим, отдохните – объявил девушкам маркиз. – Жизель, можешь идти в свою комнату, и покажи подруге соседнюю гостевую. Она как раз пустует. А мне нужно ещё обсудить государственные дела с нашим почтенным монархом.

Глава 17. Опираясь на прошлое

Жилое крыло замка занимало почти половину главного строения Чёрного Дрозда, образовывая с залом для приёмов прямой угол. Нижние этажи заселяли слуги и другие разнообразные работники замка. Верхние принадлежали членам семьи д’Мерле, включая маркиза. Покои правящей четы составляли крайнюю треть последнего, четвёртого этажа. К этой же стороне была пристроена небольшая, но высокая башенка, пройти в которую можно было только из господских комнат. На вершине башни был установлен телескоп. Маркиз любил заниматься астрономией в свободное время.

Там же на четвёртом этаже была и комната Жизель. Её трое старших братьев и две старшие сестры в замке не проживали, поскольку сами были уже давно взрослыми и все имели свои семьи. За последний век Жизель была единственным ребенком, родившимся у супругов д’Мерле. На этом же этаже располагались гостевые комнаты для особо близких друзей. В одну из них и заселили Мери.

Комната оказалась просто огромной, в ней легко мог поместится домик девушки, расположенный в селении Сад. Кроме, собственно, спальни в распоряжении постоялицы оказались гостиная, кабинет с полным набором пишущих принадлежностей, а также ванная комната.

– Мда… – сконфужено сказала Мери, стоя напротив широченной кровати с балдахином из бордового бархата. – Мне ж на такой барже никогда не уснуть.

– Ты теперь благородная дама нашего королевства. Так что привыкай! – подбодрила её Жизель, стоявшая рядом. Вампирка всё время открывала и закрывала рамку консоли, играясь с ней. Похоже, ей э то очень нравилось.

Мери переборола своё стеснение и уселась на кровать. На девушку и так свалился ворох событий, но пугало её больше то, что их количество никак не хотело заканчиваться вот уже который день. В голове всё время крутилась фраза, оброненная Обсидианом тогда: «Всё, кончилась твоя чёрная полоса!» Наученная горьким опытом суровой жизни, Мери была собрана, словно сжатая пружина, готовая в любой момент распрямится в ответ на развернувшуюся катастрофу, притянутую её невезением. Но день близился к концу, а катастрофа так и не случилась. И это пугало Мери больше всего. Ей казалось, что она так сильно задолжала судьбе, что ответ неудачи будет поистине колоссальным.

– Мери-Беда… – пробормотала она себе под нос, когда Жизель наконец ушла к себе. Воительница прилегла на спину утонув в мягких перинах и вопреки своим мыслям моментально заснула.

Ей снилось, будто она бредет по тёмному сырому подземелью, страшась каждого поворота, держа меч на изготовку, готовая применить его в любой момент. Но боится она не за себя. Рядом с ней беззаботно вышагивает худой юноша в светло-зелёной мантии. Её жених – новоиспечённый маг Эндрю Райс. Его лицо излучает уверенность и целеустремлённость. Он постоянно о чём-то беззаботно шутит. Но Мери не вслушивается, ей нужно следить за обстановкой. Она лишь старается дежурно улыбаться, когда её спутник начинает хихикать, выдав очередную небылицу.

– Как он может быть так беспечен? – пробормотала Мери глубже погружаясь в собственный сон.

…Из-за очередного поворота выскочили два скелета с копьями. Но это ерунда! Легко раскроила их белые черепушки, а мой спутник поджог пламенем груду костей, в которые они превратились. Продолжаем углубляться во мрак. Становится совсем темно и Эндрю кастует магического светлячка, чтобы было видно, куда идти. Не стоило этого делать. Такой яркий источник света может привлечь толпу врагов. Но Эндрю снова отшучивается. Идём дальше!

Зомби… Алая Богиня, как же от него воняет! Даже Эндрю перестал шутить и прикрыл нос рукой. Нет времени отвлекаться на запахи! Так его, гнилохода! Интересно, клинок теперь можно будет отмыть? Гадость! Но всё же: скелеты, зомби. Как-то слишком легко. Это не к добру. Надо быть настороже. Идём дальше.

Вышли к развилке пути, всё как всегда. Эндрю говорит, что надо на право, а я больше склоняюсь к левому проходу. Выбрали левый. Коридор становится уже и ниже. Шлем то и дело задевает макушкой потолок, паскудно скребя по камню. Не очень хорошо. Приходится сутулится и боевую стойку нормально не выполнить. Эндрю пошутил над моим ростом и получил подзатыльник. Идём дальше.

Снова наткнулись на скелетов, целых восемь штук, но проход узкий и они лезут только подвое. Эндрю запустил ледяной заряд в толпу и раскидал почти всех. Я добила оставшихся. Маги невероятны! А вот и первая добыча: на пальце у скелета болтается серебряное кольцо с небольшим красивым камушком. Не зря мы сюда пошли. Может действительно удастся набить денег на свадьбу? Идём дальше.

Алая Богиня, что это за дрянь?! Из сумрака коридора вылезло бесформенное нечто. Магия его не берёт, а порезы от меча мгновенно зарастают. Нам это не забороть. Надо бежать, но Эндрю отказывается, поливая чудище то огненными искрами, то зарядами льда! Схватила его сопротивляющегося в охапку и несусь назад!

Да что же это?! Путь преградила толпа зомби! Откуда они тут взялись? Сзади скребётся та неубиваемая тварь! Плохо, всё очень плохо! Я прорубаюсь через вонючих зомбаков, нет времени воротить нос! Просто помрите уже окончательно! Прикрыв нам тыл, Эндрю соорудил что-то вроде ледяного барьера, но тварь он долго не удержит.

Есть! Прорубились! Хорошо, что Эндрю предусмотрительно зачаровал меч, который мне подарил, на элемент света. Бежим дальше к выходу. Тварь, кажется, отстала. Ничего себе встряска для нервов! Если выберемся, больше я в это подземелье ни ногой. Эндрю внезапно повалился на бок, из носа у него идёт кровь. Схватила его опять и понесла.

Вышли в небольшой зал. Его же раньше не было? Мы свернули не туда? Эндрю по-прежнему плохо, но он хотя бы смог идти сам. Вот только заклинаний больше не будет. Плохо. Опять скелеты и зомби, даже несколько с арбалетами! Справа в стене открылся проход и появилась та дрянь. Алая Богиня, сейчас же всё закончится!

Как-то проскочили в небольшой боковой проход. Эндрю резко стало хуже. Он тяжело дышит и вот-вот упадёт в обморок. Что же делать… Алая Богиня, защити нас!

Ввалились в ещё одну комнату. Опять несу Эндрю на себе. Тихо и спокойно. Нас почему-то никто не преследует. Что-то постоянно каплет. Это же кровь! Эндрю! Очнись! У тебя болт торчит из спины! Почему ты молчишь? Почему больше не шутишь? Только не это! Не бросай меня здесь одну!

Снова выскочила та тварь, молниеносно ударила, и я повалилась. Эндрю упал рядам. Тварь схватила его и пытается сожрать. Нет! Я тебе не позволю! Рублю монстра мечом. Просто остервенело рублю. Наплевать на всё! Чудище выправило щупальце и огрело меня. Я отлетела метров на десять. Левая рука не слушается. Я от тебя не отстану! Надо вставать! Я тебе его не отдам! В руке Эндрю что-то мигает. Манограната?! Нет, милый, не делай этого! Взрыв! Потолок шатается. Большой камень рухнул прямо на тварь и придавил её. Там же Эндрю! Нет! Алая Богиня! Что-то шваркнуло по шлему. Темнота…

Мери проснулась на роскошной кровати гостевой комнаты замка Чёрный Дрозд. Судя по свету, исходившему из узкого стрельчатого окна с витражом, было уже утро. Девушка долго не могла пошевелиться, обливаясь холодным потом, но, заставив себя, поднялась на дрожащие ноги. Сознание начало потихоньку приходить к ней, а с ним и память последних событий.

– Я, наверное, никогда этого не забуду, – всхлипнула Мери и тут же стиснула зубы, борясь со слезами. – Видел бы ты меня сейчас, Эндрю. Интересно, что бы ты сказал? Скорее всего, пошутил бы. Как мне не хватает твоих дурацких шуток.

Из задумчивости Мери вывел стук в дверь и последовавший за ним чопорный голос служанки:

– Госпожа д’Уолкер!

Девушка открыла дверь, перед которой стояла молоденькая служанка в сером длинном платье. В руках горничная держала объёмный свёрток, который сразу же передала ничего не успевшей сообразить Мери.

– Это платье и прочие элементы гардероба, – оценив внешний вид «госпожи д’Уолкер», недобро посмотрела служащая. – Маркиз просили вас прибыть в малый обеденный зал через час на завтрак. Я здесь, чтобы помочь вам одеться.

– Угу… – шмыгнула носом Мери.

Малая столовая располагалась на третьем этаже сразу под покоями маркиза. Несмотря на наличие в названии слово малая, обеденный зал был совсем не мал. Изысканные столы были составлены в несколько параллельных рядов, около них стояли такие же изысканные стулья, составлявшие со столами один комплект. Чтобы в зале было всегда светло с потолка свисали магические светильники, судя по ним, очень дорогие и качественные. По правой стене располагался широкий камин, декорированный изразцами с цветными эмальками. Мраморный пол был отполирован до блеска и уступал в зеркальности только потолку.

На небольшом возвышении напротив окон находился господский стол, где уже сидели маркиз с маркизой и Жизель, которая, отбросив вынужденный образ крестьянки, заблистала аристократизмом и стильностью. На вампирке было бледно-жёлтое платье, чем-то напоминавшее по фасону то, в которое она была одета, когда только заявилась в селение Сад.

Мери досталось светло-синее. Не то, чтобы ей не нравился цвет, просто в платье она, как и все воительницы, чувствовала себя некомфортно. Мери передёрнулась, засмущавшись своего вида, и чуть не повернула назад. Маркиз, заметив это, доброжелательно подозвал её рукой, указав на свободный стул напротив Жизель.

– Я думаю, обойдёмся без формальностей, меня уже самого воротит ото всех протоколов, – выговорил он. – Это всего лишь обеденная комната, а не зал для приёмов.

– Простите, – только сумела выговорить Мери, протискиваясь между свободных стульев на указанное место.

– Не стесняйся, – подключилась супруга вампира. Вид у неё был гораздо более дружелюбный чем вчера. – Быстрое развитие событий накануне не позволило мене представиться. Меня зовут Мари-Авелин д’Мерле, так что мы почти тёзки.

– Очень приятно, – скованно выдавила Мери.

– Так значит вы дочь Артура? – окончательно взяла у своего мужа инициативу в свои руки маркиза. – Бедное дитя. Судьба порой преподносит большие испытания. Если бы нам сразу стало известно про вас, мы бы непременно забрали вас к себе раньше.

– Но он сам хорош. Ничего нам не сказал.

– Или не успел, – поправила своего мужа Мари-Авелин. – Мы не знаем всех обстоятельств того события, поэтому и рассуждать о мотивах его поступка не выйдет. Однако ж, я удивлена. На тот момент, когда я была в команде Эдема, генератор персонажей крайне скверно работал с «полукровками». И довести его до ума не представлялось возможным. Но судя по тому, что я вчера узнала, Обсидиану как-то удалось обойти эту проблему.

– Стоит ли говорить об этом? – остановил её маркиз.

– Почему нет? В письме же сказано выдать им базовые данные. Не вижу здесь ничего секретного. Да и к Эдему и его клике мы уже очень долго никак не относимся.

– Маменька, папенька, – робко спросила Жизель. – Я вас совершенно не понимаю.

– Ещё бы ты понимала, – усмехнулся маркиз.

– Когда-то очень давно, – опять начала маркиза. Её красивое лицо при этом приобрело налёт задумчивости. – Мы с твоим отцом жили в Городе Богов. В Прайме.

– Что?! – взвизгнула от неожиданности Жизель.

– Как уже было сказано, нас ни что теперь не связывает с тем местом.

– Но ведь в Городе Богов живут боги?!

– Прайм… – с издёвкой выплюнул маркиз. – Кого там только нет. С богами правда не сложилось. Им там нечего делать, по большей части.

– Папенька… – испуганно пискнула Жизель.

– И нечего так пучить глаза. Раз влезла во взрослые игры, то хотя бы постарайся держать лицо. Может и не сойдёшь за дурочку.

– А кто такая эта Алл? – поинтересовалась Мери, наконец то решившись поддержать разговор.

– С ней всё просто. Она – Мать, – пояснила Мари-Авелин.

– Чья мать? – непонимающе переспросила Жизель.

– Уж точно не моя, – хмыкнул маркиз. – Ты не поняла, дочь. Или плохо изучала историю религий нашего мира. Она не чья-то мать. Она – Мать.

– Стоп. Стоп. Стоп. – опешила Мери. – Полегче! Вы хотите сказать, что она та самая Мать из мифа про Отца и Мать?!

– Ну да, – подтвердила маркиза. – Она начинала создавать всё это, так что прозвище вполне подходит, хотя сейчас она занята несколько другой работой.

– Дошло, с чем связались? – посерьёзнел маркиз. – Силы какого порядка заставили обратить на себя внимание?

– Вы так обыденно сообщаете вещи, которые могут перевернуть всё с ног на уши, – нервно хихикнула Мери. – Выходит, что Мать зовут Алл? Почему ни одна религия об этом не говорит? А у Отца тоже было имя?

– Естественно, – резюмировал маркиз. – Его зовут Виктор Эдем. Точнее звали.

– Его не стало ещё до того, как мы здесь обосновались. Очень, очень давно, – печально подтвердила маркиза. – Даже жаль, что мы его не застали. Говорят, что он был интересный человек.

– Однако, есть его потомок, – продолжил маркиз.

– Не упоминай имя этого дурака! – угрожающе взвизгнула Мари-Авелин, поменявшись в лице. Эта стремительная метаморфоза была особенно необычна, поскольку маркиза до этого момента демонстрировала абсолютную невозмутимость.

– Я помню… – совсем тихо произнёс маркиз. – Это самое худшее, что могло случится с нашим многострадальным миром.

– Выходит, что жрецы всем врут? Всё враньё? – ошалело спросила Мери, уставившись в никуда. На обеих девушек было больно смотреть. Привычная картина мира бесповоротно рушилась у них на глазах, увлекая в хаотичный водоворот мировых откровений. Больше всего досталось Жизель. Юная вампирка часто моргала, поглядывая то на отца, то на мать, пытаясь сообразить и переварить, что её родители совсем не те, кем казались ей раньше.

– Бедные дети. Мы совсем выбили у вас почву из-под ног, – улыбнулся маркиз. – Но у меня для вас ещё одна новость. Наш мир на самом деле не плоский, а имеет форму шара.

– Вы так шутите, да? – засмеялась Мери.

– Боюсь, что нет, – продолжал наслаждаться моментом маркиз. – В письме Алл, сказала, чтобы я выдал вам базовый набор знаний, эквивалентный новоиспечённому стоуровневику. Представляю, сколько чудных открытий нас ждёт.

– И всё-таки просвещение может подождать. Мне бы очень хотелось понять, что именно Обсидиан сделал с генератором персонажей, – нетерпеливо заявила Мари-Авелин. – Как я поняла, он сумел добиться некоторых успехов, поэтому прошу ещё раз рассказать мне в деталях то, что произошло в селении Сад.

– Точно! Он ведь и о Жизель что-то говорил. О каком-то «Неуравновешенном разуме» – припомнила Мери.

– Что?! [Status]! – доказав, что так же умеет вызывать консоль, выкрикнула маркиза. Уже привычная зелёная рамка открылась у неё перед рукой. Мари-Авелин направила её на свою дочь и стала быстро водить пальцами, открывая одну диаграмму за другой. Постепенно её брови всё выше заползали на лоб от удивления. Она растерянно смотрела то на рамку, то на Жизель, то на своего мужа.

– Говори уже? – не выдержал маркиз, немного растерявшись.

– Ничего не понимаю. Убраны все признаки инвазии. Никаких следов не осталось. Но даже теперешний Эдем не имеет столько прав в системе… Генератор нельзя было доделать, потому что к нему банально не было полного доступа, после того как Виктор исчез. Можно было только экстренно внедриться, что они и сделали тогда с нашей дочерью. Но даже тогда результат был непредсказуем. Чего стоил только один атрибут «Неуравновешенный разум». А теперь его просто нет.

– Выходит, Обсидиан с самого начала был…

– Молчи! – зашипела Мари-Авелин. – Если об этом узнает мальчишка Эдем, начнётся война, которой мир ещё не видывал. Надеюсь, Рону удастся скрыть всё это.

– А что произошло, папенька? – забеспокоилась Жизель.

– Ничего, дочь моя. Всё вдруг стало гораздо сложнее. Кажется, я начинаю понимать, зачем Алл понадобилась Фтероти. Час от часу не легче.

– Значит, отправляешься в Конкорсо? – понимающе вымолвила Мари-Авелин.

– Алл хочет, чтобы я взял их с собой, – указал на девушек маркиз.

– Это как раз понятно. Она не меньше чем мы желает, чтобы подробности копания в генераторе не всплыли наружу, – заключила Мари-Авелин. – Нашего гостя она тоже припахала, скорее всего?

– Ты как всегда прозорлива.

– Я ведь работала с этой сумасшедшей много лет. Научилась её немного понимать.

– Маменька, вы имели дела с Алл?!

– Да. Проводила для неё некоторые научные проекты. Это было ужасно давно, гораздо раньше рождения твоих старших братьев, – маркиза застыла с мечтательным выражением на лице, накручивая на палец один из своих локонов. – Скоро события начнут развиваться стремительно. Я думаю, что девочек стоит подготовить.

– Согласен.

– Тогда я возьму на себя теоретическую часть, а ты займёшься практикой.

Маркиз с маркизой демонстрировали поразительное единодушие. Можно было сказать, что они понимали друг друга с полуслова. Прожив вместе столько лет, эти двое действительно стали чем-то единым. Мери заметила, что во время разговора, они то и дело поглядывали друг на друга, как бы безмолвно совещаясь, прежде чем что-то произносить вслух. Дальше один из супругов озвучивал общую позицию, с которой второй почти всегда соглашался.

– Так и поступим, – подытожил маркиз.

Глава 18. Явление шедевра

Девушкам дали отдохнуть ровно один день. На следующий маркиза разбудила их с восходом солнца и отвела в свой кабинет, располагавшийся на четвёртом этаже жилого крыла рядом с покоями напротив кабинета её мужа. В замке многое говорило о равноправии и паритете супругов во всём. Каждый имел свой кабинет. Каждый отвечал за определённые дела замка. Решением дипломатических вопросов занимался маркиз, в то время его жена ведала финансами семьи, а также, будучи очень квалифицированным мистиком, занималась магической защитой крепости. Трон маркизы в главном зале для приёмов хоть и был слегка меньше в размерах, по искусности выполнения не уступал трону её мужа.

В любой другой стране такой расклад был просто не мыслим, но Вечное Королевство отличалось от соседних государств разительно, что конечно же не добавляло ему друзей среди окружающих стран. Однако, королевский дом Белых Дроздов, несмотря на все подозрения, пользовался уважением других монархий. Про маркиза д’Мерле и Дроздов Чёрных предпочитали просто молчать.

– С чего бы нам начать? – задумалась маркиза, элегантно опустившись на кресло в своём кабинете. Жизель и Мери сидели рядом за полированным столом, предназначавшимся для посетителей. – Начнём с системы уровней. Это самое простое. Могущество существ нашего мира измеряется специальным образом. Единицей такого измерения служит уровень. Любое существо обладает уровнем. Уровень новорождённого младенца равняется единице. С течением жизни он растёт и достигает некоторого значения. Пока всё понятно?

– Да, – ответили девушки хором.

– Уровень повышается путём приобретения опыта, который предоставляется за разные действия. Это даже вам должно быть известно. Например, за победу над сильной бестией авантюрист может стать сильнее. На самом деле механизм явления следующий: при победе над противником начисляется опыт. Накопишь достаточное количество опыта – сможешь поднять свой уровень. Чем выше ваш уровень, тем сильнее и квалифицированнее вы будете становится.

– То, что убив много монстров, можно самому усилиться, любой авантюрист прекрасно знает. А вот то, что эта сила строго измеряется в каких-то уровнях, это я первый раз слышу, – недоверчиво пробормотала Мери.

– Об этом не говорят, поскольку среднестатистический житель никак не сможет просмотреть свой статус, поэтому существует запрет на распространении этой информации среди обширных масс.

– Но кто-то посмотреть его может? – уточнила Мери.

– Этим мы с вами и займёмся. Вызовите консоль и чётко продекламируйте техническую команду [Level]. У вас сейчас должно хватать на это прав. Приступайте!

– [Level]! – как и просила маркиза скомандовали девушки. Незамедлительно на против их вытянутых рук появились зелёные рамки с информацией.

– Тут написано число 72, – заявила Жизель.

– У меня меньше, всего 51, – смущённо пробубнила Мери.

– Не вижу повода расстраиваться, – успокоила её маркиза. – Жизель изначально появилась с десятым уровнем. Она ведь не человек. Для человека же перевалить за пятьдесят – результат, достойный всяческой похвалы. Твёрдый «B» ранг, я бы сказала.

– Если вы так говорите...

– Тебе ещё есть куда стремиться. Вам обеим. На практических тренировках вы сможете улучшить свои показатели. Я в этом не сомневаюсь. Продолжим. Есть некоторый рубеж. Это – сотый уровень. Достигнув заветного числа, существо переходит на ступеньку выше, с расширением своих прав и обязанностей. Сделать это крайне непросто. Настолько сложно, что за последний век лишь один человек достиг сотни и тут же отправился к праотцам, не выдержав полученной силы. Плюс буквально на днях по слухам одной юной дриаде удалось добраться до заветного рубежа, но информация требует окончательного подтверждения.

– А в чём тогда подвох? Если я за тридцать с гаком лет набрала больше пятидесяти, почему я не могу дойти до ста? – спросила Мери.

– Хороший вопрос. Всё дело в том, что на каждый следующий уровень требуется больше опыта, чем на предыдущий. После семидесяти пяти этот порог резко возрастает, что делает достижение сотни для смертного существа почти недостижимым. Но в редких случаях бывают исключения. Такие как врождённая предрасположенность, или нужно принять участие в каком-нибудь грандиозном событии. Жители страны, где проходят военные действия, как правило быстрее набирают опыт. Иногда уровень начинает расти стремительно, если обратить на себя внимание богов.

– Алл ведь богиня и мы с ней встречались? – с надеждой мечтательно спросила Жизель.

– Технически – да, но она не из тех, кто станет заниматься этой ерундой, – спустила на землю свою дочь Мари-Авелин. – Даже не надейтесь. Но всё же, если существо пересекает порог в сто уровней, его сила и могущество возрастают многократно. Мир не может это игнорировать, и к такому стоуровневику является божество или его представитель, предлагая вступить в его фракцию. Божество берёт покровительство над смертным, в обмен смертный обязуется контролировать свою силу. Иначе миру не избежать серьёзных потрясений.

– А какой уровень у папеньки? – вкрадчиво поинтересовалась Жизель.

– Неугомонное дитя, – добродушно усмехнулась маркиза. – Его уровень выше сотни.

– Значит за ним тоже приходило… божество? – округлила глаза Жизель.

– Естественно. Твой отец находится во фракции Бледного Господина. Я думаю это очевидно, учитывая чей собор расположен напротив нашего замка.

– А что с собором живых?

– А что с ним не так?

– Ну, это ведь собор Красной Богини? – смутилась Жизель.

– Я знаю, чей это собор. Мы уже не раз тебе объясняли. Прикажешь живым молится Бледному? Или, может, надо было построить храм Солнцеликому? – фыркнула маркиза.

– У нас в Статере священники учили, что Алая Богиня противница нежити, – вступилась за подругу Мери.

– Так и есть. Но Алая гораздо более договороспособна, чем многие другие. Секрет её популярности в том, что она умудряется сохранять более-менее нейтральные отношения почти со всеми остальными. Если нежить, вроде вампиров, ведёт себя цивилизовано и не устраивает бесчинства, ей на неё наплевать.

– И вы её видели, Алую Богиню? – выдохнула Мери.

– Приходилось, но очень давно. Сейчас она заперлась в своём личном мирке и не выходит оттуда, – спокойно пояснила Мари-Авелин. – Хотя, если события завертятся, то даже ей не получится отсидеться в нейтралитете.

– И какая она? – не удержалась Мери.

– Ниже меня ростом. Но мы отвлеклись, – уклонилась от ответа маркиза. – Существует более универсальная команда. Она называется [Status]. Тогда рамка выдаст вам более полную информацию. Такую как: Истинное имя. Это то имя, под которым вас видит система, то есть наш мир. Основная раса. У эльфа будет эльф, у человека человек и так далее. Это понятно?

– Вроде, понятно, – отозвалась Мери.

– Дальше. Ваш основной класс. С этим будет посложнее. Класс – это что-то вроде главного занятия или атрибута. Существует бесчисленное многообразие классов. Какие-то, как например кузнец, встречаются часто. Какие-то реже. Крайне редко может выпасть уникальный класс. У тех же авантюристов класс формируется по роду деятельности. Мечник, маг молний, друид, алхимик. Иногда классы способны видоизменяться, если носитель меняет род деятельности, но не всегда. Этот механизм до конца не изучен.

– А у меня то же есть класс? – взволнованно спросила Мери.

– Проверь сама. Команду я сказала.

– Э… [Status]! Так надо говорить? О, действительно появился. Тут же вся информация обо мне?! Как такое возможно?!

– Удивлена? – улыбнулась маркиза. – И что же там насчёт класса?

– Тут сказано, что я [Защитница].

– Совершенно верно. Довольно распространённый класс латного бойца, точнее его женская версия.

– Простите, маменька, а что такое [Красный вампир]?

– Я не знаю, – пожала плечами Мари-Авелин, введя свою дочь в замешательство. – Если честно, первый раз про него слышу. До того, как ты сбежала, там было [Высший вампир], как и у всех твоих братьев и сестёр. Тем более, твой новый класс оставлен без описания.

– И... И что это значит? – неуверенно вымолвила Жизель.

– В этом придётся разбираться тебе самой. Что ещё вам нужно знать? Класс как правило бывает один, в исключительных случаях два. Обладателей трёх классов история то же помнит, но это было из разряда мировых исключений. Однако, классы – это ещё не всё. За свою жизнь каждое существо получает ряд талантов. Это похоже на класс, только рангом пониже. Их может быть несколько, иногда даже десятков. Чтобы получить талант нужно выполнить условия, или отвечать определённым требованиям, или и то и другое. Простой пример, лучник-рейнджер долго и упорно практиковавшийся в стрельбе с большой долей вероятности получит талант [Снайпер], который усилит его способности по стрельбе из лука. Или же возьмём талант [Дитя невзгод], обладательницей которого является Мери.

– Я?!

– Ага. Обрати внимание на надписи под классом. Вот это и есть список талантов. А теперь самое интересное. Если ткнуть пальцем на надпись класса или таланта, в большинстве случаев появится его краткое описание. Прочти, что говорится о таланте [Дитя невзгод].

– Э… [Дитя невзгод]. Обладатель данного таланта с малых лет своей жизни испытывал негативное влияние своей скудной удачи, но, несмотря ни на что, сумел всё преодолеть, поэтому в дальнейшем его выживаемость будет повышаться в минуты опасных моментов тем больше, чем выше степень опасности происшествия.

– Очень полезное умение, не правда ли? – констатировала Мари-Авелин. – Хоть и приобретение стоило уплаты большой цены.

– Простите, маменька, – робко спросила Жизель.

– Читай, дочь моя, – улыбнулась маркиза.

– У меня тут написано [Божественный интерес]. К добру или к худу, но вы обратили на себя внимание нескольких божеств. И что это даёт?

– Классический пример таланта-загадки. Пока эффект не сработает, это будет тайной даже для тебя. То же касается и твоего класса. Такое иногда бывает, но я думаю, в дальнейшем описание появится.

– Так не честно!

– Жалобы можешь отправить прямиком тем богам, которых заинтересовала, – посмеялась мать Жизель. – Может, это тебя научит осторожней подходить к серьёзным делам.

– А что с цифрами, – осведомилась Мери. Там, где ловкость, сила, удача и прочее.

– Пока не забивайте себе голову этой арифметикой. До получения сотого уровня вся цифирная статистика распределяется автоматически. Вам на это никак не повлиять, а значит нечего и пытаться.

– Маманька, а почему у вас вместо информации одни знаки вопроса, и даже имя не прочитать? – спросила Жизель, направив на маркизу рамку.

– Жить надоело?! – поменявшись в лице рявкнула Мари-Авелин, перепугав свою дочь.

– Простите, маменька! – залепетала Жизель, не ожидавшая такой реакции своей матери.

– Напугалась? – более спокойно спросила маркиза. – Вот и хорошо. Обе зарубите себе на носу. За просмотр чужой статистики без разрешения можно быстро лишиться головы. Особенно если объект… исследования гораздо сильнее вас. Что касается знаков вопроса, то статистику дозволено видеть, только если разница в уровнях не превышает пятьдесят пунктов.

– Но выходит, что у вас, маменька, уровень тоже выше ста? – раскрыв глазки, удивилась Жизель.

– Хотя бы считать умеешь. Уже хорошо.

– А к какому божеству тогда относитесь вы?

– Секрет, – мило улыбнулась маркиза. – Но, предвидя ваши предположения, это точно не Алая Богиня. На сегодня с теорией закончим. После обеда с вами будет заниматься Жофруа. И я вас прошу, не вздумайте смотреть его статус без спроса. Он это крайне болезненно воспринимает. Особенно болезненно будет тем, кто посмотрел. Жизель, ты меня поняла?

– А чего сразу я, маменька?

***

Как и обещала Мари-Авелин, после обеда за девушками явился маркиз. Вампир повёл их в подвал, где Жизель с удивлением обнаружила большой подземный зал для тренировок, в котором она оказалась в первый раз. Помещение было довольно просторным и при этом совсем без декоративных излишеств, присутствовавших в остальных частях замка. Массивные гранёные камни, из которых были сложены стены зала, служили единственной цели – обеспечить помещению наибольшую прочность. Из-за того, что помещение находилось глубоко под землёй, окон не было совсем. Вместо них на стенах крепились редкие факелы.

– Папенька, вы никогда не говорили, что в замке есть такое место? – удивлённо спросила Жизель. – Насколько же мы глубоко спустились?

– Мы примерно в ста метрах под землёй, – усмехнулся маркиз. – Это мой личный зал для тренировок, поскольку только здесь я могу заниматься без боязни кому-нибудь навредить.

– Какие мы благородные правители! – из полумрака помещения показался вчерашний гость-эльф. Он был в кампании с рыцарем Винсентом, который то и дело неодобрительно поглядывал на эльфа, но при этом хранил абсолютное молчание. Когда вампир-страж завидел девушек, он вышел вперёд и поклонился, тут же потеряв к эльфу интерес.

– Винсент будет вашим противником в этой тренировке, – пояснил детали маркиз. – Вы будете сражаться вдвоём против него одного.

– Стой! Дай я попробую, – громко заявил эльф.

– Чтобы их остатки месяц счищали со стен? – иронично парировал маркиз. – Нет уж, спасибо. Ты сидишь в наблюдателях.

– Я аккуратно.

– Исключено! И думать забудь.

– Жаль, получилось бы интересно.

Маркиз кивком головы указал девушкам на стойку с оружием и доспехами, незаметно расположившуюся в ближнем от входа углу зала. Там висели несколько комплектов брони, латной, кольчужной и лёгкой кожаной. Рядом в штативе были закреплены пара мечей и копьё. На небольшом столике лежали кинжалы. Маркиз, эльф и Винсент покинули на время комнату, чтобы дать девушкам возможность подобрать оружие и надеть нужную броню.

– Решил их запаравозить? – необычно высказался эльф, стоя в коридоре спиной к закрытой входной двери в зал.

– У тебя есть идеи получше?

– Нет. Всё правильно. Просто, если бы их оппонентом всё-таки выступил я, опыту они бы сорвали гораздо больше.

– Извини, но я повторю. Ты и раньше не отличался уравновешенностью, а сейчас и подавно того гляди слетишь с катушек.

– Вот значит, какого ты обо мне мнения? – насупился эльф.

– Господин, простите мне мою наглость, – не выдержал рыцарь. – Но я являюсь главным тренером замка по искусству боя. Я думаю, что моя кандидатура подходит гораздо больше, тем более, что ваши способности, уважаемый «гость», мне неведомы.

– А ты смелый малый, – ухмыльнулся эльф. – Тогда, может устроим показательный спарринг, когда девчонки выдохнуться?

– Охотно соглашусь, – с вызовом ответил Винсент.

– Папенька, мы готовы, можете заходить, – послышался из-за двери звонкий голос Жизель.

Маркиз и остальные поспешили пройти обратно в зал. Там их ждали Мери и Жизель, полностью готовые и экипированные. На Мери был латный воронёный доспех и такой же щит. В руках воительница сжимала свой меч, который предусмотрительно захватила заранее. Жизель не надела брони вовсе, довольствуясь лишь платьем с широкой просторной юбкой в виде колокола. Сверху одежда была зашнурована вроде корсета, подчёркивая миниатюрную талию вампирки.

Вампиры имели врождённую крепкую кожу. Большинство из них не использовали доспехи вовсе, резонно не желая терять в ловкости и подвижности за счёт неуклюжих железяк. Но даже среди немёртвых были исключения – чёрные рыцари маркиза д’Мерле. А Винсент уже много лет был их капитаном, поэтому его латы в готическом стиле были на нём. Чёрных рыцарей боялись по всей округе королевства. Они были олицетворением могущества маркиза. Доспехи таких воинов были не только прочными, но и имели магические зачарования. Для офицеров корпуса чары на броню накладывала лично маркиза – самый квалифицированный мистик и зачарователь королевства. Как будто этого было мало, каждый чёрный рыцарь тренировался в таких доспехах несколько десятилетий, пока не получал право стать полноправным участником ордена. В результате потеря в ловкости из-за тяжёлой брони такого бойца практически нивелировалась, что превращала его в орудие смерти, нанести повреждение которому представлялось очень серьёзной задачей.

Маркиз оглядел девушек, оценивая их экипировку. Когда же его это устроило, он попросил рыцаря Винсента встать у края дальней стены, в то время как девушки расположились у противоположной. Эльф и маркиз отошли в самый дальний угол, туда, где находились стойки с обмундированием и оружием.

– Можете начинать, – уверенно возвестил маркиз.

Рыцарь Винсент кивнул, и повернувшись к девушкам, сделал реверанс в их сторону. Жизель повторила в ответ, а Мери просто неуклюже поклонилась, вызвав еле заметную ехидную улыбку у их спарринг-партнёра. В следующую секунду начался бой.

Винсент за одно мгновение сократил расстояние до опешившей Мери и легонько её толкнул. Вампир даже не вынул из ножен свой меч-бастард. Мери не успела понять, как, громыхая доспехом, оказалась на полу. Жизель среагировала лучше. В качестве оружия она использовала кинжалы, и ей удалось дотянутся до Винсента, но он играючи отбил клинок указательным пальцем левой руки. Жизель попыталась продолжить атаковать вторым кинжалом снизу, но противник просто поймал его другой рукой и элегантно выкрутил из кисти Жизель, придав одновременно с этим ускорения вампирке. Девушка не удержалась и отпрыгнула, едва сохранив равновесие. Первая атака закончилась безоговорочной победой Винсента.

– Никуда не годится, – цокнул языком рыцарь, крутя между пальцами трофейный кинжал. – Нам предстоит много работы.

– Голыми руками! – совершенно не стесняясь, хохотнул эльф. – Дамы, это – фиаско!

– Прекрати, – тихо упрекнул его маркиз, однако было видно, что и он крайне обескуражен уровнем подготовки девушек.

Жизель, скорчив недовольную мину, подошла к Мери и помогла ей подняться. Воительнице потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. Удар Винсента, выбил её из равновесия, несмотря на то, что был нанесён ладонью. Сила вампира-рыцаря оказалась запредельной. И Мери ничего не смогла сделать. Перед началом боя воительница полагала, что имеет представление, как сражаются вампиры, на примере её битвы с Жизель в древне Сад, но в реальности оказалось, что противопоставить тренированному вампиру совершенно нечего.

– Так, Жизель, – клацнула зубами Мери. – Похоже сделали нас, как детей.

– Угу, – безрадостно подтвердила подруга.

– Готовы продолжать? – осведомился Винсент, снисходительно посматривая на девушек.

– А смысл? – огрызнулась Мери. – Я тебя даже поцарапать не смогу!

– Так, отставить упаднические настроения! – вмешался маркиз. – Никто не ждёт, что вы сможете одолеть Винсента. Но всё же пару ударов по его броне вы вполне могли осилить. Так что вместо опускания рук, может попробуете пораскинуть головой и понять, почему всё так печально получилось?

– Подавляющее превосходство? – пожала плечами Мери.

– Ответ отрицательный, – отрезал маркиз. – Да, Винсент сильнее вас обоих, но не фатально. То, чем он смог вас одолеть, была банальная разница в жизненном опыте, а уж никак не «подавляющее превосходство».

– Э, папенька? – подняла рыку вверх Жизель.

– Да, дочь моя, у тебя появилась мысль?

– Может, мы действовали слишком прямолинейно? Ну, наверное, как только Мери упала на землю, мне стоило зайти сиру Винсенту с боку или даже со спины, а не пытаться атаковать в лоб?

– Вот это здравая мысль, – согласился маркиз. – Но это не всё.

– Если мне позволят вмешаться, – всё ещё сдерживая улыбку, нагло встрял в разговор эльф. – Вы заранее знали, что противник сильнее вас, но ничего ему не противопоставили, ни хитрости, ни тактики. Ни-че-го! Расслабились, и решили, что вообще не стоит пытаться. Если этот бой тренировочный, если от него не зависит ваша жизнь, это ещё не повод халтурить, понимаете?

– Замечательное поучение, – ехидно заметил маркиз.

– С твоего позволения, я ещё не закончил, – прервал того эльф. – Вы можете скрыть многое от господина рыцаря, и не только от него. Но мои глаза обмануть не так-то просто. У каждой из вас есть, что можно продемонстрировать. Нужно лишь прекратить боятся и вытащить это из закоулков своей души. Встречи со странными существами всегда заканчиваются неожиданно, но неожиданно, не значит плохо. Уж в вашем случае точно.

– Эт! – угрожающе гаркнул маркиз.

– Да, не переживай ты так! – отмахнулся от него эльф. – Я всё правильно сказал.

– Готовы продолжать? – спросил маркиз девушек, немого остыв.

– Да! – с вызовом ответила Мери.

– Хорошо, – скомандовал маркиз. – Винсент, попробуем ещё раз.

– И не сдерживайтесь! – напутствовал эльф. – Как недавно выразилась одна моя хорошая знакомая: «Иногда, немного побуянить, бывает полезно».

Противники снова вышли на изготовку. Винсент опять поклонился. Девушки повторили приветствие. Маркиз снова скомандовал начало боя.

– А почему бы не попробовать! [Обсидиановая броня]! – громко выкрикнула Мери. Сразу после этого тело девушки заволокло пепельным маревом. Латы и щит Мери покрылись налётом этого пепла. Получившаяся конструкция была не столь основательна, как сотворённая ранее Обсидианом. Она выглядела более блёкло. Слой был явно тоньше и кое-где пропадал, открывая естественный цвет брони. Но несмотря на это, заклинание произвело впечатление как на Винсента, так и на наблюдателей. Особенно обрадовался эльф, скорчивший довольную ухмылку.

– [Таран]! – рыкнула Мери, выставив вперёд щит, и метнулась на оппонента.

Винсент несколько помедлил, разглядывая причудливое заклинание, но всё же в этот раз достал меч из ножен и приготовился отражать удар. Мери налетела на него со всех своих сил. Ей даже удалось чуть оттеснить вампира назад, но рыцарь крепко стоял на ногах, и опрокидываться в его планы точно не входило. В это время Жизель вынырнула из-за правого бока Мери, собираясь атаковать кинжалом. Винсент отбил выпад мечом едва уловимым точным движением и сразу же переключился на Мери, которая начала наносить удары своим клинком из-за щита. Вампир точно помнил, что второй кинжал Жизель был всё ещё у него за поясом, поэтому очень сильно удивился, когда получил удар лезвием в правый бок. Рыцарь ловко крутанулся, уходя с линии атаки, и только сейчас заметил, что Жизель сжимала абсолютно незнакомый ему ранее красный кинжал в своей правой руке.

– Стоп! – скомандовал маркиз уже более ободрённым голосом. – Вот это уже больше похоже на нормальный бой! Винсент, что с доспехом?

– Цел, – сухо констатировал вампир, проверяя место, куда попал удар красного кинжала Жизель.

Как только маркиз остановил бой, Мери плюхнулась на пол, не в силах стоять. С её доспеха на землю стал стремительно осыпаться пепел. Воительница тяжело дышала, с бледного лица девушки градом валил пот. Жизель снова хотела помочь ей подняться, но та просто отмахнулась, показав жестом, что ей нужно перевести дух.

Эльф не удержался и подошел к Мери, чтобы проверить пепел с доспеха. Покрутив в руках щепотку порошка, эльф довольно ухмыльнулся и одной рукой приподнял Мери, поставив её на ноги. Воительница попыталась возразить, но её усталость невероятным образом стала уходить сама по себе. Эльф же, похоже, пришел в великолепное расположение духа. Он благосклонно протянул свою костлявую руку перед воительницей:

– Эт, так меня зовут. Добро пожаловать в «клуб»!

– Мери… – немного удивлённо пожала руку воительница.

– Давай без театральщины, – буркнул маркиз эльфу.

– А почему нет? – скосился на него эльф. – Это заклинание – его подарок, я уверен. Для меня вполне достаточно, чтобы считать, что она на моей стороне. Новые союзники – всегда интересно.

– Я что-то не помню, чтобы записывалась в твои союзники, – буркнула Мери, всё ещё борясь со слабостью.

– Не бери в голову, – отмахнулся эльф, резко потеряв к воительнице свой интерес. – Всё идёт своим чередом. Не более, и не менее.

– Ну, да, – неопределённо хмыкнула Мери.

– Что касается тебя, юная вампирка, – обратился эльф к Жизель, указывая на её кинжал. – Я хочу знать, как у тебя получилось это.

– У неё есть предрасположенность к магии крови, – ответил за дочь маркиз. – Не вижу ничего необычного в кровавом кинжале.

– И зря, – хмыкнул эльф. – Ибо это не обычный кровавый кинжал. Точнее это кровавый кинжал, но он завершён. А это не под силу сделать ни одному вампиру. Уж я-то знаю.

– Что?! – удивился маркиз. – Дочь моя, дай сюда кинжал.

Жизель повиновалась, послушно передав клинок в руки отца. Он взял его и сразу же начал пристально рассматривать. Спустя секунду маркиз цыкнул и молниеносным движением швырнул кинжал с такой силой, что тот воткнулся в каменный блок стены. Кисть руки маркиза задымилась, причиняя ему боль.

– Папенька, простите! – взмолилась Жизель, перепугавшись не на шутку.

– Нет… Я сам виноват, – задумчиво пробормотал маркиз, несмотря на боль всё ещё рассматривавший свою дымящуюся ладонь.

– Я же говорил! Они не так просты, как кажутся! – усмехнулся эльф.

– Простите, а что не так с моим кинжалом? – спросила его совсем заробевшая Жизель.

– Всё с ним так! Скажи, юное дарование, что у тебя написано в описании класса?

– Это в той рамочке? Ничего, просто [Красный вампир].

– Хочешь сказать, что тебе видно больше? – недоверчиво осведомился маркиз.

– Там в описании всего два слова. «Меня пожалели», – смотря куда-то в пространство, изрёк эльф. – Что бы это не значило.

– Ты хочешь сказать, что Авелин, её мать, ничего не заметила, а тебе открылась истина? – недовольно протянул маркиз, наконец избавившись от боли в руке.

– Да, мир так устроен, что матери, как правило, виден полный статус своих детей, но возможно, маркиза не очень-то и пыталась разглядеть, или у меня просто больше опыта в подобных вещах. С классами-загадками всегда так. Никогда не знаешь, кому откроется правда. Скажи, Жизель, ты можешь объяснить, каким образом у тебя получился именно этот кинжал?

– Я… – растерялась вампирка.

– Не стесняйся, дочь моя, говори, как есть, – успокоил её маркиз.

– Тогда, после сражения у амбарчика. Я немного поговорила с лучницей Лили, – начала вспоминать вампирка. – Пока Дориан был без сознания, она сказала мне, что мой кровавый туман неправильный, что нужно делать по-другому.

– А ведь точно! – подтвердила Мери. – Лили тоже использовала кровавую магию. Туман Жизель ей удалось разогнать довольно быстро.

– Ага! – продолжила Жизель. – И когда мы поговорили. Я вдруг поняла, что делала неправильно. Просто осознала. Не только туман, а всю магию крови. А сегодня я попробовала сделать кинжал по-новому. И он получился! А ещё мене кажется, что можно делать не только кинжалы.

– Великолепно! – почему-то с гордостью в глазах выпалил эльф.

– Господа, может всё же мне будет позволено вернуться к тренировке? – нетерпеливо осведомился Винсент.

– Да, конечно, – согласился маркиз. – Я думаю, можно устроить ещё один раунд.

– Я бы хотел, чтобы в этот раз бой не прерывали, господин.

– Пусть будет так, Винсент. Дамы, вы готовы?

– Готова! – выпалила Жизель.

– Ага, – менее оптимистично выразилась Мери. Латница хоть и полностью пришла в себя, но усталость всё же начинала брать своё.

– Хорошо. Начинайте!

Попадание кинжала в прошлом бою немного задело самолюбие Винсента, поэтому он решил атаковать сразу, но нацелился изначально не на Мери, а на Жизель. Вампир пролетел мимо воительницы, проигнорировав её и обрушил удар своего меча на Жизель. Вампирка пискнула, подставив свой красный кинжал, но не смогла полностью отбить атаку. Меч чиркнул ей по руке разрезав ткань рукава. Жизель была всё-таки полноценным вампиром, поэтому повреждений не получила, но маркиз, наблюдавший атаку Винсента, хотел было вмешаться, однако передумал в последний момент, когда понял, что удар не приведёт к серьёзной травме. Эльф тоже внимательно наблюдал за поединком, на его лице сменяя друг друга всплывали разнообразнейшие эмоции, говорившие, что он находится в крайне расшатанном состоянии духа.

– [Обсидиановая бороня]! – опять выкрикнула Мери. Её доспех снова стало заволакивать пеплом. – [Выпад меченосца]!

Воительница сделала рывок по направлению к вампиру, замахнувшись мечом. Сразу за выпадом последовал хитрый косой удар. Винсент отбил его играючи и меч Мери отскочил в обратном направлении, чуть не попав по воительнице. Вампир же явил прекрасную скоростную технику фехтования. Рыцарь всем своим видом показывал, что прошлые два боя были всего лишь поддавками, а сейчас он взялся за девушек всерьёз.

Жизель, оттесняемая шквалом ударов, еле держалась. Мери несколько раз пыталась напасть на рыцаря, но каждый раз он разгадывал все её движения и контратаковал, сводя все старания воительницы на нет, и опять с силой обрушивался на Жизель. Всё же с Мери он старался действовать более аккуратно, так как прекрасно отдавал себе отчёт, что человек гораздо более хрупкое создание, чем вампир, и любой неосторожный удар может закончится фатально. Мери же такое снисхождение только злило, она снова и снова продолжала подниматься после очередного падения, чтобы получить очередной толчок и откатиться назад.

Так продолжалось какое-то время, пока Жизель не была загнана в угол арены, а Мери с трудом держалась на ногах. По залу прокатилось шипение. Маленькая вампирка окружила себя барьером из крови, а затем взорвала его. Винсент сумел справится с ударной вольной, но отступил на несколько шагов назад. Жизель воспользовалась замешательством противника и смогла прошмыгнуть мимо него, оказавшись рядом с запыхавшейся Мери.

– А совсем недурно, – скучающе прокомментировал Эт. – Учитывая, как хорошо рыцарёнок её прижал, это был действительно интересный выход из положения.

– Зато латница, похоже, совсем выдохлась, – шёпотом ответил тому маркиз. – Я всё же ожидал от дочери Артура несколько большего.

– А ты решил, что она будет сметать горы взглядом?

– Не ёрничай. Ты прекрасно понимаешь о чём я. Думаешь я не заметил, как ты влил в неё немного своей силы. Иначе она бы отключилась сразу после второго применения [Обсидиановой борони]. Заклинание явно ей не по зубам.

– Но опыту они уже слегка подняли.

– Всё равно, слишком медленно. Такими темпами они и за год не будут готовы.

– А я говорил, что нужно было сразу поставить их против меня. Тогда сработал бы буст. Да я бы прямо на них его кинул, мне не жалко, но старая карга сразу узнает и явится по мою душу.

Жизель и Винсент опять сошлись в схватке. Вампирка даже смогла потеснить рыцаря, нанося серии быстрых ударов, в то время как Мери не на долго отвлекла Винсента на себя. Кинжал звякнул по броне несколько раз, оставив на волнообразной форме нагрудника несколько глубоких царапин. Винсент ответил контрнаступлением. Но немного не рассчитал и вместо Жизель, задел подвернувшуюся под удар Мери. Заскрежетал металл, и Мери согнулась. Из-под брони, на месте разреза выступила кровь.

– Мои извинения! – остановился вампир.

– Продолжаем! – сквозь зубы выплюнула Мери. – Что я по-твоему, раньше ран не получала?

– Мери, может хватит? – забеспокоилась Жизель.

– Всё нормально! Пляшем!

– Как будет угодно, – продолжил поединок Винсент.

– Тогда вот так! – вампирка вдруг замерла, разглядывая рану Мери, а затем взмахнула руками, закрыв глаза. Кровь что успела попасть на пол запенилась, превратившись в большое красное пятно. Из него вдруг выскочила цепь с лезвием на конце, которое один в один было похоже на кинжал вампирки.

– [Кровавый бич]! – выкрикнула Жизель

Лезвие с увлекаемой за ним цепью метнулось в сторону Винсента. Тот приготовился его отбить, но в последний момент бич изменил направление, обогнув рыцаря и зашел ему со спины, повторив попытку атаки. А с фронта на вампира уже неслась Жизель, замахнувшись кинжалом. Винсенту стоило больших усилий и всей его ловкости, чтобы отбить обе атаки, но кровавый бич и не думал останавливаться. Это странное оружие как будто жило своей жизнью, двигаясь по разным направлениям и без перерыва атакуя рыцаря. И в то же время бич не нападал бездумно, на самом деле он дополнял выпады Жизель, помогая ей пробиться сквозь защиту её противника.

– [Люминофор]! – проревел голос Мери.

Воительница выкинула свой щит и теперь сжимала меч обеими рукам, подняв его высоко над головой. Клинок испускал яркий белый свет словно магический светильник. Вампир инстинктивно зажмурился и тут же получил мощный удар клинком сверху вниз.

– [Молот] и [Наковальня]! – грозно выкрикнула Мери прежде, чем клинок опустился на правое плечо вампиру. Раздался лязг металла о металл. Винсент всё же успел подставить свой меч под удар, но колени вампира согнулись под тяжестью клинка Мери. Воительница же отвела меч назад, и тут же атаковала снова.

– [Мельница]! – рявкнула Мери, описав светящимся мечом восьмёрку.

Винсент зашипел, обнажив клыки. Его лицо перекосило от боли. Свет меча воительницы был ему крайне неприятен. Он жёгся, словно полуденное солнце, но даже силы всего дневного светила было мало, чтобы остановить могущественного вампира, кем несомненно был Винсент. Рыцарь напрягся и постепенно выпад за выпадом стал брать инициативу в свои руки. Меч Мери особенно сильно вспыхнул, отражая её чувства на данный момент. Сразу после этого, из-за вспышки вынырнула Жизель, а сзади к вампиру уже летел кровавый бич. Кинжал в руках Жизель был другой, не красный, а абсолютно чёрный, без единого блика, несмотря на яркий источник света рядом. Винсент почувствовал страх. Не ярость, не недовольство или раздражение, а страх. Этот маленький изогнутый чёрный клинок был смертельно опасен. Страх заставил действовать инстинктивно.

– [Hyacinth sol]! – рявкнул вампир, и тут же ужаснулся, поскольку с пальцев его левой руки спрыгнул, увеличившись в размерах, синий огонёк. Приняв форму шара, он устремился к Жизель, и та не нашла ничего лучше, чем попытаться отразить его кинжалом. Как только шар синего огня коснулся лезвия раздался всплеск и огненное заклятье рассечённое на две равных половинки поменьше разлетелось в разные стороны, пока остатки заклятий не коснулись стен, где закончили своё недолгое существование.

– Стоп! – скомандовал маркиз. – Бой окончен.

– Это то, что я думаю? – заинтересовался эльф. – Значит, не только латнице перепало с подарком?

– Дочь моя, второй раз уже спрашиваю, что это за оружие у тебя руке? И каким образом тебе удалось рассечь [Гиацинтовое пламя]? – встревоженно спросил маркиз.

– Я просто… – растерялась Жизель.

– Рассекла высокоуровневое заклятье кинжалом, – согласился маркиз. – Я это знаю. Я хочу понять, как тебе это удалось.

– Имя! – нетерпеливо выкрикнул эльф, не сводя глаз с чёрного кинжала, который сжимала в руке Жизель. – У него точно должно быть имя!

– Дочь моя, покажи кинжал, но не передавай его мне. Просто продемонстрируй.

– Как скажете, папенька, – пролепетала вампирка, протянув чёрный клинок на раскрытой ладони. Кинжал был совсем небольшим. Меньше тех, что до этого сотворяла Жизель. И гарда, и клинок были одного цвета, и, видимо, были выполнены из одного материала – странного металла, не похожего на другие сплавы. Матовое лезвие кинжала, заточенное не хуже бритвы, не отражало ни частички света. С обратной стороны на клинке виднелись несколько зазубрин, что придавало лезвию форму жала. Ни каких надписей или клейм изготовителя на оружии не было. Жизель повертела клинок в руке, демонстрируя его остальным. Особенно был удивлён маркиз. Эльф же чуть не задыхался от радости.

– Из чего он сделан? – озадаченно поинтересовался Винсент. – Никогда не видел такого материала.

– Ещё бы ты видел, – с издёвкой хихикнул эльф. – От одного только осознания, что досталось девчонке, меня начинает трясти. Вот повезло! Но всё же, выдать такое неразумному ребёнку, детёнышу! О чём он только думал? Но мне это определённо нравится!

– Простите, папенька, я сделала что-то не так? – забеспокоилась Жизель, видя, как эльф начал съезжать с катушек.

– Поведай, дочь моя, как его зовут? – устало произнёс маркиз.

– Кого зовут? – не поняла Жизель.

– Кинжал, конечно, – тихо вымолвил маркиз. – Первый, который сделан из крови, был хорош, но он безымянный, я уверен, но у этого, чёрного, должно быть имя. Не бывает божественных шедевров без имён.

– Да ладно! – не выдержала Мери. – Эта маленькая загогулина – божественный шедевр?

– Ну… – замялась Жизель. – Я не уверена, но когда он появился, одно слово почему-то постоянно крутилось у меня в голове.

– Провозгласи же его! – церемонно продекламировал маркиз.

– [Апостроф], – прошептала Жизель. Клинок отозвался тут же, блеснув на миг тёмно-синим свечением.

– «Тот, что делит всё на двое» – пояснил эльф, расплывшись в довольной улыбке. – Поговаривали, что им можно разрезать даже душу на половинки, что бы это не значило.

– У меня только один вопрос, – вздохнул маркиз, не спуская взгляда с кинжала. – Зачем ему всё это? Какой прок дарить мощный артефакт тому, кто не сможет им толком распоряжаться. Дочь моя, да за этот кинжал многие будут рады извести на нет целый город. А тебе он достался как конфета ребёнку. В чём смысл?

– А может, не было никакого смысла? – хмыкнула Мери.

– П-простите папенька, – снова залепетала перепуганная вампирка. – Если хотите, я отнесу его в оружейную…

– Не сможешь. От подарков богов так легко не отделаться. Эта штука связана с тобой теперь до конца твоей жизни. В любом случае, тренировка окончена. И я заклинаю всех присутствующих, ни слова о чёрном кинжале! Не единого звука! Никому! Особенно это касается тебя, дочь моя. Спрячь его и не показывай, даже мне. Даже матери! Я сам ей скажу об этом. И вместе мы подумаем, как дальше быть. Возвращаемся на верх.

Глава 19. Ночные гости

Мери проснулась от того, что кто-то настойчиво барабанил в дверь. Убедившись, что всё ещё ночь, девушка вздохнула и медленно встала с кровати. Полученная накануне рана отозвалась ноющей болью, непроизвольно заставив скривиться лицо. После позавчерашней тренировки маркиз выдал Мери лечебное зелье из своих запасов, а затем попросил Мари-Авелин осмотреть рану. Благодаря действию зелья и стараниям маркизы ранение зажило почти мгновенно, не оставив даже рубца. Но чтобы убедится в надлежащем заживлении раны маркиз объявил девушкам выходной, отложив занятия на сутки.

Окончательно отделавшись ото сна, Мери опять услышала стук в дверь и поплелась открывать. На пороге стояла взволнованная Жизель, уже одетая в дорожную одежду и укутанная в шерстяной плащ с капюшоном.

– Мери, прости. Папенька говорит, что мы должны срочно собираться, что ситуация ухудшилась и надо выдвигаться в Конкорсо немедленно, – залепетала Жизель скороговоркой.

– Куда выдвигаться? Прямо сейчас?! – зевнув, пробормотала Мери.

– Он сам тебе объяснит, я толком ничего не поняла. Папенька говорит, что император, который живёт в Гегемонии, скончался, и что это официально объявят только через неделю, но ситуация будет развиваться очень быстро.

– Как скажешь, – ничего не поняв из разговора, согласилась Мери.

– Папенька говорит, чтобы ты взяла своё обмундирование и оружие. Мы пойдём как простые авантюристы, тайно.

– Мы отправляемся куда-то с маркизом? – наконец догадалась Мери.

– И не только с папенькой, – поморщилась Жизель, – Я не уверена, но, похоже, тот страшный эльф идёт с нами.

– Этого ещё не хватало. У меня от него мурашки по коже, – поёжилась Мери, напяливая на себя одежду.

– И у меня тоже, – пожаловалась Жизель. – Но папенька настроен серьёзно взять его с собой.

Собравшись в дорогу девушки прошли во внутренний двор замка, где, кутаясь в тенях, стояли маркиз с маркизой. Жофруа было не узнать. Вместо аристократа перед Жизель и Мери предстал какой-то убогий жрец, завёрнутый в балахон и с потёртым посохом. Маркиз опирался на посох, словно старик, которому едва хватает сил, чтобы стоять. На Жизель это произвело неизгладимое впечатление. Она выпучила глаза от удивления, не в силах переварить такую кардинальную метаморфозу, произошедшую с её отцом. Рядом с Жофруа стояла Мари-Авелин с накинутой на плечи шалью из тончайшего шёлка. Маркиз с ней смотрелся настолько неуместно и чуждо, что походил на нищего, решившего попросить милостыню у важной госпожи.

– Вот и вы! – как ни в чём не бывало властным голосом возвестил маркиз, тут же разрушив образ бродячего жреца. – Прошу меня простить за этот маскарад. Я слишком хорошо известен, чтобы просто обзавестись ложными документами. Любой проходимец меня сразу опознает и поднимет вой. Приходится принимать кардинальные меры, чтобы оставаться инкогнито. Запомните, теперь я не Жофруа д’Мерле, а Жером. Жрец-авантюрист Бледного Бога.

– Папенька… – вздохнула Жизель.

– Жизель! – одёрнула её маркиза. – Если ты назовёшь своего отца «папенька» при посторонних людях, легенда сразу раскроется, поэтому постарайся так не делать.

– Но…

– Никаких «но»! – властно выговорил маркиз. – Можешь звать меня отец Жером, если сложно просто по имени.

Маркиз достал из кармана бумаги. Один комплект вручил Мери, а другой Жизель.

– Это ваши новые документы на время задания, – пояснила маркиза. – Удостоверения авантюристов, выданные королевской канцелярией. Можете не сомневаться, они настоящие, никаких подделок. Имена мы оставили те же, чтобы вы не путались. Вам это особо не навредит, так как вы не настолько известны, как мой муж. Жизель будет авантюристкой «C» ранга. Серый вампир родом из одной из западных провинций королевства. Основная специализация – лёгкий боец. Мери Уолкер оставили без изменений. Ранг «B». Латная воительница. Перебралась в Вечное Королевство из Статеры в поисках лучшей жизни. Третий участник Жером – потрёпанный жизнью жрец, ранг «C». И ещё вас будет сопровождать эльф Эт’Ритэир – чародей «B» ранга. Таинственный авантюрист, что скрывает свою историю.

– Да он в первой же потасовке её раскроет, свою историю, – пробормотал Жофруа.

– Всё будет нормально. Он сам согласился на сдерживающую печать, – улыбнулась маркиза.

– Что-то его как раз не видать, – покрутила головой Мери.

– А я его уже телепортировала, – разъяснила Мари-Авелин. – Просто за раз переправить всех мне не под силу, поэтому пришлось отправить самого проблемного вперёд. Следующим заходом пойдёте вы трое.

– Мы перенесёмся сразу на южную границу нашего королевства, – пояснил маркиз. – Так нас будет сложнее отследить. Дальше до Конкорсо пойдём пешком через Мозаику, как простые авантюристы. Главное, не выделяться на фоне остальных путников. Тогда всё будет нормально. В Конкорсо я скажу, что делать дальше.

– Вы готовы? – осведомилась маркиза. – Заклинание телепортации готово к использованию.

Чуть далее на земле появился большой магический круг фиолетово цвета, весь исписанный замысловатыми письменами. Затейливо переплетённые меж собой буквы выстроились в слова на неизвестном Мери магическом языке. Надписи то и дело чередовались с многочисленными схематичными изображениями глаз. В самом центре круга меж тем начала сгущаться непроглядная тьма и Мери вздрогнула от осознания, что ей придётся окунуться туда.

– Да, мы готовы – осмотрев девушек, ответил ей маркиз.

– Дорогой мой супруг, прошу будь благоразумен, – напутствовала Мари-Авелин. – Не стоит являть свой гнев слишком часто.

– Знаю, – чуть огрызнулся маркиз. – Ну… Чего ждёте? Становитесь в центр круга и Авелин перенесёт нас.

– Смелее! – подбодрила девушек маркиза.

Мери закрыла глаза и прошла в магический круг. Пространство вокруг словно заволокло дымкой. Фигура Мари-Авелин стала едва заметной, хотя маркиза стояла всего в нескольких метрах. Круг загудел, добавив к свечению ещё порцию фиолетового. Тьма в центре разрослась, готовая, словно прожорливый страшный монстр проглотить всех, кто попадет к нему в пасть. Мурашки пробежали по спине Мери…

***

Всё произошло за долю секунды, но этот миг запомнился Мери на всю жизнь. Её словно выхватили из действительности и бросили куда-то вниз. Куда-то, где нет дна, где можно падать тысячу лет и так и не достичь ничего. Но затем всё закончилось так же внезапно, как и началось. Мери с трудом разлепила никак не хотевшие открываться глаза и поняла, что находится на незнакомой местности, в лощине, окружённой ночным лесом. Рядом нашлись маркиз и Жизель. Жофруа был абсолютно спокоен, для него это обычный способ перемещения, а вот Жизель не на шутку переволновалась, и вся тряслась с перепугу.

– Наконец-то! Я уж думал, что твоя жена специально портанула меня чёрте куда! – знакомый голос заставил Мери почти подпрыгнуть на месте. Воительница обернулась, чтобы увидеть эльфа, развалившегося на траве и жевавшего соломинку, как заправский селянин. – Чего так долго?

– Я тоже рад тебя видеть, – буркнул Жофруа.

– И какой у нас план?

– Пока разобьём лагерь, – ответил Жофруа. – Дождёмся утра, а дальше пойдём на юг. За лесом должна быть дорога. Пересечём несколько маленьких княжеств Мозаики, а дальше начнутся земли, контролируемые непосредственно республикой Конкорсо.

– А сразу в пункт прибытия нас нельзя было телепортировать? – беззаботно поинтересовался Эльф.

– Чтобы на магический всплеск сбежались все маги города? Эт, может ты немного не понимаешь? Это тайная операция. Тайная – от слова тайна.

– Никогда не любил стелс-мисси, – брезгливо сморщив лицо, пожаловался эльф. – Бесполезное нудное и дурацкое занятие! Какая радость щемится по углам как вор, если можно ворваться ураганом и разобраться со всем по-быстрому?

– И оставить от Конкорсо одни развалины на пепелище? – с издёвкой переспросил маркиз.

– Одним посёлком меньше, одним больше. Какая разница? – пакостно хохотнул эльф в ответ.

– Какой тогда смысл в миссии, если город будет уничтожен? Они вообще-то наши союзники.

– Сами виноваты, что слабаки! Нечего путаться под ногами! – сжав кулак, выпалил эльф.

Мери показалось, что у Жофруа начал мелко дёргаться глаз, и она поспешила отойти подальше от спорящих. То же самое сделала и Жизель, предоставив папеньке просвещать гостя о тактических особенностях предстоящего задания.

Для лета выдалась довольно прохладная ночь и девушки, не сговариваясь, набрали веток для костра и разожгли огонь. Мери достала из котомки, которую вручила им Мари-Авелин, немного солёного мяса и, нанизав на прутик, слегка опалила его в огне, чтобы не есть холодное.

Жизель тем временем повесила на огонь котелок и налила в него воды из меха, который тоже нашёлся в котомке. Оттуда же были вынуты несколько бутербродов, приготовленных лично маркизой, а также два яблока по одному на Мери и Жизель.

Яркое пламя затрещало, уплетая предлагаемые ему прутья один за другим. Стало немного теплей. Мери зевнула, окинув взглядом всё ещё пререкавшихся эльфа и маркиза. Спор и не думал стихать, прейдя на новый уровень громкости. Оторвав зубами большой кусок подогретого мяса, Мери зачерпнула кружкой воду прямо из котелка и осушила её за один присест. Горячее тепло разлилось, согревая не только тело, но и душу. В это время рядом с ней Жизель попыталась сточить свой кусок, но солонина была явно не той пищей, к которой привыкла аристократка, поэтому вампирка, сникнув, поняла, что ей придётся довольствоваться бутербродами.

– Слушай, может это не лучший момент, но чем в итоге для тебя закончилась история с побегом? Когда мы только приехали, твой отец был на тебя чертовски сердит. В какой-то момент, я подумала, не рубанут ли нам головы, – выждав момент, когда Жизель уплела бутерброд, решилась на свой вопрос Мери.

– Всё как-то странно получилось, – сразу же погрустнела Жизель, потупив глаза.

– А что стало с остатками твоего друга. Как его звали? Марсель? Они же не оставили его просто там?

– Папенька распорядился, чтобы прах Марселя собрали и доставили в Чёрный Дрозд. Он обещал, что его сохранят в склепе замка.

– Выходит, маркиз тебя простил? Может, тогда вообще не стоило убегать?

– Не знаю. Сейчас мне тоже кажется, что это была одна большая глупость с моей стороны. И эта глупость стоила моему возлюбленному жизни. Я прекрасно знаю, что это я его погубила. Наверное, это будет теперь со мной до конца жизни. Я только надеюсь, что Марсель попал в лучший мир, и у него сейчас всё хорошо.

– Это вряд ли. Из нашего уютненького мирка так просто не сбежать, поверьте, – ответил вампирке эльф, незаметно оказавшийся у костра. Маркиза нигде не было видно.

– Хватит её пугать, ей и так не сладко пришлось! – огрызнулась Мери, вступившись за подругу.

– Дамы, если бы я захотел вас напугать, то вы бы уже бежали к границе со Статерой, а вместе с вами драпали все остальные жители на много миль вокруг! – бахвально и заносчиво возвестил Эт.

– Да кто ты вообще такой? – сморщив лицо, рявкнула Мери.

– Тот, кто много знает! И готов поделиться своими знаниями, – усмехнулся эльф. – Вам ещё не сказали? Когда уровень жизни падает до нуля – всё, финиш. Информация, оставшаяся от индивида, перемещается в Пул Душ. Это что-то типа хранилища. Там души сортируются и ждут, когда освободится новорождённое тело, и тогда система записывает душу в него. Естественно, первое, что происходит после смерти, это стирание матрицы сознания. Оставляются лишь базовые наборы и атрибуты. Их и подгружают новорождённому. Причём процесс очень хитро устроен. Есть некоторая возможность, что родишься не человеком, а каким-нибудь простым гоблином.

– Ужас! – выпучив глазки, пискнула Жизель.

– И откуда тебе всё это известно? – недоверчиво спросила Мери.

– У истоков создания системы реинкарнации стояли двое. Я в разные этапы своей жизни умудрился побывать в роли правой руки обоих из них. Подпроцесс системы, ответственный за перераспределение душ в круговороте жизни и смерти называется [Memento Mori] и включает два основных модуля. Первый следит за тем, чтобы каждое существо прожило точно отведённый ему век, а после смерти все необходимые данные были правильно выгружены в Пул Душ. Вторая часть координирует непосредственно вселение душ в будущих новорождённых, руководствуясь соображениями баланса мира с кучей параметров от сложности которых и очкарики с ума посходят.

– Можно подумать, – скептически ответила Мери, – что наш мир – это всего лишь механизм, который кто-то создал.

– Абсолютно верно! – обрадовался эльф, дико расхохотавшись.

– Но… – растерялась Мери.

– Хватит рассказывать детям небылицы, – из ночной тьмы появился маркиз. – Ты только их запутаешь и внесёшь сумятицу в неокрепшие мозги. А вы две прекратите принимать на веру слова каждого встречного.

– Ал сама велела выдать им информацию, – огрызнулся Эт.

– Хочешь вывалить все секреты устройства мира за час? Нет. Так не пойдёт.

– Да, как скажешь. Мне, в общем-то, всё равно, – сделал вид, что обиделся, эльф.

– Простите, папенька, а где вы пропадали всё это время? – встрепенулась Жизель, когда спор маркиза с эльфом утих.

– Я же говорил, не называй меня «папенька», – ответил Жофруа. – И никуда я не пропадал. Я проверил округу, чтобы рядом никого не оказалось подозрительного. Мы с Авелин ещё давно разработали сеть телепортаций, но её навык ограничен нашим королевством и его ближайшими окрестностями. Было подготовлено и размещено несколько десяток площадок для телепортации, чтобы обеспечить быстрое перемещение.

– Потрясающе! – не выдержала Мери, воскликнув.

– Ничего особенного, – опять встрял эльф. – Это же односторонние порталы. Через них назад не переместишься. Одни неудобства, короче.

– Тебя забыли спросить, – буркнул Жофруа. – Так вот, порталы расположены на всей территории Вечного Королевства и у ближайших соседей. Сейчас мы находимся на землях Мозаики в северной оконечности графства Туссилаго, если точнее. Примерно в ста километрах от границы с Вечным Королевством.

– Получается, – ужаснулась Жизель. – Мы незаконно пересекли границу другого государства?

– Можешь идти сдаться властям, если хочешь, – ехидно хмыкнул маркиз.

– Слушай, – оживился эльф. – А что это за Мозаика вообще? Я плохо знаю современную географию. Людишки и прочие тараканы так отстроились, что и не поймёшь, где что.

– Наконец-то, здравый вопрос. Вы две тоже послушайте. Мозаика – это группа независимых крохотных государств: герцогств, графств, даже баронств, которые располагаются между республикой Конкорсо и Вечным Королевством. Публика здесь настолько разношёрстая, что в соседних деревнях могут говорить на разных наречьях. В последние лет пятьдесят наибольшую численность представляет собой народность катус – звероподобная раса котолюдей. Соответственно основной язык, который более-менее понимают все – котольянский. Вторая по численности группа, внезапно, люди. Третьи – жабы Крапу. Плюс, остальной нечисти помаленьку. А теперь представьте, что весь здешний коктейль перемешан до безумия и тогда поймёте, что Мозаика представляет собой один сплошной балаган идиотов, которые постоянно грызутся меж собой.

– И как их ещё никто не захватил?

– Очень просто, Эт. Как только из вне влезает некая посторонняя сила, в попытке откусить кусок по сочнее. Все эти ненормальные моментом объединяются и начинается сущий хаос. Ты думаешь, что воюешь с одним графством, а на битву как черти из табакерки появляются новые и новые силы из окрестных владений. Каждый из них знает, что после соседа следующим на завоевание будет он, и начинает действовать незамедлительно. Я уж молчу, что у этих проходимцев хоть и малочисленные, но весьма подготовленные войска. Они же веками существуют в состоянии перманентной войны всех со всеми.

– Забавные ребята, – улыбнулся Эт.

– Если мне не изменяет память, – припомнила Мери. – Правящая династия в Конкорсо тоже из народа катусов.

– Совершенно верно, – подтвердил Жофруа. – И правит там сейчас лорд-мэр Перси шестой.

– Сколько всякого зверья в последние время развелось, – посетовал эльф, скривившись в брезгливой улыбке. – Система клепает новые расы одну за другой.

– Катусы появились примерно двести лет назад, – чуть помолчав, пояснил Жофруа. – Приплыли откуда-то из-за Южного моря в поисках лучшей жизни. Высадились недалеко от города Конкорсо. Там в то время случилось наводнение, и тогдашний лорд-мэр благожелательно отдал им затопленный квартал. Катусы быстро обустроились и размножились, и спустя сто двадцать лет лорд-мэром первый раз был избран представитель расы катусов. С тех пор династия Персивалей крепко удерживает бразды правления в своих когтистых лапах, каждый раз выигрывая выборы лорд-мэра. А правитель при инаугурации получает традиционное династическое имя Перси с номерной припиской.

Треск веток в ближайшем лесу заставил всех замолчать. Какой-то зверь настойчиво ломился на свет костра сквозь деревья, сопровождая всё это душераздирающими трубными звуками. Маркиз и эльф вскочили. Жофруа выхватил свой посох, а Эт расправил ладонь, на которой уже плясали языки пламени. Растолкав широкими боками стволы деревьев, словно это была трава, на открытое пространство вывалилось округлое белое существо. Зверь остановился в метрах двадцати от очага, рассматривая остальных своими чёрными внимательными глазами. При этом его огромные уши-лопухи то и дело обмахивали тушу зверя. Четыре лапы монстра были настоящими тумбами, поддерживающими массивное бочкообразное тело.

– Ч-что это такое? – пискнула Жизель. – Папенька, у него хвост из головы растёт!

– Это не хвост, а хобот, – немного успокоившись, ответил Жофруа. – Настоящий слон, да ещё и чисто белый. Альбинос, что ли? Откуда он тут взялся? Слоны живут далеко на юге, за морем.

– Ты же должен был проверить периметр? – насмешливо хихикнул эльф, потушив огонёк в руке. – Как ты пропустил такую тушу, да ещё и белую?

– Сам не знаю… – смущённо пробормотал Жофруа. – У меня тоже установлена ограничительная печать. Я могу применять только низкоуровневые навыки. Давно ими не пользовался, вот и оплошал.

– П-простите! Он вас не напугал? – с того направления, откуда пришел слон, выбежал запыхавшийся перепуганный гном. – Тысячу извинений, добрые господа!

– А у монстра, похоже, есть хозяин, – шепнула Мери.

– Простите его, господа, – начал кланяться гном, поглядывая на своего питомца. – Сигизмунд добрый и никого не обидит, но люди всё равно пугаются. Я его выкупил в цирке два года назад. Он ручной, совсем людей не боится. Услыхал ваш разговор и ломанулся прямо сквозь деревья. И как с такими ушами не услышать-то? Он, наверное, думал, что вы его угостите чем-нибудь.

– Ничего не понимаю, – помотала головой Мери. – Сигизмунд это ты или твой слон?

– Слон, конечно, – заулыбался гном, поправив свой берет. – Тысяча извинений, добрые господа. В впопыхах забыл представиться. Меня зовут Тор Хельгусон. Авантюрист. Дрессировщик зверей. А это Сигизмунд. Мой слон. Сигизмунд, поздоровайся с добрыми господами.

Слон поднял хобот вверх и приветственно затрубил, подтвердив свою высокую квалификацию дрессированного животного. Гном при этом ещё раз поклонился, а затем одобрительно похлопал слона по одной из ног, одновременно вручив своему питомцу что-то вкусное. Презент был моментально подхвачен кончиком хобота и так же немедленно отправлен в рот к Сигизмунду.

– Теперь понятно, – окончательно успокоился маркиз, убрав свой посох. – Что ж. Меня зовут Жером. Я жрец, как вы видите. Это эльф-чародей Эт’Ритэир. Девушка с мечом Мери, а рядом с ней Жизель. Мы тоже авантюристы. Идём в Конкорсо попытать шансы в Лабиринте Катакомб.

– Неудачно вы выбрали время, – присвистнул гном. – На Конкорсо наложили эм-бар-го. Вот ведь слова какие сложные напридумывали. Говорят, Альянс Синего Моря чуть ли не войной собирается идти.

– Вот как? А мы и не знали, – наигранно произнёс маркиз. – Спасибо за информацию.

– Пустяки это, – засмущался гном. – Мы, авантюристы, должны помогать друг другу.

– Полностью согласен, – любезно ответил ему маркиз. – Не желаете ли присоединится к очагу?

– Охотно, добрые господа. Только со мной ещё один спутник остался в кибитке. В полукилометре от сюда, на тракте. Он бард, прибился ко мне по дороге, вот и путешествуем вместе.

– Зовите своего барда, – махнул рукой Жофруа. – Можете и кибитку свою пригнать. Ваш слон вытоптал отличную дорогу сквозь лес. А здесь удобней, чем ночевать на тракте, обдуваемом ветром со всех сторон.

– Правда ваша, – просиял гном. – Я, честно сказать, давно по этой дороге езжу, а такую удобную лощинку не замечал. Век живи – век учись.

– Только есть одно но, видите ли двое из нашей компании, включая меня, вампиры, – произнёс маркиз как-то странно, улыбнувшись с демонстрацией клыков. – Не все готовы принять подобную компанию.

– Это вы правы, но это не ко мне. Я в Вечном Королевстве частенько бываю, – успокоил маркиза гном. – Мне эти предрассудки чужды. Да и Сигизмунд плохих людей за версту чует. Были бы вы душегубы какие, он бы к вам ни за что не подошёл бы. Пойдём, Сигизмунд. Нужно сегодня немного поработать. Потягать повозку.

– Рад это слышать, – успокоился Жофруа.

Примерно через час по проторенной им же дороге опять показался слон Сигизмунд, притащив за собой ярко расписанную четырёхколёсную телегу с сооружённым на ней подобием маленького домика. Вся конструкция отдалённо напоминала карету, но была гораздо грубее сколочена, что, впрочем, компенсировалось цветными красками, которые щедро размазали по бортам телеги-кареты. Слишком яркий дизайн кибитки выдавал в ней цирковой фургон, который, видимо, входил в комплект со слоном, когда его купил Тор.

Для слона был сделан довольно хитрый механизм, вроде балки, который позволял Сигизмунду тянуть телегу. Перед грудью слона крепилась большая поперечина, в которую и был впряжён Сигизмунд. Но по внешнему виду слона было совсем не скажешь, что ноша была тяжела. Слон уверенно выволок телегу поближе к очагу и остановился по команде гнома, сидевшего не на козлах, а на верху, за затылком своего питомца, откуда коротышку было совсем не видать.

Когда вся конструкция, состоявшая из телеги и слона, полностью остановилась, из двери кибитки выпрыгнуло странное создание. Мери раньше приходилось видеть катусов, да и в Конкорсо она один раз бывала, с Жизель всё оказалось наоборот. Как только вампирка приметила кошачью мордочку компаньона гнома, её удивлению не было предела.

Катус стоял на двух ногах и был одет в широкие полосатые штаны и зелёную накидку. Его вполне можно было принять за человека, если бы не одна бросавшаяся в глаза деталь. Лицо барда было кошачьим. Это был самый настоящий кот пёстрого окраса, который вдруг решил ходить на двух ногах, да ещё и оделся в человеческую одежду. Но коту и этого было мало, поскольку на его голове, прямо между ушей, была водружена соломенная шляпа с плоским верхом, обмотанная кумачовой лентой по периметру. Такой же кумачовый бант красовался на кончике хвоста.

– Приветствую вас, новые знакомые! – певуче произнёс катус. – Позвольте представиться, мэтр Певун – бард, авантюрист и лоботряс!

– Вот то, что лоботряс, это в яблочко, – проворчал гном, спускаясь со слона с помощью верёвочной лестницы.

– И от лоботрясов бывает прок, – подмигнул девушкам Певун, достав из-за спины банджо. Руки катуса были чем-то средним между человеческой кистью и лапой животного, но как только он провёл по струнам остро заточенными коготками, отпали все сомнения в его способности проводить тонкую работу руками. Струны инструмента словно запели сами по себе, закружившись в хороводе звучания.

– Браво! – захлопав в ладоши, воскликнула Жизель.

– Спасибо за высокую оценку моих скромных талантов! – похвалился кот, одним коготком приподняв свою шляпу.

Певун и Тор прошествовали к очагу и уселись на свободные места вокруг огня. Маркиз кивнул Жизель, и та достала пару бутербродов из котомки и предложила их гостям. Певун, моментально разобравшись со своим бутербродом, снова достал банджо и начал бренчать по струнам, а Жизель стала ему хлопать в такт. Маркиз и гном в это время немного обсудили события в мире. Однако поздняя ночь дала о себе знать и приключенцы, быстро наговорившись, расположились на ночлег. Тор и певун убрались в кибитку. Слон, распряжённый и совершенно ничем не привязанный, пристроился рядом с телегой. Остальные соорудили навес и улеглись под ним. Мери боялась, что аристократичные вампиры и странный эльф плохо воспримут ночёвку под открытым небом, но опасения оказались напрасными. Эльф, не смотря на всё свою напыщенность, отключился первый, его примеру последовала Жизель. Лишь маркиз всё ещё бодрствовал.

– Не беспокойся, – отозвался Жофруа на немой вопрос Мери. – Наши новые знакомые именно те, за кого себя выдают. Никто не воткнёт тебе нож во время сна.

– Откуда такая уверенность? – шёпотом пробормотала Мери, окинув взглядом кибитку, из которой раздавался мерный храп гнома.

– Когда тебе не одна сотня лет, волей не волей начинаешь разбираться в людях, – вздохнул маркиз. – На самом деле нам очень повезло встретить этих двоих. В странной компании легче всего оказаться незамеченным. На чудаков часто закрывают глаза, не воспринимая их всерьёз.

– Как-то слишком удачно они подвернулись, – недоверчиво буркнула Мери.

– Я аккуратно посмотрел их статус, – чуть улыбнулся вампир. – Эти двое не переодетые бандиты.

Последние искры огня догорали в костре. Яркие уголья стали темнеть, пульсируя от налетавшего время от времени порыва ветра, пока полностью не потухли. Темнота окутала пространство вокруг очага, и длинный вечер окончательно исчез, растворился в ночи. Мери улеглась под навес, повернувшись на левый бок и постепенно задремала. Ей снова снился коридор в подземелье, по которому она брела уже одна. Оглядываясь по сторонам, латница кралась, держа на изготовку меч, шарахаясь от каждой тени. Вдруг проход сменился, как это часто бывает во сне, на зелёную поляну, залитую солнцем. На полянке стояла Жизель, махая рукой, а рядом чуть поодаль маркиз и даже странный эльф. Люди стали появляться один за другим. Мери замялась от такого большого скопления людей. Но они, наоборот, были рады. «Всё. Кончилась твоя чёрная полоса Мери Уолкер» – раздался чей-то знакомый голос. Мери постаралась найти того, кто это произнёс, но как она не крутила головой нужного человека было не видать. Ощущение умиротворения окутало Мери. Она впервые за много лет успокоилась. Впервые позволила себе расслабится. Улыбнувшись во сне, Мери ещё глубже провалилась в сон, позволяя безмятежности временно взять над ней верх.

Глава 20. Задания по уничтожению бандитов – основа экономики авантюризма

Утро выдалось таким же прохладным, как и предыдущая ночь. Обжигающе холодная роса была повсюду. А над ней висел и виновник её образования – густой туман, не позволявший нарождающемуся солнцу как следует прогреть землю. Мери, проснувшись, ещё долго куталась в тёплый плащ, прежде чем решилась добраться до очага и закинуть туда пару сырых поленьев, оставшихся с вчера. Дрова никак не хотели разгораться и Мери поняла, что начинает закипать. Как она не работала огнивом, огонь так и не появился. Послышался щелчок, и очаг вспыхнул, заставив Мери отпрыгнуть в неожиданности от вдруг появившегося пламени. Запалённый огнь тем временем начал разрастаться, осваивая растопку.

– Надоело смотреть, как ты мучаешься, – пояснил Эт, подтвердив, что очаг разжёг он.

– Спасибо. До этого не приходилось видеть твои способности. Так значит ты огненный чародей?

– Почти, – довольно ухмыльнулся Эт. – Я гораздо лучше, чем какой-то второсортный факир.

– От скромности не помрёшь, – улыбнулась Мери в ответ.

– Скромность – удел слабаков!

– Может оно и правда…

– Не сомневайся! Так и есть.

– Слушай, я думала, что эльфы не ладят с огнём, – без задней мысли ляпнула Мери, поворошив палкой разгорающийся очаг. – Выходит, что это враки?

– А кто тебе сказал, что я эльф? – ухмыльнулся Эт. Судя по всему, он был в прекрасном расположении духа.

– Ну… Ты выглядишь как эльф, – замялась Мери. – Говоришь, как эльф. Так почему ты не можешь быть эльфом?

– Люблю наивных существ. Вы такие забавные в своих заблуждениях. Ты ведь знаешь Лили Купер?

– Знаю, – подтвердила Мери.

– И ты видела, откуда начинается её сила?

– Подожди ка, – Мери словно облили холодной водой. Она вскочила, пристально рассматривая странного «эльфа».

– Эта могучая сила досталась ей от отца. То есть от меня, – наслаждаясь собой, произнёс эльф.

– Демон… – прошептала Мери. Её ноги замерли не в силах сделать и шаг. Девушка застыла, словно статуя. Мери внезапно прозрела. Разглядев очевидную вещь, которую в упор не желала до этого замечать.

Немую сцену прервал скрип двери фургона, из которой вывалился заспанный Певун. Кот, не замечая напряжённой обстановки и уж тем более не догадываясь, что рядом находится могущественный демон, прошествовал к костру и уселся рядом с огнём, постоянно потягиваясь и зевая.

– Вы разожгли костёр? Как хорошо! Брр! Летние ночи в последнее время стали уж больно холодными, – пожаловался катус, совершенно не заметив, как эльф приложил указательный палец к губам. В отличие от кота, Мери прекрасно всё поняла. Боязливо сглотнув, она отодвинулась от костра чуть подальше. Подальше от демона, который только что попросил её сохранить его маленький секрет в тайне.

Постепенно остальные подтянулись к очагу, начав утренние хлопоты. Заварили чай. Разогрели еду. Певун успел уже уплести два бутерброда, которые ему предложила Жизель и слопал бы третий, если бы такой остался в наличии. Гном Тор тем временем вынес из кибитки ведро не то зерна, не то орехов и поставил его рядом с Сигизмундом, который немедленно приступил к употреблению предложенного угощения.

Расправившись с утренним завтраком приключенцы стали собираться в дорогу. Гном и Певун начали запрягать Сигизмунда в повозку. Жофруа и Жизель свернули лагерь, убрав навес, а Мери тем временем затушила костёр и присыпала землёй угли, чтобы они случайно снова не разгорелись. От демонического огня всё можно было ожидать, и девушке не хотелось, чтобы случился пожар. Самого демона нигде не было видно, он заявил, что желает разведать обстановку и свалил вперёд по проторенной Сигизмундом тропе.

Солнце постепенно расправилось с утренним туманом и принялось за свою работу. Хоть роса ещё и не испарилась, зато стало заметно теплее, что не могло не сказаться на настроении всех присутствующих. Певун даже замурлыкал песенку, размахивая указательным пальцем, как дирижёрской палочкой. Гном же наоборот сделался задумчивым. Он иногда поглядывал на своих новых знакомых, как будто сопоставляя что-то.

– Ладно, – Тор подошёл к Жофруа. – Господин Жером, хотел бы уточнить. Вы являетесь лидером команды?

– Можно сказать и так, – уклончиво ответил ему маркиз.

– Тогда позвольте кое-что вам предложить. Не хотите поучаствовать в одном предприятии по отправке некой группы бандитов туда, где им самое место, то есть на тот свет?

– Я хотел бы услышать подробности, – сделал заинтересованный вид маркиз.

– Так вы не в курсе? Вы же пришли из вечного королевства? Значит на границе с Туссилаго вам обязательно должны были вручить бумагу, – гном достал из-за пазухи желтоватый листок, на котором было отпечатано задание. – Эти листовки раздают всем авантюристам, кто пересекает границу. Задание заключается в уничтожении бандитов, засевших в старой крепости чуть южнее места, где мы с вами находимся. Граф Туссилаго собирает приключенцев, так как ему не хватает собственных сил, чтобы выкурить шайку преступников.

– Позвольте мне прочесть, – деловито протянул руку маркиз. – Когда мы проходили таможню, нам листовки не дали.

Из текста и разъяснений гнома стало ясна следующая ситуация. Бывший капитан наёмников Маркус Бигль после того, как не получил причитающиеся ему деньги, собрал своих людей и решил грабежом восполнить материальные потери. Ватага Бигля, как они себя назвали, прошлась по нескольким территориям Мозаики, постоянно прирастая новыми проходимцами и головорезами. Бандиты не встретили должного сопротивления от феодалов, которые полагали, что ситуация как-нибудь рассосётся. Но случилось обратное, и опытный вожак сумел сколотить целое мини-войско, которое само уже могло дать отпор всем окрестным владениям. Кочуя по округе, в какой-то момент ватага осела в полуразрушенных укреплениях, которые к несчастью для графа Эрнеста Туссилаго оказались на его земле. Крепость получилась идеальным форпостом для набегов, так как располагалась недалеко от оживлённого тракта, идущего с севера на юг. Бандитов в несколько попыток пытались выкурить оттуда, но каждый раз удача была на стороне головорезов. В результате неумелого штурма даже погиб видный аристократ, дальний родственник графа Туссилаго. И граф вдруг осознал, что ему не справиться с бандитами одному. Он разослал письма соседям, но те предпочли вежливо отказать, в лучшем случае прислав парочку калек, которые еле держали в руках оружие.

Бандиты тем временем обжились в крепости, наладили быт и с усиленным рвением принялись заниматься тем, что умеют лучше всего – грабить караваны торговцев и обирать прочий люд, путешествующий по тракту. После этого граф Туссилаго взвыл уже по-настоящему, так как основой доходов его небольших владений были сборы с проезжих купцов, а купцы вдруг ехать через Туссилаго отказались. Такого неприемлемого поворота событий граф Эрнест допустить не мог, поэтому скрепя сердце разбил парочку своих кубышек и начал нанимать авантюристов в помощь регулярному войску и для организации решительного штурма бандитской крепости.

На данный момент, как было известно гному Тору, удалось добиться некоторого прогресса и совместными усилиями рыцарей Туссилаго и наёмных комбатантов несколько обезопасить тракт и блокировать бандитов в их крепости, но на полноценный штурм людей всё ещё не хватало.

– Поэтому, – продолжил гном. – Мы с Певуном решили подзаработать. Никто же не говорит, что штурм будет немедленно. Нужное количество клинков они всё равно до осени не соберут. Посидим под стенами пару недель, немного подзаработаем, а там можно и честь знать, как говориться.

– Лёгкие деньги? – хмыкнул маркиз.

– Вот и я о том же. Граф Эрнест Туссилаго – небедный человек. С него не убудет. Тем более вам всё равно по пути в Конкорсо. Крепость-то почти на тракте стоит. В километрах двадцати отсюда. Так или иначе мимо неё пройдёте.

– Это стоит обсудить с остальными.

– Мы же вроде спешим? – вопросительно посмотрела Мери на маркиза.

– Спешим, но мне видится, что стоит хотя бы посмотреть, – кивнул Жофруа.

– Конечно, добрый господин, дело ваше, – согласился гном. – Я просто хочу сказать, что в большой компании удобней, да и денег могут накинуть за численность. Всем в итоге будет одна польза.

***

Небольшой, но довольно крутой холм высился вспученной кручей над окрестными деревьями. На нём, полускрытые в растительности, виднелись укрепления со стенами и башнями. Но ни расстояние, ни листва деревьев не могли скрыть плачевное состояние фортификации. Башни кое-где обвалились. Стены пошли волнами и рассохлись, изобилуя трещинами. Крепостью это было назвать сложно. Но несмотря ни на что, следы пребывания людей внутри имели место быть. Пару проломов в стенах кто-то отремонтировал на скорую руку, на хорошо сохранившихся башнях, а таких нашлось всего три, были сооружены деревянные надстройки с бортами. Внутри этих конструкций дежурили люди. Часть деревьев вокруг крепости было спилено. Дорогу, поднимавшуюся в фортификацию с подножья холма, тоже не забыли, расчистив её от поросли. Из чрева одной башни шёл чёрный дым, недвусмысленно намекавший, что внутри оборудовали даже кузницу.

– И это есть ваша крепость?! – брезгливо фыркнул Эт, внимательно рассматривавший укрепление.

– А что бы хотели увидеть, добрый господин? – откликнулся гном, сидевший на своём слоне. – Столицу Гегемонии со стенами из белого камня, что задевают облака?

– Обыкновенная рухлядь, – громко вымолвил эльф, как можно с большим презрением. – Я думал, мы идём охотится на бандитов. Я не подписывался выводить тараканов из заброшенного сарая.

– Прекрати, Эт! – осадил его маркиз. – Ты прекрасно понимаешь, что мы согласились на это задание исключительно из-за возможности попрактиковаться. Участие в штурме крепости – отличная проба сил.

– Я бы не был так уверен, что штурм случится раньше осени, – начал пространно рассуждать Тор.

– Отказываюсь называть это недоразумение крепостью, – упёрся эльф, бесцеремонно перебив гнома.

– А знаете, я с ним соглашусь, – включилась в разговор Мери. – Я тоже не понимаю, почему фортификацию ещё не взяли.

– Да одного слона хватит, чтобы её разнести по кирпичикам! – засмеялся Эт. – Пусть он там пару раз развернётся, и от «крепости» не останется и следа.

– Вы про слона моего не наговаривайте зря, – обиженно откликнулся гном сверху. – Он у меня добрый, сражаться не умеет. И вообще Сигизмунд – пацифист. Мухи в жизни не обидел. А не взяли крепость потому, что там засели целых сто пятьдесят злобных разбойников. Поди их, выкури с холма. Там каждый камень пристрелянный. И у них даже маги есть.

– Всего сто пятьдесят?! – приподнял бровь эльф, но поймав взгляд Жофруа, решил помолчать, демонстративно отвернувшись от остальных.

Тракт проходил у самого снования холма, огибая его справа широким серпом. Хорошо утоптанная дорога, обычно очень многолюдная, была пуста. Кроме приключенцев других путников было не видать. Лишь вдалеке у дороги виднелась палатка в зелёных тонах графства Туссилаго, рядом с которой был водружён шлагбаум символически преграждавший тракт. У шлагбаума стоял стражник с алебардой, пристально наблюдавший за подходящей компанией. Особенно вояку заинтересовал слон, с которого латник не спускал встревоженных глаз. Когда путники подошли ближе, солдат замахал рукой и откуда ни возьмись появилось ещё с десяток крепких ребят с мечами – за палаткой обнаружился настоящий опорный пункт, где дежурил отряд рыцарей.

– Кто такие? Куда идёте? Прохода нет!

– Мы авантюристы, добрый господин! – приветливо поздоровался гном со слона. – Хотим наняться в помощь досточтимому графу Туссилаго, да будут годы его долгими!

– А… Так вы эти… Тогда вам туда. Там лагерь, где все ваши собираются, – зевнул стражник, указав рукой на свежую колею, уходившую в лесок, расположившийся поодаль от холма со злополучной крепостью. – Как доедете, должетесь шерифу. А он уже решит, подходите или нет.

В оговоренном месте действительно оказался лагерь авантюристов. На вырубленном от леса пространстве расположилось множество палаток, навесов и других временных сооружений, около которых копошились люди. Когда Сигизмунд вкатил кибитку, то приковал к себе всеобщее внимание. Многие обитатели лагеря побросали свою работу и гурьбой столпились посмотреть на невиданного зверя. Вперёд вышел усатый рыцарь без шлема, с зелёной повязкой на руке, рядом с ним семенили два стражника.

– Смотри, шериф. Кавалерия прибыла! На белых скакунах! – хихикнул кто-то, и толпа залилась раскатами смеха.

– Я те пошучу, хохмач ярмарочный! – рявкнул рыцарь, пошевелив длинными узкими усами. – Чего столпились? Работы что ли нет? Я вам, дармоедам за что плачу? Ну-ка расступились, черти!

– Приветствую вас, добрые господа! – крикнул Тор со слона.

– Ага, – шмыгнул носом шериф. – А вы что ещё за фрукты? Бродячий цирк, что ли?

– Мы группа авантюристов, – продолжил за гнома маркиз. – Прибыли, чтобы наняться на условиях, указанных в листовке.

– Ясен пень. Зачем бы вы ещё сюда припёрлись. Удостоверения авантюристов давайте, – требовательно протянул руку шериф. – Надо всё проверить.

Собрав со всех прибывших бумаги, шериф начал внимательно вчитываться в каждый документ, подозрительно щурясь и проверяя каждую закорючку. К Мери у него не возникло вопросов. Эльфа он тоже пропустил, лишь слегка взглянув. Слона шериф осматривал дольше. Обошёл его по кругу, то ли оценивая размеры, то ли ещё по какой причине, но всё же дал добро, махнув рукой. Певун прошёл проверку, но с настоятельным наказом не тренькать на своей бренчалке, во избежание слома этой самой бренчалки о голову барда. Кот кивнул и тут же скрылся в толпе. К Жофруа и Жизель у шерифа возникли вопросы.

– Упыри что ли? Нам таких не надо! – фыркнул шериф. – Принесла нелёгкая кровососов.

– Какие-то проблемы? – нарочито вежливо осведомился Жофруа.

– Ты и твоя подруга и есть одна ходячая проблема, – не сдержался шериф, сплюнув на землю. – У нас тут приличное государство. У нас таких не жалуют

– Насколько я знаю, законы графства Туссилаго позволяют моим соплеменникам находится здесь. Согласно договора Вечного Королевства с графством Туссилаго от двадцать девятого мая…

– Самый умный что ли? Я тут закон! – рявкнул шериф, перебив. – Не нравится чё? Ну так пожалуйся своему маркизу де Мерлот!

– Может быть, вы имели ввиду маркиза д’Мерле? – сквозь зубы процедил Жофруа.

– А я как сказал?

Инстинктивно почувствовав угрозу, шериф схватился за рукоятку меча, хоть и не вынув его из ножен. Двое стражников перехватили алебарды поудобнее. Рядом с маркизом задрожала Жизель, сообразив, чем сейчас может обернуться ситуация. Маркиз же пристально пялился на своего обидчика, соображая, стоит ли жизнь хама нанесённого оскорбления.

– Шериф, давайте не будем усложнять ситуацию! – рыцаря окликнул какой-то эльф в дорогом зелёном доспехе. – Если я за них поручусь, вас это устроит?

– А? Вам это зачем? – немного смягчился шериф.

– Нам нужна любая помощь сейчас, а немёртвые господа обладают уникальными талантами.

– А если он или мелкая упыриха обескровят кого?

– Не обескровят, – успокоил эльф. Неожиданно, это подействовало, и шериф даже убрал руку с клинка. Эльф же прошествовал мимо стражи и слегка поклонился маркизу. – Меня зовут Элеталь, я бывший участник группы, которая звалась Вязы. Если вам это о чём-нибудь говорит.

– Более чем говорит. Благодарю за помощь, – чуть кивнул маркиз на приветствие.

– Не стоит благодарности! Пойдёмте лучше в лагерь, я вам всё покажу, – ответил Элеталь.

Маркиз подозвал жестом руки Жизель и Мери, показав, чтобы они шли за ним и вместе они побрели вслед за эльфом в глубину лагеря. Сборище авантюристов представляло собой хаотичное нагромождение всевозможных шатров, навесов и палаток. Походные дома отличались как размерами, так и качеством ткани, намекая, что компания собралась действительно разношёрстая. Эльф Элеталь провёл вновь прибывших через несколько рядов пёстрых палаток, пока они не остановились у одного из шатров побогаче, рядом с которым расположились ещё один эльф в доспехах и эльфийка в мантии и с посохом.

– Ниилор и Ти’Глориэль, – представил эльф своих спутников.

– Рад познакомится, – ответил любезностью на любезность маркиз. – Жрец Жером.

Маркиз, Жизель и Мери представились в ответ. Ниилор хмуро пожал им руки, не проронив ни слова. В отличие от него Ти’Глориэль улыбнулась ослепительной улыбкой, одарив ей каждого.

– А теперь, когда с приветствиями покончено, разрешите перейти к делу, – посерьёзнел Элеталь. – Нам бы очень не помешали ваши способности во время штурма. Мне бы хотелось, чтобы вы и ваша команда действовали заодно с нашей.

– Я всего лишь скромный авантюрист ранга «C», – начал оправдываться Жофруа.

– Умоляю вас. Вы можете обмануть многих простаков, но я-то всё прекрасно вижу. Не поймите неправильно, когда случилась перепалка с шерифом, я спасал не вас от него, а его от вас. Бедолага совсем не понимал, что ходит по очень тонкому льду.

– Допустим.

– Понимаете, у нас достаточно численности, но контингент в основном не самый опытный, что сказывается на общей боевой мощи, к тому же у нас отсутствует умелый жрец. А это чревато заморочками при штурме. Если бы вы нам подсобили, то крепость удалось бы взять без особых проблем. Тем более ваши спутники тоже достаточно сильны, что ещё увеличивает шансы. В такой компании я бы без лишних сожалений решился на штурм.

– Так ты тут главный? – внимательно изучив эльфа, буркнул маркиз.

– Есть такое дело, – развёл руками Элеталь. – Граф Туссилаго очень хочет, чтобы ситуация разрешилась в ближайшее время. Именно поэтому он нанял нас. Мы тоже заинтересованы, чтобы ситуация разрешилась быстро, так как с севера поступают тревожные вести, и я узнал, что с моими друзьями может приключится беда. Да и вы спешите на юг. Вам совершенно неприемлемо сидеть под стенами до осени и ждать у моря погоды, учитывая, что погода у моря скоро совсем расстроится.

– Вы исключительно проницательны, – со смесью недовольства и уважения взглянул на эльфа маркиз.

– Приходится быть, – согласился эльф. – Кроме того, моя заклинательница Ти’Глориэль очень хотела бы побеседовать с вашим чародеем.

– Ели он сам захочет с ней общаться, почему нет? – пожал плечами Жофруа.

– Вот и отлично! – обрадовался эльф, подмигнув своей волшебнице.

– …Ба! Кого я вижу! Тролиха! Собственной персоной! – раздался незнакомый голос. К палатке эльфов подошла группа приключенцев во главе с белобрысым типом в лёгких металлических доспехах. Незнакомец нагло таращился на Мери, скаля свои белые зубы в подобии улыбки.

– Шайнинг?! – вытаращила глаза Мери, узнав крикуна.

– Уважаемый босс, – обратился незнакомец к эльфу Элеталю. – Возможно вы не знаете, но вон та рослая баба является ни кем иной, как печально известной Мери Уолкер по кличке Беда. И я вас уверяю, своё прозвище она получила не просто так. Где объявляется эта некомпетентная дура, всегда происходят неприятности. Советую выгнать её подальше, пока на лагерь не свалился камень с неба. Или какой-нибудь древний бог не обрушил на нас несчастных свою кару.

– Попридержи коней, Шайнинг! – громко рявкнула Мери, уперев руки в бока. – Это кто тебе дал права тут командовать?

– После Вязов моя компания здесь самая компетентная, – самоуверенно заявил Шайнинг, презрительно посмотрев на Мери. В своём запале он совсем не заметил, как сзади к нему подошёл Эт. Псевдоэльф ничего не предпринимал, а просто стоял и слушал, как хорохорился и хвалился Шайнинг. Остальные эльфы как-то странно напряглись, завидев Эта. Напрягся и маркиз, ожидая самого скверного развития событий.

– Хорошо устроились, – вдруг зычно произнёс Эт за спиной у Шайнинга. – У вас тут даже клоуны есть. Целая трупа.

– А?! – Шайнинг отпрыгнул в сторону, осёкшись, и начал недобро пялится на эльфа. – А ты ещё кто такой? Драки хочешь? Э!

– Свалил отсюда быстро, шут! – взгляд Эта прожёг грубияна насквозь. Неотвратимая жажда убийства заполнила лагерь. Все участники неприятного разговора замерли. Аура огромной силы распространилась по лагерю, будто гигантский спрут. Кто-то в соседней палатке закашлялся. Кто-то обернулся. Один приключенец присел на землю, ощутив внезапный приступ дикой усталости. В шумном лагере вдруг сделалось леденяще тихо.

– Ладно, пошли отсюда парни, – не решившись испытать судьбу, выплюнул Шайнинг. – Элеталь, если эта невезучая будет учувствовать в штурме, можешь не рассчитывать на меня и моих людей. Я свою жизнь подставлять не собираюсь.

Грубиян развернулся и, последний раз злобно посмотрев на Эта, удалился куда-то в глубь лагеря. С уходом Шайнинга исчезло и чудовищное давление, ещё секунду назад скалой нависшее над всем лагерем.

– Никогда не понимал людей, – устало вздохнул Элеталь.

– Это было потрясающе! – не дав договорить, перебила своего боса Ти’Глориэль, благоговейно взирая на Эта. – Вас зовут Эт’Ритэир? Можно вопрос? Всего один вопрос? Вы старейшина одного из эльфийских домов? Я ведь права? Правда? А к какому дому вы принадлежите? Если не хотите говорить, просто кивните, а я буду перечислять. Дом Холмов. Дом Самоцветов. Нет, всё не то! Неужели, дом Цветов?

– Сначала банда несмешных шутов, а теперь докучливый ребёнок, – голос Эта чуть дрогнул от раздражения. – Иди, дитя, надоедай кому-нибудь ещё.

– И если вас не затруднит, – продолжала эльфийка не понимая, что играет с огнём. – У меня есть одна деликатная проблема, которую я пытаюсь решить уже много лет, но все почтенные старики отказываются говорить. Понимаете, я некоторое время назад решила начать изучение огненной магии. Ведь с давних времён эльфы не могут использовать домен огня. Я хочу доказать, что это не так, но не знаю с чего начать. Методики обучения людских магов с эльфами не срабатывают. И не один представитель нашей расы за много лет так и не справился с огненной магией.

– Всё, это надолго, – вздохнул Элеталь, страдальчески посмотрев на маркиза. Тот в ответ сделал понимающее лицо. – Я всегда знал, что её язык без костей сослужит ей плохую службу, и боюсь, что этот момент вот-вот настанет.

От напора заклинательницы опешил даже Эт. А она продолжала и продолжала трещать. В какой-то момент обескураженный демон даже сделал шаг назад, не зная, как отделаться от назойливой эльфийки.

– …Но с гордостью могу сказать, – трёпу Ти’Глориэль не было видно конца, – что сумела подобрать ключик, чтобы приоткрыть первую дверь на длинном пути освоения огненной магии эльфом. Конечно, ещё рано радоваться, но можно говорить уже о начальных успехах.

– А я-то здесь причём? – не выдержал Эт, заорав. – Откуда я знаю, почему Рубиниэль запретила вам пользоваться огнём?! У неё в голове вечно какая-то заумная чушь!

– А кто такая Рубиниэль? – уцепилась эльфийка. – Она одна из хранителей тайн эльфийских домов? Я угадала?

– Ты издеваешься, неразумный детёныш? – гнев Эта вспыхнув с новой силой, заставив Элеталя и остальных по-настоящему забеспокоится.

– Вы только гляньте, почтенный старейшина! – заклинательница совсем оторвалась от реальности, не замечая, что может произойти. – Наши мудрецы все меня послали. Старики не хотят делится своими знаниями, пеньки трухлявые! А я просила всего лишь минутку внимания. А тут такая удача, встретить кого-то вашего уровня. Я не отниму у вас много времени.

– Ти’Глориэль, – решил вмешаться Элетеаль. – Ты уже отнимаешь у господина Эт’Ритэира кучу времени. Где твои манеры? Ты же из родовитой семьи.

– Но этот шанс выпадает раз в жизни! Пожалуйста, почтенный старейшина. Посмотрите, так ли я всё правильно делаю, – докричаться до эльфийки было невозможно. – До вас я добилась аудиенции с несравненным Азор-Иллилом, но он накричал на меня и выгнал, как только я заикнулась про огонь, а вы хотя бы не прогоняете меня.

– Азор? – вдруг выпалил Эт, страшно обрадовавшись знакомому имени. – Значит сопляк отослал тебя прочь? В таком случае я великодушно посмотрю, что ты там напридумывала.

– Сопляк?! – выкрикнули одновременно Элеталь и его молчаливый хмурый компаньон.

– Правда, посмотрите? – с щенячьим восторгом пропищала Ти’Глориэль, остановив свою какофонию слов.

– А у меня есть выбор? – раздражённо процедил Эт.

– Вы не пожалеете! Обещаю вам! – обрадовалась эльфийка снова явив свою великолепную улыбку, сверкающую, как ослепительное полуденное солнце. – Смотрите внимательно [Фламаль]!

Заклинательница протянула руку ладошкой вверх, на которой заплясал небольшой язычок пламени. Новорождённый огонёк был совсем крохотный. Небольшой ветерок чуть не задувал его полностью. Но каждый раз, как поток ветра ослабевал, пламя появлялось опять. Огонёк начал разгораться ярче. Видимо заклинательница скормила ему больше своих сил. Но в какой-то миг Ти’Глориэль вскрикнула от боли, потому что пламя обожгло её ладошку. Раздался хлопок, целое облако дыма распространилось в разные стороны от заклинателей, заставив наблюдавших за этим действом закашляться.

– Ай-ай-ай! – пискнула эльфийка размахивая обожжённой ладонью. Её лицо покрылось налётом сажи, а причёска чуть растрепалась.

– Ти! – недовольно выкрикнул молчаливый эльф. – Ну сколько можно? Я только что наполировал клинок, а теперь он весь в копоти!

– П-простите… – пробормотала неудавшаяся огненная магиня. – Эта техника требует огромной концентрации, и я ещё не полностью освоила её.

– Ну почему же. Вполне недурно, – снисходительно похвалил заклинательницу Эт. В отличие от остальных, на нём не было ни одной пылинки. Попав под в самый центр дымного облака, псевдоэльф остался чистым от сажи. – Недурно. Для ребёнка трёх лет сойдёт.

– Да? – не поняла похвалили её или нет Ти’Глориэль.

– Ты из семейства тех самых Ти’И, повелителей воды из дома Озера? – осведомился Эт.

– Да.

– Твои родители будут очень недовольны.

– Пусть, чего хотят, думают, – надулась заклинательница. – Я приступила к изучению магии воды раньше, чем начала говорить. Она у меня уже вот где сидит! Вода эта! Надоело!

– Интересный настрой. Мне казалось, что среди эльфов перевелись бунтари, но я ошибался...

– Босс! – откуда ни возьмись появился шериф. Запыхавшийся рыцарь примчался, остановившись на против Элеталя. – Беда!

– Что ещё? – встрепенулся эльф.

– Помните того крапу, межевого рыцаря, что записался в авантюристы?

– Да, а что случилось?

– Так вот. Этот желтобрюх пролез в крепость. Не знаю зачем, не спрашивайте. И попался, идиот. Бандиты подвесили его за ноги к балке на башне и требуют встречи с главным нашего лагеря. Прямо сейчас. Чтоб им эль в глотку не лез!

– Составите компанию? – вымучено обратился Элеталь к маркизу.

– Охотно. Никогда не видел крапу, подвешенного вверх тормашками. Разве можно такое пропустить? – с сарказмом в голосе ухмыльнулся Жофруа.

– А вы, шериф, пока трубите общий сбор. Пусть ваши рыцари и авантюристы готовятся к бою. Хватит дальше тянуть. Будем штурмовать крепость.

– Есть! – радостно взвизгнул рыцарь, побежав отдавать нужные приказы.

Глава 21. Лягушка на палочке

Небольшой отряд вооружённых людей во главе с Элеталем и его компаньонами выдвинулся к крепости для проведения переговоров. Среди приключенцев затесались маркиз, Эт и невесть откуда взявшийся катус Певун со своим банджо на изготовке. Отряд беспрепятственно сумел подойти почти вплотную к крепости. Никто по ним не стрелял. У главного входа в укрепления, представлявшего собой чудом сохранившуюся надвратную башню, предстала странная картина. Бандиты столпились на вершине башни. Их набралось человек десять. Рядом наверху, между защитных каменных зубцов параллельно земле была выдвинута крепкая смолёная балка, на краю которой за задние лапы был подвешен крапу, свисая с высоты. Жаб корчил страшные рожи, насколько это вообще возможно для гигантской разумной лягушки, постоянно сопровождая своё висение потоком угроз и острот вперемешку с кваканьем и бульканьем, что, скорее всего по его задумке, должно было придать угрозам больше весу. Бандиты, в прочем, на триады пленника реагировали только одним образом – смехом, сдобренным обидным улюлюканьем.

Крапу не прекращал попыток освободится, время от времени пробуя подтянуться и достать передними лапами до пут на задних, но тот, кто связывал своего пленника, своё дело знал хорошо и отвязаться у крапу никак не получалось. Вместо этого выходила ещё одна тщетная попытка барахтанья, которая сопровождалась очередным приступом хохота со стороны бандитов.

– Как они его так подвесили? – удивился Певун, внимательно рассматривая жаба, висевшего на балке вниз головой. – Из этого эпизода почти наверняка получится неплохая комедия, может даже в двух действиях.

– Вот только бедолаге не до смеха, – одёрнул кота Элеталь. – Зачем он вообще полез в крепость? Я строго на строго запретил соваться к бандитам до штурма.

– Это крапу, – поморщился маркиз, – насколько позволяет судить остатки попоны, что болтаются на нём, из южных земель Вечного Королевства. Они там все помешаны на чести и рыцарской доблести, особенно мелкое дворянство. Я слышал, что он межевой рыцарь.

– Был. Записался в авантюристы, потому что с деньгами совсем туго стало. Он всё сокрушался, что такому выдающемуся воину присвоили ранг «E», – пояснил Элеталь. – Благородные же совершенно не понимают структуру деления рангов авантюристов. Они думают, что если умеют махать мечом, то как минимум сразу получат ранг «B».

– Слушайте, – вдруг крикнул Эт. – Чего я только не насмотрелся в последнее время. Я правильно понимаю, что вон то земноводное – разумное существо?

– Всё верно, – спокойно ответил ему маркиз. – Довольно распространённая в здешних краях раса разумных жаб. Зовутся крапу. Я уже упоминал их раньше, помнишь?

– Эй вы! Внизу! Хватит шушукаться, и встаньте в линию, чтобы я вас всех видел, – заорал один из бандитов, выглянув из-за одного из каменных защитных зубцов надвратной башни.

– Мы слушаем, – отозвался Элеталь. – Какие ваши требования?

– Эльф вроде, – шепнул второй бандит первому, – Чего он сказал?

– Спрашивает про какие-то требования, – пояснил бандит-крикун.

– Надо позвать босса.

– А... Справимся без него. Чё мы без мозгов сами? – махнул рукой крикун. – Навостри ухи, эльфоухий олух! Мы хотим, чтобы вы убрались от нашего дома куда подальше. Проваливайте, короче.

– Это невозможно! – крикнул Элеталь, пытаясь скрыть улыбку.

– Говорит, что не уйдут, – пояснил крикун другому бандиту.

– Кто бы сомневался, – буркнул второй, деловито выглянув из-за зубцов.

– Ну так сейчас лягушку сбросим, они по-другому запоют! – ляпнул крикун, мерзко ухмыльнувшись.

– С ума сошёл, дурья голова! Он же заложник! Понимать надо! – зашикал на него второй бандит. – И положи-ка нож на бочку. Нечего мне тут.

– Да я ж пошутил, – начал оправдываться первый.

– А потом они пошутят. Ну-ка отойди, я сам попробую, – отодвинув крикуна, между зубцов протиснулся второй бандит. – Значит так, наши требования!

– Мы слушаем! – ответил Элеталь.

– Не перебивать! Поскольку этот крапу из соседнего королевства… Стало быть, это уже не просто местное мочилово, а димпломантический инд-цын-дентд. Вот. Мы требуем, чтобы сюда прибыл какой-нибудь начальник из Вечного Королевства.

– И где я его вам найду? – Элеталь уже не скрывал смеха в голосе.

Пока бандиты и эльф переговаривались, к отряду авантюристов подошёл шериф с тремя латниками. Поправив свои усы, рыцарь по-хозяйски осмотрел крепость, абсолютно не удивившись висевшему крапу. Предстоящий штурм, которого шериф давно ждал, вот-вот должен был начаться, что несомненно придало ему, уставшему от бесконечного пустого сидения, бодрости и инициативы.

– Мы требуем, – снова крикнул бандит со стены. – Чтобы сюда явился… маркиз д’Мерле. Раз жаб из Вечного Королевства, то и разговаривать будем с главным оттуда.

– Вот ведь проходимцы! – взвизгнул шериф. – Вы чё удумали?! Какой вам ещё маркиз? Да с вами даже его сиятельство граф не станут разговаривать! Маркиз! Отпускайте лягушатину, я вам сказал!

– Ща быстро отпустим! Прямо вниз! – бандиты снова залились хохотом.

– Скажите, – лукаво усмехнулся Элеталь, обратившись к Жофруа. – Вы ведь из Вечного Королевства? Чисто гипотетически, стал бы упомянутый маркиз вести переговоры с ними?

– Исключено, – недовольно буркнул Жофруа, косясь куда-то в сторону.

– Так нужно просто спустить лягушку что ли? – усмехнулся Эт, щёлкнув пальцами – Сейчас сделаем!

Сразу после щелчка основание балки потряс небольшой взрыв и брус переломился, отправив жаба в свободное падение, но вместе с тем разлетелись и путы. Крапу быстро освободился, сгруппировался и достаточно плавно приземлился на все четыре лапы, тут же сделав отскок в сторону Элеталя и компании. Судя по всему, падение нисколько не навредило жабу.

Бандиты, отойдя от неожиданности, подоставали свои самострелы и арбалеты нацелив их на парламентёров. По направлению авантюристов полетели первые болты и стрелы, поэтому компания поспешила отойти от стен крепости, спустившись с холма. Укрепление загудело, как рассерженный улей с пчёлами. Кто-то в крепости начал бить тревогу, колотя булавой по железяке. Вооружённые до зубов люди выскочили из всех щелей, заняв позиции на стенах. Крепость ощерилась со всех сторон. Стало понятно, что бандитов там засело действительно много.

– Благодарю за спасение, – благородно произнёс крапу, поклонившись остальным. – Я вижу новые лица. Позвольте представиться, Раймунд! Рыцарь и авантюрист. Я хотел произвести разведку в стане неприятеля, но что-то пошло не так.

– Попался, как последний ребятёнок, – сказал, словно отрезал шериф. – А гонору-то сколько было. Понаберут раймундов всяких по объявлениям, а потом вызволяй их из плена. Ты же размером с лошадь! Какая разведка?! Повезло тебе, жабья башка, что среди нас такой важный чародей появился. Вот ему и почёт!

– Это было невероятно, – выпучила глазки Ти’Глориэль, всё это время с придыханием буравя взглядом Эта. – Значит я была права. Эльфы могут использовать огонь. Нужно только постараться, и всё обязательно получится. Большое спасибо за урок, я обязательно воспользуюсь им и продолжу свои изыскания.

– Ти, да прекрати ты уже! – не выдержал молчаливый эльф. – Дай сообразить, чего теперь делать.

– Мда… Фактору внезапности теперь конец, – констатировал ситуацию Элеталь.

– Трубить отмену? – поинтересовался шериф.

– Нет. Продолжаем, – остановил рыцаря эльф. – Есть у меня интересная идея. В восточной стене имеется ещё один проход, но он был завален.

– Мы ж его уже пытались разобрать, – охнул шериф. – Только людей положили зря.

– Господин Эт’Ритэир, сможете произвести ещё один подрыв, но там, где я укажу?

– Валяй! – надменно ответил Эт.

– Отлично! К тому же у нас теперь есть слон, – улыбнулся Элеталь. – Шериф, позовите сюда его хозяина.

***

Протрубили рога и трубы. Бойцы, выстроившись в отряды, выдвинулись к стенам крепости. Часть из них несли большие приставные лестницы, в то время как другие готовились быстро ими воспользоваться для форсирования стен. Чтобы минимизировать потери штурмовые команды прикрывали большими переносными щитами, которые тащили по двое. С подножья холма в бандитов на стенах полетели заклинания магов-авантюристов. Заряды врезались об зубцы крепости, рассыпаясь искрами смертоносных фейерверков, обжигая врагов колдовским огнём, холодными зарядами и разрядами молний.

Основная нагрузка легла на войско Туссилаго. Солдаты графства шли в первых рядах, в то время как авантюристы составляли примерно треть союзного войска, но среди них были узкие специалисты, способные своими умениями сильно облегчить сражение. Из-за высокого щита вынырнул разодетый бард-катус. Певун достал своё банджо и ударил по струнам воодушевляя бодрой песней и своим примером окружающих воинов. Кот был словно заговорённый, потому что ни одна стрела или болт не могли попасть по нему. А может всё дело было в пресловутых девяти жизнях?

Перебирая коготками струны, кот продолжал уверенно вышагивать навстречу опасности, отбросив свою личину лоботряса куда подальше. Банджо бодро бренчало отрывистый задорный марш в такт наступающим войскам. Постепенно ритм мелодии ускорялся по мере того, как люди сменили шаг на бег, преодолевая последние метры перед штурмуемыми стенами. Последний грозный аккорд музыкальный инструмент огласил, когда лестницы дружно соприкоснулись со стенами. И штурмовые команды устремились наверх.

В это время совершенно незамеченной один из отрядов пробралась к восточной стене. Несмотря на то, что в их составе был целый слон, да ещё и белый, бандиты не обнаружили их приближения. Всё дело было в голубоватой полупрозрачной плёнке из воды, окружавшей отряд полусферой. Её создала заклинательница Ти’Глориэль. Заклинание называлось [Aqua Latentes]. Иначе называемое [Покровом Скрывающей Воды]. Старинное заклинание, хранимое из поколения в поколение эльфийской семьёй Ти’И, являющейся одной из выдающихся представителей магов воды из дома Озера.

– Вот этот завал, – указал рукой Элеталь, на участок стены, где весьма топорно была подлатана кладка на месте обвала укрепления. Камни и брёвна были навалены вперемешку. Между ними виднелись прорехи. Всё это было сдобрено подобием раствора, чтобы придать конструкции прочность. Сооружавший заплатку в стене явно не разбирался в строительстве крепостей, или у него просто не было времени исправить брешь нормально.

– Детские игры, – хмыкнул Эт, уничижительно оглядев фортификационную конструкцию.

– Забыл сказать, – крапу Раймунд тоже вызвался быть в отряде. – Они держат прирученного тролля во внутреннем дворе.

– Час от часу не легче, – испуганно икнул гном Тор, побледнев лицом. Гном явно не ожидал, что реально придётся участвовать в штурме. Но отвертеться от условий контракта наёмника, когда его уже подписал, было очень сложным занятием. Нарушение могло привести к отзыву лицензии авантюриста, и это было самым безобидным наказанием. В худшем случае не выполнившего контракт комбатанта могли повесить как дезертира. Тор это прекрасно знал, поэтому, дрожа всем телом, согласился учувствовать в штурме. Слон был не в пример спокоен, чем его хозяин. Забавно обмахивая себя ушами-лопухами, Сигизмунд с любопытством осматривал окружавших его людей и перебирал ногами, переминаясь с места на место в ожидании дальнейших указаний от хозяина.

– Давайте пробежимся по отдельным пунктам, – осмотрев окружающих, начала Мери. – как только наш чародей взрывает завал, мы врываемся внутрь. Я и Жизель пробираемся на стену с отрядом людей и стараемся опрокинуть как можно больше плохишей, что встретятся нам на пути.

– В это время вторая половина отряда под моим командованием, – подтвердил Элеталь, – устраивает бой, приковав к себе основные силы внутри крепости.

– А мы тем временем, – продолжила Мери, – постараемся пробраться к главным воротам и открыть их, чтобы основные подразделения Туссилаго и авантюристов смогли ворваться в крепость. Если не получится, присоединяемся к вам и действуем по обстоятельствам.

– И прошу, – подчеркнул Элеталь, – если я скомандую отступление. Вы немедленно подчиняетесь и выходите из боя обратно через пролом.

– Хороший план, – зевнул Эт. – А что делать мне?

– Если это возможно помогите нам заклинаниями, но я прошу не ввязываться в ближний бой внутри, – почтенно поклонившись, ответил Элеталь. Эльфы окончательно и бесповоротно приняли Эта за эльфийского мага-старейшину, потому относились к нему очень аккуратно и уважительно.

– Шайнинг, ты и твои люди идут вторым эшелоном, если я прикажу, – строго приказал Элеталь.

Группа Шайнинга, несмотря на всё нытьё, приняла участив штурме, чего требовали условия контракта, поэтому, будучи очень квалифицированными комбатантами, они оказались в диверсионной команде.

– Можете на нас положиться, – скривив рот, заявил Шайнинг, расположившийся в компании своих бойцов.

– Тогда по моей команде.

– Одну секунду, – остановил его Жофруа. – Я подготовил одно важное чудо. Оно должно сильно упростить нам жизнь. [Бесконечное Бдение]!

Перед протянутыми руками жреца появились несколько парящих в воздухе глаз, которые стали кружить вокруг Жофруа. Глаза выглядели крайне злобно Красные прожилки сеточкой опутали оголённые белки, а зрачки постоянно вращались, высматривая что-то

– Фу! Что за мерзость! Убери это! – поморщился Шайнинг, сделав вид, что его вот-вот вырвет.

– Это что-то вроде магического ока, – охнула Ти’Глориэль. – Только множественное заклинание. Да и второй носитель не требуется. Поразительно! Это как делал Красс, только ещё лучше!

– Проверка звука, – не обращая внимания на галдёж, проговорил Жофруа.

– Проверка звука! Проверка звука! Проверка зву-у-у-ка! – высоким голосом затараторили вслед глаза.

– Ещё и голосовое сообщение! – обалдела Ти’Глориэль.

– Теперь мы сможем координировать наши силы в реальном времени, – заинтересовался Элеталь. – Почему вы раньше нам не сказали, что способны на такое?

– Потому что не знал вашей стратегии при штурме, – сообщил Жофруа.

– Потому что не знал вашей стратегии при штурме, – хором ответили глаза.

– Тогда у меня изменения в плане, – решительно заявил Элеталь. – Прошу вас переместиться в командный пункт и помочь шерифу с управлением.

– Ты же говорил, что тебе нужен жрец при штурме? – спросил Жофруа, а затем глаза повторили его фразу.

– Говорил, но с такими способностями вам будет сподручнее взять на себя координацию действий. Это гораздо больше поспособствует сокращению потерь.

– Справитесь без меня? – обратился Жофруа скорее к Жизель и Мери, чем к эльфу. На что Мери махнула рукой, и маркиз поклонившись отбыл к палатке шерифа, оставив несколько глаз висеть в воздухе рядом с авантюристами.

– Ну, все готовы? – обратился к собравшимся Элеталь. – Тогда начали!

Прозвучал взрыв, и кладка, наспех сложенная в стене, разлетелась как горстка камушков, заставив вытянуть рты всех присутствующих. Особенно удивился Шайнинг, мерзко оскалившись. Сию же секунду водная завеса, скрывавшая команду, лопнула, и авантюристы устремились в пролом. Первым совершенно неожиданно понёсся слон Сигизмунд, грозно протрубив с воздетым к небесам хоботом. То ли в слоне проснулись инстинкты, или он просто устал от скучной жизни таскателя повозки, но Сигизмунду явно хотелось побыстрее начать действовать. Гном вцепившись в загривок слона был почти недвижим, оцепенев от страха и уже ни каким слоном фактически не управляя.

Оторопевшие бандиты внутри крепости разбегались, как тараканы, выпрыгивая из-под ног разогнавшегося слона. Из-за белой туши выскочили авантюристы. Элеталь во главе небольшой группы комбатантов завязал бой на пространстве внутри крепости. Размахивая своим копьём, как пропеллером, эльф ловко и точно доставал своих противников, эффектно нанося поражения одному за другим. Рядом с Элеталем разошёлся его молчаливый друг, двуручник которого мелькал подобно всполохам молнии. Этим двоим помогала Ти’Глориэль. Девушка, находясь позади, формировала небольшие, но многочисленные заряды воды, направляя их во врагов почти на 360 градусов и тем самым прикрывая своих соратников. Оказавшись на острие атаки три эльфа задали тон сражения, который перекинулся остальным авантюристам. Следуя за своим лидером отряд комбатантов рассредоточился внутри крепости, внося сумятицу в ряды противников. В это время Мери и Жизель во главе другого отряда беспрепятственно пробрались на стены и начали успешно очищать их от противников, продвигаясь таким образом до надвратной башни, чтобы открыть ворота.

Там, у ворот завязалось основное сражение. Рыцари Туссилаго при поддержке авантюристов штурмовали укрепления по всей продолжительности фронтальной стены. Количество приставленных лестниц росло с каждой минутой. Бандиты тщетно пытались их сбрасывать, но не поспевали за темпом, взятым атакующими.

Не найдя достойных противников, Сигизмунд, не прекращая радостно трубить во все стороны, стал нарезать круги во внутреннем дворе. Успешно потоптав несколько врагов, слон было собрался вломится в центр битвы, но что-то крупное отвлекло его, вырвавшись из бокового помещения, основательно разворотив постройку. Из образовавшегося пролома вылез крупный тролль. Одетый в грубую кустарную броню из ржавых кусков железа, он размахивал окованной металлом дубиной с округлыми шипами, и вообще выглядел чертовски злым и раздражённым. Изобразив грозный вид, тролль сходу огрел дубиной слона по голове. От чего тот, не ожидав напора, попятился, попутно раздавив двух подвернувшихся под скорую ногу бандитов. Но уже через пару мгновений слон пришёл в себя и попёр на врага грозя хоботом, как кулаком.

– Подожди, Сигизмунд! – запричитал гном на затылке слона. – Да прекрати же ты! Что на тебя нашло?!

– Фру!!! – протрубил слон в сторону тролля, соглашаясь, что вызов брошен.

Мельком окинув поле битвы, чтобы сообразить, как идёт сражение, Элеталь понял, что наступление продвигается нормально, и отдал приказ, по которому группа Шайнинга вступила в бой, перебравшись через подорванный ранее завал.

– Вы тут справляетесь? А у отряда на стене возникли трудности, – крикнул Жофруа через висящий над головами глаз, и Элеталь быстро кивнул ему, подтверждая, что понял сообщение. В это время Мери и Жизель столкнулись с упёртым сопротивлением на одной из башен, преграждавшей путь по стене к главным воротам. Бандиты забаррикадировались внутри, закрыв на засов дверь и отстреливались с верху башни из луков и арбалетов. Отряд Мери начал потихоньку откатываться назад, как вдруг внутри башни кто-то заорал от ужаса.

– Что это за дрянь-то такая?! Он же помер только что! Валим отсюда, парни! – завопил кто-то внутри башни. Раздалось протяжное гортанное урчание. Что-то начало скребстись по другую сторону двери, пока не раздался хруст сломанного засова, и дверь отворилась. В проход ломанулись было атакующие, но тут же попятились назад с возгласами ужаса и отвращения. В проёме стены стоял зомби бандита и тупо пялился на штурмующий отряд, как бы предлагая пройти, но авантюристы проходить не спешили. Особенно досталась Мери. Воительница застыла в нерешительности, пялясь на ожившего мертвеца. Неуверенность её руки предалась клинку, который начал мелко дрожать.

– Спокойно, – рявкнул голос Жофруа из глаза, который отправился сопровождать отряд Мери. – Это моё заклинание. Помогу, чем смогу.

– Некромантия запрещена конвенцией по надлежащим способам ведения войны, – озадаченно буркнул один из авантюристов рядом.

– А у них тролль в латах по двору носится, – раздражённо ответил ему Жофруа через парящий глаз. – Он тоже подпадает под конвенцию, так что мы квиты.

– Мери, ты чего? – легонько толкнула латницу за плечо Жизель. – Это же просто зомби-прислужник. Смотри, он не кусается.

– Тц… Тогда разбирайтесь сами, – цокнул маркиз языком, и зомби преткновения упал трупом на пол, престав подавать какие-либо признаки деятельности.

– Идём дальше… – нерешительно пискнула Жизель. Остальные нехотя согласились. Отряд пробрался в башню, с опаской перешагнув через бездыханного бандита, побывавшего в шкуре зомби. Врагов внутри уже не было. Все они испугались ожившего мертвеца и благополучно ретировались, бросив свои позиции.

Тем временем Эт и крапу Раймунд перебрались через завал. Жаб был весь в нетерпении. Ему хотелось взять реванш над проклятыми бандитами, которые навлекли на него позор плена. В отличие от него, Эт выглядел скучающим, рассматривая происходящее, как мышиную возню.

Жаб сжимал в своих передних лапах рыцарское копьё кавалериста, которое он позаимствовал у одного из оруженосцев воинства Туссилаго. Сгруппировавшись как пружина крапу совершил большой прыжок, перепрыгнув через сражающихся и сходу всадив копьё в бандита успокоив его за один удар.

– Уланам крапу не нужны лошади для рыцарского удара! – громко крикнул Раймунд. – Готовьтесь, негодяи, я отправлю вас на тот свет!

Прыжок крапу несомненно бы привлёк себе всеобщее внимание, если бы не совпал с появлением тролля, битва которого со слоном Сигизмундом, несомненно, явилась чем-то вроде кульминации сражения. Учитывая, что последствия неудачного попадания под ноги слона повсеместно валялись на земле и вставать явно не собирались, то сражающиеся с обеих сторон предусмотрительно отбежали подальше, предоставив слону и троллю пространство для манёвра. Но бой тяжеловесов слишком сковал всеобщее внимание.

– Отлично, – хмыкнул Шайнинг. – Я вас поздравляю. Почти ведь победили. Вперёд, парни, не щадить никого. – Сверкнула молния и Шайнинг переместился рядом с молчаливым эльфом, без предупреждения полосонув его по шее острым как бритва кури. Ниилор схватившись за горло, осел на землю, обливаясь кровью. Ещё одна вспышка света – и перед Ти’Глориэль блеснуло лезвие клинка Шайнинга, но небольшая огненная искра вспыхнула перед самым ударом, предотвратив выпад. Белёсая молния метнулась к стене, где через миг из вспышки света появился недовольный Шайнинг. Его подчинённые под радостные вопли бандитов присоединились к ним, набросившись на авантюристов.

– Ты чего творишь?! – выпалил Элеталь. – Как это понимать?!

– Жаль, не получилось ухлопать всю троицу за раз, – крикнул Шайнинг, помахав рукой с окровавленным кукри со стены. – Я ведь предупреждал, что Мери-Беда приносит несчастья. А мне не поверили.

– Измена! – выпалил Элеталь, стиснув зубы.

– А ты думал, как компашке бандюков удавалось всё это время обводить вокруг пальца важных благородных господ? – усмехнулся Шайнинг. – Да я и не хотел ввязываться, моя задача не в этом, но вам же неймётся. Пришлось помогать. Эй, Марк, ты там долго собрался отсиживаться?

– Скажешь тоже! – деревянная загородка на вершине дальней из башен откатилась, явив установленную пушку на вращающемся лафете, за которой сидел крупный бородатый предводитель бандитов. Маркус Бигль был одет в кольчужные доспехи и растрепавшийся плащ капитана наёмников. – Я просто ждал, пока они покучнее соберутся! Эй народ, кто не спрятался, я не виноват!

– Тогда не буду мешать! Мне ещё нужно прикончить Тролиху, а то не ровен час они действительно захватят главные ворота – провозгласил Шайнинг, исчезнув во вспышке света.

– Да вали уже! – загоготал Маркус. Раздался выстрел, и несколько авантюристов повалились поражённые разрывом ядра. Калибр пушки был не велик, по сути это была небольшая кулевринка, но в ограниченном пространстве внутреннего двора крепости, она могла наделать серьёзных дел. Маркус Бигль ловко повернул ствол к себе и затолкал внутрь новый заряд пороха, а затем схватил из рядом стоявшей корзинки ещё одно ядро-бомбу.

– Негодяй! Сражайся честно! – жаб, схватив своё копьё, подпрыгнул так высоко, что смог забраться на башню с пушкой. Воткнув острие в основании шарнира, крапу заблокировал орудие, но и сам остался без оружия.

– В очередь! – главарь разбойников подхватил с пола клевец и замахнулся им, пытаясь сбросить непрошеного гостя с высоты.

Отряд Шайнинга тем временем начал прижимать людей Элеталя. Ти’Глориэль добралась до раненого товарища и попыталась стабилизировать его состояние, наложив на распоротое горло какую-то сложную магию воды. Зелье в данном случае не получилось бы применить, потому что раненый не мог глотать. Это сильно ослабило боевую мощь отряда, поскольку водные заклинания больше не поддерживали комбатантов в битве, поэтому Элеталь скомандовал отступление, но люди Шайнинга уже отсекли штурмовой отряд от прорехи в стене.

– Предательство… Его вкус как острый перец. Твою глотку раздирает огнём, а сделать ты ничего не можешь, – ехидно улыбнулся Эт, ловко лавируя между сражающимися. Именно он не позволил Шайнингу расправится с Ти’Глориэль. Но на этом помощь псевдоэльфа закончилась. Лезть в перепалку он почему-то не спешил. Его гораздо больше интересовал поединок слона и тролля. Бойцы в тяжёлом весе сцепились конкретно. Тролль пытался размахивать дубиной, а Сигизмунд перехватил её хоботом и стал напирать на тролля. Но и тролль не желал расставаться с вверенной ему амуницией и крепко сжимал дубину. Они сошлись, пытаясь перебороть один другого, и где-то из-за затылка раздавались тихие, еле слышимые причитания гнома.

– Давай, Сигизмунд! Ты сможешь! – взмолился гном. И воодушевлённый слон потихоньку начал перебарывать тролля. Собравшись с силами, Сигизмунд вырвал дубину из лап монстра, и, взмахнув хоботом, огрел монстра по голове его же оружием, которое от удара даже треснуло пополам. Тролль зашатался и осел, а слон и не думал останавливался. Подцепив бивнями своего противника, он разогнался и со всей силы впечатал того в стену, которая обвалилась, присыпав камнями тушу тролля.

Прошествовав сквозь битву, Эт уставился на растерянную Ти’Глориэль, которая продолжала проводить манипуляции с лежавшим на земле товарищем, уже не подававшим признаков жизни.

– Чего ревёшь? – цинично осведомился Эт у волшебницы.

– Он умер… – всхлипывая, ответила та.

– И ты простишь им это?

– Никогда! – с вызовом зашипела эльфийка.

– Вот это отличный настрой! Раз такое дело, так у ж и быть, покажу тебе парочку уроков, – заносчиво заявил Эт. – Я обещал Жофруа, что буду себя сдерживать, но стоять и смотреть – слишком скучно. [Пляшущие Искры]!

Эт взмахнул руками, как дирижёр, щёлкнув пальцами при этом, высекая пламя прямо из воздуха, обдав им всех, кто был рядом. И если с союзниками ничего не произошло, то бандиты начали вспыхивать один за другим. Пространство наполнилось гарью и криками. Поражённые пламенем, они начали беспорядочно носиться, превратив сражение в сумятицу.

– Я поняла, – воинственно крикнула Ти’Глориэль, поднявшись на ноги. – Как бы выразилась в такой ситуации Грейс. Этим бедолагам не хватает воды! [Наяда]!

Сфера воды обволокла Ти’Глориэль с ног до головы, и эльфийка воспарила над землёй. Бушующие потоки забурлили, как морской шторм. Все, кто оказался рядом поспешили отбежать подальше. Даже Элеталь ретировался в сторону, а поток воды, циркулировавший в сфере всё набирал и набирал обороты.

– [Malum Aqua]! – пропела Ти’Глориэль не своим голосом. От неё в разные стороны полетели змеи, сотканные из потоков воды, которые устремились к бандитам и людям Шайнинга. И тем, до кого добралась такая змейка, было не позавидовать. Доспехи, в месте соприкосновения моментально размокали, как влажная бумага, а затем наступала очередь того, что было под доспехами. А Ти’Глориэль продолжала отправлять новых змей из воды. Соприкасаясь с пламенем Эта, змеи взрывались трескучим паром. Те из врагов, кому посчастливилось не сгореть, ждала участь сварится в облаке горячего пара. Наконец, у Ти’Глориэль начала подходить к концу мана, и эльфийка завершила заклинание последним эффектным всплеском воды, из разлетевшейся водяной сферы.

В тот же миг, увернувшись от удара молотом, крапу ловко перепрыгнул над головой главаря бандитов. Тот взревел, как рассерженный медведь-шатун и ломанулся на жаба с клевцом наизготовку, пытаясь нанести ему увечье, но бывший рыцарь был не так прост. Надув свои щёки, жаб выпустил длинный язык, которым поймал бандита за ногу и опрокинул его. Не дав опомниться врагу, Раймунд прижал его к полу. Крапу весил гораздо больше, чем человек, и у главаря бандитов, даже если он был крупным детиной, не оказалось не единого шанса подняться. Несколько раз врезав бандиту как следует, Крапу подобрал верёвку, лежавшую рядом, и как крепко связал главаря.

– Повиси-ка, как я! Теперь ты будешь лягушкой на палочке, – приговаривал жаб, когда подвешивал Маркуса Бигля за железный крюк, удачно попавшийся на внешней стороне парапета башни.

Увидев, что их последняя надежда в виде главаря с пушкой исчезла как дым, некоторые из оставшихся в живых бандитов побросали оружие и начали один за другим поднимать руки вверх, показывая, что сдаются. Другие же только остервенели, продолжая стараться из последних сил. Среди людей Шайнинга не нашлось ни одного живого. То ли эльфийка специально старалась попасть в них, то ли это получилось случайно, но предатели заплатили высокую цену за своё вероломство.

– Прекрасно, – обратился Эт к Ти’Глориэль, которая стояла в растерянности и никак не могла отдышаться. – В тебе есть то, что присуще огненным магам, а скомбинировав воду и пламя, ты можешь стать поистине грозной волшебницей. Всего лишь требуется найти огненное божество, которое поможет снять блокировку домена огня.

– Вы так говорите, что это какой-то пустяк, – чуть отдышавшись, с горечью вымолвила Ти’Глориэль.

– Не пустяк. Божеств, способных управляться с огнём всего три. – Пламя Огненного Иерарха тебе не подходит, это я могу сказать точно. Его огонь эгоистичен и не будет уживаться с водой, что бьёт ключом в тебе с рождения. Ещё есть Рубиниэль Алая, но она упёрлась, и эльфы больше не получат от неё огня, как бы не просили. Я бы посоветовал разыскать третье божество. Богиню Крови и Кровных Уз сложно найти. Но если тебе повезёт, возможно, упомянутой госпоже удастся подарить тебе огонь. Учитывая, что кровь иногда пылает жарче, чем самое яркое пламя, для тебя это будет в самый раз.

– Но как это сделать? – простонала Ти’Глориэль.

– Я и так уже рассказал более чем достаточно, – усмехнулся Эт.

– Я это запомню, – решительно кивнула эльфийка.

– Легенды всегда интересно послушать, – взволнованно высказался Элеталь, склонившись над погибшим другом. – Но меня сейчас волнует подлец Шайнинг. Он говорил, что собирался расправиться с вашей латницей.

– Я их уже предупредил, – прояснил ситуацию Жофруа через подлетевший магический глаз.

– Мне им помочь? – обрадовался Эт.

– Нет. Пусть сами разбираются. Проходимец не должен вызвать у них затруднений.

– Жаль, а я только разошёлся, – сделал вид, что расстроился Эт.

– Если послать тебя, от него не останется даже пепла, а предатель будет полезнее живым.

– С чего бы вдруг? – возмутился Элеталь.

– Есть очень большая вероятность, что он агент Гегемонии, – как прописную истину пояснил Жофруа.

– А… может быть, – согласился Элеталь. – Но я бы всё равно предпочёл увидеть его зарубленным, или хотя бы болтающимся в петле.

– Когда он выложит всё, что знает, можешь его хоть три раза подряд повесить.

Отряд, которым руководила Мери, почти добрался до главных ворот, когда появившийся снова магический глаз поведал об случившемся предательстве. Авантюристы гневно закричали, услышав про измену группы Шайнинга.

Основные силы Туссилаго всё это время продолжали атаку, несмотря на потери. Некоторые участки фронтальной стены были уже очищены от бандитов, но основная надвратная башня продолжала сопротивляться. С одной стороны по стене к ней пробились авантюристы с Мери и Жизель, с другой – рыцари, рядом с которыми крутился катус Певун, не прекращая бренчать на банджо. Осаждаемые, понимая, что в случае проигрыша их ждёт виселица, сопротивлялись отчаянно. В штурмующих с башни летели камни и стрелы, в то время как сами бандиты были надёжно укрыты в фортификации.

– Нужно что-то быстро соображать! – крикнула Мери, попутно осматривая периметр, на случай, если предатель вдруг появится.

– Я попробую забраться на верх башни! – решилась Жизель.

– Одна?! – переспросил рядом стоящий авантюрист.

– Давай! – крикнула Мери.

– [Кровавый бич]! – из разлившейся лужи крови от одного из убитых бандитов выстрелила цепь с острым наконечником, который впился между двух камней в кладе, почти на самом верху надвратной башни.

– Отлично! – обрадовалась Мери. – Надо и мне кое-чего попробовать. [Обсидиановая броня]! [Таран]!

Дождавшись пока пепельный налёт полностью сформируется поверх её доспеха, Мери с разгона вшиблась в забаррикадированную дверь, заставив ту затрещать под натиском.

– Сработало! – крикнул один из авантюристов. – Я понятия не имею, что это у вас за навыки такие, но выглядит чертовски эффективно.

Пока Мери пыталась выбить дверь, Жизель воспользовалась [Кровавым Бичом] и в один присест форсировала башню, очутившись на верхней площадке. Опешившие от такой неожиданности бандиты даже не оказали должного сопротивления. И вампирка сумела разобраться с ними без особых проблем, вырубив пятерых. Остальные в панике ретировались на этаж ниже, один за другим протиснувшись в квадратный люк в полу.

С третьей попытки Мери дверь поддалась, изломавшись на две неровные половинки сверху вниз. Авантюристы с грозными воплями ворвались внутрь надвратной башни. Завязался ожесточённый бой.

– Это монстр! Бегите! – с верхних этажей башни раздались душераздирающие крики.

Какой-то плут из комбатантов, воспользовавшись поднявшейся суматохой, сумел поднять ворота, и через них в крепость вбежали большие силы, состоящие из рыцарей Туссилаго с шерифом во главе. Стало очевидно, что крепость взята. И разрозненные очаги сопротивления уже ничего не изменят.

– Победа! – всё чаще раздавалось из разных сторон. Уцелевшие бандиты стали сдаваться пачками. Крепость окончательно переходила под контроль войска Туссилаго.

Мери взобралась на вершину надвратной башни, где уже, свесив ноги на парапете, сидела Жизель. Латница подозвала вампирку к себе, показав флаг в зелёных тонах. К ним присоединились Певун, несколько рыцарей и авантюристов. Мери содрала бандитское полотнище, сбросив его вниз, и водрузила на флагшток знамя Туссилаго. Отовсюду раздались крики одобрения и радости.

Но лицо Мери совсем не отражало всеобщего ликования. Её беспокоила одна тревожная мысль. Шайнинг так и не появился. Очевидно, поняв, что битва проиграна, он поспешил скрыться куда подальше. Но у Мери было стойкое ощущение, что они обязательно встретятся с предателем снова.

Интерлюдия 7. Никто не любит задания на время

Прошло два дня со времени событий в Эрлиге. Площадь Патрициев уже успели разобрать от завалов, но в остальном городе продолжались восстановительные работы. Монстр прошёлся по Эрлигу, как нож сквозь масло, порушив много домов, которые только предстояло восстановить. Вперемешку с ремонтными командами всюду сновали герцогские чиновники, скрупулёзно записывая в свои толстенные книги замеченные повреждения.

До сих пор было не понятно, что делать с разломом, из которого выбрался монстр. Засыпать его песком не представлялось возможным, а строить мост было чревато, поскольку землемеры отчитались, что края ямы не устойчивы и могут осыпаться.

В городе было много погибших и пропавших без вести. Разобрав очередной дом, восстановительные бригады находили новые тела. Кибитки похоронщиков мотались по улицам как угорелые, обгоняя друг друга. Предстояло ещё опознать множество погибших, которых погубил монстр во время своего безудержного марша по городу.

Украшения от фестиваля снимать было некому, и они так и остались висеть, диссонируя с разрухой. Жители, кто не пострадал, ходили и качали головой, поглядывая на гирлянды, развешенные над раскуроченной мостовой. Трагедия двадцатилетней давности повторилась снова, но горожане не унывали и продолжали жить. Беда сплотила город, и молва твердила, что фестиваль непременно надо сохранить, проведя его в следующем году назло всем неприятностям уже в отстроенном городе.

Основные расходы на восстановление герцог взял на себя, основательно проредив сокровищницу, но и с городских служб спрос со стороны властей взлетел многократно, поэтому служащие и чиновники носились с взъерошенной головой, пытаясь восстановить обычную жизнь в городе. А ещё остались многочисленные туристы, которые получили совсем не тот фестиваль, на который рассчитывали. Их пытались задобрить, оплатив гостям все их расходы в городе.

Таверна Приют Красной Ведьмы, несмотря на то, что оказалась в центре событий, почти не пострадала, не считая налёта копоти на окнах. Уже с утра там у входа выстроилась очередь людей с пустыми мисками. Герцог открыл городские амбары и выделил средства, для раздачи еды. Распределять продукты было решено через таверны и трактиры, которых было немало разбросано по городу. В мероприятии участвовало и «Пристанище». Чтобы люди не толкались внутри, еду выдавали из открытого настежь окна, на подоконнике которого высилась большая железная кастрюля с супом. А рядом ютилась тарелка с нарезанным ржаным хлебом.

Синяя в переднике официантки стояла с большим половником и щедро разливала похлёбку по протянутым тарелкам. В то время как Фиолетовый, скорчив суровое выражение лица, расположился снаружи, напротив очереди. Варвар, уперев руки в бока, каменной скульптурой следил за порядком и смотрел, чтобы никто в ожидании еды не затеял драку или другую сумятицу. Благодаря внушительному виду Фиолетового, его очередь была идеальной. Никто не ругался и не шипел, не наступал друг-другу на ноги и уж тем более не пытался пролезть вперёд с отговоркой: «Я только спросить.»

Внутри заведения было пусто. Обычных посетителей кафе не принимало, поскольку все силы уходили на готовку еды для нуждающихся. Столики стояли осиротевшие, с накрытыми на них белыми скатертями, за которыми регулярно следили. Занят был единственный стол, расположенный в глубине зала, у противоположной от окон стены. За ним расположились Дориан, Лили и, внезапно, герцог Рудольф Эрлиг собственной персоной.

– А народу сегодня тьма собралось, – вздохнула Лили, скосившись на окно, за которым столпилась очередь.

– Много людей пострадало, – вздохнул Дориан, наблюдая, как очередная порция супа, опустилась в тарелку к страждущему.

– Тогда ответь мне, – немного раздражённо буркнула лучница. – Что в очереди делает наш сосед? Ты посмотри на этого старикашку. Во время бойни скряга сам остался невредим, не потерял ни золотого, его дом пострадал ещё меньше, чем «Пристанище», но наглец всё равно припёрся с тарелкой за бесплатным обедом. Это всё Боров виноват. Прикормил дармоеда!

– Тебе то что? – возмутился герцог. – И еда и работа оплачены из моего кошелька. Ваша кухня точно в накладе не останется. Я уж молчу про награду за убитого монстра и помощь в разрешении дела Мумификатора. Это я должен быть зол! Предатель всё этот время творил свои делишки у меня под носом!

– Да я не возмущаюсь, – замялась Лили. – Просто меня бесит такая оголтелая наглость.

– Разве так должна себя вести новая святая Алой церкви? – ухмыльнулся Дориан.

– Даже не напоминай, – побледнела лицом лучница. – Мало того, что храмовые святоши на полном серьёзе объявили меня посланницей Алой, так ещё и раструбили об этом по всему городу. Меня в дрожь бросает, когда какой-нибудь очередной незнакомец с воплями ломится через всю улицу, чтобы потребовать у меня благословения. А я даже не знаю, как его делать!

– Нам стоило больших усилий уговорить Алый храм, чтобы они не приставляли охрану из паладинов ко входу, – печально вздохнул Дориан, согласившись с собеседницей. – Тех же самых паладинов, которые в подземелье хотели нам головы посрубать.

– В ближайшее время всё будет немного по-другому, – примирительно ответил герцог. – Можно даже выдохнуть. Старая карга Августина, после того, как пришла в себя, заявила, что покидает пост первосвященницы. Теперь духовенство будет выбирать нового руководителя в Алый храм Эрлига.

– Они и мне эту должность предлагали, – поёжилась Лили. – Припёрлись целой делегацией с флагами и фанфарами. Мы еле выпроводили их восвояси!

– Ничего, привыкайте, – отчеканил герцог. – Известность приносит не только дивиденды. Иногда проблем появляется в разы больше, чем прибытка. Вон, берите пример с Гюнтера Форшера. Новый архимаг, всё-таки. После всей этой истории с неправомерным обвинением Архивариус здоровски обиделся и к обязанностям вернуться отказался. Так горожане в обход меня объявили Гюнтера Форшера новым архимагом. Пришлось ему примерить шапку главного волшебника. Был простой профессор, а стал лицо города.

– А мне известность вообще не впёрлась! – подавленно вскрикнула Лили. – А теперь все показывают на меня пальцем, как на урода из бродячего цирка. И кричат «Святая»!

– Скажи спасибо, что не сожгли на костре, – засмеялся Эрлиг. – Мне, знаешь ли, стоило некоторых усилий провернуть аферу с твоим происхождением. Теперь все знают, что у рода фон Ротте нашлась боковая ветвь, единственным представителем которой является полуэльфийка по имени Лили Купер.

– Чего ты переживаешь? Ты же теперь героиня. Посланница Алой. Победительница монстра, – поддержал Рудольфа Дориан.

– Надежда и опора герцогства и страны, – угрюмо добавил герцог. – И авантюристка «B» ранга, кстати.

– Хватит смеяться надо мной, – растерянно пискнула Лили, скосившись на вход. – О, а это ещё кто? Вроде не Боров. По шагам не похоже.

Через секунду колокольчик зазвонил, и входная дверь отворилась. Незнакомая женщина как ни в чём не бывало прошествовала через зал. На ней были синие джинсы и чёрная футболка. На ногах были обуты мятые старые кроссовки. Незнакомка небрежно поправила распущенные прямые волосы и по-свойски уселась на свободный стул за столик к остальным.

– Ну, привет! – усмехнулась Алл, обнажив два ряда треугольных зубов. – А тут знакомые всё лица!

– Ты! – выпалил герцог, вцепившись пальцами в край стола.

– Дориан, сколько лет сколько зим! – небрежно выпалила Алл, взмахнув руками, как дешёвый импресарио. На герцога она даже не взглянула.

– День добрый… – промямлил Дориан в ответ.

– А чего так уныло? – снова ухмыльнулась Алл. – Ты, гляжу, нехило подрос. И в плечах раздался. А в детстве такой задохлик был.

– Что тебе нужно? – ответил Обсидиан.

– Самую малость, – хихикнула Алл, заметив Красную, стоявшую в нерешительности в стороне. – Эй официант, примите заказ!

– Что будете есть? – залепетала подошедшая Красная, вопросительно поглядывая то на Дориана, то на Лили.

– Гамбургер и стакан диетической колы, – невозмутимо ответила Алл.

– Что такое гам-брюгер? – озадаченно спросила Красная. – А кольев у нас вообще никаких нет в меню.

– Что за заведение, – нарочито наигранно возмутилась Алл. – Дориан, тебе непременно стоит поработать над меню. Я уж молчу, что у вас персонал состоит сплошь из демонических сущностей, которых обычно ожидаешь увидеть в заведениях иного толка.

– Простите, что? – подпрыгнула Красная.

– Да кто ты такая, чтобы обижать наших работников? – крикнула Лили, привстав. – Вали давай от сюда, хамло! И дверь за собой закрой!

– Спокойно, – рявкнул Обсидиан.

– Я понимаю, что она новенькая, но Дориан, ты уж постарайся втолковать как-нибудь глупышке, что со мной так не разговаривают, – металлическим голосом процедила Алл, обнажив в оскале свои зубы. – Я, между прочим, пришла к вам с самыми лучшими намерениями в свой собственный выходной, а меня гонят прочь.

– Спокойно, – повторил Обсидиан. – Откуда ей знать всех богов в лицо?

– Богов?! – переспросила обескураженная Лили.

– Так что тебе всё-таки нужно? – устало напомнил свой вопрос Обсидиан.

– Ваша компашка слишком долго торчит в городе новичков и топчется на месте, а я хочу, чтобы вы как можно быстрее выдвинулись в путь.

– Эрлиг город волшебников, а не новичков вообще-то, – поправил собеседницу Обсидиан.

– Камон! Все же любят играть за магов, – поморщилась Алл, – поэтому города академиями волшебников по умолчанию являются зоной для новичков. Только представь, новоиспечённый маг покидает ворота своего учебного заведения, где провёл всё своё детство и юность, и отправляется на встречу приключениям в компании лучших друзей, с которыми познакомился вчера в таверне за кружкой пива.

– Алл…Прекрати,– пробормотал Обсидиан.

– Их ждёт незабываемое приключение. Вместе они пройдут полмира, покорят горные вершины, спустятся в самые глубокие ущелья. Исследуют древние руины. Побывают в городе титанов. Победят миллион и одного моба. И под конец сразятся со вселенским злом, по ходу путешествия освободив от неснимаемого проклятья несколько королевств. И даже если этого покажется мало, всегда можно придумать остров, который внезапно появился в мире, где раньше на карте малевали бескрайнее море, не щадя синей краски. Или даже новое измерение, в которое получится проникнуть только через огромный, безвкусно нарисованный портал.

– Тебя несёт.

– А если бы город магов находился в финальной локации, то всё было бы по-другому, – хохотнула Алл. – Выйдя за ворота, наш бедный новоиспечённый маг был насмерть забит палкой, которую сжимал в руке гоблин сотого уровня. Как тебе такой сюжет?

– Ты сумасшедшая, – только и смог вымолвить Обсидиан.

– Мне все это говорят, – согласилась Алл. – Дориан, я хочу, чтобы вы немедленно выдвинулись по направлению, в котором и должны были изначально идти. Крепость в тумане всё ещё ждёт своего хозяина, и сама себя не отыщет. А хозяина всё нет и нет. Следовательно, придётся немного поторопить события.

– И ты в курсе, что это за объект на самом деле? – скептически спросил Обсидиан.

– Конечно! – беззаботно ответила Алл. – Это Сульфидиум. Старая крепость Виктора Эдема. Только не говори, что не догадался? Ты же у нас всегда был вундеркинд.

– Ты врёшь! – вскричал Обсидиан, выпучив глаза.

– С чего бы мне врать? Я сумасшедшая, но не лгунья. Ложь – костыли для слабых. Я говорю то, что есть, Дориан. Твердыня, что ты увидел ранее – не что иное как потерянная крепость Виктора, которую безуспешно ищут на протяжении тысяч лет.

– Даже если так, – немного успокоился Обсидиан. – Она не отзовётся никому, кроме истинного хозяина. От неё не будет никакого толка. Одна морока и нервотрёпка.

– Ошибаешься. Время настало, и я решила объявить ивент. Сульфидиум достанется тому, кто первый до неё доберётся и победит босса, который обитает внутри. Без босса, к сожалению, никак не обойтись, ту уж извиняйте. Естественно в комплект награды в том числе входит и мастер-ключ от крепости. Шанс дропа – сто процентов!

– Что за детские игры!

– Вся наша жизнь – игра. Чертовски несправедливая, криво сделанная, с ужасным сюжетом, но самая настоящая игра. Зато погляди, какая графика! Отпад, просто! И возможности почти безграничные, если догадаться, как их правильно использовать.

– Если мы согласимся, ты отстанешь? – заворчал Обсидиан.

– Не груби. Я ещё не всё сказала. Просто переться искать какую-то крепость будет ужасно скучно, поэтому я подкинула вам другую команду авантюристов в качестве соперников. Так что время задания ограничено. Не успеете, и награда уплывёт в другие руки. А ваш противник чертовски замотивирован, ведь босс крепости похитил его самых близких друзей.

– Ты слила информацию о крепости Виктора левым людям?! – заорал на весь зал Обсидиан.

– Может левым, а может правым. Я всё равно буду болеть за вашу команду, если тебя это успокоит. Сульфидиум – не та награда, которую можно получить, собрав десять цветочков на соседнем поле, сверяя маркеры на карте. Будьте любезны соответствовать предполагаемой награде. А если откажетесь, информация о местоположении крепости уйдёт в Прайм, людям теперешнего Эдема.

– Что у вас тут происходит? – из кухни на крик выскочила Фрида.

– Фрида! Вот это радость! Ты стала настоящей красоткой! – как ни в чём не бывало воскликнула Алл, переключившись на менестрельку. – А я ведь вас с братом ещё совсем маленькими знала. Вот такими крохами!

– Простите, а вы кто?

– Я старая боевая подруга вашего отца, – совсем неубедительно пояснила Алл. – Жаль, что его не стало.

– Ладно… – с подозрением посмотрев на пришелицу, Фрида уселась на последний свободный стул за столиком.

– А что с рукой? – поинтересовалась Алл. Её взгляд вдруг стал пронзительным. Она словно буравила Фриду глазами, которой стало не по себе от излишнего внимания незнакомки – У… Деточка, неправильное использование лечащих зелий никого не доводило до добра. Как же у тебя так вышло? Болт от арбалета… Скверно. А ты ещё и музыкантка. Наверное, очень обидно лишится возможности играть на инструменте. Но, вроде бы ничего непоправимого в суставе нет, и всё со временем должно прийти в норму.

– Зачем ты ей рассказал? – разозлилась Фрида, сверкнув глазами на брата.

– Я ничего и не говорил, – начал оправдываться Дориан, под яростным взглядом своей сестры.

– Детки, не ссорьтесь, – примирительно замахала руками Алл. – Вы же всё-таки брат с сестрой. Кстати, Фрида, поздравляю с назначением на должность управляющей в таверне. В твои годы и уже управляющая. В наше время, чтобы стать главным, приходилась вкалывать всю жизнь, а ты смогла получить назначение в таком юном возрасте. Твой брат должен брать с тебя пример.

– Вы несёте какую-то чушь! – фыркнула Фрида, обидевшись.

– Прости-прости! Ляпнула лишнего, с кем не бывает. Просто вчера у меня был тот ещё денёк. Вот даже сегодня выходной взяла. А то на работе был полный завал.

– Если у тебя случился полный завал, то произошло что-то из ряда вон выходящее, – с небольшой обеспокоенностью в голосе вздохнул Обсидиан.

– Не бери в голову. Хулиганьё немного порезвилось в Конкорсо, только и всего. Но теперь уже ситуация под контролем.

– Конкорсо… Значит там наконец-то рвануло? – переспросил вдруг подавший голос герцог Эрлиг.

– Так вы ещё не знаете? Ничего, через недельку новости и до вас дойдут с первыми гонцами, но так уж и быть, раскрою несколько спойлеров из первых рук, – Алл набрала в грудь побольше воздуха и продолжила. – В результате инцидента в Конкорсо одно древнее существо было выпущено из заточения. Один бог лишился своего имени. Два дракона затаили смертельную обиду на весь белый свет. И береговую линию вокруг города придётся восстанавливать теперь. Последние особенно неприятно, поскольку на это потребуется не меньше месяца, по грубым прикидкам специалистов. Проблема в том, что чертежи той местности потерялись где-то в архиве, а сотрудник, который за них отвечал, давным-давно свалил в закат. Так обычно всегда и бывает. Я теперь ума не приложу, как с этим разобраться. Не рисовать же берег по местным допотопным картам в самом деле? Но это всё технические моменты. У нас сильная команда и отличные спецы. Как-нибудь справимся.

– Звучит, словно второсортная, выдуманная на ходу история, – скривила лицо Фрида.

– Согласна, но это не делает её мене реальной. Ладно, времени у меня много, выходной всё-таки, можно рассказать и поподробнее. Вы сейчас обхохочетесь. Представляете, всё завертелось с того момента, когда команда авантюристов, состоящая из двух вампиров, воительницы, поддельного эльфа, гнома, а также слона, кота и жабы собралась вместе, чтобы поучаствовать в штурме логова бандитов…

Глава 22. На юг

Весёлые возгласы раздавались отовсюду. Бывшая бандитская крепость праздновала своё освобождение. Рыцари Туссилаго и авантюристы устроили пирушку прямо внутри захваченных стен. Провизии в крепости было найдено немеряно, и шериф дал отмашку использовать съедобные трофеи по назначению. Всем нужно было сбросить пар. Люди отходили от сражения как могли. И хотя штурм выдался в целом удачным, потери были не маленькими. Даже команда командира операции потеряла опытного участника. Про это стало известно ещё до того, как в захваченной крепости потухли пожары.

Но попавших в плен нужно было куда-то девать, поэтому через жеребьёвку отобрали несколько отрядов из войска, чтобы отконвоировать бандитов в фильтрационный лагерь, который предусмотрительно развернули ещё месяц назад в четверти дня пути от крепости. Там душегубов ждало дознание и суд соразмерно совершённым преступлениям. Для Маркуса Бигля подготовили отдельную телегу с клеткой. Его собирались прокатить по улицам столицы Туссилаго, чтобы народ увидел, насколько крепка графская власть.

Несмотря на общее ликование, Элеталь и его спутница Ти’Глориэль были мрачнее тучи. Предательство Шайнинга обошлось бывшим Вязам слишком дорого. Ниилора похоронили в лесу у подножия холма, на котором расположилась крепость. У Вязов была давняя традиция, что погибший участник команды, обретает свой последний приют рядом с местом своей гибели. У свежей могилы собрались несколько людей. Там стояли, конечно же, сам Элеталь и Ти’Глориэль. Чуть поодаль расположились шериф Туссилаго, Жофруа, Жизель и Мери, а также присоединившиеся к ним крапу Раймунд и катус Певун с гномом-погонщиком Тором.

– Ну… – кашлянул шериф. – Все молчат, а я скажу. Мужиком погибший был что надо. Не даром таскал с собой такой большой меч. Иные берут оглоблю по тяжелее, чтобы самим казаться внушительнее. Так вот, это не про него. Умел он железякой махать, сразу было видно. Когда такой воин погибает, да ещё и не в честном бою, а из-за предательства, всегда тяжко на это смотреть. А я за жизнь свою насмотрелся. В общем... пусть не беспокоится, уж я своим ребятам накажу, не забудем про него. Бурьяном не зарастёт.

– Ниили… Как же так? – заревела Ти’Глориэль. – Он единственный из нас мог тренироваться с Грейс на равных. Хоть и не выиграл у неё ни разу.

– Это что же за зверюга такой, ваш Грейс? – бестактно поморщился шериф. – Да он должен в одно рыло крепости брать. Если убиенный со своими умениями не мог Грейса упомянутого одолеть, я даже боюсь представить, как этот демон выглядит.

– Не он, а она, – улыбнувшись сквозь слёзы, поправила шерифа эльфийка.

– Да вы шутите! – даже усы шерифа задрались вверх от удивления.

– Грейс бы просто не допустила подобной ситуации. Она Шайнинга раскусила бы ещё с самого начала. У неё дар видеть подлецов насквозь, – горько усмехнулся Элеталь.

– И ещё настраивать всех против себя. Сколько мы заданий потеряли из-за неё, – снова заулыбалась Ти’Глориэль печальной улыбкой. – Если она узнает, что случилось с бедным Ниили…

– И что будете делать теперь? – сурово спросил маркиз, подойдя к эльфу. – Может, с нами на юг до Конкорсо? Там скоро потребуются сильные воины.

– Спасибо за предложение, но нет – покачал головой Элеталь. – Как только уладим все дела, отправимся на север к своим друзьям. Раздел команды был главной нашей ошибкой.

– А вы, значит, решили рвануть в самое пекло? – поинтересовался шериф у Жофруа. – В Конкорсо тяжко скоро будет, это последний селюк знает. Даже такой дурной вояка как я не хотел бы там оказаться.

– Нам в любом случае надо туда, – безапелляционно заявил маркиз.

– Позвольте мне, господин жрец, сопровождать вас! – громко объявил жаб Раймунд. Голос у него был довольно грубый и низкий. – Я благодарен вам и остальным безмерно за моё избавление из плена и готов отплатить вам жизнью, которую вы спасли.

– Раз уж пошла такая тема, – подал голос Певун. – Мне тоже надо в Конкорсо. Через месяц там должен состояться конкурс бардов. И организаторы многое потеряют, если такой талант как я не примет своего участия в нём.

– Но какие могут быть песенные соревнования во время войны? – удивилась Жизель.

– А что? Сражение – это неубедительный повод, чтобы отменять конкурс! – с вызовом ответил ей Певун. – Больше народу сможет сложить хвалебных песен для победителя!

– А если победитель окажется не тем, к кому собирался изначально подлизываться? – хмыкнул маркиз.

– Поменяю имена в тексте, делов-то? – пожал плечами кот.

– Вот она, бардова верность! – погрозил пальцем шериф.

– Хм… – виновато промямлил гном, посмотрев на Жофруа. – Я ведь тоже хотел в Конкорсо смотаться по-быстрому, да никак решиться не получалось. Деньги у меня в тамошнем Банке Морской Торговли лежат. Вдруг с городом действительно беда какая приключится? Не видать мне тогда своих сбережений, как Сигизмунду слоновьего хвоста. А вы ребята сильные, с вами проще будет до места добраться. Ежели не против компании гнома-труса и его храброго слона.

– Конечно не против? – спросила Жизель своего отца с таким видом, с каким дети обычно упрашивают оставить дома подобранного приблудного пса или кошку.

– Добро пожаловать в команду, – нехотя по очереди протянув руку гному, коту и крапу, возвестил Жофруа.

– Когда планируете отбыть? – поинтересовался Элеталь.

– Чем раньше, тем лучше, – ответил маркиз.

– Так я сейчас найду счетовода. Пусть немного поработает сверхурочно, дармоед! – выпалил шериф. – К завтрашнему утру получите причитающееся вознаграждение и сможете отправиться в путь.

– Это было бы просто великолепно, – поблагодарил рыцаря Жофруа.

– Я вам и грамоты подорожные выпишу. С ними легче будет в пути, – продолжал подобревший шериф.

– Тогда готовимся завтра выходить, – в приказном тоне заявил маркиз.

***

На следующее утро, получив причитающееся вознаграждение и распрощавшись с эльфами и шерифом, команда отправилась в путь дальше. Двигаясь на юг, приключенцы без каких-либо проволочек пересекли несколько владений. Может, это была награда судьбы за прошлый простой, а может, так действовали подорожные грамоты от шерифа Конкорсо. Княжества и другие владения сменяли друг друга как кадры калейдоскопа. В каких-то жили люди, в каких-то катусы. Было несколько земель, где обосновались крапу и прочие экзотические народы. А где-то селились все и сразу. Мозаика была настолько непередаваемо неповторима, что у путников разбегались глаза от бьющего ключом разнообразия.

Странников с севера охотно привечали в любой таверне. Слухи о разгроме бандитской армии были главным событием у местных, поэтому где бы на постой ни останавливались путники, везде через некоторое время собиралась толпа местных с кучей вопросов за пазухой. Авантюристы охотно делились сведениями, а Певун даже успел сочинить простенькую балладу, которую исполнял по любому поводу и без, изрядно достав остальных членов команды.

Но чем дальше они забирались на юг, тем менее охотно встреченных жителей интересовали новости о победе Туссилаго. Чаще всего на первое место выходила война Альянса Синего Моря и республики Конкорсо. Южная Мозаика гудела в ожидании дальнейших вариантов развития конфликта. Само собой, никого в Мозаике войной было не удивишь. Держать оружие там умели почти все, начиная от благородных сеньоров и заканчивая последним крестьянином. В кое-каких владениях даже сохранился старый обычай собирать всеобщее ополчение с земель. Но в перспективе маячила вовсе не местечковая стычка, а крупный конфликт двух богатых приморских государств, контролирующих большую часть торговли Синего моря. Конфликт, который запросто мог перекинуться на окружающие территории, особо их не заметив.

Во время долгой дороги Жофруа решил, что Жизель и Мери не помешает небольшой ликбез о стране, в которую они направляются, поэтому каждый день девушки были вынуждены выслушивать подробную лекцию об истории республики и окружающих её земель.

Республика Конкорсо представляла собой не только одноимённый город, но и обширные владения вокруг него. Естественно, со Статерой или Вечным Королевством количество земли, принадлежавшей республике, было не сравнить, но всё же это было полноценное государство, пусть и с единственным большим городом в пределах границ. Несмотря на то что Конкорсо объявляло себя республикой, феодалы там водились в достаточном количестве, контролируя вверенные им феоды со своих вилл.

Городской совет Конкорсо состоял из двух палат. Совета Благородных, куда входили аристократы, и Всеобщего Собрания – для всех остальных. Но, в отличие от соседних стран, дворяне хоть и имели вес, занимали далеко не все руководящие должности. Первую скрипку в оркестре играли богатые торговцы. Купеческая гильдия Конкорсо была одной из самых сильных во округе. Это и делало республику страной довольно необычной, особенно на фоне глубоко феодальных графств и герцогств Мозаики.

Сформировалось Конкорсо лет на пятьдесят позднее, чем Вечное королевство. Изначально это был рыбацкий посёлок, но после того, как несколько приморских стран захирело, оказалось, что через Конкорсо удобно переправлять товары, и городок моментально вырос как на дрожжах. С торговлей пришли и деньги, а деньги приманили жителей из всех окружающих земель. Город разросся за одно поколение, став поселением эмигрантов со своей разномастной культурой, и впитал традиции разных народов. С тех пор очередная группа поселенцев довносила свои обычаи в общий бездонный плавильный котёл. Это в том числе повлияло и на местную кулинарию. Кухня Конкорсо считалась одной из самых разнообразных и включала в себя блюда со всего света.

Кроме кулинарных изысков Конкорсо отличала страсть к искусству. Туда традиционно стекались писатели и поэты, живописцы и скульпторы, композиторы и музыканты. Город привечал всех. И это создало неизгладимый отпечаток ауры на поселении. Творческая атмосфера, называемая злыми языками балаганом, пропитала культуру Конкорсо, как сироп пропитывает воздушный бисквит, становясь с ним единым целым.

Это не могло не повлиять на местные верования. В Конкорсо процветал театральной помпезностью культ Пернатой, которая считалась покровительницей всех людей искусства и художеств, а также творчества в целом. Богиня представлялась в виде женщины с крыльями за спиной и с золочёной арфой в руках. Догматы этой странной веры отличались своеволием и возможностью к интерпретации, поэтому последователи других божеств относились к данной религии крайне скептически, считая её несерьёзной, а иногда даже вредной. Особенно усердствовала церковь солнечного бога Гелиодора, запрещая молитвы Пернатой на своей территории.

В рассказах о Конкорсо прошло несколько дней. Забравшись основательно на юг, авантюристы вдруг заметили, как на некогда пустынной дороге, ведущей в республику, стали появляться редкие повозки, катившиеся в обратном направлении. Путешественники, расположившиеся в них, меньше всего на свете были похожи на купцов и прочих привычных странников. Ехали целыми семьями, волоча скарб куда подальше. Рядом со взрослыми в повозках сидели растерянные притихшие дети, не понимавшие, почему родители вдруг решили уехать из дома.

По мере приближения к городу количество повозок увеличилось, пока они не заполнили всю дорогу до такой степени, что Сигизмунду приходилось тянуть кибитку почти по обочине. К повозкам прибавились пешие, тащившие тюки и баулы на себе. И у тех, кто шёл пешком и у тех, кто ехал в повозках, имелось одно выражение лица на всех. Страх и чувство неопределённости, заваренное на соусе безысходности, сквозило от вереницы медленно убегавших людей.

Беженцы. Это были именно они. Те, кто не пожелал дожидаться финала развития событий и решил, что свою жизнь нужно спасать уже сейчас. Громоздкая, еле движущаяся, уходящая за горизонт в обе стороны полоса повозок явно давала понять, кого видели победителем в конфликте граждане Конкорсо. Республика была не слабым государством, но Альянс являлся целым содружеством приморских стран, за которыми к тому же стояла Гегемония Человечества – самая сильная держава континента. Последний осколок строй империи, который сам по себе мог дать жару любому, кого выбрал в качестве цели.

Спасающиеся бегством люди со страхом и недоверием смотрели на пробиравшихся в противоположном направлении авантюристов. Их попросту считали алчными дураками, которые решили отдать свои жизни в попытке нажиться на войне. Никто даже не пытался заговорить с приключенцами. Иногда Певун пробовал исполнить что-нибудь, но это не встречало ни грамма поддержки от бредущих в никуда людей. Им было не до песен.

***

После очередного дня в пути команда авантюристов расположилась на отдых, чуть съехав с не желавшего засыпать тракта. А повозки беженцев, обзаведясь факелами и фонарями продолжали тянуться, словно яркая змея, деля окрестные земли пополам.

Скрип колёс и тихий гул настолько заполонил уши Мери, что она уже чувствовала себя некомфортно, когда звуковой фон немного стих, приглушённый пригорком, за которым приключенцы расположились на ночлег. Разбив лагерь, команда устроилась вокруг пляшущего в сумерках огня. Эльф тут же заснул, устроившись, как и раньше, прямо на траве. Остальные продолжали бодрствовать. Певун занялся ужином, оставив в покое банджо в угоду большой деревянной ложке, которой кот энергично водил в котелке с похлёбкой. В это время Тор хлопотал вокруг слона, пытаясь щёткой смахнуть с него дорожную пыль, насколько это вообще было возможно для коротышки-гнома. В какой-то момент Мери присоединилась к нему, забрав щётку, и работа пошла быстрее. Раймунд клевал носом. Прохлада вечера сделала его вялым, и крапу жался к костру, но небольшой костерок явно был не в силах согреть внушительную тушу жаба. Рядом устроился маркиз, пребывая где-то в глубине своих мыслей. Жизель первая вызвалась на наблюдательный пост на пригорке, скрывавшем лагерь от тракта, нависая над ним как стена оврага. Вампирка со всей внимательностью рассматривала дорогу на предмет появления каких-либо неожиданностей, но там были только бесконечные повозки.

– И им нельзя никак помочь? – Жизель смотрела на беженцев с таким видом, что вот-вот собиралась расплакаться.

– Тебе же выдали награду? – ехидно спросил маркиз, пришедший сменить её на посту. – Встань у дороги. И если каждому, кто поравняется с тобой, будешь выдавать по серебрянику, то мешочек закончится быстро, но не сразу.

– Не надо так! – впилась глазами в своего отца вампирка. – Они ведь бросили всё! У них ничего не осталось!

– И ты брось, – раздражённо ответил Жофруа. – Ты уже один раз побывала в их шкуре. Уже знаешь, по чём участь беглеца. Запомни, невозможно помочь всем сразу. Тем более в Мозаике их скорей всего особо и не ждут. Вся эта орава направится дальше на север, в Вечное.

– А нам-то что? Мы ведь не правители страны, – тихо зевнул гном, услышав спор вампиров. – Пусть у главных в Вечном королевстве голова теперь болит, куда всех несчастных размещать. И кто их будет кормить-одевать.

– Луи чего-нибудь придумает. Опять ему работать допоздна… – пробормотала Жизель, продолжая посматривать на реку из повозок.

– А кто это? – заинтересовался гном.

– Наш знакомый песец, – раздражённо посмотрев на Жизель, резко сказал маркиз.

– А… Иметь знакомого писца всегда полезно, – согласился гном. – Говорила мне мама. Учись сынок, иди в писцы. Работа не бей лежачего, знай бумажки перебирай, да буквы перьями скреби. А я не послушал. Мне с животными работать нравилось всегда. Хотел стать укротителем зверей – и стал. Ни почёта, ни прибытка. Кого теперь в этом винить? Только себя.

– Ты же говорил, что у тебя деньги в банке Конкорсо лежат? – мурлыкнул Певун.

– Да что там те деньги! Крохи, – начал канючить гном. – Их и не заметишь, как потратишь, да ещё и должен останешься. Тоже мне капитал.

– Зачем тогда за ними ехать и рисковать жизнью? – спросил кот, самодовольно ухмыльнувшись.

– Ну… – замялся гном. – Это ведь всё равно деньги, пусть и не большие.

– К нам кто-то идёт! – пискнула Жизель, указав пальчиком на группу из четырёх людей, свернувших с дороги.

– Наконец-то догнали, – скучающе пробормотал Эт, развалившись на траве. – Если нужна будет помощь, зовите.

– Наконец-то? – вопросительно посмотрела Мери на маркиза, поднявшись к вампирам на пригорок, одновременно с этим разворачивая свой меч из свёртка.

– Да, – утвердительно кивнул Жофруа, показывая, что оружие обнажать пока не надо. – Ещё вчера вечером нарисовались в полдне пути от нас и шли тоже в сторону Конкорсо. Мы с Этом не стали беспокоить остальных. Очевидно, что это ещё одна команда авантюристов, решившая оседлать войну.

Четверо незнакомцев приближались к месту привала. Один из них, шедший впереди своих людей, поднял руку в знак приветствия. Таким жестом ватаги авантюристов с незапамятных времён пользовались, чтобы показать свои добрые намерения. Когда к тебе идёт группа вооружённых людей, всегда есть напряжённость или шанс недопонимания, поэтому приключенцы пользовались общеизвестным сложившимся набором жестов, которые позволяли прояснить свои намерения ещё издалека. Поднятая вверх правая рука, направленная ладонью в сторону тех, к кому обращались, символизировала, что у незнакомца нет наготове оружия. Жест означал что-то вроде: «Мы пришли с миром».

Предводитель незнакомой команды замедлил ход и снова поднял правую руку, повторяя своё послание. Жофруа, слегка подумав, поднял руку в ответ, подтверждая свои добрые намерения и одновременно с этим разрешая приблизится. Капитан противоположной команды переглянулся со своими соратниками, и вместе они прибавили шагу, приближаясь к костру. Туда же спустились с пригорка вампиры и Мери. Жизель заметила, как двое, державшиеся сразу за лидером чужаков, убрали свои руки с оружия.

– А он модник, – усмехнулась Мери, заметив налобный протектор, который красовался на лидере незнакомцев. Босс чужаков выглядел настолько типично для авантюристов, насколько это было вообще возможно, что даже несколько обескураживало. Любой, кто посмотрел бы на него, заявил бы не раздумывая, что профессия этого человека – точно авантюрист. Рядом с ним вышагивал высокий воин с длинными волосами и красивым лицом. Мери даже немного смутилась. Взглянув на свою подругу, она поняла, что и Жизель приметила неординарную внешность одного из незнакомцев. По другую сторону от лидера грузно топал крупный бородатый латник, а щуплая жрица семенила в самом тылу команды, стараясь не высовываться из-за спин своих товарищей.

– Доброго вечера! – крикнул босс-незнакомец, осмотрев собравшихся у костра.

– И вам того же! – ответил ему маркиз.

– Меня зовут Ардо. А это мои товарищи. Господин Сильверрейн. Господин Джордж и госпожа Шейла, – вежливо начал перечислять предводитель чужаков.

Авантюристы часто предпочитали представляться только именами, или даже прозвищами, как тот же Шайнинг. Это позволяло сохранять какое-никакое инкогнито, которое было очень важно в профессии, предполагавшей силовое решение проблем. Например, дружки разбитой бандитской шайки могли начать мстить родственникам приключенцев, или ещё что-нибудь в таком духе.

– Очень приятно. Жрец Жером, – снова кивнул Жофруа, а затем представил всех своих спутников, также назвав только имена.

– Простите, что потревожили ваш отдых, – добродушно улыбнулся Ардо, – Но у вас тут слон. Такое не каждый день увидишь, тем более по эту сторону Синего моря. Вот мы и заинтересовались. Признаться, я даже не сразу поверил своим глазам.

– А… Всем нравится Сигизмунд! – обрадовался гном Тор. – Сигизмунд, поздоровайся с добрыми господами!

Слон по команде гнома поднял хобот вверх и затрубил так сильно, что даже люди с повозок на тракте закрутили головами в поисках источника странного шума, а жрица Шейла так и вовсе подпрыгнула от неожиданности.

– Ха-ха-ха! Вот это монстр, чтоб провалиться мне на месте! – загоготал Джордж, – Одним адским криком вывел из строя нашу тщедушную жрицу!

– Замолчи! – зашипела на своего товарища Шейла. – И вообще, пошли уже отсюда. У нас много дел.

– Да ладно тебе злиться, Шел, – повернувшись к своей подруге, начал успокаивать её Ардо.

– Так Сигизмунд вас напугал? – огорчился Тор. – Прощения просим, не хотели обидеть барышню.

– Всё в порядке. Она никогда не видела слонов, вот я и решил ей показать его поближе, – примирительно замахал руками Ардо. – И раз уж мы с вами заговорили. Подскажите, вы ведь идёте в Конкорсо?

– Это так, – подтвердил Жофруа.

– Вы ведь в курсе, что там творится? – задал свой вопрос Ардо с некоторым нажимом.

– Само собой. Трудно не заметить толпу беженцев, заполонивших дорогу.

– Да… действительно, – оглянулся на вереницу повозок Ардо. – Шейла, ну что тебе ещё?

– Ваша жрица очень прозорлива, – улыбнулся маркиз, обратив внимание, как маленькая соратница тихо дёрнула за плащ своего командира, поглядывая то на маркиза, то на Жизель.

– Вампиры. Целых два, – констатировал Сильверрейн. В то же время его, похоже, больше интересовал развалившийся на траве эльф Эт’Ритэир, который в свою очередь тоже внимательно изучал Сильверрейна, проигнорировав остальных.

– Что есть, то есть, – развёл руками Жофруа.

– Он ещё и жрец, – тихо буркнула Шейла своему командиру, – одному Гелиодору известно, какого чудовищного бога чтит этот упырь.

– Ну почему же неизвестно? – с лёгким раздражением в голосе ответил Жофруа, подтвердив, что прекрасно слышал жрицу. – Я поклоняюсь Бледному и никогда не делаю из этого тайны.

– Шел, у вампиров прекрасный слух. Гораздо лучше человеческого, – упрекнул её Ардо. – Простите, господин Жером, я приношу извинения за свою спутницу. Мы не в коем разе не пытаемся оскорбить вас и вашу веру.

– Всё нормально. Её реакция была вполне ожидаема. Ведь Солнцеликий не терпит таких, как я. А она, как его представитель, обязана неукоснительно следовать догматам.

– Вот видишь, Шел, – оглянулся на жрицу Ардо. – Господин Жером – представитель цивилизованных вампиров. Здесь, на Севере это считается нормальным явлением.

– Но, Ардо! – попыталась возразить Шейла. Однако, увидев, что лидер непреклонен, она надула щёчки и замолчала, взглядом показывая, что ей всё это не нравиться.

– Интересная у вас собралась команда, – подал голос Сильверрейн. – Я бы сказал, уникальная. В одной группе путешествуют вампиры, человек, эльф, катус, гном, крапу. Ещё и слон этот.

– Имеете что-то против? – с вызовом спросил жаб Раймунд, до этого сохранявший молчание.

– Нет. Просто удивляюсь, – совсем недружелюбно улыбнулся Сильверрейн.

– Мне не нравится ваш тон! – повысил голос крапу, абсолютно точно истолковав интонацию собеседника.

– Довольно! – отчитал своего подчинённого Ардо. – Что на вас на всех нашло? Грубить посторонним людям, которые не сделали вам ничего плохого.

– Нечего вам делать в Конкорсо. Если хотите жить, поворачивайте назад, – резко ответил Сильверрейн, перебив своего предводителя. – Там скоро начнётся настоящая война. И таких как вы перемелет без остатка.

– Что ты этим хотел сказать? – вдруг рявкнул Эт, заставив всех остальных обратить на него свой взгляд. – Ещё не хватало, чтобы нас поучал каждый встречный клоун. Сами-то чего там забыли? Или может тоже решили поживиться на войне? А? Да мне в общем-то наплевать. Каждый делает то, что считает нужным, но нечего лезть к другим и мешать своими сопливыми нотациями.

– Я лишь высказал предостережение, – побледнев, надменно процедил Сильверрейн. Пытавшегося его успокоить Ардо он снова проигнорировал. – Но ваши длинные уши созданы, похоже, не для того, чтобы слушать. А мои подозрения вполне обоснованы, поскольку шанс случайного образования вашей разнопёрой шайки стремится к нулю. И что за имя такое «Эт’Ритэир»? Если меня не подводит моё знание староэльфийского, ваше именование означает, что-то вроде «Безымянный путник»? Серьёзно? Это какая-то форма изощрённого эльфийского юмора?

– Сильверрейн, хватит! – резко крикнул Ардо, наконец заставив своего друга замолкнуть.

– Моё имя означает ровно то, что должно означать, – тихо и нарочито спокойно ответил эльф. Мери заметила, как рядом напрягся маркиз. Терпение демона начало подходить к концу, и Жофруа прекрасно осознавал это. – И если уж быть точным, то владеешь ты староэльфийским скверно, последыш. «Ритэир» дословно означает не путник, а странник, который передвигается быстрее пешего. Что касается «Эт», то оно может быть истолковано как «анонимный» только неучем, который не может отличить корень слова от приставки в конкретном смысле словосочетания.

– Давайте все немного успокоимся, – примирительно заговорил маркиз, пытаясь развеять начавший разгораться конфликт. – Мы, да и вы тоже, шли целый день и очень устали. Нам всем стоит немного сбавить обороты и отдохнуть.

– Совершенно с вами согласен, – закивал Ардо, – Но мои спутники совсем меня не слушаются. Надеюсь, вы простите нам это неуважение?

– Всё в порядке, но вашим людям стоит думать, что они говорят, – успокаивающе поддержал босса другой команды Жофруа.

– Ардо, пойдём уже, – снова дёрнула за плащ своего командира Шейла.

– Согласен с ней, – нарочито громко сказал Сильверрейн. – Эта была бессмысленная беседа. И ещё более бессмысленная трата времени.

– Чё вы скисли-то? – невпопад рассмеялся Джордж, подмигнув Шейле, которую передёрнуло от жеста товарища. – Нормально же общались?

Ещё раз окинув взглядом присутствующих, Ардо поклонился и махнул рукой своим, чтобы следовали за ним. Вскоре четверо авантюристов выбрались на тракт, для того чтобы отправится дальше в Конкорсо, не обращая внимания на ночное время. Похоже, они решили достигнуть города как можно быстрее. Убедившись, что неприятные типы убрались куда подальше, команда, наконец, смогла вздохнуть спокойно.

– Что это вообще было? – посетовала Мери, пожав плечами. – Они же явно нарывались. Мне ведь не показалось?

– Как у такого положительного командира могут быть в друзьях такие хамы? – фыркнула Жизель.

– Точно, – издав смешок выдохнула Мери. – У меня так и чесались руки, поправить надменную физиономию грубияну.

– Как бы тебе самой её не поправили, – лениво изрёк Эт, перевалившись с одного бока на другой.

– Ты что-то заметил? – настороженно спросил Жофруа.

– Говори уже, господин эльф, не томи, – поддакнул жаб.

– Серебряный франт спокойно уделает двух наших девиц, – словно пришлось растолковывать что-то очевидное, начал объяснять демон. – Даже тебе, жрец, с ним пришлось бы повозится.

– А… Ты про это, – успокоился вдруг маркиз. – Но я бы победил.

– Да. Блондин всё же слабее тебя, а жрица и латник – вообще мусор. Закавыка в том, что с их командиром проблемы возникли бы даже у меня, хоть и не хочется это признавать, – скривился в гримасе Эт, словно проглотил дольку лимона.

– Это невозможно, – тревожно выпалил маркиз.

– Да не переживай ты так, – успокоил его Эт. – Я имел ввиду, до снятия моей сдерживающей печати. Без неё у паренька нет не единого шанса.

– Я ничего не понял, но почему-то уже испугался, – робко мяукнул Певун, поёжившись.

– Не то слово, – согласился гном. – Мы ж к ним со всей душой, а они – обзываться! Сколько по дорогам путешествую, а везде маргиналы попадаются, куда бы не пришёл. Чучелы некультурные! А видели бы вы, как этот белобрысый на слона моего смотрел? Прям волком зырил. Сразу видно, дрянной он человек.

– А с чего ты решил, что Сильверрейн человек? – ехидно улыбнулся Эт.

– А кто он тогда? – ляпнула Мери. – Не минотавр же?

– Он ритэир, – расплывшись в улыбке, ответил по-эльфийски Эт. – Наглый молодой риттеир, которого не учили ни манерам, ни надлежащей речи. И я очень надеюсь, что скоро выпадет возможность исправить сие маленькое недоразумение.

Глава 23. Забытое объявление

Спустя два дня град Конкорсо наконец показался на горизонте. Его белокаменные стены отражали свет горячего южного солнца, выделяясь бельмом на фоне обширной открытой зелёной долины. Город сформировался вокруг продолговатой бухты, расположенной в низине, в которую и превращалась долина, стекая с окружавших её пологих холмов. Хотя долговязые сосны-пинии группками ютились то тут, то там, в основе своей долина была открыта взору. Даже издалека было видно, что город был огромен. Конкорсо год за годом отбирал у равнины всё новые и новые участки, пока не превратился в гигантский серп спутанных улиц и красных крыш, полностью окружив бухту. Многочисленные кварталы его сплелись в какой-то немыслимо причудливый маскарад культур, и объединял их лишь цвет черепицы из обожжённой красной глины.

Всего в городе было две стены. Внутренние укрепления отделяли центр города с портом от остальной части города. Вторая линия обороны защищала оставшуюся часть построек и кварталов, являясь по сути дела основной городской стеной. Её как раз и видели путешественники, приближаясь к городу.

Но, как и у любого другого крупного поселения, у Конкорсо были ещё и обширные предместья, плотно застроенные домами в один, два этажа. Жители этих кварталов, смекнув, что находятся вне защиты городских стен, стали покидать город целыми караванами. Именно обитатели предместий составляли львиную долю беженцев, оккупировавших дороги, именно поэтому сейчас там царила суета и нервозность. Отовсюду раздавались людские крики вперемешку со скрипом колёс телег. Из незащищённых кварталов продолжали уезжать и уходить люди. Власти города никак не препятствовали этому, более того не было не единого патруля стражи. Организовывать отход было не кому. Люди снимались в путь сами по себе, предоставленные лишь их несчастной судьбе. Дороги предместий двигались с черепашьей скоростью, практически задыхаясь от заторов. Ругань и брань слышались вокруг, заполняя воздух гнетущей обстановкой крушения всего.

Протискиваясь по тесным улочкам, приключенцы с тревогой взирали на происходящее. А их, наоборот, как будто никто не замечал. Местные были заняты лишь одним – побыстрее убраться подальше из города хоть куда-нибудь.

Кибитка, которую тянул слон Сигизмунд добралась до раскидистых пузатых ворот внешней стены только к началу вечера. Там же у надвратной башни оказался первый встреченный авантюристами патруль стражи. Воины расположились перед воротами в количестве десяти человек, нервно озираясь по сторонам уставшими глазами.

Форма стражников Конкорсо впечатляла. Они носили позолоченные кирасы, отороченные дутыми выкрашенными в красно-жёлтую полоску рукавами. На головах стражников красовались красно-жёлтые округлые береты, похожие на зефир. В каждый берет было вставлено павлинье перо. В руках воины держали алебарды, лезвия которых были украшены искусной гравировкой, а на поясе у стражников висели лёгкие мечи. Создавалось впечатление, что воины приготовились на парад, но в Конкорсо это было повседневное обмундирование для стражи. Столица искусств должна была соответствовать своему статусу во всём.

Несмотря на праздничный вид, лица у стражников были совсем кислые. А завидев приключенцев, они и вовсе ожесточились. За подходящей к воротам группой внимательно наблюдали, оценивая каждого из компании приключенцев. Старший патруля, выделявшийся из остальных дорогим пурпурным плащом, скомандовал своим людям, и они преградили путь. На крыше ворот зашевелились ещё несколько человек, и приключенцы увидели, как с укрепления на них наставили заряженные тяжёлые арбалеты, изготовлением которых так славилась республика Конкорсо.

– Кто такие? – недружелюбно крикнул старший патруля, ощерившись трёхдневной щетиной.

– Мы авантюристы. Может для нас найдётся работа по нашей специальности? – учтиво приветствовал стражников маркиз.

– Да, конечно. А может вы шпионы? – враждебно разразился бранью командир. – Мне почём знать? У нас тут война на носу. Лазутчиков вылавливаем каждый день. Авантюристы…

– У нас есть бумаги, милостивые господа, – поклонился страже гном Тор.

– Сам догадаешься, или подсказать, как тебе их использовать? – нервно хмыкнул старший стражник. – Общественный сортир вон там, за углом.

– Ну, знаете, – оторопел от такой триады гном.

– Господа, похоже, мы явились не вовремя, – любезно продолжил маркиз. – Однако мой опыт говорит мне, что наши навыки могли бы пригодиться городу. Мы умеем сражаться.

– А больше тебе твой опыт ничего не говорит? Наёмное отрепье, проваливайте, пока не вздёрнули, – начал было напирать старший патруля, но тут к нему из ворот подбежал стражник с какой-то бумажкой. Двое отошли в сторону и стали перешёптываться между собой, то и дело тыкая в бумажку пальцем и иногда посматривая на Жизель, которая инстинктивно пододвинулась поближе к своему отцу.

– В хлопотах совсем забыл отменить объявления о розыске… – пробормотал Жофруа, немного сконфузившись.

– Так, вы все арестованы! – завопил вдруг старший стражник. – Оружие сдать караулу и следовать за мной!

– Эт, прошу тебя, сделай, как они говорят, – маркиз умоляюще посмотрел на демона.

– Предлагаешь немного поиграть в игру? – ухмыльнулся тот в ответ.

– Только не как в Эрлиге, – шёпотом продолжил уговаривать Жофруа.

– А что вообще происходит? – пискнула Жизель.

– Судя по портрету, который он держит в руках, тебя только-что нашли, – устало вздохнула Мери.

– Молодая мадмуазель! – рявкнул стражник, – Подойди-ка ближе. Надо произвести окончательное сличение.

– Делай, как он говорит, – шепнул своей дочери маркиз. – Придётся тебе ещё немного побыть беглянкой. За нас не беспокойся. Так или иначе в город мы теперь попадём все.

Собравшись вокруг Жизель, стражники скопом начали рассматривать напечатанное на листе серой бумаги изображение девушки. На лицах солдат проступила работа мысли, один из них даже сощурился и раскраснелся, стараясь как можно внимательнее изучить портретик.

– Да непохожа вроде… – пробормотал стражник с крупным носом. – На портретике моложе совсем девка.

– Балда косоглазый, ты куда вообще смотрел? – прикрикнул на него командир. – Портреты так специально и рисуют, чтобы, значит, не оскорбить достоинства благородных дам. Ничего ты в живописи не понимаешь, дерёвня.

– Может быть, – промычал стражник с большим носом. – Ну ка, мадмуазель, повернитесь боком. А то портретик ваш в профиль написан, а вы в анфас стоите.

– Позвольте, что всё это значит? – воскликнул жаб Раймунд, показав стражникам свой кулак.

– Ты мне ещё помаши лапками! – моментально разъярился старший стражник. – Я тебе их быстро пошинкую на салат. Шаг назад!

– Объяснитесь, наконец! – не успокаивался крапу. – За что вы издеваетесь над девушкой, и пялитесь на неё так бесцеремонно!

– Вот привязался, мухоед – выпалил капитан стражи. – Ещё не дошло? Или, скорее всего, она вам, простакам ничего и не сказала. Эта девчонка не кто иная, как Жизель Д’Мерле. Младшая дочка крупного аристократа из Вечного Королевства. Сбежала из дома, и её теперь повсюду ищут. Аж до Конкорсо драпанула, егоза. Видать, хотела затеряться средь военных действий, а только мы тут сами с глазами. Правильно я говорю, парни?

– Верно! – откликнулись подчинённые капитана.

– Простите, так вы дочь самого маркиза д’Мерле?! – выпалил Раймунд, уставившись своими огромными выпуклыми глазищами на сникшую от всеобщего внимания Жизель.

– Да… – тихо пробормотала вампирка, продолжая играть беглянку, как её и просил отец.

– Негодяи! – состроив грозную рожу, обратился к стражникам Раймунд. – Она же почти принцесса королевства. Проявите к ней должное уважение!

– Вот те на… – протяжно мявкнул Певун. – С кем только не путешествовал, а с принцессами ещё не приходилось. Из этого выйдет отличная баллада.

– Приказ начальства явственный был, – подытожил старший стражник. – Если нарисованная на портрете девка в живую появится, вести её прямо в цитадель к лорду-мэру.

– Подождите! – выкрикнула Мери, выступив вперёд. – Я её сопровождающая и телохранитель. Благородная дама Вечного королевства Мери д’Уолкер. Одну вы Жизель никуда не потащите. Я иду с ней.

– Это правда? – старший стражник пристально посмотрел на Жизель.

– Да, чистая правда, – тихо пискнула вампирка.

– Тогда этих двоих в замок, – скомандовал капитан.

– А с остальными чего? – спросил стражник с большим носом.

– Чёрт их знает, – пробормотал старший стражник, сморщив лицо. – По-хорошему, вздёрнуть бы, да и дело с концом.

– А если она нажалуется? – указал на Жизель носатый караульный. – У благородных свои причуды. С лордом-мэром она договориться, и вздёрнут уже нас. У его сиятельства Перси Шестого лапа уж больно скорая, да ещё и с когтями.

– И то верно, – призадумался капитан стражи, приложив палец к подбородку. – Поступим мы так. Отправим в казарму, под замок. А дальше разберёмся, кто из них, кто. Может и в самом деле пригодятся в бою?

– А этого? – тощий молодой стражник указал на впряжённого в повозку слона Сигизмунда. – В конюшню, наверное?

– Ты чего, какая конюшня?! – хохотнул капитан стражников. – На его тушу посмотри. Он в конюшню лорда-мэра не пролезет, хоть задом, хоть передом, а уж в нашу тем более. Зарубим на провиант, и закоптим. С провизией сейчас туго. А этот – в самый раз придётся. Месяц мясо жрать будем.

– А он хоть съедобный? – не унимался молодой стражник, посматривая на слона.

– Вот ты первый и проверишь, – ответил ему капитан, хлопнув подчинённого по плечу.

– Милостивые государи, как на мясо?! – залепетал гном Тор, подбежав к своему слону. – Не позволю, не пущу! Ужас какой, Сигизмундушка! Хотят тебя, горемыку, на пропитание употребить! Сжалуйтесь, милостивые государи! Как же можно? Друга – на харчи?

Слон, тем временем, как будто о чём-то догадывался, подозрительно косясь то на одного стражника то на другого. Когда хозяин подбежал к нему, он нежно погладил гнома по голове своим хоботом, словно успокаивая, при этом тяжело вздыхая и обмахивая себя ушами.

– Животина-то вроде умная, – вопросительно посмотрел на командира молодой стражник. – Жалко такого на мясо. Нас в кадетской школе учили, что армейский слон – это самостоятельная военная единица.

– А откуда я знаю, армейский он или нет? Больше на циркового похож… – хохотнул капитан. – Ну чего вы все на меня смотрите? Ладно, отведите его в конюшню. Пусть стоит рядом, если внутрь не войдёт. Главное, чтобы он остальных лошадей не обожрал, иначе быстро на мясо отправим. И гнома этого с ним отрядите, а то своими воплями он всей казарме спать не даст сегодня.

– Спасибо, милостивый государь! – запричитал гном, расплакавшись. – Спасибо!

– Ладно тебе, хватит ныть. Что мы, живодёры что ли? – благосклонно вымолвил капитан, а затем рявкнул. – Отряд, слушай окончательный приказ. Девиц сопроводить в замок. Слона с гномом – на конюшни. А остальных отвести в казармы, в подвальные в камеры до разбирательства.

***

Путь к замку лорда-мэра был неблизкий. Цитадель находилась в историческом центре города, почти примыкая к главному порту. Старший стражник выделил для Жизель и Мери двух своих людей в качестве сопровождения и охраны, а также предоставил одну из гарнизонных колясок с лошадью. Таким средством передвижения пользовались стражники Конкорсо, чтобы быстрее попадать на свои посты. Одним из сопровождающих стражников оказался тот самый молодой караульный, который уговорил не убивать слона. Звали стражника Лука. Второй стражник лишь буркнул, что его имя – Антонио, и сразу же замолк, изобразив суровое волевое лицо, как у статуи. Лука же наоборот был более словоохотлив.

– А вы у нас раньше не были? – поинтересовался молодой караульный у расположившихся в коляске девушек. Сами стражники шли пешком. Антонио вёл лошадь под уздцы, а Лука шагал рядом с коляской.

– Я бывала, но очень давно, – нехотя призналась Мери.

– А я в первый раз, – подала голос Жизель.

– Ясно, – протянул Лука. – Вы уж не сердитесь на лейтенанта. Он хороший человек, просто все сейчас на взводе из-за войны.

Кибитка же медленно катила по улочке города. Несмотря на то, что дорога начиналась от городских ворот, она была узкой. Прямая противоположность роскошным проспектам Промиса. Петлявая улочка, как горная речка, протискивалась через хаотичное нагромождение домов, свисавших утёсами с обоих сторон дороги. Дома были достаточно большими. В них присутствовало четыре, а иногда даже пять этажей. Реже попадались трёхэтажные постройки. Качественной застройкой никто не заморачивался, поэтому складывалось впечатление, что каждый второй дом вот-вот рухнет под своим весом. В то же время все домики были выкрашены яркими красками, причём фасады выглядели настолько пёстро, что дома напоминали леденцы. Каждый домовладелец строил и украшал дом, как он хотел. Никакого единого стиля. Ни в декоре, ни в архитектуре.

Внутри города не было такой паники, которая царила в предместьях. Покидать свои дома люди точно не спешили, надеясь на прочность городских стен и башен. По бокам улочки, по которой ехала кибитка, иногда даже наблюдалась лоточная торговля, где это позволяло место, да и пешеходы попадались достаточно часто. Никто никуда не спешил. Жизнь текла своим чередом.

– Горожане не уезжают. А в предместьях настоящее бегство и паника, – спросила Мери молодого стражника.

– С предместьями ситуация гораздо хуже, чем внутри стен, – погрустнел стражник. – Всё началось с того, что господин лорд-мэр приказал не пускать жителей предместий внутрь города, если произойдёт осада. Иначе провизии не хватит, если осада действительно случится. Формально, обитатели предместий не горожане, а сельские жители.

– Значит, просто пустили в расход бедняков? – цокнула языком Мери.

– А что делать? – посетовал стражник. – На войне легко не бывает.

– Но ведь это ваши граждане? – моргнула глазками Жизель. – Когда мы сюда добирались, все дороги были заполнены этими несчастными людьми.

– Моя семья тоже, между прочем, жила в предместьях, – обиженно ответил стражник. – Я сын сапожника. Думаете мне эта ситуация по душе? Я уговорил отца и матушку уехать, хотя они порывались остаться, особенно матушка. Братьев и сестёр у меня нет, я единственный. Родители покинули дом на той неделе, и я даже не знаю, где они сейчас. Видите, даже для семей стражников не сделали исключения. Просто, так надо.

– Это какое-то варварство, – пискнула Жизель.

– Не всё так плохо. Может, и не случится осады? Наш флот уже вышел навстречу кораблям Альянса Синего Моря, – обнадёживающее начал стражник, но было видно, что он сам не верил своим словам. – У нас отличные корабли. Если морское сражение выиграет Республика, то Альянс не сможет взять нас в блокаду, и им придётся повернуть назад.

– Ага, – вдруг разразился триадой второй стражник, прервав своё молчание. – Скорее Пернатая воспарит над городом, аки посланница небес, чем мы победим в морском бою. У врагов кораблей в три раза больше. Говорят, они снарядили против нас даже виверноносец!

– Мы должны надеяться на лучшее и верить в наших моряков. Они обязательно победят! – возразил Лука.

– Сейчас… – выдохнул Антонио. – И ко всему прочему, словно нам бед мало было, разразилась беда ещё и с Катакомбным лабиринтом!

– С ним-то что не так? – переспросила Мери.

– Понимаете, – оглянувшись по сторонам, начал говорить Лука. – У нас не поощряется освещать эту проблему, но раз уж Антонио обмолвился. Примерно месяц назад из лабиринта полезла нежить.

– Нежить? – удивилась Жизель.

– Её там вроде и до этого хватало, разве нет? – пожала плечами Мери.

– Да, – кивнул головой Лука. – Я имею ввиду, что на нижних этажах подземных ходов она была всегда. Это вообще не секрет, что лабиринт кишит немёртвыми созданиями. Просто раньше они не выбирались так высоко к поверхности. Сидели себе смирно во мраке и не отсвечивали. Катакомбный лабиринт – это ведь наша достопримечательность. Множество приключенцев и просто туристов приезжают в Конкорсо, чтобы побывать там. Первый уровень всегда был настолько мирным, что туда даже водили экскурсии, как в картинную галерею или музей. На группу хватало одного гида с простеньким камзольным мечом на поясе.

– Хватало… – снова влез Антонио. – До не давнего времени. Пока зомбы не вылезли на верхний уровень и не растерзали несколько туристических групп за раз. Кровищи, говорят, было, хоть вёдрами вычерпывай.

– Разразился большой скандал, – пояснил Лука. – Людей много погибло. Инцидент кое-как замяли. Были наняты несколько способных команд авантюристов. Им в помощь выделили стражу, чтобы совместно проредили подземные ходы от нежити и по возможности выяснили причину произошедшего.

– Я уже догадываюсь, чем всё закончилось, – воздохнула Мери.

– Живыми вернулись далеко не все, кто туда зашёл, – констатировал Антонио. – Приходилось общаться с парочкой спасшихся счастливчиков из стражи. Сначала всё шло по плану. Удалось довольно легко очистить от нежити первые три верхних этажа. Но чем глубже они продвигались, тем жарче становилось. Пошли потери, но приказ был прежний – оттеснить нежить как можно глубже. А дальше группы стали пропадать одна за другой. Народ, кому жизнь была дорога, испугался и драпанул к выходу. Все как один заявляли, что в лабиринт они больше не ходоки, хоть их вешать будут.

– Правда, нескольким приключенцам удалось пробраться глубже всех и даже выбраться оттуда, – уточнил Лука.

– И что они говорят? – затаив дыхание, спросила Жизель.

– Глупости они всякие говорят, – махнул рукой Антонио. – Парни сбрендили капитально. Целителю удалось выяснить только то, что забрались бедолаги вроде как ниже пятнадцатого этажа. А дальше начались небылицы про странное нечто. Будто всей этой толпой командует ужасный монстр с нечеловеческим лицом и четырьмя руками. Представляете?

– Да уж, тот ещё красавец, наверное, – усмехнулась Мери.

– И не говорите, – покачал головой Лука. – С тех пор лабиринт закрыт для посещения. Нежить снова наводнила верхние этажи и даже иногда вылезает на поверхность подышать свежим воздухом. Место вокруг входа отгородили и поставили стражников и жрецов, чтобы упокаивали всех, кто выберется на свет из подземелья.

– А они лезут и лезут не переставая. Без перерывов на обед и выходных, – нервно хохотнул Антонио. – Мы их туристами называем, тех немёртвых, кто выбрался на поверхность. Сначала люди к ним на экскурсии ходили, а теперь уж они к нам блондятся.

– У нас народ всегда остёр на язык был, – рассмеялся Лука. – А знаете, как молва прозвала отряд стражников, которые постоянно дежурят у входа в лабиринт? Похоронная команда! И ведь не поспоришь, действительно точно получилось.

– Как забавно, – захлопала глазками Жизель.

– Вообще-то ничего забавного, – осадил её Антонио. – Люди гибнут всё-таки. Пусть мы и наловчились расправляться с нежитью на поверхности лабиринта, что будет, если они всё толпой наверх ломануться?

– Но до сих пор не ломанулись? – уточнила Мери.

– И не надо, – замахал рукой Антонио. – Я знаете, что думаю? Вся эта проблема с нежитью, это всё происки наших врагов. Помяните моё слово, как город в осаду возьмут, так весь лабиринт на поверхность и выскочит супостатам на подмогу, чтобы нас изнутри сломить.

– Но ведь невозможно контролировать столько нежити за раз, – невозмутимо пояснила Жизель. – Насколько я знаю, в нашем королевстве рекорд составляет сто двадцать девять зомби-прислужников единовременно.

– А… так вы ж из Вечного, – вздохнул Антонио.

– Можем мы взглянуть на вход в лабиринт, хотя бы проездом? – неожиданно спросила Мери.

– Вообще-то придётся сделать небольшой крюк, но не положено, – засомневался посерьёзневший Антонио.

– Да ладно тебе, – успокоил его Лука. – Давай проедем, нам же не приказывали, по какой точно дороге добираться до замка лорда-мэра? А госпожа – настоящий заграничный специалист, вдруг у неё получиться что-нибудь полезное придумать? Или хотя бы понять, что неупокоенным от нас нужно?

– Нам влетит, – посерьёзнел лицом Антонио.

– Кто узнает-то? – не унимался Лука. – Мы близко подбираться и не будем, только из далека посмотрим. Может, даже зомба удастся увидеть.

– Хорошо, – нехотя согласился Антонио, посмотрев на девушек. – Но я попрошу без фокусов и выкрутасов. Из коляски не вылезать, если что не так, сразу уезжаем.

– Идёт, – кивнула Мери.

Антонио кивнул и дёрнул лошадь за уздечку, увлекая её в боковой проход, который оказался улочкой поуже. Она спускалась вниз под уклон, являясь границей двух жилых кварталов, нависавших над путешественниками словно скалы. Дома как-то резко потеряли пёстрый цвет, выцвели, осунулись. В них не было уже такого лоска, как на центральных улицах. Качество мостовой тоже упало. Булыжники, её составлявшие, были разного размера. Кое-где они вообще рассыпались, зияя проплешинами. Окружающие звуки приглушились, потонули во чреве нагромождения строений. Тишину нарушал лишь надсадный кашель, тянувшийся откуда-то справа сверху.

– Маленькие улочки – не самое лучшее место для прогулок, – пояснил Лука.

– Ага. Это вы сейчас с нами можете ни о чём не волноваться, – поддакнул ему Антонио. – На стражу местная шпана не нападает. Кишка тонка.

– А шли бы вы одни, могли и кошелька недосчитаться, – продолжил Лука.

– Путешествующим дамам в такие тёмные переулки лучше не соваться, – вторил ему Антонио. – Оберут как липку, да ещё и обидеть могут.

– Спасибо за предупреждение, – ухмыльнулась Мери, припомнив события в селении Сад. – Повстречаться с бандитами в таком тёмном переулке, стало бы для меня и особенно для Жизель настоящей проблемой.

– Ничего, – не понял сарказма Лука. – Скоро вырулим. А там уж и до площади, где расположен вход в лабиринт недалеко.

– Ты им про название обязательно скажи, – напомнил Антонио.

– Знаете, как называется та площадь? Гнездо Сойки! Наши мудрецы до сих пор не могут понять, откуда взялся сей странный топоним. Пару лет назад собирался исторический симпозиум, и когда настала пора этой темы, учёные мужи даже подрались, но так и не пришли к единому мнению!

– Ты сказал «сойки»? – переспросила Мери, переглянувшись с Жизель.

– В том то и дело! – воскликнул Лука. – У нас таких птиц не водилось никогда. Они все севернее живут. Откуда взялось название – непонятно.

– И что же на этот счёт говорят учёные? – аккуратно спросила Жизель.

– Всякое, но сейчас популярна версия, что так назывался полулегендарный волшебный корабль первого лорда-мэра города. Слышали легенду, про галеру, которая могла парить в небе, гребя вёслами по облакам? – отозвался Антонио. Было видно, что тема родного города очень интересовала обоих стражников. Для любого другого крупного поселения это было мягко говоря странно. Стражники прекрасно знали город и его ходы, но при этом не отличались ни образованностью, ни кругозором. И уж тем более не блистали познаниями в краеведении.

– Не обижайтесь, но для простых стражников вы очень много знаете, – спросила Мери.

– Лорд-мэр под угрозой увольнения приказал всем караульным выучить специальную памятку про достопримечательности города, – с гордостью пояснил Лука.

– Это для того, чтобы гость мог подойти к любому стражнику и получить от него всю необходимую информацию, – продолжил за своего коллегу Антонио. – У нас очень много приезжих. Конкорсо – культурный центр как-никак.

– Наш бард говорил, что скоро в Конкорсо должен случится песенный конкурс, – вспомнила Жизель.

– Это вы про фестиваль «Золотая мандолина»? – спросил Лука. – Так его отменили две недели назад.

– Из-за сложной военно-политическое обстановки, – пытаясь изобразить официальный тон, закончил фразу Антонио.

– Вот Певун расстроиться, – слегка улыбнулась Мери. – Наивный кошак явно не на это рассчитывал.

– Вы не представляете сколько бардов со скандалом пришлось выпроваживать обратно, – пожаловался Лука. – Хуже их были только вкладчики. Вышел указ о реквизиции всех банковских накоплений для нужд обороны.

– Эти как услышат, что денежки их тю-тю, так сразу в крик! – ляпнул Лука.

– А вам не кажется, что кто-то действительно кричит? – встрепенулась вампирка, навострив свои ушки.

– А ведь точно, – сразу посерьёзнел Антонио.

– Помогите! – из-за поворота выскочила девушка-горожанка, таща за руку мальчугана лет восьми. – Спасите!

– Там же почти площадь, – пробормотал Антонио. – Что-то стряслось?

В следующий миг в подтверждении его слов из-за того же поворота выскочило несколько тел. Полуразложившиеся ожившие трупы, именуемые в широких массах зомби, гнались за девушкой и мальчуганом. Отряд нежити насчитывал пять штук личного состава. Они смешно неуклюже передвигались, подёргиваясь, при этом показывая неплохую прыть и почти не уступая в скорости бега своим жертвам. Увидав стражников, девушка помчалась прямо на них, ведя за собой немёртвых преследователей.

– П-поможем ей! – крикнул Антонио, бросив уздечку лошади и выхватив свою алебарду.

– Республика! – выкрикнул дрожащим голосом Лука, также достав своё оружие.

Караульные устремились навстречу отряду зомби приготовив алебарды для замаха. Антонио сделал выпад, воткнув лезвие в плечо своего противника, но тот продолжал как ни в чём не бывало размахивать руками. Алебарда застряла в туше. Антонио судорожно пытался вытащить её, пока подоспевший Лука колол остриём других зомби, отгоняя их от друга.

Девушка тем временем подхватила мальчугана на руки и втащила его под повозку, крепко прижав к себе. Были слышны её запыхавшееся дыхание и всхлипывания. Мальчуган же и вовсе замер от страха.

– Они не справятся! – крикнула Мери. – Надо им помочь!

– Да! – Жизель спрыгнула с лавки и приземлилась сзади повозки, где крепился большой сундук. Туда караульные убрали меч Мери. Сорвав замок одним движением кисти вампирка достала клинок и швырнула его подруге.

– Отлично! – рявкнула Мери. – [Люминофор]!

Со вспыхнувшим ярким светом клинком воительница кинулась спасать стражников. Жизель догнала её, сотворив в руке один красный кинжал.

– Посторонись, парень! – выкрикнула Мери, основательно замахнувшись клинком, сжимая его обеими руками. Лука пригнулся вовремя, чтобы на теснившего его зомби обрушился сияющий меч. Голова нежити отвалилась от туловища и покатилась по мостовой как мячик. Тело, лишившееся главной своей части, осело, распластавшись на земле. Мери замахнулась вновь, упокоив тем же способом мертвяка, который блокировал алебарду Антонио. Мимо них бесшумно пронеслась Жизель. Ловко зайдя за спины зомби, вампирка быстро нанесла несколько точных ударов кинжалом в область за затылками оживших трупов. Восставшие из мёртвых тут же отключились и безвольно попадали на землю. Скоротечная битва завершилась.

– Ловко вы их, – пробормотал перепуганный Лука. – Вот, что значит, иностранные специалисты.

– Ну это же совсем просто, – подняв пальчик вверх, начала учить Жизель. – У зомби источник магической силы расположен в основании шеи, сзади. Если сделать точный надрез, мертвяк успокоится навечно.

– Или можно просто срубить ему башку, – вытирая свой меч куском тряпки, пояснила Мери. – Это проще и не надо заморачиваться, выискивая слабое место. А вот тело колоть бесполезно, они от этого только борзеют.

– Спасибо! – Антонио тяжело дышал и никак не мог прийти в себя. – Я на своей шкуре только что понял.

Послышались новые шаги, и Жизель с Мери приготовились к продолжению битвы, но вместо зомби на них чуть не налетел уже знакомый авантюрист в налобнике-протекторе. За Ардо показался Сильверрейн сжимавший в руке саблю эльфийского фасона.

– Вы! – сходу крикнул Сильверрейн, узнав вампирку и воительницу.

– Все зомби мертвы. Хорошо, что они не натворили дел, – вздохнул с облегчением Ардо. – Эти пятеро прорвались через стражу, и мы погнались за ними, но боялись, что не успеем.

– Всё нормально, – недружелюбно мельком взглянув на Сильверрейна, обратилась к Ардо Мери. – Как видите, с нежитью покончено. И раз уж вы тут, может объясните, что происходит?

– Запросто! – приветливо улыбнулся Ардо. – Правительство города наняло нашу команду, чтобы решить проблему с зомби в Катакомбном лабиринте. И как только мы приблизились к площади, чтобы осмотреть вход, зомби и прочая низшая нечисть стала пачками вылезать на поверхность. Стражники растерялись от такого напора и позволили одному отряду прорваться в город. Но к счастью ему на пути встали вы, и теперь никто не пострадает.

– Понятно, – вздохнула Мери. – Тогда нам стоит поспешить на площадь. Вдруг тамошним воинам нужна помощь?

– Это вы верно сказали! – обрадовался Ардо.

– Вообще-то, не положено, – промямлил Антонио. – Приказ был доставить вас к лорду-мэру.

– А если у лабиринта реальный замес? – крикнула на него Мери. – Идём на площадь, сейчас же!

Авантюристы добежали ко входу в лабиринт как раз тогда, когда бой шёл в самом разгаре. Несколько десятков стражников, одетых также, как и Антонио с Лукой, но при этом ещё и с серыми повязками на левом плече, пытались сдержать волну нежити, нахлынувшей из глубин катакомб, как морская волна. Рядом со стражей трудились жрецы, упокаивая одного зомби за другим. В гуще событий блистал воин Джордж, возвышаясь глыбой вокруг наступавшей нежити. За его спиной читала молитвы жрица Шейла. Джордж размахивал двумя широкими топорами раскраивая черепа зомби как орехи. Шейла водила посохом натравливая на нежить чудеса своего бога. Зомби вспыхивали жёлтым светом, разваливаясь на части.

Когда Мери и Жизель почти приблизились к сооружённым баррикадам, всё немёртвое воинство вдруг замерло, приведя в недоумение оборонявшихся. Джордж, расколов ещё парочку голов, подхватил в охапку запротестовавшую Шейлу и взобрался назад за укрепления.

– Жи! – вдруг заорал один из зомби нечеловеческим загробным голосом, воздев свой ржавый меч в небо.

– Во! – вторил ему второй.

– Дё! – крикнул третий.

– Ры! – закончил фразу четвёртый, подвывая.

– Жи-во-дё-ры! Жи-во-дё-ры! Жи-во-дё-ры! – послышалась отовсюду какофония звуков. Зомби начали горланить речёвки, а также махать руками и оружием, у кого оно было в наличии. Затесавшиеся среди них скелеты вопить никак не могли по объективным причинам, поэтому помогали своим коллегам, стуча мечами по своим щитам.

– Это какой-то знак, – заплетающимся языком пробормотал Лука. – Они хотят сказать, что довольно мы их мучали, проникая в лабиринт. Теперь нас ждёт расплата. Это они про нас…

– Думаешь? – виновато скосившись на Луку, спросила у стражника Мери.

Отряд зомби создал нечто, напоминавшее строй. Нежить начала притопывать приставным шагом, продолжая орать. Скелеты им в такт отбивали на своих щитах ритмы. Инфернальный танец длился примерно минут пять, сопровождаясь непрекращающимися воплями «жи-во-дё-ры». Нежить постепенно синхронизировалась, выполняя незамысловатые движения почти одновременно. Исполнив свой невообразимый перформанс, мёртвые танцоры вдруг замолчали и стали по очереди скрываться во входе в лабиринт, который представлял собой каменный шатёр с большим арочным проходом, обрамлённым по бокам колоннами. Провожаемая немыми остолбеневшими взглядами присутствовавших на площади, вся нежить убралась внутрь катакомб, как её и не бывало. Спустившаяся на площадь тишина подтвердила, что представление закончено.

– Я всё заснял! – вдруг нарушив безмолвие и приковав к себе тем самым всеобщее внимание, заорал, словно его режут, какой-то чудик в колпаке чародея, размахивая записывающим магическим кристаллом.

Стража, опомнившись, подбежала к нему, пытаясь отобрать запись. Фрик стал отталкивать крутивших его стражников, крепко вцепившись в запоминающий кристалл костлявыми пальцами. Остальные караульные взялись чинить баррикады, ожидая следующего нападения. Несколько жрецов зачитали молитвы. Откуда-то вынырнула повозка гробовщика. Из неё вальяжно вывалились два крепких дылды и стали закидывать поверженные тела упокоенной нежити. Жизнь совершенно незаметно пошла своим чередом. И в этой суете людей оказались две девушки, прекрасно осознавшие смысл выкрика «жи-во-дё-ры». Это была не месть зомби. Это было приглашение в глубь катакомб.

Глава 24. Напрасные ожидания

Замок лорда-мэра Конкорсо внушал. Монументальное строение из охристого кирпича, словно надменный великан возвышалось над Старым портом города, врезаясь одной стеной в море. Несколько квадратных башен, расположенных внутри цитадели, как будто специально сделали настолько высокими, насколько это было вообще возможно, а затем ещё пристроили парочку этажей. Задрав голову к верху, Жизель с удивлением рассматривала эти высившиеся громадины. Впрочем, элегантными данные каланчи уж точно было не назвать, на шпили Белого Дрозда в Промисе они походили также, как пузатая ветряная мельница соответствовала изящной башенке мага. Иными словами, художественная ценность этих сугубо оборонительно утилитарных махин была сомнительна, что казалось несколько странным, учитывая всеобъемлющее влияние искусств на местную культуру и быт.

Мери была более спокойна при осмотре главной цитадели Республики. Её куда больше интересовали места расположений караульных и точки нахождения ворот, преграждающие путь, если вдруг возникнет потребность в побеге. Что было на уме у лорда-мэра, и какие планы у него были на Жизель, оставалось неведомо, поэтому воительница решила, что будет предельно осторожна и собрана, чтобы максимально ответить на возникшие неприятные обстоятельства. А то что они будут, у Мери не вызывало ни грамма сомнений.

Вход в цитадель начинался сразу за подвесным мостом, перекинутым через ров. Цитадель на самом деле была отделена от остального города ещё и широким каналом с водой, технически, являясь островом. Антонио подошёл к караульному у входа и показал ему бумагу с напечатанным на нём портретиком Жизель, а также пояснительное письмо, составленное сержантом. Привратник кивнул и отступил от прохода, освобождая путь внутрь.

– Прошу следовать за нами, – сказал Лука немного робко. Он ещё не отошёл от событий у Катакомбного лабиринта, поэтому был несколько растерян. В отличие от него Антонио храбрился, уже предвкушая, как он будет рассказывать своим друзьям про сегодняшние похождения и события, случившиеся у входа в лабиринт. Слух о танцующей нежити, выкрикивавшей речёвки, распространился по городу мгновенно. А рассказ от очевидца мог запросто собрать целую таверну. На самом деле, об этом странном случае только и говорили в городе, позабыв даже про надвигающуюся войну.

Мери думала, что Лука и Антонио сдадут их замковой страже и отправятся обратно на пост, но вместо этого оба караульных продолжали их сопровождать, попутно рассказывая и показывая, что и как устроено в крепости. Мери даже поморщилась, ведь окажись они шпионками, им бы уже удалось выведать многое о планировке крепости. Впрочем, одно другому не мешало. Такая информация совсем не была лишней, и воительница слушала в оба уха, стараясь запомнить дорогу как можно подробней. Жизель была куда более наивна, воспринимая трёп стражников, как забавную экскурсию.

– Вон там с права башня святого Луки Приморского, мы с ним тёзки, – усмехнулся молодой стражник. – Башню построили восемьдесят пять лет назад по настоянию тогдашнего епископа, дабы почтить память божьего человека, жившего на берегу этой бухты в незапамятные времена, когда и города никакого не было. Говорят, что он ловил рыбу и угощал ей всех прохожих менестрелей, кого только мог встретить. Барды в те времена считались людьми второго сорта, и с ними общались неохотно.

– Это ещё почему? – сделал вид, что заинтересовалась Мери. На самом деле воительница хотела побольше разговорить болтуна.

– Хороший вопрос, – закивал ничего не подозревавший Лука. – На самом деле в старину считалось, что любой человек искусства водится с демонами и прочими странными существами. Бард воспринимался как колдун, который мог наслать порчу, если ему не заплатить за выступление. А художники вообще считались глазами злого бога, потому что с их картин, вы не поверите, персонажи, как будто наблюдают за добрыми людьми.

– Потрясающе! – моргнула ресничками Жизель. – Мой папенька, ой, то есть мой отец тоже не любит музыкантов.

– И мой, – согласился Антонио. – У нашего дома всегда был кабак. Когда эти горлопаны вываливались из него посреди ночи и начинали орать, да ещё и не попадая в ноты, это было ужасно. У папани всегда было припасено ведро с ледяной водой, а иногда, для особо упёртых любителей повыть жидкость заменялась на содержимое ночного горшка.

– Да ладно вам, – улыбнулся Лука. – Хорошую музыку и послушать приятно. У вас же в команде был бард?

– Ты про Певуна? – сморщила нос Мери. – Поёт он неплохо, я не спорю. Но каждый день слушать это – немного надоедает.

– Певуна?! – переспросили оба стражника, выпучив глаза.

– Ну, да… – оторопела Мери, не понимая причин реакции обоих караульных.

– Так это был сам метр Певун… – сокрушённо пробормотал Антонио. – А я не попросил у него автограф.

– Надо сказать сержанту, чтобы его выпустили. Самого Певуна под замок. Гильдия менестрелей теперь стражу живьём сожрёт. И будет колкости петь ещё целый год! – испугался Лука.

– Он же сам представился у ворот? – пожала плечами Мери в недоумении.

– Мало ли чего путники говорят, – сконфужено промямлил Антонио. – Известной персоной назваться – дело нехитрое. Но если он настоящий мэтр Певун, будет скандал.

– Под стражей оказался самый популярный молодой исполнитель по эту сторону Синего моря, – Лука пробормотал, словно читал заметку в газете, а затем добавил: – Хотя мне больше нравится творчество Фриды Нордвинд. Но в наших краях она не бывала. Её композиции доходили до нас только в перепевке. Вот бы живьём послушать.

– Я обязательно передам ей, как только снова её встречу, – обрадованно воскликнула вампирка. – А поёт она действительно чудесно. Мелодия словно завораживает.

– Аристократия… – пробормотал Антонио. – Вот так запросто говорить о госпоже Нордвинд, будто вы подруги.

– Вы будете смеяться, но мы действительно знакомы с ней. И с её братом. И с остальными из Сказки.

– Что? – не понял Лука.

– Мы вам сейчас расскажем, – хлопнула в ладошки Жизель. – Команда авантюристов, в которую входит Фрида, называется «Сказка для дракона» …

***

За разговорами путь до резиденции лорда-мэра закончился очень быстро. Двое стражников проводили девушек до самой широкой башни, располагавшейся в середине цитадели, и отправились на свои посты, помахав им на прощанье. Дальше Жизель и Мери сопровождал суровый замковый гвардеец, который не проронил ни звука, пока они поднимались на верх в покои лорда-мэра.

Отворилась тяжёлая дверь, и перед девушками предстала приёмная правителя Конкорсо. И в отличие от наружных строений, здесь всё было сделано с изыском и вкусом. Паркетный пол блестел, словно гладь вечернего озера. И как будто отражение луны в этом озере, на полу, по центру, красовался великолепный восточный ковёр. Стены, отделанные до середины снизу резными деревянными панелями, сверху могли похвастать великолепными фресками, изображавшими морские пейзажи. С потолка свисала хрустальная люстра с несколькими десятками свечей, переливаясь, как снег в разгар зимнего дня. Чуть дальше стоял добротный стол, обтянутый зелёным сукном. За столом сидел крупный катус, одетый в широкий шёлковый халат, украшенный узорами, вышитыми золотой нитью. Кот встал, поприветствовав своих гостей учтивым кивком, и указал на два кресла, расположенных по другую сторону стола.

– Уважаемая Жизель д’Мерле, я Перси Шестой, правитель благословенной Республики Конкорсо, сердечно приветствую Вас в моём доме. Располагайтесь, как вам удобно.

– Благодарю вас, господин, – включив режим придворного этикета, с достоинством произнесла Жизель, а затем слегка поклонилась важному катусу. Мери неуклюже повторила за своей подругой, пробормотав приветствие, как её учила до этого Мари-Авелин на занятиях.

– Что ж, в таком случае, вы должно быть устали с дороги? Напитки удалят вашу жажду и восполнят ваши силы, – с последними словам Перси в комнату вошёл слуга (тоже катус). На подносе у лакея были три бокала с золотистой жидкостью. – Урожай позапрошлого года. Не побрезгуйте дарами наших виноградников.

Лорд-Мэр по-хозяйски взял один из бокалов, предлагая остальные два своим гостьям.

– Спасибо, вы очень любезны, – идеально улыбнулась Жизель, аккуратно подцепив один из бокалов и подтолкнув Мери, чтобы она взяла свой.

– Это чудесное стекло, – стал рассматривать свой уже опустошённый бокал Перси, – изготавливают наши мастера. Оно непревзойдённого качества. И ценится по всему миру. Но, к сожалению, скоро всё это может закончится, ведь чёрные тучи сгущаются над нашей мирной страной.

– К чему вы ведёте, светлейший лорд-мэр? – вопросительно наклонила голову Жизель.

– Что ж, не буду юлить, – вздохнул правитель. – Вы, уважаемая, очень удачно оказались в наших краях, и в двойне удачно, что наша бдительная стража смогла вас опознать и доставить в целостности ко мне в цитадель. Возможно, наша случайная встреча послужит на благо моего города и страны. И я искренне надеюсь на ваше всеобъемлющее содействие по данному вопросу.

Мери тем временем немного отвлеклась от досужих рассуждений Перси. Вместо этого её заинтересовал одинокий кораблик, прибывавший в порт в данный момент. В комнате были отличные большие окна, собранные из маленьких стёклышек, сплетённых вместе в единое целое. Порт через эти окна просматривался прекрасно, и кораблик был виден как на ладони. Но что-то в прибывшем судне озадачило Мери. Двигалось оно слишком странно, слегка накренившись на правый борт. Основной парус был потрёпан, а на корпусе виднелись тёмные подпалины. Да и портовые работники сновали туда-сюда уж больно интенсивно. Некоторые махали руками и всматривались в судно. Мери не могла видеть их лиц с такого расстояния, но ей почему-то казалось, что люди были сильно встревожены.

– Беда, ваше сиятельство! – спустя какое-то время в комнату вбежал запыхавшийся военный. Рыцарь был облачён в кирасу, а на поясе его дрягался меч. Это был человек средних лет, не катус. Его лицо представлялось типичным для физиономий закалённых вояк. Военное ремесло прибывшего подтверждал и старый, едва различимый шрам на правой щеке.

– Генерал Висконти?! Я же предупреждал, чтобы меня никто не беспокоил! – зарычал тигром рассерженный правитель. Метаморфоза в его характере произошла мгновенно, озадачив Мери и Жизель.

– Ситуация критическая! Поступило сообщение, что наш флот разбит в битве с Альянсом Синего моря! Из всех кораблей чудом выжил только Неуловимый. Он сейчас швартуется в порту.

– Что… – от гнева лорда-мэра не осталось и следа. Правитель безвольно плюхнулся в кресло, обхватив голову руками, – А адмирал Росси?

– Пошёл на дно вместе с потопленным флагманом, – с трудом выговорил генерал.

– Это катастрофа, – тихо взвыл лорд-мэр, не поднимая головы. – Кто-то должен ответить за этот провал.

– Надо организовывать оборону города, мой лорд. Времени в обрез. В течение нескольких дней враги будут здесь!

– Да, конечно, – промямлил катус. – Сколько у нас современных магических артиллеристских батарей?

– Две по десять штук, ваша светлость, – не задумываясь ответил генерал. – Ещё есть около ста устаревших орудий. Но это всё равно пушки, и они могут навредить врагу.

– Почему так мало?! – снова взревел Перси. – Кто допустил?!

– Я же с самого начала предлагал снять орудия с кораблей, а флот затопить в бухте, чтобы враги не смогли подойти! – крикнул в ответ генерал.

– Топить корабли?! Наше достояние?! – завыл мэр. – Только через мой труп! Надо было выплавлять больше пушек. Мы выделяли деньги, я точно помню!

– Средства выделили, а пушек не прибавилось, – сквозь зубы процедил генерал.

– Ты что?! Ты на кого?! – сначала взбеленился лорд-мэр, но тут же сник под суровым взглядом военного и снова опустился в кресло безвольной куклой.

– Я уже отдал приказ об обороне города. Они не получат нас легко, – Висконти попытался ободрить совсем раскисшего правителя.

– У нас ещё есть выход, – растерянно просияв, Перси вдруг указал когтистым пальцем на Жизель. – Эта беглянка – дочь маркиза д’Мерле. Надо написать ему письмо. Если хочет увидеть дочку в живых, пусть присылает войска Вечного королевства на помощь. Иначе она погибнет здесь, вместе с нами, когда враги возьмут город.

– Какая низость! – ужаснулась Жизель, отложив свой бокальчик. – Это государственный шантаж!

– А ты думала, в сказку попала?! Что нам ещё остаётся делать? Что?! – завопил лорд-мэр, поддавшись истерике. – У меня нет сил воевать со всем Альянсом! А для твоего папаши пехотный корпус – ерунда.

– На самом деле, если силы Вечного королевства хотя бы не дадут Альянсу блокировать нас с суши, уже будет шанс, – призадумался генерал, внимательно рассматривая девушек, сидевших рядом. – Вот только сколько времени маркизу потребуется, чтобы собрать и снарядить войско? Сколько оно будет маршировать до нас? Город возьмут штурмом десять раз подряд, прежде чем помощь придёт, если вообще придёт.

– Неважно, мы можем успеть! – ухватился за спасительную соломинку Перси. – Лакей! Бумагу и перо мне! Быстро! Быстро!

– Вы действительно хотите держать нас, как пленников? – обратилась Мери скорее к генералу, чем к лорду-мэру. – Я знаю, что вы нам не поверите, но пожалуйста, поймите, никакой маркиз Д’Мерле вам не помоет. Его просто нет на месте в замке. Эта глупая затея ни к чему не приведёт. Вы лишь испортите отношения с Вечным королевством.

– Нужно выделить им башню со всеми удобствами. Здесь, в цитадели. Только чтоб не могли удрать, – не отрываясь от пера проинструктировал генерала Висконти лорд-мэр. – И охрану подберите из гвардейцев. Да чтоб парни были толковые. А не хамы какие-нибудь.

В этот миг раздался пронзительный звук, и у Мэри, и у Жизель самопроизвольно раскрылись окна консоли, причём рамки были ярко красного цвета. Посередине окошка всплыло сообщение огромным шрифтом от Мари-Авелин, которое гласило: «Вы в опасности! Враги уже рядом! Будьте начеку!» Спустя ещё одно мгновение из-за двери послышался шум. Одно из окон рассыпалось, и оттуда, с верёвки в комнату запрыгнул странный с ног до головы обмотанный в чёрные ткани человек. За ним появились ещё трое, побив дорогие окна окончательно. А затем ещё несколько ворвались через дверь, разобравшись со стражей снаружи.

– Что за?! – выпалил лорд-мэр, вскочив. – Пошли вон отсюда, прохиндеи! Висконти, кто это такие?! Что здесь происходит?!

– Политическое убийство! – прорычал в ответ генерал, выхватив меч и одновременно с этим заслоняя собой лорда-мэра.

***

В это время в казарме стражи прозвенел звук колокола, созывавший всех караульных, находившихся внутри, на ужин. Поймав чутким носом запах вечерней похлёбки, Певун расстроенно вздохнул и перевернулся на другой бок, лёжа на деревянном настиле подвальной камеры. Рядом с ним на таких же нарах расположился эльф Эт’Ритэир. Он со скучающим видом изучал потолок, периодически зевая. Певун не выдержал, подошёл к железной дверной решётке и с размаху царапнул её когтями. Раздался металлический лязг, который заставил караулившего их стражника вздрогнуть на табуретке.

– Чего надо, кошацкая морда? – крикнул охранник, недовольно морща лоб.

– А нам когда еды дадут? – возмущённо мяукнул кот.

– Когда наши пожрут! – отрезал стражник. – Ещё не хватало только, чтобы вы раньше нас харчевались.

– А когда вы наедитесь? – спросил кот раздражённо.

– Когда надо будет! – снова начал грубить стражник. – Ещё Антонио и Лука не вернулись. Вот придут, поужинают, тогда и вы свои объедки получите.

– Это форменное безобразие! – мяукнул катус, сжав кулачки.

– Ну так пожалуйся на нас Пернатой! – загоготал охранник. – Сидите смирно, не шобуршите тут! И вообще, скажите спасибо, что не вздёрнули сразу.

– Пасибо… – совсем не искренне подвыл Певун. – Хоть бы банджо моё вернули!

– Размечтался! – фыркнул караульный. – Я ещё выспаться сегодня хочу без всяких котовоплей под дрянную музыку. Чёрт, а это ещё что такое? Парни, что у вас там?

Караульный отвлёкся на шум, который исходил с улицы и поспешил туда узнать, что же происходит, оставив пленников наедине с самими собой. Стражник промчался по коридору мельком взглянув на соседнюю комнату с арестантами, в которой было не в пример тихо и окончательно убедившись, что всё нормально, исчез за входной дверью, ведущей из подвала на первый этаж.

В той камере расположились Жофруа и жаб Раймунд. Вампир сидел на деревянном настиле из досок и размышлял о чём-то несомненно важном, по крайней мере, так показалось Раймунду, который устроился прямо на полу, поскольку никаких нар не хватило бы на его тушу. Жаб ёжился от холода и был несколько вял, поскольку в камере было довольно прохладно. Само собой, крапу не были во всём похожи на своих предков-земноводных. Их кровь не была уж такой холодной, но всё равно этот народ становился немного медлительным, попадая в прохладные условия, поэтому Раймунд время от времени приподнимался на лапах и разминался, разгоняя застоявшуюся кровь.

– Позвольте поинтересоваться, – вдруг подал голос жаб, услыхав, как в соседней камере скандалил Певун. – Вампиры чувствуют холод?

– Ещё как, – подтвердил догадку Жофруа, но договорить ему не дал мерно пульсирующий повторяющийся звук, одновременно с этим перед вампиром открылась и стала мигать красная рамка консоли. Жаб заинтересовался и хотел было спросить, что это, но вовремя умолк, сообразив, что не стоит прерывать странный сигнал.

– Авелин, что случилось? – взволнованно спросил Жофруа, ткнув пальцем в рамку.

– Вы уже в лабиринте? – спросил женский голос из рамки.

– Нет. Возникли некоторые сложности. Но я думаю, к утру мы их решим, – начал объяснять маркиз. Вампир вкратце пересказал, что случилось с ними, когда они попали в город.

– Супруг мой, – с нажимом прервал его голос. – Вы, должно быть, лишились рассудка, отправив девушек одних на встречу с этим ничтожеством Перси?

– Ничего с ними не случится, – отмахнулся маркиз. – Максимум на что у него хватит ума, так это использовать их, чтобы выскулить войско из Вечного королевства.

– Пятнадцать минут назад, – явно раздражённо пояснила Мари-Авелин. – Я зафиксировала внутри стен Конкорсо срабатывание двух одноразовых порталов. Один рядом с главными казармами стражи, в соседнем квартале. Второй прямо в замке лорда-мэра, и это несмотря на то, что там развёрнуты защитные заклинания. Сначала я решила, что это ваших рук дело, но, похоже, это кто-то другой.

– Диверсия?! – вскочил с нар Жофруа.

– Муж мой, видимо от долгого пребывания на троне, вы каким-то немыслимым образом умудрились отсидеть свою голову? Если с Жизель и Мери что-нибудь случится, назад можешь не возвращаться! – с издёвкой зашипел голос из рамки, перед тем, как отключится.

– Простите, но что это сейчас было? – изумлённо ахнул Раймунд.

– Семейный скандал, – коротко пробормотал Жофруа. – Уважаемый рыцарь, надо выбираться отсюда. Эт, ты слышал?

– Давно пора! – отбросив скучающий вид, тут же обрадовался эльф. – Эй, кошак, собирайся. Мы уходим!

– Но тут же решётка? – недоумевая, подал голос Певун.

– К дьяволу двери! – ухмыльнулся в оскале Эт, замахнувшись рукой. В следующую секунду раздался громкий лязг и звон. Оторванная вместе с креплениями тяжёлая железная решетчатая калитка тюремной камеры отлетела и врезалась в противоположную стену. Этельред торжественно вышел в коридор, прошествовал к камере Жофруа и Раймунда и проделал с их ограждением тоже самое, приведя жаба в такое же замешательство, как и катуса моментом до этого.

– Потрясающе! Вы великий воин! – воскликнул крапу. – Однако ж, нужно найти амуницию и оружие. Эти хамы должно быть спрятали наш скарб где-то здесь.

– Я видел, как они уносили моё банджо вон в ту комнату! – указал пальцем Певун на дверь в каморку у выхода из подвала.

Попав в комнату, авантюристы действительно нашли внутри свои вещи. Посох Жофруа валялся рядом с копьём Раймунда в куче другого хлама. Там же рядом насыпью лежали и другие вещи команды.

– Моя прекрасная Мелюзина! – чуть не плача, завыл Певун, вытаскивая что-то из-под вороха хлама. – Что эти изверги сделали с тобой? Убийцы!

Кот бережно достал то, что осталось от банджо из кучи вещей. Музыкальный инструмент был бесповоротно испорчен. Две струны оборвались, а переломанный пополам гриф болтался на оставшихся трёх. Мембрана корпуса и вовсе была порвана. Сложилась ощущение, что с инструментом так обошлись намеренно. Кто-то из стражников очень не любил музыку или её исполнителей.

– Они убили мою Мелюзину… – роняя слёзы, запричитал кот, растерянно тряся остатки банджо на вытянутых руках.

– Печальное событие, но нам надо уходить, – попытался успокоить катуса Раймунд. – Мне не нравится этот шум снаружи.

– Там идёт бой, – резюмировал Жофруа. – На казармы напали. Я предположу, что это диверсионный отряд. Нам это только на руку, сможем проскользнуть.

– Подожди, – попридержал маркиза Эт. – У нас кот не доукомплектован.

– И что ты предлагаешь? Потом закажу ему новый инструмент, но сейчас надо идти.

– Так не пойдёт, – посерьёзнел Эт, приковав к себе внимание остальных. – Мне чертовски надоело прятаться по углам словно подвальная крыса. Как только мы выйдем наверх, все, кто встанет на моём пути, познают силу моего гнева. Но есть загвоздка, я люблю сражаться под музыку. И мне нужен тот, который будет играть. А использовать инструмент из нас может только кот.

– Эт, только не сейчас! – взмолился маркиз.

– Да не переживай ты. Я лишь недавно помирился с Руби. И уж точно не хочу превращать город её лучшей подруги в руины. Рубиниэль мне этого не простит. Я аккуратно. А для этого нужен музыкант.

– Если ты не заметил, инструмент безнадёжно испорчен, – раздражённо гаркнул маркиз.

– Я просто сделаю новый!

– Как?! – не выдержал Жофруа.

– [Artefactor]! – изящным движением руки открыв рамку консоли, возвестил Эт. – У меня должны были остаться квоты на парочку безделушек.

– С ума сошёл?! – поняв, что собирается провернуть Эт, выкрикнул маркиз. – Шедевры компилируются от нескольких лет до десятков десятилетий!

– Артефакты подразделяются по рангам, – стал учить Эт. – Бронзовый, серебряный, затем золотой и наконец платиновый. Божественными шедеврами считаются лишь два последних класса. А бронзовый артефакт система даже не заметит. Как правило все стараются сделать артефакты как можно сильнее, чтобы потом всучить их выбранным смертным или даже использовать самим. Но проблема мощных артефактов в том, что делаются они долго, как ты упоминал, и их количество крайне лимитировано. Но никто не контролирует выпуск чепухи типа бронзовых безделиц, потому что они никому не нужны, но ресурсы на изготовление требуют значительные. Сечёшь? Я просто сделаю для кота подходящую ему по уровню штуку, на которой он сможет нормально играть.

– Да делай что хочешь, – махнул рукой Жофруа. – Я отправляюсь за Жизель и Мери, а вы как закончите, выдвигайтесь ко входу в лабиринт. Встретимся там.

– Идёт! – тут же согласился Эт.

– Отлично, – кивнул Жофруа, наложив на себя заклинание невидимости, даже не произнеся его название. Певун и Раймунд отшатнулись от того места, где только что стоял маркиз и стали искать глазами его по комнате.

– Невероятно! – выкрикнул Раймунд. – Сдаётся мне, что вы, господа, не те, за кого себя выдаёте!

– Отлично, – бормотал Эт, не обращая внимания на своего собеседника. – В этом поле нужно выбрать тип артефакта. Забиваем «музыкальный инструмент». А в этом окне его вид. Пишем – «банджо». Осталось ввести ID будущего пользователя для привязки и лучшей калибровки. Эй кот, какой у тебя ID?

– Что? – не понял Певун.

– Забудь, я уже сам посмотрел, – погрузившись в работу, пробубнил Эт. – Вроде всё, если я ничего не напутал. В любом случае, у нас только одна попытка. [Creation]!

Эт развёл руки в стороны, создавая вспышку пламени. Из всполохов возник музыкальный инструмент. У Певуна отвисла челюсть, когда на его глазах из ничего действительно материализовалось банджо, да ещё какое. Если почившая Мелюзина напоминала хрупкую девушку, то сотворённый только что инструмент излучал ощущение брутальности. Его гриф был массивным, словно выструганным топором. А на мембране был изображён рисунок расходившегося во все стороны пламени.

– Осталось только узнать название! – гордо объявил Эт перед остолбеневшими жабом и котом. Расправив рамку на инструмент, Эт заулыбался, когда прочитал, что там было написано, –Великолепно! Мне нравится! Ну ка кошак, крикни громко и чётко [Раскаты Рока]!

– [Р-раскаты Рока], – ничего не понимая, повторил за Этельредом Певун. В тот же миг инструмент пропал и моментом позже появился, но уже рядом с катусом. Банджо упало прямо ему в руки. Певун аккуратно поймал его, с недоумением рассматривая подарок.

– Чего смотришь? Играй давай! – кивнул головой Эт. – Нужно убедиться, что получилась стоящая вещь, а не полено со струнами.

– Кто вы такой? – протяжно выдохнул Раймунд. – И объяснитесь, что это за колдовство?

– Секрет фирмы, – безумно улыбнулся Этельред. – А теперь идём прокладывать себе путь через сражение! И пусть кто-нибудь только попробует встать у нас на пути!

– Золотые слова! – воинственно выкрикнул Раймунд, моментально воодушевившись.

– А ты, кот, начинай играть уже чего-нибудь пафосное! – махнул рукой Эт, поднимаясь по лестнице из подвала.

– Да… – промямлил Певун и не нашёл ничего лучше, как начать исполнять марш «Выезд королевы-матери на войну с бунтовщиками». Струны грянули как горны. Катус сам не ожидал такого эффекта, поэтому замялся, но только на один миг. Затем чётко структурированная квадратная мелодия марша побежала по нарастающей словно камушек, создавший горный обвал. Грозная мелодия будто сама расшатывала стены, предлагая всем попавшим на пути немедленно ретироваться как можно дальше.

Когда авантюристы поднялись из подвала, первое, что им предстало, это тело их тюремщика, валявшееся на полу с несколькими ранами, истёкшими кровью. Чуть далее всё ещё кипел бой. Несколько стражников отбивались от странных типов, замотанных во всё чёрное с ног до головы. Незнакомые гости орудовали кривыми кинжалами и уверенно теснили стражников, которые отважно сражались, но не могли превозмочь противников. В гуще события сражался и стражник Лука. Он пытался достать своего противника алебардой, но пареньку не хватало умения и опыта, да и кинжалы врагов гораздо эффективнее работали в помещении, чем громоздкие секиры стражи. Кто-то из караульных, сообразив это, использовал длинные мечи, однако стражников в основном учили управляться с древковым оружием, с клинками они сражались скверно.

– Мне всё ясно, – закивал головой Эт. – И, к удивлению окружающих, возник прямо посреди драки. Замахнувшись рукой, демон точно попал по одному из типов в чёрном, зарядив ему оплеуху. Тело врага, издав хруст, пулей улетело куда-то в сторону, заставив всех окружающих замереть от неожиданности. Эт не собирался останавливаться. Следующий чудовищный апперкот превратил в винегрет челюсть врага, который бухнулся на пол, сразу после того, как встретился с потолком. Нападающие опомнившись, впятером попытались набросится на демона.

– Если вы такой мусор, то зачем взялись за клинки? Лучше идите лепить куличики в песочнице! – расхохотался он в ответ. Волосы Эта приобрели бордовый цвет, а безумная улыбка застыла на лице. Одного за другим, он вывел их из строя голыми руками, непременно стараясь сделать увечья как можно более серьёзными. В итоге все нападавшие либо были уничтожены, либо готовились отойти в мир иной.

Певун, вытаращив глаза на произошедшее, играл уже на автомате. Если бы у кота не было шерсти, то все бы увидели, как бледно его лицо. Рядом с ним примерно в таком же состоянии пребывал крапу Раймунд. Рыцарь умел воевать и прекрасно понимал, насколько силён был эльф, раз сумел проделать такое, но всё равно подобная подавляющая разница в силе не укладывалась в голове.

– А теперь, я хочу знать, что тут вообще происходит? И кто эта кучка неудачников, затеявших потасовку? – повелительно обратился Этельред к остолбеневшим от шока стражникам.

– Мы не знаем, – промямлил Лука, прерывисто дыша. – Они появились как из ниоткуда. Пожалуйста, если вы можете помочь, во дворе продолжается бой.

– Стража просит помощи у пленников, – расхохотался Эт. – Обожаю комедию абсурда.

Сказав это, демон направился к фронтальной стене здания и ударом руки проделал в нём дыру, необходимую для прохода. Поиском двери Этельред утруждать себя не стал.

***

В кабинете лорда-мэра было жарко. Генерал Висконти вместе с Мери и Жизель отбивались от нападавших в чёрном, постепенно отступая к задней стене кабинета. Оружие у Мери отобрали ещё на входе в цитадель гвардейцы, поэтому ей пришлось схватить меч, висевший на стене, оказавшийся незаточеным куском железа. Проклиная всё на свете, воительница орудовала им, как могла, но всё, что ей удавалось сделать, это отбивать выпады врагов. Жизель повезло больше, так как красные кинжалы были всегда при ней. Вампирке даже удалось достать двух нападавших. Их тела лежали на дорогом ковре, безвозвратно испортив его свежей кровью. Сражение сопровождалось истеричными воплями лорда-мэра Перси Шестого, который в панике метался за спинами троих.

– Вы что устроили, проходимцы?! – вопил главный кот, размахивая руками. – Вы думаете, вам всё дозволено? Я вам устрою последнюю истину в виде виселицы на площади! Проклятые убийцы! Висконти, сделай уже что-нибудь! Где наша гвардия?

Как по команде в место гвардии в кабинет ворвалось подкрепление врагов вместе с их командиром. Увидав, что правитель Конкорсо ещё жив, капитан принялся браниться и раздавать пинки своим подчинённым, имевшим неосторожность оказаться рядом. Мери, прислушавшись, не поверила своим ушам. Голос командира нападавших был ей хорошо знаком.

– Шайнинг… – сквозь зубы процедила воительница.

– Тролиха! – поприветствовал её капитан врагов. – В последнее время везде, где бы я ни был, появляешься ты. Влюбилась что ли? Хватит меня преследовать.

– Мерзавец! – крикнула Мери, с силой сжав рукоятку меча. – Тебе мало предательства, так решил поучаствовать в перевороте? Скажи, хорошо быть на прикорме у Гегемонии?

– Опа! Догадалась значит? – сделал вид, что удивлён Шайнинг. – Впрочем, это не важно. Мёртвые не болтают.

– Я тут недавно видела, как мёртвые пели! – рявкнула Мери со злостью. – И ты у меня сейчас запоёшь!

– Не… Петь я никогда не умел. Слуха нет, – обрадовался Шайнинг. – А вот сплясать, всегда к вашим услугам!

Раздался хлопок, и Шайнинг исчез, чтобы появиться прямо перед Мери, замахнувшись своими кинжалами. Мери лишь успела заметить, как клинки сверкнули рядом с шеей воительницы. Время замедлилось.

– [Обсидиановая броня]! – в последней отчаянной попытке успела выкрикнуть Мери.

Воительнице повезло странным образом. Образовавшийся пепел напугал Шайнинга, и он ретировался за спины союзников. Но с его клинка всё равно капала кровь. Мери прижала левую руку к шее. Из-под ладони вытекала небольшая, но уверенная струйка крови.

– Мери! – крикнула Жизель. Вампирка рванула к подруге, даже не заметив, как отшвырнула двух замотанных в чёрное убийц. Напротив левой руки у вампирки мерцала зелёная рамка консоли.

– Я в порядке! – попыталась успокоить подругу Мери.

– Папенька разрешил использовать все мои силы. Он написал, что надо продвигаться к лабиринту любыми способами! – крикнула Жизель, формируя вокруг себя кровавый туман.

– Понятно, – воспользовавшись передышкой, Мери достала бутылочку с зельем лечения и осушила её за раз, швырнув пустой флакончик в одного из врагов.

– Как вы меня бесите! – прошипел Шайнинг. – Не ужели нельзя просто помереть? Тролиха, я серьёзно. Слишком много везения для тебя. Только не говори, что сумела разжалобить какого-нибудь бога?

– [Молот] и [Наковальня]! – Мери не дала ему договорить, размахнувшись клинком. Мощный удар пришёлся по трём противникам сразу. Потяжелевшему клинку воительницы стало наплевать на то, что он был не заточен. Врагов смело в сторону, они запутались, превратившись в одну кучу. Жизель сменила Мери на острие атаки, развивая успех. Острые красные кинжалы оказались невероятно смертоносны. После получения сообщения своего отца с Жизель будто свалился ограничитель. До этого она боялась лишний раз причинять кому-то вред, но теперь действовала решительно и эффективно. Пробежавшись по врагам, как маленький торнадо, вампирка проредила число нападавших, оставив вокруг брызги крови, которые постепенно стали превращаться в кровавый туман, испаряясь.

Улыбка сползла с лица Шайнинга, когда он понял, что вампирка нацелилась на него. По сравнению с людьми, у него было подавляющее превосходство в скорости манёвра, но с высшим вампиром это оказалось не так эффективно. Жизель стремительно приблизилась к предателю, попутно оттолкнув двух врагов. Дуэль на кинжалах началась. Шайнинг использовал свой стиль боя, постоянно исчезая и появляясь. Жёлтые вспышки мелькали как калейдоскоп, но Жизель легко поспевала за его скоростью. В это время Мери врубилась группу нападающих, раздавая удары мечом, под которыми число противников медленно, но верно начало сокращаться. Несколько из них уже лежали на полу не двигаясь.

– Отлично, мы тесним их! – выкрикнул генерал Висконти, разобравшись с ещё одним типом в чёрном.

Жизель продолжала прижимать Шайнинга, превосходя его скорости. Предатель начал паниковать. Быстрый бой был его коньком, но какая-то несносная мелкая вампирка была на голову выше его! Это было неприемлемо.

– [Сверхвспышка]! – Шайнинг злобно скривил рот. Золотая молния зигзагом просочилась мимо Жизель и остальных. Чтобы позволить бандиту появиться за спиной Мери. Но в этот раз было что-то не так. Мери не просто так использовала [Обсидиановую броню]. У воительницы до этого возникали подозрения, что при ношении странного доспеха, время как будто немного замедляется. Сейчас это подтвердилось. Как только Шайнинг выскочил из своей жёлтой вспышки рядом с Мери. Воительница чётко осознала, насколько он медленно движется.

[Удар-Гора]! – воскликнула Мери, ощутив, как клинок легко и неотвратимо врезается в тело Шайнинга. Как с хрустом ломаются рёбра у врага от дробящего удара. Как Шайнинг, с дикой паникой на лице падает на полированный пол. Как катится до стены. Течение времени начало восстанавливать свой обычный темп. Мери вздрогнула, когда Шайнинг, авантюрист «A» ранга, с огромной скоростью стукнулся об стену, обмякнув.

Будучи полностью уверенными в своей победе, убийцы совершенно не ожидали такого отпора, а уж когда количество трупов с их стороны начало расти, и вовсе пали духом. Наёмные убийцы были прекрасными специалистами в своём деле, но всё же предпочитали опираться на фактор внезапности и свои уловки. Они не привыкли к тому, что цель даёт отчаянный отпор. Когда Шайнинг неожиданно повалился на пол, оставшиеся злодеи поняли, что с них хватит, и попытались ретироваться. Несколько из них выпрыгнули в разбитые окна, напротив которых висели три каната. По ним враги спустились ранее. Остальные побежали к двери. Когда у прохода столпилась толпа, раздался выстрел. Мери обернулась, увидев как в руке у Перси дрожал укороченный мушкетон, который он достал из своего стола. Задетые дробью враги повалились, перегородив проход к отступлению. Правитель Конкорсо вышел не таким бесполезным, каким он хотел казаться.

– Добейте их! – завопил кот, размахивая дымящимся дулом мушкетона.

Всё было кончено. Поняв, что бежать некуда, трое несостоявшихся убийц, которые остались в живых, подняли руки вверх, сдаваясь. Мери и генерал забрали у них оружие, пока Жизель медленно приходила в себя. Её глаза горели красным, а лицо напоминало оскал хищного зверя. Мери поёжилась, вспомнив события в селении Сад. Медленно подойдя к ней, воительница аккуратно взяла её за плечи и оттащила от раненого врага на полу. Постепенно Жизель стала возвращаться к своему обычному состоянию. Красный туман, так и не пригодившись, стал растворяться в окружающем воздухе, а блеск в глазах потихоньку утих.

***

Этельред стоял, уперев руки в бока, и наблюдал за проходившим сражением. Двор казарм стражи был усеян трупами с обеих сторон. И обороняющиеся, и нападавшие сцепились, не желая уступать. Стражники Конкорсо были неплохо тренированы, но и нападавшие имели отличные навыки боя. Особенно выделялась группа из трёх человек. Они явно на голову превосходили остальных. Стражники не как не могли совладать с троицей, падая один за другим. В составе тройки был опытный боец с мечом. Рядом с ним орудовал ловкач, размахивая укороченной катаной без гарды, позади тех двоих читал заклинания маг молний. Боец с мечом то и дело рвался вперёд, но остальные два его соратника постоянно останавливали от опрометчивых поступков.

– Я чувствую запах битвы! – воинственно крикнул воин, выполнив восьмёрку мечом. На его голову был накинут капюшон, из-под которого торчали лишь пышные усы комбатанта.

– Сохраняйте внимательность, – предостерёг маг. – Помните, мы ввязались помочь с этим квестом отделу перспективных разработок, только потому, что босс всё ещё отстранён, а нам нужны средства и опыт. Заруинить дело нельзя!

– Смотри, я ниндзя! – обернувшись к товарищу, выпалил боец с катаной, улыбаясь словно ребёнок.

– Ронин, твой класс самурай вообще-то! – проведя ладонью по лицу, огрызнулся маг. – Я ведь просил быть серьёзнее. К чему это ребячество?

– Ты ошибаешься, я ниндзя, – многозначительно ухмыльнулся Ронин из-под капюшона. – Не переживай ты так, Умник! Это простое тестирование для отдела разработки. Мы всё прекрасно помним. Задача – ликвидировать стражу и особенно всех пленников в казармах.

– Верно! – серьёзно подтвердил маг. – И я начинаю нервничать, что взял вас обоих. Особенно Детройта.

– Я ничего не вижу в этом колпаке, – пожаловался мечник, скинув накидку с головы.

– Да стой ты, Детройт! Какого чёрта ты снял плащ?! Это вообще-то тайная миссия. И куда ты всё время лезешь? Сохраняй формацию! – в очередной раз тормознув воина с мечом, выкрикнул маг.

– Герои не прячут своих лиц под капюшонами! – бодро заявил Детройт.

– Ты-то здесь причём? – психанул маг.

Троица прервала свой разговор, когда услышала злобное рычание, направленное в их адрес. Неудержимая жажда убийства распространилась по округе, окатив всех присутствовавших страхом и оцепенением. Волны злобы исходили от единственного существа, которое появилось из здания казарм. Эльф стремительно трансформировался в демона. Его красные волосы пылали огнём, источая потоки силы и ужаса.

– Я вас помню... Я видел… Вы пытались убить мою дочь! Мою драгоценную Лили! Я вам кишки наружу выпущу! – заревел Этельред, заставив огненные крылья вспыхнуть у него за спиной.

– Я его уже где-то видел, – с подозрением прищурился Детройт.

– И это ты называешь простым заданием?! – вытянул физиономию Ронин, тоже скинув свой капюшон. – У нас даже печати неснимаемые. А он выглядит до неприличия сильным.

– РААААААААА! – зарычал Этельред, окончательно расправив свои огненные крылья. Над головой демона вспыхнула корона из пламени. Сражающиеся замерли. И убийцы в чёрном, и стражники остолбенели, устремив свои взгляды на разъярённого демона. Следующий его рык отправил в бегство абсолютно всех. С дикими криками, забыв про битву и нападавшие, и обороняющиеся ринулись убегать кто куда, не выдержав давления устрашения. На своих местах осталась лишь троица, да Певун с Раймундом, опасливо выглядывавшие из проделанной в стене казармы дыры.

– Великая битва началась! – прокричал Детройт, скинув с себя плащ, под которым были спрятаны доспехи. Воин помчался с мечом на перевес. Окрики мага не могли его уже остановить. Этельред ухмыльнулся и одним стремительным прыжком достиг мечника.

– [Испепеление]! – выкрикнул демон, приложив свою руку к кирасе Детройта, пока тот даже не успел толком замахнуться. Раздался яркий взрыв, осветив всполохами пространство. Воин исчез в пламени, чтобы раствориться в нём без остатка. Лишь раскалённые до красна осколки стального доспеха, разлетевшись в разные стороны, стали падать на землю дождём. То, что защищал этот доспех, и вовсе превратилось в ничто.

– Ну-ка попридержите коней, – запаниковал Ронин. – Умник, ты чего за квест взял? Они там что, собрались тестировать рейд-босса?!

– Понятия не имею… – промямлил маг, – Проклятье! У нас и так просадка по уровням из-за прошлого инцидента. Не хватало ещё и здесь скопытится.

– Детройт уже сдох, – Ронин указал на чёрную подпалину, зиявшую на земле. – В очередной раз.

– Чтобы не случилось, идиот всегда верен себе, – нервно хихикнул маг. – Понятия не имею, как ему удаётся поддерживать свой уровень высоким, постоянно погибая.

– Придётся взяться за дело всерьёз! – собрался Ронин. – У меня есть сапоги с защитой от огня. Очень высокоуровневые. Попробую затанковать монстра на себя, а ты поддержи молниями.

– Замётано, – подтвердил маг. Умник едва успел закончить фразу, когда осознал, что демон стоит перед ними. Когда он успел добраться до них, ни Умник ни Ронин так и не поняли.

– [Двойное Испепеление]! – снова изрёк демон, дотронувшись сразу до обоих своими руками. Снова вспыхнуло пламя и двое противников перестали существовать в этом месте и в данное время. Пламя сожрало их без остатка. Спустя пару секунд, лишь пара обугленных [Сапог Огненного Ходока] плюхнулись на землю, источая струйки белёсого дыма обгоревшими краями.

– Я действительно это вижу наяву? – спросил сам себя крапу Раймунд, наблюдая как огненные крылья потихоньку исчезают за спиной у демона.

– Эй, кошак! – рявкнул Этельред, заставив Певуна вздрогнуть. – Знаешь дорогу до лабиринта?

– Мявк! – еле смог выдавить из себя звук утверждения кот, продолжая на автопилоте играть пресловутый марш.

– Отведёшь меня туда? – продолжал спрашивать демон.

– Мявк! – снова согласился катус.

– Отлично! И чего вы застыли? Это была только разминка! – радостно крикнул Этельред, превратившись обратно в эльфа. – Настоящая битва ещё впереди!

Глава 25. В глубинах легенд

Замок Конкорсо после нападения напоминал рассерженный улей. Всюду сновали гвардейцы, морща серьёзные лица. Целый отряд стражи теперь расположился в кабинете лорда-мэра, выслушивая от него причитания и проклятья в адрес нерадивой охраны, чуть не допустившей трагической гибели правителя. Стражники кивали головами и делали вид, что виноваты во всём и сразу, про себя жалея, что у убийц ничего не вышло.

Тут же генерал Висконти раздавал приказы, распоряжаясь, как лучше организовать оборону города. Гонцы и посыльные вереницей крутились вокруг него, а два писца не успевали записывать указания, скрипя перьями по бумаге чуть ли не до дыма.

Жизель и Мери расположились на двух креслах в углу комнаты и старались не отсвечивать. Мери надеялась, что им удастся улизнуть, но пока возможность всё никак не представлялась. То, что они фактически спасли лорда-мэра от гибели, сам Перси забыл спустя примерно пять минут после происшествия, окончательно загоревшись идей затребовать войска из Вечного Королевства, поэтому о том, чтобы отпустить девушек, даже речи не было. К ним приставили гвардейца, который стоял рядом с ними и смотрел, чтобы Жизель и Мери не устроили побег.

– [Mortuorum Evocator Sculptor] – произнёс властный голос маркиза д’Мерле, а затем появился и он сам. От вампира разошёлся зеленоватый мерцающий круг, заставив всех в комнате остолбенеть. Перья писцов застыли на полуслове. Перси, пытавшийся читать нотации очередному стражнику, замолк с открытым ртом и поднятым вверх указательным пальцем. Генерал Висконти и вовсе оказался похож на монументальную статую рыцаря, указывавшую жестом куда-то по направлению окна. [Mortuorum Evocator Sculptor] – было самым высокоуровневым заклинанием паралича, на которое был способен маркиз под действием ограничивающей печати. Заклинание позволяло обездвижить любого, кто попал в магический круг влияния колдовства.

– Папенька! – обрадовалась Жизель, подбежав к своему отцу. На Жизель и Мери заклинание обездвиживания не подействовало, подтвердив, что [Mortuorum Evocator Sculptor] было способно избирательно парализовать по желанию маркиза.

– Прошу прощения, что вам пришлось принять участие в этом беспорядке, – склонив голову, виновато произнёс маркиз. – Что-то я в последнее время совершаю ошибку за ошибкой. Вот и теперь ситуация поменялась не в лучшую сторону. Нужно скорее попасть в лабиринт. Но сперва мне надо поговорить с уважаемым лордом-мэром Перси Шестым. Очень надеюсь, что ему есть что сказать в своё оправдание.

– А?! Что?! Как так?! – после того, как маркиз щёлкнул пальцем, к коту вернулась способность говорить, вместе с возможностью вертеть головой. – Ма-ма-маркиз?! Что всё это значит?!

– Во время покушения вы лишились слуха? – недружелюбно спросил Жофруа. – Я хочу знать, почему вы чините препятствия моей дочери и более того, удерживаете её и её подругу силой в своём замке?

– Это… – глаза Перси забегали в разные стороны, но он всё же взял себя в руки. – Так эти убийцы ваших рук дело?! Как вы низко пали!

– Идиот, – констатировал маркиз, снова щёлкнув пальцами. На этот раз возможность говорить была представлена генералу Висконти, а кот снова застыл, не успев закрыть рта. – Чезаре, корабли Альянса скоро будут здесь. У вас есть, чем им ответить?

– Нет… – честно признался генерал. Весь его лоб покрылся испариной, прежде чем он решился продолжить. – Вы должны понимать. У нас не было выбора. Есть ли хоть небольшая возможность, что войско Вечного Королевства придёт на помощь?

– А ты видишь здесь моё войско? – вопросом на вопрос спросил маркиз. – Мои солдаты не умеют летать, как птицы, а флот противника будет стоять у вас под окнами самоё большее через пять дней, но, скорее всего, они прибудут раньше. Каким образом войско из Вечного сможет пресечь Мозаику с севера на юг за пять дней?

– Никак… – с горечью произнёс генерал.

– Значит, нужно справляться самим, – вздохнул маркиз. – Но я здесь не за этим. Я забираю свою дочь и её подругу. Мы уходим.

– А что делать нам? – выкрикнул Висконти.

– Выбор у вас не богат. Либо сражайтесь, либо сдавайтесь. Но могу подсказать, если сдадитесь, не ждите снисхождения от победителей. Его не будет. Они не затем соскребали флот со всего Синего моря, чтобы тащить его сюда просто на прогулку.

– Что так – смерть, что эдак, – тихо пробормотал генерал.

– Всё же не стоит падать духом. Кое с чем я вам помогу. Хоть я и не должен был вам этого говорить, но я считаю, что врагов интересует Катакомбный лабиринт, а точнее тот, кто там заточён.

– Так значит эти слухи являются правдой? – тень беспокойства пробежала по лицу Чезаре. – В катакомбах действительно сидит лич?

– Да, сидит. Я сам его там запечатал очень много лет назад, – холодно произнёс Жофруа д’Мерле.

– Недавно, мы наняли группу высокоранговых авантюристов, чтобы они решили проблему катакомб. Они уже внутри. Возможно, они смогут вам помочь.

– Их предводителя звали Ардо? – ехидно осведомился маркиз.

– Да, вы знакомы? – кивнул генерал, не поняв сарказма в словах Жофруа. – Их команда выглядела очень квалифицированной, и я приказал выделить им в помощь ещё авантюристов. Отряд уже спустился в глубь лабиринта.

– Прекрасно… – провёл по лицу рукой Жофруа. – Ардо-Меченосец, носящий титул Герой. Известный агент Гегемонии Человечества, с чем я вас, болванов, и поздравляю. Если он доберётся до лича первым, беда будет такая, что гибель Конкорсо покажется всего лишь дракой на сельской ярмарке!

– И как теперь быть… – на генерала было больно смотреть. Его бледное измученное лицо превратилось в какую-то странную маску, сделанную из безысходности и тлена.

– Во-первых, прекратить паниковать, – ободрил генерала маркиз. – Во-вторых, с проблемой лича мы всё ещё можем успеть, если я и мои люди поторопимся. За этим я сюда и прибыл. А в-третьих, у вас целый город с прекрасными укреплениями и отважными защитниками. Не бойтесь дать бой. Иногда и маленькая оса может ужалить так, что слона хватит удар.

– Естественно, мы будем сражаться. Это даже не обсуждается, но шансов нет, – обречённо вздохнул генерал.

– Шансы есть всегда, – Жофруа опустил свою ладонь на плечо Чезаре. – Я обещаю, что как только разберусь с проблемой лабиринта, сам помогу вам с битвой. Постарайтесь хотя бы не проиграть до того момента.

– Хорошо, – согласился генерал Висконти, но уверенности в его голосе не было.

***

Новость об проигранном морском сражении разлетелась по городу за считаные минуты, приведя горожан в замешательство. А нападение на казармы стражи и замок окончательно подлило масла в огонь. Пошёл слух, что город берут штурмом. Если ещё с утра жители были настроены вполне оптимистично, то к концу дня по кварталам Конкорсо, как селевой поток, поползла паника. Чаша весов качнулась, и люди начали уходить из города. У городских ворот образовалась толпа. Вот только проходы было приказано закрыть. Официально это сделали из-за того, чтобы не дать скрыться разбежавшимся по городу неудачным убийцам. В то же время власти преследовали и другую цель. Обширным укреплениям Конкорсо требовалось прорва защитников. Но даже серьёзного гарнизона города не хватало, чтобы полноценно занять все стены и башни, поэтому было принято решение использовать всех горожан, на кого удастся нахлобучить шлем.

Конечно, город сумел накопить войско внутри, да и некоторые отряды всё ещё ожидались со дня надень, но само войско Конкорсо было на так уж и велико, а солидная его часть и вовсе погибла на кораблях, недальновидно отправленная глупым указом Перси в качестве помощи морякам, как абордажная команда кораблей. Всё на что мог рассчитывать город в данный момент – это гарнизон стражи, немногочисленные гвардейцы, цеховое ополчение, некоторая часть войск местных ленд-лордов, да оставшиеся отряды морских пехотинцев, которых не погрузили до этого на корабли. Для протяжённых укреплений города это было ни о чём. Наличествовали также береговые батареи орудий, которые защитникам ещё предстояло распределить по стенам и бастионам. Но пушки в общей своей массе были устаревшие. Подавляющая часть современных орудий Конкорсо к несчастью для Республики затонули вместе с потопленными кораблями.

– Почти пришли, – осмотревшись по сторонам, произнёс Жофруа. – Остальные должны ждать нас на первом этаже лабиринта.

– Надо ещё как-то пройти площадь. Там солидный караул, – пояснила Мери.

– Не проблема, – отмахнулся Жофруа, одновременно с этим достав знакомый меч. – Держи свой клинок, он почему-то висел на поясе у одного из гвардейцев замка.

– Спасибо! – обрадовалась воительница. – Я уже отчаялась увидеть «Люминофор» снова.

– Мы приближаемся к площади. Держитесь ближе ко мне. Я прочитаю заклинание невидимости.

Прошептав что-то под нос, Жофруа взмахнул посохом, образовав полупрозрачный полукупол. Заклинание было похоже на то, что применяла Ти’Глориэль, но имело в своей основе домен магии отличный от воды. Маркиза и девушек словно прикрыла серая тюль, краски мира потеряли цвет, поблёкнув. Под покровом заклинания они проскочили мимо баррикад, сооружённых на площади со входом в лабиринт. Лишь один жрец, дежуривший рядом, завертел головой, что-то почувствовав, но быстро решил, что ему показалось. Вход в Катакомбный лабиринт не имел дверей. Это был просто павильон с проходом внутрь, поэтому приключенцы легко прокрались мимо стражи и проникли на первый этаж подземелья.

Осмотревшись в очередной раз, Жофруа развеял своё заклинание и позвал девушек следовать за ним. Они втроём прошли дальше, рассматривая окружающую обстановку. А посмотреть было на что. Внутри лабиринта оказалось не так темно, как могло бы быть. Тусклые факелы, источавшие блёклый свет, освещали коридоры и проходы. Что заставляло источники света гореть, было не ясно. Скорее всего, в этом деле была замешана магия.

В проходах лабиринта на первом этаже нашлось много посторонних, крайне несвойственных лабиринту строений. В основном это были всевозможные киоски и лотки. Ещё совсем недавно здесь кипела торговля. Ушлые продавцы впаривали приезжим гостям и приключенцам всё «самое необходимое» для похода вглубь. Здесь были и стойки с оружием, и стенды с бронёй с ценами, превышавшими адекватную стоимость минимум в пять раз. Стеллажи с микстурами и прочими расходниками, часть из которых была просрочена ещё до того, как попала на прилавки. Тут же были сувениры и прочий хлам сомнительной полезности. Всё это теперь лежало брошенным на откуп полезшей из глубин лабиринта нежити, которой, впрочем, на сокровища людей с поверхности было как-то наплевать. У мёртвых всегда было своё особое мнение на счёт материальных ценностей. Зомби гораздо более охотно интересовались мозгами торговцев, а не их товарами.

Самих виновников бегства торгашей было не видать. Никаких следов зомби, скелетов или других мертвяков ещё полдня назад валивших по этим проходам толпой, не наблюдалось вовсе. Естественно, какие-то следы оставались. Вот палатка с отметинами когтей. Вот киоск, раскуроченный до состояния отдельно лежащих досок, но всё имущество этих лотков оставалось нетронутым, россыпью валяясь на полу, будто известный художник решил соорудить натюрморт в стиле «естественный хаос».

– Странное ощущение… – пробормотала Мери, рассматривая очередной полуразрушенный киоск с нетронутым барахлом.

– Ели что-то приглянулось, бери не раздумывая, – пояснил Жофруа. – На нижних этажах всё может пригодится.

– Чужое брать нельзя! – возмущённо отругала своего отца Жизель. – Это неправильно.

– Боюсь, что это уже ничьё, – усмехнулся маркиз. – Сколько не живу, всегда одно и тоже. Люди цепляются за своё барахло до последнего, даже могут совершить ужасные поступки из-за простых побрякушек, но как только наступает выбор между жизнью и своим скарбом, почему-то большинство выбирает жизнь. Ценность вещей престаёт моментально интересовать того, чья шкура висит на волоске. Я представляю, как все эти жадные торговцы и прочие лоточники, готовые ободрать как липку любого авантюриста, убегали в ужасе от стайки обычных зомби и скелетов, вопя и молясь всем богам разом.

– Раз уж пошла речь о богах, всегда хотела узнать, – неожиданно даже для себя вымолвила Мери, внимательно посмотрев на Жофруа. – А боги, кто они такие? Например, та же Алл. Ваша жена говорила, что Алл – на самом деле Мать. Если она грозная богиня, тогда что ей нужно от нас, простых смертных? Что такого мы можем совершить, что не может она? Если происходят невероятно важные вещи, не лучше ли ей самой со всем справиться, чем просить помощи у нас, людей?

– Она не может действовать сама, – снова усмехнулся Жофруа. – Скованна по самое не могу запретами и ограничениями, как и остальные, впрочем.

– Выходит, даже бессмертные боги не всесильны? – печально улыбнулась Мери. – Как-то это неправильно.

– Ещё бы. Мало того, что не всесильны, так ещё и не бессмертны. Жалкое зрелище.

– Папенька, вы сейчас снискаете божественную кару, – пискнула Жизель.

– Вряд ли это случится, дочь моя, – лукаво засмеялся Жофруа, а затем продолжил более серьёзно: – Когда-то давным-давно боги пошли войной друг на друга. Это случилось почти сразу после того, как исчез Отец, точнее из-за того, что исчез Виктор.

– Вы уверены, что нам можно слышать нечто подобное? – заволновалась Мери.

– А… Ничего страшного – махнул рукой маркиз. – Всё опять катится под откос к большому конфликту, так что скоро будет не до сохранности маленьких секретов. Виктор Эдем числится истинным создателем этого мира, но творить ему помогали. У него одного ничего бы не вышло, и он обратился к своим… скажем так, друзьям. В первую очередь, это была Алл. Но и её возможностей не хватило бы. Если объяснять попроще, изначальных помощников Виктора со временем стали называть старшими богами. Но Виктор внезапно исчез, оставив вопрос о преемнике открытым. Тут же образовался разлад. Кто встанет во главе всего? У Виктора был прямой потомок, и большинство богов поддержало его. Но были также воздержавшиеся, например, Алая. Они старались не вмешиваться в конфликт, молчаливо поддерживая сторонников Эдема, поэтому нейтралов никогда не выделяли в отдельную фракцию. Но были и другие. Постепенно недовольные собрались в серьёзную силу, не желая видеть потомка Виктора у власти не под каким предлогом. Её возглавил тот, кого вы сейчас знаете, как Бога Тьмы. Он решил, что более достоин встать во главе мира, чем кто-то ещё.

– А что же Алл? – очень тихо спросила Жизель.

– С ней всё гораздо сложнее. Видите ли, хотя её и зовут Мать, это скорее глупый титул, чем что-то большее. Пикантность ситуации в том, что потомок Виктора, не был потомком Алл. У Алл, в силу технических обстоятельств, вообще не может быть никаких потомков. И это злило её до безумия. С Богом Тьмы она была тоже не в ладах. Говорят, что их распря корнями уходит ещё во времена до сотворения нашего мира. Таким образом, сформировалось три полюса силы, которые противоборствуют и по ныне: сторонники Эдема, фракция Бога Тьмы и Алл со своими подчинёнными.

– Невероятно, – еле выдавила из себя Мери. – Выходит, что мы сейчас пляшем под дудку этой Алл?

– Не обязательно, – хмыкнул маркиз. – Бога Тьмы вы тоже знаете. Его зовут Обсидиан.

– Что?! – вскрикнули девушки хором. Маленькое круглое лицо Жизель вытянулось овалом, а тоненькие бровки вампирки попытались пересечь лоб. Мери и вовсе от удивления чуть не выронила свой меч.

– Изумительная реакция, – засмеялся Жофруа. – Поэтому я и говорил, что вы влезли в слишком хлопотные дела, которые явно не по вашему уровню.

– И что нам теперь делать? – заикаясь, спросила Жизель.

– Главное, постараться не попасть под раздачу, а там как пойдёт, – ободряюще вымолвил маркиз. – Но я не договорил. В какой-то момент конфликт богов разошёлся не на шутку. Противоборство длилось долго, но в итоге Обсидиана и его сподвижников сильно прижали. Точно непонятно, что тогда произошло, но Обсидиан применил неизвестную ранее странную магию, или эта была не магия вовсе. В общем, он отобрал у всех богов их бессмертие, включая самого себя. С тех пор разница между обычным жителем этого мира и богом размылась. Единственное, на что мог рассчитывать бог в отличие от смертного после своей кончины, это на возрождение личности и постепенное восстановление своих воспоминаний и сил. Но, умирая, бог снова терял всё и при следующем возрождении был вынужден начинать всё заново. Если бог переродится в теле человека, то проживёт чуть больше чем человек, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

– Не-невероятно! – ошалело пробормотала Мери. – А допустим, божество переродится эльфом, драконом или в виде нежити? Нежить же бессмертна?

– Нежить не совсем бессмертна. Точнее теоретически можно существовать бесконечно долго, поддерживая своё бытие с помощью способностей, но есть и другая сторона медали. Ограничения нежити перекрывают все её достоинства. Жёсткая избирательность в использовании магии, гипервосприимчивость к определённым воздействиям. Невозможность использовать многие умения твоей изначальной расы и класса. Плюс опыт практически не начисляется, уровни почти не растут. Ты словно застываешь во времени, как древняя статуя. Для бога это неприемлемо. Что касается эльфов, то они живут долго, это факт. Иногда слишком долго, что даже раздражает, но и они далеко не бессмертны. Если мне не изменяет память, самым старым эльфом был мудрец Ферендо. Он был настолько уважаем, что даже сами эльфы боялись тревожить его лишний раз. Так он нетревоженный и помер. Драконы тоже известные долгожители. Но есть и неприятная особенность продолжительного существования. Мозг у таких рас работает по-другому. С точки зрения людей и драконы, и эльфы очень часто ведут себя как дети. Это защитный механизм психики, чтобы не свихнуться от долготы прожитых лет. И всё бы ничего, если только ты не являешься огнедышащим монстром или могущественным эльфийским кудесником. То, что тебе покажется невинной шуткой, может оказаться для других народов чуть ли не стихийным бедствием. Именно поэтому люди так не любят эльфийских мудрецов. Что же касается богов, то для них перерождение в эльфа или дракона действительно можно расценивать, как временный выход из сложившегося незавидного положения. Вот только новую жизнь не выбирают. Например, Гелиодор Солнечный по какой-то неведомой причине всегда перерождается в теле человека. А бог механизмов – всегда гном. Если подвести итог, попадание в круг перерождений многие божества восприняли, как личное унижение. И Обсидиана на общей сходке за это нарекли Богом Тьмы.

– Значит, поэтому Алая воюет с ним? – догадалась Мери.

– Опять мимо! – прервал её маркиз. – Алая, одна из немногих, кому в силу своей природы наплевать на это проклятье. Алая не любит демонов, особенно стаю. Эпопею же с противоборством Бога Тьмы и Алой Богини придумали исключительно церковники последней под влиянием агентов Гелиодора Солнечного. А сама Алая почему-то не захотела развеять эту чушь. Или ей было всё равно. Последние века она вообще оставалась неактивной.

– Но тогда получается, что [Обсидиановая Броня] – это силы Бога Тьмы? – расстроенно спросила Мери. – Меня же не накажут за это?

– Ничего страшного, – развёл руками маркиз. – Пользуйся, как раньше.

– Но…

– Мери, всё нормально. Я никому не скажу, – попыталась успокоить подругу Жизель, сочувственно посмотрев на воительницу. От этого взгляда Мери стало ещё больше не по себе.

– Не стоит так огорчаться, – произнёс маркиз. – Бледный, чей собор находится у нас, в Промисе, вообще-то состоит во фракции Обсидиана.

– Да?! – выпучила глазки Жизель. – Вы никогда не говорили про это, папенька.

– Эй! – послышался знакомый голос из тьмы одного из проходов. – У вас тут вечер невероятных историй, а меня не позвали!

Этельред вместе плетущимися за ним Певуном и Раймундом вырулили из бокового прохода. Демон светился от самодовольства, в то время как лица кота и жаба выглядели угнетёнными и растерянными. Эт игрался сувенирной волшебной палочкой, которую он позаимствовал в одном из разваленных ларьков здесь, в лабиринте. Палочка словно кричала о помощи, сыпя белёсые искры на пол каждый раз, как демон взмахивал ей, однако больше никакого волшебства магический предмет из себя не исторгал.

– Вы уже здесь? Как вам удалось пробраться через стражу? Я ожидал увидеть трупы караульных у входа в лабиринт, – поинтересовался Жофруа.

– Мне неохота было гонять тараканов по площади, и я взял этих двоих в охапку и прыгнул сразу ко входу, – отрапортовал Эт. – Охранники толком и не поняли, кто мы такие. Погони за нами не было.

– Хорошо. А где гном? – спросил маркиз, немного напрягшись.

– Понятия не имею. Никто из нас не знает, как добраться до конюшен, поэтому мы за ним не пошли, – отмахнулся Эт. – Да и сам подумай. Слон может и пролезет на первый этаж, но вот по лестнице вниз ты его ни за что не пропихнёшь, разве только частями. Но что-то мне подсказывает, такой способ транспортировки негативно скажется на здоровье слона. А гном без этой животины чуть мене чем бесполезен.

– Заберём их на обратном пути, – нехотя согласился маркиз. – А теперь поторопимся, соперники уже опережают нашу команду на полдня.

– Пока вас ждали, мы нашли ступени вниз, на следующий этаж. Это недалеко от сюда, – пояснил Раймунд, поёжившись. Жабу явно было не по себе в подземелье. Здесь было не развернуться, от рыцарского копья не было никакого толку, а стены и пол словно источали холод.

– Но мы не спускались вниз, – издал мяукающий звук Певун. Кот находился в противоречивых чувствах. Произошедшее в казармах сильно повлияло на него. После того, как стало ясно, что их эльф-чародей на самом деле никакой не эльф, Певун всё время опасливо посматривал на демона. У барда душа почти уходила в пятки от страха. Но, с другой стороны, новая лютня Певуна была настолько великолепна, что горечь утраты Мелюзины, почти сразу сменилась радостью от приобретения воистину феноменального инструмента.

Команда отправилась по направлению лестницы вниз. Она нашлась спустя километр подземных ходов. Сами этажи лабиринта были огромны, занимая по площади не многим меньше города Конкорсо. Лестницы, соединявшие уровни, располагались хаотично. Какие-то были расположены почти в притык друг к другу, другие находились на противоположных концах этажа. Не зная, куда идти, можно было основательно заплутать в извилистых коридорах, комнатах ответвлениях, боковых проходах, тупиках. К счастью для команды, маркиз, как оказалось, знал, куда примерно идти.

– Надо пояснить, – обратился он к команде, когда они наконец добрались до лестницы вниз. – Жизель и Мери уже знают, остальным сообщаю сейчас. В глубине катакомб запечатан лич. Очень сильный лич. Он-то нам и нужен.

– Это такой мертвяк, который может колдовать и повелевать нежитью?! – издал протяжный стон Певун. – Я, как знаток легенд, могу вам заявить. Все эти немёртвые ребята – на голову двинутые невменяемые безумцы. Зачем нам вообще связываться с подобной персоной?

– Естественно, чтобы его выпустить, – как не в чём не бывало пояснил Жофруа.

– Хотелось бы узнать, для чего? – спросила Мери, начиная раздражаться. – Вы же сами сказали, что запечатали его давным-давно.

– Запечатал, – подтвердил Жофруа. – Я это сделал потому, что проблема на тот момент не имела надлежащего решения. Но сейчас у нас есть подарок от Алл.

– Подождите! Фтероти, которую мы ищем и есть лич? – догадалась Жизель.

– Только чтобы уточнить, – кот как-то странно посмотрел на Жофруа. – Барды знают много бесполезной информации. Мне, например, известно, что одним из прозвищ Пернатой, было – Фтероти. А другая легенда гласит, что Пернатая спит в усыпальнице в сердце Катакомбного Лабиринта Конкорсо.

– Молва со временем всё вывернула с ног на уши, – пояснил Жофруа, загадочно посмотрев на кота. – Мою старую знакомую звали Сойка Фтероти. И у неё было прозвище, которое прилипло к ней несколько сильнее, чем надо бы – Пернатая. И боюсь, что она совсем не спит, точнее она не умеет спать в теперешнем её состоянии. Впрочем, она ограничена в передвижении, и не сможет покинуть самый нижний этаж лабиринта, так что можно назвать это последним пристанищем. Или усыпальницей.

– Раньше близкие сподвижники богов иногда брали их имена или прозвища, – выкрикнул бард, уставившись на маркиза. – Сойка Фтероти была одной из приближённых Пернатой Богини? Я угадал? Значит, вот как появилась легенда Катакомбного Лабиринта!

– Скоро сами всё увидите, – не стал разубеждать барда маркиз.

Спустившись на следующий этаж лабиринта, команда увидела разбросанные кости скелетов и части тел зомби, которые начали уже усыхать. Их соперники прошли здесь какое-то время назад, расчистив себе путь. То ли они уничтожили всю нежить, то ли немёртвые передумали атаковать, но этаж казался таким же пустынным, как и первый уровень.

Маркиз покопался в нескольких грудах костей, а затем подтвердил, что ещё совсем недавно эти остатки вполне могли двигаться и размахивать мечами или копьями. Ардо и его спутники знали своё дело, поэтому у напавшей на них нежити не было ни шанса.

– Чем глубже будем забираться, – пояснил маркиз, – тем сильнее и опаснее должна быть нежить. Дальше нашим соперникам будет не так легко, и я очень надеюсь, что они замедлятся, и мы сможем их нагнать.

– А можно поинтересоваться? – растерянно спросил Певун. – Ну вот догоним мы их. И что дальше? Что нам с ними делать?

– Кот, ты не знаешь, что надо делать с врагами? – издевательски спросил Эт. – Дайте только добраться до них, я им устрою адское пекло!

– Спасибо за ответ… – Певун тут же прикусил язык, вспомнив события в казармах стражи.

Одолев пять этажей, приключенцы так и не смогли догнать команду Ардо. За героем Гегемонии лишь тянулся отчётливый белёсый след из костей, упокоенной навеки нежити, рискнувшей напасть на героя. Добравшись до спуска на шестой этаж, Жофруа решил, что на сегодня хватит, и команда устроила привал, тем более что на поверхности была глубокая ночь. Авантюристы расположились в небольшом зале, выглядевшем относительно чисто. В комнате наличествовала дверь, которую можно было подпереть, а вход был один. Это позволило хоть как-то защититься от нежити, если она соблаговолит наконец обратить на них своё внимание. Но нежить предпочитала их упорно не замечать, ошиваясь где-то ещё, в другом месте.

Мери это вполне устраивало. Постелив на пол свой плащ, она расположилась в углу комнаты, облокотившись на стену спиной. Рядом с ней устроилась Жизель. Жофруа достал несколько галет и раздал их остальным. Приключенцы принялись хрустеть, без особого энтузиазма пытаясь разгрызть невкусные галеты. Их основное продовольствие отобрали стражники ещё при входе в город, сославшись на необходимость конфискации провианта. Потом Жофруа отправился в замок Конкорсо, а Этельред даже и не подумал озаботится такой маловажной проблемой, как провиант, и сразу после битвы в казармах потребовал показать дорогу в лабиринт. Раймунд и Певун не посмели ему возразить. Благодаря таким опрометчивым поступкам, команда вынуждена была довольствоваться лишь небольшим запасом галет, которые удалось незаметно позаимствовать у охранявших вход в лабиринт стражников.

С водой оказалось сложнее, её вообще никто не догадался захватить, а сколько ещё времени займёт поход по лабиринту не знал даже маркиз. Жофруа предложил поискать источник в самом лабиринте, сославшись на то, что припоминал подобный родник на каком-то из средних этажей. Но использовать воду в подземелье, кишащем нежитью, не хотел никто.

– Да сколько можно сидеть в темноте! – вдруг воскликнул Эт, щёлкнув пальцами. В центре зала на полу вспыхнул огонь, постепенно превратившись в костерок, от которого исходило приятное тепло. Ни у кого из команды не возникло желания возразить, приключенцы, даже маркиз, не сговариваясь, приблизились к очагу, который горел одним лишь пламенем, не имея в наличии дров.

– Воистину, магия – невероятная вещь! – подставив застуженный бок к огню, восхитился Раймунд. – Должно быть и эти катакомбы устроили с помощью волшебства. Не могу представить, чтобы такую прорву работы совершили только с помощью кирки и лопаты.

– Этот лабиринт ещё не самый большой, – пояснил Жофруа. – Подземелий было построено бесчисленное множество. Наиболее обширное из них расположено далеко на юге от сюда и насчитывает по проекту сто пятьдесят пять этажей.

– А зачем же их построили? – осведомился Раймунд.

– В качестве игрушек, – зевнул Этельред. – Предполагалось, что туристы будут проходить их, зарабатывая опыт, а мальчишка Эдем будет зарабатывать деньги.

– Эт, не стоит про это, – поморщился Жофруа.

– Тебе можно рассказывать истории, а мне нет?

– Хмпф… – маркиз показательно отвернулся от очага.

– Простите, но про каких туристов вы говорите? – моментально заинтересовался Певун.

– Туристы всегда одинаковы, кем бы они не были, – продолжил рассказ Эт. – Виктор Эдем мечтал о мире, в который он сможет сбежать от своих страхов и проблем. А его внука интересуют только богатства. Он на всё смотрит через золотое зеркало. И если что-то не принесёт ему дохода, это должно быть убрано, как ненужное и бесполезное. Именно поэтому Алл разозлилась, когда поняла, что из уютного мирка, который потихоньку ваял Виктор и остальные, пытаются создать дойную корову.

– Ничего не понимаю, – замотал головой Певун. – Какой мир? Какие коровы?

– Так сразу не разберётесь, – маркиз понял, что пора вмешаться. – Как выполним задание, расскажу вам больше. Сейчас же нужно сосредоточится на поиске Фтероти.

– Но что будет, если этот Ардо найдёт её первой?

– Большая беда, – процедил маркиз. – Они, скорее всего, попытаются её убить. А разум Фтероти в теперешнем незавидном посмертии окончательно исказился.

– Он имеет ввиду, если Сойка разойдётся, – заметил Эт, почему-то потирая правую скулу. – Городу придёт конец, а может, и не только городу. Эти дилетанты наломают дров, но вряд ли победят её, а вот сдерживающую печать вскрыть вполне могут.

– Так вы же сами хотели её освободить, или нет? – замотал головой бард в недоумении.

– Да потому что у нас теперь есть лекарство! – выпалил маркиз, выхватив коробочку с орехом жизни. – Это артефакт мирового уровня. Он позволяет вернуть любую нежить обратно, как бы абсурдно это не звучало. Сумев излечить Сойку, мы получим ценного союзника, но если в дело влезет кто-то, типа этого Ардо, то ситуация может выйти из-под контроля, и мир действительно получит безумного монстра, которого никто не сможет остановить!

– Так уж и никто? – гордо спросил Эт.

– Один раз она тебе уже наваляла, – заметил маркиз.

– Я был не в форме! – начал оправдываться Эт, словно он был провинившимся школяром. – Это не считается! И к тому же мой последний удар не прошёл для неё даром.

– Да… – маркиз как-то сразу сник. – Этот бой стоил нам развала команды. А бедной Сойке её бытия.

– Команды? – приготовился внимательно слушать Певун, навострив свои ушки. У кота был нюх на интересные истории, и предчувствие подсказывало ему, что сейчас он услышит действительно что-то уникальное. Но даже искушённый легендами бард не ожидал того, что поведает маркиз.

– Когда-то нас все знали под именем «Живодёры», – тихо произнёс Жофруа, заставив измениться лицом и жаба и кота, особенно кота, который так растопырил уши, что они заняли у него полголовы, превратившись в два локатора. – И Сойка Фтероти была самой сильной из нас.

Глава 26. Незабываемое представление

Утро следующего дня выдалось в подземелье таким же, как и во все другие дни, то есть абсолютно непримечательным. Солнце не взошло над шершавым потолком, а из затхлых проходов не запели птицы. Но что более важно, нежить не пробудилась с приходом утра и не пришла поприветствовать приключенцев, что не могло не радовать команду. Певун, потянувшись, зевнул и тут же закашлялся от пересохшего горла, рядом жаб выглядел не лучшим образом. Диета из сухих галет при отсутствии питьевой воды сказалась на всех участниках похода.

– Первым делом найдём родник, – осмотрел команду Жофруа.

– Та вода наверняка отравлена нежитью! – пожаловалась Мери, рассматривая несколько галет, которые она никак не смогла бы сейчас проглотить.

– Опять галеты! – воскликнул Эт, когда маркиз всучил ему свою долю. – Тому, кто придумал эту гадость, надо устроить персональную экзекуцию.

– Не жалуйся. Больше ничего нет, – развёл руками маркиз. – Ты мог захватить припасы из казармы, но не сделал этого.

– Вот буду я ещё заниматься подобной ерундой, – насупился Эт, скрестив руки на груди.

– Тогда грызи галеты, – подвёл итог маркиз.

– А почему мы не можем просто использовать инвентарь? – заявил Эт.

– У меня нет места под еду, – зло огрызнулся маркиз, – Всё пространство занято нужными вещами, провиант уже некуда складывать. Но если совсем припрёт, есть набор зелий, ими тоже можно утолить жажду.

– А… У тебя хранилище же ограниченно, – расплылся в насмешливой ухмылке Эт. – Как я мог забыть.

– Подожди, ты хочешь сказать, что у тебя в инвентаре есть припасы? – уставился на демона маркиз.

– Конечно есть, – кивнул Эт. – Мой карман по шире твоего будет.

– Так какого дьявола ты не сказал об этом раньше?! – вскричал маркиз, переполошив остальных.

– Вы и не спрашивали, – пожал плечами Эт. – Я думал, что это такая игра. Тайные миссии. Спасение мира. Ужин из галет. Вроде того, что участники должны терпеть невзгоды и лишения.

– Перед вами классический пример, как неправильно устроены мозги долгожителя, – махнул рукой Жофруа в сторону демона. – Эт, будь добр, достань из инвентаря еду и воду.

– Так сразу бы попросили! – Эт развернул зелёную рамку, которая по команде превратилась в ящик. Из неё демон начал вытаскивать, как из воздуха, разную снедь. Под удивлёнными взглядами авантюристов на грязный пол комнаты были выставлены парочка больших мясных рулетов, запечённая рыба, хлеб, какие-то фрукты. Рядом с едой появились несколько закупоренных бутылочек с напитком. На небольших этикетках виднелись изображения цитрусовых.

– Лимонад?! – остолбенел Жофруа, когда с характерным «пшик» открыл одну из бутылок.

– А что такого? У нас в Нижнем Мире его давно делают, – невозмутимо ответил на возглас вампира Эт. – Я всегда храню запас в инвентаре. Удобно очень. Продукты там не портятся, и лимонад не выветривается тоже. Но есть и фляжки с простой водой, если надо. Я слышал, что котам противопоказана газировка.

Насмотревшись на множество странных вещей за последние недели Мери и Жизель смогли быстро принять, что завтрак достали из воздуха, а вот Певуна и Раймунда пришлось долго уговаривать, доказывая, что еда настоящая. Они совсем не ожидали, что перед ними, как по волшебству, вдруг появится столько снеди, особенно если недавно в расположении команды были одни галеты. Когда катусу вручили бутылку с лимонадом, наконец уговорив его попробовать, он, отпив немного, начал фыркать, так как пузыри попали ему в нос.

– Что за странная штука? – принюхиваясь к газировке, пробормотал кот. Однако несмотря на свою настороженность, бутылочку с лимонадом он осушил довольно быстро, когда распробовал. В отличие от Певуна, жабу газировка пришлась решительно не по вкусу, поэтому Эт снова открыл волшебный ящик, вынув оттуда уже фляжку с обычной питьевой водой.

Когда с завтраком было покончено команда засобиралась дальше. Нужно было нагнать Ардо и его людей, которые по предположению маркиза должны были находится где-то на серединных уровнях подземелья. Но маркиз не исключал, что противники могли вовсе обойтись без привала, тогда догнать их представлялось нелёгкой задачей.

– Прибавим ходу! – подгонял маркиз остальных. – Воспользуемся тем, что нежить на нас не нападает и догоним этого Ардо уже наконец.

В пути прошёл целый день. Команда слонялась по проходам, ведомая маркизом. Но и Жофруа, как оказалось, плохо помнил путь, ведь прошло очень много времени с момента, как он последний раз был здесь. Мери старалась отмечать, сколько этажей они прошли. Но все они были одинаковыми, поэтому воительница могла ответить только то, что они спустились ниже пятнадцатого. Дальше Мери считать перестала. Нежить по-прежнему не появлялась, уверенно игнорируя команду, а на группу Ардо мертвяки кидались со всем остервенением. Это было хорошо видно по пути, усеянному костьми и кусками развалившихся зомби. Всё это было присыпано горстками пепла, подтверждая, что под началом Ардо был талантливый жрец-экзорцист.

– Послушай, я что-то не понял, – осведомился Эт, остановив вдруг всю команду где-то посередине этажа. – Я правильно мыслю, что неважно каким способом мы достигнем дна?

– Чем ты недоволен? – раздражённо спросил маркиз. – Я и так веду нас кротчайшей дорогой от лестницы до лестницы.

– Мне надоели эти детские игры, – процедил Эт, неожиданно выхватив свой эльфийского вида палаш из-за пояса. – Я чувствую себя, как подопытный хомяк, слоняющийся по настольному лабиринту в поисках жрачки! Пора самим прорубить себе путь.

– Эт, ты что! – схватился за голову Жофруа. – С ума сошёл? Алл нас живьём сожрёт! Да и ограничивающая печать не даст провернуть, что ты задумал! Сил не хватит.

– Как будто какая-то несчастная печать способна меня удержать! – воскликнул демон.

– Эт, одумайся! – ещё раз попытался образумить его Жофруа. – Зачем я только взял тебя с собой? И этот твой меч. Нельзя просто так его использовать! Он один из величайших шедевров нашего мира!

– Отстань, зануда! – огрызнулся на маркиза Эт. – Тебе нужно как можно быстрее попасть к Сойке? Вот я и собираюсь поспособствовать этому! [Разлома Ада]!

Эт воткнул палаш в пол. Острие вошло в щербатый камень, как нож в масло. У демона за спиной снова вспыхнули огненные крылья. От вошедшего лезвия побежала трещина, расширяясь с сумасшедшей скоростью. Раздался сильный треск раскалывающейся скалы. Пролом разросся до ширины хорошего оврага, разъедая пол этажа. Грохот усилился. Звук каменного крошева послышался отовсюду. Разлом тем временем разросся, позволяя заглянуть на этаж ниже. Когда испуганные авантюристы, приблизились к краю обвала, то охнули от увиденной картины. Оказывается, провал не ограничился одним этажом, вгрызаясь в глубь ярусов лабиринта. Чёрная непроглядная пропасть зияла на месте, пройдя через все уровни подземелья до самого низа.

– Я ведь не сплю? – едва разомкнув рот, выдал Певун.

– Это уже просто за гранью… – присвистнула Мери, спихнув ногой небольшой камушек, который, полетев в глубину, так и не издал звука соприкосновения с поверхностью, наглядно поясняя, как на самом деле глубока была пропасть.

– Нарушение правил пребывания в лабиринте, порча казённого имущества, – начал встревоженно загибать пальцы Жофруа. – Использование несовершенства системы в своих целях… Алл этого так не оставит. Даже представить боюсь, во что выльется твоя глупость.

– Если возникнут проблемы, вали всё на меня, – беззаботно ответил ему Эт.

– Непременно свалю, не сомневайся! Это же ты и виноват. Мы тут не причём! – выкрикнул Жофруа, указав пальцем на демона.

– Вы собираетесь спускаться коротким путём, или предпочитаете лестницы? – с издёвкой спросил Этельред.

– Ну, теперь глупо было бы не воспользоваться открывшейся возможностью, – залепетал маркиз, поглядывая в глубь разлома. – Пусть тогда лучше укрепляют пол от воздействий в следующий раз.

– Я про это и говорю! – обрадовался Эт. – Нагородили халтуры, что простой демон может разрушить, особо не напрягаясь. Пусть сами теперь отвечают. Мы-то здесь причём, если просто провалились в текстуры?

– Я очень хочу посмотреть, как ты это будешь объяснять Алл, – вздохнул Жофруа, открыв свой инвентарь, из которого появилось несколько крепких верёвок с крюками. – Насчёт того, чтобы на самом деле не провалиться вниз. Надо подумать, где мы можем закрепить снаряжение, и насколько этажей хватит длины верёвки. У меня ещё есть запас, но всё же не так уж и много.

– Для меня не составит вреда спрыгнуть на следующий этаж и без верёвки, – вызвался Раймунд. – Хотелось бы предложить такой план. Вы спускаетесь первыми на всю длину верёвок, а я остаюсь здесь. Как только верёвка закончится, дайте мне знать. Я её отвяжу, и доберусь до вас прыжками спускаясь по этажам. А дальше повторим столько раз, сколько потребуется.

– Отличная идея! – воскликнула Жизель. – Я бы сама никогда до такого не додумалась.

Спуск вниз занял ещё несколько часов. Оказалось, что демон пробил этажи вплоть до предпоследнего. Самый нижний уровень был сделан гораздо крепче, поэтому удар выдержал. Эт попытался пробить и его, но Жофруа на сей раз сумел удержать демона от необдуманных последствий, и команда поплелась в поисках лестницы вниз.

Они брели по проходу до тех пор, пока не вырулили на туннель побольше. Всё пространство внутри него было устлано костями со следами ударов и магическими подпалинами. Выходило, что группа Ардо уже прошла здесь, оставив свой след в подземелье. Это привело Жофруа в нетерпение. Он стал ещё быстрее подгонять команду. И спустя примерно час приключенцы стояли у спуска на последний этаж лабиринта. Рядом с лестницей громоздились три изрубленных комплекта старых лат, в которых лежали кости. Три старших рыцаря скелета были повержены, но и нападавшим досталось. На одной из стен виднелось отчётливое кровавое пятно с подтёками до пола. Как будто кого-то бросили туда со всей нечеловеческой силой. Самого раненого не было видно. Его или сумели поднять на ноги, или просто унесли с собой. Второе виделось более вероятным.

***

Последний этаж отличался от остальных. Камень, из которого были выложены стены и пол, отдавал фиолетовым и на вид был очень прочен. В отличие от других этажей, этот выглядел гораздо моложе, или точнее он просто лучше сохранился благодаря своей усиленной прочности. Все стены были украшены рельефами, а кое где даже сохранились фрески, повествуя о разных событиях далёкого прошлого. Были тут и батальные сцены, и миниатюры изображавшие повседневный быт. На одной из стен виднелась схема сбора винограда, изображённая с исключительной дотошностью. А рядом с ней соседствовал широкий рисунок, повествующий, как две армии схлестнулись друг с другом. Мери попыталась узнать штандарты, но так и не смогла идентифицировать ни одного герба сражающихся.

– На нижнем этаже любого лабиринта располагается зал главного монстра, который зовётся мастер подземелья – пояснил остальным маркиз. – По первоначальной задумке хотели в каждом подземелье поселить по выдающемуся монстру, который бы выступал как финальное испытание для сумевших достичь последнего этажа. А в свободное от сражений время мог руководить подземельем и населявшими его обитателями. В Катакомбный Лабиринт финального монстра так и не подселили. Я воспользовался этим и запечатал здесь Сойку, чтобы она не натворила ужасов на поверхности.

– Из чего они сложили эту кладку? – пожаловался Этельред, безуспешно пытаясь поцарапать рельефный камень стены когтистым пальцем.

– Пурпурный гранит, я думаю, – ответил маркиз. – Но даже его было бы недостаточно, чтобы выдержать твой удар. Вернее всего, финальный этаж ещё защитили технической командой на неразрушаемость от всяких вандалов. Я бы точно сделал именно так, если бы был строителем. По умолчанию, мастер подземелья – эпическая тварь. Его приёмы и магия не должны рушить его же обиталище.

Раздавшийся звук быстро приближающихся шагов заставил маркиза замолчать. Команда выстроилась на изготовку в ожидании незнакомца. Неизвестный человек действительно показался спустя непродолжительное время. Он бежал, не разбирая дороги, прижимая правой рукой левое плечо. Из-под ладони стекала кровь, испачкав всю левую руку. Капли падали на пол, оставляя кровавый след за раненым. Незнакомец нёсся не глядя, куда он бежит. Он даже не заметил, что на него уставилась целая команда приключенцев.

– Эй, ты! – громко окликнул беглеца Эт, заставив того вздрогнуть.

– А… – остановившись, незнакомец стал тупо таращится на приключенцев. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, что перед ним стоят не скелеты и зомби, а такие же авантюристы как он.

– П-подкрепление? – вымолвил незнакомец, пытаясь при этом не расплакаться. – Там… Дальше… Это безумие… Они все сошли с ума, я не виноват. Я просто хочу жить!

– Сбежал из битвы, трус? – догадался Раймунд, изобразив суровое лицо.

– А что мне ещё оставалось делать?! – заныл незнакомец, роняя слёзы на пол. – Этот Ардо – просто псих. Он привёл всех на смерть. Тащил нас без сна и отдыха. Их жрица читала какие-то молитвы, и мы не чувствовали ни упадка сил, ни голода. Прорубались через толпы этих зомби и скелетов и бог весть ещё кого! Этаж за этажом…

– Это мы уже поняли, – спокойно изрёк Жофруа. – За вами тянулся след из поверженной нежити.

– Да! – выпалил незнакомец. – Почти четверть наших полегло, пока мы добрались до последнего этажа.

– А где же трупы? Мы не нашли ни одного, – вопросительно склонил голову Певун.

– А сам то как думаешь? – выругался беглец. – Во что превращаются трупы в подземелье с нежитью?

– Фррр! – поморщился бард.

– Да уж. Незавидная судьба, – согласилась Мери.

– Это ещё пол беды. С обычными мертвяками мы худо-бедно справлялись! – начал причитать беглец. – Но дальше… Когда мы вбежали в этот проклятый зал... Как вообще можно победить что-то подобное?! Там засел бессмертный монстр. Ужас! Оно призывает нежить, сколько пожелает, а само целёхонькое сидит в тылу. Там установлен каменный трон. На троне и восседает костяной злыдень. Глаза горят огнём. Две руки нормальные. А ещё две из спины торчат. А вместо лица огромный клюв, и всё щёлкает им и щёлкает. Я вам говорю, это исчадие ада. Мы потревожили злого бога!

– Я этого и боялся, – понимающе вздохнул маркиз. – Система признала Сойку в качестве мастера этого подземелья. Теперь она может управлять его ресурсами и мобами.

– Бой ещё не закончен. Мы можем успеть. Показывай, куда идти! – рявкнула Мери на беглеца, но тот только замотал головой, разбрызгивая ещё больше слёз и соплей в разные стороны.

– Нет! Я туда не вернусь! Там ждёт только смерть! Хватит! Отпустите меня домой! – заорал беглец, рванув к выходу на предыдущий этаж. Через какое-то время раздался его глухой задавленный крик. Нежить, игнорировавшая команду маркиза, как оказалось, никуда не девалась. Ещё несколько криков послышалось по направлению лестницы наверх, а затем мучения отчаявшегося беглеца прекратились.

– Ничего себе, – покачала головой Мери. – Мы ведь там только что спокойно прошли. Не повезло бедолаге.

– Дело не в везении, – пояснил Жофруа, продолжая вглядываться по направлению, куда убежал несчастный. – Сойка всегда оставалась частью «Живодёров». Я предполагаю, из-за этого монстры подземелья, подчиняющиеся ей, просто не видят в нас угрозы. Это обнадёживает. Может, у неё ещё сохранились остатки разума. Давайте поторопимся и остановим дураков, пока они совсем не заигрались с силами, которые им не по зубам.

По мере приближения к месту заточения Сойки, стало понятно, что бой в самом разгаре. Слышались лязг оружия, треск костей, взрывы заклинаний. Свистели стрелы. Крики то и дело разносились по коридорам последнего уровня лабиринта.

Жофруа бежал во главе отряда, подгоняя команду. Отряд с оружием на изготовку собирался вступить в бой. Только Этельред, казалось, как-то приуныл и подрастерял свою инициативу. Демон держался в самом конце, замыкая отряд, постоянно что-то бормоча себе под нос. Наконец, приключенцы заметили большие деревянные двери, сорванные с петель и валявшиеся теперь на полу, изрубленные топором. Железная оковка дверей была оторвана, смята и выкинута подальше, в противоположный угол.

Маркиз сходу ворвался внутрь зала. Остальные последовали за ним. Внутри творилось сражение не на жизнь, а на смерть. Несколько десятков авантюристов пытались оттеснить нежить. Но мертвяки бодро держали удар. Вместе с простыми зомби и прочей низшей нежитью внутри финального зала оказались рыцари скелеты, закованные в ржавую, но всё ещё прочную латную броню, внутри которой гремели древние кости. Зомби-минотавры, возвышаясь над толпой, как башни, держали в руках огромные дубины, которыми они щедро одаривали своих противников. Достаточно было одного удара, чтобы превратить опытного авантюриста в бесформенный, истекавший кровью кусок, лежащий на полу.

В центре зала на круглом возвышении восседал лич. Каменный трон его искрошился и весь был исполосован трещинами. Но сам монстр прекрасно себя чувствовал. Это было странное отталкивающее существо, сохранившее один скелет. Лишь небольшие иссушённые ошмётки старой плоти свисали с глянцево-белых костей. По виду создание напоминало гуманоида, но, как и сказал беглец, из спины монстра прикреплённые к лопаткам росли ещё две руки со странными длинными тонкими пальцами. Эти две конечности представляли из себя не что иное, как остатки крыльев существа. Вполне человеческий череп создания имел один странный дефект. Вместо носа челюстей на пол лица с верху вниз проходил массивный клюв, как у попугая.

Существо оставалось недвижимым, лишь наблюдая, как к нему через толпу нежити пытаются прорваться авантюристы. Ардо был на острие атаки, размахивая своим великолепным мечом. Агент Гегемонии оказался действительно выдающимся воином. Даже рыцари скелеты падали под его ударами. Сильверрейн не отставал от своего предводителя ловко орудуя саблей. Рядом с ними Джордж крушил неживые черепа своими топорами, действуя мене изящно, но не менее эффективно. А жрица Шейла читала эпитафии, разлагая подставившихся мертвяков в пыль.

Да и остальные приключенцы были не промах. Несколько воинов в доспехах составили компанию группе Ардо уверенно противостоя нежити. Особенно выделялся один крупный катус тигрового окраса. Кот свирепо раздавал удары двуручным клинком, отправляя нежить на покой пачками. Рядом с ним сновали несколько бойцов в лёгких доспехах, делавшие ставку не на защиту, а на уклонение. Они орудовали кинжалами и короткими мечами, коля ими мёртвых рыцарей. Семь магов, помогавшие бойцам заклинаниями, расположились поодаль от центра сражения. Четвёрка воинов и ловкачей защищали магов от мертвяков, которым иногда удавалось прорваться через атакующую команду. Вместе с группой волшебников затесались жрица Алой богини, и жрец Пернатой в цветастом одеянии, как у менестреля, помогая прямо во время боя залечивать лёгкие повреждения. В команде были даже лучник и три арбалетчика, которые сконцентрировались на дальних атаках, поливая стрелами зомби-минотавров, из-за чего некоторые из них выглядели уже как ежи, но продолжали сражаться.

Однако, судя по лежавшим на полу телам, дела у команды авантюристов шли не так уж и хорошо. Хотя нежить потихоньку и отступала, но не забывала при этом взимать свою плату за битву. Вдруг один из убитых шевельнулся и в следующую секунду кинулся на Ардо, разинув рот. Меченосец совершил ловкий выпад, за раз отсекая голову бывшему соратнику, а Шейла тут же наложила на обезглавленного обряд очищения, и беспокойный покойник умер уже окончательно, рассыпавшись в пыль.

– Сойка, на тебя больно смотреть… – пробормотал Жофруа, немного смутившись. – Столько лет прошло, вот и свиделись.

Монстр на троне повернул свою голову в сторону вновь прибывших, осматривая их пустыми глазами, в которых где-то в глубине тлел огонёк. Пошевелившись, словно отходя ото сна, костяная фигура поднялась с трона, испугав не на шутку авантюристов. Монстр поднял в верх правую руку в знак приветствия.

– У тебя ещё остался разум? Как хорошо. Нужно немедленно прекратить эту бессмысленную битву. Именем Республики, прекратите сражение! Я сказал, отойдите от неё! – Жофруа развернул свиток-грамоту с приказами генерала Висконти. Но в пылу шума битвы его слова прошли мимо ушей. Бой продолжался, как ни в чём не бывало. Авантюристы кричали, отчаянно нанося удары нежити. Маги кастовали заклинания, а жрецы поддерживали всех благословениями и лечением.

– Подкрепление прибыло! – заорал один из авантюристов увидав подоспевшую команду во главе с Жофруа. – Не робейте, народ! Прорвёмся!

– Прекратить атаку! – безуспешно кричал Жофруа, пытаясь остановит сражение.

– Бесполезно! – воинственно выкрикнула Мери.

Монстр раздвинул руки, артистично вскинув их вверх. Над головой у повелителя нежити появилась надпись [Приветственный фейерверк].

– Приготовится! – крикнул Жофруа. – [Туманный щит]!

Перед маркизом возникло и распространилось вперёд облако непрозрачного пара, а в следующий миг последовал взрыв, как будто разорвалась сигнальная ракета, но в тысячи раз сильнее. Разнообразные искры от малинового до ярко-оранжевого разлетелись сверкающей астрой, озарив всех ярким светом. Тех авантюристов, кто стоял ближе всего к взрыву, разбросало в разные стороны, в том числе и катуса-гиганта, опалив ему всю правую половину тела. Кот взревел, как раненый тигр, и отполз на четвереньках назад. Остальным его соратникам, которые находились рядом с катусом, повезло гораздом меньше. Они так и остались лежать недвижимыми. И по ним теперь топталась нежить.

Те же, кого успел укрыть туман, остались невредимыми. После взрыва марево начало рассеиваться, растворяя остатки магической вспышки в затхлом воздухе. Агентов Гегемонии прикрыл Сильверрейн, создав большой щит из серебристого металла. Барьер позволил укрыться Ардо, Джорджу и Шейле, отделив их от остальной части авантюристов.

– Каким образом она использовала магию? – промяукал Певун, тыча трясущимся пальцем в сторону повелительницы нежити. – Ей же нечем читать заклинания!

– Запросто! Изначальный класс Сойки – [Заклинательница огня], – быстро пояснил Жофруа. – Забытое теперь искусство, раньше было очень популярно и востребовано. Главная особенность заклинателей в том, что они могут не читать заклинания, а объявлять их другим удобным способом. В данном случае с помощью демонстрирования надписей!

– Это же полный бред! – стал возмущаться певун. – Я тоже так хочу. Нацарапал надпись, и швыряй волшебство в кого угодно!

Глаза монстра на троне запылали огнём. Сойка, наконец, заметила Этельреда, появившегося последним. По залу разлетелся поток силы. Костяная повелительница подпрыгнула, в руках её появились две палки похожие на жезлы мажоретки. Почувствовав опасность, все без исключения, даже Ардо, попятились назад. А на оставленные позиции с новой силой полезла нежить.

– Слушайте внимательно! – удачно поймал момент маркиз. – Приказ Чезаре Висконти, генерала Республики. Ардо-Меченосец и его люди являются разоблачёнными агентами Гегемонии. С этого момента любая помощь им расценивается как измена! Согласно этому указу, вы все переходите под моё командование!

Наконец, слова достигли ушей авантюристов. Они стали скучиваться рядом с Жофруа, который размахивал свитком, объясняя произошедшее. Люди растерянно посматривали, то на маркиза, то на команду Ардо, то на медленно подступающую нежить. Но приказ был настоящий, и печать на нём была настоящая, поэтому приключенцы один за другим нехотя стали переходить под командование Жофруа, недружелюбно зыркая в сторону Меченосца, теперь оставшегося в только с тремя своими изначальными соратниками.

– Не слушайте его! – доблестно закричал Ардо.

– Тут официальные бумаги, господин шпион! – крикнул один из авантюристов, под одобрительные возгласы остальных. – Спасибо, что привёл нас на убой, негодяй!

– Справимся без них, – скрипнул зубами Сильверрейн, а Шейла утвердительно закивала в знак согласия.

– А нам-то что делать теперь? – рыкнул опалённый катус-воитель, вопросительно поглядев на маркиза. Судя по всему, он был одним из лидеров авантюристов, которых увёл в подземелье Ардо. – Сваливаем от сюда, или что?

– Нет. будем спасать Сойку! – решительно ответил маркиз.

– Какую ещё сойку? – заплетавшимся от страха языком переспросил жрец Пернатой.

– Она всё равно не отпустит вас по-доброму, поэтому нужно заставить её проглотить это! – достав коробочку с Орехом Жизни, указал на костяную повелительницу маркиз. – Тогда всё закончится.

– Пернатая богиня, помоги нам… – пробормотал жрец в цветастом одеянии. – Как же мы подберёмся к страхолюдине-то?

– У тебя есть уникальный шанс обратится к своему божеству напрямую, – ехидно заметил маркиз, хлопнув жреца по плечу. – Твоя «Пернатая богиня» стоит перед тобой вон там, на том возвышении. Попроси у неё благословения. А мы посмотрим, что из этого выйдет.

– Но… – залепетал жрец, затравлено посматривая на костяного монстра, который вышагивал на месте рядом с троном, ловко размахивая жезлами.

– Слушайте сюда! – снова крикнул Жофруа. – Тот монстр, что сейчас управляет здесь нежитью, когда-то носил гордое имя Сойка Фтероти, больше известная вам, как Пернатая. Можете не верить, мне всё равно. Но я не позволю причинить ей вред. Особенно это касается всякого отрепья из Гегемонии.

– Но она же нежить… – жалобно запротестовал жрец в пёстрых одеждах.

– Прекратить панику! – рявкнул Жофруа. – Нужно подобраться к ней и обездвижить. Тогда можно будет запихать ей в клюв Орех Жизни. Эт, рассчитываю на тебя. Здесь только ты сможешь потягаться силой с Сойкой.

– Легко сказать… – как-то совсем без энтузиазма промямлил Этельред. Вся бравада демона куда-то испарилась. Он опасливо поглядывал на Сойку, а она поглядывала на него. И огонь в её глазах разгорался всё сильнее с каждым мгновением.

– Ты же сам рвался в бой! – рявкнул на демона маркиз.

– Я должен победить ЭТО, когда на мне ограничительная печать?! – замотал головой Эт. – Ты посмотри на её клюв. Это тебе не волнистый попугайчик. Она голову пополам перекусит. К тому же ты видел её уровень? И у неё нет печати! А у меня есть!

– Она сейчас точно не в лучшей форме. Сомневаюсь, что она выдаст атаку на пике своих сил, – заявил в ответ маркиз. – И ты же вроде как снял свою печать?

– Я использовал меч! Печать я не трогал!

– Тогда используй его снова! – разозлился Жофруа.

– Не могу. Если я кинусь с этим мечом на неё, Руби моментально узнает, что я прибил её подругу. Она опять перестанет со мной разговаривать. Я же никогда ей не смогу доказать, что хотел, как лучше. А мы только помирились. Слышишь, костяная тварь! Не чего на меня так смотреть! Я и Рубиниэль больше не воюем! Так что жри Орех, и закончим на этом!

– Сомневаюсь, что она тебя послушает, – скептически цокнул языком маркиз, наблюдая, как разгорается пламя ярости в глазах костяной повелительницы. – Зря, наверное, я тебя взял с собой. Мне не нравится, как Сойка на тебя смотрит.

– Мне тоже не нравится! Она до сих пор думает, что мы враги. Эта тупая нежить вообще ничего не понимает! Для неё и дня не прошло с той битвы.

Когда последняя фраза была произнесена, Костяная повелительница встрепенулась, щёлкнув клювом, который издал резкое «клац». Нежить попёрла с удвоенной силой продолжая оттеснять авантюристов на периферию зала. В то время как вторая группа мертвецов накинулась на Ардо и его друзей.

– Ладно! – решительно вздохнул Эт, хрустнув шеей. – Отступать уже некуда. Пора навалять этой зазнавшейся птице!

– Хорошо! – согласился маркиз. – Тогда я займусь гостем из Гегемонии.

– Ты разве мне не поможешь? Хочешь, чтобы я бился с ней один на один?! – нервно хихикнул Этельред.

– Они не станут просто стоять и смотреть, как мы проворачиваем задуманное, – начал растолковывать ему Жофруа, посмотрев в сторону команды Ардо. – Мне придётся взять их на себя. Ты же понимаешь, что никто здесь, кроме нас двоих, не сможет дать им нормальный бой. А тебе надо сдерживать Сойку. Если она разойдётся всерьёз, то всех здесь положит за секунду, поэтому нужно как можно быстрее скормить ей Орех Жизни.

– Папенька, вы будете биться один, против этого шпиона Ардо и его людей? – испуганно пролепетала Жизель.

– Ничего страшного, дочь моя. Мне не привыкать, – попытался успокоить ее маркиз. – Вот, возьми коробку с Орехом. Ты достаточно ловкая, чтобы попытаться. Дождись, когда Эт ослабит Сойку и заставь её съесть Орех. Я рассчитываю на тебя!

Поняв, что окончательно потерял контроль над остальными авантюристами, Ардо отступил в другой угол комнаты, уведя свою команду в глухую оборону. Но даже так, Меченосец не оставлял надежды завершить возложенное на него задание. Для него стало понятно, что злобный вампир собрался во чтобы то ни стало выпустить монстра на свободу, а этого ни в коем разе допустить было нельзя.

– Что будем делать, Ардо? – спросила его Шейла.

– Продолжаем миссию, – коротко ответил тот.

– Главное уничтожить вампира и странного эльфа. С остальными проблем не будет, – буркнул Сильверрейн.

– Ещё костяная тварь есть! – загоготал Джордж.

– Тогда я буду сражаться в полную силу! – высокопарно заявил Ардо. – Победа всё равно будет за нами! Вперёд, друзья! [Герой]!

От воителя Гегемонии стал исходить мерный жёлтый свет. Ардо засиял и этим сиянием обратил в пыль всю нежить, которая имела неосторожность подойти к нему близко. Выхватив свой меч, Ардо приготовился к схватке с маркизом д’Мерле. Над головой меченосца появился небольшой сияющий нимб, подтверждающий, что его обладатель подлинный носитель титула «Герой». Лишь один человек за поколение мог носить этот титул, предоставлявший экстраординарные возможности. «Герой» мог вести за собой армии. Вершить великие дела. Крушить грозных монстров. «Герой» это прежде всего защитник и победитель в одном лице. Надежда для целого поколения.

– Замечательно, – скорчил кислую мину маркиз. – Вот и посмотрим, чего стоит этот титул теперь. [Бдительная Спутница]!

Посох в руках маркиза пропал, чтобы тут же появился другой. Ещё более длинный. Почти двухметровый гладкий металлический шест на одном из своих концов заканчивался цепями, на которых были подвешены глаза размером с бильярдный шар. Они жутко вращались по сторонам. Зрачки этих глаз различались, начинаясь от обычных, почти человеческих, и заканчивая зрачками-щёлками.

– [Песнь Харона]! – возвестил маркиз, стукнув посохом об землю. Тут же глаза завертелись, подпрыгнув на своих цепочках. Страшные очи стали высматривать по сторонам, мерзко подёргиваясь и болтаясь. Нежить рядом с маркизом начала переходить на его сторону. Ему удалось взять контроль над несколькими мёртвыми рыцарями и даже одним зомби-минотавром.

– Фу! Какая гадость! Некроманты омерзительны, – сплюнула на пол Шейла. – Ардо, можно я его отпою?

– Попробуй, но очень осторожно, – предупредил её Сильверрейн, ответив за лидера. – Перед нами не простой упырь, а кто-то из верхушки Вечного королевства.

– Не утруждайте себя бесполезными догадками, – злобно уставившись на них, изрёк вампир. – Маркиз Жофруа д’Мерле по прозвищу Дрозд, к вашим услугам, прихвостни Гегемонии.

– [Погребальная эпитафия]! – пропела Шейла, взмахнув посохом даже не дослушав до конца.

– Совсем меня за дурака держите? – с издёвкой произнёс маркиз, когда озаривший его свет изгнания не произвёл ровным счётом никакого эффекта.

– Не подействовало? Почему?! – недоумённо уставилась на свой посох Шейла.

– Потому что ты глупая, – поучительно заявил маркиз. – В дуэли жрецов всегда нужно учитывать могущество оппонента. Если этого не сделать, можно отхватить проблем. Когда один из жрецов окажется на голову сильнее другого, произойдёт вот это!

Жофруа стукнул посохом об пол. Шейла ухватилась за свой покрепче, приготовившись к удару силы, но вместо этого её посох взорвался у неё в руках, не продержавшись и секунды против маркиза д’Мерле. Жрицу затрясло. Она согнулась пополам. Её стошнило. Лицо Шейлы стало бледнеть, словно она сама превратилась в мертвеца. Глаза девушки закатились, и она повалилась на пол, дёргаясь в конвульсиях. Из её рта полезла пена.

– Ах ты гад! – заорал Джордж, кинувшись в стремительную лобовую атаку. Два мёртвых рыцаря под управлением Жофруа преградили воителю путь. Джордж взмахнул топорами, опрокинув сразу обоих на землю. Совершив следующий рывок, воин попытался достать маркиза, выполнив приём под названием [Смертельные Ножницы].

– [Костяной молот]! – спокойно вздохнув, продекламировал Жофруа. Глаза на посохе собрались в гроздь, поверх которой стали нарастать кости, сплетаясь в подобие кувалды. И всё это произошло практически мгновенно. Когда Джордж почти приблизился на расстояние удара, маркиз просто смёл его в сторону, отшвырнув грузного воина, нисколько не напрягаясь.

– Ардо, он очень опасен! – предостерёг своего лидера Сильверрейн, пока тот осматривал потерявшую сознание Шейлу. – Как она?

– Дышит, но всё ещё без сознания, – тихо пояснил Меченосец. – Мы должны положить конец этому вампиру! Мир станет намного чище, если он исчезнет.

– Согласен! – взмахнул мечом Сильверрейн.

– Попробуйте. До вас многие пытались, – усмехнулся Жофруа. – И если уж говорить на чистоту, уважаемый Ардо. Ты тут не один такой особенный. [Герой]!

На маркизе появился костяной латный доспех, состоявший из поножей, наплечников и кирасы, которая была невероятно искусно сделана. Но вершиной всего было изображение чёрного дрозда в виде эмали, расправившего крылья через весь нагрудник вампира от плеча до плеча. Как и у Ардо, над головой маркиза появился нимб, но только в виде вырезанного из кости тончайшего лаврового венка, а вокруг Жофруа начало сиять тусклое тёмно-синие свечение.

– Что за шутки?! – выпалил Сильверрейн, не сдержав гнева. – Да он надсмехается над самим титулом «Герой». Как возможно, чтобы поганая нежить приобрела подобные силы? Отвечай, негодяй, сколько тысяч невинных душ ты загубил, чтобы воссоздать эту жалкую имитацию?

– Боюсь, что правда куда более прозаична, – печально ответил маркиз. – Я получил этот титул ещё до того, как стал вампиром. Интересный видится бой. Герой далёкого прошлого, против Героя настоящего. Судьба бывает очень ироничной, когда захочет.

***

Нежить тем временем усилила натиск. Большая её часть направилась в сторону Этельреда, который по-прежнему только смотрел на Сойку, не предпринимая ничего конкретного. Сама костяная повелительница, видимо, устав ждать, начала действовать. В очередной раз взмахнув руками, она вдруг сделала сальто назад, одновременно с этим соединив обе палки в шест акробата. Над головой Сойки появилась надпись [Тамбурмажор].

– Этого ещё не хватало, – выплюнул Этельред.

– Что такое? – взволнованно спросила его Мери.

– Этот шест акробата – её главное оружие, которое ей подарила Алая Богиня. [Тамбурмажор]. Слушайте все, задохлики! Если попадёте под удар палки в руках костяной дуры, превратитесь в запечённый кусок мяса!

– Так что же нам теперь делать? – вопросительно прорычал катус воитель. – И кто теперь будет всем руководить? Вашему главному не до нас. Он бьётся со шпионом.

– Мне некогда управлять пешками, – издал нервный смешок демон.

– Тогда я беру командование на себя, – обречённо вздохнула Мери, поняв, что больше это сделать просто некому.

– Кто такая? – спросил её крупный катус.

– Мери Уолкер, воительница, «B» ранг, – коротко отозвалась она.

– Пойдёт, – согласился катус. – Меня зовут Бруно. Я предводитель местных авантюристов. Слушаем твои приказы!

Сойка меж тем окончательно разошлась, выплясывая кульбиты и сальто, она завертела шестом на каждом конце которого вспыхнуло по небольшому огоньку пламени, цвет которого постоянно менялся, пульсируя от тёмно-бардового до ярко-оранжевого.

– Началось… – издал вздох недовольства Эт.

– [Группа на разогреве], – вспыхнула очередная надпись над головой Сойки. А вместе с надписью появились пять мёртвых воителей в рогатых шлемах. Их тяжёлые доспехи скрипели ржавым металлом, а чудовищно огромные секиры скребли искры, когда рыцари задевали ими пол, волоча по земле. Рыцари смерти выстроились в линию и стали медленно наступать, остальная нежить присоединилась к ним для совместной атаки.

– [Коллектив бэк-вокалистов], – снова появилась надпись над головой у Сойки. В дальнем конце зала, за костяной воительницей, стали возникать один за другим семь зомби высокого уровня. Зомби начали орать ноты, накладывая разнообразные положительные эффекты на своих союзников.

– [Осветительная команда], – разошлась Сойка, явив ещё одну надпись. После этого справа и слева от неё были призваны по четыре скелета-мага. В каждой четвёрке присутствовал маг воды, огня, земли и воздуха. Головы скелетов-волшебников светились тем элементом, в магии которого они специализировались.

– Да вы издеваетесь… – простонал жрец Пернатой. – Это какое-то адское представление, и скоро нас всех затянет в ад.

– Именно, – нервно лыбясь, оскалился Этельред. – Основная и самая неприятная особенность [Тамбурмажора] заключается в том, что этот проклятущий шест имеет силу превращать всё происходящее в шоу.

– Клац! – щёлкнула клювом Сойка, одновременно совершив изящный реверанс, как бы приглашая принять непосредственное участие в зрелище.

– Она и при жизни была двинутой, а теперь окончательно съехала с катушек, – сквозь зубы процедил Этельред.

– Приготовится к атаке! – крикнула Мери наложив на себя [Обсидиановую Броню].

– Все слышали? – рявкнул кот-воитель. – Держите своё оружие крепче, и не вздумайте помирать почём зря!

– Но сеньор Бруно, – обратился к нему один из приключенцев. – Вы серьёзно ранены.

– Ерунда, – ответил кот. Опалённая шерсть катуса отваливалась клочьями, обнажая оплавленную кожу – Пока буду живой, новая шкура отрастёт!

– Главное, не попадайтесь мне под руку. Иначе, зашибу! – крикнул Этельред, расправляя за спиной огненные крылья. Над головой демона ярко вспыхнула корона из огня. Всё его тело покрылось прочной тёмной-бардовой чешуёй, а зрачки глаз превратились в узкие вертикальные щёлки. – Сойка! Я иду! Закончим то, что не завершили двести лет назад!

– Клац! – кивнула Сойка.

Этельред не стал утруждать себя какой-либо стратегией, он просто бросился в лобовую атаку. Вставший у него на пути мёртвый рыцарь был сожжён за доли секунды. В демона полетели магические разряды, которые запустили-скелеты маги, но всё волшебство рассеивалось ещё до того, как попадало в демона, словно его оберегал невидимый барьер. Совершив ещё один прыжок, Эт добрался до Сойки и сходу зарядил ей кулаком, создав взрыв. Сойка блокировала атаку легко, просто подставив свой шест, который впитал пламя демона без серьёзных затруднений. А дальше последовала контратака Сойки. Она размахнулась своим посохом и точно поразила им демона, огрев его по боку. Эт успел перехватить палку рукой и тут же отдёрнул кисть, поскольку его ладонь обуглилась от прикосновения. Дальше эти двое начали наносить друг другу огненные атаки, и если огонь демона был насыщенного красного цвета, то пламя Сойки разгоралось чисто алым.

Остальные приключенцы, сформировав строй во главе которого встали Мери и Бруно, двинулись в атаку на оставленную без присмотра Сойки нежить. Им навстречу, набирая темп, устремились мёртвые рыцари, включая призванных только что Сойкой воителей в рогатых шлемах.

Жизель попробовала прошмыгнуть мимо строя, но поняла, что нежить не позволит проскользнуть. Несколько скелетов в полуразвалившихся кожаных доспехах, которые выполняли в отряде мертвяков функции убийц и ловкачей, бдительно следили, чтобы никто не прорвался через линию соприкосновения и не зашёл в тыл. Мертвяки вообще проявляли здесь поразительную сноровку и действовали крайне слаженно, эффективно противостоя тактикам живых. Зомби крикуны продолжали орать ноты во всё горло, накладывая эффекты усиления на ключевых мертвяков, сражавшихся на передовой. Скелеты-маги успешно поражали живые цели колдовскими зарядами. И пусть это была базовая магия, она всё равно прекрасно действовала. И у двух жрецов приключенцев была прорва работы. Выбившиеся из сил, они продолжали латать получивших повреждения авантюристов прямо в разгар боя.

– У меня есть идея! – окрикнул Жизель подоспевший к ней Раймунд. – Ты не велика, я мог бы подпрыгнуть вместе с тобой и доставить тебя ближе к костяной бестии, но там разверзся настоящий ад. Нужно выгадать момент, пока огонь погаснет, иначе моментально сгоришь.

– Попробуем, – согласилась вампирка.

– Тогда будь рядом! Воспользуемся моментом, как только он представится.

Запела музыка. Это Певун заиграл весёлую мелодию, поднимая дух наступающих авантюристов. Приключенцы приободрились и усилили натиск. А зомби-крикуны принялись орать ещё громче, пытаясь перекричать игру менестреля.

– Ах так! – рассердился катус. – Ну я вам сейчас устрою музыкальный конкурс!

Певун выпустил когти и забренчал ими по струнам с какой-то запредельной скоростью, наигрывая на банджо сразу две партии. Постепенно создавая пульсирующий ритм, струны то усиливали звук, то ослабляли его, формируя резонанс. Мелодия как будто взбиралась в горку, а потом камнем катилась вниз, с каждым разом усиливая напор, пока он не стал похож на несокрушимый горный поток. Голова одного из зомби-крикунов запульсировала и разлетелась в дребезги, как уроненный на землю спелый арбуз. Оставшись без средства воспроизведения звука, зомби сделал ещё пару шагов на месте, чтобы потом окончательно завалиться на бок.

– Дисквалифицирован за фальши в нотах! – задорно крикнул Певун, продолжая бренчать на банджо.

***

Ардо и Сильверрейн провели очередную совместную атаку, пытаясь достать Жофруа с двух сторон, но и в этот раз не добились ничего. Вампир управлялся со своим громоздким посохом с феноменальным умением. Отбивая атаку за атакой, маркиз и сам не забывал делать выпады в сторону двух своих оппонентов. Глаза на посохе злобно смотрели в сторону врагов, и Ардо мог бы побиться об заклад, что через эти очи за ними наблюдал ещё кто-то.

– Мне это начинает надоедать. [Серебряная пыль]! – крутанувшись, Сильверрейн с разворота распылил облако белёсого песка, заслонившего обзор маркизу. Жофруа тут же применил [Туманный щит], но совсем чуть-чуть опоздал. Серебряные частички попали ему на кожу, вызывая боль. Лицо и руки вампира покрылось небольшими тёмными пятнами, которые источали жидкий дымок.

– Работает! Как я сразу не догадался! Он же вампир! Он уязвим к серебру! – обрадовался Ардо.

– Надо было сразу это использовать! – согласился Сильверрейн. На его лице появилась торжествующая улыбка. – Сможешь применить это для своего меча?

– Конечно! – Ардо взмахнул мечом прямо по облаку серебряных песчинок, всё ещё витавших в воздухе. – [Бесконечный Клинок]!

Меч в руках Ардо изменился прямо на глазах, превращаясь в серебряный клинок с изящной витой гардой. По всему лезвию проступил рисунок с извивающимся змеем, выполненный в технике травления.

– Тц, что-то новенькое, – недовольно изрёк маркиз, приготовившись к атаке Меченосца.

– Это ещё не всё! [Близнецы-Соратники]! – в запале выкрикнул Ардо. За его спиной появилось ещё пять таких же мечей. Они парили клинками в верх, но, когда Ардо взмахнул оружием в руках, остальные направили свои острия на вампира.

– Какой талантливый юнец, – с издёвкой прошипел Жофруа.

– Вперёд, Сильверрейн! – крикнул Ардо со скоростью вспышки устремившись к вампиру. Выпад основного меча Жофруа заблокировал посохом. Но за первой атакой последовал удар парящих клинков, которые начали двигаться, будто кто-то невидимый орудовал ими.

Меч Ардо под названием [Бесконечный Клинок] не был оружием, которое мог выковать обыкновенный кузнец. Даже выдающийся мастер не смог бы повторить и тени его. Артефакт являлся неотъемлемой частью сил Героя, частью его души, изменяясь по обстоятельствам, как этого хотел Ардо. По сути дела, это были тысячи мечей, упакованные в одну оболочку. Для того чтобы клинок принял нужную форму, всё, что необходимо было сделать, это скормить ему немного того материала, чем он должен был быть. Махнув [Бесконечным Клинком] по облаку серебряных частичек, Ардо заставил меч стать серебряным.

– Мелкий пакостник! – выругался маркиз отпрыгнув, на пару метров назад. На его кирасе через всю эмблему дрозда красовался косой разрез. Один из парящих клинков сумел достать вампира, хоть и не причинил ему серьёзных повреждений, но кираса явно была испорчена.

– Добьём его! – крикнул Сильверрейн.

– С радостью! – взмахнул мечом Ардо.

– Рано радуетесь, – пробурчал Жофруа.

– Так яви нам свои силы, «герой» – рассмеялся Сильверрейн.

– Наглецы, – заворчал маркиз. – Но, будь по-вашему. [Бледный Мастер]!

Небольшие синенькие огоньки стали возникать в воздухе рядом с вампиром. Покрутившись немного рядом, они устремились в тела, контролируемой маркизом нежити. Зомби-минотавр, не задействованный в битве до этого, завыл. По его телу пошла тускло-синяя рябь. Он как будто подрос на две своих головы. Постепенно метаморфоза превратила его в один огромный кусок мускулов. Было не понять, остался он ещё зомби или уже превратился в другое существо. Два поверженных до этого Джорджем мёртвых рыцаря вскочили, на ходу восстанавливая повреждения. Более того, их броня словно отмотав время назад, засияла полировкой. Остальная нежить, которую контролировал маркиз, также изменилась, обернувшись в усиленные версии самих себя. Ардо и Сильверрейн с широко раскрытыми глазами наблюдали за всем происходящим.

– Думали, что я не использую нежить, что взял под контроль, так как она против вас бесполезна? – настал черёд Жофруа надсмехаться. – Так уж и быть, я подобрал вам противников по силам. Наслаждайтесь.

– Ардо! Теперь всё сходится, – испуганно пробормотал Сильверрейн. – Помнишь, агент Око упоминал, что лич, заточённый в Лабиринте, был другом Бледного Господина? Это ведь он. Тот самый бог, которому поклоняются в Вечном Королевстве, стоит перед нами!

– Ничего, благодаря своим силам, я смогу противостоять и ему! – возвышенно заявил Герой.

– А… так это Око мутит воду? – догадался маркиз. – Он тоже здесь? Или, скорее, расположился на одном из ваших корабликов? Он же труслив до безумия, чтобы самому лезть в драку. Но вернёмся к нашему сражению. Пора вам, ребята, уже исчезнуть от сюда.

Усиленный зомби-минотавр замахнулся дубиной и уронил её на Ардо и Сильверрейна. Они только успели отпрыгнуть в разные стороны. Сильверрейн при этом схватил Шейлу, всё ещё находившуюся без сознания. Ардо же контратаковал, подпрыгнув почти под самый потолок для удара мечом с верху в низ по мёртвому минотавру. Клинок успешно впился в плечо монстра рассекая его, но, заглубившись в тушу дальше, застрял там. Ардо повис, держа клинок обеими руками. Монстр схватил его, вырвав вместе с мечом из тела и стал размахивать Героем, как куклой, раскручивая его восьмёркой.

– Ардо! – пронзительно крикнул Сильверрейн.

– Ты чего орёшь! Башка раскалывается! – Джордж наконец-то пришёл в себя после удара. Тяжело дыша, опираясь на стену, воин поднялся на ноги, одновременно с этим выпив залпом два зелья лечения подряд. – Давно мне так не навешивали. Доспехи все под замену. И рёбра туда же.

– Бери Шейлу и бегите от сюда со всех ног! Этот противник вам не по зубам! – резко скомандовал Сильверрейн.

Зомби-минотавр взревел ещё раз, потому что Ардо исхитрился отрезать схватившую его руку парящими клинками. Отсечённая кисть с глухим ударом упала на пол, а рядом с ней приземлился и Ардо. Он был потрёпан, но критических повреждений не получил, сполна оправдывая свой титул Героя.

– Один-один, – подвёл итог маркиз. – Недурно сражаешься, юнец. Но тебе есть, куда расти.

– Обойдусь без твоих наставлений! – враждебно буркнул Ардо в ответ.

– Раааааааагх! – пронзительный рык заставил их всех обратить на себя внимание. Этельред сумел поймать Сойку за её же шест и прижал костяную повелительницу к полу. Сойка отчаянно сопротивлялась, пытаясь выбраться из захвата, но демон крепко держал её. Было видно, что [Тамбурмажор] причиняет демону дикую боль, но несмотря на это Этельред не собирался отпускать шест.

– Чего вы ждёте! – взревел от боли Этельред.

Сойка клацнула клювом, и вся нежить, до этого сдерживавшая приключенцев, устремилась ей на помощь. В демона полетели заклинания скелетов-магов, а рыцари и прочая неживая пехота со всех ног помчались вызволять свою госпожу.

– Наше время! – выкрикнул крапу Раймунд, ухватив Жизель за шиворот. Жаб подпрыгнул высоко вверх, оттолкнулся от потолка и запулил вампирку прямо на постамент, где демон прижал Сойку. Жизель, приземлившись, проскочила мимо пламенных крыльев Этельреда. Жар был такой, что вампирка еле сдерживала себя, чтобы не убежать. Ей казалось, что ещё секунда, и она сгорит от демонического огня. Достав коробку, Жизель вытащила орех и поднесла его к лицу Сойки. Та сопротивлялась, скрипя клювом, и пыталась ухватить им вампирку. Жизель изловчилась. Подгадав момент, она швырнула Орех прямо в открытую пасть костяной повелительницы.

– Клац! Клац! – Сойка щёлкнула клювом в очередной раз, и орех растворился, проваливаясь во внутрь черепа. Раздался пронзительный вой. Сойку захлестнул прилив сил. Она вырвалась из захвата демона и ударила его рукой в грудь, отшвырнув до противоположной стены, за раз вскрыв ему грудную клетку. Демон издал душераздирающий вопль и рухнул, ударившись в стену. В месте соприкосновения в пурпурном граните зияла огромная вмятина, а демон сполз на пол, тихо рыча в полубессознательном положении, истекая кровью. Следующий удар должен был прийтись на Жизель. Сойка вскочила, замахнувшись рукой. Вампирка остолбенела от ужаса, осознав, что костяная повелительница вывела из игры невероятно сильного демона просто с одного удара. Но с костей Сойки начал осыпаться песок. Она остановила удар, осматривая себя тускнеющими огоньками глаз. Жизель показалась, что костяная повелительница печально улыбнулась, раскрыв свой клюв, и в следующее мгновение Сойка Фтероти развалилась на отдельные кости, которые упали на пол, образовав небольшую груду, на вершину которой, как надгробие, плюхнулся череп с клювом. Алый огонь в мёртвых глазницах его окончательно погас.

– Сойка! – крикнул Жофруа. Паника впервые за много лет захватила его душу. Он бросился к своей давней подруге. Но всё было кончено. То, что когда-то являлось Сойкой Фтероти, Пернатой, костяной повелительницей, престало существовать, обретя последний покой в виде аккуратной кучи костей.

Нежить в зале начала разлагаться вслед за своей госпожой, превращаясь в прах. Авантюристы с недоумением наблюдали за произошедшим, не опуская своего оружия из рук на всякий случай. Раздался треск, и в стенах стали медленно открываться проходы, до этого неразличимые, предоставляя выход из комнаты босса лабиринта в любом направлении.

– Так всегда и бывает! – назидательно крикнул Сильверрейн с торжеством наблюдая за происходящим. – Хитрец перехитрил сам себя! Пусть и таким образом, но наша задача выполнена. Лич повержен.

– Да… – кивнул ему в ответ Ардо. – Джордж серьёзно ранен, а Шейла так и не пришла в себя. Раз дело сделано, нет смысла продолжать этот бой. Надо уходить.

В зале начали включаться один за другим магические светильники, вмонтированные под потолком, заставив авантюристов снова понервничать. От полумрака не осталось и следа. Когда пространство заполнилось светом, стало очевидно, что многие приключенцы погибли во время сражения. Их тела лежали истоптанными и исковерканными на полу помещения. Во время битвы несколько ловких скелетов прорвались в тыл и устроили резню среди магов-приключенцев. Лишь двум из них вместе с Певуном удалось продержаться до самого конца, пока не началось разложение мертвяков. Всюду виднелась кровь и ошмётки доспехов. От отряда, вошедшего в Катакомбный Лабиринт, в живых осталась меньше половины людей.

Интерлюдия 8. Приближаясь к цели

Агент Око завтракал. Расположившись за небольшим столиком, любезно поставленным на носовой палубе виверноносца Морской Конёк, стратег благосклонно наблюдал, как из-за дымки горизонта, словно из самой морской пучины, медленно выплывали крошечные башенки города Конкорсо. Отхлебнув чая с лимоном, стратег заметил, что к нему развалистой морской походкой идёт флотский офицер. Это был широкоплечий коренастый моряк в тёмно-синем кителе, застёгнутым только на нижние пуговицы. Морской офицер являлся не кем иным, как коммодором Одли, выполнявшим функции адмирала, и осуществлявшим общее руководство кораблями Альянса Синего Моря на войне с Республикой.

Коммодор дослужился до верхов с боцмана, но дальше его карьера не заладилась, поскольку Одли очень любил морской жаргон и не собирался расставаться с ним даже на берегу, нередко высказывая вышестоящему штабному командованию Гегемонии всё, что он о них думает, совершенно не стесняясь в красочности и ёмкости своих выражений. За это коммодора не взлюбили поголовно все адмиралы флота Гегемонии. Коммодор регулярно получал задания немыслимой сложности, и так же немыслимо умудрялся их с блеском выполнять. Для Око этого было достаточно, чтобы не сомневаться в успехе текущей операции. Именно поэтому стратег, не взирая на возражения высоких чинов, остановился на кандидатуре Одли, когда потребовался доблестный морской волк, чтобы командовать сборной солянкой кораблей Альянса Синего Моря.

– Десантные суда приступили к выгрузке войск на побережье к северу и к югу от Конкорсо, – сходу заявил коммодор, отдав честь стратегу. Око обратил внимание, что на голове Одли вместо стандартной офицерской шляпы красовалась потрёпанная жизнью простая шапочка моряка. Таким жестом коммодор показывал, что он заодно с командой, не взирая на звания. Матросы его, кстати, любили, хоть и боялись больше, чем морского дьявола.

– Отлично, – ответил ему стратег, однако Око приметил тень сомнения на лице коммодора. – Вас что-то беспокоит?

– Если позволите, – серьёзно заявил Одли. – Как-то слишком просто. Десант высадился без каких-либо проблем. Их никто не попытался остановить. Вообще не было никаких войск Республики поблизости, только кучка местных селюков, которые разбежались, стоило нашим солдатам ступить на твёрдую землю.

– Нам же лучше, – пожал плечами Око.

– Тут что-то не так, – прищурился коммодор. – Это, должно быть, какая-то западня. Я не как не могу перестать думать о случившемся недавно морском сражении со флотом Конкорсо. Одна картина всё ещё стоит у меня перед глазами.

– Какая же?

– Их флагман, будучи уже на треть затопленный, продолжал палить по нам из всех уцелевших орудий. Ни один моряк не покинул свой пост. Ни один не попытался спастись в плавь. Я не был знаком с адмиралом Росси, что командовал кораблями противника, и не знаю, что он за человек. Но я могу сказать, что не уверен, последует ли моя команда за мной в морскую пучину, если потребуется. Его моряки последовали за ним. Это многое для меня говорит.

– Не преувеличивайте, – сделав ещё глоток из чашки, успокоил коммодора Око. – Атака их эскадры, я не могу назвать это флотом, была настолько прямолинейна и твердолоба, что у меня возникли очень веские основания считать этого адмирала Росси клиническим идиотом.

– Этот «идиот» умудрился потопить нам четыре фрегата, один линейный корабль и вывести из строя ещё один, да так, что пришлось отправить его обратно в порт! – резко ответил стратегу Одли, недвусмысленно дав понять, что не потерпит оскорбления адмирала противника в своём присутствии даже от агента Око. – Мы шли на войну с торгашнёй, а повстречали матёрых вояк, единственный недостаток которых заключался в том, что их было много меньше, чем нас.

– Будь по-вашему, за морскую часть операции отвечаете вы, и у меня нет причин сомневаться в ваших суждениях, – примирительно замахал руками Око. – Меня больше интересует, вернулся ли разведчик на виверне, которого мы посылали для облёта города.

– Вернулся, – отчитался коммодор.

– И какие сведения он нам принёс?

– Город скопил значительные силы. Они готовятся к войне. Даже не рассчитывайте на капитуляцию. Я покажу на карте, – Одли бесцеремонно сдвинул чайные приборы на столе, чтобы развернуть на нём свиток с детальным планом города и его гавани.

– У вас очень хороший картограф, передайте ему благодарность от меня, – похвалил карту стратег.

– Посмотрите сюда. Это их порт, – проигнорировав высказывание о картографе, приступил к докладу Одли. – Главные силы сосредоточены в цитадели, точнее в её клиновидной части, что выпирает над водой, в порту. Вот этот треугольник. Мы называем его бастион № 6. Там сосредоточены их основные боеспособные орудия. И именно этот бастион является ключом к порту и городу. Обороной города руководит компетентный человек, мне это совершенно очевидно. Наши потери будут значительными, а утрата ранее двух линейных кораблей сильно скажется на огневой мощи.

– Вижу, – тут же посерьёзнел стратег. – Мне думается, что нужно сделать ставку на воздушные силы. Испробуем на них новую тактику бомбометания с виверн.

– Я с вами согласен, – резко кивнул коммодор. – Но будет ли этого достаточно? Чтобы наши суда могли беспрепятственно устроить артподготовку, надо непременно подавить Бастион №6. Иначе орудия оттуда смогут достать корабли.

– Стоять на рейде и наблюдать, мы позволить себе не можем. Необходимо помочь штурмовым войскам, что подойдут по суше. Подведём корабли на расстояние выстрела под прикрытием эскадрильи рыцарей на вивернах. Другая эскадрилья в это время будет утюжить вышеназванный бастион, чтобы они даже носа не смогли высунуть, не то что из пушки пальнуть. Всё будет зависеть исключительно от профессионализма наших солдат и матросов.

– Рискованно, – проворчал коммодор, – Но вы талатливый полководец. Я доверюсь вашему стратегическому уму и опыту.

– Не сомневайтесь! – огрел по столу кулаком Око. – Мы скоро одержим блестящую победу, что будет воспеваться в веках!

Глава 27. Иволга, ворона, пеликан и попугай

Когда к уцелевшим в бойне авантюристам пришло понимание того, что всё закончилось, и нежить самоустранилась, по залу босса пробежало ликование. Радость от осознания, что их жизнь больше не висит на волоске, что страшный зомби-минотавр не превратит тебя в лепёшку своей дубиной, что рыцарь-скелет не разрубит тебя пополам, взмахнув клинком, что толпа нежити не растерзает тебя на маленькие кусочки заполнила сердца приключенцев. Безудержный восторг победы захлестнул выживших. Авантюристы прыгали от радости, что-то орали, смеялись. Сопротивлявшуюся Жизель подняли на руки и стали качать, поскольку все подумали, что именно миниатюрная вампирка, используя свою мистическую тайную магию, расправилась с костяной повелительницей в момент. Вампирка упиралась, как могла, пытаясь объяснить, что совсем не хотела убивать Сойку, что это просто досадное недоразумение. Но кто её теперь слушал? Опьянённые победой приключенцы даже не заметили, как рядом с лицом вампирки появилась зелёная рамка, сообщение которой Жизель никак не удавалось прочитать, поскольку авантюристы, радостно горланя, раз за разом продолжали подбрасывать вампирку в воздух.

Жофруа всё это время сидел рядом с кучкой костей, ещё недавно бывшей Сойкой Фтероти. Маркиз не произнёс ни единого слова, молча уставившись на череп с пустыми глазницами, игнорируя вопли и крики, словно их не было вовсе. Из раздумий его не смог вытащить даже окрик Певуна, который догадался проверить Этельреда, лежавшего на полу с разодранной от удара Сойки грудной клеткой.

– Он ещё жив! – закричал кот. – Надо что-то делать!

– Повреждения чудовищные, – покачала головой подоспевшая на выкрик жрица Алой богини.

Эт распластался, раскинув руки в стороны. Удар пришёлся на грудину, от которой почти ничего не осталось. Многочисленные осколки рёбер торчали в разные стороны. При этом демон, имея феноменальную живучесть, до сих пор цеплялся за жизнь. Несмотря на раскуроченную грудную клетку, он мелко дышал, оставаясь без сознания.

– Я уже дал ему зелье, но он большей частью пролилось на пол, – виновато пояснил катус.

– Зелья плохо помогают, когда больной без сознания, – шмыгнув носом, пояснила жрица. – Их же надо пить. Я слышала, что в Гегемонии стали применять новый метод, вводя лечащий раствор через вену по специальной трубке, но нам такие продвинутые способы не доступны пока. Нужно узкоспециализированное оборудование, которого у меня никогда не было, и вряд ли когда-нибудь будет.

– Но ведь можно произнести молитву… – начал было кот неуверенно, вспомнив, кем на самом деле являлся Эт.

– Я не фанатичка, могла бы и попытаться, – развела руками жрица, – Но моя богиня не одобрит. Мне даже может прилететь божественная кара. Тем более, чтобы вылечить такую рану, надо быть в чине не ниже старшего клирика. Простых жрецов продвинутым чудесам не учат.

– Без него нас бы всех уже прихлопнула нежить! – запротестовал Певун. – Это ведь он сдерживал тот страшный костяной ужас. У меня шерсть встаёт дыбам, как только вспоминаю их безумное противостояние.

– Может, у меня получится? – заявил жрец Пернатой, присоединившись к консилиуму. – Я не спец по восстановительной медицине, но кое-что могу.

– Точно! – согласилась жрица. – Твоя богиня с демонами не воюет.

– Хорошо! [Лечение ран]! – пропел жрец хорошо поставленным оперным тенором.

– Стойте! – опомнился Жофруа, когда понял, что собираются провернуть жрецы, но было уже поздно. Яркий красный свет озарил демона, подтвердив, что молитва уже задействована.

– Аргх! – взвыл Этельред, выпучив глаза, когда одно из его сломанных рёбер со смачным хрустом встало на место, собравшись из осколков. – Как же больно!

– Подействовало! – обрадовался Певун. – Он пришёл в себя!

– Я кости вправлять не умею! – в крике прейдя на фальцет, испугался жрец, отпрыгнув на шаг от пациента, – Это чудо по-другому должно работать!

– Ещё раз так сделаешь, прибью! – пояснил демон, указав пальцем на жреца. – Зарубите себе уже на носу, ваша Пернатая никогда не была никаким божеством. Она просто какое-то время дружила с Рубиниэль, вот система и причислила культ Пернатой к церкви Алой Богини на правах обособленной секты! И только поэтому ваша кучка пёстрых клоунов может читать молитвы и лечить. Вы никогда не догадывались, почему ваши чудеса так похожи на Алый культ?

– Эт, хватит пугать людей! – крикнул маркиз. Было видно, что он пребывал в прескверном настроении. Гибель Сойки сильно ударила по нему.

– Что там у тебя? – попытался приподняться Эт. Увидав аккуратную кучку костей, демон расплылся в безумной улыбке, тихо хихикая. – Похоже, старуха Алл подсунула бракованный продукт. Какая жалость! Остались от нашей Сойки только рожки да ножки.

– Прекрати издеваться! – рыкнул на него Жофруа. – А то я скажу Рубиниэль, что это ты укокошил Сойку.

– Папенька, может вы мне объясните, что это такое? – Жизель наконец отделалась от надоед-приключенцев, пытавшихся качать её на руках, и подошла к маркизу.

– Это информационное сообщение, – пояснил Жофруа, посмотрев на зелёную рамку рядом с Жизель. Но когда он прочитал, что там было написано, маркиз подскочил как ужаленный. Надпись в рамке гласила следующее: «[Орех Жизни] активирован. Желаете ли вы начать процедуру возрождения. Да/Нет».

– Так, значит… – пришибленно пролепетал маркиз. – У [Ореха Жизни] не было автоматического срабатывания? Просто надо было кнопку нажать…

– Папенька, – испугалась Жизель.

– Возможно, ещё не всё потерянно, – собрался с мыслями вампир. – Выбери «Да». Посмотрим, получится ли.

После нажатия на кнопку, серый туман начал собираться в небольшой вихрь вокруг костей, привлекая к себе внимание приключенцев. Череп Сойки истончился и истлел. Пыль от него пополнила водоворот праха. Та же участь ждала и остальные кости. Все они постепенно превратились в пепел. В разросшихся завихрениях праха стали проступать очертания, но толком ничего нельзя было разглядеть. Фигура то отчётливо появлялась, то пропадала вновь, словно кто-то раз за разом пытался воссоздать человека, но каждый раз у него ничего не получалось.

Авантюристы столпились вокруг непонятного вихря, с неодобрением судача о происходящем. Вихрь, тем временем, разросся до шара метра два в диаметре. Теперь внутри него явно просматривалась человеческая фигура. Но это длилось недолго. В какой-то момент марево снова усилилось, сгустилось до такой степени, что как будто затвердело.

Маркиз внимательно наблюдал за происходящим со стороны. Вампир категорически запретил подходить близко к непонятному вихрю, опасаясь, что малейшее вмешательство может оказать непоправимый эффект на процесс. Но и авантюристы сами не спешили лезть вплотную к странному вихрю, разумно рассматривая происходящее на отдалении. Пепел стал сгущаться дальше, пока не образовал твёрдую скорлупу, а на месте пепельного водоворота образовалось гигантское яйцо серого цвета, которое мягко опустилось на пол.

– Ничего себе! – присвистнул Бруно. – Каких же размеров должна быть птичка?

– Тихо! – крикнул на него Жофруа, прислушиваясь. И точно, спустя десять минут относительного затишья внутри скорлупы раздался едва заметный треск. Постепенно по скорлупе поползла трещина. Постоянно разрастаясь и разветвляясь, она покрыла переплетением прожилок всё яйцо, придав ему сетчатую текстуру.

– Всем внимание! – рявкнул Бруно. – Что бы там ни было, оно скоро выберется наружу!

– А может, не надо? – запричитал жрец Пернатой. – Хватит уже на сегодня удивительных событий! Сколько можно? Мне и так на всю жизнь хватило. Давайте просто свалим отсюда, да и дело с концом.

Но любопытство, как обычно бывает, пересилило страх, и ни один из авантюристов не поспешил ретироваться. Под нытьё жреца одна из скорлупок у самого верха яйца откололась, заставив всех наблюдавших за действом вздрогнуть. За первой скорлупкой разлетелась и остальная оболочка. Два огромных оперённых крыла, расправившись, разметали оболочку яйца в разные стороны порывами ветра, заставив приключенцев отбежать подальше.

Когда авантюристы опомнились, на месте яйца на каменном полу, уже сидела девушка. Широкие крылья коричневого оперения скрывали её почти полностью. Клюв на её лице выделялся не так сильно, как на голом черепе, но всё равно бросался в глаза. Ярко-оранжевые прямые волосы Сойки спадали ей на плечи и почти доставали до пола. Девушка сонно таращилась на всё вокруг без какой-либо цели, пытаясь собраться с мыслями.

– Сойка! – радостно воскликнул Жофруа, попутно накидывая на неё сверху свой плащ.

– Жофруа… Это ты? Мне снился ужасный сон… – пробормотала Сойка. Её голос, несмотря на недомогание, всё равно был довольно громким. Таким голосом обычно обладали ораторы и певцы.

– Всё хорошо. Теперь всё будет хорошо, – как мантру, повторял маркиз свои слова.

– Так мы победили? – обрадовалась Сойка. – Этот безумный монстр мёртв?

– Размечталась! Черта с два я помру! – подал голос Эт. В это время ещё одно его ребро со звонким хрустом встало на место, а вместе с ним вернулась в норму и часть грудины.

– Что?! – вскрикнула Сойка сразу поднявшись на ноги.

– Успокойся, всё нормально, – попытался придержать её Жофруа.

– Надо закончить начатое, – пробормотала Сойка, протянув руку, в которую тут же опустился лежавший всё это время без дела [Тамбурмажор]. – Если его оставить так, он полностью восстановится. У него очень сильная регенерация. А второго такого боя с ним, мне уже не осилить.

– Ты чего удумала, психованная?! – не на шутку испугавшись, Эт попытался привстать на локтях. – Не подпускайте ко мне эту идиотку!

– Подожди, не кипятись. Мы теперь не враги, – продолжил уговаривать Сойку Жофруа.

– О чём ты?

– О том, что почти двести лет прошло, Сой! – выкрикнул маркиз. – Та битва давно завершилась.

– Двести лет… – вздохнула Сойка, остановившись в задумчивости.

– Просто, успокойся, – умиротворяюще начал вампир. – Я тебе всё объясню, но пожалуйста, оставь в покое нашего общего знакомого, ему и так серьёзно досталось.

– Но ведь… – попыталась возразить Сойка, однако под взглядом Жофруа сдалась и снова уселась на пол. Она по-прежнему была слаба и еле держалась на ногах. Только её чайного цвета глаза уже вовсю сияли, внимательно осматривая присутствующих.

– Уважаемые господа, – обратился маркиз к приключенцам. – Я бы попросил вас не таращится на мою знакомую так пристально. Я обещаю, что объяснения последуют. Но чуть позже.

– Правильно, – рявкнул Бруно. – Чего уставились, как дикари? Дайте девушке привести себя в порядок.

– Так-то лучше, – вздохнул Жофруа, когда приключенцы начали разбредаться в разные углы зала.

– Кто все эти люди? Я никого из них не узнаю. И почему мы под землёй? – начала задавать вопрос за вопросом Сойка.

– Я уже тебе сказал, – виновато потупил взор маркиз. – Двести лет прошло с той злополучной битвы. Во время неё ты получила смертельный удар. А я смалодушничал и попробовал укусом оживить тебя. Мне тогда казалось, что это единственный выход из положения. Ты не должна была там умереть, я не мог этого допустить. Артур и Иероним были против, но я думал, что смогу обратить тебя вампиром, к сожалению разница в уровнях была слишком большой, и даже моих сил [Героя] не хватило. Всё пошло наперекосяк. Вместо вампира ты обратилась страшной нежитью. Система сделала тебя личом, и почти сразу ты лишилась рассудка. Ты стала крушить всё вокруг. Нам удалось запечатать тебя в лабиринте, так как победить просто не смогли. Прости, это я во всём виноват. Если бы я тогда не стал творить глупости… Прости…

– Так это был не сон… – схватилась за голову Сойка. – Вся эта нежить. Это всё я натворила?!

– Я ещё раз тебе говорю. Твоей вины тут нет. Всё происходящее целиком на моей совести, – покаянно склонил голову вампир.

– Слушайте, у вас тут прямо настоящая мелодрама, – хихикнул Эт. – Вам нужно открыть свой театр оперы и абсурда!

– А занавес мы сделаем из шкуры одного дракона, – тут же завелась Сойка.

– Не подходи ко мне! – завопил Эт. – Я больше не воюю с Руби! Мы помирились!

– Тогда прекрати её провоцировать! – крикнул маркиз.

– Эй ты, жрица! – окликнул последовательницу Алой Этельред. – Ну-ка прочитай какую-нибудь молитву из твоего арсенала на мне, чтобы сумасшедшая убедилась.

– Не обращай на него внимания, – поморщился маркиз.

– Как скажешь, – буркнула Сойка, открыв привычным движением ящик инвентаря. Девушка принялась доставать оттуда одежду, и уже через несколько минут она облачилась в ярко-красный костюм акробатки, состоявший из штанов и шнурованной рубашки, сшитых из очень тонко выделанной кожи. В локтях и коленях на материал были прикреплены небольшие металлические вставки, выполнявшие функции протекторов. Крылья, казавшиеся огромными, Сойка легко сложила за спиной. И они почти перестали бросаться в глаза. Теперь они выглядели, как необычная накидка из перьев. Плащ девушка отдала обратно Жофруа, кивнув ему в знак признательности.

– Ну, что ж, – окинул взглядом собравшихся Жофруа. – Наверное, настало время тебя как следует представить. Внимание всех присутствующих! Я рад познакомить вас самой знаменитой гарпией в мире. Сойка Фтероти, прошу любить и жаловать!

– Всем, привет! – вскинув руки вверх, поздоровалась Сойка. Над её головой появилась яркая надпись [Приветственный Фейерверк]. Когда приключенцы увидали это, то изменились в лице. Большинство авантюристов бросились наутёк, кто-то упал, прикрыв голову руками. Кто-то в панике заорал, выпучив глаза на бледном лице. Но в место взрыва, под потолком над головой Сойки просто расцвела огненная астра фейерверка. Тихо хлопнув, в следующий миг она рассыпалась на безобидные тысячи искр, которые потухли раньше, чем долетели до земли.

– Чего это они? – замотала головой Сойка, недоумевая. – Публика всегда хорошо принимала фейерверки. Я что-то сделала не так?

– У нас уже был «приветственный фейерверк», – стерев пот со лба, вздохнул маркиз. – Нам не понравилось.

– Я смутно помню, – призадумалась Сойка. – Всё было как в тумане. Я уже применяла это заклинание сегодня?

– Как бы тебе сказать? До этого заряд был несколько сильнее, – примирительно замахал руками маркиз и тут же обратился к перепуганным авантюристам. – Всё нормально! Ложная тревога! Можете встать на ноги! Опасность никому не грозит.

– А почему они все на меня так странно смотрят? – смутилась Сойка.

– Потому что эти дурачки боятся тебя до дрожи в коленях! – захохотал Эт. – Эй, смертные, что за непочтение? Поприветствуйте, как подобает, Пернатую «богиню»!

– Меня?! Почему?! – опешила Сойка.

– Культ Пернатой распространился почти сразу, после твоей смерти, – нехотя пояснил Жофруа. – Твои приключения раньше были у всех на слуху, и в какой-то момент твоя популярность переросла в нечто большее. Всё началось с того, что группа жрецов отпочковалась от Алого Храма, создав свою секту, в которой во главе угла ставились искусство и творчество. Религия быстро разрослась, привлекая паству простыми догматами, которые ни к чему серьёзно не обязывали. Эти люди верили в прекрасную Пернатую Богиню, могущество которой может посоперничать только с её талантом. На данный момент культ Пернатой распространён по всему континенту, пусть и не так сильно, как Алый Храм или вера Солнечного Бога Гелиодора. Вон там поодаль стоит жрец в цветастом одеянии. Это представитель культа Пернатой Богини.

– Да… – присвистнула Сойка, очень удивившись. – А я думала это менестрель.

– Твоё предположение не далеко от истины, – сделал пояснения маркиз. – Насколько мне известно, всех без исключения жрецов Пернатой учат каким-либо искусствам. Петь он точно умеет.

– Тогда, рада познакомится, – Сойка подошла к жрецу и протянула ему свою руку в знак приветствия.

– П-пепетруччо! – вымолвил тот, заикаясь. – М-м-м-ладший мейстер Пернатой Богини.

– Ой, смотрите! Котик в одежде! – моментально забыв о жреце, восторженно крикнула Сойка, указав пальцем на Певуна. – А вон там ещё один котан, но уже в броне! Невероятно! Как вам их удалось так нарядить?

– Сой, это катусы, – поспешил объяснить маркиз. – Их раса приплыла из-за моря, пока тебя не было. Это благородный и гордый народ. Я прошу, не сравнивай их с домашними кошками, они этого не любят и обижаются.

– Да, точно, – скрестив руки на груди, подтвердил Бруно.

– Простите, я не знала, – всё ещё рассматривая катусов удивлёнными глазами, извинилась Сойка. – Много всего произошло за двести лет?

– Слишком много, я бы сказал – посетовал маркиз.

– А как поживаешь ты сам? Всё также вместе со злюкой Маравелин возитесь со своим карманным королевством? – улыбчиво спросила Сойка. Несмотря на клюв ей как-то удавалось выдавать подобие обычных человеческих эмоций и делать это так мастерски, что ни у кого не возникало сомнений, что именно она имела в виду. Да и речь Сойки была абсолютно человеческой, без каких-либо дефектов произношения.

– Совершенно верно, – согласился Жофруа. – И хочу заметить. В текущий век наконец-то стало получаться что-то вразумительно добротное. Производство развивается. Мануфактуры строятся. Уровень жизни в нашем королевстве лучше, чем в соседних странах. И продолжительность жизни населения у нас высокая.

– Это он вместе с собой посчитал и своей семьёй, – ухмыльнулся Эт. – И заодно приплюсовал остальных непомирающих упырей. Тогда да, выходит почти уровень Прайма! Если так посчитать, то самая высокая продолжительность жизни будет на кладбищах, где есть беспокойные покойники, и никто уже не помрёт!

– Просто, не слушай его. Лучше я тебя кое с кем познакомлю, – быстро сменив тему, маркиз подозвал жестом Жизель и Мери. – Вот. Позволь представить недавнее пополнение в нашем отряде. Жизель д’Мерле. Моя младшая дочь. А это Мери Уолкер – дочка Артура.

– Рада знакомству! – обрадовалась Сойка, и сразу спохватилась, ища по залу кого-то. – Подожди… А где же сам Артур? С ним ведь всё хорошо?

– Не совсем, – опустил взгляд маркиз, подбирая слова. – Артура уволили из ЭДЕМ. Он теперь вряд ли когда-либо будет с нами.

– Да ты что?! – громко воскликнула Сойка, заставив всех остальных встрепенутся от неожиданности. – Как они посмели выгнать Артура?! И это после всего, что он для них сделал! Как?!

– Подожди! Не кипятись! – стал успокаивать её Жофруа. – Ситуация и так накаляется с каждой минутой. Алл, похоже, окончательно разругалась с Эдемом. Так ещё и Обсидиан не вовремя возродился, и вскоре начнёт действовать. Давай не будем пока делать резких движений, и просто понаблюдаем пару лет, куда всё завернётся.

– Но так же нельзя! – яростно запротестовала Сойка.

– Вам всем с самого начала это говорили. И я. И Обсидиан! – подал голос Этельред. – Но вы же не хотели слушать. Рассказывали сказки про какое-то совместное существование. А теперь мальчишка Эдем творит вообще всё, что ему взбредёт в голову, не считаясь ни с кем. Даже до Руби это стало доходить. Только уже поздно. Кто его теперь остановит?

– Алл всё ещё удаётся сдерживать его, – возразил маркиз.

– Тогда, зачем она затащила нас в эту дурацкую игру с [Орехом Жизни]. Зачем ей потребовалось воскрешать Сойку? – искривил лицо демон. – Нет, старуха располагает уже не теми возможностями, что ранее. Постепенно специалисты ЭДЕМ берут всё под контроль, оставляя её в не удел. Времени у них много. ЭДЕМ богатая контора, и может себе позволить ждать сколько нужно. Когда-нибудь они отправят на пенсию и Алл, как вышвырнули Артура.

– И значит, поэтому надо крушить всё подряд, вопя про новый порядок и революцию? Великолепный план! Идеальный. Надёжный, как часы, собранные гномами, – ехидно заметила Сойка, прищурившись. – Я не была знакома с Обсидианом, но судя по всему он такой же двинутый фанатик, как и его подчинённые. Достаточно посмотреть на тебя или Адель-Ткачиху.

– Сой, давай не будем об этом, – с нажимом вмешался Жофруа. – И причём здесь Ткачиха? Её уже целую вечность не видели в нашем мире.

– Прости, прости, – примирительно замахала ладошкой Сойка. – Я забыла, что ты у нас тоже состоишь в Первой фракции. Однако возникла другая проблема.

– Что ещё? – спохватился Жофруа.

– Ты принял двух новых участниц в команду «Живодёры». Но по давней традиции нашей компании им должны быть присвоены прозвища. Ты что, забыл про это?

– А… – успокоился Жофруа. – Потом как-нибудь. Не до этого сейчас.

– Нет, не потом, – продолжила настаивать Сойка.

– О чём вообще речь? – осведомилась Мери.

– У нас в команде была давняя традиция! – радостно улыбнулась Сойка. – Все её участники носили «птичьи» прозвища. И я не понимаю, почему Жофруа не захотел вам их предоставить.

– Может потому, что это ты давала всем странные клички, а не я? – буркнул себе под нос Жофруа.

– Да у тебя фантазии нет! – рассмеялась Сойка. – Вот ты и пытался отделаться от обязанностей.

– А прозвище обязательно должно быть? – пискнула Жизель.

– Без прозвища никак, щебетёнок – серьёзно подтвердила Сойка. – У твоего отца была кличка Дрозд. Я – Сойка. А ты будешь Иволга!

– Иволга… – задумалась Жизель.

– Отлично же получилось! – улыбнулась Сойка.

– Что на счёт меня? – спросила Мери.

– Хм... С тобой посложнее, – призадумалась Сойка. – Артур звался Вороном. Значит ты будешь Вороной.

– Почему «Ворона»? – возразила Мери.

– Прости, на «Соловья» ты не похожа, – рассмеялась Сойка. – Да, не переживай ты так. Наш жрец вообще откликался на «Тетерева» и не жаловался.

– Иерониму больше подошло бы «Бегемот»! – захохотал Эт. – Жирный неповоротливый бегемот!

– Его-то хоть не уволили? – опомнилась Сойка.

– Всё с ним в порядке. Продолжает трудится на благо ЭДЕМ, – раздражённо ответил маркиз. – Мы давно не общаемся.

– Выходит, команда наша развалилась? – погрустнела Сойка.

– Она развалилась сразу после той злополучной битвы, – ответил ей маркиз. – Мы давно все сами по себе.

– Жаль. Столько приключений осталось не пройдено.

– Опомнись, какие тебе приключения? Ты ж теперь мастер этого подземелья! – снова залился нервным смехом Этельред. – Я специально посмотрел. Система так и не изменила статус. Ты сама сейчас одно сплошное приключение для предприимчивых людей. Вашим двум новым птичкам по двадцать уровней капнуло, за победу над приключением в виде тебя!

– Серьёзно? [Status]! – призадумался Жофруа, развернув зелёную рамку. – Действительно… Жизель прилетело 20 левелов. Она теперь 92 уровня. А Мери начислило даже больше: целых 27. Ничего себе! 78 уровень для человека – это твёрдый «A» ранг! Неплохо. Значит, в этом подземелье опыт начисляется всем участникам группы? Вот этого я не знал.

– А коту и лягушке не перепало ничего. Только пара уровней за личный опыт, – стал потешаться Эт. – Надо было им приглашение кидать тоже!

– Никогда не поздно что-то исправить, – благосклонно заявил Жофруа, обращаясь к Сойке. – У нас есть ещё два кандидата на вступление в отряд. Я думаю, настала пора обновить его, дав дорогу молодёжи.

– Отличная идея! И кто же эти отчаянные смельчаки? – тут же загорелась Сойка.

– Они ещё об этом не знают, – заговорщицки подмигнул маркиз. – Эй, Певун, Раймунд, можно вас двоих на секунду?

Когда подошли менестрель и рыцарь, Жофруа принялся объяснять им суть своего предложения. Остальные авантюристы притихли, стараясь вслушиваться в каждое слово вампира. И чем дольше объяснял Жофруа, тем большее удивление появлялось на лицах присутствующих. Легендарная команда «Живодёры» собиралась вновь, принимая новых участников в свои ряды. Обалдевшие от того, что странный упырь оказался участником мифической авантюристской команды, про которую было сложено столько легенд, приключенцы только хлопали глазами. Даже воитель Бруно был явно обескуражен поворотом судьбы.

– Если примете решение о вступлении, помните, назад дороги не будет. Впереди вас будут ждать лишь постоянные испытания, но и приключений будет не меньше. Ну, что скажете?

– Какие могут быть раздумья! – замяукал Певун, когда пришёл в себя. – Меня запишите! Это же предел желаний для любого барда и менестреля! О таком и мечтать было нельзя! Сколько чудес можно увидеть! Сколько песен сложить! А уж я сложу, не сомневайтесь!

– А что скажешь ты? – обратилась к крапу Сойка. Раймунд, в отличие от ликовавшего кота, не вымолвил не единого слова, молча обдумывая предложение.

– Я всего лишь нищий межевой рыцарь, который пошёл в авантюристы из-за нужды, – заявил жаб, чинно кивнув Жофруа. – И я не понимаю, отчего мне оказана такая честь. Но я уже говорил раньше, что моя жизнь принадлежит вам. Вы спасли меня от жестокой участи пленника, и я, не сомневаясь, последую за вами. Я вступлю в эту волную наёмную компанию. И если это позволит мне обрести славу, то тем лучше для меня.

– Прекрасно! – обрадовалась Сойка, сделав реверанс в сторону новых участников компании. – Не волнуйтесь, я уже всё придумала. Котик будет зваться Попугай. А для крапу подойдёт Пеликан. Добро пожаловать в наш маленький дом сумасшедших!

– Тогда, – официально объявил Жофруа, громко обратившись ко всем присутствующим. – Мне не остаётся ничего другого, как объявить в присутствии всех оказавшихся здесь волею судьбы, что авантюристская ватага «Живодёры» возродилась из небытия!

– Ура! – воскликнула Сойка подпрыгнув на месте. Она раскрутила посох, с которого под потолок полетели волшебные заряды. Они вспыхивали разными красками, превращаясь в огненные цветы всех форм и размеров. На это раз фейерверк подействовал так, как надо. Люди принялись отплясывать, выкрикивая пожелания. Певун заиграл на банджо, а жрец Петруччо начал ему подпевать, подстраиваясь за мелодией на ходу. Чувство причастности к чему-то эпохальному захлестнуло приключенцев. В конце концов, не каждый день становишься свидетелем возрождения из пепла легендарной команды авантюристов.

Глава 28. Современные способы ведения войны

Град Конкорсо готовился к предстоящему сражению. Как только на горизонте показались мачты вражеских кораблей, все подразделения города были приведены в полную боевую готовность. Естественно, всё стало уже ясно с тех пор, как прибыл единственный уцелевший корабль из потопленного флота Республики, но именно появление врага, медленно приближающегося с моря, произвело незримый щелчок в сознании горожан и военных.

Чезаре Висконти расположился на верхнем ярусе Морского Бастиона цитадели Конкорсо. Генералу было очевидно, что противник нанесёт здесь основной удар, поэтому Чезаре приказал разместить в бастионе всю самую лучшую артиллерию, которая только была в городе. Люди трудились день и ночь. Круглосуточно по улицам города сновали отряды ополчения и солдаты армии, выполняя различные фортификационные работы. Повсюду в городе возводились баррикады. Горожане работали без устали, помогая своим защитникам. Но были и те, кто стремился правдами и неправдами покинуть закрытый город. Их отлавливали, но желающих спасти свою жизнь от этого не убавлялось.

Морской Бастион был построен гораздо позже цитадели. Его возвели, чтобы прикрыть порт и гавань. Укрепление широким треугольным клином врезалось в морскую гладь, разрезая волны как утёс. В бастионе друг над другом были организованны несколько ярусов-этажей, куда можно было разместить отряды воинов и пушки. Самый верхний ярус представлял собой плоскую широкую поверхность. По задумке архитектора здесь должна была располагаться площадка для взлёта рыцарей на вивернах, но в Конкорсо виверн так и не успели завести, поэтому верхний этаж Морского Бастиона теперь мог служить только как наблюдательный пункт. В преддверии битвы ему спешно наращивали заграждения из мешков с песком, чтобы расположившиеся здесь защитники имели хоть какую-то возможность укрыться во время битвы.

– Так вы всё здесь? – окликнул генерала Перси Шестой, взобравшись вместе со своей охраной на самый верх бастиона. На катусе была надета дорогая воронёная кираса с посеребрённым изображением льва на груди, выполненного в мельчайших подробностях гравёром-виртуозом. Перси подошёл ближе, борясь с собственным широким плащом пурпурного цвета. Роскошная накидка то и дело пыталась запутаться в ногах правителя города, и катус постоянно одёргивал плащ, не скрывая раздражения.

– Мне доложили, что они высадили десант ранее. С севера и с юга идут сухопутные корпуса, – ответил коту генерал, продолжая рассматривать далёкие кораблики в подзорную трубу.

– Мы даже не попытались их остановить! – начал жаловаться Перси.

– Нам не хватило бы войск! – выпалил генерал, огрызнувшись на катуса. – Любая попытка пресечь их наступление в нашем положении закончится разгромом. Мне просто не из чего концентрировать силы для контрудара.

– А есть ли какие вести из подземелья от этого ненормального упыря? – продолжил доставать генерала правитель.

– Нет… Никаких. За прошедшие дни из лабиринта так никто и не вышел. Нажить, правда, тоже не показывалась с тех пор. Может быть, это позволит снять людей с охраны входа в Лабиринт на другие направления. Знаменитая «Похоронная команда» великолепные бойцы, не боящиеся даже мертвецов. Я хочу использовать их как резерв командования для отражения прорыва неприятеля.

– Разумно. Разрешаю, – сделал напыщенный вид Перси.

– Я также распорядился открыть городской архив и раздать сведущим воинам свитки с полезными заклинаниями. Это значительно усилит боеспособность подразделений.

– Что?! Просто так раздать?! – выпалил Перси, округлив глаза. – Ты хоть знаешь, сколько они стоят? В Конкорсо одна из самых роскошных коллекций волшебных свитков, а ты их просто кинул под ноги хамам?!

– На том свете они тебе не понадобятся! – рявкнул генерал в ответ, заставив кота вздрогнуть. В последнее время именно Чезаре фактически управлял городом, так как лорд-мэр самоустранился, страдая ерундой дни на пролёт. Именно генералу Висконти подчинялись войска, и именно он организовал людей на оборону. Перси же превратился в тень, которая шастала за ответственными лицами и донимала их досужими расспросами и прочей болтовнёй.

– Да, ладно… – пробормотал правитель, замявшись. – Жалко, что ли? Пусть берут, сколько надо.

– Можете не беспокоиться, уже всё давно распределили по позициям, – пояснил Чезаре, одновременно с этим внимательно наблюдая, как портовым краном, закреплённым на краю дозорной площадки бастиона, поднимали одну из пушек. Морской ветер раскачивал её довольно сильно, и целая куча народу столпилась внизу, напряжённо указывая пальцами на опасный груз.

Рядом с генералом вертелся какой-то нескладный тип в кожаном фартуке поверх засаленной рубахи, отчаянно жестикулируя каждый раз, когда очередной сильный порыв ветра собирался опрокинуть конструкцию. Наконец, пушка была водружена на верхнюю платформу и тип побежал осматривать, не случилось ли чего с орудием пока оно болталось на весу. Чезаре поспешил туда же, пригласив Перси следовать за ним.

– Какая странная штука, – пробормотал Перси, – Я, конечно, ничего не смыслю в литейном деле и артиллерии, но не слишком ли тонковат ствол у этой кулеврины?

– О, господин, это не кулеврина, – отозвался нескладный тип.

– Один их наших инженеров, – представил его генерал удивлённому правителю. – Мэтр Моретти. Он разработал оригинальную артиллеристскую систему.

– И чем же она оригинальна? – праздно поинтересовался Перси.

– Всё дело в применении орудия, – похвастался инженер, поправив большие очки. – Господин лорд-мэр, позвольте представить вам первую противовоздушную пушку в мире!

– Противо… что? – поморщился Перси.

– Противовоздушное орудие, – пояснил генерал Висконти. – В мастерской Моретти успели отлить только три таких. Мы надеемся, что это позволит бороться с рыцарями на вивернах.

– Невероятно! – обрадовался Перси. – Уважаемый мэтр, покажите же, как работает это чудо техники!

– С превеликим удовольствием, – раскланялся инженер. Моретти взобрался на конструкцию, скидывая с неё погрузочные стропы и упаковочную ткань. Когда работа была сделана, он сдёрнул полотно, которым был обмотан ствол. По всей длине отполированного узкого дула пушки была выгравирована надпись: «Анжелика». Инженер раскланялся снова, почтительно указывая руками на название.

– Что ж… Недурно, – стал расхаживать вокруг пушки Перси, важно всматриваясь в каждую деталь.

– Анжелика – старшая из трёх дочерей, – нежно сообщил инженер, словно речь шла о его настоящих детях. – Следом установим Изабель и Пенелопу. И тогда три сестры наконец воссоединиться.

– Замечательно. За-ме-ча-тель-но! – довольный увиденным закивал катус.

– Схема работы пушки проста до великолепия! Я сейчас всё покажу – увидав заинтересованность в глазах правителя, восторженно продолжил объяснения сеньор Моретти. – Вот видите этот снаряд?

– Как-то он мелковат, что ли. И потом, пушки же стреляют ядрами? А это даже на ядро не похоже, – призадумался Перси, уставившись на продолговатый узкий цилиндр, сужавшийся в конус на одном конце. Снаряд был латунный и по всей его поверхности были нанесены магические письмена и гравировки. Поверх замысловатых букв с вензелями красовалась грубая красная надпись гласившая: «Осторожно! Взрывная шрапнель!»

– О, господин лорд-мэр, – закивал инженер, когда услышал вопрос, – это не ядро. Ядром, естественно, можно сбить летящую цель, но это очень сложно сделать даже первоклассному специалисту, поэтому от концепции ядер мы отказались ещё на этапе проектировки. Вместо этого наш снаряд представляет собой контейнер с магическим шрапнельным выстрелом. Таким ещё эльфы очень любят пользоваться. Пушка выстреливает снаряд, а на установленной высоте срабатывает колдовская формула, и заряд взрывается, поражая цель не своим попаданием, а облаком дроби, что позволяет эффективно сбить летящую виверну. Но это ещё не всё! Мы также разработали уникальную систему наведения.

Мэтр Моретти открыл небольшой деревянный ящик, установленный на лафете пушки, и извлёк оттуда прозрачную линзу с нанесёнными на ней кружочками и отметками, которые постоянно перемещались по стеклу, словно плавая внутри него. Прибор был тут же установлен на специальное крепление под прицел на стволе пушки. Когда все приготовления были сделаны, инженер приложился левым глазом к линзе, а правой рукой стал крутить ручку, которая привела в движение подъёмный механизм пушки. Ствол начал медленно задираться вверх.

– Эта вещица, не что иное, как прицельный механизм, собранный с помощью зачарования кварцевой линзы, – начал объяснять инженер. – Вот видите, здесь подсвечиваются два кружка. Устанавливаем предполагаемую высоту летящего противника поворотом самой линзы по часовой или против часовой стрелки, а дальше чудо-прибор будет двигать кружки, и нужно их совместить, вращая уже саму пушку. Тогда вы непременно попадёте в цель. Я назвал этот прибор МВУ, то есть магический вычислитель упреждения.

– Мы вчера проводили стрельбы по большим летающим змеям, – пояснил Чезаре.

– Точность поражения – восемьдесят одни с половиной процента! – с гордостью заявил инженер. – Это орудие ещё войдёт в учебники по военному делу!

– Наших врагов ждёт неприятный сюрприз, – зло ухмыльнулся генерал Висконти. – Если они считают, что небо безраздельно принадлежит им, то очень скоро поймут, как жестоко ошиблись.

***

Стражник Лука расположился на одной из северных башен города. Его сюда направили согласно табелю, приписав к отряду обороны города № 25. Такая участь постигла всю стражу, которую фактически объявили ополчением, распределив по башням, бастионам и другим укреплениям. Отряды стражников не сохранили свою изначальную структуру, а были перетасованы и доукомплектованы новобранцами из горожан. Во главе каждого отряда поставили рыцаря, чтобы тот руководил этой сборной солянкой. Командира, управлявшегося с отрядом №25, звали сеньор Рицци.

Это был старый вояка лет шестидесяти или даже больше. Абсолютно седой и почти полностью лысый. Большой крючкообразный нос сеньора Рицци, словно утёс, выплывал из моря морщин, заполонивших обветренное лицо командира. Сеньора Рицци могли бы прозвать дедом, но к пожилому рыцарю прижилось гораздо более ёмкое прозвище – Старый Хрыч. Старый Хрыч орал по любому поводу и без повода тоже, ошпаривая, как кипятком, лужёной пропитой глоткой увядшие уши подчинённых. Луку Старый Хрыч невзлюбил с самого начала, поэтому кричал на него как минимум в два раза больше, чем на остальных, и при этом заставлял всегда таскаться за собой, поучая беднягу по всякому случаю. Естественно Лука моментально приобрёл прозвище Внук Хрыча, от чего ещё больше расстроился и сник.

Но сегодня сеньор Рицци был особенно не в духе. Нагоняй получили абсолютно все, кто попадался Старому Хрычу на глаза, а затем доставалось и Луке просто так, за компанию. Отряд состоявший на две трети из подмастерьев и прочих бедняков, непривыкших к войсковой дисциплине, попрятался по углам вверенной им башни, прикидываясь ветошью, только чтобы командир-самодур не прицепился в очередной раз и не поколотил обухом меча.

– Показались наконец, черти, – сквозь зубы процедил Старый Хрыч, увидав, как с дальних холмов стали спускаться в долину первые неприятельские отряды.

– Им же числа нет… – случайно вымолвил Лука и тут же получил подзатыльник от Хрыча. Голова в шлеме зазвенела, будто оказавшись в гудящем колоколе. Несмотря на почтенный возраст, сеньор Рицци не утратил сил и не стеснялся их применять.

– Отставить панику! – рявкнул Хрыч, облокотившись на каменный зубец башни.

– Да мы ж тут все помрём! – взмолился один из воинов, бывший ученик столяра. – Сгинем ни за что...

– На тот свет захотелось? – выкатив глаза из орбит, разошёлся Старый Хрыч. – Так прыгайте с башни! Кто вас, дураков, держит? Без очереди в аду окажитесь, гарантию даю! Что, неохота? Ну так и нечего ныть раньше времени. Запомните главную военную мудрость! Говорю один раз, повторять не буду. Если во время битвы очень долго махать оружьем в руках, враги когда-нибудь кончатся! Все поняли? Тогда доставайте ваши железяки, городская голытьба…

– Извините! – раздался звонкий, но испуганный голосок, заставив Старого Хрыча прерваться. Перед командиром отряда возникла девушка. Она была одета в короткую до колен мантию охристого цвета, а в руках у девчушки был посох, за которым она пыталась спрятаться, испуганно поглядывая огромными карими глазами на таращившихся на неё солдат.

– Тааак… – злобно протянул Хрыч с такой интонацией, что у рядом стоявших воинов душа ушла в пятки от страха, – И кто из вас, троглодитов косоглазых, пустил ребёнка на военный объект?

– Я не ребёнок! Я авантюристка. Меня зовут Дебра. Волшебница домена земли. Меня сюда направили распоряжением совета по обороне города для усиления и магической поддержки отряда, – обиженно затараторила девушка, протягивая дрожащей рукой бумагу.

– Ну, и что тут у тебя? – стал щуриться Старый Хрыч, пока читал письмо. – …Приписать авнтюристку «D» ранга Дебру по прозвищу «Камушек» к отряду обороны №25 для придатия подразделению увеличения огневой мощности путём магической поддержки укреплений и личного состава…

– Вот видите! – обрадовалась магичка, решив, что недоразумение счастливо разрешилась.

– Камушек? – переспросив, сверху вниз посмотрел на магичку Старый Хрыч.

– Да, – подтвердила та.

– Слушай, «Камушек», катись-ка ты отсюдова! И чтобы духу твоего здесь не было! – набрав побольше воздуха в грудь, рявкнул командир.

– Почему?! – затряслась девушка.

– Потому, что у нас ещё не такая безнадёжная обстановка, чтобы заставлять детей сражаться на стенах! – заорал Старый Хрыч, почему-то грозя кулаком своим подчинённым.

– Но, тут же приказ командования! – начала протестовать сквозь слёзы Дебра, одновременно с этим поправляя свои короткие каштановые волосы, зачёсанные назад.

– Видал я это командование в гробу! Мы тут воевать собрались, а не посиделки устраивать с чаепитиями и рулетами! – снова взревел старик. – Штабные недоумки! Я им покажу «детей – на стены».

– Я не дитя! Ещё раз вам говорю! И я буду сражаться! – заплакала магичка, окончательно сникнув под напором страшного командира.

– Ты чего разрыдалась?! – опешил Старый Хрыч, неожиданно растерявшись. – Да не реви ты. Кобольдова доля, дайте ей кто-нибудь платок!

– Я никуда не уйду! – в очередной раз шмыгнув носом, заявила магичка, утирая слёзы протянутым Лукой обрезком льняной ткани. – Я не дезертир!

– Послушай, – умерив обороты голоса, Старый Хрыч попытался сдержать свой гнев. – Ты понимаешь, или нет? Тут война у нас. Здесь убивают. Посмотри вон на те холмы вдалеке. У меня с глазами не очень, но даже я прекрасно вижу, что они подкатывают артиллерию. Пушки! По нашей башне будут долбасить, пока не сровняют её с мамкой землёй!

– Для этого я и нужна! Я могу укреплять стены заклинаниями! – заявила Дебра, немного придя в себя.

– Да что ж такое! – взмолился Хрыч. – Куда ты со своим «D» рангом сунулась, ненормальная?! Тебе руку ядром оторвёт, что делать будешь? Война – это не экскурсии с друзьями по верхним уровням лабиринта! Уж я-то знаю! Приходилось авантюрничать по молодости. Ну, что ты на меня так вылупилась? Иди, хлопай своими глазками где-нибудь ещё! Нечего мне солдат смущать!

– Меня приписали к вашему отряду! Я останусь на позиции, даже если это вам не нравиться! – стукнула посохом Дебра, надувшись.

– Ну и дура… Делай что хочешь, но если будешь мешаться под ногами, прикажу скинуть тебя с башни, – устало огрызнулся Старый Хрыч. – А вы болваны, чего застыли, как истуканы? Делов нету, что ли?! По местам, бездельники! Воевать будем!

***

На палубе виверноносца Морской Конёк царило небывалое оживление. Три десятка моряков носились взад-вперёд, подготавливая корабль ко взлёту летающих рыцарей. Несколько виверн уже были выгружены из трюмовых отсеков, где они пребывали всё путешествие. Крылатые твари нервно водили головами, жадно поглощая солёный морской воздух. Рядом с ними топтались наездники, уже одетые в броню.

Около важных рыцарей крутился народ попроще. Это были оруженосцы, слуги и работники, ухаживавшие за вивернами. На монстров крепили сёдла и другую амуницию. Подвозили бомбы, которые должны были метать летуны. Каждой виверне полагалось по две пятидесятикилограммовых манобомбы, которые крепились в специальных кожаных карманах на бёдрах у виверн. Когда наездник считал, что пора сбрасывать взрывной груз, он дёргал за определённую верёвочку, карман раскрывался, и бомба отправлялась в свободное падение. Опытный рыцарь мог с высоты птичьего полёта попасть в круг радиусом десять метров.

Коммодор Одли прохаживался по палубе, осматривая происходящее и вовремя давая команды нерасторопным подчинённым, которые, получив порцию отборной морской брани, начинали совершать все действия с удвоенной скоростью. Рядом с коммодором находился и стратег, постоянно выискивавший что-то своим единственным глазом.

– Наши сухопутные силы сомкнули кольцо. Их так никто и не остановил. Ни одно подразделение противника даже не попыталось предотвратить осаду, – доложил Одли стратегу, после того как развернул депешу от одного из своих адъютантов.

– Ясно дело. Берегут силы, – ухмыльнулся Око. – Решили отсидеться за стенами. Тем лучше для нас, прихлопнем всех гадов одним махом. Они ещё пожалеют о своём трусливом решении.

– Как бы мы сами не пожалели. Скоро море будет красным от крови, в том числе и наших людей, – сощурив глаза, уставился в даль коммодор.

– Но вы же прекрасно понимаете. Не бывает войны без жертв.

– Война – одна сплошная жертва, если уж до неё дошло, – проворчал Одли. – И если говорить на чистоту, я так и не понял, за что здесь будут погибать наши люди. Неужели проблемы торгашей нельзя было решить их же методами?

– Боюсь, что противоречия гораздо более глубоки, чем вы себе представляете.

– Я много чего могу себе представить, – раздражённо ответил коммодор. – И я сомневаюсь, что существующие противоречия глубже, чем море, по которому мы сейчас плывём. А сегодня на дно пойдёт много славных ребят.

– По-моему, вы излишне рефлексируете, – осадил коммодора стратег.

– А, по-моему, это вы слишком легко готовы превратить кучу народу в фарш для рыб. Впрочем, можете не сомневаться, я выполню свой долг морского офицера, а вы и ваше начальство, боги вам судьи, не я.

– Вот и отлично. С богами я как-нибудь договорюсь, – деловито улыбнулся Око. – Что у нас дальше по плану?

– Как и договаривались, – хмуро пояснил коммодор. – Отправляем две эскадрильи по шесть виверн в каждой на подавление бастиона №6. Корабли выстраиваем на линию огня и начинаем бомбардировку порта и города. Учитывая, что у неприятеля преимущество по высоте, их орудия начнут бить по нам. Корабли вне всяких сомнений получат урон, главное, чтобы он оказался приемлемым. В это время сухопутные войска попробуют организовать штурм северной части города и южной одновременно. Сигналом послужит налёт рыцарей на вивернах.

– Великолепный план, простой и сбалансированный.

– Меня смущает, что сухопутным частям не дали время на постройку осадного снаряжения, – пожаловался Одли. – Такие стены с одними полевыми орудиями не возьмёшь.

– За это не беспокойтесь, – уверенно ответил Око. – Каждому из подразделений был своевременно придан отряд магов, квалифицированных в домене земли. Они возведут штурмовые насыпи за считанные минуты. Наши войска будут подниматься на стены, как по проспекту.

– Не люблю я все эти магические штучки, – скривил лицо Одли. – С волшебниками всегда что-то не так. Присутствие интеллигенции на войне – одна сплошная морока. Уж лучше по старинке. Обложить город. Накопать рвов и траншей. Возвести осадные башни, подкатить тяжёлую артиллерию. И долби их хоть целый год.

– Вот именно, что целый год, – прервал его Око. – А у нас его нет. Поэтому в ход пойдут современные военные средства. В том числе специализированная магия. Вот увидите, насколько эффективной будет помощь волшебников.

– Поглядим, – недоверчиво согласился коммодор.

– Не понимаю, – скосился на коммодора стратег. – Наш флот уже давно использует магические снаряды. Те же пушечные выстрелы осыпающего действия в своей сути содержат заклинание [Эрозия Породы], принадлежащее домену земли. Именно оно, и вам это известно, позволяет превращать стены в песок. И именно эти снаряды будет использовать наш флот при бомбардировке укреплений Конкорсо. Если вам так не нравится магия, так долбите стены простыми чугунными ядрами. А мы посмотрим, какой будет эффект.

– Признаю, – сплюнул на палубу коммодор. – Уели вы меня. Понятно, что без магии в военном деле сейчас уже никуда. Просто, война превратилась в какое-то соревнование волшебства. Зачем штурмовать стены, зарабатывая себе боевую славу и шпоры, когда худосочный маг, в котором еле душа держится, может поворотом мизинца обрушить целую башню. Вот только нет в этом ни грамма благородства. А если убрать благородство из войны, там останется одно сплошное иступляющее уничтожение. Боюсь, что наш спор ни к чему не приведёт, стратег. Рыцари на вивернах готовы. А я готов отдать приказ.

– Начинайте! – скомандовал Око. – И верьте, мы непременно победим!

***

Когда радость по поводу воссоздания легендарной команды немного поутихла, до приключенцев находившихся на нижнем этаже подземелья стало потихоньку доходить, что на поверхности их ничего хорошего не ждёт. Выбравшись из одной мясорубки, они автоматически попадали в новую, поскольку Альянс Синего Моря со своими кораблями никуда не делся, и штурм города никто не отменял.

– Послушайте, – робко решился озвучить свои мысли жрец Петруччо. – Я скажу вслух, что и так у всех на уме. Мы ведь уже совершили невероятный подвиг? Давайте притормозим. Может, не будем пока выбираться на поверхность. Пересидим здесь, а? Никто нас ни в чём не обвинит. Нет у них такого права. Мы свою битву отплясали.

– А ведь он прав. Точно. Дело говорит, – стали раздаваться робкие голоса из всех уголков зала. Люди кивали головами в знак согласия, и в общем их было трудно винить за то, что они не хотят умирать после той бойни, из которой им чудом посчастливилось выбраться.

– Враги вряд ли полезут в Лабиринт, а если и полезут, обороняться будет гораздо проще, чем на поверхности. Пушку под землю не затащишь, а огромный военный корабль тем более, – продолжал свою агитацию жрец. – Что думаете?

– Я думаю, что у меня на поверхности, в городе, осталась семья. Предлагаешь их там оставить, а самому забиться в тёмный угол от страха, как вшивый крысюк? – рявкнул катус Бруно. Несколько авантюристов согласились с ним, воинственно громыхая оружием, но они всё равно были в меньшинстве.

– А чего ты их раньше не вывез из города? – захлопал глазами жрец.

– Наша семья здесь живёт с самого прибытия из-за моря, – наехал на жреца катус-воитель. – Куда нам прикажешь бежать? Кому мы нужны? Опять стать бродягами? Спасибо, не надо.

– А так давайте перетащим в лабиринт женщин и детей. Нежити-то всё равно каюк, – выкрикнул кто-то из приключенцев. – Почему бы не использовать туннели, как убежища для горожан?

– Одна группа эльфов тоже так думала, да только едва не поплатилась за это, когда неприятель почти запер их в пещере и чуть всех не истребил, – ухмыльнувшись, вступил в разговор маркиз д’Мерле.

– Это где такое было? – недоверчиво осведомился жрец Пернатой.

– Скоро узнаешь, когда новости и до вас дойдут, – одёрнул того маркиз.

– Я что-то пропустила? – с интересом спросила у вампира Сойка.

– Ты же ещё не знаешь, – маркиз принялся объяснять своей знакомой, как обстоят дела на поверхности. Сойка очень удивилась, когда узнала, что над ними расположился крупный город, в котором высоко ценят искусства. И ещё больше удивилась, когда маркиз поведал о предстоящем сражении между республикой Конкорсо и Альянсом Синего Моря. Жофруа в подробностях поведал о проблемах города, в частности о нехватке защитников и в общем прекосе сил не в пользу Республики.

– Надо им помочь! – загорелась идеей Сойка.

– И как? У тебя нет ограничительной печати, а Эт не сможет тебе её поставить. Так как вы друг друга на дух не переносите, печать просто не сработает.

– Да никто и не заметит, – начала оправдываться Сойка. – Давай, хотя бы выберемся на поверхность, и посмотрим, что к чему.

– Я тебя прекрасно знаю. И чем закончится твоё «давай посмотрим» тоже представляю, – насупился маркиз. – Алл мне ещё век мозги компостировать будет потом.

– Ну, пожалуйста, пошли на поверхность, – заканючила Сойка.

– Если только ты найдёшь мне армию, которая уровняет силы в битве, – ехидно заметил маркиз.

– Да, без проблем! Я тут посмотрела в меню. Здесь столько нежити накопилось за два века, забирай, хоть всю. Чем тебе не войско?

– Ещё не понял? – снова рассмеялся Эт. Демон уже не лежал, а сидел, прислонившись спиной к стене. Впрочем, рана его всё ещё была глубока, хоть и заросла почти на половину. – Сойка так и осталась боссом подземелья. А босс подземелья имеет право нанять до четырёх прислужников-генералов, чтобы они помогали справляться с отрядами и управлением. Сечёшь фишку? Если она спихнёт нежить на того, кто умеет ей управлять, это будет нечто! Тем более, если меня не подводит память, твоя геройская способность называется [Высокая планка] и позволяет постепенно дотянуть твоих подчинённых до заоблачных высот. Идеальная способность для некроманта с легионом нежити во главе!

– Отличная идея! – согласилась Сойка. – Я уже отправила приглашение.

– Вижу, – внимательно осматривая выскочившую зелёную рамку, буркнул Жофруа. Немного поразмыслив, вампир нехотя принял предложение. Одна рамка сменилась другой. Теперь там отображалась детальная информация о подземелье. Таблицы с наименованиями и количеством накопленных ресурсов чередовались со списками доступных прислужников, как общие, так и по каждому этажу по отдельности. Маркиз скрупулёзно вчитывался в полученные данные, соображая в уме, что и как. Остальные авантюристы внимательно смотрели за реакцией Жофруа. Некоторые пытались заглянуть ему через плечо, но вся информация отображалась на неизвестном языке, поэтому толком ничего было не разобрать.

– Что скажешь? – вопросительно подмигнула Сойка.

– Здесь войск больше, чем скоплено в городе, – немного ошарашено пробормотал Жофруа.

– Так в чём проблема? – непонимающе переспросила Сойка.

– Сой, это ведь нежить. Я прекрасно смогу ей управлять. Но как отреагируют в городе? Только представь, на укреплениях расположились защитники, а к ним на помощь заваливается толпа оживших мертвецов. Что бы ты подумала на их месте?

– Хм… – призадумалась Сойка, театрально приложив пальчик к кончику клюва. – Я бы решила, что нежить выбралась из лабиринта, чтобы напасть.

– Именно! – подтвердил маркиз, щёлкнув пальцем. – Идея здравая, но всегда есть психологический фактор, который всё портит.

Рядом с вампиром вдруг появилось несколько зомби и даже один рыцарь скелет. Остальные авантюристы не на шутку перепугались, когда неживая братия вдруг возникла из небытия. Приключенцы повыхватывали оружие. Причём, даже Мери достала свой меч.

– Спокойно! Они под моим контролем, – возвестил маркиз на весь зал. – А теперь скажите мне все. Как вы смотрите на то, чтобы использовать нежить в качестве подкреплений для защитников города? Насколько это будет приемлемо для людей?

– Да вообще никак не приемлемо, – замотал головой жрец Петруччо, обливаясь потом. – У меня чуть душа в пятки не ушла! Предупреждать надо, когда собираетесь провернуть что-то противоестественное! Ну нельзя же так пугать!

– А я думаю, что пойдёт, – рыкнул катус Бруно. – Какая разница, что это за подкрепления, если они будут сражаться за нас? Дарёному коню в зубы не смотрят.

– Но это же нежить, а не лошади… – тихо возразила жрица Алой.

– Тогда давайте назовём их секретным оружием Республики. Никто слова поперёк не скажет, – подкинул идею Певун. – Люди с любой ерундой согласятся, если объявить это секретным оружием. А так у Конкорсо появится хотя бы шанс. Может, даже удастся отбиться. Только надо власти города заблаговременно предупредить, чтобы успели оповестить войска.

– Отличная мысль, – поддержал менестреля воитель Бруно.

– Тогда мне нужна информация, с какой точки в Конкорсо хорошо виден весь город. Руководить толпой нежити непросто. Мне потребуется отличный обзор, – резюмировал маркиз.

– А вы точно её удержите, я имею в виду нежить? – серьёзно спросила Жофруа жрица Алой. – Если мертвецы выйдут из-под контроля в городе, это будет катастрофа.

– Я могу гарантировать, что под моим контролем они не взбунтуются, – подтвердил маркиз. – Главная проблема, это реакция людей.

– Если необходимо место с хорошим обзором, то рекомендую верхний ярус Морского Бастиона, – пояснил Бруно. – Оттуда весь город как на ладони. Он расположен в цитадели города.

– Люди, вы чего? – не унимался жрец Петруччо. – Какая нежить? Опомнитесь! Нас же только недавно зомби чуть всех не сожрали, а вы собрались их вытащить в город.

– Эй, Пернатая, – опять заржал Эт. – У тебя духовенство взбунтовалось.

Вместо того, чтобы пререкаться с демоном, Сойка выпрямилась, встав во весь свой не маленький рост. В руках у неё был посох, которым она саданула о землю, чтобы привлечь внимание. Два огромных крыла расправились в стороны, опрокинув почти всех приключенцев порывом вихря. Авантюристы уставились на Пернатую испуганными глазами. Жрец Петруччо даже побледнел. Взмахнув ещё раз крыльями, Сойка стряхнула с перьев яркие оранжевые искры, рассыпавшиеся вокруг словно облако блёсток.

– В ваш город пришло несчастье, а вы чинно судачите, что да как. И так ничего и не решите, – громко окликнула присутствующих Сойка. – Когда враг у ворот, не время для досужих философских бесед. Оставьте эти разговоры на более тучные спокойные годы. Я тоже в каком-то смысле местная горожанка. Пусть и просидела два века под землёй. И я не останусь в стороне от беды. Я отправляюсь на поверхность. А вы, кто не трус, можете пойти со мной. Или сидите здесь, никто вас тут не тронет, но и в глаза самим себе вы больше не сможете посмотреть! Мой верный генерал, готово ли наше костяное воинство?

– Готово! И ждёт распоряжений, – ответил Жофруа, подыгрывая своей знакомой. – Легион ожидает ваших указаний, госпожа повелительница подземелья.

– Отлично! Время пришло! – выкрикнула Сойка так громко, что у присутствующих заложило уши. – Все, кто не устрашился битвы, за мной!

Крики одобрения огласили зал. Даже те, кто сомневался, преисполнились решимости отправится в бой. И во главе этого пёстрого воинства авантюристов встала крылатая богиня. В этом у большинства присутствовавших отпали всякие сомнения. Сойка Фтероти, расправившая свои крылья была именно Пернатой. Той самой Пернатой, которую чтили в Республике. И в тяжелое время крылатая покровительница Конкорсо лично встала на защиту города. А врагов ждала жестокая кара.

Глава 29. Современные способы ведения войны 2

Погода в Конкорсо стояла уже несколько дней просто великолепная. Несмотря на то, что лето потихоньку продвигалось к своему завершению, было тепло, но не знойно. Лёгкий ласковый ветерок периодически налетал с берега, принося с собой мягкость и умиротворение. А какое было море! Его почти зеркальная не тронутая рябью поверхность величественно раскинулась, оккупировав даль вплоть до самого горизонта. И уж совсем чуждо и не уместно на фоне этой идиллии маячили мачты и паруса десятков военных кораблей на горизонте. Тревожные крики защитников города раздавались повсюду. Люди указывали пальцами на флотскую армаду в тщетной попытке пересчитать корабли неприятеля.

– Летят! Всем приготовится! – напряжённо скомандовал генерал Висконти, наблюдая в подзорную трубу за группой рыцарей на вивернах, стремительно приближавшихся к городу.

– Занять орудия! – крикнул сеньор Моретти, подбежав пушке под названием Анжелика. Поскольку эти орудия были сложны в управлении, инженер любезно выделил в помощь канонирам своих подмастерье, распределив их в каждый расчёт. Более того Моретти собственноручно вызвался управлять одной из пушек. Чезаре не стал возражать.

Расчёты пушек засуетились. Стволы орудий начали медленно поворачиваться в сторону приближающейся крылатой угрозы. Кто-то открыл деревянный ящик битком набитый снарядами с магической шрапнелью. Сеньор Моретти ловким проверенным движением открутил большой винт у основания пушки и откинул его вбок. В образовавшееся углубление подмастерье аккуратно поместил снаряд. После этого инженер привёл пушку в боевой состояние, захлопнув казённую часть со звонким щелчком. С остальными орудиями произвели такие же операции.

– Не палите по чём зря, подпустим их на восемьсот метров, – предупредил расчёты Моретти.

– Не слишком ли близко? – спросил генерал Висконти.

– Иначе потеряем в точности, – коротко ответил ему инженер.

– Мы можем потерять несколько больше, если они до нас доберутся, – напряжённо изрёк генерал.

– Тогда нам уже будет всё равно. Разве нет? – улыбнулся сеньор Моретти, моргнув глазами из-под массивных линз очков.

Эскадрилья виверн с оседлавшими их рыцарями довольно быстро приближалась. Теперь можно было легко увидеть очертания крылатых созданий своими глазами без помощи бинокля, подзорной трубы или иного прибора, способного вооружить взгляд. Это были буро-зелёные твари с длинными шеями, увенчанными треугольными гребнями, тянущимися от затылка головы до кончика хвоста. Гребень прерывался лишь в том месте, где на спине крепилось седло.

Раскидистые перепончатые крылья летунов совершали тяжёлые взмахи, загребая воздух и словно отталкиваясь от него. Загруженность одной виверны была достаточно высока, ведь кроме своей и так немалой туши она должна была нести рыцаря в броне и две бомбы в карманах на бёдрах. Не каждая летунья могла выдержать такое, поэтому для этой работы виверн отбирали с самого маленького возраста, нещадно выбраковывая до девяносто процентов потомства. И только одна рептилия из десяти отобранных становилась носительницей рыцаря. Остальные отсеивались из-за скверного характера или плохой обучаемости. Не стоит и говорить, что содержать рыцарей на вивернах было очень дорогим удовольствием. Далеко не каждая страна могла себе их позволить в виде полноценного боевого соединения.

Нервозность нарастала. Расчёты потивоздушных орудий внимательно следили за приближающейся эскадрильей, время от времени вопросительно поглядывая на сеньора Моретти, который поднял вверх руку, готовясь отдать приказ о начале залпа.

– Целимся в центр построения. Все три пушки будут бить по ведущему эскадрильи, – пояснил мэтр Моретти. – Так получится добиться наибольшей кучности.

Внезапно командир эскадрильи словно почувствовал что-то и стал набирать высоту. Ведомые последовали за своим лидером. Несколько тварей издали недовольный вой и стали нехотя подниматься выше за командирской виверной. Стоит сказать, что виверны в природе являются стайными существами и стараются во всём следовать за вожаком. Этим пользовались дрессировщики. Виверны одной эскадрильи и содержались вместе, формируя подобие стаи. Не стоит и говорить, что вожаком в этой стае всегда являлась летунья командира эскадрильи. Это сильно упрощало управление эскадрильей, как единым целом. Виверны всегда понимали заранее, куда повернёт вожак, поэтому часто вообще не требовалось отдавать им специальные команды. Крылатые сами следовали за своим предводителем.

– И что они делают? – снова достав подзорную трубу, заворчал Чезаре. Генерал Висконти не мог знать, что таким образом враг отдавал приказ о всеобщем наступлении. Сухопутные войска должны были видеть атаку рыцарей на вивернах, а для этого летунам стоило забраться повыше, чтобы каждый солдат Альянса Синего Моря своими глазами мог убедиться о начале штурма.

– Вот ведь что задумали! – сквозь зубы процедил мэтр Моретти. – Они набирают высоту, чтобы начать атаку в пикировании! Всем расчётам, перевести стволы пушек в положение зенит! Враг начнёт налёт с высоты прямо над нами.

– Подпустили поближе… – проворчал Чезаре. Звук приближающихся беспокойных шагов заставил его отвлечься от опасного неба.

– Генерал! – на верхний этаж бастиона вбежал запыхавшийся адъютант. – Докладываю, корабли противника пришли в движение. Нет сомнений, что они готовятся к бомбардировке города!

– Сам вижу, – огрызнулся Чезаре Висконти, окинув взором море, заполненное вдали мельтешащими парусами. – У нас преимущество по высоте, как только они подойдут на дистанцию поражения, открывайте огонь из всех орудий. Нужно потопить им как можно больше посудин!

– Есть, топить посудины! – улыбнулся адъютант.

– Магов распределили на каждый бастион?

– Так точно! В каждом укреплении минимум по одному волшебнику. Ещё солдатам раздали свитки, как вы и просили, – похлопал себя по заплечной сумке посыльный.

– Ещё что-то?

– Там… господин лорд-мэр слоняется по нижним этажам бастиона, – неуверенно продолжил посыльный. – И, честно сказать, только мешается. Может у вас получится как-нибудь выпроводить его светлость.

– Гоните его прочь! – не выдержал Чезаре. – Этот глупый кошак порядком всех достал. Если что, скажите, что это мой приказ.

– А епископа, который с ним ходит, тоже гнать?

– Он и старого шута с собой притащил? – вытаращил глаза Чезаре. – Кто ещё с ними?

– Несколько гвардейцев. Фрейлина, я её не знаю, – стал перечислять адъютант. – Ещё парочка вельмож из канцелярии. Шастают по этажам и донимают солдат и канониров разными разговорами о пустом.

– Пернатая Богиня, покарай этого идиота! Пусть ему на башку свалится что-нибудь! – взмолился генерал. – Приказ главы обороны города. Возьми-ка взвод крепких ребят и выпроводите всех этих туристов обратно в цитадель. Пусть сидят там и носу не показывают! Если будут против, можете подправить физиономии парочке гвардейцев, что их охраняют, но лорда-мэра не трогайте.

– Слушаюсь, генерал! – обрадовался адъютант. – Мы аккуратненько, не сомневайтесь!

Адъютант убежал выполнять приказ, а Чезаре снова сконцентрировался на эскадрильи виверновых рыцарей. Генералу пришлось изрядно задрать голову, чтобы найти летунов на фоне неба. Крылатые были уже почти над самыми головами защитников бастиона, когда ведомый рыцарь совершил резкий манёвр. Его виверна провалившись на правое крыло устремилась вниз, к земле. За ней последовали и остальные крылатые твари, повторяя крутой вираж лидера. Когда виверны начали своё безумное пике, они открыли пасти и издали протяжные вопли. И чем больше нарастала скорость, тем громче и безумнее становился единый крик летающих монстров.

– Ещё немного… – приговаривал сеньор Моретти. Его рука, всё это время поднятая вверх для команды мелко дрожала. – Чуть-чуть… Давай!

Инженер махнул ладонью, и все три пушки выстрелили залпом, отправляя смертоносную шрапнель на встречу с врагом. Три снаряда разорвались прямо перед ничего не ожидавшим ведущим эскадрильи. Ведомые пришпорили виверн и разлетелись кто куда, выходя из пикирования. Лидеру звена повезло меньше. Облако магической шрапнели задело его виверну. Она подпрыгнула в воздухе сделав кувырок, тут же уйдя с линии удара, но правое крыло попало под раздачу, летательная перепонка монстра превратилась в дуршлаг. Виверна взвыла, хватаясь за воздух, пытаясь уйти ввысь от жгучих мух, которые въелись ей в правое крыло. А в это время, застряв в седле, болталось уже бездыханное тело командира эскадрильи. Меч выпал у него из рук. Изодранный шрапнелью нагрудник рыцаря был заляпан свежей кровью сверху до низу.

Остальные рыцари, отделавшись совсем не лёгким испугом, разлетелись в разные стороны, расстроив боевой порядок. Каждый из них уже был сам за себя. Сбросив бомбы как попало на город, они приказали своим летунам возвращаться обратно на виверноносец. Ещё какое-то время можно было различить бледные обеспокоенные лица рыцарей на вивернах, затравленно оглядывавшихся на своих обидчиков и погонявших крылатых монстров лететь как можно быстрее.

Подстреленная виверна ведущего постепенно теряла высоту. Несмотря на отчаянное сопротивление крылатой твари, земная твердь приближалась, и делала это очень быстро, не оставляя ни каких шансов на хороший исход в результате приземления. Совершив ещё несколько отчаянных усилий, виверна окончательно растратила уходящие силы и камнем рухнула на один из кварталов города, воя в предсмертном крике. Бомбы, так и оставшиеся в карманах, сдетонировали от удара о землю. Раздался взрыв. Морской бастион тряхнуло, так-как летун рухнул достаточно близко. От разрушенных домов пошёл чёрный дым пожара.

– На одном крыле летается не очень! – показал небу кулак сеньор Моретти.

– Надо направить кого-нибудь, чтобы проверил. Раненый монстр может натворить дел в городе, – внимательно наблюдая за падением виверны, вымолвил генерал Висконти.

– Нет необходимости, – успокоил его инженер. – При таком взрыве от неё ничего не осталось. Уж я во взрывчатке кое-что смыслю.

***

Тишина одарила город своим присутствием лишь на мгновение, чтобы в следующее мгновение разразиться канонадой пушек. Со всех портовых бастионов Конкорсо заговорили орудия, пытаясь поразить подошедшие на дистанцию огня корабли Альянса. Пушки с грохотом выпускали десятки снарядов, представлявших собой бомбы огненного магического напалма, наиболее хорошо подходившие для уничтожения деревянных корпусов кораблей неприятеля. Враг не стал это терпеть. Линейные корабли выстроились в боевой порядок. Орудия кораблей открыли ответный огонь, выплёвывая по очереди один за другим волшебные снаряды. Команды моряков, вымуштрованные за годы службы, действовали как единый механизм, доводя до автоматизма отточенные годами службы навыки.

Шквал снарядов обрушился на город. Вместо обычных боеприпасов Альянс Синего Моря использовал так называемые магические снаряды осыпающего действия. Врезавшись в кирпичную стену или каменную кладку оборонительной стены боеприпас активировал заложенное в нём заклинание домена земли под названием [Эрозия Породы], под действием волшебства превращая любую твёрдую преграду в пыль. Дома фигурально становились песчаными замками, осыпаясь под собственным весом.

На всём протяжении линии обороны стали возникать магические круги и барьеры. Это волшебники Конкорсо, распределённые по укреплениям, начали принимать контрмеры, пытаясь остановить бомбардировку на вверенном участке обороны. Снаряды захлестнули город словно град. То ту то там стали обрушаться дома, производя тонны пыли в воздух, сопровождаемые криками горожан.

На сухопутных укреплениях дела обстояли не лучше, чем в морских бастионах. После того как рыцари на вивернах пошли в пикирующую атаку, всё воинство Альянса Синего Моря двинулось на штурм, поджимая город и с севера, и с юга. Двадцать пятый отряд обороны города поспешил занять свои позиции в башне. Старый Хрыч особенно разошёлся, правда, теперь его ругань и проклятия летели уже не на подчинённых, а на стремительно наступавшего врага.

Лука пробирался по лестнице между этажами башни, когда он заметил в боковое окно, как осыпающий снаряд попал в соседнюю башню. Строение затрещало, издавая странный низкий гул. Кирпич, из которого состояла соседнее укрепление, начал сыпать пылью. Несколько кирпичиков вывалились из своих мест. Гул нарастал. Выпавших кирпичей становилось больше. Песок сыпался из всех щелей, как будто это родниковые ключи нашли путь сквозь твёрдую породу. Лавинообразно нарастая, обвал случился внезапно и резко. Передняя стена, только что являясь эталоном прочности, вдруг схлынула на землю, как коварная морская волна, увлекая за собой тех, кто был внутри укрепления. Сдавленные стоны защитников, заглушаемые засыпавшим их песком, быстро сменились гнетущим затишьем. Лишь полуразрушенный ломаный остов из двух соседних стен остался на месте некогда большой квадратной башни. Да парочка везучих защитников отрешённо топтались на месте обвала, обвалянные в пыли с ног до головы.

– [Convallis Tellus]! – крикнула волшебница Дебра, коснувшись посохом стены. От места соприкосновения кирпичной кладке поползла охристая вязь, которая слегка светилась в тени. Постепенно расширяясь, заклинание словно паутинка обволокло всю фронтальную стену. Это заклинание было одним из базовых и распространённых среди пользователей домена магии земли. Волшебство укрепляло конструкцию, на которую было наложено, придавая дополнительной твёрдости материалу. Это было что-то вроде брони для стены или иного укрепления.

– Всем, в укрытие! – вдруг заорал не своим голосом Хрыч. И точно. Едва солдаты отряда номер 25 успели отбежать от окон башни, в неё ударило сразу три снаряда. Защитная сеть, наложенная до этого магичкой, вспыхнула в местах прилётов, но осыпающий эффект, который должен был последовать за попаданиями не случился. Башня стояла, как ни в чём не бывало. Несколько ополченцев облегчённо выдохнули, украдкой поглядывая через боковое окно на разрушенное соседнее укрепление.

– Я же говорила, что пригожусь! – торжествующе и одновременно с этим обиженно воскликнула Дебра Камушек.

– Молодец, – борясь с собой, похвалил волшебницу Старый Хрыч. – Сколько ещё попаданий ты выдержишь, до того, как у тебя закончится мана?

– Сколько надо! – с вызовом ответила магичка.

– Как только поймёшь, что силы на исходе, немедленно докладывай мне, – буркнул Хрыч. – Остальным, приготовиться. Ушами не хлопать. Штурмовые отряды скоро доберутся до стен. Тогда самая жара и начнётся!

Странный скрип заставил вздрогнуть защитников башни. Под их испуганными взорами один из кирпичей внутренней кладки башни медленно выполз из своего места и хлопнулся на пол. Из образовавшейся ниши стал сыпаться песок, постепенно увеличивая силу потока. От разросшейся бреши в стене пошли ломаные трещины, повторяя своей формой стыки соседних кирпичей. Защитное заклинание магички постепенно отступало под натиском эродирующего действия.

– Колдунья криворукая! – рявкнул Хрыч, уставившись на Дебру и остальных. – Остолопы, чего пялитесь, как истуканы тугоумные? Хватайте ноги в руки и прочь из башни, кому в могилу не охота! Песочком присыплет, кроты не раскопают!

– Но… Я… Это не должно было так выйти… – растерялась Камушек. Её большие глаза с ужасом всматривались в разраставшуюся брешь в стене.

– Чего встала, совсем дурная что ли? Горе на мою голову! Связался с детским садом! – заорал Хрыч, подхватив впавшую в ступор волшебницу за пояс, как чемодан за ручку, и в прыжке побежал прочь из башни, не забывая при этом подгонять Луку и остальных воинов.

***

На палубе виверноносца Морской Конёк царило замешательство. Когда посрамлённый отряд рыцарей на вивернах вернулся и доложил, что в городе имеются эффективные средства борьбы с летающими целями, поднялась настоящая суматоха. Более того в результате неудачного налёта был выведен из строя или даже погиб ведущий эскадрильи – неслыханное событие. Такого не случалось уже очень давно. Естественно, опытным расчётам баллист или могучим магам частенько удавалось сбивать летающие цели, но ещё не разу это не было проделано так нахально.

Агент Око отмерял шагами палубу корабля в задумчивости, не обращая внимания на окружающих. В это время коммодор Одли отдавал приказы кораблям, стараясь выставить их в наиболее удачное построение для бомбардировки города. Поскольку стало понятно, что подавить быстро бастион №6 не получится, комодор мысленно смирился, что придётся оставить морю несколько кораблей, поэтому приказ о начале обстрела порта и города отменён не был. Линкоры и фрегаты непрерывно поливали Конкорсо снарядами, но и в ответ получали урон от артиллерии города. Парочка фрегатов даже успела загореться, поэтому вместо стрельбы их команда носилась с вёдрами, пытаясь загасить магический напалм.

– Экстренные случаи требуют чрезвычайных мер, – поднял палец вверх Око, внезапно остановившись на полушаге. – Придётся использовать мой личный резерв.

– Какой ещё резерв?! Откуда ему здесь взяться? – возразил Одли.

– Из портала, естественно! – раздражённо крикнул Око. – Кто я по твоему такой? Уж не простой надоедливый старик точно.

На палубе появился большой магический круг, из которого со вспышкой света стали появляться один за другим авантюристы. Каждый из них, будь то лучник, воин, маг или жрец, был укомплектован великолепной экипировкой. Каждый из них выглядел, как закоренелый вояка и комбатант. Матросы виверноносца ошалело посматривали на появившихся воителей, как на дивное диво. Удивлению поддался и коммодор Одли, который от неожиданности даже престал сквернословить на подчинённых. Портал в итоге выплюнул целых двадцать пять человек, прежде, чем магический круг потух, рассеявшись на морском ветру. Агент Око, довольный случившимся представлением, удовлетворённо кивал головой.

– Что я говорил? – усмехнулся стратег. – Эти люди и займутся захватом бастиона номер 6.

– А как они туда попадут? – опомнился коммодор. – В плавь что ли? Или прикажете использовать один из малых кораблей? Так вражеская артиллерия раздербанит его ещё на походе. Он даже в гавань зайти не успеет, как пойдёт ко дну.

– В этом нет необходимости, – великодушно заявил агент Око. – У меня в кармане припасён транспорт получше, специально для такого случая.

На месте магического круга возник новый, но гораздо больше. Появившаяся секундой позже там огромный монстр поверг в шок всех находившихся на палубе. Только пришлые авантюристы спокойно отреагировали на возникшую страхолюдину. Монстр оказался чудовищных размеров насекомым, своим очертаниями напоминая стрекозу. В её тёмно-зелёном панцире были прорублены ходы, ведущие в полости, расположенные внутри тела. Призванные авантюристы без лишних слов забрались туда, как в транспорт, поместившись внутри монстра целиком. Стрекозе это, видимо, не приносило никакого дискомфорта, поскольку она даже не шелохнулась. Когда последний авантюрист занял своё место, монстр расправил все четыре своих крыла, размах которых был сопоставим с шириной самого виверноносца, и начал махать ими создавая воздушные потоки, что едва не сдували людей в море. Стрекоза приосанилась на шести своих ногах. Вокруг её тела стали появляться белёсые барьеры, призванные защитить чудовищный транспорт от попадания по нему чего-либо.

Коммодор Одли смотрел на всё это и никак не мог поверить своим глазам. Он хотел было что-то возразить стратегу, но слова застревали, так и не появившись – настолько сюрреалистичной и невероятной была представшая перед его глазами картина. Остальные моряки корабля думали точно также. Даже виверны, находившиеся на палубе, попритихли, с опаской взирая, как стрекоза шевелит своими жвалами размером больше, чем их головы.

– Впервые видите гигантскую меганевру? – сочувственно похлопал по плечу коммодора стратег. – Что ж, всё когда-нибудь случается в первый раз. Я обмозговал наш план и понял, что не так уж он был и плох. Продолжайте готовить рыцарей на вивернах. Выпустим все эскадрильи одним махом. В это время наш экстренный десант высадится на верхнем ярусе бастиона №6 и зачистит его.

– Их же собьют, – неуверенно промямлил коммодор. – Я не знаю каким слепым надо быть, чтобы не попасть по этой туше.

– Пусть попробуют. Если вы не в курсе, на этот живой транспорт была потрачена уйма сил, средств и колдовства. У него везде по корпусу были зачарованы магические щиты. Надо быть богом, чтобы сбить эту штуку. Вернёмся к нашему плану. Как только штурмовая группа подавит противовоздушные орудия. Рыцари на вивернах смогут продолжить бомбить город. Кроме того, я думаю, что после первого рейса, можно будет загрузить в меганевру побольше бомб, пусть помогает нести разрушение. Прикажите приготовить боеприпасы, следующий рейс будет не пассажирский.

– Слушаюсь, – проворчал коммодор.

– Луиза, я рассчитываю на тебя и надеюсь, что ты выполнишь текущую задачу без огрехов, как в прошлый раз, – стратег подошёл к монстру, заглянув его в огромные фасеточные глаза. Стрекоза как будто поняла его и немного наклонила голову на бок в знак полной покорности.

– Что касается вас, – теперь агент Око обратился к призванным авантюристам. – Я рад приветствовать наших первых участников элитного закрытого бета-тестирования в деле. Надеюсь на ваш профессионализм и навыки. Проверьте ещё раз, правильно ли функционируют ваши квантовые каналы передачи данных, и, если всё в порядке, можно начинать.

***

На верхушке Морского Бастиона было жарко. Огромную тварь в виде насекомого заметили почти сразу, как только она взлетела с палубы виверноносца. Но защитников ждало тяжёлое разочарование. Оказалось, что гигантская стрекоза была настолько нашпигована высокоуровневой магией, что снаряды противовоздушных пушек просто не действовали на неё. Расчёт трёх орудий продолжал беспрерывно поливать меганевру выстрелами, тщетно пытаясь её сбить. Монстр приближался, словно неотвратимый рок. Всё, чего удалось добиться, это кучи пустых ящиков из-под снарядов, скопившихся рядом с орудиями.

Генерал Висконти приказал разместить на верхнем ярусе оборонительный отряд гвардии, понимая, что с монстром придётся драться в ближнем бою, но в рядах солдат затесались две нежелательные личности. Лорд-мэр Перси Шестой выскочил из-за строя гвардейцев, таща с собой упиравшегося старого жреца, который оказался епископом культа Пернатой в городе.

– Чего вы тут забыли?! – проведя рукой по лицу, закричал генерал Висконти. – Немедленно вернитесь в крепость!

– Это что вы себе позволяете! – начал орать на него Перси в ответ. – Я лорд-мэр! В городе я иду туда, куда хочу.

– Вот и иди отсюда, куда подальше! – наорал на катуса Чезаре.

– Ваше сиятельство, поспешим в цитадель! – выловив момент, начал уговаривать правителя епископ. – Пусть воины выполняют свой долг, а мы будем выполнять свой.

– Нет, я хочу проконтролировать, как идёт сражение! А это что за чудо-юдо?! – увидав приближающуюся меганевру, вскрикнул Перси. Похоже, у катуса полностью отшибло рассудок, и он не совсем понимал, где находится. – Альянс Синего Моря потерял остатки благородства, раз вербует на свою сторону монстров! Но всё-таки, кто-нибудь может мне пояснить, что это за летающее нечто барражирует над морем?

– Твоя смерть, – сквозь зубы прошипел Чезаре Висконти. – Кто-нибудь, выведите его отсюда!

– Не прикасаться ко мне! – завыл Перси, заставив попятится гвардейцев. Всё-таки прямой приказ правителя они проигнорировать не могли.

– Ваша светлость, пожалуйста! – взмолился старик-епископ, дрожа всем телом.

Пока Чезаре и Перси бранились, стрекоза добралась до бастиона и приземлилась на самом его краешке, оглушая окрестности низким неприятным гудением. Пушки продолжали стрелять по ней в упор, однако магических барьеров стало ещё больше. И под прикрытием этих волшебных щитов из монстра начали десантироваться вояки. Латники штурмовиков были сплошь облачены в доспехи из адаманта или драконьей кости. Фехтовальщики и ловкачи могли похвастаться отличными клинками, выкованными прославленными кузнецами, а робы и посохи магов вторженцев словно сами по себе излучали волшебство. Последний ряд нападавших составляли три жреца Солнечного Бога, увешанные древними амулетами, как новогодние ёлки.

Тяжёлые бойцы моментально попёрли вперёд, прикрывая остальных, менее бронированных вторженцев. Штурмовая группа была экипирована на голову выше, чем защитники бастиона. Даже гвардейцы им были не чета. Обороняющиеся самоотверженно кинулись в контратаку, в отчаянной попытке оттеснить врагов к краю бастиона и скинуть их со стены. Генерал Висконти лично ринулся в бой, поведя за собой людей. Их отбросили почти играясь, словно это была какая-то разминка, а не реальное сражение. Отряд гвардейцев просто потерял половину людей в адской резне за какую-то минуту боя. Тем, кому повезло выжить, пребывали в таком шоковом состоянии, что напрочь утратили волю к сражению. Защита верхнего яруса бастиона развалилась за несколько минут. Как генерал Висконти не пытался криками образумить солдат, воевать они были больше не в силах. Остаток отряда отбросили назад. Все три пушки попали в лапы к нападавшим. Часть расчётов отступила, и только сеньор Моретти отважно бросился на врага с голыми кулаками, неспособный принять захвата его шедевров.

– Нет! Вы не получите мои творения! Прочь! – закричал инженер, прежде, чем в его тело вонзили несколько клинков. Израненный мастер дёрнулся ещё пару раз и медленно осел рядом с пушкой под названием «Анжелика», навсегда замолчав.

– Продолжаем движение! – скомандовал один из нападавших. – Щемим мобов с верхней платформы. И дальше зачищаем этаж за этажом. Задача квеста: очистить бастион №6 от всех противников и подавить все огневые точки артиллерии.

– Отходим! – еле сдерживая злость, приказал генерал Висконти. – Верхний уровень потерян. Отступаем для перегруппировки!

Защитники стали пятиться, один за другим спускаясь по лестнице, ведущей на нижний ярус. У входа образовался затор. Двое гвардейцев пытались втащить на лестницу упиравшегося Перси. Епископ семенил рядом, причитая себе под нос. Лица защитников с обречёнными гримасами выражали одно: «Как вообще можно сражаться с такими врагами?!»

– Генерал, вы трус! – выл Перси не своим голосом, окончательно тронувшись рассудком. – Немедленно прикажите отбить назад нашу крепость! Как вы смеете сдавать её так легко? Предатель!

Гвардейцы, тащившие Перси, сочувственно поглядывали на него, но продолжали выполнять свою неблагодарную работу. В это время «предатель» Чезаре Висконти с горсткой храбрецов пытался задержать натиск напиравших врагов, пока остальные защитники покидали верхний ярус бастиона.

***

Когда авантюристы наконец выбрались из катакомбного лабиринта, штурм города был в самом разгаре. Над крышами домов летали снаряды. Раскаты взрывов слышались повсюду, перекатываясь по узким улочкам Конкорсо. Вход в катакомбы вместо многочисленного отряда, теперь охраняло несколько человек, которые по внешнему виду больше напоминали сторожей, чем стражников. Знаменитую Похоронную команду в полном составе отправили защищать город, оставив на их месте тех, кого смогли найти им на замену.

Увидев, что из входа в катакомбы начали выходить люди, сторожа не на шутку переволновались, выхватив дрожащими руками оружие. Из рядом стоявших домов показались местные жители, такие же испуганные, как и стражники. Все взгляды были прикованы к двоим, что вели за собой людей. Маркиз д’Мерле и Сойка Фтероти вышагивали бок о бок, возглавляя шествие.

– Интересный город, – присвистнула Сойка, наблюдая за остолбеневшими сторожами. В это время к ней подбежал Певун. Плохо скрывая улыбку, кот начал что-то нашёптывать Сойке, а та закивала в ответ головой, задорно сверкнув глазами.

– Внемлите же, доблестные граждане благословенной Республики! – зычно начал Певун, небрежно ударив по струнам банджо. – Ибо сама покровительница города, Великая и Несравненная Пернатая, лично решила вступиться за обездоленных и униженных верных сподвижников её! Возрадуйтесь и возликуйте!

Сойка расправила крылья, разбросав огненные искры вокруг себя. Величественная и грозная крылатая валькирия встала как древняя статуя, с гордостью и благородством взирая на перепуганных местных. У стражи и горожан отвисли челюсти от увиденного. Некоторые из присутствовавших попадали на землю в поклонах. Другие попятились в страхе. Были и те, кто просто бухнулся в обморок, не утруждая себя более сложными эмоциями. В трудную минуту люди готовы поверить во всё, что им скажут, если это принесёт спасение. Певун, будучи бардом, прекрасно понимал это. Отчаявшимся людям нужен был символ, на который они могли опереться, и менестрель предоставил им его, не дав и секунды, чтобы опомниться.

– Подойди-ка сюда, – подозвал Жофруа одного из стражников, выглядевшего как офицер. – Какова обстановка в городе? Нам нужно знать, где и как атакует враг.

– Мы многого не знаем. Нам не докладывают, – заикаясь ответил стражник. – Говорят, что на северной стене всех жарче. А ещё летуны пытались бомбить Морской Бастион цитадели, но им раздали на орехи. И один из их рыцарей плюхнулся в город вместе со своей крылатой бестией.

– Мне всё ясно, – решительно выдохнул маркиз, обратившись остальным авантюристом. – Действуем, как договаривались. Сеньор Бруно, вы и ваши люди отправляетесь на северные укрепления. Возьмёте с собой Мери и Жизель.

– Добро! – ответил ему катус-воитель.

– Жрец Петруччо и Раймунд, берёте оставшихся людей и выдвигаетесь к южной стене.

– Будет непременно выполнено! – преисполненный доблести, высокопарно воскликнул жаб. Судя по кислой физиономии жреца, Петруччо общего энтузиазма не разделял, но помалкивал.

– Ну а мы с тобой отправимся к Морскому Бастиону, – обратился Жофруа к Сойке.

– А я? Мне куда идти? – обиделся, что его забыли Певун.

– Я думал оставить кого-нибудь, чтобы подождал Эта и рассказал ему всю обстановку. Он обещал подойти чуть по позже, когда восстановится, – начал было маркиз, но, заметив кислую физиономию кота, замолк.

– Чтобы менестрель пропустил всё самое интересное?! – раздосадовано мяукнул Певун. – Только не это!

– Давай возьмём его с собой! – предложила Сойка. – Он всё равно не усидит здесь.

Раздавшийся низкий гул заставил всех повернуть головы к источнику звука. Странное гудение создавало такое ощущение, что город атаковали все шершни мира разом, но источником звука оказалось единственное существо. Огромный монстр подлетал к Морскому бастиону. По нему открыли шквальный огонь из всех трёх противовоздушных пушек, но снаряды разбивались о магические барьеры, как горох об стену, не причиняя гигантской стрекозе ни капли урона.

– Луиза?! Это же Луиза! Штурмовая меганевра Артура Уолкера! Что она здесь делает?! – изумился маркиз, внимательно рассматривая монстра, почти приземлившегося на верхний ярус бастиона. – И почему её используют наши враги?

– Возможно, стрекозу каким-то образом контролируют? – предположила Сойка.

– Это как раз ясно, – начиная закипать, злобно высказал маркиз. Глаза вампира начали мерцать красным. – Мне непонятно другое. Судя по всему, кто-то наложил волосатые лапы на инвентарь Артура. И это притом, что имеется законная наследница. Как Алл допустила такое? Неужели они объявили имущество нашего друга собственностью ЭДЕМ, поскольку он там работал? Кто-то должен ответить за воровство.

– А не туда ли нам было нужно, куда садится насекомус? – спросила Сойка, наблюдая за стрекозой. – Гляди, он высаживает десант.

– Похоже, мы почти опоздали, – подтвердил маркиз.

– Нестрашно, я вас быстро домчу, – рассмеялась Сойка.

– Подожди, Сой, ты о чём? – попятился маркиз, почувствовав неладное. Но Пернатая не дала ему улизнуть. Схватив его одной рукой за воротник, она поймала другой менестреля, и сразу за этим взмыла ввысь словно ракета, не позволив опомниться. Лишь протяжное «Мья-я-я-я-я!» Певуна раздалось над головами остолбеневших зевак.

– Нормальная скорость, – констатировал Бруно, провожая взглядом Сойку, стремительно удалявшуюся, несмотря на солидную ношу из двух персон.

– Тогда и мы поспешим, – поторопила его Мери.

– Остался последний момент, – обратился Бруно к присутствовавшим на месте стражникам и примкнувшим к ним местным зевакам. – Слушайте сюда! Скоро из лабиринта покажется секретное оружие Богини. Препятствий им не чинить. В схватку не вступать. Для защитников города они не опасны. Мы победим!

Закончив короткую речь, катус повёл за собой свой отряд, не утруждая себя подробными разъяснениями. Стражники лишь моргали глазами, не способные возразить чего-нибудь дельное. Мери и Жизель последовали за Бруно, а Раймунд и Петруччо к этому времени так и вовсе отправились на юг города. Когда выбравшиеся из катакомб авантюристы разбежались по своим делам, охранникам входа в лабиринт оставалось только пожимать плечами в недоумении. И конечно же они и представить не могли, что на верхних этажах лабиринта уже столпились целые полчища нежити, готовые примкнуть к сражению.

Глава 30. Оберегаемые богами

Морской Бастион стремительно приближался. Певун мог это видеть даже из-под полузакрытых от страха глаз. Сойка, энергично работая крыльями, тащила в своих цепких руках и менестреля и маркиза. Но чем ближе становилась цель, тем менее уверенно держалась в воздухе Пернатая. Длительное пребывание под печатью, да и ещё в виде нежити не пошло для неё впрок. На самом деле она сама прекрасно понимала, что после воскрешения стала уже не так сильна, потеряв много уровней.

– Держитесь! – крикнула Сойка, совершив пару-тройку резких взмахов и спикировала прямо в гущу людей, столпившихся на верхнем уровне бастиона. Первым делом она отпустила Жофруа, который приземлился сразу перед врагами, рядом с генералом Висконти. Следующим стал Певун. Его Пернатая, заложив крутой вираж, аккуратно отпустила рядом с несколькими защитниками укрепления, и катус благополучно добрался до земли, использовав все четыре лапы, как кот. Сама же Сойка, не удержавшись, рухнула на группу гвардейцев, столпившихся у входа на нижний этаж.

– Маркиз?! – выпалил генерал Висконти, уставившись на свалившегося с неба вампира.

– Несмотря ни на что, мы всё-таки успели, – ответил ему Жофруа. – А теперь мне хочется понять, что эти люди здесь делают?

– Штурмуют нашу крепость! – не поняв смысл сказанного, огрызнулся Висконти.

– Я имею ввиду, – продолжил маркиз с очень нехорошими интонациями в голосе. – Что их тут быть вообще не должно ни при каких обстоятельствах. Согласно своду правил, в конфликте резидентов мира посторонние участвовать не могут ни под каким предлогом. Сой, ты там как? Ничего не сломала?

– Нормально! – откликнулась Пернатая. – Посадка выдалась не совсем удачная, зато один из джентльменов-кактусов любезно предоставил мне свой бок для смягчения удара.

Во время приземления Сойка действительно плюхнулась в группу людей и одному из катусов не повезло оказаться на её пути. Бедняга пыхтел и пытался выбраться, пока Пернатая всё ещё сидела на нём после приземления. Вот только тем катусом оказался не кто иной, как Перси Шестой, лорд-мэр Республики Конкорсо. Рядом с ним с лицом, полным немого ужаса, стоял оторопевший епископ. А чуть дальше топтались на месте гвардейцы.

– Слезь с меня, деревенщина! – вдруг заорал Перси, начав брыкаться особенно сильно. И Сойка поспешила встать. Виновато улыбнувшись, она протянула руку и, схватив катуса за шиворот, моментом поставила того на ноги.

– Вроде всё нормально, – пожала плечами Сойка. – Какой нервный котейка. Не переживай, котан, поможем твоему горю. Отобьём город.

– К-к-к-к-котейка?! – перешёл с крика на визг Перси. – Я тебе покажу. Стража! Куда вы смотрите?! На меня совершили ещё одно покушение!

– Да ничего с тобой и не случилось, – стала оправдываться Сойка. – Вон, гляди, даже плащ не запачкал.

В то время, как Перси продолжал истошно орать, к Сойке подбежал Певун и стал объяснять, на кого она на самом деле приземлилась. Глаза Пернатой округлились, когда до неё дошло, что подушкой безопасности ей послужил целый лорд-мэр.

– Так вот оно что! – обрадовалась Пернатая, протянув коту свою руку в знак приветствия. – А то я смотрю, у тебя и шапочка побогаче остальных, и доспех.

Небольшая заминка, вызванная появлением Жофруа и Сойки, внезапно подошла к концу и нападающие, переварив увиденное, снова вдвинулись в атаку. Маркиз показал рукой, чтобы Чезаре отошёл, а сам выступил вперёд перед врагами.

– Народ, похоже, это рейд-босс, – крикнул командир нападавших остальным из штурмового отряда. Это был статный воин в кольчуге, усиленной адамантовыми пластинами, а на голове у предводителя был шлем с гребнем, похожий на головной убор древнеримского центуриона. – Всем быть внимательными!

– Слышали, что сказал лидер рейда? – отозвался один из жрецов, что стояли в заднем ряду. – Не зеваем. Сперва надо понять, на что он способен и разработать тактику. Уровень у него не очень большой. Должны справиться!

– Ну-ну, – усмехнулся маркиз, дотронувшись до печати на левом плече. – Раз вы здесь нелегально, мне можно особо не сдерживаться. Прям, одной проблемой меньше.

– Мы не смогли даже поцарапать их доспехи! – предупредил маркиза генерал Висконти. – Они сильны, словно их благословили боги! Вы серьёзно собрались сражаться с ними один?!

– Почему же один? – скосился на генерала вампир. – Мы нашли вам армию. И скоро она будет здесь. А что касается этих? Я думаю, что смогу сбить спесь с кучки дуралеев. Сой, враг послал рыцарей на вивернах. И меганевра возвращается с ними. Сможешь взять воздушные цели на себя, пока я приберусь здесь?

– Легко! Мне потребуется много лётной практики, так как навыки подзатёрлись, – громко крикнула Сойка выставив большой палец в верх. – Эти воздушные наездники – самое то, чтобы освежить в памяти старые приёмы.

– Тогда, полагаюсь на тебя. Постарайся не убивать Луизу. Надо понять, как они взяли её под контроль и, по возможности, освободить, – утвердительно вздохнул Жофруа.

– Идёт! – уверенно крикнула Пернатая.

Жофруа тихо вздохнул и спокойной походкой направился прямо к врагам. Вампир сжимал в руках свой посох с глазами на цепочках. Глазные яблоки, заметив противников, встрепенулись и уставились на штурмовиков, злобно зыркая на них. Один из тяжеловооруженных бойцов сделал выпад и взмахнул короткой алебардой, желая проверить, на что способен новый враг. Вампир остановил его оружие свободной левой рукой. Вражеский латник попытался выдернуть свою алебарду из хватки маркиза, но она словно превратилась в меч в камне. Жофруа даже не шелохнулся.

– Это, типа, скрипт? – пожаловался захваченный в врасплох латник.

– Это, типа, конец игре, – злобно ответил ему маркиз. От кулака вампира, всё ещё сжимавшего алебарду, вырвался поток чистой силы и латник, увлекаемый ударной волной, вылетел прочь, сорвавшись с края бастиона вниз. Алебарда так и осталась в руках маркиза, но не на долго. Следом за своим хозяином полетела и она.

– Все назад! – скомандовал один из жрецов. – У него уровень вырос в несколько раз только что!

– Да он забагованный в хлам! Надо репорт отправить! – пожаловалась одна из мечниц штурмового отряда.

– Не флудим в голосовом чате! Продолжаем выполнять задание! – крикнул лидер нападавших.

Какой-то лязг заставил штурмовиков обернутся. Поодаль от них, за спинами, одно из противовоздушных орудий навелось на толпу. За пушкой Анжелика сидел мэтр Моретти, но уже в качестве ожившего зомби. Один из глаз на посохе маркиза ярко светился, контролируя восставшего инженера на расстоянии.

– За всё плохое и за всё хорошее… Полной ложкой… Чтоб наверняка… – прошептал Моретти, видимо, сохранив даже в таком незавидном положении остатки разума и памяти. Раздался выстрел. Яркий огонь вырвался из дула пушки. Снаряд разлетелся на шрапнель почти сразу, как покинул ствол. Инженер позаботился выставить его таймер правильно перед тем, как поместить внутрь пушки. Осколочным взрывом окатило почти весь отряд нападавших, особенно тех, что стоял в последних рядах. Трое жрецов опали сразу. Ещё досталось стрелкам, магам и мистикам. Их практически всех также опрокинуло шрапнелью. Бойцам передовой и прочим латникам повезло куда больше, если везением можно было назвать то, что их число ополовинилось. Пережившие выстрел попрыгали кто куда, уходя с линии атаки. Двое ловких бойцов, сообразив, устремились к новоиспечённому зомби, чтобы упокоить его и не дать пальнуть ещё раз.

– [Hyacinth Sol]! – крикнул Жофруа д’Мерле, скинув с кончика посоха заряд синего пламени, который моментально распространившись, достиг двух ловкачей, пытавшихся добраться до зомби-инженера. Врагов опалило, но вместо ожога на их телах, как белая плесень, появился иней. Оба попадали на пол, поскольку не могли шевелить ни руками, ни ногами. Оба перестали подавать признаки жизни спустя пару минут.

– Всё, рейда больше нет, – недовольно, но без излишней ярости, обычно сопровождавшей сражения, констатировал лидер нападавших. – Ливаем?

– Да, бесполезное дело. Он слишком перекачанный, – согласился с ним один из бойцов. – Тем более у нас одни танки остались в основном. Хилы – все трупаки. Вообще без шансов. – Сказавший это закатил глаза и бухнулся на землю, лишившись сил. За ним последовали и остальные. Последним отключился лидер рейда, осев на месте. Его вычурный шлем свалился с головы и покатился по полу, как горшок.

– Кто-то должен ответить за эти игры, – прошептал маркиз, остановив ногой перекатывающийся шлем. – Кто-то очень важный и могущественный.

Пока Жофруа разбирался со штурмовым отрядом, рыцари на вивернах в сопровождении гигантской меганевры достигли Морского Бастиона. Сойка внимательно следила за ними, и когда поняла, что время пришло, выступила вперёд, продефилировав перед потрясёнными гвардейцами, как на подиуме.

– Не падайте духом! – уперев руки в бока, окинула присутствовавших ясным взглядом Сойка. – Сейчас они узнают, что такое настоящее воздушное сражение! Вот увидите, для отчаявшихся людей обычно и сходит звезда надежды. Не вешайте головы! Мы не проиграли! А враги не победили. И не победят!

Сказав эту фразу Пернатая взмыла ввысь, грациозно махнув крыльями. Лишь парочка длинных коричневых перьев медленно опустились под ноги к защитникам.

– Да будет век Пернатой долог и великолепен! – снова ударил по струнам Певун. Бард явно поймал волну, на которой пребывал уже с момента выхода из катакомб, и теперь отрывался от души. – И враги её да падут в пучину морскую!

– Это он о чём ещё языком мелет? – осведомился у епископа Перси Шестой, немного отойдя от своего безумия.

– Меня терзают смутные сомнения, ваше сиятельство, но я пока не готов ответить вам, – пробормотал разодетый старик-епископ, внимательно щурясь, рассматривая небо, где Сойка продолжала набирать высоту. С её крыльев начали сыпать искры. Выражение лица Сойки было радостно-восторженным. Она словно здоровалась с небом, которого не видела очень давно.

Гигантская стрекоза сумела добраться до Пернатой первой, но Сойка просто ловко ушла с траектории движения меганевры, технично зайдя монстру за спину. Стрекоза попыталась сделать пируэт в воздухе. Сойка повторила за ней, оставаясь висеть у монстра на «шести». Они устроили догонялки. Меганевра, пытаясь стряхнуть преследовательницу, увеличила скорость до предела и выполнила мёртвую петлю, но это оказалось ошибкой, поскольку Сойка не только смогла повторить манёвр, но и каким-то чудесным образом в результате его оказалась прямо над стрекозой, приземлившись на её хитиновый панцирь, где был воткнут контролирующий её штырь. Сойка ухватилась за него обеими руками и не без усилий выдернула, выбросив металлическую палку, которая оказалась огромных размеров бронзовой булавкой. Меганевру заштормило. Она начала носиться по воздуху, выписывая замысловатые восьмёрки, словно сдувающийся шарик. Поняв, что гигантский монстр больше не опасен, Сойка отдалилась от неё, сосредоточившись на подоспевших рыцарях на вивернах, которых набралось целых восемнадцать штук.

– [Приветственный фейерверк]! – появилась надпись на небе прямо над головами у воздушных наездников. Сойка совершила кувырок в воздухе и развела руки в знак начала представления. В каждой из ладоней она сжимала половинку своего посоха, который предварительно разъединила в полёте.

В небе начали вырастать гигантские цветы. Распространяя раскаты грома, астры, лилии, хризантемы и пионы рассыпались на миллионы маленьких сверкавших частей, освещая небо несмотря на то, что была середина дня. Виверны перепугались от такого, и начали метаться по небу. Несколько летунов, оказавшихся ближе всех к действу, попали под фейерверк и для них, в отличие от наблюдавших с земли, представление оказалось далеко не безопасным. Три виверны с опалёнными крыльями безвольно свалились в штопор и опустились на город тряпичными куклами. Ещё четырёх задело взрывами, но они продолжали держаться в воздухе. Остальные летуны рассредоточились и стали кружить вокруг Сойки, держась на почтительном расстоянии.

– А вы быстро учитесь, – улыбнулась Сойка. – Пора повысить градус представления! [Танцы с огнём]!

Тело Сойки, включая крылья, обволокла оболочка из пламени. И это был ни какой-нибудь второсортный огонь. Пернатая засияла ярко алым. Свет от пламени источался настолько сильно, что на него было больно смотреть. Но вопреки этому к Пернатой сейчас было прикованы все многочисленные взгляды защитников города. Саму фигуру Сойки было уже не разобрать, а вместо неё на фоне синего неба танцевало алое пламя, словно оно было живое. Словно волшебный феникс воспарил над городом, призывая всем своим видом к мужеству защитников Конкорсо.

– Слушайте меня, доблестные воины! Жители Республики Конкорсо! – голос Сойки гремел, как будто его передавал трубный горн. – Я Пернатая, явилась на помощь вам в трудный час! Ничего не бойтесь! Да прибудет моё воинство на подмогу! И кто не устрашится его, воссияет ярче огня!

– Она настоящая! – вдруг заорал старик-епископ. Он упал на колени, а из его сморщенных глаз потекли слёзы – Это Пернатая ответила нам на молитвы. Славьте Богиню!

– Пе-пе-пернатая?! – вымолвил Перси Шестой, затравленно посматривая то на епископа, то на сгусток алого пламени, переливавшийся в небе. – Но… Но ведь… Я ж на неё наорал только что.

– Хе-хе, – ухмыльнулся Певун. – Какой поворот судьбы! Какая история! Через три… нет, через две недели весь мир узнает о сошествии Пернатой Богини в Конкорсо! Уж я постараюсь. Уж я сочиню!

– Я тебе дам, мир узнает! Помалкивай пока! Вам менестрелям только разреши, растреплите всё, что не надо, как сороки, – завопил Перси, дрожа будто осиновый листок на ветру. Временное помешательство, которому поддался лорд-мэр, окончательно отступило, но спокойствия Перси совсем не прибавило.

– Ни каких сомнений! – продолжал причитать епископ на коленях, задрав голову к верху. – К нам явилась наша Богиня! Не бойтесь, воины! Верьте и уповайте!

***

Почти все башни на северной оборонительной стене осыпались после обстрела артиллерией Союза Синего Моря. На месте некогда прочных бастионов зияли прорехи, как в улыбке старика. Армия вторженцев штурмовала стену на всём её протяжении. Кое-где нападавшим даже удалось пробиться внутрь. Защитники пытались вытеснить врага с захваченных укреплений, однако противник постепенно брал верх. Солдаты нападавших в целом были лучше экипированы и лучше тренированы. Укрепления больше не подсобляли защитникам, и посему они терпели медленное, но верное поражение.

Отряд №25 или то, что от него осталось, отчаянно оборонял пробоину в стене, когда-то бывшей их башней. Старый Хрыч, несмотря на сложную ситуацию, сумел правильно организовать людей, и теперь они уверенно отбивали атаку за атакой, в отличие от соседних подразделений, которые едва держались. Это беспокоило командира отряда №25 больше всего. Он то и дело поглядывал на другие участки стены, кляня их защитников самыми последними словами.

Лука забыл уже сколько раз он махнул своей алебардой. Последовав примеру Хрыча, бывший стражник просто отвешивал удар за ударом, стараясь достать как можно больше врагов. Его уже не волновали ни страх, ни усталость. Всё, что он видел перед собой – это толпы солдат, отчаянно лезших из пролома.

– Держаться, парни! Только не смейте мне помирать тут! Оно того не стоит! – иногда орал Хрыч охрипшим голосом. И тогда Лука и остальные оставшиеся в живых отвечали ему очередным несуразным воплем. Но чем дальше затягивалось сражение, тем меньше голосов слышалось в ответном крике.

В какой-то момент полевым командирам нападавших окончательно надоел проблемный участок, который отказывался сдаваться, поэтому они направили на очередной штурм отборный отряд. Всё началось с того, что в проёме показались фехтовальщики, одетые в кирасы, напяленные на ярко синие туники. В руках у них сверкали на солнце лёгкие мечи и круглые железные щиты-рондаши. А на головах у нападавших были типичные для солдат Альянса шлемы-морионы в форме в виде лодочки.

Головорезы перевалились через завал из песка, который был когда-то башней и, выкрикивая грозные кличи, бросились на подоспевших защитников. У ополченцев были в основном алебарды, поэтому с мечниками-фехтовальщиками возникли проблемы. Несколько защитников, не рассчитав своих сил были тут же заколоты. Их тела откинули в сторону ещё до того, как они успели упасть. Остальные оборонявшиеся в том числе и Лука попятились назад, не зная, что противопоставить отъявленным воякам.

– [Petra Piramidalis]! – крикнула Дебра, окатив нападавшим магическим зарядом из мелких камней. Волшебница взяла себя в руки после истерики, когда обрушилась башня, и теперь помогала бойцам отражать нападение. Хрыч даже в какой-то момент прекратил орать на неё.

Заклинание, сотворённое магичкой, немного остудило горячие головы нападавших. Они замялись, но им на смену из-за песчаного вала выскочила цепь арбалетчиков и без предупреждения сделала залп. Не успевшие укрыться ополченцы попадали, поражённые болтами. Луке повезло, заряды пролетели мимо, не задев его каким-то чудесным образом, но все, кто находился рядом с ним уже не стояли на ногах. Кто-то схватил Луку за сапог. Бывший стражник посмотрел вниз, увидев там раненного. Это был тот самый ученик столяра, сокрушавшийся числом врагов перед битвой. Ноги бедолаги были нещадно перебиты в нескольких местах. Идти сам он никак не мог. В глазах его вместе со страхом перемешалась немая мольба о помощи.

Лука, совершенно неожиданно для себя начав ругаться, схватил калеку за наплечники и потащил его по земле подальше от пролома. Тот во ответ стонал, но стойко терпел боль. От израненных ног образовалось несколько кровавых дорожек, впитавшихся в песок. Перед взглядом Луки что-то мелькнуло, и он с ужасом увидел, как над ним занёс меч один из фехтовальщиков врага. А ещё один противник спешил на помощь. Лука понял, что настал его черёд.

– [Таран]! – крикнул из-за спины Луки Старый Хрыч. Рыцарь пронёсся, как ураган, сбив с ног вражеского фехтовальщика. А затем ловким движением руки перехватил свой меч обратным хватом. – [Удар Кобры]!

Сеньор Рицци всадил опрокинутому фехтовальщику меч прямо в брюхо, проткнув его кирасу, как жесть. А когда клинок был извлечён, ещё дал хорошего пинка подбежавшему на помощь союзнику врага, что тот кубарем покатился по песку, где его уже встретили алебардами выжившие ополченцы.

– Тащи, давай! – крикнул Хрыч Луке прямо в ухо. – Отступаем в город, парни! Тут мы их уже не сдержим! Я сказал, занимаем вторую позицию! В ГОРОД!

Услыхав приказ, выжившие из отряда №25 помчались ближайшим домам, где была оборудована баррикада, а окна заставлены мешкам с песком. Рицци, вдоволь наоравшись и, убедившись, что все живые правильно расслышали его приказ, подбежал к Луке и помог дотащить раненного товарища до нового оборонительного рубежа. Враг в это время занимал стену, окончательно изгнав оттуда ополченцев. Лука, найдя, наконец, время нормально осмотреться и отдышаться, понял, что их участок стены сдался последним.

***

– Так значит это была правда? – переспросил генерал Висконти, подойдя к маркизу. – Значит легенда о том, что Пернатая Богиня дремлет во чреве Катакомбного Лабиринта, оказалась чистым фактом? Та что сейчас в небесах над городом. Она действительно Богиня, которой мы поклоняемся? Или это какой-то трюк?

– Как знать, – довольно ответил маркиз. – Но то существо, которого почитали здесь, как Пернатую Богиню, несомненно, это она. Для меня же она всегда была просто Сойка Фтероти, одна из авантюрной компании «Живодёры», в которой мы все вместе состояли.

– ОПАСНОСТЬ! – завыли вдруг глаза на посохе маркиза женским голосом. Со стороны виверноносца выстрелил фиолетовый магический луч света, попав прямо в маркиза. В последнюю секунду злобные глаза сорвались со своих цепей и подставились под колдовской выстрел. Жофруа отбросило назад, он перекувырнулся несколько раз прежде, чем смог остановиться и вскочить на ноги. Его костяная броня в месте удара, а он пришёлся точно в область сердца, вся потрескалась, от неё отваливались части. Маркиз выглядел серьёзно потрёпанным, но он хотя бы выжил.

– Одноглазый Магистр, – злобно процедил вампир, уставившись горящими красным очами вдаль, по направлению кораблей. – Теперь понятно, кто стоит за всем этим непотребством.

– Хватит трепаться попусту! – из всех глаз посоха уцелели только два. Один из них сейчас отчитывал маркиза голосом, принадлежавшим Мари-Авелин д’Мерле.

– Ты всерьёз думаешь, что я один смогу остановить твоего мерзкого братца?

– У тебя есть тот, кто сможет. Куда делся Этельред?

– Залечивает раны. Сойка наваляла ему снова, – нехотя пояснил маркиз.

– Бесполезный дракон, – зашипела Мари-Авелин. – Не трать на него своё время. Я сама ему напишу, а вы с Сойкой постарайтесь сдержать Одноглазого до прихода Эта. Хотя бы время сможете потянуть, если уж на другое не способны.

– Мне потребуются твои силы, – посерьёзнел Жофруа.

– Естественно, потребуются, – согласилась Мари-Авелин. – Сойка не в лучшей форме, мне даже отсюда это видно. А ты просто не потянешь моего брата. Он в последнее время до безобразия скопил много сил.

– Да… [Апостол], – спокойно вымолвил маркиз, взмахнув посохом, а затем продолжил на распев. – В пучине бездны нет никакого света кроме бесконечных очей, тускло сияющих знанием. Открой свой взор, Маравелин Многоокая! [Тысяча Глаз]!

Рядом с маркизом появился и воспарил хрустальный шар, заполненный внутри мутной жидкостью, в котором плавали многочисленные глазные яблоки. Как только сфера появилась, маркиз д’Мерле согнулся, словно под тяжестью груза. Постепенно то тут, то там на стенах, крышах домов, на башнях, стали открываться причудливые глаза, тускло излучая бледно-золотой свет. Каждый из таких глаз был уникален. Каждый имел зрачок своей формы. Где-то это были вертикальные щёлки, а где-то их было не отличишь от человеческих. Глаза продолжили загораться, как фонарики. Даже морская гладь не избежала их. Они смотрели из глубины, прозревая темноту водной пучины.

– Что это за колдовство? – опешил генерал Висконти, шарахаясь от вездесущих очей.

– Вынужденные меры, – обратился к нему маркиз. – Стало очевидно, что нам противостоит бог из клики Белого Мудреца.

– Бог?!

– Именно. Вам он известен под прозвищем, как Одноглазый Магистр или просто Одноглазый. Бог магии, если быть точным. Он же – агент Око из Гегемонии.

– Вы сейчас серьёзно?! – пробормотал Чезаре.

– Более чем. Слушайте дальше. Я подготовил нежить у входа в лабиринт. Она сейчас начнёт выходить наружу на подмогу защищающимся. Надо было предупредить вас раньше, но события развивались слишком стремительно. Разошлите гонцов, пусть говорят всем, что это секретное оружие Пернатой. Иначе половина защитников сбегут при виде мертвецов, а оставшаяся часть начнёт с ними сражаться. Я отдам общий приказ нежити, дальше мертвякам придётся действовать самим. Я буду слишком занят битвой. От ваших подразделений требуется хотя бы не мешать поднявшейся армии.

***

У агента Око на лице играли желваки. Он с неприкрытой злобой наблюдал, как Сойка обезвредила маганевру и устроила фейерверк, разогнав рыцарей на вивернах. А пламенная речь Сойки, которую прекрасно слышали даже на виверноносце, и вовсе привела стратега в бешенство. Остальные моряки обеспокоенно поглядывали на небо, переминаясь с ноги нас ногу в ожидании, что скажут большие начальники.

– Ардо! Недоумок! Ничего поручить нельзя! – начал браниться Око. – Я же говорил Мудрецу, что надо было брать агента Ноль. С её способностями даже город штурмовать не пришлось бы. Почему меня никто никогда не слушает?

– Ардо, это тот самый высокоранговый авантюрист, которого мы высадили в двух днях пути отсюда? – переспросил коммодор Одли. – А мне так и не сказали, что у него было за поручение, как будто я не командующий объединённым флотом, а какой-то несчастный юнга.

– Позор на его голову, – продолжал свои триады Око. – Ему выдали конкретное и вполне выполнимое задание. Он должен был окончательно упокоить Сойку. Проще некуда с его-то силами справиться с нежитью, которая ещё и на последнем издыхании. А вместо этого мы получили воскрешённую Пернатую! Катастрофа! Пусть только попадётся мне на глаза. Мудрец явно перехвалил эту посредственность.

– Вы хотите сказать, что та летунья, что разогнала стаю виверн, на самом деле Пернатая Богиня?! – обомлел Одли. – Меня-то хотя бы могли предупредить, с кем мы идём воевать! Мы тут, если вы не заметили, обычные люди и плохо переносим божественные кары на свои шеи. Что это за ерунда? И как прикажете сражаться с богиней? Из пушек по ней палить что ли?

– Закрой рот и продолжай выполнять, что тебе сказали, – осадил коммодора Око. – С Сойкой я как-нибудь разберусь сам позже. Наверняка она сейчас не на пике сил. А пока надо вывести из игры ещё одного надоедливого упыря, что засел в бастионе №6. [Magica Percussit. Grandiose]!

Око загорланил, выставив вперёд правую руку, с которой сорвалась фиолетовая широкая вспышка, мгновенно достигнувшая Морского Бастиона. Раздался приглушённый звук попадания, и стратег заулыбался, словно подлец, совершивший гадость. Выстрел поразил цель, которой был, естественно, маркиз д’Мерле. Но постепенно улыбка сошла с лица агента Око. А в его единственном глазу заиграла тень сомнения.

– Да чтоб тебя! – сплюнул на палубу стратег, выйдя из себя. Последовавшие за воплем события порядком перепугали моряков. Словно просыпаясь от долгого сна, многочисленные светящиеся глаза стали открываться по всему городу, а затем и из морской глубины начали выглядывать злобные очи, пугая до дрожи в коленях команды кораблей.

– А теперь-то что ещё?! – выпалил Одли, затравленно наблюдая, как море открывает свои бесчисленные глаза.

– Маравелин, несносная отщепенка! – заскрипел зубами Око. – Только тебя тут ещё не хватало. Убирайся в своё убежище! И носу оттуда не показывай!

– Так ты меня приветствуешь, братик? Мы ведь не виделись целую вечность, – заговорило само море. Чарующий женский голос пробирался через всплески волн, наводя ужас на людей. Многие из них обхватили головы руками, ведь, казавшийся приятным голосок, проникал прямо к ним в души, выворачивая на изнанку всех, кто был слаб духом.

– Я сказал, уходи! – грозно крикнул агент Око, погрозив кулаком. – Это не твоё дело!

– Ошибаешься, – продолжило бархатно говорить море. – И за твои ошибки я возьму свою плату. Никто не покинет это место без моего благословения!

– Тебя нет здесь. Ничего ты не сделаешь. Даже если используешь на полную своего дружка-упыря, как апостола! – начал смеяться стратег. Его голос сделался настолько громким, что в какой-то момент заглушил даже шёлковый шёпот Маравелин. Моряки начали потихоньку приходить в себя от наваждения. Те из них, кто раньше упал на палубу, стали неуверенно подниматься на ноги. Волосы некоторых из них были седы, а руки крупно дрожали. Кто-то даже плакал.

– Посмотрим… – ответило море напоследок.

– Такой жуткий голос, – вытирая холодный пот со лба, простонал коммодор Одли, пошатываясь. – Я чуть не повалился, как сломанная мачта.

– Обыкновенный блеф, – отмахнулся Око. – Если бы она присутствовала здесь лично, я бы, может, и допустил, что нужно сворачиваться. Но тут лишь наличествует проводник малой части её воли. Хоть в одном нам повезло.

– В древних морских легендах, предающихся из уст в уста, рассказывается о чудовищном существе, которое зовётся Мара-из-Бездны или, как говорят эльфы, Мара ве’Линнэ – глухо начал Одли, обращаясь скорее к самому себе, а не к кому-то ещё. – Эта злая богиня с незапамятных времён ведёт войну с Гневным Морским Королём. Именно по её прихоти корабли утаскивает на дно, а моряки внезапно сходят с ума и топятся в море. Говориться также, что богиня эта обладает тысячами глаз, с помощью которых следит за всеми из морских глубин. И ждёт, когда настанет её час.

– И что? Мало ли сказок на свете? – усмехнулся Око.

– Одна из этих сказок гласила, что Пернатая спит под городом Конкорсо. А теперь Пернатая Богиня парит над облаками и обещает нам погибель. Если этого вам мало, поглядите на все эти глаза, что смотрят на нас из-под воды! И попробуйте только сказать, что это не Мара. Вашей милостью мы разозли богов, стратег. Мы, обычные люди. И мы ничего здесь не можем сделать.

– В таком случае, я требую, чтобы вы сложили с себя полномочия командующего, – мерзко ответил агент Око. – Мне не нужен трус и паникёр на ключевом посту!

– Да, забирай! Сколько угодно! – крикнул в запале Одли. – Я не собираюсь подчиняться спятившему твердолобу, который привёл нас на войну с теми, кого оберегают сами боги!

– Не только наших врагов оберегают, вообще-то! Неужели вы думали, что я не мог просчитать такой очевидный вариант развития событий? – источая волны злобы, выкрикнул агент Око. – Я парю в магии, как птица в небесах. И дом мне потоки волшебства! [Первозданный Магический Зверь]!

Тело агента Око подбросило в воздух и раздуло. Раздался взрыв, разметав ошмётки, бывшие когда-то стратегом, по палубе. А на месте человека воспарило отвратительное круглое мясистое существо розового цвета, половину которого занимал огромный синий глаз. Под ним открылась широкая зубастая пасть, проливая на палубу потоки слюней. Монстр посмотрел на стоявших рядом людей, и они в ужасе попятились назад. Кто-то даже спрыгнул в воду, не выдержав вида чудовища.

– Ну и мерзопакостная же страхолюдина! – выругался Одли, скорчив брезгливую физиономию. – Это как оно у него внутри поместилось?!

– Зато ты рожей вышел, как я погляжу! – ответил ему Око в своём новом облике. – Не могу поверить. Из-за вас, идиотов, пришлось даже принять свою истинную форму. Потом, вы ответите за это. А сейчас, продолжаем штурм.

– Да кто ты, чтоб тебя, такой?! – выругался Одли, отступив от монстра.

– БОГ! – источая подавляющую ауру, возвестил агент Око, заставив в благоговейном ужасе уставится на него всех, кто ещё был рядом с ним.

Глава 31. Союзники

После захвата северной стены войсками Альянса Синего Моря Лука и остальные защитники города смогли закрепиться в доме, заранее переделанном в укрепление, а также на примыкавшей к строению баррикаде. Враги осваивались на отбитой ими северной стене и готовились к вторжению уже в сам город. Защитники зализывали раны и переводили дух, в ожидании продолжения боя. Но пока в сражении наметился небольшой перерыв, который обе стороны использовали, как способ для восстановления сил.

Командир отряда № 25 пребывал в задумчивости. Лука боялся, что Старый Хрыч разорётся за них за то, что пришлось оставить их участок стены, но вместо этого сеньор Рицци был подозрительно тих, не выдав из себя более ни одной гневной триады. Наоборот, он совершенно неожиданно, начал подбадривать бойцов, особенно раненых.

– Ничего, ничего, – приговаривал охрипшим скрипучим голосом Хрыч. – Не унывайте, парни. Сейчас подойдут подкрепления, и отобьём назад эту проклятую стену. Вот увидите.

Рядом заскулил ученик столяра, которому раньше перебили ноги. Трое, включая Луку, держали его, а четвёртый ополченец, крупный малый, работавший до сражения грузчиком в порту, пытался втащить застрявший в кости голени у раненого болт от арбалета. Оперевшись по удобнее, он наконец выдернул болт вместе с куском мяса. Ученик столяра заорал во всю глотку, чуть не раскидав державших его, и тут же отключился от болевого шока, обмякнув на полу.

– Повезло… – прошептал сеньор Рицци.

– Простите, а что именно повезло? – услышав командира, робко переспросила Дебра. Волшебница была в ссадинах с ног до головы, а её короткие волосы были растрёпаны присыпаны песком, но серьёзных ранений она как-то избежала.

– Не понимаешь? – вопросом на вопрос ответил Старый Хрыч, сочувственно усмехнувшись. – В меня основательно попадали из арбалета три раза за жизнь. И каждый раз, когда вытаскивали эти штуки, я находился в сознании от и до. А пареньку повезло. Пока он в отключке, боль его не побеспокоит. Эй, вы! Чего смотрите на бедолагу? Он не помер, просто отрубился. У нас остались ещё зелья леченья? Тогда возьмите одно. Треть вылить на рану, остальное ему в рот. Когда очнётся, будет как новенький.

– Смотрите! – вдруг закричал один из ополченцев, указывая из окна трясущимся пальцем куда-то в небо.

– Что там ещё? – заворчал Старый Хрыч, и сразу же обомлел, так как в небе словно зажглась звезда. Сойка начала свою речь, которая раскатами грома перекатывалась по улочкам города, достигнув всех ушей в пределах Конкорсо. Люди встрепенулись, не зная, чего ждать от странного события, но по мере того, как Сойка выкрикивала свои речи, отчаявшиеся люди начали преображаться на глазах.

– Пернатая пришла нам на помощь! – заорал кто-то из ополченцев. Остальные высыпали на улицу, забыв, что на захваченной стене всё ошивались арбалетчики врага. Люди показывали пальцами, кричали, плакали. Боевой дух, ещё недавно опустившийся ниже самого глубокого уровня Катакомбного Лабиринта, устремился в высь вслед за Пернатой, парящей в чистом небе.

– Это действительно наша Богиня? – промямлила Дебра, недоверчиво посмотрев на сеньора Рицци.

– А я почём знаю? – оторопело ответил тот и тут же замолк, обдумывая пришедшую в голову мысль.

– Она говорит, что скоро будут подкрепление. Нам поможет божье воинство! – радостно затараторил ещё один стражник.

– Так, похоже в командовании нашёлся кто-то толковый, – подмигнул Дебре Старый Хрыч.

– Значит, это просто представление? – спохватилась магичка.

– Кто ж его знает? – пожал плечами Хрыч. – Если интересно, пойди спроси её, богиня она летучая или кто ещё. Я разрешаю. Потом вернёшься, нам расскажешь.

– Ребята приободрились, – посматривая на защитников из отряда №25, констатировала Дебра.

– Значит, наши дела не так уж и плохи, – сеньор Рицци даже улыбнулся. – Погляди на них, радуются, как детвора. Кто бы она не была, но ей удалось воодушевить людей, находящихся в безвыходной ситуации. А это далеко не каждому дано.

Но не только защитники услышали Пернатую. Враги тоже были с ушами. Командованию сухопутных сил Альянса пришла срочная депеша от агента Око, гласившая о незамедлительном прекращении передышки и развёртывании штурма города. Войско вторженцев зашевелилось вновь. Враги, собираясь у стены, стали формировать группы для дальнейшего продвижения в город.

– Хватит глазеть! – закричал во всю глотку Старый Хрыч на своих людей. – Хорошенького помаленьку. Противник пришёл в движение. Занять позиции! И попробуйте мне только посрамить честь нашего отряда. Богиня наблюдает за нами! Покажем ей, что мы не лыком шиты!

***

Стражники, охранявшие вход в лабиринт, высоко задрали головы к небу, внимательно вслушиваясь в каждое слово Пернатой. То, что это была Богиня, никто из них не сомневался. Все они были горды, что именно им выпала честь поприветствовать её раньше других. Командир отряда сторожей лабиринта, с которым Жофруа перекинулся парой слов, так и вовсе задрал нос к верху и ходил, словно он обрёл персональное благословение богов.

Вдруг из темноты прохода в лабиринт последовало шуршание и мерный гул шагов, заставив стражников напрячься. Их опасения были не напрасны, ведь спустя пару минут вход в лабиринт стал изрыгать целые толпы нежити. Скелеты и зомби вываливались на поверхность и, самым бесцеремонным способом проигнорировав охранников, отправлялись дальше в город по своим делам.

Охранники им не мешали, ведь они слышали, что сказала богиня. Да и не могли они ничего сделать с такой толпой разгулявшихся мертвецов. Стражники лишь благоразумно отошли к краю площади, поскольку неживые солдаты заполонили почти всё открытое пространство.

С управлением боевыми построениями у нежити было всё прекрасно. Показав выдающееся знание строевого дела, ожившие покойники сами, без видимых признаков офицерства среди них, формировали когорты мертвецов по двести в каждой, и уже в таком упорядоченном виде отправлялись куда-то дальше в город, ведомые установленной целью.

Когда порядочное количество низшей нежити уже выползло на поверхность, из прохода появились ходоки посолиднее. Колонна рыцарей-скелетов, выдерживая ровный шаг, как на параде, словно они не какие-нибудь противоестественные монстры, а, к примеру, бравые гвардейцы-защитники, гордо прошествовала мимо оторопевших живых. На голове у одного из них будто завядший букет даже наличествовал плюмаж из растрёпанных блёклых перьев.

За рыцарями настал черёд зомби-минотавров, которые почему-то топали в компании скелетов магов и крикливых зомби, не перестававших орать невпопад свои дикие ноты в такт марша. Минотавры, будучи ростом с трёхэтажное здание, были настолько отвратительны внешне, что у живых, лицезревших их, невольно зеленели лица, от увиденного.

– Какое-то оно совсем не божественное, воинство нашей Богини, – тихо пожаловался один из жрецов Пернатой, наблюдая как мимо прошествовал очередной зомби-минотавр, у которого один глаз выпал из глазницы и раскачивался в такт ходьбе, как на верёвочке. Ожившего минотавра, впрочем, увечье волновало гораздо меньше, чем жреца. У мертвеца была задача, и он двигался к её выполнению с целеустремлённостью, которой позавидовал бы любой живой.

– Уж какое есть, – пробормотал ему в ответ один из сторожей. – Живые нам на помощь не пришли. Ни один соседушка не откликнулся. Значит, будем теперь принимать в гости этих. Ну, а чё? Нормальные, вроде, солдаты. Маршировать умеют, шаг держат. На приличных людей, кажись, не кидаются. Не бешеные, то есть.

– Но как же Богиня позволила такой пакости разгуливать посреди бела дня? – никак не успокаивался священник.

– Тебе не всё равно? Сказано было, что прибудет секретное оружие. Вот оно. Как говорится, распишитесь. И вообще, кто среди нас жрец Пернатой? Ты или я? – недовольно заворчал стражник. – Это ты сейчас должен объяснять ребятам, почему у нас в дружках вдруг появилась толпа нежити. И почему их всех не нужно немедленно сжечь колдовским огнём.

– А я-то тут причём, – оторопел жрец. – Богиня сказала, значит так и надо. Кто я такой, чтобы оспаривать её замысел?

– Я тебе об этом и толкую, – усмехнулся стражник, назидательно ткнув пальцем в жреца. – Пусть теперь у врагов голова болит, что делать с этими мертвецами. Нас они не трогают. А мы в сторонке и постоим, посмотрим. Видал, сколько их вылезло. И ещё прут, не останавливаются. Из-за толпы входа в лабиринт не видно. Ничего, ужо мы теперь посмеёмся, когда эти страхолюды вражину жрать начнут поедом.

***

Агент Око рычал и скрипел зубами. Уж нежить, вылезшую на поверхность, он вполне мог почувствовать, но её было так много, что трупный смрад достигал даже кораблей Альянса, мешая ясно мыслить. Око понимал, что его переиграли самым нелепым образом. Он, великий разум, не смог предугадать, что ресурсы местного лабиринта смогут приспособить под нужды защитников. Око даже порывался пожаловаться Алл на возникшую несправедливость, но так и не решился, поскольку вскрылось бы, что он использовал участников бета-тестирования в местном конфликте. И за это прилетело бы уже самому Оку. Ситуация вырисовывалась не радужная. С нежитью сухопутные войска защитников Конкорсо больше не были в меньшинстве, а Сойка развеяла по округе их воздушные силы, изничтожив огненными всполохами две трети рыцарей на вивернах, остальные в схватку вступать больше не спешили и крутились от Пернатой на почтительном расстоянии, моментально удирая, только помыслив, что Сойка движется в их сторону. Нужно было что-то делать. И решение пришло. Он им сейчас покажет. Сама магия ополчится на недалёких защитников, посмевших перечить воле божества, его воле.

– Ардо, только попадись мне на глаза. Если бы ты только выполнил свою часть задания, всего бы этого можно было избежать, – ещё раз обругал своего союзника Око. – Коммодор, отзовите оставшихся рыцарей на вивернах. Скоро небо запылает, и я не отвечаю, за их жизни.

– Там и отзывать-то нечего, – пожаловался Одли, находясь от преобразившегося стратега на почтительном расстоянии. – От двух эскадрилий осталось полтора искалеченных летуна, но я отдам приказ.

– Магия – это звёздное небо, которое хранит множество тайн, – нараспев начал зачитывать гортанным скрипучим голос слова ритуала Око, неистово вращая своим единственным огромным глазом. – Когда звёзды падают на землю. Никто и ничто не может их остановить. [Starfall]!

Десятки сияющих магических кругов появились в небе над виверноносцем. Переливаясь, круги разделялись на ещё большее число. Их количество росло, пока не достигло нескольких сотен. Магические круги начали пульсировать, изрыгая из себя колдовские выстрелы, больше известные под названием [Sagitta Magica] или магическая стрела. Само по себе это заклинание было одним из базовых, позволяя, к тому же, выпускать заряд почти любого домена магии. Выстрелы были огненными, ледяными, электрическими и так далее. Заклинание мог применять почти любой волшебник, его проходили во всех известных учебных заведениях для магов на начальных курсах. Но вся сила заклинания раскрывалась в возможности выпустить сразу несколько десятков таких зарядов, если маг был способен и квалифицирован. Умелые колдуны даже могли кастовать стрелы с атрибутами разных доменов одновременно, но то, что сотворил Око выходило за все грани возможного. Магические стрелы заполонили пространство над кораблями Альянса. Матросы задирали головы и тыкали пальцами в небо, которое пестрело от постоянно появлявшихся и улетавших в сторону города магических выстрелов.

– Боги… – пробормотал Одли, вытирая холодный пот со лба ослабевшей рукой.

– Шутки кончились! – горделиво усмехнулся Око, невероятно довольный собой. – Я изничтожу всех этих поганых оживших мертвецов одним махом!

***

– Подразделения докладывают, что из лабиринта стали выходить толпы нежити, – обратился Чезаре Висконти к Жофруа, расположившемуся на верхушке Морского Бастиона. Вампир стоял, оперевшись на посох, а рядом с ним продолжал парить мерзкого вида мутный шар, внутри которого, как в бульоне, пробулькивали глазные яблоки. Маркиз горбился, словно на него сверху опустился тяжёлый груз и утомлённо посматривал вдаль.

– Всё нормально, они не тронут горожан и защитников, – уставшим голосом, пояснил Жофруа. – Главное, чтобы ваши солдаты не кидались на них.

– Я послал гонцов, куда смог, но ничего не обещаю. Нервы у всех на пределе, – сморщил лоб генерал Висконти.

– Ничего страшного, если ваши зарубят пару простых зомби. Я перенастроил агрессию низшим мертвякам. Но высшую нежить лучше не провоцировать. У высокоуровневых мертвецов по определению присутствует некая доля самостоятельности, которую они могут употребить на своё разумение. Но, будем надеяться, что всё пройдёт гладко. Армия мёртвых – экстренный шаг, и я обещаю, что по прошествии сражения все они уберутся назад, откуда их выволокли.

– Надеюсь на ваше благоразумие, – согласился Чезаре Висконти. – Никаких сомнений, что со всей этой нежитью город сейчас контролируете вы, и нам остаётся лишь уповать на ваше благородство и порядочность.

– Но, у нас в союзниках оказалась не только нежить. И это радует меня, – доброжелательно ухмыльнулся Жофруа, наблюдая, как метавшаяся по небу гигантская стрекоза пришла в себя. Меганевра зависла в воздухе над морем и внимательно наблюдала за Сойкой, кораблями Альянса, но особенно её заинтересовал Морской Бастион, а точнее сам Жофруа д’Мерле. Вампир размашисто помахал стрекозе и та, оставаясь какое-то время в нерешительности, всё-таки приблизилась к бастиону и приземлилась на его площадку.

– А с ней что не так? – на всякий случай выставив вперёд свой меч, взволнованно вздохнул генерал Висконти. – Этот монстр, на минутку, ещё недавно выгружал сюда вражеский десант. А теперь вы хотите сказать, что-то заставило его сменить сторону?

– Луиза! – громко крикнул Жофруа, помахав рукой ещё раз. – Сколько лет прошло!

Стрекоза, робко семеня ногами словно провинившийся ребёнок, медленно приблизилась к Жофруа, покаянно склонив голову. Остальные защитники, включая Перси Шестого и епископа, с опаской попятились назад. Единственный, кто сохранил самообладание, был Чезаре и, естественно, Жофруа, который вообще не выказывал никаких признаков волнения. В тоже время вид у меганевры был действительно пугающим. Её жвала были вполне способны прожевать человека, особо не напрягаясь. Это мог лицезреть любой, у кого были на месте глаза. У гвардейцев глаза присутствовали, поэтому на их бледных от испуга лицах отражалось всё, что они думали о гигантском летающем насекомом, которое решило приземлиться рядом. И каждый из солдат, да и Перси с епископом тоже, сейчас мысленно очень надеялись, что эта летающая штука в данный момент не голодна.

– Рад тебя видеть! – крикнул маркиз, подойдя к стрекозе, словно обращался со старым другом, которого не видел полжизни.

– …, – говорить меганевра не могла, поэтому она показывала то, что хотела, с помощью жестов тела и головы. На приветствие стрекоза ответила почтенным поклоном, подтвердив, что она узнала обращавшегося к ней вампира.

– Я думал, что после отставки Артура, он тебя отпустил на волю. Как ты вообще оказалась у Одноглазого?

– …, – стрекоза начала раскачиваться из стороны в сторону, видимо, демонстрируя крайнее раздражение. Затем она нагнулась, повернувшись боком, и показала место, где был воткнут контролировавший её штырь.

– Понятно, – понимающе вздохнул маркиз. – По крайней мере, контроль снят, и теперь ты свободна. Но у меня есть одна просьба. Не могла бы ты помочь нам с обороной города? Тут полный бардак творится, и мне не помешает надёжный союзник.

– …, – меганевра снова решительно закивала головой вверх-вниз, что должно было означать согласие.

– Вот и славно, – обрадовался Жофруа. – Сейчас к северной стене Конкорсо движется небольшой отряд авантюристов, в составе которого моя дочь Жизель и Мери – дочка Артура.

– …, – услышав про дочь Артура, стрекоза пришла в возбуждение. Она начала перебирать ногами в нетерпении, а её голова с огромными фасеточными глазами задёргалась по сторонам.

– Я перекину тебе их координаты на терминал, – пояснил стрекозе Жофруа. – Помоги им, как сможешь. Мне будет спокойней, если ты присмотришь за девчушками. А то я уже пожалел, что отправил их туда.

– …! – показав, что поняла, куда выдвигаться, стрекоза стремительно расправила крылья и молнией взлетела с Морского Бастиона, на бреющем полёте устремившись вглубь города.

– Оно действительно понимало, что вы ему говорили? – недоверчиво переспросил генерал Висконти, посматривая на удалявшуюся фигурку меганевры. – Или это только ловкая имитация?

– Луиза – последняя из своего племени, – печально ответил Жофруа. – Мой друг, Артур Уолкер, во время своих странствий однажды нашёл яйцо гигантской меганевры. Знать не хочу, в каких дебрях он его откопал. Но в один прекрасный день он заявился ко мне похвастаться своей находкой. Яйцо было сморщенное и не показывало признаков жизни. Мы отговаривали его от глупой затеи и призывали выкинуть ненужную вещь, но Артур упёрся. Каково же было всеобщее изумление, когда стрекоза всё-таки вылупилась. Сойка в шутку как-то назвала её Луизой. Имя прижилось. Меганевра росла не по дням, а по часам. Артур кормил её куриным мясом. В итоге стрекоза привязалась к нему и воспринимала, как своего. Потом стало понятно, что меганевра достаточно разумна. Моя супруга покопалась в архивах и нашла информацию, что когда-то давным-давно существовала ныне исчезнувшая раса разумных насекомых, и меганевра Артура является представительницей того угасшего племени.

– Потрясающе, – выпалил Чезаре. – Похоже, ваш друг был действительно выдающейся личностью.

– Да… А, ещё Артур был душой нашей компании. Во скольких приключениях мы побывали по его вине, не счесть. Так вот, поняв, что имеем дело не просто с неразумным животным, мы обратились к одной общей знакомой, которая очень хорошо разбирается в насекомых, и она посоветовала, как правильно обучить меганевру. Когда Луиза выросла до своих теперешних размеров, она захотела помогать нам. Но что может предложить разумная стрекоза? Мы как могли отмахивались от неё, а Артур так и вовсе видел в Луизе что-то вроде домашнего питомца, пусть и с мозгами. Кто ж тогда знал, что Луиза настроена серьёзно? Она сама обратилась к нашей знакомой, той что разбирается в энтомологии, и Адель сдуру предложила меганевре стать живым транспортом, заявив, что нечто подобное практикуют демоны Трескучих. Процедура была болезненной, но прошла успешно. Артур пришёл в ярость, когда узнал, но Луиза уверяла, что сама пошла на это. Нам оставалось лишь принять её решение. Так в команде «Живодёры» появился свой уникальный транспорт.

– Хватит трепаться, эфир дрожит, – заявил вдруг голос Мари-Авелин из парящей сферы с глазами. – Мой братец решил провернуть что-то серьёзное. И я настоятельно советую всем здесь найти укрытие. Хотя, вы всё равно не успеете.

Яркое зарево вспыхнуло над виверноносцем. Образовавшиеся над флотом Альянса сотни кругов магии стали изрыгать залпы волшебных стрел, как проснувшийся вулкан выдавливает из себя потоки пепла и лавы. Магические снаряды в одночасье заполонили небо, сверкая словно звёзды. Увидав это, оставшиеся в строю рыцари на вивернах предусмотрительно разлетелись кто куда, в попытке не быть задетыми заклинанием, оставив Сойку в одиночестве наблюдать за магической атакой с воздуха. Тысячи колдовских выстрелов разных доменов магии неумолимо приближались, грозя обрушится смертоносным дождём и накрыть весь город

– Он не шутит! – крикнул Жофруа. – Убирайтесь все с площадки, быстро!

– Слышали, что вам сказали! – крикнул Чезаре Висконти своим гвардейцам. – Заберите отсюда лорда-мэра и епископа. Все прочь с верхнего уровня!

– Сможешь сделать что-нибудь? – Жофруа повернулся к сфере, из которой звучал голос Мари-Авелин.

– Зачем? – ответила ему маркиза. – Всё, что меня интересует, чтобы ты, Жизель и, может, ещё Мэри не погибли и вернулись домой. До остальных мне нет никакого дела. Сами виноваты, раз привлекли внимание бога на свою голову.

– П-пожалуйста, помогите… – робко обратился Чезаре к говорящему шару.

– Нет, так дело не пойдёт, – с усмешкой в голосе ответила маркиза. – Сами, господа смертные, сами. Я и так уже сделала достаточно, и меня за это по головке не погладят. Даже представлять не хочу, какую лекцию мне прочитает Алл потом. Я уж молчу, что ваша богинька не я, а та, что сейчас беззаботно парит в небе.

– Авелин… – натянуто произнес Жофруа.

– Не нужно этих нотаций, – парировала укор своего супруга маркиза. – Не хочется признавать, но мой мерзкий братец прав. Меня здесь нет. Всё, что я могу, это транслировать свою силу через единственный внешний вычислитель, который дарован тебе. Да и он вытягивает из тебя последние крохи выносливости. Муж мой, ты же прекрасно осознаёшь, что сложишься пополам, добавь я хоть ещё одну каплю мощности в устройство.

– Много людей погибнет сейчас.

– Да… – безразлично согласилась Мари-Авелин. – Но это и твой просчёт тоже. Нужно было лучше распоряжаться доступными ресурсами. Временный выход из строя одного надоедливого дракона приведёт к печальному количеству жертв в городе.

– В таком случае, я позову другого, – со злостью произнёс Жофруа д’Мерле – [Бледный Господин]!

Затрубил рог. Магический круг призыва развернулся на всю площадь верхней платформы Морского Бастиона, явив на свет скелет дракона, состоявший из белых, блестевших на солнце костей. Мёртвый дракон был огромен в несколько раз превосходя размерами меганевру Луизу. Скелет расправил крылья, размах которых намного превосходил ширину самого бастиона. Чезаре попятился, споткнулся и упал на каменный пол с благоговейным ужасом рассматривая появившееся чудовище.

– Все, кому жизнь дорога, прячьтесь за костями! – громогласно окрикнул присутствовавших Жофруа. Часть защитников, не успевших покинуть верхний уровень, последовали совету Жофруа, другие так устрашились дракона, что не сдвинулись и с места.

– Держитесь, сейчас накроет залпом! – заорал Жофруа, указывая на магические заряды, уже почти достигшие цели. Волшебные стрелы заполонили небо, сверкая всеми красками палитры. Зрелище, открывшееся взору людей, было смертоносно и красиво одновременно.

– [Занавес]! – большая алая надпись возникла в воздухе, прямо над Сойкой. Пернатая тоже не сидела сложа руки и попыталась хоть как-то прикрыть город от чудовищной по своей силе магической атаки. После того, как объявление растворилось, над Морским бастионом сегмент за сегментом развернулся классический [Пятиконечный Ячеистый Барьер] Алой Богини, пологом-куполом накрыв Морской Бастион и ещё часть города. В следующий миг магические ракеты ударили по нему, начав врезаться с резким грохотом. Барьер стоял, хоть его скрипы показывал, что щиту приходится несладко.

– Сойка, что ж ты раньше его не использовала? – выдохнул Жофруа.

– Богиня опять спасла нас! – затараторил епископ. Он и Перси каким-то неведомым образом оказались в гуще людей, которые решились укрыться за костями дракона-нежити, призванного Жофруа.

– Только остальной части города повезло гораздо меньше, – окинув окрестности изнурённым взглядом, изрёк маркиз.

То, что не укрыл щит, в данный момент нещадно бомбардировалось магией. Волшебные ракеты, врезаясь в здания, взрывали их огнём или разрезали на части гигантскими ледяными шипами, крошили молниями, превращали в груды песка. Открывшаяся с возвышавшегося над Конкорсо бастиона картина ужасала масштабами разрушения. Стихийное бедствие обрушилось на город, ибо никакие боевые действия не могли сотворить того, на что был способен один единственный рассерженный бог.

– Не иначе, сам ад разверзся… – пробормотал потрясённый увиденным генерал Висконти. – Я боюсь представить, сколько жертв унесла эта безумная ярость.

Атака прекратилась спустя целых пять минут беспрерывного уничтожения. Когда магические ракеты иссякли, Сойка отменила барьер и приземлилась рядом с Жофруа. Её лицо больше не было ни радостным, ни восторженным. Пернатая была в гневе. С её крыльев то и дело падали искры алого огня.

– Я лечу биться с ним! – сходу заявила Сойка, гневно посмотрев на видневшиеся в дали корабли. Вместе с этим она соединила две части своего посоха вместе, а на один его конец навинтила длинное зазубренное лезвие копья. – Ты со мной?

– Естественно, – ответил ей Жофруа, который был более спокоен, чем Пернатая. Атака Одноглазого скорее привела маркиза в раздражение, чем озлобила.

– А это что? – указала Сойка на гигантский скелет дракона.

– Не пропадать же добру? – подмигнул ей маркиз. – Когда мы забороли дракона, я смекнул, что негоже хорошему телу сгинуть попусту.

– И насколько оно функционально?

– Летать умеет, хоть и не так резво, как ты. По боевой мощи оригиналу уступает сильно, но всё равно способно дать жару.

– Пойдёт.

– Досточтимая Богиня! – упав на колени заканючил епископ, приковав к себе внимание. – Спасите ваших смиренных слуг! Прогоните злого монстра, что устроил такое с нашим городом! И вы, Бледный Господин. Мы смиренно просим не оставить нас в беде.

– Что, решили дать бой моему братцу, поддавшись на нытьё смертных? – издав полный сарказма вздох, Мари-Авелин снова начала вещать из сферы. – С другой стороны, всё ещё нужно выгадать немного времени, пока не появится Эт.

– Что с Жизель и остальными? – спросил маркиз.

– Только опомнился, отец года? Можешь выдохнуть. Луиза успела добраться до них и укрыла за щитами, – пояснила маркиза. – Моя помощь даже не потребовалась.

– Отлично, они в надёжных руках. Значит, и нам с Сойкой можно сосредоточится на Одноглазом.

– Вперёд! – издала полный издёвки смешок Мари-Авелин. – Я тут покумекала, пока вы помирали, и мне пришла в голову одна интересная идея. Мой братец не так силён в водной стихии. Не его это. Попробуем воспользоваться этим фактом. Я перешлю тебе на терминал всю информацию в том числе и активирующую формулу ритуала.

– Тогда не будем больше терять времени! – крикнул Жофруа, взобравшись на костяного дракона. – Промедление слишком дорого обходится.

– Покажем этому пучеглазу! – крикнула Сойка, взмыв в небо, снова покрыв своё тело алым огнём.

– Певун, забирайся сюда! Этот транспорт многоместный! – подозвал маркиз, остолбеневшего от такого предложения катуса-менестреля.

– Да, запросто! – моментально взяв себя в руки, промяукал Певун, вскарабкавшись по костям к маркизу. На гребне позвоночника дракона действительно оказалось вырезано несколько удобных кресел, располагавшихся в один ряд друг за другом. Первое из них занял маркиз. Следующее досталось Певуну.

– Отчаливаем! – резко скомандовал Жофруа, и костяной дракон, тяжело взмахивая крыльями и распространяя вокруг тучи тёмно-синего тумана, поднялся ввысь вслед за Пернатой.

***

Появление Пернатой Богини не на шутку встревожило сухопутное командование сил Альянса, но приказы от стратега и коммодора Одли выходили ясные. Нужно было любыми способами продолжать штурм во что бы то ни стало. И нападающие продолжили.

В окрестностях северной стены Конкорсо опять стало жарко. Враг начал штурм города по всей протяжённости захваченных укреплений. Отряды ближнего боя Альянса Синего Моря ворвались в городскую застройку под прикрытием арбалетчиков и магов, расположивших свои позиции на захваченных стенах. С высоты стрелкам было удобно отправлять болты и заклинания в цель, в то время как защитники и носу не могли показать из-за своих позиций, размещённых в обычных домах, не приспособленных к серьёзной осаде. Часть из второй линии обороны пала практически сразу. Несмотря на Богиню в облаках, огненными всполохами гонявшую рыцарей на вивернах по всему небу, простым защитникам, кроме поднятого боевого духа, никаких благословений не снизошло. Оборонительные отряды, хоть и отчаянно сопротивлявшиеся, один за другим либо исчезали, либо откатывались дальше в город, оголяя фланги соседних формирований, которым свою очередь тоже приходилось бросать позиции, чтобы избежать окружения.

Двадцать пятый отряд обороны продолжал свою войну. Старый Хрыч даже со всеми своими недостатками оказался неплохим командиром как в тактическом плане, так и в командном. Обладая изрядной долей лидерства, стрику удалось сплотить вверенных ему людей. А те, в свою очередь, пройдя через пекло первой битвы, превратились из неумех во вполне способных бойцов. Обучение на войне происходит быстро. И если ты не сдашь зачёт, итогом этого будет твоя смерть.

Лука, находясь на баррикаде рядом с укреплённым домом, в котором они засели, замахнулся алебардой и точно заехал ей по вражеской голове в шлеме, которая, получив прямой удар в висок, откинулась назад, увлекая за собой непослушное тело. Противник повалился на землю с открытыми глазами. На него наступил ещё один враг, пытавшийся одолеть баррикаду. Лука огрел алебардой и его, сломав тяжёлым ударом нападавшему правое плечо. Тот заорал и отступил. Лука сам не заметил, как выругался, повторив один из любимейших оборотов Старого Хрыча. Молодой стражник был недоволен собой, ведь он целился в голову и промахнулся. Теперь враг может восстановится, выпив зелье, и снова встать в строй.

– Они нас обошли! – вдруг заорал парнишка, расположившийся рядом с Лукой.

– Где?

– Да, вон же, прут по улице Резчиков! – продолжал верещать стражник. – Куда нам теперь?

– Все в дом! С баррикады! – совершенно не узнавая свой голос, заорал Лука во всю глотку. – Нас окружили! В дом!

К удивлению стражника, люди послушались его приказов и стали один за другим убираться в дверной проём трёхэтажного добротного кирпичного дома, который теперь служил отряду № 25 чем-то вроде укрепления, базы, штаба, лазарета и всем остальным. Лука забежал последним, когда по баррикаде выпустили несколько огненных шаров два мага нападавших в составе отряда, специально запущенного в тыл отказывавшегося сдаваться непокорного двадцать пятого подразделения.

– Окружили всё-таки… – со страшным спокойствием в голосе констатировал Хрыч, сидя на скамейке. Командира отряда прибинтовывала какая-то женщина в годах, которую Лука не узнал. Присмотревшись стражник приметил ещё несколько гражданских и только сейчас вспомнил, что в разгар боя группа горожан прибежала к ним на позицию, и Хрыч неожиданно велел впустить их внутрь. Присмотревшись, Лука понял, что всё это старики, видимо, не пожелавшие покинуть дома, в которых прожили всю жизнь, в то время, как основная масса гражданских перебралась в центральные районы города ещё до начала штурма.

– Вас ранили? – борясь с отдышкой, спросил Лука.

– А, ерунда, – отмахнулся сеньор Рицци. – Ткнули иголкой в бок, да только они безрукие все. Даже старика укокошить не могут. Я бы сказал, что до свадьбы заживёт, но в моём возрасте глупо говорить такое.

– Сеньор рыцарь, не вертитесь. Неудобно бинтовать же, – посетовала пожилая женщина, наматывавшая бинты.

– Они там на улице со всех сторон лезут! – крикнула Дебра Камушек, осторожно выглядывая, спрятавшись сбоку от окна.

– А ты что хотела? – засмеялся Старый Хрыч. – Мы тут воюем. Сумели нас окружить, значит мы дураки, а не они. Поздно переживать.

– У нас ведь тоже есть арбалеты, – предложил Лука. – Надо расположить людей по окнам и на крыше. Мы сможем продержаться ещё какое-то время, отстреливаясь. Дебра, у тебя получится укрепить стены магией, и заделать вход, чтобы они сразу не пробились внутрь?

– Смогу! – ответила магичка.

– А чего это ты раскомандовался? – прищурившись, сеньор Рицци пристально посмотрел на Луку. Взгляд старого рыцаря был настолько суров, что даже женщина, которая его бинтовала, замерла в испуге, не говоря уже об ополченцах. Те потеряли дар речи, в ожидании неминуемого взрыва вулкана.

– Но ведь, что-то надо делать. Они же сейчас придут нас убивать, – растерялся Лука, поняв, что в запале покусился на святое, на авторитет Старого Хрыча.

– Ладно, командуй пока, – выдохнул сеньор Рицци, приведя в ещё большее замешательство личный состав. – Слушайте сюда! Пока я не вернусь в строй, выполнять распоряжения оболтуса Луки, как мои личные! Назначаю его своим заместителем. Если помру, он ваш командир. Все слышали?

– Да! – прокатилось по залу.

– Вот и славно. Как там в поговорке говорилось? Молодым везде у нас дорога? Ну и вперёд! Но знай, помрёшь, назад можешь не возвращаться.

– Слушаюсь! – отдал честь Лука.

***

Они приближались. Это всё, что мог сказать коммодор Одли, с ужасом наблюдая, как Пернатая, объятая пламенем, летела бок о бок с огромным костяным драконом, на котором восседал ещё кто-то. На палубе царила суматоха. Моряки бегали как угорелые, подготавливая корабль к отражению атаки. С десяток рыцарей на вивернах оставшихся не задействованными в прошлом налёте, теперь поднялись на крыло в попытке задержать врагов, но Одли понимал, что всё это уже не имеет ни капли смысла. Им выпала горькая доля оказаться в разборках самих богов. Ничем хорошим это бы не закончилось в любом случае. Он просто не могло закончится хорошо, особенно после магической атаки их стратега, который ещё и до кучи оказался уродливым монстром.

Они приближались. Теперь Одли отчётливо видел восседавшего на драконе. Незнакомец выставил вперёд руки и на протянутых руках у него покоился жезл жреца. Пока дракон махал крыльями, неся своего повелителя, тот готовился к чему-то серьёзному. Это Одли чувствовал всем нутром. Незнакомец на костяном драконе заговорил слова ритуала. Он вещал так громко, что все его прекрасно слышали, а затем само глазастое море стало вторить ему.

– Водная гладь, что чинно раскинулась, как зеркало, затянется рябью по воле моей, – читал слова маркиз д’Мерле. Ему стал подпевать женский голос, который недавно чуть не свёл с ума моряков. – По воле моей мрачные глубины обратят благодать в проклятье.

– Маравелин, гадина, не смей! [Magica Percussit. Grandiose]! – Око широко раскрыл свой единственный глаз, выстрелив из него колдовским лучом фиолетового цвета. Костяной дракон несмотря на свои огромные размеры сделал «бочку», уйдя от попадания, маркиз даже не отвлёкся на это, не прервав ритуал.

– По воле моей горе разольётся морем слёз [Mare Nostrum]! – закончил маркиз.

Одли уставился на стратега. Тот выглядел растерянным, суетливо водя своим глазом по водной поверхности в поисках чего-то. Одли понял, что нужно готовится к самому худшему. И в подтверждении его мыслей вода забурлила. Из неё со дна на поверхность повалили пузыри. Сначала они были маленькими, но затем их количество и размер стали расти. Воду начала затягивать какая-то странная пена. Одли никак не мог понять, что не так, но всё его чувства кричали, что нужно убираться отсюда куда угодно, но как можно дальше, и лучше всего на другой конец света.

Один из линкоров под названием «Дельфин», гордость их флотилии, вдруг накренился. Коммодор недоумевал. Корабль был абсолютно цел, в него ни разу за битву не попали. На глазах изменившегося в лице Одли грозный линейный корабль ухнул подводу со всей командой и парусами прямо сквозь пену на дно. Люди попрыгали за борт, пытаясь спастись вплавь. Вместо этого моряки ушли в пучину пенящейся воды вместе с кораблём, словно они были сделаны из чугуна. Тщетно они пытались загребать руками, отчаянно крича от ужаса, захлёбываясь в пузырящейся воде.

– [Поле Невмешательства]! – возвестил агент Око. От монстра разросся полупрозрачный розоватый круг, распространившись на виверноносец и ближайшие корабли. Круг продолжал расти. Те области, которые он затрагивал, перестали бурлить. Вода успокаивалась, придя в своё исходное состояние. Но стратегу это заклинание давалось нелегко. Было видно, что оно вытягивало из него почти все силы и концентрацию. Он даже перестал палить магическими залпами по дракону. Одли заметил, как за спиной у агента Око возникли из ничего три каменных сферы, на каждой из которых было выгравировано по глазу в окружении магических кругов, нацарапанных на поверхности камня.

Области пены вступили в противоборство с защитным полем, созданным стратегом. В какой-то момент бурлению удалось отвоевать часть пространства и два фрегата, находившиеся там, ухнули на дно, последовав вслед за линкором, и скрылись под водой за пару мгновений.

– Мара! Мара заберёт нас всех! – заорал один моряков на палубе виверноносца. Око заметил это. Стратег только на секунду взглянул на паникёра, а тот вдруг взорвался на палубе, заставив разбежаться рядом стоявших товарищей.

Одли опомнился. Ведь кроме дракона была ещё и Пернатая! Но было поздно. Огненная птица неслась к виверноносцу в лобовую атаку, будто метеор. Око тоже это заметил, переориентировавшись с дракона на Сойку, при этом [Поле Невмешательства] ужалось до размеров виверноносца.

– [Magica Percussit. Grandiose]! [Magica Percussit. Grandiose]! [Magica Percussit. Grandiose]! – продолжал выкрикивать монстр, изрыгая из своего глаза серии магических выстрелов. Пернатая просто увернулась ото всех, а последний так и вовсе отбила взмахом алого огненного всполоха. Одли увидел в её руках длинное копьё. Несколько храбрецов, оседлав своих виверн попытались задержать крылатую богиню, но куда там. Коммодор понимал, что их контратака была изначально обречена на провал. Виверны опали, как осенние листья, стоило им приблизится к Сойке поближе.

Совершив последний рывок, Пернатая на полном ходу врезалась в борт виверноносца примерно по середине. Раздался чудовищный треск и скрежет. Корабль качнуло, и людей на палубе разбросало. Одли едва удержался на ногах, ухватившись за попавшийся под руку поручень.

Коммодор всё видел, как в замедленном кино. Палуба гнетуще выгнулась. Вспучилась. А затем взорвалась, разлетевшись мыльным пузырём. Из разверзнувшейся дыры вверх вырвался огонь. Одли успел повернуть голову, чтобы заметить Пернатую, вылетающую с другого борта корабля и взмывающую ввысь почти в вертикально. А огонь начал распространятся дальше. Корабль продолжило раздирать, поломав пополам. Последовал взрыв. За ним ещё один. Третий был самый сильный. Это сдетонировал магический двигатель Морского Конька. Одли отбросило. Он безвольно покатился по палубе к носу корабля, который уже начала поглощать пена. Коммодор перекувырнулся через себя несколько раз прежде, чем смог немного замедлить своё падение, содрав руки в кровь о палубу. Что-то прошелестело в воздухе. Одли задрал голову и обнаружил, что над ним в метрах пяти пронеслось, хаотично вращаясь, одно из орудий корабля вместе с половиной раскуроченного лафета.

Коммодор ударился головой, пробив деревянные перила и вывалился с корабля в бушевавшее море. Он так и не понял, что стало со стратегом, но защитное поле агента Око в какой-то момент погасло окончательно, отдав моряков на растерзание разбушевавшейся Мары. Одли завертело в водовороте воды и пузырей. Захлёбываясь, коммодор начал грести изо всех сил, но уже не понимал где верх, а где низ, вращаясь в бешеном вихре злого моря. Стало темнеть в глазах. Одли понял, что это всё, теперь уже по-настоящему всё. Настал его час принести себя в жертву морской пучине. Единственное, что он теперь мог видеть – это пустота, из которой взирали на него сияющие многочисленные очи.

– Забирай меня! Это я виноват! Я готов держать перед тобой ответ! Только пощади моих моряков. Они не знали, на что шли! – попробовал выговорить Одли, вместо этого его рот заполнила вода. Но вездесущие глаза услышали и поняли его, исказившись в насмешке. До коммодора дошло, насколько ничтожно и нелепо было его предложение перед лицом настоящей богини. Ему было нечего предложить ей в обмен на его людей. Он попытался сказать что-то ещё, но вместо этого его разум стало затягивать пеленой. Даже злые глаза исчезли, объятые всеобъемлющей темнотой. Странное умиротворение настигло коммодора. Он успокоился. Смирился. Забвение и пустота заменили его мысли и страхи, а через миг и его сознание медленно отключалось, постепенно угаснув окончательно.

Глава 32. Боги истинные и боги ложные

Отряд авантюристов уверенно продвигался к северной стене города. Группа под предводительством Бруно пробиралась через хитросплетение улочек, ловко лавируя между ними и обходя встреченные баррикады. Как оказалось, катус-воитель был местным в нескольких поколениях. Конкорсо он знал идеально, поэтому Мери и Жизель, да и остальные участники отряда с чистой совестью отдали Бруно бразды командования. Провести ватагу переулками, минуя нагромождение городских джунглей, для него было проще простого.

Форсировав самый центр города и оставив порт с Морским бастионом далеко за собой, слева, отряд выбрался на небольшую площадь местного значения, и катус остановил людей, раздумывая, стоит ли пересекать открытое пространство напрямик, рискуя попасть под атаку какого-нибудь надоедливого летуна на виверне, либо же потратить время и обойти переулками, но тогда пришлось бы петлять, так как этот район города даже в лучшие свои времена в принципе никогда не имел ни одного внятного градостроительного плана. Дома тут располагались ещё с большей хаотичной фантазией, чем мысли в голове у молодого художника, застрявшего в кабаке. И за очередным переулком вместо логично ожидаемого выхода вполне можно было получить оказавшийся ни к месту, но вполне реальный глухой тупик.

– Я считаю, что надо пресекать площадь, – пояснил свою позицию Бруно, стряхнув очередной подпаленный клок шерсти со своего плеча. – Крутится в этих кишках – будет слишком долго.

– Надо, так пошли, – ответила ему жрица Алой, которая тоже увязалась с отрядом. – Толку, что мы тут стоим как олени в кустах?

– Я тоже за то, чтобы идти через площадь, – согласилась Мери. – Главное, чтобы ничего не прилетело, а то, когда Сойка начала гонять их по небу, у летунов могла возникнуть заманчивая мысль, поискать себе цели попроще.

– Решено. Выдвигаемся напрямик! – крикнул Бруно.

Авантюристы мелкими перебежками уже осилили половину площади, когда везде вокруг стали появляться странные глаза, излучавшие тусклый свет. Они выглядели настолько неестественно и настолько сильно источали магию, что даже у несведущего в волшебстве не возникло бы сомнений, что это следствие могущественного заклинания или даже ритуала. Отряд притормозил прямо посередине открытого пространства, ожидая, что скажет Бруно. Но катус и сам не знал, как поступить, вопросительно посмотрев на жрицу Алой.

– Не надо на меня так пялится, я понятия не имею, что это, – шмыгнула та носом, тревожно поглядывая на наблюдавшие за ними злобные очи. – Я имею в виду, что есть старые глупые пугалки про Тысячеглазую Мару. Их даже дети в Конкорсо знают. Но не она же это в самом деле?

– А мне почему-то кажется, что нам нечего опасаться, – тихо подала голос Жизель, растерянно стреляя глазками по сторонам.

– Интересно, почему же? – перед вампиркой прямо из мостовой вырос тонкий стебель мясного цвета, на конце которого появилось утолщение в виде бутона. Из него словно цветок сформировался ещё один волшебный глаз, отличавшийся от остальных тем, что имел сразу два зрачка. Голос, полный сарказма, Жизель узнала сразу, поэтому отпрыгнула от странного глаза на ножке, недоверчиво поглядывая на необычное создание.

– М-маменька?! – одними губами прошептала Жизель, перепугавшись.

– Оно ещё и говорящее… – пролепетала жрица Алой Богини, естественно не расслышав шёпот вампирки. Было видно, что она перепугана до жути, но любопытство взяло верх и жрица, переборов себя, приблизилась и тихонько коснулась кончиком посоха глаза на ножке. – Это скорее мистическое заклинание, чем чистое волшебство. Сигнатура уж больно переплетённая.

– Замечательно, – заявил глаз, уставившись на жрицу. – Как я дорвалась до жизни такой, что в меня тыкают палкой, как в циркового медведя на привязи?

– Мне всё ясно, – авторитетно кивнула головой жрица Алой, указав рукой на странный глаз. – Перед нами не что иное, как последствие произведённого коммуникационного ритуала. Причём не магического, а конкретно мистического, что удивительно. С нами на расстоянии разговаривает очень квалифицированный мистик. Здравствуйте, уважаемая, можете говорить, мы вас прекрасно слышим. Приём устойчивый.

– Бедная Рубиниэль, как же тяжко ей приходится с такими последователями. Что толку от их количества, если все они с дефектами умственного развития? – голос Мари-Авелин словно вздохнул от усталости, и только Жизель забеспокоилась. Она прекрасно знала, что такая манера общения её матери недвусмысленно намекала о крайней степени раздражения маркизы.

– Давайте, лучше я поговорю, – поняв, что ситуация накалилась, и ничего не подозревавшую жрицу надо спасать, вклинилась в разговор Жизель. – Нам что-то нужно знать? Вы бы не стали обращаться так неожиданно по пустякам?

– Всё верно, Жизель, – пояснила Мари-Авелин. – Я лишь хотела передать тебе, что отец послал вам на помощь одно интересное создание. Луиза скоро прибудет. Не перепугайтесь попусту.

– А, так вы знакомы! – догадалась жрица Алой. – Тогда уступаю место для разговора.

– Это старая знакомая Артура Уолкера, – продолжила пояснение маркиза.

– Серьёзно? – откликнулась Мери. – А как же мы её узнаем? Как она выглядит?

– О, это как раз не проблема, – глаз как будто улыбнулся. – Я вас уверяю, Луизу вы не перепутаете ни с кем. Хотя бы потому, что Луиза – это гигантская стрекоза-меганевра. Вы уже видели её сегодня.

– Но, она же, вроде, была на стороне врага? – округлила глаза Жизель.

– Не по своей воле. Теперь справедливость восторжествовала, и Луиза рвётся отомстить тем, кто держал её под контролем. Ваша задача сейчас – воспользоваться Луизой и продержаться, пока не подойдёт Эт. Я уже переговорила с ним, и он обещал поторопиться. Не лезьте в пекло. Лучше вообще не продвигаться к северной стене. Там всё довольно печально уже сейчас.

– Тогда тем более мы должны поторопиться! – крикнул Бруно.

– Торопитесь на тот свет, уважаемый катус? – съехидничала Мари-Авелин. – Что ж, отговаривать не буду, но топайте туда один. У остальных могут быть другие планы на свою жизнь.

– Мы же должны помочь защитникам! – заступилась за Бруно Жизель.

– Глупое дитя, ты ничем не поможешь. Ты понятия не имеешь, кто вам противостоит. Может статься, что твой отец и Сойка будут повержены сегодня. Единственная надежда осаждённого города не какая-то нежить, и уж тем более не вы сами, а Эт. Только ему хватит сил остановить моего глупого братца.

– Простите, так вы в курсе, кто командует войсками Альянса? – деловито поинтересовалась жрица Алой.

– Естественно, – раздражённо ответила ей Мари-Авелин. – Руководство морской операцией осуществляет коммодор Одли, талантливый офицер из Гегемонии.

– Так и знал, что за всем этим растут уши Гегемонии Человечества, – сплюнул на землю Бруно.

– Но общее управление осуществляет тип, известный как агент Око, – продолжила Мари-Авелин не скрывая неприязни в голосе. – В более узких кругах его знают под именем Одноглазый Магистр, или просто Одноглазый.

– Хех, серьезно? Этот умник назвал себя именем бога Магии? Какая вульгарность, – коротко кашлянула жрица Алой.

– Я вижу, возникло недопонимание, – с насмешкой процедила Мари-Авелин. – Он не брал себе имя бога. Он и есть БОГ МАГИИ, глупая смертная. И он сотрёт ваш городишко в пыль, если того пожелает, а вы даже слова не сможете сказать ему в ответ. Вы хоть понимаете, на кого нарвались?

– Но, выходит, именно поэтому Пернатая вмешалась? – замялась жрица, поглядывая на небо. – Боги же не появляются просто так, верно? Тогда получается, та крылатая – действительно Пернатая Богиня! Теперь всё сходится. За противника воюет бог, а за нас богиня!

– Да! Богиня с нами! Мы победим врага! – выкрикнули возгласы одобрения несколько авантюристов.

– Жизель, где вы нашли эту говорящую обезьянку? Оставьте там, где подобрали, – надменно заявила маркиза. – А что касается Сойки, она такая же богиня, как ваш кот-переросток! Сойка Фтероти по прозвищу Пернатая когда-то очень давно носила титул сильнейшей смертной и действительно могла потягаться с богами. После её кончины глупые люди стали восхвалять её как божество за её свершения. А поскольку Сойка была рьяной последовательницей и подругой Рубиниэль Алой, система классифицировала веру в Пернатую, как обособленную секту Алого культа. Алая не стала возражать. Она вообще редко возражает, предпочитая пускать дела на самотёк. Вот и вся «магия».

– Э… Простите, но ерунду говорите же. У культов Алой и Пернатой очень много различий, – замотала головой жрица. – Как же это может быть одна религия, если даже служба производится по-разному? Точнее, у культа Пернатой обрядовой части и нет никакой, в отличие от Алого Храма. И мне показалось, или вы действительно ранее обозвали меня обезьяной?

Низкое гудение избавило Мари-Авелин от надоевших расспросов, поскольку, как только раздался шум, все сразу замолчали, повернув головы по направлению к источнику звука. Из-за окрестных крыш домов вылетела гигантская стрекоза. Размеры Луизы поражали. Она была огромной. Авантюристы задрали головы, наблюдая, как меганевра седлала круг над площадью. Стрекоза внимательно высматривала кого-то в группе приключенцев. Обнаружив Мери, меганевра стала снижать высоту, пока не приземлилась прямо перед воительницей, чуть не сдув приключенцев потоками разгоняемого воздуха. Луиза настолько близко приблизила свою голову к Мери, что латница могла отчётливо видеть свои многочисленные отражения в фасеточных глазах стрекозы. Немая сцена длилась несколько минут, но затем меганевра пошевелила одним из своих усиков и дотронулась его кончиком до лба Мери, приведя её в замешательство. Перед воительницей всплыла уже привычная зелёная рамка, посреди которой появилась большая надпись: «Наследственные права подтверждены. Сертификат электронного ключа принят. Трансфер личного инвентаря от субъекта Артур Уолкер к субъекту Мери Уолкер успешно завершён».

– Так доступ к сундуку Артура всё это время был связан с тобой?! – удивлению Мари-Авелин не было предела.

– …! – стрекоза развернула голову к глазу на ножке и утвердительно кивнула.

– Мой братец и остальные не догадались?

– …! – меганевра отрицательно покачала головой, показывая при этом, что её такой расклад полностью устраивает.

– Они так усердно рыли землю в поисках доступа к инвентарю Артура, а он всё это время был у них под носом. Что за неудачники? – голос Мари-Авелин сменил тональность с раздражённого на довольный. – Но даже, если бы они сумели забрать у тебя ключ, открыть кубышку не вышло бы просто?

– …, – стрекоза снова утвердительно кивнула.

– Значит, было сформировано специальное правило для передачи прав, я истинно понимаю?

– …, – Луиза подтвердила и эту догадку маркизы.

– Что ж, – глаз на ножке пристально уставился на Мери, – мои поздравления с получением наследства.

– Но, мой отец не умер, – возразила Мери.

– Он покинул наш мир, этого достаточно, – пояснила маркиза. – Давай, открой уже коробочку. Для этого достаточно воспользоваться командой [Инвентарь]. Помнится, была у Артура одна забавная железяка. Если она окажется на месте, получится занятно.

– [Инвентарь]! – выкрикнула Мери, вытянув правую руку. Зелёная рамка сменилась на синюю. Внутри неё появились стройные списки того, что когда-то принадлежало Артуру Уолкеру. У Мери разбежались глаза. Девушка замерла, лишь время от времени дрожащим указательным пальцем пролистывая, никак не желавший заканчиваться список.

– Ну, что там? – не выдержала Жизель, пытаясь подсмотреть из-за спины воительницы. Но сделать это было не так-то и просто, поскольку разница в росте между подругами была значительной и явно не в пользу миниатюрной вампирки.

– Это всё, что есть в этом списке? Это ведь где-то лежит? – растеряно переспросила Мери у Мари-Авелин.

– Неправильно, – терпеливо ответила та. – Это не «где-то лежит», это просто твоё, и ты можешь немедленно достать всё, что пожелаешь из данного списка. Выбираешь вещь, тыкаешь на неё пальцем и получаешь.

– Не поняла? – ещё больше смутилась Мери. – Как это возможно?

– Хватит сомнений. Попробуй уже выбрать что-нибудь, – наставляла Мари-Авелин. – Естественно, большинство побрякушек ты просто не сможешь использовать, так как их уровень слишком высок для тебя. Но у Артура был один интересный меч, который назывался [Задира].

– Да, есть такой, – согласилась Мери, продолжая читать описания.

– Достань его уже, – с нетерпением потребовала Мари-Авелин.

– Хорошо, [Задира], – пожала плечами Мери и ткнула пальцем в соответствующую запись. В этот же миг у неё в руках возник как по волшебству клинок в изящных ножнах тёмно-синего цвета. Мери даже вздрогнула от неожиданно свалившейся в руки вещи.

– Это же божественный шедевр! – не сдержавшись, выкрикнула жрица Алой.

– Клинок был подарком от меня и Жофруа на один из юбилеев твоему отцу. Артур не часто пользовался им, так как предпочитал топоры. Но для тебя меч пришёлся бы в самый раз.

Мери извлекла клинок из ножен, и он засиял полированным адамантом. Остальные авантюристы затаили дыхание, завистливо провожая глазами солнечный зайчик, пробежавший по лезвию меча, напоминавшего одинокую волну. Гарда клинка как будто вытекала из лезвия, похожая своими завитками на морскую пену, в то время как рукоять представляла собой подобие разветвления ветки коралла, невзначай показавшейся из воды. Мери повернула клинок, и под другим углом на лезвии проступил травлёный узор, напоминавший очертаниями переплетённые сочетания глаз. Орнамент бал выполнен в художественном оформлении таким образом, что это даже не казалась жутким.

– Нужно определить, какое божество его создало. Шедевры всегда создаются богами, – подняв палец вверх, сважничала жрица Алой. – Я думаю, что разгадка кроется в стиле оформления клинка. Оружие выполнено в морской тематике, что скорее всего указывает на Гневного Морского Короля.

– Чушь! – громко фыркнула Мари-Авелин. – Чтобы Морской Олух создал что-то красивей палки? Я про такое не слышала. А если бы и услышала, то никогда не поверила бы.

– Ну, не знаю, – смешалась жрица. – Я всё же не специалист, могла и ошибиться.

– Не утруждайте себя, я подскажу, – бархатно сообщила Мари-Авелин. Но её голос зашумел в головах авантюристов с такой силой, как морской прибой накатывает на прибрежный утёс. – Клинок создан Маравелин Многоокой. Мара ве’Линнэ – если вдруг для кого-то эльфийский окажется понятнее.

– Маменька… – тихо пискнула Жизель, остальные не смогли вымолвить и слова. Часть приключенцев так и вовсе попадало на мостовую, не устояв на ногах. Из глаз жрицы сами по себе потекли слёзы. Она еле держалась за посох, покрывшись испариной с ног до головы. Лишь на Луизу воздействие не произвело никакого эффекта. Стрекоза уставилась на странный глаз, попытавшись изобразить что-то вроде укоризненной позы, насколько это вообще было возможно для гигантской стрекозы.

– Я премного сожалею… – пролепетала жрица. На её лице появился нескрываемый страх или даже ужас, так как до жрицы дошло, что собеседница, вещавшая из странного глаза, была далеко не простой смертной колдуньей или мистиком.

Рассказами о Маре из Бездны никого в Конкорсо было не удивишь. Эти байки прекрасно себя чувствовали ещё до основания города. Но в отличие от южных земель в Республике подобные легенды давно редуцировались до разряда страшных сказок, которыми детвора пугает друг дружку во время ночных посиделок. А теперь существа из этих сказок вдруг начали являться смертным как чёртики из табакерки, не давая опомниться, выбивая почву из-под ватных ног простых людей. Грозный демон, бог магии, могущественный вампир-некромант, Пернатая, наконец. Почему бы не появится до кучи ещё и Маре? Каждый из авантюристов сейчас пытался соотнести в голове тот безумный коктейль событий, который произошёл в последнее время в многострадальном Конкорсо.

– Довольно всей этой мелодрамы. Я отказываюсь понимать, что простой шёпот смог вывести вас из равновесия, – голос Мари-Авелин пришёл в норму, словно и не было совсем того повелительного, подавляющего волю грохота секунду назад. – Терпение Одноглазого окончательно испарилось. И он собрался решить проблему нежити, что мы вывели из лабиринта, кардинальным способом.

– Каким же? – робко поинтересовалась Мери.

– Вы уже и сами можете видеть, – ласково продолжила маркиза, а глаз на ножке повернулся в сторону неба, которое засияло тысячами магических стрел, неотвратимо приближавшихся и готовых нести разрушение, до чего смогут добраться.

– Алая Богиня, спаси нас… – пробормотала жрица, безвольно опустив руки, еле державшие посох.

– Быстрее! – крикнул Бруно. – Надо найти укрытие!

– Да какое там укрытие, – нервно икнула Мери. – От такого можно спрятаться только в Лабиринте, а до него мы добежать точно не успеем. Это всё моё невезение виновато…

Меганевра же развернулась по направлению атаки. Несколько полупрозрачных барьеров возникло перед стрекозой, создав заслон от надвигающейся бури магии. Луиза воткнула острые кончики своих лап в землю, разрыв булыжники мостовой, и приосанилась, готовясь держать удар.

– Думаешь, выдержишь? – поинтересовалась у стрекозы Мари-Авелин. И Луиза начала беспрерывно мотать головой, показывая всем видом, что сможет блокировать атаку.

– Друзья, прячемся под барьер! – быстро сориентировался Жизель, и отряд укрылся под щитами, развёрнутыми гигантской стрекозой. Страх перед гигантским насекомым испарился моментально, когда впереди замаячила угроза гораздо большего масштаба. А затем лавина магического шторма обрушилась на Конкорсо. Справа от авантюристов огненный заряд попал прямиком в дом. Несмотря на то, что это было простое заклинание магической стрелы, волшебная сила в каждый заряд была вкачана нешуточная. Аккуратный трёхэтажный домик разнесло, будто он был сделан из картона. Обломки стен, окон, черепица с крыши – всё перемешалось в вихре взрыва и разлетелось по округе. Рядом на площади упал водяной заряд, сходу промыв огромную яму в мостовой. С десяток молний снизошли чуть дальше, превратив дома в груды хлама и пыли.

Несколько зарядов разных доменов волшебства врезались в щит, развёрнутый Луизой, но барьер сдержал удар. Следом стрелы магии полились как дождь, забарабанив по корпусу щита Луизы. Стрекоза пригнулась. Поддерживать барьер ей становилось всё тяжелее. Приключенцы столпились в две кучи с права и слева по бокам стрекозы. Кто-то зажмурился, не желая видеть, как прекрасный город превращается в руины, кто-то начал молиться. Кто-то еле сдерживался от злости и негодования. И лишь странный глаз наблюдал за всем с изрядной долей равнодушия, если не сказать цинизма.

– Ты точно справишься? Щит трещит по швам, – буднично поинтересовалась Мари-Авелин у Луизы, но стрекоза упорно продолжала демонстрировать, что сдержит магический удар.

– Маменька, это же просто нелепо! – не выдержала Жизель, из глаз которой уже вот-вот должны были брызнуть слёзы.

– Не переживай, дочь моя, твой отец вывел далеко не всю нежить. Око очевидно хотел убрать мертвецов одной атакой, но он ничего не добьётся.

– При чём здесь скелетики! – вдруг взорвалась Жизель. – В городе же было полно людей. У них не было магических барьеров. Что же сталось с ними?

– Вероятнее всего, они погибли, хоть и не все, – резюмировала маркиза, словно говорила о погоде.

– Вот так просто? Погибли? И ничего более? – с обидой в голосе выдавила из себя Жизель.

– А как ты думаешь, сколько городов и стран сгинуло на свете с тех пор, как я впервые открыла свои глаза? – тон разговора Мари-Авелин немного изменился. К надменности прибавилась капля сожаления. – Этот город не первый, и уж тем более не последний в списке. Не нужно так свирепо смотреть на меня. То, что совершил мой дурной братец не останется без ответа. Для этого есть уполномоченные специалисты, и они непременно явятся.

– А людей они могут вернуть к жизни, специалисты эти? – поддержала подругу Мери.

– Напрасные рассуждения, – вздохнула Мари-Авелин. – Хотите возмездия, обращайтесь к Одноглазому. Это ему приспичило устроить локальный апокалипсис, не мне.

– Смотрите, Пернатая развернула щит над городом! – закричал один из приключенцев. В подтверждении своих слов авантюрист указал в сторону Морского бастиона, в небе над которым зависла гигантская линза ячеистого щита.

– А ведь действительно похоже на [Красный барьер], – удивившись, пробормотала жрица Алой. – Может, это и правда? Культ Пернатой и Алой богинь есть одно и тоже? Это ведь переполошит весь религиозный мир.

Адский магический ливень прекратился так же внезапно, как и начался. Луиза свернула защитный барьер, и приключенцы с ужасом в глазах начали осматривать окрестности. Площадь, на которой их застала магическая атака, было не узнать. Мостовая была изъедена рытвинами и воронками от колдовских зарядов. Из всех домов, расположившихся по периметру площади, уцелели только три. Остальные пребывали в разной степени разрушения, а два из них, так и вовсе перестали существовать, сложившись от прямого попадания магических выстрелов. В воздухе чувствовался запах озона, который иногда перебивала едкая гарь.

– Всемилостивая госпожа, Алая Богиня… – простонала жрица. – Прими души погибших и утоли боль раненых. Да согреет их Алый Огонь в этот чёрный час.

– Луиза, унеси их отсюда, – обратился голос Мари-Авелин к меганевре. – Лучше сразу в Промис. Ты же не забыла дорогу?

– Зачем? – возмутилась Жизель. – Мы ещё можем помочь!

– Вряд ли, – немного расстроенно ответила ей маркиза. – Посмотри вокруг. Как думаешь, что стало с укреплениями? Ваша помощь уже без надобности. Нежить разберётся тут и без маленького отряда авантюристов.

– А мертвяки разве не попали под атаку? – спросил катус Бруно. Его голос немного подрагивал. Даже бесстрашный воин дал слабину, оказавшись свидетелем разрушений.

– Те, что шли на поверхности, несомненно перестали существовать, не считая единичных особей, которым просто избежать попадания, – честно ответила Мари-Авелин.

– Хотите сказать, что были ещё и другие? – Мери недоверчиво посмотрела на странный глаз, из которого вещала маркиза.

– Из лабиринта есть масса выходов. Многие из них находятся на окраине города. Жофруа изначально и делал ставку на внезапность. Выбравшиеся на поверхность мертвяки были всего лишь отвлекающим манёвром, парада, даже я удивлена тем, как эмоционально братец среагировал на простых скелетов и зомби. В любом случае, большая часть нежити шла под землёй, и теперь ожидает команды выбраться по всей линии укреплений города.

– Постойте, – перебил маркизу Бруно. – Я тут коренной житель, и ни разу не слышал, чтобы из лабиринта были другие выходы.

– А я была той, кто этот лабиринт проектировал, – разозлилась Мари-Авелин от постоянных расспросов. – Как ты думаешь, кот-переросток, неужели я не знаю, как устроено моё творение? Да Сойку удалось здесь запечатать только потому, что у меня были ключи доступа! Так что, не надо рассуждать о том, в чём не смыслишь. Я говорю, что есть другие выходы, значит они есть. От вас же требуется сейчас загрузится в меганевру и улететь в закат. Точнее, это в первую очередь касается Жизель и Мери, остальные, если не желают эвакуироваться, вольны помереть, как им пожелается, я не возражаю, если вы останетесь.

– Тут уж ничего не поделаешь, – пробормотала жрица Алой. – Честно признаться, умирать не хочется совсем. Если можно, я бы хотела покинуть это место. В Промисе, говорят, тоже есть собор Алой, значит, буду теперь там ошиваться.

– Похоже, больше нет смысла тут быть, – Мери положила руку на плечо вампирки, которая уже хотела начать спорить с матерью.

– Я остаюсь, у меня в городе семья. Я их не брошу. Они должны били укрыться в центре города, а он не пострадал под щитом Пернатой. Буду пробираться к ним, – заявил Бруно. Несколько человек подержали его, но большая часть сгрудилась возле жрицы Алой Богини и Мери.

– Тогда давайте отвезём всех, кто хочет остаться обратно в центр города, – робко предложила Жизель. – По воздуху это ведь не займёт много времени? А потом уже полетим в Промис.

– Разумно, Если Луиза не против сделать крюк, я возражать не буду, – подтвердила маркиза. После чего странный глаз отделился от ножки и плюхнулся в руки к Жизель.

Меганевра выразила согласие с планом, и авантюристы начали грузится на борт живого транспорта. С каждого бока стрекозы, между второй и третей парами ног, были проделаны два овальных прохода, которые вели внутрь её обширного панциря. Там были оборудованы посадочные места, вырезанные из хитина. Транспортное пространство от внутренних органов отделяла прочная полупрозрачная мембрана, сквозь которую было видно, как функционирует организм стрекозы. Когда крылья меганевры заработали на полную мощность, поднимая тяжёлое тело в воздух, приключенцы могли наблюдать, как ускорило работу сердце Луизы.

Стрекоза ненадолго зависла над землёй в метрах десяти, а затем так резко набрала высоту, что у пассажиров заложило уши. Город стремительно уменьшившийся в размерах, оказался как на ладони. Теперь авантюристы могли видеть полный масштаб разрушений. Все районы города кроме центрального и порта сильно пострадали от атаки Одноглазого Магистра. Вместо плотного пятна черепичных крыш, в городской застройке виднелись прорехи разрушенных домов. Везде повсеместно витала какая-то странная белёсая дымка – всё, что осталось от костей нежити, попавшей под удар. Вид у Конкорсо был такой, будто вокруг разбушевалось землетрясение. И на этом фоне посреди всеобщей разрухи особенно сильно выделялось большое круглое опрятное пятно, центром которого был Морской Бастион. Барьер Сойки не смог укрыть всех, но даже оставшееся без повреждений сердце города было пусть небольшой, но всё же победой, так как там укрывалась основная масса жителей, ранее перебравшихся из остальных районов.

– А это ещё что за чудо-юдо?! – выкрикнул один из подчинённых Бруно. Над Морским Бастионом развернул крылья огромный костяной дракон. Небольшая фигурка восседала на нём, в то время как дракон-нежить скалил пасть и готовился подняться на крыло, источая вокруг себя синеватый туман.

– Да он просто огромный! – выдохнула жрица Алой Богини. – Вы посмотрите, какой размах крыльев у этой штуки.

– На костяном драконе может восседать только Бледный Господин, – Жизель уставилась на глаз, что покоился у неё в руках. – Я же изучала писание нашей веры. Дракон зовётся Побеждённый Деспот. Он является символом могущества Бледного.

– Не стоит делать поспешных выводов, – ответила Мари-Авелин.

– Но ведь это точно папенька сидит верхом драконе из костей.

– Когда вернёмся обратно в Промис, я всё объясню, – ответила ей маркиза. – А пока, постарайся не морочить себе голову.

– Но, маменька… – продолжала допытываться распереживавшаяся вампирка. – Зачем все эти тайны? Неужели даже мне не дозволено знать?

– Неугомонное дитя, – вздохнула маркиза. – Твой отец не бог. У него с Сойкой схожие обстоятельства. А всё потому, что у смертных слишком короткая память и слишком впечатлительная натура. Переубеждать людей – бесполезное и глупое занятие. Пусть думают, что хотят. И верят во что хотят и в кого хотят. А Бледный господин или Бледная Госпожа? Да какая разница. Всё равно никто уже точно не помнит, как было на самом деле. Самое главное тогда я смогла воскресить любимого, пусть и пришлось превратить его вампира. А какой-то там костяной дракон даже не стоит упоминания. Но голодная до жареных мифов молва почему-то охотнее любит байки про костяных драконов. Людям было наплевать, что прославленный герой, который защищал их жизни, погиб за них. Ведь их шкуры теперь были вне опасности. Они даже забыли его имя. Но вот дракон-нежить – это другое дело. Его обязательно надо запомнить, да ещё и выдумать ему бессмертного господина, чтобы рассказывать было интересней.

Дракон всё-таки взлетел, тяжело взмахивая крыльями. За ним, словно искорка, последовала Сойка. Эти двое устремились к морю, прямо туда, где расположились корабли Альянса. Глаз в руках Жизель вдруг стал излучать бледно-золотое сияние. Вода под кораблями забурлила и стала утаскивать одно судно за другим на дно. Вот огромный линкор провалился в морскую пучину, и волны сомкнулись над ним, завершив погребение. За ним последовали ещё несколько посудин помельче. Какое-то странное мясистое существо, расположившееся на палубе виверноносца, начало палить магическими лучами по дракону, но всё было без толку. Тварь увлеклась и не заметила, как Сойка со всего духу врезалась во флагман Альянса Синего Моря. Морской Конёк треснул пополам, не выдержав взрыва, что последовал за всплеском алого огня. Огромный неповоротливый корабль надломился, и две его уже независимые части стали медленно загребать воду, постепенно погружаясь. Матросы, с высоты полёта больше похожие на муравьев, суетливо попрыгали за борт, спасаясь с обречённого корабля. Монстр, что пулял магией с виверноносца, вдруг исчез в портале, поняв, что корабль обречён. Как только это произошло область пены окончательно захватила корабли, топя их один за другим. Морской Конёк не избежал участи и тоже скрылся в пене, закончив свой жизненный путь.

– Мара ве’Линнэ… – пробормотала жрица Алой Богини, благоговейно уставившись на глаз в руках Жизель.

– Неужели только сейчас дошло? – ехидно осведомилась Мари-Авелин.

– Маменька, вы обманщица, – обижено пискнула Жизель. Вампирка давно уже догадывалась, что с её матерью что-то не так, но постоянно отгоняла эти мысли, стараясь не лезть туда, куда не надо. Теперь же всё окончательно встало на свои места. Вот только правда была настолько ошеломляющей, насколько же и невероятной.

– А тот страхолюдень, что палил магией с палубы виверноносца, выходит, был тем самым богом Магии? – призадумавшись, поинтересовался катус Бруно.

– Верно, – согласилась маркиза.

– И это он устроил разрушение нашего города?

– Тоже правда.

– Он просто взял и исчез. Получается, что ему всё сойдёт с рук?

– Я не думаю, что он ушёл, – сомнение прокралось в голос Маравелин. – Его присутствие всё ещё ощущается где-то неподалёку.

– Где бы он ни был, я найду его и заставлю ответить за все прегрешения. Мне наплевать, бог он, демон, или кто ещё! – огрызнулся Бруно, издав протяжное рычание.

– Какие грозные слова, – Мари-Авелин искренне засмеялась. – Старая поговорка гласит, что плох тот кот, который не мечтает стать тигром.

– Прошу, не издевайтесь надо мной!

– Это не издёвка. Просто это выглядело очень забавно. Впрочем, влияние Одноглазого ослабло, и мне открылось большее. Похоже, что сопротивление на северной стене города не сломлено. Единственный одинокий отряд всё ещё продолжает отчаянно сражаться. Но осталось им уже не долго. Моё настрое несколько улучшилось, и сейчас ситуация видится не такой уж и безнадёжной. Может, стоит навестить тех смельчаков-защитников и протянуть им руку помощи, прежде чем покидать это место? Луиза как ты думаешь?

– …!!! – меганевра встретила вопрос одобрительным гудением.

– Маменька, но вы же сами недавно говорили, что от нас не будет никакой пользы? – пискнула Жизель несколько раздражённым голосочком.

– И продолжаю так думать, – отозвалась Мари-Авелин. – Но мне понравился настрой одного отважного кота. И сразу захотелось побольнее щёлкнуть по носу моего глупого братца, а сейчас представилась отличная возможность. Я слишком хорошо знаю Одноглазого. Он ни за что не согласится с поражением. Так что ждите второй раунд. Скоро Сойке и твоему отцу придётся выложиться на полную. А тебе и Мери пора бы посмотреть к чему для смертных приводит противостояние богов. И почему не стоит ввязываться в разборки могущественных существ. Луиза, я перекину координаты храброго отряда номер двадцать пять. Будь добра, домчи нас туда.

– …!!! – издав оживлённое жужжание, меганевра ускорилась, молнией устремившись к месту, указанному маркизой.

Глава 33. Обновление системы

Отряд номер двадцать пять несмотря ни на что и вопреки всему продолжал свою битву. Забаррикадировавшись в укреплённом доме, защитники города отбивали один штурм за другим. Основные силы нападавших уже продвинулись в глубь города, отрезав непокорный отряд, словно разлившееся море обволокло маленький островок. В доме был заготовлен запас арбалетов и припасов к ним, поэтому Лука приказал стражниками засесть на плоской крыше и рядом с окнами и отстреливаться по штурмующим их воинам. Ещё несколько легкораненых, которые были в силах, помогали заряжать арбалеты, чтобы стрелки не отвлекались. Враг, несмотря на постоянный обстрел, не оставлял попытки подобраться к дому. Укреплённую магией входную дверь выбивали трижды, и все эти три раза врагов отбрасывали доблестные воины во главе с Лукой, которого все уже признали, как достойного продолжателя дела Старого Хрыча. Сам сеньор Рицци, после того, как вернулся в строй, позволил Луке и дальше возглавлять атаки, в то же время всегда находясь рядом, чтобы делом и «добрым» словом воодушевить людей.

Отбив очередную попытку вломится в дом, ополченцы заметили, что враги начали спешно отступать, что-то крича, беспокойно показывая руками на небо. Радость защитников была не долгой. Магические стрелы, заполнившие небеса, было трудно не заметить. Ополченцы спешно покинули крышу. Все собрались внутри дома. На страх и суету уже не было ни сил, ни времени. Люди молча, не сговариваясь, сбежались в большой зал на первом этаже, так-как подвала в здании не было. Воины и несколько гражданских уставились на сеньора Рицци и Луку.

– Как такое возможно… – чуть всхлипнув, произнесла Дебра Камушек, растерянно поглядывая в щёлку заложенного окна, как магическая буря приближается к городу.

– Ты ж у нас волшебница? Вот и поясни, – ответил той один из защитников.

– Даже если сто человек разом начнут ритуал, ничего не получится, – залепетала Дебра. – Откуда они взяли столько магии? К-как?!

– В доме на соседней улице был большой погреб, – предположила пожилая женщина, которая раньше бинтовала раненых. – Но мы уже не успеем туда добежать.

– Давайте, всё-таки попробуем! – попытался уговорить людей Лука, ухватившись за спасительные слова о погребе, как за соломинку.

– Чтобы получить волшебством по непокрытой голове? – осадил своего помощника сеньор Рицци. – Нет уж! Есть предложение получше. И у старика, бывает, найдётся туз в рукаве!

Старый Хрыч достал из-за пазухи свёрток. Раскрыв его, рыцарь показал всем маленький круглый самоцвет, который казался одновременно зелёного и желтого цвета. Подняв камень вверх, сеньор Рицци встал посреди зала. Самоцвет, пульсируя, засиял, а затем над головами начал формироваться золотистый переливчатый барьер-зонтик. Полусфера щита не смогла укрыть весь дом. Она лишь слегка дотянулась до потолка первого этажа, а шириной была даже меньше чем сам зал. Защитники едва смогли собраться под барьером и дотащить туда раненых, как магический шквал обрушился на них. Стрелы магии сплошной лавой опустились с небес, принося с собой сплошное разрушение. Они даже не пощадили солдат Альянса, зазевавшихся на улице. Ответственный за безумную атаку не счёл нужным озаботиться сохранностью жизней своих союзников.

Потолок дома, где укрылись защитники, затрещал и обрушился, соскользнув с полукруглого барьера вместе с крышей. Стены разнесло магическими взрывами. Посыпались расколотые в крошево кирпичи. Пыль ударила в нос. Пол вспучило. Доски начали трещать и лопаться. Часть укрывшихся не удержались на ногах и повалились друг на друга. Образовалась куча-мала. А потом магическая буря, налетевшая как циклон с моря, угомонилась, оставив поле себя одни руины да обломки.

– Вот уж не думал, что пригодится, – пробормотал Хрыч, неуверенно поднимаясь на ноги. – И ещё больше не думал, что сработает… Я ж никогда раньше не использовал эту штуку.

– Это ведь сфера силы! – вскричала Дебра, указав пальцем на артефакт в руке старого рыцаря. – Нас в университете на уроках по истории теологии учили. Откуда она у вас?!

– Будете смеяться, но я её нашёл в Катакомбном Лабиринте, когда ещё был совсем щеглом. Отбился я тогда от остальной группы авантюристов. Заплутал. А тут скелеты как выскочат! Я от них. Бежал по проходам, что пятки сверкают, и окончательно потерял дорогу назад. Бреду я, значит, соображаю, каким способом нежить меня употреблять к убиванию будет, и тут в темноте запинаюсь и падаю прям рожей в каменный пол, аж носом кровь пошла. Выругался я, отряхнулся, отплевался. Смотрю, в углу мелькает что-то. Подошёл поближе – самоцвет круглый, то зелёным мигнёт, то золотым, а то и красным иногда. Схватил я его, и как-то само получилось выбраться наружу, даже опомниться не успел, как на поверхности оказался. Не считая разбитого носа, вообще никаких повреждений, а из группы той всего пара человек вернулась. Остальных скелеты схарчили подчистую. Потом знакомый жрец растолковал мне, дуралею, что это за «безделушка» из себя представляет. Только принадлежность к богу определить так и не удалось.

– Вот это история, – улыбнулась Дебра.

– Так, хорош сопли жевать! – опомнился Старый Хрыч. – Разгребаем завал и выбираемся отсюда. Врагов тоже покрошило, может, и прорвёмся к своим?

Собрав раненых, отряд стал потихоньку растаскивать обломки, оставшиеся от здания, чтобы освободить путь. Вокруг витала непроглядная пыль, кто-то глухо кричал вдалеке. Свой это были или нет, определить не представляло никакой возможности, поэтому Хрыч приказал не обращать внимания на стоны.

Когда первые защитники из двадцать пятого отряда наконец выбрались на улицу, им открылась полная разрушения картина происходящего. Дома по обе стороны дороги сохранились стоять через один. От баррикад вообще ничего не осталось, даже обломков досок. Рядом валялось несколько скорченных тел солдат Альянса Синего Моря. Группа противников пыталась укрыться в соседнем доме, но люди не смогли добежать каких-то нескольких метров, и с десяток вояк обуглились, застигнутые зарядом молнии.

Лука и сеньор Рицци обошли несчастных погибших и направили остальных следовать прямо за ними. Ополченцы боязливо посеменили по развороченной улице, напряжённо всматриваясь в развалины, ожидая, что из-за очередной полуразвалившейся хибары покажутся враги.

– Продвигаемся к центру города, – прищурился Старый Хрыч, – Если кто и выжил, то только там. Дома там крепче. И по сторонам поглядывайте на всякий случай. И старайтесь шуметь поменьше. Если нам удалось выжить, значит и подразделению врага могло повезти.

Команда продолжила свой поход, пока улица не встретилась ещё с одной, образовав перекрёсток, который на удивление не пострадал. Его даже не присыпало обломками. Дома там стояли относительно целые. Лишь у одного из них съехала набок крыша. В остальных разве что повыбивало стёкла. Хрыч остановил людей, приказав им отойти назад.

– Слишком подозрительно, – вымолвил сеньор Рицци, сморщив лоб.

– Что-то не так? – переспросила его пожилая бинтовальщица.

– Мало разрушений, – коротко ответил ей Хрыч. – Я думаю, мы обойдём это место.

Не успел командир отряда номер двадцать пять сказать последние слова, как всех ослепила вспышка света. Ополченцы замешкались, пытаясь прикрыть глаза руками.

– Назад! Западня! – моментально сориентировался Хрыч, успев заслонить взгляд ладонью за долю секунды, до применения ослепляющего заклинания. – Отряд, алебарды на изготовку! Оборонительная позиция! Гражданских и раненых взад!

Чуть проморгавшись, Лука с ужасом понял, что враги были прямо пред ними. Стало понятно, что противник их перехитрил, перегородив проход по узкой улочке по обеим сторонам которой были одни завалы. Прорваться на перекрёсток оказалось невозможно, поскольку там столпился целый вражеский отряд. Сеньор Рицци оказался в очередной раз прав. Дома впереди не пострадали именно потому, что там укрылись солдаты Альянса, применив, видимо, какое-то защитное заклинание или барьер.

– Ардо, нам действительно надо сражаться с этими убогими? – с растерянностью в голосе спросила жрица Шейла. – Это же, откровенно, сборище оборванцев, раненых и просто гражданских. Есть же предел безумию.

– Приказ командования предельно ясен, – ответил ей за лидера Сильверрейн. – Неважно кто они, но это по-прежнему наши враги. Раз уж мы решили вмешаться и помочь со штурмом города, то нужно быть решительными до конца.

– Столько разрушений, – потерянно ответил Ардо. – Когда мы выберемся, я поговорю с мудрецом об диких методах агента Око. Это варварство нельзя оставлять без ответа. Но сейчас мы обязаны следовать указаниям. Тем более в том, что произошло, есть и моя вина. Нужно было убедится, что та костяная повелительница действительно упокоилась.

– Тут нет твоей вины. В той груде костей не было ни капли жизни, я уверен, – яростно возразил ему Сильверрейн. – Я не мог ошибиться. Это хитрый вампир, чтоб он был не ладен, провернул какой-то подлый трюк, вот и всё.

– Давайте сделаем это быстро, – лицо Джорджа было искривлено гримасой не то отвращения, не то сожаления. – Хоть это и наши враги, но они заслужили быструю смерть без мучений.

– Чего это ты там мямлишь про смерть? – послышался раздражённый голос Старого Хрыча. – После вас, мерзавцы! Только после вас. Парни, пики готовь! Осталось недолго. В последний бой!

– В бой! – дружно крикнули оставшиеся в строю воины.

Двадцать пятый отряд обороны ощерился алебардами, сформировав импровизированную фалангу. Потрёпанные бойцы, браво шагая вперёд, затянули старую солдатскую маршевую песню. Лица воинов были абсолютно спокойны. Они просто устали боятся. Им и самим уже хотелось, чтобы вся эта бойня наконец подошла к окончательному финалу.

– [Lapis Cutis. Massa]! – выкрикнула Дебра Камушек, перед этим осушив последнюю бутылочку с зельем магии. – Надо же, получилось... А раньше даже на одного выходило наложить со скрипом.

Заклинание, которое сотворила Дебра, являлось ничем иным, как [Каменной Кожей] в массовом варианте. Это волшебство позволяло усилить своих союзников, придав им побольше брони, к той, что на них была. Побочным эффектом было то, что человек на время действия магии приобретал странный землистый цвет, зернистой структуры.

– Вот это я понимаю настрой! – крикнул Джордж, достав два своих топора. Воин не стал утруждать себя какими-то особыми тактиками против развёрнутой в его сторону фаланги. Он просто кинулся в самую гущу сражения. – [Раскалывающий прорыв]!

В центре построения отряда номер двадцать пять образовалась прореха. Джордж уверенными движениями своих топоров сходу срезал сразу троих ополченцев. Они упали как подкошенные, выронив свои алебарды. За воином ринулись в бой остальные солдаты Альянса Синего Моря, поняв, что главная задача уже выполнена. Собранная на скорою руку фаланга начала разваливаться на отдельные части.

– Держать строй! – как сам не свой заорал Лука, ужаснувшись хриплого голоса. Бойцы попытались сомкнуть ряды, сдвинувшись на место павших товарищей, но Джордж снова атаковал, отправив на тот свет ещё несколько людей, в то время как к нему никто не мог подобраться, несмотря на то, что топоры были гораздо короче алебард. Лука посильнее сжал древко и сам бросился на воина, попытавшись поддеть того, но вместо атаки вдруг понял, что алебарда была выбита из рук, а тяжёлый топор в мускулистой руке уже опускается ему на голову.

– Не вперёд меня! – нагло выкрикнул Старый Хрыч, подставляя свой меч. А когда топор едва коснулся клинка, настала пора Джорджа удивляться. – [Витой Удар]!

Сеньор Рицци как-то хитро закрутил свой клинок, который совершенно непонятным для Луки образом умудрился отбросить топор грозного воина врагов. При этом Хрыч оттолкнул боком Луку так, что тот отлетел в сторону, его тут же прикрыли оставшиеся в строю бойцы, ощерив алебарды на тех противников, которые попытались воспользоваться успехом Джорджа.

– Ах ты, хлюст! – не то раздосадовался, не то обрадовался Джордж, приметив в сеньоре Рицци достойного противника.

– [Витой Удар. Второй Номер]! – Хрыч попер в контратаку снова завертев клинком в виде спирали. Ему даже удалось немного потеснить Джорджа. На лице старика заиграла озорная улыбка – Дебра, душка! Добавь-ка брони!

– Есть! [Lapis Cutis]! – звонко крикнула волшебница, сотворив заклинание точно на сеньора Рицци. Старый рыцарь расправил плечи, и даже будто бы стал немного выше и моложе. Джордж же несмотря на свои внушительные размеры словно уменьшился, съёжился.

– [Solaris Ventus]! – крикнула Жрица Шейла. Посоха у неё уже не было, поэтому она пользовалась медальоном, держа его в правой руке пред собой. Яркая вспышка жёлтого света снова ослепила воинов двадцать пятого отряда. Глаза обожгло словно жаром от костра.

– Ты чё творишь, ненормальная?! – послышался недовольный возглас Джорджа. – Мне не нужны эти ярмарочные фокусы, чтобы победить!

– Бей, давай! – послышался ответ жрицы. – Потом будешь слёзки лить. Пора уже заканчивать эту глупую битву.

– Да чтоб тебя! – выругался Джордж. – [Выпад Льва]!

– [Слепая Оборона]! – Старый Хрыч крутанулся, сумев кое-как отбить удар Джорджа, еле удержав равновесие.

– [Выпад Льва], – будто извиняясь, произнёс Джордж, и его топор в правой руке опустился прямо на левое плечо сеньору Рицци, разрубив защиту и войдя глубоко в кость, как колун застревает в прочном полене.

– Агх! [Витой Удар. Fin]! – стиснув зубы, Хрыч ловко развернулся и с размаху рубанул по руке Джорджа, оттяпав ему правую кисть по запястье, когда тот только вытащил из раны окровавленный топор.

– ААААА! – заревел, как раненый медведь, Джордж. – [Костелом]!

Второй топор горизонтально влетел в бок сеньору Рицци, проломив его доспех, а заодно кости и то, что было за ними. Старый рыцарь не успев сказать и слова, подломился и упал на мостовую. Его левая рука ударилась о бордюрный камень и разжалась. Маленькая сфера выпала из ослабшей ладони и тихо покатилась, никем не замеченная.

– Командира убили! – закричал кто-то из ополченцев. – Покажем им ад! Насмерть!

Воины двадцать пятого отряда вдруг обрели новые силы и злость. В очередной раз неимоверными усилиями восстановив строй, они стали напирать, выставив алебарды, в то время как их оппоненты стали понемногу сдавать назад, учитывая, что Джордж также отступил поближе Шейле.

– Рука! – сдавлено прорычал он жрице, когда добежал до неё.

– Что там у тебя?! Ох ты ж! – перепугалась жрица. Её надменный тон испарился без следа, сменившись на почти панику.

– Он мне лапу отчекрыжил! – Джордж начал трясти обрубком пред носом побледневшей жрицы. – Сделай что-нибудь скорее!

– Что я тебе сделаю?! – вытаращила глаза на аккуратно укороченную руку Шейла. – Где отрезанная часть?

– Откуда я знаю? Где-то на мостовой! – оглянулся воин, щедро разбрызгав вокруг кровь из раны.

– Я же тебе говорила, что твой кураж до добра не доведёт, остолоп! Надо было разобраться с ними из далека, как предлагал Сильверрейн, – глядя на Джорджа, Шейла сама вот-вот готова была поддаться панике. Она слыла высококлассной жрицей. В церкви Солнечного бога её всегда ставили в пример остальным, но их отряду как-то до этого удавалось выживать без серьёзных ранений, что и сыграло злую шутку с командой. Тяжёлые увечья жрица и вовсе не разу не лечила, поэтому от вида обильного кровотечения, изливавшегося из отрубленной руки, ей едва не становилось дурно.

– Мы поищем! – крикнул Ардо. – А ты пока стабилизируй Джорджа.

– Детский сад… – сплюнул Сильверрейн, потерев висок. – Кисть, кажется, упала куда-то туда.

– Только по ней уже топчутся солдаты Конкорсо, – ответил соратнику Ардо.

– Тем хуже для них!

Протяжный гул раздался из-за домов, заставив обе стороны притормозить. Странное гудение заполонило воздух. Солдаты Конкорсо и Альянса замерли, не зная, чего ждать дальше. Большинство из воинов решило, что сейчас последует очередная магическая атака, но вместо неё из-за домов вылетело нечто. Гигантская стрекоза невероятно быстро приближалась к воюющим.

– Помощь пришла! – заорал Бруно, спрыгнув на землю, когда меганевра едва коснулась лапами мостовой, приземлившись рядом с защитниками города. За катусом последовали и остальные авантюристы, включая Жизель и Мери.

– Опять они! – скривив лицо, махнул саблей Сильверрейн.

– О! Господин шпион и его прихвостни! – откликнулся Бруно. – А мы всё гадали, куда же вы подевались из катакомб.

Луиза, внимательно осмотрев нападавших, вдруг взмыла в воздух, зависнув над перекрёстком, прямо над основной массой солдат Альянса, и резко отряхнулась, как промокшая собака. Перед тем, как потерять контроль над меганеврой, агент Око приказал загрузить в неё бомбы, которые сейчас начали падать на врагов. Воины разбежались по углам перекрёстка, спасаясь от взрывов.

– Так их! – крикнула Жизель.

Избавившись от бомб, гигантская стрекоза стала пикировать на солдат нападавших, хватая их лапами и подбрасывая в воздух. Использовать челюсти для сражения Луиза, видимо, брезговала.

– Да откуда она взялась?! – заорала Шейла, соорудив барьер и укрыв им себя и истекавшего кровью Джорджа. – Эй, Сильверрейн, нечего ворон считать. Эта тварь уже по твоей части!

– Справитесь? – серьёзно спросил Сильверрейн, повернувшись к Ардо.

– Иди! – ответил ему тот.

– Я быстро! – коротко крикнул Сильверрейн, внезапно подпрыгнув выше домов. Ни одному человеку такое было не провернуть, но Сильверрейн человеком не был. Через секунду над домами кружил молодой серебряный дракон. Его чешуя начала играть и переливаться, отражая солнечный свет, пока ящер грациозно развернулся в воздухе, устремившись в атаку на меганевру. Стрекоза, заметив его приближение, в свою очередь тоже ускорилась, приняв вызов. Они столкнулись в воздухе, сцепившись. Сильверрейн пытался ухватить её зубами, в то время как Луиза использовала острые кончики лап, чтобы ранить дракона. Клубок из крыльев и когтей стал хаотично носится по небу, то набирая высоту, то снижаясь камнем до самой земли. А под ними, на мостовой, воины продолжили резать друг друга.

Авантюристы под предводительством Бруно задали тон, а ополченцы двадцать пятого отряда обороны города подстроились под них. Лишь присутствие Ардо не позволяло отступить солдатам Альянса. Меченосец, воздев свой клинок, повёл за собой людей, сменив изувеченного Джорджа. Два отряда столкнулись лбами. Началась резня, и воины стали падать на мостовую с обеих сторон. Тем, кто потерял свою жизнь, было уже всё равно, на чьей стороне они сражались, но те, кто еще дышал, с остервенением и злостью кололи, рубили и резали друг друга.

Ардо, размахивая своим мечом, уже расправился с несколькими ополченцами, когда его попыталась атаковать Мери. Меченосец парировал удар, особо не напрягаясь, но тут же получил второй, уже от Жизель. Миниатюрная вампирка сновала между людьми совершенно свободно, толпа её никак не стесняла. Настала очередь Ардо защищаться, отбивая шквал нападок красных кинжалов в руках Жизель. Впрочем, меченосец по-прежнему не сражался всерьёз. Его внимание было приковано к мостовой, на которой где-то под десятками ног сражающихся людей валялась отрубленная кисть Джорджа. Заметив, наконец, пропажу, Ардо хотел уже пробиться к ней и подобрать обрубок, но с удивлением понял, что опять пытается атаковать воительницу Мери. Меч в её руках блеснул морской волной.

– Это ещё что такое? – пробормотал Ардо, и снова попробовал разорвать дистанцию, но вместо этого каким-то неведомым образом оказался атакован Мери. А надоедливая вампирка постоянно норовила зайти сзади или с боку. Ей даже удалось один раз достать Ардо, немного оцарапав ему руку. Меченосец не стал разбираться в причинах происходящих странностей. У него не было на это времени. Если эта воительница так выпрашивает бой, значит будет бой. Ардо посерьёзнел. Сделав круговое движение запястьем, герой взмахнул клинком. Послышался звон удара железа об железо. Воительница успела блокировать выпад, но сделала это из последних сил, чуть не выронив свой меч.

– Это не твой уровень, – совсем беззлобно пояснил Ардо. – Отступи!

– И не подумаю! – ухмыльнулась Мери.

– Вот тебе! – пискнула Жизель, в очередной раз совершая атаку кинжалом.

– Слишком просто… – Ардо отбил её удар, одновременно контратаковав.

– Ай! – вскрикнула Жизель, когда клинок меченосца чиркнул её по плечу. Но укреплённая кожа вампира выдержала удар. Меч лишь срезал небольшой кусочек ткани.

– Это ведь твоё оружие морочит мне голову? – приветливо улыбнувшись, обратился Ардо к Мери. Создавалось впечатление, что он совсем не отдавал себе отчёт, что находится в битве, а не на чайных посиделках. – Отмени умение. Для тебя же лучше будет.

– А если не отменю? – с вызовом произнесла воительница, попытавшись сделать вид, что понимает, в чём дело.

– Тогда ты умрёшь, – пожал плечами Ардо. – Мне не нравится сражаться с женщинами, но и отступаться я не намерен. Мы и так уже налажали здесь сверх меры.

– Интересный экземпляр заполучил к себе в лапы белый Мудрец, – Жизель появилась снова, но уже рядом с Мери. В руках вампирки светился злобой глаз. Именно он и издал возглас удивления.

– Ты же прямо как агент Око… – опешил Ардо.

– Спасибо за сравнение с моим несносным братцем, – голос Мари-Авелин источал яд в каждом произнесённом звуке. – А ты занятный персонаж. Жофруа поведал мне, что в рядах врага орудует герой, но реальность оказалась куда интригующе. Как им удалось заблокировать тебе канал связи с ядром, да ещё и в одностороннем порядке? Не подскажешь, какой алгоритм системы был взломан?

– Я не собираюсь слушать ваши бессмысленные речи, – замотал головой Ардо.

– Ты будешь… – прервала его Мари-Авелин. – Для своего же блага уводи людей, иначе их здесь ждёт только смерть. Око пошёл в разнос. Он в бешенстве. Скоро от горда не останется камня на камне.

– Агент Око – мудрый человек. Хватит наговаривать на него! – неуверенно возразил меченосец.

– Глупости, – ответила ему Мари-Авелин. – Одноглазый Магистр горделивая, завистливая и трусливая, но очень могущественная тварь. Он никогда не смириться, что здесь его макнули носом в море. Пострадала его гордость, поэтому всех свидетелей его позора следует ликвидировать.

– Ардо, не слушай её! – крикнула своему лидеру дрожащим голосом Шейла. – Я не знаю, что это такое, но от неё исходит безумно страшная аура. Она гораздо сильнее того вампира.

– Вперёд! – взревел дракон Сильверрейн, не преставая атаковать Луизу. – Время договариваться закончилось! Прочь сомненья!

– Вы правы, друзья! – собрался герой, сделав выпад в сторону Мери.

– Непробиваемый дурак, – разочарованно вздохнула Мари-Авелин.

– [Выпад Меченосца]! – Ардо повысил темп атаки, навалившись шквалом простых, но быстрых ударов. Мери стала отступать.

– [Обсидиановая Броня]! – Доспех воительницы приобрёл иссиня-черный цвет, укрепившись. Клинок Ардо попал по нему и отскочил, не пробив. Мери лишь слегка согнулась в коленях. Но тут же ответила [Задирой]. Естественно, её незамысловатый выпад был с лёгкостью отбит, но уверенность Ардо немного поколебалась.

– [Зеркало Глубин]! – возвестил глаз в руках Жизель.

Картина сражения поплыла пред глазами Ардо. Фигуры людей превратились в странные спирали, извивающиеся, как дым на ветру. Звуки приглушились. Их заменили какие-то невнятные шорохи вперемешку с изломанными обрывками фраз. Мостовая стала мельтешить как чешуя гигантской змеи. Меченосец едваустоял на ногах от головокружения. Сознание улетало куда-то вдаль. Герой попытался удержать его, изо всех сил стараясь сконцентрироваться на враге. Краем мысли он понимал, что на него навели морок, но никак не мог его сбросить. Обычно, будучи героем, Ардо легко преодолевал такие фокусы. Теперь всё оказалось иначе. Его противница, вещавшая через магический глаз, была на совершенно ином уровне мастерства в мистических заклинаниях, чем меченосцу удавалось встречать ранее. Ардо был тем немногим, кому была известна подлинная природа агента Око, именно поэтому ему удалось понять, что обладательница голоса была богиней, такой же могущественной, как и Око, и именно поэтому он мог сопротивляться ей.

– Прочь! Из! Моих! Мыслей! – вскричал Ардо. Золотой нимб героя ярко вспыхнул у него над головой, как маленькое солнце. Морок заколебался маревом, которое сдуло ветром через мгновение. Ардо огляделся. Битва продолжалась далее. Вокруг него валялось несколько убитых им на рефлексах защитников города. Даже потеряв над собой контроль, герой оставался героем.

– Какой талантливый юноша, – посетовал голос из магического глаза. – У Мудреца всегда был нюх на способную молодёжь, даже немножко завидно.

– [Бесконечный Клинок]! – объявил Ардо, всколыхав мечом окружающий воздух. Увидев, как испуг отразился в говорящем глазу, меченосец понял, что угадал. Ардо взмахнул мечом подбежавшего рядом стражника, и тот даже не стал сопротивляться, сам подставившись под удар.

– Вор! – выплюнула Мари-Авелин.

– Заходись в своей бессильной злобе сколько хочешь! – с вызовом ответил ей Ардо. – Если используешь подлые умения, будь готова, что их обернут против тебя.

– [Молот и Наковальня]! – появившаяся как из ниоткуда Мери огласила округу своим криком, обрушив на Ардо свой клинок. Меченосец опомнился в последний момент, поняв, что морок продолжает действовать, оказавшись двухступенчатым. Осознание того, что его провели дважды одним приёмом, больно обожгло Ардо. Ему стало обидно.

– Очень хорошо, – улыбнулся герой, встав в боевую стойку.

– Назад! – предостерегла Мари-Авелин. Она не успела договорить, когда Ардо стремительно ударил, замахнувшись на Мери клинком. Меч попал по обсидиановому доспеху, заставив длинную разветвлённую трещину расползтись от вмятины. Воительницу отбросило. Она задела ещё несколько человек, едва не напоровшись на пику одного из защитников. Все вместе они повалились, несколько раз кувырнувшись по мостовой.

– Страйк! Так держать Ардо! – завопила жрица Шейла.

Сопровождая удачную атаку Ардо, в воздухе раздался победоносный крик. Вопль исходил от дракона, которому удалось отгрызть Луизе две задних ноги и повредить одно из крыльев. Стрекоза, вырвавшись из захвата, стала снижаться, закручиваясь по спирали, как кленовая крыльчатка, пока не рухнула на обломки домов чуть дальше.

– Мери! Луиза! – испуганно выпучила глазки Жизель.

– Так им и надо! – обрадовалась жрица Шейла, продолжая без остановки лечить Джорджа. – Добей упыриху, и дело с концом.

– Никуда они уже не денутся! – зарычал Сильверрейн, приземлившись сзади отряда ополченцев Конкорсо, отрезав им пути отступления.

– Я приготовила портал. Время уходить, – в голове Жизель прозвучал голос её матери.

– Но как же остальные? – спросила вампирка.

– Даже один дракон тебе не по зубам, а уж герой и подавно, – спокойно растолковала ей маркиза.

– Нет! – топнула ножкой вампирка.

– [Запрос на регистрацию класса [Красный Вампир]]…

– [Отказано]… – перед глазами у Жизель всплыла и тут же пропала красная рамка консоли.

– Глупое создание! – зашипела Мари-Авелин. Складывалось впечатление, что появление сообщения прошло незамеченным маркизой. – Хватит артачится. На кону стоит твоя жизнь!

– Я не брошу Луизу и Мери, и остальных тоже! – фыркнула Жизель.

– [Запрос на регистрацию класса [Красный Вампир]]…

– [Отказано]… – снова проскочило сообщение.

– Нежить прибудет с минуты на минуту, – с волнением в голосе произнесла Мари-Авелин, обращаясь к дочери. – Продержись немного. Помрёшь, домой можешь не возвращаться.

– [Запрос на регистрацию класса [Красный Вампир]]…

– [Отказано]… – Жизель проигнорировала сообщение, отмахнувшись от рамки, потому что Ардо накинулся на неё, нанося удар за ударом. Даже в скорости Жизель не могла превзойти его, герой был заметно быстрее. Волшебный глаз выскочил из рук вампирки и стал парить рядом с ней, чтобы не мешаться в битве.

– [Запрос на регистрацию класса [Красный Вампир]]…

– Да что же это такое! – вдруг раздался в голове у Жизель недовольный голос, вот только принадлежал он совсем не маркизе. – Сколько можно? Эта штука всё выскакивает и выскакивает. Как же заколебал этот пронзительный писк! Интересно, если я просто нажму [Да], дурацкая рамка престанет надоедать мне? Ничего плохого ведь не случится?

– [Запрос подтверждён]… – красная рамка стала ярко-зелёного цвета.

– [Регистрация класса [Красный Вампир]]…

– [Успешно]…

– [Вношу изменения в базу данных]…

– Что за ерунда?! – раздался растерянный возглас Мари-Авелин.

– [Изменения внесены]…

– [База данных обновлена]… – рамка начала сыпать одним сообщением за другим. Их маркиза уже прекрасно видела.

– Бред! – глаз транслировал крик Мари-Авелин на всю округу. Жизель даже чуть шарахнулась в сторону. Настолько громким получился вопль.

– Проигрывать всегда нелегко! – приняв возглас на свой счёт, поучительно ответил Ардо.

– [Начинаю применение обновления данных субъекта ID:000096725878941]…

– [Отмена]! Что за шутки?! Почему не получается? – нервное бормотание маркизы продолжалось. – Не хватает прав? Мне?! Каким образом у процесса такой высокий приоритет?! Кто посмел?

– [Завершение обновления]…

– [Тестирование]…

– [Тест пройден]…

– [Версия 4.15.25.139.00009 – стабильна]…

– [Ядро основной ролевой системы ЭСКАПИСТ-4 успешно дополнено]…

Глава 34. Метаморфозы

Ударная волна распространилась от маленькой вампирки во все стороны. Даже Ардо не удержался, пошатнувшись. Остальных же и подавно отбросило, образовав вокруг Жизель круг свободного пространства. Сражение приостановилось. Все уставились на вампирку, с которой начали происходить странные вещи. Сама Жизель с трудом представляла, что с ней творится. Она могла лишь стрелять испуганными глазами по округе, а вокруг нее в воздухе метался волшебный глаз. Возгласы маркизы, раздававшиеся из него, были полны страха. Для Мари-Авелин происходящее оказалось такой же неожиданностью, как и для остальных.

Кровь, которой была обильно полита мостовая, вдруг забурлила и стала испаряться в багровое марево, сопровождая все это противным шипением. И это был совсем не обычный кровавый туман, который могли использовать многие высшие вампиры, это было что-то другое, отличное от него. Мари-Авелин прекрасно это понимала, но она ничего не могла сделать. Трансформация, начавшая происходить с ее дочерью, была уже необратима. На самом деле сейчас перед маркизой в её кабинете, из которого она удалённо управляла волшебными глазами, было открыто с десятка два консолей и диалоговых окон, но ни одно не могло точно сказать, что происходило с ее дочерью.

– ТУК! – раздалось в груди у Жизель. Первый удар прозвучал, как оглушающий звон колокола, словно что-то пыталось вырваться через грудную клетку. Испуганные глазки Жизель встретились с таким же испуганным взглядом ее матери, наблюдавшем через магическое око.

– ТУК! ТУК! ТУК! – забарабанил в груди. Такие привычные звуки для любого живого существа, были настолько непонятны для создания, являвшегося нежитью по рождению, что из уст маленькой вампирки раздался надрывный всхлип.

– Невозможно! – не сдержавшись, выкрикнула Мари-Авелин. – Абсолютно и бесповоротно невозможно!

– Мамочка! – поддавшись панике, пискнула Жизель, захлебываясь, глотая ртом воздух. Изменения продолжали происходить. Что-то невероятно обжигающе начало растекаться по телу с ударами в груди. Ритм ускорился, разнося сжигающий жар от начавшего биться сердца и до самых кончиков пальцев. Всегда пергаментно-бледное лицо вампирки порозовело. А ей самой казалось, что её жгут огнём.

– Тише-тише, – начала успокаивать дочь маркиза с заметной дрожью в голосе.

– Что со мной происходит?! – еле смогла вымолвить Жизель.

– Все нормально… – вздохнула Мари-Авелин, видимо, смирившись с последствиями. – Жизнь – это тяжёлая ноша. Не каждый способен выдержать её груз. И тебе выпал шанс почувствовать это на своих плечах. Но раз уж моей дочери таким странным образом повезло, то, я думаю, стоит немного порадоваться. Старый провальный проект вдруг сам-собой завершился успешно, и мне очень хочется узнать, кому удалось найти решение, которое не могли постичь ни Этельред, ни Ткачиха, ни я, ни даже Алая. Кстати, описание твоего класса изменилось. Сейчас там написано «Самый живой заслуживает жизни».

Метаморфоза завершилась внезапно. Вампирку слегка мутило. Она неуверенно стояла на ногах, мелко дрожа всем телом. У неё сильно кружилась голова. Жизель часто зевала, словно борясь со сном. По её виду было ясно, что она вот-вот отключится от потери сил.

– Что оно такое? – зарычал Сильверрейн, внимательно наблюдавший за происходящими событиями. – Я не знаю, какие козни здесь происходят, но уже второй раз за день нежить ожила. Это надругательство над природой!

– Уж куда тебе понять, ящерок? – брезгливо фыркнула Мари-Авелин. – Не суй нос, куда не надо, а то хвост отвалится. А лучше вообще лети отсюда.

– Размечталась, злобная богиня! – ответил ей дракон. – Что бы там не ожило, сейчас оно умрет окончательно. Я об этом позабочусь, уж поверьте! Самому издевательству над жизнью не место на земле! А осквернителям нет прощения!

– Сильверрейн, не надо! – крикнул Ардо, но дракон его не послушал, взмыв в воздух. Спустя секунду на месте, где он находился, загорелся магический круг, сотворенный Мари-Авелин. Маркиза совсем немного не успела с заклинанием печати, и оно ударило в никуда.

Маленькая вампирка, оставленная на минуту без присмотра, замерла. Она будто не замечала, что к ней на всей скорости летит дракон, с явным намерением отнять недавно обретенную жизнь.

– Жизель! – крикнула маркиза, переполошившись.

– Вот так надо делать дела, Ардо! – выкрикнул дракон, разинув пасть. – Вот так! Никакой пощады силам зла. Они это всё равно не оценят!

Вампирка вдруг выпрямилась, её глаза загорелись красным. Дракон спикировал к ней, но Жизель увернулась, с лёгкостью уйдя от клацнувшей пасти Сильверрейна, развернувшись на цыпочках. Далее последовал удар появившимся красным кинжалом. По морде Сильверрейна полосонуло лезвием, оставив глубокий ровный порез через всю правую часть его нижней челюсти. Дракон стойко сдержал удар, попытавшись перекусить вампирку пополам, но вместо этого поймал лишь воздух. Жизель оказалась слишком проворной, для огромной пасти крылатого ящера. Дракон стал водить мордой по сторонам в поисках ускользнувшей добычи, пока не почувствовал удар сверху. Вампирка, будучи с виду почти невесомой, опустилась на макушку головы дракона, как неподъёмная гиря. Пока ящер опомнился, Жизель уже ретировалась, оказавшись у дракона за спиной.

– Она всё-таки вырубилась, метаморфоза оказалась очень болезненной, – беспокойно вздохнула Мари-Авелин, цокнув языком. – Получается, сейчас действуют инстинкты, а не разум?!

– С ней уже такое было в селении Сад, – взволнованно пояснила Мери, только что оправившаяся от удара Меченосца. – Помните, мы вам рассказывали?

Ящер хитро прищурился и резво развернулся на месте, ловко перебирая лапами. Открытая пасть извергла поток расплавленного серебра, искрящегося на солнце.

– [Апостроф]! – прошептала Жизель монотонно. – Вместо кровавого кинжала в ладони появился абсолютно чёрный. Вампирка, не сомневаясь, подставила клинок, пытаясь разрубить им волну дыхания Сильверрейна. Как только лезвие коснулось потока, он разделился на двое, обогнув вампирку. Одна часть распространилась слева от Жизель, втора с права. Попавшие в зону действия атаки воины даже не успели закричать, застыв серебряными статуями в позах сражения.

– Лихо… – осеклась Мери. – Надо срочно что-то предпринимать. На одних инстинктах хитрого противника не победишь. Рано или поздно дракон её переиграет. Если бы у неё не было того чёрного кинжала, сейчас всё было бы кончено.

– Возобладание инстинкта хищника над разумом часто встречается среди высшей нежити. И в большинстве случаев это становится козырем в битве, – чуть поразмыслив ответила Мари-Авелин. – Это характерно и для вампиров, но вампир ли она сейчас? Я уже ничего не понимаю. Невозможно вернуть жизнь нежити, не использовав очень редкий лимитированный артефакт. С Сойкой был именно такой случай. Воздействие было санкционировано. Изменения с Жизель произошли спонтанно и без каких-либо согласований. Кто-то посторонний вмешался. В силу объективных причин вампиры всегда были незаконченными продуктом, недоделанным, но мою дочь довели до финала. Мне страшно, если честно. Но сейчас приоритет избавится от противников, потом будем решать загадки. Подкрепление наконец-то прибыло!

– Нежить! Нежить прёт! – внезапно заорал один из солдат Альянса. Вопль прозвучал как отрезвляющий сигнал. Все заозирались по сторонам, пока не увидели, как посреди многострадального перекрёстка часть мостовой обрушилось и из открывшегося провала уже выбирались на белый свет зомби. Скелеты не отставали от своих более мясистых собратьев, вскарабкиваясь из дыры, как пауки, а за ними без очереди, бессовестно пользуясь своим положением, уже лезли твари покрупнее и пострашнее.

– Всем сохранять самообладание! Это не по нашу душу! – заорал в ответ на происходящее Бруно, пытаясь успокоить солдат Конкорсо. – Двадцать шагов назад. Пусть мертвяки разгуляются!

– Зачем? – с гримасой омерзения Ардо непонимающе уставился на Жизель и Мери. – Вы же не злые? Зачем вам всё это? Вам не кажется,что вы выбрали не ту сторону?

– Ты совсем ку-ку, или как? – выругалась Мери, протиснувшись в первые ряды сражающихся, – Сами напали, но дурная всё рано нежить, так что ли? Лицемеры! А чего плохого сделала твоему ручному дракону Жизель? Он судит лишь по внешним признакам.

– Да сделайте вы что-нибудь уже, словоплёты! – заголосила Шейла, когда поняла, что нежить атаковала в тыл их отряд, и вот-вот сомнет солдат Альянса.

– Сильверрейн, помоги Шейле, я сам разберусь со странной вампиршей! – отважно выкрикнул Ардо.

В этот раз дракон выполнил приказ, хоть и наградил Ардо укоризненным взглядом. Ящер взмыл в высь, и с высоты, оценив, где скелеты, зомби и прочие представители восставших из мёртвых наиболее плотно подпёрли солдат Альянса, переключился на нежить, приземлившись в самую гущу мертвяков. Размахнувшись хвостом, Сильверрейн превратил в груды костей десятка два скелетов одним махом. Затем последовал новый удар, а за ним ещё один. Вот только нежить никак не заканчивалась. Она продолжала лезть из ямы, постоянно увеличивая своё число, основательно сковав боем целого дракона.

Ардо сменил Сильверрейна в бою со странной вампиркой. Вот только справиться с ней не мог даже Меченосец, противница сразу же начала его теснить в ближнем бою, что Ардо явно не ожидал. Манера боя вампирки поменялась кардинально. Каждый её удар необычным чёрным кинжалом сопровождался душераздирающим лязгом металла, как будто его держала не миниатюрная девушка, а крупный тренированный вояка. Ардо отбивал выпады, но ему приходилось это делать со всей серьёзностью. Его меч словно ныл от боли отчаяния. А в ответ на героя смотрели абсолютно пустые, лишенные сознания и горящие красным, глаза вампирки. Или это уже была не вампирка, а кто-то другой, существо, что до этого не появлялось на белом свете.

– [Кровные узы запускают цепочку событий, что жаром огня сжигают всех, кому не повезло оказаться рядом], – как из ниоткуда послышался поставленный мужской голос низкого тембра. – [Но иногда они могут стать тем связующим звеном, что помогут пережить этому миру трудные времена. Что ж, посмотрим, чем обернется сегодняшнее приключение].

– Не может этого быть! – вскричала Мари-Авелин. – [Рассказчика] не слышали уже несколько веков! Что вообще здесь происходит?! Стоп! Если он активизировался, это значит запущен глобальный ивент. Немыслимо!

Брызги крови, обильно присутствовавшие вокруг, заискрили и стали воспламенятся оранжевым огнём. Солдаты Альянса, что выпачкались красным, вдруг поняли, что языки пламени пляшут прямо у них на доспехе и одежде, обильно принимая угощение. Раздались вопли ужаса. Воины Альянса Синего Моря стали вспыхивать как фонарики, один за другим. Остальные, увидав, что происходит, поспешили начать отирать свою одежду и броню от крови, в надежде не попасть под страшное заклятие.

– Ардо! Сильвер! Это всё она! Я чувствую присутствие другого божества над ней! Нужно разобраться с упырихой, как можно быстрее. Что вы медлите? – закричала Шейла, расширив защитный барьер, чтобы под него могли укрыться бойцы Альянса. Благословение бога Гелиодора было очень эффективно, даже объятые пламенем смогли потушить огонь, попав под барьер. Сообразив, что под золотистым куполом спасение, туда, толкая друг друга, устремилась куча солдат Альянса.

– Сейчас! – нетерпеливо рыкнул Сильверрейн, поняв, что Ардо не справляется. Дракон опять поднялся на крыло, предварительно разбросав вокруг себя мертвяков. Ящер только набрал высоту, чтобы залить бой сверху своим смертоносным дыханием, как в него врезался алой вспышкой пылающий шар. Сойка сходу влетела в дракона, попав ему в нижнюю часть туловища. Раздался взрыв, а небо осветило ярко-алое зарево. Дракона подбросило на несколько десятков метров выше. Он сделал пируэт по дуге и полетел вниз, объятый пламенем. Словно падающая звезда, разбрасывая искры, состоявшие из капель расплавленного серебра, Сильверрейн рухнул дальше в город, сопровождая всё это грохотом и всполохами.

– [Финальный Аккорд], – появилась в небе надпись умения Пернатой, отметив победу над летающим змеем.

– Нет… – открыла рот Шейла. – Сильвер, они же не могли тебя так просто…

Её возглас прервался, так как позади жрицы образовался магический круг, из которого появился агент Око в виде огромного парящего злобного глаза в мясистой округлой оболочке. Пасть бога магии была искривлена от злости и нетерпения.

– Как вы меня достали, смертные букашки! – процедил Око, пожирая ненавистью в единственном глазу всех присутствующих. Особенно досталось Мари-Авелин. – Я так и знал, что это ты вызвала [Расказчика], пакостница. Действие вашей шайки перешло все мыслимые и немыслимые пределы. Но теперь вы доигрались! Эдем прихлопнет вас всех как мух!

– А ты попробуй, – не осталась в долгу Мари-Авелин, наблюдая за Магистром из своего волшебного глаза, который, как оказалось, был очень похож по стилю исполнения, на бога магии, только был много меньше. Рядом на поверхностях стали появляться новые глаза, принадлежавшие Маравелин, богине мистицизма. – Смотри, как бы самому фингал не поставили, чудовище.

– Чудовище, не меньше тебя! – огрызнулся Око, но смотрел он уже на Жизель, которая уверенно оттесняла Ардо. – А это что за экземпляр? Ардо, тебе должно быть стыдно за свои способности. Проиграть бой какому-то искусственному созданию – есть дно, которое ты, остолоп, пробил своей глупой башкой. Вся операция летит под откос из-за тебя!

– Я понимаю всю степень моей вины, – покаянно ответил тому Меченосец. – Я готов ответить за все свои ошибки, которые я наделал, но только после того, как битва будет закончена.

– Разумно, – нехотя согласился Око. – А сейчас отойди, я покажу тебе силу настоящего могущества. [Magica Percussit. Grandiose]!

– [Туманный шит] – с неба свалился ещё один дракон, но только костяной, которым управлял маркиз д'Мерле. Дракон приземлился прямо перед Жизель, загородив её от атаки агента Око. Костяной ящер при этом махнул лапой попав по зазевавшемуся Меченосцу. Теперь настала очередь Ардо полетать, будучи отброшенным, он угодил прямо в барьер, сотворенный Шейлой, плюхнулись в скучившихся там воинов Альянса. С вершины дракона спрыгнул катус Певун, стрелой подбежав к Мери. Злобный глаз агента Око вспыхнул и изверг луч фиолетового цвета, попав прямо в дракона, и начавший формироваться вокруг него мистический щит из тумана развеялся. Дракону вышибло несколько рёбер, но он устоял, справившись с атакой, пусть и не без последствий. На верху костяного монстра Жофруа привстал, презрительно смотря на Одноглазого. Над головой вампира реял костяной резной нимб, светясь синим цветом.

– Что ты так долго? – набросилась на своего мужа маркиза. – Он вот-вот бы убил Жизель!

– Ты же сама сказала, что уведешь её из боя? – раздражённо выпалил маркиз. – Как вы тут вообще оказались? Я думал, что обе девушки уже давно летят в Промис вместе с Луизой. И что у вас тут вообще произошло? Это он постарался над Жизель? Я имею ввиду, что наша дочь каким-то немыслимым образом перестала быть сама-собой.

– Нет, потом объясню, – коротко отчеканили Мари-Авелин.

– Вы чего думаете? – весь дрожа от злости, медленно и спокойно вымолвил агент Око. – Уж не решили ли вы своим коллективным скудным умишком, что выиграли? Ничего, я спущу вас на бренную землю из облаков наивных желаний! [Гигант Сокрушитель]!

Земля задрожала, в то время как злобный глаз взмыл в воздух. Обломки домов стали подниматься вслед за ним, как будто под действием невесомости, облепив Око со всех сторон. Дома, что стояли на перекрестке улиц не тронутыми, треснули, развалившись на несколько частей, которые, в свою очередь, тоже поднялись над мостовой, левитируя. Каждый из обломков присоединился к гигантскому шару из земли, частей стен домов и камня, внутри которого спрятался Око. Произошел щелчок. У шара появились ноги, руки и голова, из которой сверху взирал единственный глаз агента Око. Голем получился значительно выше окружающих строений. Дракон Сильверрейн оказался бы не более кошки по сравнению с конструкцией, которую воссоздал Одноглазый. Тело голема было испещрено таинственными письменами, переливавшимися магическим огнём. Над головой колоса парили несколько каменных сфер, исписанные кругами магии, в центре каждого из которых был выгравирован глаз.

– Решил включить сразу столько внешних вычислителей, – раздался голос Мари-Авелин. – Управление этой громадиной отнимает не мало сил, верно?

– Не больше, чем у меня есть! – огрызнулся агент Око. Его голос, многократно усиленный, словно гром прокатился по окрестностям.

– Н-не чего себе… – присвистнул Певун, задрав к верху голову с прижатыми ушами.

– И что теперь? – нервно хихикнула Мери. – Мечом такое не зарубишь.

Гигант загудел. Его бочкообразное округлое тело приосанилось на дутых пухлых ногах, в то время как на кончиках продолговатых рук отросли сначала ладони, а затем из них появились пальцы. Подвижность кистей колоса впечатляла. Если сам голем казался неповоротливым, то его кисти и пальцы скорее напоминали руки пианиста, чем культяпки гигантского истукана.

– Приступим к выведению насекомых, – прогудел Око, сверкнув глазом циклопа. Сферы, парившие над головой голема мигнули и завращались, отправляя десятки разнообразных магических выстрелов в гущу сражения без разбора.

– Спасайся, кто может! – протяжно заорал один из сражающихся, и битва рассыпалась на группки людей, суетливо разбегавшиеся кто-куда подальше от сокрушительного заклинания. В суматохе и панике бегства двое кого-то искали на земле. Лука и Дебра воспользовавшись переполохом, пытались вытащить старика, что был повержен в самом начале этой бойни. Сеньор Рицци так и лежал на земле. По нему уже прошлись несколько раз за битву, поэтому доспех был смят в нескольких местах, а с правого бока зияла чудовищных размеров рубленая рана от топора Джорджа.

– Раз-два, – крякнул Лука, водрузив тело себе на плечи, пока Дебра переминалась с ноги на ногу рядом.

– Быстрее! Эта жуткая штука собирается палить снова! – поторопила его Камушек, когда от, казалось бы, бездыханного тела послышался еле различимый стон.

– Да быть не может! – выдохнул Лука. – Хрыч живой ещё!

– Я те дам Хрыч! – сплюнул старик.

– Мы вас вытащим! – обрадовалась Дебра.

– Совсем глупая что ли? – в своей манере нагрубил Хрыч. – Я ноги не чувствую и потроха мне все перемешали, как в мясорубке. Тут зелья не помогут. Эх все мои старые дружки уже там, пора и мне к ним. Но надо сделать последнее дело. Дайте мне меч.

– Да какой тебе меч?! – не выдержал Лука. Ему удалось оттащить старика за часть оставшейся от дома стены. Дебра последовала за ним.

– Мне не для сражений, – захрипел сеньор Рицци. – Дай свой клинок, это ненадолго.

– Сделай, как он просит, – шмыгнув носом, тихо сказала Дебра.

– Отлично, как там говорилось? Встань на колени, – обратился Старый Хрыч к опешившему Луке. Стражник помялся немного, но сделал как ему говорили. – Отлично, за беспримерную храбрость в бою посвящаю тебя в рыцари, сопляк!

– Кого? – переспросил Лука. – Меня?!

– Тебя, остолоп! Не перебивай, – гавкнул Хрыч. – Будь стоек к невзгодам, бесстрашен в бою и галантен с дамами... Дальше забыл, как там надо говорить. Всё, хватит с тебя наставлений, остальное сам узнаешь, как делать.

Старый Хрыч протянул меч и хорошенько огрел им плашмя Луку по плечу. Клинок выпал из ослабевших рук старика. Дебра подбежала к нему, но Хрыч махнул ей ладонью, скривив лицо.

– Теперь, самое главное, – собравшись с силами, продолжил старик, стащив со своего пальца перстень-печатку и предав её растерявшемуся Луке. – Не боись, проблем не будет. Я своих дитёв не нажил. Некогда было, воевал всю жизнь. Так что, никто к тебе не привяжется из наследничков, нету их. Всё, вставай давай! Славься новый рыцарь, сеньор Рицци…

Старик хватил ртом последний глоток воздуха и замолчал навсегда. Рядом заревела Дебра Камушек. Лука стоял сам не свой в одной руке сжимая свой клинок, который он подобрал от выронившего его сеньора Рицци, а в другой ладони покоилось колечко-печатка.

– [Танец Падающей Звезды]! – раздалось чистое пение. Это Сойка решила усилить по максимуму своё умение. Пернатая поднялась высоко за облака, а затем камнем кинулась вниз, ударив гигантского голема в пикировании. Огонь снова вспыхнул алым пламенем, по голему пошили трещины, но тут же заросли обратно. Циклоп взмахнул рукой, пытаясь поймать крылатую цель, Сойка ушла в последний момент, извернувшись из-под захвата в элегантном кульбите.

– [Hyacinth Sol]! – сменив её, прямо в лоб атаковал костяной дракон, которым управлял Жофруа д'Мерле. Синее пламя объяло голема, замораживая его с ног до головы. Движения конструкта было замедлились...

– Детские игры! – взревел Око, легко отряхнувшись от покрывшего его инея.

– [Столп Возмездия]! – пропела Сойка, сотворив огромную полупрозрачную колонну, как это делают жрецы Алой Богини. Колонна спустилась с небес прямо на голема.

– Ага, сейчас! – ответил Одноглазый Магистр, поймав рукой свалившийся с небес столб и замахнувшись им по костяному дракону, как битой. Удар пришелся прямо в центр неживого ящера. Вокруг полетели обломки костей и прочие ошмётки. Дракон развалился на составляющие, оставив своего хозяина без летающего средства передвижения. Вместо того, чтобы упасть, маркиз мягко спланировал на землю, приземлившись перед големом, и тут же начал управлять оставшейся нежитью, скапливая её у ног колоса.

Голем ответил очередным шквалом зарядов магии, хаотично разметавшихся по окружающему пространству. Остальные участники битвы давно попрятались по щелям, чтобы не быть убитыми бурей волшебства. Мери и Бруно успели подхватить Жизель, которая только начала приходить в себя после буйства. Вампирка дрожала, и готова была вот-вот отключится снова, катус подхватил девушку, пока Мери прикрывала их щитом, покрытым обсидиановым усилением. Рядом с ними крутился и Певун, успевая при этом наигрывать на банджо легкую поддерживающую мелодию.

Ардо, Шейла и Джордж также убрались с линии атаки колоса, поскольку Око принципиально не желал делить присутствовавших на врагов и друзей. Он уничтожал всех подряд без разбору. Огромный глаз, закованный в голове голема активно шарил взглядом по окрестности, чтобы вычислить новые цели для волшебства.

Колос сделал несколько размашистых шагов, расположившись по середине перекрёстка улиц, так как отсюда открывался идеальный вид для прицеливания. Нежить последовала за големом, скапливаясь у его ног, чтобы ограничить мобильность гигантского циклопа, а Сойка беспрестанно продолжала атаки с воздуха, отвлекая Одноглазого, мешая тому целится. Несколько десятков светящихся глаз открылись на развалинах. Это Мари-Авелин начала мешать агенту Око, наводя мистические заклинания ослабления на голема, но её присутствие не было настолько сильным, чтобы остановить бога во плоти.

– Бей ему прямо в глаз! Это единственное слабое место! – выкрикнул Жофруа, пока нежить под руководством маркиза стала собираться в подобие огромных костяных рук, которые схватили голема за ноги, чтобы удержать того на одном месте.

– Всегда готова! – проорала Сойка, приготовив копьё к атаке.

– Как вы меня уже достали! – недовольно рявкнул Око, пальнув из глаза фиолетовым лучом. Вспышка задела Сойку, но не сбила её. Сработал защитный барьер, которыми так славились все сподвижники Алой Богини. – Значит, нужно повысить мощность!

– Сой, уходи оттуда, он концентрирует магию! – замахал рукой совей соратнице Жофруа, в то время как гора нежити продолжала обволакивать ноги голема.

– Время пройтись! – разошёлся Око, пнув одной из ног сковавшие его костяные путы. Ошметки и кости разлетелись далеко в небо. Затем колос проделал тоже самое с другой ногой без труда освободив и её. – Дилетанты! Решили померятся силами с самим Богом Магии, великим и несравненным Одноглазым Магистром? Я вас всех превращу в пыль, в порошок сотру, надоедливые букашки! Я не знаю, как вам удалось когда-то давно победить Этельреда, но держу пари, что это была та ещё подстава! Где ваша сила, где? Вы же слабаки несусветные!

– Да я сам задаюсь этим вопросом, как им это удалось? – из дыры, которая изрыгала нежить послышался знакомый голос. Этельред медленно выбрался из расщелины и по-хозяйски осмотрел пространство, подмечая взглядом детали происходящего. – Фух, наконец-то добрался. А вы устроили без меня настоящую пирушку! Эй, Одноглазый, не мог подождать немного?

– Ты же… – пробормотал колос остановившись на полушаге.

– Не узнал что ли? – безумно ухмыльнулся Эт, уставившись на громадину голема. – Чего ты там бормотал про моё поражение? Это же был аватар. Всего лишь мой аватар, говорю! А молва растрепала, что победили целого Бога Огня. Что за идиоты?

– Ты чего так долго? – зашипела Мари-Авелин.

– Рот закрой! Ты мне не указ, – резко ответил Этельред, и сразу же расплылся в довольной улыбке – Я не обязан вам помогать, но раз у нас тут присутствует бог, что начал буянить сверх меры, то естественно, я не мог пройти мимо такого бесчинства.

– Э-это не твоя битва, – начал Око. Его гонор сразу поубавился. В голосе сквозил страх.

– Ещё один решил указать мне, что надо делать, – дрожа от нетерпения протараторил Этельред. – Мне надоели все эти игры в поддавки. Я решу дела так, как положено. И попробуйте мне хоть кто-нибудь помешать!

– Да пожалуйста! – разозлился Око. – [Magica Percussit. Gran…]

– [Искра]! – щёлкнул пальцами Эт. Сорвавшийся с его пальцев всполох бардового огня оказался сравним размерами с самим големом. Колосу разнесло всю нижнюю половину разом, расшвырнув его обломки по далям. Не способный стоять, он рухнул на землю, похоронив под собой несколько полуразрушенных домов. Падение циклопа отозвалось по округе дрожью земли. Обломки зданий зашатались, от них стали отваливаться части. Пыль уже в сотый раз заполонила всё вокруг.

– Это конец… Алл будет в бешенстве, – судя по голосу, обомлела Мари-Авелин, обратившись к своему супругу. – Надо уводить от сюда Жизель и Мери немедленно. Я думала, что девушкам будет полезен опыт крупного сражения, но всё выходит из-под контроля. Псих поехал головой окончательно. Он уже снял мою печать… Так и знала, что не нужно было его сюда приводить. Он всегда только всё портит.

– А что ещё оставалось? – вздохнул Жофруа. – Ни мне, ни даже Сойке Магистр оказался не по зубам. Рано или поздно твой брат размазал бы нас по мостовой.

– Надо было мне идти с вами, – посетовала маркиза. – Один на один я могла бы справится с братцем.

– Теперь уже поздно, – устало вымолвил Жофруа. – Сейчас вопрос стоит таким образом, что останется ли от города хоть что-то, пока два сумасшедших божка выяснят, кто сильнее.

– Ну и где этот бог магии? – расхорохорился Этельред, – Всё что ли? А сколько гонора было. Эй, Одноглазый трус, вылезай из своей каменной куклы, пока я её не превратил в фарфоровую!

Демон, не дождавшись ответа притихшего агента Око, расслабленно направился к месту падения голема, но путь ему преградил Ардо, позади которого стояли жрица Шейла и Джордж с прибинтованной правой рукой.

– А вы ещё кто такие? А… точно, помню. Ты ж тот самый геройчик из катакомб, – призадумался Эт. – Одно невезение за другим. Големовод ваш оказался сплошным разочарованием. Если бы знал, что так будет, я бы и печать снимать не стал. Битва должна приносить удовольствие, адреналин, а не быть похожей на морковный десерт, который съешь за один укус без чая.

– Теперь я буду твоим противником, демон! – храбро заявил Меченосец, приготовив свой клинок к бою.

– Будешь, века через четыре, может быть, – задумчиво ответил демон. – А пока, уйди с дороги, недомерок. Тут серьёзные дядьки разговаривают.

– Ардо, прошу тебя, мы никак не сможем его победить, – взмолилась Шейла, ухватив Меченосца за руку. – Ты и я еле держимся на ногах от усталости, Джордж искалечен. А что стало с Сильверрейном, даже страшно представить. Надо отступить и подготовиться!

– Прости, Шел, я не могу, – с обречённостью в голосе пояснил Ардо. – Забирай Джорджа и спасайтесь. Сейчас единственный, кто может противопоставить демону хоть что-то – это я. Понимаешь? Если его не остановить, он натворит дел по всему свету!

– Не льсти себе, пацан, – надменно ухмыльнулся Этельред. – Ты серьёзно решил потягаться со мной силёнками? Я никому не даю поблажек! Не важно, какой оппонент предо мной.

– Пусть так, – улыбнулся Ардо. – Шел, Джордж, я должен извинится перед вами, ведь по просьбе Мудреца я скрывал свою истинную природу. Простите, я такой же как агент Око. И именно поэтому я обязан остановить монстра, что стоит пред нами. В нашем неправильном мире боги умирают, как люди. Из-за одного эгоистичного проходимца мы вынуждены раз за разом терять то, что приобрели, уходя в забвение и возрождаясь вновь. Моё могущество не велико, ведь я возродился совсем недавно, но и у меня есть свои сильные стороны. Каким бы не был монстр перед нами, но я один из девяти старших. Я не могу проиграть!

– Чушь не неси, – чуть не поперхнулся Эт.

– Это ты несёшь бред! – заявил Ардо. – Я бог-бродяга, Вечный Авантюрист, девятый из старших богов. Бог, что всегда в пути. Тот, кого когда-то прозвали Вальенте. Победитель. Меченосец. [Дорога и Битва]!

Нимб над головой героя вспыхнул ярко-золотым, а рядом появилась парящая сфера внешнего вычислителя, представлявшая собой шар из зеркального металла, вроде хромированной стали.

– Ардо… – всхлипнула Шейла. – Тебе не нужно извиняться перед нами. Мы всегда знали, что ты особенный.

– Ха-ха-ха-ха! – Этельред разразился неостанавливающимся диким хохотом. Рядом с его правой рукой появилась рамка консоли с информацией. – Ты Бог-Бродяга? Серьёзно? Мало того, что они заблокировали тебе канал связи с ядром, так ничего толком и не объяснили, что ли? Подожди, дай отойти. Давно я так не смеялся. Я не могу. Жулики. Мне бы и в голову не пришла подобная серая схема.

– Ты можешь быть сильнее, но это не повод для насмешки и издевательств!

– Эй, ты правда меня не разыгрываешь, «Бог-Бродяга»? – Этельред еле-еле сумел перестать ржать. – Это же какой-то анекдот. Уверен, что ты тот, кем себя считаешь? Консоль говорит о другом.

– Что ты имеешь ввиду? Прекрати заговаривать мне зубы и сражайся!

– Дай поясню, – отдышавшись после смеха, заявил Этельред, помахав рамкой с консолью. – Информационная программа системы утверждает, что ты младшее божество мечей, а ни какой не Бог-Бродяга. Мастер Клинка – твоё имя в системе. Белый Мудрец просто обманул и использовал тебя в тёмную. Обидно, я понимаю, но не бери это близко к сердцу, Мудрец-Хитрец и не таких как ты обводил вокруг пальца, навешав лапши на уши до самых ног.

– Ты лжешь! – крикнул Меченосец, замотав головой.

– Ардо, дурак ненормальный, хватит позорить нас! – голем внезапно поднялся на руках из-под завалов. В оплавленной голове по-прежнему сиял единственный глаз, пронизанный сотней ломаных красных прожилок. – Я вам покажу, как недооценивать ме-е-еня! [Магическое Уничтожение Всего]!

Перед Оком появился колоссальный сгусток матово-фиолетового цвета, направленный прямо на Этельреда. Голем выстрелил им в упор, искривив лицо в торжествующей перекошенной ухмылке.

– Это уже перебор! – прозвучал протяжный, полный отчаяния возглас Мари-Авелин. – Эт, блокируй это хоть как-нибудь, иначе здесь все покойники на километры вокруг!

– [Огненный Ад Геенны]! – в момент скинув скучающий вид с лица, выпалил Этельред, сбросив со своих вытянутых рук потоки тёмно-красного пламени, сформировав из него барьер, который рванул вперед, катком сжирая на своём пути любые препятствия, как широкая пасть адского чудовища. Столкнувшись с фиолетовым импульсом магии, стена огня затормозила. Оба заклинания ударились в противоборство, выясняя, кто сильнее. Это продолжалось несколько секунд, пока вал огня не переборол оппонента и не отправился дальше, оставив после себя огромную сожжённую прореху в городской застройке. Фиолетовая вспышка Одноглазого отрикошетила вверх и грохнулась куда-то далеко за город. Раздался взрыв. Ударная волна не заставила себя долго ждать, а затем где-то вдалеке послышался шипящий звон большой воды, как будто недалеко народился водопад.

После того как заклинание демона окончательно прекратилось, и выжившие начали осторожно выглядывать из своих укрытий, все узрели, что напротив Этельреда остался стоять лишь Ардо, изрядно потрёпанный и обожжённый. Ни жрицы Шейлы, ни воина Джорджа, ни даже голема с Одноглазым уже не было. Они просто растворились, распались на частички, расщепились без остатка, став добычей злого демонического огня.

Глава 35. Аллергия

– А ты ничего, справился, – похвалил Этельред еле стоявшего на подкашивавшихся ногах Ардо. – Может, у тебя и получится продержаться против меня пару минут. Ты бы знал, какая же мука постоянно ходить под печатью. То нельзя, это нельзя. Любой встречный может тебя убить, как простого смертного. Что за глупая морока? Но, с другой стороны, без печати враги всегда быстро заканчиваются. Не успеешь зазеваться, а твой оппонент уже испарился в огне. Никакой радости. Но ты – другое дело. Ты выстоял, а значит я смогу по-настоящему насладится битвой!

– Что за безумие… – заплетающимся языком пробормотал Ардо. Герой обернулся, чтобы увидеть там своих друзей, но ни воина Джорджа, ни жрицы Шейлы не было рядом. За спиной у Меченосца зияла огромная оплавленная прореха, уходившая в даль за горизонт, как широкий проспект. Всюду валялись угли и остатки сожжённых строений. Тягучая гарь витала в воздухе. От гигантского голема вообще ничего не осталось. Лишь небольшие черепки запечённой глины, разбросанные по округе словно бисер, напоминали о существовании грандиозного колоса.

– А Одноглазый сдулся по-настоящему – разочарованно помотал головой Эт. – Какая досада. Ну, и чёрт с ним! Туда ему и дорога!

– Подожди-ка, – не веря своим глазам, заплетающимся языком вымолвил герой. – Где мои друзья? Куда ты их дел?

– Людишки, что были у тебя за спиной? – приподняв одну бровь, буднично поинтересовался Этельред. – Сам подумай, ни одному смертному не пережить моё пламя. Да не переживай ты так. Найдёшь новых. Вон их сколько осталось. Выбирай любых.

– Джордж… Шелл… – Ардо затрясло. Лицо героя исказилось до неузнаваемости, сделавшись на десяток лет старше. Рот Меченосца сам собой искривился в оскале. Растерянность сменилась неистовой яростью в глазах. – ААААААА! Я убью тебя, дьявол! На части порублю!

Ардо замахнулся мечом и ринулся в отчаянной атаке, приготовив клинок для удара. Меч загудел в гневе, поддаваясь эмоциям своего хозяина. Широкий размашистый удар с права на лево попытался разрубить демона пополам. Послышался звук глухого удара, когда клинок достиг цели.

– Великолепно! Эта штука может меня ранить, когда я полностью свободен от ограничений! – загоготал Этельред. Меч Ардо он поймал левой рукой. С ладони демона из образовавшегося пореза на мостовую начали падать капли густой бордовой крови. – Я прям весь в нетерпении. Когда ты начинаешь смертельную битву, ты выпускаешь на волю все потаённые желания. Ты становишься самим собой, освобождаясь от настоящих оков, которые тянули тебя вниз, к земле. Теперь ты сам волен решать, как быть. Именно в битве проявляются наши истинные чувства. То, чего мы все по-настоящему желаем. Кто-то начинает цепляться за жизнь. Кто-то – кидается самоотверженно защищать своих друзей и соратников, не щадя себя. Кто-то пытается избежать сражения, даже когда оно началось или попросту сбегает, но всё это – настоящие, не поддельные эмоции. Не маски лицемерия, сотканные из дурацких фальшивых манер и никчёмных условностей. Ты просто не можешь врать себе, когда твоя жизнь висит на волоске. Ты – есть ты, когда скрестил мечи с равным противником. В таком поединке и зарождается настоящая истина бытия.

– Умри, демон! Умри, проклятая тварь! Провались в ад, из которого вылез! – заорал Ардо, прейдя практически на фальцет. Меченосец наносил удар за ударом, которые Этельред отбивал взмахами рук, не прибегая к оружию, несмотря на то, что эльфийский палаш лежал у него в ножнах, висевших на поясе. Спустя нескольких замахов на локтях демона появились кровоточащие порезы, оставленные острым лезвием клинка Меченосца. Но всё же ни один выпад не мог нанести серьёзного урона демону.

Остальные сообразили отбежать на почтительное расстояние от сражения героя с демоном. Жофруа подхватил свою дочь и поспешил ретироваться подальше, призывая Мери и остальных двигаться за ним. Даже грозный вампир предпочёл наблюдать поединок издалека. Сама же битва отрядов прекратилась окончательно, уступив противостоянию всего лишь двоих воителей. Лишь Пернатая продолжила парить в небе, внимательно наблюдая за тем, как Меченосец безуспешно раз за разом пытался разрубить пополам ненавистного врага.

Маркиз резко завернул за широкую стену одного из полуразвалившихся домов, которая казалась достаточно крепкой. Там уже обнаружились несколько укрывшихся защитников Конкорсо, включая катусов Певуна и Бруно. Рядом, лёжа на земле от усталости, расположилась жрица Алой Богини. За эту битву она исцелила столько ран, что была уже не в силах держаться на ногах.

– Ну, много вас тут осталось? – спросил маркиз попавшегося ему на глаза стражника, когда добежал до укрытия. Вампир бережно положил всё ещё слабую Жизель рядом со жрицей, а сам принялся укреплять стену магией, попутно пересчитывая глазами собравшихся. Около него, применяя простенькое заклинание домена земли, тем же самым занималась магичка Дебра. Маркиз грустно усмехнулся, понимая, насколько тщетны были усилия девушки. Впрочем, на своё заклинание вампир тоже не сильно надеялся.

– Часть из тех, кто выжил, укрылись здесь, как и подоспевшие на помощь авантюристы. Ещё несколько убежали дальше. Что стало с остальными, я не знаю, – этим ополченцем оказался Лука. – Отряда больше нет. Есть люди, которые пытаются выжить.

– Получится нас портануть? – потеряв интерес к стражнику, поинтересовался маркиз у парившего рядом магического глаза.

– Работаю над этим, – резко отчеканила мужу Мари-Авелин. – Вся проблема в том, что ты и Сойка слишком высокого ранга. Портал рассчитывается гораздо дольше обычного.

– Надо успеть, – посетовал маркиз, беспокойно наблюдая за поединком демона и героя.

– Да знаю я, не учи учёную, – огрызнулась Мари-Авелин, – Этельред, болван ненормальный. Если он окончательно потеряет над собой контроль, вы здесь покойники.

– Мы попробуем задержать его с Сойкой. Можешь не включать нас в списки для телепортации? Так будет быстрее.

– Не неси чепухи, – голос Мари-Авелин дрогнул. – Ты уже не тот. Ты тень живого себя. А Сойка потеряла слишком много уровней при перерождении. Даже мне не остановить Огненного Иерарха. Он чудовище во плоти. Возможно, что он и старшего бога способен победить. Зачем только Обсидиан пригрел его?

– Настолько силён? – не выдержал маркиз. Его кулаки сжались от бессилия. – История повторяется снова. Но теперешний герой абсолютно беспомощен, а его соратники уже пали. Мир заплатит суровую цену за сто лет без больших потрясений. Скажи, ты уже восстановила [Бдительную Спутницу]?

– Да, но один посох, пусть и хороший, дела не решит.

– Ничего страшного, перекинь его обратно мне.

– Не делай глупостей, я тебя прошу, – в голосе маркизы отчётливо просквозила мольба.

– Не буду, – невнятно буркнул в ответ Жофруа.

– Я одного не понимаю, – промямлила Мери, аккуратно выглядывая из-за укрытия. – В катакомбах было очевидно, что Этельред опасался Пернатой, а здесь он словно другая личность. Ему вообще на всё наплевать. Он как будто упивается битвой, а в прошлый раз осторожничал, опасаясь пострадать.

– Он безумен, и всегда таким был, – ответила за мужа маркиза из парившего рядом волшебного глаза. – Когда имеешь дело с Этельредом, никогда не нужно воспринимать его за нормального, не следует применять к нему логику. Это не сработает. В его поступках не больше смысла, чем у безмозглого таракана. Во времена его службы Алой Богине, Рубиниэль единственная, кто мог на него реально влиять, но это было очень давно. Теперь ему никто не указ. Он и Обсидиана-то слушался поскольку-постольку.

– Простите, – подала голос жрица Алой, повернув голову к разговаривающим. – Я не ослышалась, вы сказали, что это Огненный Иерарх? Бог Огня? Тот самый, что предал Алую и переметнулся ко злу?

– Он самый, – вздохнул Жофруа, надавив себе на виски пальцами рук. – Двадцать лет назад в Эрлиге тоже был он. Тогда случилась целая площадь трупов. Было большой ошибкой брать его с собой, но у нас не было выбора. Нам его навязали.

– Даже представить боюсь существо, которое может навязать Бога Огня, – шмыгнула носом жрица.

– Я немного подслушала, – издала робкий вздох Дебра Камушек, моргнув своими большими глазами. – Все, кто учился в Эрлиге, знают историю про призванного демона. Вы хотите сказать, что это он?! Его призвала Красная Ведьма двадцать лет назад?!

– Там всё получилось гораздо сложнее, чем кажется, – сморщил лоб Жофруа, продолжая беспокойно наблюдать за тщетными попытками Ардо хоть что-то сделать демону. – Он всегда был особенным, он Огненный Иерарх. Его не могла призвать какая-то простая смертная. Никак. И даже богу призыв другого божества не всегда по плечу.

– Этого ненормального я бы точно не смогла призвать, – посетовала Мари-Авелин. – У него столько силы, что это просто невозможно.

– Тогда, кто же была Красная Ведьма? – начала догадываться Дебра.

– Есть единственное существо на свете, которое он слушал и мог позволить такой выкрутас с собой, – развёл руками маркиз.

– Рубиниэль Алая, – завершила фразу Мари-Авелин.

– Подождите! Попридержите-ка коней! – жрица попыталась переварить услышанную информацию, её лицо покрылось испариной. – Вы сейчас так спокойно говорите об этом, будто о простой пустяковине. Вы хоть понимаете, что эта информация способна взорвать весь Алый Храм как манобомба? Красная ведьма – это Алая Богиня?! Это же не правда? Вы же пошутили так?

– Стоит пытаться связаться с Рубиниэль, – Мари-Авелин прервала паузу в разговоре. – Возможно, ей удастся образумить своего огонька. У Сойки должен был сохраниться выделенный канал связи с Алой. Они же дружили раньше.

– Надо пробовать, – собрался с мыслями маркиз, открыв окошко консоли. – Я попрошу её установить контакт с Рубиниэль. Эту ситуацию необходимо решать, как можно быстрее.

– Бред какой-то… Ересь… – еле выдавила из себя жрица. С её глаз неожиданно закапали слёзы. Женщина стала сильно всхлипывать, шмыгая носом. – Вас тут столько великих собралось. Боги, не боги. Чего вам всем здесь понадобилось? Мы вам что плохого сделали? Нельзя было решить свои распри где-нибудь в пустыне, а? Пуляли бы огнём. Метали бы молнии, или чего вы там ещё умеете? Да и места больше. Нет, вам приспичило устраивать свои эпические баталии в густонаселённом городе. Это специально, чтобы жертв было побольше? Вы так спокойно заявляете, что Огненный Иерарх разрушит наш город одним движением своей руки, как будто мы для вас всего лишь кучка муравьёв, которых можно пожечь солнечным лучиком из очков, и забыть про нас, отправившись на обед. А как же наши мольбы и чаянья? А зачем мы возносили молитвы богам? Для чего? Чтобы узнать, что наша любимая богиня натравила на нас же демона? Мы просто игрушки в ваших руках? Наши жизни ничего не стоят?

– Мишель, успокойся, – Бруно подошел к жрице и положил свою руку ей на плечо. – У тебя истерика. Дыши глубже, и всё пройдёт. И не переживай, мы обязательно выберемся из этой передряги. И город никуда не денется. Ничего ему не будет.

– Сестра Мишель?! – взвизгнула от неожиданности Дебра Камушек. – Главная настоятельница Алого Храма в Конкорсо?! Это же вы! Я вас только что узнала.

– Какая из меня настоятельница, – продолжала реветь жрица, спрятав лицо за ладонями рук. – Никогда я не верила ни в каких богов. Родители отправили меня в жрицы, поскольку считали, что церковная карьера ­– отличная перспектива для талантливой дурочки, которую требуется удачно пристроить. А я не стала им перечить, и вот, дослужилась до главы храма в городе. И что с того? Богине на меня всё равно наплевать, а после сегодняшнего я и сама не хочу о ней ничего слышать. Если она такая же как эти, мне не нужно её покровительство и благословение. Пусть забирает себе свои чудеса, а с меня хватит!

Сестра Мишель вдруг вскочила на ноги и замахнулась своим посохом, остервенело ударив им об стену. Жрица повторила несколько раз тоже самое, пытаясь сломать посох о кирпичную кладку, но сил у неё уже не было, поэтому она, бросив бесполезные попытки, просто зашвырнула палку в сторону, а сама рухнула на землю, продолжая реветь и всхлипывать.

– Вот кто вас за язык тянул? – укорила Мери, обратившись к маркизу, который и сам был уже не рад, что разболтал лишнего. – Обязательно было сообщать всякую чушь прямо сейчас? Довольны последствиями?

***

Какая-то тягучая мутная пелена заволокла мысли Ардо. Он сам уже не понимал, где находится, продолжая махать своим мечом. Лишь лицо ненавистного ему врага, погубившего друзей, мерещилось перед глазами Меченосца. Ардо никогда прежде не испытывал такой сильной злости и отчаяния. Он просто не знал, как ему быть. Их отряд до сего момента с лёгкостью справлялся со всеми заданиями, не встретив никакого серьёзного сопротивления, но сейчас всё скатилось под откос. Ардо проклинал про себя агента Око за то, что вообще устроил эту резню. Но ещё больше герой бранил самого себя, что оказался недостаточно силён, не заметив своих слабостей за тщеславием. И вот теперь его дорогие друзья заплатили самую высокую цену за легкомысленность героя.

Ардо решил для себя, что если он выживет в этой битве, то непременно сложит с себя полномочия агента ордена Опеки Мира и попросит у Мудреца самого серьёзного наказания для себя, которое тот только будет в состоянии придумать. Если бы только ситуацию с Пернатой удалось разрешить ранее. И вообще, почему Мудрец не сказ ему, что лич – это Пернатая? Какой смысл был в её уничтожении? Вопросы, на которые не было ответов ураганом крутились в голове у героя, разжигая его ярость, но лишая возможности судить здраво.

– Уже выдохся? – громкий голос демона вывел Ардо из состояния забытья. – Судя по всему, я переоценил тебя. Давай, покажи уже, на что способен, «Бог-Бродяга»! Ну? Чего ты ждёшь? Выпусти свою ярость! Позволь ей взять над собой контроль! Будь зверем! Вот он я – убийца твоих друзей! Только руку протяни, и моя жизнь прервётся!

– Негодяй! – завыл Ардо, вперившись взглядом в ненавистного врага. – Закрой свой поганый рот! Демон недостоин даже упоминать Шейлу и Джорджа!

– Ты сюда в слова пришёл играть, или драться? – расплылся в безумном оскале Этельред. – Не будешь сражаться, я просто спалю этот городок вместе с предместьями и пойду дальше. Мне знаешь ли чертовски скучно, а эти ваши игры – полное фуфло! Ни сюжета, ни радости. Заявлюсь-ка я лучше к твоему шефу в башню – подпалю бородёнку трусу.

– Тебя остановят, – тихо ответил Ардо сквозь зубы. – Ты будешь корчится в муках!

– Да-да-да! – выдохнул демон, передразнив голосом Меченосца. – Сколько раз за жизнь я слышал эту сказку?

– Эт, хватит, – за спиной у демона послышался голос маркиза д’Мерле. Жофруа стоял, держа в руках свой отреставрированный посох с глазными яблоками на цепочках. – Достаточно на сегодня сражений. Угомонись.

– Желаешь присоединиться? – повернулся к своему знакомому Этельред, на автомате отбив рукой очередную попытку Ардо разрубить его. – Я не против, хоть какое-то развлечение.

– Не совершай ошибку, Эт, – примиряюще стал уговаривать маркиз. – Сражение закончилось. Не превращай нашу победу в поражение.

– Что вы все какие зануды? – поморщился демон. – То нельзя, это нельзя. Туда не ходи. То не делай. Сюда не суйся. Сиди как мышь, и не возмущайся. Я двадцать лет не показывал носа! Но теперь моё ожидание кончилось! Обсидиан возродился, значит великая война скоро возобновится с новой силой. Нужно привести себя в форму!

– Я прошу тебя в последний раз. Угомонись! – рявкнул Жофруа, начав терять терпение.

– А если нет? – с вызовом уставился на вампира Этельред. – Что сделаешь? Заплачешь? Эй? Ладно, будь по-твоему.

– Отлично, Эт, я рад, что здравый смысл восторжествовал, – вздохнул с облегчением маркиз.

– Я не закончил, демон! – заорал Ардо, сам того не понимая, как подливает масло в огонь.

– Да, угомонись ты уже, щенок! – рявкнул Жофруа на всю площадь.

– Подожди чуть-чуть. Я быстро закончу. Один удар, и всё – хвастливо заявил Эт, выхватив свой эльфийский палаш из ножен. Но вместо взмаха клинком, Этельред вдруг замер, уставившись на обнажённый меч. Демон стал внимательно изучать узор на мече, словно читая его, как книгу. И чем больше он погружался в раздумья, тем сильнее искажалось от злости его лицо.

– Эт, ты чего? – взволнованно спросил маркиз. – Мы договорились?

– Ты не знал, что у этого меча есть сестра, – вкрадчиво ответил демон. – Они всегда переговариваются друг с другом. Сообщают новости. Что видела сестра, станет известно и брату. Что пережил брат, ощутит и сестра. Получается, пока меня отвлекали здесь, мою дражайшую Лили пытались устранить в Эрлиге? Хороший план. Только глупый.

– Ты о чём вообще, совсем головой поехал? – забормотал маркиз, перепугавшись до жути. – Привиделось что-то?

– Да, привиделось, – кивнул головой демон. – Я ВАС ВСЕХ НА ЧАСТИ РАЗОРВУ! РАСЩЕПЛЮ НА АТОМЫ, НИКАКАЯ СИСТЕМА НЕ СОБЕРЁТ НАЗАД, ЭДЕМОВСКИЕ ПРИХВОСТИНИ! [СЫН ЗАРИ]!

Демон развернулся, взмахнув клинком, высвобождая вокруг себя вихри огня. Ардо кинулся на него в очередную самоубийственную атаку. Послышался свист рассекаемого воздуха, а затем и лязг меча. От удара демона Меченосец отлетел назад, словно от взрыва. После чего демон переключился на маркиза д’Мерле.

– Что на тебя нашло?! – заорал на своего знакомого Жофруа, подставляя посох перед собой для защиты.

– Решили отправить меня куда подальше, чтобы не мешал разобраться с Лили? Отвечай, когда ты спелся с Алл? Или работаешь на Эдема? Или и то и другое?

– Ничего из выдуманного тобой! – рявкнул в ответ Жофруа, совершенно не понимая причину произошедшей метаморфозы.

– ЛОЖЬ! – как раскат грома возвестил Этельред.

– Вижу, ты окончательно сбрендил, Эт, – раздосадовано вздохнул Жофруа, поняв, что боя не избежать.

– Хватит юлить! – прорычал демон, зажигая огненные крылья у себя за спиной. Его кожа покрылась мелкой ребристой чешуёй, а зрачки превратились в узкие вертикальные щёлки. Над ярко-красными волосами зареяла корона из пламени.

– Эй, парень! – обратился маркиз д’Мерле к Ардо. – Похоже, мы теперь в одной лодке. Подсоби, чем сможешь. Только прекрати бросаться на него как берсеркер, от глупых яростных выпадов не будет толку.

– Да… – промычал Ардо в ответ, еле сдерживаясь от злости.

– [Бледный Господин]! – крикнул Жофруа, взмахнув посохом. Скелет дракона, что был разрушен ранее Одноглазым Магистром, собрался вновь. Кости слетелись в единое целое со всей округи, словно привлекаемые волшебным магнитом. Практически за мгновение грозный дракон-нежить снова был в строю, а Жофруа восседал на нём.

– Решил использовать против меня кости моего же прошлого аватара? – взорвался негодованием демон.

– Вперёд! – Жофруа кивнул Ардо и направил дракона прямо на демона.

– Думаешь эти игрушки остановят меня? – Эт продемонстрировал хищный оскал.

– [Hyacinth Sol]! – костяной дракон по команде маркиза раскрыл свою пасть, изрыгнув поток синего замораживающего огня. Пламя, стелясь по земле, как туман, достигло демона и тут же растаяло в огне его крыльев, превратившись в редкую дымку, которая немедленно развеялась без остатка. От заклинания остались лишь следы инея на земле, но и они вскоре пропали.

– [Удар Меченосца] – Ардо неожиданно появился за спиной демона, но Этельред прекрасно всё видел. Он развернулся, заблокировав удар своим эльфийским палашом. В это время костяной дракон рванул в атаку, навалившись на демона всей своей массой.

– Отлично, сложу вас одним махом! – разошёлся Эт. Ардо опять получил сокрушающий удар, который он еле заблокировал, отступив на десять шагов от демона. А Эт продолжил. Его несколько взмахов меча разрезали череп костяного дракона, оставив глубокие рассечения. Кусок нижней челюсти заскрипел и отвалился, упав на мостовую. Жофруа снова взмахнул посохом, восстановив череп дракона в первозданном облике. Упавшая часть челюсти растаяла, а вместо недостающей части материализовалась новая.

– Отходим назад! – крикнул маркиз, приказав Меченосцу отступить. Ардо сморщил недовольную гримасу, но послушался.

– [Танец Падающей Звезды]! – с неба свалилась комета. Сойка со своим копьём внезапно спикировала на демона, сопровождая падение грохотом и всполохами алого огня. В этот раз демон не стал блокировать удар, а решил немного перемеситься в сторону. На месте падения Сойки произошёл взрыв, разметав вразброс булыжники мостовой.

– [Шквал Мечей]! – сфера серебристого металла, что парила рядом с Ардо, рассыпалась на сотни осколков, которые превратились в клинки разных форм и размеров. По команде Ардо они ринулись к демону, как залп стрел. Этельред отбил часть из них, что могли попасть по нему, остальные просто проигнорировал, позволив им воткнуться в землю рядом с собой. Ни один из мечей не смог ранить огненного демона.

– [Храмовая Колоннада]! – пропела Сойка, когда снова набрала высоту. По её желанию с неба одна за другой посыпались восемь полупрозрачных алых колонн, которые опустились рядом с демоном, создав вокруг него периметр.

– [Туманный Щит]! – маркиз заставил дракона выдохнуть белым, как молоко, маревом, заполнив пространство, очерченное внутри колонн.

– Решили запечатать меня таким жалким способом?! – взревел Этельред, запуская огненные всполохи во все стороны. Колонны покрылись трещинами, а туман немного рассеялся, но ни то, ни другое не исчезло сразу, выдержав удар.

– Не поможет! – крикнул Ардо, указывая на колонны, готовые вот-вот развалиться под напором буйствующего демона.

– Эта защита не от него! – ответил Жофруа. – Пригнись. Сойка будет бить в полную силу.

– [Божественный Сокрушитель]! – словно сами небеса возвестили о пришествии чего-то грандиозного. Сойка держала своё копьё, собираясь метнуть его.

– Нам уже приходилось раньше сражаться и побеждать божество. Она тогда нанесла финальный удар и заработала талант [Победительница бога], – разъяснил Жофруа для Ардо план. – В отличие от нас у Пернатой существует возможность нанести ему критический урон. Главное, чтобы Сойке хватило сил.

Пернатая, как и собиралась, метнула копьё точно в цель, попав в центр круга, обозначенного колоннадой. Именно там бесновался демон, пытаясь выбраться из-под действия сковавших его заклинаний. На месте попадания копья ярко вспыхнул шар плазмы, ослепив всплеском света площадь, как будто маленько солнце. Колонны обрушились наружу, а туман рассеялся, явив оплавленную воронку, в центре которой стоял потрёпанный, но далеко не поверженный демон, злобно скалясь, поглядывая на небо.

– И это всё? – рыкнул Этельред. – Я покажу вам, что такое настоящая мощь. [Искра]!

Демон щёлкнул пальцами свободной левой руки, моментально сотворив огненный заряд, спроецировав его на костяном драконе. Неживой монстр растворился в огне, лишь Жофруа, объятый пламенем, сумел выпрыгнуть из бушующего очага жара. Маркиз, изрядно обгоревший, сумел отбежать несколько метров от объятых огнём костей, пока ноги его не подкосились. Вампир упал, споткнувшись об вывороченный булыжник мостовой и остался лежать.

– ЖОФРУА! – раздался крик Мари-Авелин. Десятки магических глаз зажглись по округе. Вокруг маркиза сгустился туман, потушивший терзавшее его пламя, но сам он так и не поднялся.

– [Двойная Искра]! – разобравшись с маркизом, Этельред начал энергично щёлкать пальцами, пытаясь поймать в огненную ловушку Ардо, пока тот на предельной скорости стал метаться по площади в попытке избежать участи маркиза д’Мерле. Огненные разрывы пролетали мимо Меченосца, снося строения вокруг.

– Я из тебя душу вырву, чешуерожий! – завопили волшебные глаза, испепелив взглядом демона. – [Кошмары Страданий]!

Странные крики распространились вокруг, переливаясь как морское течение. Воздух, потяжелев, сам стал похож на воду. Какие-то невнятные чёрные тени стали появляться рядом с Этельредом, вращаясь вокруг него. Он даже перестал пытаться достать Ардо огненными искрами. Одна из теней решилась напасть, потянувшись к демону. Он развоплотил её одним лишь взмахом клинка, но за первой последовали остальные, атакуя без перерыва.

– [Последний Танец]! – выкрикнула Сойка, спикировав вниз, пока демона отвлекала Мари-Авелин. Пернатая закружилась, изображая замысловатую пляску и в тоже время скапливая на своих руках языки алого огня. Поравнявшись с демоном, она дотронулась до него ладонями. В следующее мгновение Этельред превратился в факел чистого алого цвета.

– РАРРГХ! – пронзительный рёв демона заставил прикрыть уши, настолько это было громко. Набежавшей ударной волной откинуло и Ардо и Пернатую и Жофруа, а все магические глаза враз полопались, окропив землю ядовито-жёлтой кровью. Даже алое пламя потухло, явив обожжённую перекошенную физиономию демона во всей красе.

– Да сколько же можно… – фраза нечаянно слетела с губ Мери. Воительница наблюдала за всем с расстояния, но даже отсюда жар, создаваемый демоном, обжигал кожу. Мери повернулась, чтобы посмотреть, как там Жизель, и с ужасом поняла, что маленькой вампирки нет на месте. Нервный вздох вырвался из груди Мери, когда она обнаружила свою подругу рядом с валявшимся на мостовой Жофруа. Видимо, вампирка, когда пришла в себя, заметила, что её отец лежит поверженный, и бросилась к нему.

– Вот и всё! – торжествовал демон, безумно улыбаясь. – Я вам покажу, как водить меня за нос. Надо было сразу отправиться на поиски Лили, а не связываться с вами. Но теперь вы заплатите за это. Вам уже всё равно, но предупрежу. Если хоть одно существо ещё раз хоть пальцем тронет мою Лили, то вам уже ничто не поможет. Запомните это, мертвецы! И передайте всем, кого встретите! А место, где стоит сей мерзкий город, ещё очень долго будут обходить стороной!

– О чём он вообще? Кто такая эта Лили? – мяукнул катус Певун, но ему никто не ответил. Внимание всех людей было приковано к демону.

– Я суть всепожирающего неугасающего огня, что существует только ради разрушения, – нараспев стал декларировать Этельред, – и дом мне – сердце пламени ада. [Огненный Иерарх]!

Раздался гром, над некогда чистым небом возникли багровые тучи, закручиваясь в подобии гигантского вихря. Какие-то звёздочки стали появляться среди облаков, образуя пёстрый мигающий узор. Их были сотни. Сотни и сотни сфер внешних вычислителей, ярко пылавших огнём. Встав в хоровод, они закружились в небесном водовороте, демонстрируя всю тщетность попыток сопротивления пред подавляющей мощью одного из сильнейших богов на свете.

– Этого не может быть… – пробормотал Ардо, еле поднявшись на ноги и задрав голову вверх. – Им же нет числа!

– Он стал гораздо сильнее, чем раньше! – еле сдерживаясь от досады с горечью заявила Сойка. – Если бы только Артур был с нами, он бы что-нибудь придумал.

– Вот оно, могущество, которое вы никогда не сможете побороть, жалкие черви! – загоготал Этельред. – Растворитесь в пыль по прихоти Бога Огня, непобедимого Огненного Иерарха. Я покажу каждому из вас, что бывает, когда мне переходят дорогу!

– Папенька, не умирай! – пискнула Жизель, когда подбежала к отцу.

– Я уже умер… Давным-давно…– тихо прошептал вампир, еле шевеля опалёнными губами.

– Это недолжно было так повернуться, – рядом с вампиркой парил последний оставшийся в строю волшебный глаз Маравелин. – Я его ни за что не прощу! Я не успокоюсь, пока Обсидиан не вышвырнет это отрепье из наших рядов. Ему не место среди нас!

– Что там с порталом? – спросил Жофруа у маркизы.

– Не получается создать… – обречённо ответила ему супруга. – Я пытаюсь, но что-то мешает. Слишком много ресурсов системы уходит на его внешние вычислители. Он заграбастал все мощности. Я даже представить себе не могла, что он настолько чудовищно силён. Это уже уровень старших, а может, даже и больше!

– Значит, настало время прощаться, – вздохнул Жофруа.

– НЕТ! – из магического глаза послышалось всхлипывание. – Я что-нибудь придумаю, я вытащу вас от сюда, дайте немного времени.

– У нас его нет, Авелин, – перебил свою супругу маркиз. – Наше время закончилось здесь.

– Совершенно верно! – согласился с ним демон, надменно уставившись на поверженного вампира.

– Я не позволю тебе его и пальцем тронуть! – пискнула Жизель, заслонив отца.

– Уйди с дороги, кукла, – взглянув исподлобья на маленькую вампирку, буркнул демон. – Не хотелось бы ломать детские игрушки.

– Это ты уходи! – упрямо заявила Жизель.

– Во разошёлся! – к Мери обратился кто-то, но она не стала вслушиваться.

– Надо ей помочь! – воительница пыталась заставить себя двигаться, но от страха не могла и шевельнуть ногой.

– Чего ты переживаешь? Ещё ничего и не случилось. Так, небольшой разогревчик, – последовала ещё одна раздражающая реплика.

Мери с негодованием повернула голову, чтобы обнаружить там старую знакомую. На женщине как всегда были надеты синие потёртые джинсы и чёрная линялая футболка. Алл, как и прежде, ухмылялась, обнажив свои нечеловеческие треугольные зубы. Мери вздрогнула, когда поняла, кто на самом деле с ней разговаривал.

– Вас ещё здесь только и не хватало, – попыталась нагрубить Мери.

– Именно меня, – нагло заявила Алл, направившись прямиком к демону, оставив обескураженную воительницу позади. – Эй! Огненный! Заканчивай свой перформанс! Брейк!

– А вот и виновница всего пожаловала! Я тебя на куски порву, старая вешалка! – заревел демон.

– Ага-ага, уже трясусь, – закивала головой Алл, достав стеклянную колбу с длинным узким горлышком. – Иди сюда, прохиндей!

Как только Алл протянула бутылочку вперёд, демона засосало внутрь так быстро, что он даже не успел издать рык. Алл ловким движением руки закупорила пробку, и сразу после этого огненный вихрь, бушевавший над городом, пропал. Чистое синее небо снова раскинулось над Конкорсо.

– Спасены… – послышался обессиленный голос Мари-Авелин.

– О, а тут знакомые всё лица! – наигранно удивилась Алл, подойдя к лежащему на мостовой Жофруа. – Неплохо он тебя отделал. Но, ты уж сам виноват. Надо было поддерживать себя в форме. На фитнес бы сходил, чем просиживать штаны на троне столетиями напролёт.

– Обойдусь без твоих наставлений, учитывая, что ты и заварила всю кашу, – прошептал Жофруа.

– Как знаешь, большой уже, – беззаботно ответила ему Алл, переключившись на Ардо. – А вот и наш вундеркинд.

– Мы не знакомы, – Меченосец недоверчиво скосился на странную женщину.

– Знакомство – дело пяти секунд! – приветливо помахала ему рукой Алл. – Местные называют меня Мать. Но мне это прозвище не нравится.

– М-мать?! – опешил Ардо.

– Угу, я предпочитаю, чтобы ко мне обращались…

– Алл! – выпалила Сойка, приземлившись рядом с Меченосцем.

– Привет, пернатым! – взмахнула рукой странная женщина. – Вижу, орешек пошёл тебе на пользу? Потом спасибо не забудь сказать. За него уплачена приличная цена, между прочим.

– Полгорода погибло, – ответила Сойка. – Вот цена!

– А ещё береговую линию дальше за городом разворотило. А у нас даже карт не осталось, чтобы её восстановить, – пожаловалась Алл. – Полигон же давно тю-тю.

– И что теперь всех нас ждёт? – из магического глаза раздался голос Мари-Авелин.

– Наказание, конечно! – безапелляционно заявила Алл. – А вы что от меня ждали? Раздачу почётных грамот? Кто я по-вашему такая?

– Наряду с Отцом, Виктором Эдемом, она одна из основателей ЭСКАПИСТ-4, – недовольно выдавил из себя Жофруа. – А на данный момент генеральная контролирующая и античит программа с неограниченными полномочиями, известная под названием «Аллергия».

Глава 36. Предложение, от которого невозможно отказаться

Пока Жофруа д’Мерле представлял Алл, та сделала театральный поклон, мимоходом ехидно оскалившись. На её лице появилось выражение удовлетворённости происходящим. Алл скрестила руки на груди и пронзительно оглядела всех, кто стоял рядом, оценивая каждого без исключений. Когда её взгляд столкнулся с взглядом Жизель. Маленькая вампирка не выдержала напора и словно вжалась в землю.

– Чего дрожишь? – ухмыльнулась Алл, немного сбавив обороты. – К тебе как раз претензий нет. Впрочем, и остальные могут немного расслабиться, поскольку первое место по выговорам уже занято. Его поделили два красавца.

Алл достала две круглые колбы с длинными горлышками, продемонстрировав их в вытянутых руках всем желающим. В одной из них продолжал бесноваться крохотный Этельред, тщетно пытаясь разбить стекло. В другой, насупившись, с недовольным видом расположился Одноглазый Магистр собственной персоной.

– Так он выжил! – воскликнула Жизель. – Смотрите! Одноглазика тоже поймали!

– Ещё бы! – рассматривая Магистра, Алл усмехнулась, состроив ему рожицу. – Я не знаю, где у него в этой форме существования находится пятая точка, но, полагаю, именно она ответственна за его парадоксальную способность ускользать от неминуемых тумаков. Он телепортировал себя за три миллисекунды до получения фатальных повреждений от огня. Что-что, а сваливать от опасностей Око всегда умел вовремя. Только портал вёл не совсем туда, куда он хотел.

– А ну-ка, выпусти меня от сюда! – разразился визгливой триадой маленький Этельред в соседней колбе. – Как будто какое-то стекло меня остановит! Открой сейчас же пробку!

– Цыц! – Алл потрясла бутылку с демоном, как погремушку, заставив того моментально успокоится. – Мне как раз потребовался рейд-босс. Изначально я хотела припахать Одноглазого, но на роль финального испытания он не тянет, не тот типаж. Такой может разве что убить смехом, когда его враги узрят сие нелепое создание. А вот огненный демон – другое дело. Демоны, скажу я вам по секрету, прекрасно подходят на должности всяких злодеев, монстров, боссов подземелий и прочего технического персонала, от которого требуется дышать огнём, издавать странные звуки и просто пугать прохожих людей.

– Правда? – округлила глазки Жизель.

– О, да… Сама посмотри. Во-первых, демонов не жалко, – начала загибать пальцы Алл. – В самом деле, кто будет переживать, если одним демоном в мире станет меньше? Правильно! Никто. Во-вторых, их не надо учить, как вести себя, представляя силы зла. Демоны в общей своей массе и так всё это прекрасно умеют. Ну, а в-третьих, надо отдать им должное, эти черти не лишены чувства стиля, который крайне необходим большинству злодеев. Весь этот инфернальный антураж: огненные всполохи, рога, хвосты, страшные рожи. Всё это помогает создать нужный настрой в повествовании, придав банальному душегубу нотку мистичности и некой инакости его происхождения. К примеру, демон не виноват, что он демон. Само мироздание сделало его таким, каков он есть, что позволяет проникнутся к проходимцу не только ненавистью, но и проявить некую долю сострадания к нему. Так что, наш общий знакомый подойдёт в самый раз. Заодно и нарушение отработает. Что касается вас, дорогие мои. То мне бы хотелось, чтобы ваша прекрасная команда «Живодёры» приняла активное действие в качестве участников ивента.

– Благодарим, не интересует, – ответив за всех, сразу отказалась Мари-Авелин, уставившись на Алл из волшебного глаза.

– А кто вас спрашивал? – продемонстрировала треугольные зубы Аллергия, и тут же поманила пальцем Мери, всё ещё ошивавшуюся в некоторой стороне от происходившего разговора. – Мери, дорогуша, хватит пялится издалека, как не своя, подойди поближе! Тебя это тоже касается. Да, и приз не плохой. Вот юный герой наверняка желает спасти своих друзей?

– О чём вы говорите? – взволнованно спросил Ардо.

– Хм… Допустим так. Злобный демон взял в заложники Шейлу и Джорджа. Необходимо его победить, чтобы неразлучные друзья снова объединились! – продекламировала Алл, явив рамку консоли, которая показывала тюремную камеру в незнакомом подземелье. В ней непонимающе озирались жрица Шейла и воин Джордж. – Я их подлатала, как смогла, так что, если победишь, получишь своих друзей в целостности и сохранности. В пакет призов входит восстановление конечностей тем, кто активно пытался от них избавится ранее.

– Вы хотите сказать, что мои друзья целы и невредимы? – изумился Ардо, внимательно рассматривая экран. – Как это возможно? Они же попали под прямой удар! Если это какая-то глупая шутка?

– Тихо-тихо, не кипятись, – прервала его Алл. – Я кто по-твоему такая? Спасти двух смертных не проблема, если их данные ещё не загрузились в инкарнационно-распределительную машину. А дальше восстановить их было совсем легкотнёй. Оперативников ЭДЕМ регулярно приходится восстанавливать после потери полоски жизней. Я просто немного воспользовалась своим служебным положением.

– Это нарушение! – крикнула Мари-Авелин.

– Хочешь поговорить о нарушениях? Пожалуйста, – приняла вызов Алл. – Использование актов незаконной телепортации, да ещё и без предварительного уведомления. Применение божественного ритуала для достижения личных интересов. Я имею ввиду потопление кораблей Альянса. Использование своего апостола, по совместительству мужа, для получения перевеса в войне. Разглашение резидентам мира конфиденциальной информации технического характера. Участие, пусть и косвенное, в сражении богов, что вообще строжайше запрещено в руководстве по качеству. Продолжать?

– Нет… – скромно ответила Мари-Авелин.

– Вернёмся к моему предложению. – Алл уставилась на Ардо. – Выполнишь квест – и твои друзья свободны.

– Я согласен, – склонил голову Ардо. – Если вы обманули меня, пусть это будет на вашей совести. Но у меня был ещё один товарищ. Скажите, что стало с Сильверрейном?

– Это тот серебряный дракончик? – приподняла бровь Алл, словно вспомнила о чём-то мимолётном.

– Да!

– Он сбежал докладывать Белому Мудрецу о вашем провале, разочаровавшись в своём предводителе, – нарочито печально и трагично констатировала Алл, немного призадумавшись. – Его спасать не нужно. Он сам себя спасёт, если пожелает.

– Хотя бы он жив, – успокоился Ардо. – Если он решил, что я плохой лидер, так тому и быть. Я не буду спорить. Это читая правда.

– Депрессивные герои не укладываются в нашу концепцию повествования, – хихикнула Алл. – Так что, давай-ка без нытья.

– Как скажете, – в словах меченосца не было ни капли энтузиазма.

– Таким образом один участник у нас уже есть, – подытожила Алл. – Осталось подобрать ему достойных спутников. Вот здесь нам и поможет команда «Живодёры»!

– Дальше должно быть всеобщее ликование, видимо? – язвительно заметила Мари-Авелин

– Меня интересуете не вы, старичьё, – сморщила лицо Алл. – Какой смысл использовать артиллерию, чтобы вывести муравьёв из сада? Итак, предложение номер два! Супер-пупер волшебный девайс для общения любящей дочери и отца.

– Ты в своём уме?! – вскричала Мари-Авелин, увидев, что достала Аллергия из заднего кармана джинсов. – Эта вещь недопустима! Оборот переговорных устройств, способных устанавливать связь с внешним миром ограничен даже для руководящего персонала!

– Это я решаю, что допустимо, а что нет! – рявкнула на неё Алл, заставив замолчать. – Повторяю ещё раз для Мери Уолкер. Согласишься учувствовать в мероприятии, и аппарат твой, без шуток. Демонстрировать действие игрушки повторно я не буду. Сама видела, на что способна эта штучка.

– Я должна буду работать с ним? – недоверчиво хмыкнула Мери, кивнув на Меченосца. – Это как-то уж слишком. Он же часть вражеской армии. Как ему можно доверить свою жизнь?

– Я тоже против, – возмутился Ардо.

– Так дело не пойдёт, – Алл пресекла протест на корню. – Или работаете в одной команде, или сделке конец. Друзья этого молодого человека распадутся на атомы, а уважаемая воительница никогда в жизни не сможет услышать голос своего горячо любимого папаши. Столько усилий, а в сухом остатке нарисовалась плохая концовка, потому что по глупой нелепице был выбран один единственный неверный вариант в диалоге.

– Если только на одну миссию… – тут же сдулся Ардо, услышав про своих друзей. – Если вы не против?

– А куда мне деваться? – раздражённо выпалила Мери. – Похоже, придётся работать вместе.

– Отлично! – хлопнула в ладоши Алл. – Всё-таки умею я уговаривать. Теперь следующая. Жизель д’Мерле.

– Оставь мою дочь в покое! – зашипела Мари-Авелин.

– Призом для юной вампирки-невампирки будет снятие обвинений в нарушении для её родителей. По-моему, отличное предложение! Юная дева спасает своих пропащих отца и мать от неминуемого наказания, божественной кары. Какой накал! Какой трагизм!

– Если вместе с Мери, то можете меня записать, – тихонько, но решительно заявила Жизель.

– Не надо… – простонал Жофруа д’Мерле, пытаясь предостеречь свою дочь. – Не связывайся с ней.

– Всё в порядке, папенька, маменька, – улыбнулась Жизель. – Не переживайте за меня. Всё обязательно будет хорошо.

– Вот это настрой! Таким и должен быть настоящий приключенец! – похвалила Аллергия. – Что касается вышеупомянутых обвиняемых, я имею ввиду чету д’Мерле, то дожидаться разрешения ситуации они будут в Промисе по адресу прописки, то есть в замке Чёрный Дрозд. Считайте, что это домашний арест.

– Славно! – фыркнула Мари-Авелин. – Считаешь, что всех нагнула в очередной раз? Как бы не так! Смотри, не распухни от самоуверенности.

– Я постараюсь, – хлопнула в ладоши Алл. В это же время маркиз с маркизой исчезли, словно их и не было. – Не переживайте, они отправлены по месту назначения наказания, иными словами к себе домой. Что касается команды. Трое уже есть. А там, где трое, там и четверо. Эй кот-музыкант, не желаешь побыть штатным менестрелем в одном незабываемом приключении? У хорошей истории всегда должен быть запоминающийся саундтрек.

– Я? – подал голос притихший Певун.

– Взамен получишь увеличение известности. В каждом трактире будут распевать твои песни! Гарантию даю!

– Я бы и без этого попросился в поход, – мяукнул Певун. – Но раз сами предложили, то пусть будет так. От славы не отмахиваются!

– Осталась я! – помахала рукой Сойка.

– Но что с тобой делать? – призадумалась Алл. – Ладно, я сегодня добрая. Можешь помочь детворе, но взамен до конца задания получишь неснимаемую печать, ограничивающую уровень до сотого. В качестве награды по истечении миссии я подкину тебе пару зелий [Восстановления Уровня].

– По рукам! – легко согласилась Пернатая. – Должен же за малышнёй кто-то присмотреть.

– А это оказалось легче, чем я предполагала, – окинула взглядом вновь собранную команду Алл. – Интересный состав. Осталось только придумать название.

– Мне всё равно, – пробубнил Ардо.

– Тогда давайте оставим «Живодёры», – предложила Жизель.

– Я знала, что ты так скажешь! – выкрикнула Сойка. – Обновление легендарной команды пойдёт только на пользу. Я «за».

– Ты действительно не против? – Мери обратилась к совсем поникшему Ардо.

– Делайте как хотите, – немного подумав, ответил тот. – А я буду делать всё, чтобы спасти своих друзей.

– Нам придётся работать в одной упряжке, – сурово посмотрела на героя Мери. – Я не хочу иметь дело с предательством или кидаловом в самый ответственный момент.

– Не волнуйтесь, – герой пристально посмотрел воительнице прямо в глаза в ответ. – Я выполню всё, что от меня требуется в рамках нашего похода. Можете на меня рассчитывать, но только в пределах похода. Как работа будет сделана, я заберу Шейлу и Джорджа и уйду.

– Раз все разногласия утрясены, настало самое время назвать цель путешествия, – торжественно объявила Алл. – Вам предстоит отправится далеко на северо-запад славного королевства Статера. Найти в дремучем непролазном лесу гиблую топь, уже там разыскать древнюю крепость и сразить босса, засевшего в замке, в самой высокой-превысокой его башне. Главный приз, кроме выше названных – победитель получит в своё безраздельное пользование вышеозвученное укрепление. Сразу предупреждаю, принцессы в комплект бонусов не входят, поскольку данная концепция устарела и истёрта до дыр.

– А зачем нам крепость? – поинтересовалась Жизель. – У папеньки уже и так есть несколько.

– Затем, что это не простая крепость. Фортеция носит имя Сульфидиум.

– Крепость Виктора Эдема, Отца?! – ахнула от удивления Сойка. – Это же легенда! Её ведь так и не нашли.

– О, ты в курсе! – осведомилась Алл. – Тем лучше, это избавит меня от мороки объяснять подрастающему поколению, насколько великолепен главный приз. Сама им всё растолкуй. Я же сосредоточусь на другом. Так уж вышло, что вы будете не одни пытаться победить. И вашими противниками выступают серьёзные ребята. Скажем так, ещё одна команда высококлассных авантюристов вот-вот получит предложение вступить в игру. И у меня есть предположение, что они согласятся участвовать и будут очень замотивированы победить. Так что нечего расслабляться! Я и так вам предоставила небольшую фору в пару дней, считайте это актом наивысшего благоволения.

– Осталась одна совсем маленькая проблема, – вздохнул Ардо. – Я боюсь, что всё мероприятие – один сплошной фарс. Вы серьёзно решили, что наших сил будет довольно, чтобы справиться с демоном? Я с ним уже бился. Мне он не по зубам, остальным – тем более. Признайтесь честно, решили посмеяться над нашей неизбежной неудачей?

– Вовсе нет, как можно было до такого додуматься? – лукаво ухмыльнулась Алл. – Я не могу вдаваться в подробности испытания, но гарантирую, что главный босс будет понерфлен, до разумных пределов.

– Простите, а что такое «понерфлен»? – поинтересовался катус Певун, протянув правую руку вверх, как на учёбе.

– Пардон, мне редко приходится иметь дело с дремучими местными, – издала смешок Алл. – Считайте, что незабвенный Этельред, лишится своих особо буйных способностей, на момент проведения мероприятия. А вообще, раз уж ивент уникальный, по такому случаю разрешаю каждому из вас официально использовать консоль пользователя. Там найдёте всю необходимую информацию. Жизель, Мери, будьте любезны, просветите тех, кто не знает, как пользоваться этой опцией.

– И что нам делать с этой крепостью, если победим? – Ардо продолжал недоверчиво изучать Алл, пытаясь разобраться, что она из себя представляет.

– Что хотите, – беззаботно отмахнулась Аллергия. – Интересные функции у данной локации есть. Но негоже раскрывать все сюрпризы раньше срока. Кстати, пока мы разговаривали, я поняла, что забыла очень важную вещь.

– И какую же? – подала голос Жизель.

– Команде обязательно нужен маскот! – Алл щёлкнула пальцами, и рядом с ней материализовался жаб Раймунд. Крапу стал глупо оглядываться, пялясь своими выпуклыми глазами по сторонам. Телепортация привела его в замешательство, а копьё, которое он сжимал в руках угрожающе приняло боевую стойку.

– Сир Раймунд! Не гневайтесь! – подбежала к жабу-рыцарю Жизель. Вампирка принялась сбивчиво рассказывать ему о произошедшем, а крапу внимательно слушал, кивая с серьёзным лицом.

– Я много не понял, – с достоинством заявил Раймунд. – Но мне абсолютно ясно, что сеньор д’Мерле в серьёзной беде. Я поклялся отплатить за своё спасение и от слова своего не отступлю. Я отправляюсь вместе с вами на это важное задание и сделаю всё, что в моих силах, чтобы его выполнить подобающим образом.

– Великолепно! – развела руками Алл. – Таким образом у нас сформирована команда №1 для участия в ивенте. Осталось дело за малым. Подключить к соревнованию команду №2, но это дело практически решёное, так что я советую вам после небольшого отдыха выдвигаться как можно быстрее.

Алл вдруг хлопнула руками и воздух вокруг стал вязким, как кисель. Звуки притупились, а все, кто находился рядом замерли в виде истуканов. Мир застыл, словно превратившись в диораму. Единственная, кого не коснулась эта участь оказалась Жизель.

– Удивлена? – спросила Алл, убрав с лица легкомыслие.

– Очень, – призналась юная вампирка.

– За них не переживай, отойдут через пару минут, когда мы вернёмся. Я хотела поговорить наедине с той, кому удалось вызвать [Рассказчика] к жизни. Я уж думала, что он окончательно сломался и не функционирует, но тебе каким-то образом посчастливилось смахнуть пыль с дармоеда. Не хочешь немного прогуляться?

– Если так нужно, – робко согласилась Жизель.

– Не трусь! Ничего страшного не произойдёт, – успокоила её Аллергия, заставив себя и вампирку воспарить в небо на высоту полёта птиц. Жизель осмотрела разрушенный город, который, впрочем, начал потихоньку понимать, что ужас сражения подходит к концу. Основные части Альянса были отброшены из города вырвавшейся нежитью, а флот почти весь затонул, не считая нескольких судёнышек, успевших удрать от гнева Маравелин. Войска Конкорсо, изрядно потрёпанные, постепенно, квартал за кварталом брали город под контроль, вылавливая оставшихся там неприятелей, в то время как нежить, выполнив задачу, колоннами возвращалась обратно в Катакомбный Лабиринт. А чуть дальше за городом сухопутные подразделения Альянса Синего Моря, не успевшие принять участие в сражение, подняли пыль, отходя прочь от не сдавшегося града. Несколько батарей орудий были брошены. Но привлекло внимание Жизель не это всё. Далее за городом скопились странные механизмы в виде серых кубов, пирамидок и прямоугольников. В береговой линии зияла огромная воронка, в которую затекла вода, образовав соседнюю с городом бухту, не уступавшую ему в размерах. То было последствием заклинания Одноглазого, которое сумел отбить Этельред сотворив стену из огня. Механизмы деловито сновали вокруг новообразовавшейся гавани и слой за слоем восстанавливали исходные очертания берега, но даже чудо-машинам потребовалась бы уйма времени, чтобы исправить то, что наворотил Одноглазый Магистр.

– 3D-печать местности – удивительная технология! – указав на машины, похвасталась Алл. – Но к сожалению подробные карты-модели не сохранились, точнее я не знаю, куда их запрятал один несносный тип. Придётся восстанавливать всё по памяти. Что за морока.

– И они вернут всё как было? – удивлению юной вампирки не было предела.

– Они постараются, – подмигнула Алл.

– У папеньки была подробная библиотека карт. Я могла бы попросить у него?

– Ваши карты тут бесполезны. Но спасибо за предложение. Если у меня ничего не получится, я воспользуюсь ими. Мне же хотелось сейчас поговорить о другом. В то время, что я нахожусь здесь, я только и делаю, что ставлю в угол заигравшуюся детвору, но стоит и подарить конфетку тем, кто вёл себя хорошо. Могу лишь сказать. Умничка! Всё сделала, как надо, – на лице Алл появилась злобная торжествующая ухмылка.

– Мне ничего не нужно, только пусть у маменьки и папеньки всё будет хорошо, – смутившись, попросила Жизель.

– Дело не в чете д’Мерле. Пусть сами отвечают за себя. Сейчас я хотела бы подарить ценный презент лично тебе. – Алл протянула руку, в которой уместился небольшой мраморный кубик с железными прожилками. – Если потребуется открыть какую-нибудь заковыристую дверь, это самое то.

– …? – не понимающе хлопнула глазками Жизель.

– Этот девайс называется [Одноразовый Универсальный Ключ]. Он способен очень сильно повлиять на всю систему мира, но только один раз. Такие подарки не раздают просто так. Но сейчас нужно соблюсти баланс. И к добру или к худу, но равновесия удастся достичь только такой штукой. Поэтому я передаю тебе её.

– А почему я?

– Просто так положено. Система гарантирует сохранность наших данных. Но в твоём случае произошла перезапись. Считай это компенсацией за технические работы перед обновлением сервера.

– А что оно может? – спросила Жизель, аккуратно взяв в руки кубик.

– Некоторые считают, что почти всё, – честно призналась Алл.

– Получается, это как одно желание? Как в сказке? Тогда, можно вылечить Луизу! – обрадовалась Жизель, указав на гигантскую стрекозу, которая распласталась прямо по среди одного из кварталов города. Меганевра уцелела, но у неё не хватало двух задних ног, откушенных драконом Сильверрейном, а при падении стрекоза поломала ещё и крылья и теперь беспомощно лежала не в силах даже подняться, не то, что взлететь.

– Совсем наивная, да? – Алл отвесила лёгкий подзатыльник Жизель. – Перестань говорить ерунду. Если хочешь, я сделаю вид что не слышала тебя, а стрекозулище отправлю к твоим родителям, они сами её подлечат. Или свяжутся с Адель. Гигантская императорская меганевра относится к исчезающему виду и имеет право на поблажки и охрану. Но предупреждаю в последний раз, не трать куб на пустяки. Ибо он способен обойти законы системы. Не стоит использовать его на то, чего можно добиться в рамках установленных правил. Это расточительство и глупость. Уяснила?

– Да! – кивнула Жизель.

– Про куб молчи! За него вполне могут убить десять раз подряд.

– Я поняла, не ругайтесь, – задрожала Жизель спрятав куб с глаз.

– Молодец, быстро соображаешь. И раз подарок вручен, не смею более тебя задерживать. Время возвращаться к остальным, – произнеся последнюю фразу, Алл начала снижение к земле. – Когда спустимся, меня уже не будет, так что не теряйтесь. Лучше сразу приступайте к заданию. Поверьте, времени у вас совсем не много. И, удачи! Она вам понадобится.

***

Сильверрейн пришёл в себя от надоедливого скрипа, периодически раздававшегося рядом с левым ухом. Открыв глаза, дракон понял, что находится в человеческом обличии. Тесная кровать или скорее широкая доска с натянутой на неё простынёй мерно раскачивалась. В такт этому раскачиванию и скрипело пронзительно колесо. Сильверрейн понял, что находится в движущейся повозке. Осознание этого пришло вместе с болью, поскольку кибитка подпрыгнула на очередном ухабе. Грудная клетка заныла, заставив дракона стиснуть зубы. Боль была такой сильной, что пред глазами Сильверрейна залетали разноцветные мухи. Он замер, ожидая, когда наконец отступит приступ. Потихоньку ему стало легче, и Сильверрейн даже немного осмотрелся, приметив несколько интересных деталей интерьера. Хозяин кибитки был явно занятным существом. Внутри на стенах висели миниатюры с изображением мифических животных. Рядом с лежанкой соседствовал столик, на котором расположился кухонный набор, но немного меньшего размера, чем обычно привык пользоваться взрослый человек. Задняя стена кибитки была превращена в полку, где красовались несколько десятков книг. Сильверрейн с раздражением понял, что ни одно название, начертанное на корешках, ему не знакомо, а он считал себя знатоком-букинистом. И, наконец, сразу над головой раненого располагалось окошечко, из которого струился мягкий дневной свет.

Сильверрейн попытался приподнять голову, чтобы разглядеть через окно возницу, но вместо этого получил ещё один приступ боли, почти парализовавший его своей силой. Однако сидевший на козлах сам заметил, что его гость пришёл в себя и подал знак рукой.

– Доброго вам дня, господин дракон, – поприветствовал он почтительно раненого. – Я бы не рекомендовал вам сейчас шевелиться без нужды. Раны-то ваши едва затянулись. Вы меня послушайте, так скверно переломать рёбра нужно было ещё постараться. Мне пришлось истратить на вас весь свой запас заживляющих зелий, иначе пришлось бы вам совсем худо.

– Я не знаю с кем говорю, – прошептал Сильверрейн и тут же пришёл в тихий ужас от своего слабого еле различимого от походного шума голоса.

– Меня зовут Тор Хельгусон, к вашим услугам, – приветливо кивнул незнакомец. – Но вам это ни о чём не скажет. Там, где вращаетесь вы, меня больше знают под прозвищем агент «Импресарио».

– Значит, в городе действовали не только агенты «Око» и «Защитник»? – догадался Сильверрейн. Картина в его голове, наконец, начала складываться в подобие единого целого. Мудрец был не настолько глуп, чтобы доверить дело одному Ардо. А Око всегда слыл слишком увлекающейся натурой. Значит была и подстраховка? Но теперь это уже не имело смысла, ведь их миссия всё равно оказалась провалена.

– Не переживайте вы так, господин дракон, – словно догадавшись о чём думал Сильверрейн, произнёс гном. – У всех нас бывают неприятности, главное не расслабляться и не опускать рук, и тогда успех не заставит себя долго ждать.

– Легко сказать, – сквозь зубы прошипел Сильверрейн. Воспоминание того, как играючи Пернатая разобралась с ним в один удар, больно задело самолюбие дракона.

– И уж тем более не берите в голову, что вас победили, – посоветовал агент Импресарио. – Подумайте, вы сражались с самой Пернатой и умудрились выжить. Можете гордится собой. Это действительно достижение, до которого многим и многим никогда не добраться.

– Хватит утешать меня! Это унизительно! – запротестовал Сильверрейн, но очередной наплыв боли заставил его опять стиснуть зубы и замолчать

– Полно вам сокрушаться, – возразил гном. – Вы лучше сейчас вообще не о чём не думайте. Вам отдыхать нужно. А то рёбра не зарастут. Тем более, у вас ещё и трещина, скорее всего, была в позвоночнике. Судя по вашему поведению и уровню боли. Но вы не волнуйтесь. Зелья у меня качественные. За пару дней оклемаетесь. Незаметно будет, что поломались.

– А что стало с битвой? Кто победил? – выпалил Сильверрейн, борясь с нарастающей болью.

– Эко вам неймётся, – расстроенно вздохнул гном. – Но если хотите, то пожалуйста. Альянс проиграл. Корабли потопили. Наземные войска разбежались. Боюсь, что агент Око сам способствовал панике, обернувшись в истинную форму. Но и Конкорсо досталось. Город в руинах. Тяжело его будет восстанавливать. Много средств потребуется.

– Так и думал… – помрачнел Сильверрейн. – Полный провал.

– Правды ради, врагам тоже досталось.

– А что стало с Ардо? – Сильверрейн долго откладывал этот вопрос, но наконец решился.

– Агент Защитник? Жив. Живее всех живых, – чуть задумавшись, пояснил гном. – Но, боюсь, что для ордена господин Меченосец стал какое-то время недоступен. Ему пришлось вынуждено объединиться с врагами.

– Проклятье! Ардо добр и наивен. Что они ему напели? – попытался повысить голос Сильверрейн. – Наивный дурак. А ведь я предупреждал его, чтобы не развешивал уши по чём зря.

– Куда катиться наш мир, господин дракон, – прервал Сильверрейна Тор, – если такие положительные качества, как доброта и наивность теперь записывают в пороки личности? У него своя голова на плечах, у вас – своя. Вот дорожки ваши и разбежались. Ничего, встретитесь ещё и от души посмеётесь при встрече.

– Я им это припомню! Семейство д’Мерле ответит за свои козни! Это они всё задумали! Они заманили нас в хитрую ловушку! – начал накручивать себя Сильверрейн.

– Не соглашусь я с вами, – спокойно изъяснился Тор Хельгусон. – Маркиз д’Мерле человек, конечно, серьёзный, но тут он, скорее, плыл по течению и импровизировал, чем пытался что-то организовать. Я бы сказал, что в битве победили обстоятельства, а ни какая-то из сторон. Мое мнение, если вам будет угодно. Получилась добротная ничья.

– Да какая же тут ничья?! Пернатая вырвалась на свободу. Войска рассеяны. Два агента выведены из строя, при чём один из них теперь работает на врага!

– А кто вам сказал, что целью операции было уничтожение Пернатой или тем более города? – осадил своего собеседника гном. – Мы предполагали, что нужная вещь находится у Пернатой. Но оказалось, что сферой владел совсем никому неизвестный бедный рыцарь. Вот такая ирония приключилась. А сфера теперь у нас.

Гном протянул руку в окошко, чтобы продемонстрировать небольшой хрустальный шар, перемигивавшийся то зелёным, то жёлтым. Сильверрейн припомнил, что именно этим артефактом пользовался старик, который руководил отрядом защитников города. Но дракон не мог понять, как эта вещь попала к гному.

– Очень просто всё! – опять догадавшись о чём думает дракон, сознался гном. – Всё дело в моей способности. Меня не зря называют агент Импресарио. Меня замечают или не замечают по моему желанию. Это значит, я могу сделать так, что никому не будет до меня дела. Я присутствовал при вашей последней битве, но никто не смог даже приметить одного гнома.

– Невероятно… – недоверчиво пробормотал Сильверрейн. – Как ты прошмыгнул мимо меня? Мой нюх нельзя провести трюками.

– Выходит, что можно, – развёл руками гном. – Битва, я вам доложу, знатная была. Давно я такой не видал. Смотрю, наблюдаю, значит. И отказываюсь верить своим глазам. Артефакт невиданного могущества, принадлежавший настоящему богу Бродяге, одному из девяти старших, в руках у какого-то мелкого дворянина из Конкорсо. А наши эксперты в один голос уверяли, что камнем владела Пернатая. Вот Мудрец удивиться! Когда рыцаря сразили, и камень выпал из его рук, я подбежал и быстренько прибрал находку. Нечего ему по мостовой кататься.

– Эта вещь так важна, что ради неё потребовалось столько жертв?

– Вы не представляете, как! – обрадованно воскликнул гном. – Не сомневайтесь, этот камушек позволит спасти жизни огромного числа людей. Конечно, жаль погибших в Конкорсо, но они погибли не напрасно, и их жертва не будет забыта.

– Допустим, – сморщил лоб Сильверрейн. – А куда мы вообще движемся?

– В Гегемонию. Прямиком в башню к Белому Мудрецу. Сможете лично рассказать ему, что здесь произошло. Я уверен, что награда и почёт вас не минуют.

– Хорошо, – закрыл глаза Сильверрейн, немного успокоившись и примирившись со своими мыслями. – Пусть будет так.

Яркое южное солнце вывалилось почти в зенит, и широкая дорога была полна от путников и повозок, но ни один из них не мог даже представить, что рядом катится цветастый расписной фургончик, который тянул здоровенный чисто белого цвета слон Сигизмунд. Если б только его увидели путешественники, моментально бы образовался затор из зевак. Но такое диво было основательно сокрыто от посторонних глаз. И кибитка, принадлежавшая гному Тору Хельгусону, агенту Импресарио, беспрепятственно тащилась, никем не замеченная по тракту, постепенно удаляясь от владений Республики Конкорсо и увозя с собой великое сокровище. Последний пазл в грандиозном многовековом плане могущественных древних сил.

Интерлюдия 9. Музейные будни

Экскурсовод – опрятная женщина в годах вздохнула, наблюдая как к ней навстречу приближается группа старшеклассников с сопровождающей их учительницей. Подростки галдели и вообще вели себя крайне незаинтересованно. У каждого второго из них был включён нейроинтерфейс с доступом к супернет. Лишь учительница для приличия периодически делала замечания тому или иному подопечному.

– Здравствуйте, друзья! – собрав волю в кулак, обратилась экскурсовод к группе подростков. – Я приветствую вас в музее корпорации ЭДЕМ. Сейчас мы пройдём с вами в соседний зал, где начнётся наше увлекательное путешествие.

Дети пробубнили в ответ приветствия, некоторые даже отвлеклись от своих нейроинтерфейсов, поэтому экскурсовод решила, что всё не так уж плохо в этот раз. Подведя группу к голографическому изображению мужчины, экскурсовод сориентировала школьников полукругом и начала вещать зазубренный наизусть текст.

– Как вы, наверное, догадались. Это изображение первого президента компании ЭДЕМ. Господина Виктора Эдема, – указала жестом на голографическую проекцию экскурсовод. Оттуда на детей смотрел щуплый человек средних лет в простом деловом костюме. Однако взгляд человека был полон решительности и уверенности, простираясь куда-то в даль.

– Именно он, – продолжила экскурсовод. – Основал нашу корпорацию. Изначально компания называлась «Virtual Intelligence Technologies» или VIT, существуя под данным названием несколько веков. Специализировалась она на проектировке и создании искусственных интеллектов для разнообразных форм деятельности. Но в результате Солнечных Войн эта компания сделала себе имя на ИИ для военных. Самые лучшие многомерные искусственные интеллекты на обособленных квантовых ядрах или сокращённо МИИ производились предшественницей нашей компании, это можно сказать без зазрения совести.

– Но многомерные ИИ запрещены по итоговому мирному договору после Солнечных Войн, – возразил один из школьников, выглядевший как отличник.

– И это чистая правда, молодой человек! – приободрилась экскурсовод, обрадовавшись, что хоть кому-то интересен её трёп. – Сегодня так и есть, но на тот период времени подобные ИИ были абсолютно легальны. Пять компаний проектировали их, и ещё около двадцати производили по лицензии. Но наша компания была лидером в этих исследованиях. Это позволило «Virtual Intelligence Technologies» заработать огромный капитал, который в дальнейшем ляжет в основу корпорации «ЭДЕМ».

– Согласно данным Организации Объединённых Планет, – снова влез в монолог экскурсовода школьник-всезнайка. – С помощью МИИ «Аллергия» производства VIT во время Солнечных Войн было убито больше людей, чем всеми другими ИИ вместе взятыми.

– Но были и другие, – возразила экскурсовод, включаясь в спор. – Например, МИИ «Полигон» мог строить карты любых масштабов, позволявшие делать высокоточные прогнозы нападения вражеских войск, распространения катаклизмов и прочих напастей. Это спасло множество жизней. Другой искусственный интеллект «Транзистор» прославился в фундаментальных физико-математических исследованиях. И вы все прекрасно знаете, что именно он создал сложнейшие протоколы, используемые сейчас при применении уколов молодости. Они представляют собой раствор наномашин, которые требуют очень точной дозировки, а также калибровки с минимальной неопределённостью измерения при введении внутрь человека, иначе, результат для пациента может быть фатальным. Без прорыва, который совершил «Транзистор», широкое использование уколов молодости было бы невозможно.

– Вот только они стоят так дорого, что почти никому не по карману, – хмыкнула учительница.

– Хотелось бы заметить, – экскурсовод словно только и ждала такого высказывания. –Компания ЭДЕМ единственная корпорация на всём известном человечеству пространстве, которая регулярно премирует своих отличившихся сотрудников процедурой омоложения, позволяя выглядеть бодро и молодо очень и очень долго. Существует ряд ключевых сотрудников, которые регулярно проходят процедуру, на протяжении уже нескольких веков оставаясь в строю, как бесценные кадры нашей компании. Обратите внимание на эти два портрета. На них изображены старейшие сотрудники компании. Слева – Рональд Миллер. Бессменный глава отдела Контроля нашей корпорации. А справа изображён простой тестировщик с огромным стажем. Его зовут Матеуш Варга более известный в компании под прозвищем «Иероним». Теперь вы можете убедится, что наша компания держит своё слово и даже рядовые ценные кадры обеспечены уколами молодости совершенно бесплатно. Хочется добавить, что эти два сотрудника начинали свою трудовую деятельность ещё под руководством Виктора Эдема.

– А что нужно сделать, чтобы заслужить укол? – спросила одна из девушек.

– Не так уж и много, – улыбнулась экскурсовод. – Если вы будете полезны компании, вас непременно наградят. Например, сотрудник года в качестве премирования может рассчитывать на процедуру омоложения. Однако, мы отвлеклись. Пройдёмте дальше. Как ранее напомнил молодой человек, после окончания Солнечных Войн, МИИ оказались под запретом и были деактивированы, поэтому возникла необходимость найти новый источник прибыли для компании, и тогда господин Виктор Эдем, будучи от природы мечтателем, решил воплотить в жизнь свою давнюю задумку. Многие отговаривали господина Эдема от затеи, совет директоров пришёл в ужас от предстоящего колоссального проекта и расходов на него, но воля господина Эдема была непреклонна. Его уже ничто не могло остановить. Первым делом «Virtual Intelligence Technologies» выкупила отдалённую звёздную систему с подходящей для обитания планетой. Её ядро было переделано в гигантский квантовый суперкомпьютер, который в том числе мог производить миллиарды и миллиарды специальных нано-машин, которыми наводнили биосферу планеты. Воспользовавшись прошлыми наработками, оставшимися после МИИ «Транзистор», специалисты компании, которую к тому времени уже переименовали в корпорацию «ЭДЕМ», сотворили почти чудо и сумели практически обойти законы обычной физики, создав новую природу вещей. Например, на практике была реализована возможность использовать настоящее волшебство, прямо как в фэнтези! И на этой голограмме вы видите изображение Эскапист-4, той самой планеты, которой в будущем будет суждено стать самым первым и самым выдающимся миром-сателлитом, когда-либо созданным руками человека…

Продолжение следует…