Суд Солнца. Продолжение

Глава 1

Четвертая книга цикла "Чужие крылья". Первая книга находится здесь:

https://author.today/work/231140

https://author.today/work/231140

https://author.today/work/231140

Килли

Это была... странная ситуация, по-другому и не сказать. Явно страдающий Белуис, в теле которого нет-нет, но мелькали разряды, стоящая с виноватым видом Шерла, нервно теребящая подол своего Покрова... Мы вшестером, наблюдающие за этой сценой... И мое нежелание вмешиваться в экзекуцию, напрочь перечеркиваемое обстоятельствами – как бы не хотелось, но спасать сапфирового дракона все же придется.

- Бельчонок! – сорвалась с места Ифриша и побежала к своему жениху. Рык предупреждения от бывшего главы стаи вкупе с треском очередного разряда – и сапфировая, едва не коснувшись, отходит обратно, с ненавистью глядя на антрацитовую.

- Зачем ты меня нашел? – тихо спросила Шерла, не поднимая головы.

- Я беспокоился о тебе, - честно ответил я, делая осторожный шаг. Стена, огораживающая меня от ее эмоций, по-прежнему стояла, однако я чувствовал, что ей не хватает совсем немного, чтобы прорваться, подобно переполненной дамбе.

- Неужели ты сам не понимаешь, как я опасна для тебя? Неужели сам не видишь, что из-за меня ты постоянно оказываешься при смерти? Не будь меня – не было бы этой дуэли, не было бы твоего пленения, тех бандитов...

Так вот оно что... Вот что заставило ее сбежать от меня...

- Ты права, - так же тихо ответил я, делая еще один осторожный шаг.

- Килли? – вполголоса спросила удивленная Айрин.

- Если бы не ты, всего этого бы не было. Вообще всего. Я бы просто задохнулся в той пещере, где мы совсем недавно собирали мох, - еще один шаг. Руки отпустили подол платья, но сильнее сжались в кулаках.

- Мне уже тогда следовало остановиться...

- Тогда ты бы погибла от потери крови. Вспомни о своих ранах, с которыми ты пришла ко мне во второй раз.

- Так это тоже правда?.. – тихий, на грани слышимости удивленный шепот.

- И тогда уже я бы погиб при захвате и уничтожении села – вряд ли бы кто-то в пылу сражения стал бы в чем-то сильно разбираться. Или меня бы все же выдали и увезли в Малгорию, а что там со мной делали, ты знаешь.

- Что ты хочешь этим сказать?

Еще один шаг.

- Что ты напрасно думаешь, что все самое плохое в моей жизни происходит по твоей вине. Ты Объединила нас, не спросив на то моего мнения, но ты же – лучшее, что происходило в моей жизни, - последний шаг, и моя рука осторожно касается ее щеки. – Ты особенная для меня. И не потому что ты дракон, а потому что ты – это ты. Я не хочу терять тебя. И вспомни, о чем мы клялись – пока Суд Солнца не разлучит нас.

Стена ее эмоций дала трещину – по Единению пошел фон отчаяния.

- Я по-прежнему опасна для тебя...

- Я жив до сих пор лишь благодаря тебе. Все, что с нами было – не более чем череда опасных, но все же случайностей. Ты не виновата в том, что со мной происходило то, что произошло, но именно ты всегда находила способ вытащить меня с колесницы Луны, когда та уже готовилась стегнуть своих лошадей, - пальцы утопились в черных волосах, я аккуратно прижал голову девушки к себе. Стена эмоций сдала еще позицию, я почувствовал, как Шерла изо всех сил борется с собственной надеждой. – Ты всегда хотела, чтобы тебя приняли такой, какая ты есть, но почему ты сама себя принять не можешь?

Вопрос оказался последним, что она была способна выдержать – схватив меня за одежду, Шерла прижалась к моей груди и в голос разрыдалась. Стена рухнула, Единение между нами вновь стало полноценным, сообщая мне все то, что я либо знал, либо уже догадывался.

- Тихо, тихо... – я гладил ее по голове, успокаивая. – Все хорошо. Ничего непоправимого не случилось. Сейчас мы со всем разберемся и полетим домой, хорошо?

- Угум... – заикаясь, произнесла девушка, понемногу приходя в себя.

- Я не то, чтобы вас тороплю, но там Бельчонок страдает, - раздался голос Ифриши.

Шерла не стала ничего говорить – она просто подошла к нему и схватила за руку. Разряды стали выходить из тела бывшего главы стаи и возвращаться к владелице, явно даруя тому несказанное облегчение.

- Я выжила не благодаря тебе, Белуис, - уже спокойным тоном произнесла девушка, возвращаясь обратно в мои объятия. – Ты тоже выжил не благодаря мне.

Бывший глава стаи с помощью сапфировой кое-как встал, опираясь на стену пещеры.

- Я тебя услышал, Шерла, - только и сказал он, кое-как двигаясь к выходу.

- Белуис, - позвал я его, - видит Солнце, я бы очень хотел сейчас увидеть твою смерть.

- Ты-то почему? – тот аж остановился на полпути, поддерживаемый Ифришей.

- Дали. Село, что было недалеко от водопада. Ты мог его спасти. А после того, как использовал меня в своих интригах – ДОЛЖЕН был спасти. Но не стал.

Он опустил голову.

- Клянусь Бахамутом, Килли, я действительно сожалею об этом. До недавних пор я считал, что ты один такой, что может общаться с нами без лихорадочного блеска алчности в глазах. А теперь... теперь вижу, что людей, подобных тебе, гораздо больше. И такие люди наверняка бы нашлись в том гнездовье, которое я дал сжечь.

Поправлять я его не стал – именно я сжигал большинство домов, хороня погибших. Как не стал и верить – только последний идиот доверится словам политика.

- Ты мне должен, сапфировый, - добавил я. – И поверь, рано или поздно я стребую с тебя этот долг. И да, то, что произошло здесь с тобой, не должно иметь никаких последствий для Шерлы. Ибо это целиком и полностью твоя вина.

- И дом мой пускай освободят, - добавила антрацитовая. – Мое могу использовать только я. И Килли.

- Не отдам, - Ифриша как-то предвкушающее улыбнулась, отстраняясь от Белуиса. – Хочешь забрать – отбери!

- Ой дура... – простонал пострадавший дракон, догадываясь о том, что сейчас произойдет.

Единение наполнилось яркими эмоциями – непонимание сменилось осознанием, а осознание – яростью. С громким рыком Шерла бросилась на ту, что посмела посягнуть на ее имущество, по пути трансформируя руки. Заливисто хохоча, сапфировая отразила три атаки бритвенноострых когтей, но четвертая оставила на ее лице четыре глубочайшие царапины, тут же брызнувших густой кровью.

- К-как?.. – удивленно спросила она, разглядывая окрасившиеся в красный пальцы.

- Мое - только мое! – заорала Шерла и, схватив ту за ворот, выбросила соперницу из пещеры, тут же выпрыгивая из нее сама и трансформируя тело полностью.

- Кайден, Айрин, помогите Белуису добраться домой, - я начал раздавать указания. – Нанью, бери меня в лапы...

- Она убьет ее, Килли, - прохрипел сапфировый, кивком показывая вниз.

- И это будет по ее вине, - ответил я. – А ты на своей шкуре ощутишь какого это, терять кого-то важного, когда кто-то мог тебе помочь, но не стал.

- Килли... я прошу тебя... пожалуйста...

- Я все сказал. Нанью, - я обратился к рубиновому дракону, который уже во всю махал крыльями – пещера была не столь велика, чтобы здесь мог уместиться взрослый дракон, - они внизу, меня надо спустить.

Огненно-красная лапа аккуратно подняла меня над полом пещеры и прижала к покрытому броней телу, позволяя оставить последние слова Белуиса без ответа. Пусть помучается! Пусть хотя бы в малой степени поймет, что я чувствовал, когда увидел разоренное село, когда на моих руках умирала Мавис!

Мы застали уже самый конец этой схватки – разбросанная повсюду синяя чешуя, куда большее количество ран, чем было, и хрипящий от удушья сапфировый дракон. Шерла повторяла свой успех на арене, разве что без сломанного крыла.

- Шерла! Все-все-все! Ты победила! – крикнул я ей, подбегая.

- Она заплатит! – последовал яростный ответ. – На всю жизнь запомнит, почему не стоит брать чужое! Особенно – мое!

- Если ты не остановишься, то ее жизнь станет смехотворно короткой и воспользоваться твоей наукой она не сможет!

- Значит, такова воля Всеотца!

- Бахамут здесь не причем, Шерла, в отличие от тебя. Отпусти. Она почти без сознания.

Девушка бросила на меня быстрый взгляд... и все же разжала кольца, которыми душила соперницу. Ифриша, почувствовав слабеющее сопротивление, шумно вдохнула воздуха... и тут же пропустила удар моей жены рогами по голове. Сапфировой удалось не потерять сознание, но спастись от явной дезориентации не получилось.

- Ощущение, будто я сейчас ем сочный кусочек мяса с тоненькой жировой прослоечкой... – произнесла чем-то очень довольная Нанью. (Аналог: как коту сметана)

- И не говори, - раздался за спиной голос Айрин. Я оглянулся и увидел всех собравшихся лиц, включая Белуиса.

- Ты мне должен еще раз, - я указал на него пальцем, а после повернулся обратно к Ифрише. – Обратись в человека.

- Чтобы ты взял меня у всех на глазах и унизил еще больше? – зло ответила та, постепенно приходя в себя.

- Ты идиотка? – удивился я. Бояться, что я смогу ее изнасиловать? Серьезно???

- Ришка, сделай, как он просит, - попросил сапфировый. – Ты сама видела. Он другой.

Сапфировая посмотрела на него, на меня, снова на него...

- Очень надеюсь, что я об этом не пожалею... – произнесла девушка и все же скрылась за синим туманом.

Одежда висела клочками и, в принципе, со своей обязанностью уже не справлялась – все видели куда больше, чем было положено видеть. Но мое сознание, уже переключенное в режим травника, отметило это как нечто незначительное – меня сейчас куда больше волновали ее травмы. Руки сами потянулись в сумку, снова за эти сутки доставая коробочку с мазью.

- Будет голод – предупредил я, залечивая один порез за другим. – Сильный голод. Позаботься о пропитании.

Девушка не ответила, но сделала нечто другое – с ее ног Покров стал распространяться по площади. Синяя чешуя, прочнейший металл, что мне известен, чернела и обращалась в туман, исчезая без остатка. И такое произошло с каждой частичкой ее брони, что успела с нее сорвать Шерла.

- Сколько о вас уже знаю, а вы все равно найдете, чем удивить... – пробормотал я едва слышно.

- Ты не менее удивителен, друид, - так же тихо и куда более спокойно ответила Ифриша. Покров резко дернулся назад, впитываясь в ее тело. – Кто еще бы стал лечить кого-то из нас?

- Это мое призвание. Я спасаю жизни, а не отнимаю их, - я убрал пустую коробочку в сумку. Мазь кончилась, но самые тяжелые раны все же удалось залечить, а с царапинами справится и сама. – У тебя всего несколько часов. Найди что поесть, пока голод не мешает тебе охотиться.

Шерла подставила локоть, помогая мне подняться. Чешуя мягко закрепила мне ноги, позволяя безопасно вознестись к небесам. И, в отличие от Кайдена и Нанью, без страха.

Ифриша

Разумеется, она слышала все эти слухи о необычном друиде, что, вроде как, лечит драконов, а не убивает их. Разумеется, в пещере она уже смогла допустить для себя мысль, что это действительно так – сородичи явно не будут защищать и летать с тем, кого считают опасным. Но именно сейчас, когда Килли мазал ее выпаренным соком пустырника, смешанным с чем-то вроде желатина и добавлением кровавника, ее сознание окончательно приняло реальность – это правда. Есть люди, не желающие зла драконам. Девушка едва ли не на физическом уровне чувствовала, как учение Жрецов в ней рассыпается на мелкие камни, как все слова Старейшин об опасности и коварстве людей перестают иметь значение. Нет, это не убило в ней осторожность, но... все же что-то изменило.

- Удивительны пути твои, Бахамут... – она повернулась к Белуису. – Такого удивительного человека от меня прятал!

- Не без причины, хочу заметить, - прохрипел он. – И насчет его слов, кстати. На твоем месте я бы к ним прислушался. Нанью не даст соврать, некоторые его мази вызывают просто дикое чувство голода.

Чем-то явно довольное семейство Кайдена синхронно кивнуло, подтверждая слова бывшего главы стаи.

- И дом Шерлы не забудь освободить, - продолжил сапфировый. – Ты получила что хотела и проиграла ей подчистую.

- Что она за монстр такой? – вздрогнула Ифриша от воспоминаний. – Откуда такая реакция? Я впервые не могла успеть следить за движениями, впервые не получалось попасть по кому-то... Меня впервые кто-то разозлил, в конце концов!

- Тебя о ней предупреждали, - Кайден в виде дракона аккуратно взял Белуиса в лапу. – Не один раз, кстати. И если бы рядом с ней не было Килли, она бы тебя прикончила. Так что ты ему должна теперь, если что.

- Я не собираюсь признавать над собой долг человека.

- Твое право, но на твоем месте я бы не стал испытывать терпение Бахамута. Оно, знаешь ли, не бесконечное. По собственному опыту говорю.

Взмах крыльев – и жемчужный дракон уносит с собой весьма потрепанного Бельчонка. Оставшиеся члены семьи так же взлетели и взяли курс на плато, возвращаясь домой.

- Терпение Бахамута, ха... – пробормотала Ифриша. – Где он есть, этот самый Бахамут, когда люди ловят и убивают нас? Все, что делает этот друид – просто возвращает хотя бы малую часть долга своего вида.

Да, ненавидеть Килли у нее уже не получалось, но вот всех остальных людей – запросто. Даже не смотря на подорванную веру в правильности учения Жрецов и Старейшин.

Килли

Путь от Малогора до Ущелья занимал больше трех суток, если идти пешком, однако Шерла, скользя по воздуху, обещала нас доставить домой куда быстрее. Солнце, да у нас даже были бы все шансы вернуться вместе с лошадью, если бы я отправился сразу в ту пещеру, где моя жена пытала Белуиса!

- Прости меня, - прошептала девушка.

- Почему ты мне ничего не рассказала? Почему молчала?

- Я боялась, что ты не поймешь меня.

- Единение для того и существует, чтобы чувствовать друг друга, понимать друг друга. Ты сама говорила.

Не хотелось обвинять ее во лжи, но вот в недосказанности...

- Ты боялась, что я смогу тебя переубедить. Заставлю поменять решение. Не дам убить Белуиса. И не дам покончить с собой.

- …Да.

- Ты эгоистка, в курсе?! Ты хоть знаешь, чего мне стоило всего этого пережить?!

- Прости меня, - вновь повторила Шерла.

- А если бы этот твой, с позволения сказать, план увенчался бы успехом? Мне как потом жить-то было бы?

- Единение...

- Да к Луне Единение! Чувство вины, непонимания – что бы ты приказала мне с ними делать? Ты подумала об этом?

Да, я злился. Проклятье, но в чем я был неправ? Разве что в том, что разъяснял ей вещи, которые она уже сама понимала.

- Прости, - сказал я вслух. – Просто я очень боялся опоздать. Я боялся, что ты убьешь Белуиса и... отправишься в стаю с его головой, прекрасно понимая, что такого тебе не простят.

- Я так и хотела сделать. Разорвать узы Единения, чтобы вернуть тебе выбор, которого лишила там, на водопаде.

- Ты дура, - отметил я беззлобно. – Пока у нас есть время быть вместе, мы должны наслаждаться им. А ты...

Под нами проносились леса, заснеженные поля... Я аккуратно лег на теплую чешуйчатую спину. Тело стало трясти, эмоциональное напряжение начало отпускать меня только сейчас.

- Ты в порядке? – раздался в голове обеспокоенный голос.

- Все хорошо. Просто переволновался, - ответил я, поглаживая чуть шероховатую природную броню.

Я даже не заметил, как уснул. Казалось бы, мы все еще летим домой, пролетая очередную заснеженную опушку в рассветном солнце, а в следующий миг я осознаю себя поднимающимся с кровати в собственном доме, а за окном солнце уже вовсю готовится встречать закат. Шерла лежала рядом со мной, Единение ласкало нас умиротворенностью и полной связью – больше никаких стен, ограждающих эмоции. Я аккуратно убрал прядку с ее лица, однако ей этого хватило, чтобы проснуться.

- Горе ты мое травяное, - сказал я ей с улыбкой. – Вот что мы теперь всю ночь делать-то будем?

- Ну... – личико моей женушки слегка порозовело. - У меня есть одно предложение... Если ты не против, конечно...

- Предложение хорошее, но сначала надо поесть. И на завтра что-то приготовить. И Одноглазого предупредить.

Начался быт. Шерла в части приготовления еды была практически бесполезной, что, в принципе, неудивительно – будучи способной без опаски для здоровья поглощать мясо, которое еще секунд пятнадцать назад активно бегало и пыталось спасти свою жизнь, ей было совсем необязательно учиться этим премудростям. Тем не менее, это не мешало ей следить за мной с любопытным взглядом, а иногда даже дурачиться, например, намазывая мой нос какой-нибудь специей. В нашу жизнь вновь вернулась семейная идиллия, к которой успел привыкнуть я и которую так жаждала она. А остаток ночи мы провели именно так, как Шерла того хотела, оглашая весь дом своими стонами.

Несмотря на то, что девушка явно старалась выжать из меня все соки, я проснулся бодрым и полным сил. Единственное – не хватало теперь присутствия маленькой Элфи, вносящей некоторый интерес в нашу жизнь. Да, из-за работы я общался с ней достаточно редко, однако это не означало, что я не замечал ее присутствия. Звонкий голосок, время от времени прорезающий тишину комнат, заставлял меня улыбаться, позволяя ненадолго отвлечься от работы. А сейчас я невольно задумываюсь – я человек, Шерла дракон. У нас вообще может быть ребенок? И если да, то кем он будет? В чью сторону повернет развитие, в человеческую или в драконью? И не станет ли для него бременем смешение двух столь разных рас?

Одноглазый, разумеется, узнал, что мы вернулись вдвоем и через своих людей прислал открытку. В ней он выразил радость того, что мне удалось ее найти, а так же просьбу немного задержаться в городе – информацию, которую ему удалось накопать, бумаге он доверять отказался. Но, по его словам, Малогору грозят большие проблемы и без Шерлы он не обойдется.

- Что там? – Шерла, зайдя со спины, положила голову мне на подбородок. – С воз...вра...ще...ни...ем...

- Ты не умеешь читать? – удивился я.

- Уже немного умею. О, а вот это точно мое имя написано. Что он опять от меня хочет?

- А ты одна не умеешь или у всех драконов эта проблема?

- Говорят, когда-то умели, но после эпохи Бахамута письменность была утрачена. Драконы учились выживать, а не читать.

- Белуису не помешало бы купить у Одноглазого хотя бы несколько азбук. Его стае на пользу бы пошло.

- Это уже не наше дело, - Шерла легонько укусила меня за плечо. – Так что он хочет-то от меня?

- В том-то и дело, что не написал, - я снова перечитал открытку. Что ж, видимо, придется заглянуть к нему в гости.

Белуис

Белуис давно догадывался, что сила Шерлы хоть и не способна плавить чешую, является куда более опасным оружием, чем огонь. Но одно дело лишь догадываться и совсем другое познать это на собственной шкуре. Если бы Всеотец позволил, сапфировый пожелал бы избежать подобного опыта.

Тело болело, он чувствовал, что антрацитовая смогла в нем что-то повредить. И, несмотря на злость и желание мести, Белуис собирался сдержать обещание, данное в месте, в котором он едва не погиб. Во-первых – Бахамут осуждает тех, кто неверен своему слову. Во-вторых – Килли был прав. Только он сам виноват в том, что Шерла сорвалась на него и едва не прикончила. Более того, она как-то слишком долго ждала этого момента. На ее месте, сам сапфировый пришел бы мстить с момента получения возможности летать. Но, видимо, Единение, проведенное ей с человеком, несколько успокоило ее вспыльчивый характер – ее система ценностей поменялась, защита мужа встала на первое место, временно вытеснив желание расплатиться по счетам.

- Кайден, - едва под ногами оказались скалы родного горного плато, как дракон почувствовал себя несколько лучше. – Ты нарушил мое слово, сорвался с патруля.

- Белуис... - зарычала Айрин.

- Я не договорил, - сапфировый вскинул руку и едва не упал, потеряв равновесие. – Так вот, ты все сделал правильно. Ты был прав, долги нужно возвращать, кому бы они ни принадлежали. Я сейчас иду домой. И ты тоже иди домой.

Слова несколько ошарашили семейство, отчего они ответили несколько не сразу.

- Ты сейчас не глава стаи, - осторожно заметил Кайден.

- Я решу этот вопрос с Тартисом. Иди домой. Айрин мне как-то говорила, что давно не видит своего мужа.

Семейство коротко кивнуло и ушло восвояси, оставляя бывшего главу стаи одного. Белуис же пошел выполнять обещание – спасший его жемчужный заслужил отдых от длительных и изматывающих патрулей. Однако, подходя к единственному человеческому жилью на плато, дракон понял, что Тартис в нем не один. Как можно быстрее в своем состоянии разорвав дистанцию, он напряг слух, отфильтровывая ненужный шум.

- …не просил всего этого! – заявил Тартис. – Я - патрульный! Меня все устраивало!

- Именно поэтому ты, как жемчужный, должен был обратиться ко мне, такому же жемчужному, за помощью, - раздался голос Лэйхо. – Вместо этого ты решил слушать смещенного главу стаи, вставая на его неверный курс.

- Во-первых – Белуис больше сотни лет вел нас, я обратился к нему как к самому опытному.

- Белуис связался с людьми! Белуис нарушил постулаты Бахамута!

- А это как раз во-вторых – он смог сделать то, что мы все считали невозможным. Он сделал первый осторожный шаг к примирению драконов и людей. Удачный шаг, Старейшина. Он смог найти еще одного человека, способного общаться с нами.

Взрывы головной боли заставляли сапфирового страдать, однако не смогли заглушить ни самодовольство, ни гордости, не смогли согнать с лица счастливой улыбки. Его стремления оказались замеченными! И, что куда более важно, их одобряют! И кто? Жемчужный! Созданный самой природой чтобы противостоять людям!

- Это ересь, Тартис! – заорал Старейшина. – Люди не способны принять нас!

- Оглянитесь вокруг, Лэйхо. Новые дома созданы людьми. Они отданы нам людьми. Мы обучены их возводить тоже людьми. Три четвертых стаи переселилось из каменных домов в новые жилища. А последняя четверть – это как раз Вы и Вам подобные, титулованные и возрастные Старейшины.

Боль в голове стала слепить, организм требовал прекратить издевательства над собой, но Белуис терпел. Когда-то он сильно сожалел о том, что не мог взять в советники Дарго, но, похоже, Всеотец показывает ему на не менее достойную кандидатуру.

- Не разговаривать с людьми! Не принимать их помощь! Не оказывать помощь! – в гневе зарычал Лэйхо.

- И к чему это привело?! – не сдержался Тартис. – Люди научились противостоять нам! Мы можем убивать их сотнями, тысячами, но они плодовиты как кролики по весне! А сколько в нашей стае появилось детей за последние пятьдесят лет? Сколько? Знаете? А я скажу сколько! Двое! Элфи, дочь Кайдена с Айрин, и Дархис, сын Миуры и Бергута!

- Это не значит!..

- Мы вырождаемся, кретин! – а вот этот голос Белуис слышал впервые. И очень удивился, кстати – далеко не каждый мог позволить себе оскорбить Старейшину.

- Что ты сказала?..

- Я сказала, что ты редкостный идиот, старик. Твой курс ведет нас к гибели, но ты готов пожертвовать всеми нами ради своего ярого желания оставить свой тощий зад на своей должности!

- Закрой пасть, рубиновая...

- Знаешь, а я начинаю задумываться – а зачем вы, Старейшины, вообще нужны? Тянете стаю вниз, впустую сотрясаете воздух, а мы вас еще и кормить должны.

Такого заявления, уже повторного, Лэйхо проигнорировать не мог. И Белуис, уже зная, что сейчас произойдет, со всей доступной скорости направился к дверям.

- С завтрашнего дня я объявляю вас изгнанными из стаи. Покиньте плато до восхода солнца. Ловчая стая отправится за вами через час. Отправится не для того, чтобы вернуть.

- Ты из ума выжил? – удивился Тартис.

- Ты как ко мне обращаешься?!

- Так, как ты заслужил, - Белуис, наконец, дошел до дома. – Как к выжившему из ума старику.

Лэйхо тут же развернулся. Светлые глаза налились кровью.

- Это больше не твой дом, Белуис. Тебе нечего здесь делать.

- Это временно, Старейшина, - ответил Тартис, чем немало всех удивил. – Он вернет себе главенство над стаей даже без моей помощи. А я помогу, будьте уверены.

- Изгнаны! – зашипел старик. – Все трое!!!

- Ты действительно выжил из ума, Лэйхо, - покачал головой сапфировый. – Изгонять из стаи – право лидера, а не Старейшин. Ты не можешь изгнать никого, даже назначенного тобой временного главы над нами, у тебя просто нет такой возможности. И твоя забывчивость в этом вопросе лишь подтверждает мои стремления избавиться от вашего титулования.

- Без Старейшин стая обречена на вымирание! Без мудрости прошлых веков, без памяти истории!..

- Никто вас, бесполезных стариков, убивать не собирается. Но и власти у вас больше не будет.

Будь Лэйхо моложе или родись под другим камнем, он бы наверняка набросился после этих слов. Белуис в этом не сомневался абсолютно.

- Наглый заносчивый щенок, - голос стал напоминать рык раненого голодного зверя. – Чужак, возвысившийся благодаря предательству!

- И благодаря кому же? – Белуис сделал вид, что вспоминает. – Ах да, Наре. Возрастной Старейшине.

Лэйхо не выдержал – двумя руками оттолкнув дракона с дверного проема, Старейшина ушел к пещерам, где жили все не принявшие новые дома драконы. И можно было не сомневаться – что-то он обязательно подготовит.

- Цел? – Тартис протянул руку упавшему Белуису.

- Не совсем, но жить буду. А на добром слове спасибо, кстати.

- А как тебе это удалось? – спросила рубиновая. – Я про людей.

- Это удалось не совсем мне. Шерла случайно обнаружила человека, который не желает нам зла. Я просто рискнул подхватить эту эстафету.

- А мы сейчас говорим о тот самом друиде, да? – девушка с любопытством наклонила голову.

- О нем самом. Тартис, на твоем месте я бы запретил вылеты в то гнездовье.

- Так давно запрещены уже. Никто туда не летает. Нанью была последней.

- Вот пускай так и будет. Я на днях туда наведаюсь. Нужно поговорить с Краутом.

- И о чем ты хочешь с ним поговорить?

Белуис не хотел говорить этого вслух, однако ему нужен был хоть кто-то для помощи и подстраховки.

- О том, чтобы люди поймали одного старого жемчужного дракона. И отвели на бойню.

Вальтер

- Быстрее! Ну же!

На горизонте показались городские стены – Мелси был совсем рядом. Один небольшой рывок – и приграничный с Империей город ненадолго укроет их, даст небольшую передышку.

- Вальтер... я не могу больше...

Девушка, несшая в руках ребенка, без сил осела прямо на заснеженную дорогу. Мальчик в пеленках едва не проснулся, но ласковые убаюкивания усталой матери позволили ему остаться во сне.

- Мы почти пришли, Роя. Стены – вот они, город уже близко. Доберемся до темноты – и спать будем на теплой кровати.

- У нас еще остались деньги на гостиницу?

Это был каверзный вопрос. Деньги действительно были, но совсем немного. А цель Вальтера была далеко не в этом городе.

- Нам нужен отдых. Я что-нибудь придумаю. Вставай, нельзя долго сидеть на холодном снегу, особенно тебе.

Со стоном Роя поднялась и, едва передвигая ногами, пошла вслед за мужем. Тот нес на себе весь их нехитрый багаж, но держался куда лучше – сказывалась солдатская выносливость и общее физическое развитие. А еще эмоция, постыдная для Дворцового стражника. Эмоция, что и погнала его прочь из Вардена, что не позволяла надолго оставаться в одном месте. И имя этой эмоции – страх. Страх за себя, за свою жену, за своего ребенка.

Семья едва успела протиснуться в уже закрывающиеся на ночь ворота. Гостиница встретила его шумом, гамом, теплом и запахами не особо качественной еды. Однако Вальтеру и это было бы в радость – двухнедельный марш, начавшийся в повозках, продолжился погоней стражи, сбившей его с основного маршрута и трехдневным пешим переходом практически без остановок. Их искали. За ними охотились. От них хотели избавиться. И бывший солдат прекрасно понимал почему.

- Великое Солнце, какое же блаженство! – Роя упала в кровать и застонала.

- Останемся здесь на сутки, отдохнем. Потом попробуем найти телегу до Малогора.

- Дорогой, ты уверен, что она нам поможет? – спросила девушка обеспокоенно.

- Нет. Но кроме нее нам надеяться не на кого. Я видел ее, видел, что она умеет.

Вальтер сглотнул. Лучшие телохранители Лорда-Защитника лежали со сломанными шеями, а она, абсолютно не запыхавшись, просто держала за руку мужчину, лежащего на плахе. Он уже тогда понял, что приказ капитана будет означать приговор для всех. А оставить Рою сейчас, когда у них только-только родился сын, он не мог. Вальтер любил свою бедную, но гордую страну, но семью любил больше. А сейчас Малгория объявила его государственным преступником из-за украденной папки с достаточно важными сведениями. Точнее, он надеялся, что они важные. Именно ею он и хотел купить себе укрытие в Малогоре, доказать, что он не шпион.

- Но как ты собираешься найти Черную Луну в таком большом городе? – спросила Роя.

- Я не собираюсь искать именно ее. Я найду другого человека, ради которого она и пробралась во Дворец.

- Ты про?..

- Да. Я про травника, которого так хотел к себе в свиту Лорд-Защитник и из-за которого был убит. Про Килли Галвина.

Шерла

Жизнь вернулась в семейное русло. Килли, несмотря на просьбу, отправился в трактир лишь через два дня, постепенно убирая свою комнату с оборудованием и... кхм... показывая, как сильно он за нее переживал. И, в принципе, своего добился – сейчас, задумываясь о причинах своего ухода, девушка находила их какими-то... глупыми, пустыми. Килли вылечил ее, принял ее, любит ее, в конце концов – почему какие-то странные предрассудки смогли это все перевесить?

В трактире их явно ждали – едва Килли переступил порог, как трактирщик тут же откинул полку и указал на дверь за своей спиной. И заставлять ждать никого муж не стал – послушно спустился и постучал в дверь кабинета.

- Я уж подумал, что-то опять случилось, - Краут протянул руку для приветствия.

- Нет, просто готовлюсь к отъезду и забылся, - улыбнулся травник.

- Ты можешь задержаться? Хотя бы на месяц, полтора, может.

- У меня болеет мама и не понятно, что происходит с братом. Я не знаю, что случилось у меня дома, но явно что-то очень непонятное. Зная отца, тот бы не просил меня вернуться до последнего.

- Разве у вас не натянутые отношения?

- А я и не ради него еду. Мама, Гверн – они нуждаются во мне. Выясню что происходит – и сразу же обратно.

Краут был встревожен и расстроен. Шерла видела, они действительно были ему необходимы.

- Тебе нужна я? – спросила она прямо.

- Да, - тут же ответил бандит. - Ты и твои способности. Но если Килли уедет, ты поедешь вместе с ним, это очевидно.

- Верно.

- А без тебя будет слишком много жертв.

Шерла лишь пожала плечами.

- Такова жизнь.

Ее слова вызвали в Килли что-то неприятное. Единение буквально на секунду полыхнуло чем-то... острым, что ли, а сам травник вздрогнул, пытаясь с себя это согнать.

- Возможно, выход есть, - сказал он. – Я ничего не буду обещать, но попробую тебе помочь.

- И как же? – удивился Краут. – Если ты уедешь, то твои травнические фокусы уедут вместе с тобой.

- Мои «травнические фокусы» здесь не причем, - внешне ее муж не изменился, но интонацией он ясно дал понять, что это выражение ему не понравилось. – Помощь будет другого рода. Та, что тебе наверняка пригодится.

- Просто скажи уже прямо, Килли, - устало произнес бандит.

- Тебе нужен дракон, - кивнул ее муж. – У тебя будет дракон.

Девушка удивленно повернулась к нему. Неужели он хочет уговорить ее остаться?

Айрин

Черно-синие волосы разметались по мужской груди – счастливая Айрин, проснувшись, глупо улыбалась, выводя пальчиком на коже случайные узоры. Дети летают, муж дома, со всеми все в порядке – что еще нужно для душевного спокойствия?

- Мне, вообще-то, щекотно, - послышался тихий родной голос. Улыбка девушки стала еще шире.

- А я знаю, - ответила она, не прекращая своего занятия. На ее макушку легла мужская рука.

- Удивительны пути твои, Бахамут, - произнес Кайден. – Скажи мне кто лет пять назад, что моей дочери поможет взлететь человек, я б его высмеял.

- Не ты один, дорогой. А уж слова о том, что существуют люди, способные помогать нам... Единяться с нами... Лэйхо, наверно, с ума сходит в раздумьях о том, как теперь выкорчевать с нашего сознания подобное.

- Для него это ересь, ибо идет вразрез с постулатами Всеотца.

- Ты так не считаешь?

- Теперь нет. Полторы, может, две тысячи лет назад это, может, и было актуально, но не теперь. Мы вымираем как вид. И интегрироваться в человеческое общество наш единственный путь выживания. Люди уже умеют убивать рубиновых. Сколько пройдет времени, прежде чем попадется первый сапфировый? Изумрудный? – Кайден притянул жену к себе, погрузившись в неприятные для него воспоминания. – Я уже попался благодаря неизвестному устройству, плюющееся оловянной сетью. И только милость Всеотца, увидевшего раскаяние в моем сердце, позволила мне выжить.

- У людей есть такое устройство?

- Было. Сейчас оно покоится на дне расщелины, а его изобретатель давно беседует с Бахамутом. Или что там у людей, не помню. Я к тому веду, что один уже догадался об этом устройстве. Догадаются и другие. Поэтому с людьми нужно объединяться, пока они нас не истребили.

- Старейшины бы с тобой не согласились.

- Старейшины просто застряли в своем прошлом и не хотят видеть, что мир изменился. А Белуис видит. Осознает весь масштаб угрозы, который над нами висит. Эти новые дома – они не столько для торговли, сколько для нас самих. Нас начали приучать не бояться людей. И если наш смещенный глава продолжит эту политику, то... как знать, вдруг появится гнездовье, где мы и люди будем жить в гармонии, не таясь и не прячась. Где мы сможем принять друг друга.

- Килли уже смог. Он вообще очень необычный человек.

- Это да, - улыбнулся жемчужный. – Приручил Шерлу, Объединился с ней, не дал убить Нанью, не дал убить Ифришу... Может, с него все и начнется? С него люди и начнут нас принимать?

- Все может быть, - раздался голос старшей дочери за перегородкой. – По крайней мере, я не удивлюсь, если так и будет.

- Элфи рядом? – спросила Айрин.

- Да, все никак не налетается, - усмехнулась Нанью. – Вечер уже, а до сих пор кружит над плато, вижу ее в окне.

- Ее можно понять, - Кайден зарылся носом в макушку своей Единенной. – То, что случилось, иначе как чудом и не назвать.

- Эм... – голос рубиновой стал неуверенным. – Кажется, я Килли слышу. Или показалось?

Родители тут же вскочили, облачаясь в свои Покровы.

- Слушай еще, - потребовал муж. – Попробуй понять, где он.

- И Шерлу слышу... Кажется, он и правда здесь. Возле дома Белуиса. Текущего дома

Айрин тут же выбежала на улицу, моля Всеотца, чтобы друид не попался на глаза Старейшинам.

Килли

- Я надеюсь, ты не собираешься уговорить меня остаться? – первым делом спросила Шерла, стоило нам только выйти на свежий воздух.

- Разумеется, нет, - удивился я. – Я за радиус нашего Единения больше ни ногой. Мне малгорских пыток за глаза хватило, до сих пор все тело в ломаную полоску.

Про ее побег я напоминать не стал. Сама знает.

- Но что тогда?

- Другой дракон, как я и говорил. Поэтому нам надо будет слетать к тебе домой.

- Мой дом не там. Мой дом – где ты.

Взгляд сам дернулся к ее лицу. Полтора столетия среди своих сородичей уступили полутора годам со мной, человеком. Неужели принять отличающуюся от них драконицу для них оказалось так сложно?

- Тогда нужно попасть на плато. Заодно орлеска нарву, раз уж представится возможность. Больно свойства у него хороши.

Домой мы зашли буквально на пару минут, чтобы взять мою сумку. Веревку, которую я обычно брал с собой, в этот раз решил оставить – в конце концов, эти цветы хоть и растут по камню, но должно быть полно мест, где его можно собрать без проблем. Вообще, орлеск – это больше плющ, заполоняющий пространство вокруг драконьих гнездовий, некоторые из них как раз и обнаруживаются по этим цветам. Но что самое необычное, стоит драконов согнать с насиженного места, как растение тут же засыхает, буквально в течение сезона. И искусственно его вывести тоже нельзя, по крайней мере, я еще ни разу не слышал, чтобы у кого-то это получилось.

Полет не занял много времени, если сравнивать с моим путешествием на лошади. Не успело сесть солнце, как под ногами хрустнул случайный камешек, а взору предстал палаточный городок. Надо будет потом хоть спросить, сколько вообще драконов живет под его крылом, но если так, визуально – вряд ли меньше сотни. Плато не особо огромно, но, тем не менее, способно в себя вместить еще столько же.

Дом Белуиса в нем было найти просто – единственное нормальное строение среди брезентовых жилищ. Но мысль о том, что это было не просто так, а так же то, что он там, возможно, уже не живет, пришла мне в голову лишь после того, как я постучался. Дверь мне открыла неизвестная рубиновая, причем, судя по недоумению Шерлы, неизвестная и ей. Жена тут же сделала полшага вперед, готовясь меня защищать от необдуманных поступков.

- Человек? Здесь??? – девушка округлила свои красно-карие глаза, но от удивления так и не воззвала к своему огню.

- Я ищу Белуиса. Вы не могли бы подсказать, где он?

- Ты знаешь Белуиса?

- Погоди, он что, не врал? – Шерла взяла меня за руку. – Белуис действительно больше не глава стаи?

- Именно так. Теперь тут всем заправляет какой-то жемчужный.

- Единенные??? – уже даже не крик, а какой-то писк больно резанул по ушам. Но в нем был и плюс.

- Килли? – внутри показался тот самый жемчужный дракон. – Что ты тут делаешь?

- Ищу Белуиса. Ты не знаешь, где он?

- Вон тот дом у валуна его. Должен быть там, восстанавливается после нападения. Ты бы ему пригодился сейчас, кстати.

Еще бы. Столько электричества, сколько в него вбила моя жена, не всякий аккумулятор способен вместить. Тот, что стоял в Дали – точно нет. Одвас как-то показывал мне его, когда я ему смесь для угрей заносил.

Белуис оказался дома. И был удивлен нашему приходу ничуть не меньше.

- Ты очень вовремя, Килли. Мне нужна твоя помощь.

- Жемчужный во главе стаи? – спросила Шерла язвительно. – Твоя идея? Чтобы было легче в тень уйти?

- Можешь мне не верить, но Тартиса туда поставил Лэйхо. Я не причем.

- Ну конечно. Ты не причем. Сейчас не причем. Сто пятьдесят лет назад не причем. А когда ты причем тогда?

Атмосфера моментом изменилась.

- Мне показалось, в той пещере мы выяснили этот вопрос, - тяжело обронил сапфировый.

- Тебе показалось. Всерьез думаешь, что одна ночь перечеркнет десятилетия травли?

- Травля была организована Нарой!

- С твоего разрешения! Не заговаривай мне зубы!

- ТИИИИИИХОООООО!

Оба дракона посмотрели на орущего меня.

- Что тебе нужно от меня? – спросил я Белуиса.

- Что-то, что способно притупить реакцию и лишить обоняния хотя бы на короткое время.

- Мы с тобой уже обсуждали это. Я не знаю, как мои травы будут на вас действовать.

- Я уверен, что ты сможешь что-то придумать.

Раздражение – мое и Шерлы – буквально вбрызнулось в кровь, заставляя сделать что-то необдуманное. Проклятье, как он мне сейчас напоминал отца! Дал задание слуге – и пускай он как хочет изворачивается, но сделает! Еще и срок поставит такой, что даже веревку для петли намылить не хватит!

- Зачем? – глухо спросил я.

- Драконьи разборки. Не обращай внимания, - отмахнулся Белуис.

- Ты просишь меня сделать яд. Ты хочешь применить его по назначению. Я не могу не обращать на это внимания.

- Один дракон разрушает единство стаи. Я хочу поставить его на место.

- Поставить на место или убить? – спросила Шерла.

- Тебе не все ли равно? – удивился сапфировый.

- Мне не все равно, - ответил я. – Я травник. Я спасаю жизни, а не лишаю их.

- Я никого не собираюсь убивать, Килли. Лэйхо хоть и стар, но с него надо просто сбить спесь, чтобы он продолжал приносить пользу.

Лэйхо, Лэйхо... знакомое имя...

- Старейшина? – усмехнулась антрацитовая. – Ты решил пойти против главы Старейшин? И всерьез считаешь, что «сбить спесь» тут поможет?

- А почему нет?

- Потому что он ради этого поста подставил с десяток драконов, уронив их репутацию. Большинство, правда, с помощью Нары, но тем не менее. И с ее же помощью создал настоящий хаос среди них.

- Почему тогда он не сделал ее Старейшиной? – удивился я.

- Она была занята травлей меня, к тому же, в тот момент у нее был сан Жрицы. Больше обязанностей она бы просто не выдержала. А после уже был упущен момент. Если бы Лэйхо стал ее продвигать, стали бы задавать неудобные вопросы.

- Без Нары Лэйхо уже не так опасен, - заметил Белуис.

- Однако в его лапах по-прежнему сосредоточена власть Старейшин. И ты не можешь не знать, что для тебя это означает.

Сапфировый слегка прищурился, глядя на Шерлу. Я ожидал, что она как-то прокомментирует его слова, но нет.

- Это и в твоих интересах, не так ли? – спросил он ее, после чего та коротко кивнула, вызвав усмешку. – Кто бы сомневался. Твоей мстительности может позавидовать даже Гессерит. Уж он-то никогда своих врагов в покое не оставлял.

А не он ли к нам прилетал, когда я нашел пьяную Шерлу?

- Ладно, это все потом. А тебе от меня что нужно, Килли? Не в гости же ты сюда прилетел, - Белуис повернулся ко мне.

- Мне нужно немного. Один дракон.

Взгляд сапфирового поволокло синевой, возле рук заклубился Покров. Шерла, видя такие изменения, не таясь, превратила свои руки в драконьи, встав в боевую позу передо мной.

- Поясни, Килли. А то у меня очень нехорошие мысли в голове появились, - потребовал бывший глава.

Глава 2

Белуис

Заявление Килли вызвало злость. Отдать дракона человеку – это далеко не «немного». Наличие между ними рассерженной Шерлы так же не добавляло настроения.

- Разумеется, - травник вышел вперед своей жены, абсолютно не боясь за свою жизнь. Белуис после пережитого не тешил себя иллюзиями, антрацитовую он бы не победил, но ему требовалось не так много времени, чтобы в случае чего избавиться от человека, посмевшего потребовать драконью жизнь. – Все просто, на самом-то деле – Одноглазому нужна помощь дракона.

- А? – слова друида вызвали вспышку стыда. Всеотец, ну почему он сразу подумал о нем плохо? Ведь не было еще ни одного случая, когда Килли поступал во вред его сородичам! – Прости, я... вспылил.

- Ты только посмотри на себя, Белуис, - Шерла сменила позу на более спокойную, но возвращать руки в человеческие не стала. – Ты стал настолько жалок, что потерял уверенность в себе, которую прячешь за напускной агрессией.

Скрипнули зубы – дракон едва сдержался, чтобы не броситься на девушку.

- Не надо, - травник улыбнулся и положил руку ей на щеку, после чего перешел на Единение. Его жена несколько раз фыркнула, но все же отступила, не сказав более ни слова. – Одноглазому нужен один дракон. Не на совсем, разумеется.

- Краут объяснил зачем? – Белуис сел обратно. Вспышка злости и стыда прошла, напомнив об усталости.

- Нет. Но, думаю, он нужен ему для тех дел, в которых вы, драконы, весьма хороши.

- И мы говорим о?.. – дракон слегка наклонил голову.

- Найти, выследить, догнать и... – Килли сложил пальцы на манер когтей и полоснул ими по воздуху.

- Вообще-то, мы делаем вот так, - Белуис показал верное движение. – Но суть я уловил. Дракона я тебе не дам.

На щеках друида заходили желваки.

- Ты мне должен, - зло прорычал он.

- Никто это не отрицает. Но не столько, чтобы я дал тебе дракона.

- Потому что должен куда больше. Та сапфировая, как там ее, до сих пор жива лишь благодаря мне.

- За это ОНА должна тебе, но не я.

- Вот как? То есть, та твоя просьба остановить Шерлу ничего не значила? – глаза Килли метали молнии не хуже стоящей рядом антрацитовой. – Хорошо, Белуис, будь по-твоему. В следующий схватке, когда Ифриша будет истекать кровью и готовиться повидать вашего Всеотца, я просто постою рядом.

- Интересно, а она освободила мой дом? – подала голос драконица. – Надо бы проверить, а то меня терзают смутные сомнения...

Внешне Белуис не изменился, но внутри у него все похолодело. Проверять он не проверял, не до того было, но Ифриша действительно могла остаться. Или не успеть съехать, не найдя новое место для жилья. В конце концов, Тартис не говорил ему, что девушка просила у него палатку.

- Угрожаешь? – спросил сапфировый.

- Угрожаю? – деланно удивился Килли. – О чем ты? Как я, простой слабый человек, могу угрожать дракону?

- Ладно, твоя взяла, - сдался Белуис, демонстративно поднимая руки. – Просто мне очень нужна твоя помощь.

- А по-человече... кхм... по-простому нельзя было?

- Вообще-то, я с этого начал.

- Ты стал требовать там, где не имел на это никакого права. А надо было просить.

Дракон едва заметно вздохнул. Лидерские привычки всплыли там, где сейчас было совсем не нужно.

- Я прошу, Килли, пожалуйста, помоги мне. Нужно что-то, что отключит обоняние дракону хотя бы на пятнадцать-двадцать минут. И желательно, чтобы это можно было дать как-то... незаметно.

- Ты меня прям без ножа режешь сейчас, - покачал головой друид. – Мало того, что я должен что-то изобрести, так еще и по весьма специфичному заказу.

- Килли, это не только в интересах меня и Шерлы. Для тебя выгода тоже будет.

Человек удивленно поднял брови.

- И какая же?

- Лэйхо ярый противник сближения драконов с людьми и сейчас я... скажем так, уступаю ему свои позиции. Если я не вернусь на свой пост в ближайшее время, то твоя жизнь может стать в разы сложнее. Тартиса, скорее всего сместят, Лэйхо поставит во главе стаи свою марионетку, которая сначала официально изгонит Шерлу, а затем начнет посылать стаи отлова по вашему следу ради устранения. Ваша совместная жизнь станет сложнее, а сам ты будешь в серьезной опасности. Тебя вполне могут снова похитить или даже убить ради того, чтобы добраться до нее.

- Это весьма вероятный сценарий, Килли, - раздалось с улицы. В палатку вошел Кайден вместе с женой и старшей дочерью. – Белуис полностью прав, Лэйхо, как глава Старейшин, вполне способен устроить такое.

Друид опустил голову, прикрыв глаза. Шерла положила руку ему на плечо, заходя пальцем за одежду. Раздались звуки Единения, необычная парочка явно что-то обсуждала.

- Когда тебе это будет нужно? – спросил Килли.

- Чем раньше, тем лучше. Торопить тебя не буду, но сам понимаешь, затягивать с этим тоже не стоит. Время не на моей стороне, а значит, и не на твоей тоже.

Человек вновь задумался на несколько секунд, а затем достал из своей сумки небольшую коробочку с каким-то порошком.

- Вдохни, - потребовал он, сунув ее дракону под нос. И Белуис вдохнул.

В нос словно рубиновый дыхнул, глаза заслезились, а рот открылся в приступе неконтролируемого чихания.

- Что это? – спросил сапфировый, в перерывах между приступами.

- То, что ты хотел. Киральский молотый перец, хороша и как специя, и как компонент. Нюх отбивает напрочь.

- Я же сапфировый, Килли! – взвыл Белуис, вытирая слезы и вновь начав чихать.

- И что? – удивился парень.

- У сапфировых очень острое обоняние, - прояснила Айрин. – Жемчужные очень далеко видят, у рубиновых прекрасный слух, а изумрудные весьма маневренны в воздухе. Это я сравниваю по нашим, драконьим меркам.

- Оу, не знал. Но да ладно, - друид вновь повернулся к Белуису. – Держи, ты получил что хотел, так что теперь и я возьму то, что мне нужно.

Нанью

Килли взглядом показал на выход, после чего вся семья переместилась на улицу, спрятавшись за валуном от всей стаи. Разумеется, от слуха рубиновых так не скрыться, но кто специально будет сейчас прислушиваться?

- Нанью, я хочу обратиться к тебе за помощью. И сразу скажу, что ты вольна отказаться.

- Я не могу отказаться, - покачала головой девушка. – Долги следу...

- Это опасная для твоей жизни просьба. Я не настолько жесток, чтобы заставлять тебя садиться в колесницу по прихоти.

- Колесницу? – не поняла рубиновая.

Килли сплюнул с досады, но объяснять не стал.

- Помнишь Краута? Мужчина с повязкой на глазу, он привез Кайдена с Айрин.

- Ну... помню.

- Ему нужна помощь дракона. Шерла ему помочь не может, потому что я вынужден уехать, а она уедет вместе со мной.

- Килли, я правильно понимаю, ты хочешь отправить мою дочь в человеческое гнездовье? – спросил Кайден.

- Все верно. У него там намечается какая-то заварушка...

- Из-за Краута я попался людям. Я не могу доверить ему своего ребенка.

- Исходя из твоего же рассказа, ты попался, потому что решил раньше времени спуститься к людям, да еще и в небольшой поселок. То есть, по сути, ты сам виноват.

- А что с этим не так? – спросила Айрин.

- Понимаешь, чем меньше людей живет где бы то ни было, тем сильнее бросается в глаза то, что меняет привычную картину мира, особенно, если оно необычно и само по себе. Там, где живет много людей, обычно никому ни до кого нет дела.

Нанью удивилась такому противоречию.

- Но почему? Ведь в единстве истинная сила!

- Потому что мы не едины. Дали, сожженная недалеко от водопада деревня, наглядное тому доказательство.

Девушка медленно кивнула. Как-то в приступе любопытства она действительно посетила то гнездовье. Сгоревшие остовы мало что могли ей сказать, однако все же дали ей примерную картину то, как это место выглядело раньше.

- И хорошо, что так, - задумчиво протянула Айрин. – Будь вы едиными, нас бы уже не осталось.

- Да, - согласился травник. – Ты права.

- Этот человек... – замялась Нанью. – Ты доверяешь ему?

- Как себе. Пусть он и бандит, но Малогор спокойное место лишь благодаря Одноглазому.

- Малогор? – снова не поняла Нанью.

- Это название города. Гнездовья, если по-вашему.

- А куда ты уезжаешь? – спросил Кайден.

- Домой, - ответил друид. – Вернее, туда, откуда приехал изначально.

Нанью дернулось от догадки. Может ли его отношение к драконам быть следствием того, что он рос в другом месте? И если да, то, может, уже существует гнездовье, способное принять драконов? Девушка посмотрела на родителей, головы которых явно посетила точно такая же мысль.

- Кхм, Килли, - взяла слово Айрин, - а твой дом, он... какой? Само гнездовье.

- Большой. Это столица Империи. То есть... скажем так, там живут самые главные лидеры.

- Скажи, а чисто гипотетически, это гнездовье смогло бы?..

- Нет, - тут же перебил Килли. – Возможно, первое время вас бы не замечали в общей суматохе, но раскрывшихся драконов явно поймали и перебили бы.

- Но ты там вырос. И ты не желаешь нам зла.

- Потому что знаю ценность жизни. Потому что я травник, человек, обученный эту жизнь сохранять.

Рубиновая разочарованно вздохнула. Жить среди людей, хоть и было поначалу страшно, ей понравилось.

- Ладно, мы отклонились от начальной темы разговора. Нанью, ты поможешь мне?

- Почему ты не хочешь взять меня или Кайдена? – спросила сапфировая.

- Потому что ваша дочь лучше всего подойдет на эту роль.

И за это время она сможет выучить еще несколько важных правил поведения в людском обществе, прикинула девушка. Отказываться было все меньше и меньше причин.

- Я пойду, - решилась она. Шерла едва слышно усмехнулась.

- Интересно, сколько пройдет времени, прежде чем Одноглазый взвоет от тебя, - произнесла антрацитовая. – Имея так мало знаний о людях, не имея возможности для безмолвного разговора, сколько пройдет времени, прежде чем тебя раскроют?

- Шерла... – укорил свою Единенную Килли.

- Предлагаешь мне Единяться с человеком? – скептически спросила рубиновая, приподняв бровь. – Ради общения без слов?

- Ради того, чтобы не унести его вместе с собой к Бахамуту, когда тебя раскроют.

- Шерла, - голос травника стал строже.

- А ты так уверена, что меня раскроют? Считаешь, что меня настолько глупой и необучаемой?

- Лишь вопрос времени. Очень. Короткого. Времени, - усмехнулась соперница.

- Шерла, прошу, не разочаровывай меня еще больше, - к строгости в голос добавилась сухость. И девушка, наконец, вняла словам своего мужа, отходя слегка назад, за его плечо.

- Я справлюсь, - ответила Нанью, глядя прямо в темные глаза. – Раз уж даже ты смогла, я подавно смогу.

Удержаться от маленькой словесной мести было выше ее сил, но она же принесла небольшое моральное удовлетворение.

Краут

Не думать о том, что задумал один из немногих его друзей, не получалось. А как иначе? Кому еще предлагают в помощь дракона, который на добровольных началах будет исполнять приказы человека?

Работа по поиску второй гильдии велась не переставая. Искались агенты, выяснялись цели операций, изучались последствия. Первоначальная догадка Краута оказалась верной – медленно, осторожно, но соперники постепенно, точка за точкой захватывали как влияние в городе, так и сам город. Три-четыре года – и Малогор сам попросится в состав Малгории, забыв и об осаде, и о судьбе Дали. Часть жителей, конечно же, тут же принудительно переселят, дабы смешать народы и заткнуть тех, кто поймет, что их провели, да и в случае восстания будет проще. По сути, будет то же самое, что и сейчас, только роли поменяются на диаметрально противоположные.

- Вот только не будете вы ждать столько, - Одноглазый кинул нож в новый портрет императора. – Ибо уже понимаете, что этого времени у вас нет. Я вас найду куда раньше.

Насколько было бы проще, если бы бандит не опростоволосился как неотесанный новичок, выдав то, что он о них знает. Но сделанного не воротишь, поэтому теперь новые планы приходилось строить с учетом текущих реалий. Еще и Чернан добавил хлопот – для нагрудников нужна кровь рубинового дракона, которая и свяжет металл, сделает его устойчивым к ударам. И вот где ее взять?

- Босс, там травник вернулся, - в дверном проеме показалась голова Бизона.

- Запускай, - разрешил бандит.

- Он не один, он с девушкой. Не с Шерлой.

Сказанное удивило.

- А она... в однотонном?

- Вся в красном, да.

- Рубиновая, значит... Ладно, ее тоже запусти.

Удивительно, подумал Краут. Прошло чуть больше суток, а Килли уже кого-то ведет. Вернее, не кого-то, а настоящего дракона, притом, как раз нужного для будущей брони. Проклятье, похищая семь лет назад одно Солнце знает как тут оказавшегося Галвина, Одноглазый даже не думал, что их дружба приведет к чему-то подобному.

- Килли, - бандит встал, протягивая руку, - а где?..

- За дверью, - кивнул травник. – Я обещал тебе дракона – я привел тебе дракона. Заходи!

И она зашла. Яркая грива огненно-красных волос, стройное тело в пусть и свободном, но не скрывающем платье и глаза теплого красно-карего оттенка. Девушка, которую он уже видел в доме своего друга, девушка, что никак не выходила из его головы, несмотря на все усилия.

- Килли, - бандит кивнул в сторону спальни, - на два слова.

Травник удивленно приподнял брови, но все же пошел. И едва закрылась дверь, как Краут тут же зашептал:

- Понимаю, как бредово это звучит, но ты не мог бы привести кого-то другого?

И без того удивленное лицо удивилось еще больше.

- Ты сейчас серьезно? Она хоть что-то знает о людях, ибо долгое время жила в моем доме, а ты просишь ее поменять? И из-за чего? Вы что, где-то пересечься или поссориться за моей спиной успели?

- Нет, не в этом дело. Просто... – Одноглазый замялся, но все же сказал, - нравится она мне. С первого дня нравится.

- Оу… – протянул травник. – Кажется, сейчас произошел небольшой конфуз.

- Ты о чем?

- Знаешь, что отличает рубиновых драконов от остальных? Ну, кроме жаркого пламени.

- Ну... нет.

- У них очень острый слух. Очень.

Крауту понадобилось около пятнадцати секунд, чтобы переварить эту информацию.

- Ты же не хочешь сказать... что она нас сейчас слышит? – тихо спросил он неверящим тоном.

- И очень прекрасно, хочу сказать! – раздалось за дверью.

- Да чтоб меня Луна колесницей переехала... – простонал бандит.

- Насчет Луны ничего сказать не могу, но раз уж так сложилось, может, попробуешь? У меня же получилось.

- Твой случай – это что-то из ряда вон выходящего, золотой билет из десятка тысяч пустышек.

- И все же попробуй. Что ты теряешь-то? Она весьма хороша собой.

- Я ценю, что ты обо мне такого мнения, Килли, но, может, кто-то и моим мнением поинтересуется? – вновь раздалось из кабинета.

- Не время и не место для этого разговора, - вздохнул Краут.

- Полностью согласен. Так что принимай помощь, а я пойду заканчивать сборы. Шерла там уже, чувствую, нервничать начинает, не стоит доводить ее до крайнего состояния.

Вальтер

- Я не хочу смертей, - окровавленный Вальтер следил за последним из трех догнавших преследователей. Двое остальных уже лежали в стороне с ранами разной степени тяжести. Они пока еще были живы, но сражаться уже не могли.

- Предателю слово не давали, - третий крутанул мечом в руке... и неожиданно выстрелил из запястного арбалета, едва не прошив голову телохранителя насквозь. От колесницы Луны парня отделили лишь случайность да порыв ветра.

- Видит Солнце, я пытался, - Вальтер вытер кровь с только что образовавшейся продолговатой раны над виском и, не нарушая стойки, стал медленно подходить.

Схватка не заняла много времени – в конце концов, не какому-то стражнику пугать своими навыками человека, служившему в гвардии самого Лорда-Защитника. Чуть больше сорока секунд – и преследователь зажимает глубокую рану в боку, хлещущей кровью на свежевыпавший снег.

- У тебя чуть больше двух минут, - с печалью в голосе сказал мечник. – Вознеси молитвы Фениксу, может, он спустится за тобой и без костра.

- Будь ты проклят, предатель! – противник вытащил новую спицу, но Вальтер одним пинком выбил снаряд из руки. – Имперская подстилка, думаешь, они тебя примут? Тебя, малгорца, что всего несколько месяцев назад осаждал их город?!

Разумеется, Вальтер осознавал риск и понимал, что даже эти документы, что он украл, совсем не гарантируют ему того, что получится влиться в имперское общество, особенно сейчас. Однако другого выхода у него просто не было. Оставаться в предавшей его стране означало верную смерть, а податься в Империю – хоть какой-то шанс на выживание.

- Моя родина предала меня раньше.

- Черная Луна... лично выведет круг у тебя на лбу... призывая свою старшую... сестру... за тобой... - ослабевшим голосом возвестил стражник и затих. Рука, зажимавшая рану, ослабла, позволяя крови вытекать более свободно.

- Видит Солнце, я этого не хотел... – парень встал на колено и начал расстегивать ремешки запястного арбалета. Даже если документы и будут бесполезными для того, кому он их отдаст, предупреждение о новом оружии уж точно будет полезной информацией для любого, обладающего хотя бы минимальной властью.

- Вальтер... ты же... – Роя вышла из укрытия, качая малыша.

- Мне пришлось. Пойдем, нужно дойти до стен до темноты и до того, как мы замерзнем.

- И просто оставить их тут? А как же Феникс? Как же Суд?

- Я предлагал им уйти, ты слышала. Более ничем мы им помочь не сможем.

- Но Вальтер...

- Послушай, - муж взял девушку за плечи. – Они хотят нашей смерти. И то, что произошло, было во имя нашего выживания. Меня, тебя, его, - короткий кивок в сторону ребенка. – И если ты не хочешь менять факта того, что мы все еще живы, мы должны идти дальше.

- Но они просто выполняли приказ... – тихо прошептала Роя.

- Да, ты права. И этот приказ привел к их смерти. Они могли ослушаться и выжить, как я в свое время, но решили, что по чужой указке жить проще. Это их право и их выбор. И его закономерный итог – прямо за моей спиной.

Парень спрятал за пазухой разряженный арбалет и несколько спиц и, взяв багаж, всмотрелся в горизонт. Зимнее небо темнело рано, но там, вдали, уже виднелись очертания крепостной стены Малогора.

Килли

Трактир я покидал с улыбкой. Серьезно, произошедшая ситуация неплохо повеселила меня, позволив по-дружески посмеяться над бандитом и порадоваться тому, что хоть кто-то, наконец, смог разбередить его сердце и заставить хотя бы подумать о том, чтобы отпустить ситуацию с несправедливо осужденной женой, особенно учитывая, что сделать он ничего не мог. Сомневаюсь, конечно, что Нанью ему ответит взаимностью, однако даже просто находясь рядом она покажет ему, что жизнь продолжается, не стоит на месте. И пора бы подумать не только о подрастающей дочери, но и о себе.

Шерла меня встретила на пороге. Придирчиво осмотрев меня на предмет новых повреждений, она, наконец, успокоилась и позволила мне покинуть прихожую и зайти в спальню. Кабинет был уже закрыт, почти вся лаборатория законсервирована, а сумка собрана. В принципе, меня уже ничего тут не держало, можно было отправляться в родовое имение Галвинов.

- Не боишься знакомиться с моей семьей? – спросил я жену.

- Нет. А должна? – удивилась она.

- Не то, что бы, но... я бы на твоем месте нервничал.

Шерла слегка наклонила голову.

- У людей это что-то значимое?

- Понравиться родителям своей пары важно. Если удастся расположить их к себе, семейная жизнь может стать проще.

Голова девушки наклонилась в другую сторону.

- Не вижу связи, если честно.

- Семейная жизнь невозможна без разногласий. Пара может любить друг друга больше жизни, однако всегда наступает момент, когда они встречаются с противоречием, конфликтом интересов. Если родители противоположной стороны под положительным впечатлением, они могут помочь его разрешить, если нет – скорее всего, напротив, попробуют все разрушить.

- Но разве Единение...

- У людей нет Единения, - я улыбнулся. – Мы вынуждены общаться словами, зачастую маскируя ими то, что чувствуем на самом деле.

- Но зачем?

- Иногда гордость, - я подошел к столу, чтобы еще раз проверить сумку. - Иногда нежелание казаться уязвимыми. Сесть и спокойно поговорить порой бывает очень сложно, даже если оба понимают, что они нуждаются в этом больше всего.

Шерла покачала головой.

- Странные вы. Сами создаете себе сложности, чтобы потом их преодолевать

- Все верно, - я рассмеялся. – Но, увы, так устроены люди.

- И я им уподобилась... – девушка обняла меня со спины. – Закрылась от тебя, ничего не сказала, ушла... И ведь искренне считала, что так будет лучше.

- Все мы совершаем ошибки, - моя рука легла поверх ее руки. – Даже мы, люди, жизнь которых...

Объятия резко стали крепче, по Единению полоснуло острой болью.

- Не надо... – прошептала драконица. – Не напоминай...

Пальцы сжались вокруг ее пальцев. Ясно как Солнце, Шерла прекрасно понимает разницу в длительности наших жизней, но всеми силами пытается ее отрицать, хоть и прекрасно понимает, что сделать здесь ничего нельзя. Видимо, сто шестьдесят с лишним лет у драконов бунтарский возраст.

Стук в дверь прервал нашу идиллию. Что ж, сейчас начало утра, самое время для ранних клиентов.

- Я слушаю Вас, - передо мной предстал окровавленный человек, одетый как неместный стражник, явно смертельно усталый. Руки, судорожно сжимающие какую-то папку, были неестественно бледными, не иначе как отморозил.

- Это же Вы лэтр Килли Галвин, - он поднял голову, шлем с козырьком перестал закрывать окровавленное лицо. Малгорец, однозначно, и внешность, и акцент. Шерла, почуяв мою тревогу, тихо подошла ко мне, оставаясь вне поля зрения пришедшего.

- Все верно. Чем обязан? - просто интересно, как он в таком виде прошел мимо стражников городских ворот?

- Вы в опасности, - глаза стали серьезными. – В Малгории помнят о том, что Вы стали причиной смерти действующего Лорда-Защитника. На вас готовится покушение, которое замаскируют под ограбление.

Брови удивленно взлетели вверх. Стоп. Но ведь...

- Твои сведения опоздали. Покушение уже состоялось, причем, не одно.

- Будут и другие. В вашем городе образована подпольная ячейка, целью которой стоит захват города и Ваше устранение.

- Малгория больше не хочет меня нанять? – иронично спросил я.

- Вы уязвили их гордость и ударили по больному месту. Вас ненавидят.

Что ж, логично. До Шерлы добраться куда сложнее, а злость на ком-то выместить надо.

- В этой папке информация, которую я взял со стола одного из главных фаворитов на верховную должность, - мужчина показал пальцем на кожаную обложку. – Она не может не быть важной.

- И зачем она мне?

- Ремси Ла’Нилл рано или поздно сядет в кресло Лорда-Защитника. И если ничего до этого момента не сделать, то этот город будет захвачен изнутри. Думаю, даже Вы должны понимать, что тогда произойдет в этом случае с его жителями.

В голове моментально всплыли воспоминания о Дали в момент прилета туда. Вспомнилась Мавис, умершая у меня на руках...

- Я просто травник. Как, по-твоему, я могу помочь?

- Вы – Галвин. У Вас не может не быть выходов как минимум на действующую администрацию, а то и на самого... эм... императора же, да? Раз Империя.

- Ладно, допустим. Что ты за это хочешь?

- Я хочу спокойной жизни для себя и моей семьи. Со мной моя жена и маленький сын. Они сейчас в трактире неподалеку.

О, трактир неподалеку тут только один. А значит, это лишь вопрос времени, когда Одноглазому доложат об этом малгорце. Если, конечно, уже не доложили.

- Заведи его, - Шерла аккуратно коснулась мизинцем моей руки на косяке.

- Зачем?

- Голос знакомый. Не могу вспомнить.

Я отошел в сторону, загораживая собой притаившуюся девушку. Незнакомец, явно не ожидавший приглашения, напрягся.

- Заходи, - кивнул я ему головой. – Поговорим более предметно.

Не отрывая от меня взгляда, он поднялся по крыльцу. Папка спряталась под одеждой. Новый кивок – и малгорец, следуя подсказкам, ушел в зал, пытаясь унять явно покалывающие руки. От предложенного чая от отказываться не стал, обхватив кружку руками, но так и не пробуя содержимое.

- У Вас есть выход на Черную Луну, - его новое заявление заставило меня удивиться. Шерла, едва услышав о себе, напряглась, продолжая таиться за косяком и готовая тут же вмешаться при малейшем проявлении агрессии.

- Допустим.

- Не «допустим». Я точно знаю. Черная Луна стала той, кто убил Лорда-Защитника, это она каким-то образом лишила рассудка Блейра Ка’Рина. И все это – ради Вашей защиты, лэтр Галвин, ради того, чтобы спасти Вас.

По Единению ударило чувством гордости. Я же передернулся от обращения.

- Я здесь не аристократ, поэтому никакой не лэтр.

- Хорошо, пускай так. Мне в любом случае нужна ее защита. Свою семью я доверю только ей.

- А с чего ты решил, что она согласится?

- Ради информации из этой папки. У нее наверняка есть свое начальство, которое точно оценит то, что находится здесь, - он несколько раз хлопнул себя по груди.

Я прищурился.

- Для стражника ты слишком умен.

- Во Дворец не берут тупых солдафонов, которые, кроме как махать мечом, ничего не умеют. Это, конечно, тоже требуется, и требуется на весьма высоком уровне, однако кроме этого важно умение быстро соображать, адаптироваться к текущей ситуации и уметь принимать быстрые и верные решения.

Что ж, это объясняет откуда у него могут быть документы государственного уровня. Но не объясняет, какой Луны он их выкрал и добрался сюда аж с самого Вардена.

- У меня к тебе другой вопрос, - Шерла вышла из укрытия и встала в проеме, неотрывно смотря ему прямо в лицо. – Почему ты так уверен, что нельзя твои сведения забрать силой?

- Я весьма неплохо владею оружием и умею сражаться в тесных и замкнутых пространствах. Предложенный чай я не пил, так что вряд ли отравлен или ослаблен. К тому же за это время успел немного отогреться, что повысило мои боевые навыки.

- Вот только руки, а особенно пальцы, тебе все равно неимоверно колет, - заметил я.

- Это не помешает мне сражаться. И я надеюсь, что мы сможем договориться без этого.

Возникло тяжелое молчание. Малгорец, стараясь не привлекать внимания, аккуратно приближал руку к своему поясу. В голове лихорадочно неслись мысли, оценивая текущую ситуацию. Он знал, куда шел, знал, что таких, как он, здесь жаловать не будут. И, тем не менее, все равно постучался ко мне в дверь, рискуя головой. Весь в крови, явно не своей и не бутафорской, значит, пережил не одно нападение – отличить человеческую кровь от любой другой сложно, но возможно, если иметь определенные навыки, к тому же, он ничего нигде не зажимает, а одежда выглядит целой. Вероятность, что он не врет и не является каким-нибудь шпионом, все же есть, однако я по-прежнему ничего не знаю о его мотивах. Если допустить, что все сказанное им правда, то зачем он так сделал? Он не мог не знать, что кража таких документов не останется незамеченной и на него откроют охоту. Рисковать собой и семьей ради встречи со мной, ради встречи с Черной Луной – зачем?

- Да пошло оно все! – неожиданно заявила Шерла. – У меня ребенок три дня назад родился!

Заявление едва не выбило у меня почву из-под ног, несмотря на то, что я сидел. Я что, уже папа? А где тогда малыш?

- Вы... – еле прошептал малгорец. Если я был просто удивлен, то он буквально ошарашен. – Вы и есть Черная Луна! Это против Вас не стала сражаться Дворцовая Гвардия!

Шерла не стала отвечать, лишь прищурилась. А парень, наконец, расстегнул пальто, которое так и не снимал, и протянул мне документы.

- Даже Вы, Килли, должны понимать, что эта информация крайне важна.

Я развязал тесемки и углубился в изучение.

Краут

- Босс! – Бизон был явно взволнован. – Лэтр Галвин запустил домой малгорца!

Карандаш выпал из пальцев, застучав по полу.

- Он там что, не тех трав надышался, что ли? – рука без участия мозга схватила пальто. Выглянувшие из спальни Айва и Нанью вопросительно посмотрели на мужчин. – Мало ему было недавнего пореза на шее?! Окончательно сдохнуть решил?! Шерла хоть дома?

- Выходящей никто не видел.

- Если она ушла ночью, вы ее вряд ли заметите. Нанью, будь тут, я скоро вернусь.

Утренний свет слегка ослепил, но даже не задержал бандита на пути к дому травника – в конце концов, имея более узкий обзор, его тело давно выучило где и что находится в непосредственной близости от трактира, даже наличие сугробов вокруг не меняло этого факта. И все, что он сейчас хотел – это успеть. Либо успеть спасти Килли, если драконица куда-то отлучилась на ночь, либо успеть спасти малгорца до того, как Шерла его прикончит. Разведка, разумеется, шла полным ходом, но катастрофически не хватало хоть какой-то информации того, что происходит у врага внутри гильдии, ее структуры.

- Ну что там? – спросил он дежурных соглядатаев.

- Босс? – те аж вздрогнули от неожиданности.

- Босс, босс, быстрее давай, - раздраженно протянул Одноглазый.

- Малгорец пришел примерно полчаса назад, был обнаружен лишь у самого дома, так как шел по подворотням. Весь в крови, но, возможно, не в своей.

- С чего решил?

- Ну... шел прямо, не хромал, ни за что руками не держался... Ну знаете, когда раны есть, их обычно рукой...

- Ладно, логично, - перебил подчиненного Краут. - Что дальше?

- Пришел, постучался, о чем-то пять-десять минут говорил с лэтром, после тот его запустил к себе. Сам, точно видел, без угроз. Малгорец заходить не хотел, было видно, но все же зашел.

- Почему не перехватили?

- Поздно заметили. Без шума бы уже не получилось.

Одноглазый помянул всех трех богов разом в витиеватом проклятии – общение с образованным травником все же сильно пополнило его словарный запас сквернословия. И стоило признать, что в сложившейся ситуации его подчиненные поступили правильно – Краут абсолютно не чувствовал, что готов переводить скрытое противостояние в открытый конфликт.

- Шума от сражения нет, - заметил Бизон. – Они там что, чай пьют?

- Или он ему уже по-тихому горло вскрыл и молится Луне, пока Шерла с него заживо кожу снимает. Помнишь того несчастного? – телохранитель на слова своего начальника медленно кивнул, вспоминая окровавленный кабинет травника. – Уж Зорл на что садист, но такого даже он никогда не допускал. Ладно, попробуем зайти.

Легкий стук заставил дверь приоткрыться, что ни одному из бандитов не понравилось. Вставив спицу в трофейный арбалет, Одноглазый пустил Бизона вперед, беря в другую руку любимый метательный нож. В дверном проеме появилась голова Шерлы, оглядевшая эту процессию.

- А вы как вошли? Или он что, двери не закрыл? – спросила она, удивленно подняв бровь.

- Шерла, кто там? – раздался голос травника, от которого Краут испытал колоссальное облегчение.

- Одноглазый пришел. Не один. Даже очень не один.

- Со мной все в порядке! И зайди, тут есть кое-что, на что ты захочешь посмотреть!

Бандит, не теряя бдительности, вошел в зал. И открывшаяся картина вызвала у него удивление.

- Вы что, действительно просто пили чай? – возмутился он.

- А что тебе не так? – спросила Шерла.

- На, взгляни, - Килли протянул ему кожаную папку. – Ты тут поймешь явно больше меня.

- Лэтр Галвин... – начал было малгорец.

- Ты просил помощи. Ты просил отдать эти документы тому, кто их сможет реализовать.

Чужак внимательно оглядел Одноглазого, что тому очень не понравилось.

- Он... не выглядит работником администрации.

- Тем не менее, именно он является тем, кто держит этот город в узде.

Отбросив неприятные чувства, глава гильдии откинул кожаную перегородку. Целая стопка прошитых документов требовала нечто большего, чем просто беглый взгляд, Краут уже хотел ее закрыть, как краем своего единственного глаза зацепился за рисунок. И этот рисунок был ничем иным, как планом города с высоты птичьего полета.

- Не понял? – удивился он, заглядывая в следующие документы куда внимательнее.

Документы были разными, но один из них едва в нем что-то не надорвал. Это было досье на некоторых членов банды с пометками, кого можно перевербовать, а кого следует устранить. Там были далеко не все, например, самого Одноглазого и Бизона в нем не было, но некоторых лиц он бы видеть здесь не хотел, например, Чернана, кующего ему броню, или Лохматого.

Следующий документ оказался финансовой выкладкой, причем, указаны были не только суммы, но и фамилии – настоящий подарок в текущей ситуации. И большинство этих фамилий он знал. Кучка жалких продажных крыс, работающих в вышеупомянутой администрации, практически за бесценок продавала Малогор.

Очередная страница – и бандит аж опешил. Во весь лист был его портрет в таких подробностях, словно он сейчас в зеркало посмотрел, а надпись внизу гласила «особо опасен, устранить при первой же возможности». Вторая страница в точно таком же формате изображала Бизона, разве что с пометкой «телохранитель». Краут громко хлопнул папкой, отдавая ее Бизону.

- Я это забираю. И вот этого гражданина, чересчур вовремя появившегося в городе, тоже.

- Одноглазый... – начал было травник.

- Ты был прав, Килли, я понял из этих документов куда больше, чем ты. И поверь, я знаю, что делаю. А ты, - он повернулся к насторожившемуся малгорцу, – сам пойдешь? Или начнешь сопротивляться? Учти, что даже если ты сможешь скрыться от моих людей, то вот она, - легкий кивок в сторону Шерлы, - тебя даже в уезжающей колеснице догонит и вытащит. Поверь, она может.

- Я верю. Видел своими глазами.

- Если бы ты видел своими глазами, ты бы уже вовсю кормил червей.

- Он не лжет, - вмешалась Шерла. – Я предложила ему выбор, жить или сражаться. Он выбрал жизнь.

- И ты его не убила? – удивился бандит.

- На моих руках был умирающий муж, мне было немного не до того. К тому же, он сдержал свое слово.

Одноглазый снова посмотрел на малгорца. Ну, раз уж даже Шерла не стремится отправить его на Суд, учитывая, что этот чужак явно как-то связан с пленением Килли несколько месяцев назад...

- Отведите его в казематы. Кормить, поить, ухаживать. Не бить.

- В тюрьму? – малгорец встал, положив руку на эфес оружия. – За что?!

- Тут два варианта, парень. Либо ты шпион, принесший мне дезинформацию в момент моего как раз таки информационного голода, и тогда за это ты умрешь ой как непросто, либо, в чем лично я крайне сомневаюсь, ты принес мне крайне необходимые сведения, за которые тебя гарантированно попытаются прикончить, и тогда в моих «апартаментах» ты будешь в полной безопасности, пока я не решу иначе. Поэтому вопрос к тебе тот же – сам пойдешь или попытаешься сбежать?

Малгорец снова оглядел как самого Краута, так и команду позади него. И от бандита не скрылось, что движения и повадки чужака слишком умелы для простого солдата. Тот явно прорабатывает стратегию того, как вырваться наружу. Бандит завел руки за спину, снимая запястный арбалет с предохранителя.

- Моя семья, - наконец решился парень. Рука сошла с эфеса, демонстрируя отсутствие угрозы. – Жена и маленький ребенок. Они тоже должны быть в безопасности, но не в тюрьме.

Червячок сомнения все же тронул разум бандита. Будь он один, можно было бы этой папкой печку растопить, но парень с собой свою семью притащил. Если они, конечно, действительно его семья.

- Они будут в безопасности, - кивнул Краут. – Разумеется, если ты не врешь.

С казематами парень познакомился не сразу. Уже в трактире Одноглазому пришла на ум парочка вопросов, которые он хотел задать. Поэтому малгорец ожидал его в пыточной – уж очень хорошо это место подходило для допросов.

- И что все это значит? – спросил он, едва Краут вошел. Сзади предусмотрительно стоял Бизон, готовый в любой момент надавить тому на плечи и усадить обратно.

- Поговорить с тобой хочу. Пару вопросов задать.

- Вот здесь? – иронично спросил чужак.

- Именно здесь. И заметь, ты не связан, а стол перед тобой пуст. Никто тебя пытать не будет.

- Если я, разумеется, не буду молчать.

Одноглазый улыбнулся.

- Приятно поговорить с умным человеком. Даже если он малгорец.

Глаза парня сощурились, но он промолчал.

- Как тебя зовут?

- Вальтер. Вальтер О’Шо.

- Давай на секунду представим, Вальтер О’Шо, что в папке лежат реальные документы, а не подделка, годная только, чтобы ей в туалете подтерлись. Где ты их взял?

- Выкрал из кабинета министра по связям с народом.

- И кто же тебя туда пустил?

- Никто. Сам зашел. Как стражник из Дворцовой Гвардии я имел на это право.

Бандит кивнул. Даже если это была ложь, картинка пока не сыпалась.

- И что же... побудило тебя совершить такой поступок? Ты же явно не глуп, должен понимать, что это государственная измена. И что на тебя и твою семью объявят охоту.

- Охоту на меня объявили куда раньше. После смерти Лорда-Защитника наша Гвардия, а именно те, кто отказался сражаться с Черной Луной, стали попадать в разные несчастные случаи. Кто медовухой поддельной отравится, кого в драке случайно зашибут. Кто просто повесится или вены вскроет. Солдаты Лорда – и решили покончить с собой. Ладно один, ну два случая, пусть. Но не семь.

Краут снова кивнул. Это действительно выглядело странно. Но опять же – если это правда.

- Нас устраняли за дезертирство. Тихо, без шума. Ибо знали, что против Черной Луны выступать – чистое самоубийство. Но мы мало того, что допустили смерть Лорда-Защитника, так еще и даже не попытались наказать его убийцу. Посмели выжить. Формально, нас не за что было судить – приказы, ведущие к смерти, даже уставом разрешено не выполнять, но вины с нас никто не снял. Поэтому, пока не дошла очередь и до меня, я решил бежать.

- Это не объясняет кражу документов.

- А кто бы мне поверил, что я не шпион, если бы не они?

- Я тебе не верю и сейчас.

- Однако содержимое папки всполошило тебя. Там явно было то, что для тебя критически важно. Ты сказал, что у тебя информационный голод, что тебе нужны сведения. Думаю, там как раз то, что тебе нужно.

Тихо открылась дверь, вошел Лохматый, внимательно смотря на Вальтера.

- Ну? – спросил Краут.

- Я осмотрел мать и ребенка, дал противопростудное, для укрепления иммунитета, обморожение...

- Не томи.

- А, да. Девять из десяти, что вот этот молодой человек напрямую причастен к рождению малыша. Парнишка едва ли не вылитая копия. Я это, конечно, проверю, но, босс, это излишне. Молодой человек, палец, пожалуйста...

Бандит закрыл глаза, задумываясь над происходящим. После череды неудач верить в такое колоссальное везение не удавалось. Паранойя вновь ожила, требуя избавиться от потенциальной угрозы. И, видит Солнце, Одноглазый бы так и сделал, однако одно дело жертвовать собой, другое – близкими, и третье – собственным ребенком. Он до сих пор, спустя семь лет, помнил то чувство отчаяния, когда болела Айва.

- Бизон, в апартаменты его. Выбери получше. И проследи, чтобы кормили нормально. А ты, Вальтер, - он посмотрел на своего пленника, - учти. Я проверю каждую букву этих документов и спрошу тебя за каждое несоответствие.

- Прежде, чем будешь спрашивать, вспомни, что я их просто выкрал. Не я их составлял.

На главу гильдии словно ушат холодной воды вылился. Но это помогло ему отрезвиться – паранойя слегка уступила позиции, возвращая часть способности здраво соображать.

Килли

- Эти документы его явно встревожили, - заметила моя жена, глядя на удаляющиеся спины. – Может, действительно имеет смысл остаться?

- Я привел ему Нанью. Она не ты, конечно же, но все же дракон. С кем бы он ни сражался, этот козырь вряд ли кто-то переплюнет, если он, конечно, сам не сглупит. А мы задерживаться больше не можем, - я взял сумку и перекинул ее себе через плечо. – У меня пациент, Шерла. Я должен удостовериться, что с мамой все в порядке. Пойдем, нас ждет неблизкий путь.

Глава 3

Краут

Документы были... занятными, один портрет своего лица чего стоил. Краут подумал, что стоит его сохранить – кто бы ни создал этот шедевр, он бы не побрезговал ему руку пожать. Но подобные мысли были больше способом немного отвлечься, чем реальными планами на будущее – содержимое папки его тревожило. О них знают слишком много, гораздо больше, чем Одноглазый надеялся. Более внимательно читая список имен, бандит видел, что в нем написан почти весь руководящий состав, все более или менее толковые подопечные, которым можно доверить самостоятельное ведение определенных дел без необходимости контроля. Что наводило на определенные невеселые мысли. И заставляло думать, что документы были все же подлинными, как бы не невероятно это ни было. Но, разумеется, требовалась хотя бы минимальная проверка.

Карта города с отметками, протокол допроса малгорского шпиона, привезенного начальником стражи, финансовые выкладки с фамилиями и полным описанием всего денежного ручейка, даже план действий на ближайший месяц – документы явно были исходящими из столицы, созданными, чтобы отправить их сюда. И если они все же подлинные, некоторая часть этих сведений уже не актуальна – вряд ли в Малгории сидят идиоты, которые не понимают того, что произошло, и не допускают такой вариант, как попадание этих сведений к нему. А значит, если что-то делать, то делать это необходимо было прямо сейчас, вот только теперь Краут был уверен еще сильнее – эскалацию конфликта его гильдия не переживет. Врага нужно ослаблять, но если после проверки сведения окажутся достоверными и, главное, актуальными, то... можно будет рискнуть.

- Крыса завелась, значит... – задумчиво протянул Бизон, листая другую часть документов.

- Да их там целый табун в администрации. Причем, некоторые из них те, на которых вообще не подумаешь.

- И это тоже, босс, но я говорю, что крыса где-то у нас.

Подобное серьезное обвинение требовало обоснований. Одноглазый поднял голову на своего телохранителя.

- Поясняй, раз начал.

- Некоторые сведения слишком специфичные, их не узнать со стороны. Вот, например, список толковых ребят. Имена, внешности – еще куда ни шло, но вот, - бандит указал на сноску, - шрам под поясницей с левой стороны. Даже на пляже это место закрывается плавками, узнать о такой подробности можно только во время совместных бань. Там, где никакой одежды нет вообще. Или вот – не различает цвета. О таком с дальнего наблюдения не узнаешь, это надо лично знать человека.

- Да, я к такому же выводу пришел, - нехотя признал Одноглазый, показывая своему телохранителю протокол допроса. Не было никакого желания признавать, что один из людей его предал и работает на обе стороны, но он понимал: факты – штука крайне упрямая. И лучше лишний раз все перепроверить, чем позже пожинать плоды глупой наивности. – Ладно, попробуем кое-что выяснить. Нужно отправить самого толкового вот по этим адресам, пусть осмотрится и осторожно понаблюдает. Если документы подлинные, то там одно из логовищ наших малгорских «друзей».

- Сделаю, босс.

- И передай, что все данные лично мне или тебе и без посторонних глаз. Если мы правы и у нас завелся крысеныш...

Договаривать он не стал – и без того понятно, что лежащая на столе папка могла стать как спасением, так и смертью. Малгорцы, конечно, все равно узнают о ее наличии, однако сейчас у них есть хотя бы немного времени на то, чтобы подготовиться к визиту. А в том, что он будет, Одноглазый не сомневался.

Килли

Я был в смятении. Подо мной с бешеной скоростью пролетали города, деревни, села, разные полянки и опушки... Но мои мысли занимали слова Шерлы, сказанные Вальтеру. Почему ему? Почему не мне? Что, Луна меня побери, происходит?

- Что с тобой? - Шерла повернула ко мне голову. – Что случилось?

- А ты сама не понимаешь? Ты сказала чужаку о ребенке. Чужаку, не мне. Как ты мне прикажешь это понимать? Где он? Почему я узнаю о нем последний? И когда, самое главное? На ум приходит только момент плена, только в то время меня не было рядом с тобой дольше всего. И то, даже этого времени бы не хватило для полноценной беременности.

- ­А, ты об этом... На самом деле все гораздо проще. Когда я тебя нашла и наказала людей, ответственных за твое похищение, нас окружили еще люди. Их лидер призывал напасть на меня, но тела тех, кого я уже убила, охладили пыл остальных. Этот Вальтер был первым, кто убрал свое оружие, сказав, что своим семьям все нужны живыми.

- Подожди, то есть, говоря о ребенке...

- Да. Эту фразу в тот день сказал он, я ее просто повторила. У нас с тобой нет детей, Килли. И... вряд ли будут.

В последней фразе послышалась горечь, и я ее понимал. Без Элфи в доме стало как-то... пусто, тихо. Безжизненно даже.

- Килли... – тихо позвала меня Шерла, задавая безмолвный вопрос.

- Да, - не задумываясь, ответил я. – Хочу. И каким бы он ни был, я буду его любить.

Драконица слегка кивнула и вновь сосредоточилась на дороге. Ей предстоял еще немалый путь со мной на своей спине.

Белуис

Чихание его не отпускало еще долго. Проклятье, да если бы он знал о такой подставе, Белуис бы сам заставил травника этим дышать! Хотя... Мозг, наконец-то, прочистился, и сапфировый понял, что этот красный порошок действительно хорошее средство. Минус, конечно, есть, незаметно его не дашь, но... стоило признать, что бывший глава стаи не мог придумать, как заставить Лэйхо съесть что-то так, чтобы он не понял, что принимает яд. А это можно просто кинуть ему в лицо и, воспользовавшись данной провокацией, заманить его туда, куда ему нужно.

- Да, - Белуис сжал руку в кулак. – Так и сделаю. Решено.

По поводу Кайдена, дракон свое обещание исполнил, Тартис легкой рукой отпустил жемчужного на заслуженный отдых, не задавая никаких лишних вопросов. Айрин с того момента выглядела счастливой как никогда, что, в принципе, можно понять – сначала ее муж едва к Бахамуту не отправился, потом длительные патрули, вне которых едва хватало времени, чтобы поесть и поспать... Наказание было жестким, Белуис отдавал себе отчет в этом, однако не считал, что незаслуженным. Кайден выжил лишь чудом. И вечно так везти не будет.

В полете до города, сапфировый думал, как будет договариваться с Краутом. Иллюзий насчет Лэйхо он не строил – дракона придется убивать, но следовало это сделать так, чтобы никто не пострадал, особенно из людей. Их союз слишком молод, хрупок и неразвит, пролитая кровь из-за какой-нибудь непродуманной случайности может разорвать этот альянс. А этого Белуис никак допустить не мог – в людях он видел единственный шанс на выживание его стаи.

Костюм торговца, как его назвал Килли, ранее его никогда не подводил, однако сейчас люди удивленно таращились на дракона, заставляя того нервничать. И с чем это было связано он не понимал, а потому просто ускорил шаг и быстрым ходом направился к дому Краута, который до этого за километр пах ядовитым пойлом – обожженный перцем нос сейчас не позволял чувствовать запахи так же остро, как и раньше.

- Что Вам угодно? – спросил удивленный человек за длинным столом. Дракон слегка наклонился.

- Скажи Крауту, что к нему пришел лэтр Бранн с предложением.

Человек ничего не стал отвечать, лишь написал на небольшой плотной бумажке пару слов и кинул ее в малозаметную щель. Сапфировый же уселся на стул и стал думать, что делать с телом. Теоретически, можно было бы и отдать, это стало бы идеальной расплатой за услугу, но ему этот вариант не нравился в виду нескольких причин. Во-первых – не хотелось проверять на прочность алчность человека. Во-вторых – Лэйхо все же Старейшина, а значит, его тело должно быть возвращено стае.

- Лэтр Бранн, - человек аккуратно тронул его за плечо, выводя из размышлений, - босс приглашает вас к себе.

Белуис кивнул и, пройдя открывшуюся часть стола, вошел в подземное помещение. Где находилась нужная ему комната, он помнил, так что спрашивать дорогу счел лишним.

- Белуис? – Краут сидел за своим столом и изучал какие-то документы. – Какими судьбами? Решил еще что-то купить?

- С Нанью все в порядке? – спросил дракон, игнорируя приветствие.

Бандит поднял голову.

- Килли обещал, что она мне поможет, - сказал он, спустя несколько секунд молчания.

- Я ее не забираю, просто хочу увидеть. Убедиться, что она жива и в порядке.

- Все со мной нормально, Белуис, - рубиновая вышла из другой двери, являя себя глазам бывшего лидера стаи. – Жива, здорова и даже не раскрыта. Он меня бережет и учит, как жить среди людей. Кстати, ты же в таком виде по улице не ходил?

Сапфировый внимательно осмотрел свой Покров.

- А что с ним не так, кстати? Раньше такой вид не вызывал ни у кого вопросов.

- Зима, Белуис, - ответил Одноглазый. – В твоей одежде обычный человек будет мерзнуть.

- Мерзнуть? Это что?

Бандит закрыл ладонью глаза.

- В общем, как выяснилось, люди очень уязвимы к температуре, - снова взяла слово Нанью. – И когда вокруг снег, они вынуждены облачаться в куда большее количество одежды, чем летом.

- То есть, мне просто нужно создать что-то еще?

- Тебе нужно создать вон то, - Краут показал на свое пальто и зимние ботинки. Белуис, едва взглянув, тут же повторил предметы гардероба, представ в полной копии одежды Краута, но синих тонов. – Куда лучше. Пусть лучше тебя чудаком считают, чем идиотом.

- Вообще-то, это тоже обидно.

- Тогда одевайся в людское, чтобы было хоть сколько-то разноцветным.

- Нет, - категорично заявил дракон. – Чужого Покрова на мне не будет.

- Это не Покров, Солнце! – застонал Краут.

- Мне все равно. У меня есть моя чешуя, я облачусь только в нее.

- И мы возвращаемся к тому, с чего начали – будешь чудаком, а не идиотом.

Нанью, следя за этой сценой, пожала плечами и ушла обратно.

- Белуис, зачем ты прилетел? – снова спросил бандит.

- Мне нужна твоя помощь. Мне нужно избавиться от одного дракона в моей стае.

Краут, едва опустив взгляд в документы, снова поднял голову.

- Поправь меня, если я ошибаюсь, Белуис. Ты хочешь, чтобы мои люди... убили дракона?

- Именно так. Он подорвал единство стаи, там сейчас...

- Подожди-подожди. Я просто... поверить не могу. Ты просишь меня убить дракона. Уже само по себе нонсенс. Как, по-твоему, я могу это сделать?

- Ты же человек. Вы же умеете нас убивать.

- Определенные люди – да, они этому учились, НО не мои люди. Мы выживаем по-другому. То, что я человек, не делает меня профессиональным драконоловцем, чтоб ты понимал.

Белуис почувствовал замешательство. Малые знания о людях сыграли с ним злую шутку.

- Может, можно что-то сделать? Я же вам помогу. Да и не только я.

- Если ты не один, почему бы вам самим не разобраться? Зачем тебе наша помощь?

- Понимаешь... если его мы убьем, то это будет расценено как нападение на стаю, да еще и изнутри. А если люди, то...

- Попался людям, спасти не успели, с кем не бывает, да? Не думал о том, что после такого нас возненавидят в твоей стае?

- Не возненавидят, если не узнают, что это вы. И не совсем так, как ты говоришь. Спасти успели, но отравление оловом, все такое... Килли же, вроде как уезжает куда-то?

- Уже уехал.

- Значит, сейчас самое идеальное время. Лэйхо умрет, спасти его будет некому.

- А люди? С людьми ты что будешь делать?

Белуис снисходительно улыбнулся.

- Краут, я же не зверь какой. Если они меня не тронут, то и я их не трону. Все, что мне нужно – чтобы они заразили Лэйхо.

- Вопрос у меня остается тот же. Каким образом мы должны это сделать? Даже если и с твоей помощью – как?

- Я не знаю, - дракон развел руками. – Но вы же люди. Вы умеете изобретать что-то новое.

- Забавно, - Одноглазый наклонил голову. – Проблема твоя, а думать о ней должен я. И это притом, что если что-то пойдет не так, это грозит мне еще большими проблемами. Не находишь это... несправедливым?

- Нахожу. Но у меня другое мышление. Я вырос и воспитан в другом месте. И... это совсем не подходит под нашу текущую ситуацию. Я просто не смогу придумать все так, чтобы эта ситуация выглядела правдоподобно.

- И поэтому ты решил обратиться к виду, что ведет войну с твоим видом, - Краут вздохнул. – В форме дракона мы его не одолеем. В форме человека еще можем попробовать. Но да, нужно, чтобы кто-то нам помогал.

- То есть, ты согласен?

- А у меня выбор есть? Дракон, от которого ты хочешь избавиться, вряд ли соглашается с твоими действиями, касаемо нас. А раз он, как ты говоришь, подорвал единство в твоей стае, значит, обладает достаточной властью, чтобы постоянно тебе мешать. Вот и получается, что если я помогу тебе сегодня, то завтра мне будет чуточку проще. Прилетай через неделю, думаю, к этому сроку у меня все будет готово.

Белуис, улыбнувшись, встал и направился к выходу. Но уже у самых дверей развернулся.

- Как ты думаешь, люди и драконы смогут жить рядом друг с другом?

- Сегодня – точно нет, - ответил бандит. – А вот завтра... кто его знает?

Килли

Я никогда не думал, что закончу свои дни вот так – связанный, с мешком на голове, утащенный куда-то какими-то бандитами, под чей-то надрывный кашель... Однако реальность оказалась полна разочарований – кто-то меня узнал и похитил ради выкупа, а учитывая, что после последних событий отец за меня платить точно не будет, то... недолго мне осталось.

Раздались шаги, открылась дверь.

- Это... это что такое? – голос был явно удивленным. И содержал не менее явную угрозу.

- Ну так... доставили...

- Вы... вы как войну пережили с такой соображалкой?! Бизон! Бизон!!! Где Бизон?!!

Еще шаги. Гулкие, сюда шел кто-то явно крупный.

- Босс? – и голос под стать, низкий, утробный.

- Этих двоих – на конюшню, каждому по тридцать плетей! И чтобы их крики я прямо здесь слышал!

- Но босс!..

- Он Галвин, идиоты! Галвин! Под «доставить» имелось в виду «пригласить», а не «похитить»! Уводи их! И плеть возьми!

Мешок с меня сдернули. Первое лицо, что я увидел, оказалось лицом бандита с повязкой через весь левый глаз. Запах выдавал алкоголь – он явно много пил последнее время, хоть сейчас и был трезв.

- Я прошу прощения за своих людей, лэтр Галвин, - головорез зашел мне за спину и стал развязывать веревки. – Я действительно хотел Вас видеть, но, видит Солнце, при совершенно других обстоятельствах.

То, что я больше не аристократ, говорить ему не стал. Вполне возможно, что это сохранит мне жизнь.

- Тем не менее, случилось то, что случилось. И я надеюсь, у Вас найдется достаточно веское объяснение, почему я здесь.

- Да, разумеется, - лидер бандитов жестом пригласил меня за стол. – Собственно, если Вы прислушаетесь, то это объяснение Вы сами услышите.

Непрекращающийся кашель где-то рядом со мной, кажется, за неприметной дверкой позади похитившего меня бандита. Чьи-то надрывные крики откуда-то сверху. Или не чьи-то...

- Моя дочь, лэтр, - пояснил человек, указав на ту самую дверку. – Она больна. И никто в этой дыре не может сказать, что с ней. Она все, что у меня осталось. Поверьте, ссориться с Вами – последнее, чего мне бы хотелось.

- Вы не представились.

- Краут. Или Одноглазый, как будет удобнее.

О, а повязку-то он, кажется, не ради красоты носит.

- Килли, - я так же назвался. Но протянутую руку жать не стал. Не после произошедшего.

- Я предлагаю Вам сделку, лэтр Килли. Вытащите мою дочь из колесницы, отведите от нее злобный взгляд Луны – и я Вам заплачу. Щедро заплачу, даже по меркам аристократов.

- Судя по кашлю, она болеет далеко не первый день. Если болезнь запущена, даже я буду бессилен.

- У Вас нет выбора, лэтр. Вы ее лечите, и только в этом случае покидаете мой трактир своим ходом. И даже с деньгами.

Я вопросительно поднял бровь.

- Вы меня поняли правильно, лэтр Килли. Умрет она – умрете и Вы.

Короткий взмах рукой – и в портрет императора за спиной вонзается темный метательный нож. Прямо в глаз. Хотелось, конечно, храбриться, показать, что я не боюсь смерти, но... не получалось. Боялся, еще как. Но старался сохранять спокойствие.

- Что ж, тогда, думаю, мне стоит осмотреть девочку, - голос слегка дрогнул, но бандит даже если и заметил, вида не подал.

- Разумный выбор. Проходите.

- И мне понадобится лаборатория.

Меня хватило ровно на час. Я был зол. Нет, не так. Я был в ярости!

- Кто ее смотрел?! – я буквально вылетел из спальни под совещание Краута и еще пятерых. – Кто?! Что за @#№%^ до такого состояния запустил лепрозу на фоне обычной простуды, @#$%№?!!

- Лепроза? – Одноглазый тут же вскочил со своего места. – То есть, Вы знаете чем она больна?

- Только патологический @%$&*$ в седьмом поколении не понял бы, что с ней! Симптомы – как по учебнику! Как это можно было не заметить?!! КАК?!! @#$%№%^ $&*$@#$!!!

Дальше пошел уже отборный мат, в котором единственным приличным словом оставался диагноз. Меня несло и несло до тех пор, пока я полностью не выдохнулся, грозясь карами каждому недоучке, что в этом городе именовал себя врачом. И когда, наконец, вернул себе способность более или менее рационально соображать... увидел, что Краут старательно что-то конспектирует в неизвестно откуда взявшемся блокноте.

- Сила образования, - уважительно кивнул шкафообразный бандит. – Я больше половины слов вообще не понял.

- Вот так и ругается столичная аристократия, - подтвердил Краут, после чего посмотрел на меня. – Лэтр Килли, если не затруднит, Вы не могли бы повторить последнюю фразу?

- Ты... ты... – у меня аж дыхание перехватило. – Ты что, записал все, что я говорил сейчас?

- А что не так? – удивился он.

Из меня будто воздух спустили. Без приглашения я уселся на стул в углу, перебирая в памяти то, что мне нужно.

- Ты, - я указал пальцем на рослого мужика, - найди десять... нет, уже пятнадцать больших листов гранитника. Ты, - указал на его соседа, - средний пучок руманки, смотри, чтобы зерен побольше было. Ты...

- Так, а ну стой! – возмутился Одноглазый. – Это мои люди. И только я могу им давать распоряжения.

- А у тебя нет выбора, - я встал и подошел к нему вплотную. – Или твои люди принесут то, что мне нужно, и тогда максимум через неделю твоя дочь встанет на ноги, либо иди к Луне хоть сам, хоть на горбу своих подчиненных, но тогда самый край через два дня девочка умрет.

Крауту это не понравилось. Ни фамильярное обращение, ни условия.

- Босс? – ко мне стал подходить богатырь, которого я отправил за гранитником.

- Не надо, Бизон, - бандит вскинул руку. - Найди эти его травы, что он требует. Он очень долго злился. А значит знает, что делает.

В комнате Айвы я практически поселился. Девочка была очень плоха, один ее вид вызывал во мне дикое желание найти этих горе-врачей и перемазать их живраей пополам с росянкой, предварительно переломав в них что-нибудь. Но такие усилия были не зря – уже в первую ночь ее кашель успокоился, горло перестало напоминать один большой разодранный волдырь, а температура ушла с опасной отметки. Сироп, что я ей приготовил в явно чужой лаборатории, больше приспособленной под алхимию, чем под травничество, работал как положено, возвращая ребенку подорванное здоровье.

Ее лечение заняло как раз неделю. Едва я задремал от усталости из-за постоянного контроля над ее здоровьем, как она тут же выбралась из кровати и босыми ногами пошлепала к дверям. И именно удивленный крик ее отца и вывел меня из сна.

- Айва? – голос Краута, полный неверия, заставил меня вздрогнуть и подскочить.

- Папа, я... мне хорошо, - ответило это пятилетнее чудо, кое-как не падая от усталости.

- Ну куда же ты да по холодному полу-то... – я аккуратно взял девочку за подмышки и вернул в кровать. Слабость была объяснима, а других симптомов не осталось. Айва была здорова. – Много кушай, много пей. Восстанавливай силы.

- Хорошо, дядя Килли, - она кивнула мне, улыбнувшись, и тут же уснула.

Краут, стоявший в дверях, смотрел на нас, как на чудо. По правой щеке прочерчивала себе путь единственная слеза.

- Спасибо, лэтр Килли. Вы просто представить себе не можете, что она для меня значит.

- Ничего такого, с чем бы не справились нужные травки, - я устало опустился на стул. – Она сейчас слаба, но это нормально – просто измотана борьбой с болезнью. В остальном – полностью здорова. Хорошее питание, обильное питье, здоровый сон – через четыре дня как козочка скакать будет.

На стол лег приятно звякнувший мешочек.

- Я кое-что выяснил про Вас, лэтр Килли, уж простите. И знаю Вашу текущую проблему. Вы не уехали со столицы, Вы с нее сбежали. Вас изгнали?

- А есть разница?

- Никакой. Но если Вас изгнали, то... я мог бы предложить Вам остаться здесь, в Малогоре.

- Нет уж, спасибо. У меня с этим городом не очень хорошая ассоциация возникла.

Бандит усмехнулся.

- Что ж, понимаю. Тогда советую через час заглянуть в нашу администрацию. Думаю, там Вы найдете то, что ищете. И еще. Если Вам понадобится моя помощь – не стесняйтесь обращаться. Других банд в городе не осталось, так что мои возможности здесь стали весьма... обширными.

- Хорошо, - я встал и увидел, как он снова протягивает мне руку.

- Друзья? – спросил он. И это было так по-детски, что я не выдержал и рассмеялся. И ответил на рукопожатие.

- Будет видно, - ответил я, подходя к двери.

Мне было восемнадцать лет, и я даже представить себе не мог, во что выльется эта встреча...

Почтовый голубь, одна из самых быстрых птиц в мире, если не самая быстрая, пролетает расстояние от столицы до Малогора за три с половиной дня. Нам же, разумеется, потребовалось куда больше времени. Но любое путешествие рано или поздно подходит к концу – к полудню пятых суток мы приземлились недалеко от стен столицы.

- Вот уж не думал, что я сюда вернусь когда-то... – пробормотал я, выходя из леса на дорогу.

- Все хорошо? – спросила Шерла.

- Да, просто... Не знаю...

Чувства были двоякими. С одной стороны, я вновь увижу маму, Гверна и близких мне слуг, а с другой – отец и Артиша, люди, которых я взаимно не хочу видеть. Но долг травника есть долг травника, поэтому, справившись со своими чувствами, я подошел к воротам и встал в очередь.

- Цель визита? – не глядя спросил меня стражник.

- Вернуться домой, дядя Ивон, - улыбнулся я. Тот удивленно поднял на меня глаза, проморгался...

- Килли! Живой, собачий ты сын! – он вышел из своей будки и крепко обнял меня. – Солнце, это и правда ты!

- Я, дядя Ивон. Спасибо, что пропустили меня тогда, - добавил я полушепотом.

- Брось, разве мог я тогда иначе? Ты моей жене таких компрессов наделал, что у нее шея до сих пор не болит, а ведь уже больше десяти лет прошло. По совести жить надо.

Я вновь улыбнулся. Феникс, как же приятно, когда тебя встречают... вот так.

- Эй, а можно как-то побыстрее? – раздался рассерженный голос.

- Я тебя сейчас обратно депортирую, если хоть еще один звук с твоей стороны прилетит, понял меня? – бросил дядя Ивон в сторону, после чего вновь обратился ко мне: - Ну как ты? Как ты жил-то все эти годы?

- Может, все же не здесь? – спросил я его. – Вон уже какая очередь.

- Подождет вся эта очередь, ничего с ней не будет.

- Дядя Ивон, Вы на работе все же. Я здесь точно до весны, время у нас еще будет.

- До весны? То есть, потом ты снова уедешь?

- Боюсь, что так, - я кивнул. – Я не останусь здесь жить.

- Император тебя не выпустит со столицы, ты не можешь этого не понимать.

О да, стоит ему только узнать, что пропавший Галвин вернулся, так за мной тут же начнется слежка. Удивительно, что меня вообще не трогали все это время. Хотя у меня же еще брат есть, может, причина в этом.

- У меня есть свой способ незамеченным покинуть город, - я чуть сильнее сжал ладонь Шерлы.

- Если ты про Барса, то не выйдет. Поймали его два года назад.

Печально. Барс мне во многом Одноглазого напоминал. Или Одноглазый Барса, смотря как посмотреть.

- Рудники? – спросил я.

- Рудники, - ответил Ивон. – На двадцать лет. Так что уже не вернется.

- Ладно, пойду я. Это моя жена, Шерла, - я представил девушку выручившему меня в прошлом стражнику.

- Здравствуйте.

- Ты и жениться успел! Да и девушку хорошую выбрал, - похвалил меня мужчина, провожая до калитки в воротах. – Так, его и ее пропускайте без проверки, я их знаю.

- Как прикажете, - другой стражник отошел в сторону и открыл мне проход.

- Не забывай старика, Килли, - раздалось в спину. – Я обязательно загляну на днях!

- Буду ждать! – ответил я, не оборачиваясь помахав рукой.

- Это твой отец? – спросила Шерла.

- Нет, - улыбнулся я. – Просто... просто очень хороший человек, которому можно доверять.

Но стоило нам пройти арку барбакана, как девушка тут же вцепилась мне в плечо. По Единению ударил страх.

- В чем дело? Что с тобой?

- Люди... Очень... много людей...

- Им нет до нас никакого дела. Пойдем.

И мы, в принципе, пошли, только Шерла так и не отпустила моего плеча. Выглядели, наверно, странно, некоторые прохожие на нас оборачивались, но как я и говорил, большинству до нас не было никакого дела. Особняк приближался с каждым шагом, я уже видел издали резной забор и кованые ворота в цвет. И чем сильнее приближался, тем сильнее думал о том, как я не хочу возвращаться. Проклятье, я сбежал из этого дома, чтобы выжить и вырваться из золотой клетки, так какой Луны-то?..

- Я с тобой, - раздалось в голове. Шерла, нервничающая еще больше меня от чересчур большого количества людей вокруг, поддерживала меня так, как могла. И это помогло. Нервы слегка успокоились, перестав напоминать перетянутые струны.

- Спасибо, - я чмокнул ее в щечку в знак благодарности. – И добро пожаловать в родовой особняк Галвинов.

Удивительно, но слуги меня узнали, открыв ворота чуть ли не раньше, чем я вообще подошел. Один из них, как того требовал этикет, стал вести меня к двери, взяв мой багаж. И сдал с рук на руки слуге, что воспитывал меня с самых первых дней.

- Килли! – Бартрем, заметно поседевший за прошедшее время, едва ли не заплакал, увидев меня на пороге. – Мальчик мой, ты вернулся! Великое Солнце, теперь и на Суд отправляться не стыдно!

Он крепко обнял меня, позволив чувствам выйти наружу.

- Я тоже рад тебя видеть, старик, - я хлопал его по спине, чувствуя, что уже и сам готов пустить скупую слезу.

- Феникс, я уже и не надеялся до этого дня дожить... – слуга украдкой вытер глаза. – Ох, надо от сердца выпить что-то...

Он достал из кармана небольшой флакончик и сделал из него аккуратный глоток.

- Бартрем, это моя жена, Шерла, - я вновь взял ее за руку, чтобы подсказывать через Единение.

- Рада познакомиться с Вами, - улыбнулась девушка, обозначая легкий поклон. В глазах старого слуги появилось уважение.

- Даже жениться успел, - одобрил он мой выбор. – Ну, теперь дело только за детишками осталось, да до правнуков дожить.

По Единению полоснуло болью – Шерла стала крайне болезненно относиться к этой теме. Однако внешне она ничуть не изменилась, продолжая все так же по-доброму улыбаться.

- Ох, что ж я вас на пороге-то держу, старый дурак! – спохватился Бартрем. - Проходите, раздевайтесь.

- Отец дома? – спросил я.

- Нет. В последнее время его император все чаще и чаще к себе вызывает, преемника требует.

- Так рано?

- Это из-за лэтриссы, подозреваю. Лекарство, что ты передал с сестрой, сделало свое дело, но не до конца. Лэтрисса Раини теперь может ходить, обслуживать себя, но лишь пока пьет те настойки, что дает ей твой отец.

- Я же... целую колбу прислал. Да там же концентрат такой был, что им можно было весь особняк вылечить!

- Я не знаю подробностей, Килли, ибо не разбираюсь в этом всем. Вот, твоя комната.

Открылась дверь, являя мне мое пристанище, которое я покинул в свое семнадцатилетие. Ничего не изменилось, разве что немного пыли на столе, да лаборатории нет.

- А где? – спросил я, указывая на пустое место.

- Лэтр Маттео распорядился сначала вышвырнуть, а потом отдал Гверну. А тот... в общем, он как-то научился варить руманку так, чтобы она оставалась как невареная. Или даже сильнее становилась.

Печально. Я до последнего надеялся, что это отец сделал, а выходит, брат сам стал зависимым. Понятны теперь и причины, почему Гверн до сих пор не здоров – смысл в лечении, если больной раз за разом продолжает себя травить?

- Значит, зависимость теперь не только у тела, но и у души, скажем так, - задумчиво протянул я.

- Верно, мой мальчик. Не понимаю, где и что в его воспитании я упустил. А если еще и сестру твою вспомнить... Эх...

Артиша... Не удивлюсь, если без тебя тут как-то не обошлось.

- Может, к маме сходим? – вспомнил я о причине моего появления здесь.

- Да, конечно. Лэтрисса обязательно обрадуется твоему приходу.

Краут

Просьба Белуиса, разумеется, добавила хлопот, однако ее решение он спихнул на Чернана. Можно было бы, конечно, пригласить драконоловцев, однако бандит не хотел рисковать текущими отношениями с главой драконов. Да и тело придется отдавать, а этого допустить было никак нельзя. Белая чешуя редка, ее можно добыть только с тех драконов, которые по какой-то причине погибли вдали от родных гнездовий, что бывает крайне редко, потому и качество у нее соответствующе низкое. Здесь же дракон явно будет жив, и потому более качественный металл неизбежно вызовет очень ненужные и крайне опасные вопросы, которые обязательно приведут других драконоловцев в город. Нет, точно нет.

Просить кузнеца сплести сеть выглядело куда лучшим вариантом. Заодно он передал ему колбу с кровью драконицы, с которой сейчас делил подвал трактира. Краут ожидал проблемы в виде отсутствия простора и желания летать, но нет – Нанью спокойно сидела в своей комнате вместе с часто захаживающей к ней Айвой, которая с чего-то вдруг посчитала, что научить рубиновую читать - ее священный долг перед Фениксом. Впрочем, драконица была не против и старательно учила буквы.

Одноглазому далеко не сразу пришла в голову мысль, как сделать сведения, доставленные Вальтером, актуальными чуть дольше. И сейчас в нем еще теплилась надежда, что еще не поздно все исправить. В данный момент он обдумывал детали своего плана перед двумя людьми, один из которых идеально подходил на роль шпиона.

- Почему-то мне казалось, что ты позовешь меня позже, - малгорец сидел за столом, внимательно наблюдая за действиями бандита. – Еще раз напоминаю, что я документы только украл, к их составлению не имею никакого отношения.

- Я предлагаю тебе сделку, - не стал ходить вокруг да около Краут. – Я хочу, чтобы ты затесался во вторую гильдию и передавал мне оттуда информацию. Лучше всего в качестве гонца, для тебя это было бы идеально, кстати.

- А еще лучше верни меня в камеру, - откинулся на стуле Вальтер. – Всерьез считаешь, что обо мне все еще неизвестно? Я эту папку не со стола взял, а из сейфа. Ла’Нилл там хранит только самое важное.

- О тебе еще не знают, - подал голос Бизон, вытаскивая из-за пазухи большой распечатанный конверт.

- Это что? – удивился Краут.

- Так доклад, - удивился в ответ Бизон. – Точка отправки известна, точки назначения тоже. При таких условиях вычислить гонца для нас уже давно плевое дело, не стоящее даже минимальных усилий. В прошлую войну куда туже было.

- Так ты уже воевал? – Малгорец округлил глаза.

- А почему, по-твоему, в городе главенствовала только моя гильдия? Думаешь, сами ушли? – с сарказмом спросил Одноглазый. – Бизон, молодец, инициативу одобряю. Когда гонца перехватили?

- Минут сорок назад, босс.

- Значит, окно для ответных действий еще буквально нараспашку. Замечательно, все будет куда проще, чем я думал. Значит, так: сведения о Вальтере из всех конвертов изъять, это раз; данные быстро переписать и изучить, это два...

- Я, вообще-то, еще не согласился, - нахмурился Вальтер.

- А у тебя теперь и выбора нет, - Краут пожал плечами. – Или ты соглашаешься, и тогда наша война пока что остается на том же уровне, или пропавший гонец неизбежно вызывает развитие конфликта, что ускоряет его переход в открытую форму. Даже с твоими сведениями мы пока к этому не готовы, а они в этом случае быстро потеряют всякую ценность. А после к ним придет еще один доклад, который мы, ввиду высокой загруженности, НЕ перехватим. Сказать тогда, что потом будет с тобой и твоей семьей?

Парень с силой сжал край стола, костяшки пальцем окрасились в белый.

- Это бесчестно, - наконец, выдавил он.

- Это война в изнанке жизни. Здесь нет места честности. Побеждает подлейший и мерзейший.

- И ты хочешь себе эти титулы?

- Я хочу жить в спокойном городе, который полностью контролирую. Если для этого я должен стать таким – да будет так.

- Хорошо, я попробую, - сдался Вальтер. – Но если что-то пойдет не так – я не виноват. Я этому не учился.

- Согласен. За провал тебя никто винить не будет, - согласился Одноглазый. – За дверью тебя будет ждать человек, он введет тебя в курс дела и передаст информацию, которую мы сейчас знаем. И задание заодно даст.

Будущий шпион ушел, что-то бурча под нос, оставляя Бизона с Краутом одних.

- Босс, у нас же драконица есть, - тихо спросил телохранитель. – Есть места их логовищ. Проверенные места, мои ребята аккуратно поглядели издали, малгорцы действительно там. Так почему мы ничего не делаем?

- Будь с нами Шерла – война бы уже закончилась. Одна ночь – и их бы всех не стало. Но с нами Нанью. А она не пускает электричество, она огнем плюется. Понимаешь?

- Не очень, если честно...

- Пожары, Бизон. В городе почти сорок точек малгорской гильдии. Пожар с одной точки еще спишут на случайность, с двух, может, но с трех уже вызовет подозрение, с пяти – тревогу. И тогда пройдет в лучшем случае месяц, как нас задавят.

- Считаете, что мы не выстоим?

- Уверен в этом. Мы о них только сейчас узнали хоть что-то, но опять же – лишь их внешние дела, цель и способы ее достижения, внутренняя структура по-прежнему остается для нас тайной. Поэтому я уже не спрашиваю, когда на нас нападут, я хочу узнать, почему до сих пор не напали. Я очень хочу знать, сколько у нас осталось времени. Очень боюсь опоздать.

- Опоздать ударить первым?

- И потерять инициативу, да. Мы можем отправить Нанью, ты прав. И она сможет нанести им вполне ощутимый урон, вот только это спровоцирует ответное нападение. А я не хочу терять своих людей, тем более тогда, когда без этого можно обойтись, стоит лишь придумать нужную стратегию.

- И что Вы хотите сделать, босс?

- Смотри, - Краут развернул карту из папки. – Две трети точек по-прежнему остаются в трущобах, за их пределами лишь чуть больше десяти. Значит, все, что нам нужно – это загнать их обратно.

- А потом?

Краут кровожадно улыбнулся, рубанув рукой по воздуху.

- Сжечь заразу вместе с корнем. И чтобы претворить первую часть плана в жизнь, я воспользуюсь именем Черной Луны!

Белуис

Краут попросил у него неделю и это было ровно тем временем, сколько нужно было Белуису. Он дал слово Ифрише и теперь намеревался это слово сдержать. Однако первой к нему зашла не она.

- Куда ты летал? – в палатку без приглашения зашел Лэйхо.

- Тебе не все ли равно? – спокойно спросил сапфировый.

- Если я спрашиваю, значит, мне не все равно. Куда ты летал, Белуис? Снова к людям?

- К сожалению, я вынужден тебя огорчить – МНЕ все равно. Безразлично. Безразлично, что ты спрашиваешь...

- Не смей мне дерзить, драконенок… – зашипел жемчужный.

- Безразлично твое раздражение...

- …и отвечай, когда тебя спрашивают!

- Безразлично повышение голоса...

- Ты разговариваешь со Старейшиной!

- Безразличны твои титулы...

- БЕЛУИС!

Бывший глава стаи снова посмотрел на титулованного Старейшину.

- Не смей меня игнорировать!

- Чем раньше ты поймешь, что я тебя не боюсь и давить на меня бессмысленно, тем быстрее мы придем к продуктивному диалогу, Лэйхо. Это и в твоих интересах, кстати.

- Вот как? – сощурился жемчужный. – И почему же это в моих интересах?

- Потому что вопрос здесь стоит о выживании. И нет, я тебе не угрожаю. Я говорю тебе о выживании нашего вида.

- Мы жили долгое время без людей! И будем жить дальше без них!

- Ты говоришь о жизни. Я говорю о выживании. Несомненно, сколько-то мы еще проживем, но сколько? Пятьсот лет? Сто? Пятьдесят? Кайдена совсем недавно вполне удачно поймали, а ведь он жемчужный. Он рассказывал мне про новое устройство, трубу, что швыряет во врага оловянную сеть и тут же обматывает вокруг так, что не вырваться.

- И что? Драконы иногда попадаются людям. Иногда фатально.

- Да. Рубиновые, более всех неспособные противостоять людям при раскрытии. Но Кайден – жемчужный, как и ты.

- Что еще раз доказывает опасность людей!

- Да раскрой же ты глаза, полудурок! – Белуис вскочил с места.

- Ты разговариваешь со Старейшиной, драконенок! Не смей ко мне так обращаться!

- Я сейчас буду говорить с мертвым Старейшиной, если ты не начнешь, наконец, соображать! Люди убивают нас! Адаптируются под нас! И эту адаптацию надо направить на сотрудничество, а не на войну! Мы ее не выиграем!

- Мы лучше. Мы сильнее. Мы...

- А их больше! У них механизмы! Нас задавят! Пойми это уже, наконец!

- На плато живет около ста драконов. Ты хочешь сказать, что нас перебьют?

- Да! Не сегодня, не завтра, не послезавтра, может, но да, перебьют! И наш единственный шанс – заставить людей увидеть в нас что-то большее, чем просто тело, которое можно распотрошить на ресурсы!

- Это ересь, Белуис! Люди не способны принять драконов! Как и драконы не способны принять людей!

Сапфировый дракон покачал головой. Разговор снова наткнулся на стену предрассудков и пошел на новый круг.

- В этой форме мы и сами почти неотличимы от людей, Лэйхо. Создать из Покрова то, что они носят сами – и все. Подавляющее большинство из них даже не заподозрит ничего.

- И что? Что ты хочешь этим сказать?

- Что между драконами и людьми куда меньше отличий, чем кажется. Мы можем существовать вместе.

Лэйхо посмотрел на Белуиса со смесью отвращения и презрения.

- Ты уже потерял должность за свои убеждения. Что дальше? Как сильно ты планируешь падать? Может, пойдешь пресмыкаться перед ними в надежде, что они тебя не тронут?

- Ты просто старый дурак. Ты так закостенел и так боишься за свое место, что даже не хочешь видеть то, что отличается от твоего видения мира. Не хочешь понимать, что он изменился. Что к нему нужно приспосабливаться.

- Мир – тот же. Это такие как ты пытаются изменить устоявшийся и сбалансированный порядок вещей.

Белуис расхохотался.

- Сбалансированный? Серьезно? Люди убивают нас, а мы боимся им ответить! Они находят наши гнездовья, а мы улетаем в поисках нового, даже не пытаясь отстоять старое! Наш вид вымирает, а людей – все больше! Ты ЭТО называешь балансом?

- Договариваться с людьми – не выход. И раз они все больше и больше размножаются, словно паразиты, то и поступать с ними следует ровно точно так же.

- Истреблять? – ахнул Белуис. – Ты совсем из ума выжил? Да они же войной на нас пойдут!

- У нас много жемчужных, даже после обмена с Гессеритской стаей. И Старейшины поддерживают меня в этом решении. Численность людей пора серьезно сокращать.

- Русла без рек, Лэйхо, - напомнил сапфировый. – Земля без травы. Леса без дичи.

- Всего этого не будет, если бить только в гнездовья или вдоль дорог. Так что твоя сказка останется только сказкой.

С этими словами жемчужный, наконец, покинул палатку, оставив Белуиса в замешательстве. Он не хотел верить, что Старейшины действительно решились на подобный шаг, однако совсем не было похоже, чтобы Лэйхо шутил. Напротив, в его глазах играл лихорадочный блеск, он жаждал, предвкушал это.

- Ты убьешь нас всех... – пробормотал дракон, снова садясь на пол и запуская руки в волосы. – Ты развяжешь войну, которую мы не осилим...

Первоначальный план теперь было необходимо менять. Отравленный Лэйхо не успокоит стаю, а напротив – сподвигнет к конфликту. Старейшины разожгут в остальных пламя мести и тогда все, чего он добился за это время, утонет в крови обеих сторон. А уж куда они ударят в первую очередь, и сомневаться не стоило – город самая ближайшая точка от плато.

- Лу? – в палатку вошла Ифриша.

- Ришка, мне понадобится твоя помощь.

- О? – удивилась она. – Чтобы ты, да попросил меня о помощи... должно было случиться что-то, из-за чего ты отчаялся.

- Оно и случилось. И поверь, мне сейчас не до твоих шуточек.

- Хорошо. Что ты от меня хочешь?

- То, что ты умеешь лучше всего. Сражаться. Сражаться и убивать.

- И... с кем?

- Старейшины. Все Старейшины.

Сапфировая удивленно приподняла брови.

- Бельчонок, смерть Старейшин даже тебе не простят, не то, что мне. Если ты хочешь от меня избавиться...

- Они хотят спровоцировать войну между драконами и людьми, Ришка. И мы эту войну не переживем.

- Они что, идиоты? – ахнула Ифриша. – Это же каким маразматиком надо быть, чтобы такая мысль в голову пришла?

- Она им не просто пришла. Их надо остановить. И, к сожалению, радикальным методом. Ты со мной?

- Всегда и всюду, - не задумываясь, ответила девушка.

- Тогда... – Белуис притянул ее к себе и, надкусив свой и ее краешек губы, поцеловал. Лэйхо явно не будет нападать на людей завтра, подобное мероприятие требует хотя бы минимальной подготовки, а значит, несколько дней у него все же есть.

Глава 4

Ифриша

Ифриша лежала на земле в палатке Белуиса, имея всего лишь одно желание – тихонечко сдохнуть. Ну серьезно, зачем Бельчонку было Единяться за один раз? Почему нельзя было это разделить на два или даже три этапа?

- Ох... – девушка перевернулась со спины на живот, подложив под лицо руку. Было плохо. Было очень плохо.

Ее Единенного рядом не было, тот явно с кем-то о чем-то договаривался, судя по доносящимся эмоциям. И договаривался вполне успешно – Единение лучилось не столько болью и плохим состоянием, сколько довольством. А ведь Белуису из-за Шерлы наверняка еще хуже, чем ей...

- Я стану сильнее, – прошептала Ифриша. – Я стану сильнее и одолею тебя!

Женская рука сжалась в кулачок, показывая внутреннюю решимость. Поднявшись, девушка пошла к себе, чтобы переждать негативное состояние в одиночестве - один из немногих моментов, когда от ее репутации была хоть какая-то польза.

Килли

- Килли? – сидящая на кровати женщина, казалось, не могла поверить своим глазам. – Сынок?

- Я вернулся, - в глазах стало щипать и расплываться. И, не зная что еще сказать, добавил: – Я тебя вылечу.

- Великое Солнце, Килли!.. – мама вскочила с кровати и прижала меня к себе, позволяя себе куда больше чувств, чем положено аристократке нашего круга.

Шерла и Бартрем стояли чуть поодаль, чтобы не мешать сцене воссоединения. И от девушки доносились чувства легкой зависти и грусти.

- Я так скучала по тебе, - мама, наконец, оторвалась от меня, счастливым взглядом рассматривая мое лицо. – Повзрослел, возмужал. Женился, как я понимаю.

И я тоже разглядывал ее. Мама никогда не страдала модной в свое время аристократичной бледностью, утверждая, что здоровый цвет лица куда лучше. Сейчас же, если бы она вернулась лет на тридцать назад, ее главные соперницы удавились бы от зависти, увидев такой оттенок кожи. Некогда отливающие изумрудом волосы потеряли свой блеск, стали ломкими. Да и в целом... как же ты, мама, постарела за эти восемь лет...

- Да, женился, - я с трудом отогнал от себя чувство стыда. Ну что мне стоило прислать хоть пару писем на имя того же Бартрема? – Мама, это Шерла. Шерла, это Раи́ни Галвин.

- Рада знакомству с Вами, - женушка сделала легкий поклон, видимо, подсмотренный в моей памяти.

- Ну-ну, это излишне, - мама вскинула руки, останавливая это действие. – В этой комнате все равны, девочка, не стоит соблюдать этикет столь строго. Расскажи, откуда ты? Как познакомилась с моим сыном?

«Девочка» с легкой тревогой посмотрела на меня, ища поддержки.

- Может, мы хотя бы присядем? – я кивком показал на уголок с диванами перед окном.

- Да, давайте выпьем чаю! – мама тут же подхватила посыл. – Бартрем, если не затруднит...

- Все будет готово в кратчайшие сроки, лэтрисса, - слуга поклонился и вышел в коридор.

- Итак? – зеленые, в тон волосам, глаза излучали любопытство и нетерпение.

- Он спас мне жизнь, - Шерла, севшая рядом со мной, держала мою руку. – Я сорвалась с утеса, но успела ухватиться за растущий из камня кустик. Стала звать на помощь, а он услышал.

- Я едва успел, - мой взгляд слегка «поплыл», изображая погружение в воспоминания. – Еще бы несколько секунд и...

- Ну, дальнейшее можешь не рассказывать. Пережитый стресс там же сбросили или до дома дотерпели?

- Мама! – возмутился я. – Ну как ты можешь так обо мне подумать?!

- Да шучу я, шучу! – рассмеялась матушка.

- Ты нисколько не изменилась...

Да, такие шуточки были вполне в ее духе. Но шутить так она позволяла лишь с теми, кому доверяла ибо, повторюсь, высшее общество, в котором крутится семья Галвинов, задает очень жесткие рамки поведения.

- Килли, позволь нескромный вопрос, - мама слегка наклонила голову. Вошел Бартрем с подносом и чашками.

- Спрашивай, - я слегка отпил горячего чаю.

- Какая у нее была фамилия до замужества?

Напиток едва не встал у меня в горле.

- Мам, с каких пор тебя стали интересовать такие вещи?

- Мне нужно знать, к чему быть готовым, сынок. Ты же знаешь, я всегда приму твою сторону.

Да. И в этом я убедился еще в семнадцать лет, когда она вместе с Бартремом помогала мне покинуть особняк. Только они вдвоем, доверять другим слугам мы побоялись.

- У нее нет фамилии, - тихо сказал я. – Там, где она родилась... вообще ни у кого фамилии нет.

- Я надеюсь, ты понимал, что делал, когда вел ее в храм Солнца. Быть женой Галвина, пусть и изгнанника...

- Я выходила замуж за Килли, а не за лэтра Галвина, - подала голос Шерла. – О том, кто он такой на самом деле и что он обладает вот этим вот... всем, я узнала лишь тогда, когда к нам заявилась его сестра.

- Это правда? – мама посмотрела на меня.

- Правда, - кивнул я. – И даже если бы она знала и до этого, это вряд ли бы что поменяло. Для ее народа не имеет значения, кто мы такие. Даже больше скажу, они о Галвинах даже не знают.

- Вот как? – зеленые глаза выражали удивленное недоверие. – И где же живет такой народ?

- Высоко в горах. И то, что они принимают меня, я считаю своим величайшим достижением.

- Не так уж и высоко, на самом-то деле, - раздалось в голове.

- Смотря с чем сравнивать, - мысленно пожал я плечами.

- Килли, в твоем рассказе я вижу... неточность, скажем так. Если она из горных племен, то должна быть или очень бледной или, наоборот, темной от загара, - Бартрем, используя свои привилегии личного слуги, влез в наш разговор.

- Тем не менее, это правда, - я развел руками. Разумеется, можно было бы рассказать им, кто Шерла такая на самом деле, но Луна его знает, как они на это отреагируют.

- Маттео знает? – спросила мама.

- Нет. Мы еще ни разу не столкнулись.

- Император требует преемника, - невесело усмехнулась матушка. – Вот только тебя не было, а Гверн...

- Я знаю, мам. Я уже знаю.

На несколько секунд повисло неловкое молчание.

- Он в гербертской лечебнице, что на соседней улице, - тихий голос мягко прорезал тишину. – Комната семнадцать.

- Я его навещу. Обязательно, - я убрал чашки на поднос и встал. – А теперь, если позволишь, я тебя осмотрю...

Вальтер

Имперский бандит оказался куда лучше, чем он думал. Да, за дверью Вальтера действительно ждал какой-то подросток с увесистым пакетом и конвертом в руках, что подтверждало подозрения о планировании разговора, но инструкции, несмотря на срочность, не заставляли его отправляться на задание немедленно. А еще там была цифра, и эта цифра была ничем иным, как номером комнаты. И приписка: «Сильно не задерживайся».

- Вальтер! – Роя вскочила с места, тут же прижавшись к мужу. – Я уж думала, что ты все... того...

- Нет, мы договорились. Тебя и малыша будут охранять.

- Подожди, - девушка, несмотря на радость, тут же вычленила главное. – А как же ты?

- Все имеет цену, Роя. Чтобы защитить вас я отправляюсь шпионить против тех, кто пытается...

- Но ты солдат! Ты не шпион!

- Придется примерять на себя новое амплуа.

- Вальтер... оно того не стоит.

Парень улыбнулся и вновь прижал супругу к себе.

- Ваша защита – единственное, что стоит вообще всего. И если я буду знать, что с вами все в порядке... мне будет легче.

Девушка не ответила, но он видел, как ее плечи мелко-мелко дрожат.

- Роя, со мной все будет хорошо. И с вами тоже все будет хорошо.

- Возвращайся, слышишь? – она стиснула ему руки так, что парню стало больно. – Если почувствуешь опасность, если покажется, что тебе перестали доверять – возвращайся. Мне нужно, чтобы ты был живой.

- Я обязательно вернусь.

- Ты кто такой? – дверь открылась сразу же после стука, словно мужчина стоял и дежурил прямо под дверью.

- Почтальон от Ремси, - Вальтер протянул письмо.

- Почему так долго? – явно нервничающий малгорец едва не выхватил у него конверт.

- Облава на дорогах, - ответ на этот вопрос был уже давно заготовлен. – Пришлось попетлять, чтобы сбросить слежку.

- Ты их точно не привел? – диверсант слегка выглянул за порог, осматривая улицу.

- Потому и пришлось задержаться. Убедился, что меня потеряли.

- Где Калум?

- Калума... нет больше. И не будет.

Малгорец хмуро посмотрел на парня.

- В каком смысле?

- Я же сказал – облава на дорогах. Он дал мне возможность вырваться. Назвал адреса.

- Ты его смерть видел?

- Своими глазами. Нашпиговали болтами как ежа.

Диверсант грязно выругался.

- Он тебя в курс дела ввел?

- Не успел. Только адреса назвал. Имперцы уже в затылок дышали.

- Тебе еще надо куда?

- Нет, вы последние остались.

Мужчина приглашающее открыл дверь, прижавшись к стене и оставляя проход. И Вальтер воспользовался предложением.

- Знаешь, парень, - голос впустившего малгорца стал отдавать еще большей стужей, чем на улице, - Калум ведь не очень любит компании и всегда работал один.

- Приказ Ремси, - новоявленный шпион пожал плечами, чувствуя спиной нешуточную угрозу. – Если я правильно понял, то Калум должен был отправиться куда-то в другое место.

- И куда же?

- А мне откуда знать? Мое дело маленькое – здесь взял, туда доставил.

- И сам Калум тебе ничего не сказал?

- Калум... не слишком доволен был. Он молчал, я не лез. Не мое дело.

Ему не доверяли, Вальтер это чувствовал, но был спокоен. В конце концов, его тут видели впервые.

- Хорошо, допустим, - малгорец кивнул на кухонный стол, предлагая присесть. – Фамилию Ремси не подскажешь?

- Ла’Нилл. Ты письмо бы почитал, там, может, написано про меня. Обошлись бы без проверок.

Диверсант криво улыбнулся, но совету внял. Тонкая бумага надорвалась, на свет показалось несколько листков, которые малгорец стал вдумчиво читать, время от времени поглядывая на Вальтера.

- Вот как... – письмо смялось и полетело в печку. – Ладно. Сделаю вид, что я тебе поверю. Можешь уходить.

- Когда мне вернуться? – спросил парень. И, видя явно наигранное недоумение, добавил: - Исходящая почта.

- Три дня. А теперь все, вали отсюда. Знаешь меньше – крепче спишь.

Испытывать судьбу Вальтер не хотел, а потому спокойно вышел на улицу и направился к гостинице. И пока шел, чувствовал своей спиной чей-то неприятный взгляд, но как ни старался, найти следящего за ним человека так и не смог.

- Слежка, значит... – пробормотал он, готовый сражаться.

Нервы натянулись до предела, снег громко хрустел под ногами, даже время, казалось, слегка притормозило свой ход, но... нападения так и не случилось. Вальтер спокойно дошел до гостиницы, снял себе там комнату и лег на кровать, уставившись в потолок. Случившееся ему было не по душе, но стоило вспомнить, что ему вместе с семьей удалось пережить по пути сюда...

- Знаешь, Ремси. А вот не дам я тебе этот город захватить, - Вальтер улыбнулся собственным мыслям. – Из вредности.

И ради будущего, его, жены и ребенка. Но это уже было само собой разумеющимся.

Чернан

В плетении сети из олова было что-то медитативное. Чернан, занимавшийся работой своего нового работодателя, вспоминал момент, в который пожелал вмешаться Феникс – доспех из белой стали малгорского образца, пробитый в пяти местах. Кто бы знал, что простое, даже, можно сказать, рутинное задание, обернется работой на одного из самых влиятельных людей города?

Кузнец с любовью погладил свой новый горн. Машина была отлажена, отрегулирована под его навыки, а главное – могла сделать практически все, что только мог пожелать Чернан. Проклятье, да за такое душу Луне было бы продать не стыдно, не то, что с бандитом якшаться! А уж заказ на изготовление драконьей брони – просто как вишенка на торте.

- Моя лучшая работа, - мужчина бросил гордый взгляд на сверкающий красным нагрудник. Доспехи уже успели остыть и постепенно покрывались сетью мелких чешуек. И даже на вид выглядели какими-то... законченными, совершенными. Не как в прошлый раз, когда они раскрошились от одного удара. – Даже отдавать жалко.

Задание Одноглазого было выполнено, а потому можно было слегка расслабиться, например, в его же трактире за кружечкой весьма дорогого, но такого вкусного Бирского Золотого. Кузнец не сомневался, что из вырученных денег вполне можно было выделить на кружечку-другую без особого ущерба для получившегося заработка, а остальное можно и отложить для лучших времен – кто его знает, как повернется жизнь дальше. Заначка – лучший друг любого мужчины, вне зависимости от того, чем он зарабатывает себе на хлеб с маслом.

За стеной зазвонил колокольчик – пришел очередной посетитель. Закрыв доспех в нише за дверцей, ничем не отличающейся от остальной стены, Чернан вышел в приемный зал, как он любил его называть.

- Добрый вечер, чем могу быть полезен? – стандартно спросил он, глядя на двух мужчин.

- Можете изготовить вот это? – один из них положил на прилавок тонкую спицу, заставив кузнеца нахмуриться. Лица подошедшего из-за широких полей шляпы он не видел, но малгорский акцент нельзя скрыть ни за какой одеждой. Да и сама спица... он ее уже видел, даже делал, по просьбе Краута. И как-то не вязалась она у него с вязанием, а вот с оружием – вполне.

- И сколько же нужно таких спиц? – спросил он.

- Чем больше, тем лучше. Для начала – хотя бы штук сто.

- Сто штук, значит... – происходящее нравилось Чернану все меньше и меньше. И очень хотелось доложить Одноглазому о том, что происходит. – Пятьдесят медяков за штуку.

Стоящий вдалеке малгорец, до сих пор не участвовавший в разговоре, издал странный звук, похожий на смесь удивления и возмущения, заставив кузнеца внутренне усмехнуться.

- Прошу прощения, но... Вы не ошиблись с ценой? – голос говорившего не изменился, но его недовольство почувствовал бы даже самый не имеющий никаких способностей к эмпатии человек.

- Качество стоит дорого. Пятьдесят медяков за штуку, - настоял на своем Чернан.

- Это просто спицы для вязания.

- И они будут вечными, если Вы закажете их у меня. Для вашего ателье это будет лучшая инвестиция.

- Не за пятьдесят медных.

- Тогда нам не о чем говорить. Здесь не базарная лавка, здесь кузня. Для торга тут не место.

Малгорец с силой сжал спицу и сунул ее куда-то в рукав.

- Жадность сгубила не одного человека, кузнец, - прорычал он.

- Качество. Стоит. Денег, - раздельно и так же зло ответил Чернан. – Не смей мне угрожать. И покинь мою кузню, пока цел.

Странный покупатель, к удивлению кузнеца, прислушался к голосу разума, а не собственной раздутой гордости и пошел на выход вместе со своим приятелем. Но уже у самых дверей они неожиданно развернулись и вскинули в его сторону руки.

Килли

Наверно, в жизни каждого, кто связывает себя с медициной, наступает момент, когда ты не понимаешь, что происходит в виду того, что собственные знания не позволяют сложить пазл происходящего. Разумеется, мне это чувство было не ново – в конце концов, мне приходилось лечить Кайдена от интоксикации оловом, а это была еще та задачка, но он был драконом. Похожий, но все же отличающийся от нашего организм. А тут...

При ближайшем осмотре от мамы раздавался слабый запах плесени, но даже не это было самым странным. Удивило меня то, что даже Шерла с ее драконьим обонянием ничего подобного не чувствовала. И как это понимать я решительно не представлял, а потому решил пока отложить эту загадку до лучших времен.

Навестить Гверна я решил сразу же, как осмотрел маму. В конце концов, следовало понять весь масштаб трагедии.

Лечебница имени Герберта специализировалась как раз на лечении приближенных к императору лиц. Будучи элитным заведением, в котором не задавали лишних вопросов, а секреты хранились как золото в сокровищнице, она имела такие цены за свои услуги, что позволить себе там находиться могли очень немногие. Однако это с лихвой компенсировалось результатом, ради которого персонал не гнушался практически ничего. Еще в пятнадцать лет я слышал слухи об опытах над людьми из более бедных слоев общества, но проверить их сначала не смог, а потом стало не до того – начал готовиться к побегу.

- Здравствуйте, чем могу Вам помочь? – спросила меня регистраторша.

Белый холл, белые скамеечки, белые халаты... На краю сознания закралась мысль узнать, сколько же грязи скрывается за этим цветом. И, судя по Единению, Шерлу одолевали точно такие же желания.

- Здравствуйте. Меня интересует пациент в семнадцатой палате, - я слегка улыбнулся.

- Прошу прощения, но данного пациента могут посещать лишь ближайшие родственники, - девушка выдавила из себя сокрушенную улыбку, столь же фальшивую, сколько здесь «чистоты», взывав глухое раздражение.

Проклятье, да откуда во мне столько агрессии?

- О, я идеально подхожу под это определение, - из внутреннего кармана появилась родовая плашка с изображенным на ней пучком трав вокруг толстой иглы и большим ушком наверху. – Я его брат.

- Одну минуту, - регистраторша снова склонилась над какими-то своими бумагами, после чего вновь вернула мне свой взгляд. – Нужная Вам комната в первом коридоре.

- Благодарю, - я едва ли не сквозь силу кивнул, выражая такую же настоящую благодарность, сколь недавно была ее улыбка, и отправился к Гверну.

Коридор был залит светом ламп, но, вместе с тем, был как-то неестественно пуст. Даже растений на окнах не было. А искомая палата оказалась... комнатой для буйных в самом классическом ее понимании.

- Гверн? – я открыл узкое окошко, впуская вовнутрь хоть какой-то свет.

- Забавно, - голос брата был совсем не таким, каким я его помнил. – Новую дозу еще не принесли, а меня уже накрывает.

- Я не галлюцинация. Это действительно я.

- Ты давно мертв, Килли. Давно мертв. Да даже если бы и был жив...

- Гверн, - щель была узкой, но увидеть сидящего в дальнем углу человека было возможно, - посмотри на меня.

- Зачем?

- Посмотри. На меня.

Нехотя брат все же поднял голову. Мне в глаза посмотрел полностью сломленный человек, смирившийся со своей судьбой.

- Мама часто говорила, что Бартрем из-за наших шалостей не доживет до седин, что мы отправим его на костер куда раньше, помнишь? А помнишь, как мы подмешали в шампунь Артиши немного синей краски? Или как украли у отца несколько реагентов в надежде получить что-то взрывающееся?

- …Килли? – во взгляде Гверна, наконец, загорелся слабый огонек надежды пополам с узнаванием. – Это... правда ты?

Я просунул в щель четыре пальца и практически сразу ощутил, как брат схватил их.

- Что нужно было сделать с человеком, чтобы довести его до такого состояния? – недоуменно спросила Шерла.

- Подозреваю, что... запереть его здесь.

- Но зачем? Семья – это самое дорогое, что у нас есть!

- Я не знаю. Пока еще не знаю.

- Килли... Почему ты ненавидишь меня?

Вопрос Гверна вызвал у меня серьезный приступ удивления.

- Прости, что? – мне даже показалось, что я ослышался.

- Ты пришел в очередной раз понасмехаться надо мной? Укорять, что я так опустился?

- Я пришел, чтобы понять, чем я могу тебе помочь.

- Помочь... – в голосе послышалась горечь. – Мне тут теперь само Солнце не поможет.

- Пока человек жив – всегда есть шанс, помнишь?

- Ты просто не представляешь себе эту ломку, брат. Ты просто не представляешь, какого это ощущать, будто все твои кости ломаются, ломаются, ломаются... Раз за разом, раз за разом... И только новая доза способна унять эту боль...

- Гверн, у меня есть способ, слышишь? Я смог изобрести детоксикатор на основе орлеска. Но ты должен отказаться от руманки, отказаться, как бы тебя ни тянуло.

- Да как ты не поймешь! – заорал брат. – Почему ты не хочешь меня понять?!

- Я тебя понимаю! И именно поэтому хочу помочь! Я могу вытащить тебя из этого наркотического болота и этого места, но только на своих условиях! Поклянись, что если ты согласишься на лечение, то откажешься от зерен!

За дверью неожиданно стало тихо. Может, зря я посчитал его окончательно сломленным?

- Оно работает? – раздался тихий шепот.

- Да, - кивнул я, забыв, что Гверн этот жест увидеть не сможет. – Но предупреждаю, что оно выводит токсины всеми доступными способами. И в основном через рвоту.

- Поверь, после того, что я пережил, подобное меня уже не пугает. Килли... – теперь он просунул пальцы в щель. – Пожалуйста, помоги мне. Я устал. Я больше не могу. Я хочу это все прекратить. Но я не смогу выкарабкаться сам.

- Дай мне одну неделю. Одна неделя – и я тебе приготовлю детоксикатор, - я взял его за руку. – Скоро все закончится. Наберись сил. Ты справишься. МЫ справимся.

- Как и всегда? – в голосе впервые почувствовалась улыбка.

- Как и всегда, - повторил я, закрывая окошко.

Краут

Трактир Краута был далеко не единственным в Малогоре, а потому селить Вальтера у себя под боком, всерьез рискуя всей конспирацией, было бы величайшей глупостью. Вместо этого бывшего солдата подселили поближе к западной части города, где и следить за вторженцами было удобнее, и хозяин таверны согласился помочь.

- Босс! – в кабинет Бизон едва ли не вломился. И один только его вид говорил, что новости будут крайне плохими.

- Что случилось? – Одноглазый сразу встал, готовясь реагировать.

- Кузница горит, Чернана нигде нет, а охрана нейтрализовала выходящих малгорцев! – «не разочаровал» телохранитель.

Краут с силой сжал глаза, пытаясь переварить происходящее, и, спустя секунду, выбежал в коридор. Одно из главных зданий города было совсем недалеко от трактира, располагаясь практически впритык к одному из крупных колодцев как раз на такой случай. Однако зима внесла свои коррективы – за прошлую ночь каменная труба покрылась льдом, который по какой-то причине днем никто не стал разбивать, предпочтя другой источник воды, находящийся чуть дальше.

Огонь буквально ревел, сжирая деревянные части здания. Крыша пылала, разбрасывая вокруг себя искры и угрожая поджечь другие дома. И лишь снежная шапка на верхушках других построек не давала бедствию распространяться дальше.

- С дороги! – взревел Краут, пинком выбивая охваченную огнем дверь.

Он сам не знал, на что рассчитывал, спонтанно забираясь дракону в пасть. Все вокруг в дыму, почти нечем дышать, нестерпимый жар, лишь усилившийся с притоком воздуха – зал, где Чернан общался с клиентами, практически прямым текстом говорил ему разворачиваться и уходить, пока еще не стало поздно.

- Босс! Это опасно! – вторил ему Бизон.

- Жди здесь! – не стал его слушать Одноглазый.

Идти было сложно, бандита спасало лишь то, что он примерно знал, где и что находится. И пусть это позволяло ему не биться о стены подобно слепому котенку, что пусть и немного, но экономило время, Краут понимал, что проверить здесь все у него не выйдет. И потому он выбрал два самых перспективных места – спальня и, собственно, сама кузня.

Истекающий кровью Чернан обнаружился как раз у горна, в наименее пострадавшей от пожара комнате. В груди у него торчало несколько уже знакомых спиц, из уголка рта очертила красным кровавая дорожка.

- Держись! – Краут попытался поднять кузнеца, но ему банально не хватало сил поднять такое жилистое и мускулистое тело. – Давай, соберись! Мы выберемся!

- Там... – булькнул кровью Чернан, едва поднимая руку и показывая на участок стены. – Там...

И затих. Рука безвольно упала, а глаза застекленели, немигающим взором глядя вслед показанному направлению. Одного взгляда хватило, чтобы понять – бандит опоздал.

- @&$@%!!! – выругался Краут, отпуская мертвого кузнеца и вновь ныряя в плещущееся огнем помещение, чтобы выбраться на улицу. В лицо вновь дохнуло жаром, он едва не потерял сознание, надышавшись едкого дыма, но крепкая мужская рука схватила его за одежду и буквально выбросила на улицу и чистый воздух.

- Босс, целы? – над Одноглазым склонился Бизон, слегка шлепая его по щекам и не давая отключиться.

- Жить буду, - туман в голове прояснился, вновь возвращая миру краски. Бандит слегка приподнялся, собираясь встать.

Раздал треск, а следом за ним чудовищный грохот – часть здания обвалилась, посылая множество искр во все стороны и освещая округу так, словно сейчас не был глубокий вечер, граничащий с ночью.

- Проклятье... – снова выругался Краут. – Бизон, пусть пару человек начнут тушить кузницу, иначе из всей этой толпы никто и с места не двинется. И пусть малгорцев в пыточную доставят. Хочу побеседовать.

Кузнеца было жалко и Одноглазый не собирался это оставлять просто так. Он очень не любил терять своих людей и старался всегда возвращать нанесенный урон сторицей. А возможность что-то еще узнать о своих соперниках воспринималась просто хорошим бонусом.

Шерла

Всю обратную дорогу Килли был задумчив. Шерла мало понимала в семейных ценностях, однако это не мешало ей мечтать о большой и дружной семье. И истоки этого желания были ей понятны – им стало гнездовье, что отреклось от нее едва ли не сразу, как не стало мамы. К своему стыду, девушка уже не могла вспомнить ли ее лица, ни даже имени. Только эфемерный образ, дарующий тепло, схожее с теплом, что вызывает в груди ее Единенный муж.

- Ты справишься, - Шерла вновь взяла Килли за руку. – А я помогу, если скажешь как.

- Это-то да, обязательно. Просто... я не могу понять, что происходит, - травник поднял взгляд в почти ночное небо. – Ощущение, будто... не знаю, будто отец с ума сошел.

- Почему?

- Лечить зависимость от руманки непросто, это так, но возможно. Если организм еще хоть немного работает как положено, то достаточно месяца, полтора, при запущенном случае, чтобы вылечить эту зависимость. Ну, реабилитация еще сколько-то, конечно, но речь сейчас не об этом. Отец мог лечить Гверна дома, но вместо этого отправил его в лечебницу. Но самое главное – его там НЕ лечат.

- С чего ты взял?

- Вспомни его первые слова: «Новую дозу еще не принесли, а меня уже накрывает». Ни одно известное мне лечение не предполагает наличие галлюцинаций. Оно, в основном, болезненное, понимаешь? Организм с помощью трав экстренно перестраивают на вывод токсинов, усиление печени, почек... Обезболивающие давать попросту бессмысленно, они не помогут.

- Хочешь сказать, что его болезнь... эм... поддерживают?

- В это тяжело поверить, но... пока что это единственный разумный вариант. И отец об этом не знать не может – как бы мне не нравилась эта больница, там действительно лечат. Гверну могли просто не давать руманку – и он бы либо поборол зависимость ценой неимоверной боли, либо... погиб бы от непрекращающегося болевого шока. Вместо этого ему явно дают то, что он изобрел, а он в страхе перед новой болью не может от этого отказаться.

Где-то вдали раздался чей-то пьяный крик, но никто не стал обращать на него внимания.

- Еще на ум приходят слова мамы о том, что император постоянно вызывает отца к себе, а тут получается, что он сам гробит единственного наследника, способного продолжить дело Галвинов. Есть еще я, конечно, но я здесь по другому поводу, и он это знает, Артиша не могла не рассказать ему о результатах наших бесед. Подозреваю, что после первого своего визита она написала ему письмо, а отец в ответ надавил на какие-то свои рычаги, чтобы в нашу вторую встречу сестрица была более... вежливой и сдержанной. То есть, он понимает, что после всего произошедшего между нами, я не останусь дома ни дня, когда закончу лечение, и, тем не менее, Гверна продолжают травить в лечебнице. Шерла, - Килли поднял на нее взгляд, а по Единению прошла волна беспокойства, - я решительно не понимаю, что происходит.

Если уж ее муж чего-то не понимал в дрязгах людей, для нее это было тем более темный лес, девушка это осознавала. Но желание помочь от этого нисколько не уменьшалось.

- Просто скажи, что мне сделать.

- Да если б я сам знал... – Килли опустил голову, смотря на хрустящий под ногами снег.

Особняк приближался с каждым шагом, старый Бартрем, казалось, превратился в большого снеговика, ожидая их. Причитая о том, что молодых где-то носит на ночь глядя, он, не слушая их возражений, отвел их обоих в парную прогреваться, обещая успеть за это время подготовить комнату Килли. Шерлу такая забота немного позабавила – старик, разумеется, не мог знать, что снег и ветер не могут доставить ей каких-либо неудобств, да и Килли вряд ли теперь сможет когда-нибудь простудиться и заболеть. Однако она бы соврала самой себе, если бы сказала, что ей не было это приятно. Отца в ее жизни, можно сказать, никогда не было, но Бартрем был максимально близок к этому образу.

- Порой мне кажется, что отец к моему зачатию не имеет никакого отношения, - произнес Килли, лежа головой на ее ногах. – Мой камердинер заботится обо мне так, как я никогда не чувствовал от... «папы».

- Каме... кто?

- Личный слуга. Он меня с пеленок растил. Самые мои первые воспоминания связаны как раз с ним и с матерью. Наверно, поэтому я и дорожу им больше, чем родным отцом.

- Твой отец... какой он?

- Высокомерный. По сути, он признает за людей лишь тех, кто стоит с ним на одной ступени, а таких очень мало, и тех, кто выше, чем он, а таких еще меньше. Все остальные для него... так, что-то среднее между расходным материалом и объектами для опытов. Поэтому даже в самых крайних случаях не вздумай ему говорить и показывать, кто ты такая.

- Я и не собиралась.

- И правильно. Тебя, возможно, мама примет, Бартрем должен принять, если я ему все расскажу, но на этом все. И даже в этом случае это огромный риск. Им ты можешь рассказать, если ситуация внезапно этого потребует, но никому остальному точно нельзя.

- Как скажешь, - Шерла улыбнулась, убирая со вспотевшего лица своего мужа непослушную прядку.

Она вновь чувствовала счастье. Да, определенно были проблемы, была какая-то непонятная пока что ситуация, но... она была счастлива. Килли смотрел на нее, лежа на бедрах, появились других люди, которые были добры к ней... просто так. Не приходилось ничего никому доказывать, не приходилось вновь сражаться за жизнь, свою или мужа... Можно было просто жить, формировать связи, сближаться с той чудесной женщиной, единственный минус в которой только волосы, которые немного напоминают ей о Наре. Но, опять же к счастью, только волосы – Шерла совсем не чувствовала от Раини какого-либо коварства.

- Моя мама – хороший человек, - улыбнулся Килли. – Но об отце такого сказать нельзя.

- Все будет хорошо, - произнесла девушка, откидываясь на спинку лавки.

Килли

Просыпаться в кровати, на которой я не лежал около восьми лет, да еще и не в одиночестве, было... не знаю, странно. Тихо посапывающая Шерла лежала на моем плече, слегка повернув голову кверху. И ее носик столь соблазнительно торчал в мою сторону, что удержаться от легкого поцелуя было выше моих сил. Хотя я прекрасно знал, насколько чутко она спит, особенно под утро.

- Ты чего? – глаза мгновенно распахнулись. Даже во сне, прожив рядом со мной столько времени, женушка никогда не позволяла себе терять бдительности.

- Ничего. Просто так, - я вновь чмокнул ее в кончик носа, заставив спрятать лицо в одеяле.

- Дурак, - возмутилась драконица, тыча мне пальчиком в грудь. – Я спала, вообще-то.

- Ты четыре дня способна на ногах держаться, тебе эти десять минут роли не играли.

- И что? Зато я спала на тебе. А теперь не буду. Кыш отсюда!

Ловкое перемещение – и аккуратная женская ножка вполне успешно спихивает меня с моей же кровати. А после, едва я успел поднять голову с пола, в лицо прилетела подушка.

- Вот там и спи теперь, - Шерла, посчитав свою миссию законченной, отвернулась и изобразила дальнейший сон, однако подрагивающие плечи выдавали ее беззвучный смех.

- Вот я тут буду спать, а пол холодный. Я тут простыну и буду долго-долго болеть.

- Эх, ну вот что с тобой поделать... – притворно-сокрушенно произнесла Шерла и сползла ко мне, обвивая меня своим горячим телом. Горячим в плане температуры. – Так не заболеешь? – она подняла голову... чем совершила страшную ошибку.

- Нет, - ответил я и снова поцеловал в кончик носа.

Месть оказалась страшной – меня долго, со вкусом и весьма профессионально избивали подушкой, не подпуская ко второму снаряду, оставшемуся на кровати. Не помогали ни извинения, ни заверения, что я так больше не буду – женушка, явно наслаждаясь процессом, гоняла меня по всей комнате, с поразительной точностью попадая по моей пятой точке.

- Ну вот оно стоило того? – спросила она в конце, укладываясь на колени.

- Определенно да, - дотянуться губами уже не получалось, поэтому многострадальный нос задел мой палец.

- Я тебя сейчас укушу, - пригрозила мне Шерла, заставив рассмеяться. И рассмеялась вслед.

В особняке начинался новый день, начинался он и для нас. Необходимо было сдержать обещание, данное Гверну, а значит, следовало собрать у себя в комнате новую лабораторию. Да и маме детоксикатор тоже нужен. Собирая орлеск во время визита к драконам, я как будто знал, что он мне скоро понадобится в больших количествах.

- Килли, я войду? – в дверь постучался Бартрем.

- Дай нам две минуты! – попросил я.

Шерле одеваться не было необходимости – заклубившийся Покров создал ей платье буквально за несколько секунд, но вот у меня такой способности не было, так что приходилось одеваться по старинке.

Вошедший слуга усмехнулся созданному нами беспорядку, понятливо покачав головой. И вот объясни ему теперь, что мы ночью в этот раз ничего не делали!

- Килли, лэтр Маттео хочет тебя видеть, - камердинер позвал несколько служанок, оставив их ждать за дверью.

- О, отец уже вернулся, - хмуро произнес я. Легкое утреннее настроение улетучилось само собой.

- Да. Прибыл сегодня утром. Он хочет видеть тебя за завтраком.

- Передай, что я буду.

Видеть его я не хотел, но, увы, этикет есть этикет. А он, как ни крути, глава нашей семьи.

Обеденный зал, как и все в этом доме, отдавал роскошью. Колонны, картины на стенах, ковры – все стоило неимоверных денег и подчеркивало наш статус. И напоминало о прошлых днях перед самым побегом. Мы, разумеется, зашли последними.

- Килли, доброе утро, - отец кивнул, приветствуя меня в комнате. – Не представишь нас? – еще один кивок в сторону Шерлы.

- Шерла. Моя жена, - ответ был короток и лаконичен. Взгляд главы семейства метнулся вниз к нашим запястьям, на которых красовались черные обручальные браслеты.

- Шерла...? – протянул он с явным намеком на фамилию.

- Шерла, - с вызовом ответил я, ясно давая понять, что продолжения нет.

Отец слегка наклонил голову, обдумывая произошедшее.

- Что ж, это твой выбор. Лишь бы ты был счастлив.

Если бы он мне сейчас сказал, что он на самом деле дракон – я бы удивился куда меньше. Маттео Галвин, человек, одержимый нашей родословной, всеми фибрами своей души ненавидящий чернь настолько, что даже не считает их за людей, одобрил мой выбор! Не наорал, не потребовал развода, не сделал... вообще ничего!

- Все в порядке? – женушка тоже была удивлена, но уже мной.

- Нет. Я теперь понимаю в происходящем еще меньше, чем вчера.

- Ну, чего стоите как неродные? – мама махнула рукой на два свободных стула. – Присаживайтесь, скоро принесут завтрак!

И, словно этого и дожидаясь, вошли слуги с тележками с едой. Всего несколько минут – и перед каждым стояло несколько тарелок с легкими закусками, идеальными для начала дня.

- Шерла, позвольте задать Вам несколько вопросов, - произнес отец спустя пять минут тишины за столом.

Вилка выпала из руки и зазвенела по полу. Луна с ним, что он ее принял, но разговор??? Да еще и на Вы???

- Смотрю, ты в своей дыре совсем манеры растерял, - Артиша не могла пропустить мою оплошность.

- И ничуть не жалею об этом, - ответил я ей, как поднял вилку.

- Дети, не ссорьтесь! – мама покачала головой.

- Ребенок здесь только один, - сестра, разумеется, не могла промолчать.

- Учитывая, что я старше тебя... – произнес я с намеком.

- А ну хватит! – отец хлопнул по столу. – Артиша, следи за языком!

- Но папа!..

- Я сказал! Следи! За языком!

О, впервые на моей памяти он наорал на сестрицу, выставляя ее виноватой.

- Килли, ты взрослый и теперь даже женатый...

- …на замарашке, - едва слышно пробормотала Артиша, чем заработала уничижительный взгляд Шерлы и Маттео.

- …человек. Веди себя по-взрослому и не ведись на провокации, - закончил отец, чем позволил мне хоть немного выдохнуть. Хоть какая-то его часть оставалась мне знакомой, хоть и претерпела изменения. В прошлом я всегда и по любому поводу оставался у него виноватым, особенно в случаях, которые касались его дочери. – Итак, Шерла. Откуда Вы?

- С гор. У нас там... племя, - разговор приходилось контролировать, чтобы девушка не сказала лишнего.

- Как давно Вы знакомы с моим сыном?

- Больше года. Он... – женушка посмотрела на меня с теплотой в глазах. – Он спас меня.

Краем глаза я увидел как умилилась мама от этой сцены и как Артиша изображает, что ее вот-вот стошнит.

- Вы наверняка догадываетесь, что Килли – весьма обеспеченный человек, Шерла.

- Маттео, прекрати, - мама решила вмешаться в разговор. – Я вчера уже говорила с ними на эту тему.

- Вот как? – удивился отец. – Не просветишь?

- У них нет иерархи, а община очень закрытая. Закрытая настолько, что они о нас даже не знают.

- О, это где ж такие люди-то живут?

- Около Малогора, - ответил я. – Очень хорошие люди, но очень недоверчивые. И связью с ними я очень горжусь.

- Наверняка такая же чернь, как она, - сестрица указала вилкой на Шерлу. – И вообще, у меня такое ощущение, будто я сейчас с какими-то свиньями завтракаю, весь аппетит пропал.

- Артиша, покинь столовую, - голос отца был внешне спокойным, однако оставался полным едва уловимых оттенков.

- Папа, эта замарашка...

- Вон из столовой! – рука дернулась, но все же осталась на месте. А вот будь на ее месте я, в мою сторону обязательно бы что-нибудь полетело. – Живо в комнату и подумай над своим поведением!

- Я этого так не оставлю! – Артиша напоследок оглушительно хлопнула дверью.

Возникшую тишину нарушать никто не смел. И чем дольше она продолжалась, тем сильнее давила на плечи.

- В какой момент я ошибся в ее воспитании? – Маттео поднял голову, уставившись в потолок.

- В тот самый, когда начал разрешать ей абсолютно все, дорогой, - ответила мама.

- Она моя дочь.

- А теперь она твоя избалованная дочь. И виноват в этом только ты.

По старой памяти я ожидал, что отец сейчас взорвется в проклятиях, с пеной у рта доказывая, что он не причем, но...

- Да, ты права...

И тут даже мама не смогла не выразить на лице свое замешательство. Полный недоумения взгляд прошелся по нам, легкий кивок в сторону попросил приватного разговора. И если уж даже она не понимает, что происходит, значит, перемены с отцом произошли совсем недавно. Не удивлюсь, если сегодня.

Гверн

Визит Килли – настоящего Килли, кто бы мог подумать! – вселил в Гверна надежду. Он давно проклял тот день, когда упал на штатив и случайно создал наркотик из руманки, да еще и попробовал его. Проклятое зелье вызвало привыкание моментально, а его эффект... Младший сын Маттео даже предполагать не мог, что человек может чувствовать такую эйфорию. Впрочем, то же самое можно было сказать и о боли – она была колоссальной, она выворачивала суставы наизнанку, заставляя проклинать день появления на свет. И теперь этому всему приходит конец.

Его не было долгих восемь лет, однако в его надежности Гверн не сомневался. Килли всегда трепетно относился к своим обещаниям, так что можно было не сомневаться – через неделю он вернется, скажет, что все будет хорошо, а потом чем-нибудь напоит и будет как угодно, но точно не так, как он сказал. И, вместе с тем, это будет лучшим исходом из всех возможных.

- Хоть бы ты мне не показался... – пробормотал парень, обматывая жгутом руку. – Хоть бы не видение...

Он смертельно устал и давно бы уже свел счеты с жизнью, но... Как это сделать в комнате, где нет ни единого твердого угла, а тот же жгут настолько короток, что его приходится растягивать до максимума, чтобы воспользоваться по назначению? Да, разумеется, есть игла и при наличии времени вполне можно что-то придумать... вот только его не давали. Чуть больше десяти секунд – и либо он введет раствор сам, либо это сделают санитары. Одно время Гверн специально дожидался их реакции, изображая своеобразный бунт. И добился лишь того, что очередную дозу задержали аж на целые сутки. Парень с содроганием вспоминал о своих ощущениях в то время и панически боялся повторения той боли, что ему пришлось пережить.

Игла привычно проколола кожу, поршень выдавил содержимое в кровь. И все, что сейчас чувствовал травник – лишь облегчение. Три дня эта зараза будет гулять в его крови. Три дня он может не думать о том, что боль вернется. И приход Килли приблизится тоже на эти три дня.

- Там где я создал то, что разрушает, ты вновь сделал что-то созидающее... – Гверн закрыл глаза, положив голову на одну из многочисленных подушек пола. – Неудивительно, что папа хотел, чтобы именно ты его заменил возле императора. И Луна с ним, Килли, ты более чем достоин. Я не буду тебе мешать.

О том, что его родной брат этого никогда не хотел, парень как-то подзабыл.

Глава 5

Краут

Не сказать бы, что кузница сгорела дотла, однако тот же зал для клиентов был уничтожен огнем подчистую. Да и в целом... проще разрушить все до основания и отстроить заново, чем пробовать восстанавливать. Если, конечно, не знать, что осталось внутри того, что уцелело.

Плененные исполнители сидели в подвале трактира, где из них различными и весьма болезненными способами «получали» показания. И, чтобы их крики не вводили его в глухое раздражение, которое обязательно перерастет во что-то еще, Краут решил прогуляться. А заодно отвлечься и подумать о некоторых... странностях.

- Мы все-таки опоздали, босс? – разумеется, Бизон пошел следом за ним, как и положено телохранителю.

- Да знаешь... не все так однозначно, если немного углубиться в ситуацию, - Одноглазый ногой убрал мешающую ему палку. – Посмотри вокруг и скажи – что ты видишь?

Бизон послушно остановился и стал озираться, пытаясь понять, на что пытается обратить внимание его начальник.

- Сгоревшую кузницу, - сдался он спустя пару минут.

- Не понял, - вздохнул Краут. – Ладно, не страшно, мне и самому лишь пару минут назад в голову пришло. Смотри, малгорская гильдия знает о нас практически все и если бы их целью было бы наше устранение, они бы уже давно напали. И поверь, даже если бы мы смогли победить, это обошлось бы нам очень дорого. Но нет, их задача больше – захват города для ассимиляции с Малгорией. Крупный приграничный город, укрепленный форпост, выход на Прибрежье, у которого выход к морю, а так же свободная дорога в Акуду, шахтерский городок, в котором всего пару месяцев назад нашли очередную жилу высококачественного железа, свинца, золота... Да много чего нашли, Самоцветные горы – настоящая сокровищница для тех, кто ее контролирует. И мы на их пути. Без контроля Малогора захват Акуды и Прибрежья попросту опасен. И Ремси не дурак, он это понимает, вот только без кресла Лорда-Защитника ему нет никакого резона этим всем заниматься – ведь тогда это достижение получит кто угодно, но не он. А вот если сначала он получит эту должность, а потом захватит нас, то его позиции укрепятся настолько, что следующие лет десять его креслу ничего не будет угрожать.

- Но... зачем тогда было на нас сейчас нападать?

- Вооот! – Одноглазый поднял вверх указательный палец. – Начинаешь задаваться правильными вопросами. Во-первых – да, это как минимум преждевременно, как максимум еще и глупо. В городе далеко не одна кузница. А во-вторых – даже если предположить, что это все же попытка ослабить нас... Осмотрись еще раз и скажи – ничего странного не видишь?

Бизон снова осмотрелся, куда более осмысленно. И под конец щелкнул пальцами.

- Сгорел зал для клиентов.

- Продолжай, - кивнул глава.

- Чернан работал один, подмастерьев не брал, о чем та шайка прекрасно знала. Однако эпицентр пожара именно здесь. Но какой в этом смысл тогда? Ведь горн уцелел! Демонтаж и установка его в новую кузницу займет максимум два-три дня!

- Именно так, Бизон, именно так.

Краут открыл дверь и вошел в более или менее уцелевшее помещение, в котором он нашел умирающего кузнеца.

- А еще, - тихо пробормотал он, глядя на стену, на которую ему показывал Чернан, - есть небольшой шанс, что он все же успел сделать то, о чем я его просил.

Стена была из толстого мореного дуба, перестук по ней, казалось бы, ничего не давал, но Одноглазый верил, что его подопечный указывал туда не просто так.

- Босс... – растерянно произнес Бизон. – Так это не малгорские?

- Скорее всего, да – Краут приложился ухом и снова стал простукивать стену. – Боюсь, они тут не причем.

- Но кто тогда? Кому мы еще перешли дорогу?

- Сгорел зал для приема клиентов, Бизон, а горн уцелел. Это же очевидно.

Стук едва заметно отдался пустотой, Одноглазый, тут же осмотрел участок стены и под самым полом обнаружил в ней несколько выемок. Засунув внутрь пальцы, он поддел крепления дверцы, и та легко подалась наверх, открывая нишу с двумя чешуйчатыми нагрудниками, отливающими красным.

- Спасибо тебе, Чернан, - грустно пробормотал Краут, глядя на них. – Пусть Феникс отворит перед тобой врата, а Суд Солнца будет милостив.

Килли

Я даже не надеялся, что мое возвращение в столицу останется незамеченным, но все же не думал, что другие семейства сунутся ко мне столь быстро. Обещание, данное Гверну, следовало выполнить, для этого необходимо было собрать новую лабораторию, которой я смогу пользоваться в любое время. Разумеется, можно было попросить об этом слуг, но... привычка делать все самому не дала этой мысли даже проникнуть в голову, не то, что сформироваться. Так что я собрался на улицу, но успел дойти всего до соседнего квартала, аккурат соседствующего с храмом Солнца.

- Суд Солнца осудит всю твою семью, Килли, - раздался за спиной голос. Я развернулся.

Прошедшие восемь лет так сильно изменили этого человека, что, наверное, если бы не голос, я бы его и не узнал. Полностью седые волосы, облаченный в рясу Жрецов... Единственное, что не изменилось – глаза. Все тот же взгляд, полный презрения к Галвинам и остальным.

- Признаться, вы сильно изменились, лэтр Рейн Ма́ркос, - я слегка кивнул головой, приветствуя его. – Я помню Вас как успешного фармацевта, что же заставило Вас уйти с этого пути и податься в религию?

Рейн прищурился, словно раздумывая, отвечать на мой вопрос или нет. И, все же решившись, кивком головы попросил следовать за ним, отправившись в сторону храма.

- Твоя семья уничтожила мою. Не считая немногочисленных слуг, я последний, - сказал он, едва мы оказались за кованными воротами и, собственно, на территории местного центра религии.

Мои брови удивленно взметнулись. Отец гуманизмом не отличался, конечно, особенно к простолюдинам, но вырезать под корень целую семью? Это даже для него слишком.

- Очень... серьезное обвинение, лэтр Маркос. У Вас есть доказательства?

- Ваша семья единственная, кто не страдает от этой странной эпидемии.

- Почему странная?

- Потому что она быстро поражает всех в определенном доме, но не выходит за его пределы.

- А симптомы?

- Только один. Все усиливающаяся слабость. И лекарства с каждым разом помогают все хуже и хуже.

- Но Вы живы и, вроде как, не заражены.

- Потому что я отдал себя служению Солнцу, - он махнул рукой в сторону храма.

Понятно, просторный дом поменял на весьма тесную келью. Но так он хотя бы остался жив, тут он прав.

- Я был бы Вам признателен, если бы Вы разрешили мне осмотреть заболевших, лэтр.

- Пособникам Луны не место в моем доме, - отрезал Рейн.

- Возможно, я смогу их спасти.

- Тебя не было восемь лет.

- Однако мои знания всегда со мной. Я очень тщательно готовился к своему побегу.

Рейн снова сощурился, обдумывая мое предложение.

- Я пришлю тебе приглашение, но ты придешь один.

- Вдвоем. Она, - я кивнул на внимательно наблюдающую за нами Шерлу, - придет со мной. Но только она.

- Хорошо, пускай. Жди приглашения.

Маркос резко развернулся и ушел в храм, заставляя меня смотреть ему вслед.

- Если я правильно поняла, то он нам враг, - тихо произнесла девушка.

- Да. Конкурент, - кивнул я, чувствуя, что к происходящей головоломке добавляются новые вопросы.

- Тогда зачем мы ему помогаем? Врагов нужно убивать. А тут даже когти пачкать не придется.

- По все той же причине. Происходит что-то очень непонятное, а я прямо нутром чувствую, что все это – звенья одной и той же цепи, но с разных концов. К тому же, он был неправ, когда сказал, что нас эта странная эпидемия не коснулась.

- Раини? – спросила Шерла.

- Да. Ни одна известная мне болезнь не убивает слабостью, всегда есть что-то еще. Жар, там, рвота, обезвоживание... А тут организм словно сам отказывается работать как положено. Но чтобы проверить свою теорию мне нужно увидеть его больных.

- Думаешь, одно и то же?

Я посмотрел на нее и несколько раз задумчиво кивнул.

- Думаю, да. Слишком... странные вещи вокруг происходят, чтобы это было простым совпадением.

Белуис

Слабость и общее состояние в теле, помноженные на недавние пытки Шерлой, едва ли не убивали Белуиса. Выполнить Единение за один раз больше не казалось ему хорошей идеей, но, увы, обратить время вспять не подвластно даже Бахамуту, не то, что обычному дракону. К счастью, Тартис, случайно увидев сапфирового в своем состоянии, часто его навещал, помогая с простыми житейскими нуждами. И так же, как и сам бывший глава, ужаснулся от того, что задумал Лэйхо.

- Мы же... мы же все на бойню отправимся... – едва слышно пробормотал он. – Вообще все. Нас же попросту переловят, кого смогут, а кого не смогут – поубивают на местах! Против нас ополчится весь мир, безопасных мест попросту не останется! О чем он думает, Белуис?! Он что, серьезно рассчитывает победить в этой самоубийственной войне?!

Выкрик жемчужного раскаленным когтем вонзился в висок, вызывая просто колоссальные муки. Он трижды хлопнул по каменному полу, прежде чем Тартис, наконец, заметил, что в данный момент является причиной страданий бывшего лидера стаи.

- Прости, просто...

- Да я все понимаю. Такая же реакция была. Да и... даже если мы каким-то чудом победим людей, то...

- Все, что мы оставим после такого – лишь выжженное пепелище, - перебил его жемчужный. – Всех, кого не убьют люди, убьет банальный голод. Мы просто не проживем столько, чтобы природа успела залатать раны, которые мы ей оставим.

- Ты это понимаешь. Но вот Лэйхо...

Они ненадолго замолчали, каждый думая о своем.

- Белуис, - тихо обратился бывший патрульный, - у тебя есть план? Ты знаешь, как нам выжить?

- Да, знаю. Но мне нужно вернуть мою должность, нужно, чтобы стая вновь летела за мной.

- И что ты хочешь сделать? Как мы выживем?

- Интегрируемся в человеческое общество.

Глаза Тартиса распахнулись от удивления.

- Прости за вопрос, но тебя там Шерла головой ни обо что не била? Мы не можем существовать вместе!

- Килли и Шерла прекрасно уживаются друг с другом.

- Килли и Шерла Единенные!

- Но они же не всегда были такими, верно? Сначала же они узнали друг друга, чтобы решиться на этот шаг.

Жемчужный открыл рот, силясь из себя что-то выдавить.

- Это... безумие! Как ты собираешься это сделать?

- Ну, начало я уже положил – новые дома для всей стаи. Дальше по плану было возвращение письменности, получение минимального образования...

- На это уйдут годы!

- Сейчас у нас есть эти годы. А потом, когда люди изобретут еще какую-нибудь машину – их может не стать.

- Но этого мало!

- Не спорю, - согласился Белуис, слегка размяв мышцы в затекшей спине. – Но тут нужно просто начать. Главное – показать людям, что мы не сильно от них отличаемся, понимаешь? Что мы – почти такие же, как и они. И сами тоже должны понять, что люди нам куда ближе, чем кажется. Это предотвратит большую часть конфликтов, которые неизбежно появятся, когда мы станем жить среди людей. И именно их количество и будет решающим фактором, что покажет, уживемся ли мы друг с другом.

Тартис с восхищением посмотрел на сапфирового.

- Как ты вообще к этому пришел? Как ты вообще это придумал?

- У меня просто... пример перед глазами появился.

Белуис вспомнил свою слежку за Килли в ныне сожженном гнездовье. Вспомнил, как сам не хотел верить в невозможное.

- Мы сможем. Главное – не наделать глупых ошибок, которых нам не простят. Но Лэйхо вот-вот совершит одну из них.

- Я задержу его насколько смогу. Как у текущего главы стаи у меня есть определенное влияние. Но совсем немного, я все же не через арену к власти пришел. Так что давай быстрее включайся в текущие процессы.

- Сразу же, как только приживется Единение, - улыбнулся сапфировый. – Я не позволю разрушить все то, чего уже успел добиться, пока общался с людьми. Мне слишком повезло, чтобы я позволил себе гневить Всеотца и упускать такой шанс.

Килли

Наверно, непосвященного человека насторожила бы столь резкая откровенность Рейна Маркоса, однако, если подумать, он не сообщил мне ничего, что я не смог бы выяснить самостоятельно, просто зайдя в какой-нибудь трактир. Вполне допускаю, кстати, что его истинным мотивом и было пригласить меня к себе с какой-либо целью – понадеяться, что меня зацепит эпидемией, отравить собственноручно или... чем Луна не шутит, вдруг я все же разберусь, в чем дело? Он не может не понимать, что меня не было слишком долго, что я не могу быть причастным к тому, что происходит. Однако я был и остаюсь Галвином – весьма способным человеком в области травничества, что дает ему надежду, и прямым конкурентом, что заставляет его меня ненавидеть.

- Ненавижу интриги, - мы подошли к магазину оборудования. Шерла посмотрела на меня, ожидая продолжения. – Ну если нужна тебе помощь, ну почему не попросить о ней прямо, как положено?

- Он твой враг, - женушка пожала плечами. – Ты тоже его враг.

- Нам нечего делить, - не согласился я с ней. – Ему нужно место у императора, я же, напротив, изо всех сил избегаю его.

Однако внутрь мы сразу зайти не смогли. Подбежал чей-то мелкий служка и очень попросил нас зайти в новую аптеку напротив, дескать рекомендация Галвинов поможет этому заведению получить новых клиентов. И я, простая душа, согласился, совершенно забыв с непривычки, что если аптека принадлежит не нам, то кому-то из конкурентов.

- Все столь же наивен, - произнес единственный человек, находящийся внутри. – Все столь же глуп.

- А́гнис... – произнес я, старательно подавляя глухую злость. Шерла тут же подобралась, готовясь оттеснить меня за свою спину.

Агнис Самри́т – такие же травники, как и мы, и, по сути, единственные, у которых действительно может хватить способностей занять текущее место Галвинов у императора. Вражда между нашими семействами ведется уже не одно поколение, злость друг к другу впитывается с молоком матери, хотя стоит признать – лично мне он ничего плохого не сделал. Разве что взаимные оскорбления, но это у нас давно стало обычной формой общения.

- Лэтр, - я повернулся, изображая на лице вежливую улыбку, - Что же заставило Вас в такой час пригласить меня в такое убогое и безвкусное место?

- Ты и заставил, Килли, - усмешка показала мне, что мой словесный укол цели не достиг. - Признаться, я поначалу считал слухи о твоем возвращении ложными, но несколько моих людей видели тебя у лечебницы Герберта. И раз уж мы встретились, позволь задать тебе вопрос – если тебя не интересует должность личного врача Императора, то тогда зачем ты здесь?

- Я все еще не услышал ответа на свой вопрос, лэтр Агнис.

Самрит недовольно сощурился, но его голос остался неизменным.

- На нашу семью напала странная болезнь, которая не поддается лечению.

Мои брови дернулись вверх.

- Да-да, мы тоже страдаем от этой заразы. И отвечая на твой невысказанный вопрос – у Пуланья те же проблемы.

Точно, Рейн Маркос что-то сказал подобное. Болеют все, кроме нас.

- Все сильнее увеличивающаяся слабость? Верно? Лекарства с каждым разом помогают все хуже?

- Именно так. И как ты объяснишь это, юный Галвин? Почему твоя семья не страдает от этого?

Тон мне не понравился, Шерла, чувствуя мое недовольство, уже готовилась залить тут все кровью.

- Вы хотите в чем-то обвинить мою семью, лэтр Агнис?

Он встал и приблизился ко мне, словно хотел сообщить какой-то секрет.

- Поверь, если бы у меня были доказательства – я бы мокрого места от вас не оставил. Но они будут, юный Галвин. Поверь, я сам или мои люди найдут их. И тогда крах вашей семьи станет неизбежным.

- Рейн Маркос остался единственным представителем своей семьи, Агнис. Поэтому позвольте дать Вам совет: прежде чем пытаться уничтожить мое семейство – позаботьтесь о том, чтобы эта болезнь не уничтожила вас раньше. Я-то успею найти лекарство от нее, но вот Вы... совсем не факт.

Ответный выпад ему очень не понравился – я явно наступил на больную мозоль.

- Столь же нагл и дерзок, как свой папаша. Но ничего, день вашего краха близок. И я сделаю все, чтобы приблизить его еще сильнее. А теперь пошел вон с моей аптеки.

Внутри Шерла держала на лице маску спокойствия, но на улице дала волю чувствам, приобретая хищные черты.

- Можно я его убью? – тихо прошипела она, излучая волны ненависти.

- К сожалению, нет. Не сегодня, по крайней мере, - я грустно вздохнул, жалея о том, что столь простое решение обернется колоссальными проблемами для семьи. И если на отца мне было плевать, то вот матери с братом я плохой судьбы не хотел. – Что ж, осталось только дождаться Пуланьев. Я более чем уверен, что они найдут меня буквально в течение часа.

???

Мужчина был доволен – больше голос в пещере не мог ему угрожать.

- Есть новости? – донеслось эхом.

- Килли здесь, в городе. Как я и обещал, он приехал, чтобы лечить свою мать, Раини.

- Он приехал один?

- Нет. Этот... выродок мало того, что женился, так еще и на...

С глубины раздался какой-то звериный рык, заставивший мужчину отскочить ближе к выходу.

- Что это было? – спросил он спустя пару минут.

- Далеко не все зверье в округе согласно делить эту пещеру со мной, - усмехнулся голос. – Некоторых из них приходится... скажем так, убеждать. В назидание остальным.

- Не проще ли переселиться куда-нибудь? В более безопасное место?

- Во-первых – для меня здесь безопасно. Во-вторых – не лезь не в свое дело! А теперь слушай, что ты будешь делать дальше... – голос стал диктовать инструкции, заставляющие мужчину удивляться все сильнее.

- Но зачем? – не выдержал он. – Какой в этом смысл?

- Ты взял задаток, так будь добр его отработать, если хочешь получить остальное. И прекрати раздражать меня глупыми вопросами! В противном случае...

Раздался громкий хлопок, словно кто-то с размаху ударил ладонью по стене пещеры. С потолка откололось несколько мелких камушков, звуковая волна подняла пыль с каменного пола, а мужчина побледнел.

- Я попробую, но не обещаю результат, - пролепетал он.

- Результат – единственное, что меня волнует.

- То, что ты просишь, мне сложно осуществить!

- Мало волнующий меня фактор. Либо будет результат, либо не будет тебя. Вообще. А теперь уходи.

Мужчина на ватных ногах вышел на солнечный свет. Кажется, он слегка поторопился с выводом, что голос в пещере больше не будет ему угрожать. Но стоило подумать о том, чтобы снизить его влияние...

Килли

Стоит ли говорить, что я оказался прав. Глава последнего семейства выразил мне свое почтение как раз по пути домой. Снова слуга, снова приглашение, но уже в местный ресторанчик...

- Лэтр Килли Галвин, - Да́риус Пула́нья, как и Рейн, был подчеркнуто вежлив, однако глаза говорили лучше всяких слов. Как и то, что разделить с ним трапезу он так и не пригласил. - Что же заставило Вас вернуться в столицу после того, как Вы спешно ее покинули? Да еще и в такое время...

Семейство алхимиков восемь лет назад было одним из самых... скажем так, нейтрально к нам настроенных, а с его младшим сыном, Эвартом, мы даже дружили, что доставляло немало хлопот Бартрему. Если бы отец в то время узнал, с кем я общаюсь, боюсь, он был бы более настойчив в своих попытках от меня избавиться. Наша дружба была настолько крепкой, что мы даже обменялись кое-какими рецептами. В частности, эликсир из полунника, более известный как «Второй шанс», я научился готовить именно благодаря ему. Даже не знаю, чего ему стоило поделиться подобным рецептом.

- Боюсь, я не могу Вам этого рассказать, лэтр Дариус, - я вежливо улыбнулся. Причину его изменившегося к нам отношения долго искать не нужно – она точно такая же, как и у остальных. – Но даю слово, это никак не связано с эпидемией этой странной болезни, которая поразила Вашу семью.

- Вот как? Однако стоит отметить, что ты приехал слишком уж... вовремя, Килли.

- О том, что происходит, я узнал уже по прибытии сюда. И мне не менее Вашего интересно, что происходит.

Дариус внимательно осмотрел меня, словно увидел впервые. На стоящую за моим плечом Шерлу он не обращал абсолютно никакого внимания, словно той здесь и не было.

- Что ты вообще знаешь? – спросил он, наконец.

- Немного, я же здесь всего сутки. В домах других семейств эпидемия странной болезни, которая за пределы дома не выходит. Первое время болезнь поддается лечению, но чем дальше, тем хуже. В конце концов человек слабеет настолько, что просто засыпает и больше не просыпается. Больше пока ничего не знаю.

- А еще не болеет семья Галвинов. Хотя стоит отметить, что в обществе давно не видно жены Маттео, но она и без того не часто посещала приемы.

Это да. Несмотря на этикет, приписывающий женатым мужчинам всегда приходить в обществе своей жены, мама везде, где только было можно, ссылалась на занятость, чтобы не являться на «скопище шумных и вдрызг пьяных свиней», как она называла подобные мероприятия. Единственные балы, которые она никогда не пропускала – те, что давал сам император, но даже туда шла с явной неохотой.

- Что верно, то верно, - не стал я отвечать на его невысказанный вопрос. В интригах я откровенно слаб, но что-то более или менее очевидное увижу даже я.

- Я слышал, Гверн в лечебнице Герберта, - зашел с другой стороны Пуланья.

- Есть такое, - кивнул я. – Навестил его вчера.

- И как он?

- Лучше, чем я думал, но хуже, чем должно было быть при его диагнозе. Впрочем, это поправимо.

- Хочешь помочь брату? Похвально, Килли, похвально. А я вот своему ребенку помочь не смог.

Между нами повисла неловкая тишина.

- То есть... Эварт?.. – тихо спросил я. Дариус не стал отвечать, просто кивнул. – Пусть Суд Солнца будет к нему милостив.

- Благодарю, Килли. Я знаю, вы дружили. И знаешь, скажу по секрету, я порой всерьез думал о том, чтобы породнить наши семьи. Дочери у меня, правда, нет...

- Артиша бы заставила Вас проклясть это решение, - я усмехнулся.

- И только это меня, сказать честно, и останавливало. Свою дочь Маттео воспитал просто отвратительно.

Я прищурился. Дариус выходил за рамки этикета, говоря о подобных вещах. И означало это одно из двух – либо неформальная и доверительная беседа, либо он не считает меня за влиятельного человека. И поскольку о доверии в нашем разговоре речи не шло, оставить подобную реплику без ответа я не мог.

- Что поделать. Ошибки совершает каждый. Кто-то плохо воспитывает детей. Кто-то жен.

Пуланья ожидаемо нахмурился, получив по рукам. Эту историю как-то при мне обсуждал отец с мамой. Подробностей было мало, да и давно уже это было, но, вроде как, на один из приемов жена Дариуса пришла с плохо замазанным синяком под глазом. Разумеется, это вызвало целый фурор, множество сплетен и падение репутации семьи. Но что куда хуже – спустя несколько часов император вызвал его на приватный разговор, после которого Дариус вышел словно побитая собака. Подробности, разумеется, остались тайной, ибо подслушивать главу страны не станет даже самоубийца, но после того случая на людях со своей избранницей алхимик был чрезвычайно вежлив.

- Вы по-прежнему держите связь с драконоловцами? – позволил я себе сменить тему. И тут же понял, что сделал плохой выбор – Шерла моментом оживилась, перестав слушать наш разговор вполуха.

- Да, совсем недавно инвестировал в какое-то их новое изобретение. На границе с Малгорией нашли какое-то разбитое устройство, которое, если верить их инженерам, могло когда-то стрелять чем-то вроде специально сплетенной сети. Хотят восстановить и опробовать в охоте.

- А где нашли, не говорили? – поинтересовался я.

- А Луна его знает, - он пожал плечами. – Вроде бы где-то у подножья каких-то там гор. Говорили, состояние такое, будто с вершины сбросили, механизм разбит полностью, но местоположение деталей все же угадывается.

- Эта вещь не должна существовать! – Шерла вполне ожидаемо заволновалась.

- Раз не должна, то не будет.

- Что ж, Килли, у тебя наверняка много дел, - Дариус поглядел в свои карманные часы и, промокнув губы салфеткой, встал из-за стола. – Не буду тебя больше отвлекать.

Хоть разговор и прошел у нас в таком ключе, его взгляд, обращенный ко мне, не поменялся, даже когда мы говорили о его сыне. Казаться, а не быть – именно по такому правилу живут те, кто находятся близ императора. Только так можно выжить в замке, сожрать кого-то быстрее, чем кто-то сожрет тебя.

- Ненавижу интриги... – пробормотал я снова, выйдя на заснеженную улицу.

- Килли, этот человек дает монеты тем, кто нас убивает! – Шерла слегка пригнулась ко мне, чтобы никто не мог нас услышать. – Из-за таких, как он, люди все лучше и лучше ловят нас!

- Ты хочешь этому противодействовать?

- Разумеется! Эта вещь, которую он описал, точно такая же смерть, как та вещь, которую ты сделал для Элфи!

- Ты права. Однако мы даже не знаем, где находятся те самые инженеры, о которых он говорил.

- Ты знаешь, где он живет?

- Конечно. Все знают.

- Он же должен туда рано или поздно пойти. А я прослежу.

- Нет, Шерла, именно он никуда не пойдет, пошлет одного из своих слуг. Или вызовет их к себе.

- Но он же пришел к нам. Все пришли.

- Потому что я Галвин, которого не было восемь лет. Поверь мне, каждый из них услышал куда больше, чем я сказал.

- Это как? – удивилась девушка.

- Полунамеки, вопросы с двойным или тройным дном... Спрашивает одно, но имеет в виду совершенно другое. И получается, что одной репликой я отвечаю на два-три вопроса сразу, которых он не задавал. А то и на больше.

- Эм... – в глазах Шерлы появилось замешательство.

- Вот и я о том же. Они живут в постоянной слежке, как за другими, так и за самими собой. То есть, за своими словами, поступками, которые могут выдать реальное положение дел. А я так жить не хочу. Я хочу просто лечить людей. Ну и... не только людей, раз уж у нас так вышло.

Шерла улыбнулась на такое заявление, но спустя секунду посмотрела в сторону, куда ушел Дариус.

- Но с ним нужно что-то делать, Килли. Это устройство нужно уничтожить.

- А так же придется сжечь все чертежи и устранить всех, кто ее осматривал и восстанавливал.

Девушка фыркнула. Вот уж чем-чем, а убийствами она никогда не гнушалась.

Краут

Что на Бизона, что на Краута нагрудники сели как вторая кожа. Впервые надевший подобный доспех Одноглазый был приятно удивлен не только его легким весом, но и теплотой – тот совсем не холодил кожу.

- К нам кто-то пришел? – в кабинет вошла Нанью. – А, поняла теперь откуда запах.

Бандит же ошеломленно посмотрел на девушку. У него целый дракон рядом живет, как он мог о ней забыть???

- Что? – спросила она недоуменно.

- Нет, ничего, - Краут тряхнул головой, приходя в себя. – Просто... кое-что вспомнил.

И вспомнил еще кое-что – просьба о помощи Белуиса. В связи с последними событиями он совсем забыл и об этом. Однако и сам дракон не появлялся рядом с ним в последнее время. Может, справился без его участия?

- Слушай, скажи, зачем вы придумали столько разных правил? – рубиновая отвлекла его от мыслей и показала исписанную тетрадку. – Почему слова не всегда пишутся так, как слышатся? Ну пишу я «оленя» через «а», он же от этого кабаном не становится! А Айва из-за этого постоянно со мной ругается!

- Потому что в некоторых случаях это может создать путаницу, если слова схожи по звучанию, но разные по написанию.

- Например?

- «Здесь леса» и «Здесь лиса». (Прим. автора: Давайте немного опустим условности с другим языком...)

- Ну... да, - нехотя согласилась Нанью. – Без подсказок не разобраться, что имеется в виду. Эх.

Девушка вернулась в комнату, пока Краут неотрывно за ней следил. Сердце стучало неприятно бешено, в теле разливалось что-то тягуче-сладкое, что-то, что... заставляло действовать необдуманно, безрассудно. Лишь бы лишний раз обратить на себя ее внимание, вызвать улыбку...

- Проклятье... - Одноглазый слегка надавил себе на повязку. Вспышка боли в старой ране моментально прочистила мозг от розового тумана, вернув ясность мысли. – Подкинул ты мне проблем, друг, ничего не скажешь...

Но, несмотря на такое заявление, обвинять Килли он не спешил. Ну откуда он мог знать-то, что еще с первой встречи, когда они вдвоем вместе с Бизоном кое-как затащили неимоверно тяжелого Кайдена, Нанью уже запала ему в душу? И как бы стыдно ему не было перед погибшей женой, он ничего с собой поделать не мог. Эти чувства были сильнее, чем он сам.

- Нравится, да? – голос Айвы заставил его вздрогнуть, настолько неслышно она подошла.

- Так заметно? – не стал отрицать Краут.

- Более чем, - улыбнулась дочка. – У тебя такое лицо становится, словно... кхм... руманки пару колосьев сгрыз.

Влияние травника заставило отца усмехнуться. Любой другой бы упомянул алкоголь.

- Пап, ты же должен понять две вещи. Первая – у тебя с ней не выйдет ничего.

- Это почему? – удивился Краут.

- Потому что вы разные.

Подобную реплику можно было трактовать слишком по-разному, учитывая обстоятельства. Одноглазый слегка наклонил голову, призывая Айву продолжить. И девочка, прежде чем дополнить, несколько раз обернулась, словно кого-то ища.

- Ты человек, - тихий шепот было едва слышно. – А она нет.

За стеной Наньиной комнаты что-то шумно упало.

- Ты сейчас о чем? – так же тихо спросил бандит.

- Ты прекрасно знаешь, о чем я.

Краут грустно вздохнул. Как бы он ни старался, но его тринадцатилетняя дочь повзрослела слишком рано.

- Плохой из меня отец вышел. А второе что?

- Жизнь продолжается. Мамы больше нет, но это не означает, что ты не можешь жениться еще раз.

- Здесь все несколько... сложнее, дочка.

- Ничего сложного тут нет. Ваш главный обет был прост: «Пока Суд Солнца не разлучит вас». И Суд Солнца вас, благодаря одному гордому идиоту, разлучил.

- Я по-прежнему люблю Велиру.

- Ты благодарен ей. За меня, за время, что вы успели провести вместе, но... любви уже нет, пап. Иначе ты бы не чувствовал к Нанью все то, что чувствуешь сейчас.

Новые слишком взрослые реплики дочери резали сердце не хуже остро отточенного ножа, который периодически метал в портрет императора сам Одноглазый. И оттого находили в нем отклик, ибо где-то в глубине своей души Краут понимал, что Айва права. Он человек, она дракон. У них ничего не выйдет. И даже наличие примера рядом в виде Килли с Шерлой не дает ему никакой надежды.

- Наверно... наверно, да, - мужчина вновь грустно улыбнулся. – Но надежда – такое чувство...

- Никто не заставляет тебя страдать, папа. Просто перенаправь их в другое русло, вот и все. В городе полно хороших женщин, ты вполне можешь себе кого-то подыскать.

- Ты согласна, что у тебя появится злобная мачеха? - полушутя спросил Одноглазый.

- Если она будет слишком злобной, тот же Бизон ей голову по резьбе открутит. И вполне возможно, что даже буквально.

Краут улыбнулся на шутку, но снова ощутил, насколько же он ужасный отец. Ведь она была слишком близка к правде.

Килли

Заказанное оборудование привезли уже на следующий день. Бартрем, матеря всех слуг на чем свет стоит, заставил их все принести ко мне в комнату прямо в коробках, дабы я сам разложил все так, как мне надо. Но этим вновь занялась Шерла и снова все расставила так, что даже я не сделал бы лучше. И дело осталось только за материалом – собственно, травами.

Продавцы за стеной – отдельная каста работников, имеющая настолько достаточное влияние, чтобы даже создать свою гильдию. Это и охотники, и рыбаки, и собиратели трав – целый спектр услуг, непосредственно связанный с лесом. У каждой профессии есть определенное время, когда они могут открыть свою лавку и продавать то, что смогли добыть. Со стороны кажется, что это странная политика, но объясняется все просто – в момент зарождения они смогли выбить себе очень мало места на торговом пятачке, а выбить больше сейчас они уже не могут. По слухам, им мешает едва ли не сам император, за что-то их невзлюбивший. Уничтожить их полностью он не может – слишком важны, но вот мешать им развиваться дальше ему по силам.

Продавца, который меня заинтересовал, я заприметил еще издали – импозантное красное пальто выделялось из зеленой толпы не хуже яркой лампы в ночи. И даже с расстояния я видел, что его травы были достаточного хорошего качества, чтобы можно было готовить детоксикатор для Гверна и мамы.

- Добрый день, чем могу... помочь? – продавец, мужчина в возрасте, удивленно уставился на Шерлу. И женушка отвечала ему точно тем же. А еще его голос показался мне отдаленно знакомым.

- Что ты тут делаешь? – наконец, выдавила из себя девушка.

- Да знаешь, у меня к тебе тот же вопрос, - ответил продавец.

- Вы что, знаете друг друга? – удивился я.

- Более чем, - ответили они хором.

Ситуация был крайне странной, и когда я уже хотел нарушить молчание между нами, мужчина повернулся ко мне.

- Сказать честно, я не ожидал тебя здесь увидеть, Килли.

- Откуда ты меня знаешь? Мы что, тоже знакомы?

- У людей явно плохая память, - усмехнулся он, давая мне очевидную подсказку. Я же чуть воздухом не подавился – никак не ожидал встретить на столичном рынке рубинового дракона.

- И давно ты здесь живешь, Дарго? – спросила Шерла, понемногу выступая вперед.

- Дарго? – удивляться дальше, казалось бы, уже некуда, но... – Тот самый Дарго, с которым я то подземелье делил?

- К твоим услугам, - он шутливо поклонился и я не выдержал.

- %№@$&!!! Что ты здесь делаешь?!!

- Килли, ты же воспитанный молодой человек... – дракон поморщился от ругательства. – Что я тут делаю? Да живу я тут. Работу вон себе нашел, травки продаю. Тебе надо?

Дракон, живущий среди людей, устроившийся на работу продавцом за стеной... В голове буйными красками расцветал когнитивный диссонанс, несмотря на то, что Шерла так же подходила под это определение. Но ведь есть разница между пограничьем, фронтиром даже, и столицей! Есть разница между антрацитовым и рубиновым драконом!

- Если тебя раскроют, ты не уйдешь.

- И поэтому я очень осторожен, Килли. Так что тебе надо? У меня хороший ассортимент, есть все, что у вас тут растет, а так же то, что можно купить из других областей и даже стран.

- Мда... – происходящее никак в голове не укладывалось, но действительно стоило вспомнить о цели своего визита к продавцам за стеной. – Список будет длинным, брать буду много.

Прилавок полнился пучок за пучком. Каждый из них был заботливо высушен, перевязан ленточкой и имел определенный вес – Дарго крайне ответственно подошел к своему труду, не продавец, а просто золото.

- Как ты вообще здесь оказался? – я все же не выдержал и спросил то, что хотел изначально.

- Да как... Белуис меня выпустил, мол, мало нас осталось, Гессерит прилетает, лети с ним в другую стаю...

- Дарго, ты такие слова вслух не говори, - предостерег я его. – Люди не летают.

- А, да. Прости, я просто тоже немного не ожидал тебя тут увидеть. Так вот...

- И чего ты не отправился к Гессериту? – спросила Шерла. – Не согласился взять?

- Согласился, но... у нас есть разногласие одно нерешенное. И выслушивать его в очередной раз...

- Арена? – задала логичный вопрос девушка.

- Никто не соглашается. Никто из нас не уверен в своей победе.

Меня почему-то пробрало на смех, который удержать не удалось. Рубиновый вновь укоряющее на меня посмотрел, но ничего в этот раз не сказал. Лишь очередной пучок трав положил нарочито аккуратно, показывая свое недовольство.

- Прости, не знаю, что на меня нашло.

- С тебя семьсот шестнадцать золотых.

Это была большая сумма, однако и прилавок был заставлен по самый краешек. Даже с Шерлой, боюсь, придется делать несколько рейсов, чтобы это все унести.

Последняя капля покинула трубку и упала в пробирку, которую я тут же закупорил пробкой и вместе со шприцом положил в свою сумку. Стекло звякнуло о стекло – внутри лежала еще одна, но с совершенно другим содержимым, выложить которую постоянно не доходили руки. Шерла всю эту неделю занималась двумя вещами – шпионила за Дариусом, в надежде получить первые сведения, и сближалась с моей семьей. И чем больше она проводила с ними времени, тем чаще я видел в ее глазах радость. Отец, кстати, своего отношения к ней так и не изменил, был вежлив и обходителен, что меня очень настораживало. Даже адрес Пуланьев, насколько мне удалось выяснить, выдал ей именно он.

- Шерла, - напомнил я ей, - отцу доверять нельзя.

- Я помню, Килли, - ответила она мне.

Вот только Единение говорило об обратном – сближалась она с обоими родителями. Единственное, на что еще хватало ее благоразумия – не раскрывать свою драконью сущность. И на том спасибо.

В лечебницу, где держали Гверна, мы пришли как раз на седьмой день. И по иронии судьбы, встретила нас та же регистраторша с насквозь фальшивой улыбкой.

- Добрый вечер, чем могу помочь? – спросила она.

- Пациент в семнадцатой палате... – начал было я, но был перебит.

- Прошу прощения, но мера к этому пациенту ужесточилась, лэтр Галвин. Владелец больницы полностью запретил посещения этому больному. Приношу свои извинения.

Я прямо почувствовал, как в крови закипает злость.

- Ваша больница всегда держала нейтралитет между врачебными семьями, - прошипел я сквозь зубы.

- Боюсь, эти времена остались в прошлом.

Злость заклокотала, заставляя делать что-то необдуманное.

- Я забираю своего брата отсюда.

- Боюсь, это невозможно, лэтр.

- Вы не поняли. Я сейчас не спрашиваю разрешения, а озвучиваю намерения. Гверна в вашей больнице больше не будет.

Фальшивая улыбка регистраторши, наконец, спала, на лице поселилась угроза.

- Боюсь, я буду вынуждена позвать охрану.

- Дерзайте. Но учтите, далеко не все из них вернутся домой здоровыми. А некоторые могут просто не вернуться.

Коридор я помнил, вот только свернуть в него не успел – девушка дернула какой-то шнурок и в зал вбежало шестеро крепких рослых мужчин. Настроение моей драконицы стало боевым, она хотела этой драки. И отказывать ей в этом я не стал.

- Шерла, - обратился я к ней. Она обернулась ко мне, ожидая запрета. – Хотя бы не убей их.

- О, так можно, да? Можно? – женушка лучезарно улыбнулась и кинулась в бой.

Первый из них упал так ничего и не сделав – видимо, до последнего не ожидал, что хрупкая на вид девушка всерьез рискнет напасть. Однако остальные пятеро тут же собрались и окружили ее кольцом. И, разумеется, им это нисколько не помогло – обладая нечеловеческим чутьем и восприятием, Шерле было совершенно необязательно смотреть, чтобы знать кто где находится и что собирается делать. Как итог – спустя всего полторы минуты все пятеро легли с переломами различной степени тяжести. «Повезло» лишь самому первому – его драконица вырубила аккуратным ударом в лоб.

- А еще есть? – спросила она, видя, что соперников у нее не осталось. Регистраторша же лишь как рыба открывала и закрывала рот, не в силах поверить в увиденное.

- Я забираю Гверна, - заявил я ей, уходя в коридор. – И вызовите уже дежурного врача, наконец! Или Вы так и будете смотреть, как они страдают?

Дверь была все та же. И она напомнила мне, что я забыл одну мааааленькую деталь. У меня нет от нее ключей.

- Килли... – прохрипел брат. – Это ты?..

- Ты как там? Цел?

- Нет... Я без дозы сегодня... Чтобы кровь чище была...

- Как давно тебя ломает? – я прямо почувствовал, как внутри холодеет от дурного предчувствия.

- Часов шесть уже, наверно... Прости, тут со временем туго...

Если он прав, то с минуты на минуту он может умереть от болевого шока, а значит, помощь ему нужна уже вот прямо сейчас, а не дома. Решение по запертой двери возникло моментально – обстоятельства мне просто не оставили выбора.

- Ломай, - кивнул я Шерле, пока доставал шприц и пробирку. Приобретенная еще в Дали привычка всегда быть готовым к худшему снова сослужила мне хорошую службу.

Девушка справилась с дверью быстро – просунула пальцы в щель и двумя рывками вырвала ее с петель, попутно разломав деревянный косяк. В нос ударил запах руманки – брат действительно вылил раствор куда-то на пол, подтверждая как свои слова о том, что хочет вылечиться, так и мои мысли, что он все же еще готов побороться за свое будущее.

- Давай, сейчас я тебе вколю кое-что, и все будет хорошо.

Гверн хрипло рассмеялся, попутно морщась от боли - игла нашла исколотую вену, сквозь нее пошел детоксикатор.

- Хорошо не будет, Килли. Меня будет тошнить, лихорадить, Солнце знает что еще, но точно не хорошо.

- А я и не говорю, что хорошо будет сразу. Но обязательно будет.

Ответить он мне не смог – отключился от бессилия.

Глава 6

???

Неприятности явно не хотели отпускать мужчину. Утром он получил новую выволочку от голоса в пещере, а ночью слуга ему сообщил о нападении на больницу и краже пациента.

- Повтори, что? – он не мог поверить в сказанное регистраторшей.

- Эта девушка, которую он привел с собой, она... – девушка сама до сих пор была растеряна. – Я даже не знаю, как это описать. Она расправилась с ними так играючи, что они вообще ей ничего не могли противопоставить. Словно сама Луна во плоти сошла со своей колесницы ради этого боя. Вы знаете, она так радовалась, когда лэтр Килли разрешил ей...

- Это Килли ей разрешил? – уточнил мужчина, идя по коридору.

- Да. И знаете... если бы он не попросил никого не убивать, то заместо шестерых пострадавших у нас было бы шесть мертвых тел. У нее такая грация была, такие движения... Я более чем уверена, что на ее руках немало оборванных жизней. Но я не понимаю, она же так молода, откуда у нее такие навыки?

- Откуда у нее такая сила, я бы тоже хотел узнать... – произнес владелец больницы, разглядывая вырванную дверь.

Петли, которые едва удалось вкрутить в камнеломниковые косяки, были вырваны «с мясом». Мужчина попытался оторвать щепку, которая едва держалась, но лишь оцарапался – плотность древесины крайне мало уступала плотности металла.

- Палату восстановить, дверь вернуть на место. Пациент семнадцать рано или поздно вернется сюда, к тому моменту все должно быть готово.

- Простите, лэтр, но... может, не стоит? Камнеломка не просто так получила свое название, а тут... – регистраторша указала рукой на повреждения и добавила тихим шепотом: – Может, и правда его сама Луна охраняет?

- Всему есть рациональное объяснение. С утра работы должны быть начаты, материалы пусть запишут на меня.

Мужчина вышел на улицу, тщательно обдумывая произошедшее. В сложившейся ситуации он видел не только проблему, но и возможность. Владелец больницы сильно недооценил эту девушку, вечно одетую в черное, однако та сама показала ему одну из своих возможностей. Свой ход он еще не делал, даже не вступал в эту игру, хоть голос в пещере уже требовал этого, но теперь... Да, теперь он, пожалуй, начнет. Главное – максимально сблизиться с ней, чтобы завоевать доверие, а потом послать в пещеру...

Краут

Первый отчет Вальтера был сродни глотку свежего воздуха – пусть и поверхностно, но он показал внутреннее устройство бандитской шайки, что посмела занять его город. Было даже несколько фамилий, но, увы, без каких либо изображений, опознавательных знаков или самих малгорцев эта информация была бесполезной. Но это лишь на сегодняшний день.

По итогу получалось, что каждая из сорока ячеек выполняла свою задачу, отчитываясь Ремси в тех самых письмах, что уносил от них его шпион каждые несколько дней. Разумеется, лишняя информация из них изымалась, но аккуратно, дабы не провоцировать подозрения. И хоть Вальтеру на сегодняшний день никто не доверял, его все же пускали в дома, разговаривали, отдавали почту... И теперь Краут имел возможность минимизировать для себя последствия некоторых их операций, наращивая свои силы.

- Босс, есть новости, - в кабинет вошел Бизон и положил на стол обычную газету.

На первой полосе значилась карта Малгории, а заголовок хвастался тем, что Коалиция, несмотря на потерю лидера, сумела сохранить свое единство в территориях. И теперь объявляет о выборах на пост Лорда-Защитника, которые состоятся уже этой весной.

- Что ж... Теперь у нас есть крайний срок, - пробормотал он.

И крайне малый, хотелось добавить. Едва-едва наладился ответный шпионаж, только-только стала поступать хоть какая-то информация, как проклятая Луной страна решила поставить ему палки в колеса. Ну неужели нельзя было потерпеть хотя бы до лета, чтобы Вальтер имел возможность примерно их иерархию выстроить?

Нанью

- Удивительны пути твои, Всеотец, - пробормотала Нанью, глядя в стену. Слова Шерлы оказались пророческими – в ней узнали дракона едва ли не сразу, как она появилась в городе, и то, что это сделала дочь Краута, ее не прощало. Да, Бахамут приглядел за ней, и потому раскрытие не повлекло за собой негативных последствий, но... Девушка всем своим нутром ощущала, как легендарный дракон уже буквально рычит от злости, теряя свое терпение по отношению к ней. А такое всегда было чревато.

Всю неделю она анализировала свои действия, но понять свою ошибку так и не смогла. А потом стало не до того – пришел Одноглазый с несколько... странной просьбой.

- Мне нужно, чтобы ты стала Черной Луной, - заявил он с порога, едва открыв дверь ее комнаты.

Эту легенду она уже слышала и как раз от девочки. И не узнать в ней антрацитовую мог бы лишь тот, кто о ней не знает.

- При всем уважении к тебе – не получится, - пожала Нанью плечами.

- Это еще почему? – удивился Одноглазый.

- Потому что я рубиновая, вот почему.

- А... – он махнул рукой. – Это не важно, если ты не будешь оставлять свидетелей. Все, что нужно – ломать шеи и рисовать круги на лбах поверженных.

- Ты просишь меня убивать людей, верно? – девушка наклонила голову.

- Именно так. Но не всех, а определенных. И очень важно – без использования огня.

Нанью вздохнула, поднимаясь с пола, на котором сидела.

- Ты должен понять одну простую вещь. Мы с Шерлой не одинаковые. Далеко не все, что может она, могу и я.

- Хочешь сказать, что я прошу о многом?

- Именно так. Я уступаю ей в реакции, в ловкости, в силе... Да в принципе уже во всем уступаю. Слышу только лучше, чем она, если сконцентрируюсь. Один на один я смогу убить любого из людей, но там же так не будет, верно?

- Зависит от твоей скрытности. Я не ограничиваю тебя в методах, кроме огня.

- И ты уверен, что я справлюсь? Я, дракон, что наименее приспособлен к стычкам с людьми?

- Ты же хищница по своей природе. У тебя лучше рефлексы, лучше грация, лучше... все, по сравнению с людьми. И, к тому же, они никак не могут ожидать, что будут сражаться с драконом, а значит, твои шансы на успех весьма велики.

- Ладно, - согласилась Нанью. – Я попробую. Только учти, что в вашем гнездовье я ориентируюсь плохо.

- Мои люди тебя проводят, они же организуют поддержку, если что-то пойдет не так. Среди них будет Бизон, ему ты можешь доверить свою тайну. Он единственный, кто посвящен в дела с Белуисом.

- Буду иметь в виду, - кивнула девушка и отправилась на выход.

В зале действительно ждало несколько человек, держащих в руках небольшие механические луки (Прим. автора: имеются в виду арбалеты, напомню, что Нанью лишь учится жить среди людей). При ее появлении некоторые сально улыбнулись, однако всего одна затрещина самого рослого из них моментом стерла похабное выражение с мужских лиц.

- Ты и есть Бизон? – спросила она.

- Именно так. Босс объяснил задачу? – спросил бандит. И, дождавшись ее кивка, продолжил: - Тогда выдвигаемся.

На улице стояла тихая ночь, луна ярко серебрила выпавший снег. «Переодетая» в легкий полушубок драконица сейчас ничем не отличалась от других людей, единственное, что могло бы вызвать вопросы – ее наличие среди компании мужчин, что вкупе с красным Покровом, могло бы даже создать ей определенную репутацию. Однако все спали, спрашивать было некому.

- Вот тот дом, - Бизон показал ей рукой и перешел на шепот. – Босс просил напомнить, что огнем желательно не пользоваться. Нужен сам факт устрашения, показать, что Черная Луна все еще защищает город.

- Есть чем круги нарисовать? – так же тихо спросила девушка.

- Сами сделаем. Только обеспечь тела.

Нанью кивнула и двинулась в сторону здания. С виду он ничем не отличался от других – такая же каменная постройка, как и все остальные. Но стоило ей открыть дверь, как весь план тут же полетел к Всеотцу под хвост.

От серьезной раны неизвестного оружия ее спас слух – тонкий свист чего-то стремительно приближающегося заставил драконицу дернуть головой, и заместо лба спица попала в скулу, войдя в кожу едва ли не наполовину и заставив отшатнуться. Вспышка боли вскипятила кровь моментально, Нанью уже приготовилась сжечь дом до основания, но вовремя вспомнила о свидетелях. И если обитателей дома было не жалко, то убивать людей Краута ради сохранения тайны все же не хотелось.

- Надо же! – раздался шепот. – И правда пришла!

- Горяча девка! Чур я ее первый опробую!

Кипящая ярость сменилась холодной злостью. Руки, сложенные на груди, от запястий трансформировались в лапы, а слух, и без того тонкий, словно стал еще острее. Настолько, что она стала слышать людей внутри по стуку их сердец.

- Я всех вас отправлю к Бахамуту! – зарычала она и сделала новую попытку войти. В этот раз успешно – новая спица пролетела над ее головой и воткнулась в стену противоположного дома. А чтобы обеспечить себе дополнительное преимущество... девушка закрыла за собой дверь. Ведь люди, в отличие от нее, в темноте видят очень плохо...

Краут

Благодаря тому, что Краут знал, кто такая Шерла на самом деле, он никого и никогда не просил подглядеть за тем, как она исполняет заказы. Во-первых – кроме него и Бизона и, возможно, Айвы, никому эта тайна доступна не была. Во-вторых – она бы наверняка заметила слежку за собой и вряд ли бы ей это понравилось. Тем не менее, ее эффективность всегда была на высоте – если надо было что-то подслушать, она подслушивала, кого-то устранить – устраняла, что-то выкрасть – забирала. Одноглазый привык, что девушка не знает провалов, а потому, отправляя Нанью на задание, он был уверен в успехе, даже не смотря на ее предупреждение. В конце концов, ну что неподготовленные люди могут противопоставить дракону?

- Меня ждали! – Нанью, ворвавшись в кабинет, схватила Краута за грудки. Она была залита кровью практически полностью, но Одноглазый все же разглядел свежий кровоподтек на щеке. Ее кровоподтек.- Меня там ждали!

- Тебя не могли там ждать. Операция была спланирована спонтанно, - бандит попробовал разжать ее пальцы, но куда там.

- Если я тебе сказала, что меня там ждали, это означает, что меня там ждали! – драконица буквально рычала ему в лицо.

А Одноглазый внезапно вспомнил, что кто-то в его окружении играет на обе стороны. Вспомнился разговор с Бизоном о деталях его людей, которые не выявить простым наблюдением.

- Возможно... ты права, - кивнул он. И только теперь Нанью стала успокаиваться, разжимая руки.

Кто знал об этом заранее? Он, Нанью, Бизон... и все.

- Босс! – в кабинет вошел запыхавшийся телохранитель. – Она... она растерзала всех!

Краут вопросительно посмотрел на рубиновую.

- Меня ранили. Я вспылила и... немного перестаралась.

- Хоть одно целое тело есть?

- Нет, босс. Помните, что у лэтра Килли было, когда его ранили? Вот там то же самое, только... хуже.

- Возьми пару ребят с желудками покрепче, избавьтесь от тел, - бандит мельком посмотрел на Нанью, - ну или от того, что от них осталось. На относительно чистой стене нарисуйте круг и добавьте предостерегающую надпись, например, «Не злите Черную Луну» или что-то подобное. Сделать нужно до того, как люди начнут просыпаться.

- Можем не успеть, босс, времени мало.

- Нужно успеть. Возьмите две телеги вместо одной, если потребуется. Или три. Все, иди.

Бизон ушел, оставив драконицу и Краута в одиночестве.

- Так делать не надо, Нанью, - выдавил из себя Одноглазый. Сейчас он ненавидел себя за свою слабость перед ней. – Я понимаю, что засада стала неожиданностью, но...

- Они все мертвы. Это главное.

- Нет. Главным было КАК они должны быть мертвы. Нанью, даже если ты не понимаешь смысла в том, что я прошу тебя сделать, очень важно, чтобы ты исполняла в точности с инструкцией. Очень важно.

Девушка глубоко вдохнула, явно собираясь что-то сказать, но...

- Хорошо. Я постараюсь, - …вместо этого просто согласилась. То ли немного пощадила его чувства, то ли вспомнила о Килли.

- Спасибо, - кивнул Краут и, едва дождавшись, когда девушка уйдет, тут же с силой надавил на повязку.

Килли

Состояние Гверна колебалось от тяжелого до критического – организму, чтобы приспособиться к постоянному отравлению, пришлось... даже не знаю, как правильно назвать этот процесс... мутировать, наверно. Он перестал бороться с ядом, включил его в процесс обмена веществ. И руманка стала хозяйничать в органах, разрушая их изнутри.

Детоксикатора оказалось мало, ибо нужно было лечить вообще все. Едва мы прибыли в особняк через черный ход, как моя лаборатория тут же запыхтела, гоняя внутри себя пустырник. Организму требовалась масштабная регенерация, практически, обновление. И ждать, когда орлеск выдавит из него руманку, было, увы, непозволительной роскошью.

Брата пришлось поселить в подвале, на этом настоял Бартрем и мама. Отец по какой-то причине не спешил вытаскивать сына из лечебницы, а значит, его появление в доме не планируется. Он, конечно, все равно узнает о том, что произошло, я зря дал волю эмоциям, однако вряд ли догадается, что Гверн прячется у него буквально под носом. Не сразу, по крайней мере.

На это решение повлияло еще и обстоятельства – брат правильно сказал, что хорошо не будет. Настолько тяжелое отравление я еще не лечил, если не считать Кайдена, однако избавление даже от более легких зависимостей всегда болезненно. Гверн будет стонать от боли, шуметь цепями – его пришлось приковать на всякий случай, - а здесь и отец почти никогда не ходит, и слуги бывают редко, и слышимость на грани нуля благодаря толстым каменным стенам. Ну и, разумеется, доступность шаговая для того же Бартрема и мамы, что смогут поддержать его и не дать сломаться.

Мой поступок в лечебнице вызвал настоящий фурор. Уже на следующий день газеты пестрели обо мне различными заголовками, давая титул то героя, то злодея. И это наводило на определенные мысли – восемь лет назад мало, кто из простолюдинов мог воспользоваться услугами больницы, однако она у всех ассоциировалась с гарантированным результатом. И такое разделение мнений говорило о том, что заведение теряет репутацию среди простого народа.

- Килли, - голос отца за завтраком был спокоен, но взгляд был мрачнее тучи, - изволь объяснить свой поступок.

Возле меня шлепнулся утренний выпуск «Столичного вестника» с моим портретом на первой странице и заголовком: «Вернувшийся Галвин, кто он? Защитник простых людей или пособник аристократов?»

- Смело, - я вчитался в текст. Там было много подробностей, как реально существующих, так и вымышленных. В частности, охранников было не шестеро, а уже двое, я пришел не только с Шерлой, но и с двумя наемниками. Лечебница Герберта всеми силами старалась снизить репутационные потери. – Если это прочтет император, от типографии даже пепелища не останется.

- И это все, что ты можешь мне сказать? – глаза сощурились, рука дернулась.

- Там был Гверн. Его требовалось оттуда вытащить.

- Гверн проходил там стационарное лечение от зависимости. Откуда ты вообще узнал где он? Кто тебе сказал?

- Я, - спокойно ответила мама. На ее лицо постепенно возвращался румянец, последствие моего лечения.

- Ты? – удивился Маттео. – Но зачем?

- Затем, что он там был больше двух месяцев. И ни разу мне не пришла ни весть о том, что ему лучше, ни даже письма от него.

- Что ты вообще можешь понимать в лечении?

- Немного, - согласилась матушка, улыбнувшись. – Однако я могу наблюдать. И не только за тобой.

- Мама права, Гверна там не лечили. И ты сам, будучи травником, не мог об этом не знать. Изволь объяснить, почему...

Кулак громко хлопнул по столу, прерывая меня на полуслове. Шерла удивленно смотрела на отца.

- Я не обязан тебе ничего объяснять, Килли. Но кое-что все же скажу, как своему сыну. Да, я знал, что Гверна там не лечат. Но то, что с ним там делали, было лучше. Для него лучше.

- Лучше в чем? – спросил я, закипая. – Его организм полумертв, это даже паллиативностью назвать нельзя! (Прим. автора: паллиативное лечение – лечение, при котором просто поддерживается жизнь больного, без лечения как такового)

- Ты не знаешь всей ситуации, Килли. И твое вмешательство сильно навредило моим делам.

- Твое НЕвмешательство сильно навредило Гверну, а он не только мой брат, но и твой сын! Если тебе нужно было его спрятать, ты выбрал крайне неудачное для этого место!

Некоторое время мы ели молча. Артиша, слушая наш диалог, просто лучилась счастьем. Еще бы, я в очередной раз получаю выволочку, а она даже не причем. Интересно, почему отец послал в Малогор именно ее, а не того же Бартрема?

- Где Гверн? – спросил отец. – Ему нужно лечение.

- Он уже на лечении, - последовал мой лаконичный ответ. – Им займусь лично я, без твоей помощи.

- Ты его убьешь. Я справлюсь лучше.

- О, спасибо за веру в меня. А еще посмотри на маму и еще раз повтори то, что ты только что сказал.

Маттео перевел взгляд на матушку.

- Мне действительно становится лучше, - подтвердила она. – Его лекарство возвращает меня к жизни.

- Мне нужна формула, - голова отца снова повернулась ко мне.

- Исключено, - отрезал я. – Пока я не пойму, что происходит, формула останется при мне.

- Килли, ты, кажется, забыл, что семья должна быть единой, - в голосе снова засквозила злость.

- Так же, как и ты забыл об этом восемь лет назад, когда мне спешно пришлось бежать. Ты наверняка вычеркнул меня из семейного древа, иначе Артиша бы в своей поездке не давала мне документ о признании и принятии в род. Так что, если так подумать, я даже не изгнанный Галвин а... просто однофамилец? – я улыбнулся, глядя как снова сжимаются руки отца в кулаки.

- Как мой сын, ты ДОЛЖЕН передать мне формулу, - еще тяжелее произнес Маттео.

- Как более не принадлежащий к твоей семье, я тебе НИЧЕГО не должен. Можешь меня, конечно, снова выгнать из дома, но поверь – я смог выжить тогда, боящийся всего мира и без медяка в кармане. Выживу и сейчас.

По Единению прошлось что-то странное. Я удивленно посмотрел на Шерлу, но та слегка заторможено покачала головой. Отец же шумно вдохнул воздуха, задержал дыхание и медленно выдохнул. Руки расслабились, пальцы разжались.

- Я могу в любой момент принять тебя обратно в семью.

- Можешь, - кивнул я. – Вот только, как мы выяснили, это я нужен тебе, а не наоборот. Для себя же я вижу кучу проблем и ненужных обязанностей, которые будут мне постоянно мешать. Так что, прости, но нет. Меня устраивает мой собственный статус.

- Император требует преемника, Килли. Ты идеально подходишь на эту роль.

- Так же, как и Гверн. Мы вместе сидели по ночам в библиотеке, его знания столь же обширны, сколь и мои.

- Однако он, заместо лекарства, изобрел яд.

- Тебе ли не знать, что яды – обратная сторона нашей профессии? Не создай это брат – создал бы кто-то другой. Он просто стал первым, вот и все. Чем подарил нам неплохое преимущество, кстати.

Отец покачал головой.

- Ты бы превзошел меня в этой области лет через двадцать-двадцать пять, - на этих словах я тихо усмехнулся. Хотелось много чего ответить, но промолчал. - И позволил бы нам оторваться от Самритов, создав следующему поколению неплохую фору на случай ошибок. А Гверн...

- Сделает все ровно то же самое и без моего участия. Он оступился, это так. Но он уже осознал свою ошибку, а я помогу ему встать на ноги. В конце концов, не ошибается лишь тот, кто не делает ровным счетом ничего, - взгляд сам собой упал на сестру.

- Глазенки свои простолюдинские от меня отведи, плебей, - тут же вызверилась она.

- Артиша, выйди из столовой, - тут же отреагировал Маттео.

- Опять? – удивилась она. – Ты снова выгоняешь меня из-за него?

- Если ты не умеешь вести себя за столом, это будет повторяться снова и снова. Покинь столовую.

Сестрица шумно встала и стала обходить стол по более длинному маршруту, чтобы пройти мимо меня.

- Я найду момент для мести, Килли, - прошептала она, задержавшись. – Я этого так не оставлю.

- Желаю удачи, - ответил я ей так же тихо. – Не сломай руку в процессе.

Напоминание о ее ошибке в моем малогорском доме, где она приняла Шерлу за служанку, заставило ее гневно на меня взглянуть. А мне же... мне же почему-то стало весело. Ну серьезно, что она может? Со своим характером поддержки слуг у нее нет, рожденная, чтобы быть выданной замуж, она не справляется даже с этой ролью. Если бы не мама, отец давно бы сплавил ее в храм Солнца, где ей пришлось бы учиться смирению, но... материнское сердце нерационально. И в этом его главная ценность и прелесть – та, что дарит нам жизнь, любит нас, не смотря ни на что и вопреки всему.

Белуис

Белуис даже не сразу понял, что все закончилось – вот он «наслаждается» букетом из «наипрекраснейших» ощущений, в очередной раз проклиная свое решение все сделать за один раз... и внезапно понял, что это уже самовнушение, а чувствует он себя на самом деле прекрасно. И не только себя – Ифриша, поселившаяся совсем недалеко от него, была удивлена такому резкому улучшению самочувствия. И раз все закончилось, пора было брать дело в свои руки, пока не стало слишком поздно.

- Лу, ты там как? – в палатку ворвался Тартис. – О, вижу, что тебе гораздо лучше.

- Да, все только что закончилось.

- И очень вовремя – мое влияние трещит по швам. Семь Старейшин собираются в рейд в ближайшее гнездовье и вдоль главных дорог. И о переговорах речь не шла совсем.

- Сколько у меня времени? – спросил сапфировый, чувствуя, что упускает инициативу и контроль ситуации.

- Вряд ли больше получаса, - едва произнес патрульный, как откуда-то сверху раздался драконий рев. – А нет. Кажется, все, время кончилось, Лу. Мы опоздали.

- Пока что не погиб ни один человек, - не согласился Белуис и, схватив мешочек, выбежал на улицу. И почти нос к носу столкнулся с Ифришей – хоть Единение и сообщало ему о ее местонахождении, но к этому еще следовало привыкнуть.

- Что произошло? И куда полетели эти старые клячи?

- Убивать людей. И мы летим за ними, чтобы убить уже их. Но не Лэйхо. Он должен выжить, им займусь я.

Его Единенная не сказала ни слова – молча закрылась Покровом, обращая тело в драконье, и полетела вдогонку. Белуис, спустя секунду, отправился вслед за ней, быстро сократив дистанцию. Мешочек он продолжал держать в своей лапе, ввиду отсутствия времени на составление плана, это был его единственный шанс остановить Старейшин.

- Вот они! – крикнула Ифриша. Изначально взяв выше обычного полета, сапфировые оказались над жемчужными.

- Обгоняем и попробуем поговорить, - принял решение Белуис. Хоть и понимал, что другого пути уже не осталось, что-то внутри противилось решению устраивать бойню. И хотелось дать еще один шанс решить все миром, объяснить свою позицию, убедить, в конце концов, что иного выхода нет.

- Это глупо, Бельчонок! Их семеро, а нас всего двое!

- Против нас жемчужные старики, забывшие вкус крови, а мы – два сильнейших дракона в стае. Больше веры в себя, Ришка. Останься сверху, прикроешь меня, если что. Но не от Лэйхо, напоминаю, он нужен живым.

Резкое пикирование едва не заставило главу Старейшин врезаться в него. Но своего Белуис добился – летевшие за ним драконы остановились, выражая свое недовольство.

- Прочь с дороги, щенок!

- Ты развяжешь войну на уничтожение! Одумайся! И Вы, кто летит за ним, тоже одумайтесь! Последствия будут ужасными!

- Люди убивают нас! Разбирают на запчасти! – раздалось за спиной Лэйхо.

- Давно пора нанести ответный удар!

- Их слишком много! Их численность нужно сокращать!

- Слышишь? – оскалился Лэйхо. – Тебя никто не слушает. А единственное, с чем я соглашусь, это с твоими словами о последствиях. Они действительно будут ужасными. Но для людей, а не для нас. Так что прочь с дороги!

И Белуис действительно отлетел вперед, под довольный оскал жемчужного. Вот только длилось это недолго – сапфировый, замахнувшись, кинул свой мешочек прямо ему в морду. Реакция старого дракона не подвела – резкий взмах лапы и на землю летят уже тканевые обрывки. Вот только внутри он был совсем не пустой – в воздухе осталась мелкая красная взвесь, больше похожая на редкий туман, которую Белуис, используя свои крылья, направил аккурат в нос жемчужного.

- ААААААА! – заорал тот от боли, едва перец попал ему в широкие ноздри. – ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ!!! УБЕЙТЕ ЕГО!!!

Один из жемчужных уже дернулся выполнять приказ, но синий луч с высоты моментом пробил ему голову почти насквозь – Ифриша, как и просил ее муж, тут же оказала ему поддержку, стоило только появиться угрозе.

- И ЕЕ УБЕЙТЕ!!! – глаза Лэйхо налились кровью, в пасти стало собираться пламя.

И сопротивляться, отлетать куда-то Белуис не стал – спокойно принял на себя светлый драконий огонь, лишь глаза закрыл. Его обдало жаром... но и только, даже чешуя нагрелась лишь едва-едва, прекрасно справляясь с резко возросшей вокруг тела температурой. Вот только сапфировый как-то совершенно забыл, что Лэйхо был не один – другой жемчужный, воспользовавшись его беспечностью, по самые пальцы вонзил свои когти ему в бок.

- Ох... – острая боль моментом отрезвила бывшего главу стаи. И, наконец, сняла барьер в его сознании – на одних рефлексах схватив ранившего его дракона, он рывком притянул его к себе и так же вонзил свои когти в его тело, но уже в шею. И пока тот пытался зажать свою рану, лучом из пасти добавил еще одну, в центре лба. Там, где чешуя защищает меньше всего.

- Наглый заносчивый щенок! – проорал Лэйхо. – Ты переоцениваешь себя даже здесь!

- И второй раз такой ошибки я не допущу, - произнес сапфировый, мельком глядя наверх.

Ифриша сражалась с оставшимися четырьмя драконами... и истово хохотала, излучая счастье. И даже со стороны было видно, что этот бой не доставляет ей никаких проблем – словно изумрудная, она ловко маневрировала в воздухе, избегая всех атак, попутно подначивая всех их вместе и каждого по отдельности.

- Видит Всеотец, Лэйхо, я не хотел всех этих смертей. Но ты меня вынудил.

- Не смей упоминать Бахамута, отступник! Ты нарушил практически все постулаты! Все!

- Я не нарушил как минимум два из них. Я не вредил его Дарам, никогда. А второй собираюсь соблюсти совсем скоро.

- Это какой же? – Старейшина, предчувствуя неладное, стал отлетать.

- Врагов следует убивать. А ты сам решил стать мне врагом после всего произошедшего.

- Ты не посмеешь!

- О, я еще как посмею! – возразил Белуис, срываясь в рывке. Мимо него упало тело первого одного из тех, кто сражался с Ифришей, вызывая чувство гордости за Единенную и вместе с тем скорбь. Как бы то ни было, он действительно не хотел, чтобы до такого доходило.

Лэйхо зря боялся смерти в воздухе – У Белуиса были на него другие планы. Несколько весьма чувствительных, но не опасных для здоровья ударов заставили жемчужного впасть в дезориентацию, а следом и в беспамятство, чем бывший глава моментально воспользовался. В итоге глава Старейшин, уже в человеческой форме, был возвращен обратно в гнездовье и доставлен на арену. Белуис, после произошедшего не спускал с него глаз, а Ифриша занялась оповещением собраться и прийти в местный колизей.

- Драконы! – обратился к своему народу сапфировый. – Я обращаюсь к каждому из вас! Все мы знаем об опасности людей. Они слабы сами по себе, но их много, они быстро обучаются и берут механизмами там, где мы взяли эволюцией. Прописная истина, что ни для кого не секрет. Так же каждый из вас знает человека, что не желает нам зла. Килли, друид, что год назад на этом же самом месте пощадил рубиновую Нанью, когда имел полное право этого не делать.

Лэйхо смерил его гневным взглядом, но молчал. Белуис обещал ему устроить дебаты, чтобы каждый попытался доказать свою точку зрения. Не собрание Старейшин, но что-то очень близкое к нему, а значит, перебивать говорящего – самостоятельно снижать ценность собственных слов.

- Он подарил нам не только знание о людях, что по-доброму относятся к нам, он так же предоставил возможность, о которой никто раньше даже мыслить не смел, - продолжил бывший лидер стаи. Он вновь оглядел свою стаю и, вдохнув воздуха, продолжил: - Жить среди них.

Трибуна после этих слов буквально взорвалась различными высказываниями. Лэйхо слегка улыбнулся, видимо, что-то услышав о том, что подобные высказывания ересь и нарушение постулатов Всеотца. Но Белуис свою речь не закончил.

- Я понимаю ваши опасения. Люди долгое время охотятся на нас, убивают нас. Найдутся здесь и те, кто по их вине потерял близких. Кто искренне ненавидит их. Но следует признать – мы так же убиваем их. И у них, и у нас руки в крови. А сейчас сам Всеотец предоставляет нам шанс закончить эту войну. Понять друг друга. Жить друг с другом. Увидеть в противнике не только добычу, но и личность, - Белуис вновь обвел взглядом всех, словно пытаясь каждому заглянуть в душу. – Нас осталось мало. Мы вымираем. И выстоять против людей нам не суждено. Но сейчас у нас есть два пути – либо отправиться на самоубийственную войну, либо интегрироваться в человеческое общество. Килли смог принять нас. И мы – мы! - тоже смогли принять его, кто бы что ни говорил. Жить среди людей – возможно, если мы не наделаем глупых ошибок. У меня все.

Трибуна молчала, обдумывая последние слова сапфирового дракона. Но недолго – не прошло и минуты, как раздался голос главы Старейшин.

- Белуис сказал много красивых слов, привел несколько фактов, с которыми трудно спорить. Да, год назад здесь был человек, который при всех не стал забирать драконью жизнь. Но зачем она ему, если рядом с ним слабейшая из нас? Даже такая, как Шерла, способна убивать любого из людей, на кого этот друид укажет пальцем. А если слухи верны, и она совершила такую непростительную глупость, как Единение с человеком, то даже разделит его ценности, забыв о собственной гордости.

- О да, Шерла-то забудет о гордости, дождешься такого светлого дня, когда Всеотец приласкает ее хвостом по темечку... - едва слышно пробормотал Белуис.

- Сейчас ее здесь нет, и я нахожу это главным минусом жизни среди людей. Всего один человек своей хитростью легко отколол от нас часть стаи. Пусть, повторюсь, слабейшую из нас, однако тут важен сам факт. А теперь представьте, что таких людей будут среди вас десятки, сотни, тысячи! И каждый – КАЖДЫЙ! – из них будет стараться расколоть наше единство, нашу силу, благодаря которой мы и выживали все эти годы! Всеотец наверняка видел этот день, а потому оставил нам четкие инструкции касательно подобных ситуаций: не общаться с людьми, не принимать и не оказывать им помощи.

- И к чему это привело? – так же тихо спросил сапфировый. – Мы становимся изгнанниками. Почему ты не хочешь видеть этого?

- Драконы не способны принимать людей, как и люди не способны принять нас. Объединение с людьми принесет лишь смерть этой стае – мы сами придем в их бойни, сами положим головы под их оружия. Людская алчность – вот, что делает план Белуиса невозможным по своей природе. Людское коварство – вот оружие, против которого мы станем бессильны, если доверимся им.

Глава Старейшин, как и ранее бывший глава стаи, обвел трибуны взглядом.

- Мы долгое время жили без людей. Проживем без них и впредь. У меня все.

Драконы стали тихо шептаться, от части из них пошли звуки Единения – ни одна речь не оставила их равнодушными. Спустился Тартис, встав между Белуисом и Лэйхо.

- Вы выслушали доводы каждого из них, - обратился он к собравшимся. – А значит, пришло время делать выбор. Прошу вас пересесть в соответствии тем, чье мнение вы считаете верным. Если главы Старейшин Лэйхо – налево. Если бывшего лидера стаи Белуиса – направо.

Несколько секунд ничего не происходило – драконы словно не поняли, что от них требуется. Однако вскоре каждый из них встал и начал двигаться в определенную сторону. Всего минута понадобилась им, чтобы определиться.

- Предатели! – зарычал Лэйхо, наблюдая за трибунами. Собравшиеся расселись точно так же, как и расселились – три четверти заняли позицию Белуиса, а остальные, в основном пожилые драконы, приняли сторону жемчужного.

- Подчинись воле стаи, Старейшина, - спокойно произнес сапфировый, чувствуя внутри злорадство.

- Стая не ведает, что творит! Польстилась на красивые слова! Тартис, я приказываю тебе прекратить это!

Но жемчужный в ответ лишь улыбнулся... и с размаху вонзил ему в грудь трансформированную лапу. Лицо Старейшины исказилось в болезненном изумлении, со рта закапала кровь.

- Ты... совершаешь... ошибку... – прохрипел Лэйхо, падая на колени.

- Всеотец нас рассудит при личной беседе, - ответил Тартис и вытащил окровавленную конечность. Между когтей осталось уже не бьющееся сердце.

- Стая тебе этого не простит, - покачал головой Белуис.

- Пусть. Зато, наконец-то, с меня снимут обязанности вести всех за собой и вернут в патрулирование.

- Могут и изгнать.

- Это решение принимает лидер стаи, - усмехнулся жемчужный, протянув сердце. – Тебе ли этого не знать.

Белуис вытянул руку и принял окровавленный орган.

- Знаешь, мне бы пригодился кто-то толковый рядом. Мнение со стороны может помочь увидеть то, что я не увижу сам.

- Нет-нет-нет, хватит с меня, - светлый Покров видоизменил руки, однако не убрал с них кровь. – Это твоя ноша.

- Жаль, - улыбнулся сапфировый и откусил кусок от плоти, что держал в ладони.

Килли

День шел за днем. Гверн, наконец, перестал кричать во все горло, судороги от боли стали сходить на нет. Исчезли мешки под глазами, да и в целом он стал выглядеть здоровее. Мама, уже будучи полностью здоровой, со слезами на глазах наблюдала улучшение своего второго сына.

- А я говорил, что хорошо не будет, - брат закашлялся и выплюнул большой кусок мокроты. Оклемавшийся организм стал искать новые, менее болезненные способы выводить яд из себя. – Но даже это лучше, чем то, что меня ждало.

- Ты поправишься, - кивнул я. – Ты уже поправляешься.

- Семнадцатый день без дозы. Еще немного потерпеть – и я окончательно соскочу с этой иглы.

Да, прошло целых две недели. И в жизни Гверна вряд ли найдется период хуже.

- Сынок... – прошептала мама, гладя его по лицу. – Пообещай мне...

- Никогда, - брат тут же понял, о чем речь. Его ладонь накрыла мамину. – Больше никогда.

Кто-то скажет, что бывших наркоманов не бывает, что рано или поздно они все равно срываются, но на самом деле все дело в реабилитации. Срываются те, у кого нет поддержки или жизненной цели. Поддержка у Гверна есть, а цель я ему вскоре дам.

- Килли, - в комнату вошел Бартрем, - там какой-то стражник тебя у дверей ждет.

Что ж, вот и последствия за гербертскую больницу меня настигли. Правда, несколько странно, что так поздно.

- Сильно злой? – спросил я.

- Скорее, взволнованный. Думаю, боится, что лэтр от него потом мокрого места не оставит.

Раньше я бы лишь усмехнулся на такое заявление, но теперь... Непонятно, что происходит с отцом, откуда у него вдруг появилась эта мягкость в отношении меня. Даже возник соблазн дать себя арестовать, но я тут же отмел эту идею. Во-первых – могу ошибаться, во-вторых – я стану ему должен, а отдавать формулу детоксикатора я пока не намерен, в-третьих – если не ошибаюсь, он действительно может избавиться от стражника, посмевшего покуситься на свободу Галвина.

Но реальность оказалась несколько более неожиданной. На пороге меня ожидал дядя Ивон, про которого я, честно сказать, совершенно забыл.

- Лэтр Килли Галвин, - он слегка поклонился, выражая почтение. – Я попрошу Вас последовать за мной.

- В участок? – тихо спросил я, но стражник лишь едва заметно покачал головой.

- В кабак! – с какой-то гордостью объявил он и действительно привел меня в трактир.

Людское воображение порой может придумать неожиданные вещи, а человеческая реакция подчас совершенно непредсказуема. Я не знаю, что принимал владелец этой сети питейных заведений, когда называл его «Пятачок кабана», однако стоит признать, что восемь лет назад эти трактиры были популярны у всех слоев населения. И судя по тому, что дядя Ивон привел меня сюда, это было одним из немногого, что не поменялось.

- Рассказывай, Килли, как у тебя дела, - он едва дождался, пока на стол поставят две больших кружки.

- Основное Вы знаете, дядя Ивон. Выжил, вырос, женился. Было непросто, но знаете, - я улыбнулся своим воспоминаниям, - оно того стоило. Совершенно уникальный опыт, позволяет на многие вещи смотреть под другим углом.

- О, нисколько не сомневаюсь, - усмехнулся стражник, делая большой глоток. – Зачем в больницу полез? У нас до сих пор не знают, как на это реагировать.

- Там был мой брат. И его там убивали. Две недели прошло, а ему только сейчас стало лучше.

Мужчина слегка задержал на мне свой взгляд, аккуратно поставив кружку на стол.

- Ходят разные слухи о твоем брате, Килли. Некоторые утверждают, что он... немного к руманке пристрастился.

- «Немного» - это очень слабо сказано, - я провел пальцем по ободу кружки. – Эти две недели, что я его лечил... Честное слово, дядя Ивон, я бы предпочел не знать, что человек способен так кричать от боли.

- О, поверь, я понимаю, о чем ты говоришь. Видел, как наши палачи «допросы» ведут, - он снова отпил. – Килли, позволь нескромный вопрос. По столице одно время слух шел, что тебя в плен малгорцы взяли. И что ты там их Лорда-Защитника того...

Отвечать я не стал, просто оттянул рукав и показал кожу на руке, испещренную ломаными полосами.

- Чтоб меня Луна трижды переехала... – ахнул стражник. – Ты как после такого выжил вообще?

- Было непросто, - тихо сказал я. – Мне порой снится та камера и тот бассейн. И кажется, что нормальная жизнь – просто сон, игра воображения. А сейчас – новые пытки...

- Ты вырвался, парень. Уж не знаю, сам ли или с чьей помощью, но ты сейчас очень далеко от Малгории.

Я невесело усмехнулся. Шерла смогла вынести меня из Коалиции, но вот вынести Коалицию из меня у нее сил не хватило. Воспоминания о пыточном подвале, о безымянном докторе, который пытался организовать побег, вновь нахлынули. И я не выдержал – сделал большой глоток, прекрасно зная, что женушка будет меня потом за это отчитывать. В голове зашумело, память слегка подернулась дымкой.

- Прости старика и его любопытство, Килли. Сначала скажу, а потом думать начинаю.

- Все в порядке. Я уже это пережил.

- По тебе не скажешь, но... в душу к тебе не полезу, - дядя Ивон бросил на стол несколько серебряков. – Пойду я. Извини, что напомнил о прошлом.

Я лишь улыбнулся и отсалютовал кружкой.

Шерлы дома не было, она продолжала следить за Пуланья, пытаясь узнать местонахождение мастерской. И судя по странному возбуждению, которое передавалось через Единение, ее старания стали окупаться.

Разумеется, мама заметила мое подавленное состояние и после ужина пришла узнать, что случилось. И я, отослав всех слуг прочь, включая даже Бартрема, рассказал ей все. И про знакомство с Шерлой, и про ее лечение, и про интриги Белуиса, и про смерть Мавис на моих руках... про пытки в Малгории, что оставили на моем теле так и не зажившие узоры... Даже лечение Элфи упомянул зачем-то. Наверно, в качестве оправдания, почему не приехал сразу же. Про то, что моя жена как бы не совсем человек, тоже рассказал, но лихорадочного блеска алчности в ее глазах, слава Солнцу, так и не увидел.

- Кто-нибудь еще знает? – едва слышно спросила мама, что-то явно обдумывая.

- Здесь – только ты. Никто больше.

- Получается, слухи, что Шерла выломала дверь, врезанную в косяки из камнеломки – правда?

- Да. У меня не было ключей и не было времени. Гверн решил не принимать последнюю дозу. По его словам, его ломало уже около шести часов. Я боялся, что он умрет от боли, что у меня каждая секунда на счету.

Мама кивнула, однако мыслительный процесс в ее глазах лишь ускорился.

- Это бы многое объяснило... – едва слышно пробормотала она.

- Объяснило что?

- Да... пока я не уверена в своих словах, не буду сбивать тебя с толку. Гверн, как я видела, пошел на поправку, благодаря твоему лекарству. Сколько ты будешь его лечить?

- Я не знаю. Его организм едва начал восстановление. Даже с пустырником и при усиленном питании... это месяц-полтора при самом оптимистичном прогнозе. А то и все три, если что-то еще всплывет.

Мама снова кивнула, ее волосы, вернувшие свой блеск, колыхнулись. Цвет лица снова вернулся в норму, а тонкий запах плесени исчез. Вчера утром я сделал ей последнюю инъекцию, уже просто на всякий случай и признал здоровой. В принципе, я мог уже собирать вещи, однако эта странная инфекция не давала мне покоя. Поражены четыре главенствующих врачебных семьи, кто-то на грани уничтожения, как Маркосы, нас же, пусть и едва, но тоже зацепило. И лично мне на ум приходит кто-то пятый, таким образом расчищающий себе дорогу. Разрушить трех и спихнуть все на нас, чтобы избежать ответственности. Но что главное – это может сработать. Если императорские дознаватели придут к такому же выводу, нас низложат, и это если нам ОЧЕНЬ повезет. А потому нужно попробовать разобраться с тем, что происходит.

Я тоже стал думать. Что я вообще знаю об этой болезни? Она странная, это так. Вирус, как бы то ни было, всегда старается размножаться, пытаясь охватить все доступное поле. Однако здесь он всегда остается внутри дома, словно ограничивая себя. Из чего можно сделать вывод, что у него есть что-то вроде очага. И если его найти и обезвредить, то все тут же закончится.

Что общего у моей семьи и остальных? Что есть у всех нас, чего нет у остальных? Медицина, за которую нас, скорее всего, и травят. Почему Галвинов зацепило меньше? Если я прав, то нас и Самритов должны были ослаблять в первую очередь, но сильнее всего пострадала семья Рейна Маркоса. Хотя, если быть объективным, у него были наименьшие шансы из всех заслужить благосклонность императора и получить столь желанную должность. Император, по слухам, предпочитает как раз травников, не доверяя порошкам и скальпелям фармацевтов и зельям алхимиков, хотя, опять же, стоит признать, что иногда они эффективнее трав. Правда, в отличие от них, лечение здесь идет за счет того, что начинает страдать что-то другое. Грубо говоря, пока лечишь перелом, начинает страдать желудок, к примеру.

Итак, кто-то объявил нам тихую войну и старается устранить. Осталось лишь узнать, кто именно.

- Килли, я могу войти? – Бартрем постучался и немного открыл дверь, спрашивая разрешения.

- Да, что-то случилось?

- Пришел почтальон, передал приглашение на двоих.

Мы с мамой переглянулись.

- А от кого приглашение? – спросил я, беря конверт.

- Я не знаю, Килли. Мальчишка был обычный, в форме простого почтальона.

Конверт я вскрыл, уже зная, чей он. Вспомнил о своем обещании Рейну Маркосу посетить его дом. И, к тому же, только у него может быть настолько тяжелая ситуация, чтобы не содержать личного служку для таких поручений.

Содержание меня несколько... удивило. То, что Рейн отпросился у Настоятеля покинуть келью и вернуться домой, было предсказуемо – следовало навести хотя бы малейший порядок в доме, особенно, если тебя там давно не было. Но то, что он выделил целый абзац восхвалению Шерлы, было... сбивающим с толку. В личном разговоре он на нее не взглянул даже, а тут она у него и умница, и красавица, и воспитанная, и правильный выбор...

- Что там? – спросила мама, видя мое удивление. Я протянул ей приглашение.

Ее брови точно так же взметнулись вверх, когда она дошла до этого абзаца.

- Он знает? – спросила мама.

- Я же говорил, знаешь только ты.

- Тогда я не понимаю, откуда такое внимание к твоей жене. Словно на самом деле он приглашает ее, а не тебя.

- У меня возникла та же мысль.

И это снова переворачивало мои теории с ног на голову. Так что единственное, что я смог понять – это что окончательно ничего не понимаю в происходящих событиях. Мне нужна информация. Ее лучший источник – это Барс, но он на рудниках. И даже если я каким-то чудом его оттуда вытащу, ему понадобится от месяца до полугода, чтобы вновь вникнуть во все дела. Шерла мне тут вряд ли поможет – в тех пещерах абсолютно негде прятаться, а значит, придется заливать все кровью стражников. Это, разумеется, возможно, но тогда, кроме него, посбегает множество других, а этого лучше избежать.

- Килли,– лицо мамы стало стремительно бледнеть, - мне что-то... мне нехорошо.

После этого она тут же потеряла сознание, упав с софы на пол. Но едва я наклонился, чтобы отнести ее в кровать, как учуял уже знакомый запах плесени, вновь идущий из ее рта.

- Кажется, я слегка поторопился признавать тебя здоровой, мама, - тихо произнес я, пытаясь унять в голове бурю из догадок и эмоций.

Глава 7

Килли

То, что болезнь вернулась, было очевидным. Но мне нужны были причины, почему это случилось. И единственный вывод, к которому я пришел, осматривая бессознательную маму – повторное заражение. Либо она как-то приблизилась к очагу заражения, либо... кто-то приблизил очаг к ней. И лично я больше предполагаю второй вариант, ибо снова заболевает один и тот же человек и при этом не заболевает никто другой. Значит, кто-то из наших слуг предал нас.

Детоксикатор вновь выполнил свою работу – дыхание стало более глубоким, спокойным, немного вернулись краски на лицо, да и в целом пропало ощущение вида смертельной усталости. Три семейства предупреждали меня, что лекарства с каждым разом помогают все хуже, но моя разработка пока что сохраняет эффективность. Вроде бы.

- Раини! – в спальню вбежал отец, взяв маму за руку. Проверил пульс, зрачок на свет... сделал все то, что сделал я буквально несколько минут назад. – Кажется, ты говорил, что вылечил ее, Килли.

- Кто-то травит нас. Это повторное заражение, я уверен. И если бы не мой детоксикатор, в лучшем случае она была бы сейчас в коме.

- Мне нужна формула. Я улучшу ее и...

- Формулы не будет, - отрезал я. – Пока она справляется, ты ее не получишь.

- Килли, на кону жизнь моей жены и твоей матери! – зарычал он.

- Тогда найди того, кто нам вредит! – зашипел я в ответ. – Если слухи верны, я не могу лечить ее вечно!

- Какие еще слухи?

- Лекарство будет помогать все хуже и хуже с каждым разом. И если это продолжится...

Меня внезапно осенило. Что, если лечение теряет эффективность не из-за того, что вирус приспосабливается, а из-за того, что не выводится? Я вновь посмотрел на шприц в своей руке и едва не хлопнул себя по лбу от пришедшей в голову мысли. Это не вирус! Это яд! Людей не заражают, а травят – вот почему помогает мой детоксикатор, вот почему болезнь не выходит за пределы домов! Но какой именно яд? Я не знаю ни одного, который бы маскировался под ослабляющий человека недуг и создавал запах плесени изо рта. Кстати, насчет этого...

- Ты запах чуешь? – спросил я отца.

- Какой запах?

Логично. Если этого не чувствует даже Шерла, глава семьи тем более ничего не учует. Но почему я тогда ощущаю его?

- Нужно узнать, каким образом мама снова заболела. Что делала, куда заходила, с кем контактировала.

- Где Гверн?

- На лечении. И ему, вопреки твоему прогнозу, лучше.

- Я хочу его увидеть.

- Обязательно, как только он поправится. Я его лично приведу на завтрак.

- Килли, он не только твой брат, он еще и мой сын. Я должен его осмотреть.

Из-за абсурдности этого заявления я даже не сразу нашелся с ответом.

- Должен осмотреть? – я развернулся, вставая. – Потому что он твой сын? Ты не поздновато об этом вспомнил?

- Послушай, - отец положил мне руку на плечо, которую я неимоверным усилием воли не сбросил, - я понимаю, как это выглядит со стороны. А вкупе с нашими прошлыми разногласиями ты имеешь полное право мне не доверять.

- Разногласия – немного не то слово, когда опасаешься за свою жизнь.

- Но ты не знаешь всего того, что происходит в столице, - продолжил Маттео, словно я ничего не говорил. – Город не такой, каким был восемь лет назад, Килли. Гверна не лечили в больнице, это правда. Но мне пришлось его туда положить.

- Ты владелец лечебницы? – спросил я его, наблюдая за реакцией.

- Нет. Владелец появился чуть больше месяца назад, но до сих пор никто не знает, кто это.

- Почему ты не стал лечить Гверна дома?

- Была причина, по которой ему нельзя оставаться дома. Именно ему.

- Какая причина? Прекрати говорить загадками!

- Ты не принят в семью, Килли, а значит, не несешь ответственности за знания. Я не могу тебе их рассказать.

На секунду я даже замер, а потом расхохотался, стряхивая руку с плеча.

- Отличная попытка, папа, но нет. Подписывать документ я не буду. Ты мне ничего не предложил взамен даже приблизительно равноценного.

- Я предлагаю тебе все возможности нашей семьи и место возле Императора. Ты займешь его с легкостью.

Я лишь покачал головой.

- Ты меня не слышишь. Мне не нужно место у императора, я не хочу нырять в этот змеиный клубок. И мощности семьи... а зачем? Я научился справляться без них, обрел независимость. И отказываться от нее... ради чего?

Я обогнул его и пошел к выходу. Рейн Маркос звал меня к себе, возможно, завтра удастся что-то выяснить.

- Килли! – у самых дверей отец меня все же окликнул. – Ты мне нужен.

- В свете последних событий – верю, - ответил я и вышел за дверь. Хотелось сказать, что он не нужен мне, но... вдруг и правда что-то изменилось? Вдруг и правда он сам изменился? Все же, я не настолько жесток.

Белуис

Удивительно, но стая отреагировала куда спокойнее, чем рассчитывал Белуис даже в самых оптимистичных мыслях. Было несколько очагов возмущений среди Старейшин по поводу смерти Лэйхо и узурпирования власти, но на этом все и закончилось. Без кого-то, кто был бы готов взять ответственность на себя, никто не решился вывести их дальше обычных разговоров.

Тартис, как и хотел, вернулся в патрули, чему был несказанно рад. Его рубиновая Единенная стала лучиться довольством и радостью жизни, несмотря на то, что ее муж, по сути, отдал власть, что была в его лапах. И причины такого настроения явно крылись в легком шатании их палатки по ночам.

Сапфировый снова вернулся в единственный человеческий дом на плато. Ифриша, зайдя следом, озиралась вокруг, словно видела здесь все впервые – не смотря на свой статус, хозяйкой она себя здесь не чувствовала.

- Что дальше? – спросила она, едва Белуис уселся на пол.

- Дальше... – он закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. – Если честно, я не совсем понимаю, что дальше.

- То есть? – удивилась Ифриша.

- То и есть. Люди боятся нас. Мы боимся их. И чтобы это изменилось, нужно что-то делать. Но я не знаю что.

- Друид не поможет?

- Друид уже давно уехал. Но вот его друг... вполне может.

Некоторое время в доме стояла тишина.

- Ты и вправду хочешь, чтобы мы жили среди людей? – тихо спросила девушка.

- Это единственный выход, если мы хотим выжить. Пока мы не отдали окончательно преимущество в этом противостоянии, пока нам есть, что предложить взамен, пока сами можем это дать – нужно попробовать. Нужно показать, что мы тоже личности. Что у нас куда меньше различий, чем нам внушают.

- Если честно, то я боюсь...

- Я знаю, - Белуис прижал Единенную к себе. – Мне тоже страшно. Но, повторюсь, это наш единственный выход. Завтра полетим, познакомлю тебя с ним. Весьма... неординарная личность.

- Куда полетим? К людям?

- Именно так. Поглядишь место, где сейчас живет Килли.

Шерла

Все произошло именно так, как и сказал ее муж – Дариус никуда не стал ходить, наоборот, это к нему все шли, особенно, под вечер и ближе к ночи. И Шерла пользовалась этим временем максимально – костюм Черной Луны делал ее практически невидимой во всех неосвещенных местах. Конечно, высокий особняк был утыкан фонарями разных форм и размеров, но осветить всю площадь внутреннего двора они не могли.

Начиная наблюдение, девушка не знала, как она отличит одного человека от десятков других, но все оказалось куда проще. Очередной посетитель внешне ничем не отличался от остальных, но тонкий запах олова выдал с головой его принадлежность к драконоловцам. И Шерла стала незаметно за ним следить, желая узнать место, в котором лежит столь опасное для драконов оружие. И не прогадала.

Мастерская практически ничем не выделялась среди других зданий, даже ненавистным драконам металлом от нее не пахло. Но стоило заглянуть в окно, как Шерла увидела десятки людей, которые вытачивали детали на других устройствах. Их было слишком много, антрацитовая хоть и не брезговала убийствами, но прекрасно понимала, что подобное дело будут расследовать, чего нужно всячески избежать. И собственных соображений, как это сделать, у нее не было, а значит, ей нужен совет со стороны, который поможет минимизировать последствия.

Килли был чем-то встревожен, но, во-первых, явно был дома, а во-вторых, в этой тревоге не было опасения за свою жизнь, потому Шерла на его защиту не спешила. Если что-то и произошло, то произошло не с ним, а вокруг него, и раз Единение не транслирует желание ее видеть, то можно было не торопиться. Именно по этой причине девушка закончила наблюдение и сейчас шла за советом, однако до их собственной комнаты, где сейчас находился муж, готовясь ко сну, она не дошла, по пути встретившись с Маттео.

- У тебя что-то случилось? – спросил он. – Ты выглядишь несколько... озадаченной.

- Просто нужен небольшой совет, - девушка слегка улыбнулась.

- Дело твое, конечно, но сейчас Килли вряд ли способен на мозговые штурмы.

- Почему? Что-то случилось?

- Раини снова заболела, - Маттео слегка опустил голову, расстроенный. – Килли сказал, что среди наших слуг кто-то предал нас. И сейчас, обдумав его слова, я считаю, что он прав. По крайней мере, это многое бы объяснило.

- Вот как... – Шерла задумчиво посмотрела на дверь комнаты. Единение действительно транслировало тревожность и задумчивость, возможно, его отец действительно прав и сейчас не лучшее время, чтобы о чем-то спрашивать.

- Ты можешь спросить совета у меня. Возможно, здесь, - мужчина постучал пальцем по виску, - найдется что-то, что сможет тебе помочь.

- Возможно... – в легкой растерянности пробормотала девушка, вновь посмотрев на дверь. Килли сидел на кровати, утопив лицо в ладонях и о чем-то сосредоточенно думая. По эмоциям слегка фонило такой же легкой растерянностью, что и у нее – ее муж по-прежнему не понимал ни что ему делать, ни что вокруг происходит. И вываливать на него еще и свою проблему... – В городе существует одно место, которое... Скажем так, я бы хотела, чтобы его не было.

Брови Маттео дернулись вверх на такое заявление.

- У подобной кровожадности веская причина? – спросил он. – Не спрашиваю, какая именно, но хочу узнать, разрушение этого места принесет пользу кому-то еще, кроме тебя?

- Безусловно, - кивнула Шерла, вспомнив о драконах. – Это мастерская. И если я правильно понимаю, то там производят оружие.

Глава семьи присвистнул.

- Это... очень смелое заявление. У меня еще два вопроса. У тебя есть доказательства этого? Почему ты не хочешь пойти к стражникам и разрушить это место сама?

- Доказательств нет, однако я видела, как внутри создавали детали для этого оружия.

- Ты хочешь меня уверить, что ты способна доказать, что это детали именно оружия лишь по их внешнему виду? – Маттео улыбнулся. – Откуда у тебя такие навыки?

- Я не могу на этого ответить. Некоторые секреты... они не совсем мои, скажем так, - девушка поняла, что разговор подошел к опасной черте, за которой стоит раскрытие. И хоть отец Килли ей нравился, она помнила предупреждение своего мужа.

- Хорошо, пусть будет так. А кому принадлежит эта мастерская, ты знаешь?

- Пуланья.

Улыбка вмиг слетела с лица Маттео. Он быстро оглядел пустой коридор и немного приблизился к ней.

- То, что ты сейчас сказала – ты в этом уверена?

- Я видела, как туда заходили его люди. Видела, как они говорили другим людям внутри, что им делать.

- Что ж, вот и ответ на второй вопрос, стражники в это вмешиваться не будут, - Маттео вновь оглянулся в поисках лишних людей, но коридор все так же оставался пуст. – Скажи подробнее, что ты хочешь сделать?

Шерла нисколько не сомневалась, давая ответ на этот вопрос.

- Я хочу, чтобы это место перестало существовать.

- Это как раз то, что я хотел услышать, - Маттео вновь улыбнулся. - Пойдем, в моем кабинете мы сможем более предметно поговорить на эту тему.

Краут

Сказать честно, Краут считал, что гильдейским хватит совести подождать хотя бы месяц-другой после пожара в кузнице, дабы не вызывать на себя подозрений, но... увы. Продавшие свое посмертие торгаши явились к нему спустя всего две недели. Подниматься ради них в трактир не хотелось совершенно, но пускать их в подвал не хотелось еще сильнее.

- Ужасная трагедия! – толстый гильдиец вытер несуществующие слезы платком из весьма дорогой ткани, который даже сам Одноглазый уж точно не стал бы пускать на такое дело, после чего вновь приступил к еде. – Погибло столько людей...

- Всего один человек, - холодно поправил его бандит. – Мой. Человек.

- Да-да, я наслышан, как Вы не любите терять своих людей...

- Это слабо сказано.

- …но я здесь по другому вопросу. Насколько мне стало известно, вы решили восстановить кузницу. Смелое решение, я его уважаю, другие бы на Вашем месте попробовали бы вернуть горн после случившегося. Скажите, Вам не нужна помощь с этим вопросом? Мы могли бы значительно ускорить этот процесс.

- Я справляюсь своими силами.

- Я понимаю, но, лэтр Кирказон, принять руку помощи, тем более в такой час... в этом нет ничего постыдного.

Краут едва удержался от того, чтобы не метнуть свой нож прямо в эту холеную харю. Гильдеец практически прямым текстом сказал, что знает о его войне с малгорской ячейкой... и вместе с тем они все равно сожгли здание и убили Чернана ради очередной прибыли! И даже где-то нашли именно малгорцев, чтобы на первый взгляд не пришлось искать виновных! И только банальная жадность заставила их совершить столь очевидный промах – его соперники начали бы уничтожение кузницы именно с горна, а не с клиентского зала, ведь без него восстанавливать постройку смысла практически не имеет.

- И о какой же руке помощи мы говорим? – поинтересовался Одноглазый, желая узнать, как далеко зайдет их алчность.

- Стройматериалы, люди... или даже небольшой кредит с более низким процентом, чем в имперском банке. Думаю, для Вас не секрет, что в последние пятнадцать лет процент там неприятно вырос. Поговаривают, влияние Императора.

Опустошить склады, продав старый неликвид по завышенной цене, внедрить своих шпионов, а если получится, то еще и подсадить на долговую удочку – перевод слов толстяка нисколько не заставил Краута поднапрячься.

- Я справляюсь своими силами, - холоду в улыбке бандита позавидовал бы даже самый мощный холодильник. – Это займет некоторое время, однако кузница будет отстроена заново.

- Что ж, это Ваше право, - гильдеец вновь достал свой платок и вытер им губы. – Не прощаюсь, так как уверен, что мы скоро вновь увидимся.

Единственный глаз налился кровью, подавить вспышку гнева оказалось нереально сложно. Все то время, что толстяк покидал трактир, Одноглазый двумя руками держался за столешницу, чтобы чего-нибудь не натворить – войны на два фронта его гильдия точно не потянет. По крайней мере сейчас.

- Ублюдок... – прошипел он, едва закрылась дверь.

- Босс? – Бизон весь разговор стоял позади, не сказав ни слова.

- Усилить охрану стройки. Утроить патрули.

- Босс, люди устали. Я понимаю, что у нас война, но Вы слишком сильно давите на них.

- И что ты предлагаешь?! – взорвался Краут. – Допустить еще один саботаж?!

- Я предлагаю Нанью.

Очередная вспышка злости застряла в горле, сменившись удивлением.

- Конечно... Ну конечно, как я сам к этому не пришел? – удивился он очевидному решению. – Отмена, Бизон, патрули уполовинить, дать людям отдых, а Нанью отправить на стройку.

- Провокация? – уточнил телохранитель.

- Она самая. Этот свин решил, что он тут самый умный и никто ничего не понял. Я покажу ему, как сильно он ошибается.

Килли

Особняк Рейна Маркоса выглядел... заброшенным. Всего одна расчищенная дорога, заснеженные балконы второго и третьего этажа, всего несколько горящих окон на первом... Со стороны казалось, что там больше обитают какие-то бездомные, чем фармацевтическая семья, что на равных боролась с Галвинами за внимание императора.

- Здравствуйте! – я помахал старому слуге, что продолжал чистить снег. – У меня приглашение от лэтра Маркоса.

- Килли Галвин с женой? – он слегка наклонил голову, разглядывая нас с такой неприязнью, словно мы побираться пришли. – Ну так заходите, раз пригласили.

- Для этого Вы должны открыть мне калитку в воротах, - сухо сказал я, давя раздражение.

- Руки есть, так что сам откроешь.

Да, конкуренция есть не только среди аристократов, но и слуг, что у них работают. Но до такого опускаться никто не смеет. Вежливая улыбка с кинжалом за спиной – вот обычное поведение всех, кто варится в этом котле. Вывод – ради уменьшения зарплатных выплат пришлось нанять кого попало, а значит, дела Маркосов не просто плохи, они агонизируют перед смертью.

- Килли? – спросила Шерла, не менее раздраженная, чем я.

- Да. Только не убей. И не покалечь... сильно.

Ломать ворота я не стал – платить пришлось бы из своего кармана, - а вот проучить зарвавшегося слугу был в своем праве. Женушка в несколько шагов сократила расстояние до слуги и всего одним ударом тыльной стороны руки по лицу отправила того в сугроб. Взбешенный таким отношением мужчина попробовал встать и напасть в ответ, но новый удар с колена заставил его согнуться, упасть и отплевываться собственной кровью.

- Шерла... – укорил я женушку.

- Что? – непонимающе спросила она. – Покалечила, да, но не сильно, как ты и просил. Да и заслуженно, кстати.

С последним спорить было трудно, так что я просто покачал головой и, махнув рукой, отправился дальше.

- Простите, это вы лэтр Килли Галвин? – входную дверь перед нами все же открыли, оттуда показался старый слуга. И вот в нем во всем чувствовалась школа, от поведения, достойного человека, работающего на аристократическую семью, до общения, уважительного, короткого и вместе с тем емкого. Старик явно ценил как свое, так и мое время, вызывая у меня уважение. – Лэтр уже ждет Вас в своей спальне, я вас провожу.

Ни слова о том, что произошло на улице! Маркос, конечно, все равно узнает, но случится это уже после нашего ухода.

Рейн лежал в кровати, цветом своей кожи напоминая простыни, на которых лежал. Он и до этого был не сильно упитанным, но сейчас выглядел едва ли не при смерти – впалые щеки, осунувшееся лицо, высохшие руки... и вездесущий запах плесени.

- Не такой я представлял себе нашу следующую встречу, Килли, - он повернулся в мою сторону. Глаза остались его единственным живым местом, наверно, только собственное непоколебимое упрямство мешает Луне усадить его в свою колесницу. – Как видишь, вернуться домой было... глупым решением.

- Я могу Вас вылечить, - я старался дышать пореже, запах плесени будто туманил разум, выгонял меня с комнаты.

- Лекарства мне уже не помогают, Килли. Так что неделя – максимум, сколько я еще протяну.

- Решать Вам, разумеется, но если Вы уже все равно отправляете себя на костер, то, может, стоит рискнуть? Что Вы теряете?

Рейн внимательно на меня посмотрел.

- Ты даешь мне надежду, которую не факт, что сможешь оправдать.

- Тем не менее, я уверен в своих словах.

- Луна с тобой, пробуй, - Маркос закатал рукав своей пижамы. – Только если что, хоть добей меня, чтобы не мучился.

Шерла позади меня едва слышно хмыкнула.

- Будет тошнить, - я достал пробирку и воткнул в пробку иглу шприца.

- Говоришь так, будто кого-то лечил уже от этой заразы, - проворчал Рейн, рукой отсылая старого слугу.

- Все может быть, - я улыбнулся и ввел детоксикатор в тело аристократа-конкурента, задержав дыхание от вони.

Пару минут не происходило ничего, даже слуга успел вернуться с чистым деревянным ведром. Но после у Рейна аж глаза из орбит полезли – его стало тошнить настолько обильно, что он едва успевал пить воду из графина. Запах плесени стал практически невыносимым, пришлось в нарушение этикета подойти к окну и открыть форточку, чтобы впустить хоть немного свежего воздуха.

- Милостивое Солнце, я думал, сейчас к нему на Суд отправлюсь, - простонал Маркос, откидываясь на подушки. Цвет его лица значительно вернулся к норме. – Но, проклятье, глупо отрицать, что мне стало гораздо лучше. Что ты мне вколол?

- Моя собственная разработка. Вам лучше вернуться в келью храма. Здесь Вы выздороветь не сможете.

- Продашь формулу?

- Боюсь, не могу. Вам просто нечего мне предложить.

- Не будь столь категоричен, Килли. И с чего ты это решил, что тут я не смогу выздороветь? – прищурился Рейн.

- Интуиция, - ответил я, глядя ему в глаза.

- Ты что-то знаешь, - он не спросил, он утверждал.

- Не более, чем небольшие догадки, которые нужно проверить.

- Вам лучше действительно уехать отсюда, - вклинилась в разговор Шерла. – Эта болезнь может вернуться, но она не может покинуть этого дома. Вы и сами это знаете.

- Шерла, - я покачал головой. – Простите, лэтр, она еще не очень хорошо знает этикет.

- После того, как ты вколол мне эту дрянь, я могу закрыть глаза и не на такое. Тем более что и жена у тебя весьма хороша собой, - он улыбнулся. – Вот уж не думал, что на пограничье можно найти такой бриллиант.

- Вы знаете, где я жил все это время? – удивился я.

- Тоже мне, тайну нашел. Все знали, кому интересно было.

Комплимент Шерле хоть и был приятен, все же насторожил ее. Я ожидал продолжения разговора на эту тему, но Рейн ее неожиданно поменял.

- Килли, я слышал, что ты похитил своего брата из гербертской лечебницы.

- Формулировка... грубовата. Я бы предпочел «помог сбежать».

- Сути не меняет. Ты можешь устроить нам встречу, когда он будет в состоянии вести диалог?

- Теоретически, могу, но зачем?

- Я хочу у него кое-что купить.

- Почему не у главы семьи? Такие решения принимает он.

- Потому что то, что я хочу купить, принадлежит Гверну. А потому и выгоду от этой сделки должен получить именно он. А уж как он этим впоследствии распорядится, меня волновать не будет.

Разговор мне резко разонравился. Единственное, что принадлежит моему брату и что приходит на ум – рецепт наркотика, от которого я его сейчас лечу. Но зачем он Рейну? Что он собирается с ним делать?

- Поправляйтесь, лэтр. Вновь советую Вам переехать обратно в келью храма Солнца.

- Надеюсь, если я не успею, ты вколешь мне свой состав еще разок, - усмехнулся Маркос и кивнул слуге, чтобы тот нас проводил. Чему я был несказанно рад – запах плесени словно стал в голове что-то разъедать.

Нанью

Нанью пыталась читать по слогам, когда к двери подошел Краут и аккуратно постучался.

- Нанью, для тебя есть задание, - с порога возвестил он, прислонившись плечом к косяку.

- Надеюсь, в этот раз обойдется без ранений?

- В этот раз это полностью зависит от тебя. В ближайшее несколько ночей я ожидаю нападение на стройку неподалеку.

- И ты хочешь, чтобы я это предотвратила?

- Да. Днем там слишком много людей, не посмеют, но ночью там только охрана. С твоим слухом ты тут же услышишь посторонние шумы там, где их быть не должно.

- Хорошо, допустим. И что мне сделать с теми, кого я поймаю?

Краут не ответил, лишь рубанул себя по шее ребром ладони.

- Радикально, - задумалась Нанью. – Жестоко даже. Мне нравится. Где, говоришь, охранять надо?

Охранять пришлось строение, которое, судя по всему, сгорело совсем недавно. Любопытство драконицы требовало удовлетворения, поэтому она, не стесняясь, залезла в каждый уголок стройки, благо, что разрешение Одноглазого покрывало такую возможность. В этот раз ее строили из камня, а не дерева, которые подгоняли друг под друга. Возможности людей в созидании поражали, Нанью как никогда остро ощущала разницу между драконами и человечеством.

- Ну почему мы не способны на такое? – тихо спросила она себя, уже зная ответ.

Потому что потеряли свою культуру. Потому что потеряли свои знания, свою историю. Потому что потеряли... единство. Да, время от времени прилетают другие стаи, да, перемешиваются друг с другом, но... единства между ними нет. И каждая стая справляется со своими проблемами самостоятельно.

Накрытая плотной тканью монструозная машина поразила девушку еще сильнее, чем стройка. Глядя на разнообразие всяких рычажков, вентилей и кнопочек, она даже примерно не могла придумать не то, что за что отвечает, а какого общее назначение этой машины. Но вместе с тем, она чувствовала очень тонкий, практически угасающий запах драконьей чешуи. Той самой, что практически всегда пахло от Краута, ни днем, ни ночью не расстававшимся с новым... как там оно называлось?.. нагрудником?..

- Так значит, это было сделано в тебе, - улыбнулась девушка, гладя машину. – Значит, ты тоже способна дохнуть огнем так, чтобы расплавилась чешуя. Поразительно, до чего могут додуматься люди...

Улица за строительным забором успела замереть, успела скрыться луна за темным облаком, а Нанью все наглаживала машину, словно потерянную родственницу. Но случилось то, о чем ее предупредил Краут – шум с дальнего конца стройки, где не было сторожевых палаток, моментально вывел Нанью из мечтательного настроения. Кто-то посторонний входил на территорию. Кто-то, у кого на это не было разрешения.

Непроглядная темень стала для Нанью лучшим прикрытием, ведь, в отличие от людей, ей это не доставляло никаких проблем, а вкупе с острым слухом она могла как быстро найти нарушителей, так и незаметно к ним прокрасться.

Трое мужчин, перепрыгнувших забор, постепенно приближались к стройке, держа в руках что-то продолговатое. И поскольку на сторожей они похожи не были – те, спасаясь от холода, не выходили из своих сторожек, - Нанью, словно тень, зашла им за спину и тремя точными быстрыми ударами сломала шею каждому их них.

- Никакого удовольствия, - проворчала она. – Неужели Шерла только так и сражается? Это же... скучно!

Скрип снега сзади, заставил ее улыбнуться – вошел кто-то четвертый, кто-то, кто заметит ее буквально через несколько секунд. И мешать ему девушка не планировала – в конце концов, у нее есть право на хоть какое-то развлечение.

Килли

Феникс, каким же вкусным бывает простой морозный воздух! Вкуснее него был только воздух после того забега по пещере с гринлутом, откуда меня вместе с Мавис вытащила Шерла, когда мы почти задохнулись. Пасмурное небо, привкус дождя на губах... Стоящая за спиной Луна делает все ощущения гораздо острее. Впрочем, текущие ощущения не сильно уступают.

- Все настолько плохо? – спросила женушка.

- Я там чуть не задохнулся, - пожаловался я. – Как ты можешь это не ощущать?

- Я не знаю. Но я действительно не чувствую там никаких посторонних запахов.

Может, это потому что я Единенный с драконом человек? Но почему? Насколько я понимаю, мои возможности просто расширились, кровь дракона лишь немного улучшила меня. Что такого она могла в меня добавить, что не может создать у Шерлы? И как? Или то, что я чувствую, лишь интерпретируется как запах плесени, а на самом деле это что-то другое?

- Как же запутанно... – пробормотал я, выходя на улицу и вновь самостоятельно открывая калитку. О слуге, подметающем здесь, напоминало лишь небольшое пятно крови.

- Ты справишься, - девушка взяла меня под руку и положила голову на плечо.

- У меня теперь выхода нет. Я или разберусь тут со всем, либо нашу семью начнет постигать то же самое, что и Рейна. Одно не могу понять – почему мама? Это все же случайная цель или на нее и целились?

Нужно больше информации, я как никогда это ощущал. Но где ее взять?

До дома мы дойти без приключений не смогли – нас снова остановил служка Самритов и попросил прийти в ту же аптеку. И если первым порывом было отказаться, - я все же не мальчик на побегушках, - то вторым – узнать еще что-то. В конце концов, Агнис более умен, чем тот же Рейн, он вполне может что-то понять. Правда, тут другой вопрос, а скажет ли?

- Все столь же глуп и наивен, - оскалился Агнис. Я же, услышав это, прямо на том же месте развернулся и зашагал к выходу, чем вызвал явное неудовольствие Самрита: - А ну стой! Стой, кому сказал!

Я громко усмехнулся и показал рукой неприличный жест. И в ответ на это два рослых наемника, появившиеся словно из ниоткуда, перегородили мне выход.

- Шерла? – спросил я девушку, и та едва ли не вприпрыжку стала сокращать с ними расстояние. Два удара, два хруста костей – и мужчины валятся на пол, зажимая свои переломы.

- Прячешься за жену? – ядовито спросил Агнис. – Ну и какого это, жить под юбкой?

- Каждый занимается тем, что у него получается лучше всего. Кто-то дерется, кто-то травничает. Кто-то засады устраивает. Я мог бы порекомендовать Вам сменить деятельность, но увы, здесь Вас тоже вряд ли будет ждать успех.

Скрип зубов мне показался октавой самой лучшей песни. Еще бы, не каждый день можно макнуть Самрита в его неудачу. Упускать такую возможность и гневить этим Феникса было выше моих сил.

- Я могу предложить тебе больше, чем он, - сказал он Шерле, чем заставил меня удивленно развернуться. – Славу, влияние...

- Вы забываетесь, - зашипел я.

- Я сейчас не с тобой говорю, так что будь добр заткнуться!

Я ничего не успел ответить – Шерла достала нож у одного из наемников и метнула его в Агниса. Тот пролетел в опасной близости от него, ударился рукояткой в стену и отскочил куда-то под прилавок. Самрит неверяще потрогал щеку, осмотрел пальцы, стену, куда ударилось оружие, после чего уже более спокойно посмотрел на нас.

- Хорошо, будь по-вашему. Вы меня обыграли на моем же поле. Давайте просто поговорим.

- А нам теперь есть о чем?

- Я готов поделиться с тобой сведениями. Не бесплатно, разумеется.

- И мы говорим о?..

- О том самом вирусе. Мне о нем кое-что удалось выяснить.

Хотелось послать его к Луне, но... проклятье...

- И взамен?.. – спросил я.

- Хочу увидеть твоего брата. Поговорить с ним.

Я переглянулся с Шерлой. Уже второй аристократ хочет видеть Гверна.

- Такие вопросы решает мой отец...

- Это уже мои проблемы, - перебил меня Агнис. Я почувствовал, как у меня задергалось веко.

- Максимум, что я могу – это передать ему просьбу. Окончательное решение будет за ним.

- Э нет, так дело не пойдет. Я хочу его увидеть, а значит...

- …а значит, нам не о чем больше говорить, - я вновь развернулся и в этот раз не позволил себя остановить.

Руки тряслись. Хотелось вернуться и придушить этого мерзкого типа, что позволяет себе так со мной общаться. Не помогал ни холодный воздух, ни глубокое дыхание. Только когда Шерла сплела мои пальцы со своими удалось, наконец, успокоиться.

- Видит Солнце, еще одна встреча, я его к Нему на Суд отправлю, - тихо сказал я.

- Давай лучше я? – предложила женушка. – Я в тебя верю, но... если честно, не хотела бы, чтобы ты пачкал руки.

- На них уже есть несколько жизней, - вспомнился малгорский солдат, которого я в упор застрелил из арбалета в день своего похищения Блейром и тем капитаном. Не помню его имя.

- Ты хороший травник, Килли, но даже ты не можешь спасти всех. И твои боги не могут этого не учитывать. Ты не обязан умирать, если можешь выжить. И имеешь право на самозащиту, если тебе что-то угрожает.

- Вот именно. Я травник. Я должен спасать жизни, а не лишать их.

- И ты спасаешь, и делаешь это прекрасно. Но даже твоих навыков когда-то может быть недостаточно. И даже в этом случае ты делаешь все возможное.

Мне нечего было ответить на это. Да, это так. Я не могу не бороться за жизнь человека до последнего, пока он еще дышит. Не могу просто смотреть, как жизнь гаснет в его глазах. До последнего верю, что Луна где-то споткнется по дороге и подарит мне несколько лишних мгновений, которыми я перевешу на себя чашу весов и разверну ее проклятую колесницу.

- Пойдем домой. Никого больше не хочу видеть.

Краут

Не смотря на то, что со стороны казалось, будто Одноглазый сидит в своем подвале практически безвылазно, время от времени он поднимался наверх, перекусить, взять бутыль сидра или... просто посмотреть на город. Мужчина глядел на безмятежное звездное небо, что обещало предрассветный холод, как громкий хлопок со стороны стройки моментально вывел его из этого состояния. Что-то опять случилось. Что-то, что снова придется разгребать.

Его люди появились рядом спустя всего несколько секунд. Заспанный Бизон был последним и, по сути, опоздал, однако Крауту нужен был именно он – что бы ни случилось на стройке, непосвященных в тайну людей рядом быть не должно.

Нанью снова была вся в крови, разве что в этот раз без ран, а вокруг нее валялись оторванные части тела. Но, вроде как, только одного. Еще три лежало рядом, к счастью, в целом состоянии.

- Бахамутом клянусь, в этот раз я не причем, - с ходу заявила девушка, сдув каплю крови с носа.

- И как ты тогда мне вот это объяснишь?

- Я не знаю, - она пожала плечами. – Сначала пришли те три неудачника, их я убила быстро и так, как ты просил. Но это было... скучно, никакого удовольствия. А потом пришел вот этот вот. Ну, я решила поразвлечься хоть немного.

- Вот это вот – немного? – иронично спросил Одноглазый.

- Слушай, я правда его не терзала. Он пытался на меня напасть, я уворачивалась. А потом он достал какую-то палку и кинул ее в меня. А я ее поймала и кинула обратно. А потом БУМ! И его разорвало.

- Босс, подождите, - Бизон подбежал к трем другим телам и вытащил у них рук продолговатые шашки.

- Вот! Вот такое он в меня и кинул! – тут же воскликнула Нанью.

- ХимиДин, босс. Дорогая штука, сильный и компактный взрыв.

ХимиДин, или химический динамит, был инструментом гильдии горняков из Акуды. Любимый инструмент шахтеров, шашка состояла из двух сверхтекучих компонентов, завернутых в водостойкий картон и разделенных внутри тонкой перегородкой. При повороте одной из частей толстая игла прокалывала преграду, позволяя частям смешиваться. И спустя ровно минуту происходила «компактная» детонация. Как ученые этого добились, Краут не знал, да и не хотел знать.

- Настырный ублюдок, - прошипел глава бандитов, сжимая руки в кулаки. – Ну ничего, я тобой еще займусь...

- Босс? – отвлек его Бизон.

- Этих, - Краут показал на троих, - выставить жертвами Черной Луны. А вот этого, нецелого – туда же, к малгорцам. Нанью, твоя ошибка, тебе ее и исправлять.

- С чего это моя-то? – возмутилась девушка.

- С того, что убила бы сразу – и взрыва бы не было. Так что будь добра, прибери немного за собой.

- …Хорошо, - недовольно пробурчала драконица.

Краут отвернулся и вновь надавил на повязку, отрезвляя себя болью. Непонятное чувство вины за подобный разговор с девушкой, что ему так нравилась, следовало изгнать из головы.

Килли

После очередного укола мама пришла в себя. Бледная до синевы, с поблекшей внешностью, она лежала в кровати и со слезами в глазах смотрела на меня.

- Килли, прости, что держу тебя тут и не даю уехать, - прошептала она.

- Перестань, - я взял ее ладонь в свою, стараясь дышать через раз – вернувшийся запах плесени по какой-то причине усилился, несмотря на то, что маме наоборот стало лучше. – Я вылечу тебя столько раз, сколько потребуется. Но тебе, возможно, придется куда-то переехать, пока я не разберусь в чем дело.

- Ты же не сыщик, Килли, - мама улыбнулась. – Ты травник. Оставь это дело тем, кто занимается этим профессионально.

- Ты же понимаешь, что тогда общественность узнает куда больше, чем им следует. Я-то уеду, мне все равно, а ты?

- Переживу. И Маттео переживет, никуда он не денется.

- Я способен это лечить, у меня еще есть компоненты. Время еще есть.

- Килли, ты же уже знаешь – чем дольше идет лечение, тем хуже помогают лекарства. Ты прав, время у тебя еще есть, но оно имеет свойство заканчиваться. И чаще всего это происходит в самый неподходящий момент.

- Мам, я должен с этим разобраться. Это только наше дело, никого другого в это впутывать нельзя.

- Килли, можно? Лэтрисса, – в спальню вошел Бартрем, слегка поклонившись.

- Я ненадолго отойду, - я встал и вышел из комнаты.

- Килли, тебе снова письмо. Служка Пуланьев принес, - он протянул мне конверт, закрытый сургучом.

Печать хрустнула, на свет появилось новое приглашение – Дариус, как и Рейн, приглашал меня к себе в особняк. И так же, как и Рейн, восхвалял мою жену, отсыпая ей один комплимент за другим.

- Благодарю, Бартрем, - я отослал слугу и вернулся в спальню, зачитав маме письмо вслух.

Некоторое время мы просто молчали, каждый думая о своем.

- Знаешь, Килли, - нарушила молчание мама, - ты прав. Происходит что-то очень странное. И, наверно, все же не стоит впутывать в это посторонних людей. Кстати, где сейчас Шерла?

Я сконцентрировался на Единении...

- Вот там, - …и указал в определенную сторону. – Примерно в километре от нас.

- Как раз квартал Пуланьев. Очень странное совпадение. Ее не могли поймать? Дариус все же на короткой ноге с драконоловцами, он вполне мог что-то выяснить по своим каналам и принять меры противодействия.

- Вряд ли. Шерла – единственный антрацитовый дракон, о существовании которого мне известно, что уже должно путать любого человека. К тому же, чтобы начать что-то выяснять, Дариус должен начать с подозрений, что она не совсем человек.

- Тоже верно, - мама отвела от меня взгляд и уставилась в потолок. – Пойдешь?

- Да. Возможно, он скажет мне что-то новое, хотя я подозреваю, что ему тоже нужен Гверн.

- Гверн? – взгляд резко вернулся ко мне. – Зачем ему Гверн?

- Затем же, зачем и Маркосу с Самритом. Оба хотят купить у него что-то, что принадлежит только ему. И лично мне в голову приходит на ум только одна такая вещь.

- Формула его последней работы, - кивнула мама. – То, от чего ты сейчас его лечишь.

- Именно. И я опасаюсь последствий, если она попадет им в руки.

- Я еще могу понять, зачем она Самриту – если он правильно подаст ее Императору, то сможет вогнать нас в опалу. Мы потеряем несколько позиций, тогда как Агнис напротив, возвысится, укрепив свои шансы стать его следующим травником. Но Рейн? Дариус? Им-то зачем? Они не идиоты, прекрасно понимают, что при нынешней власти они на эту должность не пробьются.

- Я не знаю, мам. И давай подумаем об этом завтра – ты болеешь, а у меня голова уже пухнет от всех этих событий.

- Хорошо, - улыбнулась она. – Ты прав, нам обоим нужен отдых.

Я вышел из комнаты, глубоко вздохнув в коридоре. Проклятый запах плесени... Да где ж твой источник?

Шерла

Ей не было жаль людей, особенно тех, кто пытается разработать то, что сделает жизнь драконов опаснее, однако по совету Маттео Шерла пыталась избежать лишних жертв. И она нашла для этого идеальное время – мастерская работала круглые сутки, однако глубокой ночью там не было никого постороннего.

Отец Килли оказался столь же умен, сколь и ее муж, теперь девушка понимала, в кого он у нее такой. Тот косвенно дал ей с десяток способов уничтожения мастерской вместе с персоналом, но больше всего ей понравился последний. И сейчас, стоя на высоком столбе, на котором было навешено несколько черных проводов, она улыбалась, готовя свою силу. Костюм Черной Луны вновь делал ее невидимой на фоне облачного неба, не спасал даже фонарь наверху, а грация защищала от порывов ветра, удерживая равновесие.

- Быстрее... – предвкушающее прошептала Шерла, глядя, как к зданию подкатила телега с какими-то ящиками и длинными железными... бутылками?.. Пробирками?.. Что это вообще такое? (Прим. автора: имеются в виду баллоны)

Впрочем, люди и правда торопились, словно чувствуя подступающую смерть и стремясь как можно скорее от нее отдалиться. Весь груз перенесли буквально за полчаса, но от девушки не укрылось, что эти железные нечто были поводом для беспокойства. Уж больно бережно их заносили внутрь.

- Выгрузились? – донеслось до ее ушей. – Все, поехали по домам! И без того задержались!

Драконица улыбнулась - все происходит так, как нужно. Выждав для верности еще полчаса, она присела и взяла два провода в руки, те самые, которые шли только к мастерской. Руки неприятно защипало, все же электричество в них имело другую природу, чем ее сила, однако не настолько сильно, чтобы отвлекаться на это.

- Не стоит угрожать драконам! – злобно зарычала Шерла и, сконцентрировавшись, пустила свою силу вперед.

Внутри мигнул и погас свет, раздалось несколько криков. Девушка уже хотела идти добивать оставшихся, как внезапно мастерская буквально... взорвалась. Оглушительный взрыв разнес здание практически в щепки, яркая вспышка осветила все так, словно сейчас был день. Антрацитовую спасла лишь собственная реакция, буквально за миг до взрыва она спрыгнула со столба и укрылась за другим домом. И сейчас Шерла лихорадочно думала о том, что случилось. Последний акт этой операции прошел не по плану, но... если подумать, то... так даже лучше?.. Взрыв уничтожил все следы ее вмешательства, больше нет необходимости что-то делать с телами и как-то еще маскировать свое присутствие. Все материалы по разработке опасного для драконов оружия так же разрушены, а возродить ее теперь, вроде как, некому. Единственный минус – шум, но... у нее полно времени, чтобы скрыться. Вокруг ночь, ее Покров черен. А потому сейчас – идеальное для нее время, не только для нападения, но и чтобы тихо исчезнуть, не оставив за собой следов.

Шерла вновь посмотрела на то, что осталось от мастерской, и улыбнулась. Пора возвращаться домой.

Глава 8

Краут

Неизвестно, сколько бы длились эти нападения, однако к Крауту неожиданно наведался Белуис, да еще и не один. Стоящая рядом с ним девушка откровенно трусила, а торчащий в стене бронзовый кинжал вогнал ее едва ли не в истерику.

- Ты же не боишься Килли, что на тебя сейчас-то нашло? – удивлялся сапфировый.

- А как ты не боишься? – тихо спросила она. – Тут же их... столько...

- Не все из нас желают вам зла, - Одноглазый от греха подальше вытащил нож и отдал его мимо пробегающему мальчишке-писарю. – Я даже больше скажу, тех, кто желает, значительно меньше чем тех, кто нет.

- И только в этом моя надежда, - Белуис слабо улыбнулся, пытаясь успокоить свою... кхм... а кто там она ему?

- Вы женаты? – поинтересовался бандит.

- Единенные, - поправил его дракон. – Да, это так. А что?

- Просто любопытство. Итак, с чем ты ко мне сегодня пожаловал?

- Вообще, изначально – познакомить тебя с ней. Это Ифриша, сапфировая, как и я.

- Рад знакомству, - Краут протянул руку, от которой драконица испуганно отпрянула. – Ну, ничего страшного.

- Просто не привыкла еще, - кивнул Белуис. – Тебе нужна наша помощь?

- Мне казалось, что это ТЕБЕ нужна помощь людей.

- Справились своими силами. Ситуация так повернулась... скажем так, ваше вмешательство обернулось бы катастрофой.

- Все настолько плохо?

- Сейчас нет, но могло бы быть гораздо хуже. Думаю, ты уже понял, я веду политику сближения драконов и людей, тогда как Лэйхо хотел развязать между нами войну.

- Победа в которой была бы едва ли не горше поражения, - заметил Одноглазый. – Огромные потери с обеих сторон, уничтоженная природа, риск заражения различными болезнями и тотальная озлобленность друг на друга.

- Именно так. Но это предотвращено. Настроение стаи возвращается к моей политике, а потери среди людей отсутствуют.

Бандит усмехнулся.

- Скажи мне кто лет десять назад, что я встречу дракона, которого будут интересовать наши потери – высмеял бы.

- Скажи мне кто лет сто назад, что я всерьез буду рассматривать возможность жизни среди вас...

Оба коротко рассмеялись под пристальным взглядом Ифриши.

- Насчет помощи... Знаешь, возможно, скоро мне понадобится сжечь четверть города. Дотла.

Брови Белуиса резко взметнулись вверх, но привычный к чему-то подобному, через несколько секунд он просто задумался.

- Это вызовет озлобление людей к драконам.

- Не вызовет, если сжигать в обличье человека.

- Это раскрытие. Вы, люди, не умеете сжигать что-либо пламенем изо рта.

- Это уже моя проблема. И поверь, мне совсем невыгодно, чтобы на вас начались гонения.

- И как же ты хочешь решить эту проблему?

- Очень просто. В трущобы, несмотря на их обширность, ведет всего около пятнадцати дорог. Я выставлю оцепление из верных мне людей и лояльно настроенных к вам. Таким образом, вы сможете...

- Дары... – тихо произнесла Ифриша, а Белуис тут же нахмурился.

- Что, прости? – не расслышал Одноглазый.

- Там могут быть дети, Краут. Мы не убиваем детей, Всеотец запрещает нам это.

- В той области нет невиновных. И к детям это относится так же.

Дракон слегка приблизился.

- Не падай в моих глазах, Краут, прошу тебя. Дары следует оберегать со всевозможной тщательностью. Даже если они ваших богов, а не Бахамута. Ни один дракон не будет убивать детей.

Бандит взялся пальцами за виски. Помощь драконов сильно поможет ему после того, как он загонит малгорцев обратно в трущобы, но... нужно что-то другое. Что-то более приемлемое, что не вызовет у них осуждение. Точечные удары бы отлично подошли, но после того, как вторая гильдия отступит, они снимут другие комнаты в неизвестных ему адресах. Или?..

- А если... - начал осторожно Краут, - а если я дам конкретные цели? Там, где не будет детей?

- Тогда это будет возможным. Но учти, что детей там действительно не должно быть. Мы... очень тяжело это переживаем.

- Не будет. Мои люди позаботятся об этом. Я отправлю Нанью, когда все будет готово. Что ты хочешь взамен?

- Взамен... Слушай, глупый вопрос, но... вы же учитесь как-то писать и читать?

- Тебе нужны учебники? – бандит сразу же понял о чем речь.

- Да. Что-то, что вернет нам письменность, пусть и в виде человеческой. Без минимального образования у нас просто нет шансов на нормальное слияние. Да и... ваши бойни было бы неплохо по внешнему виду узнавать.

- В этом городе их не будет. Да и те, что есть, уже давно простаивают, благодаря мне.

- Буду надеяться. С Нанью все в порядке?

- Более чем. Сейчас она отсыпается перед ночным дежурством. Говорит, что раз такое дело пошло, то лучше быть максимально готовой.

- Понимаю. Она все же рубиновая, против вашего вида хуже всего приспособленная. Ладно, мы пойдем, не будем тебя больше отвлекать от дел.

Сапфировые покинули его кабинет, едва ли не нос к носу столкнувшись с Бизоном. Ифриша, шедшая впереди, громко и смешно взвизгнула и, если бы не Белуис, вылетела бы из подвала быстрее, чем пробка у растрясенной бутылки с сидром.

- Босс? – удивительно спросил телохранитель, наблюдая улыбающегося во все тридцать два Одноглазого.

- У нас наконец-то появились шансы, Бизон, весьма и весьма весомые шансы. Как только разберемся с кузнечной гильдией, будем заталкивать малгорцев обратно в трущобы. И когда загоним...

- Они согласились помочь? – уточнил Бизон.

- Именно так. А сейчас, самое главное, нигде ни в чем не напортачить.

Краут мельком посмотрел на того, кому доверял так же, как себе. После всего того, что они вместе пережили, Одноглазый был уверен, что его телохранитель его не предавал. Кто угодно, но только не он.

Килли

Дариус был... скажем так, в не совсем нормальном состоянии. У него явно что-то случилось, однако он очень старался сохранить лицо. Но легкий тремор рук, короткие резкие движения тела говорили о крайней степени возбуждении. Он или очень зол, или в панике, которую пытается взять под контроль.

- Лэтр Килли, - тем не менее, Пуланья встал, приветствуя нас. – Лэтрисса Шерла. Вы сегодня очаровательны.

Улыбка едва тронула губы моей жены – Единение четко обозначало, что она воспринимает его как врага.

- Благодарю Вас, лэтр, - однако ее ответ был безукоризненно вежлив, как и положено по этикету. Еще бы, мы держимся за руки, как и положено молодоженам.

- Присаживайтесь, - Дариус указал нам на два стула перед его столом и, дождавшись, когда мы сядем, так же сел. – Килли, извини, но я перейду сразу к делу. Ты не против?

- Буду даже благодарен, - разрешил я.

- То, что Рейн Маркос серьезно заразился, ни для кого секретом не было, а учитывая его внешний вид, ему давали от нескольких дней до нескольких недель. Но вчера вечером ему резко стало лучше. А днем видели тебя, выходящим из его дома.

- Слухи правдивы.

- Могу ли я утверждать, что у тебя есть некое... лекарство, способное это лечить?

- Можете. Оно существует.

- Оно у тебя с собой?

Вопрос был на грани фола. В прошлом в разных семьях уже были случаи грабежа технологий. Мне ничего не грозит, рядом со мной Шерла, однако я бы предпочел, чтобы Дариус не видел собственными глазами то, на что она способна. А ведь ей придется вмешиваться, если сейчас за какими-нибудь потайными дверями нас окружают наемники. Пусть он алхимик, а не драконоловец, но, думаю, Пуланья все же сможет сделать нужные выводы. Или хотя бы заподозрить что-то.

- Да, оно у меня с собой.

- Ты можешь мне его продать? Только сам состав, не формулу.

Напряжение немного отпустило, но все же не полностью. Все же, имея готовый состав при имеющихся навыках возможно узнать, из чего он состоит. Пуланья не Самрит, конечно, однако некие алхимические рецептуры в моем детоксикаторе есть. И если он попробует его «разобрать», то определенно это заметит.

- Я могу вколоть его тому, кто в этом нуждается. И даю слово аристократа, что не буду об этом распространяться.

Дариус опустил голову в раздумьях.

- Насколько я знаю, Маттео не торопится принимать тебя обратно.

- Однако моя честь остается при мне. И Вы об этом прекрасно знаете. Кто у Вас болеет?

- Я не могу тебе сказать. Это дело моей семьи.

- Тогда, при всем моем уважении к Вам, лэтр Дариус... есть ли еще что-то, что Вы хотите со мной обсудить?

Грубость, да, но не такая вопиющая, как с Агнисом, смягченная. И Пуланья не может этого не отметить.

- Килли, я обращаюсь к тебе за помощью. К тебе, человеку враждебной ко мне семьи.

- Вы только что заметили, что я все еще не отношусь к Галвинам напрямую.

- Ты живешь у них дома, ешь в их столовой. Я не знаю, какую игру ведет твой отец, но это явно не просто так.

Разумеется. Особенно, если учитывать, что конкретно в этой области никаких игр и нет.

- Я предлагаю такой вариант, - начал я. – Вы накроете простынью человека, которому нужна помощь, а я сам вколю ему лекарство. Так каждый получит то, что хочет – Вы скроете от меня то, что хотите скрыть, я буду уверен, что состав остался при мне. Что скажете?

- Вариант, конечно, детский... но Луна с тобой, Килли. Готовь свое чудо-лекарство.

Я внутренне усмехнулся. Когда тебе нужна помощь согласишься и не на такое.

Человека под простынью замаскировали знатно, по силуэту нельзя было понять мужчина это или женщина, однако рука выдавала достаточно молодого парня с головой. Чистая ухоженная кожа, редко знакомая с уколами – вряд ли слуга, ибо когда им за ней ухаживать-то? Да и кто будет, это больше женское или аристократичное. Дариус кого-то прячет из детей ближайших друзей? Или солгал и его сын на самом деле жив? Но зачем? Одни вопросы...

- Готово, - я убрал жгут и разобрал шприц. – Минут через десять его начнет тошнить, так что я выхожу.

- Благодарю, Килли. Если несложно, подожди меня за дверью.

В коридоре было пусто, однако я не расслаблялся – это в своем особняке я мог более или менее свободно говорить, а здесь нет, не рискну. Однако я чувствовал, что сама Шерла хотела мне что-то сказать. Впрочем, у нас ведь есть способ поговорить так, чтобы нас никто не смог подслушать.

- Ты его ненавидишь, - начал я.

- Он платил тем, кто делал оружие против драконов.

- Платил? Он же жив, почему в прошедшем времени?

- ­Больше платить некому, - улыбнулась Шерла. – Я об этом позаботилась.

От нее пошла волна довольства как от хорошо проделанной работы, что заставило меня заподозрить неладное.

- Что именно ты сделала?

- Взорвала мастерскую, в которой то оружие пытались восстановить.

О, теперь понятно, что именно делала моя женушка в квартале Пуланьев и почему он сегодня в таком настроении.

- Но как? Я не помню, чтобы ты по этому поводу обращалась ко мне за советом.

- Ты был в замешательстве от своих проблем. Я не стала тебя отвлекать от них.

- Но ты явно к кому-то обратилась за помощью, раз тебя не ищут по всей столице. К кому?

- К твоему отцу. К Маттео.

Где-то внутри меня похолодело.

- Я тебя сейчас очень прошу, скажи, что твой способ взорвать мастерскую никак не был связан ни с одним из его советов.

- Ну... это было не совсем по его совету, но... основу да, я взяла у него.

Хотелось грязно выругаться, схватиться за голову, но не успел. Открылась дверь, в которую выглянул несколько озадаченный и недовольный Дариус.

- Килли, - обвиняющим тоном начал он, - ничего не происходит. Моему человеку не становится лучше.

Белуис

Едва они вернулись, как с Ифришей случилась самая настоящая истерика, что сапфирового немало удивило. Подруга детства едва ли не с вылупления искала себе неприятности, чтобы мужественно их преодолевать, не боялась даже Гессерита, никогда не отличавшегося хоть сколько-нибудь терпеливым характером. Белуис подозревал, что если бы у нее была возможность – она бы с самим Бахамутом ничтоже сумняшеся в схватку вступила ради проверки своих сил, а теперь... Тело била крупная дрожь, из глаз текли слезы, а весь ее вид говорил о сильном переживаемом стрессе.

- Мда... Оказывается, и у тебя есть что-то, чего ты до ужаса боишься...

- Как их можно не бояться! – заорала на него Единенная. – Тем более, когда их там так много! И каждый смотрит на тебя, каждый уже прикидывает, где достать олово, куда его вогнать, как отнести...

- Я тебе секрет открою, - лидер обнял Ифришу со спины, посылая ей успокаивающие эмоции. – Оказывается, лишь очень малая часть людей умеет нас убивать. Большинство людей боятся нас едва ли не сильнее, чем мы их.

Девушку подобное заявление шокировало настолько, что она даже дрожать перестала.

- Этого не может быть! Ты же сам видел ту алчность в их глазах! Сам видел, как!..

- Это да. Убить мечтает каждый, но вот сделать это могут очень немногие. Да и знаешь... – дракон вдруг задумался. – Знаешь, я как-то заметил, что те, кто однажды свою алчность преодолел, к ней больше не возвращаются.

- Совсем-совсем? – слезы перестали течь из глаз, а лицо стало каким-то по-наивному детским.

- Да. Взять хотя бы того же небезызвестного нам Килли. Шерла же наверняка с ним провела Единение не в первый день. Но провела, поверила ему, в его честность, искренность. А ведь она не из тех, чье доверие можно завоевать за такой короткий срок. Проклятье, да когда я услышал, как она смеется от его шуток, я своим ушам в первый раз не поверил!

- Почему?

- Она была очень злобной. Потеря родителей, потом травля, которую я не остановил в тот момент, когда этого требовалось... Ты можешь на нее злиться, но если честно – я в полной мере заслужил то, что было в той пещере, где вы меня нашли и спасли. Поэтому я очень тебя прошу – воздержись от мести. Тебе ее не победить, а Килли может не быть рядом. Без него она забывает о такой вещи, как милосердие, - Белуис обнял свою жену чуть крепче. - Я не хочу тебя потерять. Особенно сейчас, когда мы только-только друг друга приобрели.

- Хорошо, - девушка откинула голову на плечо мужа. – Я не буду искать ее ради этого эпизода. Тем более, что мне действительно ее не победить.

Скрыть свое удивление сапфировый не смог – оно настолько сильно наполнило Единение, что заставило Ифришу посмотреть на него в точно таком же удивлении.

- Что? Даже я знаю примерные пределы своих сил. И те бои, что я провела, были как раз для этого. Она победила меня с легкостью, быстро, даже не используя своей необычной силы. И если бы не Килли...

- Она бы тебя попросту задушила, да. А потом бы пошла целоваться с мужем, словно ничего не случилось. Знаешь, - Белуис внезапно усмехнулся, - если так подумать, то Килли, будучи человеком, мало того, что сделал для нее больше, чем вся наша стая вместе взятая, так еще и смог привить ей минимальную терпимость, что хотя бы немного приблизило ее к нам. Воистину великий человек, достойный молитв Всеотцу.

Ифриша не ответила, она вспоминала свои слова, сказанные под той пещерой. И в случившемся приступе паники после посещения людского гнездовья видела укор Бахамута. Пока – лишь укор.

- Я ему должна, - признала она. – За то, что остановил Шерлу.

- Ему вся наша стая должна уже. Кто косвенно, кто прямо. Но ты молодец. Долги следует признавать, даже если они перед человеком. Но, повторюсь – он достойнейший из людей, которому бы я не побоялся свои крылья доверить.

- Он человек, - улыбнулась девушка. – Защитить их он не сможет.

- Зато сможет своевременно предупредить об опасности, если что. А это, знаешь ли, очень много стоит.

Ифриша вновь улыбнулась и нашла своими губами губы мужа. Ей стало гораздо легче, однако пережитый стресс все еще требовалось как-то снять...

Килли

- То есть... как? – удивился я. Детоксикатор меня ни разу до этого момента не подводил.

- Вот так, - ответил Дариус. – Обещанной тобой тошноты нет. Лучше ему не становится. Что ты ему вколол?

Секунд пять я стоял и думал, стоит ли мой поступок ухудшения отношений с тем, кто хоть немного ко мне дружелюбен из конкурентов. И понял, что да, стоит – согласившись на вмешательство, я в тот же миг взял на себя обязательства.

- С дороги, - я без спроса вошел в комнату.

- Стой! – моментально возмутился Пуланья. – Стой, я не разрешал тебе входить!

Но я уже был внутри и сдергивал простынь с человека. Под ней лежал парень, явно аристократ, который смотрел на меня спокойными глазами. Не Эварт, что меня даже несколько расстроило. Не хотелось верить, что друг детства все же умер.

- Килли, чтоб тебя Луна колесницей переехала! Ты за это ответишь!

- Обязательно, - кивнул я, открывая рот парню и разглядывая его язык. – Давно это у тебя?

- Полгода уже где-то, - тихо ответил он.

Сзади послышалась возня – Дариус безуспешно пытался до меня добраться, однако непреодолимое препятствие в виде Шерлы совершенно не собиралось сходить с его пути. Она просто двумя руками надавила ему на плечи, поставив на колени. И бедный аристократ, уже неестественно побледневший, одними губами читал молитву, не смея отвести взгляда от ее глаз или окрестить себя знаменем Солнца – когда моя жена того хотела, она могла здорово пугать.

- Лэтр Дариус, подойдите, пожалуйста, - я избавил его от этой пытки, сам прекрасно помня, насколько липким может быть этот страх. Правда, его не откидывало в стену разрядом, к нему не ползла обессиленная больная драконица с непонятными намерениями, однако эмоции, думаю, были примерно теми же.

Парень смотрел на это с философским спокойствием. Его эта ситуация не удивляла, не забавляла, не пугала...

- Запахи чувствуешь? – спросил я и внезапно понял сам. Плесенью не пахло. Совсем.

- Только сильные. И то, еле-еле.

- Вкус? – задал я второй вопрос, уже догадываясь об ответе.

- Отсутствует. Будто бумагу ем.

- Килли, - Дариус до сих пор не отошел от произошедшего, - ты на ком женился? Мне на секунду показалось, будто сама Луна за моей душой лично спустилась...

- Он не болеет новой странной болезнью, лэтр, - я решил не отвечать на вопрос. – У него ракитар.

- Ракитар? – другой диагноз словно привел мужчину в чувство. - С чего ты взял?

- Апатия, отсутствие запаха, вкуса, бледность кожи, а еще... – я поднял ему руку. В подмышках, как один из симптомов, образовалась мелкая россыпь красных точек. – Ему нужно срочное лечение, болезнь прогрессирует уже шесть месяцев.

Дариус посмотрел на меня так, словно одновременно хотел удавить и сожалел о том, что я не его сын.

- Как ты вообще это понял?

- Его безэмоциональность натолкнула на эту мысль. Новая болезнь не лишает эмоций.

- Я думал, он просто ослаб уже настолько, что смирился.

- Лечите его, лэтр. У Вас совсем немного времени, прежде чем болезнь из острой формы перейдет в хроническую.

- Да... Спасибо, Килли, ты меня очень выручил...

Особняк я покидал в смешанных чувствах. Нет, если все вокруг только и говорят, что о новом вирусе, то вполне можно начать его видеть вообще везде. Но как можно было не заметить, по сути, детскую болячку? Или потому он ее и не заметил, что ракитором девяносто девять людей из ста как раз болеют в девяти-десятилетнем возрасте?

- Да наплевать... – пробормотал я. Диагноз я поставил, а дальше уже не моя проблема. Дариус лучший алхимик в столице, так что парнишка в надежных руках. А мне пора навестить брата. И заодно подумать по дороге – если причина, почему детоксикатор здесь не помог, более или менее ясна, то вот какой Луны она перестала помогать Гверну – загадка...

Сам Гверн, собственно, выглядел почти нормальным. С цепей мы его сняли, ломка хоть и осталась, однако, по его же словам, была смехотворно слабой по сравнению с тем, что он уже испытывал. Бартрем, кстати, отнесся скептически к идее легкого возвращения свободы, однако спустя сутки брат не предпринял ни единой попытки покинуть комнату самостоятельно, хотя мог. Вместо этого он, несмотря на пляшущую по телу боль, пытался хоть в какой-то мере восстановить физическую форму – приседал, отжимался, бегал на месте. Не только словом, но и делом доказывал свою позицию – больше никогда. Мама, узнавая о нем последние новости, все больше пылала надеждой на хороший исход, Бартрем искренне извинился перед ним за неверие, ну а я же... Разумеется, я тоже был рад тому, что в Гверне не наблюдаются ростки психологической зависимости – боль от ломки убила их просто на корню, - однако меня волновал факт, что детоксикатор перестал помогать, хотя, по сути, далеко не вся руманка вышла из тела брата. Ломки после укола быть не должно. А значит, я либо чего-то не знаю, либо что-то упустил.

- Килли, - брат поприветствовал меня, сидя на кровати, - как там мое состояние? Не пора ли мне уже наверх?

Легко догадаться, что место, в котором он провел все свое лечение, ему уже надоело, но поведение отца все еще вызывало вопросы. И ответы, которые приходили на ум, мне совершенно не нравились.

- Возможно, что уже пора, - я начал осматривать брата, в очередной раз убеждаясь, что он уверенно идет на поправку.

- Разработка твоя совсем помогать перестала, - озвучил мои мысли Гверн.

- Есть такое, - кивнул я, проверяя его зрачок на свет. Все было нормально. – Думаю, можно тебя уже и выпустить. Но помни...

- Килли, я же сказал – больше никогда, - тут же насупился брат. – Ты просто не представляешь себе эту боль. А я, поверь, больше не хочу ее испытывать снова. В конце концов, тебя в следующий раз рядом может и не быть.

- Скорее всего, и не будет, - кивнул я. – Ну что, готов покинуть эту комнату?

- Давно готов, - Гверн в шутливой форме стукнул себя кулаком по груди. – Веди, начальник!

- Балбес, - я рассмеялся и отвесил ему щелбан. – Но тебе точно стало лучше.

Краут

Составлять план мести при других обстоятельствах было бы, возможно, проблематично, особенно, если учитывать, что твой враг – кузнечная гильдия, одна из самых влиятельных организаций Империи. Однако, именно они и дали ему шикарный способ для возмездия. Наишикарнейший.

- Интересно, а горняки хотя бы задавались вопросом?.. – Краут покрутил в руке шашку ХимиДина. – И просто продали?

- Не все ли равно, пап? – спросила Айва – Главное, что теперь у тебя есть способ.

Одноглазый улыбнулся и убрал шашку в стол к своим товаркам. Дочь снова начала погружаться в его дела, чего он очень не желал и постоянно сопротивлялся. Бандит прекрасно понимал – Империя его не трогает лишь по той причине, что он полезен, но если они передумают, текущая война не пойдет ни в какое сравнение с тем, что происходит сейчас, и даже если он каким-то чудом сможет ее выиграть, благодаря новым союзникам драконам, то после этого ему либо корону на себя надевать, либо самолично в петлю лезть – кто бы ни пришел на освободившееся место, ему вряд ли понравится человек, способный его в любой момент сместить. И желать подобной судьбы для единственной дочери – последнее, чего он хотел.

- Ты совсем перестала ходить на улицу, - в голосе отца послышался укор.

- На то есть причина, - девочка выставила перед собой указательный палец.

- Имя этой причины случайно не Нанью?

- Конечно, кто ж еще? У нее, наконец, получается читать хоть и медленно, но без запинок. А ты ее постоянно по ночам куда-то гоняешь, - теперь упрек был слышен в голосе дочери.

- Это необходимо. Поверь, то, что ты делаешь для нее, очень важно. Даже не столько мне, сколько ей.

- Так и скажи – всем драконам в целом. Или ты думаешь, что я не знаю, что ты купил несколько десятков азбук?

Одноглазый рассмеялся.

- Поверь, ты знаешь об этом лишь потому, что я и не делаю из этого тайну.

- Папа! – Айва обиделась. Или притворилась обиженной.

- Иди к Нанью, она должна уже проснуться к этому моменту. Пара часов на учебу у вас все же есть.

Девочка, не сказав ни слова, поднялась из-за стола и гордой походкой вышла из кабинета, чем вызвала у Краута улыбку.

- Дите, - прокомментировал он ее уход и вновь задумался над местью. Захваченные шашки расширяли круг возможностей но, вместе с тем, и сковывали его по рукам – недооценивать кузнецов и переть в лоб будет только последний идиот. Нужно было все тщательно обдумать, предусмотреть каждую мелочь... и ждать ответного хода. А в том, что он будет, бандит не сомневался – задетая гордость потребует крови не столько для самоудовлетворения, сколько для восстановления своих позиций, ведь если каждый преступник будет безнаказанно кусать гильдию, то что станет с ее влиянием? – А драконы мне понадобятся куда раньше, чем я планировал...

Не хотелось, конечно же, но ситуация диктовала свои правила. А доверять можно было по-прежнему только Бизону.

Килли

Впервые с момента моего приезда за столом собралась вся наша семья. Мама вернулась к состоянию на момент моего появления – достаточно здорова, чтобы передвигаться по дому самостоятельно, но недостаточно, чтобы не выглядеть больной. Кожа снова бледная, зеленые волосы вновь потеряли свой блеск. Отец сидит, внешне сохраняя спокойность, но резкие движения явственно показывают, насколько он недоволен. Артиша просто молчит, но нет-нет поднимает на меня взгляд, полный искренней злобы. И только брат искренне рад видеть всех здесь присутствующих.

- С возвращением, Гверн, и поздравляю с выздоровлением, - первым нарушил молчание именно Маттео.

- Благодарю, - брат кивнул и пододвинул к себе тарелку.

- Хоть какая-то польза от плебея, - едва слышно донеслось со стороны сестры.

- Я все слышал, - так же тихо заметил я. Ответом мне послужил новый злобный взгляд.

- Гверн, думаю, ты понимаешь, что с приездом Килли твой статус меняется, - отец посмотрел на нас по очереди.

- Разумеется. Я не против.

- Если речь о том, что меняется твой наследник, то против я, - мой взгляд встретился с отцовым. – Напоминаю, что я нахожусь за этим столом не более, как однофамилец.

- Ты что, все еще не принятый? – удивился брат. – Почему?

- Потому что он по какой-то причине сам этого не хочет, - ответил за меня глава семьи. Я кивнул.

- Не «по какой-то». Ты прекрасно знаешь почему. Гверн был и останется твоим преемником, наследником – называй это как хочешь. Я же закончу здесь свои дела и вернусь в Малогор.

- Килли, ты разве не понимаешь, что упускаешь громадные перспективы? – у Гверна на лице было столько эмоций, что, наверно, если бы не сидящая между нами Шерла, он бы меня за одежду схватил. – Травник самого Императора!

- Хоть ты ему объясни, а то у меня до него достучаться не получается, - вставил свои пять медяков отец.

- Я не верю, что ты не понимаешь всех преимуществ! Ты же... ты же будешь первым после монарха! Это же такие возможности! Столько открытых дверей! Как ты можешь от этого так просто взять и отказаться?!

- Потому что отупел в своей дыре до состояния свадьбы с замарашкой! – не выдержала сестра.

И тут случилось невероятное – отец запустил в нее вилкой. И это было настолько невероятно, что замолчали все.

- Папа? – неверяще спросила Артиша. – Ты же ошибся, да? Ты же в него хотел, как и всегда, да?

- Вон. Из. Столовой, - тихо прорычал Маттео. – С завтрашнего дня ты ешь в своей комнате.

- Но я же... Папа...

- Не стоит, - я указал на нее ножом. – Пусть останется.

- Мне не нужно твое заступничество, плебей, - даже не ненависть, а какая-то жажда моей смерти засквозила в ее голосе.

Святое Солнце, откуда такое отношение ко мне? Нет, мы никогда не могли найти общий язык, это так, но до такого между нами дошло впервые.

- Сядь на место, - встала Шерла.

- Ты кто такая, чтобы тут рот свой на меня открывать, а? – вызверилась Артиша. – Тебе кто вообще разрешил так со мной...

- Сядь. На место.

И Артиша, напуганная до бледноты, села. Дрожащими руками она взяла свои приборы, попыталась отрезать кусок своей порции, чтобы съесть, но быстро сдалась.

- Шерла, мне кажется, это перебор, - мама положила руку поверх ладони моей жены. – Артиша в последнее время ведет себя неподобающе, это так, но это... слишком.

- Простите, я вспылила, - Шерла покаянно наклонила голову.

Гверн смотрел на это все с вопросом в глазах «Что это сейчас было?». А вот отец... его взгляд мне абсолютно не понравился, он словно уже прикидывал, где можно использовать что-то подобное.

- Даже не думай, - едва слышно прошептал я, практически только шевеля губами. И судя по мерзкой улыбочке, на которую был способен только он из моего ближайшего окружения, он прекрасно понял, что я ему сказал.

- Это мне решать, - последовал такой же беззвучный ответ.

Проклятье! Очень хотелось уже мне в него что-то запустить, но сдержался. Хотя, наверно, все же стоило так сделать, пусть хоть раз почувствует, какого это, когда тебе в лоб прилетает столовый прибор или тарелка!

- Килли... – женушка накрыла мой сжатый кулак своей аккуратной ладошкой. – Мы со всем справимся. Не злись.

И действительно стало легче – злоба отступила, возвращая контроль над рассудком.

- Что бы он ни попросил тебя сделать, какие бы аргументы не приводил – отказывайся. А потом говори мне. Это важно.

- Что-то случилось?

- Скорее всего, да. Я начинаю узнавать того отца, от которого сбежал в свои семнадцать лет.

Нужно поговорить с ним наедине, пронеслось в голове. Я здесь уже слишком долго, но до сих пор не понимаю, действительно ли он изменился или это просто притворство. И если раньше я все же допускал мысль, что он стал другим, то теперь это серьезно пошатнулось. Вполне возможно, что мне уже снова следует бежать, взяв с собор маму и Бартрема.

Краут

Видеть, как представитель гильдии врывается в трактир, бешеным взглядом обводя помещение в поисках одного конкретного человека – о, ради такого зрелища Краут бы не пожалел свой второй глаз.

- ТЫ! – заорал толстяк. – ЧТО ТЫ УСТРОИЛ?!!

- О чем Вы? – деланно удивился бандит.

- Взрыв нашего здания в Акуде! И буквально за пятнадцать минут там видели твоих шавок!

- У некоторых моих людей были там дела, но поверьте, они никак с Вами связаны не были. Чай, кофе, чего покрепче?

- Не заговаривай мне зубы, пес! – гильдиец начал брызгать слюной. – Какие еще дела там могут быть у такого, как ты? Кто тебе вообще разрешил покидать Малогор или отправлять куда-либо своих людей?

- А я разве должен у кого-то спрашивать разрешения? У нас Империя свободных людей, даже рабства нет, как, например...

- Слышишь ты, гниль подзаборная...

- Бизон, - отдал приказ Краут.

Телохранитель, стоявший позади гильдейца и его охранника, в одно движение сломал шею последнему и ударом по ногам поставил на колени первого, заставив того скрючиться от боли.

- За это ты ответишь отдельно, - зашипел он, придя в себя после удара.

- Несомненно, - не стал отрицать очевидного Краут. – Однако ты этого уже не увидишь.

- Сначала нападение на гильдию, а следом убийство присланного переговорщика? Да еще и в период теневой войны с малгорцами? – сцедил сквозь зубы толстяк. – У тебя кишка тонка все это вывезти.

- Возможно, - Одноглазый встал из-за стола и вытащил из ножен свой любимый метательный нож. – Вот только ты перестал быть переговорщиком. По собственной воле ты превратился в диверсанта, что снимает с тебя все привилегии.

- У тебя нет доказательств!

- Доказательств – целая папка! – Краут швырнул ему в лицо несколько листков, исписанных мелким почерком. Прямых доказательств у него действительно не было, но косвенных, исключающих вмешательство любого другого заинтересованного лица – уйма. – Знаешь, мы могли бы договориться, не ворвись ты сюда столь бесцеремонно, словно у тебя запасная жизнь есть.

- Ты меня не убьешь, - гадко улыбнулся гильдеец. – Смелости не хватит.

Острое лезвие моментом вспороло плечо и оставило глубокую колотую рану.

- Знаешь, на твоем месте я бы не был так уверен, - Одноглазый встал, глядя на орущего от боли и удерживаемого Бизоном мужчину. – По вашей вине я потерял одного хорошего человека. И дело даже не в ресурсах, что я в него вложил – мне именно его жалко, понимаешь? Простой кузнец, которому я дал шанс на развитие, который этот шанс ухватил всеми руками и ногами и реализовал так, как мало кто в нашем мире может. И тут появились вы. И просто убиваете его, обставив под нападение малгорцев, причем, так топорно, словно я редкостный кретин. И ради чего? Ради проклятых денег!!!

Бандит с силой пнул толстяка в рану, чем вызвал новый дикий крик. Кровь, даже не начавшая запекаться с тонкого пореза, вновь хлынула, словно с красного фонтана.

- Слушай, Краут, я же всего лишь посланник, - начал гильдиец. – Я не могу отдавать такие приказы.

- Он тоже был просто кузнецом, которого я принял под свое крыло. И раз уж я не смог его защитить от таких, как вы, то мне остается лишь мстить за его смерть.

Больше мучить пленника он не стал – бронза вонзилась в висок, проломив тонкую кость черепа. Жизнь в глазах мужчины моментом потухла, он жирным мешком повалился на пол.

- Надеюсь, эти потери их чему-нибудь, да на научат, - Бизон три раза постучал во входную дверь. Тут же появилось четыре человека, которые стали выволакивать тела на улицу, к уже стоящей там телеге.

- Напротив – лишь еще больше разозлит, - Краут устало сел на ближайший стул. – Но увы, он сам не оставил нам другого выбора. Отпускать его уже было нельзя – слишком много знал и видел. Что там со взрывом?

- Взорвали холл, как и было велено. Правда, получилось... не совсем аккуратно.

- Уборщика зацепило?

- Регистратора. Разметало по стене таким слоем, что... Как масло на хлеб.

Одноглазый закрыл глаза. Несмотря на то, что в предыдущей войне он и сам убивал, и приказывал убивать, и своих людей на верную смерть посылал, происходящее вызывало в нем оттенок тоски и ненужных потерь. Пережив такое количество как друзей, так и врагов, он не очерствел, а напротив, стал ценить жизнь, прибегая к радикальному решению лишь тогда, когда другого выбора просто не оставалось. Как в ситуации с малгорским разведчиком во время осады, отданному Зорлу ради сведений, как сейчас, ибо война с ними же закончится лишь уничтожением одной из сторон...

- Найдите его родных, выплатите стандартную компенсацию в таких случаях.

- Не получится, босс. Мы еще не восстановились после покупки горна.

Бандит опустил голову. Чтобы купить эту машину пришлось опустошить почти все счета и ради чего?..

- Ладно, сделаем это, но позже, когда наши дела снова пойдут на лад. От Вальтера нет вестей?

- Есть. Малгорцы злы, как никогда. Начали менять адреса, переселяются ближе к западной части.

- А с их экспансией как дела?

- Остановилась, даже некоторый регресс наметился. Мне доложили, что часть тех, кому они платили, или отказались вести с ними дела, или стали требовать больше.

- Второе меня устраивает больше, чем первое, но насаждать это не будем ибо каждый сам решает, как ему вести свой бизнес. Но то, что нам удалось остановить их аннексию, одновременно и хорошая, и плохая новость.

- Будете ждать нападения?

- Оно обязательно будет. Мы загоняем их в угол, толкаем на отчаянные поступки. Неделя максимум – и они откатятся к тому результату, что у них был на момент приезда сюда, чего они допустить никак не могут. Но вот что они предпримут – увы, не приходит в голову. Но точно не силовой метод.

- Почему?

- Потому что мы расшатали их репутацию, а если малгорцы начнут насилие, они ее уронят окончательно, чем сильно упростят мне работу. Такие вести по трущобам распространятся быстрее пожара в сухостое, а когда об этом узнает последняя собака, их начнет сдавать каждый, кому будет не лень. И тогда их текущее убежище превратится в огромный зубастый капкан.

Одноглазый встал, но первым же шагом наступил в кровавую лужу, оставленную толстым гильдейцем.

- Бизон, пусть уберет кто-нибудь и проветрит сразу. Негоже клиентам видеть подобное.

- Сделаю, босс.

Белуис

- Ты ведешь нас к краху, - старый И́льбус никак не хотел даже попытаться вникнуть в то, о чем говорил Белуис.

- Я веду нас к единственному спасению, которое еще доступно, - устало произнес сапфировый. – Пока нам есть, что предложить людям, этот шанс упускать нельзя.

- Люди алчны, а потому предадут нас! – бывший Старейшина, находясь в сидячем положении, ударил по полу. – Белуис, услышь меня, я тебя прошу. Честное слово, я понимаю, почему ты хочешь сделать то, что делаешь, но пойми и ты, что это – не более чем самоубийство для всей нашей стаи. Массовое, кровавое. И на которое мы пойдем по твоему слову.

- Самоубийство будет лишь в том случае, если мы упустим свой текущий шанс. Люди очень изобретательны, рано или поздно они научатся ловить всех нас, а не только рубиновых.

- До этого срока мы успеем эволюционировать раз десять, не меньше!

Глава стаи встал и подошел к окну. Белый ковер из снега угасал, сверкая в закатном солнце.

- Не успеем, в этом-то и проблема. Первого рубинового поймали и разобрали на запчасти лет так сто пятьдесят-двести назад. И что, изменился ли внешний вид рубиновых за это время? Может, у них стойкость к олову появилась, а я об этом не знаю? Или на чешуе при трансформации зазубренные наросты есть, которыми можно сеть пропилить?

- Нет, но...

- Сто пятьдесят лет прошло, а у нас ничего не меняется. Тебе не кажется, что та форма, что у нас есть сейчас – это вершина того, чего мы можем достичь? И если так, то выходит, что этого недостаточно, верно?

- Возможно, просто мы в недостаточно сложных условиях для дальнейшей эволюции.

- Мы вымираем. Медленно, постепенно. Это для тебя не сложные условия?

- Но то, что ты делаешь, опасно! Если люди нас предадут, мы все умрем!

- Вот ты и назвал причину того, почему я это делаю, - Белуис развернулся и вновь обратил свой взор на старого дракона. – Если не делать ничего, то мы все умрем гарантированно – нас просто переловят. Но мы можем дать людям шанс увидеть в нас личности. Дать понять, что различия между нами могут стать основой для сотрудничества, а разница культур дать толчок к чему-то большему.

- Люди алчны, Белуис. Не будет ничего из того, о чем ты говоришь.

- Тогда мы обречены. И вся наша последующая жизнь, даже сегодняшний день – просто агония перед смертью.

Бывший Старейшина слегка опустил голову в раздумьях.

- Кажется, я начинаю понимать, почему мой сын поддерживает тебя. Если все будет так, как ты говоришь, но выбрать вариант, при котором мы ничего не делаем, то пара сотен лет – и люди действительно нас переловят, вот только... меня уже не будет. Но мой сын еще будет жив. Ему страшно.

- И вам, Старейшинам, тоже страшно, - кивнул Белуис.

- Мы просто хотим дожить свои дни спокойно, а ты лишаешь нас этого. Более того, ты разрушил единство в стае, противопоставил нам наших близких.

- Стоп-стоп-стоп! Вот чего не делал, того не делал! – возмутился сапфировый. – То, что ты говоришь – не более чем внутрисемейные ссоры!

- Принявшие массовый характер? Заставившие стариков отселиться от своих семей? И даже если и так, то с какого момента это началось, Белуис? Именно с твоих новых жилищ.

- Что есть, то есть, - не стал спорить сапфировый.

- А что дальше? Пригласишь людей к нам? Расскажешь, где мы обосновались? Один из них и без того появляется здесь, когда ему заблагорассудится, а ты до сих пор ничего с этим не сделал!

Казалось бы, удивляться уже глупо, не первый раз глава стаи слышит что-то подобное, но...

- Мы сейчас о Килли? – спросила молчавшая до этого Ифриша.

- О друиде том, который антрацитовую на арене остановил, чтобы она Нанью не убила.

- Забавно, что Нанью ты зовешь по имени, а Шерлу нет... – протянул Белуис.

- Проклятому дракону нечего делать в нашей стае. Очень жаль, что ты вмешался в их первую дуэль.

Та самая дуэль, после которой девушке пришлось бежать и прятаться в том самом гнездовье, что он дал уничтожить... Упоминание о собственных ошибках не прибавило настроения, но сапфировый не позволял этому на себя влиять.

- Прости, а с каких пор Шерла у нас проклятая? Сколько лет уже веду стаю, а о подобной оценке слышу впервые.

- Только Всеотцу позволено быть антрацитовым. Просто существуя, она оскорбляет величие Бахамута!

- Она не выбирала родиться такой.

- Это не снимает с нее вины! Травля на нее закончилась и как ресурс она исчерпала себя, а потому должна исчезнуть!

Белуису стало настолько противно, словно он только что попробовал падаль месячной давности.

- Вот поэтому в нашей стае больше нет и никогда не будет Старейшин. Вы настолько погрязли в своих страхах и суевериях, что в упор не хотите замечать, как меняется мир. Но ваше нежелание меняться вслед за ним вас же и убивает ибо из-за этого для вас в нем не находится места.

- Не забывайся, Белуис... – зашипел старый дракон.

- А не то что? – зарычал сапфировый. – Что ты, кусок старой рухляди, можешь мне сделать? Ты настолько ослеп и закостенел, что твой высохший и недалекий мозг абсолютно не желает замечать, что все, что я делал и делаю – для вас же!

- Смерть Лэйхо тоже в это вписывается? – встал бывший Старейшина.

- Абсолютно! Если бы он оставался жив, он бы развязал войну между нами и людьми!

- Сокращение числа людей стало бы отличным сдерживающим фактором!

- Вот только это бы подстегнуло их адаптацию против нас! И оружие против каждого дракона появилось бы уже лет так через двадцать-тридцать, а не двести-триста! В лучшем случае!

- Ты не можешь этого знать!

- Я был в их гнездовье неподалеку! Я рассматривал его изнутри и еще ближе, чем ты сейчас ко мне находишься! И поверь, то, что я видел, мы сами не создадим никогда! Да мы банально вот этот дом построить не сможем, в котором сейчас сидим!

- Нам это и не нужно! Мы прекрасно обходились и без этого все это время! Нельзя доверять людям!

Разговор угрожал выйти на очередной круг, проходить который у Белуиса не осталось ни сил, ни желания.

- И́льбус, покинь дом. Мне надоело говорить об этом.

- Ты ведешь нас к краху, Белуис, помяни мое слово, - с этими словами старый дракон сделал то, о чем его попросил сапфировый, заставив его облегченно вздохнуть.

Глава 9

Ифриша

Внешне Белуис держался безукоризненно – волевое лицо, уверенность в глазах, прямой твердый взгляд... Однако Ифриша, будучи его Единенной, могла видеть и чувствовать куда больше, чем любой другой дракон.

- Бельчонок, ты чего? – стоило бывшему Старейшине покинуть дом, как ее муж чуть ли не упал на пол, закрывая глаза.

- Знаешь... я иногда думаю – а это имеет смысл? – лидер стаи спрятал лицо в руках, как никогда сейчас выглядя слабым и уязвимым. – Что, если он прав? Что, если я настолько поглощен своей идеей, что не вижу множество подспудных проблем, которые обязательно вылезут, стоит лишь нам появиться рядом друг с другом?

- Тогда мы просто умрем, - Ифриша села рядом с драконом, чтобы иметь возможность его обнять. – Но мы, получается, умрем в обоих случаях, понимаешь? Ты прав в одном – если ничего не делать, люди научатся ловить всех нас, а не только рубиновых. Но твой вариант... там смерть уже одна из двух вероятностей, понимаешь? Не гарантированная. Он имеет шанс, хоть и небольшой, что мы уживемся рядом.

- А если нет? Если Ильбус прав и я веду всех в западню?

- Значит, наша смерть по какой-то причине угодна Всеотцу, - грустно ответила Ифриша.

- Этого! Не может! Быть! – Белуис аж голову приподнял. – Он бросил вызов чуть ли не всему человечеству, чтобы мы выжили! А теперь ты хочешь сказать, что он передумал?

- Ну... ты не дал Лэйхо сделать то же самое.

- Потому что среди нас нет антрацитовых драконов, способных на равных тягаться с людьми! Да даже если бы и было – это тогда мы искренне ненавидели друг друга, но не теперь! Теперь между пропастью наших видов есть пусть и слабые, хлипкие, но переправы! Бахамут не может этого не видеть, не может не считаться с этим!

- Тогда продолжай делать то, что ты делаешь, Бельчонок. И будь, что будет.

Белуис посмотрел на Ифришу... и ухмыльнулся.

- Способ поддержки у тебя, конечно... странный.

- Но сработало ведь! – девушка показала ему язык.

- Сработало, не спорю, - не стал отрицать дракон очевидного. – А теперь, если ты не против...

И, не слушая притворно-возмущенные повизгивания, глава стаи повалил свою Единенную на пол.

Килли

- Килли? Можно тебя на секунду? – в мою комнату вошел Бартрем, держа в руках конверт.

- Что-то случилось? – я оторвал взгляд от своей лаборатории. Шерла продолжила наблюдать, ей почему-то нравилось движение реагентов внутри разнообразных трубочек.

- Нет. Просто приглашение на Императорский бал.

Только когда пальцы разломали сургучную печать, до меня дошло, что, по сути, это означало. Император не просто знал, что я здесь, - было бы глупо и наивно полагать, что ему не доложили о ком-то с моей фамилией, - он хотел меня видеть. Даже не желая этого, я все равно привлекаю его внимание.

- Посмотрим... – я развернул приглашение. Оно оказалось парным, то есть, используя его, я мог взять с собой Шерлу, что несколько обнадеживало и вселяло чувство безопасности. Увы, но если бы это было не так, все равно пришлось бы идти. Император – не тот человек, которого стоит игнорировать.

- Все в порядке? – камердинер не мог не заметить беспокойства на моем лице. – Кажется, ты не очень рад.

- Я очень НЕ рад, Бартрем, - честно признался я. – И будь у меня возможность, никуда бы не пошел. Но... увы.

- Но почему? Разве тебе не лестно внимание самого Императора? Приглашение же именное, насколько я могу судить.

- Нет, не лестно. Он хочет меня видеть, хочет приватного разговора. Вот только я не знаю, о чем нам говорить.

Личный слуга быстро выглянул в коридор, явно испуганный моими последними словами.

- Килли, мальчик мой, ты бы поаккуратнее со словами...

- Кроме нас здесь никого нет, а в тебе я уверен, - я пожал плечами. – А насчет именного приглашения – так это не удивительно. Я же до сих пор не принят в семью, поэтому ему и приходится обходиться таким вот образом.

- Кстати, Килли, давно хочу тебя об этом спросить...

- Потому что принятие в семью автоматически означает принятие главенства главы семьи, уж прости за легкую тавтологию. А мой отец абсолютно не тот человек, которого бы я хотел видеть над собой.

- У лэтра не бесконечное терпение, Килли. Рано или поздно тебе придется это сделать.

- Отнюдь. Если он начнет давить, я просто уеду обратно в Малогор.

Бартрем слегка приоткрыл рот, словно собираясь что-то сказать, но все же промолчал. Я же слегка наклонил голову, призывая его продолжить разговор.

- Слуги возлагают надежды, что ты останешься в столице и возглавишь семью, Килли, - тихо произнес он.

- Это невозможно, - я покачал головой. – К тому же, Гверн ничем не хуже меня.

- Мальчик мой, будем честны – ты лучше своего младшего брата.

- Отнюдь, Бартрем. Мне скоро двадцать шесть, ему летом будет двадцать один. Однако он смог изобрести новое в куда более юном возрасте, чем я.

- Он изобрел наркотик.

- Яды – обратная сторона медицины. Не зная, как они действуют, невозможно поставить верный диагноз, а значит, начать нужное лечение. Врач, не знающий о ядах, некомпетентен.

- Я с тобой не соглашусь. Ничего не зная о том, что он приготовил, ты смог вернуть ему здоровье.

Я слегка замешкался. Отчасти, он прав – я действительно ничего не знаю о наркотике, что изобрел Гверн, даже на формулу не взглянул почему-то. Однако...

- Руманка есть руманка, как бы ее не приготовили. Да и, к тому же, моя разработка оказалась далеко не панацеей.

- Так ее и не существует. Каждое лекарство лечит одну болячку.

- Не существует, - я улыбнулся. – Но мечтать ее создать мне никто не запретит.

Завтрак, как и вчерашний ужин, проходил в полном составе. Маме становилось лучше, Артиша впервые выглядела подавленной и не смела оторвать глаз от пока еще пустого стола. В остальном – никаких изменений, даже постоянное раздражение отца имело место быть. Он же и начал разговор первым:

- Килли, тебе передали приглашение?

- Да. Император сегодня вечером собирает бал.

- Опять смотреть на этих пьяных и шумных свиней... – проворчала мама.

- Увы, Раини, это наша действительность. Раз в полгода можно и потерпеть. Ты и так почти никуда не ходишь.

- А смысл? На каждом из них одно и то же. Куча мужчин курит и играет в карты, пока куча женщин перемывает кости своим мужьям, обсуждая то, что обсуждать не следует.

- Например? – поинтересовался Гверн.

- В лучшем случае, у кого какие проблемы в постели. В худшем, еще и своих любовников могут приплести.

- Я надеюсь, у нас такой проблемы нет? – спросил отец.

- А ты думаешь, я просто так избегаю всех этих собраний, Маттео? Мне нечего с ними обсуждать, а потому банально скучно.

Глава семьи удовлетворенно кивнул. Вошли слуги, стали раскладывать еду.

- Килли, ты идешь на бал, - вновь начал разговор отец.

- Как будто у меня выбор есть, - пожал я плечами.

- Там я представлю тебя как своего преемника...

Эмоции сдали моментально – я со всей силы ударил кулаками по столу, заставив тарелки подскочить.

- ЭТОМУ! НЕ!! БЫВАТЬ!!! – горло предупреждающе запершило, словно говоря, что таких издевательств над собой не потерпит. Отец же явно был ошарашен, кажется, это вообще впервые, когда я повысил на него голос. Впрочем, это продлилось недолго.

- Не смей так со мной говорить, Килли, - прошипел он.

- Я посмею с тобой и не так говорить, – ответил я уже более спокойно, - но заставлю тебя меня услышать. И предупреждаю прямо сейчас и при всей семье – я откажусь от этой должности, чем там, на балу, поставлю тебя в невыгодное положение перед теми же Самритами.

- Ты так не сделаешь! Ты Галвин!

- Непринятый в семью Галвин, - напомнил я ему язвительно. – А потому руки у меня развязаны. Твой преемник Гверн, если он того хочет, а меня не смей приплетать в эти интриги.

Несколько глубоких вдохов – и самочувствие снова возвращается в норму, позволяя держать себя в руках.

- Это твое последнее слово, Килли? – спросил отец. – Ты отказываешься от будущей должности травника Императора?

- Отказываюсь. И да, это мое последнее слово.

Маттео сделал глубокий вдох...

- Гверн, после завтрака зайди ко мне в кабинет. Нужна твоя подпись в нескольких документах, - …но все же сдержался.

Наконец-то! Это свершилось! Пусть и в последний момент, пусть и с помощью угроз, но я получил столь желанную для себя свободу, освободившись от этого якоря!

- Килли... – тихо прошептал Гверн. – Ты лучше подходишь...

- Ты справишься, брат, - я улыбнулся ему. – Больше веры в себя.

- Я не такой, как ты.

- Тебе и не нужно быть таким, как я. Будь собой, у тебя все получится.

Я взял кусок хлеба, надкусил его... и тут же выплюнул, не в силах стерпеть просто концентрированный привкус плесени.

- Килли? – удивилась Шерла. – Ты чего?

- Плесень... – пробормотал я. Привкус оставался на языке, его не смыл даже чай. – Мама, стой! Не ешь!

Я встал из-за стола и попробовал ее хлеб. И тоже тут же выплюнул.

- Мама, это есть нельзя.

- Изволь объяснить свое поведение, - нахмурился отец.

- Мой хлеб и вот этот заражены. Если мама будет его есть, она снова сляжет с новым приступом слабости.

- И как ты это определил?

- Я... чувствую эту болезнь. Понимаю, насколько глупо это звучит, но это правда. Этот хлеб заражен.

Ну, если точнее, он отравлен, но раскрывать отцу карты... Увы, но моего доверия он за все это время так и не добился.

- Как ты сам заметил, это звучит глупо. А потому сядь на место и не мешай завтраку.

Я посмотрел на маму... и вздохнул с облегчением. Возражать отцу она не стала, но весь хлеб, что у нее был, отложила в сторону, словно показывая всем, что не собирается им пользоваться. Маттео это явно заметил, но комментировать отказался. А я же стал думать. Источник заразы обнаружил себя сам, но это лишь начало. Следует узнать, кто именно поставляет нам этот хлеб. Выяснить... и разрешить Шерле заставить его раскаяться в этом поступке перед своей смертью. Ибо от врагов следует избавляться, а от опасных – избавляться в первую очередь.

Краут

Смерть переговорщика не могла не иметь последствий. И Краут готовился к ним как мог – не снимал свой нагрудник даже во время сна, всегда носил с собой трофейный арбалет и любимый нож... Он ожидал покушения, ожидал осады, ожидал даже объявления еще одной войны, которую готовился закончить в тот же день с помощью Нанью, но реальность все же смогла преподнести ему сюрприз.

- Босс... – явно замешкавшийся Бизон вошел в кабинет. – Там переговорщик от кузнецов в трактире.

Рука замерла над очередным документом, с конца пера капнула капля чернил.

- Это... шутка? – недоуменно спросил Одноглазый.

- Нет, босс. И он там один. Совсем один, даже телохранителей нет.

Глава бандитов решительно не понимал, что происходит. Он уже убил одного гильдейца, а теперь они присылают еще одного. Причем, даже без охраны.

- Я сейчас поднимусь наверх. А ты возьми Нанью и подведи ее к выходу из подвала. Пусть смотрит и слушает. Дай ей в руки что-то, что она может кинуть, но не нож, а что-то вроде шара.

- Это опасно, босс.

- Не опаснее малгорской гильдии, которая вот-вот что-то попробует сделать.

Оставленный под присмотром гильдейский представитель спокойно пил чай, когда Одноглазый под незримой охраной Нанью и Бизона сел к нему за стол.

- У Вас замечательная кухня, Краут, - он улыбнулся, выпив остатки содержимого в чашке.

- Благодарю, - осторожно ответил Одноглазый, сохраняя бдительность. Он подозревал в пришедшем наемного убийцу, способного сражаться с несколькими противниками, однако не видел в движениях гостя характерных для подобного обучения движений. Это, разумеется, ничего не значило, ибо могло быть одной из форм подготовки.

- Разрешите представиться – Але́ссио Болу́н, представитель гильдии кузнецов, у которой вы купили комбинированный горн.

- Краут Кирказон. Владелец трактира.

- А так же лидер преступной гильдии, - продолжил Алессио.

Единственный глаз бандита сощурился в угрозе.

- Бросьте, Краут, об этом знают все, кому положено это знать. И я приехал сюда ни для Вашего ареста, ни для того, чтобы обсуждать Ваше прошлое или методы зарабатывания денег на жизнь.

- Тогда зачем Вы здесь? – спросил Одноглазый. Его собеседник сбросил маски, а потому можно было больше не любезничать

- От лица кузнечной гильдии я уполномочен принести Вам извинения за уничтожение кузницы и смерть кузнеца Чернана. К сожалению, мы не смогли выяснить его фамилию.

Если бы сейчас сюда с Малгории пришел Ремси Ла’Нилл и предложил ему кресло Лорда-Защитника, Краут был бы удивлен куда меньше. Одна из могущественных национальных организаций извиняется перед ним, преступником!

- У него не было фамилии, - медленно и раздельно произнес Одноглазый. – Я хотел подать прошение в администрацию после... завершения некоторых событий, которые сейчас происходят в городе.

- Война с малгорцами, которые пытаются изнутри захватить город, - кивнул Болун. Зубы Краута скрипнули.

- Если вы все знаете, то зачем вставляете палки в колеса? Неужели вам выгодно, чтобы этот город или вырезали, или смешали с нищим малгорским отребьем?

- Нет, нам невыгодно ни то, ни другое, - гильдиец взял с пола свой портфель и достал оттуда несколько документов. – После смерти Беркела́я, моего предшественника здесь, мы решили проверить его кабинет. И то, что мы там обнаружили, нам, мягко говоря, не понравилось.

В эти слова Краут был склонен поверить. Даты на документах стояли самые разные от недельной давности, до семи-восьми лет. У каждой из них была печать, равномерно выцветшая со временем. Подделать такое, конечно, возможно, однако это дело не одной и даже не двух недель. В самих же документах явно несоответствовали сумма оплаты и исполняемая услуга, что намекало на то, что этот Беркелай одно маскировал другим. Но что более интересно...

- Его кто-то покрывает, - произнес Краут. – Кто-то закрывает глаза на такую несуразицу в документах.

- Гильдия пришла к тому же выводу. Ведется расследование, - кивнул Алессио. – Но кое-что выяснено уже сейчас – Беркелай продался Малгории, отсюда нападение именно малгорцев на кузницу, отсюда же их техническое оснащение в виде запястных миниарбалетов и шашек химического динамита.

Брови бандита поднялись помимо его воли, взгляд оторвался от документов и вернулся к лицу собеседника.

- То есть, акудские шахтеры не причем?

- Абсолютно. С их разрешения мы проверили склады и провели инвентаризацию. И хочу сказать, что там такой порядок в документах, что их завхоза можно было бы самому... кхм... скажем так, мы бы не отказались пригласить такого человека к себе на работу на ту же должность.

Акцентировать свое внимание на запинке Краут не стал, ибо разговор об ублюдке на троне гарантированно испортил бы ему настроение. Однако тот факт, что Алессио был первым, кто ни разу не назвал его лэтром, наводило на определенные мысли.

- Узнавали обо мне? – спросил он прямо, откладывая документы. Все, что он хотел в них узнать, он узнал.

- Разумеется, - не стал отрицать очевидного Болун. – Знай врага, знай себя, тогда не будешь знать поражений.

- Я для вас враг?

- Просто выражение такое, - улыбнулся Алессио. – Вы же и сами понимаете, что будь Вы врагом, мы бы сейчас вот так спокойно не разговаривали. Не хотелось бы упоминать Вашу дочь Айву, но и она бы...

- Здесь я соглашусь, - перебил его бандит. – Мою дочь действительно не стоит упоминать.

- Хорошо. В таком случае, я предлагаю обсудить условия завершения этого конфликта, - собеседник достал из портфеля другой документ. – Гильдия официально приносит Вам свои извинения, а так же отказывается от претензий по поводу взрыва приемного пункта гильдии в Акуде и убийства Беркелая Глинна. Взамен гильдия хочет отказ от претензий в связи с взрывом кузницы, которая находится в Вашей собственности, а так же отказ от претензий в связи со смертью ее работника кузнеца Чернана не имеющего фамилии. Вам есть что добавить?

- Да. Во время взрыва была случайная жертва, погиб регистратор.

- Хорошо, - Алессио тут же внес поправку в документ. – Что-то еще?

- Невмешательство в войну, которую я сейчас веду. Разумеется, со своей стороны я так же не буду приплетать в нее вас.

- Приемлемое условие и само собой разумеющееся, - перо вновь заскрипело по бумаге. – Что-то еще?

- Нет. В остальном меня условия вполне устраивают.

- Тогда внимательно ознакомьтесь и, если все верно, поставьте свою подпись и печать в конце каждой из колонок.

Каллиграфический почерк в документе приятно удивил Одноглазого, а его содержание все же внушило уважение – Алессио мало того, что вписал в него ровно то, что они и условились, так еще и провел черту в свободных строках, что напрочь исключало добавления даже одной единственной буквы, не то, что фразы.

- Будь на подобных должностях больше таких людей, как Вы, Алессио, жить и вести дела было бы куда проще, - произнес Краут, ставя свою подпись и печать, которую тут же оперативно принес Бизон.

- Принимаю Ваш комплимент, Краут, - вновь улыбнулся гильдиец. – Мне предстоит дальняя дорога, могу я попросить у Вас собрать мне еды в дорогу? Ваш трактир оказывает такую услугу?

- Разумеется, - бандит кивнул бармену. - Позволите последний вопрос?

- Конечно. Что Вы хотите узнать?

- Гильдия не может не знать, что я войну на два фронта не выдержу. Однако, договариваясь со мной, она создает прецедент. Не проще ли было меня уничтожить?

- Вы справедливо заметили, что я собрал о Вас информацию, прежде, чем ехать сюда. Вы смогли выжить отсюда абсолютно всех, кто Вам не подчинялся, когда приехали сюда, при этом сохранив как свою жизнь и жизнь своей дочери, так и основной костяк людей. Смогли добиться расположения травника Килли Галвина, который искренне считает Вас своим другом, не смотря на то, что Вы его, по слухам, похитили. При Вашем теневом правлении город медленно, но верно расцвел, невзирая на агрессивное соседство с Малгорией. Вас самого описывают как человека, который всегда держит свое слово. А сейчас, когда в городе новая теневая война, о ней знают лишь те, кому положено знать. Никто не вырезает людей толпами, население не боится выходить из домов по вечерам.

- К чему Вы клоните?

- Вы сохраняете порядок в городе даже сейчас, на пороге активной фазы столкновения. Всего этого достаточно, чтобы гильдия решила довериться Вам. В будущем мы бы хотели оставлять Вам некоторые... щепетильные заказы, которые нельзя оставить никому другому. А теперь, если позволите, я отправлюсь в путь. Хочу достигнуть Прибрежья до того, как стемнеет.

С этими словами Алессио покинул трактир, оставив у Одноглазого неприятное послевкусие.

- Босс? – позвал его Бизон.

- Либо этот парень проклятый гений, выстроивший логические цепочки из, буквально, слухов и предположений, либо у нас куда больше одной крысы. И если в любой другой ситуации я бы точно сказал, что второе, то сейчас... не знаю. Он очень умен.

- Умнее лэтра Килли?

- Возможно, что да, Бизон. Возможно, что да. И знаешь, я очень рад, что он пришел именно договориться, а не воевать.

Килли

Разумеется, в столице далеко не одна пекарня, которая поставляет хлеб на продажу, однако всего несколько из них можно назвать элитными. И мы, чтобы поддерживать свой статус, просто не можем пользоваться услугами кого попало. Конечно же, чтобы приехать туда, поговорить с директором и добиться его разрешения на инспекцию, ушло много времени, только вот... результата не было. Как бы я не принюхивался, я ни разу не уловил запах плесени, какую бы булку не брал, у нее был абсолютно нормальный вкус, положенный свежевыпеченному хлебу.

- Проклятье... – я сидел в трактире, в который ходил с дядей Ивоном и пил сок. Заказал бы чего покрепче, но недовольное лицо Шерлы меня остановило.

- Ну, зато можно быть уверенными, что они нам не враги. Наверно, - женушка нервно тарабанила пальцами по столу – близость такого количества людей ее уже больше не пугала, но по-прежнему серьезно нервировала.

- Можно, конечно, предположить, что они быстро убрали весь отравленный хлеб, но запаха ведь тоже не было. Плесень хорошо чувствуется даже среди свежей выпечки, особенно, если концентрация сильная.

- Она может быть несильной.

- Она не может быть несильной. Травят не только нас, Шерла, травят еще три семьи. И пока я тут схожу с ума, пытаясь понять, что упустил, где-то умирают люди.

Вспышка злости, вызванная завтраком, прошла, что заставило меня устыдиться своих намерений. Я травник, я должен спасать жизни, а не отнимать их. И, самое главное, я должен всегда об этом помнить.

- Думай, голова, думай... шапку новую куплю... – пробормотал я, утопив пальцы в волосах.

До самого вечера так ничего и не придумалось. Единственный результат, которого я добился – вспухла голова от постоянных размышлений, да время пролетело так, что я едва не опоздал домой. Бартрем тут же проехался мне по мозгам, сетуя, что я ему времени оставил едва-едва и практически впихнул меня и Шерлу в комнату, где нас уже ожидали костюм для меня и платье для нее. И если с моей одеждой все было в порядке, то вот с ее могла бы быть проблема... если бы мой камердинер не отметил «любовь» моей женушки к черному цвету. По итогу, платье мы просто спрятали под одеялом, дабы никого не смущать из слуг внезапно возникшей копией, а чтобы исключить вероятность его нахождения, через Бартрема запретили трогать постель.

Посадить в одну карету шесть человек – задача хоть и возможная, но глупая, поэтому мы поехали в двух. Отец посадил к себе маму и брата, как преемника. И хоть там было место для еще одного, Артиша поехала с нами, чему, мягко сказать, была очень не рада. Но молчала, все еще находясь под впечатлением того страха, что нагнала на нее Шерла за тем завтраком. Она вообще стала вести куда приличнее, чем раньше, так и хотелось сказать что-то в духе «Вот что №@#$% животворящие делают»

По поводу бала мои опасения подтвердились едва ли не сразу, и пятнадцати минут не прошло. В какой-то момент ко мне подошел лакей и попросил меня следовать за ним. Шерла, разумеется увязалась следом, но, получившая инструкции еще в карете, старалась двигаться бесшумно и незаметно.

- Проходи, присаживайся, - император Да́рсель был в добром расположении духа. – Чай, кофе? Или алкоголь?

- Чай, если можно, - отказываться от напитка не стал, предстоял непростой разговор. Вошел слуга с чайником и наполнил наши чашки, попутно оставив сахарницу.

- Килли, могу я задать тебе пару вопросов? – спросил меня властитель, заставив внутри усмехнуться. Как будто у меня выбор есть... – Ты уже больше полутора месяцев, как вернулся домой, с недели на неделе начнется весенняя оттепель, но мне на глаза что-то так и не попалась бумага о принятии тебя в семью. Конечно, я мог ее просто пропустить, и на самом деле ты уже не Килли, а лэтр Килли...

- Вы не ошибаетесь, Ваше Императорское Величество. Перед Вами сейчас обычный простолюдин.

- Ну, не надо так скромничать. Если бы вся моя империя состояла из таких «простых простолюдинов», как ты, про нее говорили бы, что мы под крылом у Феникса живем (Прим. автора: аналогия - рай на Земле, у Христа за пазухой). Но меня интересует другое, а именно причины, почему один из Галвинов сначала сбежал из моего города, затем поселился чуть ли не у Луны под колесницей, а теперь, когда вернулся, все еще не аристократ.

Я отпил из чашки, пытаясь придумать, как ему сказать об этом помягче.

- Я не буду врать, мой отец желает этого, желает принять меня обратно. Думаю, изъяви я такое желание, документы об этом оказались бы передо мной раньше, чем я закончил говорить.

- Но, как я правильно понимаю, ты не изъявляешь. Могу я узнать причины этого?

- Если это возможно, я бы предпочел скрыть их. Они внутрисемейные, а я не очень люблю разглашать подобное.

Император встал и подошел к окну, оглядывая собравшихся гостей. Суховатая высокая фигура едва отражалась в стекле, тем не менее, я видел, что он смотрел на меня, а не в кричащий от роскоши зал.

- Это из-за Маттео, верно? – раздался вопрос. – Как он ни старался, он так и не смог воспитать в вас обоих то высокомерие, которым поражен сам. Если хочешь, я могу снять с него полномочия главы семьи и передать их тебе, как старшему сыну.

- Могу я задать вопрос? – подал я голос. И дождавшись кивка, продолжил: - Мой отец служит Вам на протяжении десятилетий. Он лечил Вас не раз и не два, а теперь...

- Хочешь сказать, что это смахивает на предательство? – Дарсель резко развернулся, слегка сузив глаза.

- Я бы не стал использовать столь грубое слово, но...

- Поступок есть поступок, как его не назови. Но ты прав, Килли. Это предательство, - властитель вновь сел в кресло напротив меня. – Я не могу рассказать тебе всего, но просто поверь мне на слово – он УЖЕ предал Империю.

Мне стоило сейчас просто неимоверных усилий не вскочить с места, забыв об этикете. Его можно упрекнуть в жадности, это так, но пустословом Императора назвать не может никто.

- Вы сказали, что не можете рассказать всего, - начал я осторожно. – То есть, что-то все же можете?

- Могу, - кивнул глава нашей страны. – Но будет лучше, если ты увидишь это все своими глазами. Прогуляйся как-нибудь по бедным районам города, Килли, посмотри, как живут люди, которых ты когда-то пытался спасти вопреки запретам Маттео.

И почему же кажется, что мне абсолютно не понравится то, что я увижу?..

- Позвольте еще один вопрос? Вы же должны понимать, что хоть я и не принят в семью, но он был и остается моим отцом. Я же могу рассказать о содержании нашей беседы.

- И не сообщишь ему ничего из того, что он не знает сам. Ну, может, разве что то, кем я его считаю. Еще чаю?

Вновь вошли слуги, вновь наполнили чашки. За это время мы не проронили ни слова.

- Килли, я хочу заменить Маттео на одного из вас двоих, тебя или Гверна. И честно скажу, что предпочел бы видеть именно тебя на должности моего личного лечащего врача.

- Могу узнать о причинах?

- Я наслышан о твоих способностях к лечению – ты смог остановить эту странную эпидемию, которая поразила все врачебные семьи. В фантастически сжатые сроки изобретя лекарство, которое не теряет свою эффективность, ты вытащил Рейна Маркоса практически из колесницы Луны. Последнего Маркоса, смерть которого была бы твоей семье крайне выгодна. Каким-то мимоходом поставил диагноз моему сыну, едва на него взглянув. Вылечил брата от тяжелой наркотической зависимости, в которую он впал из-за своей же разработки, что, кстати, огромный минус ему и плюс тебе.

- Гверн оступился, это так. Но Вы зря называете это минусом.

- Вот как? – Император улыбнулся и, скрывая удивленную заинтересованность, отпил чай.

- До того, как я сбежал, он не сильно заботился о себе, был... разгильдяем, если грубо. Сейчас же он всерьез следит за собой, занимается упражнениями и вновь посещает нашу родовую библиотеку. Пройдет совсем немного времени, как он будет знать столько же, сколько и я, а то и больше.

- Больше – это вряд ли.

- Как раз напротив. У него есть доступ ко всем нашим знаниям, а у меня – лишь к тем, что я в свое время успел переписать.

- Хочешь сказать, что Гверн справится с должностью лучше тебя?

- Возможно, не сразу, возможно, ему потребуется дополнительное обучение... но - да.

- Скажи, а ты почему не хочешь стать моим личным травником? Ты же умный человек, не можешь не понимать всех открывающихся перспектив и возможностей.

- Став Вашим врачом я потеряю возможность делать то, что мне нравится больше всего – лечить людей.

- Почему? Ты же будешь лечить меня.

- Именно. Я буду лечить Вас... но и только. А жизнь ценна. Любая жизнь.

- Что ж, - Дарсель усмехнулся, - я понимаю тебя и не стану давить. Маттео представляет мне в качестве преемника именно Гверна, и раз ты не хочешь оставаться в столице, я приму твой выбор.

- Вы отпустите меня в Малогор? – я удивился. – Меня, Галвина?

- Как будто я смогу тебя остановить, - рассмеялся Император. – Ты смог сбежать, будучи неопытным юнцом и скрыться на целый год. Мне же будет лучше, если я дам тебе возможность легально вернуться на пограничье, чтобы ты мог больше ни от кого не прятаться, в том числе и от меня. Но скрывать не буду – основную роль в моем решении играет как раз то, что ты все же не принят в семью. Если бы ты согласился... боюсь, это решение пришлось бы поменять.

По Единению прошла волна враждебности, уже не первая за разговор. Шерле абсолютно не нравилось, что какой-то непонятный дядька смеет ставить мне условия. Впрочем, этот разговор все же был полезен – я ничего не потерял, но приобрел несколько ценных зацепок.

- Если у Вас не осталось ко мне вопросов, я бы хотел вернуться в зал.

- Можешь идти. И передай своей стоящей в коридоре жене, что не надо так сильно на меня сердиться.

Белуис

Минутная слабость, которую он позволил себе с Ифришей, прошла. И теперь когда от него вышел очередной бывший Старейшина с, практически, тем же разговором, который был с Ильбусом, самочувствие сапфирового дракона не упало. Напротив, теперь он лишь сильнее уверился, что слияние с людьми действительно единственный вариант, который позволит им хоть как-то выжить. Точнее, не как-то. Слияние с людьми – это новый способ эволюции, ибо рано или поздно они научат их тому, что знают сами. Механизмы, может, и не понадобятся, но вот, допустим, строить хорошие дома, наподобие того, в котором он живет... Почему бы и нет?

- Хочешь еще раз слетать к Крауту? – спросил он Ифришу.

- Нет. Там страшно.

- Увы, но к этому придется привыкать. Вполне возможно, что в будущем тебе придется летать туда одной.

- Одной? – глаза глубокого синего оттенка распахнулись. – Ты спятил!

- Ни разу. Такое действительно может быть. А теперь давай, превращайся и полетели.

- Я никуда не полечу!..

…Разумеется, Ифриша, посопротивлявшись, полетела вслед за мужем – как ни крути, а безбашенность ее характера лишь сгладилась, но не ушла полностью, а потому и охота за острыми ощущениями никуда не делась. Страх, разумеется, не доставлял ей удовольствия в процессе его получения, но вот после, когда он уходил...

Встретить их сразу Краут не мог, однако разрешил что-либо заказать за его счет. И Белуис сейчас с удовольствием наблюдал, как Ифриша с круглыми глазами жует тушеное в собственном соку мясо.

- Великий Всеотец Бахамут, что с моими ощущениями? – спросила она, переведя взгляд на мужа. – Что они сделали с этим мясом, что оно такое вкусное? Как мне теперь обычную добычу есть, Бельчонок?

- О, поверь, у меня были точно такие же вопросы, когда я попробовал это впервые.

- Да я бы самому Всеотцу это мясо дала бы, и была бы уверена, что ему понравится!

- Тише ты, не ори так, - предостерег сапфировый. – В людских гнездовьях избегай упоминания Всеотца. Всегда.

- Но почему?

- Потому что у людей другая религия, - ответил Краут, подойдя вплотную и присаживаясь за стол. Драконы синхронно вздрогнули – из-за заполненности трактира как людьми, так и запахами, почуять его вовремя они не смогли. – Белуис?

- Мы с тобой как-то говорили про письменность, помнишь? Ты можешь дать нам эти твои учебники заранее?

- Да дать-то могу, с этим проблем нет, но кто вас будет учить? Из всех вас письменность выучила лишь Нанью.

- Нанью уже умеет? – неимоверно удивился дракон. Ифриша от такого заявления наклонила голову, продолжая есть.

- Да, дочка моя на досуге учит.

- А... И... сколько я тебе за это должен?

- Это бесплатно, - улыбнулся Краут. – Поскольку я знаю, насколько вам, драконам, это важно, считайте небольшим подарком во имя нашего небольшого союза.

«Похоже на выгодную сделку» вспомнилось Белуису. И теперь, спустя время, он с чистой душой мог сказать, что да. Человек мог сейчас с него потребовать что-то неимоверное, алчное, и главе пришлось бы это исполнять, но... просто подарил то, что ему сейчас было необходимо как полет в десятилетнем возрасте.

- Спасибо, - благодарность сапфирового шла от самых глубин сердца. - Я этого не забуду.

«Небольшой союз» оказался самым выгодным для стаи решением. Предстоит еще много сделать, но фундамент для окончательного слияния с людьми был только что заложен.

Килли

- Нам нужно вернуться, - я взял Шерлу за руку, ведя ее по лабиринтам коридора обратно в зал.

- Что-то случилось?

- Еще не знаю, но меня не было слишком долго. Я совсем забыл о других семьях.

- Я пока не совсем понимаю...

- ­Гверн. За его работой охотятся другие семейства, но кроме него никто формулу не знает. Самриты и Пуланьи точно будут его искать и найдут. Маркос – не знаю, но если он приглашен, то и он подключится к поискам.

- Разве он не должен уметь постоять за себя?

- Должен, но поверь, тут разные весовые категории. Говоря твоим языком, Гверн сейчас перед ними, как раздетый и разутый человек перед тобой, да еще и безоружный. В дождь.

- Не может же он быть таким беззащитным!

Шум зала тут же обрушился на нас, стоило открыть дверь.

- Может, - сказал я вслух. – Отец воспитывал меня, как преемника, о Гверне он не думал, хоть и научил его травничеству. И даже я вижу далеко не все в их интригах, точнее, не вижу почти ничего, лишь самое очевидное. У брата тем более нет шансов.

Я обводил глазами гостей. Вот мама, держащая маску в разговоре с неизвестной мне группой дам. Вот отец, играющий в карты и, судя по всему, постепенно терпящий поражение. Где Гверн? Где, мать его, Гверн???

Шерла слегка опустила голову и закрыла глаза, приложив пальцы к вискам. По Единению стала передаваться боль, словно кто-то стал забивать в череп раскаленный гвоздь.

- Прости, здесь слишком шумно, - Шерла открыла один глаз. – Если его нужно срочно найти, придется потерпеть.

- Продолжай, - разрешил я, готовясь к новым «приятным» ощущениям.

Гвоздей резко стало больше, в голове возникли лишние голоса, постепенно исчезающие. Ровно до тех пор, пока я не услышал испуганный голос брата, повторяющего, что не он в семье принимает решения.

- Где он? – зарычал я.

- Там, - Шерла указала направление.

Искомая комната оказалась курильней, пустой, если не считать Гверна и трех аристократов. Все верно, они собрались все вместе и упорно на него давили, заставляя рассказать то, что так жаждали узнать.

- Ты заблудился, Килли? – тон Агниса, как и всегда, вызвал у меня желание вырвать ему кадык и затолкать обратно в горло. – Если ты не видишь, мы тут разговариваем.

- Разговоры окончены. Ваш последний шанс получить формулу упущен.

- Не вмешивайся в дела аристократов, плебей, - зарычал Самрит. – Ты здесь никто и звать никак. Я не знаю, почему Маттео тебя не принял обратно, но сейчас это и не важно. Убирайся из этой комнаты и принеси мне...

Это оказалось куда больше, чем я смог вынести. Вся ненависть, которую мой род испытывал к его роду, выплеснулась и отключила мозг, оставив лишь инстинкты. Кулак впечатался в его скулу, выбив несколько зубов, удар с колена под дых приподнял его над полом, заставив слюну окраситься в красный. Что Рейн, что Дариус остановили избиение далеко не сразу, то ли опешив, то ли изобразив это – в конце концов, Агнис сидел в печенках не только у меня.

- Отпустите! – я метался в агонии, пытаясь освободиться от захвата. – Отпустите, я еще не закончил!

- Лэтрисса Шерла, прошу Вас, успокойте своего мужа, пока он его не убил! Успокойте ради него же! – Дариус обратился к моей жене, но она уже сама подошла, приложив свой лоб к моему. Аффект стал сходить на нет, рассудок вернулся.

- Не пачкай об него руки, не надо. Если ты желаешь его смерти – просто скажи мне. И поверь, я его даже из лап Всеотца выдернуть не побоюсь, чтобы прикончить лично.

- Нет. Я уже и без того наломал дров, - ответил я и обратился к держащим меня фармацевту и алхимику. - Лэтры, прошу прощения за эту вспышку злости.

- Мы можем тебя отпустить? – спросил Рейн. – Ты владеешь собой, не набросишься больше?

- Все в порядке. Я снова я.

Мужчины аккуратно разжали мне руки, следя за каждым моим движением.

- Я это... так не оставлю... – прохрипел Самрит. – Вся твоя семья... ответит за это...

- Ты прав в одном, Агнис – я не отношусь к Галвинам напрямую. Поэтому, увы, ответить могу только я. Но даже тут ты бессилен. Мое расследование подходит к концу, еще немного – и я найду источник заразы, что травит ваши дома.

- Это правда? – спросил Рейн.

- Да. Случайно обнаружилось, что зараза поставляется с хлебом. Сегодня я был в пекарне, но там все чисто. То есть, хлеб заражают где-то по дороге.

- Ты мог просто что-то не заметить, - резонно заметил Дариус. – Ты же травник, а не детектив.

- Понимаете, лэтр, есть... одно обстоятельство, которое позволяет мне считать, что я все же не ошибаюсь. Пекарни не причем. Заражение происходит в промежутке от доставки его в ваши дома и до подачи на стол.

- То есть, могут заражать и в момент сервировки стола? – спросил Пуланья.

- Абсолютно верно. Пока что мне эту цепочку короче сделать не удалось. Но это пока что. Повторюсь, пара дней – и я буду знать об этом все.

- Надеюсь, ты поделишься результатами, - Рейн поправил свой костюм. Свою рясу он, видимо, оставил в келье.

- Мы с вами не друзья, будем честны, однако лишних смертей я не желаю. И я надеюсь, что в час нужды вы вспомните этот момент, - я повернулся ко все так же лежащему Агнису. – Это не моя ошибка или нерасторопность. Я хотел, чтобы ты это знал. И, несмотря на этот инцидент, я предоставлю тебе ту информацию, что мне удалось выяснить. Хоть ты того и не заслуживаешь.

- Надеюсь, ты... заразишься в процессе...

- В отличие от тебя, я умею это лечить. И лечить куда эффективнее, чем ты, - я присел возле него на корточки и зашептал: - Твое время ушло, Агнис. Ты – просто старая кляча, которую осталось лишь пристрелить, чтобы она не мучилась. Мой тебе совет – уступи дорогу более молодым добровольно, далеко не все из них столь терпимы, как я. Рано или поздно найдется тот, кто пристрелит и оттащит твой облезлый труп на обочину, не удосужившись даже сжечь.

- Пошел на @$&#, - прокомментировал мою речь Самрит, глядя на меня глазами, полными ненависти.

- Слушать меня или нет – твой выбор. Я лишь дал совет. Лэтры, обращаюсь к вам – я не знаю, зачем вам формула, однако скажу, что вы ее не получите. Сегодня Гверна объявят преемником Маттео, что сразу же дает ему иммунитет вот от... подобного. И скажу честно – вы меня разочаровали. Особенно, Вы, лэтр Дариус. Мне всегда казалось, что Ваша семья к нам относится лучше всего.

- Я не буду таить эту информацию, Килли. Формула наркотика из руманки нужна мне в качестве основы для другой моей разработки. Без нее будет тяжелее. Но что это – сказать не могу, прости, это не для чужих ушей.

- Благодарю за доверие, лэтр Дариус. Но, повторюсь, формулу не получит ни один из вас. Я ее тоже не получу, чтобы никому не было обидно. А сейчас разрешите откланяться – церемония объявлений начнется с минуты на минуту.

Бал длился до поздней ночи. К сожалению, Агнис сдержал свое слово и как только оклемался в достаточной степени, чтобы встать и куда-то пойти, тут же нажаловался на меня императору. В итоге властитель вызвал меня под самый конец и долго и нудно песочил голову о примерном поведении на его мероприятиях под довольное лицо Самрита. Но, к его неудовольствию, на этом все и кончилось – как я и говорил, даже император не мог наказать мою семью за мой поступок, ведь я в нее не принят. Но самым неприятным было не это – отец, не дождавшись моего возвращения, уехал, забрав с собой вторую карету. Очень многое хотелось ему за это высказать, особенно в той части, на каком похоронном помосте я видел его обиды, но для этого нужно было сначала дойти до дома. А с этим на полпути возникли проблемы.

- За нами следуют три человека, ­- Шерла взяла меня за руку. ­– Следуют уже около пятнадцати минут.

- Может, мы просто идем в одну сторону?

­- Вряд ли. Они избегают света, которые дают эти вот торчащие палки. Стараются держаться в темноте.

Вот только ни для меня, ни, тем более, для моей драконицы темноты не существовало. Но им-то об этом знать не обязательно.

- Молодые люди, может, сможем решить дело миром? – я обратился к этой троице. Те ожидаемо замерли, стараясь отойти туда, где темнота гуще. – Не стоит этого делать. То, что вас больше, не гарантировало вам победу даже в случае внезапного нападения, а сейчас тем более. Предлагаю выйти на свет и решить все на словах.

- Хорошо, - один из бандитов вышел под свет фонаря. – Только я один.

- Выводи оставшихся двоих, - я сухо улыбнулся.

- Я один. Никого, кроме меня нет.

Хватило мысленной команды – Шерла, схватив его за горло, приподняла над землей.

- Парень, поверь, у меня очень плохое настроение, так что твоя комедия вызывает во мне лишь раздражение, тем большее, чем дольше ты ее ломаешь. ТАК ЧТО ВЫХОДИТЕ НА СВЕТ, @#%$& %$@#%$, ИНАЧЕ ОНА ЕМУ ШЕЮ СВЕРНЕТ!

Предупреждая, женушка подняла его еще выше и повернулась к оставшимся двум. И они сдались – подняли руки и пошли в сторону фонаря.

- Не надо насилия, мы все поняли, - сказал один из них. Шерла по кивку отпустила третьего, тот сразу закашлялся и начал растирать горло. – Лэтр Килли Галвин? Мы не ошиблись?

- Ошиблись, - сказал я еще суше. – Не лэтр. Но да, это я. Что Вам нужно?

- Гоблин хочет поговорить с Вами о Вашем отце. И, желательно, прямо сейчас.

Глава 10

???

- Тебя долго не было, - голос в пещере был сух. – Удалось сделать то, что нами было оговорено?

- Нет. Этот щенок своим расследованием раз за разом продолжает мне ставить палки в колеса. Он стал задавать слишком много неудобных вопросов, начинает знать слишком много. А то, что он устроил на балу, вообще выходит за рамки!

- Вот как... – непонятно почему, но голос говорившего был доволен. – Что ж, значит, время для финального акта.

- Ты о чем?

- Думаю, мне уже пора познакомиться с твоей семьей. Я приду к ужину, так что будь добр, организуй мероприятие. И проследи, чтобы абсолютно все были дома.

Килли

- Однако вы выбрали оригинальный способ пригласить меня на встречу, - в голос добавилось раздражение. – Но у вас, конечно же, найдется оправдание данного поступка, не так ли?

- Искали подходящий момент, - прохрипел бандит, которому Шерла чуть не свернула шею. Ее пальто и волосы после такого ответа стали трепыхаться, выдавая крайнюю степень злости. Что неудивительно.

- Кажется, вы сейчас не понимаете ситуации, в которой находитесь, молодые люди. Вы живы лишь по той причине, что я ПОКА ЧТО хочу обойтись без смертей. И в ВАШИХ же интересах, чтобы я НЕ передумал.

- Нас трое, - язвительно добавил один из «целых» бандитов. – А ты травник, а она баба.

Я чуть ли не физически почувствовал, как струна моего терпения угрожающе натянулась. Про жену и говорить нечего было – что одежда, что волосы трепыхались как при достаточно сильном ветре. И только легкая метель вокруг нас не делало это явление странным.

- Про лечебницу Герберта слышали? Шесть рослых мужиков, что встали на нашем пути, поехали не домой, а в палаты.

- Их же было двое, разве нет? – прохрипел «пострадавший». – И Вы с наемниками были...

- Мы были вдвоем. Их было шестеро. Такова правда.

- Килли, мы приносим свои извинения за этот инцидент, - повисевший на руках Шерлы бандит, перестав растирать шею, встал. – У Гоблина есть некоторая информация, которой он готов с Вами поделиться, бесплатно, разумеется. А так же он хочет предложить Вам сделку, от которой выиграют обе стороны.

- Да что с ними цацкаться? – возмутился второй «целый» бандит. – Нож под ребро – и сами пойдут!

Струна терпения с громким «дзынь» лопнула.

- Шерла, можно, - сказал я вслух. И поспешил добавить: - Но этого не трогай.

- На этого я не зла! – зарычала драконица.

Не прошло и десяти секунд, как на мостовой появилось два остывающих тела.

Краут

Краут был зол. За последние два часа пришел уже десятый доклад о нападении и в каждом, КАЖДОМ из них были потери. Малгорские шпионы, практически полностью вытесненные обратно в трущобы, начали действовать более открыто, стремясь вернуть то, чем они недавно владели.

- Недооценил я вас, недооценил... – пробормотал Одноглазый. Действительно, с чего он решил, что ответная мера будет ненасильственной? Напротив, их ответный шаг вполне логичен – он ослабил их, а теперь малгорцы, пока еще могут, пытаются ослабить его. И, что самое прискорбное, у них получалось.

- Нас ждали, босс! – в кабинет вошел Бизон, на лице которого появилось несколько новый ссадин.

- Сколько? – тихо спросил бандит.

- У меня только один. А вот группа Калина, боюсь... вся. И он тоже... все.

Брошенный с силой нож вошел в портрет почти на четыре сантиметра.

- Где Нанью?! – заорал Краут и пинком открыл дверь. Раздался стон боли, у противоположной стены сидел мальчишка-писарь, потирающий висок.

- Вы чего? – спросил он. А у Одноглазого словно второй глаз открылся.

- СХВАТИТЬ ЕГО!

Парнишка резко продемонстрировал просто фантастическую прыть – мигом вскочив, он тут же помчался наверх, используя все преимущества юношеского тела. Бандиты, услышавшие приказ, пытались его поймать, но он оказался не в меру ловок, играючи уворачиваясь от всех опасностей. Кроме одной.

Красная тень догнала его у дверей, ведущих наружу. Нанью, схватившая парня, ничуть не церемонясь, два раза «приласкала» его лицом о стену, в результате чего тот обмяк, потеряв сознание.

- Краут, я надеюсь, он тебе живой нужен? – спросила она, протягивая тело Бизону. – Убить его я не могу.

- Да, Нанью, спасибо. Бизон, в пыточную его. Нет, погоди, - Краут подошел к писарю и открыл ему рот. В свете лампочки тут же блеснула капсула с экстрактом фрезеи, которую он аккуратно вытащил. – Теперь неси. В себя пока не приводить, мне нужно успокоиться. Но закрепить так, чтобы единственное, что у него могло шевелиться – это глаза! Мне не нужны сюрпризы!

В нижние уровни Краут спустился лишь через час, выпив в одно горло целую бутыль сидра. Его нисколько не прельщала перспектива пытать ребенка, но... увы – обстоятельства диктовали свою волю, пренебречь которой он не мог.

- Босс, как Вы поняли? – спросил Бизон. Писарь пока что так и сидел без сознания, привязанный к креслу.

- Вспомни, какие бумаги лежали в папке, которую Вальтер принес! Вспомни, что там было!

- Эм... – растерялся телохранитель.

- Там был протокол допроса малгорского шпиона! Который писал вот этот ублюдок! – Одноглазый со злостью пнул парня по ноге. - %№#%&!!! Этот #%&№# работал на них едва ли не с момента осады, а то и раньше! Очухивай его, пока я еще в состоянии хоть как-то себя контролировать!

Через минуту принесли ведро холодной воды. Краут, едва не облившись, его тут же отобрал и окатил парня, заставив того застонать. Он открыл глаза, дерзко улыбнулся...

- Вот это ищешь? – глава бандитов кинул ему в лицо капсулу. Взгляд парня сменился сначала на удивленный, а после на презрительный. – Я вытащил тебя из трущоб. Я дал тебе работу, крышу над головой. Я хорошо к тебе относился. ПОЧЕМУ, №#%&?

- Вы меня туда и загнали! - выпалил парнишка. – Вы убили моих родителей! Да Вы хоть знаете, каково там выживать?! Знаете, что приходилось делать ради заплесневелой краюхи хлеба?!

- Когда это было? Когда я их убил?

- Когда захватили это место! Это они владели этим трактиром! Это мне он принадлежит! А Вы – просто захватчик, от которого следует избавиться!

- Тебе сколько лет к тому времени было, кретина кусок? Какой к Луне твой трактир? Ты что вообще несешь?!

- Пять лет! И это мой трактир! МОЙ!!!

Краут почувствовал, что теряет самообладание. Рука вскинулась словно сама, дернулся палец – и в глазе подростка расцвело оперение болта. Голова дернулась назад, вперед и остановилась.

- №#&!!! – кулак встретился с каменной кладкой, разодрав на костяшках кожу. Боль протрезвила рассудок, бандит прислонился и сполз по стене. – Проклятье... не хотел ведь...

- Босс? – Бизон, видя состояние своего лидера, тут же отослал подручного, принесшего ведро. – Вы в порядке?

- Теперь я понимаю, почему драконы никогда не убивают детей, - Одноглазый посмотрел на единственного, кому он доверял. И в единственном глазу плескался океан внутренней боли и противоречий. – Как с этим Зорл живет, не понимаю...

Он уронил голову на колени, отдавшись упадническому настроению. И телохранитель, рассудив, что немного времени у них все же есть, покинул пыточную, тихо закрыв за собой дверь.

Килли

Я никогда не видел этого человека лично, но в период моей прошлой жизни в столице, не раз о нем слышал от Барса. И теперь, разглядывая висящее тряпкой ухо, прекрасно понимал, почему этот бандит получил такое прозвище.

- Лэтр Килли, лэтрисса Шерла, прошу, присаживайтесь, - несмотря на уже очень поздний час, ресторан все еще работал, но, разумеется, пустовал. Однако официант не выглядел запуганным, скорее всего, ему просто дали хороший гонорар. – Будете что-нибудь? Метель на улице небольшая, но все же вполне способна заставить человека продрогнуть.

О том, что меня не заставил замерзнуть даже бассейн с плавающими кусками льда, а не то, что какой-то ветерок, я предпочел умолчать. У каждого из нас свои секреты.

- Спасибо, но откажусь, - я слегка побарабанил по столу, показывая, что немного тороплюсь.

- Здесь подают очень неплохой чай, но... Ваше право, лэтр Килли.

- Я не лэтр, в отцовскую семью я по-прежнему не принят.

- Я знаю, но уж простите, мне так проще, - Гоблин на секунду оскалился. – Я отправлял от себя троих человек, но вернулся только один. Могу узнать, почему?

- Были недостаточно вежливы, поэтому теперь их обучению этикету занимается Луна.

- Что ж, не очень хорошо, но я их предупреждал, что они когда-нибудь доиграются. Итак, лэтр Килли, поскольку самый толковый из этой троицы по-прежнему жив, я считаю, что Вы знаете, зачем я Вас позвал.

- Информация и какая-то сделка. И все это как-то связано с моим отцом.

- Все верно, - он достал колбу и открыл ее. По воздуху раздался сильный аромат руманки. – Узнаете запах?

- Запах – да. Но то, что внутри – нет.

- Неужели Ваш брат не рассказал, что он успел сделать, пока Вас не было? – удивился бандит. – Простите, но не верю.

Да ладно? Неужели в пробирке?..

- Там его наркотик? – брови помимо воли полезли вверх. – Но откуда? Он же обещал, что больше не будет этим заниматься!

- А он и не занимается, лэтр Килли. Это зелье делает Ваш отец, лэтр Маттео Галвин. Чем приносит нам колоссальные убытки.

- Отец?! Но зачем?!

- Этого я, к сожалению, не знаю, но точно не из-за денег. Это дрянь продается куда ниже себестоимости, ее, по сути, может купить абсолютно любой человек, даже самый нищий. Кстати, девять таких пробирок из десяти покупается именно в бедных районах города. Представляете, какая там теперь обстановка?

«Прогуляйся по бедным районам» приказал мне император. Только, боюсь, я теперь там ничего нового не узнаю.

- Более чем.

- Вряд ли. Люди гибнут десятками в самых страшных муках. Продавцы этой дряни специально продают его в течение некоторого времени, а затем резко исчезают на неделю, а то и две. За это время практически все, кто хоть раз это попробовал, умирают от ломки или кончают с собой. Лэтр Килли, - Гоблин достал папку и придвинул ее ко мне, - это необходимо остановить.

Документов оказалось три листа, однако содержащиеся в них доказательства были неоспоримыми. Геноцид самой уязвимой части населения действительно организовал мой отец. Но если этот состав столь опасен, то зачем он трем другим семьям?

- Поверить не могу... – прошептал я. Шерла взяла меня за руку, поддерживая.

- Лэтр Килли, мне нужна Ваша помощь. Остановите лэтра Маттео, а взамен я предоставлю абсолютно любую услугу, которую могу оказать, чего бы мне это не стоило. Даже побег Барса с рудников, если Вам это нужно.

- Известно, зачем эта формула Пуланья, Самриту и Маркосу?

- О, это было выяснить проще всего. Лэтр Дариус хочет вычленить из наркотика фермент, который отключает инстинкт самосохранения, но без эйфории, а после сделать боевой стимулятор для драконоловцев и это – самый безобидный вариант. Лэтру Агнису она нужна как доказательство вины Вашей семьи, чтобы скинуть вас с гонки за должность врача Императора... а после самому возглавить этот наркокартель, но уже в отдаленных от столицы районах. Лэтру Рейну нужна новая паства, чтобы доказать, что из него выходит самый лучший жрец Солнца, а потому он достоин нового сана куда раньше, чем положено.

Проклятье! Да ведь каждый из них думает только о себе! Каждому из них абсолютно наплевать на чужие жизни!

- Я могу взять эти документы?

- Конечно. Без них Ваш отец не станет Вас даже слушать. И лэтр Килли...

- Сделаю все, что в моих силах.

О да! Еще как сделаю!

Краут

Ему понадобилось целых два с половиной часа, чтобы прийти в себя. Долг вести людей за собой заставил его подняться сначала на ноги, а затем и в свой кабинет. Лицо было неестественно бледным, но внутренняя боль стала куда терпимее.

- Бизон, отправь человека в трактир к Вальтеру. Пускай все бросает и возвращается сюда – становится слишком опасно.

- Простите, босс, но... – на стол лег еще один доклад с одним единственным именем. – Не успел.

- Что ж, тогда зови Нанью, а после закрывай трактир. Перед заходом солнца я хочу видеть всех своих более или менее толковых людей в зале наверху, - Краут с силой вжал перо в стол, ломая его. – Пора ставить точку.

Килли

До дома я добрался лишь с рассветом, встретив переволновавшегося Бартрема. Тот хотел вновь отослать нас в баню, но мне удалось убедить его, что кровать мне сейчас куда нужнее. И упав на перину прямо в одежде, тут же отключился.

Идти к отцу я не стал, хоть уже и имел возможность. Очень многое хотелось сказать, но я осознавал, что разговор на эмоциях продуктивным не будет. Заместо этого было куда более разумным вариантом заняться тем, что я говорил на балу императора – найти источник заразы.

Простое наблюдение еще в пекарнях показало, что каждая буханка хлеба пакуется в отдельную упаковку, и сейчас, наблюдая за доставкой, я видел, что никто в пути ее не нарушает. И, в принципе, это было логично – стоило лишь вспомнить, что маме подсовывали отравленных хлеб уже трижды, следовало искать именно здесь, у нас дома. Вариант, что нас предал кто-то из слуг, снова обрел свою актуальность.

Было бы наивно полагать, что отравитель будет рисковать рядом со мной, а потому наблюдать приходилось скрытно. Но увы, кто бы это ни был, он либо решил залечь на дно, либо все сделал так, что я ничего не заметил. И прошедший обед показал, что именно первое – в этот раз, попробовав хлеб, я не почувствовал никаких посторонних вкусовых примесей.

- И как долго ты будешь маяться этой дурью? – спросил меня отец.

- Пока не найду первопричину, - ответил я сухо.

По итогу весь остаток дня прошел впустую, ужин тоже ничего не дал, кроме постепенно приходящей в себя Артиши, что снова начала позволять себе смотреть на меня с ненавистью. Но мне на ее взгляды было плевать, были другие заботы. И поскольку других вариантов не оставалось, я решился на обыск кухни. Решение, разумеется, глупое, но вдруг мне повезет и я смогу найти... не знаю, банку с каким-то странным порошком, от которой несет уже надоевшей мне плесенью?

Шерла решила пойти со мной, что, в принципе, было хорошо. Запах ощущаю только я, так что она сможет выступить в качестве некоего индикатора – если я чувствую, а она нет, значит, мы нашли то, что искали.

- Одна комната как весь мой дом в гнездовье... – прошептала драконица, оглядывая кухню. – Как тут искать что-то, что мы даже не знаем как выглядит?

- Хороший вопрос, - кивнул я. – Но ответа у меня нет.

Множество шкафчиков грозили растянуть это «удовольствие» до утра, но выхода, как такового, не было – наша кухня осталась единственным местом, в котором мы могли найти хоть какие-то доказательства. И надеяться, что они еще не уничтожены. Мое поведение в последние приемы пищи вполне могло испугать отравителя.

- Нашла что-нибудь подозрительное? – спросил я Шерлу, не надеясь на положительный ответ.

- Нет, ничего, - не стала «разочаровывать» меня женушка.

Час шел за часом, время неумолимо приближались к началу нового рабочего дня, но мы так ничего найти и не смогли.

- Может, тут ничего и нет? – спросила меня девушка.

- А где еще, Шерла? Хлеб попадает только сюда и выходит лишь отсюда. Если где и есть что-то, то здесь. Но я уже все обнюхал, все ящики, все коробки, но этого запаха нигде нет. Или... или яд действительно хранится не здесь. Проклятье...

Простая мысль, но пришедшая в голову только сейчас, вызвала какую-то разочаровывающую пустоту. Махнув на дальнейшие поиски рукой, я отправился в свою спальню – едва организм почувствовал отдых, как тут же захотелось спать.

Проснуться удалось лишь к обеду, разбитому и раздраженному. Шерла ложиться не стала, Единение подсказывало, что она сейчас говорила с мамой, отвлекать я ее не захотел. К тому же, женушка точно так же знает, где я сейчас, так что даже лучше, что ее сейчас рядом не будет. Мне предстоял тяжелый разговор с отцом. И да, все же на эмоциях.

- И как ты это сможешь объяснить?! – я нашел его в кабинете и с порога швырнул в него папкой.

- Ты комнатой сейчас не ошибся? – спросил Маттео, закипая.

- Устраивать геноцид среди бедняков! Какой в этом смысл???

Отец нахмурился и раскрыл папку. А я же... не мог поверить своим ощущениям.

- Откуда у тебя это? Кто тебе это дал? – спросил он.

- И это единственное, что тебя сейчас интересует? – ахнул я. – Не загубленные жизни, не помощь тем, кому еще можно помочь, а откуда у меня появились эти документы? В тебя Луна не вселялась, случаем?

- Кто-то должен был этим заняться, - Маттео пожал плечами. – Так откуда документы? Мне нужны оригиналы.

- Эта дрянь не оставляет шансов выжить даже после первого применения! Ты либо умрешь от ломки, либо от передоза, либо от истощения! И ты позволял этим колоть Гверна! В тебе хоть что-то человеческое есть?!

- Сядь! – монстр в человечьем обличье, именующий себя моим отцом, указал на стул. – Ты пришел говорить. Давай говорить.

Вот только садиться я не стал – напротив, принюхиваясь, я стал обходить его кабинет, попутно смотря на Маттео, который начал заметно нервничать.

- Что ты делаешь? – не выдержал он.

- Проверяю догадку, в которую не могу поверить.

Но нет – в ящике шкафа в тайной секции обнаружился обычный столовый нож. Я бы, может, и не обратил на него внимание, даже несмотря на то, где он лежит, но едва я к нему потянулся, чтобы посмотреть, как все мое сознание взбунтовалось против этого действия. Точно так же, как совсем недавно взбунтовалось от просмотра раны Элфи, когда я искал Шерлу.

- Да быть не может... – прошептал я, вытаскивая нож найденными в соседнем ящике перчатками. Легкий, куда легче, чем должен быть, отливающий на свету зеленоватым оттенком... и напрочь исцарапанный, чтобы скрыть чешуйчатую фактуру, которую дает лишь один металл. Я повернулся к человеку, которого уже больше не получалось назвать родителем. – Что ж, ты прав. Нам нужно поговорить.

«Отец» внимательно проследил, как я выбрасываю сигары из коробки прямо на пол и кладу туда нож. Зачем они ему, я без понятия – он никогда в своей жизни не курил.

- Это не твое, - заметил он.

- И больше не твое, - огрызнулся я. – Я жду твоих объяснений.

- Знаешь... - посторонний мне человек потянулся в бар и достал оттуда бутылку с бокалом. Только одним. – А ведь Гверн изобрел свой наркотик совершенно случайно. И благодаря ножу, кстати. Он ослаб на столько, что уронил один штатив на другой.

- Зачем ты его отравил? Он же твой сын!

- Можешь мне не верить, но это произошло случайно. Травить я собирался одного из слуг, нужен был подопытный. И представляешь, какого было мое удивление, когда выяснилось, что наркотик, который сделал Гверн, сдерживал яд?

- А мама? Ее за что?

- Ты бы не приехал, заболей, допустим, я. И не собирался приезжать даже ради Гверна. А вот ради Раини, пусть и не сразу, но все же появился здесь. Артиша, разумеется, слегка приукрасила ее симптомы, чтобы ты все бросил, но твои пациенты оказались для тебя дороже даже ее.

Укор от человека, который потерял любое право осуждать меня хоть в чем-то, поднял в моей душе что-то темное.

- Формулу пришлось исправлять, что-то усиливать, что ослаблять... И, по итогу, получился экстракт руманки, который полностью связывал яд собой. Лечить не лечил, но тормозил его действие. Но, к сожалению, Гверн к тому моменту уже получил свою зависимость, пришлось класть в свою больницу, чтобы...

- Так лечебница Герберта все же твоя! Ты мне солгал!

- Ты не принят в семью, Килли. То, что я отвечаю на вопросы – уже мое большое одолжение тебе.

Заскрипели зубы, но я сдержался.

- Формула, которую ты мне не дал, оказалась на удивление рабочей. Получить я ее от тебя не получу, но хотя бы скажи, что в ее основе? Какое растение?

- Орлеск. А он, если ты вдруг забыл, растет лишь у драконьих гнездовий.

- Печально. Конечное лекарство получится очень дорогим, по карману будет только Императору...

Он допил... не знаю, что было налито в стакане, и налил снова. Спрашивать про себя уже не стал – и без того стало понятно, почему он хотел отравить меня. И заодно понял, как действует детоксикатор. Теперь, имея всю полноту понимания происходящего, стало совсем не сложно догадаться, что он работает лишь на чем-то, что связано с драконами. Или сам пациент дракон, и тогда это действительно похоже на панацею, или, как в данном случае, отравление драконьим ядом.

- Ты варишь этот наркотик, а затем распространяешь его в бедных районах. Зачем?

- Выношу мусор, - Маттео пожал плечами. – Зачем они существуют? А так хоть...

- Это тоже люди! - процедил я сквозь зубы. – Такие же люди, как мы с тобой, но которым не повезло родиться в достатке!

- Не смей меня с ними сравнивать! – раздалось злобное шипение. – Я – элита из элит, а они – ничтожества!

Несколько секунд между нами длилось противостояние взглядов. Маски оказались сброшены, каждый из нас искренне ненавидел друг друга, о чем второму было известно. Куда там Артише до этой ненависти...

- Откуда у тебя этот нож? – спросил я.

- Купил у драконоловцев чешую. Я давно искал способ разделаться с этими семьями, но так, чтобы не попасть под удар. И знаешь, если бы ты не вмешался, Рейн Маркос был бы уже мертв к этому дню.

- Нисколько об этом не жалею, - я встал, забирая коробку с собой. – Ты мне больше не отец, Маттео, я сейчас как никогда рад, что не позволил тебе принять меня обратно. За ужином семья узнает обо всех твоих злодеяниях, а после я увезу маму с собой в Малогор.

- Ты не посмеешь! – глава семьи Галвинов встал и попробовал вырвать коробку из моих рук. Но не вышло – возросшая от Единения ловкость позволила мне как сохранить нож, так еще и ударить по лицу, заставляя его опешить.

- Повторяю, ты мне больше не отец, а значит, и не указ. Честно, я не понимаю, как тебя Солнце терпит. Столько загубленных жизней - и ни капли раскаяния. Да гореть тебе на помосте, который ты построишь своими руками.

И с этими словами я с силой закрыл за собой дверь.

Белуис

Книжки были откровенно детскими, но в его случае это было даже хорошо – не имея перед собой того, кто мог бы расшифровать непонятные сейчас каракули, приходилось лишь догадываться о том, что каждая из них означает.

- Без Нанью это все бесполезно, - Ифриша аккуратно отложила азбуку в сторону.

- Рано или поздно она вернется обратно и тогда они станут столь же важны для стаи, как сильный дракон.

- Далеко не все захотят учиться.

- Им придется. Это – лишь первый шаг к нашему образованию. Прежде, чем принимать людей, их необходимо понять, а для этого нам нужна их история. Что-то мы, конечно, знаем и сами, но нам нужен и их взгляд на собственное прошлое.

- Белуис! – в дом зашла рубиновая, которую они только что вспоминали.

- Нанью? – удивился сапфировый. – Ты совсем вернулась? Или тебя Краут послал?

- Второе. Он попросил тебе передать следующее: «Время пришло»

- Вот как... – лидер стаи на секунду закрыл глаза. – Ифриша, собери всех свободных жемчужных, которые у нас есть из тех, которые живут в палатках. Старейшин, по возможности, не трогай. И обязательно найди Тартиса, отзови его, даже если он в патруле. Он мне нужен больше других. Нанью, сколько у нас времени?

- До заката. Краут говорил, что чем раньше вы прибудете, тем лучше.

- Успеем, должны успеть. Тартис поведет их, я в нем уверен.

Белуис улыбнулся. Пришло время для ответного «подарка», и очень хорошо, что настолько скоро.

Килли

Ужин еще не начался, а напряжение в воздухе было такое, словно Шерла зарядила своей силой всю окружающую атмосферу. Маттео, смотрел на меня так, словно хотел убить взглядом. Моя жена, разумеется, не могла этого не замечать, но сейчас чувствовала не желание моей защиты, а замешательство. Не знаю как, но человек, которого я не могу называть отцом, каким-то образом смог подобрать к ней ключик.

- Я хочу сделать объявление, - разорвал я тишину, вытаскивая из-за пазухи коробку. Теперь в ней было четыре ножа, и у Самритов снова пришлось применять силу, чтобы его забрать. – Я нашел источник заразы, поразившей как нашу семью, так и три остальные. А так же нашел виновника, человека, который за это ответственен.

Не заметить, куда я смотрю, было невозможно. Но только Артиша проявила к этому равнодушие.

- Папа, почему Килли смотри на тебя? Это что, правда? – спросил брат. – Это ты травишь как нас, так и остальных?

- Это еще не все, Гверн. Он пользуется твоей формулой, чтобы травить и убивать бедняков в бедных районах.

- Маттео? – на маме лица не было, и я ее понимал. – Это что, тоже правда?

- Разумеется, нет, - ответил он.

- Разумеется, да, - я гадко улыбнулся, и взял со стула копию тех же самых документов, которые оставил в его кабинете. Маме хватило минуты, чтобы их просмотреть, брату чуть дольше.

- Папа... – Гверна, казалось, сейчас удар хватит. – Зачем?

- Ты же погубишь всю нашу семью, если Император об этом узнает! – заорала мама.

Отвечать, если ему даже и было что, ему не пришлось – вошел Бартрем.

- Лэтры Маттео Галвин и Гверн Галвин в срочном порядке вызываются в Замок Императора.

- Обсудим после того, как я вернусь.

Уже через минуту он покинул особняк, ведя за собой ошарашенного брата. Бедный Гверн, у него сейчас, наверно, мир с ног на голову переворачивается...

- Давайте поедим уже, наконец-то, - произнес я. – У меня был тяжелый день.

- Килли... Ты уверен в подлинности вот этого? – мама коснулась рукой документов. Вошли слуги, стали раскладывать ужин.

- К сожалению, да, мама. Человек, который их мне предоставил, очень заинтересован в том, чтобы бедный район перестал вымирать. Но не это самое худшее. Император знает об этом, а так же знает, что именно отец стоит за всеми смертями.

- Он погубит нас всех... – матушка закрыла глаза, покатились слезы.

- Боюсь, что да. Поэтому я предлагаю в срочном порядке оформить развод и уехать вместе со мной. Уровень роскоши, конечно, понизится, как и уровень жизни, ты потеряешь статус аристократки, но зато... там люди... хорошие...

Я не мог поверить в то, что видел. У дверей в коридор стояла Мавис, и всеми силами показывала, будто выгоняет нас. С каждой секундой, что я на нее смотрел, тревога на ее лице росла, превращаясь в панику, а потом она просто исчезла. Но в ту же секунду раздался звук удара в дверь, снова вошел Бартрем... с кровавым пятном на груди. А после в проеме появилась женщина, заставившая меня и Шерлу вскочить. Женщина, которую мы оба знали.

- Здравствуй, тварь, - поздоровалась изумрудная драконица, которую я видел в дуэли моей жены и Нанью.

- Нара... – зарычала антрацитовая. Платье и волосы тут же затрепыхались. А я понял, что сейчас случится что-то ужасное.

- БЕГИТЕ!!! – заорал я, но поздно.

Нара не оставила мне времени – пока я думал, что делать, она, не меняя формы, зарядила свой выдох. Одна секунда – и всю комнату охватило зеленоватое пламя, лишая всех присутствующих даже малейшей возможности выжить.

Краут

Совещание для своих людей он провел. Теперь перед ним сидели жемчужные драконы, удивленно смотрящие на Нанью за спиной Краута. Кайдена среди них не было, что почему-то его расстроило.

- Я не буду ходить вокруг да около, - начал бандит. – Я позвал вас сюда, чтобы вы убивали других людей. В способах не ограничиваю, но все же советую использовать только вашу природную ловкость и физическую силу. Мои люди укажут вам цели, и уверяю вас – детей там нет.

- С тобой все в порядке? – спросил Тартис. – Ты выглядишь... как мы, наверно. В прошлый раз ты так не выглядел.

- Случилось кое-что, о чем я бы сейчас говорить не хотел.

- Убивать всех? – спросил другой дракон.

- Подчистую. Пленные мне не нужны.

- А что потом, когда мы убьем их всех?

- Не знаю, - Краут пожал плечами. – Скорее всего, вы полетите домой.

- И ты нас просто отпустишь? Вот отпустишь и все?

- Хуже разъяренного жемчужного дракона может быть только... – Одноглазый начал считать пришедших, - тридцать четыре таких дракона. Напав на кого-либо из вас, я подпишу смертный приговор этому городу и нивелирую все свои старания, вложенные мной, чтобы навести тут порядок. Но даже если бы это было не так... меня устраивает тот статус, который есть сейчас между мной и Белуисом. Я бы не хотел потерять его доверие.

- Когда начинать убивать людей? – спросил самый воинственных из них.

- Можно прямо сейчас, мои люди уже ждут, когда вы выйдете. Им можно доверять, каждый из них знает, кто вы есть на самом деле. Если случится что-то непредвиденное – зовите их на помощь или отступайте к ним, они вас укроют и спасут от обнаружения. И не беспокойтесь, они умеют как держать язык за зубами, так и себя в своих собственных руках.

Выбрать было очень непросто, но в процессе Краут был приятно удивлен, что в такое сложное время, когда потери исчисляются десятками, почти каждый был готов идти за ним до конца, Луне душу отдать, не то, что с драконом повозиться.

- Думаю, нам пора выдвигаться, - сказал Тартис.

Зал опустел за считанные секунды, Одноглазый остался один, если не считать девушки за его плечом.

- Нанью, ты готова? – спросил он.

- Я хочу, чтоб ты знал, Краут – если бы я дала слово тебе, а не Килли, я бы уже ушла.

- Я знаю, - он грустно улыбнулся. Бледнота на лице по ощущениям усилилась. – И знаю почему. Не буду оправдываться, не буду говорить, что на самом деле этого не хотел. После этого задания я тебя отпущу, ты сможешь вернуться к своим и больше никогда обо мне не вспоминать.

- Хорошо. Еще одно задание я согласна выполнить.

Вальтер перед своей смертью все же успел доставить еще одно письмо. И только благодаря ему Одноглазый знал, что в доме перед ним расквартирована переселившаяся ячейка. Единственная, которая никак не хотела уходить в трущобы.

- Босс, стойте сзади, - Бизон вышел вперед и единственным пинком выбил щеколду. Дверь подалась наружу, показывая как внутренне убранство дома, так и его самого перед ожидающими нападение малгорцами.

- В укрытие! – заорал Краут, но поздно. Гулко щелкнула тетива, болт тяжелого арбалета впился в грудь его телохранителя, откидывая на несколько метров назад. И рождая неимоверную жажду мести.– Нанью! Убей их всех! ВСЕХ!!!

Просить ее об этом дважды не потребовалось – пусть она уступала Шерле в гибкости и скорости реакции, но единственным опасным для нее местом оставался лишь дверном проем. И как только она его преодолела... В общем, это больше стало похоже на проникновение крайне злой и голодной лисицы в курятник с толстыми и ленивыми курами. Не стесняемая более в методах, Нанью злобно рычала, каждым взмахом сея смерть. Мелькнула вспышка, здание занялось огнем - взбесившаяся драконица просто не могла не поджечь дом.

Видя, что девушке поддержка не нужна, Краут бросился к Бизону. Тот был еще жив, но с его губы шла дорожка крови.

- Ну что ж ты так подставился-то? – спросил глава бандитов, осматривая место, куда попал болт. Снаряд, способный пробить человеческое тело насквозь, унеся с собой часть плоти и оставляя хорошую сквозную дыру, практически, гарантируя тяжелую болезненную смерть, отсутствовал, однако на его месте было лишь небольшое кровавое пятно.

- Да вот... дурак потому что, - прохрипел телохранитель, зажимая рану. – Ох, больно-то как... Кажется, я пару ребер сломал...

- Ничего, главное, что живой, хоть и #$% пойми как. Лохматый тебя быстро на ноги поставит.

- Так известно как, - Бизон начал расстегивать пальто. – Нагрудник же.

Броня под одеждой и правда выглядела неважно – огромная вмятина по центру, которая, по сути, и нанесла ему сейчас рану, делала дальнейшее ее использование невозможным вплоть до полной переплавки. Однако Одноглазого это сейчас не волновало – как и ходили слухи, драконий металл действительно оказался способен остановить болт из тяжелого арбалета, сохранив жизнь тому, кто его носит, пусть и не без травм.

- Уфф, хорошо-то как! – подошла Нанью, кровь с которой стекала едва ли не ручьем. – Помощь нужна?

- Его нужно доставить в трактир, но осторожно. У него грудина переломана.

- О, погоди, я там кое-что видела, - девушка вновь зашла в горящий и гудящий дом и, разбив окно на втором этаже, выбросила на улицу обычные носилки. На снег полетели искры, изображая импровизированный салют.

- То, что нужно! – крикнул Краут, улыбнувшись. Война закончилась, а последствия... с ними можно постепенно разобраться.

Килли

Меня спасли две вещи. Первая – Шерла, уже прыгнувшая к Наре, резко развернулась и, схватив за шиворот, попросту выбросила меня в окно, проламывая мною же раму. Вторая – сделать это она никак не успевала, огонь добрался до меня раньше, но... мой обручальный браслет, который она сделала заместо покупного, внезапно обратился черным дымом и задержал пламя, дав моей жене столь необходимое время.

Особняк пылал. Огонь распространился по всем этажам, видимо, Нара поджигала все комнаты на пути, попутно убивая каждого, кого видела, пока искала нас. Пройдет совсем немного времени, как рухнет крыша.

- Взываю к тебе, Феникс, за душами тех, кто служил мне и моей семье... – спасти погибших я уже не мог, все, что мне оставалось – молитва, в надежде, что божок услышит меня и поднимет их к Суду, а после смилостивится и сам откроет двери – к сожалению, у меня нет возможности каждому из них вложить в руку антрацитовый камешек.

- Килли! Килли, ты в порядке? – Шерла выпрыгнула с другого окна, оглядываясь по сторонам.

- Лишь пара порезов. Где Нара?

- Я... я ее упустила, прости, - все Единение превратилось в чувство вины. – Слишком много огня, запутанные коридоры... Я пыталась ее выследить, как выбросила тебя на улицу, но... прости...

- Ничего, главное, что мы живы, - я обнял ее, утешая.

- Мы живы, да, но... не остальные... Не Раини... Не тот добрый дядька...

Мама... Артиша... Бартрем... Множество слуг... Все эти жизни на изумрудной Наре, что никак... Изумрудной? ИЗУМРУДНОЙ???

- Тварь, ты мне опять солгал! – заорал я во все горло.

- Килли? – удивилась жена такой перемене.

- В замок, Шерла. Срочно. Нам нужен Маттео.

Гверн

Он не мог поверить в то, о чем говорил Килли. Не мог поверить, что его собственный отец оказался чудовищем.

- Осуждаешь? – спросил Маттео.

- Просто скажи, зачем? За что?

Отвечать глава семьи не стал, просто отвернулся к окну, ожидая окончания поездки.

Император их уже ждал в приемном зале, и хватало всего одного взгляда, чтобы понять, что повод собраться серьезный.

- Вот и виновник нашего торжества, - сухо сказал властитель. – Маттео, мне тут на стол попали любопытные документы. Не прокомментируешь?

Гверн заметил, как отец скрипнул зубами.

- Думаю, Вы все знаете и сами, Ваше Императорское Величество, - ответил Галвин.

- Знаю, но не все. Мне интересны твои мотивы, Маттео. Зачем ты травил и убивал моих подданных? Какова была причина?

- Я убивал лишь тех, кто недостоин жить. Те, кто не приносит Империи никакой пользы.

- Это мои подданные! – Император в ярости ударил по подлокотникам трона. – Они платят мне налоги! Они – дешевая рабочая сила, делающая ту работу, которую отказываются делать другие!

Отец промолчал. Дариус и Рейн сохраняли невозмутимое выражение лица, но Агнис улыбался во все тридцать два.

- За подобное массовое убийство любого другого я бы казнил, Маттео, жестоко и кроваво, но ты не раз меня лечил, а потому сделать этого не могу, - Дарсель успокоился и вернул себе строгий тон. - Ты лишаешься своей должности, а так же статуса аристократа и главы своей семьи. Теперь семью Галвинов возглавит твой сын и преемник Гверн. Так же твой личный счет будет арестован, половина средств получает новый глава семьи, вторая половина пополнит казну.

Маттео перенес этот удар стойко. Гверн же почему-то почувствовал, что его только что ограбили.

- Ваше Императорское Величество, простите мне мой вопрос... – подал голос Агнис. – Это что, все? Галвины убивали Ваших подданных, Галвины травили наши семьи, убивали наших слуг! И все, что он заслужил – это небольшая конфискация и увольнение? Почему Вы оставляете за его сыном право наследования, почему не низложите всю семью?

- Не Галвины, а один Галвин, - ответил Император. – Я не стану наказывать всех за поступки одного. Гверн, сейчас мое здоровье меня не подводит, поэтому я хочу спросить тебя, где ты будешь проходить обучение, здесь или дома.

- Если Вы разрешите, то я бы хотел остаться в Замке. Я не хочу иметь с этим человеком ничего общего.

Второй удар низложенный Галвин перенес куда тяжелее. Наградив сына взглядом, не обещающим ничего хорошего, он с разрешения покинул приемный зал.

Килли

Нас спасал лишь вечер. Шерла, ничуть не стесняясь гендерных предрассудков, просто закинула меня на плечо и побежала со всех ног к Замку, который видно с любой точки столицы. Со стороны это наверняка смотрелось странно, но нас никто не видел – темный цвет самой драконицы, клубящийся вокруг меня Покров и обилие темных участков по дороге позволяли нам передвигаться незамеченными случайными прохожими.

Маттео пришлось ждать. И едва он вышел, как я тут же подскочил к нему и, схватив за грудки, разбил нос ударом головы.

- ГДЕ ТЫ ВЗЯЛ ЧЕШУЮ?! – заорал я ему в лицо. – ГДЕ?!! КТО ТЕБЕ ЕЕ ДАЛ?!!

- Килли, не надо, - девушка остановила мой следующий удар. – Мы же не знаем точно.

- Не слишком ли много совпадений, Шерла? Ножи из изумрудной чешуи, которые я у него нашел! Яд, ослабляющий организм! А теперь и Нара, едва нас не убившая! – я вновь повернулся к Маттео. – Где! Ты!! Ее!!! Взял?!!

- Купил у...

Договорить он не смог – новый удар разбил ему губу.

- Знаешь, «папа», можно простить многое, но не то, что ты сделал. Поэтому я спрошу еще раз, последний, после чего начну избивать тебя до тех пор, пока ты или не сдохнешь, или не скажешь. Где ты взял чешую?!

В этот раз ответа не последовало, потому пришлось приступить к реализации угрозы. Сначала хотел ему сломать пару костей, но успел вовремя сообразить, что Нара наверняка не в городе – не умея жить с людьми, она бы уже сорок раз себя выдала. И на пятой минуте избиений Маттео подтвердил мои слова:

- Голос из пещеры! Он мне ее дал!

- Где она! Где эта пещера?!

- За южными воротами! Полкилометра по дороге!

Я поднял избитое тело и чуть ли не пинками затолкал его в карету.

- Молись Солнцу, чтобы мы успели выехать за стены до того, как их закроют!

Успеть мы не смогли, но дежуривший на воротах и удивленный моим визитом и просьбой дядя Ивон заставил солдат приоткрыть одну створку, в которую мы и выехали. По пути же я внезапно обнаружил свою сумку – мы ехали в той же карете, что везла меня на бал. Разумеется, щеголять ей на приеме я не стал, не тот формат встречи, но не взять не мог – привычка. Впрочем, это было даже к лучшему – теперь у меня была возможность обработать лицо и руки от порезов, нанесенных оконным стеклом.

- Здесь свернуть, - подсказал Маттео. – Пещера в конце дороги.

- Смотрю, ты сюда часто ездил, целую колею накатал, - съязвил я.

Громкий рык испугал лошадей и поставил их на дыбы, а последующий удар драконьей лапы разломал карету и убил кучера. Нас сильно приложило о стены, в спину воткнулась какая-то щепка, псевдо-отец потерял сознание... Но все это меркло перед тем фактом, что встретил нас не изумрудный дракон, а... рубиновый.

- Дарго! – заорал я, выбравшись из обломков. – Почему???

- Врагов следует убивать, - последовал ответ. – Опасных врагов – убивать в первую очередь.

- Но разве мы враги, Дарго? Разве не можем?..

- Не можем, Килли. Ты - человек, враг моего вида.

Шерла позади меня стояла уже обращенная и рычащая. Сила трещала, покрывая разрядами ее длинное тело.

- Что ж, Дарго, в одном ты прав: врагов следует убивать! – заорала она и бросилась в атаку. Точнее, попыталась.

Возникший словно из ниоткуда изумрудный Покров рассеялся, явив второго дракона. Шерла оказалась окружена ими, следить сразу за обоими стало невозможно. Что Нара, что Дарго постоянно ходили так, чтобы между ними тремя была прямая линия. Тем не менее, начинать почему-то никто не спешил.

- Ты даже представить себе не можешь ту степень боли и унижения, что я испытываю по твоей вине! – зарычала изумрудная, после чего повернулась ко мне. – А ты? Как ты не сдох? Кто тебе разрешил выжить?!

Драконий хвост едва не сбил меня с ног, мне впритык хватило времени, чтобы увернуться. Но именно этот жест и послужил началом атаки – Шерла, разозленная нападением на меня, бросилась на Нару, отвлекая ее внимание на себя. На снег стала падать первая чешуя, но, увы, черная – Дарго только и ждал момента, чтобы ударить в спину.

- Твари! – заорала моя драконица. – Я вас обоих поубиваю!

Увы, но исполнить эту угрозу ей не давали – работая слаженно, два дракона успешно противостояли ей, компенсируя слабости друг друга. Не помогла даже ее Сила – в момент электроразряда они просто воткнулись лапами и хвостами в землю, получив минимальный урон. По Единению кроме всепоглощающей ярости стал проявляться страх. Но не за себя – в короткие передышки Шерла смотрела в мою сторону, взглядом умоляя меня под шум схватки куда-нибудь сбежать. И если бы я видел, что она справляется, возможно, что так бы и сделал, но сейчас уйти не мог.

Новый морок Мавис заставил меня обратить внимание. Она изображала, будто что-то пьет, а потом держалась одной рукой за обломки кареты, изображая слабость.

- Я не понимаю! Мавис, я не понимаю тебя! – схватка продолжалась, во все стороны летала черная чешуя, но запаниковавший мозг не хотел разбираться с этой головоломкой.

Морок на секунду посмотрел в сторону Шерлы, а затем из-за пазухи достал копию той пробирки, что я подарил ей, наполнив эликсиром из полунника. Девочка буквально вырвала оттуда пробку, а затем стала над ней усиленно дышать, вновь изображая, что ей плохо.

- Пробирка? – крикнул я. Мавис кивнула. – Слабость? – новый кивок и указание пальцем на бой. – Слабость от яда? – задумчивый и не очень уверенный кивок. Но им не ограничилось, девочка снова показала на сражающихся. – Раны? Яд в ранах? – уверенное отрицание. - Изумрудный дракон? – показала мне «два» на пальцах. – Просто дракон? – снова согласие. Пробирка, слабость, возможно, от яда, дракон... Голову осенило: - Анестезия?

Мавис улыбнулась и растаяла в воздухе, подтверждая догадку, а я же начал судорожно перетряхивать сумку, выбрасывая оттуда то, что мне сейчас было не нужно.

- Потерпи, Шерла, потерпи... – шептал я словно заведенный. – Я тебе сейчас помогу, только потерпи...

- КИЛЛИ, БЕГИ!!! – Единение наполнилось отчаянием, моя драконица, видя, что я не пытаюсь скрыться, не выдержала и обратилась напрямую. Может, решила, что я в ступоре или в панике, может, что проявляю неуместный героизм.

- Вспомни наш договор, Дарго, и убей уже этого щенка! – зарычала Нара.

Казалось бы, что человек может сделать дракону один на один? Но может, если у него есть одно важное оружие – знания. И немного подготовки.

- Дарго!!! – заорал я, видя, как приближается рубиновый. – Лови!!!

Я швырнул реагент ему прямо в чешуйчатую морду. Реакция дракона не подвела – быстрым взмахом лапы он ее разбил... но именно это мне и было нужно.

- Ха! И в чем смысл, Килли? – усмехнулся он, не отрывая от меня взгляда. – Думаешь, тебе это как-то поможет?

- Дыши глубже, - прошептал я сквозь зубы, наблюдая, как «закипает» смесь, как начинает испаряться, отравляя воздух.

Уворачиваться от несущих смерть когтей было непросто, пришлось отбежать в еще целый участок леса. Но долго и не пришлось - не прошло и минуты, как движения красных когтистых лап стали размашистыми, потеряли маневренность и точность. Анестезия, которую я сделал для лечения Элфи, нисколько не потеряла в своей эффективности в виде газа.

- Шерла, Дарго ослаблен! Сосредоточься на Наре!

Но она это видела уже и сама, как видела и ее противница. В атаках изумрудной стал читаться испуг, а когда Дарго упал, не в силах больше сопротивляться отравлению, и вовсе запаниковала. Чем и подписала себе смертный приговор.

- Зря ты встала у меня на пути, - произнесла Шерла, вонзая когти по самую ладонь. – Зря ты тогда не сдохла!

- Это ты должна была сдохнуть от лап Нанью, тварь! – Нара попробовала контратаковать, но пропустила еще один удар.

- А теперь сдохнешь ты! – еще одна кровавая полоса, брызнувшая отравленной кровью. С выведением из строя Дарго шансов у Нары не оставалось никаких. – Я же сказала тебе, день пика твоей формы давно прошел!

- Шерла, стой! – заорал Дарго, заставив меня удивиться, что он не отключился полностью. Удивилась из-за меня и Шерла, остановив удар, ведущий к сердцу. – Я не питаю иллюзий насчет своего будущего, Шерла, но позволь хотя бы узнать кое-что перед смертью.

- С чего вдруг?!

- Она знает, где мои дети. Она обещала сказать мне о них.

Что ж, теперь ясно, почему он объединился с ней. Драконы же трепетно относятся к этому вопросу.

- Твои дети? – хрипло рассмеялась Нара. – Не знаю я, где они! Никогда не знала!

- Но ты же сказала!..

- И ты последний идиот, что поверил мне, Дарго! Это же я сместила тебя с поста лидера стаи! Я! И ты мне поверил!

Новый хриплый смех изумрудной смешался с ревом отчаяния рубинового.

- Позволь и я спрошу тебя, Нара. Откуда такое желание убить нас? За что? По каким причинам? Ты же понимаешь, что убить Шерлу у тебя шансы минимальные, а она обязательно будет мстить.

- Вас? Ты так ничего и не понял! Мне нужна была твоя смерть, людской выкормыш. Твоя, твоей семьи! Чтобы эта тварь потеряла абсолютно все, что ей дорого! Но ты, ублюдок, посмел выжить! Снова разрушил весь мой план! И снова на последнем этапе! Тварь! Ненавижу!!!

- Но за что? Что мы тебе сделали?

- Вы лишили меня всего! Ты должен был сдохнуть вместе с ней в той дуэли с Нанью, но эта мразь научилась летать!

- То есть... – я не мог поверить в услышанное, - мы должны умереть во имя твоих амбиций? Так что ли?

- Ты должен был сдохнуть, чтобы она хотя бы в сотой доле испытала то, что испытываю я!

Сказать, что я испытал потрясение – ничего не сказать. Это даже не месть, это... это все равно что ставить себя рядом с Бахамутом. Такая вера в свои полномочия решать, кто имеет право жить, а кто должен умереть...

- Пусть Суд Солнца будет над тобой справедлив, Нара, - я отвернулся, не желая видеть то, что сейчас будет. За спиной раздался хрип, звук ломающейся кости, чавканье... и падение огромного тела.

Я не знаю, сколько я просидел на снегу, но вряд ли долго. В голове не укладывалась мысль, что даже среди драконов, которые показались мне образчиками чести и достоинства, могут быть такие, как эта изумрудная.

- Килли, ты в порядке? – уставшая Шерла подошла ко мне из-за спины. Покров, еще секунду назад расстелившийся по поляне, вновь вернулся, растворив в себе чешую, как свою, так и чужую.

- Нет, - прошептал я, вставая и поворачиваясь к ней. – Сейчас – нет. Но я...

Не ожидавшая от меня нападения, девушка кубарем откатилась на два-три метра. Болт со свистом срезал с моей головы несколько волосков.

- Ты что творишь, щенок?! – заорал «отец», перезаряжая арбалет. Где он его взял? В остатках кареты?

- Вы? Но почему? Почему? – ошарашено спросила моя жена, неверяще смотря на Маттео.

- Ты – просто ресурс. Мой ресурс!!! – он взвел тетиву и начал целиться... но прилетевшая в руку доска не позволила ему попасть. Болт улетел в сторону, но в опасной близости от лица, оставив на нем царапину.

На краю сознания мелькнула мысль, что я с Шерлой поменялся местами - теперь я пытаюсь защитить ее от человеческого коварства, пока она отчаянно пытается не верить в предательство того, кого успела посчитать семьей.

- Ах ты гнида!!! – он вновь начал перезаряжаться, но я был уже слишком близко. Пинком выбив оружие, я вновь ударил его по лицу, лишив равновесия. – Три дракона, Килли! Три дракона да даже пускай на нас двоих! Да этих денег хватит на всю жизнь, как ты их только не трать! Особенно за нее! Да такой суммы даже в казне этого жадного упыря нет!

- ААААААААА!!! – раздалось за спиной. Я развернулся и увидел, как Шерла падает на колени, а вокруг нее начинается снежный электрошторм, сопровождаемый ее же криком.

- Вся жизнь ценна! – удар с ноги в грудь. – ВСЯ!!! – удар в живот. – Да когда ты это поймешь???

- Жизнь... жизни рознь!

- Тогда твоя жизнь не стоит даже ломаного медяка! – еще один удар в грудь и я пошел спасать Шерлу. Единение наполнялось безумием, следовало его остановить, пока не поздно.

- Давай, сдохни там! – донеслось в спину. – Эти разряды сожгут тебя заживо!

Я лишь усмехнулся, скрываясь за рукотворной снежной воронкой. Разряды действительно постоянно били меня, но начало Единения, проведенное в моем доме в Дали, еще тогда показало, что ее сила не станет мне вредить.

- Шерла! – я упал на колени рядом с ней и прислонился лоб ко лбу. Безумие, как и стихия, остановились и стали сходить на нет. Крик так же стих, заместо него начались рыдания.

- Килли... – прошептала она. - Почему?.. Ты же правду сказал... Не верить ему... Почему я тебя не послушала?..

- Все хорошо, моя хорошая, - пробормотал я, гладя ее по волосам. – Все хорошо.

- Прошу тебя... – голос стал еще тише - Пожалуйста... Полетели домой... Я здесь больше и дня не вынесу...

- Обязательно, обязательно полетим. Только дай мне десять минут, хорошо? Последние десять минут.

В Единении плеснулось отчаяние, но руки, держащие меня, опустились. Я тут же стал подходить к Маттео, который начал отползать, ожидая новых побоев... но меня интересовал не он. Арбалет оказался добротным, но четыре удара о дерево все же смогли привести его в негодность.

- Килли, пожалуйста, прости меня, - произнес Дарго, как только я приблизился к нему.

- Ты хотел моей смерти, поэтому нет, не могу. Но могу помочь тебе купить себе жизнь.

- Ты хочешь меня пощадить? – желто-красные глаза удивленно распахнулись.

- Я вынужден тебя пощадить. Здесь лежит тело изумрудного дракона, а рядом с ним человек, который его не заслуживает. Делай хоть что, но избавься от него так, чтобы никто не смог найти даже костей.

Зрачок на секунду метнулся к мертвой туше, а затем вернулся ко мне.

- Я согласен. Но тебе придется вернуть мне мое тело.

- Само собой, - ответил я, вытаскивая детоксикатор. Кажется, конкретно эта колба с тех же времен, что и анестезия.

Маттео смотрел на это все с глазами, в которых читалось неверие.

- Ты спятил, - сказал он мне, наконец. – Ты освобождаешь одного дракона, чтобы тот унес другого!

- Да, Дарго, если он будет тебе мешать, я разрешаю его сжечь, - добавил я, возвращаясь к Шерле. – Я разрешаю тебе вообще все, но сделай то, о чем я тебя попросил.

- Я сделаю, Килли. Может, заглажу перед тобой хоть часть вины.

Я обхватил Шерлу руками.

- Полетели домой. Моя мама... мой пациент мертв, а значит, мне здесь больше нечего делать.

Маттео

Маттео был вне себя от бессильной ярости. Само Солнце призывало забрать свалившееся богатство, но нет! Этот наглый заносчивый щенок, который по недоразумению Феникса стал его сыном, не позволил ему сделать вообще ничего!

- Мне плевать, о чем ты с ним там договорился, - заявил он красному дракону. – Сам можешь улетать, Луна с тобой, но тело зеленой мое. Забирать его я запрещаю.

- О, - усмехнулся монстр, постепенно вставая. Его знатно шатало, с пасти капало что-то белесое с кислотно-металлическим запахом, но ему явно было лучше, чем пять минут назад. Проклятый Луной ублюдок!.. – И что же ты мне сделаешь?

- Ты меня что, не расслышал? – начал закипать Маттео. – Вали отсюда, пока не пришли драконоловцы! Пшел вон!

Но убегать пришлось именно ему – красный пустил струю огня, едва его не поджарив. Избитое тело тут же отозвалось болью, а разум вновь помутнел от бессильной злости.

- Твари! Какие же вы все твари! Что ты, что он! Она уже все равно мертва, но все еще способна принести мне пользу!

Ответом ему послужил новый напалм, который отогнал его еще дальше. А после... дракон схватил своими лапами тело мертвого сородича и, закинув на плечо, тяжело зашагал в сторону океана, унося с собой все надежды бывшего аристократа.

Возвращаться пришлось пешком, что приводило его в злобное исступление. Стража на воротах его едва узнала, вновь не обошлось без начальника стражи, который, махнув рукой, разрешил войти Маттео в город. Он хотел вернуться домой, отогреться теплым чаем, выместить на ком-нибудь злость...

Вид сгоревших руин заместо шикарного особняка, где вовсю бродила стража, заставил его впасть в ступор. Кто-то принес ему обручальный браслет и перстень, который он подарил дочери на одно из Дней Рождения, о чем-то спрашивал, тормошил...

- Раини?.. – прошептал он будто в бреду. – Артиша?..

Осознание накатило куда более сильным ударом, чем от Килли, заставив упасть на колени. Дом уничтожен, жена и дочь мертвы, оба сына его ненавидят, Император снял регалии аристократа... Маттео понял, что за последние часы потерял абсолютно все...

Краут

…- Как мы возвращались – это отдельная история, - Килли налил себе еще полный стакан медовухи и почти залпом его осушил. – Шерлу-то накрыло уже там, где она сражалась, а меня уже в дороге, где-то спустя сутки. Только тогда я осознал, что и мама, и Бартрем, и куча других хороших слуг... И во имя чего, Одноглазый? За что они это заслужили???

Кулак травника ударился в стол. Краут же, так и не притронувшийся к своей выпивке, наблюдал за горем своего друга и никак не мог сообразить, чем ему сейчас помочь. Хотя, казалось бы, в его жизни уже произошло похожее горе и едва произошло второе. И именно он, один из крайне немногих друзей, смог остановить Луну, когда та уже собиралась постучать в двери.

- Кайден как-то приходил ко мне, когда Нара появилась тут. Вынюхивала про тебя, спрашивала прохожих. Я тогда сразу понял, что она задумала что-то куда более коварное, что-то, что заставит Шерлу страдать. Но честно, не думал, что она доберется аж до столицы, чтобы интриговать твоей семьей.

- Если бы я не поехал...

- То она убила бы их как непригодившийся инструмент. И тогда ты бы все равно поехал, чтобы хотя бы похоронить как подобает, но, ослепленный горем, не заметил бы ловушки, пока в нее не попался. Килли, мне тяжело это говорить, но... боюсь, что твоя семья была обречена с того самого момента, как она нашла Маттео.

- Даже здесь без него не обошлось... Надеюсь, Дарго сжег его...

Новый стакан, новая порция... Голова легла на стол, а глаза закрылись. Бандит подумал, что, несмотря на свою смерть, изумрудная драконица все же смогла добиться своего.

- Почему ты не начал поиски сразу с кухни? – Краут решил попробовать отвлечь Килли, поменяв тему разговора на смежную. – Это же и так понятно, что отправная точка там.

- Это тебе понятно, а я не сыщик. Я травник. Спасаю жизни, а не отнимаю их, понимаешь? – осоловелый взгляд поднялся на Одноглазого. – Да и не дало это ничего. Маттео наверняка сам этим ножом хлеб резал, а потом клал на подносы. Это и объясняет, почему у нас слуги не болели, в отличие от остальных семей – он-то прекрасно знал опасность зеленой чешуи...

- А ты как не заразился?

- Положил в коробку от сигар. Знаешь, небольшие такие коробки по десять штук? Туда как раз все четыре ножа и влезли.

- А где они сейчас?

- Дома. Не знаю, куда их деть, чтобы они просто исчезли навсегда, - рука вновь потянулась к бутылке, но Одноглазый отодвинул ее на себя.

- Килли, хватит. Ты слишком много выпил. Тебе Шерла потом спуску не даст, а потом еще и меня накажет.

- Не накажет. Она сама сейчас пьет. Сказала, что-то про «не сойти с ума» и «он был тогда прав»...

Эпизод сам всплыл из памяти – это именно он рассказал девушке, зачем люди травят себя алкоголем.

- Килли, можно вопрос? Как вы так друг друга чувствуете? Стоит кому-то из вас попасть в передрягу, как второй уже вовсю мчится его спасать. Но удивительно даже не это, а то, что вы всегда знаете где друг друга искать. Объясни мне, как?

Травник слегка улыбнулся...

- Когда-нибудь... я расскажу тебе... о Единении... - ...и заснул.

Килли

После возвращения Шерла действительно упала духом. Единение вновь не транслировало ее эмоций, но теперь лишь ввиду их отсутствия, а не ментальной стены, что она от меня выстроила перед своим исчезновением. И, честно сказать, мне не по себе было от этой пустоты. Словно часть меня будто отмерла.

Ее поведение можно было описать одной фразой: лежит или спит. Даже есть приходила лишь тогда, когда я ее звал, но голод она при этом не чувствовала. Просто механически жевала и глотала то, что лежало на тарелке с абсолютно равнодушным лицом. Хотелось ей помочь... но как?

Оказалось, помочь могло лишь время. С приходом весны, в первые дни активной капели к Шерле стала возвращаться жизнь, а вместе с ней и... кхм... инстинкты. Задержавшись на вызове на дом, я едва успел войти в дом, как был буквально вжат в стену с такой силой, что даже стало больно. Рот оказался зажат поцелуем, мой любимый зеленый костюм рвался под натиском взбесившейся жены.

- Давай хоть до кровати дойдем! – обратился я к ней, как только она оторвалась от моих губ.

- Нет, хочу здесь! – был ответ. И на этом мои возможности связно поговорить, в общем-то, и закончились.

Но это помогло. После этого случая Шерла вернулась к своему обычному состоянию. Снова начались ее ночные отлучки по работе на Одноглазого, снова начались чудачества и дурачества... О Единении я ему, кстати, все же рассказал, а потом пришлось долго убеждать, что все это правда.

- Знаешь, возможно, что ты прав, - сказал он мне после рассказа. – Может, и хорошо, что не вышло у меня ничего с Нанью. Мне моя душа целой нужна.

- Это всего лишь поверье, - усмехнулся я.

- А Луна его знает, Килли. Как по мне, оно что-то уж очень похоже на правду.

- Да брось. Не может такого быть. Мы же просто кровью обменялись, и все. Может, у людей это тоже так сработает.

- С чего вдруг-то? – скептически спросил бандит.

- А почему нет? Кто пробовал-то?

Он явно что-то хотел ответить, но так и не нашел что. Мы пообсуждали местных торговцев, Одноглазый пообещал меня познакомить с одним хорошим человеком, который возит с собой редкие травы на продажу... Закончился этот день Шерлой, а именно ее выражением лица, выражающим одновременно радость, удивление и неверие в происходящее. И фразой, страннее которой в подобной ситуации я не слышал еще никогда...