Строптивая в Академии. Теория истинной любви

Глава 1. Прошлое настигает

Это был особый день. День, когда я впервые вошла в ворота Главной Магической Академии в качестве студентки.

Не верилось, что я имею право здесь находиться. Стоять на каменной мостовой, заглядывать в сводчатые окна, касаться древних, покрытых мхом стен. От осознания этого факта по венам бежали веселые искорки, будто вместо крови в них циркулировало игристое.

Это был день приема первокурсников. Внутренний двор Вышки, как прозвали Академию, заполонили студенты. Все нервничали и были перевозбуждены. Меня тоже потряхивало. Еще бы! Мы прошли серьезный отбор. Как вспомню экзамены и подготовку к ним, так вздрогну. Десятки бессонных ночей, бодрящий напиток на завтрак, обед и ужин, и нервный тик в качестве бонуса.

Желающих поступить было по двадцать молодых магов на место, но выбрали именно нас. Остальным придется довольствоваться учебными заведениями попроще.

Нервничая, я безотчетно терла запястье, где золотом переливался иероглиф в форме птицы. Безумно хотелось призвать личного сателлита, поддержка мне сейчас не помешает, но я себя сдерживала. Не маленькая уже, чтобы в случае чего бежать за помощью.

Другие студенты тоже не торопились вызывать сателлитов. А ведь он есть у каждого мага. Сам по себе человек не обладает силой, только его спутник-сателлит. Поэтому их еще называют «душой мага».

Обычно спутник рождается вместе с магом и проявляется иероглифом на запястье. Но в моем случае было иначе. Пятнадцать лет я была просто человеком, без магии. А потом появилась Кати – мой сателлит – и наделила меня силой.

Вообще-то ее полное имя – Катастрофа, но об этом знаем только мы с ней. Все из-за магии. Каждый раз, когда Кати ее применяет, это выливается в сущий кошмар. Не сосчитать, сколько раз она разрушала мою комнату, а еще подпалила мне волосы, пытаясь быстро их высушить, и уничтожила половину гардероба.

И это далеко не полный список ее грехов. Но я списывала все на необычное появление Кати. У других магов было много лет, чтобы их сателлиты выросли и окрепли. Мне же досталась взрослая особь. Ей просто нужно время, чтобы освоиться.

Была у нас с Кати и еще одна интересная особенность – я ее слышала. Голос Кати звучал прямо в моей голове. Сейчас она восторженно верещала о том, как ей нравится Академия.

— Ух ты, какие витражи! А направо, направо посмотри. Видела, из трубы валит разноцветный дым?

Я лишь снисходительно улыбалась и молчала. Мне-то придется говорить вслух. Не хватало еще, чтобы все подумали, будто я не в себе. Ведь другие маги не слышат своих сателлитов. В этом плане мы с Кати особенные.

Неподалеку от ворот первокурсников разделяли на потоки по кафедрам.

— Диондра Арклей! — выкрикнули мое имя, что вызвало немалый интерес среди студентов.

Высшие фамилии знати на слуху и в единственном числе. Все в курсе, что у Арклеев одна дочь и зовут ее Грэйс. А тут вдруг я.

Игнорируя любопытные взгляды, я забрала свое направление и пошла к менталистам, куда меня определили по магическим способностям. Я присмотрелась к сокурсникам. Все, как ожидалось – богатые, знатные, одним словом, хозяева жизни, привыкшие вытирать о других ноги.

Быть чьим-то ковриком не хотелось, и я заранее готовилась к противостоянию. Одна против всех! Или все-таки нет? Вон та темноволосая девушка и парень рядом с ней одеты по-простому. Никакой пошитой по личным меркам одежды – дешевая ткань, заплатки на локтях. На знать не похожи. Еще и держатся вместе. Парочка? Нет, судя по внешнему сходству, брат и сестра.

Я сама была где-то посередине между верхами и низами. Босячка, которой придали внешний лоск. Но меня не трогали ни насмешки будущих сокурсников, ни намеки, что мне – бывшей беспризорнице – не место в этих величественных стенах. Ничто не могло омрачить лучший день в моей жизни. По крайней мере, я в это свято верила.

Старшекурсники закончили разбивать молодняк на группы и повели их к нужному крыльцу. Академия делилась на кафедры – у каждой свое отдельное здание, между которыми тянулись переходы, соединяя Академию в единый архитектурный ансамбль.

Нашей группе предстояло идти дальше всех, в последнее крыло. Мы миновали кафедру Телекинеза, где даже статуи на крыльце не стояли на месте, как положено, а левитировали в воздухе.

Кафедра Стихий, объединяющая в себе водников, огненных и земляных, отличалась тремя скульптурами перед входом – фонтаном, вечным огнем и земляной насыпью.

Мы прошли Врачевателей, Боевую кафедру, Зельеваров. У крыльца последних провожающий нас старшекурсник ускорился, предупредив:

— Не дышите глубоко! Опять они свой котел раскочегарили. После прошлого раза мы замучились прыщи выводить, — он ткнул пальцем куда-то вверх.

Я запрокинула голову и увидела трубу, из которой валил сиреневый дым. Именно им восхищалась Кати. Я на всякий случай задержала дыхание. Прыщи мне точно ни к чему.

— А это вообще законно – проводить эксперименты в стенах Академии? — насупился первокурсник в дорогом костюме. Готова поспорить, что его отец – законовед. — Если у меня начнутся проблемы с кожей, об этом непременно узнает мой отец, — проворчал он и внезапно добавил: — Ква! — оглянулся в поисках источника звука. — Ква? — спросил он и в ужасе застыл, осознав, что источник – его рот. — Ква, ква, ква! КВА!

Наверняка это была пафосная речь, полная угроз, но у первокурсников она вызвала лишь хохот.

— Я же предупреждал не дышать глубоко. Ну что за народ! — махнул на нас рукой провожатый.

Вскоре о зельеварах было забыто, ведь мы подошли к самой экзотической кафедре – к Природникам. Даже сейчас в день поступления, когда площадь Академии кишела молодыми магами, их преподаватель – сорокалетняя дама с крючковатым носом – не удержалась и привела с собой молодую виверну. Тот факт, что магическое существо еще не выросло окончательно, мало что менял. Даже так виверна была размером с огромного пса и намного его агрессивнее.

Она шипела на всех, кто проходил мимо. Досталось и нам.

— Чокнутая! — возмутился студент из моей группы. — Держит виверну на тонком поводке. Если она сорвется, нам всем здесь конец! Сожрет и не подавится.

Мы торопливо прошли кафедру Природников и поспешили дальше.

Наконец, впереди показалось крыло кафедры Менталистики. Она располагалась особняком. Менталисты считаются странными даже по магическим меркам.

Мы остановились у крыльца нашей кафедры в ожидании куратора. Их назначают из числа старшекурсников. Куратор для курса – король и бог. Именно он распределяет студентов по направлениям, дает задания, отправляет на практику. Хорошие отношения с куратором – залог успешного окончания Академии.

Наш, к слову, бессовестно опаздывал.

— Какого дракона его так долго нет? — возмутился один из парней.

— Кто он вообще такой, почему мы должны его ждать? — поддержал второй.

— Как, вы не знаете, кто нам достался в кураторы? — округлила глаза девчонка с длинной пшеничной косой, а потом сообщила с придыханием: — Морок.

Я нахмурилась. Это еще что за имя такое? Если парня так назвали родители, то у меня для него плохие новости – любимым ребенком он точно не был.

Но выяснилось, что Морок – это прозвище.

— Вэйд Даморри назначен куратором нашего курса? — по нестройным рядам первокурсников пронесся шепот. А вот и имя.

Парни напряженно переглядывались, а девчонки томно вздыхали. Одна я не разделяла всеобщего интереса. У меня на Академию четкие планы – закончить ее с отличием. Именно такое условие мне поставил приемный отец. Выполню его, и он скажет, кем были мои настоящие родители. Ради этого я была готова на все. Узнать свои корни, найти родных – моя главная жизненная цель. Быть одной – невыносимо.

А до тех пор я ноль без палочки – приживалка, подобранная на улице, безродная и беспородная дворняга, живущая милостью сильных мира сего, о чем приемная мать не забывала напоминать мне по три раза на дню.

Не сосчитать сколько раз я представляла, как брошу ей диплом в лицо. Ха! Я лучшая ученица, так-то. Что вы теперь на это скажете, леди Арклей? Но прежде чем это сделать, надо отучиться четыре долгих года. Желательно не отвлекаясь на всяких там Мороков. Кстати, а почему именно Морок?

Последний вопрос я, оказывается, задала вслух, и мне ответила та самая девушка в поношенной одежде, которую я заприметила раньше:

— Потому что он – черный менталист. Их еще называют боевыми.

— Его сателлит – дракон, — добавил шепотом ее брат. — Тоже черный. А ты сама знаешь, как говорят: черный сателлит – черная душа.

— А еще его так прозвали, потому что ему ничего не стоит заполучить любую девушку. Говорят, он им заморачивает головы. Улавливаешь игру слов? Я, кстати, Трина. А это мой брат – Тронт, — резко перескочила она на другую тему. — Будем знакомы.

Все это сестра с братом скороговоркой сообщили мне, а я в ответ шепнула свое имя:

— Дия. Диондра Арклей, если быть точной.

— Ого, из тех самых Арклеев? — восхитились новые знакомые.

Я лишь поморщилась. Из тех, но не совсем. Да, я ношу одно из самых знатных и известных родовых имен королевства. Арклеи – высшая знать. Но это родовое имя не совсем мое. По крайней мере, получила я его не при рождении, а лишь три года назад, когда Гаррет Арклей внезапно для всех, включая собственную семью, удочерил девчонку с улицы.

Зачем он это сделал, никто так и не понял. А грант Арклей не привык объяснять свои поступки и уж точно он никогда ни перед кем не отчитывался. Даже перед родными. Но я получила редкий второй шанс и была готова перегрызть за него глотку.

Разговоры внезапно стихли. К нашей группе первокурсников направлялся высокий парень, лет двадцати двух. Широкий шаг, прямой разворот плеч. Одним словом, походка хозяина жизни.

Я не могла оторвать взгляд от мужской фигуры, и Трина ткнула меня локтем в бок:

— Не пялься. Он этого не любит.

— Это и есть наш куратор? — уточнила я.

— Он самый. Вэйд Даморри собственной персоной.

Несмотря на совет Трины, я все равно пялилась. Но не потому, что поддалась каким-то там чарам Морока. На меня подобные глупости не действуют. Но меня не покидало странное тревожное ощущение, что я уже встречала Вэйда Даморри. Однажды. Когда-то давно. Или мне мерещится?

Пиджак небрежно перекинут через плечо, ворот рубашки расстегнут. Правила Академии по внешнему виду студентов? Он о таких не слышал. Что такому, как он, какие-то там правила… Звезде с личным сателлитом-драконом и сильным даром менталиста никто не указ.

Я смотрела на Вэйда и силилась подобрать эпитет к его внешности. Безупречный? Великолепный? Богоподобный? Грешный? Пожалуй, с последним прилагательным меня куда-то не туда занесло. Хотя изгиб его чувственных губ наверняка навевал мысли о грехе не только у студенток, но и у большей части женского преподавательского состава.

Едва он подошел, как первокурсники окружили его трепещущей стайкой. Кумир среди поклонников.

— Каков павлин! — фыркнула Кати в моих мыслях. Она любила всем давать птичьи клички. Видимо, потому что сама из пернатых. — Но повыдергивай яркие перья из его зада и получится та же курица.

Я хихикнула. Прозвище Павлин у нас однозначно закрепится за куратором. Оно ему идет больше Морока. Умеет Кати поднять настроение. Но вскоре мне стало не до веселья.

Ветер как будто нарочно разогнал тучи над Академией, луч солнца скользнул по медному куполу одной из башен и отразился в лицо Вэйда. Сначала в темных волнистых волосах, а затем стрельнул в глаза. Парень поморщился и отвернулся, прячась от солнечного зайчика.

Все это время Вэйд стоял ко мне в пол-оборота, но вот ракурс изменился, и я увидела его лицо анфас, а не в профиль.

Этого не может быть! Так не бывает! Совпадение, стечение обстоятельств, судьба? Каким еще нелепым словом называют моменты, когда прошлое настигает?

Мое прошлое и настоящее встретились прямо в этой точке. Столкнулись с оглушительным грохотом! Пусть его слышала лишь я, но от этого он не был менее реален.

Как же сильно я ошибалась, полагая, что никто не может омрачить мое пребывание в Академии. Правы те, кто говорят, что оптимизм – это недостаток информации. Кое-что все же могло. Точнее кое-кто. Вэйд, чтоб ему провалиться, Даморри!

Левую щеку куратора пересекал шрам. Довольно глубокий и уродливый, но вот что поразительно – Вэйду он даже шел. Придавал некий шарм, что ли. Но все же бог уже не так безупречен, да?

При виде этого шрама меня охватил озноб. Я почувствовала себя сумасшедшим, испортившим шедевр. Одним из тех, кто режет картины, надеясь что-то кому-то доказать.

Я ничего не хотела доказывать. Я вообще тогда ни о чем не думала, да и не метилась, когда била. Куда попала, туда попала. Оказалось, в лицо.

Этот шрам – моих рук дело. Подарок на память о нашей первой и до сегодняшнего дня единственной встрече. Я свято верила, что никогда больше не увижу парня, которого однажды порезала. Но вот он здесь… и он будет моим куратором как минимум первый год обучения! Если это не карма, то я тогда просто не знаю что.

Оставалась слабая надежда, что Вэйд меня забыл. Три года прошло! Я уже не та чумазая девчонка из подворотни, которую он когда-то пообещал запомнить навсегда.

Взгляд Вэйда пробежался по рядам первокурсников, добрался до меня, и я забыла, как дышать. Прошлое, настоящее, будущее – все смешалось. Грязная подворотня, тупик… Я вжимаюсь в стену спиной, нож в моей руке... Воспоминание накрыло подобно темной воде и утащило на дно прошлого, где я отчаянно барахталась в попытке всплыть в настоящее.

Вэйд не сводил с меня взгляда. Наша игра в гляделки затянулась, уже другие начали обращать внимание. Но у меня не было сил, чтобы отвернуться. Я только и могла гадать: вспомнил или нет? Непонятно. А ведь это единственное, что сейчас действительно важно.

Прошлое – это то, из чего мы состоим. То, что нас определяет. Измени хоть один фрагмент, и все будет другим. Пошел утром по новой дороге и встретил любовь всей жизни. Выбрал привычный маршрут – так и остался в одиночестве. Счастливый влюбленный и одинокий меланхолик – это два разных человека, как ни крути.

Вся наша жизнь состоит из таких вот моментов, о большинстве из которых мы даже не подозреваем. Но я свой момент точно знала. Он случился три года назад и изменил все.

Я жила на улице, сколько себя помню. Родители? Я не понимала значения этого слова. Для меня это просто восемь бессмысленных букв. Нет, наверняка, меня кто-то зачал и родил, но на этом наши отношения закончились.

Детские приюты в трущобах – то еще место. Никому не советую. Там дети выживают как могут.

Вот и я… выживала. У меня не было магии, а значит, и будущего. Я подворовывала еду и так по мелочи то, что плохо лежало. О прибыли речи не шло, я просто хотела есть.

Но в тот раз меня постигла неудача. Я напоролась на магов. Студентов из Вышки отправили на улицы набираться опыта - ловить беспризорников. И надо же было нашим путям пересечься.

— Дия, беги! — успел мне крикнуть другой беспризорник, и я сорвалась с места.

Я выжимала из тела все, на что оно было способно. Ноги будто вовсе не касались земли. Я летела! Но даже так моей скорости было недостаточно. Преследователь был старше и быстрее. Намного. Он нагнал меня в подворотне, куда я свернула, рассчитывая затеряться.

Удар по плечу, и меня отбросило к стене. Сейчас я думаю, что вряд ли маг планировал меня бить, скорее пытался поймать, просто на бегу вышло неловко. Но в тот момент я здорово перепугалась.

Я вжалась спиной в стену. Рука по привычке нырнула в карман и нащупала рукоять ножа. Я подобрала его в мусоре и с тех пор с ним не расставалась. Ржавое тупое лезвие все еще было опасным, если знаешь, как бить.

Маг не заметил мой маневр. Он был в азарте погони. Решив, что сила на его стороне, он потянулся, чтобы схватить добычу. Видимо, его не учили, что загнанный в угол зверь намного опаснее.

Его пальцы сомкнулись на моем плече. От страха мои веки широко распахнулись. Это было роковой ошибкой. Случайный взгляд в чужие глаза, и я угодила в ловушку.

Остальное я помню отрывками. Глаза. Они у мага были голубые, но не как небо. Скорее, как вековой ледник. Холодные, злые. Аж мороз по коже. Я замерзла от одного взгляда в них. Казалось, температура вокруг упала, и вот-вот изо рта пойдет пар, как бывает на морозе.

Вместе с холодом было что-то еще. Идущее от мага и проникающее в меня. Ужас.

Я тогда понятия не имела, что передо мной менталист. Что вообще бывают такие люди, способные пробраться тебе в голову и перекроить там все на свой лад. Мне встретился худший из возможных вариантов – черный. Тот, кто насылает жуткие пугающие эмоции. Один такой сильный маг способен заставить армию бежать в ужасе с поля боя.

Этот маг был очень силен, вот только перед ним была не армия, а всего-навсего я – и без того насмерть перепуганная девчонка. Но ему было плевать. Он ударил по мне всей своей мощью.

То ли маг не рассчитал силу, то ли я слишком его разозлила, и он сделал это нарочно, теперь уже неважно. Одно точно – он меня уничтожил. Маг нашел и вытащил на свет все, что когда-либо пугало меня. Голод, холод, темнота – сотни детских страхов враз обрушились на мое сознание.

Боль. Вполне реальная. Пусть маг касался лишь моего плеча, казалось, все мое тело корчится в агонии.

Перерождение. Меня будто разобрали на составляющие – содрали кожу, вырвали позвоночник, перебрали кости, а потом начали складывать заново. Особенно сильно жгло почему-то правое запястье.

Все это я ощущала так остро, что хотелось орать до сорванного горла. Вот только сил не было даже на слабый стон.

Сколько это длилось? Для меня – вечность. Для других, вероятно, секунды. Одно точно – в тот день Диондра из трущоб перестала существовать. Ее место заняла другая девушка, одаренная магией. Что бы маг не сделал, это пробудило меня.

Но тогда я этого еще не осознавала. Я лишь хотела остановить кошмар. Любым способом! Если для этого надо убить мага… что ж, я была готова.

Рукоять ножа в моей ладони напомнила о себе прохладой. Я не думала, просто делала. Ударила наугад, полоснула ножом, не глядя. Никуда конкретно не метила, более того зажмурилась от страха. Я была в ужасе и всерьез верила, что сражаюсь за собственную жизнь!

Я попала. Куда-то. Лезвие с чавкающим звуком вспороло кожу, и я ощутила, как на пальцы хлынуло что-то горячее и липкое. Кровь!

В тот же миг боль исчезла. Вместо нее накатила слабость. Такая сильная, что я не удержала нож, и он упал на землю.

С трудом разлепив веки, я увидела напротив мага с перекошенным от злости лицом. Темные пряди прилипли к вспотевшему лбу, а левая щека походила на кровавое месиво.

Сильные пальцы впились мне в плечи и встряхнули.

— Ты что наделала, маленькая тварь? — прорычал маг, и я ощутила брызги крови на своем лице.

Меня замутило, но я нашла в себе силы выдохнуть:

— Отвали!

— Ты что-то вякнула, дрянь? — оскалился он.

Ровные белые зубы на окровавленном лице смотрелись жутко. Маг походил на одержимого, и я предпочла отвести взгляд.

— Что тут у тебя? — сквозь окутывающую меня дурноту донесся посторонний мужской голос.

— Эта мелкая гадина меня порезала, — ответил мой мучитель, голос которого я отныне никогда не забуду.

— И что теперь, твое личико уже не столь безупречно? Девочки перестанут давать?

— Пошел ты! — огрызнулся мучитель.

Мне повезло, что между парнями были напряженные отношения. Пока они заняты собой, им не до меня. Мучитель и тот отпустил, и я сползла по стене на землю. Может, если сидеть достаточно тихо, то обо мне забудут?

— Ты же не станешь сводить счеты с девчонкой? — заступился за меня второй.

Тиски страха немного ослабли, и я глубоко судорожно вздохнула, словно утопающий, вынырнувший на поверхность воды. Кажется, еще поживу.

— Как ты только не сжег ей разум… — второй подошел ближе. — Зачем ударил в полную силу?

Мучитель посмотрел на собственные руки так, словно видел их впервые, и пробормотал:

— Да я вообще магию не применял…

— Оно и видно. Эй, ты в порядке? — второй пощелкал пальцами перед моим лицом.

Я не ответила. Они говорили, а я не могла. Во мне что-то происходило. Прямо внутри.

— Надо сообщить о ней куратору, — вздохнул второй, не дождавшись от меня ответа.

— Зачем ему какая-то девчонка? — поморщился мучитель.

— Глянь на ее запястье. У нее сателлит. Значит, владеет магией. Нельзя оставлять ее на улице. Она явно неучтенная.

Мы с мучителем одновременно перевели взгляд на мое правое запястье. Уж не знаю, кто больше удивился – он или я. Но мы точно оба были в шоке. На моей коже пока едва заметно обозначился иероглиф – верный признак наличия сателлита. Но еще десять минут назад его не было! Точнее его не было до того, как мучитель коснулся меня. Он что же… пробудил во мне магию? Поэтому было так паршиво?

Я не слышала о подобных случаях. Я вообще до смешного мало знала о магии. В трущобах маги почти не встречаются. Если у тебя есть сателлит, ты переезжаешь в место получше.

Мучитель тряхнул головой, словно прогоняя морок. Его глаза снова зло сузились. Стерев рукавом кровь со щеки, он наклонился и шепнул мне на ухо:

— Я тебя запомнил, дрянь. Однажды сочтемся.

С той памятной встречи прошло три года. Не было ни одной ночи, чтобы мучитель не снился мне в кошмарах. Настойчиво приходил снова и снова, заставляя меня просыпаться с криком.

И все же я надеялась, что в реальности мы больше никогда не встретимся. Я даже имени его не знала. До этого дня.

Но теперь я в курсе, кто это был. Вэйд, чтоб его, Даморри. Говорят, иногда любовь возникает с первого взгляда. Между нами тоже с первого взгляда возникло сильное чувство. Ненависть.

Если Вэйд меня все же запомнил, то мне придется сильно постараться, чтобы остаться в Академии. Это будет чертовски сложный год.

Глава 2. Узнал или нет?

— Любое ментальное воздействие на других студентов, кураторов и, упаси вас дракон, на преподавателей строго запрещено, — голос Вэйда Даморри ворвался в поток моих воспоминаний.

Столько лет прошло, а он все еще вызывает у меня нервный озноб. Лопатки затекли, так я напряглась. Казалось, сзади, со спины ко мне подступает навеянный им кошмар.

Я с силой сдавила запястье, но все же удержалась от призыва сателлита. Нельзя показывать слабость. К тому же в словах Вэйда мелькнула надежда для меня. Если в стенах Академии запрещено использовать ментальную магию, то и к нему это тоже относится, верно?

— Нарушение запрета карается максимально строго – отчислением без права восстановления, — добавил Вэйд.

Звучит отлично. Я приободрилась. Надеюсь, запрет распространяется не только на студентов, но и на кураторов. Я уж точно буду паинькой. Речь все-таки идет о моем обучении в Академии. «Ничто не заставит меня нарушить запрет!» – решила я твердо. Кто бы знал, что уже через десять минут я вляпаюсь в неприятности.

Вэйд вроде как потерял ко мне интерес. Объяснял правила первокурсникам и даже не смотрел в мою сторону. По крайней мере, не в открытую. Так, иногда бросал беглые взгляды. Каждый раз я задыхалась, ловя его на себе. Огромная площадь Академии определенно тесна для нас двоих.

С каким удовольствием я бы никогда больше не видела Вэйда Даморри! Но очевидно, что теперь мы обречены на подобные встречи. Надо учиться справляться с эмоциями рядом с ним. Пока еще не придумала как. Может, Кати что-то посоветует.

Вэйд все не затыкался, перечисляя правила Академии. Он буквально упивался собственным голосом. Вот это самолюбование! Впрочем, студенты слушали его, открыв рты. Особенно женская половина. Одна я маялась.

А потом все неуловимо изменилось. Началось с шума за нашими спинами. Со стороны кафедры Природников донеслись крики, быстро перешедшие в визг. Что там происходит? С этой мыслью я обернулась, а вместе со мной и все первокурсники-менталисты. Да так и застыли с открытыми ртами.

Когда на тебя несется туша весом за сто килограмм, оснащенная когтями и клыками, как-то сразу понимаешь – бежать смысла нет. Кричать, впрочем, тоже. Вряд ли вопль остановит монстра. Разве что ухудшит ему пищеварительный процесс, но тебе будет уже все равно.

К нашей группе на всех парах летела виверна. Чудовище сорвалось с тонкого поводка, что было в общем-то прогнозируемо. Преподаватель Природников оказалась на удивление неумной дамой.

— Быстро, все на крыльцо! Встаньте за мной, — скомандовал Вэйд.

Он – единственный, кто не растерялся. Бросив пиджак на землю, загородил собой сбившихся в стайку первокурсников. Этакая живая скала между нами и виверной. Против воли я отметила его бесстрашие, а заодно получила ответ на свой вопрос – кураторам, похоже, можно все. Даже воздействовать магией на других.

Время замедлило бег. Исчезли звуки, растаяли очертания зданий. Я видела лишь Вэйда, а слышала исключительно бешеный стук собственного насмерть перепуганного сердца. Даморри использовал магию. Второй раз в моей жизни я наблюдала черного менталиста в деле. И пусть сейчас его сила была направлена на виверну, а не на меня, мне от этого было нелегче. Мой кошмар ожил! Желудок скрутило, но я не могла пошевелиться. Если меня стошнит, то прямо на собственные ботинки.

Вокруг царила паника. Первокурсники визжали и ломились в запертую дверь кафедры. Виверна скалилась и била хвостом. Преподаватель Природников кричала, чтобы мы не смели причинять вред редкому животному.

— Она добрая, не бойтесь! — убеждала преподаватель и пыталась призвать виверну обратно: — Крошка, успокойся, иди к маме.

Но Крошка – надо же было так назвать монстра! – в ответ лишь утробно рычала. Плевать она хотела на авторитеты. А, может, преподавательница таковой не являлась.

Спокойны были лишь двое – я и Даморри. Я просто замерла неподвижным истуканом посреди хаоса, а Вэйд творил магию. Черный туман ужаса постепенно охватывал площадь Академии. Вот он – истинный Морок. Наконец, я поняла, почему его так называют. Он был одновременно страшен и прекрасен в своей бесконечной мощи.

Но что-то было не так. Черная ментальная магия, без сомнений, сильна. Ее даже боевики признают и побаиваются, чего уж там. Но, похоже, не виверны. По крайней мере, эту конкретную воздействие Вэйда лишь злило. Какой бы кошмар он не наслал на нее, виверна не собиралась сдаваться. Еще немного – и она бросится прямо на него.

А это неплохой шанс сменить куратора, прикинула я. Едва ли в ближайшее время представится еще один. Все, что от меня требовалось, тихо постоять в сторонке.

Именно так я и планировала поступить. В конце концов, Вэйд только что запретил нам использовать магию в стенах Академии! И вообще во что-либо ввязываться. А я послушная студентка и не хочу вылететь с учебы.

Одна беда – проклятый зуд в районе правого запястья. Именно там, под кожей переливался иероглиф сателлита. Если во мне и есть лучшая часть – справедливая, честная, благородная – то она, без сомнений, принадлежит Кати. Не спутник, а совесть – вот кто мне достался.

— Надо что-то делать! — вот и сейчас Кати не могла остаться в стороне. — Позволь мне применить магию.

Каждый раз, когда я слышала от нее – я помогу! – заранее хотелось провалиться под землю. Я была не готова к очередному проколу своего сателлита. Опозориться в первый же день учебы – вот это реально кошмар. Пусть лучше меня сожрет виверна!

— Я сама, не встревай, — буркнула я сателлиту и шагнула вперед.

Вэйд действовал неправильно. Он пугал, чем вызывал у виверны еще большую агрессию, а вместе с ней защитную реакцию – разорвать источник страха. Возможно, на людях это работало, но у животных все иначе. Их нужно успокоить.

Времени на объяснения не было. Когда тебя вот-вот сожрут, как-то не до светской беседы. Поэтому я просто шагнула вперед, отделяясь от сбившихся в дрожащую толпу первокурсников.

— Ты куда?! — попыталась удержать меня Трина, но я, дернув плечом, скинула ее руку.

Еще несколько аккуратных шажков. Надо подойти ближе. Я осторожно продвигалась вперед, а сама бормотала себе под нос, обращаясь к виверне:

— Тише, тише, все хорошо. Никто не причинит тебе вреда.

Приемный отец говорил, что у меня есть особое умение. Якобы мой голос, пропитанный магией, успокаивает. Он часто просил меня почитать ему вечером, так он расслаблялся после тяжелого дня.

Вот только никто кроме него не замечал за мной этой чудесной способности. Возможно, он вовсе ее выдумал. В таком случае виверна меня точно сожрет, а виновата в этом будет беспечность преподавателя Природников и немного Кати, которой вечно надо больше всех.

Уж не знаю, что подействовало на виверну – мой убаюкивающий голос или, то, что я боялась ее сильнее, чем она меня. А может, я просто отвлекла Вэйда, и он перестал пугать животное… Но распахнутые в сторону крылья виверны дрогнули и медленно начали складываться. Она часто заморгала, оглядываясь с таким видом, точно не понимала, как сюда попала и что вообще происходит.

— Умница, Крошка, — похвалила ее преподаватель Природников. — Иди сюда, я отведу тебя в стойло и угощу вкусной морковкой.

Я лично считала, что виверну стоит угостить розгами, но преподаватель Природников была другого мнения. Она сюсюкала над чудовищем, словно это милый котенок. И, как ни странно, это работало.

— Даморри, будьте добры, отойдите, — велела преподаватель Вэйду. — Вы пугаете Крошку.

Вэйд поморщился, но спорить не стал, попятился. Пару шагов назад, и он наткнулся на меня. Резко обернулся, и наши взгляды в который раз за это утро встретились. Его – злой до чертиков, и мой из разряда «я вообще тут ни при чем, просто мимо проходила».

— Студентка Арклей, — следующие слова Вэйда продемонстрировали, что ему отлично известно мое имя, — Нарушая правила Академии, вы позорите свой род. — Но я не применяла магию! — возмутилась.

— Еще и неуч, — поморщился Вэйд.

Мажору повезло, что у меня сейчас нет ножа, не то я бы применила его по назначению второй раз. Я же ничего не сделала! Возможно, спасла его драгоценное лицо от нового шрама. Где благодарность?

Преподаватель Природников между тем накинула хомут на шею виверне и подкрепила его магией. Но этого ей показалось мало, и она вступилась за меня:

— Если бы не эта девочка, Крошка могла кого-то укусить. Ваша первокурсница справилась с заданием, с которым вы не смогли, куратор Даморри. Думаю, она заслуживает похвалу.

Я мысленно застонала. Кто ее за язык тянул? Преподаватель Природников даже не поняла, что сделала. Она при всех подчеркнула, что Вэйд не справился, а я – да. Унизила его за мой счет. Это все слышали! Весь первый курс менталистов. Естественно, вся злость Даморри достанется мне.

Едва преподаватель Природников гордо удалилась на пару с виверной, Вэйд рявкнул:

— Чего стоите, открыв рты? Быстро все по комнатам! — проходя мимо меня, он добавил: — Первое взыскание, студентка Арклей.

Я вздохнула. Не успела поступить, а уже нарвалась. Но все же взыскание не исключение, переживу. Интересно, чем мне это грозит?

Но хуже всего даже не то, что Вэйд наказал ни за что, а то, что у меня снова нашлись заступники. Да что ж такое! Я вроде никого не просила меня защищать.

— Диондра не виновата, — вмешалась Трина. — Она нас всех спасла.

— Хотите со мной поспорить, студентка Райс? — сощурился Вэйд. — Что ж, если вы так дружны, то с радостью разделите взыскание на двоих. Кто-то еще хочет высказаться?

Последнее было адресовано всем первокурсникам. Желающих что-то сказать предсказуемо не нашлось. Один за другим студенты поднимались по крыльцу и исчезали в дверях кафедры Менталистики, которые Вэйд распахнул взмахом руки.

Я бы тоже с удовольствием последовала за ними, но Даморри перегородил мне путь.

— Я могу пройти? — спросила, глядя себе под ноги.

Сверху донесся смешок. Я не удержалась и все-таки вскинула голову. Заглянула в злые глаза, и снова меня окатило холодом. Можно оставить надежду на мирное сосуществование с Вэйдом Даморри. Ничего не выйдет.

Он все же посторонился, а когда я проходила мимо, наклонился и шепнул так, чтобы слышала только я:

— Беспризорнице в Высшей Академии не место.

Я резко обернулась, но Вэйд уже смотрел в другую сторону и вроде вовсе ничего не говорил. Но мне не почудилось! Даморри ясно дал понять, что узнал меня. В восемнадцатилетней первокурснице он без труда опознал уличную девчонку, оставившую шрам на его щеке. Для меня это означало только одно – мне конец.

Глава 3. Из грязи в князи

Три года назад пойманных беспризорников отвезли в распределитель для передачи под надзор, и меня после встречи с мучителем тоже. Там моя судьба сделала еще один кульбит.

Я дожидалась своей участи вместе с другими беспризорниками. Всего нас было пятеро – трое мальчишек и две девчонки.

Я сидела поодаль, не сводя глаз с собственного запястья. Все водила по нему пальцем, пытаясь стереть странный рисунок, но он как будто был вживлен под кожу. В голове сотнями роились мысли – что это, откуда, почему сейчас? А главное – чем мне это грозит?

Именно тогда я впервые встретила гранта Гаррета Арклея. Но сначала услышала его голос:

— Было ли сегодня что-то интересное? — по коридору разнесся мягкий баритон.

— В одной беспризорнице проснулась магия, — ответил ему скрипучий голос надзорного.

Я вздрогнула. Это они обо мне? Прижавшись спиной к холодной стене, я отчаянно хотела с ней слиться.

— Сколько ей лет?

— Пятнадцать, ваша светлость.

— Очень интересно.

Вслед за голосом из-за поворота появился статный мужчина в дорогом костюме. Он подошел ближе. В ответ беспризорники ощетинились подобно ежикам и разве что не зашипели. Одна я сидела без движения и на всякий случай не дышала.

— Не пойму, зачем вам эти оборванцы, грант Арклей, — буркнул надзорный.

— Не твоего ума дела, — отмахнулся мужчина.

Обычно скорый на расправы надзорный молча проглотил оскорбление, а это говорило о том, что перед нами кто-то важный.

Грант пригляделся к каждому, без труда опознал во мне ту самую с пробудившейся магией и подошел ближе. В ноздри ударил аромат его одеколона. Такой чистый, что аж слезы на глаза навернулись. До этого я нюхала исключительно сточные воды в канавах. Грант Арклей пах, как святой, пришедший в бренный мир. Клянусь, я даже видела сияние над его головой. Или это лампа отсвечивала?

— Как интересно, — он взял меня за запястье. Осторожно так, двумя пальцами, чтобы не испачкаться. — Что это у тебя? Иероглиф сателлита? Ты у нас алмаз в навозной куче, да?

Я втянула голову в плечи. Пусть от гранта хорошо пахло, а его голос звучал успокаивающе, я нутром чуяла, что за приятным фасадом скрывается мрак. Улица развивает шестое чувство. Без него здесь не выжить.

— Как это произошло? — потребовал объяснений грант. — Каким образом в тебе появилась магия?

— Я не обязана отчитываться. Вы мне никто, — по привычке огрызнулась я, не желая рассказывать про мучителя. Я все-таки его порезала, а за это полагается наказание. Я еще не выжила из ума, чтобы доносить на саму себя.

— Если стану кем-то, отчитаешься? — задал грант неожиданный вопрос.

Псих, решила я. Или того хуже – извращенец. Ни один нормальный представитель знати не свяжется с беспризорницей.

— Что же ты умеешь, девочка? — между тем, поинтересовался грант.

Я пожала плечами. Откуда мне знать? Отметине на моем запястье от силы пара часов.

Мужчина, не получив ответ, поджал губы. Вроде как разочаровался. Мне это жутко не понравилось. Вдруг захотелось его впечатлить. Сделать так, чтобы этот мажор рот открыл от удивления. Я напыжилась изо всех сил, сама толком не понимая, чего добиваюсь.

А грант запрокинул голову и рассмеялся. Мелодично так, совсем не зло, но все равно обидно, потому что снисходительно.

— Само очарование! — произнес он. — Очень милая попытка. Если согласишься пойти со мной, обещаю голодать не будешь. Но предупреждаю честно, жить легче не станет. Что скажешь?

В тот момент я не особо поняла, о чем он говорит. Услышала только «голодать не будешь». Прочее прозвучало фоном. Для беспризорницы, которая никогда в жизни не ела досыта, это были волшебные слова. Будто сбылись все мои мечты разом! Больше и желать-то нечего… Естественно, я, не раздумывая толком, кивнула.

— Отлично, — грант Арклей выпрямился. — Значит, идешь со мной. Так тому и быть.

Он вытащил белоснежный платок из кармана пиджака и тщательно оттер им пальцы, которыми касался меня, а затем бросил платок на пол. Просто взял и выбросил красивую дорогую вещь, потому что она, по его мнению, отслужила свое.

Таким он был – использовал всех и все, а потом выбрасывал, как только они переставали приносить пользу. Я догадывалась, что однажды он так же поступит со мной. Но пока я зачем-то ему нужна, грех этим не воспользоваться.

Отлично помню, как грант привез меня в свой дом. Я переступила порог огромного особняка в благоговейном трепете. Все это принадлежит одному человеку? Ладно, пусть не одному, а его семье. Но все равно это слишком, невероятно много!

Никогда я еще не ощущала себя столь ничтожно мелкой. Было страшно ступать на дорогой паркет. Казалось, я пачкаю все до чего дотрагиваюсь. Хотя почему «казалось»? Все так и было. Моя одежда, да и я сама были слишком грязными для этого идеального места, но грант Арклей как будто этого не замечал.

Он лично проводил меня в гостиную, где представил семье.

— Знакомьтесь, это… — он оглянулся на меня, сообразив, что так и не узнал имени.

— Диондра, — пискнула я.

— Именно так, — кивнул он. — Диондра Арклей. Начиная с этого дня, она живет с нами. Я пока еще не оформил документы, но это вопрос ближайшего времени.

Я потеряла дар речи, да и связь с реальностью. Грант хотел меня удочерить? Подобное не укладывалось в голове. Нет, я слышала, что богатеи порой подбирает бездомных зверушек и приносят их в дом. Но грант Арклей пошел дальше – он подобрал меня, беспризорницу с сомнительным прошлым и непонятным происхождением.

Я очнулась от крика. Светловолосая дама лет сорока обвиняла гранта:

— Где ты взял эту бродяжку? — возмущалась она. — Стой, я все поняла! Это твоя внебрачная дочь? Ты нагулял ее за моей спиной?

Тут-то до меня и дошло, что дама – леди Арклей, жена гранта. Ее подозрения можно понять. Не каждый день мужья приводят в дом подобранных с улицы детей. Я, грешным делом, подумала – вдруг она права? С какой еще стати я понадобилась столь важному господину?

— Не говори глупости, Кармель, — поморщился грант. — Будь у меня любовница, я бы не стал ее скрывать.

Леди Арклей задохнулась от возмущения. Тогда ей на помощь пришла девушка примерно одного со мной возраста. Она так походила на жену гранта – такая же светловолосая и надменная, что было очевидно – это ее дочь.

— Я никогда… Никогда! Не назову это существо сестрой, — выпалила она.

— Твое мнение, Грэйс, — отмахнулся грант, — вовсе никого не интересует.

Никто не смел возражать гранту Арклею, и я осталась. Первое время я все ждала, что маг с порезом на щеке явится за мной. Я ранила его! Такое не прощают. Но дни сменялись неделями, а те – месяцами, никто не приходил по мою душу, и я успокоилась. Я забыла его. Стерла из памяти, будто его и не существовало никогда. Только в кошмарах он упорно являлся мне, но я научилась с ними жить. И уж точно я не ожидала, что судьба подбросит мне новую встречу с ним в Академии, которую мне жизненно важно окончить с отличием.

Грэйс – дочь четы Арклеев – слово сдержала. Два года, прожитые с ней под одной крышей, прошли под знаком войны. А потом «сестра» поступила в Академию и уехала – она была старше меня на год. Целый год спокойствия!

Самое отвратительное, что мы с Грэйс оказались похожи внешне. Как будто реально родились сестрами. Это невыносимо бесило нас обеих. Всю нашу вынужденную совместную жизнь под одной крышей мы всячески подчеркивали, что между нам нет никакого родства. Ни единой общей мерзкой капли крови!

Моя сводная сестра, как и я, была блондинкой. Вот только Грэйс в отличие от меня имела склонность к полноте. Это ей досталось от матери. Если сравнивать женщин с экипажами, то леди Арклей была дормезом – большим и неповоротливым, зато вместительным. А вот Грэйс упорно желала оставаться бричкой – легкой и воздушной.

Пока я без вреда для фигуры уплетала булочки, Грэйс тщательно следила за питанием: не ела жирного, жареного, ограничивала порции и ненавидела меня за это еще сильнее. Если она так издевалась над собой, представьте, что она творила со мной?

Впрочем, я в долгу не оставалась. Правила улицы просты, и я по-прежнему им следовала: улица не прощает, улица не забывает, улица всегда берет свое.

Мы ссорились с Грэйс по каждому поводу и без него. Чего только не было за эти два года! Обрезанные волосы, подложенные в кровать пауки. Соль в чае и сахар в еде. Мы крали и прятали вещи друг друга, подливали краситель в средства для мытья. Одним словом, делали все возможное, чтобы навредить.

Но черту я никогда не переходила. Все потому, что отлично осознавала, чем обязана гранту Арклею. Да всем! И в первую очередь своей никчемной жизнью. Без него я бы сгинула где-нибудь в трущобах. Меня бы доконал или голод, или тиф, или прирезал кто-то из своих же за булочку.

Но моя благодарность касалась исключительно гранта. Он – единственный, кто нормально ко мне относился. Остальные меня терпели. Даже прислуга. Я уже молчу о леди Арклей и ее дочери. Те меня люто ненавидели и не считали нужным это скрывать. А я просто отвечала им взаимностью. Так и жили.

Три года леди Арклей измывалась надо мной. Я думала на улице было тяжело, но настоящая каторга началась здесь. Бесконечные правила, наказания за любую провинность. Я вечно ходила в синяках точно пятнистый барс. Все потому, что не умела терпеть молча и вечно лезла чуть ли не в драку.

А когда леди Арклей окончательно меня доводила, я называла ее "мамочкой", что вызывало у нее нервную трясучку. Одним словом, ничего не поменялось. Я продолжала выживать. Разве что не голодала, тут грант не обманул.

Из меня с остервенением вытачивали леди, безжалостно выкорчевывая все лишнее. Но материал был так себе, с гнильцой. Практически любой вещи можно придать лоск – зашлифовать, покрасить. Но под внешним слоем, глубоко внутри она останется прежней. Так было и со мной.

Помимо этикета меня учили разным наукам. Я толком не умела даже читать, о письме вовсе молчу. Все это я постигала в ускоренном темпе, но заставлять меня не приходилось. У меня была веская причина учиться.

Никто так и не понял, зачем грант Арклей удочерил беспризорницу. Сотни раз его об этом спрашивала жена, чаще задавала вопросы только я сама, но он каждый раз отвечал по-разному.

— Ты напомнила мне покойную мать.

— Я хотел, чтобы у Грэйс была сестра.

— Я не мог бросить на произвол судьбы девочку с магическим даром.

И еще куча других вариантов, но ни слова правды. Это понимали все, включая меня. Магия у меня действительно была, даже сателлит появился со временем, и я научилась его призывать в материальный мир. Но мой дар не был выдающимся. Я вообще ничем не была примечательна. Вот только грант Арклей что-то такое во мне разглядел, о чем упорно молчал.

Я поклялась это выяснить и в какой-то момент пришла к выводу, что тайна кроется в моем происхождении. Нет, я не верила, что являюсь внебрачной дочерью гранта Арклея. Вряд ли все настолько банально.

Благодаря наукам я узнала много интересного. Например, что личный сателлит показывает к какому роду принадлежит маг. Вот и тут пригодилось умение читать. Я перерыла кучу книг в поисках сходства с Кати. Найти родных стало моей одержимостью. Я думала об этом день и ночь напролет. Но перечитав сотни книг с описанием тысячи сателлитов, я так и не нашла никого похожего на Кати.

В какой-то момент грант Арклей заметил мой интерес и предложил:

— Я помогу тебе отыскать родню, Диондра, но сначала ты должна поступить в Главную Магическую Академию и окончить ее с отличием.

— А вы это можете? — округлила я глаза.

— Я могу все, — пожал он плечами.

Хотелось кричать: «Что ж ты раньше молчал»! Но я сдержалась. Грант может найти моих родных! Ссориться с ним неразумно.

К тому времени я неплохо изучила гранта Арклея. Если он что-то решил, его не переубедить. Я могу ползать за ним на коленях, умоляя сказать правду, могу приставить нож к его горлу, но он рта не раскроет, пока я не выполню условия сделки.

Я согласилась. Если ради правды мне придется окончить дурацкую Академию, я это сделаю.

В конце концов, я была рада сбежать из дома, где даже слуги смотрят свысока. Казалось, в Академии меня ждет лучшая жизнь.

Теорию я сдала на отлично. Проблемы возникли с практикой. Магия давалась мне плохо.

— Столь позднее появление сателлита чревато последствиями. Такому магу сильным не стать, — снисходительно вздохнул экзаменатор.

Я тогда промолчала, но про себя решила – я докажу всем, как они ошибаются. Рано на мне поставили крест.

А сейчас к данному себе слову добавила еще одно – я не позволю какому-то мажору все испортить. Пусть Даморри и не надеется меня сожрать. Подавится!

Глава 4. В стенах Академии

Гад! Чертов Морок! Зажравшийся мажор! Я костерила Даморри последними словами. Ненавижу! Мало я его тогда порезала, ох, мало. Надо было вовсе прикончить. Вэйд Даморри до сих пор жив только потому, что убийство карается королевским законом.

Естественно, ругалась я про себя. Я еще не выжила из ума, чтобы ссориться с куратором. А что, если попросить его заменить? Ну да, у всего курса будет Вэйд. И одна я не такая. Увы, это нереально.

Усилием воли я выбросила ненавистного Даморри из головы и сосредоточилась на насущном. Надо найти комнату, которая станет мне домом на ближайшие четыре года.

Вслед за другими первокурсниками я прошла в общежитие кафедры Менталистики. Сверилась с выданным на входе листом. Там значилась комната пятьдесят три. Далековато меня занесло. Судя по номерам на дверях, топать на самый верх. Буду жить где-то под чердаком, а то и вовсе на нем.

Воображение нарисовало тесную каморку, пыльную, всю в паутине. Ну и ладно, мне не привыкать. На улице бывали условия и похуже. Преодолев кучу ступеней, я нашла комнату с номером пятьдесят три на двери, распахнула ее без энтузиазма, но уже в следующий миг застыла на пороге с открытым ртом.

Три года я прожила в огромном особняке семейства Арклей, но так и не привыкла к роскоши. Просто никогда не забывала – это все не мое. В любой момент меня могут вышвырнуть обратно на улицу.

Поэтому от комнаты в общежитии не ожидала ничего особенного. Мне бы сгодилась и каморка! Зато своя, собственная. Но меня ждали хоромы.

Оказывается, на верхних этажах общежития расположены лучшие комнаты. Из их панорамных окон открывается потрясающий вид на Академию. Она лежала передо мной, как на ладони.

Собственно, вид из окна – первое, что я заметила. Потом уже увидела дорогую мебель, натуральные ткани, паркет из редкой древесины, картины на стенах. Как будто я в музее, а не в спальне студента.

А под конец до меня дошло – кроватей-то две! Забудь, Дия, про уютный отдельный уголок. У тебя есть соседка.

Приглядевшись к кровати соседки, я похолодела. Узнаю эту одержимость золотыми акцентами. Ручки тумбочек, узор на столбиках кровати, лампа – все блестело желтым металлом. Если собрать это добро и продать, то трущобы могли бы шикарно жить целый год.

— Думаешь, это они? — спросила Кати в моих мыслях. Она всегда говорила о магах во множественном числе, помня о том, что у каждого есть еще сателлит.

— Есть такие опасения, — кивнула я.

— Дия, ты определенно проклята. Ничем иным такое невезение не объяснить, — вынесла вердикт Кати.

Вот уж поддержала так поддержала. Иногда мне кажется, что Катастрофа послана мне в наказание за грехи. Знать бы еще за какие, я бы искупила! До появления сателлита в моих мыслях царила блаженная тишина. Никто не лез с непрошенным советом, не комментировал происходящее, а главное – не подставлял меня неудачами в магии.

От общения с Кати меня отвлекла открывшаяся дверь в ванную. Личную, между прочим, только на нашу комнату. Тогда как основной курс моется в общих душевых.

Увидев свою соседку, я резко захотела сменить комнату. Догадка оказалась верна. Общие душевые? Это же прекрасно! Всю жизнь мечтала мыться в компании студенток. Честное слово, я бы предпочла делить комнату с виверной Крошкой. Потому что даже чудовище безобиднее моей сводной сестры.

— Ты, — выдохнули мы с Грэйс одновременно.

Затем последовала минута молчания. Гробовая. Мы поминали нашу спокойную мирную жизнь в Академии. Не будет ее. Только не когда мы рядом.

Мы обе осознавали тот факт, что нам придется жить вместе. В одной комнате! Это как соединить двух змей в тесной банке. Кому пришла в голову подобная «гениальная» идея? Мы же перегрызем друг другу глотки еще до конца года. Как будто мне Вэйда Даморри мало.

— Папуля, — ответила Грэйс на мой немой вопрос. — Готова поспорить, это его рук дело. Он любит подобные шутки.

Я вздохнула, признавая ее правоту. Грант Арклей вполне мог распорядиться, чтобы мы жили вместе. Мы же сестры! А эта комната, как я понимаю, закреплена за семейством Арклей. Кажется, я даже видела именную табличку на двери, но не придала ей значения.

— Я буду жаловаться, — заявила Грэйс.

— Желаю удачи, — буркнула я и, обойдя ее, направилась к своей кровати.

— Ненавижу тебя, — прошипела Грэйс мне в спину.

— Спасибо за комплимент! Глядя на твои предпочтения, я горжусь, что не нравлюсь тебе, — я кивнула на вычурную золотую бра. Такой место в музее дурного вкуса, была бы там главным экспонатом.

— Я только от тебя избавилась! — не унималась Грэйс. — Целый год спокойной жизни. Зачем ты вообще поступила в Вышку? Мало, что ли, в королевстве других Академий.

— Эта лучшая, — напомнила я. О моей сделке с ее отцом Грэйс знать ни к чему.

— Вот именно! И учатся здесь тоже лучшие представители королевства. А ты явно не из их числа, оборванка. Переведись сама, пока не поздно. Или я тебя заставлю, — перешла к угрозам «сестренка».

Все, как обычно. Даже скучно. Год прошел, а Грэйс совсем не изменилась. Зевнув, я бросила саквояж на пол и уперла руки в бока:

— Ну попробуй, — хмыкнула.

Подтверждая слова действиями, Грэйс вскинула правую руку запястьем ко мне. Жест призыва сателлита сработал безотказно – сверкнула вспышка материализации, и на пол приземлился хорек.

С виду милейшее создание: носик кнопкой, маленькие ушки, мягкая шерстка самого обычного, коричневого цвета. Но внешность обманчива. Сателлит Грэйс был ей под стать. Мелкий пакостник – кусачий и вредный. К тому же хорьки те еще любители душить птиц. У них с Кати было ноль шансов подружиться. Если кто-то и враждовал сильнее, чем мы с «сестрой», то это наши сателлиты.

Мне руку вскидывать не пришлось, Кати материализовалась без приказа с моей стороны. Чересчур самостоятельный сателлит. Она всегда принимала решения сама, и все они, как правило, оборачивались разрушениями.

Вот и сейчас она выпорхнула без моего разрешения и ослепила всех сиянием перьев. Тот факт, что мне в сателлиты достался золотой соловей, а ей какой-то дурно пахнущий зверек, выводил Грэйс из себя. Она ужасно мне завидовала. С ее-то любовью ко всему блестящему!

При виде Кати хорек вздыбил шерсть.

— Задуш-ш-шу, — вполне отчетливо слышалось мне в его шипении.

Я притворилась, что ничего не разобрала. Я привыкла скрывать свою особенность. Другие маги не понимают сателлитов, даже собственных. Как будто те говорят на чужом для нас языке, а я вдруг обнаружила, что знаю его.

Едва увидев друг друга, хорек и соловей сцепились. Кати была некрупной, немногим больше моего кулака, но почти в одной весовой категории с хорьком. Перья и шерсть полетели в разные стороны. Визг стоял такой, что уши закладывало. Кати имела преимущества в виде крыльев, зато у хорька были острые зубы, которые он не стеснялся пускать в ход. Однажды эта тварь чуть не перегрызла Кати горло!

Грэйс, естественно, и не думала усмирять своего сателлита. Пришлось вмешаться мне. Подкараулив момент, я схватила хорька за хвост и дернула вверх. Он в ответ извернулся и цапнул меня за палец.

— Паршивец! — я отшвырнула кусачую тварь подальше. — Надеюсь, он у тебя незаразный.

— Надейся, — хмыкнула Грэйс и, взмахнув рукой, развоплотила хорька.

Все же убийство чужого сателлита карается королевским законом так же строго, как и убийство человека.

— Ты у меня стоишь поперек горла, — я чиркнула ладонью по своей шее. — Иди уже дальше по пищеводу прямо в задницу!

— Как была дикаркой, так и осталась, — скривилась Грэйс. — Никакого воспитания! Зря только мама время на тебя потратила.

«Сестра» ушла, хлопнув дверью. Продемонстрировала, что находиться со мной в одном помещении, выше ее. Ну и пусть! Мне же лучше.

Я без сил рухнула на кровать. Всего-навсего один день. Нет, даже меньше, от силы полдня, как я в Академии, и вот уже двое пообещали превратить мою жизнь в кошмар. Неплохое начало учебы.

Первое, что я сделала – проверила, как там Кати.

— Ты в порядке? — спросила я.

— Вполне, — она чистила потрепанные хорьком перышки.

Забавно, что другие маги не дают имена своим сателлитам. Они вообще никак к ним не обращаются, просто приказывают и все. Наверное, это потому, что они не слышат своих спутников и не принимают их за личности.

У нас с Кати все было иначе. Вот уж кто точно был самодостаточной личностью, так это мой сателлит. Но я так и не определилась – повезло мне или нет.

После ухода Грэйс дышать стало легче. Оставалось уповать на то, что видеться мы будем редко. Все же она на курс старше, занятия у нас разные. Сидеть дни напролет в комнате у меня вряд ли будет время. Здесь я буду разве что спать. И, надеюсь, просыпаться по утрам. А то с Грэйс станется придушить меня подушкой во сне.

Вот и сейчас пора было бежать. Скоро обед, а я ужас как проголодалась. Утро выдалось активным. А потом еще надо получить книги в библиотеке и форму у кастелянши. В общем, дел хватало, унывать некогда.

Наспех побросав вещи на полки, я призвала Кати, и она даже послушалась. Развоплотив сателлита, я выскочила в коридор и поспешила к лестнице. Нет, определенно есть некая доля издевательства в том, что комнаты привилегированных студентов расположены на верхнем этаже. Я насчитала двести ступеней на винтовой лестнице! Сколько раз в день придется бегать туда-сюда? Никакая тренировка не понадобится.

Найти столовую не составило труда. Я просто вклинилась в поток студентов. Пока шла, нервно оглядывалась, высматривая в толпе Грэйс и Вэйда. Но мне повезло – горизонт был чист.

А вскоре в воздухе умопомрачительно запахло едой, и я поверила, что все не так уж плохо. Прорвусь! Впервой, что ли.

Когда до столовой было уже рукой подать, дорогу мне перегородила незнакомая старшекурсница. Она сунула мне под нос глубокую чашу с широкими краями.

— Что это? — от неожиданности отпрянула я.

— Твой значок с хвостом. Возьми и прицепи на пиджак. Его надо носить всегда, — выдала она короткую, но емкую инструкцию.

— Зачем это? — не поняла я.

— Правила, — пожала плечами девушка. — Так положено. Значок показывает твой статус другим. Проявишь себя, поднимешься выше и получишь новый значок.

Я захлопала ресницами. Это какая-то внутренняя кухня Академии. И вряд ли преподаватели в ней замешаны. Похоже на студенческие штучки.

Теперь я поняла, почему Вышку еще называют Крылатой Академией. Я думала, это потому, что здесь испокон веков учатся представители знатных родов. Те, у кого сателлиты – драконы. Но вот она, еще одна причина – значки отличия. До чего же банально. Мажоры не могли лишний раз не подчеркнуть свой статус.

Золотые крылья – так называют молодых представителей местной знати. Титулы, богатство, сильная магия – у них все это есть. Лучшие из лучших. Все прочие – грязь под их ногами. А я даже на грязь не тяну, я – незаметная пылинка. Смахнул с плеча и забыл.

Впрочем, рушить вековые традиции не входило в мои планы. Не для этого я ночи напролет зубрила теорию, чтобы поступить. А потому я потянулась за значком.

В чаше их лежало несколько видов. Во-первых, отличался материал. Значки были самые простые, латунные, с изображением того самого хвоста, а еще медные, серебряные и золотые, на них красовались крылья. Несложно проследить иерархию.

Готова поспорить, Грэйс носит золотые крылья. На меньшее она бы не согласилась. Кстати, на груди девицы с подносом висел серебряный значок.

Порывшись в этом богатстве, я выбрала значок с хвостом и нацепила его на пиджак. За мной уже образовался затор из первокурсников, ожидающих своего значка, так что я посторонилась.

Столовая манила запахами, и я устремилась на зов. Отстояв небольшую очередь, забрала поднос с едой. Стандартный набор, как у всех – рагу с овощами и мясом, свежий хлеб с отрубями, компот и зефирка на десерт. М-м-м, я сглотнула, предвкушая обед. Осталось решить, где сесть.

Осмотрелась. Раз есть значки, то в столовой должен быть определенный порядок. И лучше разобраться в нем сразу.

Взгляд выхватил светлую макушку Грэйс. Ага, «сестренка» сидит у окна в окружении таких же мажоров, как она сама.

— Чтоб ей подавиться, — буркнула Кати, и Грэйс действительно закашлялась.

— Твоих крыльев дело? — шепотом поинтересовалась я.

— Если бы… — вздохнула она. Тот факт, что магия плохо ей дается, приводил Кати в уныние.

А я заметила рядом с Грэйс Вэйда и вздрогнула. Они не только знакомы, но, похоже, дружат. Кто бы сомневался! Грэйс всегда выбирает лучшее – самые дорогие наряды, самые изысканные украшения, самая крутая Академия, самый классный парень.

Я тряхнула головой. Последняя мысль явно лишняя. Вовсе я не считаю Вэйда Даморри классным. Заносчивый мажор – вот он кто. А классный – это, например, брат Трины. Вон, кстати, они сидят за столиком в углу, и место рядом есть свободное.

Недолго думая, я направилась к ним.

— О, Дия, — Трина махнула рукой. — Присаживайся к нам. Первокурсникам надо держаться вместе.

Я кивнула, соглашаясь. Пока устраивалась за столом, отметила, что у Трины тоже значок с хвостом, а вот у Тронта – медные крылья. Ладно я, но брату с сестрой почему достались разные значки? Я спросила об этом вслух.

— Все просто, — ответил Тронт. — Уровень назначается куратором курса. Он при желании может его понизить. Например, в качестве наказания.

Взыскание! Вэйд влепил его нам с Триной. Ладно, меня он ненавидит, а вот Трине досталось ни за что. Но теперь хоть понятно, кому я обязана низшим положением в иерархии Академии. Осталось разобраться, чем это мне грозит. Очевидно же, что Вэйд сделал это не просто так.

Благодаря новым знакомым обед прошел весело. Мы болтали и смеялись, делясь впечатлениями от первого дня. Трина долго ахала, узнав, что меня поселили наверху.

— Оттуда, наверное, обалденный вид, — мечтательно вздохнула она.

— Ага, и бесконечная лестница наверх, — передернула я плечами, воображая подъем после плотного обеда. Это будет еще то испытание.

Впрочем, проблемы начались до лестницы. Прямо в столовой. Студенты потихоньку заканчивали обед и тянулись к выходу. В том числе пустели столики мажоров, как я их про себя прозвала.

Уходя, студенты собирали грязную посуду на подносы и относили на специальный стол. Недоеденное отправлялось в бак, а дальше тарелки ставились к тарелкам, чашки к чашкам и так далее.

Так делали все, кроме мажоров. Они просто уходили, бросая грязную посуду на столах. Как будто за ними кто-то должен убирать.

И ведь убирали! Несколько первокурсников, вооружившись подносами, собирали чужие тарелки, словно какая-то прислуга. Я хотела возмутиться, но Трина встала и направилась туда же – к столам «золотых крыльев».

— Что происходит? — спросила я у Тронта. — Им тяжело сделать пару лишних шагов и сложить посуду, куда следует?

— Вообще-то это ваша работа, — просветил он. — Хвосты убирают за крыльями.

Его слова прозвучали как тарабарщина. Что еще за расчлененка? Ах, да, значки. Так вот в чем их сакральный смысл! Хвосты – вроде прислуги у серебряных и золотых крыльев. И я попала в их число благодаря Вэйду Даморри. Он нарочно низвел меня до уровня обслуживающего персонала, чтобы насладиться моим унижением!

— Не дождется! — фыркнула Кати, и я кивнула, соглашаясь с ней.

— Ничего, — примирительно произнесла Трина, проходя мимо нас с подносом, — мне несложно.

Она просто не понимала, что делает. Стоит дать слабину и всю оставшуюся жизнь будешь прислуживать таким, как Грэйс. Уж я-то знаю, видела не раз, как «сестренка» ведет себя с прислугой. К ней у нее ноль уважения. Один раз позволишь вытереть о себя ноги – постоянно будут вытирать.

Грэйс, конечно, счастлива, что мне достался значок с хвостом. Даже столовую покидать не торопилась, рассчитывая понаблюдать за шоу. А вот фиг ей!

Я поднялась из-за стола и направилась в сторону выхода. Но на полпути дорогу мне перегородила какая-то девица с подносом. На ее груди весил всего-навсего серебряный значок, что не мешало ей вести себя, как истинной мажорке.

— Убери за мной, — она сунула мне в руки поднос.

— И не подумаю, — я в свою очередь оттолкнула поднос.

— Ты обязана, — возмутилась девица и снова попыталась всучить мне поднос.

— Не знаю, кто тебе сказал такую чушь, но он тебя жестоко обманул, — отмахнулась я.

Но девица попалась настойчивая. С минуту мы на радость всей столовой толкали поднос туда-сюда, пока он не опрокинулся. Тарелки с чашками полетели прямо на меня, я даже отскочить не успела.

В один миг юбка и пиджак оказались залиты остатками рагу. Практически помоями! Мои щеки вспыхнули, отчасти от злости, но и от стыда тоже. Мне было мерзко до тошноты. Рагу оставило жирные пятна на одежде, остатки чая насквозь пропитали блузку, и та противно липла к коже. Я уже молчу о том, как от меня теперь пахнет.

Но хуже всего, что у моего позора были свидетели. Сотни! Студенты показывали на меня пальцем, хихикали, придумывали прозвища. Грязнуля, неряха, помоечница – какими только эпитетами меня не наградили всего за одну минуту.

— Сама виновата, — фыркнула девица, опрокинувшая на меня поднос, и гордо направилась к выходу.

За ней вереницей потянулись другие.

— Как не ряди свинью в бархат и шелка, а ее все равно тянет в грязь, — прокомментировала Грэйс, проходя мимо меня.

Вэйд в отличие от нее не проронил ни слова. Поймав его взгляд, я вздернула подбородок. Пусть и не надеется, что победил. Чтобы растоптать меня, потребуется нечто большее, чем рагу с чаем.

В ответ Вэйд приподнял бровь и сузил глаза. Пару секунд он изучал меня, словно в поисках уязвимости, а потом, кивнув каким-то своим мыслям, отвернулся и пошел дальше. Неужели нашел мое слабое место? Вот черт!

Глава 5. «Веселые» учебные будни

И снова весь курс Менталистики наблюдал за нашей с Вэйдом дуэлью взглядами. А когда он отвернулся и пошел прочь, за моей спиной раздался томный вздох. Я обернулась и увидела Трину, с обожанием смотрящую вслед куратору. Похоже, тут у всех при виде Даморри порхают бабочки в животе. И лишь у меня одной – несварение.

— Пойдем скорее в умывальню. Вдруг одежду еще можно спасти, — опомнилась Трина, когда Вэйд покинул столовую.

Я не сопротивлялась, сама хотела уйти, пока Кати на эмоциях не использовала магию, и все не стало еще хуже.

Следуя за Триной и ее братом в умывальню, я сильно сомневалась, что жирные пятна можно отмыть. Жаль, мне нравилась эта юбка.

Впрочем, в Академии все равно носят форму, и на смену у меня всего полно. Казалось бы, невелика потеря, но я со времен улицы привыкла беречь вещи.

Грэйс не идиотка, ее целью не было лишить меня одежды. Ее же отец за все платит. Нет, она хотела меня унизить. Все затевалось ради этого. Уверена, ту настырную девицу подослала именно «сестра». Возможно, это их совместный с Вэйдом план.

Если враги объединились против меня, это плохо, но не смертельно. Часто говорят, что месть – блюдо, которое надо подавать холодным. Ерунда! Откладывать месть стоит только в одном случае – если не знаешь, как подобраться к врагу. Именно так обстоят дела с Вэйдом, но не с Грэйс. К ней у меня полный доступ, как-никак мы живем в одной комнате.

Трина толкнула дверь умывальни и пропустила меня вперед. Увидев свое отражение в зеркале, я поморщилась. Ну и видок! Узнаю прежнюю уличную Диондру. Именно так я выглядела, если копалась в мусорном баке. Неприятное воспоминание. И Грэйс мне за него заплатит!

Откинув золотистые волосы за спину, я принялась счищать остатки рагу с юбки, а Трина – мне помогать. Попутно она расспрашивала меня о Грэйс. Естественно, все отметили, что у нас одно родовое имя.

— Она просто тебе завидует. Ты вон какая хорошенькая, и парень ее на тебя заглядывается, это все заметили, — сказала Трина после того, как я объяснила ей уровень неприязни между мной и сводной сестрой.

Я только хмыкнула. Так уж вышло, что внешность у меня милой куколки, а вот характер – дикого тролля. Подобное несовпадение многих вводило в заблуждение. Меня не принимали всерьез, чем я без зазрения совести пользовалась.

— Кто парень Грэйс? — уточнила я на всякий случай. Такие вещи полезно знать.

— Наш куратор. Говорят, они встречаются.

Я устало прикрыла глаза. Час от часу не легче. Они еще и парочка! В сердцах я сорвала ненавистный значок с пиджака и забросила подальше.

— Эй, ты чего? Так нельзя, — Трина подобрала мой значок с пола. — Его уже не снять. Все и так в курсе, что ты – хвост. Но можно заслужить значок повыше. Обычно его дарят за хорошую работу те, кому прислуживаешь. И так по цепочке. Лишь золотокрылые никогда никому не служат. Но значки с золотыми крыльями получают только самые родовитые.

— Вообще-то я думал, у тебя будет золотой значок, — заметил Тронт. — Ты все-таки Арклей.

— В моем случае этого недостаточно, — ответила я.

— Ты прилюдно отказалась прислуживать. Больше никто не захочет иметь с тобой дело, — вздохнула Трина. — Не знаю, как ты теперь выкрутишься.

— Да и черт с ним, с этим значком, — отмахнулась я. — Проживу без него.

— Не говори так. Он важен. Еще ни один студент с хвостом не закончил Академию. Считай это частью обучения. Каждый должен доказать, что может с низов подняться наверх.

Я только зубами скрипнула. Нехило Вэйд меня подставил. Будь он неладен! Ничего, придумаю что-нибудь. Придется найти того, кто захочет поделиться со мной значком. Где б взять такого отчаянного… Вэйд с Грэйс явно времени даром не теряли, настраивая против меня весь курс.

Я это просто так не оставлю, пусть не надеются. Во-первых, выстою. Во-вторых, отомщу.

Сколько из меня не пытались вытравить улицу в попытке сделать леди, та осталась глубоко внутри. Такова моя суть. А на улице обид не прощают. Жертв у нас презирали и били не меньше, чем задир и стукачей.

План созрел быстро. Распрощавшись с Триной и ее братом, я поспешила в нашу с Грэйс комнату. Надо успеть все сделать до ее прихода.

— Ты что-то задумала, — догадалась Кати, еще когда я поднималась по лестнице.

Я усмехнулась. Естественно! Пора немного сбить спесь с «сестренки». Она так дорожит своим статусом, что худшим наказанием для нее будет его потерять.

Мне повезло – наша комната была пуста. Скинув пиджак, я пробежалась по спальне и перевела все часы, какие есть, на двадцать минут назад. Теперь Грэйс будет постоянно опаздывать. На занятия, на встречи, на свидания с Вэйдом… последнее меня почему-то особенно порадовало.

— Зачем это? — не поняла Кати.

— Я слышала местные преподаватели не любят, когда студенты приходят не вовремя на занятия. Вот и проверим, насколько хватит их терпения.

— Детская выходка, — фыркнула Кати.

— Может и так, — пожала я плечами. — Но готова поспорить на свое место в Вышке, что это будет стоить Грэйс золотых крыльев. За систематические опоздания ей рано или поздно влепят взыскание. А взыскание – это…

— Понижение в статусе, — закончила за меня Кати. — Грэйс этого не переживет.

— Очень надеюсь, — кровожадно улыбнулась я.

— Иногда ты меня пугаешь, — прошептала Кати, но я сделала вид, что не расслышала. С нее станется пожалеть Грэйс.

Первый год в доме Арклеев я еще надеялась на мирное сосуществование с «сестрой», а потом до меня дошло – надо сразу дать ей в нос, а не второй шанс.

Но разобраться с Грэйс легко. В конце концов, я знаю ее слабые места. С Вэйдом все намного-намного сложнее…

На следующий день я получила форму – юбку длиной ниже колен и приталенный пиджак в фирменную клетку, а также учебники в библиотеке. Наконец, я ощутила себя полноценной студенткой!

Помня о переведенных часах, я выходила на занятия заранее, пока Грэйс еще прихорашивалась. В итоге я была вовремя, а она с каждым днем все сильнее нервничала, не понимая, почему никуда не успевает.

Учиться мне нравилось. Узнавать новое всегда интересно. Многие думают, что менталисты – это те, кто может внушать всякое. Они и правы, и ошибаются. На самом деле, магия менталистов разноплановая. Кто-то внушает исключительно эмоции. Причем каждый маг специализируется на чем-то одном, достигая совершенства именно в своей нише. Это может быть любовь, страх и так далее.

Кто-то создает общий фон вокруг себя. Например, атмосферу доверия. Звучит вроде несерьезно, но такие специалисты ценятся. Их часто берут на работу торговцы и прилично платят. Согласитесь, намного легче продать любой товар тому, кто вам доверяет.

В конце первого учебного года каждому из нас предстоит выбрать для себя направление. Я пока слабо представляла, что это будет в моем случае. Но для того первокурсникам и дается целый год – попробовать все и определиться. По этой же причине помимо основных дисциплин первокурсники Вышки проходят практику на всех кафедрах.

Первое же практическое занятие нам выпало на Боевой кафедре, что огорчило моих сокурсников. Менталисты в большинстве своем те еще неженки, но только не я. Бить четко в нос я научилась раньше, чем ходить.

В итоге на занятие я шла в приподнятом настроении и пыталась подбодрить Трину, но она почти не реагировала на мои шутки, и я отстала.

Обогнув башню Боевой кафедры, мы очутились на полигоне для тренировок. Открытая площадка была присыпана песком, чтобы впитывал кровь. Она условно делилась на несколько частей, в каждой из которых стоял инвентарь. Манекены для отработки рукопашного боя, стенды для ножей и стрел, стеллажи с оружием. И отдельно полоса препятствий.

— Весело тут у вас, — хмыкнул белобрысый бугай. Помимо меня и Трины, он единственный на нашем курсе носил значок с хвостом.

— Раз тебе нравится, давай с тебя и начнем, — на площадку вышел симпатичный шатен, и я невольно дернулась.

Я точно видела его впервые. Его внешность мне незнакома. Длинные волосы собраны в небрежный хвост, сюртук застегнут лишь наполовину. Одним словом, выглядел он не по уставу, а значит, он больше, чем обычный студент.

Но голос… я уже слышала его и даже точно знала, где. В той самой подворотне! Именно он был тем самым магом, что спас меня от Вэйда. Вторая встреча из прошлого за два дня! Не слишком ли много совпадений?

И все же парень мне сразу понравился. В конце концов, я обязана ему жизнью. Не останови он тогда Вэйда, я бы, возможно, здесь не стояла.

— Мое имя Криспиан Меррилл, я – куратор Боевой кафедры, и на сегодня я – ваш хозяин. Это вам не ментальные игры, здесь все по-настоящему. Не хотите остаться без конечностей, четко выполняйте мои приказы, — Криспиан прошел вдоль нашего ряда.

Он поравнялся со мной, и я прямо встретила его взгляд. Узнает? Но в отличие от Вэйда, он равнодушно отвернулся. Оно и понятно, девчонка из подворотни ему ничем не запомнилась. Шрам-то достался другому.

На груди Криса блеснул значок. Естественно, золотой. Все, как Трина и сказала, – чтобы закончить Вышку мало учиться на отлично, надо выслуживаться. Гнилая система.

— Покажите, на что вы способны. Начните с выбора оружия, — Крис кивнул на стенды.

Один за другим первокурсники потянулись к стендам. Я оказалась где-то в середине очереди. Пока ждала, прикидывала, что взять. Меч явно не мой вариант, я банально его не подниму. Стилеты тоже мимо, на моих тонких пальцах они будут болтаться. Копье – сразу нет. Может быть, лук? Но я не очень меткий стрелок, непременно опозорюсь. Праща тем более отпадает. Ей я скорее попаду себе в глаз, чем в цель.

В трущобах не было боевого оружия. Точнее, все, что попадалось под руку становилось таковым. Камень, осколок стекла, найденный на помойке ржавый нож. Я могу постоять за себя и голыми руками, но меня никто не учил драться по правилам.

Студенты между тем по одному подходили к стендам, застывали на секунду-другую, потом что-то выбирали и отходили. Так постепенно очередь добралась до меня. Шаг – и я оказалась перед стеной, увешанной смертоносным оружием. Острые грани кровожадно блестели на солнце. Я засомневалась – все это точно тренировочное? Что-то не похоже. Но не могли же дать первокурсникам настоящее оружие!

В шоке от этого открытия я застыла перед стендом. И вдруг ощутила, как сзади кто-то подошел. Слишком близко, нарушая личное пространство.

— Что тебе откликается? Прикоснись к металлу, почувствуй, — по голосу узнала Криса.

Он говорил будто не об оружии вовсе, а о девушке. Хрипло, с придыханием. Аж в жар бросило. Вот уж не думала, что разговор о клинках способен так будоражить. Или парень просто стоит слишком близко? Не прикасается, но тепло его тела проникает через одежду, а дыхание, когда он говорит, скользит сзади по шее. Очень мешает сосредоточиться!

Я тряхнула головой, прогоняя из нее неуместный туман, и в этот момент солнечный зайчик отразился от метательных ножей. Лезвия словно подмигнули мне, как старые знакомые.

Они висели чуть в стороне, никто их не выбрал. А у меня с ножами всегда было взаимопонимание. Эти были особые. Полностью из металла, даже рукоять, ничего лишнего, чтобы не мешать хвату. Гладкие, обтекаемые для лучшей аэродинамики.

Повинуясь порыву, как велел Криспиан, я протянула руку и погладила рукоять одного из ножей.

— Неплохой выбор, — хмыкнул куратор Боевой кафедры за моей спиной. — Бери. Посмотрим, как ты с ними справишься.

Ободренная его словами, я сняла со стенда весь набор метательных ножей. Всего их было пять. Холодный металл приятно остудил ладони, но улыбка на моих губах, как появилась, так быстро и погасла. Все потому, что я, вскинув голову, заметила Вэйда. Наш куратор тоже был здесь. Явился понаблюдать за успехами своего курса. Он отлично видел, что я выбрала. Нетрудно догадаться, какие ассоциации у него вызвали ножи.

Не отрывая от меня взгляда, он поднял руку и коснулся шрама. Я с трудом сглотнула из-за спазма, сдавившего горло. Вэйд смотрел холодно, с неприязнью. В его глазах я читала свой приговор – смерть, никакого помилования. Черт, да он планировал мое уничтожение! Неужели никто не замечает, как кровожадно он смотрит в мою сторону?

Мне стоило огромных усилий сделать вид, что ничего особенного не происходит, и отойти от стенда. Вэйд насмешливо приподнял бровь, вроде как спрашивая – «Сдаешься»? Кажется, он хотел, чтобы я сопротивлялась. Ведь намного интереснее победить в схватке.

Это соревнование взглядов необходимо было прервать, пока я еще стою на ногах. Пришлось отвернуться первой, так как Вэйд явно не собирался. Пусть думает, что я сдалась и уступила. Возможно, он недалек от истины. В любом случае смотреть и дальше в лед его глаз не было никакого желания.

С выбором оружия было покончено. Каждый взял то, что ему по душе, и теперь должен был продемонстрировать, как умеет с этим обращаться. Парней с мечами поставили в пары. Лучники ушли к мишеням. А мне предстояло метать ножи под пристальным наблюдением Даморри.

Снова я, Вэйд и холодный металл. Почему у меня дурное предчувствие, что это плохо закончится?

Глава 6. Роковая ошибка

Да что ж такое! Почему как только у меня в руке оказывается нож, Вэйд тут как тут?

— Метни один в него! Порежь вторую щеку для симметрии, — проворчала Кати.

— Ты же вроде за добро? — я так удивилась ее реакции, что даже ответила вслух.

— А чего он мою девочку доводит? У тебя вон руки дрожат. Как метать будешь?

Пальцы и правда ходили ходуном, я едва удерживала ножи. Но кто бы подумал, что Кати воспринимает меня как младшую. Из нас двоих вообще-то именно ей всего три года.

Показательные выступления, как я их про себя назвала, начались по сигналу Криспиана. Он банально хлопнул в ладони, и тут же со всех сторон площадки раздался звон оружия и выкрики первокурсников.

Каждый хотел отличиться перед куратором Боевой кафедры в надежде, что тот порекомендует его преподавателям. Карьера в боевом секторе престижнее, чем просиживать дни напролет в чьей-нибудь приемной, создавая благоприятный фон. А это именно то, на что мог рассчитывать менталист. Если, конечно, не обладает таким сильным и уникальным даром, как Морок.

Я передернула плечами. Ну вот опять мысли вернулись к Вэйду. Это все потому, что он наблюдает. Я ощущала его взгляд жжением между лопаток. Куда не пойду, за чем не спрячусь, он все равно безошибочно меня находит.

Под этим пристальным взором мне предстояло метать ножи. Впрочем, смотрел не только он. Полюбоваться на нашу тренировку явились другие кураторы и старшекурсники. Они даже делали ставки, кто сегодня покажет класс, а кто провалится.

Заметив это, первокурсники сражались с небывалым остервенением. Кто-то в пылу драки призвал сателлита на помощь. За что получил нагоняй от Криспиана.

— Только честный бой! — выкрикнул он. — Никакой магии, никаких сателлитов. Своими спутниками будете хвастаться на турнире.

— О чем это он? — уточнила я у Трины.

Она выбрала лук, и теперь мы вместе стояли к мишеням.

— Сражение сателлитов между собой, — только и успела шепнуть Трина в ответ, а потом пришла ее очередь стрелять.

Она продемонстрировала среднюю меткость. Из пяти стрел более или менее в цель угодили три. А после Трины пришел мой черед.

Криспиан велел мне отойти на пятнадцать шагов от мишени. Далековато. Но когда-то я легко попадала в цель и с такого расстояния. Правда, тогда мне не сверлил спину взглядом Вэйд Даморри.

Сосредоточиться было нереально. Ладони вспотели, руки дрожали. Да я скорее себе в ногу попаду, чем в мишень!

И все же нож лег в руку как влитой. Приятная тяжесть и холод металла успокаивали. Я глубоко вдохнула и, сложив губы трубочкой, медленно выдохнула. Чистый разум – основа успеха.

На миг все окружающее перестало существовать. Звуки затихли в отдалении, мир сузился до размера мишени далеко впереди меня. Круглый плоский щит с красной точкой по центру. Попасть в нее с такого расстояния означало получить высший балл.

Рука двигалась сама собой. Я даже не задумывалась, просто сделала это – метнула нож в цель и… промазала. Нет, нож не улетел не пойми куда, он все же воткнулся в мишень, но где-то на самом ее краю.

За спиной послышался смешок. Я узнала бы его из тысячи. Грэйс. Я быстро оглянулась и заметила «сестру» в толпе старшекурсников.

Отсалютовав Грэйс ножом, я метнула снова. На этот раз он попал ближе к центру, но все еще слишком далеко для высокого балла.

— Попробуй с десяти шагов, — посоветовал Криспиан.

Так я и сделала. Увы, результат оказался не лучше. Я катастрофически мазала! Все потому, что не могла сосредоточиться при Вэйде. Он странным образом влиял на мое тело даже на расстоянии. Сухость во рту, тремор в руках и слабость в коленях – вот далеко не полный набор вызванных им симптомов. А ведь он просто смотрит! Что будет, когда и если подойдет?

К счастью, мои мучения закончились быстро. Тренировка почти завершилась, большинство первокурсников показали на что способны, и зрители начали расходиться. Одним из первых с трибун ушел Вэйд.

Едва осознав, что преследующий меня взгляд исчез, я будто обрела свободу. Скованные мышцы расслабились, и я поняла, что попаду в чертов центр мишени. Теперь уж точно! Вот только мои пять попыток закончились.

— Я могу попробовать еще раз? — спросила у Криспиана. — Я перенервничала, но сейчас должно получиться.

Он оглянулся на башню, прикидывая время, и кивнул:

— До конца занятий еще осталось немного времени. Пробуй.

Я поспешила к мишени, выдернула ножи и вернулась на исходную. Снова на пятнадцать шагов. Криспиан только хмыкнул, никак не прокомментировав мой оптимизм.

А я вдруг поверила, что попаду. Ноги уверенно стояли на земле, рука твердо держала рукоять. Не тратя время на раздумья, я просто метнула нож. Лезвие пропело, разрезая воздух, и воткнулось четко в центре красной точки на мишени.

— Да ладно! — выдохнул кто-то.

— Ей повезло, — фыркнул золотокрылый сокурсник.

— Давай еще раз, — подначил Тронт.

Я, хмыкнув, отвернулась от мишени и бросила нож из-за спины. И снова он угодил в цель, причем аккурат рядом с первым ножом, едва не выбив его из мишени.

— О-бал-деть, — по слогам произнесла Трина. — А с завязанными глазами сможешь?

Я пожала плечами. Раньше могла, сейчас… надо попробовать.

— Дайте кто-нибудь, чем завязать глаза! — выкрикнул Тронт.

Криспиан в наш балаган не вмешивался. Отошел подальше и наблюдал, сложив руки на груди, за происходящим. Чутье подсказывало – рекомендации с Боевой кафедры у меня будут отличные. На этом можно было закончить. Любой другой разумный человек так бы и поступил, но моя кровь уже бурлила. Я стала центром внимания! Меня признали. Как итог – тормоза отказали напрочь.

Кто-то из парней стащил рубашку и протянул мне в качестве повязки на глаза. Я поморщилась. После часа тренировок от нее разило потом. Тогда девушка с косичками предложила свой шарф. Этот вариант был получше.

Глаза мне завязывали несколько человек, а потом еще долго проверяли точно ли я ничего не вижу. Когда с этим было покончено, мне вручили нож и крутанули вокруг своей оси.

Я застыла, ожидая, пока все отойдут на безопасное расстояние. Не хотелось бы кого-нибудь случайно ранить. За это можно схлопотать серьезный выговор, а меня и так уже некуда понижать.

— Мишень слева от тебя, Дия! — выкрикнул Тронт.

Я начала медленно поворачиваться, а сокурсники сыпали подсказками: «Холодно! Горячо!». Некоторые из них врали, стараясь меня запутать. Я ориентировалась на голос Трины, но не всегда улавливала его среди десятка других.

Как вдруг через общий хор голосов прорезался женский выкрик:

— Давай!

Решив, что это Трина, я, не раздумывая, метнула нож.

По тренировочной площадке пронесся вздох. И что-то он мало походил на восторг. Скорее, на ужас.

Я сорвала повязку с глаз и сама чуть не застонала в голос. Если бы я только умела поворачивать время вспять! Или хотя бы замедлять его бег. Но я менталист, подобная магия вне моей компетенции.

Нож уже покинул мою руку и летел точно к цели. Увы, совсем не к мишени, а к Вэйду Даморри! Он же ушел. Какого черта он вернулся, да еще спустился на площадку?

В эту секунду я пожалела о своей меткости. Лучше бы мне родиться криворукой. Ведь и в этот раз я попала. Прямиком в плечо куратору.

К счастью, лезвие лишь полоснуло Вэйда по касательной. К сожалению, оно было острым. Разрезав ткань пиджака и рубашки, лезвие добралось до кожи.

Снова! Я снова это сделала – ранила Вэйда Даморри. Да что ж такое! Чего он вечно лезет под нож? Видел же, что я с завязанными глазами…

Теперь-то я понимала, что кричала вовсе не Трина. Меня кто-то подставил. Нарочно скомандовал метать нож, чтобы я угодила в куратора.

Все притихли. Такой тишины тренировочная площадка еще не знала. Она была прямо-таки гробовой. И хоронили, по всей видимости, мое будущее.

Вэйд медленно повернул голову и взглянул на свое плечо. Пиджак с рубашкой уже окрасились алым, и пятно все разрасталось. Порез явно глубокий.

— Арклей, ты издеваешься? — прорычал Вэйд сквозь стиснутые зубы.

— Я не нарочно, — пискнула. — У меня были завязаны глаза.

— Быстро! За мной! — рявкнул он и первым покинул площадку.

Ну теперь точно все. За попытку убить куратора меня исключат! А то и вовсе возьмут под стражу. Понурив голову, я побрела за Вэйдом.

Глава 7. Взаимные претензии

— Это ты подстроила? — шепнула я Кати, помня, как ей не терпелось покромсать Вэйда. Я вполне могла спутать ее голос с чужим. Для меня они звучали одинаково реально.

— Нет! Я бы никогда… — открестилась сателлит.

Я кивнула. Самой не верилось, что Кати могла так со мной поступить. Она отлично понимает, как мне важно закончить Академию. В конце концов, ей тоже интересно, к какому роду она принадлежит.

Покидая вслед за Вэйдом тренировочную площадку, я гадала, зачем он вернулся. Нарочно?

По спине пробежал холодок. Так и есть! Вэйд жаждет мести и это отличный повод исключить меня из Вышки. Небось представит все, как покушение на его драгоценную жизнь. Надо попробовать с ним договориться.

Всю дорогу до умывальни я мучительно соображала, что могу предложить Даморри в обмен на снисхождение. По всему выходило, что ничего. Деньги ему не нужны. Он один из самых обеспеченных студентов Академии. Связей у меня нет. Едва ли грант Арклей считается. У меня есть только я. А это Вэйд Даморри точно никогда не получит!

Пинком открыв дверь в умывальню Боевой кафедры, Вэйд выкрикнул:

— Все вон отсюда!

Троих парней, что стояли у умывальников, как ветром сдуло. Еще один опасливо выглянул из душа. Заметив Вэйда, он тоже поспешил на выход. Прямо как был – в пене. Только полотенце вокруг талии повязал и одежду с лавки прихватил.

Впечатлившись тем, насколько беспрекословно выполняются приказы Вэйда, я загрустила еще сильнее. Вот и поучилась в Академии. Целую неделю! Наверняка я побью рекорд по вылету из Вышки. Ну хоть чем-то запомнюсь. Хотя это сомнительная слава.

Вэйд, игнорируя меня, двинулся к полкам у дальней стены. Это начало раздражать. Сам же велел идти за ним, а теперь ведет себя так, будто меня здесь вовсе нет. Если это такая тактика устрашения, то она отлично действует. Я же вся изведусь, пока он огласит приговор!

Я устала терпеть издевательство, о чем и собралась заявить. Даже рот открыла. Но слова застряли в горле. Все потому, что Вэйд… начал раздеваться!

Бросив сюртук на скамью, он подошел к одному из умывальников и рванул рубашку за ворот. Раздался треск ткани, пуговицы посыпались на пол. К такому меня жизнь не готовила. Представление от Вэйда Даморри заказывали? Нет? А оно будет!

— Эй, ты чего? — нервно облизнув губы, спросила я.

Так себе начало разговора, но уж как вышло.

Вэйд глянул на меня через зеркало. По-прежнему стоя ко мне спиной, он кивнул на умывальник перед собой.

— Ты меня порезала, тебе и обрабатывать рану, — заявил он.

Я посмотрела в указанном направлении и увидела набор первой помощи. Именно за ним он ходил к полкам. А я-то напридумывала всякого. Стыдно вспомнить.

Переведя взгляд обратно на Вэйда, я в буквальном смысле залипла. Понимала, что пялюсь, но ничего не могла с собой поделать. А затем стало еще хуже. Все потому, что Вэйд полностью избавился от рубашки, и я в отражении увидела его иероглиф сателлита.

Он занимал всю руку! От запястья до плеча и переходил на грудь. Никогда еще мне не встречалось такого огромного иероглифа. Даже у гранта Арклея он лишь по плечо.

А ведь размер иероглифа напрямую зависит от силы сателлита. Лично у меня на запястье всего-навсего завиток с монету. Не очень-то Кати мощный сателлит. Впрочем, я люблю ее не за это.

Вот так выглядит иероглиф дракона? Какая же сила скрыта в Вэйде! У меня аж дыхание перехватило от благоговейного трепета. На миг я превратилась в тех девчонок, что теряют сознание от одного только имени Вэйда Даморри. Я, черт возьми, поняла их! Как тут устоять, когда перед тобой хозяин дракона?

Иероглиф с плеча спускался по груди на живот, и я, как зачарованная, скользнула по нему взглядом. По поджарым мышцам пресса до ямки на пупке, под которой начиналась дорожка волос, уходящая под низко сидящие на бедрах штаны. Ни в коем случае нельзя смотреть ниже! Лучше ослепнуть.

А тут еще Кати мечтательно вздохнула:

— Ого, какой пресс… то есть сателлит, — быстро поправила она себя.

Тут уже очнулась моя рациональная часть и дала мощный пинок романтической. В том числе из-за Вэйда. Он с насмешкой наблюдал за мной через зеркало. Знал, гад, какой эффект производит и наслаждался моей растерянностью.

А, может, это умышленная демонстрация силы? Мол, посмотри, с кем ты связалась, девчонка. Все еще надеешься победить в этой схватке?

Я и не надеялась. У меня просто не было другого выхода. А потому тряхнув головой, я прогнала из нее неуместные мысли и шагнула к умывальникам. Лечить так лечить. Уж рану я всяко сумею обработать. Спасибо улице, опыта навалом.

— Тебя долго ждать? — подогнал Вэйд. — Или ты рассчитываешь, что я истеку кровью, и одной проблемой станет меньше?

Было бы неплохо, но вряд ли мне так повезет. Вздохнув, я достала перевязочную ткань и раствор для промывания ран. Пусть в этот раз нож был не ржавым, но все равно может пойти заражение.

Так, Дия, сосредоточься. Намочи ткань, прижми к ране и не при каких обстоятельствах не смотри на голый мужской торс. Все просто. И в то же время крайне сложно. Особенно последний пункт.

Руки дрожали, и Вэйд зашипел от боли, когда я надавила на рану сильнее, чем требовалось.

— Ты даже такой малости не можешь! — он вырвал у меня из рук ткань и сам прижал к ране.

— Это все твоя вина. Не надо было лезть под нож, — буркнула я.

Вэйд насмешливо приподнял брови.

— Ты еще скажи, что в первый раз я тоже был виноват сам.

— Ты меня напугал! Это была самозащита. Почему ты вообще не свел этот ужасный шрам? На память оставил?

Краем сознания я понимала, что нарываюсь. Мне бы помолчать, глядишь, все бы обошлось. Но у меня всегда так – болтаю без умолку, когда нервничаю.

Сколько раз мне это выходило боком? Я давно сбилась со счета. Вот и сейчас Вэйд резко подался ко мне, я в ответной реакции дернулась назад и поморщилась, приложившись копчиком об умывальник. Ну вот, синяк мне обеспечен.

Теперь Вэйд нависал надо мной. Я, запрокинув голову, посмотрела ему в глаза, и снова меня сковал ледник его взгляда. Но было кое-что еще… одновременно я ощущала жар его тела. Меня буквально лихорадило, бросая из одной крайности в другую. Из огня в холод, из стужи в пламя.

— Ты порезала меня ржавым тупым ножом, — процедил Вэйд сквозь зубы, по-прежнему находясь в опасной близи ко мне. — Естественно, пошло заражение. Я месяц провалялся в лазарете! После этого шрам не смог свести ни один врачеватель.

Ого! Я от удивления приоткрыла рот. Месяц из-за пореза? Не верю! Со средствами семьи Даморри к услугам Вэйда были лучшие врачеватели. Они не справились? Что-то он не договаривает…

Тот факт, что мой порез оставил неубирающийся никакой магией шрам на щеке Вэйда, был важен. Здесь есть о чем поразмышлять, но я никак не могла сосредоточиться. Все из-за близости Даморри. Он практически вжимал меня в стойку умывальника. Я ощущала, как в копчик впивается холодный камень, а в низ живота… а вот об этом я точно не стану думать!

Такой тесный контакт пугал. Только я не могла понять, чего боюсь больше – холода Вэйда или его жара?

Кати и та притихла. Она знала, что бывают моменты, когда лучше помолчать. Этот был именно таким.

А Вэйд все понимал и явно наслаждался моим смятением. Смотрел свысока и с усмешкой, а затем вовсе поддел:

— Не фантазируй, Арклей, ты не в моем вкусе.

Это была наглая ложь. В конце концов, ему нравится Грэйс. Они ведь встречаются, не так ли? А у нас один типаж.

И все же его намек здорово меня разозлил. Особенно бесило, что я невольно подпитываю его высокое мнение о себе. Повышать самооценку Даморри? Не дождется!

— Больно надо! — фыркнула я. — Даже будь ты последним парнем в мире…

Договорить Вэйд мне не дал, придвинулся ближе и насмешливо уточнил:

— Да неужели? — Затем поднял руку и провел пальцами по моей щеке.

Прикосновение вышло неожиданно нежным, даже трепетным, что поразило не меня одну. Вэйд сам от себя не ожидал, что может вот так дотронуться до меня. Как будто я что-то значу для него.

Но я не была ни дурой, ни наивной. Очевидно, что это просто игра. Вэйд притворяется, чтобы потом, чуть я расслаблюсь, посмеяться мне в лицо.

Дернувшись, я оттолкнула его руку. А когда заговорила, мой голос не дрожал, чем я особенно гордилась:

— Даже будь ты последним парнем в мире, — повторила я и на этот раз закончила фразу: — я бы и тогда не взглянула на тебя. Все потому, что я ищу в парне не внешность, а внутреннее содержание. Может, ты и хорош собой, но внутри прогнил насквозь.

Вэйд дернулся, как от пощечины. Зато отстранился, а мне только это и надо было. Наконец, смогу нормально дышать и думать.

— Ты была никем до встречи со мной, — ударил он в ответ. Злился, что его тактика не сработала? И поделом!

Но неужели Вэйд в курсе, что пробудил мою магию? Хотя почему сразу он? Все дело в стрессовой ситуации. На месте Даморри мог быть любой! Все эти годы я именно так себя успокаивала. Но после его слов тревога вернулась с новой силой.

— Чем ты вообще привлекла гранта Арклея? — а он все продолжал говорить гадости, никак не мог успокоиться.

Сказал и окинул меня взглядом. Не беглым, а долгим изучающим. Холода его глаз досталось всем частям моего тела – и растрепанным волосам, и груди, и ногам, но почему-то особенно губам. На них взгляд Вэйда задержался дольше всего.

— Неужели этим? — скривился он. — Я слышал девушки с улицы именно так зарабатывают на жизнь.

Какой бы толстой ни была моя броня, удар достиг цели. Еще и потому, что он был прав. Продажная женщина, если сильно повезет, чья-то любовница – вот то немногое, на что могла рассчитывать девушка с улицы.

Естественно, я на подобное будущее была не согласна. Но если к гадостям в свой адрес я привыкла, то грязные обвинения гранта Арклея возмутили до глубины души. Он никогда меня не трогал!

— Что за намеки? — вспыхнула я. — Грант Арклей рассмотрел во мне потенциал!

— Которым ты тоже обязана мне! — Вэйд ткнул себе пальцем в грудь.

Он двигался много и резко. В итоге едва остановившаяся кровь снова пошла. Ручейком по руке и дальше каплями на пол. Кап, кап – я как завороженная проследила ее путь.

Дверь в умывальню приоткрылась. Какой-то отчаянный студент решил войти, но Вэйд так рыкнул на него, что тот мигом передумал.

— Помоюсь в другой раз, — пробормотал он и смылся.

Наконец, и Вэйд заметил кровь. Схватив перевязочную ткань одной рукой, он попытался намотать ее на плечо. Естественно, ничего не вышло. Ему было банально неудобно.

Фыркнув, я забрала у него ткань. В конце концов, он был прав – я его ранила, мне и лечить.

— Стой смирно, — потребовала я, подходя ближе.

Ощущение было, словно подступаю к бешеной виверне. Даже магия Кати невольно активировалась на успокоение. Слава всем святым, совсем немного, и Вэйд ничего не почувствовал, а не то обвинил бы меня в применении магии на кураторе. Это все дурное влияние Даморри! Рядом с ним я совершаю одну ошибку за другой.

Я полностью сосредоточилась на перевязке и нашла этот процесс медитативным. Если не думать о том, как близко я нахожусь к Вэйду, то руки не дрожат, а пальцы действуют четко и быстро.

Вэйд тоже вел себя на удивление тихо. Застыл и молчал. Таким он мне даже нравился.

Покончив с перевязкой, я закрепила ткань на плече Вэйда и тут же отошла на несколько шагов. Фух, вдали от Даморри дышать и то легче.

— И что теперь? — спросила я. — Сдашь меня?

— Если бы я хотел тебя сдать, то не стал бы перебинтовывать рану в тайне ото всех. Пошел бы в лазарет.

Ну да, и тогда пришлось бы писать объяснительную, где и при каких обстоятельствах он порезался. Я сощурилась. Вэйд Даморри помогает мне? Вздор! На него это совсем непохоже. Здесь что-то другое. Какая-то очередная проверка, а то и вовсе испытание. Надо быть начеку.

Рубашку Вэйд не стал надевать. Скомкав, выбросил ее в мусорное ведро. Между прочим, ларийский шелк. Я даже думать не хочу, сколько стоит лоскут этой ткани. Явно дороже всех моих вещей вместе взятых. А тут целая рубашка! Мне стало неловко оттого, что я приложила руку к ее уничтожению.

Но Вэйд быстро успокоил мою совесть, напомнив, какой он невыносимый гад. Такого не зазорно лишить не только рубашки, но и чего поважнее.

— Имей в виду, ты в моих руках, лже-Арклей, — произнес Вэйд, натягивая сюртук на голый торс. — Стоит мне заявить о ранении, и ты вылетишь из Академии.

Я скривилась. То, как он меня назвал – доказательство, что он спелся с моей «сестрой». Приставка «лже» – ее гениальное изобретение. Так она обычно подчеркивает, что я не настоящая Арклей.

— Хочешь донести на меня? Пожалуйста! — вздернула я подбородок. — Но я тоже молчать не стану. И расскажу, как один студент на практике применил магию на беспризорнице. Кажется, это запрещено, не так ли?

Губы Вэйда сжались в белую полосу, а глаза зло сверкнули, но у меня не было времени на страх. Если не одержу верх в этой игре взглядов, то быть мне до конца учебы на побегушках у Вэйда Даморри. Уж лучше убирать грязную посуду за мажорами!

— У тебя ноль доказательств, а у меня десятки свидетелей, — ответил Вэйд. — Я могу заткнуть им рты, и никто ничего не узнает, а могу заставить донести на тебя. Ты в моих руках. Еще не дошло?

Он говорил, а мне с каждым его словом становилось все хуже. Я вжала голову в плечи. Очень похоже, что я проиграла. По всем статьям.

— И чего же ты… — я шумно сглотнула, — хочешь?

Вэйд сделал вид, что задумался, а потом шагнул ко мне. Протянул руку, подцепил указательным пальцем полу моего пиджака и попытался отодвинуть, но я ударила его по ладони.

— Не смей меня трогать! — выпалила в гневе.

— То, о чем ты подумала, мне на хрен не сдалось, — поморщился Вэйд. — Уж точно не от тебя. Как ты там сказала: «Даже будь ты последним парнем в мире, я бы не взглянула на тебя»? Так вот это взаимно.

— Хоть что-то у нас общее, — буркнула я. — Но тогда что тебе нужно?

— Для начала носи значок как положено, — он все-таки распахнул полу моего пиджака и щелкнул по хвосту, прикрепленному к подкладке. — Следуй правилам, Арклей. Таково мое первое желание. Я все-таки твой куратор, и это моя обязанность – следить за поведением студентов.

Отдав приказ, Вэйд повернулся ко мне спиной. Уходя, он хлопнул дверью так, что зеркала в умывальне задребезжали. Вот и пообщались.

Я уходить не торопилась. И плевать, что это мужская умывальня! Прежде чем показаться на людях, мне нужно прийти в себя.

Включив холодную воду на максимум, я ополоснула лицо. Щеки горели так, что казалось от прикосновения к ним можно обжечь пальцы. Разговор с Вэйдом перевернул все мое сознание, я уже молчу о том, как тело реагировало на его близость.

И что дальше, подчиняться его капризам? Значок – ерунда. Но очевидно же, что Вэйд только разогревается. Страшно представить, каким будет его следующее требование.

— Ты как? — осторожно поинтересовалась Кати.

— Паршиво, — не стала отрицать я.

Кто я теперь, личная игрушка Вэйда Даморри? Знать бы еще, какие игры он предпочитает. Судя по всему, явно что-то садистское.

Глава 8. Черный дракон

Покидая умывальню, Вэйд так сильно хлопнул дверью, что аж уши заложило. И тут же поморщился. Ведет себя, как истеричка. Самому противно. Но рядом с этой девчонкой невероятно трудно контролировать себя. Давно его так никто не выводил на эмоции. Бесит ужасно!

Он шел через главную площадь Академии по привычному маршруту. Студенты приветствовали его, но он не обращал внимания. Все мысли были сосредоточены на одном. Точнее, на одной.

После встречи с Беспризорницей три года назад все пошло наперекосяк. Она оставила незаживающий шрам не только на его лице, но и на всей жизни.

— Воровка! — его сателлит-дракон по имени Морок скрутился внутри в тугой узел ненависти.

Вэйд привычно кивнул, соглашаясь. Слышать Морока для него было нормой, как и разделять его чувства.

Тогда, в подворотне Беспризорница ранила не только самого Вэйда, но и его сателлита. Он не лгал Крису – магии с его стороны не было. Это все девчонка! Стоило коснуться ее, как она принялась выкачивать из него силу. Присосалась, как пиявка. Вэйд даже пошевелиться не мог, чтобы разорвать с ней физический контакт. Не появись тогда Крис и не останови ее, она бы осушила Вэйда досуха!

Он так и не понял, что за ритуал она провела. Вряд ли ее целью был конкретно Вэйд, сгодился бы любой маг. Девчонка мечтала выбраться с улицы и нашла вариант. Увы, в той подворотне не повезло оказаться именно ему.

Беспризорница отлично подготовилась, надо отдать ей должное. Под конец она вовсе закрепила ритуал кровью, порезав его. Ни секунды Вэйд не верил, что это случайность. Самозащита? Ага, как же. Да она едва его не прикончила! Пусть не физически, но магически – точно.

А теперь явилась в Академию… Зачем? Вэйд этого пока не понял, но собирался выяснить. Спрашивать напрямик, естественно, не имело смысла. Соврет.

Он пытался забыть этот позорный момент своей жизни, а вместе с ним девчонку. Но вмиг узнал ее, хватило одного взгляда. Пусть прошло много времени, пусть она изменилась, Вэйд не сомневался, кого видит перед собой. На каком-то интуитивном уровне сразу понял – это она.

Он помнил замарашку в обносках: лицо в саже, непонятного цвета волосы сбились колтунами, одежда явно с чужого плеча, велика на пару размеров.

Теперь же перед ним стояла представительница знати – ухоженная и утонченная. Одежда по размеру подчеркивала соблазнительные изгибы фигуры. Волосы переливались золотом на солнце, а вишневые губы приковывали взгляд.

Внешняя привлекательность и благополучие Беспризорницы доводили его до белого каления. Из-за нее будущее Вэйда чуть не полетело к черту, а она из его трагедии извлекла выгоду.

Увидеть ее вот так неожиданно после трех лет было как получить удар под дых. Аж задохнулся. Даже сейчас, спустя неделю стоит подумать, и злость берет.

Проходя мимо стены, Вэйд не удержался и ударил по ней кулаком. Физическая боль вернула ясность мыслям.

Естественно, он первым же делом навел справки о ней. Выяснить, что ее удочерил грант Арклей, не составило труда. Она и его окрутила.

Сперва Вэйд хотел избавиться от девчонки. Выгнать ее из Академии и поскорее. Но потом решил, что разумнее будет за ней понаблюдать.

Он невольно коснулся шрама. Поначалу Вэйд его ненавидел. Мать и та кривилась при его виде. Отец лишь досадливо морщился. Наследник рода Даморри уже не так безупречен. Родителям тяжело было это принять.

А потом Вэйд понял, что ненавидеть надо не себя, а Беспризорницу. Месяц он провалялся из-за нее в лазарете, еще полгода восстанавливал магический потенциал, едва не потерял сателлита, ему даже Академию пришлось на время оставить. Теперь Вэйд выпустится позже сокурсников, что само по себе унизительно.

Отец вовсе был в ярости. Как Даморри мог так бездарно попасться? Что он за маг после такого?

Даморри-старший не выносил слабость. И уж точно он не собирался ее терпеть от наследника. Каждый вечер он заставлял Вэйда призывать сателлита, чтобы проверить его потенциал. Снова и снова. Доводил буквально до изнеможения. Но хуже всего было то, как он потом смотрел – с разочарованием.

Даже после того, как потенциал почти восстановился, взгляд отца остался прежним. Почти – это ведь не совсем. Да и шрам никуда не делся, что лишний раз напоминало о слабости Вэйда. Будь у Даморри-старшего такая возможность, он бы поменял наследника. Но к его величайшему сожалению, у него только один сын.

И во всем виновата Беспризорница!

— Дрянь! — снова высказался Морок. Он ненавидел девчонку даже больше, чем Вэйд. В конце концов, он едва не потерял из-за нее силу.

Вэйд толкнул дверь в свою комнату плечом и поморщился от боли. Уже забыл о ране. Новый порез был пустяковым. В другое время он бы не стал его обрабатывать. Не такая он неженка, чтобы бежать к врачевателям при виде крови. Но Беспризорница так забавно испугалась, что он не удержался.

Это уже потом дошло, что ее страх можно использовать против нее. Не только следить за ней, но и контролировать. Хотя бы отчасти. То, что он вернулся за курсом на тренировочную площадку и случайно попал под нож, в итоге оказалось удачным стечением обстоятельств. Осознав это, он, качнув головой, дал понять Крису, чтобы тот не вмешивался.

И все же оставаться с девчонкой наедине было ошибкой. Каждый раз когда она поблизости, щеку невыносимо саднит. Словно на ней не старый шрам, а свежий порез.

Но хуже всего даже не это, а то, что он почувствовал рядом с ней. И то, чего захотел… Настолько внезапно и остро, что поразил сам себя. А сателлит вовсе в мыслях обозвал его слабаком.

Но, черт побери, Вэйд ничего не мог с этим поделать! Мысль возникла и стала поразительно навязчивой. Каковы на вкус вишневые губы Беспризорницы? Сладкие, как карамель? Нет, готов поспорить, у ее вкуса грешная горчинка.

Вэйд с силой сжал кулаки и снова ощутил боль. Глянул на костяшки правой руки – разбиты в кровь от удара о стену. Он не без труда разжал пальцы, сведенные судорогой в кулак. Он будто пытался что-то удержать в руке, нечто ускользающее. В памяти всплыло – именно этими пальцами он коснулся щеки Беспризорницы, они еще хранят тепло ее кожи. Не его ли он так бережно сберегал?

Вздор! Для высшей знати прикосновение к девчонке из подворотни равносильно копанию в помоях. Ему не сохранять его надо, а тщательно вымыть руки.

Вэйд тряхнул головой. С какой стати он вообще о ней до сих пор думает? Сколько девчонок мечтают залезть ему в штаны? Он давно сбился со счета. Иди, бери любую. А он мечтает о Беспризорнице. После такого надо бы показаться ментальному врачевателю. Очевидно же, что он спятил.

Любопытство, это банальное любопытство. Чисто мужское. Или это тоже часть магии Беспризорницы? Она вполне могла воздействовать на него. То, что Вэйд его не ощутил, ничего не значило. В подворотне он тоже не распознал ритуал. И сколько потом часов не провел в библиотеке, к скольким магам не обращался за советом, так и не нашел объяснение произошедшему. Что случилось в той подворотне знает одна Беспризорница. Но разве она скажет правду?

Вэйд скинул сюртук и прошелся по комнате. И что теперь делать?

— Сестра, — подсказал дракон.

Точно. Вэйд щелкнул пальцами. Грэйс давно хочет быть с ним, но Вэйд игнорировал ее намеки. Она даже слух пустила, что они вместе. Он собирался с этим разобраться, но теперь пересмотрит свое решение. Через Грэйс он будет ближе к Беспризорнице и сможет узнать о ней больше.

Он выяснит, что эта девчонка с ним сотворила и вернет все, что она у него забрала. Она ответит ему за каждую каплю магии.

***

Я была уверена – в ближайшие недели вся Академия будет судачить о том, как первокурсница ранила куратора. Но нет. Никто ничего не сказал о происшествии на тренировочной площадке. Мне не задали ни единого вопроса о том, что произошло между мной и Вэйдом в умывальне. Уж не знаю, каким образом он заткнул всем рты, но студенты будто частично потеряли память. Они вели себя так, как если бы ничего подобного не происходило, словно это пригрезилось мне одной.

Это лишний раз доказывало, насколько сильно влияние Вэйда в Академии. Стоит ему приказать, и все те, кто сейчас молчат, побегут жаловаться на меня. Всем было плевать на мои проблемы, но они с удовольствием понаблюдают, как я буду выкручиваться.

Похоже, я угодила в ловушку. Отныне Вэйд Даморри – мой господин. Проявлю непослушание, и плакала моя учеба, а вместе с ней единственный шанс найти родных.

Могла ли я ненавидеть Вэйда еще сильнее? Очень в этом сомневаюсь.

Одно радовало – я получила высший балл от куратора Боевой кафедры. Хоть кто-то оценил мои усилия.

Первые дни я нервничала, все ждала новой гадости от Вэйда, но он как будто забыл о моем существовании. Не подходил, не заговаривал, вообще не замечал меня, и я немного расслабилась.

Меня поглотила учеба. Стоял разгар практики. Утром первокурсникам выдавали задания, каждому свое. Впервые открывая свой конверт, я пританцовывала от предвкушения. Сегодня у нас по плану кафедра Зельеварения. Я рассчитывала понаблюдать за приготовлением чего-нибудь интересного. Может, даже поучаствовать.

Но заглянув в свое задание, погрустнела.

— Что у тебя? — поинтересовалась Трина, заметив мое вытянувшееся лицо.

— Чистка котлов. А у тебя?

— Помощь в сортировке ингредиентов.

Я вздохнула с завистью. Трина хотя бы познакомится с составом зелий, а я весь день буду драить посуду. Ничего не скажешь, повезло.

Чувствуя вину за произошедшее на тренировочной площадке, Трина предложила обменяться заданиями, но я отказалась. Карточки именные, подделать их невозможно, а значит, поменять тоже не выйдет. Только нарвемся на очередной выговор.

В итоге я провела один из худших дней своей жизни на кафедре Зельеварения. Драить котлы – та еще работенка! Зелья буквально приваривались к металлическим стенкам. Слизь, копать, какая-то непонятная зеленая гадость – все это мне пришлось оттирать.

Мало того, что спину к вечеру ломило от полусогнутой позы, так еще руки покрылись волдырями. И это я была в перчатках! Иначе вовсе осталась бы без рук.

С того дня так и повелось. Мне попадались худшие задания! Кафедра Природников: все общаются с редкими магическими животными, а я чищу стойла по колено в навозе. От меня неделю воняло! Хотя я мылась три раза в день.

У Стихийников сокурсники имели дело с водой и воздухом, а я ковырялась в перегное. Потом еще долго вычищала землю из-под ногтей. Пока другим врачеватели рассказывали о редких болезнях, мне достались гнойные нарывы.

В какой-то момент мне показалось, что Кати была права – меня, в самом деле, прокляли.

— Ничего, — успокаивала Трина, — в следующий раз тебе обязательно повезет.

Я тоже на это надеялась. Какое-то время. А потом заинтересовалась:

— Кто распределяет задания среди первокурсников?

— Известно кто, — ответил Тронт. — Куратор курса.

И сразу все встало на свои места. Вот она причина моего невезения! Имя ей – Вэйд Даморри. Я-то думала, он оставил меня в покое, а он вовсю портил мою жизнь. Исподтишка. Вот ведь мелкий пакостник!

Чертов мажор нарочно выдавал мне самые противные, самые мерзкие задания. Это так он решил меня извести – напугать девчонку с улицы навозной кучей?

Я только головой покачала. Вэйд явно ничего не знает об улице, если думает, что такая ерунда обратит меня в бегство.

Но что бесило, так это намеки сокурсников. Они быстро заметили, на какие работы меня ставят, и сделали выводы. С тех пор каждый считал своим долгом поддеть меня. В итоге дошло до грязных намеков.

— С куратором лучше дружить, — подмигнул мне Адэйр – тоже из высшей знати, как и Вэйд. Всего-навсего первый курс, а уже золотокрылый. — Ублажи его, что ли, Диондра.

— Ты, я вижу, знаток в этом деле, — огрызнулась я. — У тебя все задания, как на подбор. Поделишься, чем ты ублажил куратора?

Весь курс захохотал, а Адэйр побагровел от злости и унижения.

— Ну вот, — заметила Кати, — еще одного врага нажила.

Мне осталось только вздохнуть. Что тут скажешь, это моя суперспособность. Да и какая теперь разница, одним больше… одним меньше…

Кстати, о врагах. Во всей этой суете я не забывала о Грэйс и своей маленькой мести. Чтобы она удалась, я постоянно переводила стрелки часов в нашей комнате туда-сюда. В результате Грэйс долгое время не замечала подвоха.

А потом я как-то увидела, что на ее пиджаке нет привычного значка с золотыми крыльями. Вообще никакого нет.

— Где твой значок? — спросила я «сестру». — Неужели золото стерлось, и ты отдала его ювелиру?

— Не твоего ума дело, — огрызнулась она.

Меня разобрало любопытство, и я, подскочив к стулу, где висел ее пиджак, осмотрела его. Выяснилось, что Грэйс, как и я когда-то, перевесила значок на внутреннюю сторону. Казалось бы, зачем ей прятать знак высшей привилегии? А затем, что нет его!

Там висел серебряный значок. Да, с крыльями, но все же не золотой. Месть удалась. «Сестра» лишилась, пожалуй, самого дорогого, что у нее было – статуса.

— Тебя понизили! — рассмеялась я. — Неужели за частые опоздания?

— А ты откуда о них знаешь? — подозрительно сощурилась Грэйс. — Это твоих рук дело, дрянь!

В порыве ярости она кинулась на меня, забыв, что всегда проигрывала мне в драке. За это тоже спасибо улице. Уж что-что, а постоять за себя я умею.

Грэйс дралась, как высшая знать, то есть бестолково. Размахивала руками, метя, куда попало. Вот и сейчас она пыталась вцепиться мне в волосы, но я поднырнула под ее руку и нанесла удар в район живота. Била не сильно, чтобы не было синяка, но Грэйс все равно, задохнувшись, согнулась пополам.

— Не лезь ко мне, по-хорошему прошу, — сказала я. — И Даморри своему передай, чтобы оставил меня в покое.

— Что у тебя общего с Вэйдом? — тут же вскинулась Грэйс.

А я поняла, что Вэйд ничего ей не рассказал. Все произошедшее и три года назад, и сейчас – это исключительно между нами. Вот только общего секрета с Даморри мне не хватало! Он словно связал нас постыдной тайной, и от этого было мерзко на душе.

Аж голова разболелась, и я сжала виски ладонями. Какой же он все-таки… невыносимый гад!

Глава 9. Спутники магов

Практические занятия с сателлитами обожали все студенты. Первый подобный урок у нашего курса состоялся спустя месяц после поступления. Причем в огромной аудитории, в которой без труда поместились сразу два курса – наш и кафедры Природников.

Вела занятие знакомая преподавательница. Та самая, с виверной. Благо сейчас она пришла без нее.

— Мое имя – госпожа Эрей, — представилась она. — Я буду преподавать у вас курс по сателлитам.

Высокая, худая, с каре – она разительно отличалась от других женщин-преподавательниц. Как минимум короткой стрижкой. К тому же юбке предпочитала брючный костюм, а туфлям – сапоги. Но это понятно, виверну на каблуках не догонишь.

— Запомните, сателлит – это ваша душа, — начала урок госпожа Эрей, и все притихли.

Я тоже внимательно слушала, а еще в очередной раз убедилась в том, что другие маги не слышат своих сателлитов. Как же они понимают друг друга?

Даже в стенах Академии я решила не распространяться о том, что у нас с сателлитом все иначе. Жизненный опыт подсказывал, что выделяться не стоит. Умеешь что-то лучше других? Молчи о своем преимуществе. Доверие точно не входит в число моих добродетелей. Улица приучила к тому, что все друг другу враги. А если кто-то кажется другом, то присмотрись получше.

— А как же обычные люди, без магии? — спросила с дальней скамьи странная девушка.

Одна половина ее волос была седой, вторая – черной. Причем разделение шло строго по пробору. Не припомню такую на нашем курсе. Видимо, она из Природников. Я присмотрелась к ее пиджаку – на нем красовался значок с хвостом. Тоже из обычных, без заскоков. С некоторых пор для меня наличие подобного значка говорило об адекватности студента.

— Если сателлит – это душа, то, получается, те, у кого их нет, лишены души, — не унималась девушка.

Госпожа Эрей снисходительно улыбнулась:

— Действительно, есть такая теория. Но мы с вами не на уроке богословия, чтобы разбираться в подобных вопросах. Нас интересует исключительно практическое взаимодействие с магическими спутниками.

Я только головой покачала. Маги такие мажоры в своем величии. До пятнадцати лет у меня не было сателлита. И что, у меня не было души? А потом она вдруг появилась, когда Вэйд Даморри прикоснулся ко мне? Бред! Я не чувствую в себе перемен с тех пор, как обрела Кати. Разве что вместе с ней я обрела магию. Если так подумать, то сателлит скорее душа магии, но никак не человека.

— Сила мага напрямую связана с силой его сателлита, — продолжила урок госпожа Эрей. — Проще говоря, мы владеем той магией, которую дают нам сателлиты. Ни больше, ни меньше. А потому, когда сателлит находится вне тела человека, тот не может пользоваться магией.

— Если сателлиты такие сильные, то зачем им нужны мы? — прозвучал новый вопрос из аудитории.

— Без нашей помощи они не в состоянии проявиться в материальном мире. Мы помогаем им родиться, а они за это платят магией. Такой вот у нас симбиоз, — ответив, преподавательница сменила тему: — Сегодня у нас первое, вводное занятие, и я хочу посмотреть на ваших сателлитов. Давайте познакомимся с ними поближе. Начнем с того, что вы призовете своих сателлитов и расскажете немного о них.

Студенты по команде вытянули руки запястьем вверх. Именно там располагался иероглиф магического спутника.

Призыв сателлита внешне никак не проявляется. Достаточно внутренней воли мага. Иероглиф концентрирует энергию, отделяя сателлита от физического тела его хозяина. Происходит это безболезненно. Знак с запястья не исчезает, зато появляется вполне реальный магический спутник.

Я до сих пор не понимала до конца, как это возможно – магическая энергия, покидая мое тело становится физическим существом. Учитывая, что я постоянно слышу голос Кати в своей голове, это смахивает на раздвоение личности.

После призыва аудитория заполнилась магическими созданиями разных размеров и форм. Одно было неизменно – все они были представителями фауны. Сателлиты обладали исключительно животным обликом.

Теперь-то я поняла, зачем для урока понадобилось такое большое помещение. Мы едва все уместились!

Мне еще не доводилось видеть чужих сателлитов в таком количестве. Первым делом я нашла взглядом близнецов, интересно было посмотреть на их спутников. Забавно, что их сателлиты тоже были похожи. У Трины – курица, а у Тронта – петух. Если подумать, то девушка, в самом деле, походила на наседку со своим вечным стремлением всех оберегать, а ее брат был не прочь покрасоваться.

Я так же обратила внимание на сателлита двухцветной девушки с кафедры Природников. Им оказался белогривый волк с черным хвостом. Даже ее спутник имел двойной окрас.

Хищники, травоядные, даже земноводные и, что приятно было Кати, другие птицы – кого здесь только не было. На меня обрушился шквал голосов. Студенты не слышали сателлитов, им было нормально, а я едва не оглохла.

Кати тоже явилась по моему зову, но особого ажиотажа не вызвала. Все внимание досталось тигру парня с кафедры Природников и, конечно, дракону Адэйра. Среди первокурсников он единственный, у кого был сателлит-дракон. Должна признать, он выглядел величественно и мощно, тут было от чего уронить челюсть на пол.

Дракон у Адэйра был серым. Не самый яркий цвет, но даже это не умаляло его красоты. Любуясь чешуйчатым сателлитом, я невольно подумала – а как выглядит черный дракон Вэйда? Наверняка он смотрится внушительнее. Готова поспорить, при его виде коленки подгибаются не только у женской половины Академии.

— Если продолжишь фантазировать о чужом сателлите, я страшно обижусь, — буркнула Кати.

Я вздрогнула. Ничего я не фантазировала! Это чисто научный интерес. Не так уж много драконов я видела. Но в чем-то Кати была права. Вот же передо мной реальный дракон, любуйся, а я почему-то опять думаю о Даморри. Это какое-то наваждение.

С теории госпожа Эрей быстро перешла на практику. По одному она вызывала студентов к доске, и те демонстрировали силу своих сателлитов. Обычно это была какая-то мелкая бытовая магия. То осветят аудиторию, то цвет стен поменяют, ничего серьезного.

Один лишь Адэйр выделился. Хотя чего еще ждать от знати? Он не мог не покрасоваться силой своего дракона. В результате нас прилично тряхнуло, словно мы угодили в эпицентр землетрясения. Аж штукатурка посыпалась с потолка.

— Спасибо, достаточно, — торопливо остановила демонстрацию госпожа Эрей. — Садитесь на место, студент Адэйр.

Пока он шел между рядами, все, включая преподавательницу, вытряхивали побелку из волос. После чего госпожа Эрей сообщила:

— Как вы могли заметить, сила магического спутника напрямую связана с его размерами. Поэтому драконы считаются высшими сателлитами. Им нет равных.

Адэйр, хмыкнув, приосанился, а я закатила глаза. Теперь понятно, откуда завышенная самооценка. Обладателям драконов с детства внушают, что они особенные, уникальные и избранные. Госпожа Эрей и та смотрит на Адэйра с обожанием. Неудивительно, что к восемнадцати годам такие, как он, свято верят в свою исключительность.

Урок продолжился. Неумолимо приближалось время, когда придет мой черед выйти вперед и продемонстрировать способности Кати. Нервничая, я кусала губы и едва могла усидеть на месте. Будь моя воля, сбежала бы. Осыпающаяся штукатурка – ерунда. Я всерьез опасалась, что Кати устроит что похуже.

— Пообещай, что будешь осторожна, — шепнула я. — Не используй полную силу.

— Не переживай, — ответила Кати. — В этот раз все точно получится!

Я мысленно застонала. Увы, оптимистический настрой Кати мне не передался. Когда она говорила, что все точно получится, случался очередной кошмар. Хотелось верить, что этот раз будет исключением, но…

— Студентка Арклей, ваш черед, — вызвала меня госпожа Эрей.

Понурив голову, я встала с места и побрела к ее столу. Преподавательница тем временем заглянула в мое личное дело.

— Как интересно, — заметила она. — Здесь написано, что магия в вас пробудилась уже во взрослом возрасте.

— В пятнадцать лет, если быть точной, — кивнула я.

— Это большая редкость! — восхитилась она и посмотрела на меня так, словно я музейный экспонат. — Я как раз увлекаюсь изучением подобных случаев.

Как только ко мне не относились в этой жизни, но чужим хобби я еще точно не была.

— Наверняка это сказалось на взаимодействии с сателлитом, — очередной заинтересованный взгляд достался уже Кати, сидящей у меня на плече. — Расскажите, как именно пробудилась ваша магия. Всему курсу будет интересно это услышать.

Я как раз встала лицом к аудитории и невольно поежилась от десятков любопытных взглядов.

Когда грант Арклей спрашивал, как во мне проснулась магия, я лгала. Всякий раз твердила одно и то же – я ничего не помню. И вовсе я не покрывала Вэйда. Я просто испугалась. Дико, неконтролируемо. Я была в ужасе при мысли, что он найдет меня и отомстит, а потому предпочла выбросить его из памяти. Так и вышло, что, кроме нас двоих, никто не в курсе – Вэйд приложил руку к пробуждению моей магии. Я уж точно не стану говорить это толпе студентов!

— Я не помню, как это произошло, — привычно солгала я, и по аудитории пронесся разочарованный вздох. Интересной истории нынче не будет.

— Очень жаль, — расстроилась госпожа Эрей. — В таком случае пусть ваш сателлит продемонстрирует силу.

— Она еще не до конца освоила магию, — честно предупредила я.

— Это вполне естественно. Все же вашему спутнику лишь три года. Сделайте что-нибудь простое… например, сквозняк. Этого будет достаточно для хорошего балла, — подбодрила госпожа Эрей.

Я снова повернулась к аудитории и еле слышно пробормотала:

— Всего-навсего сквозняк. Слышала, Кати? Постарайся не напортачить.

— Я не подведу! — она махнула крыльями и по аудитории пронесся… ураган.

Не какой-то там сквозняк и даже не ветер, а настоящий шквал. Одним-единственным порывом он снес все на своем пути. Отбросил студентов к стене, перевернул столы, раскидал книги.

В аудитории воцарился хаос. Студенты визжали в ужасе, мебель громыхала, вырванные из книг страницы закружились в вихре, ветер завывал. А госпожа Эрей кричала, пытаясь всех успокоить, но получалось плохо.

Все закончилось так же внезапно, как началось. Ураган стих, оставив после себя разгромленную аудиторию. Ветер не тронул лишь меня и преподавательницу.

Теперь тишину аудитории нарушали исключительно стоны раненных студентов. Некоторые получили довольно серьезные ушибы.

— Это настоящая катастрофа! — выпалил кто-то.

Я вздохнула. Ну да, именно так и зовут моего сателлита. Это тот самый случай, когда имя идеально подходит его носителю.

Кати на моем плече спрятала голову под крыло. Она даже не пыталась оправдываться. Да и что тут сказать?

Я тоже прикрыла глаза. Отчаянно хотелось провалиться сквозь землю. Какое эпическое фиаско! Почему это со мной происходит? Другим магия дается так естественно, одна я – полная неудачница. Может, поэтому у меня так долго не было магии? Вселенная попросту оберегала мир от меня.

Первой в себя пришла госпожа Эрей. Нервно поправив прическу, она произнесла:

— Урок окончен. Всем необходимо показаться врачевателям. Даже если вам кажется, что ваши ушибы незначительны. Может быть скрытое кровотечение.

Студентов не надо было просить дважды, они сами были рады поскорее оказаться подальше от меня. Возле двери даже возникла небольшая давка, так все торопились покинуть аудиторию.

Проходя мимо меня, сокурсники разве что не осеняли себя знаменем в суеверном ужасе. Адэйр и тот предпочел обогнуть меня на максимальном расстоянии.

Трина одарила меня сочувствующим взглядом. Она хотя бы не пострадала, чему я была рада. Зато Тронт показал поднятую вверх ладонь, что на языке студенческих жестов означало высшее одобрение. Кажется, ему понравилась моя демонстрация силы. Увы, он был в меньшинстве.

Когда аудитория опустела, я тоже шагнула к двери, но госпожа Эрей попросила:

— Задержитесь, пожалуйста, Диондра. Нам надо поговорить.

Я вздохнула. Неужели Вэйду повезет, и меня исключат из Академии без его участия? Я все-таки разрушила целую аудиторию и чуть не покалечила первокурсников. Но ведь не нарочно! Надеюсь, это учтут.

Вскоре в разгромленной аудитории остались только мы с госпожой Эрей. Кати по-прежнему сидела у меня на плече, прячась в волосах. Зная ее, я не сомневалась, что ей ужасно неловко за содеянное. Кати совершенно неагрессивная! Она уж точно не желала никому зла. Подобное больше похоже на меня.

— Не переживай, Диондра, выговора не будет, — первое, что сказала мне госпожа Эрей, переходя на «ты». — Случившееся исключительно моя вина. Ты предупреждала, что магия твоему сателлиту дается с трудом.

— Каждый раз ее применение заканчивается катастрофой, — вздохнула я.

— Очень любопытно. Позволишь взглянуть на твоего сателлита поближе?

Я не стала отказываться. Возможно, госпожа Эрей подскажет, как Кати наладить взаимодействие с магией. Нам бы не помешал хороший преподаватель. Так что я ссадила золотого соловья с плеча на учительский стол и позволила госпоже Эрей провести тщательный осмотр. В итоге она разве что под хвост Кати не заглянула.

— Поразительно, — пробормотала преподавательница после осмотра. — Сила примененной магии намного превышает размеры, а значит, и возможности твоего сателлита. Твой сателлит применил силу соразмерную с силой дракона, но при этом внешне он лишь маленькая птичка.

— Как такое может быть? — настал мой черед удивляться. — Вы же сказали на уроке, что сила зависит от размера.

— Хотела бы я сама это понять, — пробормотала госпожа Эрей.

Мы с Кати переглянулись. В ее золотых глазах читался не меньший шок, чем испытывала я сама. У Катастрофы сила дракона? Да ну, не может быть. Откуда ей взяться? Разве что…

Между лопаток словно лед приложили, меня аж передернуло от озноба. Могла ли я что-то взять от Вэйда? Например, силу дракона. Если так, то понятно, почему Вэйд меня ненавидит. Я бы на его месте точно ненавидела.

— Возможно, у твоего сателлита есть особый талант? — между тем уточнила госпожа Эрей. — Такое часто бывает у драконов. Взять хотя бы куратора вашего курса, у него дар черного менталиста.

Надо же ей было привести в пример именно Вэйда. Я ведь и сама о нем только что думала. И невольно задавалась вопросом – если магическая сила у Кати от него, то вдруг я тоже черный менталист?

Я передернула плечами. Нет, у нас с Кати, к счастью, другая особенность, никак не связанная с Даморри. Мы понимаем друг друга, но преподавательнице знать об этом необязательно.

— Нет, — разочаровала я ее. — Она и с обычной магией едва справляется. Какие уж тут таланты.

— Мне кажется, она просто еще не раскрыла свой потенциал. Три года – фактически детство для сателлитов. Они растут вместе с магами. Тебе нужно больше с ней заниматься, Диондра.

— Вы можете что-то посоветовать? — попросила я.

На самом деле, поначалу я тратила очень много времени на занятия с Кати. Собственно, так я и открыла, что могу общаться с ней. Но каждый раз применение магии оборачивалось разгромом, и, в конце концов, леди Арклей запретила мне использовать ее дома. Так и закончились наши с Кати тренировки.

— Сателлит не без причины имеет ту или иную форму, — сказала госпожа Эрей. — Твой сателлит – птица, к тому же певчая. Поэтому начни с голоса. Пусть она поет, применяя магию. Это поможет сосредоточиться. А еще советую разобраться с тем, как появилась твоя магия. Это подсказка к взаимодействию с сателлитом.

Я кивнула. Оба совета были хорошими и правильными. Но если первому я обязательно последую, то со вторым не все так просто. Он предполагает общение с Вэйдом. Нам как минимум придется говорить, а это… сложно.

А потому я зашла с другой стороны:

— Вы знаете книги, в которых можно почитать о позднем проявлении магии?

— Таких, на самом деле, немало. Я составлю список и передам тебе.

— Спасибо, — поблагодарила я. — Это будет очень, кстати.

— А еще я могу провести индивидуальные занятия с тобой для развития сателлита, — предложила госпожа Эрей.

Я была готова ее расцеловать. Конечно, я согласилась. Вообще не думая. Кто-то хочет меня учить магии? Это же чудо!

Мы договорились встретиться на следующей неделе для первого занятия, чтобы я успела прочесть хотя бы одну книгу из списка госпожи Эрей.

Аудиторию я покидала в отличном настроении. Провал в итоге обернулся удачей. У нас появился учитель. Если повезет, Кати скоро овладеет магией.

Хорошее настроение портила лишь неразбериха с Вэйдом. Мне казалось, я точно знаю, что случилось три года назад в подворотне, а сегодня я впервые в этом усомнилась. Могло ли быть так, что я ошиблась? Не хотелось это признавать, но все слишком странно.

— Надо поговорить с Вэйдом, — осторожно предложила Кати.

Я передернула плечами. Она, конечно, права. Но как же неохота! Воображаю, как отреагирует мажор, когда я скажу ему, что у моего сателлита предположительно сила его дракона. Да он только и ждет от меня подобного признания.

Нет, с такими заявлениями нельзя торопиться. В конце концов, я ни в чем не уверена. Сначала почитаю умные книги, позанимаюсь с госпожой Эрей, а там видно будет.

Разговор с госпожой Эрей затянулся, в результате я чуть не опоздала на обед. В животе вовсю бурчало, пока я неслась по коридорам Академии. И все же я шла в столовую с двойным чувством. С одной стороны, есть хотелось зверски. С другой, значок с хвостом на моем пиджаке предвещал сложные времена.

Началось все неплохо. Я сидела за одним столом с Триной и Тронтом. Кажется, это место уже закрепилось за нами. Что ж, удобно иметь свой стол в столовой.

Но поесть нормально мне не дали, засыпали вопросами. Близнецов разбирало любопытство – что мне сказала госпожа Эрей.

— Это было очень круто! — восхитился Тронт. — Ты теперь легенда, Арклей. Все только и говорят, что о твоем показательном выступлении.

Я мысленно застонала. Вот уж о такой славе я точно не мечтала. Оглянулась, и правда, со всех концов столовой на меня бросали заинтересованные взгляды, а потом о чем-то шушукались между собой.

— Тебя обсуждают, — сообщила Трина, и я застонала уже в голос.

— Кстати, ты все еще студентка? — спросил Тронт в лоб. Деликатность явно не его конек.

— Как ни странно, да, — ответила я. — Госпожа Эрей посоветовала, как заниматься с моим сателлитом и даже предложила индивидуальные занятия.

— Спроси, никто серьезно не пострадал? — раздался голос Кати в моей голове.

Я озвучила ее вопрос вслух, зная, что она изведется, если не спросить. Кати никому не желала зла, но почему-то постоянно его причиняла.

— Пара ушибов, — махнула рукой Трина, — не переживай.

Кати успокоилась, и я смогла продолжить трапезу.

Под конец обеда я заметила, что в столовой происходит что-то странное. Золотокрылые складывали подносы на столы хвостов, но наш стол почему-то игнорировали. Хотя нет, игнорировали не весь стол, а конкретно меня. Около Тины уже образовалась гора из подносов, а меня обходили стороной.

— Куда ты пихаешь еще один поднос? Не видишь, здесь уже нет места? — возмутилась я очередной «крылатой».

Девушка замерла, не сводя с меня испуганных глаз. Такого эффекта я не ожидала.

Пауза затянулась, и я не выдержала:

— Бу! — выдала я детскую страшилку.

«Крылатая» отмерла и поспешила прочь. Не куда-нибудь, а прямиком к пункту сдачи грязной посуды. Наверное, впервые в жизни она убрала за собой. Глядя ей вслед, я подумала, что мой новый имидж можно использовать для перевоспитания мажоров. Я быстро научу их порядку!

Не буду врать, мне это понравилось. Несмотря на значок с хвостом, я могу не убирать за другими. По крайней мере, мне так казалось, а потом я ощутила ненавистный ледяной взгляд. Вэйд, сложив руки на груди, смотрел на меня с другой стороны столовой. Наблюдал. Он как будто ждал, что я выкину какой-то фокус, даже предвкушал это.

Чтобы – что? Наказать меня? У него была тьма поводов для очередного выговора, но он ни одним не воспользовался. Значит, дело не в наказании, ему нужно что-то другое. Вэйд изучал меня, как природник изучает редкое животное в естественной среде обитания.

— Правила, — медленно произнес он одними губами. Так, чтобы я поняла.

— Зануда, — ответила я в его же манере.

Брови Вэйда поползли вверх. Он такой наглости не ожидал.

— Ничего, — Трина встала из-за стола, — я сама уберу.

— Я помогу, — вслед за ней поднялся Тронт.

Мне стало неловко. Не перед Вэйдом, а перед близнецами, которые хорошо ко мне относятся. Одни из немногих, между прочим.

Шепча под нос проклятия в адрес всех кураторов, и Вэйда в частности, я поспешила помочь Трине. Около пункта сбора грязной посуды мы встретили уже знакомую двухцветную девушку и добродушного бугая с нашего курса. Там и познакомились ближе.

Девушку звали Мирелль, а высокого широкоплечего блондина – Дин. Оба были из простых семей, без привилегий знати, так и угодили в хвосты.

Мне начало казаться, что таких студентов нарочно принимают в Вышку, как студенты прозвали Академию, чтобы было кому прислуживать мажорам. А что, отличная экономия на слугах. Не будь хвостов, пришлось бы нанимать официантов.

Но лично я в их компании чувствовала себя как среди своих. Леди Арклей так и не удалось привить мне заносчивость и зашкаливающую самооценку высшей знати, о чем она горько сожалела. Вроде как не вышло из меня нормального человека. Что тут сказать, у нас с ней явно разные понятия нормальности.

— Таким, как мы, надо держаться вместе, — в какой-то момент уборки заявила Трина. — Поможем друг другу получить крылья. Что скажете?

— Хорошая идея, — поддержал Дин. — Вместе надежнее и веселее.

Мы с Мирой кивнули, соглашаясь.

— Создадим клуб и назовем его… «Союз хвостатых», — предложила Мира.

— Ужасное название, — скривилась Трина. — Нет, мы будем «Везунчиками».

— Почему? — удивилась я. Убирая чужую грязную посуду, я точно не чувствовала себя везучей.

— Это ведь чудо, что нам удалось поступить в Главную Магическую Академию! — выпалила Трина. —Ты посчитай, Дия, сколько таких как мы среди первокурсников?

Я прикинула. Действительно, немного. Как, впрочем, и золотокрылых. Основная часть студентов находятся где-то посередине и носят медные или серебряные значки. Крайностей не так уж много.

Признав правоту Трины, мы согласились с ее вариантом названия клуба.

— Этим вечером турнир сателлитов. Первый в этом году, — сообщила Мира. — Не хотите пойти?

— Спрашиваешь, — воодушевился Тронт. Он остался помочь нам, хотя был не обязан. — Мечтаем! Это же самое крутое, что есть в Вышке. Но где взять пропуск… Хвостам его не дают, да и первокурсникам запрещено ходить на турнир.

— Я могу достать, — сказала Мира. — У меня есть связи.

— Я тебя обожаю! — заявил Тронт и принялся убирать часть ее посуды.

Второй раз я слышала о турнире сателлитов, другие явно знали о нем больше. Все же они выросли в пусть небогатых, но нормальных семьях. В то время, как я выживала в трущобах.

— Расскажи подробнее о турнире, — попросила я Трину.

— Ты как с неба свалилась, — поразилась она. — Неужели раньше о нем не слышала?

Я пожала плечами. Говорить о своем прошлом не хотелось. Повезло, что Грэйс молчит. Хотя она защищает не меня, а свое благородное семейство. Это же несмываемое пятно на репутации рода!

Признать, что ее отец привел в дом девчонку с улицы и та стала ее сестрой, для Грэйс равносильно самоубийству. Она не скрывала, что мы не родня, но даже под пытками не призналась бы, что я – бывшая беспризорница. Семейство Арклей безупречно. И точка.

— Вообще-то подобные турниры запрещены, — наклонившись к моему уху, прошептала Трина. — Возможно, поэтому ты о них не слышала. Если коротко, то там сражаются сателлиты под руководством своих магов. Драконы бьются с драконами, хищники с хищниками, а мелюзга с…

— Там будут драконы? — перебила я.

На самом деле, это все, что я услышала. При мысли, что снова увижу дракона, пересохло во рту. Это какая-то мания, честное слово. Понятия не имею, как она у меня развилась, но, кажется, я не одна ею страдаю.

— О да, драконы, — мечтательно вздохнула Мира, и даже парни заулыбались. — Прекрасные и могущественные. Кстати, наш куратор – один из фаворитов.

Я вздрогнула. Вэйд участвует в турнире? Хотя чему я удивляюсь, он явно из тех, кому нужно быть лучшим во всем или жизнь будет не мила.

Мне безумно хотелось посмотреть на драконов, но я сомневалась – стоит ли принимать приглашение. Если турниры запрещены, то за их посещение можно схлопотать выговор, а меня понижать уже некуда.

Как Мира вообще достанет приглашения, да еще на всех? У первокурсницы такие связи? Подозрительно.

Но любопытство взяло верх над разумом. Я всего лишь загляну одним глазком и тут же уйду, если не понравится.

В итоге мы договорились встретиться вечером в беседке возле кафедры Природников и уже оттуда вместе отправиться на турнир.

Скоро я увижу бой драконов! От предвкушения аж кончики пальцев покалывало.

Глава 10. Турнир сателлитов

Закончив уборку, я поспешила к себе. Не так много времени осталось на то, чтобы привести себя в порядок. После столовой от меня воняло кислой капустой, которую сегодня подавали на ужин. Я аж вся чесалась, до того хотелось смыть с себя эти ароматы.

К щам добавился запах пота, когда я взобралась наверх лестницы. Так что я сразу направилась в личную умывальню. Грэйс, к счастью, отсутствовала, можно было расслабиться.

Несмотря на все неприятности дня – случай на уроке и уборку в столовой – настроение было отличное, даже хулиганское, и я позволила себе то, чего обычно не делаю. Я взяла мыльный раствор Грэйс.

Аромат у него просто невероятный! Если у парадиза есть запах, то он пахнет именно так. Чувственные цветочные нотки идеально сочетались с бодрящими и даже необузданными. Не аромат, а вызов. Грэйс носит его с достоинством. А я чем хуже?

Щедро плеснув мыльного раствора на губку, я намылилась с головы до ног. Теперь от нас с «сестрой» еще и пахнуть будет одинаково. Почему-то эта мысль меня позабавила. Но вряд ли нам грозит быть перепутанными. Мы, конечно, похожи внешне, но далеко не близнецы.

Вымывшись, я наспех оделась. Наряжаться не стала, выбрала, что поудобнее – черные брюки, майку на тонких бретельках и голубую накидку с длинными рукавами.

— Слишком по-мужски, — не одобрила Кати, которой больше нравились женственные наряды.

— Зато удобно, — возразила я. — Еще неизвестно, где проходит турнир.

Покончив со сборами, я поспешила на место встречи. Успела как раз вовремя – наши уже пришли. Заметив меня, они замахали руками.

— Ну что, все готовы рискнуть? — спросила Трина.

— Не нагнетай, — отмахнулся Тронт. — Уже десятки лет никого не ловили на турнире и не исключали. Система налажена. Проблем не будет.

Очень хотелось верить, что он прав.

— Дайте руки, — велела Мира, — я раздам вам пропуски.

Мы послушно протянули ладони. Мира провела по коже, и на ней вспыхнул завиток в форме дракона. Весьма похоже на иероглиф сателлита.

— Это и есть пропуск? — удивилась я.

— Портальная метка, — присвистнул Дин. — Вот это я понимаю, организация на высшем уровне!

— Теперь надо лишь найти точку отправления, и метка доставит нас прямо на турнир, — пояснила Трина. Она уже поняла, насколько я не в курсе местных реалий. — Сам турнир может проходить за многие километры отсюда.

Я присвистнула совсем как Дин и сразу поверила, что облава турниру не грозит. Попробуй найди, где он. Если у тебя нет метки, то это практически невозможно.

Раздав пропуски, Мира повела нас к месту отправления. Она откуда-то все знала о турнире. Такая осведомленность первокурсницы поражала.

Я гадала, куда мы идем. Как выглядит точка отправления? Будет ли это ученическая аудитория или просто лавка в академическом саду? Вариантов было много, но реальность все равно меня поразила.

Мира привела нас к уже знакомой умывальне Боевой кафедры. Я сразу напряглась. Не самые приятные воспоминания с ней связаны.

Один за другим мы вошли внутрь. Умывальня выглядела точно такой, как я ее запомнила. Разве что кровь с пола смыли и набор первой помощи убрали на место.

Удивляло, что мы здесь одни. Где же другие студенты? Турнир наверняка многие хотят посетить. Я спросила об этом вслух.

— У каждой группы своя точка отправления, — ответил Дин. — Представь, что было бы, если бы все желающие попасть на турнир шли к одному месту. Здесь образовалась бы километровая очередь. Преподаватели на раз бы вычислили турнир.

— Логично, — кивнула я.

— Куда дальше? — оглянулся Тронт.

— Сюда, — Мира указала на туалетную кабинку, вход в которую перегораживала красная лента.

Кабинка была сломана, если верить ленте, но Мира приподняла ее и открыла дверь.

— Это и есть точка отправления, — кивнула она внутрь кабинки. — Заходите по одному, и вас перекинет куда нужно.

— Мы не потеряемся? — занервничала я.

— Не переживай, — успокоила Трина. — Мы встретимся на той стороне. Давай я пойду первой и буду тебя там ждать.

Сказав это, Трина шагнула в кабинку и… исчезла. Прямо на моих глазах! Не было ни вспышки света, ни других визуальных эффектов. Она просто растворилась в воздухе.

— Твоя очередь, — Тронт подтолкнул меня в спину. — Не бойся, это не больно.

— Очень на это надеюсь, — буркнула я и шагнула в кабинку.

Тронт не обманул. Больно не было. Было странно. Я моргнула, и все изменилось. Когда опускала веки, еще стояла в кабинке мужской умывальни, подняв, очутилась в окружении каменных стен.

— Ты как? — Трина сжала мою руку.

Не будь ее рядом, я бы точно запаниковала. Все дело в том, куда мы попали. Здесь не было окон и дверей. Не зажги Трина магический свет, мы бы стояли в кромешной темноте. Стена, пол и потолок были из камня, причем обработаны неровно. Мы словно угодили в подземелье.

— Что это за место? — спросила я.

— Заброшенные шахты, — ответил Тронт. Он как раз появился. — Здесь бесконечное число коридоров и помещений. Турнир каждый раз проходит в новом зале, из-за чего его практически невозможно найти.

— Выходит, мы глубоко под землей?

— Ну да.

— И как мы найдем турнир? — не унималась я.

— Пойдем на звук, — Тронт прижал палец к губам.

Мы замолчали и, в самом деле, расслышали голоса вдали.

— Идемте, — появившись, поторопила Мира. — Начало уже скоро.

По узкому коридору мы двинулись на звуки. Наши шаги гулким эхом отражались от каменных стен. Бум-бум-бум – в такт им билось мое сердце, быстро и лихорадочно. Меня потряхивало от возбуждения. Почему-то мысли постоянно возвращались к Вэйду. Каков он в сражении? Скоро я это узнаю.

Подземный коридор искусственно не освещался. Естественных источников света здесь тоже не было. Если бы не магический свет, что зажгли мои спутники, мы бы блуждали в темноте.

Я свет зажигать не рискнула. Хотя Кати все порывалась.

— Умоляю, только не применяй магию, пока мы под землей, — шептала я как заклинание. Страх, что потолок обвалится нам на головы, был вполне реален, а главное – обоснован.

— Ладно, — нехотя буркнула Кати, я вздохнула с облегчением.

Быть погребенной заживо в старой шахте где-то глубоко под землей – не то, что я ожидала от этого вечера.

— Мы почти пришли, — предупредила Мира. — Держитесь ближе друг к другу, чтобы не потеряться. Там будет многолюдно.

Я тут же вцепилась в руку Трины. Ничто не заставит меня разжать пальцы! Я ведь так и не спросила, как вернуться обратно в Академию. Если потеряю своих, рискую остаться в шахтах навсегда.

Трина сжала в ответ мою ладонь, и в ту же минуту узкий коридор резко расширился. Мы вышли в зал. Он был настолько огромен, что потолок едва угадывался где-то высоко над головами. Сюда легко бы поместились несколько тренировочных площадок Боевой кафедры и, конечно, драконы. Здесь они могли чувствовать себя вольготно.

Мы сразу угодили в гущу толпы. Яркий свет от сотен магических шаров, шум голосов, тычки локтями – все органы чувств были атакованы одновременно. Не стискивай я пальцы на руке Трины, точно бы потерялась в толпе. А так она тянула меня за собой куда-то в самый центр.

— Надо пробраться к арене, — крикнула Мира, перекрывая шум. — Турнир лучше смотреть из первых рядов.

Сама я бы не пошла вперед, мне и сзади было нормально, но мне в спутники достались упорные ребята. Дин шел первым. Он точно ледокол прокладывал нам путь через толпу. За ним следовала Мира и мы с Триной. Тронт замыкал шествие, подталкивая нас вперед.

В итоге через десять минут упорной борьбы мы очутились возле самых перил, ограждающих арену. Та представляла собой круг, посыпанный все тем же песком, а со всех сторон ее окружали зрители.

В тот момент, когда я подумала, что еще немного – и мои барабанные перепонки лопнут от шума, в зале резко стало тихо. Все потому, что на арену вышли первые участники турнира. Почему-то сразу десять – семь парней и три девушки. Ведущий из числа старшекурсников предложил им вытянуть жребий. По нему участники разбились на пары.

— Сейчас будет схватка мелюзги, — шепнула мне на ухо Трина. — Пары дерутся между собой. Тот, кто уцелеет, перейдет в следующий тур. И так до тех пор, пока не останется один победитель.

— Что еще за мелюзга? — уточнила я.

— Мелкие сателлиты. Типа наших с тобой, — пояснила она.

— Ничего я не мелкая! — тут же возмутилась Кати.

Я отвечать не стала. Во-первых, Трина услышит, а во-вторых, объективно Кати намного меньше того же тигра, я уже молчу про драконов. А как говорила госпожа Эрей, магическая сила сателлита напрямую зависит от его размера. Много магии банально не поместится в маленькое тельце. Впрочем, тут Кати нарушила все законы… но опять же непонятно почему.

Схватка началась по сигналу – где-то за пределами арены ударили в гонг. Я так и не поняла, откуда конкретно идет звук, но он облетел весь зал.

Пять пар сражались одновременно в разных концах арены. Уследить за всеми было нереально, и я выбрала тех, кто показался более интересными. В моем случае это был удав и лисица. Дрались сателлиты, а их хозяева подсказывали и направляли.

Бой шел с применением магии и без всяких правил. Удар исподтишка, нападение сзади – все шло в дело. Я не удивилась, когда победила лиса. Недаром она славится своей хитростью. За счет нее и выиграла, швырнув песок в глаза удаву.

Сателлиты выбывали один за другим, причем некоторые из них с серьезными ранениями. Лиса уверенно шла к победе.

Смотреть на битву сателлитов оказалось тяжело. Все потому, что я их слышала. Каждый вскрик, стон боли и отчаяния долетал до моего слуха. Другие азартно подбадривали участников. Толпа скандировала имена фаворитов, взрываясь возгласами радости или стонами разочарования. А меня передергивало от ужаса и сочувствия.

Глядя, как хозяева уносят с арены раненных сателлитов, я удивилась вслух:

— Участие в турнире точно добровольное? Не понимаю, кому взбредет в голову рисковать собой и своим спутником.

— На турнир приводят разные причины, — пожала плечами Трина. — Например, для хвоста это шанс получить крылья. А для золотокрылых это возможность лишний раз покрасоваться.

Лиса как раз вцепилась зубами в горло очередной жертве, и я передернула плечами. Нет уж, значок с крыльями того не стоит. Я точно не буду рисковать Кати в поединке.

В первом туре ожидаемо победила лиса. Забавно, что поздравляли не сателлита, а ее хозяйку – девушку с медными волосами. Как будто это была ее личная заслуга.

Отношение магов к своим спутникам меня поражало. Они воспринимали их как должное. Так леди Арклей относится к слугам. Возможно, причина в том, что маги не слышат сателлитов и не считают их разумными существами. Для людей они просто источник магии. То ли дело мы с Кати, для меня она прежде всего друг.

Сразу за первым начался второй тур. И снова десять участников. Похоже, это утвержденное количество. Ни больше, ни меньше.

На этот раз бой шел между сателлитами крупнее, в основном это были хищники. Волки, кошачьи разных мастей, но встречались и большие травоядные. Например, носорог.

Этот бой был зрелищнее, но и кровавее. В какой-то момент я, не выдержав, отвернулась.

— То ли еще будет, — хихикнул Тронт. — Вот подожди, начнется схватка драконов.

Я не то чтобы ждала, но заранее трепетала.

Где-то в середине второго тура к нам через толпу пробрался Криспиан – куратор Боевой кафедры. Я удивилась, когда поняла, что он шел ко мне, и даже напряглась. Не сдаст ли он нас? Все же мы нарушили не только правила Академии, но и старшекурсников – первым курсам нельзя посещать турнир.

Чтобы я его расслышала, Крису пришлось подойти совсем близко. А толпа, напирая со всех сторон, вовсе впечатала нас друг в друга. Мои ладони уперлись в пресс парня, и я невольно отметила до чего он твердый.

Мне было не по себе от такой близости с едва знакомым парнем, но Крис неловкости явно не испытывал. Наклонившись к моему уху, он спросил:

— У тебя все в порядке? Вэйд не доставил больших неприятностей?

Я ожидала услышать, что угодно, но точно не это. Он волнуется обо мне?

— Меня не отчислили, остальное неважно, — ответила я.

— Вэйд просил не вмешиваться в ваши разборки, — признался Крис. — Кураторы между собой соблюдают нейтралитет. Но если станет совсем худо, скажи мне. Ради тебя я готов нарушить правила.

Я запрокинула голову, чтобы заглянуть ему в глаза. Он это серьезно? Ради меня никто никогда ничего не делал. Это было неожиданное и, чего уж там, приятное заявление.

Я не знала, что ответить. От неуклюжего молчания спас новый удар гонга. Оказывается, второй тур завершился. Болтая с Крисом, я не видела, кто победил. Но настала пора выйти драконам, и это я не могла пропустить.

Повернувшись к арене, я вздрогнула. Все потому, что увидела Вэйда. Он появился без рубашки. Знакомый иероглиф сателлита переливался черным золотом на холсте его кожи. Первые секунды я даже не заметила, что вместе с ним вышли еще трое участников. Я видела одного Вэйда и предвкушала момент, когда он призовет дракона.

Я фыркнула, глядя на Вэйда. Позер! Рубашка нисколько не помешала бы ему сражаться, но ведь надо покрасоваться перед студентками. Почему-то меня дико раздражало, что он вот так запросто разрешает всем глазеть на себя. Хотя мне-то что? Это его тело.

Но потом мне стало не до Вэйда. Все потому, что появились драконы. Все четверо одновременно, повинуясь призыву хозяев. Чешуйчатые тела дышали мощью, ноздри выдыхали дым, хвосты разбрасывали песок. Их было четверо – по числу участников третьего тура. Оно и понятно, десять драконов арена попросту не вместит. Слишком они огромные.

Восторг жаркой волной прокатился по зрителям, зацепив и меня. Ничего более потрясающего я в жизни не видела! Еще немного – и завизжу, как девчонка от восхищения.

Но я была в меньшинстве, другие себя не сдерживали – кричали, улюлюкали, свистели, приветствуя участников турнира. Аж каменные стены дрожали. Вид драконов буквально сводил студентов с ума. Я их не осуждала, сама была близка к экстазу.

— Сколько всего драконов в Вышке? — спросила я. Явно же, больше четырех. Взять хоть нашего Адэйра, а он в турнире не участвует.

— Двадцать три, включая моего, — ответил Крис.

Вряд ли он просто так упомянул, что его сателлит тоже дракон. Хотел покрасоваться? Мне почудились ревнивые нотки в голосе парня. Надеюсь, Крис не решил, что меня заинтересовал кто-то на арене. Троих я вижу впервые, а Вэйда вовсе на дух не переношу.

Двадцати три дракона, прикинула я, это не так уж много. Подобные сателлиты редкость и все принадлежат высшей знати. Встречайся драконы чаще, их бы не считали уникальными. Их избранность в дефиците.

Задумавшись о сателлитах, я вспомнила о Кати. Что-то она окончательно притихла. Турнир не пришелся ей по вкусу, а драконы своей мощью, кажется, еще и напугали.

Я и сама робела перед их статью. Такие красивые и такие разные. Драконы отличались мастью и расположением шипов. У зеленого они росли прямо на подбородке и по всему хребту. Им управлял парень с белыми, как снег, волосами и хитрым прищуром глаз. Коричневый дракон с темноволосым хозяином мог похвастаться двумя рогами на голове. Серый напомнил мне дракона Адэйра, он принадлежал еще одному белобрысому.

И, наконец, черный дракон. На нем я зависла надолго, все любовалась блестящей чешуей, похожей на саму тьму. Это был не просто цвет, это был манифест. Он подавлял, сообщая всем вокруг: «Я здесь главный, склонитесь передо мной».

На этот раз участники турнира не разбились на пары. Никакого справедливого «один против одного». Нас ждала куча мала из драконов!

Едва раздался удар гонга, как сателлиты бросились друг на друга. Я забыла, как дышать. Мышцы словно одеревенели, я даже моргнуть не могла. Оно и понятно – закрыв глаза хоть на миг, я рискую пропустить важный момент схватки.

Я не выбирала за кем следить в поединке, это произошло само собой. Я просто смотрела на Вэйда и не могла оторваться. То, как он управлял черным драконом… широко расставленные ноги, пассы руками, голый торс… он будто исполнял танец, древний и необузданный. Завораживающее зрелище.

Это был прекрасный пример идеального симбиоза. Сателлит обладает магией, но не может применить ее без воли хозяина. А потому на арене они сражались вдвоем – человек и дракон.

Вспышки магии слепили глаза. От рева и грохота закладывало уши. Драконы врезались в стены, взлетали к потолку, и оттуда сыпались камни, но всем было плевать. Студенты напрочь забыли о безопасности, все были слишком увлечены происходящим на арене. Я сама лишь плечами передернула, когда каменная крошка угодила мне за шиворот.

— С тех пор, как Даморри участвует в турнире, перестали делать ставки, — сообщил нам Тронт.

— Почему? — удивилась я исчезновению студенческого азарта.

— Это бессмысленно. Даморри всегда побеждает. Кто в своем уме поставит против него? Разве что кому-то деньги надоели…

Первым выбыл серый дракон. Зеленый полоснул его лапой по горлу, оставив глубокий кровавый порез. Кровь каплями полетела в зрителей на одежду и лицо. Я была рада что не в нашу сторону. Меня бы точно стошнило.

Бедный дракон потерял много крови, и его хозяин решил, что на этом хватит. Развоплотив сателлита, он покинул арену.

Драконов осталось трое, но почти сразу за серым сдался коричневый. Черный дракон буквально смел его, выбросив за пределы арены. Я отметила, как аккуратно он это сделал – так, чтобы не навредить зрителям. В пылу сражения Вэйд умудрялся думать о чужой безопасности? Не верилось, что это тот Даморри, которого я знаю.

Зеленый и черный остались один на один. Кажется, они только этого и ждали. Драконы сцепились по центру арены. Я думала, чем меньше драконов, тем безобиднее схватка. Ошибалась! Именно сейчас началась настоящая бойня.

Два могучих зверя столкнулись с такой злобой, словно это реальная битва и от ее исхода зависит чья-то жизнь. Драконы ревели и выдыхали пламя, жар которого долетал до первых рядов. Их мощные крылья гнали дым вперемешку с песком прямо на зрителей. Я задыхалась и кашляла, но даже мысли не возникло отступить назад.

— Уничтожу! — взревев, зеленый дракон бросился на черного, и я невольно вскрикнула.

Мой голос потонул в общей массе шума, но Вэйд каким-то непостижимым образом расслышал и повернул голову. Он безошибочно нашел меня взглядом в толпе, отвлекся всего на миг, и тут же его дракон взревел, пропустив удар.

Вэйд схватился за бок, словно ударили его. Он чувствовал боль своего сателлита! Я в ужасе закрыла рот руками, сразу двумя ладонями, чтобы больше ни звука не сорвалось с губ. Я снова повинна в ранении Даморри. Если он проиграет, мне точно не жить.

К счастью, Вэйд быстро опомнился и перешел в наступление. Наш контакт взглядами разорвался почти мгновенно, я не была уверена, что он вообще меня узнал. Очень надеюсь, что нет.

— Что будет, если сателлит погибнет? Его хозяин тоже умрет? — дернула я Трину за рукав.

— Нет, конечно. Он просто навсегда лишится магии, — вместо нее ответил Крис.

Ох, совсем не «просто»! Я знаю, каково быть «просто» человеком. Вэйд не сможет. Даморри и «просто» – несовместимые слова. Невозможно их представить в одном предложении.

— Ты проиграешь! — между тем прорычал зеленый дракон.

— Размечтался, — хмыкнул Вэйд.

Он снова был полностью сосредоточен на бое, зато я отключилась от реальности. Шум, драконы – все отдалилось. Все из-за того, что я сейчас услышала. Вэйд понял зеленого дракона. Это было не просто слово, брошенное в пылу драки. Это был чертов диалог! Неужели способность слышать сателлитов досталась мне от Даморри?

Зябко ежась, я пыталась осмыслить эту новость. Не получилось. У меня способности Вэйда Даморри. Как хочешь, так и живи теперь с этой информацией, Диондра.

Пока я переживала внутренний кризис, бой продолжался. Зеленый дракон совершил роковую ошибку – разозлил Вэйда. Даморри решил, что с него хватит, пора выигрывать. Он отдал очередной приказ своему дракону, и тот, поднырнув под брюхо соперника, вонзил в него когти. Затем взмахнул крыльями, одновременно оттолкнулся лапами от пола и совершил переворот.

Секунду назад черный был внизу, а потом одним махом оказался сверху на зеленом драконе и припечатал его намертво к арене, да так, что тот даже пошевелиться не мог. Только бил жалобно крыльями и крутил мордой. Это была чистая победа.

— До чего красиво! — выдохнула Трина.

Красиво? Как по мне, жутко!

— Вэйд! Вэйд! Вэйд! — толпа в экстазе скандировала имя победителя.

Сам Даморри криво улыбался, принимая поздравления как должное. Будто иначе и быть не могло.

Кто-то пихнул меня сзади, я едва устояла на ногах. Спасибо Крису, поддержал. Накидка слетела с одного плеча, но поправить ее не было возможности, да и толку. Со всех сторон напирали перевозбужденные студенты.

Все же пробраться к арене было не самой разумной идеей. Еще немного – и нас затопчут, или вынесут прямиком к ногам Вэйда.

— Надо выбираться! — крикнула я своим, и получила в ответ кивок от Трины.

Но проще сказать, чем сделать. Под напором толпы ограждение пало. Толпа подхватила нас и понесла вперед.

— Держись! — Трина снова сжала мою руку.

— Куда мы? — я не разбирала дороги. Просто старалась идти вровень с потоком, чтобы не быть погребенной под ним.

— Кажется, в раздевалки. Поздравим куратора с победой лично, — усмехнулась Трина.

А я мысленно застонала. Я вот-вот снова встречусь с Вэйдом. А может, не надо…

Глава 11. Облава

С арены мы, подхваченные толпой, снова попали в коридоры, но даже здесь яблоку негде было упасть. Все обнимались, поздравляли друг друга, словно это они выиграли турнир.

К счастью, до Вэйда мы так и не добрались. Он в числе первых покинул арену и скрылся в неизвестном направлении. Прямо-таки знаменитость, утомленная славой.

— Павлин, — фыркнул Кати, вспомнив данное Вэйду прозвище, и я кивнула, соглашаясь.

Но Вэйд меня сейчас заботил меньше всего. Была проблема посерьезнее.

— Как мы вернемся назад в Академию? — спросила я.

— Через ту же точку входа, — пояснила Трина. — Метка нас перенесет.

Ее ответ нисколько не успокоил. Я при всем желании не найду то место, куда мы перенеслись. Здесь же все одинаковое! Не шахта, а целый лабиринт. Ходы разветвлялись, оканчивались небольшими комнатами или вовсе тупиками.

Я беспокоилась еще и потому, что Мира с парнями куда-то подевались. Мы потеряли их в толпе, как и Криса. Трина тоже дергалась из-за того, что нас толкали со всех сторон.

Из-за очередного поворота на нас вылетел сильно нетрезвый парень. Пока мы блуждали по коридорам, большинство студентов успели напиться. Турнир плавно перешел в вечеринку. Уже и музыка заиграла.

Парень врезался в нас тараном, меня аж развернуло вокруг своей оси. А когда вращение закончилось, я поняла, что моя рука свободна. В ней больше нет ладони Трины!

— Мы потерялись! — голос Кати в моей голове отвечал за панику. — И что теперь делать?

Я огляделась. Трина не могла далеко уйти, надо просто ее поискать.

Увы, я быстро запуталась в поворотах, так и не встретив ни одного знакомого лица. До чего по-дурацки все вышло! Собственная неосторожность и беспечность друзей поражали.

— Трина! Вы не видели Трину? Или ее брата Тронта? — я блуждала среди студентов, но безрезультатно. — Подскажите хотя бы, как вернуться в Академию?

— Да так же, как пришла, — заплетающимся языком ответил незнакомый парень.

Это я уже слышала. Но что делать, если понятия не имеешь, как пришел?

— Давай попросим кого-нибудь, чтобы тебя вернули в Академию, — предложила Кати.

И снова я кивнула, соглашаясь. Надо только найти кого-то дружелюбного и желательно более или менее трезвого. Но именно с последним возникли серьезные проблемы.

За очередным поворотом я наткнулась на проход, закрытый плотной шторой. Алый бархат в окружении неотесанного камня выглядел пришельцем из другого мира.

Штора манила ярким цветом, я отважилась заглянуть за нее и с удивлением обнаружила, что попала в гостиную. Вид мягкого дивана посреди шахты так меня поразил, что я застыла на пороге.

В комнате был еще второй проход – на противоположной стене, с такой же алой завесой. Штора с него откинулась, и вошел тот, кого я меньше всего хотела сегодня видеть. И уж точно не мечтала остаться с ним наедине!

Как так получилось, что из всех возможных помещений я угодила именно в то, где был Вэйд Даморри? Это какой-то злой рок! И крайне нелепая ситуация…

Заметив меня, Вэйд застыл с полотенцем в руках. Он только что принял душ после турнира. С его волос все еще капала вода и стекала по безупречному торсу до ремня брюк. Хвала святым, он был в брюках! Я была готова упасть на колени и вознести благодарственную молитву.

— Он заманил тебя магией! — обвинила Кати.

Я вздохнула. Хотелось бы в это верить, но крайне сомнительно. Вэйд выглядел не менее удивленным, чем я, а еще раздраженным.

Холодные глаза зло сощурились, когда он произнес:

— Ты что здесь забыла, Арклей? Я, кажется, тебя не приглашал.

— Я заблудилась, — оправдание выглядело жалко. Но это, черт возьми, правда!

— Ты в курсе, что первокурсники не допускаются на турнир даже в качестве зрителей, — включил куратора Вэйд. — Ты вообще способна соблюдать правила?

Что тут было ответить? Судя по всему, нет.

Избегая замораживающих глаз Вэйда, я опустила взгляд ниже, но стало еще хуже. Ведь теперь я смотрела на его голый торс. Зато заметила порез на правом боку. Кто это его так?

Вэйд подметил мой интерес и ответил на вопрос, хотя я не задавала его вслух.

— Твоих рук дело, — обвинил он. — Ножа тебе показалось мало, ты решила прикончить моего сателлита. Если это попытка избавиться от куратора, то весьма смехотворная. Я ожидал от тебя большего, Арклей.

Я собралась возмутиться. Когда бы я успела? Меня даже рядом не было! А потом дошло – черный дракон отвлекся, и зеленый его достал. Выходит, я снова приложила руку к его ранению. Третий раз. Еще немного – и Вэйд решит, что я хочу его прикончить. Если уже не решил.

— Не надо было отвлекаться во время боя, — парировала я. Перекладывать ответственность на другого – это так не по-мужски.

— Я, видишь ли, не мог не отреагировать, — опасно спокойно ответил Вэйд. — Ведь мне открывалось кое-что важное. Прямо во время схватки. Ты слышишь сателлитов, Арклей. И эту способность ты тоже украла у меня!

— Если бы украла, ты бы их уже не слышал. Я максимум скопировала.

— Ну да, это типа другое, — фыркнул он.

— Естественно! Представь, что мне нравится твой ремень, и я купила себе такой же. Это называется скопировать. А вот если бы я забрала твой ремень себе, вот это было бы воровство.

— О, так ты это признаешь, — вкрадчиво уточнил Вэйд, делая шаг по направлению ко мне.

Я нервно облизнула губы, осознав, какую ошибку совершила. В пылу спора я выдала себя. Надо было отпираться до последнего! У Вэйда ноль доказательств. Может, еще не поздно?

Взаимное обвинение показалось мне хорошим вариантом, и я выпалила:

— Ты тоже хорош. Пользуешься своим положением и издеваешься над студентами. Я поступила в лучшую Академию королевства не для того, чтобы убирать навоз. Я хочу учиться. Мне осточертело драить котлы! Когда ты начнешь ставить меня на нормальные работы?

Вэйд удивленно моргнул. Он ожидал от меня оправданий, а не претензий. Но чертов мажор умел быстро ориентироваться в ситуации. Этого у него не отнять.

Нагло усмехнувшись, он произнес:

— А ты убеди меня, — и сделал еще один шаг в мою сторону.

Он наступал, я пятилась, но слишком поздно поняла, что меня умело загоняют в угол. Охотник мне попался опытный, ничего не скажешь. Он зашел сбоку, и мне тоже пришлось сменить направление. Кажется, только что позади меня был выход, занавешенный шторой, как вдруг лодыжки уперлись в диван. От неожиданности колени подогнулись, и я рухнула пятой точкой на сиденье.

— У-у-ух! — я протяжно выдохнула.

— Не ударилась? — проявил внезапную заботу Вэйд.

— Тебе-то что? — фыркнула я, собираясь вскочить на ноги, но не успела.

Вэйд уже навис надо мной. Той самой скалой, что нереально сдвинуть с места. Ладони уперлись в сиденье по бокам от моих бедер, а лицо оказалось так близко, что я рассмотрела собственное отражение в черных зрачках Даморри. Слишком широких, слишком темных. Уж лучше лед радужки, чем эта непроглядная тьма.

Я судорожно вздохнула, и Вэйд невольно повторил за мной. В ноздри ударил терпкий аромат. Этот запах и расфокусированный взгляд… да он же нетрезв! Не знаю, можно ли испугаться еще сильнее, но у меня вышло. И в то же время было что-то еще. Горячее и будоражащее. Хотела бы я списать это новое ощущение на испуг, но даже мне было очевидно, что это совсем иное.

— Из раза в раз ты пытаешься расшатать вековые устои Академии. Я лишь пытаюсь научить тебя послушанию. В конце концов, это моя обязанность как куратора, — произнес Вэйд.

— Я не виновата, что правила дурацкие! — выпалила я в ответ. — С какой стати одни студенты должны прислуживать другим? Мы не рабы.

— Это иерархия, основа порядка. А за кражу, прости, копирование, чужих способностей, — с издевкой поправил он сам себя, — тебя вовсе следует отдать магическому суду.

— Ты этого не сделаешь! У тебя нет доказательств, — пробормотала я.

Думая лишь о том, как вырваться из капкана по имени Вэйд Даморри, я дернулась вперед. Но не учла, что от моего движения и без того небольшое расстояние между нами сократится до крохотного.

Нет, мы еще не касались друг друга, но я уже ощущала жар кожи Вэйда. Словно напротив меня не парень, а раскаленная печь. Это его бой так распалил? Но ведь он уже принял душ, должен был остыть…

***

Беспризорница. Снова она. Всегда она. С самой первой встречи она его не отпускала. Даже если Вэйду казалось, что он избавился от нее, это было не так.

После их разговора в умывальне он все пытался спровоцировать девчонку на применение запретных ритуалов. Нарочно ставил в сложные условия. Другой на ее месте не выдержал бы, а она терпела.

Вэйду уже начало казаться, что он ошибся. Может, и нет особой силы в Беспризорнице, но все изменил случай на уроке госпожи Эрей. Ураган, сметающий все на своем пути. Случайность? Вот уж нет! Слабый сателлит, которым якобы обладает девчонка, на такое не способен. Вот она и выдала себя.

А сегодня она совершила еще одну ошибку. Роковую.

Вэйд едва не проиграл из-за нее турнир. Впервые в жизни! Все потому, что четко понял – она услышала чужого сателлита. Чертова девчонка обладала его способностью! Стоило только подумать об этом, и ярость накатывала удушливой волной.

Это родовой дар Даморри. Он уникален. А еще это Тайна. Именно так, с большой буквы. Даже мать и сестра Вэйда не в курсе. Дар в строгом секрете сотни лет передавался по мужской линии Даморри. Его использовали для достижения высших целей. Благодаря нему отец стал правой рукой короля. Поговаривали, что именно он правит страной. И Вэйду прочили однажды занять его место.

Никто. Нигде. Никогда не обладал этим даром за пределами их рода. И вдруг он случайно проснулся в девчонке из подворотни. Да кто в это поверит?

Если отец узнает, что Вэйд, пусть даже против воли, поделился с кем-то их даром, он будет в бешенстве. Вэйд не удивился бы, пожелай отец избавиться от Беспризорницы. Грант Эриус Даморри славился своей непримиримостью. Если что-то было не по его, он попросту это уничтожал.

Вэйд был так поражен этим открытием, что пропустил удар. Зеленый дракон врезал лапой, Морок не успел уклониться, и самого Вэйда тоже зацепило. Острые когти оставили след на коже. Повезло, что не выпустили кишки.

Через пелену боли и злости Вэйд расслышал новый вскрик и готов был поспорить, что это Беспризорница. Волнуется за него? Что-то слабо верится.

Но боль лишь сильнее разозлила. Вэйд действовал быстро и четко, парой магических ударов отправив соперника в отключку. Бой они выиграли, но Морок и не думал успокаиваться. Рычал и после того, как Вэйд его развоплотил.

— Это наш дар! Если это правда, верни его! — дракон взревел так, что черепная коробка чуть не лопнула.

Теперь головная боль обеспечена, это не считая раны на боку. И все из-за проклятой девчонки.

Толпа ликовала. Крики и аплодисменты били по барабанным перепонкам, а Вэйд все прислушивался, пытаясь среди тысячи голосов расслышать один-единственный.

Не услышал. Зато увидел. Беспризорницу в толпе. Ее накидка слетела, и Вэйд залип на оголенном плече. Тонкая белая бретелька на нежной персиковой коже буквально заворожила его. Ему не хватало воздуха. Он хотел и не мог вздохнуть.

Но уже в следующий миг Вэйд так сжал зубы, что едва не раскрошил их в труху. Все потому, что видел, как Крис поправил накидку на девчонке. По-хозяйски так, будто имеет на это право. Беспризорница уже нашла покровителя в Академии? Быстро справилась.

— Ненавижу, — прорычал Морок, непонятно, кого имея в виду. То ли девчонку, то ли Криса.

Дракон злился, но Вэйд это заслужил. Из-за него они чуть не проиграли. Самое разумное, что Вэйд мог сделать – выбросить Беспризорницу из головы раз и навсегда. Но теперь даже это ему недоступно! Нельзя просто взять и отмахнуться от девчонки, у которой твои способности. С этим надо что-то делать. Но что именно, Вэйд даже близко не представлял.

Хорошо, что Беспризорнице хватило ума помалкивать о своем удивительном даре. Возможно, это спасло ей жизнь, да и его облегчило. Если кто-то об этом узнает, проблемы обеспечены обоим. И серьезные.

Кто-то, поздравляя с победой, протянул Вэйду флягу, рука сама собой взяла ее и поднесла к губам. Дальше был приличный глоток и огонь, прокатившийся по пищеводу в желудок. Но вроде немного отпустило, и Вэйд сделал еще несколько глотков, закрепляя результат.

Это было ошибкой. Не стоило пить. Ясности теперь еще долго не будет.

Толпа поклонников проводила Вэйда до раздевалки, но там он всех прогнал. Надоели. Грэйс и ту выставил вон, хотя она ластилась как кошка, и была готова на все прямо сейчас. Хоть на диване в шахте, лишь бы Вэйд взял ее. А ему почему-то становилось невыносимо скучно при этой мысли. До зевоты.

Ему бы побыть одному, прийти в себя, подумать, как теперь быть. Но он еще из душа не вышел, а уже кто-то снова приперся. Сказал же, что не хочет никого видеть.

Вэйд с глухим раздражением откинул штору, перегораживающую проход, и застыл. Уголок губ нервно дернулся. Мало ему проблем, так Беспризорница явилась лично. Мелькнула мысль – не для него ли она так вырядилась? А потом вроде как случайно набрела именно на его раздевалку.

Девчонка просто выводила из себя. Бесила так, что руки тряслись. Вэйд едва сдерживался, чтобы не вцепиться этими руками ей в плечи и… а что, собственно, «и» он предпочитал не думать. А то до такого можно дофантазироваться, что тошно станет.

Богатое воображение – это плохо. Теперь Вэйд знает это наверняка. Порезав его в первый раз, Беспризорница чуть его не прикончила. Во второй – она его отравила. Ведь с тех самых пор Вэйд не переставал думать о ней.

И что с ней делать? Выставить вон? Это был самый простой вариант, но и самый неинтересный. В конце концов, она сама пришла. Пусть остается. Они придумают, чем заняться. Крисом она не побрезговала, так чем Вэйд хуже?

Но вопреки ожиданиям и планам Беспризорница устроила разборки. Забросала Вэйда претензиями и вмиг вывела его из себя. Как это у нее получается? Не девчонка, а зажигательная смесь. А он, видимо, катализатор. Да им противопоказано находиться в одном помещении!

Вэйд даже не до конца осознавал, о чем они спорят. Девчонка что-то требует от него? Так он даст! Только, чур, она первая. Пусть для начала прикоснется, а там он сделает все сам. А ведь он был уверен, что устал после боя и ничего не хочет, но Беспризорнице удалось завести его с пол-оборота.

Когда она придвинулась ближе, Вэйд воспринял это как сигнал. Она сама, он не заставлял!

Схватив Беспризорницу за плечи, Вэйд притянул ее к себе. Она попыталась отстраниться, даже оттолкнуть его. Вот только прикосновение девичьих ладоней к коже не остудило, а наоборот распалило.

Вэйд не разжал пальцы. Поздно. Ему казалось: отпустит – умрет. И опять нечем дышать.

— Не надо, — жалобно пискнула она, все еще сопротивляясь.

Какого черта? Она так цену набивает? Нелепость какая-то. Но жажда была так сильна, что Вэйд был готов заплатить.

— Прокатишься… на единороге… — хрипло выдохнул он.

— Чего? — захлопала она ресницами.

— Ты же хотела нормальную практику…

Глаза Беспризорницы распахнулись от удивления. Она даже сопротивляться перестала. А может, цена устроила? Вэйд горько усмехнулся. До чего докатился… подкупает девчонку, чтобы не отказала. Противно от себя самого.

Морок еще что-то рычал, но Вэйд не разбирал слов. Ничего уже не разбирал. Щека скользнула по щеке, а следом губы – по шее. Яркие ощущения накрыли с головой. Пожар разгорелся – не потушить. Впрочем, Вэйд и не пытался. Сам был готов подбрасывать в огонь дрова.

Провел руками вниз по плечам девчонки, спустился на талию, потом снова вверх уже по спине. Вэйд гладил, изучал, сжимал. Такая она вся тонкая, невесомая и хрупкая. Страшно сжать сильнее, еще навредишь.

— Отпусти! — Беспризорница резко дернулась, а следом щеку Вэйда обожгло огнем.

Она его ударила. Влепила пощечину! Не хочет его или оплата не устроила? Пелена то ли злости, то ли желания окончательно застила разум. Вэйд толкнул Беспризорницу на спину, намереваясь получить то, чего так жаждет. В нем будто что-то надломилось. Вмиг стало плевать на все – на происхождение девчонки, на украденные способности, на собственный род.

Он навис сверху над девчонкой. Губы почти нашли губы. Еще немного, расстояние меньше сантиметра, вот сейчас…

— Виу! Виу! Виу! — ударила по барабанным перепонкам и мозгам визгливая сирена.

Беспризорница в его объятиях забилась с новой силой. Но вовсе не ее сопротивление, а противный звук сирены привели Вэйда в чувства. Буквально вправили ему мозги.

Вэйд резко выпрямился, отпуская девчонку. Они оба будто очнулись ото сна. Причем судя по ужасу в глазах Беспризорницы, для нее это был кошмар, а Вэйд в нем – псих с тесаком.

Отрезвление вышло неприятным, даже болезненным. Вэйда накрыло отвращение к самому себе. Какого хрена он творит? Это все настойка! Слишком крепкая. Он пьян или вовсе спятил. Как можно хотеть девчонку с улицы? Буквально умолять ее о взаимности. Нет, он точно не в себе.

— Ч-что это? — заикаясь, спросила Беспризорница и судорожно запахнула накидку.

Вэйд не был уверен, что вопрос о сирене, но предпочел говорить о ней. Лучше так, чем обсуждать то, что едва не произошло.

— Сработали тревожники, — сухо объяснил он, накидывая рубашку. — Они сигналят, если в шахте появляется кто-то посторонний.

Облава. Вот уж не думал, что будет ей рад. Ему бы разозлиться, кто-то ведь донес. Но вместо этого он испытал облегчение и готов был пожать руку стукачу. Он спас его от серьезной ошибки. Поцеловать Беспризорницу… да что на него нашло?!

— Идем, — схватив девчонку за руку, Вэйд рванул ее вверх. — Здесь нельзя оставаться. Если поймают, отчислят без права восстановления.

Едва услышав об отчислении, Беспризорница подорвалась с дивана. Жуткое слово «отчисление» подействовало на нее, как пришпоривание. Хоть что-то ее пугает сильнее, чем сам Вэйд.

Вместе они выскочили в коридор, где царил хаос. Студенты метались в панике. В этой неразберихе легко было потеряться и быть пойманной. Все, что Вэйду надо сделать – оставить девчонку. Ее точно словят. А дальше отчисление и свобода. Его.

Но, черт побери, он почему-то не мог так поступить. Дико злился на себя за эту слабость. Морок вовсе ругался, не переставая, но Вэйд нашел объяснение и для себя, и для него: «Нельзя выпускать Беспризорницу из виду». Раз у нее способности рода Даморри, необходимо понять, как их вернуть. А значит, надо вывести ее из шахты.

— Дия! Вот ты где, я уже трижды обошел все коридоры в поисках тебя, — им наперерез, расталкивая студентов, спешил Крис.

Вэйд поморщился. Уже зовет девчонку сокращенным именем. Похоже, их отношения далеко зашли. Узнает Криса, он никогда не теряет времени даром.

Крис не сразу заметил Вэйда, а увидев, оценил обстановку. Беглым взглядом выхватил растрепанные волосы Беспризорницы, ее руку в ладони Вэйда, и нахмурился.

— Идем, — игнорируя Вэйда, Крис протянул руку девчонке. — Я выведу тебя отсюда.

Беспризорница дернулась ему на встречу, но Вэйд удержал. Черта с два он разожмет пальцы.

— Отпусти девушку, Вэйд, — Крис шагнул ближе. — Она хочет уйти.

— Здесь я решаю, кто куда пойдет.

Говорить приходилось громко. Дурацкая сирена, не замолкая, била по ушам и мозгам. Невозможно думать при таком визге.

— Ты, видимо, все еще не в себе после боя, — произнес Крис.

— Зато ты явно в норме. Ведь ты не участвовал в турнире. Впрочем, как и всегда.

— Намекаешь, что я трус? — взвился Крис.

Вэйд пожал плечами. Какие уж тут намеки, он напрямую сказал.

— На следующем турнире я покажу тебе на что способен. А сейчас мне надо вывести девушку из шахт, — Крис рванул Дию на себя.

Беспризорница ужом крутанула ладонь и умудрилась вырваться. Вэйд дернулся за ней следом, но она уже заскочила за спину Крису.

Глядя, как тот уводит девчонку, Вэйд стиснул кулаки. Ему стоило невероятных усилий оставаться на месте. Не гнаться же за ними, в самом деле! Это будет смотреться совсем уж жалко. Одно радовало – чертов Криспиан Меррилл принял вызов. Теперь не отвертится. На следующем турнире Вэйд его уничтожит.

— До встречи на арене, — усмехнулся Вэйд, и Морок зарычал, на этот раз с предвкушением.

А Беспризорница… она свой выбор сделала. Надо и ему определиться. И пора уже валить отсюда, пока его самого не поймали.

Направляясь к точке выхода, Вэйд морщился от ноющей тяжести в паху. Не мешает снять напряжение, иначе накинется на первую встречную. Кстати, о них. Как насчет Грэйс? Она уж точно не откажет, даже рада будет. Да что там, счастлива! Принесет ли это облегчение – другой вопрос. Но не попробуешь, не узнаешь.

Глава 12. В темноте

Меня трясло, ладонь жгло после пощечины, а в груди клокотало от гнева. Да кем Вэйд себя возомнил? Купить меня вздумал, словно я – вещь? Да я в худшие времена на улице за такие предложения била, не раздумывая!

Об одном жалею – что ударила Вэйда ладонью, а не кулаком. Моя ненависть к Даморри вышла на новый, запредельный уровень. И причина была не только в его мерзком предложении, но и в том, что части меня хотелось на него согласиться. Без всякой оплаты просто позволить ему все.

По телу до сих пор разливался жар, вызванный его прикосновениями, а низ живота неудовлетворенно ныл. Именно за это я ненавидела Вэйда особенно сильно – за те ощущения, которые он во мне пробудил и которые я не желала испытывать. Уж точно не рядом с ним!

Эмоции били таким ярким фонтаном, что я едва соображала, куда меня ведет Крис. Мы прокладывали дорогу через мечущихся студентов. Все бежали, толкались, кричали. Полная неразбериха.

Я просто доверилась парню. Вряд ли у меня был другой выбор. А еще мне казалось, что мы на одной стороне. Хотя бы потому, что у нас общий враг – Вэйд Даморри. Судя по общению парней – взаимные издевки и подколки, теплыми их отношения не назвать. Я это еще в подворотне три года назад отметила.

— Что это сейчас было? — спросила я на ходу. — Вэйд вызвал тебя на поединок?

— И я принял вызов, — кивнул Крис.

— Ох, — вырвался у меня вздох.

Мы свернули в очередной коридор. На этот раз я держалась за своего провожатого сразу двумя руками – одну он сжимал в своей ладони, а второй я намертво вцепилась в его пиджак.

Произошедшее между Крисом и Вэйдом не давало мне покоя. Нет, я не думала, что парни будут драться из-за меня. Слишком я мелкая сошка, чтобы два золотокрылых старшекурсника устроили поединок. Но в некотором роде я спровоцировала эту схватку, разозлив Вэйда, а Крис попался ему под горячую руку. Поэтому я чувствовала за собой вину.

— Надо было обвалить потолок ему на голову! Жаль, не вышло, — проворчала Кати.

Я споткнулась, не упав исключительно благодаря Крису. Едва он снова отвлекся на дорогу, я прошептала себе под нос:

— Облава твоих лап дело?

— Вообще-то я хотела стукнуть его по голове камнем с потолка, но получилось включить сирену, — призналась Кати в очередном промахе с магией. — Я спасла тебя от домогательств!

Я была благодарна. Честное слово! Но в то же время порадовалась, что с камнем ничего не вышло. Меня бы погребло под завалом на пару с Вэйдом. Кати не умеет делать что-то понемногу, она бы обрушила сразу всю шахту. Уж лучше сирена.

Выходит, нет никакой облавы? Хоть на этот счет можно успокоиться. Но говорить Крису я не стала. Тогда пришлось бы рассказывать о Кати и нашем с ней общении. Я не настолько доверяю парню.

Следующий поворот привел в комнату, похожую на ту, где я недавно была. Мне даже на миг показалось, что мы вернулись к Вэйду, но штора и диван были другого цвета. Не алые, а темно-синие.

Крис по-хозяйски откинул штору и вошел. Это говорило о том, что комната его. Похоже, у каждого золотокрылого обладателя дракона есть свое личное пространство в шахтах.

Я напряглась. Зачем мы здесь?

К счастью, Крис пояснил еще до того, как я засыпала его вопросами:

— Я не знаю, где твоя точка выхода.

— Я тоже, — призналась. — В каком-то коридоре, но они здесь все одинаковые.

— Поэтому мы выйдем через мою, — с этими словами он отодвинул неприметную штору в углу.

За ней оказалось даже не помещение, а узкая ниша, выдолбленная в камне. Внутри ничего не было, только голые стены. Я прикинула – там довольно тесно. Место явно на одного.

Наверное, удобно иметь личную точку выхода. Готова поспорить, у Вэйда она тоже есть, но он меня вывести не пожелал. Гад!

— Обычно я пользуюсь переходом один, — подтвердил мою догадку Крис. — Так что придется потесниться.

— Но у меня другая метка. Разве я смогу воспользоваться твоим выходом? — все, что говорила Мира, этому противоречило.

— Сама по себе не можешь, — кивнул Крис. — Сработает моя метка, а я просто прихвачу тебя с собой.

— Так можно? — удивилась я. — Уверен, что получится?

— Я уже делал подобное. Единственное, мы должны быть очень близко друг к другу. Мне придется тебя обнять. Как можно теснее. Так надо, чтобы моя метка перенесла двоих.

Пусть облава ненастоящая, но задерживаться в шахтах я желанием не горела. Мои уже наверняка вернулись в Академию.

Пришлось согласиться и шагнуть к Крису. Он, обвив руками мою талию, притянул меня ближе. Я уперлась лбом в его плечо, зажмурилась и задержала дыхание. Объятия необходимы для перехода, надо лишь немного потерпеть.

Второй раз за вечер я обнималась с парнем. Уже со вторым. Качусь по наклонной с небывалой скоростью. С губ сорвался нервный смешок, но Крис как раз активировал переход и не заметил моей реакции.

В следующую секунду свежий ветерок взъерошил волосы у меня на затылке. В шахте нет сквозняка. Мы что, уже перенеслись? Только Крис что-то не торопится меня отпускать. Его ладони все еще прижимались к моей пояснице. Их жар подогревал тлеющий в теле после Вэйда огонь. Но то были жалкие угли по сравнению с тем пламенем.

Я пошевелилась, и Крис ослабил хватку. Он хотя бы не настаивает, уже плюс.

Отстранившись, я огляделась. Да мы в академическом саду! Во-о-он виднеется башня кафедры Менталистики. Аж от сердца отлегло. Как же я рада вернуться.

— Идем, — кивнул Крис, — провожу тебя до общежития.

— Это необязательно. Я могу сама дойти.

— Нет уж, хочу убедиться, что ты точно будешь в порядке.

Спорить не имело смысла, парень был настроен решительно, да и я возражала больше ради видимости. Разгуливать одной по ночному саду – так себе затея.

Вопреки ожиданиям на улице было тихо.

— Где все студенты? — поразилась я вслух.

— Часть уже в комнатах, но кто-то продолжил веселье в другом месте. Ночь только началась. Не хочешь к ним присоединиться? — пригласил Крис.

Но я отрицательно качнула головой. Хватит с меня на сегодня приключений.

Крис довел меня до крыльца общежития, но уходить не торопился. А я чувствовала себя виноватой и тоже не могла просто повернуться к нему спиной.

— Мне очень жаль, — сказала, — из-за меня у тебя проблемы с Вэйдом.

— Не переживай, — усмехнулся он. — Я его сделаю. Придешь поболеть за меня?

— А когда следующий турнир?

— Перед зимними каникулами. Он проходит раз в семестр.

Я прикинула – время еще есть. Может, удастся примирить парней. Не хочу, чтобы Крис пострадал.

Но парни такие парни. Мои муки совести Крис принял за что-то большее и потянулся… за поцелуем! Я была совершенно не готова к такому продолжению вечера, но быть столь же резкой, как с Вэйдом, не хотелось. Крис ничего плохого мне не сделал.

Отклонив голову, я тихо выдохнула:

— Прости, — я так и не придумала, как объяснить свой отказ. Все, что ни скажу, будет звучать обидно после того, как Крис меня фактически спас.

Но парень неожиданно легко воспринял мое «нет».

— Ничего, — он сделал шаг назад, увеличивая расстояние между нами. — Я подожду. Спокойной ночи, Диондра.

Я только головой покачала. Золотокрылые не сдаются, это у них общее.

Крис ушел первым, оставив меня на крыльце смотреть ему вслед. Я тоже задерживаться не стала и вошла в общежитие.

Наконец, я в знакомых, безопасных четырех стенах. Никогда не была затворницей, но сейчас век бы отсюда не выходила. Особенно радовало, что «сестры» нет. Она, видимо, в числе тех, кто продолжил веселье в другом месте. Я не удивилась. Она частенько не ночевала в своей кровати.

В комнате царил бардак – Грэйс наотрез отказывалась убирать за собой, настаивая, что это моя обязанность как хвоста. В этом хаосе я не сразу заметила стопку книг на моей половине стола. К книгам прилагалась записка от госпожи Эрей. Она прислала литературу для изучения и назначила индивидуальное занятие на послезавтра. Что ж, у меня будет время подготовиться. А сейчас спать.

Я так устала, что даже в душ не пошла. Вымоюсь утром. Быстро переодевшись в пижаму, я задернула плотные шторы, выключила свет и легла в кровать.

***

Вэйд выбрался из шахт без проблем. Разве что топать пришлось далеко. Личная точка выхода в его раздевалке, как назло, сломалась, и он временно ходил через одну из общих. Но он, как никто другой, знал все ее ходы, и не боялся быть пойманным. Впрочем, даже попадись он, ему ничего не будет.

Он соврал Беспризорнице – посещение турнира действительно карается отчислением, но не всех наказывают так строго. В любом правиле есть исключение. Золотокрылые – одно из них. Никто в здравом уме не пойдет против высшей знати. Сегодня ректор отчислит чьего-то сына из Академии, а завтра его отец снимет ректора с должности. Даже преподаватели в курсе, что есть студенты, которым позволено все. Одна Беспризорница никак не может этого понять.

По этой же причине Вэйд без опаски прошел в женское крыло общежития. Кто его остановит? Таких идиотов нет.

Он знал, где комната Грэйс, но внутри никогда не был. Она пару раз приглашала его в гости, но Вэйд все откладывал визит. И сейчас сомневался – надо ли? Но тяжесть и боль в паху намекали, что очень даже надо. А еще горящая после пощечины щека. Физически удар был не сильный, но по самолюбию – весьма ощутимый. Вэйд не привык к отказам, да и было бы от кого.

Вэйд не видел, как Грэйс покидала шахты, но прикинул по времени – она уже должна вернуться к себе.

В коридоре общежития было тихо и пусто. Морок тоже притих, он никогда не вмешивался в его личные дела. Вэйд поднялся на верхний этаж, никого не встретив по пути. Постучал в нужную дверь, прислушался. Сначала показалось, что в комнате никого нет. Грэйс вполне могла задержаться. Вечеринка после турнира – обычное дело. И тот факт, что шахты пришлось покинуть в спешном порядке, несильно испортит настроение студентам. Просто продолжат гулять в другом месте.

Видимо, не судьба. Может, и к лучшему. Вэйд уже собирался повернуть обратно к лестнице, как из-за двери донесся слабый звук. Он не разобрал, что это было, но опустив ладонь на ручку, обнаружил, что дверь не заперта. Его ждут? Похоже на то.

Толкнув дверь, Вэйд пересек порог и остановился. Грэйс плотно закрыла шторы, чтобы с улицы не проникал свет фонарей. Лишь полоска света из коридора хоть как-то освещала комнату, да и то Вэйд частично загородил его собой.

Грэйс не просто вернулась, а уже легла. И хорошо! Она как раз там, где надо – в кровати.

Вэйд аккуратно прикрыл дверь, чтобы не шуметь, и направился к кровати. По пути стянул пиджак, а затем и рубашку, сбросил ботинки, подцепив за задники. В итоге до цели добрался в одних штанах, да так и забрался на кровать.

Грэйс не до конца проснулась. Чтобы не пугать ее, Вэйд не сразу набросился, начал с осторожных ласк. Прислушивался к реакции девушки, да и к своей тоже. Оно точно ему надо? Чисто физически – однозначно, да. А когда тело требует, разум уступает.

Откинув с девушки одеяло, Вэйд скользнул руками по горячему телу. Прижался теснее, вдохнул сладкий аромат волос. Такой знакомый запах любимого мыльного раствора Грэйс.

Девушка зашевелилась под ним, все еще в полудреме, но уже потихоньку приходящая в себя. Такая нежная, податливая, она была как воск в его руках, готовая на все, но он не торопился. В глубине души Вэйд понимал, что не с той девушкой, о которой мечтал, но решил не привередничать.

В абсолютной темноте он наклонился к девушке, вдавил ее своим телом в матрас. Пока губы Вэйда проходились по тонкой шее, руки изучали рельефы девушки. На ней была легкая пижама – маечка и шорты. Эти жалкие куски ткани практически не мешали любопытным пальцам. Те без труда нырнули под кромку шорт и сдавили упругие ягодицы. Бедра сами дернулись вперед, и Вэйд вжался в девушку, давая ей почувствовать, насколько он в приподнятом настроении.

В ответ она заерзала под ним. Вот теперь точно проснулась и даже как будто испугалась. Завозилась, уперлась руками ему в плечи. Пришлось оторваться от ее кожи, а ведь губы почти добрались до мягких округлостей под майкой. Но Вэйд хотел прошептать что-то успокаивающее. Сгодится даже банальное: «Не бойся, это я». Грэйс узнала бы его сразу по голосу.

Но девушка опередила, заговорив первой.

— Что ты делаешь? — пробормотала она.

Ее голос в темноте прозвучал оглушительно громко, несмотря на шепот. Вэйду почудилось, что он сейчас оглохнет. Его всего перетряхнуло. Накатило странное, невозможное ощущение – ужас, смешанный с ликованием.

Причина была проста – Вэйд узнал голос. Он принадлежал не Грэйс. Это была она… Беспризорница. Какая ирония! Грэйс не говорила ему, что у нее появилась соседка. Хотя если подумать, логично, что сестры живут в одной комнате. А он идиот, если сам не додумался.

Едва он понял, кто под ним, все встало на свои места. Надо было сразу догадаться. Грэйс не могла так его завести. Слишком пресная. Беспризорница была другой. Она походила на свежий глоток воздуха в затхлом помещении. Такая живая, естественная, моментами невыносимая, доводящая до бешенства, но всегда настоящая.

Вот сейчас самым правильным будет остановиться. Встать с кровати, поднять свои вещи с пола и уйти – именно так должен был поступить Вэйд, но… он не смог. Возбуждение не отпустило, напротив, усилилось во сто крат. Стало почти невыносимым! Не тлеющие угли, не огонь и даже не пожар, а чертова драконово пламя, способное испепелить все в единый миг.

Он обрадовался, что это Беспризорница. И сам себе поразился. Наваждение какое-то… не может его тянуть к девчонке с улицы… Но какая на хрен разница, когда они лежат в кровати, а ее ноги почти обвивают его бедра? Ему нужно продолжение или он сдохнет.

Это была последняя связная мысль. После уже не думал.

Глава 13. При свете

Как ни странно, уснула я мгновенно. Отключилась практически сразу, как голова коснулась подушки. Сказалось нервное перенапряжение. Столько всего случилось сегодня. Не день, а сплошные эмоциональные качели.

Давно я не испытывала так много разнообразных чувств. Любопытство, азарт, страх и, черт возьми, желание. Последнее было хуже всего. Его отголоски все еще гуляли по телу, вызывая сухость во рту и тянущую боль внизу живота.

Неудивительно, что мне приснился пикантный сон. Впервые в жизни, между прочим! Ничего конкретного, одни обрывки… Тяжесть чужого тела на моем, дрожь желания, которая передалась и мне. Или это я сама дрожала? Сквозь дрему было не разобрать.

Сон лишал стыда. Это ведь просто иллюзия, так чего стесняться? Не сдерживая себя, я изучала мужское тело – сильные плечи, крепкий пресс. Ладони скользили по обнаженной коже, пока чужие губы покрывали поцелуями мою шею.

Ощущения были слишком яркими. Я хотела и не могла проснуться, пребывая в каком-то пограничном состоянии уже не сна, но еще не бодрствования.

Тело выгнулось навстречу умелым рукам. До чего реально! Это я сама себя глажу сквозь сон? Ведь если нет… то в спальне… я не одна!

Осознание ударило кулаком под дых. Это не сон. Прямо сейчас на мне лежит какой-то парень и целует в шею!

Шок буквально пинком под зад вышвырнул меня из сна. Я резко дернулась, распахнула глаза, но ничего не изменилось. Вокруг по-прежнему была темнота. И мужские губы, скользящие по моей коже.

— Что ты делаешь? — пробормотала я, все еще не до конца веря, что это происходит со мной.

Кто-то вломился ночью в комнату? Странно, но меня это не испугало. Любая нормальная девушка на моем месте уже вопила бы от ужаса, звала на помощь и билась за свою честь, как тигрица.

А я? Вроде вытянула руки, чтобы оттолкнуть парня, даже уперлась ладонями ему в плечи, но толчок вышел настолько слабым, что он его попросту не ощутил. Да что со мной?!

Я была уверена, что знаю, кто ласкает меня. Естественно, Крис. Кто еще это может быть? Это ведь он едва не поцеловал меня, провожая. Мне бы возмутиться его наглости, но разгоряченное тело требовало свое еще с той самой минуты, когда Вэйд так и не завершил начатое. Даже в этом виноват он! От Даморри одни неприятности, в очередной раз убедилась я.

Злость и возбуждение составили странный коктейль, больше всего похожий на отчаянную решимость. Именно под влиянием этого чувства я обвила руками шею парня, приподнялась и безошибочно нашла в темноте его губы своими. Я умышленно поцеловала Криса. Как будто хотела доказать что-то. Вот так, Вэйд, у тебя нет надо мной власти! Я могу быть с другим. И мне это даже нравится.

Я первой поцеловала парня. Осознание этого факта на миг полыхнуло в мыслях, но быстро угасло. Все потому, что он ответил.

— А-а-х, — с едва уловимым стоном я раскрыла губы ему навстречу, и легкое прикосновение почти мгновенно перешло в глубокое проникновение.

Я не ожидала, что поцелуй будет настолько крышесносным. Никакой нежности и ласки, сплошное исступление, сводящая с ума жажда. Я горела, задыхалась и плавилась. Казалось, чужие губы пьют из меня саму жизнь, но и отдают свою взамен. Между нами словно состоялся обмен. Не только страстью, но и чем-то большим, гораздо более интимным, чем простая физическая близость.

Парень вторгался в мой рот, одновременно вжимаясь бедрами в тело. Я чувствовала его возбуждение низом живота и сама распалялась от этого еще сильнее. Хотя, казалось бы, куда дальше? Под нами вот-вот запылает кровать, до того мы оба горим.

Да, поцелуй был жарким, но еще он был злым. Как будто целующий ненавидел меня или себя за то, что мы делаем. Он все крепче впивался пальцами в мои бедра, все сильнее давил, все неистовее сминал мои губы. До сладкой боли.

И снова мне не было страшно. Хотя должно бы. Но у меня как будто атрофировалась та часть, что отвечает за инстинкт самосохранения. По крайней мере, рядом с этим парнем она не работала.

Не знаю, чем бы все закончилось, как далеко я бы позволила ему зайти… К счастью, мне не пришлось это проверять. Все потому, что дверь в комнату открылась, а следом зажегся свет. Вернулась Грэйс.

Яркая вспышка ударила по глазам, и я зажмурилась. А через миг захотелось и уши зажать. Все из-за вопля «сестренки». Он атаковал барабанные перепонки и едва не расколол мою черепную коробку надвое. До чего противный визг!

— Гадина! Да как ты посмела? — орала Грэйс.

Я, конечно, понимаю, что она не ожидала застать в моей постели парня, но зачем так остро реагировать? Мы обе уже большие девочки, да и сама Грэйс не поборник морали. Она рассталась с невинностью еще до поступления в Академию. Среди мажоров не принято хранить себя до брака. Все равно те заключаются исключительно с точки зрения выгоды, всем без разницы невинна невеста или нет. Имеет значение только ее родословная и толстый кошелек родни.

К тому же Крис меня отпустил. Я больше не чувствовала веса его тела на своем. Одним словом, реакция Грэйс была чрезмерной, и я отважилась открыть глаза, чтобы посмотреть, что ее так завело.

Лучше бы я их не открывала. Нет, лучше бы я вовсе ослепла! В моей постели был не Крис. Я молилась, чтобы это были зрительные галлюцинации, но судя по Грэйс, Вэйда вижу не я одна.

Это был он. Стоял на коленях надо мной, глядя сверху вниз. Меня. Целовал. Вэйд. Даморри. Мне требовалось время, чтобы это осознать. Целая чертова вечность! Это просто не укладывалось в моей голове.

Крики Грэйс и те как будто отдалились. Я слышала исключительно шум собственной крови в ушах. А потом поняла – все еще намного хуже. Это я поцеловала Вэйда Даморри! А он лишь ответил…

Я не могла встать с кровати, даже пошевелиться. У меня просто не было на это сил. Все на что меня хватило – дернуть одеяло и натянуть его на себя. Вэйд тоже не торопился слезать, пришлось действовать Грэйс. Подскочив к кровати, она буквально стянула с нее Вэйда.

— Не смей приближаться к моему парню! — рявкнула она мне в лицо.

Я не ответила, все еще пребывая в прострации. Сидела и смотрела в одну точку, ничего не соображая. Краем уха улавливала голоса – женский и мужской. Кажется, Грэйс с Вэйдом ссорятся, но я не разбирала слов.

Не знаю, сколько времени прошло. В себя привел хлопок двери. Опомнившись, я осмотрелась. Никого нет. Грэйс с Вэйдом ушли.

Я осталась одна в комнате. Дрожала, зябко кутаясь в одеяло, и все пыталась осознать, что сейчас было. Я целовалась с Вэйдом Даморри? И мне это нравилось – вот, что самое отвратительное. Я сама хотела его прикосновений и ласк. Ведь целовался он так, что я даже собственное имя забыла.

Как это вообще произошло, он перепутал меня с Грэйс? Ну да, я использовала сегодня ее мыльный раствор, а он мог не знать, что мы живем вместе… но что-то все равно не складывалось.

Следующая догадка заставила меня резко выпрямиться на кровати. Вэйд точно знал, кого целует! На его лице не было удивления, когда зажегся свет.

В его взгляде на меня читалось возбуждение. Оно отчетливо сквозило в его хриплом дыхании. Но шока там не было.

Все мои жалкие потуги что-то доказать Вэйду привели к тому, что я увязла в болоте по имени Даморри еще глубже. Я со стоном повалилась обратно на кровать. И как теперь с этим жить?

И снова я уснула. Точнее, резко провалилась в забытье, как будто потеряла сознание. Ощущение было, словно заболела. Меня лихорадило – то бил озноб, то бросало в жар. А еще остаток ночи мучил кошмар. Самый жуткий за всю мою жизнь. Мне снился поцелуй Вэйда Даморри.

Утром я еле встала с кровати. Подушка была мокрой от липкого пота, голова раскалывалась, да и выглядела я соответствующе. Мелькнула мысль: «не сказаться ли больной»? Но тогда придется остаться в комнате, а новый виток скандала с Грэйс я вряд ли выдержу.

Мне еще повезло, что она ночевала где-то в другом месте. Возможно, с Вэйдом – неприятная догадка царапнула сознание, и сразу во рту появился привкус горечи. Я передернула плечами. Да плевать мне с кем проводит ночи «сестра»! А про Даморри вовсе молчу. Не мое это дело.

Еле волоча ноги, я доковыляла до душа. На этот раз в сторону мыльного раствора Грэйс даже смотреть побоялась. Наверняка мне вчера померещилось. Конечно, Вэйд был удивлен! А я придумала всякого. Чтобы Даморри по собственному желанию поцеловал Беспризорницу? Пф, не бывать такому.

После душа стало полегче. Я даже нашла в себе силы сменить постельное белье. Не будь оно мокрым из-за болезненного сна, я бы все равно не легла еще раз в постель, где побывал Вэйд.

Бросив грязное белье в корзину, я собрала сумку на занятия. В том числе захватила одну из книг госпожи Эрей. Сегодня же вечером пойду в библиотеку. Все, хватит с меня глупостей. Я здесь для того, чтобы учиться.

А Даморри… я просто сделаю вид, что ничего не было. Уверена, он поступит так же. Подумаешь, случайный поцелуй, с кем не бывает! У меня на кону будущее, я не стану его портить из-за какого-то мажора.

Приняв решение, я почувствовала себя лучше. Хотя какая-то червоточинка все еще не давала покоя. Я никак не могла понять, что же не так. Осенило лишь у двери, когда я уже собиралась покинуть комнату и отправиться на занятия. Кати! Я не слышала ее со вчерашнего вечера.

Обиделась, что ли? Вэйд ей не нравится, она вполне могла дуться за то, что я его подпустила. Прикинув время, я подсчитала, что у меня есть в запасе минут десять. Потрачу их на примирение с сателлитом.

— Кати? — позвала я. — Не обижайся, пожалуйста, я сама в шоке после случившегося. Клянусь, это больше не повторится! Не нужен мне этот Даморри. Он мне даже не нравится.

Ответом была тишина. Возможно, Кати ощутила небольшую ложь в моих словах, но ее поведение все равно выглядело странно. Она никогда не отказывалась говорить со мной.

Я похолодела. Неужели мой дар общения с сателлитом исчез? Я получила его после того, как ранила Вэйда. Мог он забрать его обратно поцелуем? Может, в этом был его план?

Звучало бредово, но звенящая тишина в мыслях пугала до дрожи в коленях. Какие там занятия! Надо срочно разобраться с тем, что произошло с Кати.

Я не придумала ничего лучше, чем призвать своего сателлита. В конце концов, если разговор не помог, может зрительный контакт что-то прояснит.

Вскинув руку запястьем вперед, я мысленно призвала сателлита. А дальше произошло то, чего я никак не ожидала. Нет, сателлит появился, приказ был выполнен четко. Вот только передо мной была вовсе не маленькая золотая птичка, а огромный черный и дико злой дракон.

Повезло еще, что он материализовался не в полный рост, а частично уменьшился под размеры комнаты. Но даже так он занимал практически все свободное пространство. Мне остался лишь жалкий пятачок возле двери.

Дракон повернул голову и уставился на меня. Я протянула дрожащую руку, мне надо было убедиться. Кончики пальцев коснулись шершавого бока, и я тут же отдернула руку. Настоящий! Мне не привиделось.

— К-к-как? — только и смогла выговорить я, да и то с десятой попытки.

А потом колени все-таки подогнулись, и я сползла по стене на пол. Мало того, что по моему зову явился сателлит-дракон, так я еще узнала его. Буквально вчера я видела его на арене во время турнира. Он сражался вместе со своим хозяином и даже победил.

Моя нервная система не выдержала. Слишком много на нее свалилось с момента поступления в Академию. Из горла вырвался одинокий судорожный смешок. Я зажала рот ладонью, но за ним последовал второй. Вскоре я неприлично хохотала, до слез на глазах. Это был самый настоящий истерический смех.

Я сидела на полу, смеялась, а на меня с высоты своего роста взирал черный дракон Вэйда Даморри.

А потом как прострелило – если дракон у меня, то где Кати? Смех резко оборвался. Все потому, что до меня дошло, где сейчас мой сателлит. У Вэйда!

«Кати надо срочно спасать!» – с этой мыслью я вскочила с пола.