Стражи. Красные

ПРОЛОГ

Космос — бездонная, холодная бездна, наполненная бесчисленными тайнами. Здесь, среди мерцающих звёзд и тёмной пустоты, скрываются миры, населённые разумными существами. Никто не знает, какая цивилизация появилась первой, но легенды утверждают, что древнейшая и наиболее развитая раса во Вселенной — стражи.

На первый взгляд они ничем не отличаются от людей: та же анатомия, те же черты лица, даже мимика и жесты столь же естественны. Но стоит взглянуть внимательнее — и станет заметно главное отличие. Их волосы, вопреки законам природы, сияют неестественными оттенками: глубокий сапфировый синий, алый, словно огонь, изумрудно-зелёный, оттенки чистого серебра или чёрного жемчуга. Некоторые цвета переливаются, будто живые, меняясь в зависимости от освещения. Это не краска и не причуда моды — это их природа. Но истинная суть стражей заключается не во внешности, а в их способности управлять энергией — силой, что пронизывает само мироздание, формируя законы существования.

Эта энергия бывает трёх основных типов. Бесцветная — чистая, созидательная сила, способная строить и восстанавливать. Красная — энергия душ, наполненная эмоциями, памятью и сущностью живых существ. Чёрная — сила пространства и материи, господствующая над физическими законами. Однако стражи не могут владеть всеми видами сразу — они разделены на фракции: бесцветных, красных и чёрных.

Сами частицы энергии остаются невидимыми для обычного глаза, но при высокой концентрации проявляют свой истинный цвет. Лишь немногие способны не просто видеть их, но и ощущать движение этой силы, её вибрацию, её дыхание. Но существуют и другие, менее изученные энергии, которые не вписываются в привычную триаду.

Одна из них — зелёная, разумная и коварная. Она зарождается там, где царят страх, боль и насилие, питаясь страданиями живых существ. Её присутствие трудно не заметить — она словно тёмный разум, который шепчет в самые глубины сознания.

Другая — золотая. Её происхождение окутано тайной. Учёные стражей выяснили, что этот вид энергии рождается только на планетах, становясь неисчерпаемым источником силы. Она может усиливать другие виды энергии в тысячи раз, делая её обладателей практически неуязвимыми. Но вот как именно она появляется — остаётся загадкой.

Исследователи утверждают, что золотая энергия должна исходить из особых очагов, но ни одного из них так и не удалось найти. Чаще всего она рассеивается в атмосфере, словно блуждающий свет, который невозможно ухватить. В редких случаях частицы собираются воедино, образуя плотный сгусток, но лишь на мгновение, прежде чем снова раствориться в воздухе. Эти вспышки так и не удалось изучить.

Поэтому стражи научились искать планеты, пропитанные золотой энергией, добывать её и концентрировать. Созданные ими реакторы стали источниками невероятной силы, позволяя цивилизации стражей возвыситься над другими расами.

Стражи когда-то жили на величественной родной планете, покрытой бескрайними лесами, сияющими реками и городами, возведёнными из материалов, крепче металла и легчайшими, словно воздух. Но теперь от этого мира остались лишь воспоминания. Планета погибала. Никто уже не верил, что её можно спасти. Гибель родного дома вынудила стражей покинуть его и отправиться в бесконечное странствие по звёздам. Их судьба изменилась навсегда.

Они не просто стали путешественниками, но превратились в защитников баланса, исследователей, дипломатов и воинов. Их флоты рассекали космос, а гигантские станции дрейфовали на орбитах планет, пропитанных золотой энергией — бесценным источником, питавшим эти колоссальные сооружения. Без неё станции не смогли бы работать, а технологии стражей давно бы пришли в упадок.

Со временем Вселенная становилась всё более заселённой. Молодые расы, овладевшие технологиями космических полётов, начали осваивать звёзды, заключать союзы, но также — конфликтовать. Они не всегда понимали друг друга, их стремление к выгоде и власти нередко приводило к кровопролитным столкновениям. Всё это неумолимо приближало первую масштабную космическую войну.

Когда вспыхнул первый большой конфликт, он охватил сразу несколько систем. Враждующие цивилизации вели сражения в открытом космосе, разрушали целые миры, не разбирая, кто перед ними — враг или случайная жертва. Стражи, пытаясь предотвратить катастрофу, вмешались, но не успевали быть везде одновременно. Они пытались прекратить бойни, но чем больше сражений они тушили, тем больше их вспыхивало вновь.

Тогда стражи приняли судьбоносное решение. Они создали искусственную армию — синтетических существ с продвинутым интеллектом, способных принимать решения и вести переговоры, но при этом следовать строгому кодексу правил. Этот новый вид они назвали «алрас». Ближайшее слово, передающее их суть на человеческом языке, — «рыцарь». Алрасы были запрограммированы на поддержание мира, и с их помощью конфликт удалось остановить. Но то, что произошло дальше, оказалось неожиданностью для всех.

Алрасы сражались храбро, уничтожая самые кровопролитные очаги войны. Они видели, как разумные расы предают, лгут, используют слабых и уничтожают целые цивилизации ради выгоды. Они изучили политику, мотивы, эмоции — и пришли к страшному выводу: во всех разумных существах заложено стремление к разрушению. Разочаровавшись в живых расах, алрасы не примкнули ни к одной из сторон. Они отказались подчиняться стражам, отвергли идеи Союза и объявили войну всем. Теперь они видели лишь одну цель — искоренить само существование тех, кто сеет хаос. Конфликт, который они должны были остановить, превратился в ещё более страшную войну. Они отринули кодекс.

Союз, объединивший множество цивилизаций, начал расти, его власть крепла, а законы становились жёстче. Из защитника он превратился в диктатора, подчиняющего себе всё больше миров. Стражи пытались вразумить его лидеров, но получили лишь изгнание и статус врагов. Теперь стражам приходилось сражаться на два фронта: против Союза, который видел в них угрозу, и против алрасов, ставших беспощадными охотниками, не различающими виновных и невиновных.

Потери росли, надежда угасала. И когда стало ясно, что дальнейшее сопротивление приведёт лишь к полному уничтожению, стражи приняли единственное возможное решение. Они бежали. Их флот покидал опустошённые системы, оставляя за собой погибшие миры и обломки станций. Их пути терялись в бескрайнем космосе.

Станция 1ЕР2 — последний оплот для тех, кто выжил. Она напоминала гигантскую юлу, одинокую в бескрайнем холодном космосе. Её конструкция выглядела странно: массивный обруч, похожий на колесо гигантского велосипеда, вращался вокруг толстого шпиля, пронзающего её сердце. На одном конце шпиля располагалась стеклянная сфера, переливающаяся отражённым светом далёких звёзд, а на другом — огромная чаша, похожая на антенну. Именно через её центральное отверстие стражи собирали золотую энергию — бесценное топливо, даровавшее станции жизнь.

Из внутренней стороны обруча тянулись трубы, соединяя его со шпилем, словно спицы колеса. Они питали всю конструкцию энергией и обеспечивали её жизнеспособность. Несмотря на свой возраст и изношенность, станция продолжала работать. Она была колоссальна, целый мир среди звёзд.

Для поддержания её функционирования требовалась огромная команда. Помимо инженеров и техников, здесь находились исследователи, учёные и боевые отряды, готовые первыми встретить любую атаку. Никто не знал, когда враги нанесут новый удар.

Миг устало потянулся, выходя из машинного отсека. Длинные смены утомляли, особенно когда приходилось разбираться с неполадками в стареющих системах станции. Он провёл последние часы за отладкой мониторинга и починкой коммуникаций, и теперь его плечи ныла от напряжения.

Миг был молод, но жизнь на станции сделала его черты строгими. Высокие скулы, слегка заострённый подбородок, прямой нос — его лицо выглядело бы резким, если бы не тёплый взгляд глаз цвета морской волны. Однако самой примечательной чертой была его шевелюра — густые, слегка взъерошенные волосы глубокого зелёного оттенка, которые казались особенно яркими в холодном освещении коридоров.

На нём была облегающая униформа серого цвета, стандартная для экипажа станции, но с небольшими изменениями: инженерный отдел носил вариант с прочными вставками на плечах и локтях, а также многочисленными карманами и креплениями для инструментов. На груди висел миниатюрный планшет с голографическим экраном, позволяющий в любой момент получить доступ к технической информации. Он не успел сделать и пары шагов, как навстречу ему выбежала Лис — его подруга детства.

Она резко затормозила, и свет ламп скользнул по её необычным волосам. У корней они были светло-фиолетовыми, ниже середины переходили в насыщенный розовый, а кончики сияли тёплым золотистым оттенком.

Её лицо — нежное, с мягкими, плавными линиями, словно кисть искусного художника бережно очертила каждую деталь. Большие карие глаза, обрамлённые густыми тёмными ресницами, смотрят внимательно и глубоко, словно хранят в себе сотни несказанных историй. Брови — выразительные, с естественным изгибом, подчёркивающим её задумчивый и в то же время живой взгляд. Аккуратный нос с едва заметной вздорностью придаёт её чертам лёгкость, а полные губы, естественно изогнутые, словно созданы для лёгкой, загадочной улыбки.

Её фигура — утончённая и изящная, с мягкими изгибами, гармонично соединяющими линии талии и бёдер. Движения плавные, грациозные, словно в её походке и жестах есть что-то от природы хищника — не резкое, но безошибочно притягивающее взгляд. Светлая кожа кажется бархатистой, а длинные, стройные ноги лишь подчёркивают естественную грацию её силуэта.

Униформа на девушке то же была серой, но, в отличие от инженерной, её костюм был более гладким, с удлинённым воротником и небольшими светящимися вставками на рукавах — они показывали уровень допуска к лабораториям и реагировали на движение. В отличие от нагруженного карманами костюма Мига, её униформа выглядела более лёгкой и аккуратной, но была изготовлена из особой ткани, устойчивой к химическим воздействиям.

— Привет, Миг, — весело поприветствовала она, но в голосе сквозила лёгкая усталость. — Закончил работу? Как станция?

— Привет, — парень усмехнулся. — Она, конечно, старая, но держится лучше, чем можно было бы ожидать. На наш век её точно хватит.

Лис на мгновение замерла, а затем отвела взгляд.

— На наш век… — тихо повторила она, и в её голосе прозвучала тоска. — Как бы я хотела увидеть хоть что-то ещё, кроме тёмной бесконечности космоса и этих металлических стен…

Миг почувствовал в её словах что-то болезненно знакомое. Они оба выросли здесь, на 1ЕР2. Для них это был единственный дом, но, в отличие от многих, Лис никогда не мирилась с этим.

— Ты не видела Бис? — неожиданно сменила тему девушка. — Она не нашла нам новую планету?

— Нет, — пожал плечами он. — Уже давно ничего о ней не слышал.

Лис раздражённо скрестила руки.

— Тц, опять со своим прототипом носится. Почему глава ей это позволяет?!

— Успокойся, — примирительно сказал Миг. — Лучше расскажи, как твои исследования. Как тебе работается с Локом?

При упоминании Лока глаза Лис загорелись.

— О, с ним работать одно удовольствие! Он гений, я у него многому научилась.

— Рад слышать, — кивнул Миг, но затем его лицо стало серьёзнее. — И всё же мне не нравится, что ты возишься с зелёной энергией… Если бы не война…

Лис резко остановилась и сверлящим взглядом посмотрела ему в глаза.

— Миг, не будь ханжой, — твёрдо сказала она. — Благодаря этим исследованиям я доказала, что зелёная энергия разумна. Я смогла вырастить несколько объектов с интеллектом, изучила, как она трансформирует клетки… Теперь мы знаем, как бороться с заражением мраками.

Она сделала шаг ближе, понизив голос, словно делясь секретом:

— А главное — я создала лекарство. Оно может залечивать любые раны, даже отращивать конечности и органы.

Миг недоверчиво прищурился.

— Осталось только протестировать и… посмотреть на побочные эффекты, — добавила Лис, ухмыльнувшись.

— О-о-о… — протянул он, качая головой. — Рад за тебя, но всё равно… будь осторожна.

Лис закатила глаза, но улыбнулась.

— Пойдём со мной в лабораторию. А потом позавтракаем вместе и ещё поговорим.

— Хорошо, пойдём.

Миг знал, что спорить с ней бесполезно. Если Лис что-то решила, её уже не остановить. В этом вся она.

В это время, почти вплотную к станции, подлетел корабль. Его форма была вытянутой и угловатой, как у древнего истребителя, но с явно выраженным технологическим совершенством, которое позволяло ему двигаться с невероятной скоростью. Сзади располагался массивный двигатель, который был основным источником тяги, но это было лишь частью его мощи. На самом деле, корабль был оснащён также уникальным устройством для сжатия и расширения материи — системой, которая позволяла прорывать пространство и перемещаться на огромные расстояния за считанные секунды. Эта технология использовала особые поля для манипуляции с материей, позволяя кораблю буквально «прыгать» через космос, словно сокращая расстояние до нуля.

Основной двигатель выглядел как огромная конструкция, окружённая защитными кожухами, которые служили для стабилизации работы. Он был покрыт чёрным, слегка матовым металлом с редкими вкраплениями золотистых полосок, которые под определёнными углами начинали светиться. Но, помимо него, в передней части корабля был установлен ещё один механизм — невообразимо сложное устройство, которое отвечало за сжатие пространства и создание переходных врат для прыжков. Эти элементы были скрыты за гладкой, идеально подогнанной поверхностью корпуса, лишь немного заметно выдавливающейся под действием магнетизма.

Корабль был маленьким по сравнению с гигантской станцией, но внутри могло разместиться до пяти человек, достаточно для того, чтобы выполнить свои задачи и покинуть станцию в случае опасности. Его прямые линии и углы создавали ощущение угрожающей силы, но всё это было выполнено с таким мастерством, что оно выглядело как нечто идеально сбалансированное — техника, создающая впечатление неразрушимости.

Когда корабль подлетел ближе к станции, его двигатели издали лёгкий гул, а поле для манипуляции материей начало активироваться, вспыхнув яркими искрами, пока устройство не стабилизировалось в ожидании прыжка. Шлюз корабля открылся, и из него выпрыгнуло антропоморфное существо.

Это был алрас — сущность, состоящая из технологии и органики. Его форма была невообразимой, её нельзя было понять обычным восприятием. Его кожа была похожа на резину или силикон, с многочисленными наслаиваниями накладок, образующих глубокие бороздки по всему телу. Лицо существа было гладким и бесформенным, без глаз, рта или ушей. Это была не просто маска, это было нечто большее — отсутствие человеческих признаков на лице, как будто оно было создано для другой реальности.

Из головы алраса торчало изогнутое лезвие, наклонённое под девяносто градусов, словно древнее оружие. Кожа была чёрной, но украшена золотыми полосками, которые сходились в одну точку на груди, почти полностью её закрывая. Это было похоже на доспехи, но не доспехи, а части его сущности. За спиной алраса висел гигантский меч, длинный и массивный, с мутным прозрачным лезвием. Он сиял тусклым, но зловещим светом, как если бы нечто древнее заключалось в его материале. На правой руке у алраса был прикреплён ствол оружия, трубка которого вживлена прямо в его тело, будто оно и оружие были единым целым.

Когда он появился на борту станции, его движения были стремительными и уверенными. В его груди засиял яркий жёлтый свет, и этот свет, словно магнит, потянулся к станции. Алрас поглотил этот свет за долю секунды, оставив после себя лишь тонкую золотую нить, которая вела к колесу станции. Светящийся луч прорезал обшивку, и мгновенно раздался сигнал тревоги:

— Разгерметизация! Закрытие отсека 2В!

Алрас успел проникнуть в станцию до того, как двери закрылись. Он шагал по широкому коридору, который был обрамлён металлическими листами, скрывавшими провода и коммуникации. Охранные датчики зафиксировали его присутствие, и вновь завыла сирена:

— Вторжение!

Алрас шёл, не обращая внимания на яростные сигналы тревоги. Внезапно дверь впереди разъехалась, и отряд стражей, облачённых в плотные серые комбинезоны, открыл огонь. Но не успели их выстрелы достичь цели, как алрас поднял руку. Яркая вспышка — и солдаты исчезли, оставив после себя лишь пепел. Существо не задерживалось, двигаясь точно к своей цели. Оно знало, куда идти. Он щел быстро и целеустремлённо, и вот он уже оказался в огромной комнате. Перед ним стоял пульт управления, а на стенах светились лампочки, которые, поочерёдно, показывали красный и зелёный цвета. Сейчас горела зелёная. Пройдя дальше, алрас подошёл к стеклянному экрану от потолка до пола, за которым был виден реактор — огромная массивная установка, которая обеспечивала всю станцию энергией.

Реактор был сделан почти полностью из металла, и в его основании был установлен большой стеклянный иллюминатор, в котором мерцал золотистый свет, как если бы его сама энергия находилась в постоянном движении. От его основания тянулись толстые провода, расходясь по всем уголкам комнаты и соединяясь с другими системами станции.

Комната была многослойной, разделённой на несколько уровней. Верхний этаж был похож на балкон, откуда открывался вид на реактор. Лестница, расположенная рядом с иллюминатором, вела к основанию установки, где можно было провести обслуживание или установить дополнительные модули для управления. В воздухе ощущалась электрическая напряжённость, и всё вокруг казалось живым, как если бы сама станция дышала, а реактор был её сердцем.

Алрас, словно уверенный в своей победе, стоял на этом балконе, глядя вниз на источник всей силы и энергии станции. Его золотые полоски на груди мерцали в свете реактора, словно отражая ту силу, которую он собирался поглотить.

Алрас уверенно направился к двери, ведущей к лестнице основания реактора. Его движения были плавными, безошибочными, словно он заранее знал каждую деталь помещения. Однако, едва он преодолел несколько шагов, его тело внезапно застыло, будто наткнувшись на невидимую стену. Он попытался двинуться вперёд, но не смог — его конечности сковала невидимая сила. Пространство вокруг сгустилось, как будто сам воздух приобрёл плотность. Это была не просто гравитационная аномалия, а нечто более целенаправленное.

— Дальше ты не пройдёшь!

Голос раздался из глубины помещения. В сторону алраса шагнул высокий, крепко сложенный страж. Его серый комбинезон, плотно облегающий тело, был лишён каких-либо знаков отличия, но на груди всё же угадывался тускло мерцающий символ его фракции. Это был представитель бесцветных.

Страж вытянул вперёд руку, и золотые линии на теле алраса дрогнули, словно ощущая чужое вмешательство. Телекинетическая хватка крепчала, намертво фиксируя его на месте. Но в этот момент, едва уловимым колебанием воздуха, в комнате появился ещё один. Красный страж. Его нельзя было увидеть. В отличие от бесцветных, стражи красной фракции умели делать себя невидимыми, а также кратковременно увеличивать свою физическую силу до немыслимых пределов и это только часть способностей красных.

Невидимый воин уже находился рядом. Он подошёл к алрасу вплотную, сосредоточив в себе всю мощь красной энергии. Мышцы его тела напряглись, преобразуя поток энергии в сокрушительную силу. Это был удар, рассчитанный на уничтожение с одного движения. Он нанёс его. Алрас вздрогнул — по его телу прошла колоссальная ударная волна. Треск. По обзорному стеклу пошли глубокие трещины, массивные переборки содрогнулись, а пол прогнулся под ногами. Вибрация ударила по всему отсеку, отчего даже лампы на потолке замигали. Но алрас не сдвинулся с места. Секунду спустя невидимый страж материализовался — он рухнул на колени, тяжело дыша. Его удар… не возымел эффекта. Алрас впитал в себя энергию удара. Страж ошеломлённо вскинул голову, но его глаза встретились с пустым, невыразительным лицом алраса.

— Ненавижу этих тварей! — злобно прошипел он, скосив взгляд на алраса. — По его лицу даже непонятно, что он чувствует…

— Осторожнее, Кил, не заходи в радиус его расщепления, — предостерёг первый страж, не опуская ладони.

— Да знаю я!

Алрас не двигался, его безглазое лицо оставалось непроницаемым. Казалось, он даже не слышал их слов. Но внезапно его тело начало светиться, и в следующее мгновение он уже оказался за спинами стражей. Пространство содрогнулось, а через тела бойцов прошла тонкая золотая нить, исчезающая, словно мираж.

Кил вздрогнул. Он хотел что-то сказать, но из его груди уже хлестала кровь. В его теле, как и в теле второго стража, зияла идеально круглая дыра. Они упали почти одновременно, их взгляды застекленели.

Алрас даже не взглянул на павших. Спокойно, без спешки он спустился по лестнице, ведущей к основанию реактора. Здесь, среди массивных проводов и труб, находились энергетические модули — они поддерживали стабильность реактора. Алрас без усилий извлёк их. В тот же миг раздался резкий сигнал тревоги. «Опасность! Перегрузка реактора!»

Алрас поднял голову. На пульте управления висел Кил — он каким-то образом дополз до панели и активировал экстренный сброс энергии. Его пальцы сжались в последний раз, отключая блоки безопасности. Красная лампа замигала, наполняя помещение тревожным светом. Падая на пол, Кил с трудом выдавил:

— Надеюсь… хоть это… тебя убьёт…

Алрас не сдвинулся с места. Он просто наблюдал. В следующее мгновение иллюминатор реактора взорвался, и из него вырвались золотые молнии, пронзившие пространство, как живые существа, жаждущие вырваться наружу. Датчики станции исступлённо вопили, стены дрожали, словно живые, а через несколько секунд вся энергия, заключённая в реакторе, вырвалась наружу.

Станция разлетелась. Огонь охватил её, и в бушующем пламени разметало металлические обломки. Спустя мгновение пламя исчезло, а вместо него осталось лишь светящееся облако из золотых частиц. Они вихрем закружились в космосе, а в самом центре стояла безмолвная фигура.

Алрас впитывал энергию, пока её последние крупицы не исчезли в его теле. Ему не было дела до погибших, до разрушенной станции, до чьих-то стремлений или надежд. Всё это не имело значения. Космос снова погрузился в холодную тишину. Алрас развернулся и отправился обратно на свой корабль. Через несколько секунд он уже исчез в бесконечной темноте, оставив за собой лишь рассеянные следы энергии.

Во время нападения станция погрузилась в хаос. Те стражи, кто не был задействован в обороне, отчаянно пытались эвакуироваться. Учёные, инженеры и техники, одетые в серые облегающие костюмы, бежали по коридорам, сбиваясь друг с другом, хватая всё, что казалось важным. Воздух был насыщен тревожными голосами, звуками шагов и прерывистым дыханием тех, кто ещё надеялся спастись.

В одной из лабораторий воздух начал мерцать. Посреди комнаты зародились крошечные чёрные точки, которые сливались, становясь одной большой, пульсирующей массой. Затем они резко разлетелись в стороны, очерчивая тёмную рябящую рамку, и в следующую секунду перед учёными распахнулся портал. По ту сторону простирался зелёный луг, уходящий вглубь леса — почти картина из иной жизни, лишь обрамлённая копошащимися по кругу тёмными частицами.

Из портала выбежала девушка с чёрными, гладкими, как отполированный обсидиан, волосами, уложенными в аккуратное каре. В её чертах читалась резкость и хищная грация, высокие скулы, выразительный взгляд и лёгкая полуулыбка, словно скрывающая какую-то тайну.

Её униформа разительно отличалась от серых комбинезонов учёных и инженеров. Тёмный костюм из плотной, но гибкой ткани облегал её стройную фигуру, почти сливаясь с тенями. В отличие от других, её униформа не имела видимых знаков принадлежности к фракции, лишь тонкие, еле заметные чёрные линии пересекали ткань, словно пульсирующие нитями энергии.

В её глазах читалась паника, а голос дрожал от напряжения:

— Все сюда! Быстрее!

Стражи метались, некоторые не решались прыгнуть в портал, хватая сумки с данными, контейнеры с образцами, пытаясь вытащить оборудование. Одни спотыкались, другие оглядывались в поисках пропавших товарищей. Лишь одна девушка в этой суматохе не спешила бежать.

Она нервно рылась в шкафу, сдвигая пробирки, упаковки с образцами, отодвигая контейнеры с неизвестными субстанциями. Её длинные волосы с фиолетово-розовыми прядями вздрагивали при каждом резком движении.

— Лис, оставь это, пора идти! — закричала Бис, подбегая к ней.

— Отстань, Бис! Кил и Пик его сдержат, — отрезала Лис, судорожно запихивая в переносную сумку небольшой термос.

— Неужели тебе опыт важнее жизни?! — в голосе Бис прорезалась истерика.

Сирена взвыла оглушительным сигналом, заставив всех на мгновение замереть:

— Опасность! Перегрузка реактора!

— Лис, она права! — выкрикнул парень, подбежавший к ним, тяжело дыша после пробежки по коридорам.

Снова сирена:

— Опасность! Перегрузка реактора!

— Да хорошо, пойдёмте! — наконец сдалась Лис, перекидывая лямку сумки через плечо.

Но в этот момент станция содрогнулась. Металлические конструкции скрипнули, потолок осыпался мелкими обломками, освещение замигало.

И портал… закрылся.

— Чёрт! — выкрикнула Бис, ошарашенно уставившись на место, где ещё мгновение назад был их путь к спасению.

Металлический пол под ногами задрожал ещё сильнее.

— Бегите за мной! — закричала Бис, бросаясь к выходу.

Перед ними открылся ещё один портал, но теперь он зиял в небе, обрамлённый извивающимися чёрными нитями энергии. Воздух вокруг завибрировал, и поток горячего ветра ударил в лицо Лис. Она не сразу поняла, что происходит, а затем почувствовала, как её пальцы разжались, и сумка с её бесценными образцами выпала из рук.

Стражи и выжившие падали всего несколько секунд — мир вокруг них сменился стремительно, словно кадры в испорченной киноленте. В последний момент Бис успела разорвать пространство ещё раз, и тёмный портал выбросил их на твёрдую землю. В тот же миг первый портал, оставшийся в небе, захлопнулся, выплюнув напоследок языки бушующего пламени, едва не обжёгшие край леса. Бис тяжело дышала, едва стоя на ногах после стольких быстрых перемещений.

— Получилось… вроде выжили, — выдохнула она, согнувшись и упершись руками в колени.

— Выжили, — повторила Лис, но в её голосе не было радости. Она сидела на траве, опустив голову, пальцы дрожали, сжимая травинки. В её глазах отражался пустой, чужой небосвод. — И что дальше?

— Лис, не нагнетай, — попытался разрядить обстановку Миг, нервно поглядывая на неё.

— Заткнись, Миг! — резко бросила Лис, обернувшись к нему с яростью в глазах. — Я хочу знать, что будет теперь!

Бис выдохнула, подняла голову и устало сказала:

— Всех, кого я успела спасти… я переместила на разные планеты. Теперь это ваш дом.

— Какого класса эта планета? — в голосе Лис звучала обречённость.

— Второго, — ответила Бис, не меняя тона.

Несколько мгновений стояла тишина, затем Лис внезапно рассмеялась — истерично, нервно, почти безумно.

— Ха-ха… Я только что потеряла свой дом. Работу всей своей жизни. Всё, ради чего жила. И теперь мне ещё и предстоит провести остаток жизни на планете с варварами! Великолепно!

Она вскочила на ноги и уставилась на Бис с презрением.

— А ты? Ты останешься с нами?

Бис помедлила, её взгляд был отстранённым.

— Нет, — сказала она наконец. — Я буду охранять чёрный прототип.

Лис замерла, не сразу понимая смысл её слов.

— Ты издеваешься? — её голос стал пронзительным. — Это тоже технология алрасов! Он принадлежит им!

Бис не ответила. Она молча развернулась, её чёрная униформа словно слилась с тенями, и одним движением руки она разорвала пространство перед собой. Чёрный портал раскрылся, в его глубине сверкнули неизвестные дали.

— Стой! Ты нас так просто бросишь?! — крикнула Лис, сделав шаг вперёд, но Бис даже не оглянулась.

Тёмный вихрь захлопнулся, оставив после себя только едва заметное дрожание воздуха.

Глава 1 НАПАДЕНИЕ

Наши дни, город Санкт-Петербург

Петербург — город с особенной атмосферой. Он застыл между прошлым и будущим, храня в себе величие империи и дух современности. Его улицы дышат историей, мостовые помнят шаги великих людей, а закаты на Неве оставляют в душе неизгладимый след. Белые ночи, туманы над Финским заливом, узкие дворы-колодцы и мостовые, отливающие золотом под фонарями… Здесь каждая улица, каждый дом хранят свои тайны.В этом городе живут люди самых разных профессий и судеб: художники и философы, инженеры и авантюристы. Но не всем удаётся найти своё место.

Максим Никифоров, 25 лет, менеджер страховой фирмы, сидел в углу банкетного зала, рассеянно помешивая коктейль. Он не любил корпоративы, но отказаться не получилось. Сегодня повышали его коллегу, и присутствие было обязательным.

Максим был высоким, подтянутым парнем с русыми волосами средней длины. Длинная чёлка с пробором посередине обрамляла его лицо, мягкими прядями спадая по бокам. Зелёные глаза смотрели устало, но цепко. Волевой подбородок и выраженные скулы придавали лицу собранный, уверенный вид. Спортивное прошлое оставило на его теле свои следы — он легко держал осанку, двигался плавно, но сегодня нога ныла, неприятно отдавая тупой болью. Он отложил бокал, потер колено и невольно усмехнулся. Иногда он ловил себя на мысли: А что, если бы всё сложилось по-другому? Если бы травмы не было?

Работа, дом, редкие встречи с друзьями — его жизнь была размеренной, но не приносящей особой радости. Единственным настоящим увлечением оставалась литература. Он писал романы, короткие рассказы, иногда — длинные истории, полные приключений и тайн. Особенно его притягивали истории про избранных, тех, кто спасает мир, несмотря на препятствия. Иногда он представлял себя таким героем, и тогда на его лице появлялась лёгкая, мечтательная улыбка. Но стоило кому-то окликнуть его по имени, и мир фантазий рушился, оставляя только шум корпоративного вечера и ощущение, что где-то в глубине души нечто важное ускользает.

Школьные годы. Максим рос в обеспеченной семье, учился в детско-юношеской спортивной школе олимпийского резерва. Спортивная гимнастика была его жизнью, и тренер возлагал на него большие надежды. Он чувствовал себя особенным, сильным, свободным. Каждый прыжок, каждое движение давало ему ощущение полёта, контроля над собственным телом, над жизнью. Но судьба распорядилась иначе.

— Молодец, Максим, уже лучше! Только надо ещё докрутить! — воодушевлённо крикнул тренер, наблюдая, как парень ловко приземлился на маты.

Максим быстро встал, отряхнул руки и, улыбаясь, кивнул:

— Хорошо, Степан Константинович.

— Подойди ко мне, — тренер жестом подозвал его ближе. — Ты ведь уже в девятом классе?

Максим утвердительно кивнул, ожидая продолжения.

— В этом году я хочу выдвинуть твою кандидатуру в ряды юношеской олимпийской сборной, — с гордостью произнёс тренер.

Парень застыл, чувствуя, как сердце сделало лишний удар.

— Правда? — спросил он, не веря своему счастью.

— Конечно. Ты давно готов к этому. Но расслабляться не стоит, работай дальше. А на сегодня всё, иди домой, — тренер хлопнул его по плечу.

Максим не мог скрыть радости. Он быстрым шагом направился в раздевалку, переоделся и, едва выйдя из спортивной школы, почти вприпрыжку зашагал по улице. Прохладный воздух приятно бодрил, а городские огни, отражаясь в лужах, казались чем-то магическим. Он хотел как можно скорее поделиться новостью с родителями. Зайдя домой, он торопливо скинул кроссовки, бросил сумку у стены и с порога закричал:

— Мам, пап! Меня хотят взять в юношескую олимпийскую сборную!

Из кухни донёсся звук падающей крышки от кастрюли, и через мгновение в дверном проёме появилась его мама. Она была невысокая, с тёплыми глазами и густыми кудрявыми волосами. Улыбка осветила её лицо.

— Молодец! Я всегда в тебя верила! — сказала она, раскрывая руки, чтобы обнять сына.

Максим прижался к ней, чувствуя привычный запах домашних котлет и свежего хлеба. Из соседней комнаты раздался тяжёлый скрип двери. В коридор вышел отец — высокий, худощавый мужчина с холодным взглядом. Он задержал глаза на сыне, медленно оглядел его с головы до ног и произнёс сухо:

— Хоть бы разделся сначала.

С этими словами он развернулся и ушёл в свой кабинет, даже не сказав «молодец». Максим сглотнул, ощущая, как радость немного померкла.

— Игорь, нельзя же так! — с упрёком сказала мама, покачав головой. Затем обратилась к сыну: — Не обращай внимания, иди мой руки, садись кушать. Я котлеты пожарила.

После ужина Максим поднялся к себе в комнату. Он достал с полки синюю папку, внутри которой лежали аккуратно сложенные распечатанные листы. Это был его рассказ. Его первая законченная история, которой он гордился. Он посмотрел на папку, затем перевёл взгляд на закрытую дверь кабинета отца. Сделав глубокий вдох, шагнул вперёд, но возле двери замер. «А что, если он просто проигнорирует? Или скажет, что это пустая трата времени?» Максим сжал пальцы на папке, колеблясь. В этот момент рядом оказалась мама. Она ласково коснулась его плеча.

— Не бойся, — тихо сказала она. — Ты же был так уверен в этом рассказе.

Парень посмотрел на неё, затем сжал губы, выпрямился и, собравшись с духом, постучал в дверь. Кабинет отца всегда казался Максиму особенным местом — словно другим миром, отгороженным от остальной квартиры тяжёлой дубовой дверью. Здесь витал терпкий запах табака, перемешанный с ароматом старых книг и лакированного дерева.

Вдоль стен высились массивные стеллажи, заставленные книгами — от научной фантастики до философских трудов. Между томами стояли сувениры, привезённые из бесчисленных командировок отца: фигурки африканских богов с выцветшими узорами, китайские вазы с искусно расписанными драконами, мраморные шахматы, древняя японская катана, покоящаяся в стеклянном шкафу. Весь этот хаос каким-то образом складывался в гармоничную картину, отражающую личность хозяина кабинета.

В центре комнаты стоял массивный дубовый стол, покрытый бумагами и открытыми блокнотами. За ним, в высоком кожаном кресле, сидел Игорь Никифоров — крепко сбитый, коренастый мужчина 39 лет. На переносице покоились очки в тонкой оправе, а над верхней губой были подстрижены аккуратные усы. Он сосредоточенно водил ручкой по строкам документа, держа в другой руке свою неизменную трубку. Максим сглотнул, ощущая, как во рту пересохло.

— Ты что-то хотел? — сухо произнёс отец, не поднимая глаз от бумаг.

— Да, я… хотел показать свою книгу. Можешь её прочитать?

Игорь на мгновение задержался, прежде чем отложить ручку и откинуться на спинку кресла. Он посмотрел на сына поверх очков и чуть приподнял бровь.

— Книгу? — в его голосе скользнул лёгкий сарказм. — Громко сказано.

Максим почувствовал, как у него непроизвольно напряглись плечи.

— Но хорошо, давай сюда.

Стараясь не выдать волнения, он протянул папку. Отец неспешно взял её, раскрыл и начал читать. Комнату наполнила тишина. Лишь редкое потрескивание табака в трубке и шелест переворачиваемых страниц нарушали её. Максим стоял неподалёку, не смея ни сесть, ни прервать процесс. Его сердце билось быстрее с каждой минутой. Он хотел бы уйти, чтобы не видеть выражение лица отца, но ноги будто приросли к полу. Страницы сменялись одна за другой. Прошло десять минут. Потом двадцать. Полчаса. Отец не издавал ни звука, лишь иногда морщил лоб или постукивал пальцами по краю стола. Когда он, наконец, захлопнул папку и положил её на стол, Максим сжал кулаки, пытаясь сдержать волнение.

— Ты что-то говорил про сборную, — спокойно произнёс Игорь, снимая очки и потирая переносицу. — Лучше сосредоточься на ней.

Максим замер. Всё? Он не знал, что ожидал услышать — может быть, хоть намёк на похвалу, может, критику, но не такое равнодушие. Сглотнув ком в горле, он быстро взял папку, чувствуя, как откуда-то изнутри поднимается глухая боль. Он развернулся и молча вышел из кабинета. В гостиной его уже ждала мама.

— Ну что он сказал? — в её голосе была надежда.

Максим выдавил улыбку:

— Сказал, что неплохо. Нужно доработать некоторые моменты.

Её лицо смягчилось.

— Вот видишь? Я же говорила, что у тебя талант.

Парень кивнул, не в силах сказать больше ни слова. Максим вошёл в комнату и с силой бросил папку в дальний угол. Бумаги разлетелись веером, но он даже не посмотрел в их сторону. Всё, конец. Если даже отец не увидел в этом ничего достойного, значит, и не стоило пытаться.

Как и сказал Игорь, Максим решил сосредоточиться на тренировках. Но это было не просто сосредоточение — он загонял себя в них, будто пытаясь доказать что-то невидимому судье. Каждое упражнение делал на износ, снова и снова, пока мышцы не начинали гореть, а дыхание не превращалось в хрип.

— Максим, хватит на сегодня, — неоднократно говорил тренер, но парень лишь молча кивал и продолжал.

Он не жаловался на усталость. Не жаловался, когда во время опорного прыжка почувствовал резкую боль в ноге, но когда приземлился и боль пронзила его, словно раскалённое железо, сдержаться уже не смог. Громкий крик разнёсся по залу.

— Лежать, не двигайся! — тут же оказался рядом тренер, опускаясь перед ним на колено.

Максим стиснул зубы. Чёрные пятна плавали перед глазами, а от каждого движения отдавалась резкая пульсация.

— За врачом, быстро! — крикнул тренер кому-то из ребят.

Больница. Долгие осмотры, УЗИ, тревожные лица врачей.

— Повреждение ахиллова сухожилия, — вынесли вердикт.

Максиму объяснили, что восстанавливаться придётся минимум полгода. И то без гарантии, что он сможет вернуться в спорт на прежнем уровне. Полгода. Для гимнаста это вечность. Когда его привезли домой, он, измотанный, лёг на кровать, закрыв глаза. Но вместо отдыха его накрыли голоса родителей.

— Ты доволен?! — кричала мама.

— Он сам виноват, слишком рвался! — грубо отвечал отец.

— Ты не имеешь права говорить так! Ты всегда только давил! Сначала со своим этим «пиши что угодно, но не жди одобрения», а теперь… теперь даже травма для тебя просто очередное доказательство, что он недостаточно хорош?!

Максим сжал пальцы на простыне.

— Не начинай, — холодно бросил Игорь.

— Нет, я именно начинаю, Игорь! Ты не дал сыну быть тем, кем он хочет! И знаешь что? Я подаю на развод.

Тишина. Максим хотел встать, сказать что-то, остановить их. Но нога пронзила такая боль, что он лишь застонал сквозь зубы. Через несколько минут хлопнула входная дверь. А потом наступила пустота. Громкая музыка вырвала Максима из воспоминаний.

Он сидел в углу банкетного зала, рассеянно помешивая коктейль. Корпоратив в честь назначения нового начальника отдела шёл полным ходом. Виновник торжества — Никита Мироновский — уже в который раз поднимал бокал, одаривая всех своей фальшивой улыбкой. Его недолюбливали почти все в фирме. Скользкий, подлизывающийся к начальству, вечно строящий из себя дружелюбного коллегу, он умел выкручиваться из любой ситуации. Максим знал, что они оба были претендентами на должность. Он не стремился к повышению, но и проиграть такому человеку было неприятно. Когда Никита изрядно выпил, он направился к Максиму.

— Что такой грустный? — растягивая слова, как змей, он положил тяжёлую руку ему на плечо. — Не порти всем настроение. Давай, поздравь меня.

Максим посмотрел на него. Никита улыбался, но в его взгляде читалась издёвка. Парень сжал в руке бокал. Как же ему хотелось просто развернуться и уйти. Или сказать что-то резкое. Но он лишь криво усмехнулся.

— Да прости, поздравляю, — через силу улыбнулся Максим, стараясь не выдать раздражения в голосе.

Никита прищурился, словно оценивая, насколько искренними были его слова. Затем ухмыльнулся, лениво махнув указательным пальцем.

— Я же тебе говорил, что это место будет моё, — сказал он тоном человека, который заранее знал исход событий.

— Да я и не сомневался, — Максим поднял бокал, но даже не сделал глотка. — Ты заслужил это.

На долю секунды выражение лица Никиты изменилось. Глаза его сузились, а в уголках губ дрогнула тень раздражения. Он ждал зависти, ждал хоть какой-то обиды или злости, но наткнулся на пустоту. Но вот уже через миг всё исчезло, и на его лице снова растянулась до боли фальшивая улыбка.

— Ой, с тобой как-то скучно, — протянул он, хлопнув Максима по плечу, после чего грациозно скользнул в толпу, тут же подхватывая бокал с шампанским.

Максим проводил его взглядом и тяжело выдохнул. Он снова остался один. Музыка играла громко, кто-то смеялся, кто-то уже разливал спиртное на скатерти, но он чувствовал себя чужим на этом празднике жизни.

— Можно? — раздался рядом низкий, усталый голос.

Максим поднял голову. Перед ним стоял Константин Дмитриевич, пожилой мужчина в хорошо сидящем сером костюме. У него были умные глаза и чуть сутулая осанка человека, привыкшего больше думать, чем говорить.

— Конечно, садитесь, — кивнул Максим.

Мужчина опустился на стул, поставил бокал на стол и, чуть помедлив, произнёс:

— Знаешь, я хотел, чтобы это место занял ты.

Максим вздрогнул и с удивлением посмотрел на него.

— Но совет директоров не увидел в тебе должного энтузиазма, — продолжил Константин Дмитриевич. — Я не смог поставить тебя на эту должность.

Максим опустил взгляд.

— Я всё понимаю, — спокойно сказал он. — Никита, может, и не самый приятный человек, но он любит эту работу.

Константин Дмитриевич усмехнулся, но без насмешки. Скорее с неким сожалением.

— Максим, я надеюсь, ты тоже найдёшь своё любимое дело, — он похлопал парня по плечу и встал. — Не задерживайся здесь, если не хочется.

Максим смотрел ему вслед, а затем снова уставился в бокал, наблюдая, как медленно тает лёд. Найти своё дело… Его мысли начали блуждать в прошлом, и прежде чем он понял, что происходит, воспоминания поглотили его целиком. После развода родителей и краха спортивной карьеры мама перестала давить на него. Она не пыталась сделать из него гения, не требовала, чтобы он реализовал себя. Просто позволила быть. Нога зажила. Максим окончил школу и сам выбрал институт. Без уговоров и без чьих-то амбиций, кроме своих. Съехав из родительского дома в общежитие, он почувствовал вкус свободы. В первое время учёба шла легко, и он снова начал писать. Писать ради себя. Не для отца, не ради признания. Просто потому что миры, что рождались у него в голове, не давали ему покоя.

После пар Максим сидел за столом в тесной комнате общежития, наушники заглушали шум с улицы. Его пальцы быстро стучали по клавиатуре ноутбука — в голове рождался новый сюжет. Мир, придуманный им, захватывал, увлекал, и он терял связь с реальностью, забывая о времени. Внезапное похлопывание по плечу заставило его вздрогнуть.

— Эй, Макс, ты вообще живой? — весело спросил Андрей, его сосед по комнате.

Максим раздражённо снял наушники и повернулся к нему.

— Чего тебе?

Андрей усмехнулся, кивнув на ноутбук.

— Слушай, мы с тобой уже два месяца живём, а я до сих пор не знаю, чем ты там постоянно занят. Ты что, книгу пишешь?

Максим почувствовал, как к лицу приливает кровь. Он тут же захлопнул ноутбук, словно скрывая нечто запретное.

— Нет, нет, ничего такого… просто наброски, не бери в голову.

Андрей приподнял бровь, но дальше расспрашивать не стал.

— Окей, как знаешь. Слушай, мы с ребятами сегодня хотели выбраться в бар. Пойдёшь с нами?

Максим колебался. Весь день он провёл в комнате, погружённый в свои тексты. Отдохнуть, наверное, не помешает.

— Ладно, почему бы и нет, — нехотя ответил он, вставая с кресла.

Так началось его увлечение новой жизнью. Андрей познакомил Максима со своей компанией: шумной, вечно жаждущей веселья, не особо заботящейся о завтрашнем дне. Сначала это было просто развлечение — лёгкий отдых после пар. Потом вечеринки становились всё чаще, а пропуски в университете — регулярными. Алкоголь, музыка, ночные прогулки по городу — всё это давало ощущение свободы, от которого у Максима кружилась голова. Но свобода была фальшивой. Он забросил писательство, потеряв к нему интерес. Его больше не вдохновляли придуманные истории, не рождались образы. В голове была только вечная усталость и шумные голоса новых друзей. Каждую сессию он чудом закрывал на тройки, кое-как вымаливая пересдачи. Вечером после очередного экзамена он отмечал с компанией закрытие летней сессии. Они отправились за город, на дачу, принадлежавшую кому-то из друзей. Вечеринка была шумной. Алкоголь лился рекой, музыка гремела так, что сотрясались стены. Кто-то танцевал прямо на столе, кто-то валялся на диване, хохоча над глупыми шутками. Максим пил уже без счёта, голова кружилась, перед глазами всё плыло. К нему подсел парень, которого он едва знал. Кажется, Дима.

— Макс, покурить не хочешь? — лениво спросил он, наклоняясь ближе.

— В смысле? Сигареты? — переспросил Максим, пытаясь сфокусировать взгляд.

Дима хмыкнул, достал из кармана небольшую свёрнутую бумажку и продемонстрировал её Максиму.

— Да ты чё тупишь? Курнуть хочешь?

Максим уставился на него. И вдруг, сквозь алкогольное оцепенение, его словно ударило током. Он задал себе вопрос: какого чёрта он здесь делает? Ему стало мерзко. Мерзко от самого себя, от всего этого вечного бега от реальности. Он видел перед собой чужое, опустошённое лицо в отражении стеклянной двери, и оно ему не нравилось.

— Нет, не буду, — с отвращением произнёс Максим, отстраняясь.

В животе неприятно завязался узел. Он даже сам не понял, что заставило его отказаться. Отвращение? Страх? Или просто осознание, что он катится куда-то не туда? Максим медленно поднялся, оглядел хаос вокруг — пустые бутылки, разлитый алкоголь, смятые пачки чипсов на столе. Музыка гремела, люди кричали, смеясь над чем-то нелепым. В голове крутилась одна мысль: что я здесь делаю? Нахлобучив куртку, он направился к выходу, жадно вдохнув прохладный воздух ночи. Ему хотелось тишины, хотелось уйти подальше от всей этой бессмысленной кутерьмы. Но едва он успел ступить за калитку, как его обдало синим светом мигалки. Где-то вдалеке раздался громкий командный голос:

— Всем оставаться на местах! Полиция!

Максим замер. Из машины вышли двое сотрудников, быстрым шагом направляясь к дому. Сквозь приоткрытую дверь он увидел, как вечеринка мгновенно смолкла. Кто-то пытался затолкать бутылки под диван, кто-то шептал в панике: "Пацаны, что делать?" Но делать уже было нечего. Максима и остальных участников вечеринки усадили в полицейскую машину. Он всё ещё не мог поверить, что это происходит с ним. В салоне царило напряжённое молчание, нарушаемое лишь тяжёлым дыханием задержанных. Рядом с ним сидел Петя, хозяин дома. Парень нервно кусал губу, потом вдруг усмехнулся, будто пытаясь разрядить обстановку.

— Петь, откуда менты? Ты же сказал, что мы у тебя дома, что родители уехали, — прошипел Максим, наклоняясь к нему.

— Да всё норм, не парься, — отмахнулся Петя. — Я взял ключи у родителей, им оставили их друзья, пока в отпуск укатили. Наверное, соседи настучали… Да не дрейфь, разрулим.

Максим посмотрел в окно. У него не было сил что-то отвечать. Как же он докатился до этого? Они провели ночь в КПЗ. Жёсткие лавки, затхлый воздух, глухие стены. Максим сидел в углу камеры, упершись локтями в колени, и смотрел в одну точку. Гул голосов сокамерников был словно сквозь вату. Что делать дальше? Мысли клубились в голове, но не складывались в чёткую картину. Внезапно дверь камеры скрипнула.

— Никифоров, выходи, — безэмоционально бросил полицейский.

Максим поднял голову, не сразу сообразив, о чём речь. Но стоило ему сделать шаг за порог, как он понял. У выхода стоял отец. Тот самый человек, которого он не видел уже несколько лет. Максим почувствовал, как внутри всё сжалось. Они стояли друг напротив друга, но никто не спешил заговорить. В глазах отца не было ни злости, ни разочарования — только холодная усталость. Прошло несколько долгих секунд, прежде чем отец тихо, но твёрдо произнёс:

— Если хочешь потерять свою жизнь в пьяном угаре — дело твоё. Это последний раз, когда я тебе помогаю.

Максим сглотнул. Отец развернулся и сел в машину. Двигатель рыкнул, и машина растворилась в ночи. Это был последний раз, когда Максим его видел. С того дня он закрыл для себя вечеринки. Как бы преподаватели его ни недолюбливали, как бы ни было трудно, он решил закончить университет. Из института его не отчислили. С этим тоже помог отец. Но встречаться с ним после этого Максим не пытался.

Он ещё немного посидел на корпоративе, но настроение окончательно испортилось. Никита со своей самодовольной физиономией, громкие разговоры коллег, музыка — всё это раздражало. Он взял пиджак, молча вышел на улицу. Было темно, прохладно и сыро. Дыхание вырывалось изо рта белым облаком, когда он шагал по мокрому асфальту. Вдалеке яркими пятнами сверкали вывески баров. Максиму нужно было встретиться с подругой — она уже ждала его. Подойдя к заведению, он остановился перед неоновой вывеской. Свет от неё заливал его лицо мягким голубым светом. И вдруг перед глазами всплыл тот вечер. Тот день, когда он с ней познакомился.

Последний год в университете был для него самым сложным. После случая с полицией отношение преподавателей к нему окончательно испортилось. С одногруппниками тоже не сложилось — большинство либо презирало его за разгульный образ жизни, либо просто держалось подальше. Он часто оставался один.В один из таких вечеров он сидел в библиотеке, уткнувшись в учебник по экономике, пытаясь хоть что-то запомнить. Голова болела, страницы сливались в единый мутный текст. И вдруг дверь открылась, и в помещение вошла девушка.

Она была эффектной. Рыжие волосы мягкими волнами спадали на плечи, цвета пламени, вспыхивающего в лучах ламп. Они были живыми, небрежно уложенными, будто она просто встряхнула головой перед тем, как войти. Её кожа была фарфорово-белой, с едва заметным румянцем на скулах, который только подчёркивал резкость линий лица. Высокие скулы придавали её внешности аристократическую утончённость, а губы — полные, чуть приоткрытые, с естественным алым оттенком — выглядели соблазнительно, даже если она ничего не говорила.

Но главным были её глаза — насыщенного янтарного цвета, глубокие, с загадочным прищуром. Они словно искрились изнутри, переливаясь тёплыми медовыми оттенками. В этих глазах читалось любопытство, уверенность и что-то ещё… то, что заставляло смотреть на неё, не в силах отвести взгляд.

Она двигалась плавно, непринуждённо, словно кошка, уверенная в том, что мир принадлежит ей. Простая чёрная водолазка подчёркивала изящную линию шеи, а облегающая юбка аккуратно сидела на её стройных бёдрах, делая силуэт утончённым, но женственным. На ногах — классические лодочки, в которых она двигалась так же легко, как будто родилась в них. Она оглядела библиотеку, задержав взгляд на Максе.

— Здравствуйте! Мне нужны книги по журналистике, — громко и жизнерадостно произнесла девушка, протягивая библиотекарю листок.

Максим невольно отвлёкся от конспектов, услышав этот звонкий, уверенный голос.

— Тише, девушка, — шикнула на неё пожилая библиотекарша, поправляя очки на носу. — Это всё-таки библиотека. С собой возьмёте или читать будете здесь?

— Ну-у-у, — протянула незнакомка, оглядываясь вокруг. Максиму даже показалось, что её глаза вспыхнули, когда она заметила его. — Наверное, останусь здесь.

Она взяла книги и без колебаний села за стол напротив Максима. Легко закинула ногу на ногу, смахнула прядь волос с лица и с любопытством посмотрела на парня, словно изучала его. Максим попытался сосредоточиться на учебнике, но чувствовал, как её взгляд периодически скользит по нему. Спустя некоторое время он поднял голову — и столкнулся с её открытым, заинтересованным взглядом.

— Привет, — без тени смущения сказала она. — К экзамену готовишься?

— Да, — ответил Максим, стараясь не выдать своего удивления.

— Интересно. В наше время редко встретишь людей, которые читают в библиотеке.

— Наверное, — Максим пожал плечами. — Мне здесь спокойнее.

— А на кого учишься?

— На менеджера.

Девушка скептически приподняла бровь, потом улыбнулась.

— А по тебе и не скажешь.

— Почему?

— Не знаю… Просто ты больше похож на творческого человека.

Она наклонилась вперёд, положив подбородок на руку.

— Я сейчас на факультете кинематографии, но собираюсь перевестись на факультет журналистики, — сказала она, сделав паузу, прежде чем добавить: — Кстати, неправду говорят про тебя одногруппники. Ты вроде бы нормальный.

— Про меня плохо говорят? — Максим вздохнул, устало потирая лоб. — Хотя… ожидаемо.

Девушка пожала плечами:

— Ну, люди любят судить других.

Вдруг она чуть сдвинула книги в сторону и, даже не дожидаясь ответа, пересела поближе к нему.

— Можно к тебе?

Максим слегка опешил от её непосредственности, но ничего не сказал.

— Я тебя узнала, — продолжила она, склонив голову набок. — Твой отец же Игорь Петрович Никифоров? Тот самый известный корреспондент?

Максим напрягся.

— Да.

— Круто! — её глаза загорелись. — Я давно хотела с тобой поговорить! Я мечтаю стать журналистом и очень хотела бы пообщаться с твоим отцом!

Максим отвёл взгляд, сжав пальцы в кулак.

— Прости, но сейчас не получится, — глухо произнёс он.

Девушка уловила что-то в его тоне и сменила выражение лица.

— Извини, тогда не буду настаивать.

Наступила небольшая пауза.

— Можно задать вопрос? — спросил Максим, сам не зная, зачем.

— Конечно.

— Почему ты так удивилась, когда я сказал, что учусь на менеджера?

Она чуть прищурилась, словно взвешивая его слова.

— Просто мне кажется, что это не твоё. Эта работа… слишком скучная.

— Да? — Максим невольно усмехнулся.

— А чем ты любил заниматься в детстве? В юности?

Максим задумался.

— Ну-у… я занимался спортом. И пытался писать книги, — почему-то он не стал умалчивать этот факт.

Глаза девушки снова вспыхнули.

— Вот! Писателя я в тебе и вижу!

Она взглянула на часы, ахнула и быстро начала собирать вещи.

— Ой, сколько времени! Мне уже пора! Давай ещё как-нибудь увидимся?

— Да, встретимся, — ответил Максим, сам не понимая, почему сказал это так неловко.

Она улыбнулась ему на прощание, перекинула сумку через плечо и ушла, оставляя за собой лёгкий аромат цитрусовых духов.

Максим проводил её взглядом, а потом обнаружил, что смотрит на пустое место напротив. Он никогда не встречал таких жизнерадостных людей. Так они и начали общаться. Так началась их дружба.

Когда Максим вошёл в бар, его сразу окутала привычная атмосфера — запах алкоголя, табачный дым, приглушённый свет и мерно гудящая музыка. Он медленно провёл взглядом по залу, ища Кирy среди посетителей. Она сидела у барной стойки, облокотившись на столешницу, и что-то задумчиво мешала трубочкой в бокале. Как только заметила его, тут же оживилась, широко улыбнулась и замахала рукой. Максим подошёл ближе, сел рядом, а она, не раздумывая, заключила его в тёплые объятия.

— Привет, Кир.

— Макс! Сто лет не виделись! — воскликнула она. — Как ты? Прости, что давно не звонила.

— Не переживай, — улыбнулся он, — ты же теперь звезда. Сколько у тебя там подписчиков? Восемь миллионов?

— Почти девять, — хмыкнула Кира. — Но какая разница? Для меня важнее друзья, а ты — мой лучший.

Максим опустил глаза и слабо улыбнулся.

— А ты — мой, — тихо сказал он.

Кира заметила перемену в его тоне, но не стала сразу расспрашивать, а просто спросила:

— Ну, рассказывай, что у тебя нового?

Максим пожал плечами:

— Да всё так же... Работа, работа, работа.

— Как скучно! Ты совсем не изменился, — игриво фыркнула она и сделала глоток коктейля.

Максим усмехнулся, но ничего не ответил. Кира на секунду замерла, явно собираясь с мыслями, а потом добавила:

— У меня тоже времени стало меньше... После расследования Реста больше не было громких дел. Но знаешь, — она понизила голос, — сейчас я копаю кое-что куда серьёзнее.

Максим нахмурился.

— Ты о чём?

— Помнишь, мы как-то обсуждали того странного маньяка? Год назад?

— Конечно. Тогда ты говорила, что это всё выдумки и совпадения.

Кира вздохнула и, крутя в руках трубочку от коктейля, сказала:

— Я тогда ошибалась. Количество жертв увеличилось. И самое жуткое, что теперь у нас есть отпечатки пальцев с мест преступлений, но... их нет ни в одной базе.

Максим задумчиво провёл рукой по подбородку.

— Подожди, но если есть отпечатки, как они могут не совпадать ни с одной базой?

Кира пожала плечами:

— В том-то и дело. Будто их вообще никто не оставлял.

Она сделала паузу, глядя в бокал, потом продолжила:

— Ещё кое-что странное. Обычно у серийных убийц есть какой-то почерк, но здесь — полная каша. Жертвы — разного возраста, разного пола. Единственное, что их объединяет, — причина смерти.

— Какая?

Кира перевела на него взгляд.

— Остановка сердца.

— Ну... — Максим нахмурился. — Может, это просто совпадение?

— Нет, — покачала головой Кира. — Судмедэксперты говорят, что у жертв не было никаких физиологических причин для остановки сердца. Они были здоровы. Более того, у всех одно и то же выражение лица...

— Какое?

Она медленно подняла на него глаза.

— Будто их душу кто-то высосал.

— Хм... — Максим поёжился. — Звучит жутковато.

— Ага, есть такое, — кивнула Кира и отпила из бокала. — Ещё кое-что странное. В некоторых комнатах вообще не было следов проникновения, а в других — пробрались через окна.

— Окна? — переспросил Максим, нахмурившись. — Это же надо альпинистское снаряжение, верно? И вообще, лазить так — долго, рискованно, слишком заметно.

— Вот и я об этом, — Кира постучала пальцем по столешнице, словно проверяя свои собственные выводы.

Максим почувствовал неприятное ощущение в груди. Он знал Киру давно и видел, как азарт вспыхивает в её глазах, когда она берётся за что-то по-настоящему сложное. Этот случай явно зацепил её.

— Слушай, Кир, только не обижайся... — сказал он, наклонившись чуть ближе. — Может, не лезь в это дело слишком глубоко?

Она вскинула на него взгляд — сначала удивлённый, потом лукавый.

— Ты что, переживаешь за меня?

— Ну... — Максим отвёл взгляд, потёр шею. — Конечно. Ближе тебя у меня никого нет.

На секунду повисла тишина. Они посмотрели друг другу в глаза, и что-то едва уловимое проскользнуло между ними. Кира первой нарушила этот момент, усмехнувшись:

— Не волнуйся, у меня пока нет зацепок. Единственное, что приходит в голову... — она закатила глаза и с наигранной таинственностью продолжила: — Это магия!

Максим закатил глаза в ответ:

— Да, да, давай ещё про ведьм расскажи.

— А что, звучит логично, — она подмигнула. — Но знаешь, я всё равно рада, что ты за меня беспокоишься.

— Ну, кто-то же должен.

Они улыбнулись, разрядив атмосферу.

— Ладно, ещё по одной — и по домам? Уже поздно.

— Ох, старик, — Кира рассмеялась, хлопнув его по плечу.

— Да-да, в отличие от тебя, мне с утра на работу.

Они ещё немного посидели, но вскоре вызвали такси и разъехались. Максим смотрел в окно машины, наблюдая, как ночной Петербург растекается размытыми огнями за стеклом. Эти улицы он знал наизусть, но сегодня в них было что-то тревожное. Дома он сразу разделся, плюхнулся на кровать и закрыл глаза. Мысли о Кире и её деле ещё крутились в голове, но усталость взяла своё. Через десять минут он уже спал.

Ночь выдалась ясной, и полная луна заливала город холодным серебряным светом. В темноте дворы тонули в тени, а окна многоэтажек мерцали редкими огоньками. Максим спал, не слыша ни шума улицы, ни приглушённого гула далёких машин. Но снаружи его окна уже двигалась тень. По отвесной стене дома, точно паук, полз человек. Красное худи скрывало его лицо, а капюшон создавал зловещий силуэт на фоне луны. Он двигался неестественно — резкими, но беззвучными рывками. Кисти рук были окованы странными устройствами — металлические пластины, переплетённые микросхемами и проводами. Из них тянулась тонкая трубка, соединённая с вживлённым в руку разъёмом.

Он замер у окна Максима. На секунду его рука слабо засветилась красным, будто кровь внутри загорелась тусклым огнём. Осторожно, словно хирургическим скальпелем, он провёл ногтем по стеклу. Раздался едва слышный скрип, и в стекле появилась идеально ровная круглая прорезь. Незнакомец протянул руку, дёрнул за ручку, и окно тихо скользнуло в сторону. Шаг. Ещё шаг. В темноте комнаты фигура склонилась над спящим Максимом. Чужак медленно поднял руку и снял небольшой модуль с механизма. Поднеся его к груди Максима, он включил устройство. Раздался низкий гул.

Из тела Максима начал вытягиваться свет. Он был тусклым, но живым, пульсирующим — как кровеносный сосуд, наполненный энергией. Маньяк наблюдал, как красноватое свечение втягивается в механизм, и ухмыльнулся. Но вдруг тело Максима дёрнулось. Он застонал, нахмурился, и в следующий момент, будто рефлекторно, оттолкнул нападавшего... Невидимой силой. Чужак взлетел в воздух и с грохотом ударился о стену.

— Интересно, — протянул он, вставая на ноги. Его голос был низким.

Максим резко сел, тяжело дыша. В груди до сих пор чувствовалась странная пустота, словно его сердце на мгновение замерло. Он увидел незнакомца и замер.

— Не подходи ко мне! — закричал он, вскакивая с кровати.

Маньяк шагнул вперёд. Их взгляды встретились в полумраке. В комнате поднялся настоящий ураган. Книги, стулья, настольная лампа – всё сорвалось с мест и, подчиняясь невидимой силе, понеслось в сторону незваного гостя. Но он не спешил паниковать.

Маньяк двигался плавно, точно змея, увертываясь от летящих в него предметов. Несколько раз он ловко отбил особо тяжёлые вещи рукой, защищённой металлическими пластинами, пока вдруг вся мебель и хлам в комнате не рухнули на пол, будто чья-то невидимая рука выключила гравитацию. На долю секунды наступила тишина. Чужак сделал шаг вперёд, целеустремлённо направляясь к Максиму, который тяжело дышал, будто только что пробежал марафон.Но тут воздух в комнате задрожал, и из пустоты распахнулся портал — чёрная воронка с переливающимися искрами.

Маньяк мгновенно среагировал. Он резко отшатнулся назад, развернулся и бросился к окну. Ловким движением он выскользнул наружу, словно был создан для побега по стенам. Из портала вышла женщина. Она была миниатюрной, но в её движениях чувствовалась уверенность и внутренняя сила. Чёрные волосы, подстриженные под аккуратное каре, мягко обрамляли тонкое лицо, подчёркивая его правильные черты. Её большие карие глаза, обрамлённые густыми ресницами, смотрели проницательно и немного хищно, словно читали чужие мысли. Изящные скулы, аккуратный нос и чувственные губы придавали облику утончённость, а маленькая родинка над верхней губой делала её образ ещё более запоминающимся.

Она скинула шляпу на кровать лёгким, отточенным движением, словно делала это сотни раз. Брючный костюм идеально сидел на её хрупкой фигуре, подчёркивая женственность, но никак не умаляя её уверенной, почти хищной грации. Было понятно: перед Максимом стоял не просто человек, а тот, кто привык брать ситуацию под контроль.

— Посмотри на меня, успокойся, ничего не делай, — быстро, но чётко произнесла она, заглядывая Максиму в глаза. — Я вернусь и всё тебе объясню!

Не дожидаясь реакции парня, она метнулась к окну и выглянула наружу. Маньяк уже карабкался вверх, ловко хватаясь за выступы здания. Девушка не теряла времени. Снова в воздухе распахнулся портал, и она шагнула в него, исчезнув. В тот же миг новый портал раскрылся на крыше. Бис вышла из него ровно в тот момент, когда маньяк ступил на ровную поверхность. Он бросился к ней без колебаний. Она ответила ударом. Резкий разворот — и её нога летит в сторону его головы, но он вовремя отклоняется. Она не колеблется. Снова портал, и вот уже позади него раскрывается ещё один. Бис выходит из него мгновенно, быстрым движением бьёт двумя пальцами, указательным и средним, точно под рёбра. Тело маньяка дёрнулось, словно его пронзил электрический разряд. Капюшон слетел. Под светом луны стало видно его лицо.

Крепкое телосложение, высокие скулы, слегка заострённый подбородок, прямой нос. Эти черты выглядели бы жёсткими, если бы не глаза — пронзительные, цвета морской волны, в которых одновременно читалась и холодная расчётливость, и что-то тёплое, почти знакомое. Но больше всего Бис поразили волосы. Густые, слегка взъерошенные пряди глубокого зелёного оттенка, словно застывшие в свете луны. Девушка замерла.

— Миг?.. Это ты? — прошептала она, в её голосе мелькнули нотки удивления и, возможно, даже боли.

Парень усмехнулся.

— Я поражён… Бис, ты меня помнишь. А я думал, ты про нас давно забыла.

Едва он произнёс эти слова, устройства на его руках замигали красным светом.

Его силуэт начал расплываться.

— Миг, стой! — крикнула Бис, шагнув вперёд, но его образ уже таял, исчезая, как дым.

Девушка крепко сжала кулаки, закрыла глаза и сосредоточилась, пытаясь что-то уловить, найти след. Но ничего. Она открыла глаза и медленно выдохнула. Одна. На пустынной крыше.

Глава 2 ОСОЗНАНИЕ

Девушка стояла на крыше, одна, среди мрачных силуэтов домов, расчерченных светом луны. Холодный ночной воздух обжигал кожу, но она почти не чувствовала этого. В груди неприятно сжималось от смятения. От разочарования.

— Чёрт... — едва слышно выдохнула она, стиснув кулаки.

Миг исчез. Бис задержалась ещё на мгновение, глядя в пустоту, прежде чем разорвать это бесполезное ожидание. Она взмахнула рукой, и перед ней распахнулся портал, мягко пульсируя черным светом. Она шагнула внутрь. Комната Максима встретила её тишиной. Воздух был тяжёлым, наполненным чем-то неуловимо тревожным.

Парень сидел на кровати, напряжённый, ссутулившийся, будто нёс на плечах невидимый груз. В полумраке его силуэт казался статичным, но взгляд говорил о буре внутри. Рядом, на тумбочке, лежал кухонный нож.

— Я надеюсь, ты не собираешься делать глупости? — осторожно спросила Бис, закрывая за собой портал.

Максим медленно поднял голову. Его пальцы сжались, сцепились в замок, суставы побелели.

— Я не считаю тебя врагом, и… ты вернулась, — его голос звучал глухо, сдержанно.

Бис легко шагнула вперёд, подняла с кровати свою шляпу и, ухмыльнувшись, покрутила её в руках.

— Мне нравится эта шляпа. Я не могла её оставить.

Максим невольно фыркнул.

— Смешно.

— Ну, кто-то же должен разрядить обстановку, — пожала плечами она, внимательно наблюдая за его реакцией.

Но парень выглядел удивительно спокойным.

— Ты не слишком-то потрясён.

— У меня было время всё обдумать, — просто ответил он.

Она прищурилась.

— Моё имя Бис. А тебя как зовут?

— Максим.

— Ты не похож на других. Большинство людей засыпали бы меня вопросами.

Он усмехнулся.

— Я всегда верил, что мир не так прост, как кажется. В каком-то смысле… я ждал этого.

— Хм. Интересный подход.

— Только одно скажи. То, что я видел… Это была магия?

Бис тихо рассмеялась.

— Ха-ха-ха. Нет. Но близко. Хотя… на некоторых планетах это и называют магией. В нашем случае — это наука.

— Другие планеты, магия, наука… — Максим покачал головой, будто пытаясь уложить всё это в голове.

— Слушай, тебе лучше забыть всё это и жить, как жил раньше, — сказала Бис, поднимая шляпу и собираясь уйти.

Но Максим резко вскинул руку.

— Подожди! Я должен знать!

Его голос прозвучал настойчиво, почти требовательно.

— Когда этот маньяк что-то со мной делал… — он глубоко вдохнул. — Я оттолкнул его. Не знаю как! Я просто… захотел этого. И в тот же момент все вещи в этой комнате взлетели в воздух и полетели в него!

Максим нервно размахивал руками, будто пытаясь воспроизвести тот самый момент.

— Это было похоже на телекинез. И я… Я управлял этим.

Бис приподняла бровь, теперь уже с неподдельным интересом.

— Интересно.

Максим усмехнулся, горько, будто повторяя чужие слова.

— Он тоже так сказал.

Бис пристально смотрела на Максима. Его лицо оставалось серьёзным, напряжённым, но в глазах читался вихрь эмоций — страх, удивление, жажда ответов. Она вздохнула. Оставить его в неведении было бы проще. Но теперь это уже невозможно.

— Хорошо, я расскажу, — наконец сказала она, садясь на край стола и ловко покручивая в пальцах шляпу. — Только слушай внимательно. Не перебивай и не задавай глупых вопросов.

Максим кивнул.

— Начнём с самого простого. Я и тот парень… мы не люди.

Глаза Максима расширились, но он промолчал, сжав губы.

— Мы — разумная неземная форма жизни. Нас называют «стражами». Это слово с вашего языка случайно совпадает с нашим. Но суть в том, что мы древняя раса. Очень древняя. За свою историю мы узнали многое о Вселенной.

Она на секунду замолчала, будто подбирая слова.

— Есть три основные энергии, которые пронизывают всю Вселенную. Три фундаментальные силы.

Бис подняла палец.

— Первая — чёрная энергия. Ею управляю я. Она позволяет открывать порталы, ломать пространство, передвигаться между мирами.

Второй палец.

— Вторая — красная энергия. Энергия души. Душа — это по сути реактор. Красные стражи умеют усиливать своё тело, становиться сильнее, быстрее, выносливее. Но устройство, которое было у него… — её брови нахмурились. — Это не просто усиление. Это что-то другое.

Третий палец.

— И, наконец, бесцветная энергия. Энергия созидания. Она во всём. В воздухе, в воде, в камнях, в каждом живом существе. Бесцветные стражи могут управлять ею, заставлять двигаться предметы…

Максим резко выпрямился.

— …Телекинез, — закончил он за неё.

Бис кивнула.

— Именно. И судя по тому, что произошло… Ты их потомок.

На мгновение повисла тишина.

Максим моргнул, переводя дыхание, потом нервно рассмеялся.

— Ты просила не задавать глупых вопросов, но у меня сейчас голова едет кругом. — Он провёл ладонью по лицу. — То есть… Я что, избранный? Как в фильмах?

Бис закатила глаза.

— Нет. Но… Ты просто потомок инопланетянина, — отрезала она, скрестив руки. — Такие, как ты, уже появлялись на вашей планете.

Максим замер.

— Уже появлялись?

— Да. И большинство из них ничего о себе так и не узнали. Но ты достаточно силён, раз смог это сделать. Или это просто всплеск адреналина. И больше никогда не повторится.

Он нахмурился, явно не веря в это. Бис вздохнула.

— Послушай, я тебе дам совет. Живи дальше. Забудь об этом. Никогда не пытайся искать ответы. Это не твой мир.

Максим почувствовал, как внутри всё сжимается.

— Но подожди! — он вскинул руку, но в ту же секунду перед ней открылся портал.

Бис уже шагнула внутрь, но перед тем как исчезнуть, бросила через плечо:

— Просто забудь.

И в следующий миг её не стало. Максим стоял в комнате, его взгляд блуждал по разбросанным вещам, которые валялись повсюду. Лампа, потерявшая верхнюю часть, лежала на полу рядом с шторой, словно жертва необъяснимого всплеска агрессии. Он вытянул руку, собираясь что-то сделать, но через секунду просто замер. Глаза его зафиксировались на мелких осколках, которые лежали вокруг. Он морщился, но не знал, что с ними делать. Всё казалось бессмысленным и запутанным.

Вскоре, чувствуя, как беспокойство нарастает, Максим опустил руку и с горечью вздохнул. Тело, кажется, больше не слушалось. Всё было слишком запутано для него — мысли, чувства, недавний разговор с Бис, загадки, маньяки, технологии. Он даже не заметил, как рухнул на кровать. Заснул сразу, без сил. Сон пришёл быстро, но он был странным. Максим чувствовал себя частью гигантского механизма. Он не мог его видеть целиком, но ощущал каждый элемент, знал, как каждый шестерёнка и винтик вращаются, как механизм работает в целом. Он был не просто частью этого устройства — он был его важным элементом. Вдруг раздался звонок телефона, и всё исчезло. Резко открыл глаза. В них на секунду мелькнул белый огонёк, будто что-то перебежало по сетчатке. Он растерянно протянул руку, схватил трубку и сонным голосом произнёс:

— Алло?

На том конце послышался ехидный голос Никиты.

— Максим Игоревич, а что это вы опаздываете?

Максим оторопело моргнул.

— Ой, Никита, я проспал, скоро буду, прости, — быстро выскочил из постели, пытаясь собраться с мыслями. В голове ещё не улеглись обрывки сна, и он буквально был в полубреду.

— Ха-ха-ха, ты вроде вчера рано ушёл и почти не пил, а опаздываешь. Ты что, совсем на работу забил? — Никита не сдерживал насмешки. — Ладно, Максим, если тебя не будет через час, у тебя будут проблемы.

Максим даже не успел ответить, как трубка уже отключилась. Он быстро бросил её на стол и, не думая, бросился к шкафу. Вспомнил, что вчера так и не убрал вещи, и теперь всё, что ему осталось — одеть то, что попалось под руку. Одеваться пришлось буквально на ходу, прыгая с ноги на ногу. Максим с трудом собрался, но за секунду, на миг задержав дыхание, рванул к выходу. Шум лифта, стук ног по лестнице — всё это раздирало мозг. Когда он добрался до станции метро, сердце колотилось как сумасшедшее. Он бежал по длинному эскалатору, который спускался вглубь, как бесконечная пещера. На платформе стоял нужный поезд. Он видел, как закрываются двери. Не успевал. Уже почти обдумывал, что сделать, когда заметил, как одна дверь застряла в середине закрывания, и через миллисекунду он проскользнул в щель, едва не задевая руку металлическим краем. В момент, когда поезд начал двигаться, Максим тяжело опёрся на спинку сиденья и закрыл глаза.

Вагон был переполнен. Музыка в наушниках вонзалась в мозг, раздражая, не давая сосредоточиться. Сосед, облокотившийся на его плечо, не замечал, как неприятно это, а запах из одежды человека перед ним становился невыносимым. Шумная компания школьников за спиной выкрикивала какие-то фразы, ржала, не замечая никого вокруг. Максим пытался не обращать внимания, но всё в этом вагоне, всё раздражало. Чудом успев за час, Максим скинул куртку и сидел, нервно просматривая список задач на своём рабочем столе.

К обеду Максим уже вошёл в привычную колею. Рабочий день, хоть и напряжённый, но двигался своим чередом. Он решил немного отдохнуть, вырваться на минуту из потока дел и выпить чаю. Согревая руки о кружку, он налил себе тёплый напиток и поднёс её к губам. Но как только горячий чай почти коснулся его губ, дверь кухни открылась, и в проём вошёл Никита, держа чашку кофе.

— Максим, ты все таки успел? А почему ты отдыхаешь? — спросил Никита, с явным укором в голосе, по привычке не скрывая своего раздражения.

Максим замер, его рука с кружкой замоталась в воздухе. Он молчал, сдерживаясь, но внутреннее раздражение уже поднималось, как волна.

— Я уже всё сделал, — начал он с натянутой улыбкой, — просто голова болит, решил немного отдохнуть.

Никита не дал ему закончить. Подойдя ближе, он ткнул пальцем в грудь Максима. Его глаза горели не только недовольством, но и какой-то внутренней злобой.

— Отдохнуть хотел? — его голос стал резко холодным. — Ты опоздал на два часа! Я этого не потерплю, ты понял?!

Каждое слово резало, и Максим почувствовал, как волна гнева нарастает внутри. Он смотрел на Никиту, его взгляд стал острым и напряжённым. От нахлынувших эмоций рука Максима дрогнула, и кружка с чаем, словно в ответ на его внутреннее напряжение, упала с края стола. Лишь миг — и горячий напиток полил рубашку Никиты, который отшатнулся, издав звуковой вздох.

— Чёрт! — закричал он, пытаясь отмахнуться от пятен, которые мгновенно расползались по ткани. — Займись работой!

Но его слова словно растворились в воздухе. Максим почувствовал, как это произошло. Он невольно подумал, чтобы чай разлился. В мгновение ока Никита, сердито уходя, продолжал ворчать, а Максим стоял, ощущая тяжесть в груди. Вспышка раздражения, страх за то, что только что произошло, заставила его взгляд снова упасть на стол. На поверхности лежал рассыпанный сахар. Он взглянул на него, сосредоточив внимание, и за несколько секунд всё как бы изменилось. Песчинки сахара начали медленно подниматься в воздух, зависая, словно сотни маленьких частиц невидимой силы, и, управляя каждым движением в своей голове, Максим направил их вправо. Тот же эффект — они плавно переместились. Максим потряс головой, как будто сам себе не веря. Он только что сделал это. Он рванул с кухни, сбежал по коридору и остановился перед кабинетом директора. Спешно постучав, он сразу вошёл.

— Константин Дмитриевич, я… я не очень хорошо себя чувствую, можно мне на сегодня отпроситься? — выговорил он быстро, не в силах скрыть волнение.

Директор, сидя за столом, поднял взгляд, внимательно посмотрел на Максима. Несколько секунд прошло в тишине. Константин Дмитриевич казался поглощённым своими мыслями, будто пытался понять, стоит ли верить в этот запрос. Но затем, наконец, ответил, как-то спокойно, но с лёгким уставшим выражением:

— Хорошо, но в понедельник ты будешь на работе, понял?

Максим коротко кивнул, поблагодарил и выскочил из кабинета, не ожидая больше ничего. В голове всё ещё звучал звук рассыпающегося сахара и внезапной силы, которую он, кажется, только что раскрыл в себе.

Максим был в смятении. В голове кипели мысли, которые не могли сложиться в единую картину. После того, что произошло с ним, не мог понять, что ему делать с этим «даром», или проклятием — не знал, как это назвать. Он просто хотел поговорить, выговориться, поделиться тем, что ощущал, хоть немного ослабить это внутреннее напряжение. Единственным человеком, к которому он мог обратиться, была Кира. Несмотря на её иногда странные и импульсивные выходки, она всегда умела выслушать. Он решительно постучал в её дверь, слыша, как с той стороны прозвучал шум, и мгновение спустя дверь открылась. Кира выглядела — растрёпанная, явно не спавшая ночь, но её глаза сверкали живым огоньком.

— Подождите, иду! — крикнула она, и, не давая Максиму ответа, буквально затащила его в комнату. — Макс, какими судьбами?

Кира энергично потащила его к своему компьютеру, явно не замечая, что парень в этом состоянии едва ли мог сосредоточиться на чём-то, кроме собственных мыслей. Но Кира не обращала на это внимания.

— Не важно, что ты хотел сказать, я рада, что ты пришёл! — заявила она, буквально запихивая его перед монитором. — После нашего вчерашнего разговора я решила порыться в интернете. И вот, что я нашла! Помнишь, ты говорил про альпинистское снаряжение? Так вот, я нашла интересную фотографию. На ней есть силуэт, что-то похожее на человека, который карабкается по стенам! Максим автоматически посмотрел на экран, чувствуя, как его мысли снова путаются. На мониторе была фотография, сделанная ночью. Снимок был смазан, плохо сфокусирован, но на фасаде здания было что-то тёмное — слабый силуэт, исчезавший в полумраке.

— Ничего не говори! — продолжала тараторить Кира, не замечая, как её слова влияют на Максима. — Я понимаю, что это может быть всё высосано из пальца, но… Ну а почему бы и нет? Я со вчерашнего дня поспала всего час, я немного импульсивна, но… Просто посмотри!

Она явно ждала, что Максим воспримет её наивную теорию с восторгом, но вместо этого парень, закрыв глаза и потёр виски, чуть стиснув зубы, проговорил:

— Кир, замолчи.

Её глаза расширились от неожиданности, она замерла, не зная, как воспринять такие слова от своего лучшего друга. Она лишь выждала, пока он снова откроет глаза. Максим тяжело выдохнул и продолжил, его голос был напряжённым, но в нём чувствовалась усталость от всего, что произошло.

— Кир, со мной вчера столько всего случилось, и я… Чёрт, не знаю, как сказать. Всё это... я не могу объяснить, но, слушай, смотри.

Он посмотрел на мышку на столе, сосредоточив внимание. В ту же секунду, как его пальцы невольно потянулись к ней, мышка поднялась в воздух, совершенно не поддаваясь законам физики. Кира замерла, её глаза стали огромными. Она просто не могла поверить в то, что видит. Мышка зависла в воздухе, чуть покачиваясь, как если бы невидимая сила удерживала её на месте. Она посмотрела на Максима, её дыхание стало прерывистым, а в голове заползла тревога.

— Что? Как? — Кира осторожно прикоснулась к мышке, ожидая, что она снова поддастся её руке, но та оставалась абсолютно неподвижной. Она растерянно посмотрела на Максима. — Это ты? Как ты это сделал?

Максим вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. Каждое слово, которое он произносил, казалось, вело его в ещё большую неопределённость. Он уже не был уверен, что это вообще реальность. Но то, что происходило с ним — его телекинез, странные способности, было слишком очевидным.

— Я сейчас всё расскажу, но… постарайся выслушать, — сказал он, пытаясь держать голос спокойным. — Я… теперь владею телекинезом. И я потомок инопланетянина.

— Что, инопланетянина?! Телекинез?! — крикнула Кира, её глаза расширились, и она, казалось, готова была прыгнуть с места. — Ты что, совсем с ума сошел?

Максим прикусил губу, раздражённый, но стараясь не поддаваться эмоциям.

— Я же просил тебя не кричать. — Он закрыл глаза на секунду, словно пытаясь собраться с силами. — Но, похоже, так бы любой отреагировал. Ты же уже имела дело с людьми, у которых были сверхспособности, правда?

— Да, Кролик, конечно, он выходит за грани понимания, но это совсем другое дело! Ты вещи двигаешь силой мысли! — Кира снова подошла к столу, вглядываясь в зависшую в воздухе мышку, будто пытаясь понять, что произошло. — Это не может быть правдой…

Максим понял, что говорить проще, чем она может воспринять. Он продолжил, сдерживая себя:

— Да ты, наверное, права. Но, Кир, не переживай. Помнишь того маньяка, за которым ты следила? Он напал на меня…

— Что? — Кира резко повернулась, её лицо покраснело от беспокойства. — Ты что, в порядке?

— Подожди, со мной всё в порядке, — постарался успокоить её Максим, хотя сам ощущал внутреннее напряжение. — Я теперь знаю, кто за этим всем стоит, и он… он не человек. Тот парень тоже владеет способностями. Ещё есть девушка...

— Девушка? — Кира нахмурилась, перебив его. — Ты что, со всеми этими существами теперь знаком?

Максим сжался в плечах, решив не скрывать детали.

— Да, Бис. Она меня спасла. Чёрт, знаешь, такое ощущение, что я попал в какой-то научно-фантастический сериал.

— Сериал, говоришь? — Кира хмыкнула, её глаза заблестели, как всегда, когда её интересовала какая-то тайна. — Истина где-то рядом…

Максим чуть улыбнулся, хотя в его душе было больше вопросов, чем ответов.

— Да, что-то вроде того. — Он присел на край стула и продолжил. — Она рассказала мне кое-что про энергии во Вселенной: чёрную, красную и бесцветную. Это как три силы, которые управляют всем. Я владею бесцветной энергией, а тот парень — красной, это сила души.

— Душа? — Кира немного помедлила, пытаясь осознать сказанное. — Она есть? Ты серьёзно?

— Похоже, да, — признал Максим, чувствуя себя ещё более сбитым с толку. — Мне сказали, что душа как реактор, который поддерживает жизнь в нас и во всех живых существах. Сильно, да?

— Это всё очень странно, — Кира скептически покачала головой. — Я думала, что научные теории на Земле такие абстрактные, но это… просто фантастика. А эта девушка, Бис, что она может?

Максим вздохнул и задумался, не зная, как правильно объяснить.

— Порталы. Она открывает порталы. Мгновенно переносит людей и вещи через пространство.

— Ха-ха, — Кира засмеялась, в её голосе звучало недоумение. — Ты так просто говоришь об этом, как будто это незначительная деталь. Допустим. И что ей надо? Зачем ей вообще это нужно?

Максим пожал плечами, чувствуя, как растёт его беспокойство. Он снова взглянул на зависшую мышку.

— Это она мне не сказала. Но я знаю, что с ней все связаны. Мы должны разобраться в том, что происходит, и кто за всем этим стоит. Это не случайны.

— Негусто, — подытожила Кира, её взгляд стал более серьёзным, несмотря на всю её игривость.

Квартира Киры была в самом центре города — просторная студия с высокими потолками и огромными окнами, через которые в комнату проникал мягкий свет позднего утра. Стены были голыми, из красного кирпича, который создавал в пространстве эффект уюта, но одновременно ощущалась какая-то суровость и холод. В комнате царил минимализм: двуспальная кровать, массивный стол с современным компьютером, окружённый беспорядочно разбросанными проводами и гаджетами. В одном углу стояла стойка для записи видео, здесь же был проектор, готовый к запуску.

Кира была не только организованной, но и творческой личностью, и её студия отражала этот стиль. Она взяла планшет со стола и, не отвлекаясь, нажала пару кнопок. В тот же миг жалюзи плавно задвинулись, а окна затянулись плотными шторами, словно приглашая их в мир, где не было чужих глаз. С её движениями всё вокруг наполнилось загадочностью. Она включила проектор, который, казалось, сработал словно магия: луч света, падая с потолка, начал проектировать изображение на стену, и вскоре экран компьютера ожил. На экране высветилась диаграмма, изогнутая в причудливые линии, будто переплетающиеся нити паутины. В центре этих нитей, между пересекающимися кругами и стрелками, мелькали странные символы и цифры.

— Это всё, что я смогла найти, — сказала Кира, снова фокусируясь на картине. — То, что ты рассказал, даёт ответы, но вот что он хочет с этим всем делать, непонятно.

Максим подошёл к ней и, оглядывая экран, тихо произнёс:

— Ты действительно хорошо поработала.

— Спасибо, — Кира оглянулась, её лицо сияло от гордости за свою работу, но в глазах всё равно оставалась лёгкая неуверенность. — Но ладно, хватит на это пялиться. Макс, а что ты можешь? Ты вообще пробовал что-то сделать?

Максим нерешительно поднял плечо, ещё не привыкнув к своей новой реальности.

— Я только сегодня узнал, что это вообще возможно, и ещё не пробовал ничего. — Он выглядел как человек, которого внезапно втянули в нечто неизведанное и немного пугающее.

Кира подмигнула ему, и её взгляд стал игривым.

— Хочешь попробовать? — её улыбка была немного зловещей, но не от того, что она хотела его напугать, а скорее из-за того, что её это само увлекало.

Максим вздохнул, не зная, что она от него хочет. В ответ Кира, схватив его за руку, потащила к стойке с камерой. Она тут же вернулась с тяжёлой килограммовой гантелью и положила её прямо перед ним.

— Давай, подними, — произнесла она, как бы ожидая увидеть что-то сверхъестественное.

Максим приподнял бровь и, почувствовав себя немного неловко, сказал:

— Что-то мне как-то стыдно, — он почувствовал, как его лицо немного покраснело.

Кира расхохоталась, её смех наполнил комнату и сделал атмосферу менее напряжённой.

— Боишься камеры, что ли? — поддразнила она, — не переживай, тут только мы.

С улыбкой Кира рванула к шкафу и, покопавшись в нем, вытащила маску. Она была треугольной формы, тканевая, ярко-красная, с вырезом для глаз.

— Если тебе так стыдно, то надень её, — предложила Кира, подойдя к Максиму с маской в руках.

Максим удивлённо поднял брови, но, не осмелившись отказаться, взял маску. Он неловко надел её, и она полностью закрыла его лицо, оставив только глаза открытыми.

Кира внимательно посмотрела на него, подмигнув, прежде чем заявить:

— О, тебе идёт! Ну что, давай, поднимай!

Максим сосредоточился и, с удивлением, обнаружил, что гантель поднялась. Это произошло плавно, как если бы его рука стала лёгкой, а сама гантель — невесомой. Он поднял её до уровня груди. Это было странное ощущение — как если бы весь его организм слился с чем-то большим, чем он сам.

— Теперь подними её повыше, — сказала Кира с азартом в голосе.

Максим почувствовал, как гантель постепенно опирается на потолок. Он не мог поверить, что это происходит. Когда она остановилась, Кира спросила:

— Ты что-нибудь чувствуешь? Тебе тяжело?

Максим посмотрел на неё и, не скрывая удивления, ответил:

— Нет, не тяжело. Это вообще… как будто я и не поднимаю её.

Кира засмеялась, её глаза сверкали от возбуждения:

— Ну, раз так, давай найдём что-то потяжелее.

Кира продолжала искать что-то в беспорядочно разбросанных по комнате вещах. Она перебирала тяжёлые гирьки, небольшие гантели, что-то металлическое, но всё это Максиму было по плечу. Он поднимал всё подряд, не особо напрягаясь. Каждая вещь в его руках как будто становилась лёгкой и непримечательной, как если бы сама тяжесть перестала существовать. Через несколько минут, когда в комнате почти не осталось тяжёлых предметов, Максим, немного уставший от странного чувства легкости, спросил:

— Что дальше?

Кира прищурила глаза, задумчиво окидывая комнату.

— Да вроде бы всё. Больше нечего поднимать, — она помотала головой, всё ещё не веря в происходящее. — Это точно не предел?

Максим шагнул к ней ближе, его голос стал мягче, как будто он пытался успокоить не только её, но и себя.

— Кир, не бойся. Доверься мне.

Она посмотрела на него с подозрением, но её губы приподнялись в игривой улыбке.

— Что ты задумал?

Её слова только что прозвучали как лёгкий вызов. Но стоило ей только открыть рот, как Кира вдруг оказалась в воздухе, поднимавшаяся, как будто невидимыми руками её слегка приподняли с пола. Она закричала, а её тело застыло в воздухе, будто застывшая в панике фигура.

— Макс, стой, опусти меня! — кричала она, парень, сосредоточив взгляд, аккуратно опустил её на кровать.

Она приземлилась, будто воздушный шарик, но как только её тело коснулось мягкой поверхности, кровать резко взмыла вверх, скинув её с места. Кира вновь закричала, но теперь уже от удивления. Однако, с каждым мгновением, страх начал угасать, и её лицо просияло в смешанном восторге и веселье. Максим наблюдал за её реакцией, и чем дольше он видел её улыбку, тем больше это ему нравилось. Он опустил кровать обратно на пол, снял маску и осторожно дотронулся до своей головы, как будто пытаясь понять, что происходит с ним внутри. Кира медленно встала с кровати, подошла к нему и внимательно взглянула:

— Макс, что с тобой? Ты в порядке?

Максим почувствовал резкую боль в голове, словно что-то внутри его «перегрузилось». Он потер пальцами виски.

— Не знаю, — проговорил он, слегка нахмурившись. — Голова болит.

— Это что-то похоже на пределы твоих сил. Ты не можешь этим пользоваться вечно. Есть, наверное, ограничения, — с ноткой беспокойства сказала Кира.

Максим перевёл взгляд на неё и легко покачал головой.

— Может быть, — пробормотал он, — или я просто не выспался, слишком много всего произошло.

— Ну да, ты прав. — Кира вытерла ладонью лицо, пытаясь скрыть свою обеспокоенность. — Тогда иди домой, отдохни, а мы завтра встретимся, договорились?

Максим кивнул, встал и направился к двери.

— Хорошо, тогда я пойду. — Он ещё раз улыбнулся и попрощался.

Он вышел на улицу, и вечерний воздух сразу наполнил его лёгким холодом. Город был как будто в другом ритме. Ночь начала бить ключом, и на улицах царила совершенно другая атмосфера — клубы, бары и шумные компании. Максим шёл вдоль тротуара, проходя мимо светящихся вывесок, когда заметил группу людей, стоящих у входа в ночной клуб. Часть из них явно была подвыпившей, их поведение было агрессивным и непредсказуемым. В центре стояли три паренька, явно испуганных и чувствующих себя неуютно.

Максим почувствовал, как в воздухе запахло напряжением. Его инстинкты подсказали, что лучше не проходить мимо. Он сунул руку в карман, нащупал маску и, не раздумывая, надел её. Пора было стать тем, кем он хотел стать. Он шагнул вперёд и громко крикнул:

— Парни, вы не подскажете, где тут фестиваль косплееров?

Толпа сразу обернулась, один из них с недоумением осмотрел Максима.

— Чё? Ты кто? — его голос был заплетающимся, и запах алкоголя ощущался за несколько шагов.

Максим не сбавил темпа, ответив с полной уверенностью:

— Я же говорю: ищу, где проходит фестиваль.

Один парень начал оглядываться, но тут же хмыкнул, опершись на стену:

— Парень, ты что, дурак?

Максим, не теряя самообладания, резко повысил голос:

— Нет, но вы, похоже, да! — закричал Максим.

Максим заметил, что вся толпа теперь была его вниманием. Разгорячённые и всё ещё в замешательстве, парни, которых держали, выбежали в сторону, спасаясь от такой резкой перемены ситуации. Он ехидно прокричал им вслед:

— Не за что!

Но его победу не оставили без внимания. Один из мужчин, явно не готовый терпеть унижение, рванул вперёд и попытался нанести удар. Максим растерялся, не ожидав, что всё произойдёт так быстро. Он инстинктивно скрестил руки, готовясь к удару, но что-то пошло не так. Мужчина столкнулся с чем-то невидимым, как с невидимой стеной, и от боли отшатнулся, схватив за покалеченную руку.

Крики и смех начали звучать от остальных нападавших, а те, кто ещё оставался в боевой готовности, начали метаться между собой, зацепив ноги и падали на землю, запутавшись в собственных теле. Максим же стоял и с улыбкой, скрытой под маской, продолжал наблюдать за их неловкими попытками встать. Он даже позволил себе немного поиздеваться. Он поднимал их руки и плечи с усилием, словно против их воли, заставляя тех, кто пытался атаковать, падать или скатываться по земле.

— Да кто ты такой? — заорал один из мужчин, когда не выдержал и попытался выпрямиться, обрушив свой вопрос на парня, который, казалось, так легко справлялся с ним.

Максим посмотрел на него с легким удивлением и ответил с лёгким оттенком юмора:

— Я же говорю, косплеер. Шучу, я супергерой, поборник справедливости.

В этот момент Максим услышал как люди начали перешёптываться, обсуждая происходящее. Он резко обернулся и увидел несколько человек с телефонами, снимающих его драку, словно это было какое-то событие на экране. Чувство неловкости моментально охватило его.

— Блин, — произнёс Максим вслух, понимая, что ситуация стала слишком публичной. Он стремительно развернулся и побежал в сторону ближайших дворов.

Он петлял, уклоняясь от людей, перепрыгивал через мусорные баки и баррикады. Вдруг что-то странное произошло. Он заметил, что как будто под ногами его начала появляться невидимая лестница. Она тянулась в небо, поднималась выше всех многоэтажек и, несмотря на свою невидимость, была прочной. Максим, не думая, шагнул вперёд и поднялся по лестнице, постепенно оказываясь выше всей городской суеты, прямо в небесах.

Ветер свистел вокруг, а взгляд вниз открыл перед ним весь город, как маленькую карту. Его маска развевалась, но он не обращал внимания. Его переполняли ощущения, которые было трудно описать — всё было так реальным и одновременно нереальным. Ощущение свободы и легкости просто заполняло его. Максим летел. Он не думал о последствиях, просто наслаждался процессом. Когда он был вдоволь повеселён и насытился полётами, он решительно развернулся и вернулся обратно в город. Найдя тихое место возле дома, он аккуратно приземлился на землю. Тихо прошёл в квартиру, снял маску и, несмотря на пережитые эмоции, почувствовал, что тело требует отдыха. Он лёг на кровать, вытянул руки и позволил себе просто расслабиться. Он закрыл глаза и уснул. Телефонный звонок разорвал тишину. Максим взял трубку и сразу услышал взволнованный голос Киры:

— Как ты мог?! Я тут смотрю видео, как парень в маске побеждает семерых парней, ни разу их не ударив… — в голосе Киры было заметное беспокойство, но и что-то ещё.

И тут в комнате открылся портал.

— Кир, я тебе перезвоню, — сказал он, быстро убирая телефон, и с выражением решимости посмотрел в открывшийся портал.

Глава 3 БИС

Когда Бис оставила своих людей, она ощутила, как пространство вокруг неё начало искажаться, и её сознание моментально поглотило пустое, безбрежное темное пространство. Через мгновение она оказалась на борту своего корабля, дрейфующего в глубинах космоса, за тысячи световых лет от Млечного Пути, там, где тьма была настолько плотной, что невозможно было различить ни одной звезды. Её корабль напоминал огромную тарелку, скользящую в тени бескрайней вселенной. Его обтекаемые, но в то же время угрожающие формы создавали ощущение некой дикости, несоразмерности привычным человеческим кораблям. Спереди торчали две длинные металлические лапы, покрытые острыми шипами. Они казались чем-то чуждым, словно не предназначенными для этой галактики. На верхней и нижней частях корпуса находились два огромных кольца. Кольцо на нижней части было немного утоплено в корпус и наклонено под углом, как гигантская коготь, а верхнее кольцо смотрело ввысь, словно полусферический глаз, готовый к атаке. За этим кольцом располагался плазменный ускоритель, который своим зловещим светом казался готовым разорвать пространство вокруг.

Она вошла внутрь корабля, и, несмотря на всю его технологичность, ей вдруг стало тесно. Пространство казалось холодным. Всё было выполнено из металла, отражавшего тусклый свет приборов, которые ещё не были включены. Бис, стиснув зубы, пошла по коридору, её шаги отдавались гулким эхом в пустоте. Когда она добралась до главного отсека, садясь на пол, она схватилась за голову. Мигрень накатила так сильно, что Бис едва удержалась от того, чтобы не закричать. А сердце разрывалось от боли, от чувства утраты и одиночества. Слёзы потекли по её щекам, но она быстро вытерла их, понимая, что нельзя терять ни секунды. Ей нужно было подготовить корабль.

Она подняла взгляд и направилась к пульту управления. Сильно сжав кулаки, Бис нажала несколько кнопок. Спереди корабля раздался странный скрежет, будто сам металл кричал от боли, когда две металлические лапы начали двигаться. Сначала они стали вбирать в себя чёрные частицы, которые плавно слетались и поглощались, как если бы само пространство вокруг их притягивало. Звук был жутким, как скрежет зубов по стали. На табло мигнуло сообщение о том, что запас чёрной энергии достиг сто процентов. Снизу закрутились кольца. Рабочий механизм загудел, и в момент, когда корабль начал «дышать» в такт с этим движением, Задний плазменный ускоритель запустился, а в тот же момент корабль исчез. Сначала его корпус просто растворился в пространстве, и её окружила тишина. Бис снова оказалась в пустоте, и только звезды были её единственными спутниками, мерцая в темной бездне.

Бис знала, что не сможет справиться с этим сама. Это было не просто испытание — её цель теперь была слишком важной. Время не ждало, и единственное место, где она могла найти ответы, оставалось только здесь, в самом сердце вселенной. Это было место, где не действовали обычные законы, и где её, возможно, поймут.

Корабль притормозил, замедляясь, и перед ней в пространстве возникло нечто совершенно необычное. Огромный подиум, словно сделанный из чистого света, парил в пустоте космоса. В центре его, словно воплощение вечной загадки, висел октаэдр. Его гранёная форма была чисто прозрачной, а внутри, неимоверно ярко горела белая искра, как если бы сама энергия вселенной собиралась в этом символе. Пространство вокруг было спокойным и статичным, словно оно ждало её.

Бис глубоко вдохнула и, не теряя времени, открыла портал. Через несколько мгновений она стояла на подиуме, чувствуя, как невидимые силы поддерживают её. Она не ощущала ни гравитации, ни вакуума — космос в этом месте был просто пустотой, не угрожающей ей. Бис подошла к октаэдру, и её голос, напряжённый и полный надежды, нарушил тишину:

— Скажи, что мне делать дальше? — её слова эхом отозвались в пространстве, и октаэдр мягко загорелся в ответ.

Голос, лишённый эмоций, ответил, как всегда — холодно и точно:

— Я не смогу тебе помочь, твой путь создаёшь только ты сама.

Бис вздрогнула. Внутри неё кипела боль, но она пыталась сдержаться. Это было место, где она должна была найти свой ответ. Она знала, что он не вмешивается в жизни тех, кто с ним общается, но всё равно не могла смириться с этим ответом. У неё не было времени, не было возможности искать решения где-то ещё.

— Я знаю, что ты не вмешиваешься, но ты же Камол, тот, кто сотворил всё. Ты можешь мне помочь, я прошу лишь совета! — её голос звучал отчаянно, в нём не было той уверенности, которой она обычно пользовалась. Но сейчас она была готова бросить всё ради хоть какого-то указания.

Камол отозвался, его свет рассеивался, и его ответ был всё таким же неизменным:

— Прости, но я не могу вмешиваться в ваши жизни. Вы теперь боги этого мира.

В груди девушки что-то сжалось. Этот ответ оставил её в полном одиночестве с её мыслями и тревогами. Почему всё должно быть так сложно?

— Тогда почему ты разрешаешь мне приходить к тебе? Почему ты общаешься со мной, если не собираешься помогать? — она не могла сдержаться, её слова вырывались, и они казались неуместными, но её глаза уже наполнились слезами.

— Я должен был научить вас тому, что знал, — отозвался Камол. — Теперь вы живёте сами по себе.

Она хотела возразить, но внезапно всё вокруг изменилось. Пространство вздрогнуло, и следующее мгновение она уже была на своём корабле. За бортом не было ничего, только тьма космоса. Но этот момент не принёс облегчения — её тревога лишь усилилась. Сирена разорвала тишину, и холодный механический голос произнёс:

— Приближается неопознанный объект.

Не теряя времени, Бис подбежала к пульту. На экране замигали три объекта, приближавшихся с огромной скоростью. Её взгляд скользнул по шкале энергии: "Золотая энергия — 15%, чёрная энергия — 10%". У неё не было времени на манёвры. Чёрная энергия не восполнилась, и попытка ускориться могла бы разрушить корабль. Она молниеносно приняла решение. Открыла портал и, не колеблясь, направила корабль в его глубины. Как только корабль начал проходить, портал моментально закрылся, оставив за собой лишь темный, пустой космос. Силы, казалось, иссякли, но она была готова к любому результату.

Головная боль, казалось, разрывала её мозг на части. Бис почувствовала, как её ноги подкашиваются, и, не в силах больше сопротивляться, она упала на колени. В ушах звенело, а в глазах темнело. Крик вырвался из груди, но он был глухим и слабым. Она ощущала, как теряет сознание, не в силах сдержать слёзы боли. Мир вокруг расплывался и исчезал. Когда же она наконец пришла в себя, то обнаружила, что лежит на холодном металлическом полу корабля. Глаза были полны туманом, а сердце колотилось от пережитой агонии. Потянувшись, Бис встала на колени, ощущая, как её тело с трудом отвечает на команды. Она закрыла глаза, пытаясь собраться, но всё тело отзывалось болью. Оставшись в этой позе, она тихо прошептала себе: «Понятно». Это было похоже на признание поражения. У неё не было выбора. Всё вокруг было чёрным и пустым, она ощущала себя в бездне, откуда не было выхода. Единственное, что оставалось, — это рискнуть и найти путь в параллельную вселенную. Здесь, в этой реальности, ей больше не было места. Но всё это требовало колоссальных усилий.

Когда боль немного отступила, она с трудом подошла к пространственному двигателю, едва держась на ногах. В её голове всё ещё были звуки, как если бы всё вокруг создавало вибрации, но она сосредоточилась. После перенастройки она почувствовала, как чёрная энергия начала поступать в её корабль. Это был рискованный шаг, но другого пути не было. Взгляд её упал на экран, и она поняла — ресурсы почти исчерпаны.

— Где бы мне найти выход? — Бис задумалась вслух, но никого рядом не было. Экран показал ближайший сигнал, исходящий от какой-то большой космической станции.

Стараясь не терять времени, Бис направила корабль к источнику. Всё вокруг мерцало, и небо выглядело совершенно чуждым. Когда она приблизилась к станции, её взгляд остановился. То, что она увидела, ошеломило её. Огромная космическая станция, несущаяся в пустоте, напоминала гигантский цилиндр, состоящий из множества подвижных колец. С каждым оборотом одного из колец, её облик менялся, как будто сама станция жила. Массивные двигатели с одной стороны и многочисленные шлюзы с другой стороны заставляли кровь стынуть в жилах. Стратегически расположенные шлюзы напоминали соты, а над ними возвышался капитанский мостик, похожий на гигантскую корону.

Когда её корабль подлетел ещё ближе, раздался вызов. Бис вздрогнула, но от ответа не могла отказаться. Экран на лобовом стекле заискрился, и вскоре перед её глазами появился образ существа. Оно было похожим на насекомое, но с более сложной анатомией. Лицо этого существа было покрыто твердой хитиновой броней, а вместо обычных рук у него было два дополнительных отростка. Существо выглядело опасным, но в его глазах был холодный, почти без эмоциональный взгляд. Оператор произнес что-то на своём языке. Хотя она не говорила на нём, Бис прекрасно его понимала. Он указал на шлюз Z3.12 и велел ей пристыковаться. В её груди затрепетала тревога: так легко её пропустили? Она не могла понять, что кроется за этим, но выбора не было. С решимостью, на грани отчаяния, она подлетела к шлюзу и вошла в станцию. Вокруг стояли множество кораблей, самые разные, от маленьких до гигантских. Она подошла к одному из свободных мест и пристыковалась. Её сердце всё ещё билось в бешеном ритме, но ей нужно было идти дальше. Внутри она оказалась в огромном ангаре, где царила невесомость. Бис мгновенно включила магнитную обувь, и её шаги стали уверенными. Через мгновение к ней подошёл тот самый оператор. Его холодный взгляд всё так же не выражал эмоций, но его слова прозвучали чётко:

— Идите за мной, вас хотят видеть.

Они прошли через ангар и направились к лифту, который вёл в одно из колец. Когда лифт открылся, Бис оказалась в другом мире. Перед её глазами предстал настоящий город, в котором различные рассы, жили среди зелени и металла. Улицы были переполнены, дома окружали растительность, а металлические конструкции станции были частью этого города.

Сопровождающий привёл Бис в один из самых мрачных районов станции. Здесь было тихо и пусто, а коридоры, освещённые тусклыми огнями, казались заброшенными. Они шли по длинным, обвешанным странными металлическими панелями проходам, когда наконец перед ними возникла массивная дверь, охраняемая двумя существами. Они стояли, не двигаясь, как каменные статуи, но как только Бис и её проводник подошли ближе, что-то в их обликах заставило девушку замереть.

Охрана не выглядела как разумные существа. Это были несуразные твари с совершенно невообразимыми формами. Их конечности были странно удлинёнными, с множеством суставов, которые двигались, как кости, не подходящие друг к другу. Мышцы и кожа казались вывернутыми наизнанку, как если бы эти существа были созданы из-за кошмарных мутаций. Лица… если их можно было так назвать, представляли собой не что иное, как грубые кожаные рога, торчащие в местах, где должны были быть глаза. Рты с большими клыками, на которых стекали капли слюны, были открыты, как будто они готовы были на кого-то броситься. Электрические устройства, впаянные в их тела, беспокойно вспыхивали, как токи, протекающие через их жилистые конечности.

Бис почувствовала, как по спине пробежал холодный пот. Эти твари не просто выглядели угрожающе — она знала их. Это были мраки, чудовища, изуродованные зелёной энергией. Эти существа не имели разума, не имели ни чувства вины, ни страха — их существование было сводом кровожадных инстинктов. Бис инстинктивно приняла боевую стойку, готовая к любому движению со стороны мраков. Она ощущала, как её мышцы напряглись, каждый её нерв был на взводе, но, к её удивлению, мраки не двинулись с места. Они стояли на посту, как механизмы, будто подчиняясь чьей-то воле.

Как только она огляделась, дверь открылась, и из неё вышло существо, не похожее на мраков. Это было антропоморфное создание с чёрными волосами, которые больше напоминали остриё шипов, чем пряди. Его глаза были полностью чёрные, без белков, состоящие из множества сегментов, как сложная сетчатая структура. Пара крупных и свирепых рук висела по бокам, а на спине блескала плазменная винтовка, готовая к бою. Он подошёл к Бис, и холодный, расчётливый взгляд его глаз изучал её.

— Я адмирал Маркус, — произнёс он тихим, но уверенным голосом. — Из какой вы фракции?

Бис замешкалась. Она не была готова к этому вопросу и на мгновение задумалась. В её голове пронеслись мысли, она собралась.

— Я не страж, меня удочерили… Я не состояла ни в одной фракции, — выдавила она с усилием, пытаясь не выдать свою неуверенность.

Маркус замер на мгновение, его лицо не изменилось, но в его глазах мелькнуло что-то, что можно было бы назвать пониманием.

— А, значит, вы сирота войны. — Его голос стал мягче, но не менее проницательным. — Хорошо, нам как раз был нужен эксперт по добыче полезных ресурсов. Я так понимаю, вас направили?

Она кивнула, сжимая кулаки. Она не могла поверить, что её столь легко приняли за специалиста. Но отступать было поздно.

— Да, — дрожащим голосом подтвердила она.

— Вовремя вы прибыли. Завтра отправитесь на экспедицию на планету Мерил. Там вам предстоит работать в экстремальных условиях, добывать редкие минералы и искать источники энергии, — сообщил адмирал, не выражая эмоций. — Вас проведут до вашей каюты, выдадут всё необходимое. А сейчас мне пора идти.

Он развернулся и ушёл, оставив Бис в коридоре, который снова заполнился тишиной. Она стояла, пытаясь осознать, что только что произошло. Мерил... была ли она на этой планету раньше? Сколько было неизведанных угроз на её поверхности? Но сейчас было не время думать. Бис повернулась к своему сопровождающему, который молча стоял рядом.

Бис прошла в свою каюту, чувствуя на себе взгляд каждого сотрудника станции, но всё равно, как ни странно, её присутствие не вызывало подозрений. Она научилась скрывать свою неуверенность за маской уверенности. Она неплохо справлялась с приказами, никому не приходилось сомневаться в её профессионализме. Ложь стала её лучшим союзником. Бис тщательно скрывала, что не знала, как функционирует эта вселенная, а ещё более важно — тайна, скрытая в недрах её корабля. Она не могла позволить себе, чтобы кто-то узнал, кто она на самом деле — гость из другой реальности.

Вскоре она узнала много о мире, в который попала. Станция, на которой она оказалась, была частью могущественной группировки, называемой «Освободителями». Этот альянс появилася в ответ на угнетение со стороны Космического союза, который установил на многих мирах свой жестокий контроль. Стражи, с которыми Бис уже успела столкнуться, входили в ряды «Освободителей». Но что беспокоило девушку больше всего, так это использование мраков, этих изуродованных существ, которые стали оружием и служили им самой страшной силой, в руках тех, кто боролся за свободу. «Освободители» создали устройство, которое позволяло контролировать мраков, превращая их в послушных солдат, но тут, этих существ, называли «чучелами». И Бис была не уверена, насколько этот мир был готов к полному освобождению, если использовал такие жестокие методы.

Так прошли несколько месяцев. За это время девушка достаточно хорошо освоилась, понимая, что её единственная цель — оставаться незамеченной, дождавшись подходящего момента. Она провела бессчётные часы за компьютером, изучая внутреннюю сеть станции, пытаясь понять, как работает их система, какие слабые места у «Освободителей». Но как-то поздним вечером, когда она сидела перед экраном и пыталась анализировать новые данные, её начало тянуть в сон. Её глаза расплывались, а её рука, которую она бессознательно положила на стол, начала казаться неестественно растянутой. На мгновение она подумала, что это просто усталость, но затем что-то стало явно не так.

Когда она посмотрела на воздух, входящий в каюту, она почувствовала резкий запах газа. Она резко вскочила, пытаясь вырваться из туманного кольца, которое сковывало её движения, но это было бесполезно. Её ноги не слушались, тело становилось тяжёлым, а сознание туманилось, как мутное стекло. Перед тем как она потеряла сознание, Бис успела понять: её выманили, её поймали. Вся её скрытность, вся её борьба оказалась напрасной.

Она очнулась в абсолютно другом месте — в прозрачном кубе, где воздух был странно плотным, а её способности не работали. Вокруг неё не было ничего, кроме света и зеркальных стен, которые отражали её ослабленную фигуру. Тело, казавшееся чуждым и тяжёлым, пыталось скомпенсировать странную пустоту внутри неё, но все усилия были тщетными. И вот, перед ней стоял тот самый человек, адмирал Маркус, теперь уже без всякой маски сдержанности. Его глаза, когда-то спокойные и уверенные, теперь блестели отчаянием и зловещей решимостью.

— Кто ты? — его голос был холодным, как металл, но за ним скрывалась растущая ярость.

Бис молчала. Она не собиралась отвечать. Это было не то место, где можно было бы раскрывать все карты. Если она будет говорить, она рискует разоблачить всё. Адмирал шагнул вперёд, и его фигура затмила свет.

— Молчишь? Ты шпион Союза? Или, может быть, тебя послал кто-то изнутри? — его тон стал всё более угрожающим. — Хорошо. Если не будешь отвечать, тогда буду говорить я. Мы нашли на твоём корабле устройство, точнее — искусственную форму жизни. Никто из сторон не смог добиться успеха с этим. Это работа Союза, верно? Мы не смогли активировать это устройство, а ты… ты что-то скрываешь.

Его голос стал резким, проникающим, как нож, рассекающий молчание. Он казался на грани того, чтобы сломаться, но продолжал давить на неё.

— В чём была твоя задача? Ты хотела захватить станцию с помощью этого устройства? Использовать её силу? Или, может быть, ты просто пыталась выжить в этом кошмаре? — крикнул Маркус, его слова эхом отдавались в пустоте куба.

Бис медленно подняла голову и встретилась с его взглядом, который теперь был полон ненависти и жажды мести. Бис продолжала молчать, её глаза не отрывались от Маркуса, пока в комнате не послышался скрежет открывающейся двери. В неё вошёл высокий мужчина, его фигура была внушающей вне зависимости от его возраста — излучала какой-то холодный авторитет. Он был лыс, его лицо было гладким и бесстрастным, а вместо левой руки был протез, органически переплетённый с механической частью. Это был сплав живого и искусственного, и от одного взгляда на его руку становилось ясно — это не просто техническая усовершенствованная замена, а символ чего-то гораздо большего.

— Адмирал Маркус, вы свободны, — произнес он спокойно, не обращая внимания на напряжение в воздухе.

— Но… главнокомандующий! — возмущённо произнёс Маркус, его лицо исказилось от недовольства. Он явно не ожидал вмешательства.

— Это не обсуждается, — ответил мужчина, холодно и уверенно. Его слова не оставляли места для возражений. — Уходите.

Маркус с яростью, но молча вышел из комнаты, и дверь захлопнулась за ним с тяжёлым глухим звуком. Новый посетитель встал напротив Бис, его взгляд был острым и проницательным.

— Привет, Бис, — произнёс он, и в его голосе не было ни капли тепла. Это было не приветствие, а скорее констатация факта.

— Никс или лучше главнокомандующий? — ответила Бис с лёгким вызовом, но внутри неё что-то сжалось. Она знала этого мужчину.

— Не ёрничай, — его голос был резким, как заточка, — и не пытайся меня вывезти на разговоры. Что ты здесь делаешь? Ещё и с алрасом за спиной. Это слишком для меня.

Она вздохнула. Силы были на исходе, и этот разговор ей не помогал. Она знала, что оправдания тут не помогут. Но она всё-таки решилась ответить:

— Это не оправдание, но мне некуда было бежать. Я оказалась в ловушке.

Никс посмотрел на неё с презрением, в его глазах не было ни сочувствия, ни уважения. Только холодная беспощадность.

— Ты думаешь, я верю в твои слова? Это и вправду не оправдание, Бис. У нас здесь тоже война, и я не собираюсь все бросать ради того, чтобы ты спаслась. Ты как игла , и теперь эта игла воткнулась прямо в наш бок. Больше ничего не хочу слышать. И с этой штукой тоже. Не хочу больше тебя видеть.

Он шагнул вперёд, и Бис почувствовала, как её грудь сжала его власть. Она не могла ответить, не могла больше ничего сказать. В его глазах Бис увидела только практичность — никакой привязанности, никакого сожаления. Никс открыл портал в её вселенную, и Бис вернулась домой. Но вернувшись, она не ощущала облегчения. Лишь тревогу. Все воспоминания о последнем разговоре, о той тирании и борьбе — они не покидали её.

Ей нужно было уехать подальше. В самые удалённые уголки вселенной, где не было бы ни политических игр, ни войн, ни предательства. Она начала готовиться к своему путешествию, но энергия была на исходе. Золотой энергии оставалось всего десять процентов. Она приняла решение: войти в крио сон. Тем самым она сэкономит свои ресурсы, минимизируя энерго расходы. Когда её тело в последний раз коснулось кресла, она погрузилась в ледяной сон, а корабль, затихнув, поплыл в бескрайний космос. Тысячи лет прошли в мгновение ока, её сознание всё это время было как замороженное. Много ли она пережила за этот период? Кто-нибудь её вообще искал?

Внезапно, как гром среди ясного неба, система корабля активировалась. Бис проснулась от глубокого сна. Мозг ещё не успел привести её в форму, глаза были мутными, а тело чувствовало себя странно тяжёлым, как будто оно забывало, как двигаться. Перед её глазами вдруг вспыхнуло предупреждение — приближаются враждебные корабли. Бис моргнула несколько раз, пытаясь собрать мысли в кучу. Снаружи, прямо у её корабля, появился другой, гораздо более крупный. На мгновение её сердце замерло. Она попыталась сделать скачок, как учил её опыт, но вместо того чтобы уйти в глубину космоса, её корабль был подбит. Бис почувствовала, как корабль сотрясает удар, и её бросает в пустоту. Система восстановилась, но было уже поздно. Она вышла из скачка и оказалась рядом с планетой. Земля. Её корабль стремительно вошёл в атмосферу, сгорая в полёте. Пламя окутывало корпус, и она чувствовала, как тепло пропитывает воздух, а металлические части начинают трещать. Это было её падение. В 20 сентября 1977 года её судно приземлилось в лесах под Петрозаводском.

Поломанные деревья, изрытая земля, дымящийся кратер и разбежавшиеся звери — всё это стало свидетельством внезапного падения с небес. Окружающий лес был охвачен зловещей тишиной, прерываемой лишь потрескиванием углей и звуками осыпающегося грунта. Воздух был пропитан запахом гари, смешанной с чем-то металлическим, неестественным для здешних мест. Посреди этой картины, в самом центре разрушения, лежал корабль. Его корпус выглядел целым, но нижняя часть явно пострадала от удара — куски обшивки торчали наружу, а часть механизмов напоминала распоротый живот металлического зверя. На поверхности ещё мерцали золотистые искры энергии, остатки неизвестных сил, которые позволили ему прорваться сквозь атмосферу.

К месту крушения медленно подошёл пожилой мужчина, на вид лет пятидесяти. Его осанка была прямая, но движения осторожны, будто он уже знал, с чем столкнётся. Седые волосы выбивались из-под шляпы, а длинное тёмное пальто слегка развевалось на ветру. За спиной он нёс сумку, явно тяжёлую, но не для него. Он остановился у края кратера, посмотрел на наручные часы и произнёс негромко, скорее для себя:

— Пять утра, значит…

Затем, не теряя времени, он спустился вниз и приблизился к кораблю. Положив сумку на землю, он достал из неё странное устройство — оно выглядело так, словно пережило не одно десятилетие испытаний. К нему были примотаны провода и детали, которые явно не сочетались друг с другом: куски земных технологий грубо соседствовали с чем-то чужеродным, явно не созданным на этой планете. Мужчина пробежался пальцами по панели, нажимая комбинацию из определённых кнопок, словно это было для него привычным делом. На корпусе корабля что-то тихо щёлкнуло, затем последовал слабый скрежет, и шлюз медленно открылся, выпустив наружу клубы белого пара.

Он шагнул внутрь. Тусклые лампы замигали, освещая узкий проход, ведущий вглубь корабля. Внутри царил беспорядок — панели соскочили с креплений, провода свисали с потолка, а некоторые экраны мигали тревожными символами на незнакомом языке. На полу, посреди этого хаоса, лежала девушка. Мужчина быстро подошёл к ней и осторожно приподнял её, проверяя, жива ли она. Глаза Бис дрогнули и медленно открылись. Они были затуманены, взгляд блуждал, пытаясь сфокусироваться. Она с трудом разлепила губы и тихо произнесла:

— Корс ки?..

— Ты на Земле, — спокойно ответил мужчина, не убирая рук, пока она не обрела равновесие.

Её зрачки чуть расширились, но в остальном она оставалась удивительно собранной. Девушка резко села, её движения были быстрыми, почти хищными, несмотря на очевидную слабость.

— Ты понимаешь наш язык? — спросила она, вставая на ноги, хотя её тело всё ещё было неустойчивым.

Мужчина чуть улыбнулся, но в его глазах не было удивления.

— Я знаю много языков.

Бис нахмурилась, её сознание ещё не до конца прояснилось, но одно она знала точно — этот человек не был простым землянином.

— Но и ты тоже знаешь наш?

Она медленно кивнула.

— Я знаю все! И кто ты?

Мужчина едва заметно улыбнулся, но в его взгляде сквозила не насмешка, а любопытство, словно он наблюдал за редким явлением природы.

— Вероятность того, что этот корабль упадёт на Землю, была шестьюдесятью процентами, — произнёс он спокойным, размеренным голосом. — Что это случится именно сегодня, здесь и сейчас, — тридцать процентов. А вот твою появление — ноль. Бис прищурилась, её глаза чуть сузились. Она закрыла их, будто вслушиваясь в нечто недоступное для других, а затем вновь открыла и нахмурилась.

— Ты точно человек… но твоя душа… она странная, — её голос был напряжённым. — В ней есть отголоски золотой энергии, но они словно исковерканные… И она… — девушка замолчала, подбирая слова, затем резко добавила: — Воняет, как у мраков.

Мужчина слегка наклонил голову, но его лицо осталось бесстрастным.

— Мраков?

— Порождения зелёной энергии, — пояснила она, не сводя с него взгляда. — На нашем языке их называют «ала ро мрак». Дословно это значит «рождённые в гневе». Сокращённо — мраки.

— Интересно, — пробормотал мужчина, задумчиво покачивая головой. — У нас их называют демонами.

Бис резко вскинула голову.

— Ты совсем не удивился! Ты уже знал об этом!

— Честно говоря, — спокойно продолжил он, скрестив руки на груди, — я уже встречался с твоим соплеменником.

— Что?! — Бис сделала шаг вперёд. — Кто это был?

— Не знаю его настоящего имени, — мужчина чуть сощурил глаза, будто вспоминая. — Все называли его Целителем. Это было давно.

Девушка замерла, её дыхание на мгновение сбилось.

— Это он с тобой сделал? — наконец спросила она, кивнув в сторону его тела, намекая на странную ауру, окружающую его.

— Да, — кивнул мужчина, не уточняя подробностей. Затем он чуть склонил голову и представился: — Василий Андреевич. А тебя как зовут?

— Бис, — автоматически ответила она, всё ещё анализируя услышанное.

Она нахмурилась, чувствуя, что её противник… нет, её собеседник — знает гораздо больше, чем говорит.

— Ты сказал, что уже знаешь, что на борту моего корабля, — холодно произнесла она.

Её мышцы напряглись, инстинкты подсказывали быть настороже. Мужчина заметил её реакцию и поднял руки в примирительном жесте.

— Не беспокойся, он нам нужен, — произнёс он. — Я хочу тебе помочь. Мне известно, какая угроза к нам приближается.

Бис продолжала хмуриться, но молчала. Василий Андреевич спокойно нагнулся к своей сумке и достал металлический круглый предмет, величиной с тарелку. Он был потрёпан, вмятины и царапины покрывали его поверхность, а на тыльной стороне виднелись разъёмы для подключения. Посередине же шёл прочный шов запайки, как будто устройство когда-то вскрывали, но затем намеренно запечатали обратно. Он протянул его девушке.

— Думаю, тебе это пригодится.

Бис вскрикнула, едва завидев устройство, и рывком выхватила его из его рук.

— Откуда оно у тебя?! — её голос задрожал, но не от страха, а от возбуждённого удивления. — Это же источник питания, основанный на золотой энергии!

Мужчина слегка усмехнулся.

— Когда я узнал про вас… и про ситуацию в космосе, — его голос стал тише, в нём проскользнула усталость, — я начал готовиться.

Внезапно он вздрогнул, лицо его побледнело. Он схватился за грудь, будто что-то сдавило его сердце, затем его голова резко дёрнулась вбок. Бис мгновенно отбросила устройство и шагнула к нему.

— Что с вами?!

Но вместо ответа Василий Андреевич тяжело опустился на колено, его дыхание сбилось, а глаза заволокла тень. Василий Андреевич с трудом поднялся, опершись на спинку стула. Его рука дрожала, но он попытался скрыть это, небрежно махнув рукой.

— Кхм, не беспокойся, сейчас пройдёт, — пробормотал он, натянуто улыбаясь. — Старость берёт своё, ха-ха.

Он засмеялся, но в этом смехе не было радости — скорее усталость и попытка успокоить её, а может, и самого себя. Бис наблюдала за ним в упор, но спорить не стала. Она молча кивнула и продолжила замену модулей питания, сосредоточившись на тонких соединениях и энерго-проводах. Её пальцы двигались быстро и точно, но в мыслях крутилась тревога. Василий Андреевич явно скрывал истинное состояние. Мужчина подошёл к ней, держа в руках тёплое пальто.

— Надень, на улице прохладно, — сказал он с лёгким нажимом в голосе. — Пойдём, я покажу тебе нашу планету.

Время шло. Бис жила вместе с Василием Андреевичем, постепенно привыкая к этой странной жизни. Он заботился о ней, обучал, делился знаниями о Земле и её истории, а она в ответ рассказывала о далёких звёздах, законах вселенной и технологиях, недоступных людям. Но с каждым днём старик слабел. Его припадки становились всё чаще, иногда он внезапно замирал, будто слушая что-то невидимое, а потом брался за свои бесконечные документы, уставившись в них с одержимостью. Он искал что-то. Дни напролёт он рылся в книгах, рукописях, схемах и старых файлах, словно пытаясь сложить воедино разбитую мозаику. Бис не сразу решилась спросить. Но когда очередной приступ сковал его прямо за рабочим столом, она больше не выдержала. Она зашла в кабинет, сложив руки на груди, и твёрдо произнесла:

— Василий Андреевич, вы опять сидите допоздна. Вам же недавно было плохо.

Он не ответил, лишь перелистнул очередной листок.

— Я давно хотела спросить… что вас так не даёт покоя?

Старик тяжело вздохнул. Он снял очки, устало потёр глаза и наконец откинулся на спинку стула.

— Наверное, стоит тебе рассказать.

Он говорил медленно, с расстановкой, словно эти слова были грузом, который он носил долгие годы.

— Мраки, о которых ты говорила… У нас их изначально называли чудовищами или монстрами. Потом люди стали звать их демонами.

Бис молчала, слушая.

— И в какой-то степени я виноват в их появлении на Земле.

Она не ожидала таких слов.

— Что?..

— Я уже давно пытаюсь их выследить, — продолжил он. — Но из-за моего состояния мои способности работают неправильно…

Он посмотрел ей прямо в глаза.

— Бис, не могла бы ты мне помочь?

Девушка кивнула без раздумий.

— Чем смогу, тем помогу.

— Ты же можешь открывать порталы? Как ты понимаешь, где их создавать?

— Я должна побывать в этом месте, создать точку перемещения. Или знать точные координаты. Я разбираюсь в любых системах измерения, но чем дальше точка от моего месторасположения, тем сложнее и затратнее.

— Не беспокойся, это место на Земле.

Он протянул ей листок с координатами.

— Вот, держи. Собирайся, мы скоро выдвинемся.

— Почему так внезапно? — нахмурилась Бис.

— Уже нет времени, — голос Василия Андреевича был твёрдым, как камень. — Сегодня нужно с этим покончить.

В его взгляде больше не было усталости. Только решимость. Бис не стала спорить. Она понимала, что время не на их стороне. Старик проверил содержимое портфеля, натянул пальто, и они шагнули в портал. Густая, затхлая тьма окутала их, как только они вышли на другую сторону. Бис тут же поморщилась — воздух был тяжёлым, пропитанным гнилью и старой кровью. Пол под ногами липкий, стены покрыты паутиной, а где-то вдалеке слышалось капанье воды.

— Замечательное место, — пробормотала она, оглядываясь.

— Поверь, бывали и хуже, — хмыкнул Василий Андреевич.

Он достал из портфеля фонарь и, включив его, осветил окружающее пространство. Луч выхватил облупленные стены, старые железные крюки, свисающие с потолка, и ржавые столы.

— Если бы мы познакомились раньше, столько бы времени сэкономили, — с легкой насмешкой сказал он, направляясь вперёд.

Бис последовала за ним, стараясь не наступать на подозрительно выглядевшие пятна на полу. Они углублялись всё дальше в подземелье, пробираясь сквозь лабиринт коридоров, спотыкаясь о разбросанные кирпичи и старые трубы. Воздух становился всё тяжелее, а стены сужались, будто сами стремились сомкнуться вокруг них. Василий Андреевич вдруг остановился.

— Вот оно…

Перед ними была старая, покрытая грязью стена. На ней едва виднелась металлическая коробка с рычагом. Старик отряхнул её рукавом, затем крепко взялся за рубильник и резко дёрнул вверх. Раздался протяжный гул, и спустя мгновение в коридоре вспыхнули тусклые лампы. Свет был слабым, дрожащим, но его хватило, чтобы разогнать часть тьмы. Впереди виднелась дверь, прикрытая тяжёлыми резиновыми жалюзи. Василий Андреевич решительно раздвинул их и вошёл внутрь. Лаборатория. Бис чувствовала это ещё до того, как увидела детали. Воздух здесь был пропитан старостью и чем-то ещё… чем-то, что заставило её кожу покрыться мурашками. Помещение оказалось просторным. У стены стояли стеллажи, заполненные склянками и мензурками с неизвестными веществами, некоторые банки содержали забальзамированные органы — человеческие или нет, она не могла сказать сразу. В центре стояло два стола. На одном — разбросанные бумаги, запчасти от каких-то устройств, медицинские инструменты, часть из которых выглядела угрожающе. Другой стол… Бис ощутила неприятный холодок, когда увидела запёкшиеся бурые пятна на его металлической поверхности. Это был не просто рабочий стол. Это был операционный стол. В углу возвышалась громоздкая ЭВМ с лампами-индикаторами. Но не она привлекла внимание Бис. Рядом с ней стояло устройство, которое не вписывалось в уровень развития Земли. Его гладкая поверхность была покрыта странными символами, а интерфейс управления не имел ни кнопок, ни привычных разъёмов. Что-то в нём казалось знакомым. Бис подошла, осторожно взяла его в руки и начала рассматривать. Василий Андреевич заметил это. Он медленно подошёл ближе и негромко спросил:

— Ты знаешь, что это?

Его голос был напряжённым. Бис нахмурилась, пальцы сжали устройство крепче. Она не была уверена… Но ощущение тревоги становилось всё сильнее. Бис продолжала вертеть устройство в руках, ощущая его гладкую поверхность. Символы, выгравированные на корпусе, были ей знакомы, но в памяти всплывали лишь обрывки знаний.

— Да, это похоже на оборудование из лабораторий стражей, — наконец сказала она, нахмурившись. — Я не все их устройства узнаю, но их основное предназначение — изучение мраков и зелёной энергии. Вот этот, например, показывает фон зелёной энергии вокруг.

Она подняла взгляд на старика.

— Я так понимаю, именно с этим устройством ты уже сталкивался?

Василий Андреевич вздохнул и кивнул.

— Прости, что раньше не сказал, куда мы идём.

— Ничего, — ответила Бис, оглядывая комнату с явным отвращением. — Судя по тому, что я увидела здесь, такими исследованиями на станции занимались Лок и Лис.

Она проговорила эти имена с неприкрытой настороженностью. Тем временем Василия Андреевича привлекли толстые кабели, змеящимися линиями уходившие в соседнюю комнату. Они были явно подключены к найденному устройству, но его больше интересовало, куда они вели.

— Надо посмотреть, что там, — пробормотал он и направился вперёд.

Бис последовала за ним, чувствуя, как холодные капли воды с потолка падают ей на плечи. Воздух в этом помещении был ещё тяжелее, чем в предыдущем. В нём витал запах гниения, сырости и чего-то химического. Они вошли в затемнённое помещение. Василий Андреевич осветил его фонарём, и Бис почувствовала, как у неё внутри всё сжалось. Вдоль стены стояли три огромных резервуара, заполненных мутно-прозрачной жидкостью. На толстом стекле осела пыль и конденсат. От каждого резервуара отходили провода и трубки, питающие эти зловещие сосуды энергией. Бис подошла к ближайшему и провела ладонью по стеклу, стирая влагу и пыль. То, что она увидела внутри, заставило её замереть. В жидкой взвеси плавала бесформенная масса, напоминающая бесконечно изменяющуюся кашу из рук и ног. Конечности дрожали, вытягивались и сжимались, словно существо не могло обрести стабильную форму. Её глаза расширились. Это было нечто искусственное… Живое, но лишённое цельности. Она резко отвернулась и посмотрела на второй резервуар. В нём находился человек… или то, что некогда было человеком. Мужчина, чей возраст невозможно было определить, безвольно висел в жидкости, его тело бледное, измождённое, а вены, набухшие и покрытые странной зелёной сетью, словно светились изнутри. Бис чувствовала, как её дыхание сбилось. Но самый ужасный из них был третий. Существо под два метра ростом, с красной кожей, массивными плечами и руками, почти достающими до пола. Его позвоночник выступал, переходя в странный короткий хвост, а горбатая спина выглядела неестественно раздутой. Голова сидела прямо на теле, практически без шеи, а лицо… Летучая мышь. Огромные чёрные глаза, сморщенная кожа, вытянутый нос и острые клыки.

— Что ты про это скажешь? — глухо спросил Василий Андреевич.

Бис сглотнула.

— Это ужасно… — прошептала она. — Они… Они пытаются создать искусственных мраков. Я слышала о таких экспериментах, но не думала, что это реально.

Она ещё раз взглянула на существо в последнем резервуаре. В этот момент ей показалось, что оно шевельнулось. В комнате раздался протяжный механический писк. В следующую секунду по трубам, присоединённым к резервуарам, рванул поток воды — она стремительно уходила, оставляя за собой липкий осадок на стенках стеклянных капсул.

— Чёрт! — Василий Андреевич вскинул голову. — Похоже, мы активировали систему безопасности!

С глухими всплесками последняя жидкость стекала вниз. Оголённые тела существ, доселе погружённых в мёртвый покой, начали приходить в движение. Первая тварь — та, что выглядела как сгусток рук и ног, — вдруг забилась в судорогах. Вторая, с раздутыми зелёными венами, дёрнула головой, выпуская из пустых глазниц вязкую, зловонную слизь. Но третий… Громила с красной кожей, стоявший в центре, медленно поднял голову. Его огромные когти сжались, а затем резко разжались, разбрызгав капли жидкости по полу. Сначала он замер, словно оценивая окружающее пространство, а затем, с диким ревом, взмахом руки расколол свой резервуар. Громыхнуло. Осколки стекла разлетелись в стороны, некоторые глубоко врезались в стены и приборы. Разъярённый монстр шагнул вперёд и, не задумываясь, ударил по соседней капсуле, выпуская второго мутанта.

— Осторожно! — крикнула Бис, но не успела предупредить старика.

Огромная когтистая лапа смела Василия Андреевича с ног и отбросила его прямо в последний резервуар. Стекло треснуло, и тело старика с глухим ударом рухнуло вниз. Монстр взревел и рванулся к нему.

— Нет, не сегодня, — прошипела Бис.

В мгновение ока перед существом вспыхнул портал — чёрная бездна с рваными, дрожащими краями. Краснокожего монстра затянуло в воронку наполовину, и он завопил от ярости, вцепившись в воздух когтями. Бис не дала ему шанса. Она резко сжала кулак — портал сомкнулся, разрезая тварь надвое. Верхняя половина ещё несколько секунд судорожно извивалась, разбрасывая алую кровь, пока не затихла. Но это было ещё не всё. Бис услышала хриплый рык и обернулась. Человекоподобный мутант с зелёной жижей вместо глаз уже бросился к Василию Андреевичу. Он двигался рывками, будто кукла на сломанных нитях, но быстро — слишком быстро.

— Чёрт! — Бис попыталась развернуть портал, но понимала, что не успеет.

Но старик не растерялся. Из-под длинного пальто он выхватил два топора. На их деревянных рукоятях висели странные перья, дрожащие от движения.

— Ну давай, ублюдок, — хрипло бросил он.

Существо бросилось на него. Сухой взмах — и лезвие топора вошло в голову монстра, как в перезрелый фрукт. Гнилые ткани не выдержали удара — череп взорвался, забрызгав всё вокруг зелёной слизью. Но мутант успел ударить. Его когти глубоко вспороли правый бок старика. Не издав ни звука, Василий Андреевич рубанул второй топор, отсекая руку твари. Кровь мутанта брызнула на пол густыми тёмными каплями. Существо дёрнулось, затряслось… и рухнуло.

— Василий Андреевич! — Бис бросилась к нему, схватив за плечо. — Как вы?

Старик тяжело выдохнул, вытирая кровь с лица.

— Ничего… бывало и хуже.

Но Бис не успокоилась. В этот момент в комнате раздался странный, невнятный голос:

— Опустиииттте…

Она резко обернулась.

— Что это? — прошептала она.

Василий Андреевич поднял руку и показал на последний резервуар. Внутри что-то шевельнулось. Субстанция, напоминающая слипшиеся куски органики, расползлась по стеклу, вибрируя и пульсируя, словно живая.

— У-сс-стал… — проскрежетало нечто.

— Это… говорит? — Бис была поражена. — Я никогда не видела, чтобы мраки могли разговаривать.

Василий Андреевич нахмурился.

— Ты знаешь, кто ты?

В ответ субстанция вздрогнула, словно собираясь в форму.

— Яяя… Ииив…

И вдруг, словно её удерживающая сила иссякла, масса расплылась, стекая по стеклу, а затем, просачиваясь сквозь щели, растеклась по полу вязкой, дымящейся жижей.

— Оно умерло? — хрипло спросил Бис.

Василий Андреевич открыл рот, словно хотел что-то сказать, но внезапно закашлялся, согнувшись пополам. Глухой, рваный кашель сотрясал его тело, из горла вырывались хрипы. Бис увидела, как его глаза закатились, а тело обмякло — старик потерял сознание.

— Чёрт!

Не теряя ни секунды, девушка рванула к нему, подхватила под руки и тут же разорвала пространство перед собой, создавая портал. Вспышка — и вот они уже в её убежище. Старик лежал на кровати, бледный, с влажным лбом. Дыхание прерывистое, температура быстро поднималась. Несколько часов Бис ухаживала за ним, прикладывая холодные компрессы, заставляя пить воду. Он часто бредил, иногда шептал что-то невнятное, но постепенно сознание к нему вернулось.

— Пей, — строго сказала Бис, протягивая ему стакан воды.

Он неохотно взял его, но рука дрожала, и девушка поднесла стакан сама.

— Твоя душа тебя убивает, точнее, её резонанс, — произнесла она, внимательно наблюдая за ним. — Ты знаешь почему?

Старик поморщился.

— Не придумывай, я просто стар, — пробормотал он, пытаясь отмахнуться.

— Не ври мне, — резко ответила Бис.

Она смотрела на него пронзительно, не давая возможности увильнуть от ответа. Василий Андреевич вздохнул, перевёл взгляд на потолок и после короткой паузы заговорил:

— Ты ведь не интересовалась моими предсказаниями. Так вот… Это не просто дар, это проклятие. Один из твоих мне его дал. Я вижу то же, что и мои двойники в альтернативных вселенных.

Он замолчал, словно подбирая слова.

— Это как эхо, которое звучит одновременно во множестве миров, — продолжил он. — Но не только зрение передаётся… Я чувствую их боль, страх, радость. Всё сразу. Раньше я мог это контролировать, но теперь…

Он устало прикрыл глаза.

— Теперь ты. В чём твой секрет? — спросил он, вдруг сменив тему. — Ты не постарела ни на день. А с нашей первой встречи прошло уже тридцать лет.

Бис некоторое время молчала, разглядывая свои пальцы, будто обдумывая, стоит ли говорить правду. Затем пожала плечами.

— Чёрные стражи — особенные. Мы условно бессмертны.

— Но ведь тебя можно убить?

— Да, — спокойно ответила она. — И тогда моё место займёт другой. Но до тех пор я остаюсь единственной в своём роде.

Василий Андреевич тяжело кивнул, переваривая услышанное.

— И ещё я хотел спросить… почему ты мне доверилась?

Бис замерла.

— Чёрный прототип… — тихо сказала она. — Ты единственный, кто сказал «он». Все остальные называют его «оно» или «существо».

Старик слабо усмехнулся.

— Так говорил только мой отец, — добавила она.

Василий Андреевич закрыл глаза, дыша с хрипом.

— Понятно… кхе-кхе…

— Осторожно, ложитесь спать, — мягко сказала Бис, укрывая его потеплее.

Но он не спешил засыпать.

— Бис… — хрипло произнёс он. — Ты туда возвращалась? Что с лабораторией?

Девушка покачала головой.

— Я пришла туда… но мясокомбинат сгорел. Ничего не осталось.

— Хм… — задумчиво пробормотал он, но уже без сил продолжать разговор.

— Теперь отдыхайте.

Время шло, и Бис всё так же ухаживала за ним, но с каждым годом становилось хуже. Он больше не поднимался с постели. Почти не разговаривал. В глазах угасал тот огонь, что когда-то делал его грозным, неутомимым человеком. И вот настал 2016 год. Ему было восемьдесят девять. Бис сидела рядом, держа его за руку, когда дыхание стало медленным… потом прерывистым… а потом и вовсе исчезло. Тишина. Она не заплакала. Просто сжала его ладонь и закрыла его глаза, которые больше не смотрели в этот мир.

Последним подарком от старика для неё стали дом, деньги и документы. Она привыкла к жизни на Земле, но мир вокруг становился всё более неспокойным. Всплески энергии происходили всё чаще. Загадочные события следовали одно за другим. Но главное… Зелёная энергия. Её всегда было много на Земле, но теперь её стало в разы больше.

Прошло четыре года. Лето выдалось жарким, но удивительно тихим. Ветра почти не было, и воздух висел неподвижно, наполненный запахом свежескошенной травы и нагретого асфальта. Бис шагала по парку, не спеша, ловя редкие дуновения ветерка, которые приятно холодили разгорячённую кожу. В парке было людно. Семьи с детьми, парочки, одинокие бегуны — все наслаждались тёплым днём, но Бис чувствовала себя чужой среди них. Она привыкла к Земле, но до сих пор не могла сказать, что она стала её домом. Найдя свободную лавочку в тени раскидистого дуба, она присела, скрестив ноги. Закрыв глаза, прислушалась к шуму города, к далёким звукам проезжающих машин, смеху детей. И вдруг рядом кто-то сел. Она почувствовала чужое присутствие ещё до того, как услышала голос.

— Здравствуйте, — произнёс незнакомец. Голос молодой, уверенный, с лёгкой игривой ноткой. — Вы сильно выделяетесь. Я бы хотел с вами познакомиться. Как вас зовут?

Бис приоткрыла один глаз и скользнула по нему взглядом. Молодой человек в светлой рубашке и тёмных брюках, с шляпой, чуть смещённой на бок. Лёгкая небрежность во внешнем виде, но вместе с тем — слишком внимательный, изучающий взгляд. Она уже собиралась отказать, но тут её голос замер в горле.

— Простите, но я… — начала она, но затем её глаза расширились. Она сосредоточилась пытаясь почувствовать душу. — Василий Андреевич? Это вы?

Парень усмехнулся и снял шляпу, проводя рукой по волосам.

— Ха-ха, да, но не совсем, — сказал он. — Теперь меня зовут Лёша.

— Но… как? Ты же умер?

Она невольно перешла на «ты», даже не заметив этого. Лёша усмехнулся, наклонился вперёд, облокотившись на колени.

— Я тебе не рассказывал, — сказал он, глядя перед собой. — Хотел, чтобы ты пожила одна. Проверил, как справишься без меня.

— Проверил?! — Бис резко развернулась к нему, в её голосе прорезалась обида. — Ты решил, что мне нужно «испытание»?

Лёша поднял руки, словно сдаваясь.

— Всё не так. Слушай, — он помолчал, глядя на её напряжённое лицо. — Когда моё тело умирает, я перерождаюсь. Любое свободное тело, у которого умер прежний хозяин, становится моим.

Бис нахмурилась.

— Если тело было смертельно ранено, я в нём долго не протяну. Если оно относительно целое — могу восстановить. В этот раз мне повезло.

— А хозяину тела, выходит, нет?

— Ну… он перегулял на вечеринке, — Лёша пожал плечами. — Сам виноват.

Бис молчала, изучая его новым взглядом. Вроде бы незнакомое лицо, но в глазах был тот же блеск, та же уверенность, что у старика, которого она знала столько лет.

— Ты изменился, — сказала она наконец, но в голосе всё ещё слышалось раздражение.

— Время меняется, меняюсь и я, — ответил он, вздохнув.

Он выпрямился и скинул шляпу на скамейку.

— Бис, осталось немного, — его голос стал серьёзнее. — Нам надо готовиться.

Она нахмурилась.

— Стой, Лёш… — имя прозвучало непривычно, но она заставила себя так его назвать. — Но что мне делать?

Лёша задержал на ней взгляд, словно решая, насколько далеко стоит её посвящать.

— Стражи, которые живут на Земле, скоро натворят дел. Тебе надо их остановить.

— За четыре года я никого не нашла, не почувствовала, — возразила она. — Ты уверен?

— Вероятность — восемьдесят процентов, — ответил он.

Она стиснула зубы.

— Ты всё такой же…

Лёша улыбнулся, поднялся и сделал шаг назад.

— До встречи, Бис.

Он развернулся и пошёл прочь.

— Лёш, ты шляпу забыл! — крикнула она ему вслед, увидев, что он оставил её на лавке.

— Оставь себе, — ответил он, не оборачиваясь. — Если будут проблемы — обращайся.

Он махнул рукой и растворился в толпе. Бис взяла шляпу, сжала её в руках, глядя ему вслед. Он вернулся. Но был ли это всё ещё Василий Андреевич? Бис не стала игнорировать слова Алексея. Он редко ошибался. А если ошибался — то не в таких вещах. Она начала расследование, отслеживая возмущения энергии. Красные стражи редко оставляли следы, но этот… Этот был неосторожен. След привёл её в Санкт-Петербург.

Маньяк оставлял за собой следы, которые могли бы ускользнуть от обычного глаза, но не от неё. Остатки искажённой энергии, следы вмешательства в чужие души. Бис шла по этим следам долго, пока наконец не вышла на дом Максима. Она успела его найти, но упустила. На следующий день она уже знала, кого искать. Но энергетика города мешала сосредоточиться. Питер был слишком шумным не только в обычном смысле, но и в энергетическом — здесь давно скопилось слишком много силы, и она сбивала её с толку. Но ночью всё изменилось. Резкий выброс энергии заставил её вздрогнуть. Красная энергия. Яркая, насыщенная, будто порез на гладкой поверхности пространства. Её источник находился на крыше одной из многоэтажек. Бис не раздумывала. Она появилась на крыше мгновенно, в следующий миг стоя перед ним. Миг. Он ждал её, словно знал, что она придёт. Тёмный силуэт на фоне ночного города, глаза горят, будто вены тянутся не под кожей, а поверх неё, вздутые, пульсирующие красным светом.

— Привет, Бис, — усмехнулся он.

— Привет, Миг, — спокойно ответила она.

Между ними повисло напряжение.

— Зачем ты это делаешь? — спросила она.

— Зачем? — в его голосе прорезалась злость. Губы скривились, глаза вспыхнули. — Ты нас бросила. Оставила на этой проклятой планете, пропитанной зелёной энергией!

— Вы должны были прожить спокойно свою жизнь здесь, — твёрдо ответила Бис.

Миг фыркнул.

— Спокойно? Ты не понимаешь? — он сжал кулаки, и его пальцы побелели. — Ты бессмертна, а мы нет! Никто не хочет умирать!

— Вы стали воровать чужие души, чтобы лечить себя… — тихо произнесла она. — И для этого вживили в себя устройство?

— Да, — его голос заскрежетал, будто металл о металл. — И что? Это не твоя проблема, отстань, Бис.

Девушка сузила глаза.

— Но зачем вам столько? — в её голосе зазвенело раздражение.

Миг усмехнулся.

— Всё было хорошо, мы были как боги… — он вскинул голову, в глазах метнулась вспышка. — Но Земля вышла на четвёртый класс.

Бис замерла.

— Если не алрасы, то Космический союз придёт. Или сами люди… — он замолчал.

Бис почувствовала это одновременно с ним. Резкий всплеск силы. Чистый, необузданный, чужой. Миг медленно повернул голову, взглянул на неё, и в его глазах было странное возбуждение.

— Ты это почувствовала? — тихо спросил он.

Она кивнула.

— Этот парень… он силён. Он нам пригодится.

— «Нам»? — переспросила Бис, чувствуя, как внутри всё сжимается.

Миг посмотрел на неё долгим взглядом.

— Отстань, Бис, — его голос стал твёрдым, опасным. — Или мне придётся тебя остановить.

По его венам хлынул красный свет, будто раскалённая лава, а воздух вокруг него задрожал. Бис тут же приняла боевую стойку, предугадывая атаку. Миг цыкнул, его лицо исказила злобная гримаса, и он сорвался с места. Он был быстр. Слишком быстр. Размашистые удары атаковали её со всех сторон. Воздух свистел от силы его атак, каждое движение было пропитано убийственной мощью. Усиленный энергией, Миг стал в десятки раз сильнее — один точный удар мог бы стать для неё фатальным. Бис уходила от атак, каждый раз на грани. Она чувствовала, как мельчайшие потоки воздуха от ударов обжигают кожу. Нужно было что-то придумать.

Миг занёс руку для очередного удара, и в этот момент она открыла портал прямо перед своим лицом. Кулак парня исчез в чёрной бездне. В ту же секунду второй портал открылся прямо перед его же лицом. Миг не успел среагировать. Его собственный кулак врезался ему в скулу с хрустом. Он пошатнулся, замешкался. Бис воспользовалась моментом, открыв портал под его ногами. Он провалился. Снизу его встретила крыша соседнего дома — двадцать метров полёта, жесткое приземление. Миг дёрнулся, силой энергии облегчил своё тело и взмыл в воздух, словно его подхватила невидимая рука. В следующую секунду он уже стоял на другой крыше. Бис не собиралась терять инициативу. Она тут же телепортировалась к нему и ударила кулаком в бок. Удар был точным, ощутимым. Парень попытался снова усилить себя, но вдруг замер.

— Ты… — он покосился на устройство. Оно не работало.

Миг шагнул назад, его глаза вспыхнули тревожным красным светом.

— Ты перерезала провода… — в его голосе зазвучала злость, но тут же сменилось холодной уверенностью. — Но у меня осталась моя душа.

Бис тяжело дышала, но голос её оставался твёрдым.

— Миг, не убегай. Я ещё могу тебе помочь.

Парень посмотрел на неё долгим взглядом.

— Прости, Бис, — его голос звучал глухо, с оттенком горечи. — Больше я с тобой говорить не буду. Если мы встретимся снова, мне придётся тебя убить.

С этими словами он исчез.

Бис не стала его преследовать. Она подняла голову вверх, пытаясь отдышаться. Сердце стучало в висках, тело начинало подводить — сказывалась нагрузка. Одышка, пульсирующая боль в голове… Но времени на отдых не было. Максим. Ей нужно было к нему. Она открыла портал, шагнула вперёд и оказалась в комнате Максима. Парень поднял голову, его лицо отразило целую бурю эмоций: удивление, тревогу… но не страх.

— Ты всё-таки не смог забыть, — устало сказала она.

Максим замер.

— Подожди, Бис…

Но она уже была рядом.

Два точных нажатия на ключицы большим пальцем, затем быстрые удары указательным и средним пальцем ниже рёбер, точно в нужные точки. Максим дёрнулся. Голова закружилась, ноги подкосились, и он упал на одно колено.

— Не переживай, — спокойно сказала она, наблюдая за его реакцией. — Я просто перекрыла тебе пути управления энергией. Пару дней не сможешь пользоваться способностями.

Она отвернулась.

— Мне сейчас некогда, я поговорю с тобой позже. А пока… не высовывайся.

С этими словами Бис исчезла в портале, оставляя Максима наедине с тяжестью своих мыслей.

Глава 4 ЧЁРНЫЙ И КРАСНЫЙ

Бис вернулась домой, но усталость от прошедших событий тяжёлым грузом висела на её плечах. Её мысли были разбросаны, словно в бурю, и она просто не могла оставаться в одиночестве. Пошарив глазами по своему дому, она поняла, что не видела его таким пустым уже давно.

Её дом стоял на самом краю озера, в тени могучего леса, чьи огромные деревья вытягивали свои ветви к горизонту, словно пытаясь затмить солнце. Вода у причала мерно плескалась о деревянные доски, создавая успокаивающий шум. Шлюпка, пришвартованная на причале, тихо качалась, иногда касаясь воды бортом. Это место было её убежищем, но и тюрьмой, в какой-то мере. Природа вокруг оставалась дикой и живой, а её дом — простым и аскетичным. Большие окна пропускали свет, и в каждой комнате ощущалась почти священная тишина, словно всё происходящее за пределами этих стен не касалось её.

Она прошла по тёмному коридору, где стояли только основные вещи — минимализм, в котором не было места для лишних воспоминаний. Кровать стояла у окна, комод был простым, и зеркало в полный рост казалось чужим.

Бис потянулась, её тело устало, но день только начинался. В душе вода обжигала кожу, смывая с неё напряжение, но в голове оставалась куча нерешённых вопросов. Когда она вышла из ванной, её лицо было сосредоточенным и серьёзным, как всегда в моменты, когда ей нужно принять решение. Она не могла долго оставаться в покое — нужно было действовать. Заварив чай на кухне, Бис взяла чашку в руки, но вкус этого напитка был слишком привычным и пресным. В голове снова промелькнули образы — Миг, Алексей, все те, кто так или иначе связан с её прошлым. Зеленая энергия снова взяла верх. В тот момент ей не хватало контроля, не хватало точного направления. Это место, это озеро… слишком много тишины.

Собравшись с мыслями, она открыла портал. Мгновенно переместилась на крышу одного из высотных зданий в Санкт-Петербурге. Ветер шевелил её волосы, но взгляд оставался холодным. Она стояла, будто пытаясь просканировать атмосферу — всё вокруг было заражено зелёной энергией, такой мощной, что она заглушала другие источники. Было трудно фокусироваться, и вся энергия её тела сопротивлялась этому давлению. На крышах города она прыгала из одного здания в другое, как молния, но всё тщетно — следы красной энергии исчезли, не оставив за собой ни малейшего намёка.

Вздохнув, Бис поняла, что ей нужно другое направление. Она открыла портал, который вёл в офис, где её уже ждал Алексей. Офис был большим, современным, с окнами от пола до потолка. Стены были украшены картами и диаграммами, на столе стояли несколько устройств, с которыми Алексей постоянно работал.

— Привет, Бис, — Алексей усмехнулся, его лицо было напряжённым, но в глазах всё ещё сохранялась та лёгкая игривость, которой он не мог избавиться, даже несмотря на недавние события. Он стоял в полутьме, склонившись к столу, и из-за этого его силуэт казался каким-то затуманенным. — Я всё думал, когда ты придёшь? Сколько прошло, год? Но в следующий раз приходи через дверь, а то люди ещё не готовы к таким фокусам.

— Прости, в следующий раз буду осторожней, — Бис отступила в сторону, чувствуя, как его слова, несмотря на их легкость, пробуждают что-то тяжелое в её душе. Она не могла привыкнуть к изменениям в нём. Он не был тем, кого она знала. Эта мысль не давала ей покоя.

— Не напрягайся, можешь со мной общаться как раньше, я всё тот же, — Лёша смотрел на неё с улыбкой, но в глазах сквозила тревога. Он заметил её беспокойство, но в ответ лишь сжал плечами. Подошёл к столу, достал лист бумаги и протянул его девушке. — Вот, тебе три места. У них одинаковый процент, так что проверь их все.

Бис внимательно посмотрела на карту, отмеченную тремя точками. Это были следы, которые могли привести к стражам, а она не могла упустить ни одну из возможностей. Но что-то в её сердце подсказывало — всё не так просто, как кажется.

— Спасибо, Лёш, — её голос был спокойным, но в глазах сверкнула настороженность. Она всё-таки заметила, как он отвёл взгляд, что-то скрывая. А потом он достал шприц и протянул её.

— Не бойся, это поможет. Я не смогу с тобой пойти, но это тебя защитит, — объяснил он, но в его тоне была скрытая тревога. — Держи ещё один, на всякий случай. Этот препарат залечивает раны быстро.

— Что это? — Бис настороженно взяла шприц, нажав на его металлический корпус. Это не выглядело как обычное медицинское средство. Скорее, как какой-то оружейный прибор.

— Воспользуйся им если что-то случится, — ответил Алексей с лёгким наклоном головы, будто его беспокойство несколько уменьшилось. — Помни, у них есть 30-процентная вероятность, что их будет двое. Так что будь аккуратнее, Бис.

— Двое? — Она нахмурилась, но тут же кивнула, понимая, что впереди их ждёт опасность, гораздо более сложная, чем она предполагала.

Он посмотрел на неё, и в его глазах она увидела тот самый момент — когда напряжение становится почти осязаемым.

— Ты уверена, что хочешь это делать? — его голос стал мягким, но решительным.

— Да. Я не могу остановиться, пока не найду их, — её глаза были полны решимости, хотя что-то внутри беспокойно вздыхало.

Тишина повисла на несколько секунд, и в этом молчании она почувствовала, как сильно они оба изменились за этот год. Не только внешне, но и внутри. И хоть он пытался держать себя в руках, она знала — Лёша что-то скрывает.

— Лёш, ты сказал, что занят, у тебя напряжённый вид, что случилось? — её голос был теперь более мягким, но решительным.

Его лицо омрачилось, и он тихо произнёс:

— Помнишь Ива?

— Да… — Бис застыла, её глаза моментально наполнились беспокойством. — Что ты хочешь сказать?

— Он жив и эволюционировал, — его слова были простыми, но их вес ощущался всем телом. Он не сказал больше ничего, но её сердце замерло. Эволюция. Это слово всегда предвещало неизведанное и опасное.

— Не может быть! — Бис была потрясена, и голос её сорвался от неожиданности. — Я пойду с тобой! Это слишком важно!

— Нет, Бис, — его голос стал твёрдым, как камень. Он сделал шаг вперёд, поставив руку на её плечо, но оттолкнув её взглядом. — Я справлюсь сам. Ты ведь не хочешь рисковать?

Она замерла. Всё, что она пережила за последние несколько недель, вся эта борьба с неведомыми силами, её борьба с самим собой… она понимала, что её место здесь, а его — там.

— Ты уверен? — она смотрела в его глаза, и хотя в его глазах была решимость, она всё равно чувствовала его уязвимость.

— Да, я теперь сильней, — Лёша улыбнулся, но в этой улыбке не было прежней лёгкости. В ней была тяжесть, которую они оба теперь носили.

Бис, не говоря больше ни слова, открыла портал, и на её губах появилась едва заметная улыбка.

— Тогда я пойду, береги себя, — сказала она, прежде чем шагнуть в портал.

— Бис… — его голос прозвучал мягко, но в нём была такая искренняя благодарность, что она не сдержала огонек в глазах. — Я рад, что ты пришла.

Девушка вышла из портала, ступив на холодную, покрытую пылью крышу Питера. Она мгновенно закрыла его, ощущая лёгкую отдачу от сжатого пространства. Взгляд её устремился в сторону горизонта, где серые небеса поднимались над старым городом. В руках она сжала бумагу с адресами — первым был пионерлагерь «Балтиец». Бис с сомнением взглянула на карту, подумала о том, как это место, когда-то живое, теперь стало лишь тенью прошлого. Она открыла портал, его свечение раскрасило крышу в мягкие тона, и через секунду девушка оказалась на другом конце.

Пионерлагерь встретил её затихшим пустырём. Растянувшиеся на сотни метров поля, поросшие высокой травой, с которых кое-где выглядывали старые бетонные скамейки, чьи углы облупились и поржавели от времени. Тропа, ведущая к заброшенным деревянным домикам, была почти скрыта под зелёной растительностью. Ветви деревьев качались в такт с лёгким ветром, издавая звуки, как будто шептали о давно забытых праздниках и детских смехах. Тихо. Слишком тихо. Она пошла вдоль неухоженных дорожек, её шаги эхом отзывались в пустых стенах. На мгновение Бис остановилась, вслушиваясь в пространство, но ничего не почувствовала. Энергия была здесь, но едва уловимая и слабая. Это место было пустым, мёртвым. Она бросила последний взгляд на полуразрушенные здания и открыла портал к следующей точке.

На этот раз портал вывел её в место. Петербургский хладокомбинат №1 — та самая жуткая, заброшенная фабрика, что когда-то была сердцем промышленного района. Огромное кирпичное здание, чьи стены были украшены слоями ржавчины, смотрело на неё мрачными глазами окон, забитыми бетонными плитами. Всё это здание было словно тело, забытое в прошлом, и оно продолжало существовать, но лишь как оболочка, наполненная тьмой. Бис зашла внутрь, и сразу же почувствовала знакомую тяжесть. Красная энергия витала в воздухе, густая и насыщенная, как влага в пустом, грязном бассейне. Она прошла дальше по коридору, где лужи ржавой воды собирались на полу, из труб капали капли, издавая глухие звуки. Пространство вокруг было похоже на лабиринт — старые тележки, ржавые и замусоренные, стояли вдоль стен. Каждый шаг девушки провоцировал эхо, которое отчётливо отражалось от бетонных стен. Она всё шла и шла, ощущая, как энергия нарастает с каждым метром, как её тело откликается на этот магнит, что манит из темноты.

И вот она оказалась в самой глубине. Перед ней стояло большое металлическое устройство, которое казалось одновременно древним и технологически передовым. Проводка, как извилистые сосуды, соединяла его части, а в центре находилась массивная сфера, которая испускала красный свет, тускло мерцая в полумраке. Бис почувствовала, как её мышцы напряглись, и сердце забилось быстрее. Это было то, что она искала. Это устройство было мощным источником энергии, но она знала, что в его недрах скрывается нечто большее, нечто опасное. Она шагнула ближе и почувствовала, как горячий воздух ударяет по лицу, как если бы сама энергия пыталась сбить её с толку. Древние механизмы, испорченные временем, звенели, как будто отголоски былых сражений. Бис медленно подошла к устройству, её ладонь на мгновение сомкнулась над его металлической поверхностью. Она закрыла глаза и на миг задумалась, понимая, что если это тот источник, то он может быть ещё опаснее, чем она себе представляла.

— Это же… — девушка не успела закончить, как раздался резкий звук, будто металл столкнулся с бетонной плитой, и всё вокруг вибрировало от силы удара. Звуки шагов приближались, тяжёлые и звучные, как удары сердца, — всё в этом месте начинало жужжать, как механизм, готовый вот-вот рухнуть.

Из темноты, словно тень, вынырнул Миг, его глаза горели красным. Он стоял, как призрак, сжатый в темных силуэтах разрушенного завода. Пальцы были сжаты в кулаки, и его дыхание было громким и быстрым.

— Почему в этот раз ты меня не можешь оставить? — голос его был резким, словно каждый его звук вырвался из самых глубин разлома.

Он мгновенно сорвал устройства со своих рук, взгляд его был остекленевшим, как если бы он не видел перед собой ничего, кроме своей цели. В его венах снова проскакивал этот яростный красный свет, наполняя его тело жгучей энергией. Он сжался и рванулся вперёд, невообразимо быстро, и Бис едва успела разорвать пространство и переместиться.

— Миг, не делай этого, так ты истратишь всю свою душу! — её голос был полон тревоги, но мужчина лишь фыркнул, не обращая на неё внимания. Его глаза горели, как уголь в ночи.

— Я не допущу больше ошибок! Я умру сам, или тебе придётся меня убить! — крикнул он, скрежет в голосе был настолько сильным, что казалось, будто всё вокруг слышит его решимость. Миг был готов уничтожить всё на своём пути, и Бис не могла не чувствовать, как его бешеная энергия рвёт пространство вокруг.

С каждым шагом Миг разрушал всё, что попадалось под его сильные кулаки. Бетон лопался, стены сыпались, и ржавые трубы издавали звуки, как если бы они сгорали от этой неимоверной силы. Каждый удар его был как выстрел, и Бис поняла, что не сможет просто так увернуться. Она бегала по коридорам, пытаясь предсказать его следующие шаги, избегая разрушений, которые он неумолимо оставлял за собой.

— Миг, я не хочу тебя убивать! Но и оставить это так я не могу! — её слова звучали как мольба, но парень не слушал. Он продолжал свою яростную атаку, каждый его шаг разрушал все, что было вокруг. Его лицо, искажённое гневом, было непреклонным, и казалось, что каждый его удар направлен не только против неё, но и против самого себя.

Бис думала быстро, пытаясь найти способ остановить его, но энергия, которую он всасывал, наполняла его до предела. Это было как встреча с живым ураганом, способным сотрясти землю. Она не могла остановить его напрямую, и чем больше она пыталась, тем больше ощущала, как её силы иссякают. В голове мелькали мысли, как же можно достичь того, чтобы остановить его без ущерба для его жизни. Ведь для неё он был не просто врагом, а другом, который стал заложником своего безумного пути.

Миг не произнес ни слова, но его молчание было так же громким, как любой крик. Он просто стоял, зловеще наблюдая за каждым её движением, как хищник, готовящийся к атаке. Бис не стала ждать, переместившись в дальний угол заброшенного здания. Она встала в боевую стойку и сосредоточилась. Вокруг неё начали собираться чёрные частицы, маленькие искры тёмной энергии, которые стремительно сливались, как если бы её тело стало ядром для всего этого хаоса. Эти частицы стремились к потолку, стенам, полам, казалось, они проникали во всё, что было вокруг. Но через мгновение они исчезли, растворившись в воздухе, не оставив ни следа.

Она открыла глаза — и увидела, как Миг с бешеной скоростью мчится к ней. Но вдруг его тело словно замерло в воздухе. Он не мог двигаться. Гравитация, поддавшись её контролю, изменила своё направление. Для него вверх стал вниз, а пол стал потолком. Всё его тело словно потеряло опору, и он не успел понять, что происходит, как оказался, не понимая как, на потолке. Всё его тело было искажено, а внутренности сопротивлялись этому странному эффекту.

Бис не отводила взгляд. Она чувствовала, как силы собраны в её руках. Она была готова к следующему шагу. Но прежде чем она могла что-то сделать, Миг, с невообразимой скоростью, снова вернулся на пол, от рикошетив от невидимой преграды. Его мышцы тряслись от напряжения. Он был готов снова ринуться в бой. Но Бис не дала ему времени на восстановление.

Её тело было легким, как воздух, её движения — быстрыми и решительными. Словно предугадывая его действия, она открыла пространство вокруг него, и гравитация снова сыграла с ним свою роль. Когда Миг попытался подняться, она лишь шагнула вперёд, и его собственное тело потеряло равновесие. Подсечка — и он снова оказался в воздухе, пролетев до потолка, где его поджидали осколки бетона, оставшиеся после разрушений. Они послужили его последним падением.

Но Бис не успела даже выдохнуть от облегчения, как внезапно ощутила, как нечто острое и холодное коснулось её шеи. Внезапно она почувствовала, как по её венам пробежал тот же красный свет, что она видела на Миге. Она не успела даже понять, что происходит, как её тело стало тяжёлым, а силы покинули её. Бис рухнула на пол, и её взгляд метнулся к фигуре, которая встала перед ней.

Перед ней стояла девушка, её глаза горели тем же красным светом, что и энергия Мига. Она была… Лис. Бис узнала её, ещё до того как её холодные пальцы коснулись её кожи. Вспышка боли была мгновенной, как если бы сама жизнь вырвалась из неё. С каждой секундой, проведённой рядом с ней, Бис чувствовала, как её силы уходят, как её энергия исчезает, поглощённая. Лис могла быть тем, чего она так боялась — этим самым истощением.

— Лис… — слабый голос Бис едва вырвался из её губ, но она не могла больше сопротивляться. Её тело не слушалось её, а сознание, казалось, начало мутнеть.

Глава 5 НОВЫЙ ДОМ

Лис стояла в несколько расслабленной позе, но её взгляд был холодным и решительным. Она выглядела уверенно, даже в её спокойствии была скрыта угроза. Спортивная олимпийка тёмно-синего цвета, с белыми полосками на рукавах, подчеркивала её стройную фигуру и готовность к действию. Одежда свободно сидела на её теле, при этом открывая силуэт, который походил на грацию боевого животного. Плоская линия её живота была видна под открытым воротом олимпийки, а чёрный топ, выглядывающий из-под неё, был простым, но создавал яркий контраст с цветом верхней одежды.

Её укороченные серые джинсы идеально сидели на её подтянутых ногах, а белые кроссовки слегка выбивались из всей задумчивой строгости её образа, как будто они выражали её готовность к быстрой атаке. Волосы Лис распущены, их корни светло-фиолетовые, но чем ниже, тем интенсивней становится розовый оттенок, который плавно переходит в тёплый золотистый цвет на самых кончиках. Прядки слегка развевались на ветру, и было видно, как солнечные лучи играют на этих огненных цветах, создавая ощущение, что её волосы буквально полыхают.

Её лицо, с тонкими, но чёткими чертами, было едва ли выражением доброжелательности. Глубокие глаза с острым взглядом, контрастируя с мягкими чертами, смотрели на Бис с осуждением, почти с презрением, как будто она была чем-то незначительным. Тонкие брови были слегка приподняты, а её губы плотно сжаты в тонкую линию. Всё в её облике говорило о том, что она не привыкла к сомнениям и была готова к любому испытанию. Как только она подошла к Мигу, тот едва заметно поднял взгляд на неё, но не сказал ни слова. Лис внимательно посмотрела на него и спокойно спросила:

— Как ты?

Миг лишь покачал головой и, не проявив эмоций, поднялся. Ответ был коротким, почти безжизненным.

— Да, я в порядке.

Лис кивнула, удовлетворённая, и тихо добавила:

— Молодец.

Затем она повернулась и подошла к Бис. В её глазах не было сочувствия или даже заинтересованности. Только холодное презрение и некое равнодушие. Она стояла рядом, наблюдая, как парень нехотя сдвинул стул и посадил девушку, не обращая внимания на её слабые попытки сопротивляться.

Тишина в комнате была напряжённой, будто каждое движение Бис или Лис могло нарушить хрупкий баланс. Лис подошла ближе, остановилась напротив Бис, и долго не говорила. Кажется, что её молчание было частью её стратегии — она ждала, пока девушка почувствует тяжесть своей беспомощности. Когда, наконец, Лис нарушила тишину, её голос звучал низко, почти холодно:

— Привет, Бис. Не думала, что тебя увижу ещё раз. Зачем ты пришла?

Бис попыталась подняться, но её тело не слушалось. Она почувствовала, как остатки её сил утекают, а перед глазами расплываются круги, отчётливо видя только Лис.

— Что ты со мной сделала? — еле слышно произнесла Бис, заикаясь от слабости и страха.

Лис лишь ухмыльнулась, но в её глазах было что-то такое, что заставило Бис почувствовать себя ещё более беспомощной.

— Не беспокойся, ты просто парализована. — Лис сделала паузу, её глаза сузились, а её голос стал ещё более хлёстким. — Ты так и не ответила на мой вопрос. Что ты забыла на Земле? Как же твоя миссия?

Бис чуть нахмурилась, пытаясь собраться с силами. Она всё ещё не могла поверить, что эта встреча стала реальностью.

— Теперь Земля тоже мой новый дом, — ответила она, с трудом осознавая значение своих слов.

Лис сделала паузу. Она остановилась, её лицо на мгновение изменилось, и в её глазах мелькнуло что-то непонятное. Но затем, как если бы она пришла в себя, она снова заговорила, но уже с яростью, пробивающейся через её слова.

— Новый дом… — Лис усмехнулась. — Почему ты всегда нам мешаешь?! После того, как ты нас кинула здесь, мы пытались жить, но эти алчные особи, населявшие планету, нам постоянно мешали.

Она шагнула вперёд, её голос стал громче, а глаза ярче, полные разочарования и боли.

— Но вы могли спокойно жить, — ответила Бис, её голос был тихим, но уверенным.

Лис засмеялась, этот смех был сухим, саркастичным, полным горечи.

— Ха-ха! Ты такая же, как и все бесцветные. После того как ты нас кинула, мы пытались приспособиться к чужой планете. Даже построили свои дома… если их можно так назвать. Но нам никто не давал покоя! Мы пытались жить, мы пытались стать частью этого мира, но всё равно мы — чужие. Мы стали чужими и для планеты, и для этих людей! И мне приходилось прогибаться под них, под эти жалкие представления о том, что является «нормой»! Даже мои волосы были неприемлемы для них, мне приходилось прятать их, прятать свою силу, чтобы выжить! — её голос поднимался, переходя в крик, и, казалось, все стены здания начинали дрожать от её эмоций. Вдруг Лис остановилась. Из-за резких движений её грудь вздымалась, и она сделала несколько быстрых вдохов. Закашляв, она отошла в сторону, снова сдерживая эмоции. Но взгляд её был полон ярости и отчаяния, которые Бис могла почувствовать всей кожей.

Лис тяжело дышала, опираясь на холодный кусок металла. В висках стучало, а в груди всё ещё бушевала злость, смешанная с горечью воспоминаний. Она ненавидела эти мысли, но они неотвратимо всплывали, как пепел после пожара.

Попав на Землю, стражи пытались выжить, обустраивая свой быт с нуля. Они строили деревянные дома, похожие на земные, разводили скот, возделывали поля. Всё это должно было стать их новым домом. Но Лис никогда не считала это домом. Это было выживание, а не жизнь. И что хуже всего — они отказались от развития науки, от технологий, от того, что могло бы сделать их сильнее. Они просто спрятались, надеясь, что их никто не тронет.

Лис жила в крошечном амбаре, который наскоро сколотили из деревянных досок. Узкое окно пропускало слишком мало света, а стены скрипели на ветру, будто собирались рассыпаться. Спать приходилось на грубом настиле из сена, поверх которого накинули кусок ткани — от этого по утрам у неё ломило всё тело. Вставать приходилось с рассветом. Умывалась она ледяной водой из ведра, которое накануне таскала из реки, а одежда больше напоминала мешок с прорезями для рук.

Она ненавидела это. Каждое утро было пыткой, каждое движение — напоминанием о том, как низко они пали. Другие стражи смирились, но не она. Её переполнял гнев. В один из таких дней она проснулась в особенно паршивом настроении. Голова гудела, тело ныло от неудобной кровати, а мысли жгли изнутри. Сорвавшись, она пнула ведро с водой — оно с грохотом покатилось по полу, расплёскивая холодные капли. Лис с яростью вышла из дома, хлопнув дверью так, что деревянные балки угрожающе затрещали. На улицах её провожали взглядами — кто с осуждением, кто с сочувствием. Но ей было плевать. Её остановил высокий, крепкий мужчина с холодным, строгим взглядом — Рум, новый глава поселения.

— Лис, ты опять вышла без платка? — его голос был ровным, но в нём чувствовалась сталь. — Ты не помогаешь нам, ты постоянно устраиваешь сцены… Может, хоть это ты в состоянии сделать?

— Да отстань ты от меня! — взорвалась она, сжав кулаки. — Неужели вас всё устраивает? Мы сидим тут, как крысы, хотя могли бы сделать Землю своей! Мы должны готовиться к новым атакам!

Рум помрачнел.

— И что ты предлагаешь? — он сделал шаг ближе, нависая над ней. — Что ты будешь делать с людьми? Сделаешь их рабами? Тогда чем мы будем отличаться от Союза?

— Может, их методы не так уж и плохи? — прошипела Лис, глядя ему прямо в глаза. — Почему мы ввязались в эту войну? Не я её начала, но почему страдаю именно я?!

Тишина повисла между ними, тяжёлая, напряжённая.

— Простите её, Рум, — неожиданно вмешался Миг, быстро подойдя к девушке. Он протянул ей платок.

— Успокой её, — бросил Рум и ушёл, даже не обернувшись.

Лис резко развернулась к Мигу.

— Лис, зачем ты опять начинаешь? — тихо спросил он.

— Миг, тебя самого это не бесит? — её голос дрожал от эмоций. Она резким движением повязала платок, пряча волосы. — Ты даже волосы из-за этого состриг.

— Да, мне тоже это не нравится… — он отвёл взгляд. — Но что мы можем?

— Как же вы все меня бесите! — Лис оттолкнула его и резко развернулась.

— Лис, ты куда?! — крикнул Миг.

— Отстань от меня! — она шагнула прочь. — За грибами.

И скрылась в лесу, оставив его одного на улице, полной укоризненных взглядов. Лис шла по лесу, не глядя под ноги, позволяя злости вести её вперёд. Высокие деревья смыкались над головой, их густые кроны отбрасывали мрачные тени, словно пытались спрятать её от всего мира. Ветви цеплялись за одежду, сухие листья шуршали под ногами, но она не обращала внимания.

Наконец, устав от бесцельного брожения, Лис тяжело опустилась на крупный, покрытый мхом камень. Грудь вздымалась от неровного дыхания, в глазах жгли слёзы. Она запрокинула голову, закрыла глаза, надеясь, что лесная тишина заглушит её мысли. Но стоило слезам скатиться по щекам, как резкий звук потревожил её одиночество — сзади послышалось ржание лошадей и топот копыт. Лис напряглась, быстро вытерла лицо и обернулась. Из-за кустов выехали двое всадников, их силуэты маячили на фоне деревьев. Мужчины не спешили, будто смакуя момент, оценивая её, как добычу. Они переглянулись, ухмыльнулись и спешились.

— О, смотри, какая красавица, — протянул один, хищно прищурившись. — Как думаешь, сколько за такую дадут?

Лис мгновенно ощетинилась, сжав кулаки.

— Отстаньте от меня, обезьяны мерзкие… — её голос дрожал не от страха, а от ярости.

Но договорить ей не дали. Мужчина с короткой бородкой шагнул ближе и с размаху ударил её тыльной стороной ладони. Голова дёрнулась в сторону, губы распахнулись от боли. Лис не удержалась и упала с камня на холодную землю, а с её головы слетел платок.

— Что за… — второй всадник замер, его глаза расширились. — Посмотри, что у неё с волосами? Больная, что ли?

— Не знаю… — первый нагнулся, схватил её за волосы и дёрнул вверх, заставляя вскрикнуть. Он покрутил в руках длинные пряди, словно оценивая ткань.

— Заткнись! — рявкнул он, встряхивая её. — Да непохоже, что больная… Но за такую диковинную вещь точно много заплатят.

— Ты прав, — осклабился второй. — Ну что, кто первый?

Слова эхом отдались в голове Лис. Первые секунды она ещё пыталась вырваться, но затем тело внезапно обмякло. Она замерла. Больше не дёргалась. Больше не плакала. Красный свет едва заметно пробежал по её глазам, змеёй скользнул по венам рук. Прежде чем мужчины поняли, что происходит, Лис взорвалась движением. Она резко вскочила и нанесла удар — быстрый, точный, неминуемый. Её ладонь вонзилась в грудь одного из нападавших, проходя сквозь кожу и кости, разрывая плоть, словно бумагу. Мужчина захрипел, вытаращил глаза, рухнул, захлёбываясь собственной кровью.

— Ч-что происходит?! — взвизгнул второй, выхватывая меч. — Кто ты, ведьма?!

Лис исчезла.

Его дыхание сбилось, он замер, крутясь на месте, судорожно выискивая её в темноте леса.

— Где ты?! — его голос задрожал.

Он не услышал её шагов. Не почувствовал движения воздуха. Но холодные пальцы сомкнулись на его голове. И прежде чем он смог закричать, она резко дёрнула. Хруст. Тело рухнуло в траву, а лес снова погрузился в зловещую тишину. Лис медленно брела обратно в поселение, оставляя за собой кровавые следы. Пальцы дрожали, с них капала кровь, окрашивая сухие листья в багровый цвет. Всё её тело ныло, но не от усталости, а от чего-то более глубокого… чего-то, что она не могла объяснить. Когда она ступила за границу поселения, стражи начали вскрикивать, кто-то отшатнулся, кто-то замер, не веря своим глазам.

— Рум! — закричали со всех сторон.

Тяжёлые шаги приблизились, и перед ней появился глава поселения. Он увидел её руки, её взгляд…

— Лис… — его голос был напряжённым, срывающимся. — Что ты натворила?

— Преподала приматам урок.

Рум замер. В глазах вспыхнуло недоумение, смешанное с тревогой.

— Что? Ты убила людей?

Лис пожала плечами, словно разговор не имел никакого значения.

— Да. Они пытались меня продать в рабство.

Наступила тяжёлая тишина. Несколько стражей, стоявших позади Рума, переглянулись, их лица выражали страх и гнев. В воздухе повисло напряжение.

— Убирайся в свой дом! — рявкнул Рум, его голос разрезал ночь, как удар плети.

Лис стиснула зубы.

— Но почему?

Рум шагнул ближе, его тёмные глаза вспыхнули.

— Я сказал, уйди!

В груди Лис заполыхала злость. Её пальцы сжались в кулаки, ногти болезненно впились в ладони.

— Ну и ладно… — процедила она, отворачиваясь. — Надо было всё-таки уйти с Локом, когда он предлагал.

Она развернулась и направилась к себе. За спиной слышались приглушённые голоса стражей, суетливые шаги, но Лис больше не слушала.

До самого вечера в поселении царило напряжённое оживление. Стражи собирались группами, что-то шептали друг другу, бросая косые взгляды в сторону её дома. Они обсуждали произошедшее, спорили, пытались понять, что делать дальше. Поздней ночью в центре деревни загорелись факелы. Лис, сидевшая на своём жёстком ложе, услышала, как люди собираются. Она выбралась наружу и осторожно приблизилась к толпе, прячась в тени. Перед всеми стоял Рум. Его фигура была освещена дрожащим пламенем, а голос звучал твёрдо:

— Мы долго пытались скрываться от людей, но больше у нас не получится это делать. Нам надо попытаться наладить с ними общение…

Лис напряглась. Её губы сжались в тонкую линию. «Какого чёрта?» Злость вспыхнула в ней, как сухая трава от искры. Она не могла поверить в то, что слышит. «Они нас уничтожат! Они всегда это делали!» Дальше слушать не имело смысла. Лис развернулась и быстрым шагом направилась к конюшне. В темноте пахло сеном и лошадиным потом. Она добралась до дальнего угла, опустилась на колени и начала разгребать солому. Под ней оказался тяжёлый металлический сундук, покрытый пылью. Лис с трудом подняла крышку. Внутри лежали вещи, которые стражи успели взять со станции — остатки их прошлого. Она быстро погрузила их на тележку. Где-то в углу конюшни её взгляд зацепился за тускло поблёскивающий металл. Ножницы. Лис схватила их и замерла, глядя на собственное отражение в стали. Затем, не колеблясь, поднесла ножницы к волосам и начала отрезать длинные пряди. Локоны падали в сено, сливаясь с его золотистым цветом. В этот момент в конюшню вошёл Миг.

— Лис… что ты делаешь?

Она не подняла головы.

— Я ухожу. Ты со мной?

Миг смотрел на неё, его лицо было затянуто тенью. Он молчал, будто взвешивал все за и против. Затем выдохнул и твёрдо произнёс:

— Да. Я пойду с тобой.

Лис закончила стричь волосы и села на повозку.

— Что мы будем делать? — спросил он.

— Мне надоело дрожать в углу, — голос Лис был холодным. — Теперь мы будем бороться.

Миг нахмурился.

— Но наших душ на это не хватит…

— Подожди, Лис… — он шагнул ближе. — Законом запрещено высасывать души. И у нас нет специальных устройств для этого.

Лис усмехнулась.

— Я знаю, как их сделать. Из тех вещей, которые у нас сохранились после взрыва станции, по моим чертежам ты сможешь их собрать.

Она повернулась к нему, её фиолетовые глаза горели решимостью.

— Ну так что? Ты ещё со мной?

Миг ничего не ответил. Но через мгновение вывел повозку с лошадью. Они уехали в ночь. Лис пришла в себя, стоя перед Бис. Тень улыбки скользнула по её губам.

— А знаешь, единственное, чему я была рада, — её голос стал мягким, почти мечтательным, — это души людей. Они до неприличия были большие.

Она сделала шаг ближе, её взгляд стал пронзительным.

— И я подумала… зачем мне подчиняться людям, если мы можем стать богами на этой планете?

Бис усмехнулась, склонив голову набок.

— И кто же здесь алчная особь? — язвительно спросила она.

Миг стоял в стороне, прислонившись к стене, и молча слушал разговор. Его взгляд был направлен в сторону, но мысли метались где-то далеко. Всё то время, что он был с Лис, он не был с ней полностью согласен. И сейчас, наблюдая за её жестами, за тем, как в её голосе звенела непоколебимая уверенность, он впервые почувствовал, что находится по другую сторону пропасти. Ему вспомнилось другое время. Другая жизнь. Франция. Начало XIX века. Широкая дорога из брусчатки, ведущая к высокому особняку, окружённому аккуратно подстриженными кустами и пышными клумбами. Вечерний свет играл на лепнине фасада, длинные окна отражали последние лучи солнца. Белые колонны поддерживали фронтон, а величественная лестница вела к тяжёлым резным дверям.

Когда Миг входил внутрь, его встречал просторный зал с высоким потолком, украшенным изящной лепниной. Тяжёлые шторы из дорогой ткани с золотыми узорами придавали помещению роскошь. Воздух был пропитан ароматом полированных деревянных столов, на которых стояли фарфоровые вазы с лилиями. В углу, под тенью массивной хрустальной люстры, стоял рояль, на котором Лис иногда наигрывала что-то лёгкое, небрежное, но всегда завораживающее. Они заняли этот особняк после революции. Прошло много веков с тех пор, как они покинули поселение. И за это время Лис и Миг не искали ни цели, ни смысла. Они сделали устройства, они стали бессмертными, переступили границы морали. Они больше не задумывались о том, что правильно, а что нет. Они убивали людей, как если бы это было нечто естественное. Их мир стал ареной, где можно делать что угодно.

В тот день Миг возвращался домой из пекарни. В его руках был ещё тёплый багет, запах которого наполнял вечерний воздух. Узкие улочки Парижа были залиты мягким светом фонарей, и в их свете можно было разглядеть следы недавнего дождя — камни мостовой блестели, отражая огни. Он шагнул в особняк и сразу услышал лёгкий смех. Навстречу ему выбежала Лис. Она была одета в бархатный пеньюар с кружевами, и его мягкая ткань скользила по её телу с каждым движением. Теперь у неё были рыжие волосы, длинные, струящиеся. Она подошла, её глаза сияли радостью.

— Миг, ты где пропадал? — спросила она, касаясь его руки.

Но он вдруг замер. Эта сцена была прекрасна, но впервые за долгое время что-то защемило внутри. Сколько ещё можно жить, не задумываясь о последствиях?

— Захотелось пойти за хлебом.

Лис откинулась на спинку кресла, небрежно держа в руках бокал с изысканным вином. На её губах играла ухмылка, но в глазах мелькнуло что-то похожее на раздражение.

— Да зачем? — протянула она, склонив голову набок. — Я бы кого-нибудь заставила из местных.

Миг скользнул взглядом по комнате. Роскошный интерьер особняка больше не вызывал у него восторга. Ковры, свечи, массивные деревянные столы, тяжёлые шторы, скрывающие от посторонних глаз то, что творилось внутри. Всё это было декорацией к их бесконечной игре. Игре, которая давно перестала быть интересной. На полу, у камина, неподвижно лежало тело. Женщина. Возможно, служанка. Возможно, просто гость, неосторожно переступивший порог этого дома.

— Я хотел сам пройтись, — наконец ответил он, не сводя взгляда с мёртвой женщины.

— Лис, тебе ещё не надоело?

Она вскинула брови.

— В смысле? О чём ты? Нам же так весело живётся!

— Весело? — Миг покачал головой и шагнул ближе. — После того как мы сделали устройство, которое забирает души и передаёт их нам… как ты его называешь? Ликёр? Жить действительно стало легко. Но ты говорила, что мы будем бороться. Мы этого не делаем.

Он снова взглянул на тело, затем на бокал в её руке.

— Люди развиваются, Лис. Они строят фабрики, изучают законы физики, открывают новые технологии. Они не будут вечно бояться тени в переулке. Рано или поздно мы не сможем безнаказанно этим заниматься.

Она закатила глаза и раздражённо махнула рукой.

— Миг, зачем ты снова об этом? Всё настроение портишь.

Он глубоко вдохнул, но внутри не стало легче.

— Лис, прости, но я ухожу.

Тишина повисла между ними, как затянувшаяся пауза в не сыгранной до конца симфонии.

— Куда? — её голос стал резче. — Куда ты пойдёшь? Мы единственные на этой планете. Кому ты нужен, кроме меня?!

Её глаза сверкнули, но на этот раз в них было не раздражение, а страх.

— Я хочу найти свой путь.

Он развернулся и направился к выходу.

— Ну и уходи!

Голос Лис дрогнул, но она тут же взяла себя в руки. Когда он дошёл до двери, она вдруг заговорила снова, тише, почти умоляюще:

— Миг… останься. Не бросай меня.

Он замер на секунду, но не оглянулся. И шагнул за порог. Жаркое солнце било в глаза, когда он вышел на тропинку. Миг шагал по дороге, чувствуя, как лёгкий ветер колышет его волосы, как сандалии тонут в мягком грунте. Впервые за долгое время он ощущал не чью-то волю, а только свою собственную. Сначала станция. Потом поселение. Потом Лис. Всегда кто-то приказывал, всегда кто-то решал. Но теперь он сам выбирал свою судьбу. И всё же от одного он не мог отказаться. От ликёра. Но если Лис и другие высасывали души полностью, то он нашёл иной способ. Он не убивал — только забирал понемногу. Находил смертельно больных, раненых, умирающих. Людей, чьи души и так вскоре покинули бы тела. Он рассуждал так: «Что зря энергии пропадать, а я её использую».

Миг путешествовал по миру, стараясь понять людей. Он жил среди них, общался, наблюдал за их повседневной жизнью, изучал их культуру, историю, обычаи. Постепенно он начал видеть не только различия между людьми и стражами, но и сходства. Они одинаково умели радоваться, любить, ценить то, что дорого сердцу.

Но больше всего его поражало другое — невероятная жажда знаний. Не имея никаких особых способностей, люди компенсировали это наукой. Они пытались понять, как устроен мир, разгадывали законы физики, проникали в тайны самой жизни. Они были младшей расой, ещё совсем юной, но развивались с невообразимой скоростью. Даже быстрее, чем стражи.

Годы шли, и вместе с удивлением пришло разочарование. Первая мировая война потрясла его жестокостью, но Вторая открыла бездну, в которую человечество готово было заглянуть. Алчность, жестокость, бездушные эксперименты, оправданные наукой. Страны, гордившиеся своими достижениями, без колебаний бросали миллионы людей в топку войны. Они шагнули далеко вперёд в знаниях, но использовали их, чтобы убивать. После войны он остался в СССР. Разрушенная страна пыталась возродиться, строила заводы, запускала электростанции, восстанавливала разрушенные города. Миг, взяв себе имя Макаров Игорь Григорьевич, незаметно вписался в эту новую жизнь. А потом началась космическая гонка.

Сначала он лишь наблюдал, но не смог остаться в стороне. Работая в космическом бюро, он видел, как инженеры сутками напролёт трудятся, рассчитывают, проектируют. Они стремились к звёздам, и это восхищало его. Сам он уже давно знал, что скрывается за пределами Земли, но впервые за многие века почувствовал азарт. Он увлёкся, позволил себе забыться в этом человеческом рвении, даже радовался победам, словно это было его собственное дело. В 60-х он помогал разрабатывать «Восход-2». В его глазах это было ничем не примечательное судно, но для людей оно означало целую эпоху. Он смотрел на инженеров и чувствовал, как в них пылает тот же огонь, что и в его народе когда-то.

— Игорь, принеси мне расчёты со стола, — сказал пожилой мужчина, даже не отрываясь от своих чертежей.

— Да, сейчас, Илья Борисович, — кивнул Миг, улыбнувшись.

Мужчина медленно взял документы, внимательно на них посмотрел, словно пытался рассмотреть скрытые слова, и прищурился. Он потёр морщинистые веки, которые теперь были покрыты сетью глубоких линий от бесконечных лет напряжённой работы, и, не спеша, провёл рукой по лысой голове, которая была обрамлена редкими, почти невидимыми волосами. Он был в возрасте, но держался с достоинством, а его взгляд выражал усталость и, в то же время, скрытую тревогу. Мужчина отложил бумаги в сторону, и их внимание привлёк вошедший в кабинет мужчина средних лет.

Он был словно скала в этом месте — его осанка была идеальной, как у военного или дипломата, а взгляд — хладнокровным, уверенным. Седые волосы, зачесанные назад, отражали свет, придавая ему ещё больше элегантности. Но самое странное было на его лице — очки с роговой оправой, из которых одно стекло было просто чёрной вставкой, закрывающей левый глаз. Мужчина прошёл к столу и отдал Илье Борисовичу пару бумаг, проговорив что-то сдержанным голосом. Но на лице Ильи Борисовича сразу отразилось недовольство, хотя он пытался скрыть свою реакцию.

— А кто это? Я его раньше не видел, — спросил Миг, не сводя глаз с незнакомца.

— Его зовут Игнат Маратович, — ответил Илья Борисович, его тон стал более напряжённым. — Он занимался сомнительными исследованиями, после чего попал в тюрьму. Но если его освободили и вернули в работу, значит, дела у нас совсем плохи. Он на короткой ноге с власть имущими. — Он на мгновение задумался. — А ещё с ним работает высокий бледный парень.

— Бледный парень? — Миг недоумённо нахмурился.

Илья Борисович не стал продолжать тему. Он с явным нетерпением собрал бумаги и вернулся к своим расчётам. — Так, у нас нет времени на болтовню, давайте вернёмся к работе. Миг поначалу не обратил особого внимания на нового посетителя и быстро забыл о нём, поглощённый своими задачами. Он сидел в своём кабинете несколько дней подряд, утопая в тексте и формулах. В комнате было тихо, только звуки клавиш старого, скрипящего компьютера нарушали тишину. Он всё больше забывал об окружающем мире, и время текло мимо. Наконец, однажды, когда часы показывали поздний вечер, и комната наполнилась лёгким запахом старых книг и отчаянной концентрации, он не заметил, как подошёл Игнат Маратович.

— Не хотите чаю? — сказал тот с улыбкой, протягивая чашку.

Миг, немного смущённый, взглянул на мужчину. В его глазах было что-то странное, почти непроницаемое. — Да, спасибо. Извините, я не знаю, как вас… — он не успел закончить.

— Моё имя — Игнат Маратович, — перебил его мужчина, и в его голосе скользнул лёгкий холодок, несмотря на дружелюбный жест. — Игорь, я заметил, что у вас хорошие достижения, не скажешь, что вам лет тридцать.

Миг взглянул на свою чашку, потом поднял глаза. — Мне двадцать семь.

— О, правда? Вы совсем молоды, — его голос звучал искренне, но что-то в его взгляде настораживало. — А где вы учились?

— В МФТИ, — Миг допил чай, чувствуя лёгкую усталость.

— О, интересное совпадение, я тоже там преподавал, но вас не помню, — Игнат Маратович усмехнулся, его лицо стало чуть более напряжённым. — Но таких талантов я бы не забыл.

Миг почувствовал, как что-то холодное скользит по его позвоночнику. Но усталость, которую он чувствовал, не оставляла ему времени на размышления. Его глаза начали слипаться, и мысли путались. Он посмотрел на часы.

— Уже так поздно, пойду я домой, — сказал он, вставая.

Игнат Маратович молча последовал за ним. Когда Миг подошёл к двери, мужчина вдруг быстро достал нож из-под халата и в мгновение направил его на парень. В глазах Мига мелькнуло озарение, но он не успел среагировать вовремя — нож вонзился бы в его бок, если бы не произошло чудо. Миг осветился красным светом, и лезвие просто сломалось о его кожу. Миг схватил мужчину за горло, сдавив его крепко. — Так это правда, — усмехнулся Игнат Маратович, его голос был почти восхищённым, несмотря на ситуацию. — Интересно. Однако, к ужасу Мига, его собственные силы начали угасать. Голова кружилась, и он чувствовал, как его тело слабеет. Мысли плыли, и мир вокруг становился всё более тусклым. Он неожиданно упал на пол, поглощённый туманом бессилия. Его тело было как обмякшая тряпка, и сознание начало ускользать. Игнат Маратович, с лёгким нажимом на свои очки, наклонился, прошептав: «Такую талантливую особь я точно не забуду».

Миг медленно открыл глаза, но его зрение было размытым, как будто мир вокруг него расплывался в тумане. Тусклый свет тусклых ламп отбрасывал слабые, дрожащие тени на потолке. Он ощущал твердую поверхность под собой — это была кровать, на которой он был надежно привязан ремнями. Дурман всё ещё не отпускал, мысли путались, и тело было лишено привычной силы.

С каждым вдохом он чувствовал, как что-то тянет его вниз, словно его сковывали невидимые оковы. Вокруг был длинный тёмный коридор, где двери, как стальные зубы, замыкались друг за другом. Лампы вдоль стены освещали путь, но этот свет был так слаб, что создавало впечатление, будто он был за границей реальности. Где-то вдоль стен стояли две особо внушаешие металлические двери, а на них яркие таблички: «Особо опасные подопытные, осторожно». Одна из дверей была как раз той, в которую его завезли. Взгляд Мига померк, и он снова погрузился в темноту. Очнулся он от чуждого, холодного голоса, пробившего тишину:

— Очнись давай, вставай. — Это был голос Игната Маратовича, исходящий из динамиков соседней комнаты, но в нем не было ни малейшего признака тепла или сочувствия.

Миг открыл глаза, чувствуя, как из груди выползают цепкие, болезненные импульсы. Боль пронзала его тело. Он попытался сесть, но слабость его не отпускала. Его руки были обвязаны бинтами, от которых шли трубки, подключённые к капельнице. Где-то в глубине сознания он почувствовал, что его сила исчезла — это было странно, его тело, обычно наделённое почти неограниченной мощью, было беспомощным. Игнат Маратович наблюдал за ним через стеклянную перегородку, и его взгляд был абсолютно бесстрастным, почти насмешливым.

— Привет, Игорь, хотя это твоё ненастоящее имя, — сказал он с лёгкой улыбкой, почти с иронией. — Как тебя зовут на самом деле?

Миг молчал, стиснув зубы, пытаясь не показывать, как ему тяжело. Его взгляд был пустым, но пронизывающим. Игнат заметил молчание, но не потерял уверенности.

— Не хочешь говорить — ничего страшного, — продолжил мужчина, делая паузу, как будто наслаждаясь своим монологом. — У нас есть время. Ты ведь понимаешь, что нам нужно. Мы уже про тебя многое узнали. Твоя анатомия тела похожа на человеческую, но есть кое-какие отличия в ДНК. И в твоём организме есть клетки, которых мы ещё не видели. Очень необычные клетки, Игорь. Они способны менять другие клетки, делают их сильнее, прочнее. Мы пока не до конца понимаем, как это работает, но твое устройство, как ты его называешь, даст нам ответы. Мои лучшие инженеры уже работают над этим.

От этих слов Миг почувствовал, как его сердце сжалось. Он не мог сдержать яростное напряжение, стиснув зубы и закрыв глаза. Вся его сущность сопротивлялась, но силы не было. Он уже понимал, что Игнат был не просто учёным, а неким монстром, который готов использовать любые методы для достижения цели.

Игнат, словно довольный реакцией Мига, встал из-за стола и подошёл к капельнице. Он не был торопливым, его движения были вальяжными и уверенными, как у человека, который привык всегда быть хозяином ситуации.

— Мне нужно идти, — проговорил Игнат с издевкой. — Но не переживай, мы продолжим позже.

Он подкрутил капельницу, и Миг почувствовал, как тяжёлое, сладковатое вещество снова начинает наполнять его вену. Миг ощутил, как его мысли снова затуманиваются, и вскоре он погрузился в беспамятство, не в силах сопротивляться. Прошло несколько дней, прежде чем он снова пришёл в себя. На этот раз, когда его глаза открылись, он заметил, что находится в том же помещении, и Игнат снова был рядом. Мужчина сидел, как и раньше, с невозмутимым видом, а в руках держал устройство, знакомое Мигу — это был ликер, который он когда-то создавал.

— Ты не устал ещё? — спросил Игнат, не поднимая взгляда.

Миг не ответил, его глаза оставались усталыми и полными отчаяния. Мужчина сидел, как и раньше, с невозмутимым видом, а в руках держал устройство, знакомое Мигу — это был ликер, который он когда-то создавал.

— Ты не устал ещё? — спросил Игнат, не поднимая взгляда.

Миг не ответил, его глаза оставались усталыми и полными отчаяния. Игнат Маратович внимательно рассматривал прибор, как будто пытаясь понять, как этот механизм, который для Мига был настолько привычным, мог быть настолько загадочным для других. Он поднёс его к свету, и тени, падающие на его лицо, придавали его выражению ещё больше суровости. Миг почувствовал холодное беспокойство в груди.

— Интересное устройство, — произнёс Игнат, не отрывая взгляда от него, его голос был ровным, но в нём скрывалась лёгкая досада. — Его дизайн, архитектура... я никогда такого не видел. Но я не ожидал, что мы не сможем понять, как оно работает. Мои лучшие люди долго бились над этим, пытались изучить его, разобраться с каждым элементом. Даже мне не удалось вникнуть в детали. Полупроводники, о которых я не знаю, элементы, которых нет в наших устройствах. Я не знаю, для чего оно, и как оно работает. А это я ненавижу больше всего в жизни, — его глаза потемнели, и он посмотрел на Мига, как хищник на свою добычу. — Не хочешь нам рассказать? Молчишь?

Миг молчал. Он знал, что каждый его ответ приближает их к истине, но его молчание всё равно было последним оружием, которое он мог использовать. Игнат ненавидел молчание, оно выворачивало его наизнанку. Он сделал шаг вперёд, его фигура теперь была ещё более угрожающей в слабом свете.

— Ну, хорошо, — сказал Игнат, его голос стал холодным, — если ты не хочешь говорить, мы продолжим изучать тебя. Но теперь ты всё почувствуешь. И тогда, может быть, ты заговоришь. Или… может, не заговоришь, но тогда ты умрешь, конечно во имя науки.

Миг почувствовал, как его охватывает страх, но не позволил себе дрогнуть. Это было не просто физическое испытание, это была борьба за его суть. Он знал, что Игнату не важна только информация, ему важно сломить его, сделать беспомощным.

Вслед за этим начались ужасные дни. Эксперименты, бесконечные опыты, мучительные процедуры — его тело превратилось в объект для исследований. Всё это становилось для Мига кошмаром, который не заканчивался. Пытки были разными: инъекции, операционные вмешательства, собирая образцов из самых болезненных мест. Но он продолжал молчать. Он был уверен, что если он всё выдержит, если не сдастся, если не расскажет ничего о том, как работает ликер, то у него еще будет шанс.

Однако выдержать было тяжело. Миг был готов сломаться, когда в очередной раз его разрезали и пробовали извлечь из него новые образец. В этот момент, весь его разум и тело были переполнены невыносимой болью. Миг стиснул зубы, но когда его в очередной раз препарировали, он не смог сдержаться. Крик вырвался наружу, его горло прорезал отчаянный, полу мучительный звук. Он почувствовал, как боль в теле обострилась, а в голове всё затмилось красным светом. Крик был сосредоточением всего его отчаяния. Это был крик о помощи, крик от боли, крик от того, что он больше не знал, как продолжать это терпеть. В этот момент он увидел Игната. На его лице появилась улыбка, похоже, он получил то, что хотел — сломить его, заставить его почувствовать свою уязвимость. Когда боль немного стихла, Миг всё равно продолжал молчать, но его силы иссякали. Он понимал, что его молчание не спасёт его. И что самое страшное, молчание не остановит этого кошмара. Игнат вернулся с холодной решимостью в глазах. Прошло ещё несколько недель пыток, прежде чем Миг понял, что у него не осталось сил на сопротивление. Его тело, иссечённое и истощённое, уже не могло держать себя в этом кошмаре. Он опустил голову, закрыв глаза. И тогда, с болью в сердце, он решил, что нужно выжить, что нужно дать Игнату то, что тот хочет, чтобы только не умереть здесь. Для этого ему пришлось рассказать всё, что знал.

— Ты продержался дольше, чем я думал, — Игнат Маратович взглянул на парня, его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах всё-таки промелькнуло нечто похожее на уважение. — Ну ладно, не буду больше издеваться. Начнём с твоего имени?

Миг медленно открыл рот, чувствуя, как его язык пересох, и ответил, едва сдерживая дрожь:

— Миг.

Игнат кивнул, как будто не удивлён, но продолжал следить за ним с холодным интересом.

— Миг… Значит, кто ты и откуда? — его голос был спокойным, но под ним скрывалась такая угроза, что парню сразу стало трудно дышать.

— Я вырос на космической станции, — с трудом продолжил Миг, его потрескавшиеся губы едва произнесли слова. — Моя родная планета погибла задолго до моего рождения. Я её видел только в записанных воспоминаниях, и называлась она Карна. Я из расы, которая называется стражи.

Игнат насупил брови, его взгляд стал напряжённым, и он подошёл чуть ближе.

— Стражи… Раса, которую ты называешь своей. И что ты делаешь на Земле?

Миг взглянул на него, ощущая тяжесть на своих плечах, как будто весь мир давил на него одновременно. Он сжал зубы.

— В космосе идёт война. И, пытаясь сбежать, нас закинули на вашу планету.

Игнат задумчиво кивнул, его взгляд не отрывался от Мига.

— Война? — его голос был холодным, и в нём сквозила неуверенность. — Значит, в космосе есть множество разумных рас?

— Да, — ответил Миг, чувствуя, как его горло сжимается от воспоминаний. — Они объединены в Космический союз. Все планеты и расы классифицируются в зависимости от класса. Они решают, что с ними делать, в зависимости от того, на какой ступени развития находится каждая цивилизация.

Игнат пристально посмотрел на него, наклонив голову.

— Классы? — переспросил он, нахмурившись. — И что это за классификация?

— Первый класс — планета с жизнью и атмосферой. Второй класс — планета, населённая разумной формой жизни. Третий класс — раса, которая достигла промышленного этапа развития. Четвёртый — покорившие космос и долетевшие до ближайшего небесного тела. Пятый — планета, которая создала пространственный двигатель.

Игнат всмотрелся в его глаза, а затем в молчании перевёл взгляд на устройство, которое продолжал держать в руках.

— И что делает Союз с планетами после того, как присваивает им класс?

— А ты как думаешь? — с напряжением спросил Миг, пытаясь сохранить спокойствие. — Используют их в своих интересах, в зависимости от того, что может предложить каждая планета.

Миг почувствовал, как его тело снова наполняет холод, его руки стали напряжёнными. Игнат не проронил ни слова, но его молчание говорило о том, что он усваивает информацию и строит новые планы.

Игнат хрустнул шеей и переместился, его шаги звучали в тишине с пугающей чёткостью.

— Поговорим о твоих способностях, — его голос стал ещё холоднее. — Как ты их получил?

Миг ощутил, как его грудь сжалась от неприятных воспоминаний, но он не мог позволить себе дрогнуть. Вопрос был неизбежен.

— Изучая тебя, мы выяснили, что в твоём организме есть клетки, которые могут менять свою структуру, перестраивать другие клетки, в том числе и человеческие, — продолжил Игнат, глядя на парня с интересом, как ученый на редкое существо.

Миг медленно вздохнул и едва заметно покачал головой.

— Мы такими рождаемся. Мы можем управлять энергией, душой.

Игнат поднял брови, его удивление было явным, но он не отступил.

— Энергия? — он усмехнулся. — Душа, да? Ха-ха-ха, душа! Многие мне говорили, что у меня её нет. Извини, мою реакцию... продолжай.

Миг сглотнул, его тело всё ещё ломало.

— Люди неправильно воспринимают её, — продолжил Миг, чуть опуская взгляд. — Я не говорю об этике. Для меня душа — это энергия, которая подпитывает моё тело.

Игнат удивлённо наклонил голову, словно пытаясь рассмотреть Мига с новой перспективы.

— А как ты с ней взаимодействуешь? — его голос стал мягче, но не терял холодной пронзающей нотки. — Можно ли её увидеть?

Миг задумался на мгновение. Он знал, что трудно будет объяснить что-то, что невозможно увидеть глазами.

— В мире есть многое, чего мы не видим, но можем этим пользоваться. Это всё наука моего мира. Для меня это так же естественно, как дышать.

Игнат некоторое время молчал, а затем произнёс:

— Интересный у нас получился диалог, но мне кажется, ты мне не всё рассказал. Возможно, я и не так много узнал, как хотел, но… можешь отдохнуть. Завтра мы прогуляемся, покажу тебе кое-что интересное.

На следующее утро, когда Миг был не в состоянии осознать, что с ним происходит, санитары втащили его в кресло. Миг чувствовал себя как брошенная игрушка, но он был жив, и это оставляло ему незначительную надежду. Он пытался собраться, но руки не слушались.

Прямо перед ним появился Игнат, и его лицо было тем, что Миг ненавидел больше всего на свете — надменное, холодное, безжизненное.

— Привет, — сказал Игнат, катя его по коридору. — У нас был вчера хороший разговор, не так ли?

Парень не ответил, но глаза его были полны боли и отчаяния.

— Я хочу показать тебе свою коллекцию, — произнёс Игнат с загадочной улыбкой, его шаги эхом отдавались в пустом коридоре. Игнат Маратович подошёл к массивной двери, её металл блестел тусклым светом, словно дождавшись этого момента. Он отворил её, и Миг сразу почувствовал, как воздух в помещении стал другим — густым, словно пропитанным временем. Внутри было просторно и многолюдно: стены, полностью покрытые стеллажами, ломились под тяжестью разнообразных предметов. Некоторые из них сверкали в тусклом свете, другие выглядели древними и загадочными. В воздухе ощущался запах пыли и старинного металла, смешанный с чем-то необъяснимым, что казалось неземным.

Миг вглядывался в предметы на полках: футуристические устройства с искрящимися элементами, стеклянные сферы, в которых что-то медленно плавало, чёрные камни, таинственно мерцающие, и старинные книги, переплетённые в кожу. На некоторых из них были вырезаны странные иероглифы, знакомые ему по древним записям его народа, но теперь они выглядели чуждыми, как будто время их изменило. На другом стеллаже лежали посохи, выкованные в стилистике, напоминающей земли давно забытых цивилизаций, их рукояти украшены причудливыми орнаментами и камнями, светящимися тусклым светом. Когда его подкатили поближе, он начал разглядывать детали, узнавая некоторые из предметов. Он почувствовал холодок в груди, когда увидел каменные врата, закопчённые веками и покрытые плесенью, с высеченными знаками, которые ему были очень знакомые.

— Как тебе моя коллекция? — произнёс Игнат Маратович, его голос не выражал эмоций, но в глазах мелькнуло нечто большее, чем просто интерес.

Миг не мог скрыть удивления, его голос с трудом прорвался через пересохшее горло:

— Откуда это у тебя?

— Я собираю это давно, — ответил Игнат, внимательно разглядывая Мига, как если бы анализировал его реакцию. — Ты не первый пришелец, который нас посетил. Но первый, кого я нашёл. Вчерашний наш разговор меня напугал. Космический союз, классы, пространственный двигатель... — он произнёс эти слова как формулы, которые всё ещё не были ему до конца понятны. — Даже ты меня пугаешь. Я знал, что мы отстаём, но не думал, что мы настолько ничтожны.

Игнат поднял устройство с полки — оно было металлическим, выпуклым, размером с тарелку, и его поверхность переливалась странным золотым оттенком. Миг сразу узнал форму, но не мог поверить своим глазам.

— Не может быть, — прошептал он, не в силах скрыть удивление. — Это же портативная батарея на золотой энергии.

Игнат повернул его в руках, рассматривая, как свет от ламп падает на его гладкую поверхность. Его взгляд был тяжелым, словно он переживал нечто, что не мог понять.

— Золотая энергия? — Игнат произнёс слова, как будто они давали ему ключ к разгадке. — Так значит, я был прав, ты мне не всё рассказал?

Игнат подошёл ближе, и его рука неожиданно легла на плечо Мига. Парень почувствовал тяжесть этого жеста — не столько физическую, сколько психологическую. В руках мужчины была власть, о которой Миг мог только догадываться.

— Давай решим так, — произнёс Игнат, его голос стал твёрдым, почти властным. — С этого момента ты рассказываешь мне всё. Ты научишь меня своей науке, расскажешь, что за энергия у вас существует, как устроены эти устройства, и что нам нужно, чтобы использовать это в наших интересах. Или мы вернёмся к опыты. И ты почувствуешь это. Поверь, я умею заставить чувствовать.

Миг молчал, его глаза были полны усталости и безысходности. Он мог сопротивляться, но это было уже не так важно. Он понимал, что этого мужчины ничем не остановить, и что его жизнь теперь зависела от того, насколько он будет готов поделиться этим знанием. Всё, что оставалось, это кивнуть.

— Я... согласен, — слабо произнёс он, ощущая, как его тело расслабляется под тяжестью этого решения.

Игнат улыбнулся, его взгляд стал немного мягче, но это была улыбка победителя. Он повертел устройство в руках, а затем вернул его на полку.

— Отлично. Завтра начнём. А сегодня можешь отдохнуть. Ты ведь устал, не так ли?

Миг почувствовал, как в груди появляется пустота. Он был утомлён, не только физически, но и эмоционально. Этот разговор только что стал ещё одним замком в его тюрьме. Его перестали пытать. Он выложил всё, что знал, но где-то между словами, в паузах и недомолвках, ему удалось спрятать кое-что важное. Он понимал: пока он полезен, он жив. Но что будет, когда из него выжмут всё до последней капли? Ответ пришёл быстрее, чем он ожидал. Теперь, когда он больше не нужен, его оставили в одиночестве. В камере царила тишина, наполненная гулким эхом его собственного дыхания. Грязная койка, приглушённый свет из-за тусклой лампы под потолком, металлические стены, холодные и чужие, — всё это напоминало о том, что он теперь просто ненужный объект, забытый в углу лаборатории. Сколько прошло времени, он не знал. Часы превратились в дни, дни в недели. Еда поступала нерегулярно, вода — тёплая и мутная. Он ждал своего приговора. И когда дверь наконец скользнула в сторону, выпуская тусклый свет из коридора, Миг не сразу понял, что кто-то вошёл. Это был Игнат Маратович. Но он изменился.

Очки исчезли, а вместо правого глаза теперь поблёскивало что-то неестественное. Вживлённое устройство, похожее на моторизированную миниатюрную камеру, вращалось, фокусируясь на нём. Линза в центре слабо светилась голубоватым оттенком. Она следила за каждым движением Мига, анализировала, оценивая. Под рубашкой на груди выпирало нечто знакомое — ликер и батарея, словно слившиеся воедино с его телом.

— Привет, Миг, — произнёс Игнат, его голос был всё таким же спокойным, но в нём появилось что-то новое — самодовольство, удовлетворение. — Прости, что не заходил. Как ты видишь, я был... занят.

Он развёл руки в стороны, демонстрируя себя, будто только что вернулся с триумфального шествия.

— Я тебе очень признателен, — продолжил он, приближаясь. — Ты дал мне больше, чем кто-либо другой. Ты для меня... как домашний питомец. Или даже, если хочешь, я могу назвать тебя другом.

Миг молчал, вглядываясь в мужчину, который когда-то казался ему просто жестоким исследователем, а теперь стал чем-то больше. Человеком, переставшим быть человеком.

— Но, — Игнат тяжело вздохнул, качая головой, — мои партнёры этого не разделяют. У нас есть и другие подопытные. На тебя времени больше нет.

Его слова прозвучали легко, словно он говорил не о судьбе живого существа, а о списанном оборудовании.

— Но ты не бойся. Всё будет просто. Ты просто уснёшь...

Он подошёл к капельнице и неторопливо провернул вентиль. Раствор в трубке сменил оттенок, медленно растекаясь по системе.

— …И, может, мы ещё увидимся. Пока.

Игнат выключил свет и вышел, оставляя его в темноте. Миг почувствовал, как веки становятся тяжёлыми. Тело наливалось свинцом. В этот момент он подумал, что, возможно, это конец. Наконец он сможет отдохнуть... Тьма сомкнулась вокруг него.

— Не надо язвить, уж точно не тебе это говорить.

Раздражённый голос Лис вырвал его из воспоминаний, словно громкий хлопок в тишине.

— Знаешь, мне всегда было интересно, почему камол создал красных с такой небольшой душой. А может, он рассчитывал на то, что мы будем воровать чужие?

Миг медленно моргнул, вырываясь из плена прошлого, а Лис продолжила, её голос сочился сарказмом:

— Да, а ещё чёрные — единственные в своём роде бессмертные стражи, которые могут отслеживать потоки энергии, знающие боевые техники, и бла-бла-бла...

— Я этого не просила, и не строй из себя жертву. Нам всем было тяжело.

В голосе Бис не было ни капли сочувствия. Только холодное, отстранённое заявление факта.

— Не спорю, — Лис шагнула ближе, её глаза вспыхнули гневом. — Я думаю, тебе тоже пришлось нелегко — одна в космосе, против всех. Но знаешь, что я думаю? Вы все эгоисты. Что ты, что бесцветные, что камол.

Она резко повернулась к Бис, с вызовом смотря ей в глаза.

— Ты знаешь, что случилось с Мигом?

Бис молчала. Лис усмехнулась, но в этой усмешке не было ничего весёлого.

— В то время, когда люди покоряли космос, они не замечали остального. Они создавали сомнительные конторы, якобы для исследований. В одной из них работали люди, которые знали о нас. О наших силах. Им хотелось большего. Они мечтали обрести эти силы, стать выше всех, и они не боялись жертв.

Голос Лис становился всё жёстче, с каждой секундой её злость выплёскивалась наружу, как перегретая вода из котла.

— Они резали себя, заменяли органы, ломали своё тело ради того, чтобы стать сильнее. Они называли себя «Механизмы».

Она сделала короткую паузу, будто стараясь сдержаться, но следующая фраза сорвалась с её губ с яростью:

— Ты говоришь, тебе было тяжело?

Лис метнула в Бис взгляд, полный ненависти, её кулаки сжались.

— А Мига пытали. Годами! Разрезали, штопали, вводили ему всякую дрянь, выжимали из него всё, пока не останется пустая оболочка! Они ставили на нём опыты, ломая и перестраивая его тело, словно кусок глины!

Она тяжело дышала, её плечи вздымались. Бис всё так же молчала.

— Я его спасла. Я его забрала из этой дыры.

Лис отвернулась, глядя куда-то вдаль, в темноту, которой там не было.

— Вот так нас встретил новый дом.

Её голос стал тише, но от этого ещё тяжелее. В нём теперь звучала не только злость, но и усталость. Воспоминания, будто порыв ветра, всколыхнули её разум, отбрасывая назад — в другое время, Америка, конец 60-х. Лис в те годы выглядела иначе. Её волосы, заплетённые в длинную косу, были светлыми, как золото высочайшей пробы. Она сидела в баре, покручивая в руках стакан с дешёвым виски, и лениво наблюдала за мутным экраном старого телевизора. По нему передавали прямую трансляцию высадки американцев на Луну. В баре было накурено, в воздухе висел запах перегара и табака, в углу кто-то спорил о политике, а за стойкой бармен устало протирал стаканы. Лис была одета в светлые джинсы-клёш и белую майку с принтом, на её губах играла ленивая ухмылка.

— Молодцы, насекомые! Теперь я могу назвать вас четвёртым классом! — с вызовом выкрикнула Лис, размахивая стаканом виски.

Несколько человек обернулись, но быстро потеряли к ней интерес. Не впервые в этом баре кто-то напивался и нёс всякий бред.

— А почему насекомые? — вдруг раздался голос рядом.

Лис повернулась, собираясь огрызнуться, но замерла, увидев знакомое лицо. Бледный, тощий, с чёрными растрёпанными волосами, одетый в тёмное, словно тень среди пьяной толпы.

— Лок… это ты?!

Она резко схватила его за плечи, притянула к себе и крепко обняла.

— Да-да, это я, — нехотя отозвался парень, ловя равновесие. — Я тоже рад тебя видеть.

Лис отстранилась, её взгляд тут же зацепился за его одежду, за чуть тёмные круги под глазами, за что-то едва уловимое, но… странное.

— Я смотрю, ты смогла сделать ликер, — продолжил Лок, кивая на на корман, где под одеждой слабым светом пульсировало устройство. — Рад, что ты жива.

— Да, я смотрю, ты тоже… только…

Она нахмурилась. Даже сквозь алкогольное опьянение её нутро ощущало что-то неприятное, липкое, словно ток от незащищённого провода.

— Я даже пьяная чувствую от тебя зелёную энергию… Откуда её столько?

Лок чуть усмехнулся и кивнул ей на бутылку:

— Ты не меняешься.

— Отвечай, — Лис прищурилась.

— Я встретился здесь с мраками.

Лис резко тряхнула головой, прогоняя остатки хмеля.

— На Земле?! — её голос звучал слишком громко для этой фразы, и пара человек снова бросила на них косые взгляды.

— Хотя… — она устало потерла висок. — Это неудивительно. И как?

— Надеюсь, что это была разовая акция.

Лис скривилась.

— Мечтай.

Лок на секунду задержал взгляд на её лице, будто решая, стоит ли говорить дальше.

— Сейчас не об этом, — продолжил он, понизив голос. — Лис, я скажу тебе кое-что важное. Про нас узнали.

В глазах девушки мелькнуло что-то опасное.

— Что?

— Мига держат в плену. Изучают.

Она не ответила сразу. Просто молчала, задумчиво крутнула в пальцах стакан с недопитым виски.

— Его поймали? — протянула она, наконец. — Вот балбес. Хотя… так ему и надо.

Лок нахмурился.

— Ты ему не поможешь? Или боишься?

— Нет, мне всё равно, — она резко вскинула голову и ткнула его пальцем в грудь. — А что ты его не спасёшь?

— У меня есть свои дела, — спокойно ответил Лок. — Да и вы с ним были ближе.

Лис усмехнулась, но в этой усмешке не было веселья.

— Всё изменилось. Теперь каждый сам за себя.

Лок некоторое время изучающе смотрел на неё, затем молча достал из кармана сложенный лист бумаги и протянул ей.

— Если вдруг передумаешь. Он в СССР.

— СССР? — Лис приподняла брови, но тут же пожала плечами. — Ладно.

— Мне пора, — сказал Лок, уже отворачиваясь.

Лис схватила его за рукав.

— Мы тысячи лет не виделись, и ты уже уходишь?

— Лис, — Лок мягко, но уверенно убрал её руку. — Я же сказал. У меня дела.

Она молча смотрела, как он скрывается в толпе, затем опустилась обратно на своё место и допила виски залпом.

— Ну и вали.

Она осталась в баре до закрытия, продолжая пить, пока воспоминания не стали мутными, а голос Лока — далёким эхом, после чего пришла в отель, рухнула на кровать и уснула. Лис проснулась к середине следующего дня. С кровати подниматься не спешила, лежала и смотрела в потолок. Найдя бумагу, которую передал ей Лок, Лис посмотрела на неё и сказала: «Чёрт».

Лис двигалась быстро. Координаты, данные Локом, указывали на охраняемый объект, похожий на завод. Высокий забор, проволока, несколько наблюдательных вышек, вооружённые патрули. Всё выглядело так, будто здесь производят что-то важное, но Лис знала правду — за этими стенами держат Мига. Чувство тревоги не отпускало её с того момента, как она отправилась в путь. Будто кто-то следил за ней всё это время. Она даже пару раз оглядывалась, но в сумеречной мгле не видела ничего подозрительного. Заполнив ликер до конца, Лис активировала КПК на запястье. Устройство было старым, потрёпанным, но всё ещё рабочим. Оно могло отследить остаточные следы энергии, определить их цвет и даже дать общее представление о происходящем в радиусе нескольких десятков метров. Однако сегодня всё шло не так Вместо точечного сигнала КПК показывал массивный фон зелёной энергии, словно весь объект был пропитан ей насквозь. Барахлит ли прибор, или здесь действительно скопление мраков? Осторожность не помешает. Став невидимой, Лис пробралась внутрь. Охранники проходили мимо, даже не подозревая, что кто-то незримо скользит в тени. Она двигалась быстро, ориентируясь по КПК. Наконец, устройство уловило слабый, но чёткий сигнал. Подвал. Чем глубже она спускалась, тем тяжелее становился воздух. В стенах проглядывались старые трубы, откуда сочились капли ржавой воды. Запах был мерзкий — смесь химии и затхлости. Лис остановилась перед массивной металлической дверью с тяжёлым замком. Пришлось выйти из невидимости, чтобы активировать силу. Легко сжав замок пальцами, она рванула его с глухим скрежетом и толкнула дверь. Внутри было холодно, и Лис сразу увидела то, что искала. Миг. Он лежал на операционном столе, руки и ноги закреплены металлическими фиксаторами. В вены вонзались капельницы, а на предплечьях виднелись хирургически вживлённые разъёмы. Лис подбежала к нему, выдернула иглы, быстро разорвала крепления.

— Чёрт... — прошипела она, когда он не подал признаков жизни.

Девушка встряхнула его за плечи.

— Миг, вставай.

Ноль реакции.

— Просыпайся, тряпка, или я тебя тут оставлю!

Лис нервно огляделась. Долго оставаться в комнате было опасно, но тащить его без сознания — тоже не вариант. Тогда она достала ликер, активировала его и положила на грудь парня. Прибор зажужжал. Красные частицы устремились в тело Мига, словно оживляя его изнутри. Спустя несколько секунд он резко вздохнул, дёрнувшись, будто очнулся от кошмара. Лис облегчённо выдохнула и, не давая ему времени прийти в себя, схватила за руку.

— Двигаем, пока нас не нашли.

Она потащила его к выходу, но, едва выйдя в коридор, поняла, что опоздала.

Впереди их ждала охрана.

Четверо человек в тяжёлых бронированных костюмах. Вооружены. Лис тихо выругалась, осторожно положила Мига на пол.

— Лежи.

Охранники уже наставили на неё оружие.

— Стоять!

Лис усмехнулась. В следующее мгновение она метнулась вперёд. Всё заняло несколько секунд — сильный удар в горло одному, молниеносный рывок к другому. Хруст костей, оружие падает на пол, крики. Последний охранник попытался выстрелить, но Лис вывернула ему руку и одним движением сломала шею. Миг, опираясь на стену, ошеломлённо смотрел на неё.

— Не тормози, — рявкнула Лис, подхватывая его под руку.

Продвигаясь дальше по коридору, она заметила дверь, чуть приоткрытую. Взглянув внутрь, застыла на долю секунды. Полки. На них — вещи. Не просто вещи, а артефакты, принадлежавшие стражам. И не только. Но времени рассматривать не было. Она уже повернулась, чтобы двигаться дальше, как вдруг из-за угла вышел мужчина. Белый халат. Холодный взгляд. Один механический глаз — сложный протез с красным объективом. К запястьям сходились металлические трубки, подключённые к разъёмам в его теле. Он посмотрел прямо на неё. Лис сжала кулаки.

— О, значит, ты тоже представительница этого вида, — произнёс мужчина, внимательно изучая Лис своим механическим глазом.

В его голосе не было ни удивления, ни страха, только холодный, почти научный интерес, как будто он разглядывал подопытного образца в лаборатории.

— А ты ещё кто такой? — Лис раздражённо сощурилась. — Ещё один из "Механизмов"?

Мужчина ухмыльнулся, но не ответил.

Лис больше не собиралась тратить время на разговоры. Она рванула вперёд, намереваясь снести его с одного удара, но едва её кулак достиг цели, как мужчина перехватил её запястье. И в тот же миг её руку охватило пламя — не обычное, а странного золотистого оттенка. Оно не жгло кожу, не оставляло ожогов, но Лис чувствовала, как её силы словно вытягиваются изнутри. Она резко отдёрнула руку и отскочила назад, схватившись за запястье.

— Лис, он вживил в себя модуль питания на основе золотой энергии! Ты с ним не справишься! — крикнул Миг, пытаясь встать на ноги.

Чёрт.

Лис стиснула зубы, зло глядя на мужчину. Тот не делал резких движений, будто знал, что ему не нужно торопиться. Она сжала кулак, но в этот момент её инстинкты взяли верх.

— Чёрт с тобой, — пробормотала она, подхватила Мига и одним мощным прыжком пробила потолок, вырываясь наружу.

Они оказались под открытым небом, в холодном ночном воздухе. Лис продолжала двигаться, не оглядываясь, стремясь уйти как можно дальше от этого места. Каждый её шаг отзывался болью в теле, а ликер внутри разогревался до предела, пытаясь восстановить силы. Только когда её ноги начали подкашиваться, она остановилась. Они были в лесу, в нескольких километрах от объекта. Огромные тёмные деревья окружали их, в воздухе витал запах сырой земли. Лис опустилась на колени у толстого ствола и тяжело выдохнула.

— Миг… какого чёрта?! — она злобно посмотрела на него. — Как он управлял золотой энергией?

Парень отвёл взгляд.

— Прости, Лис… Это из-за меня, — его голос был тихим. — Они долго изучали меня, нашу физиологию. И… нашли способ управлять энергией.

Лис ударила кулаком по земле, подняв тучу пыли.

— Вот же… — она провела рукой по лицу, пытаясь успокоиться.

В голове крутилось слишком много вопросов. Если они научились управлять энергией, то это меняло всё.

— А как ты вообще попался? — спросила она, холодно глядя на него.

Миг горько усмехнулся.

— По глупости, — ответил он. — Мне нечего сказать в своё оправдание.

Он опустил голову, а Лис всё ещё кипела от злости. Она не могла поверить, что люди зашли так далеко. Это было не просто изучение стражей — это было нечто большее. Она глубоко вздохнула и посмотрела на Мига. Теперь он ей должен.

— Ладно, хватит себя винить, — сказала она, переводя дыхание. — Ты был прав. Нам нужно бороться. А теперь и люди стали нашими врагами.

Она поднялась на ноги, отряхнула одежду.

— Но, кажется, я знаю, что нам делать.

Ближе к утру они добрались до ближайшего города. Улицы ещё не успели ожить, но кое-где уже мелькали первые машины, а в кафе начинали включать свет. Они сняли номер в дешёвом отеле. Лис первым делом приняла душ, пытаясь смыть с себя усталость и раздражение. Когда она вышла, Миг уже сидел на кровати, глядя в одну точку.

— Лис, — сказал он, когда она уселась напротив. — Что ты имела в виду, когда сказала, что люди — наши враги?

Она посмотрела на него, обдумывая ответ. В тускло освещённом номере отеля пахло влажной одеждой и дешёвым мылом. За окном мелкий дождь монотонно стучал по подоконнику, смазывая очертания города за стеклом. Лис сидела на стуле, откинувшись назад, и рассеянно крутила в пальцах пустую бутылку.

— Рум не хотел, чтобы мы вмешивались в естественное развитие людей, — она устало провела рукой по лицу. — Но, похоже, мы это сделали. Как иронично. Теперь, когда они знают о нас, охота неизбежна.

Она помолчала, собираясь с мыслями.

— И ко всему прочему… я встретила Лока.

Миг вздрогнул и резко повернулся к ней.

— Он ещё жив?

— Да.

— Как он?

— Такой же, каким ты его помнишь. Только теперь… — Лис тяжело вздохнула. — Он мне помог. Рассказал кое-что.

— Что именно?

— На Земле появляются мраки.

Миг на мгновение замер, а потом покачал головой, будто надеясь, что ослышался.

— Значит, всё-таки началось… — пробормотал он. — Ты у нас специализировалась на зелёной энергии. Чего нам ждать?

Лис резко выпрямилась и бросила в него холодный взгляд.

— Не глупи, Миг. Ждать? Очевидно, ничего хорошего! Это будет распространяться, и заражённых станет всё больше! — она раздражённо махнула рукой.

— Ладно, понял… — пробормотал он. — Какой у нас план?

— Надо убираться с этой планеты.

— Подожди, Лис, — Миг нахмурился. — Люди только-только пытаются долететь до Луны. Их технологии нам не помогут. Я работал с ними и знаю, что у них недостаточно возможностей.

— Уже долетели, — парировала она, сложив руки на груди. — И ты, значит, им помогал? Так ты и попал в плен?

Миг опустил голову, словно пристыженный.

— Неважно, — Лис отмахнулась. — В лаборатории, где тебя держали, я нашла кое-что интересное. То, что можно соединить с человеческими технологиями. И если это сработает, мы сможем уйти отсюда.

Миг напрягся, его руки сжались в кулаки.

— Нет, Лис. Ты хочешь напасть на базу? — в его голосе слышалась едва сдерживаемая паника. — Не заставляй меня туда возвращаться… Пожалуйста.

Лис встала и подошла ближе.

— Миг, — она говорила тихо, но твёрдо. — Мы пойдём туда вдвоём и будем прикрывать друг друга. А через разъёмы, которые они в тебя вживили, я смогу подключить ликеры. Ты сможешь напрямую получать красную энергию. Более того, они сделали тебя сильнее. Ты теперь можешь высасывать энергию обычным прикосновением.

Парень вздрогнул и резко отвернулся к окну. Дождь за стеклом стал сильнее, размывая огни вечернего города. Внизу по мокрой мостовой спешили люди, прячась под зонтами. Они не знали, что где-то среди них есть те, кто изменился навсегда. Миг стиснул зубы, а затем медленно, но уверенно произнёс:

— Когда мы туда идём?

На следующий день они вернулись в лес. Воздух был влажным и прохладным, пахло сырой землёй и хвоей. Высокие деревья тянулись вверх, образуя густой купол листвы, сквозь который едва пробивался свет. Лис стояла на небольшом возвышении, глядя на серое здание лаборатории за периметром. Миг стоял рядом, молча изучая базу.

— Ты готов? — спросила Лис, слегка повернув голову к нему.

Парень глубоко вздохнул, посмотрел на свои руки, на незаметные разъёмы в запястьях, затем на здание впереди.

— Да, — ответил он ровным голосом.

Они стали невидимыми и бесшумно двигались к воротам базы. В этот раз охрана была усилена — по периметру патрулировали десятки солдат с автоматами, а рядом с ними бежали служебные собаки, обнюхивая землю и настороженно вслушиваясь в лесные звуки. Лис ощущала напряжённость. В прошлый раз база была менее охраняемой. Теперь же, вероятно, после их побега меры безопасности усилили.

— Слишком много людей, — тихо прошептал Миг, идя рядом.

Лис хотела сказать, что справятся, но в этот момент одна из собак насторожилась, подняла голову, шумно втянула носом воздух, а затем яростно залаяла. За ней тут же подхватили остальные.

— Чёрт, — выругалась девушка.

Солдаты мгновенно среагировали. Раздались резкие команды, щелчки затворов. Спустя долю секунды загрохотали первые выстрелы. Пули летели в кусты, в траву, в воздух, пытаясь выбить врага, которого они не видели.

— Они палят наугад, — процедил Миг.

— Уже нет смысла прятаться, — ответила Лис, снимая невидимость.

Миг последовал её примеру. Они оба тут же активировали защиту, укрепляя кожу. Пули теперь лишь ударялись о них, сминались и падали на землю.

— Миг, разберись с ними! — крикнула Лис, пригибаясь, чтобы уклониться от рикошета.

Парень без лишних слов рванул к воротам, пробивая их мощным ударом. Металлическая сетка рабицы разлетелась в стороны, и в тот же миг он обрушился на ближайших солдат. Его кулаки, словно молоты, сокрушали их защиту, отбрасывая тела в разные стороны. Оружие врагов разлеталось в щепки, кто-то пытался отступить, но Миг был быстрее. Лис следовала за ним, не отставая. Её глаза сияли хищным блеском, а на губах играла мерзкая ухмылка, когда она шла по оставленному Мигом кровавому следу. Девушка быстро добралась до хранилища. Захлопнув за собой дверь, она оглядела помещение: металлические стеллажи, тусклый свет, стерильный запах техники. На одной из полок лежало то, что ей нужно. Через секунду дверь снова открылась — внутрь зашёл Миг. Его одежда была испачкана кровью, на лице застыл злобный оскал.

— Тут всё, что тебе нужно? — спросил он, пытаясь отдышаться.

Лис осмотрела содержимое полок, пробежалась пальцами по контейнерам, но заметно нахмурилась.

— Вроде бы… Но большую часть они куда-то увезли, — ответила она недовольно.

Миг скрестил руки на груди.

— И что ты собираешься делать с этим?

— Я хочу сделать сердце алраса.

Парень замер, глядя на неё.

— Зачем? И на какой энергии?

— Оно послужит отличным реактором для корабля. Да и оружие из него выйдет неплохое, — Лис чуть приподняла подбородок. — Оно будет основано на золотой энергии.

— Лис, ты серьёзно? — Миг нахмурился. — Почему золотая, а не зелёная? Ты же специалист именно в ней.

— Без своей лаборатории я не хочу взаимодействовать с зелёной энергией. Золотая куда лучше подходит для реактора.

— Ты хочешь найти золотую душу? Как с Ригом? — в голосе парня послышались нотки тревоги. — Но это займёт кучу времени. И где ты собираешься её хранить?

Лис чуть усмехнулась.

— Времени у нас предостаточно. К тому же, люди за этот период как раз разовьют свои технологии, а мы немного им «поможем». Что касается хранения, ликер сможет удерживать энергию хотя бы на сутки.

Она внимательно посмотрела на Мига, её взгляд был изучающим.

— А вот всё остальное на тебе, инженер, — добавила девушка с хитрой улыбкой.

Лис резко помотала головой, отгоняя воспоминания. Она перевела взгляд на Бис. Девушка стояла, опустив глаза, и лишь спустя несколько секунд тихо ответила:

— Я тебя поняла… Но тогда зачем тебе столько душ? Зачем ты их высушиваешь до конца? Ты могла бы забирать лишь часть — так ты не привлекала бы к себе внимание.

Лис сложила руки на груди и вздохнула.

— Хорошо, расскажу тебе, раз ты об этом не знаешь.

Она сделала шаг вперёд, и её голос стал твёрже.

— Когда мы работали над красным концептом, мы обнаружили одну вещь: после смерти тела душа может трансформироваться в золотую энергию.

Бис резко подняла голову.

— Подожди… Это нигде не доказано.

— Потому что мы об этом никому не говорили, — Лис пристально посмотрела на неё. — Мы работали по записям твоего отца.

Бис вздрогнула, её лицо изменилось.

— Но красный концепт так и не появился, — продолжила Лис. — Риг, глава красных, решил, что его душа будет использована полностью. Не кусками, а целиком.

Она сделала паузу, давая Бис осмыслить сказанное, а затем продолжила:

— Когда мы вытащили его душу, она начала менять цвет. Постепенно стала золотой. А когда мы её изучили… выяснилось, что сознание Рига всё ещё внутри.

Лис чуть прищурилась.

— Мы поместили его в сердце алраса.

Бис сжала кулаки, но молчала.

— Сначала всё было в порядке. Но чип «ИИ», встроенный в тело алраса, медленно, но верно изменял Рига. И так появился золотой концепт.

Голос Лис стал холоднее.

— Тот самый, который напал на нас. Тот, кто стал главой алрасов.

— Я в это не верю! — закричала Бис, её голос срывался от гнева. Лицо искажалось от боли, как будто слова Лис были ножом, пронзающим её душу. — Отец… Неважно, но тогда зачем ты делаешь сердце алраса?

Лис не отвела взгляда, её взгляд был твёрдым, как камень. Она знала, что Бис не готова принять правду, но слова нужно было произнести.

— Жёлтую душу невозможно удержать в наших модулях питания, — спокойно ответила девушка, — единственное, что её может сдержать — это сердце алраса.

— Ты хочешь сделать нового… — Бис сжала кулаки, её глаза вспыхнули яростью, будто она хотела вырвать правду из Лис силой.

— Нет, зачем он мне? — перебила её Лис с едва заметной усмешкой.

— Тогда для чего? — Бис не отступала, её голос дрожал от злости, но в нём слышалась отчаянная настойчивость.

Лис вздохнула и на мгновение прикрыла глаза, как будто пытаясь собраться с мыслями. Волосы распадались на плечах, а лицо оставалось бесстрастным.

— Я его делаю для себя, и не только… — её слова зависли в воздухе, и она замолчала, чувствуя, как давление растёт. В её глазах мелькнуло что-то тёмное. — У меня будет эта энергия.

— Что, ты хочешь подключить сердце к себе? — Бис не верила собственным ушам. — Это невозможно! Их для этого не разрабатывали. Почему ты так рискуешь? Почему? Я не думаю, что это только из-за мании величия и обиды.

Лис немного подалась вперёд, её лицо стало серьёзным.

— Да, ты права, я не такая мелочная. Люди и Земля вышли на четвёртый класс, они могли бы добиться и большего, но слишком жадные и алчные. Всё это ради прибыли. Они даже не понимают, что за этим стоит. Космический союз или алрасы — кто-то из них скоро придёт. И на этот раз я буду готова. Я смогу использовать эту энергию, чтобы держать их на расстоянии.

Бис молчала, переваривая услышанное. У неё в голове заползали тяжёлые мысли, как неведомая тень. Внезапно она почувствовала, как пальцы начинают шевелиться. Это был первый знак, что её силы возвращаются. Бис посмотрела на Мига, который с тревогой наблюдал за ними.

— Что тебе, Миг? — с явным возбуждением спросила Лис, приподнимаясь и опираясь на локоть.

— Почему ты ей говоришь, что сердце — для тебя? Почему не сказать правду? — его голос был низким, чуть дрожащим от напряжения.

Лис замолчала, её взгляд стал более задумчивым. Она знала, что на этот вопрос она ответит по-своему, но в этот момент не могла найти точных слов.

— Ты серьёзно? Как будто ты её не знаешь. После того, что мы сделали, она нас просто так не отпустит. — Лис пожала плечами, как будто сама не была уверена, что происходит.

— Ладно, ты права, — Миг вздохнул. — Но, если она на Земле, значит, у неё должен быть корабль. Мы можем воспользоваться им и наконец-то убраться с этой планеты.

Лис встала, и её взгляд стал острым, как лезвие. В её глазах мелькнула догадка, но она не знала, как ответить. Пока она не успела ничего сказать, Бис отвлеклась и, с усилием сосредоточив внимание, попыталась создать портал. У неё получилось лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы открыть разлом в пространстве. С ярким вспышкой света, Бис исчезла. Лис и Миг успели лишь посмотреть друг на друга, не успев ничего сказать. Бис оказалась в парке 300-летия Санкт-Петербурга. Шумный город, не замечающий её, поглощал её изнурённую фигуру. Она попыталась почувствовать свои силы, но тело было тяжёлым, как камень. Болела каждая клетка, а силы покидали её, как вода через трещины в ведре. С трудом она поковыляла к ближайшему дереву, пряча себя от любопытных взглядов. Прохожие смотрели на неё с удивлением, но не обращали особого внимания. Всё вокруг казалось чужим, как если бы она была лишней в этом мире. Ощущение диссонанса нарастало. Взгляд Бис стал мутным, а когда она попыталась использовать свои силы, они не откликнулись. Тело плохо её слушалось. Видя, что портал не открывается, она решила идти пешком.

Глава 6 УГОНЫ

Максим сидел на холодном полу, глядя в пустоту, где только что исчезла Бис. Ощущение было странное — будто что-то внутри него оборвалось, оставив после себя зияющую пустоту. Он глубоко вдохнул, но лёгкие будто наполнились свинцом. Нехотя, с напряжённым лицом, он поднялся и машинально потянулся к валяющейся на полу майке, желая поднять её без помощи рук. Он уже ощущал, как ткань должна бы оторваться от пола, как должна была дрогнуть под его невидимой силой. Но ничего не произошло. Максим нахмурился. Попробовал снова. Майка осталась лежать неподвижно. Сердце сжалось, а по спине пробежал неприятный холодок. Он сжал кулаки, стараясь унять внезапный приступ паники, и сконцентрировался, пытаясь толкнуть ближайший стул. Но стул даже не шелохнулся.

— Чёрт… — выдохнул он, чувствуя, как к горлу подступает злость.

Бис что-то сделала с ним. Он судорожно выдохнул и в этот момент вздрогнул от резкого звонка телефона. На экране высветилось имя: Кира. Скривившись, он принял вызов.

— Ты ещё и телефон бросаешь! — на него тут же обрушился возмущённый голос. — Как ты собираешься оправдываться?!

Максим тяжело выдохнул, прикрыв глаза.

— Прости, Кир… Тут ко мне гости зашли.

— Какие ещё гости? — в её голосе появилась подозрительность.

— Бис.

— Та самая пришелец?! — поражённо переспросила девушка. — И что случилось?!

Максим провёл рукой по лицу.

— Ей не понравилось то, что я вчера сделал…

— И ей не одной, — язвительно отозвалась Кира.

— Да, да, знаю… Прости, Кир. Всё случилось слишком спонтанно. Но это не главное. Она что-то сделала со мной. Я… потерял способности.

— Подожди, что?! — воскликнула она. — Как?! Ты уверен?!

— А ты думаешь, я не проверил? — раздражённо бросил Максим. — Я ничего не чувствую. Ни телекинеза, ни малейшего движения объектов. Будто… отрезали кусок меня.

— Боже… — Кира резко замолчала. — И ты точно в порядке?

Максим собирался ответить, но тут на телефон поступил второй вызов. Он взглянул на экран.

— Чёрт… Кир, мне звонит Никита.

— Как всегда не вовремя! — раздражённо фыркнула она. — Ладно, держи меня в курсе. Пока.

— Пока… — пробормотал он и переключился на другой звонок.

— Привет, Никит. Что-то случилось?

— Ты ещё спрашиваешь?! — Никита орал так, что Максим невольно отдёрнул телефон от уха. — У нас завал, людей не хватает, а ты просто пропал!

Максим устало закатил глаза.

— Да ну? Слушай, мне вчера было хреново, я просто…

— И ещё, почему ты отпрашивался не у меня?! — продолжал бушевать Никита. — И даже не поставил меня в известность?!

Максим сжал кулаки.

— Ой, прости, мне было настолько плохо, что я не думал, у кого надо спрашивать разрешение!

— Твои извинения мне не нужны! — рявкнул Никита. — Короче, раз ты такой умник, выходи сегодня в свой выходной. Будешь отрабатывать!

В трубке раздались короткие гудки. Максим тяжело вздохнул, убирая телефон в карман. Максим молча подошёл к шкафу, вытащил чёрную рубашку и штаны, задумчиво провёл пальцами по ткани. Всё происходило механически — словно тело действовало само, пока сознание блуждало в хаосе мыслей. Он вызвал такси и поехал на работу. Лёгкий дождь моросил по лобовому стеклу, собираясь в неровные капли. Дворники лениво скользили туда-сюда, оставляя влажные полосы, и раздражающе поскрипывали. Максим сидел на заднем сиденье, нервно постукивая пальцем по колену. Его мысли то и дело возвращались к событиям последних часов, как игла заевшей пластинки. Бис. Потеря сил. Никита с его идиотским приказом.

— Тебя что-то беспокоит? — неожиданно раздался спокойный голос.

Максим вздрогнул и взглянул на водителя. За рулём сидел пожилой мужчина, на вид лет пятидесяти. Коротко стриженные волосы с сединой на висках, внимательный взгляд. В нём было что-то… располагающее. Что-то, что заставило Максима на секунду выдохнуть и чуть расслабиться.

— Да так… — он откинулся назад, смотря в окно. — Просто день трудный.

— Да уж… У всех бывает, — таксист понимающе кивнул. — Работа, личные дела, проблемы… А утром встанешь — и опять по кругу.

Максим невольно усмехнулся.

— Именно так.

Они разговорились, обсуждая мелочи жизни — погоду, новости, фильмы. Беседа оказалась лёгкой, ненавязчивой, и, к удивлению Максима, действительно немного его отвлекла.

Бизнес-центр возвышался над улицей стеклянной громадой. Максим вошёл в здание, двинулся к лифту, машинально наблюдая за своим отражением в зеркальных панелях. Усталость читалась в глазах, а на скулах уже начали проступать напряжённые тени. Лифт плавно поднялся на четвёртый этаж. Как только двери открылись, Максима встретил гул голосов и звонков телефонов. Офис гудел, словно потревоженный улей — сотрудники метались между столами, печатали отчёты, говорили с клиентами. Он быстро занял своё рабочее место и втянулся в работу. За ночь произошла серия угонов автомобилей, и теперь к ним стекался поток звонков от пострадавших клиентов. Почти все машины были застрахованы у них в компании. Звонки лились без остановки.

— Добрый день, страховая компания, я вас слушаю…

— Да, понимаю, это ужасная ситуация…

— Мы можем компенсировать часть ущерба…

— Да, понимаю вас…

Каждое слово отдавалось тяжестью. Люди звонили срывающимся голосом, кто-то ругался, кто-то умолял. Максим слушал десятки историй, полных отчаяния, и понимал, что не может сделать ничего большего, кроме стандартных компенсаций. К концу дня его сознание уже гудело от количества разговоров. Но, когда он подумал, что, наконец, сможет перевести дух, к его столу подошёл мужчина. Ему было около сорока. Среднего роста, с тёмными мешками под глазами и сжатой в пальцах прозрачной зелёной папкой. Казалось, он нервничал — то крепче сжимал пластик, то ослаблял хватку.

— Здравствуйте, — Максим попытался улыбнуться. — Меня зовут Максим, как я могу к вам обращаться?

— Анатолий, — мужчина слабо улыбнулся в ответ и сел напротив.

— Можно ваши документы на машину?

Максим взял бумаги, внёс данные в систему, нахмурился. После небольшой паузы произнёс:

— По вашей страховке… Мы можем возместить 30% от стоимости автомобиля.

Анатолий замер, и по его лицу пробежала тень.

— Понятно… — его голос был тихим, усталым. — Ну… спасибо и за это.

Мужчина усмехнулся, хотя в глазах не было ни капли радости.

— Сын у меня родился. Хотел жене подарок сделать… а тут такое.

Максим ничего не ответил. Он смотрел, как Анатолий молча собрал документы, кивнул ему на прощание и тихо ушёл. Рабочий день подходил к концу. Максим собрал документы и, даже не думая задерживаться здесь дольше, вышел из офиса, решив доделать часть работы дома. На улице всё ещё моросил дождь, в воздухе висела влажная прохлада. Он поднял взгляд к небу. Как же всё дерьмово.

Была глубокая ночь, город давно погрузился в сон, но квартира Максима всё ещё освещалась приглушённым светом настольной лампы. Он сидел за столом, ссутулившись, перебирая документы. Веки наливались тяжестью, пальцы уже не слушались, но мысли не давали покоя. Все клиенты, их истории, их отчаяние — всё кружилось в голове, словно заевший механизм. Тридцать процентов. Копейки за украденную машину. Максим устало провёл ладонями по лицу, опустил голову и с силой сжал виски. Какого чёрта я вообще сижу здесь? Резкий скрежет заставил его вздрогнуть. Он медленно поднял голову. В воздухе перед ним парила ручка.

Максим замер, сердце забилось быстрее. Он осторожно протянул руку, сжал пальцы вокруг пластиковой поверхности и… почувствовал. Энергия. Она снова была в нём. Глухо выдохнув, он закрыл глаза, пытаясь осознать происходящее.

— Они вернулись.

Эти слова прозвучали почти шёпотом, но им хватило силы, чтобы разорвать тишину комнаты. Максим уже давно заметил странность — все украденные машины пропадали в одном районе. Невский. Он быстро перебирал документы, выискивая связи, паттерны, совпадения. Всё сходилось. Я могу это исправить. Взгляд его скользнул по столу и остановился на красной маске. Максим поднял её, провёл пальцем по гладкой поверхности. Раньше он думал, что больше никогда её не наденет. Но теперь всё иначе. Он открыл шкаф, отодвигая в сторону привычные вещи, и искал нечто… особенное. И нашёл. На вешалке висела тёмная рубашка с длинными рукавами на запонках и чёрные классические брюки. Максим помнил эту рубашку. Кира настояла, чтобы он купил её на выпускной в университете. Тогда она казалась ему слишком яркой, слишком вызывающей. Но сейчас… Сейчас он хотел быть именно таким. Одетый в рубашку, брюки и идеально подобранные туфли, добавив к образу легкий драповое пальто. Он подошёл к окну, распахнул створки, вдохнул прохладный ночной воздух. Секунда — и он шагнул вперёд, ступая по невидимой дороге в темноте.

Максим приземлился на крышу многоэтажки, аккуратно ступив на бетонное покрытие. Под ним простирался жилой массив — уличные фонари тускло освещали стоянку, где в ряд выстроились машины. Он медленно подошёл к краю крыши, сел на козырёк, сложил руки на груди и начал ждать. Часы текли медленно. Где-то вдалеке кричала кошка, из окон лилась приглушённая музыка, редкие машины проносились по ночным дорогам. Но он ждал. И дождался.

Резкий вой сирены прорезал ночную тишину. Максим сразу же сорвался с места, стремительно двигаясь по крышам, пока не оказался прямо над местом преступления. Двое парней суетились возле машины. Один, низкий и коренастый, что-то возился с замком. Второй, повыше, нервно озирался по сторонам. Через пару секунд сигнализация затихла. Тишина. Они переглянулись, кивнули друг другу и быстро сели в машину. Максим сделал шаг вперёд. Когда автомобиль тронулся с места, он опустился прямо перед ним. Раздался визг тормозов. Водитель и пассажир застыло уставились на неожиданного гостя. Максим медленно подошёл к открытому окну. Лунный свет отражался в его красной маске, придавая её глазам зловещий блеск.

— Здравствуйте. — Его голос прозвучал спокойно, даже вежливо. — Вы не подскажете, как пройти в библиотеку?

Водитель моргнул.

— Чё?.. — голос его был полон недоумения.

Мужчина смотрел на парня, который привлекал его внимание своим вызывающим видом и красной маской. На секунду он замер, словно не веря в реальность происходящего, но затем резко пришёл в себя и ударил по педали газа. Машина рванула вперёд… точнее, должна была, но не сдвинулась ни на сантиметр. Колёса бешено крутились в воздухе, но сцепления с дорогой не было — Максим приподнял переднюю часть машины одной лишь силой мысли. Водитель этого не осознавал и лишь ошарашенно выпалил:

— Чё?!

Максим ухмыльнулся и медленно покачал головой.

— Я смотрю, у вас не сильно богатый словарный запас.

— Отвали, кто ты такой? Что тебе надо? — Мужик распахнул дверь и выскочил наружу, выхватывая из кармана нож.

— Ой, как страшно, а что, взрослые игрушки тебе родители не дают?

Не успел Максим договорить, как нож дёрнулся и вылетел из рук нападавшего, будто сам по себе. Мужчина отшатнулся, глядя на пустую ладонь, а затем на парня в маске.

— Какого хрена?..

— Похоже, нормального диалога у нас не получится.

— Жек, кончай его уже! — раздался голос второго угонщика. Он вышел из машины, сжимая в руке кастет, и с кривой ухмылкой направился к Максиму.

— У-у-у… какие вы серьёзные…

Не успел он закончить фразу, как оба мужчины набросились на него, атакуя с двух сторон. Максим уклонялся легко, будто танцуя, не забывая отпускать язвительные комментарии.

— Я так понимаю, вы угонщики? Вчерашние угоны — это ваших рук дело? Можете не отвечать, только скажите, куда вы сгоняете все машины?

Он оттолкнулся от воздуха, словно от невидимой стены, и одним движением переместился за их спины. Те развернулись, но не успели атаковать — один из них вдруг пошатнулся, получив пощёчину… невидимую, но весьма ощутимую.

— Мы так можем продолжать всю ночь, — небрежно сказал Максим, заложив руки за спину. — Может, всё-таки расскажете?

Они продолжали бесцельную, обречённую борьбу. Максим уворачивался от неуклюжих ударов, словно насмехаясь, а в ответ незримые толчки отправляли преступников в стороны, заставляя их терять равновесие и падать на асфальт. Один из них, вконец отчаявшись, взревел:

— Тварь! Да как ты это делаешь?! Отвали от нас!

Максим замер, мгновенно теряя весь налёт иронии.

— Надоели вы мне, — его голос стал хлёстким и холодным.

В следующую секунду тела обоих угонщиков дёрнулись вверх и зависли в воздухе. Они забились, пытаясь хоть за что-то зацепиться, но вокруг была лишь пустота.

— Что за ерунда творится?! Опусти нас! — завопил один из них, дёргая ногами.

— Кто там орёт среди ночи?! Я сейчас полицию вызову! — раздался раздражённый голос из окна соседнего дома.

— Извините, — спокойно ответил Максим, даже не глядя в ту сторону, — тут просто машину угоняют. А полицию можно и нужно вызывать.

Тихий, сонный двор ожил. В окнах зажглись огоньки, раздались шёпот и шорох задвигаемых штор. Бандиты, всё ещё болтаясь в воздухе, стонали, чертыхались и беспомощно барахтались. Максим тем временем залез в машину, быстро осмотрел салон и вытащил из-под сиденья портфель. Открыв его, он нашёл набор инструментов, а ещё — телефон. Порывшись глубже, наткнулся на пластиковые стяжки. Они оказались весьма кстати.

— Ну что, пташки, настало время приземляться, — усмехнулся он, крепко стягивая запястья преступников, а затем мягко опустил их на землю.

Достав телефон, он нажал на кнопку блокировки, но тут же скривился.

— Так и думал… пароль. — Максим перевёл взгляд на одного из угонщиков. — Ты мне его, конечно, не скажешь?

Мужик молча сверлил его злобным взглядом.

— Что-то мне не нравится твоя решимость. — Максим чуть склонил голову набок и вдруг резко вскинул руку.

Преступники взлетели вверх, но теперь — вниз головой. Один из них дёрнулся, пытаясь хоть как-то перевернуться, но тщетно. А затем они резко полетели вниз… почти до самой земли, после чего снова взмыли вверх. И ещё раз. И ещё.

— 0088! — закричал один из них, отчаянно болтая руками.

— Заткнись, Клим! — прошипел второй.

— Да пошёл ты, Жек! Я высоты боюсь!

Максим опустил их на землю, а через мгновение ночной воздух прорезал вой сирены. Пора было убираться. Он подхватил портфель и телефон, поднялся по невидимой лестнице на крышу и скрылся в темноте. Сидя на козырьке соседнего дома, он наблюдал, как прибывшие полицейские забирали связанных преступников, а сам в это время листал переписку в телефоне. Там оказалось немало любопытного, но нужны были детали. Максим нажал вызов. В динамике раздалось настороженное:

— Здравствуйте. Кто это?

— Привет, Кир. — Он вздохнул, готовясь к буре. — Я знаю, что ты будешь в ярости, но давай об этом позже. Мне нужна твоя помощь.

— Макс? — В голосе девушки звучало недовольство. — В последнее время ты меня раздражаешь. Я столько хочу у тебя спросить, но ты либо молчишь, либо уходишь от ответа. — Она вздохнула, затем холодно добавила: — Что ты хотел?

— Ты слышала про угоны? Если узнаешь что-то полезное, буду благодарен. И пробей этот номер, с которого я звоню.

В трубке повисла короткая тишина.

— Угоны? — настороженно переспросила она. — Макс, чем ты занимаешься?

Он промолчал.

— Ладно, — наконец произнесла она, и в её голосе зазвучала профессиональная сосредоточенность. — Помогу, чем смогу. А ты?

— У меня будет долгая ночь. Звони, если что-то найдёшь.

Глава 7 РАССЛЕДОВАНИЕ

Кира только-только устроилась в постели, когда раздался звонок. В первый момент ей захотелось просто сбросить вызов, но она тяжело вздохнула и всё же ответила. Разговор с Максимом длился не больше минуты, но окончательно прогнал остатки сонливости.

Она села, потирая виски. Комната была погружена во мрак, лишь экран ноутбука отбрасывал слабый голубоватый свет, делая лицо девушки ещё более бледным. Около часа она рылась в интернете, проверяя последние новости, базы данных, даже просматривала форумы, где обсуждали криминальную активность, но всё было бесполезно. Одни слухи, домыслы, и ни единой зацепки. За окном начал светлеть горизонт. Через плотные шторы просачивался первый слабый свет рассвета. Кира устало потёрла глаза и потянулась к телефону.

— Привет, Стас. Можешь помочь с одним номером?

Ответ не заставил себя ждать.

— Да я понимаю, что тебя могут уволить… но ты мне реально очень поможешь. Пожалуйста. Сделаю всё, что попросишь.

На том конце линии раздался короткий смешок.

— Да-да, достану тебе проходку на этот концерт, только давай без шантажа.

Договорившись, Кира сбросила вызов и с облегчением вздохнула. Теперь оставалось только ждать. Она направилась в душ. Горячая вода на мгновение помогла собраться с мыслями, но как только девушка вышла из ванной, её ждало письмо в электронной почте. Стас не подвёл. Кира быстро пробежала глазами текст. Телефон был оформлен на совершенно другого человека, ничего примечательного. Но кое-что её зацепило: в отчёте была отмечена область, где чаще всего фиксировался этот номер. Несколько домов, один из которых мог быть тем самым. Она быстро собралась, захватила рюкзак и выбежала на улицу.

Поездка заняла меньше часа. На месте её встретили типичные серые дворы спального района. Кира шла вдоль домов, показывая случайным прохожим фотографию, которую скинул Максим, но ответы были неизменно одинаковыми — люди пожимали плечами. Когда надежда уже почти угасла, взгляд зацепился за старушку, сидевшую на лавочке у подъезда. Лицо изборождено морщинами, на голове аккуратно повязан вязаный шарф, старенькое пальто, а в руках — потёртый деревянный бадик. Кира подошла ближе.

— Извините, можете мне помочь?

Бабушка вздрогнула и с подозрением уставилась на неё.

— Ох, испугала! Что тебе?

— Простите, — Кира достала телефон и развернула экран. — Вы знаете этого человека?

Старушка прищурилась, приблизив лицо к фото.

— Так это ж Женька! Сосед мой.

Сердце Киры сделало лёгкий скачок.

— А не подскажете, в какой он комнате живёт?

Бабушка нахмурилась.

— А тебе зачем?

Кира тут же натянула дружелюбную улыбку.

— Мы с ним друзья детства. Приехала, хотела сюрприз сделать.

Старушка покачала головой, но, видимо, решила, что вряд ли тут кроется что-то криминальное.

— Друзья, говоришь… Ну ладно. В 64-й квартире живёт.

— Спасибо вам большое!

Не дослушав что-то ещё бурчащую бабушку, Кира быстрым шагом направилась к подъезду. Внутри всё кипело — азарт, адреналин, ощущение, что она близка к чему-то важному. Дойдя до нужной двери, она нажала на звонок. Тишина. Она постучала. Ждала. Ничего. Кира окинула взглядом коридор, прислушалась — никто не выглядывал. Медленно расстегнув рюкзак, она вытащила узкий кожаный пенал, расстегнула молнию и нащупала пальцами знакомый металл. Отмычки. С лёгкой улыбкой она приступила к делу.

Кира ловко провернула отмычку в замке, раздался едва слышный щелчок, и дверь поддалась. Она вошла, тут же прикрыв её за собой. В воздухе висела тяжелая смесь запахов — сигаретный дым, впитавшийся в мебель и шторы, и резкий аромат дешёвого дезодоранта, будто хозяин квартиры пытался заглушить едкий запах никотина, но вместо этого только усугубил ситуацию. В комнате царил настоящий хаос. Пол был усыпан одеждой — чистая она или грязная, понять было невозможно. Кровать сбита, простыни скатаны в ком, рядом валялся помятый пакет из фастфуда. У стены — массивный телевизор, под ним игровая приставка с раскиданными по полу дисками и парой пустых банок из-под энергетиков.

Кира осторожно двинулась дальше, стараясь не наступить на что-то липкое. Кухня выглядела не лучше: стол завален грязной посудой, в раковине гора тарелок с засохшими остатками еды. Но кое-что её привлекло. На столе стояла стопка картонных стаканов из кофейни. Рядом валялись чеки — один за другим, с разными датами, но всегда с одним и тем же местом. Это явно было любимое заведение хозяина квартиры. Кира достала телефон и вбила в поисковик название кафе. Благо, место оказалось неподалёку. Она ещё раз оглядела квартиру, но ничего полезного больше не нашла. Закрыв дверь, направилась к выходу.

Кафе оказалось небольшим, с уютной атмосферой, но сейчас здесь было довольно пусто. За стойкой стояла молодая девушка с пирсингом в носу, её светлые волосы были небрежно собраны в пучок под фирменной кепкой. Она лениво жевала жвачку и вяло листала что-то в телефоне, пока не заметила Киру.

— Здравствуйте, что желаете? — спросила она на автомате, поднимая глаза, и вдруг замерла.

На секунду девушка застыла, потом прикрыла рот руками и, кажется, сдержала визг.

— О, это вы!

Кира быстро осмотрелась по сторонам, стараясь убедиться, что никто не обратил на них внимания.

— Успокойся, да, это я. Пожалуйста, давай без лишнего шума.

— Ой, да, конечно, — тут же закивала девушка, понизив голос. — Что вам заказать?

— Капучино. И… можешь мне помочь? Ты знаешь этого человека? — Кира развернула экран телефона с фотографией.

Бариста взглянула на снимок и фыркнула.

— А, этот… Жека. Постоянно ко мне подкатывает.

Кира прищурилась.

— Он мне нужен в одном деле. Ты можешь рассказать про него что-то полезное?

— Да я его плохо знаю, если честно. — Девушка закатила глаза. — Он, кажется, в автомастерской работает… Как же она называется? «Поршня и шатуны», что ли. А ещё…

Она внезапно усмехнулась и наклонилась ближе.

— Он мне телефон дорогой подарил.

— Правда? — Кира изобразила лёгкую улыбку, но в голове уже складывалась новая цепочка.

— Ну да! Типа намекал, что мы могли бы встречаться. Смешной, конечно.

— Ясно. Спасибо за помощь.

Бариста вдруг замялась, глядя на Киру сияющими глазами.

— А можно с вами сфоткаться?

Кира вздохнула, но улыбнулась шире.

— Конечно.

Кира вышла из кофейни, прихватив с собой стакан капучино, и быстрым шагом направилась к своей машине. Небо хмурилось, обещая скорый дождь, но ей было не до этого. Она села за руль, открыла карту на телефоне и ввела адрес автомастерской.

Дорога заняла не больше двадцати минут. Мастерская оказалась крупнее, чем Кира ожидала. За высоким металлическим забором, испачканным разводами масла, скрывался просторный ангар, где кипела работа. Воздух был наполнен запахом бензина, горелого металла и машинного масла, в воздухе висели тяжёлые удары инструментов. Несколько механиков в серых робах копались в двигателях, кто-то красил капот, а один из работников, вытерев руки о ветошь, направился прямо к ней.

— Вам помочь? — спросил он, прищурившись.

Это был крепкий мужчина лет сорока пяти, с широкими плечами и тёмными кругами под глазами. Его рабочая форма была испачкана маслом, на руках — следы множества мелких ожогов, полученных, наверное, от работы с раскалёнными деталями. Кира одарила его невинной улыбкой:

— Ой, да, спасибо. Я бы хотела узнать про вашего сотрудника Женю.

Мужчина нахмурился.

— Понятно… А вы ему кто?

— Двоюродная сестра. Он просил меня сегодня заехать, но не отвечает на звонки.

— Хм… — мужчина вытер руки о тряпку, задумчиво посмотрел на неё. — Он ничего не говорил про сестру.

Кира лишь пожала плечами, всем видом изображая искреннее удивление.

— Ну, если хочешь что-то узнать, пройди к начальнику. Вон в тот кабинет, — он кивнул на металлическую дверь сбоку ангара. — Александр Витальевич тебя примет.

— Спасибо большое.

Она прошла внутрь, постучала и, дождавшись ответа, открыла дверь.

В кабинете пахло дорогим табаком и бумагой. За массивным деревянным столом сидел пожилой мужчина. Белая рубашка с галстуком, брюки с подтяжками, очки, съехавшие на кончик носа. Он оторвался от бумаг и посмотрел на неё поверх стекол.

— Да?

— Извините, Александр Витальевич?

— Да-да, это я.

— Здравствуйте. Я сестра Евгения, не подскажете, где он?

Мужчина нахмурился, сложил руки перед собой.

— Сестра? Хм.

Кира внутренне напряглась.

— Да, а что-то случилось?

— Сегодня мне звонили из полиции, — тяжело вздохнул мужчина. — Его арестовали за угон.

Кира округлила глаза, изображая потрясение.

— Не может быть! Как?!

Александр Витальевич кивнул на стул перед собой.

— Я понимаю ваше состояние, присаживайтесь.

Он взял со стола бутылку воды, налил в стакан и протянул ей. Кира с благодарностью приняла, но пить не стала.

— Ваш брат был хорошим сотрудником, но в последнее время… — мужчина покачал головой. — Начал пропускать работу, связался с какой-то компанией. Частенько за ним заезжали, и каждый раз на новых машинах.

— А когда последний раз?

— Дня два назад, если не ошибаюсь.

— Вы не помните, на какой машине? Может, номера остались в записях?

Мужчина посмотрел на неё пристально, будто оценивая.

— А зачем тебе это?

Кира выдержала паузу, потом чуть склонила голову и доверительно улыбнулась:

— По мне не скажешь, но у меня есть связи. Если у меня получится помочь брату, то я хотя бы попробую.

Александр Витальевич продолжал смотреть на неё ещё пару секунд, потом кивнул, встал и подошёл к компьютеру.

— Ладно… — он кликнул пару раз по мышке. — Вот, съёмка двухдневной давности.

На экране появилось изображение: Женя выходил из ворот мастерской, а перед ним стоял белый «Мерседес» С-класса.

— Вот эта машина, — мужчина кивнул на экран.

Кира быстро записала госномер.

— Спасибо вам огромное, — сказала она, поднимаясь.

Когда она уже выходила из кабинета, Александр Витальевич крикнул ей вслед:

— Надеюсь, у вас всё будет хорошо с братом.

Она кивнула, не оборачиваясь. Оказавшись на улице, Кира вытащила телефон и набрала номер.

— Привет, Петь. Можешь помочь?

— Тебе? Конечно, что надо?

— Пробей один номер машины.

— Диктуй.

Кира передала номер, услышала щелчок клавиатуры, и спустя пару минут Пётр вернулся на линию.

— Ну, ничего особенного… Разве что её угнали. Заявление поступило день назад.

Кира нахмурилась.

— Не говори, что ты ещё и в угоны полезла?

Она усмехнулась.

— Ну, что-то типа того. Спасибо, Петь.

— Не за что. Только смотри, не нарвись. Пока.

Кира убрала телефон и, взглянув на записанный номер, задумчиво постучала ногтем по экрану. Что-то в этой истории было не так. Кира устроилась в машине, смотря на дорогу перед собой, в поисках хоть какого-то ответа. В голове путались мысли, но одно было ясно: она не могла продолжать в одиночку. Её взгляд упал на телефон, и она решилась. Быстро запечатлела видео, обращаясь к своим подписчикам с просьбой о помощи. Каждое слово было продумано, но за кадром скрывалась её усталость. Она надеялась, что кто-то откликнется, что кто-то поможет.

После отправки видео Кира почувствовала, как на её плечах немного легче. Но состояние, будто она тащила на себе гору, не покидало. Силы уходили, а ситуация становилась только сложнее. Она решила поехать домой, надеясь на отдых и, возможно, новые сведения. В машине она включила музыку, но звуки не могли затмить мысли. Вокруг девушки медленно темнело, а на экране телефона мелькали уведомления. Столько сообщений, столько фото и видео, но среди них был один, который привлёк её внимание. На одном из кадров чётко была видна «Мерседес» С-класса, запечатлённый на проспекте Стачек рядом с Кировским сквером. Сердце Киры бешено забилось. Это был её шанс.

Она направила машину в ту сторону, но понимала, что, возможно, это всего лишь очередная тупиковая улица в её расследовании. Поехав, она встала в пробке, уставившись в отражение окон в поисках признаков чего-то необычного. После нескольких минут раздумий, Кира всё-таки решила выйти и пройтись пешком. В сквере было немного людей — пара прогуливающихся, одинокий мужчина, читающий газету. Кира ощущала странное чувство беспокойства, как будто кто-то наблюдает за ней. Не успела она сделать и нескольких шагов, как в уголке её глаза мелькнула тень. Она сразу повернулась, но было уже поздно. Мужчина в тёмном капюшоне неслышно подкрался сзади, и прежде чем она успела что-либо сделать, он схватил её за талию и прижал к себе. Она попыталась вырваться, но его хватка была такой сильной, что она едва могла дышать. Он начал душить её, и Кира почувствовала, как её силы утекают. В панике она быстро сжала губы, стараясь не кричать, и в этот момент что-то внутри неё резко включилось. Она мощно наступила на ногу нападавшего, ощущая, как его суставы скрипят под её весом. Он вскрикнул от боли и ослабил хватку. Это был её шанс. Девушка вытащила из кармана куртки телескопическую дубинку, стиснула её в руке и ударила по лицу нападающего. Мужчина упал на землю, его тело затрясло. Он потерял сознание.

Кира опустилась на колени, тяжело дыша, пытаясь привести себя в порядок. Её сердце колотилось так сильно, что казалось, оно вот-вот вырвется из груди. В то время, как она пыталась вернуть равновесие, её взгляд упал на землю. В его кармане лежала маленькая бумажка. Она незаметно схватила её и спрятала в карман. Люди начали подходить, обсуждая случившееся, но Кира не могла больше оставаться. Через несколько минут приехала полиция. Сотрудники начали брать показания, но в её голове всё ещё эхом звучал голос преступника. Когда его вели мимо неё, он с небрежной усмешкой сказал:

— Не лезь больше туда, куда тебя не просят, а то в следующий раз тебе так не повезёт!

Слова повисли в воздухе, заставив Кирину кожу покрыться мурашками. Она не смогла ответить, просто молча глядя, как его уводят.

— Вы не знаете, что он имел в виду? — спросил полицейский, когда Кира уже стояла у машины.

Она быстро перевела взгляд на его лицо и пожала плечами.

— Я много кому не нравлюсь, так что точно не скажу, — ответила она, пытаясь сохранить спокойствие.

Полиция отпустила её, но руки всё ещё дрожали. Кира села в машину, облокотившись на руль, пытаясь собраться с мыслями. Всё случившееся было слишком много для одного дня, но она знала, что не может остановиться. Внутри неё горел огонь, и она чувствовала, что уже близка к разгадке. Через пару минут, когда она отдышалась и собрала мысли, Кира вспомнила про бумажку. Это был чек от заправки, расположенной неподалёку. Она включила навигатор и поехала туда, надеясь, что это может привести её хотя бы к какому-то следу. Приехав на место, она осмотрела окрестности. Множество складов, затмевающиеся высоким забором и полуразрушенными зданиями. Ничего, что могло бы сразу броситься в глаза, но Кира не сдавалась. Вдруг она вспомнила про Максима. Быстро набрала его номер.

— Привет. Не знаю, поможет ли это, но подъезжай по адресу, который я тебе скинула.

Она бросила телефон на сиденье и, держа чек в руках, решительно взглянула вперёд.

Глава 8 ДОБРОПОРЯДОЧНЫЙ ГРАЖДАНИН

Максим, после того как завершил разговор с Кирой, выключил телефон и погрузился в чтение переписок. С каждым сообщением его намерения становились всё более решительными. В переписках было указано несколько адресов, на которых, были указаны адреса угоняемых машин. Первое место не заставило себя долго ждать.

Он прилетел на место, понаблюдав за окружающей обстановкой, и, заметив нужную машину рванул к ней. Приземлился рядом с угоняемым автомобилем и постучал по стеклу. Из салона моментально выбежал мужчина с бледным лицом. Он был явно ошарашен и растерян, не ожидая подобной встречи.

— Ну куда ты побежал, останься! — произнёс Максим, схватив преступника за шкирку и приподняв его от земли. Схватка была быстрой и безжалостной.

Он не стал тратить времени и вытащил телефон, набрал номер полиции, оставаясь неподвижным, будто не обращая внимания на возмущённые попытки преступника выбраться.

— Здравствуйте, я хочу заявить об угоне. Я поймал преступника, он рядом с машиной. Как меня зовут? Называйте «добропорядочный гражданин», — произнёс Максим с ледяной спокойствием, не забывая наблюдать за нарушителем, который изо всех сил пытался вырваться.

После того как звонок был сброшен, Максим приковал преступника к ближайшему столбу с помощью стяжек, не обращая внимания на его протесты. Мужчина продолжал молчать, но его взгляд был полон ярости. Максим вздохнул, убрал телефон в карман и направился к следующему адресу. Там, спустя несколько минут, он снова нашёл машину, которую пытались угнать. Он заглянул в окно и сказал, не выражая эмоций:

— Предъявите свои документы.

Вместо ответа, преступник резко открыл дверцу автомобиля, с силой ударив ею Максима по плечу, и оттолкнул его. В этот момент всё пошло не так, как планировалось. Мужчина выбрался из машины, резко вооружённый шокером. Максим почувствовал, как адреналин взорвался в его крови, и в этот момент время замедлилось. Максим мгновенно вырывал шокер из рук преступника. Он знал, что нужно действовать быстро, иначе можно оказаться в невыгодной ситуации. Словно молния, он ударил мужчину в висок. Нарушитель не успел даже осознать, что произошло, как упал на колени. Максим склонился к нему и, крепко прижав его к асфальту, заявил:

— А это было неприятно! — его голос был грубым и полным злости, хотя внешний вид Максима оставался спокойным и уверенным.

— Кто ты? — вырвался крик из горла преступника, гневный и полон угроз.

Максим приподнял бровь и на мгновение задумался.

— Надо уже придумать, что отвечать, — произнёс он с лёгкой усмешкой, но его внимание было сосредоточено на задержанном. — Не важно. Ты лучше скажи, куда должен был отвезти машину?

Преступник молчал, но Максим не унимался. Он тщательно проверил карманы, пытаясь найти что-то, что могло бы пролить свет на ситуацию, но увы — ничего. Отчаявшись, Максим снова достал стяжки и снова связал мужчину, решив не тратить время на пустые разговоры. Погладив руку по лбу, он снова набрал номер полиции.

— Алло, здравствуйте ещё раз. Это снова добропорядочный гражданин, я хочу сообщить ещё про один угон. Записывайте адрес, — произнёс Максим с абсолютно безразличным тоном.

Ночь была долгой и беспокойной для Максима. После того как он отправил очередное сообщение в полицию, ни один из задержанных преступников не дал никаких внятных подсказок. Они лишь молчали, сдерживали свои эмоции и не раскрывали никаких секретов. Но вот последнее сообщение, которое пришло на телефон, зацепило его внимание: «7ц2». Максим не стал терять времени: бросил телефон преступника и направился домой.

Вернувшись, он рухнул на кровать, ощущая, как его тело, вымотанное событиями последних дней, находит спасение в коротком сне. Но покой был недолгим — его разбудил звонок. Максим вскочил, как только услышал звонок, глаза ещё затуманены сном. Протёр их, попытался собраться с мыслями, но, прежде чем успел что-то сказать, Кира резко положила трубку. Максим несколько секунд сидел неподвижно, вслушиваясь в пустоту после окончания звонка. Затем он потянулся, закатил шею, ощущая натянутые мышцы. Взгляд упал на маску, лежащую на прикроватной тумбочке.

Через полчаса, оказавшись в машине, он осторожно открыл дверцу. Кира, не ожидая его появления, вздрогнула и схватилась за сердце. В её глазах читалось одновременно недоумение и раздражение.

— Зачем так пугать?! — с трудом отдышавшись, выпалила она. — Во что ты одет? Ты же эту рубашку ненавидел! И ты всё ещё ходишь в моей маске?

Максим лишь виновато улыбнулся, но его лицо не выражало смущения. Он знал, что Кира была не в восторге от его «маскировки», но пока другого выбора у него не было.

— Прости, не хочу, чтобы кто-то видел моё лицо, — тихо ответил он, заводя машину. — Ничего лучше не нашёл.

— Ты серьёзно? — Кира снова не скрывала своей тревоги. — Ты понимаешь, что это не шутки? Ты решил поиграть в супергероя? И что, это ещё одно увлечение, которое ты забросишь? Ты ведь понимаешь, за каждое твоё действие придётся заплатить, правда?

В машине повисла гнетущая тишина. Максим сжал кулаки, стараясь не дать волю своим эмоциям. Его сердце билось быстрее, чем обычно. Его мысли путались, но он знал, что Кира права. Он знал, что эта игра может дорого обойтись, но он также знал, что ему не хватает времени на колебания. Максим выдохнул и, наконец, сказал:

— Я понимаю, что ты хочешь сказать, но… когда я получил силы, я решил выбраться из той проклятой петли, по которой бродил последние пять лет. Я не знаю, как долго мне предстоит этим заниматься, но сейчас я хочу быть тем, кто может помочь. Прости, что втянул тебя в это, но я не могу остановиться.

Кира внимательно посмотрела на него, её глаза стали мягче, но тревога не исчезла. Она положила руку на его сжатый кулак, как бы пытаясь успокоить его.

— Я не хочу тебя обидеть своими словами, — сказала она тихо. — Я просто хочу понять, насколько серьёзны твои намерения. И, кстати, — она улыбнулась, слегка насмешливо взглянув на его наряд, — тебе не холодно? Сейчас же не лето.

Максим не мог не улыбнуться в ответ, почувствовав, как напряжение немного отпускает.

— Прохладно, но не более, — ответил он, — эффектно выглядеть важнее.

Кира рассмеялась, и её смех, такой искренний и тёплый, на мгновение развеял всю мракобесную атмосферу.

— Ох, как ты заговорил, — протянула Кира, закатывая глаза. — Ладно, поговорили, и хватит. Но я думаю, что ты прав: все машины свозятся на один из этих складов. Это как раз то место, где могут быть все ответы.

— Я нашёл только номер «7ц2». Вероятно, это номер склада, — сказал Максим, прищурившись.

— И что будем делать? Вызовем полицию?

Кира сразу достала телефон и, посмотрев на экран, начала набирать номер. Звуки набора казались слишком громкими в тишине ночи. Пока она пыталась дозвониться, Максим шагнул к выходу из машины, но как только открыл дверцу, почувствовал, как за спиной раздался голос девушки:

— Ты куда?

Максим обернулся, заметив, как Кира вылезала из машины, следуя за ним. Она даже не пыталась скрыть недовольство в голосе.

— Я хочу сходить и проверить. Побудь в машине, — сказал он, но его слова не убедили девушку.

— Нет, так не пойдёт, — настояла Кира, решительно подойдя к нему. — Я пойду с тобой. Ты мне обещал эксклюзив. Так что не думай, что я останусь здесь.

Максим вздохнул, понимая, что уговорить её будет не так просто. Он заметил, как её глаза искрятся от нетерпения и тревоги. Это что-то новое: она, обычно осторожная и спокойная, не собиралась отступать.

— Ладно, — сказал он, чуть улыбнувшись. — Пойдём, но если вдруг что-то начнётся, прячься за меня или беги. Я не шучу.

— Эти слова как-то не обнадёживают, — сказала Кира, продолжая смотреть на него с недоверием.

Максим лишь покачал головой.

— Ты сама этого захотела. Подойди ко мне поближе.

Кира замерла, не понимая, что он имел в виду. Но потом её глаза расширились от удивления, когда он сам подошёл, обхватил её за талию и с силой поднял. Она не успела даже протестовать, как почувствовала, как земля начинает удаляться от неё.

Максим улыбнулся, чувствуя, как воздух обвивает их тела, и они начинают подниматься всё выше и выше. Кира, цепляясь за него, ощутила странную лёгкость в теле. Она посмотрела вниз — улица становилась всё дальше, и внизу осталась только темнота. В этот момент её сердце забилось быстрее, и она инстинктивно вцепилась в него ещё крепче.

— Ты что, с ума сошел? — прошептала Кира, но её слова были потоплены в свисте ночного ветра.

Максим, не обращая внимания на её слова, был сосредоточен на том, чтобы они добрались до нужного места. В его взгляде было нечто решительное, Кира не могла отвести от него глаза и от этого ей было не ловко.

Подлетев к складу, они замедлились, оглядывая территорию. Темнота была почти полной, и только огни далеко расположенных городских уличных фонарей тускло освещали местность. Без каких-либо признаков опасности Максим осторожно приземлился, и оба оказались на земле.

— Всё чисто, — сказал он, осматриваясь, и только теперь заметил, как Кира сжала руки в кулаки, пытаясь осознать, что только что произошло.

Они подошли к воротам склада. С металлическим звоном Максим вырвал замок, используя свою силу. Звук был громким, но в пустой тишине ночи он почти не нарушил покой. Внутри склада было темно, и только слабый свет от фонаря в руках Киры освещал пространство. Это место было забито машинами — многие из них были знакомы Максиму.

В этот момент раздались шаги. Пару секунд спустя на складе включился свет, и в помещение вошли четверо мужчин. Каждый из них держал пистолет, и их лица были скрыты тенью, но их уверенные шаги и настороженные взгляды выдали их намерения.

— Я ж говорил, что сюда кто-то залез, — сказал один из них, повернувшись к остальным.

Кира сжала фонарик в руках, её сердце бешено колотилось.

— А ты кто такой? — прорычал один из мужчин, направив пистолет на Максима, его рука немного дрожала, но взгляд был полон угрозы.

Максим лишь фыркнул, не проявив и тени страха.

— Тц… Кир, можешь сделать мне одолжение? Придумай мне имя, а то все эти вопросы начинают надоедать, — сказал он с лёгким раздражением, пока взглядом следил за тем, как из пистолетов преступников выпадают магазины.

— Что за ерунда?! — закричал один из мужчин, не в силах скрыть растерянности, продолжая держать оружие направленным на Максима и Киру.

— У них ещё одна пуля осталась в стволе! — крикнула Кира.

— Спрячься за мной, — сказал он, нахмурив брови, но в его голосе звучала уверенность. — Всегда плохо разбирался в оружии.

Не успели слова выйти из его уст, как раздались выстрелы. Кира зажмурилась, инстинктивно спрятавшись за его спину. Но через пару секунд, когда страх немного отпустил, она осторожно открыла глаза и замерла. Перед ней стоял Максим, закрывая её своим телом, широко расставив руки, словно экраны защиты, а вокруг него в воздухе висели пули, замороженные в мгновении. Его фигура была освещена ярким светом, и на фоне этого света его силуэт казался почти мифическим. Это было что-то сверхъестественное, что она ещё не видела.

— Пошутил, — сказал Максим с лёгкой улыбкой, повернув голову к девушке. — Знаешь, что, Кир? Я так рад, что с тобой познакомился.

— К-к-к чему ты это? — заикаясь, спросила она, сердце до сих пор бешено колотилось в груди. — И это совсем не смешно!

Максим отпустил напряжённый взгляд на преступников, которые начали нервно подёргиваться, чувствуя, как отступает их уверенность.

— Да просто так, — ответил парень с полным серьёзности, но в глазах всё ещё была искорка веселья. Он обернулся к бандитам. — Но теперь давайте разберёмся с вами.

Не дав им времени среагировать, Максим одним резким движением поднял их с земли и бросил в стену склада, словно они были лишь куклами. Они шлёпнулись на бетон с глухим стуком, не в силах даже понять, что произошло. Кира, стоя позади него, чувствовала, как её дыхание постепенно восстанавливается, а взгляд не мог оторваться от Максима. Его глаза горели, а улыбка была на грани безумия. Максим быстро связал преступников, посадив их на пол рядом, и, глядя на их беспомощные попытки выбраться, сказал:

— Кир, нам пора уходить.

Кира кивнула, слегка успокоив нервное напряжение, и последовала за ним. Выйдя на улицу, Максим снова подхватил её на руки и, не сказав ни слова, взмыл в небо. Ветер свистел, когда они набирали высоту, а Кира зажмурила глаза, чтобы не ощущать того страха, который преследовал её на протяжении всего полёта. Когда они приземлились у машины, Кира отрыла глаза:

— Что дальше? Ты домой?

Максим посмотрел на неё, попровляя маску:

— Да, пойду отдыхать. Этот день меня здорово вымотал.

— А как же твоя минута славы? Не хочешь заявить всему миру, что появился новый супергерой? — поддразнила его девушка с лёгким насмешливым тоном.

Максим покачал головой, ответив с какой-то лёгкой усталостью, но без сожалений:

— Не люблю эту всю шумиху. Да и ты получила свой эксклюзив. Если захочешь, расскажешь миру обо мне, а я останусь в тени. Это не моё.

Взмахнув руками, он вновь поднимался в небо, а Кира продолжала смотреть ему вслед. Она чувствовала, как что-то меняется в её жизни, как на неё обрушиваются новые эмоции и ощущения. Но её мысли были прерваны — спустя несколько минут она заметила, как он исчезает за горизонтом. Когда Максим добрался до своей квартиры и зашёл в неё, всё вернулось в свою привычную тишину. Он снял с себя маску и одежду, переоделся в домашнюю и рухнул на кровать, усталый, но не находящий покоя. Пульс в висках не успокаивался, адреналин всё ещё бурлил в крови. Он лежал, не в силах заснуть. Тело требовало отдыха, но мысли продолжали крутиться вокруг событий дня. Внезапно раздался звонок в дверь. Максим приподнялся, посмотрел на часы. "Кто ещё на ночь глядя?" — подумал он. Открыв дверь, он замер на месте. Перед ним стояла Бис. Её волосы были растрёпаны, одежда повреждена, а лицо было в крови.

Глава 9 ТРЕНИРОВКА

Максим невольно отшатнулся, холодок пробежал по спине, а сердце сжалось от тревоги. Бис выглядела измождённой — одежда порвана, волосы спутаны, а на коже виднелись следы свежих ссадин.

— Бис, прости… — виновато пробормотал он, чувствуя нарастающее чувство вины. — Больше не используй на мне свои скрытые техники, у меня была причина воспользоваться силой.

Девушка молчала, не поднимая взгляда. Она стояла в дверном проёме, будто потерянная, сгорбившись и едва держась на ногах. Максим заметил, что она даже не пыталась пройти внутрь, а самое странное — она впервые вообще постучалась, вместо того чтобы просто появиться из ниоткуда, как обычно. Её плечи вздрогнули, она попыталась что-то сказать, но слова застряли в горле. В следующий момент её тело обмякло, ноги подкосились, и она начала падать.

— Эй! — Максим кинулся вперёд, едва успев подхватить её прежде, чем она ударилась о пол.

Его сердце колотилось, когда он поднял её на руки и осторожно занёс в квартиру, посадив на диван. Бис выглядела бледной, дыхание сбивалось, но в глазах читалась борьба — как будто она отчаянно пыталась держаться, несмотря на всё, что с ней произошло.

— Бис, что с тобой? — голос Максима звучал тревожно, он сел рядом, внимательно изучая её лицо.

— Подожди… сейчас соберу мысли в кучу… — пробормотала она, устало потирая лицо ладонью.

На мгновение наступила тишина. Только рваное дыхание Бис нарушало её. Максим не знал, что сказать, не знал, как помочь. Он чувствовал, что за этим стоит нечто большее, чем просто утомление.

— Ладно… — она выдохнула и посмотрела на него чуть яснее. — Чего тянуть. Придётся рассказать тебе всё как есть.

Он поднялся, схватил со стола стакан воды и протянул ей.

— Ты ранена? Тебе что-нибудь нужно?

Бис взяла стакан, сделала глоток и тихо усмехнулась:

— Ничего смертельного. Просто зашла в гости к старым друзьям.

Максим напрягся, но не стал перебивать.

— Помнишь, я тебе рассказывала про типы энергии? — она покрутила стакан в руках, будто собираясь с мыслями.

— В общих чертах, — кивнул он.

— В тот момент я не хотела забивать тебе голову. — Она подняла на него взгляд, и в её глазах мелькнуло что-то, от чего у Максима пересохло в горле. — Сейчас я тебе расскажу всё, что творится во Вселенной… и что грозит нам в ближайшее время.

Парень сжал кулаки и глубже вдавился в кресло, ощущая, как в воздухе повисло что-то зловещее. Максим слушал, но чем больше Бис говорила, тем сильнее нарастало чувство, будто он оказался в центре чего-то по-настоящему древнего, сложного и… пугающего. Он пытался собрать в голове всю информацию, но от осознания масштаба происходящего голова шла кругом.

— Мы стражи, одна из древних рас во Вселенной, — начала Бис, её голос звучал устало, но твёрдо. — Мы охраняли и поддерживали баланс, пока другие разумные расы не достигли пятого уровня развития. Земля сейчас на четвёртом уровне.

Максим непроизвольно нахмурился. Она говорила так, будто всё человечество — всего лишь пункт в какой-то космической таблице.

— Эти расы объединились в Космический союз, но их цели оказались далеки от справедливости. Они начали диктовать условия, неприемлемые для существования многих цивилизаций, включая нас. Развязалась война. Мы проигрывали…

Она сделала паузу, устремив взгляд куда-то в темноту комнаты. В её глазах отражалась боль утраты, слишком давняя, чтобы её можно было осознать обычным человеческим сознанием.

— Мы создали алрасов — синтетические разумные существа, идеальных солдат, нашу последнюю надежду. И поначалу они действительно уравновесили силы. Но мы совершили ошибку. Они оказались слишком совершенны… и восстали против нас. Так появилась третья сторона. Мы оказались между молотом и наковальней. Пока последняя наша станция не была уничтожена, я успела переместить часть выживших на разные планеты. Так мы и попали на Землю.

Она говорила ровно, но Максим чувствовал, что за этой историей скрываются куда более жуткие детали.

— Допустим, я правильно всё понял, — осторожно ответил он. — Но что нам сейчас угрожает?

Бис устало провела рукой по лицу.

— Я думала, что те, кого я спасла, смирятся, найдут себе дом, просто спрячутся от войны… — Она горько усмехнулась. — Но не все оказались рады такому решению. И я встретилась с ними.

Максим напрягся.

— Подожди… если вы здесь с тех времён, то сколько им тогда лет?

— Я тебе сейчас объясню, — она сделала ещё один глоток воды и продолжила:

— В отличие от людей, стражи рождаются с врождённой способностью управлять энергиями мироздания. Среди нас есть три фракции: красные, чёрные и бесцветные.

Максим внимательно слушал. Теперь это касалось не только её. Это касалось и его самого.

— Красные стражи управляют энергией душ, — продолжила Бис. — Каждое живое существо носит в себе источник силы, по мощности сравнимый с ядерным реактором. Они могут использовать эту энергию, усиливая себя, становясь быстрее, сильнее, ловчее. Но только одно усиление за раз.

Она подняла руку и сжала её в кулак, словно вспоминая что-то.

— Но у этого есть цена. Если исчерпать душу до конца, ты умираешь. А потом кто-то додумался, что можно использовать чужие души…

Максим почувствовал, как внутри всё похолодело.

— После того как стражи оказались на Земле, законов больше не существовало. Они начали воровать души людей, чтобы жить вечно.

Он сглотнул, но не перебивал.

— Бесцветные, — продолжила Бис, — это ты. Вся Вселенная пронизана энергией созидания. Ты можешь управлять частицами этой силы, передвигать объекты. Она всегда с тобой.

Максим сжал кулаки. Он знал, что его способности не были чем-то обычным, но никогда не думал о них с такой точки зрения.

— Чёрные управляют пространством и материей, — голос Бис стал чуть глуше. — Я могу открывать порталы туда, где уже была, или в точку, координаты которой знаю.

Она замолчала, а потом тихо добавила:

— Чёрный страж может быть только один. Он не стареет. Но его можно убить. Только после его смерти появится новый.

Максим внимательно посмотрел на неё.

— Ты хочешь сказать…

— Да, — Бис кивнула. — Я — последний Чёрный страж.

Тишина повисла между ними, тяжёлая, давящая.

— Вроде бы с этим я разобрался… — наконец пробормотал Максим. — Но это всё равно не объясняет, в чём проблема сейчас.

Бис посмотрела на него пристально.

— Ты правда думаешь, что они просто забыли обо мне?

Максим пытался осмыслить сказанное. Всё, что он слышал, казалось чем-то из фантастических фильмов, но Бис говорила уверенно и жёстко, будто это была обыденность.

— Лис и Миг, — повторил он, запоминая имена. — Красные стражи, да? Они хотят сделать оружие?

— Они боятся, что Союз или алрасы рано или поздно найдут эту планету, — поправила Бис. — Поэтому они ищут редчайший тип энергии — золотую. Она способна усиливать любую из трёх стихий стражей и делать её, по сути, бесконечной.

Максим нахмурился.

— Ты так не думаешь? И вообще, что за золотая энергия? — он чувствовал, что упускает что-то важное.

Бис покачала головой.

— Не забивай этим голову. Я точно не знаю. Но нигде в архивах стражей не упоминалось ничего подобного.

— Тогда откуда они взяли эту идею?

Бис задержала взгляд на стене, словно обдумывая, стоит ли говорить дальше.

— Они убеждены, что золотая энергия образуется из красной, когда душа покидает тело.

Максим вздрогнул.

— То есть… они убивали людей, чтобы проверить это?

Бис кивнула.

— Похищали души, экспериментировали. Но одной золотой души им недостаточно. Им нужно хранилище для этой энергии.

— И они нашли его?

— Они уже создали сердце алраса. И нам надо его разрушить.

Максим выдохнул, чувствуя, как напряжение сжимает грудь.

— Ты говоришь это так просто, — он нервно усмехнулся. — Но у меня от этой фразы только один вопрос: «Как?»

— Для полукровки ты достаточно силён. И быстро обучаем. — Голос Бис стал твёрдым. — Я не знаю, сколько у нас есть времени. Я не знаю, когда ко мне вернутся силы. Но мы заглянем ко мне, и я преподам тебе пару уроков.

Максим провёл рукой по волосам, пытаясь взять себя в руки.

— Ладно… Что мне взять?

— То, что считаешь нужным.

Он кивнул и принялся собирать рюкзак. Бросил туда рубашку, брюки, маску. На всякий случай сунул туда фонарик, складной нож и немного еды. Когда закончил, посмотрел на Бис. Она уже стояла у стены, чертя в воздухе плавными движениями полупрозрачный символ. Пространство перед ней задрожало, и в воздухе вспыхнул круг портала.

— Готов?

Максим сглотнул, чувствуя, как пересыхает в горле.

— Допустим.

Они шагнули внутрь. Ощущение было странным — словно кто-то выдернул его из одного мира и тут же вбросил в другой. Максим моргнул, пытаясь привыкнуть к новой обстановке. Перед ним раскинулась просторная долина, залитая мягким светом. Вдалеке лениво текла река, отражая мерцающие звёзды. Возле воды стоял дом — скромный, деревянный, но выглядевший крепким и основательным.

— Это твой дом? — спросил Максим, разглядывая строение.

— Да, — коротко ответила Бис.

Её голос вдруг стал холоднее. Она двинулась вперёд, не оборачиваясь, и Максим почувствовал, что здесь есть что-то ещё. Что-то, о чём она пока не хочет говорить. Они обошли дом и направились к покосившемуся сараю. Максим невольно отметил, что постройка выглядела так, будто её вот-вот снесёт первый же порыв ветра. Доски потемнели от времени, местами щели зияли настолько, что сквозь них пробивался слабый свет с другой стороны. Бис молча открыла дверь, и они вошли внутрь. Внутри было пусто, если не считать старых ящиков, покрытых пылью, и парочки ржавых инструментов, разбросанных по полу. Максим уже открыл рот, чтобы спросить, зачем они сюда пришли, но Бис, не говоря ни слова, направилась к дальнему углу и, наклонившись, отодвинула груду досок. Под ними оказалась массивная металлическая крышка люка с едва заметными узорами. Девушка приложила ладонь к центру, и спустя пару секунд что-то щёлкнуло, открывая доступ к лестнице, уходящей вглубь.

— Сюда, — коротко бросила она и первой начала спуск.

Максим на секунду замешкался. Что-то в этом месте его настораживало. Дом Бис выглядел... живым. Как будто в его стенах прятались истории, которые не хотели, чтобы их трогали. А вот этот подвал — он казался другим. Искусственным. Лишённым той теплоты, которую можно было ощутить даже в этом заброшенном сарае. Но он не стал спорить. Сделал глубокий вдох и последовал за девушкой вниз. Лестница оказалась длиннее, чем он ожидал. Узкие бетонные стены, тусклый свет, мерцающий с каждым шагом, и тяжёлая тишина, нарушаемая лишь эхом их шагов.

— Долго ещё? — спросил он, когда спуск начал напоминать бесконечность.

— Почти пришли, — ответила Бис.

И в тот же миг перед ними выросла массивная железная дверь. Она была огромной, даже больше, чем ожидал Максим, и выглядела так, будто могла выдержать прямое попадание ракеты. Бис подошла ближе и приложила ладонь к металлической поверхности. Несколько секунд ничего не происходило, но затем по двери пробежали тонкие голубые линии, высвечивая сложные узоры. Послышался глухой звук механизма, затем лёгкое шипение, и дверь медленно поползла в сторону. Максим вошёл внутрь — и тут же его ослепил резкий белый свет. Он зажмурился, ругнувшись сквозь зубы, а когда глаза привыкли, перед ним открылся зал. Он ожидал чего-то похожего на бункер — пыльного, мрачного, пропахшего сыростью. Но это место... Это было нечто другое. Просторное, залитое чистым белым светом. Вдоль стен стояли тренажёры — от стандартных гантелей до продвинутых спортивных установок. В стороне висели мишени и подвесные груши. А ещё дальше, в углу, Максим заметил что-то вроде лабораторного центра: компьютеризированное место с массивным монитором, к которому тянулись десятки проводов, скрывающихся за стенами.

— Проходи, — сказала Бис, направляясь к одной из дверей. — Я сейчас подойду.

— Чем займёмся? — спросил Максим, осматривая зал.

— Потренируемся. Я покажу тебе пару приёмов.

Она скрылась за дверью, оставляя Максима одного. Он вздохнул, кинул рюкзак на пол и достал оттуда рубашку и брюки. Когда Бис вернулась, она остановилась в дверях, явно удивлённая.

— Ты зачем переоделся? — она хмыкнула. — У нас тут не званый ужин.

— Так я увереннее себя чувствую, — пожал он плечами. — Да и ты не в спортивном.

— Ну, как хочешь, — она махнула рукой и прошла дальше.

— С чего начнём? — спросил он.

— Я хотела тебе рассказать ещё про твою способность, — продолжила девушка, скрестив руки. — Повторюсь, ты управляешь частицами. Ты можешь собирать их в одно место, создавая плотную сетку, что-то вроде невидимой стены. Она сможет тебя защитить.

Максим задумчиво кивнул.

— Я вроде бы так уже делал… но совсем забыл про это. А ещё я летаю, как будто стою на какой-то платформе.

Бис прищурилась, оценивающе глядя на него.

— Ты уже и этому научился? — в её голосе прозвучало искреннее удивление. — Тогда будет проще. Если ты можешь контролировать плотность частиц, значит, сможешь защитить не только отдельные участки тела, но и всё сразу. Представь, что твои частицы — это доспехи. Они смогут защитить тебя как от физических атак, так и от энергетических. Включая ту, что использовали против меня.

Максим внимательно слушал, пытаясь представить, как это может выглядеть.

— Тогда смотри, как ты можешь атаковать, — сказала Бис.

Она сложила пальцы в виде пистолета, и на кончике её указательного пальца собралась крошечная чёрная точка. В следующий миг раздался тихий хлопок, и невидимая волна ударила в стену. Там осталась небольшая обожжённая дырка.

— Что это было?! — возбуждённо спросил Максим, подбегая ближе и разглядывая след.

— Я собрала чёрную энергию и направила её вперёд, — пояснила девушка, отводя руку. — Но моя атака неэффективна. Чёрной энергии мало, и её долго накапливать. У тебя же всё должно быть проще — попробуй.

Максим уставился на свою ладонь, сосредотачиваясь. В центре его ладони начала собираться мутная, едва заметная сфера. Она дрожала, словно живая, мерцая призрачным светом.

— И этим можно атаковать? — спросил он, чуть нахмурившись.

— Да, но не рассчитывай только на это, — предупредила Бис.

Максим кивнул и снова посмотрел на руки. Он попытался направить частицы по телу, сосредотачивая их вокруг кулаков. На коже появилась странная плёнка, напоминающая дымчатый налёт.

— Значит, если я усилю концентрацию на руках, то мой удар станет мощнее, как будто я в перчатках

— Именно. Но не увлекайся…

Вдруг плёнка на его руках начала мерцать, и свет стал ярче. Сначала слабый, затем всё интенсивнее. Воздух вокруг дрожал, словно под воздействием невидимого жара. Бис резко напряглась.

— Макс, прекрати!

Но он уже не мог. Сила, сконцентрированная в его ладонях, вышла из-под контроля, и он почувствовал, как что-то внутри него начало срываться с привязи.

— Я не могу это остановить! — закричал он, когда свет разгорелся ещё сильнее.

— Чёрт… — Бис быстро сориентировалась. — Я открою портал! Попробуй выпустить энергию в него, но закрепи ноги, иначе тебя засосёт!

— Что?!

Бис резко взмахнула рукой, и перед ними открылся портал, ведущий в бесконечную черноту космоса. Вакуум тут же потянул воздух, создавая вихрь, устремившийся в зияющую бездну. Максим почувствовал, как его ноги начали скользить вперёд, а тело накренилось в сторону портала.

— Чёрт! — он инстинктивно вонзил пятки в пол и напряг мышцы, удерживаясь на месте.

Воздух вокруг него вибрировал, частицы бесцветной энергии хаотично плясали на коже, словно срываясь с привязи. Максим стиснул зубы и скинул всю накопленную силу прямо в портал. Как только частицы вырвались из его рук, они начали искриться и переливаться в пустоте. Светящиеся потоки закрутились в спираль, стремительно сплетаясь друг с другом. В мгновение ока на месте вспышки появился кусок земли, покрытый сочной травой. Из центра новообразованного островка торчал металлический прут. Трава тут же начала увядать, не выдерживая условий космоса.

— Хватит, — тихо сказала Бис, и портал мгновенно закрылся, будто его и не было.

Максим тяжело дышал, осознавая, что только что произошло.

— Не концентрируй энергию так плотно, — девушка провела рукой по лицу, явно устав. — Я же говорила, бесцветная энергия — это энергия созидания. Если ты будешь собирать её в большом количестве, она начнёт создавать материю.

— Запомню… — выдохнул он, всё ещё приходя в себя.

Вдруг что-то пронеслось по комнате, словно невидимая волна. Максим вздрогнул — по коже прошёл мороз, от которого у него мурашки побежали по спине. Он поднял голову и встретился с напряжённым взглядом Бис.

— Ты это почувствовал? — её голос был настороженным, почти тревожным.

— Да… Что это было?

Девушка сжала кулаки.

— Они активировали сердце алраса. Нам нужно идти.

Она быстро развернулась, уже начиная формировать новый портал.

Максим вскинул брови.

— Подожди, ты уверена, что сможешь сражаться? Ты же ещё не полностью восстановилась.

Бис бросила на него быстрый взгляд, в котором мелькнуло что-то почти злобное — не на него, а на всю ситуацию.

— Мне уже лучше. Некогда, Макс. Пошли!

Он молча кивнул, вытащил из кармана маску и натянул её на лицо. Когда он бросился в портал, его сердце бешено колотилось, словно предупреждая, что впереди их ждёт нечто гораздо опаснее, чем они могли ожидать.

Глава 10 СХВАТКА

Миг смотрел, как Бис растворилась в яркой вспышке портала, оставив после себя лишь легкий след энергии. Он тут же обернулся к Лис, которая уже сжимала кулаки от злости.

— Лис, она уходит! — воскликнул он, но было поздно.

Девушка резко развернулась, её глаза вспыхнули гневом.

— Как она смогла? У неё не должно быть сил! Чёрт! — прорычала Лис, ударив кулаком в стену. Глухой звук разнёсся по помещению, но боль её не интересовала.

Миг осторожно сделал шаг назад.

— Что теперь? Мне её найти?

Лис замерла, тяжело дыша, а затем медленно выдохнула, взяла себя в руки и устало махнула рукой:

— Не надо. Планы меняются. — Она вдруг усмехнулась, её лицо исказилось в странной смеси разочарования и мрачного ликования. — На этой грязной планете мы никогда не найдём золотую душу. Тогда у нас будет красное сердце.

— Зачем? — Миг нахмурился, в его голосе послышалось недоумение. — Что ты несёшь? Это нам ничем не поможет.

Лис резко повернулась к нему, в её глазах плясали тени.

— Как — зачем? — она прищурилась, а затем зашагала по комнате, словно загнанный зверь, не находящий выхода. — Мы должны разобраться с ней и со всеми проблемами, что нас ждут на этой планете.

Миг скрестил руки на груди.

— Лис, я только что говорил про корабль. У нас всё может получиться! — Он замолчал, но потом, словно внезапно осознав что-то, медленно добавил: — Или ты изначально и не собиралась покидать Землю?

Лис остановилась. На мгновение её лицо смягчилось, но затем она быстро натянула маску хладнокровия.

— Миг, брось, — тихо сказала она. — У нас нет выбора. К тому же, мы даже не знаем, есть ли корабль у неё.

Парень долго смотрел на неё, а затем покачал головой.

— Лис, я с тобой много веков, — его голос был низким и тяжёлым. — Я тебе верил всё это время, и всё заканчивалось одинаково. Или Бис была права насчёт тебя? Что ты на самом деле собираешься с ней сделать?

Девушка усмехнулась, но в её глазах не было веселья.

— Не тебе мне об этом говорить, — холодно бросила она. — Тебе тоже нравилось всё, что мы делали.

— Лис… — его голос дрогнул, но она перебила его.

— Ты не понимаешь! — взорвалась она, с силой сжав пальцы. — Я не хочу всю жизнь скрываться! Наш дом уже не вернуть! Если мы не можем найти золотую душу, то я буду использовать людей как батарейки. И с этой силой я смогу дать отпор любому!

Она сделала шаг вперёд, и её тень скользнула по полу, будто оживая.

— А Бис… получит то, что заслужила, — прошипела Лис, её глаза вспыхнули кровавым оттенком.

Миг молча смотрел на неё. Затем его голос прозвучал тихо, но твёрдо:

— А как же слова Лока про Заражение?

Воздух в комнате стал тяжёлым. Лис замерла, и впервые за долгое время в её глазах мелькнуло нечто похожее на сомнение.

— Столько времени прошло, и мы так и не нашли ни малейшего намёка на мраков, — устало сказал он, глядя на панель приборов. — Не знаю, чем занимается Лок на Земле, но доверия у меня к нему больше нет.

Лис, скрестив руки на груди, лениво оперлась на стену.

— Теперь я всё понял, — продолжил он, пожав плечами, — но наши мнения не сходятся.

Девушка резко повернула голову, её взгляд стал холодным и колючим.

— Ты опять хочешь кинуть меня?

— Я помогу тебе, — ответил Миг, но в его голосе не было прежнего энтузиазма, лишь усталость. — Но ты уверена по поводу красного сердца?

Парень нахмурился, голос стал напряжённым:

— Чтобы оно работало как надо, нужно около ста тысяч душ. И даже тогда они не смогут бесконечно подпитывать тебя. Стражи пошли на это только потому, что Риг вызвался добровольцем, а его жертву хотели компенсировать золотой энергией.

Лис усмехнулась, и на её лице появилось почти развесёлое выражение.

— Я об этом знаю. — Она сделала шаг к нему, чуть наклонив голову набок. — Мне плевать на жизнь людей. А тебе, что ли, нет?

Миг посмотрел на неё в упор, но в его глазах не было страха, лишь какое-то глубокое, усталое понимание.

— Я тебя понял, — тихо выдохнул он, словно решая что-то про себя. — Но это последнее, с чем я тебе помогу. После этого я тебе больше ничего не должен.

Лис усмехнулась, но в её улыбке сквозила хищная холодность.

— Идёт.

Они взялись за дело. Комната наполнилась мерцанием экранов, всполохами искр от паяльника и мерным жужжанием механизмов. За полдня устройство было готово. Оно напоминало жилет, сплетённый из проводов, металлических пластин и микросхем. В центре конструкции мерцала сфера, с обратной стороны которой располагался ряд тонких игл. Лис молча скинула олимпийку, не обращая внимания на Мига, и надела жилет. Миг подошёл ближе и начал застёгивать крепления, проверяя соединения.

— Ты точно уверена? — спросил он, его голос был почти без эмоционален.

Девушка только бросила на него колючий взгляд.

— Тогда начинаем.

Миг нажал на сферу. Иглы мгновенно вонзились в её тело. Лис дёрнулась, вскрикнула, но тут же стиснула зубы. В её глазах мелькнула боль, но она быстро исчезла, уступив место другому чувству — эйфории. Через несколько секунд сфера замерцала, и по жилету пробежали тонкие красные искры.

— Твоя душа синхронизировалась, — Миг внимательно наблюдал за экраном. — Как ты себя чувствуешь? Всё в порядке?

Лис замерла, а затем рассмеялась, тихо, но постепенно смех становился всё громче и безумнее.

— Всё хорошо, ха-ха… — она прикрыла глаза, наслаждаясь ощущением. — Я никогда не чувствовала себя лучше!

Она раскинула руки, словно вбирая в себя что-то невидимое.

— Я ощущаю… каждую душу на этой планете, — её голос дрожал от восторга. — Только подумай… вся эта энергия… станет моей…

Но вдруг она резко замолчала.

Её лицо исказилось, словно она услышала что-то, чего не ожидала.

— Бис здесь, — прошептала она, сжимая кулаки. — И с ней кто-то ещё.

Она резко повернулась к Мигу, её глаза вспыхнули кроваво-красным.

— Он и страж, и человек.

Миг только нахмурился.

— Останови их, пока я не закончу настройку и не начну первую зарядку.

Парень внимательно посмотрел на неё, но ничего не сказал. Затем спокойно кивнул:

— Я обещал помочь с машиной. В битве с ними я сильно рисковать не буду. Если станет опасно — я сбегу.

Лис недовольно скривилась, но махнула рукой.

— Хорошо. Иди уже.

Она снова уткнулась в монитор на своём запястье, а Миг, молча развернувшись, направился к выходу, не оборачиваясь. Бис и Максим вышли из портала, но едва ступив на твёрдую землю, девушка пошатнулась, чувствуя, как всё внутри переворачивается. Голова кружилась, зрение немного плыло. Максим бросил на неё обеспокоенный взгляд, собираясь спросить, всё ли в порядке, но не успел — из ниоткуда вылетел Миг.

Его тело источало зловещий алый свет, пульсирующий, будто живая субстанция. Он молниеносно сблизился и с силой ударил Максима в торс. Максим, действуя на рефлексах, вскинул руки для защиты, и в тот же момент перед ним возникла плотная энергия, словно невидимая стена. Однако даже эта защита не спасла полностью — удар был слишком мощным, его отбросило назад, и он тяжело приземлился, перекатившись по земле. Миг тут же развернулся, намереваясь добить Бис. Его глаза вспыхнули предвкушением, когда он замахнулся, но девушка успела открыть портал, шагнула в него и исчезла. Почти одновременно новый портал раскрылся за спиной противника.

— Вот тебе! — выкрикнула она, со всей силы ударяя ногой в голову.

Миг дёрнулся вперёд, но выдержал. Бис с трудом удержалась на ногах, пошатнувшись. Её тело не слушалось, боль разливалась по венам, мешая сосредоточиться. Она понимала, что не сможет продолжить атаку. Миг медленно покачал головой, приходя в себя после удара. Он хотел обернуться, но в тот же миг перед ним возник Максим. На этот раз он сам атаковал — мощный удар кулаком летел прямо в грудь. Миг выставил руки, пытаясь блокировать, но сила была настолько велика, что его буквально снесло с места. Он отлетел, оставляя за собой след в пыли. Максим не собирался останавливаться. Вокруг него начали появляться мутные сферы энергии. Он швырял их в Мига одну за другой, каждая из них сотрясала воздух. Удары сыпались, как град, но Миг продолжал сопротивляться. Он отводил атаки, пытался контратаковать, но Максиму удавалось уворачиваться, напирая с новой силой. Внезапно что-то изменилось.

Они оба почувствовали, как воздух вокруг будто сгустился, стал вязким и тяжёлым. Волна ужасающего давления накатила, пронизывая всё вокруг. Было ощущение, будто сама планета содрогнулась. Максим невольно замедлился, переводя взгляд на Бис. Девушка стояла, бледная, глаза широко раскрылись от ужаса.

— Что вы наделали?! — крикнула она, в её голосе звучала паника.

Максиму не пришлось спрашивать, что именно она имела в виду — он и сам ощущал, как огромный поток энергии прорвался. Бис не теряла времени. Она вскинула руку, её пальцы дрожали, но портал раскрылся мгновенно — прямо у ноги Мига.

— Что ты… — только и успел выдохнуть он, но в следующий миг Бис сжала кулак, и портал захлопнулся, отсекая его конечность.

Глухой, влажный звук удара плоти о землю. Крик. Миг взвыл от боли, схватившись за обрубок ноги, из которого хлынула кровь. Его дыхание стало прерывистым, лицо исказилось в агонии. Бис не выдержала и рухнула на колени.

— Макс… — её голос был слабым, но в нём звучала решимость. — Они создали красное сердце… Останови её, или многие умрут!

Максим сжал кулаки, чувствуя, как его собственная энергия вспыхивает сильнее.

— А как же ты? — спросил он, оглядываясь на неё.

Бис с трудом подняла голову, на её губах мелькнула слабая, но упрямая улыбка.

— Я справлюсь… Беги!

Максим не стал задавать вопросов. Время поджимало, и каждая секунда промедления могла стоить жизней. Он развернулся и сорвался с места, устремившись к источнику той ужасающей энергии, что только что пронзила пространство. Позади Бис медленно осела на землю и потеряла сознание. Миг, тяжело дыша, дополз до отрубленной ноги. Его пальцы дрожали, но он не позволял себе паниковать. Он приложил конечность к кровавой культяпке, и рана тут же вспыхнула алым светом. Плоть срослась мгновенно, будто ничего и не было. Он медленно поднялся, проверяя восстановленную ногу. Затем шагнул к телу Бис. Несколько секунд он просто смотрел на неё, его лицо оставалось бесстрастным. Потом он молча накинул на голову капюшон и ушёл, растворившись в тенях.

Максим долетел до источника энергии. Локация выглядела так, будто её выжгли изнутри — земля испещрена глубокими трещинами, воздух дрожал от жара, а в центре всего этого висела в воздухе девушка. Она парила, окутанная потоками алой энергии, которые кружились вокруг неё, словно живые. Волны силы расходились во все стороны, разрывая пространство, будто ткань реальности больше не выдерживала её присутствия. Максим стиснул зубы, мгновенно создавая в ладонях энергетические сферы. Он метнул их в её сторону, но те не успели даже коснуться цели — как только они влетели в поле красного сияния, их попросту поглотило, будто они никогда и не существовали. Свечение начало ослабевать. Девушка плавно опустилась на потрескавшуюся землю. Когда она подняла голову, её глаза вспыхнули жутким алым светом, а на груди сияла кроваво-красная сфера, будто вживлённый в тело кристалл.

— О, привет, — её голос прозвучал насмешливо, даже слегка лениво, словно она только что проснулась после приятного сна. — Так ты и есть тот самый полукровка?

Максим почувствовал, как в груди нарастает злость, но он сдержался.

— Что ты сделала? — его голос был твёрдым, но в нём чувствовалась растерянность.

Девушка слегка наклонила голову, будто обдумывая его слова, а затем улыбнулась.

— Ой, Бис тебе ничего не рассказала? Как жаль. Да ничего особенного, просто… подзарядила себя, — её губы растянулись в довольной улыбке. — Я никогда не чувствовала в себе столько силы.

Максим сжал кулаки.

— Она сказала только одно: ты создала красное сердце. Оно состоит из… душ?

— Ага.

— Сколько? — в его голосе зазвучала тревога.

— Ну-у… где-то тысяч сто, — Лис пожала плечами, словно речь шла о пустяке. — Да брось, людей и так семь миллиардов. Ста тысячами больше, ста тысячами меньше… Какая разница?

Максим застыл, не в силах поверить в то, что услышал. Внутри всё сжалось от ярости. Лис наблюдала за ним с весёлым любопытством, будто оценивая его реакцию.

— Кстати, ты довольно силён. Может, присоединишься ко мне? — она сделала шаг вперёд, поигрывая красноватым сиянием на ладони. — А пока ты думаешь… я прогуляюсь.

Максим едва успел среагировать, когда Лис присела и взмыла вверх с такой силой, что пробила крышу здания, разметав осколки черепицы и бетонной крошки. Он сорвался следом, устремившись в погоню. Девушка передвигалась прыжками, её скорость была невероятной. Она отталкивалась от крыш и мостовых, оставляя после себя трещины и кратеры, а её силуэт сливался с ночным городом, превращаясь в едва уловимое пятно красного света. Максим стиснул зубы и ускорился. Он рассчитал её траекторию и, предугадывая следующий прыжок, выставил перед ней массивную стену энергии. Лис не успела среагировать — удар пришёлся точно в цель. С глухим грохотом она в печаталась в мостовую, расколов асфальт. По инерции её отбросило ещё на несколько метров, и она прокатилась по земле, оставляя за собой глубокие борозды. Но, к его удивлению, она лишь спокойно встала и отряхнула одежду, словно всего этого не было.

Максим приземлился рядом. Они оказались на Невском проспекте — широкой улице, переливающейся в свете фонарей. Шесть полос дороги заполнили автомобили, некоторые водители уже заметили необычную драку и в панике пытались развернуться. Высокие здания вокруг, каждое со своей историей, казалось, затаили дыхание, становясь безмолвными свидетелями происходящего. Лис потерла шею и ухмыльнулась:

— Это значит, нет.

Она неспешно вышла на середину дороги, загородив движение. Одна из машин резко затормозила, водитель нажал на клаксон:

— Ты нам мешаешь!

Лис даже не взглянула в его сторону. Вместо этого она спокойно подошла, схватила машину за передний бампер и с лёгкостью подбросила её в воздух. Максим тут же бросился вперёд. Ему удалось перехватить автомобиль, погасить инерцию и осторожно опустить его на землю. Он ещё не успел обернуться, как почувствовал резкий удар в лицо. Лис воспользовалась моментом, когда он отвлёкся. От удара Максима отбросило назад. Он пронёсся через автобусную остановку, сметая металлический каркас, и с грохотом врезался в стену здания. Воздух наполнился звоном стекла, криками людей и визгом шин. Паника мгновенно охватила проспект. Люди разбегались, машины пытались уйти с дороги, но затор превращал ситуацию в хаос. Водители сигналили друг другу, спорили, застревая на узком участке, а страх нарастал с каждой секундой. Лис довольно хмыкнула и посмотрела на Максима, выбирающегося из обломков.

— Так ты у нас, значит, герой. Ну что ж, мне будет легче. А как ты с этим справишься, герой?

Она сорвалась с места и переместилась на Зелёный мост. Максим только моргнул — и она уже стояла в центре, словно хищница, готовая к прыжку. Старый чугунный мост, соединяющий берега реки Мойки, дрожал под её ногами. Красные энергетические волны расходились от неё, как круги на воде. Затем она резко подпрыгнула. Разрушение началось мгновенно. От толчка чугунные опоры затрещали, асфальт раскололся, а мост заходил волнами, словно под ним взорвалась бомба. Машины начали скользить вниз, многие уже накренились, грозясь рухнуть в тёмную воду реки. Максим рванул вперёд. Он изо всех сил постарался удержать падающие автомобили, создавая энергетические поля под ними. Водители в панике кричали, но он осторожно переносил машины на безопасный участок дороги.

Когда последняя машина оказалась в безопасности, он резко развернулся и взлетел вслед за Лис. Она уже набирала высоту, оставляя за собой след яркого алого света. Максим догнал её. Он схватил её за руку и рванул вниз. Они с силой рухнули прямо на Дворцовую площадь. Ударная волна разошлась во все стороны, подняв облака пыли и осколки брусчатки. На мгновение всё замерло. Затем из облака пыли появилась Лис. Она улыбалась.

Центральным элементом площади была Александровская колонна — гигантский монолит из тёмно-красного гранита, возвышающийся более чем на двадцать пять метров. На её вершине, словно парящий над всем пространством, стоял бронзовый ангел с крестом в руках. Его спокойное лицо, обращённое вниз, казалось, наблюдало за схваткой, как за неизбежной частью истории этого места. За колонной простирался Зимний дворец — величественное здание цвета бирюзы и золота, отражающее закатный свет в своих многочисленных окнах. Богато украшенный фасад с колоннами и лепниной, массивные арки, узорчатые наличники — всё здесь дышало имперским величием. На крыше дворца застыли фигуры скульптур — древнегреческие боги, аллегории силы, мудрости и справедливости. Площадь была выложена серой и красной брусчаткой, местами истёртой временем, местами отполированной тысячами шагов. Она казалась бесконечной, раскинувшись между дворцом и Главным штабом — длинным дугообразным зданием с аркой в центре. Триумфальная арка, увенчанная колесницей с шестью бронзовыми конями, устремлёнными вперёд, символизировала победу и могущество.

Воздух был наполнен напряжением. Где-то вдалеке слышались тревожные голоса людей, не успевших покинуть площадь. Лёгкий ветер доносил запах холодного камня, пыли и чего-то ещё — может быть, крови или гари от разрушающихся зданий. Первая пришла в себя Лис. Она резко вскочила, схватила Максима за руку и с лёгкостью метнула его в колонну. Тяжёлый удар заставил его застонать, когда он с глухим звуком врезался в холодный камень и рухнул на землю. Максим потряс головой, отгоняя звон в ушах, и встал на ноги. Его взгляд стал жёстче, он принял боевую стойку.

— Раздражаешь, — закатила глаза Лис, её голос был полон насмешки.

В следующий миг она уже оказалась у него за спиной. Её пальцы мягко скользнули по его коже, и в тот же момент по её руке вспыхнула волна алой энергии, направляясь к шее парня. Но не успела сила добраться до него, как столкнулась с невидимым барьером. Волна с шипением отскочила, а Максима отбросило назад. Лис вскинула брови.

— О, смотрю, ты многому научился.

— Чего ты хочешь? — резко бросил Максим, сжимая кулаки.

— Хм… Я думала, это и так понятно. — Она лениво потянулась, затем ухмыльнулась. — Силы.

Вокруг уже начали собираться люди. Их было немного, но некоторые зеваки доставали телефоны, записывая происходящее, словно это было постановочное шоу. Максим не стал ждать. Он создал сферы энергии и бросил их в Лис. Она даже не выглядела напряжённой, с лёгкостью уворачиваясь и отбивая их одной рукой. Затем сорвалась с места — её скорость была нечеловеческой. В следующее мгновение её кулак врезался Максиму в живот. Он взмыл в небо, его внутренности будто скрутились от удара, даже сквозь защиту он ощущал этот чудовищный прессинг.

Стиснув зубы, он огляделся. Внизу на площади стояли несколько припаркованных машин. Секунда — и он использовал телекинез, бросая их в Лис.

Она лишь усмехнулась. Первая машина разлетелась пополам, когда её кулак прошёл сквозь металл, как через бумагу. Вторую она схватила и, вращая вокруг себя, отбросила в сторону, словно игрушку. Максим едва успел увернуться. В тот же миг Лис подпрыгнула, взлетела на уровень его высоты и нанесла удар сверху. Он не успел заблокировать. Её кулак врезался в него, и его со страшной силой впечатало в землю. Максим прокатился несколько метров, сминая брусчатку. Защитное поле погасило часть урона, но даже оно не могло полностью избавить от боли. Он вскочил на ноги, не давая себе времени осознать, насколько сильно пострадал. Лис уже спускалась вниз. Её ноги мягко коснулись земли.

— Вот за что не люблю бесцветных, — усмехнулась она, вытирая пальцем каплю крови с губ. — У вас столько сил.

Максим ничего не ответил. На его руках начали появляться энергетические кубы, которые тут же начали увеличиваться и уплотняться. Они бросились друг на друга. Завязался рукопашный бой. Максим использовал свои кубы как щиты и орудия для атаки, но Лис ломала их с каждым ударом. Он восстанавливал их, но она была быстрее, её удары были точными, расчётливыми, разрушительными. Максим начал пропускать. Если бы не защита, его уже давно размазало бы по площади. Но он не сдавался. Сконцентрировав всю свою силу, он направил энергию в руки. Они засветились ослепительным светом. Выкрикнув, он вложил в удар всю мощь. Его кулак врезался ей прямо в лицо. Лис пошатнулась. Из рассечённой брови потекла кровь. Она медленно подняла руку и провела пальцами по ране, затем посмотрела на алую жидкость на своей коже. Её губы скривились.

— Тварь! — взревела она, и площадь содрогнулась от её ярости.

С улиц, ведущих к площади, послышался визг покрышек и топот множества ног. Полицейские машины одна за другой подкатывали к месту разрушительного боя. Мигалки заливали Дворцовую площадь красно-синим светом, создавая хаотичный узор на древних стенах Зимнего дворца. Из машин высыпали бойцы ОМОНа в чёрной броне, подняли автоматы и окружили пространство, не оставляя лазеек для побега.

— Сдавайтесь, вы окружены! — донёсся через рупор хриплый голос командира. — При сопротивлении мы будем вынуждены открыть огонь!

Максим тяжело дышал, всё его тело ломило, а в ушах стоял звон от недавнего удара. Он посмотрел на Лис — девушка стояла, скрестив руки, её губы тронула ухмылка.

— Давай поиграем? — с лукавой интонацией предложила она и, даже не дав Максиму ответить, сорвалась с места.

Первая очередь пуль прорезала воздух, но Лис не просто не замедлилась — казалось, она двигалась ещё быстрее. Словно размытое пятно, она металась между выстрелами, неуловимая, неуязвимая. Максим не мог её догнать — в нём не осталось сил, только яростная решимость держать защитный барьер.

А Лис уже мчалась прямо на бронированный грузовик ОМОНа. В последний момент она резко подалась вперёд, ударила плечом в массивную стальную конструкцию. Грузовик перевернулся в воздухе, вращаясь, как игрушечная машинка, и с грохотом рухнул на асфальт, пробив мостовую.

Полицейские замешкались, не веря в увиденное. Несколько человек попытались вступить с ней в рукопашный бой. Ошибка. Лис двигалась с грацией хищницы, каждый её удар ломал кости, отправляя бойцов в воздух, как тряпичные куклы. Максим стиснул зубы — он не мог просто стоять и смотреть.

Когда Лис размахнулась для удара по очередному полицейскому, Максим бросился вперёд и успел создать перед ним защитное поле. Кулак девушки ударил в сияющий барьер, заставив его треснуть, словно стекло. Максим отшатнулся, пытаясь восстановить силу, но в следующее мгновение Лис уже развернулась и с лёгкостью раскидывала силовиков дальше.

— Опаздываешь, — бросила она, даже не оборачиваясь.

Максим попытался отбросить её прочь, но что-то изменилось. Его сила, столь послушная раньше, вдруг отказалась ему повиноваться. Лис продолжала бушевать. Полицейские кричали, кто-то пытался отползти, кто-то ещё сопротивлялся, но исход был очевиден. Максим понял, что больше не может защищать всех. В его ладонях вспыхнул белый свет. Он вложил в кулак всю оставшуюся силу и рванул вперёд. Удар врезался в Лис, отбросив её к подножию колонны. Белый свет взорвался, но тут же растёкся по её телу и исчез в клубящейся красной энергии. Лис провела рукой по боку, где теперь алела кровь, и ухмыльнулась.

— А вот это уже опасно, — признала она, но голос её дрогнул не от страха, а от возбуждения. — Но это ещё не всё.

Она подняла руки вверх, и город затопило багровое сияние. Красная энергия стекалась к ней, закручиваясь спиралями, пульсируя, словно живое существо. Удары сердца Максима отдавались в висках. Он почувствовал... пустоту. Окружающая энергия словно высосала жизни тех, кто был вокруг. Сотни тел осели на землю. Молчаливые, неподвижные. Один только Максим всё ещё стоял. Лис посмотрела на него с искренним интересом.

— И что ты теперь будешь делать? — издевательски спросила она.

Максим не ответил. Он закричал, срывая голос, и бросился в атаку. Девушка ухватилась за Александровскую колонну. Камень с треском поддался. подняв многотонный монолит, Лис с лёгкостью, будто это было копьё, ударила им Максима. Его отбросило, и он покатился по площади, пробивая камни и оставляя за собой глубокую канаву. Лис шагнула вперёд, занеся колонну для последнего удара.

— Да когда же ты умрёшь?! — закричала она, обрушивая мощь на сферу, которой Максим в последний момент успел себя окружить.

Камень со звоном ударил по барьеру. Первый раз. Второй. Третий. Максим ощущал, как сфера трещит, как с каждой секундой становится всё слабее. Но он сжимал зубы, не давая ей разрушиться. По району раздавались громкие удары, эхом разносясь по пустым улицам. Дворцовая площадь, некогда величественное сердце города, превратилась в арену разрушения. Гранитная брусчатка была испещрена трещинами, колонна рухнула, разлетевшись на массивные обломки. Вдалеке клубился дым, люди кричали, а сирены полиции и военных машин разрывали воздух.

Максим оказался наполовину в земле, его тело врезалось в асфальт, оставляя глубокую воронку. От Александровской колонны практически ничего не осталось, лишь обломки гранита, разбросанные по площади, да бронзовый ангел, одиноко валявшийся на боку, будто павший страж. Лис была поглощена битвой, её глаза горели красным сиянием, а вокруг тела пульсировала энергия. Она не сразу заметила появление Мига — тот оказался рядом внезапно, точно тень. Ловким движением он порвал провода на её спине, получив тяжёлый ожог на руке и спровоцировав разряд. Тело Лис дёрнулось, её рука инстинктивно схватилась за устройство. На коммуникаторе, закреплённом на запястье девушки, вспыхнул тревожный сигнал: «Ошибка». Она растерянно посмотрела на Мига, глаза её метались между злостью и непониманием.

— Почему? — выдохнула она, голос сорвался.

Миг задержался всего на мгновение, словно колебался, а затем коротко бросил:

— Прости.

И исчез, растворившись в воздухе. Максим, тяжело дыша, наблюдал за происходящим, не до конца понимая, что только что случилось. Он не упустил момент: мгновенно сорвался с места, обрушив на девушку серию мощных ударов. Лис пыталась защищаться, но её движения стали менее чёткими, удары достигали цели. Каждый толчок заставлял её пошатываться, сквозь разбитую кожу пробивалась багровая энергия. Её механизмы давали сбой, она исчезла, став невидимой. Неожиданно Максим почувствовал резкий удар в бок. Затем ещё один — по спине, сбивая дыхание. Он отлетел на несколько метров, едва удержавшись на ногах. Лис была рядом, но её силуэт оставался невидимым. Парень понял, что так ему не победить. Он взмыл в воздух, поднял массивный поток воды из Невы и вылил его на площадь. Жидкость разлилась, заливая всё вокруг, и на её поверхности показался размытый контур Лис. Максим не раздумывал: направил в неё мощный энергетический удар. Девушка отлетела назад, ударившись о землю, и вновь стала видима. Его кулаки вспыхнули ослепительно-белым светом. Он вложил в этот момент всё, что у него осталось, и бросил яростный заряд в Лис. Светящийся шар энергии угодил прямо в стеклянную сферу на её груди. Раздался гулкий треск, корпус брони покрылся сетью трещин. Красная энергия начала смешиваться с белым светом, закручиваясь в хаотичные потоки. Лис вскрикнула. Её тело содрогнулось, цвет её энергии начал угасать. Вдруг прямо из неё начало расти дерево — высокий древний ствол, покрытый белыми цветами, взметнулся ввысь, разрастаясь на глазах. Красная пыльца осыпалась с лепестков, медленно кружась в воздухе. Максим застыл. Он не понимал, что только что произошло. Лис, словно растворяясь в дереве, последним усилием подняла голову. Её лицо медленно теряло человеческие черты, превращаясь в древесину. Губы дрогнули, раздался слабый, еле слышный голос:

— Не могу поверить, что я проиграла... Не дай им разрушить свой дом…

И с этими словами её лицо застыло, став частью ствола. Дерево задрожало и начало разрушаться, осыпаясь древесной трухой. Вскоре от него остался лишь небольшой, высохший обрубок. Максим тяжело опустился на колени, голова гудела, тело едва слушалось. Он перевёл дыхание и вдруг услышал рокот моторов. Со всех сторон к площади приближалась военная техника: танки, бронемашины, вертолёты зависли в воздухе, прожектора осветили разруху. Возле него открылся мерцающий портал. Из разлома шагнула Бис, её взгляд был сосредоточен, но в глазах читалась тревога. Она без лишних слов схватила Максима за руку, потянув его к порталу.

— Надо уходить, — тихо, но настойчиво сказала она.

Парень, из последних сил поднявшись, шагнул следом. В этот момент первый танк сделал выстрел. Оглушительный грохот расколол воздух, но в следующую секунду портал закрылся, унося их прочь из этого хаоса.

Глава 11 ТРАУРА

Бис лежала на холодном бетонном полу заброшенного завода, её тело казалось неподъёмным, а сознание утопало в вязком, тягучем мраке. Где-то вдалеке капала вода, эхом раздаваясь под металлическими сводами, воздух был пропитан ржавчиной и пылью. Её веки задёргались, а затем медленно открылись. Размытые тени и дрожащий свет пробивались сквозь мутное зрение. Девушка резко вздохнула — не боль, не страх, а нечто иное пронзило её изнутри. В самом сердце реальности разверзлась брешь. Баланс энергии нарушился настолько чудовищно, что её разум, даже во сне, не смог этого проигнорировать. Она попыталась подняться, но голова кружилась, мир перед глазами разламывался на части. Несколько глубоких вдохов, усилием воли она собрала себя воедино, заставила сердце биться ровнее. Затем всё стихло. Возмущение частиц, словно кто-то выключил бурю одним нажатием кнопки, прекратилось.

Бис зажмурилась, сосредоточившись. Максима она нашла почти сразу — даже не глазами, а кожей почувствовала его. Тёплое, но слабое, едва мерцающее присутствие. Он был в плохом состоянии, возможно, на грани. Сжав зубы, она разорвала пространство перед собой, открывая портал. Сквозь разлом в реальности её ударила картина хаоса: площадь превратилась в руины, улицы были усеяны телами, воздух дрожал от остаточной энергии. Разбитая брусчатка, искорёженные автомобили, запах горелого металла и крови — всё смешалось в гулкий, давящий шум. Девушка не могла позволить себе медлить. Она подошла к Максиму, осторожно подняла его, чувствуя, насколько он был истощён. Открывая новый портал, она проклинала себя за каждую задержку, за каждую потерянную секунду.

Они ступили на деревянный пол. Запах травяных настоек, стерильных бинтов и чего-то знакомого, родного — они были в доме Бис. Девушка едва держалась на ногах. Руки дрожали, но она заставила себя двигаться. Сорвав с полки шприц, она вонзила его в плечо Максима. Прежде чем сознание провалилось в темноту, она успела лишь почувствовать, как холодный пол встречает её измождённое тело. Но отдых был роскошью. Боль в теле не давала отключиться надолго. Собрав остатки сил, Бис поднялась, перевела дыхание и потащила Максима в комнату, оборудованную под первую помощь. Алексей знал, что давал ей, — лекарство творило чудеса. На глазах раны затягивались, синяки исчезали. Только тогда она позволила себе перевести дух. Осмотрела себя: ладони в ссадинах, кожа испачкана в грязи и запёкшейся крови. Лёгкие сжались от усталости, но внутри было странное, глухое беспокойство.

Максим долго оставался без сознания. Когда он наконец очнулся, его встретил слепящий свет лампы. Он зажмурился, затем приоткрыл глаза, силясь разобрать, где находится. Всё вокруг выглядело чуждо: металлические стойки, стеклянные колбы с жидкостями, приборы, которым он не знал названий. Попытка приподняться тут же отозвалась болью в рёбрах. Торс был туго перебинтован, каждое движение отзывалось тупой, ноющей волной. В этот момент дверь приоткрылась. В комнату вошла Бис. Максим зажмурился от яркого света, а затем сфокусировал взгляд на силуэте Бис. Она стояла у края кровати, скрестив руки на груди. На её лице не было привычного саркастичного выражения — только усталость и что-то ещё… Глубокая, тяжёлая тень в глазах.

— Ты очнулся. Не напрягайся, у тебя были серьёзные травмы, — её голос звучал ровно, но он чувствовал напряжение в каждом слове.

Максим поморщился, потянувшись, но тут же застонал от боли в рёбрах.

— Я вроде бы себя хорошо чувствую, но тело немного ноет, — прокряхтел он и всё-таки попробовал приподняться.

Бис молча шагнула ближе и мягко, но уверенно прижала его к кровати ладонью.

— У тебя было сломано два ребра, внутреннее кровотечение и разрыв селезёнки, — сообщила она, внимательно следя за его реакцией.

Максим моргнул.

— Правда? А так и не скажешь, — выдохнул он, качая головой. — Сколько я был без сознания?

— Тебе повезло, что у меня есть друзья, которые смогли поставить тебя на ноги за сутки, — она убрала руку, давая ему возможность сесть.

— Хорошо с тобой дружить, — хмыкнул он, но улыбка тут же увяла. — Так я был без сознания день?

— Примерно.

Несколько секунд тишины. Максим чувствовал, что Бис хочет что-то сказать, но колеблется. Он слабо улыбнулся.

— Бис, насколько всё плохо? — спросил он тихо, но его голос всё равно прозвучал тяжело, словно он заранее знал ответ.

Девушка отвела взгляд.

— Пойдём на улицу, — сказала она ровно, но в её голосе прозвучала печаль.

Максим вылез из постели, ощущая, как протестует тело. Каждое движение отзывалось болью, но он заставил себя двигаться. Они вышли из комнаты, прошли через тренажёрный зал, где Максим вытащил телефон из рюкзака, а затем поднялись на улицу. Холодный воздух ударил в лицо, небо было тяжёлым, затянутым серыми облаками. Они остановились у причала, откуда открывался вид на безмятежную гладь воды. Бис первой нарушила тишину.

— Они запустили сердце. По официальным данным погибло сто семнадцать тысяч человек, — её голос был почти бесцветным, но Максиму казалось, что каждое слово отдавалось внутри неё глухой болью.

Он застыл. Он знал, что не смог остановить Лис. Знал, что последствия будут катастрофическими. Но услышать цифры… Услышать, что это реальность, а не просто ощущение провала… Это было совсем другое. Максим тяжело опустился на край причала, достал телефон и включил экран. Пропущенные звонки. Кира, мама, несколько других знакомых. Он не хотел ни с кем говорить. Руки дрожали, когда он открыл браузер. Заголовки бросались в глаза: «Траур в Санкт-Петербурге», «По первым данным насчитано шестьдесят три тысячи погибших», «Мир столкнулся с тем, что не может объяснить». Максим смотрел на экран, но перед глазами стояли совсем другие кадры: падающие здания, разлетающиеся тела, небо, расколотое огненным светом. Он медленно опустил телефон, закрыл глаза и глубоко вздохнул, после чего горько усмехнулся, слабо покачав головой.

— Героем всё-таки быть нелегко, — сказал он, пытаясь придать голосу ироничную лёгкость, но слова прозвучали глухо.

Бис смотрела на него с печальным выражением.

— Ты не виноват, — сказала она, опуская руки. — Это была не твоя война. Моей вины здесь больше.

Максим скользнул по ней взглядом.

— Я всё понимаю, — сказал он тихо. — Но я хотел сделать больше. Я взял на себя ответственность, которую не смог выполнить.

Бис не знала, что ответить. Каждое слово Максима отзывалось эхом в её собственной голове. Она тоже не смогла. Её разрывало чувство вины и злость на саму себя. Но ещё больше её терзала мысль, что кое-кто знал больше, чем говорил. Она глубоко вдохнула, стиснула пальцы, словно пытаясь унять дрожь.

— Макс, мне надо сходить кое-куда, — наконец сказала она. — Оставайся у меня, я скоро вернусь.

Парень кивнул. Он выглядел усталым, опустошённым, и Бис не стала ничего добавлять. Одним движением она открыла портал, шагнула в него и исчезла. Максим ещё несколько секунд смотрел на место, где она только что стояла, а затем медленно перевёл взгляд на экран телефона. В этот момент раздался звонок. «Мама» Он тут же ответил.

— Максим! — голос матери дрожал от волнения. — Как ты? Ты в порядке?

— Да, всё хорошо, — машинально ответил он. — Как ты?

— Со мной тоже всё в порядке, но на улице творится такой ужас…

Максим молчал. Что он мог сказать?

— И не говори, — только и выдавил он. Затем, немного поколебавшись, спросил: — Мам, ты не знаешь, что с папой?

— Я с ним общалась, он в порядке.

Парень прикрыл глаза и выдохнул.

— Слава богу…

— Максим, ты где сейчас? Ты же зайдёшь?

— Да, мам, зайду попозже. Мне надо бежать.

— Давай, только не теряйся, — настойчиво сказала она. — И будь осторожен.

— Пока, — коротко ответил он и сбросил вызов.

Максим какое-то время просто сидел, глядя на тёмную воду. Даже воздух казался пропитанным страхом, тишиной, которая вот-вот взорвётся криками. Телефон снова завибрировал. Сообщение от Киры. Он открыл его. Внутри была ссылка на её новое видео. Максим не хотел смотреть. В голове крутилось слишком многое, он не был готов к ещё одной порции реальности. Но палец сам нажал на ссылку. Бис шагнула из портала в кабинет Алексея и тут же резко, почти со злостью, выкрикнула:

— Где ты?!

Звук её голоса отразился от стен, заполнив помещение резким напряжением. Алексей сидел за массивным столом, перебирая бумаги. Он недовольно поднял голову.

— Что случилось? — спросил он раздражённо.

Бис сжала кулаки, в глазах вспыхнула ярость.

— Почему ты мне ничего не сказал?! — голос её дрожал, но не от страха, а от злости. — Ты должен был знать!

— Не успела прийти — уже возмущаешься, — фыркнул Алексей, откидываясь в кресле. — Ты хоть понимаешь, что могла привлечь к себе внимание?

— Это уже не имеет значения! — отрезала она, махнув рукой. — Все и так знают…

В этот момент её голос дрогнул. Она отвела взгляд, тяжело выдохнула и продолжила уже тише:

— Ты же не просто так дал мне это лекарство. Ты знал.

Голос сорвался, по щеке скатилась слеза. Алексей посмотрел на неё, хмурясь.

— Бис…

Она быстро стерла слезу, будто сама злилась на себя за эту слабость.

— Ты знал, — повторила она.

Он долго смотрел на неё, затем тяжело вздохнул, убрал бумаги в сторону и медленно поднялся на ноги. Его выражение смягчилось. Алексей скрестил руки на груди, его взгляд оставался спокойным, но в голосе звучала усталость.

— Ты же знаешь, — сказал он, — что я вижу не будущее, а лишь то, что происходит в других мирах. Это не всегда совпадает с нашей реальностью. И я не могу сильно менять нашу линию.

Он сделал шаг назад и оперся на стол.

— Прошу, поверь, я сделал всё, что мог.

Бис сжала пальцы, сдерживая гнев.

— Я не могу тебе верить, — тихо ответила она. — У меня не проходит чувство, что ты изменился.

Она смотрела ему прямо в глаза, но Алексей не отводил взгляда.

— Неважно, — продолжила девушка, выдыхая. — Тогда зачем ты спас Максима?

Алексей чуть помедлил с ответом, затем выпрямился.

— Он нам нужен. Всё только начинается.

Бис нахмурилась.

— Будет что-то хуже?

Парень медленно кивнул.

— Гораздо.

В этот момент он резко сжал бок, губы его дрогнули, и по лицу мелькнула тень боли. На светлой рубашке проступило тёмное пятно крови.

— Ты ранен?! — встрепенулась девушка, делая шаг к нему.

— Не беспокойся, — выдавил Алексей. — Это скоро заживёт.

— Это от Ива? — спросила она настороженно.

— Да.

Бис сжала кулаки.

— Я тебе помогу!

— Не надо, — Алексей отстранился. — Я сам с этим разберусь. А вот тебе стоит позаботиться о Максе. Потом мне понадобится твоя помощь.

Девушка колебалась.

— Ты уверен?

— Да. После Ива мне ещё надо будет съездить в Рест. Исправить ошибки.

Она пристально посмотрела на него, но ничего больше не сказала. Вместо этого Бис шагнула в портал, и он сомкнулся за её спиной. Алексей медленно выдохнул, проводив её взглядом. Она вышла у причала, но Максима там уже не было.

— Бис, ты вернулась.

Голос за спиной заставил её резко развернуться.

— О, ты уже переоделся? — удивилась она, оглядывая парня с ног до головы.

Максим был в чистой одежде, на его лице читалась усталость, но взгляд был сосредоточенным.

— Да, — кивнул он. — Можешь меня переместить домой?

— Ты в порядке?

— Да. Я теперь всё понял.

Бис прищурилась, явно что-то обдумывая, но спорить не стала.

— Ну хорошо.

Она открыла портал и, достав из кармана визитку, протянула её Максиму.

— Если что-то случится, звони.

— Спасибо, — парень взял визитку. — Ты тоже можешь мне писать.

Он шагнул в портал, и тот мгновенно закрылся за ним. Когда Максим оказался дома, он медленно оглядел комнату. Всё было на своих местах — книги, кружка на столе, брошенный в кресло свитер. Но ему казалось, что с момента его ухода прошла вечность. Он провёл ладонью по лицу, словно пытаясь отогнать мысли, затем тяжело вздохнул, привёл себя в порядок и вышел на улицу. Город встретил его непривычной тишиной. Почти не было людей, а те, кто попадался на пути, выглядели подавленными, словно призраки в пустых кварталах. Максим опустил голову, инстинктивно пряча лицо. Внутри жило странное, липкое чувство — будто кто-то может его узнать, будто он часть той трагедии, о которой говорят в новостях. Не спеша он дошёл до дома Киры. Постучал. Дверь открылась, и на пороге появилась девушка.

Глава 12 СТРАЖ

После того как Максим привёл Киру домой, она никак не могла успокоиться. Её переполняли эмоции — адреналин бурлил в крови, мысли метались, не давая покоя. Руки дрожали, сердце стучало слишком быстро. Уже давно она не чувствовала себя так живой. Последний раз это случилось в Ресте — когда она ещё могла свободно погружаться в расследования, не боясь потерять репутацию. Популярность, обрушившаяся на неё в последние годы, стала одновременно и благословением, и проклятием: раньше она могла копать глубже, докапываться до правды, но теперь каждое её слово разносилось тысячами репостов. Но сегодня всё было иначе. Девушка бросила быстрый взгляд на телефон. В голове всплыло лицо Максима. Таким она его не знала. Когда они учились в институте, его имя часто звучало в разговорах. О нём говорили как о человеке с потенциалом, о парне, способном на многое. Но когда они познакомились ближе, он был уже другим — сломленным. Кира села перед телевизором, бездумно уставившись на экран. Её пальцы нервно постукивали по краю стола. Она заставила себя поесть, хотя в горле стоял ком. Потом выключила свет и легла в кровать, но сон не приходил. Она ворочалась, переворачивалась с боку на бок, но мысли не давали ей покоя. И когда ей, наконец, удалось провалиться в тревожный полудрёму, в комнате раздался раздражающий виброзвонок. Телефон мерцал светом на прикроватной тумбочке, экран был усыпан уведомлениями. Сначала Кира хотела проигнорировать их, но настойчивый поток сообщений не прекращался. Она со вздохом потянулась к телефону и разблокировала экран. Новости. Соцсети. Чаты. Её глаза пробежали по строкам, и в следующую секунду она резко села, а затем вскочила на ноги и бросилась к компьютеру. На мониторе высветилась прямая трансляция с Дворцовой площади. Камера дрожала, изображение иногда размывалось, но и без того было видно — там происходило нечто невероятное.

— Чёрт… — выдохнула она, прикусив губу.

Кира застыла, наблюдая. Её сердце пропускало удары каждый раз, когда что-то менялось в кадре. Она не моргала, не отводила взгляда. Когда всё закончилось, когда Максим вышел победителем, она медленно выдохнула. Но напряжение не ушло. Ей было страшно. Кира схватила телефон и начала названивать Максиму. Первый гудок. Второй. Третий. Автоответчик.

— Давай, возьми трубку… — пробормотала она, нажимая на кнопку вызова снова и снова.

Но ответа не было. Она перешла в новости. Реакция людей ошеломляла — сотни, тысячи комментариев, заголовки пестрели цифрами погибших, паникой, ненавистью, догадками. "Герой или убийца?" "Защитники или монстры?" "Человечество столкнулось с необъяснимым". Кира стиснула зубы. Она понимала: если она не скажет что-то сейчас, если не объяснит, не направит волну в нужное русло — толпа решит за неё. Руки действовали быстрее мыслей. Она на автомате включила свет, подстроила угол камеры, глубоко вдохнула и встала перед объективом. Запись началась.

— Всем привет… — её голос прозвучал неожиданно глухо. Она сглотнула, ощущая сухость во рту, но продолжила: — Не знаю, с чего начать. Сегодня траурный день для Питера.

Она на мгновение отвела взгляд, собираясь с мыслями. Экран монитора отражал её лицо — бледное, напряжённое, с тенью усталости в глазах.

— Я хочу рассказать вам то, что знаю. Это видео — без сценария, без дублей. Просто правда.

Глубокий вдох. Её пальцы сжались в кулак, ногти впились в ладонь.

— С вами Кира, и я расскажу вам обо всём.

Она немного подалась вперёд, взгляд её стал сосредоточенным.

— После поездки в Рест мир узнал о героях. Но чем глубже я копала, тем больше находила. Вампиры, оборотни, демоны — классика. Но есть истории поновее. Например, про призрака, который спасает людей, но никто не может описать его лицо. Или про учёных, которые появляются из ниоткуда и забирают людей, оставляя после себя пустоту.

Кира ненадолго замолчала, прокручивая в голове, как лучше объяснить суть.

— Моё расследование привело меня к странным смертям в Питере. Город охватил страх. Все говорили о маньяке, который убивает жертв, просто… останавливая их сердце.

Её голос стал тише.

— Сегодняшние события связаны с ним.

Она провела рукой по волосам, бросив быстрый взгляд на экран, где шло видео в реальном времени.

— Этот маньяк — не человек. Как и те, кто был с ним. Они — стражи. Они выглядят как мы, но владеют силами, которые невозможно объяснить. И да… — Кира чуть улыбнулась, хотя в этой улыбке было больше горечи, чем веселья. — Если вы хотите сказать: «Кира, что за бред? Пришельцы? Ты серьёзно?» — остановитесь. Вы сами всё видели.

Она задержала дыхание. Сейчас самый важный момент.

— Что касается парня в красной маске. Он — человек. И он на нашей стороне.

Тишина.

— У Питера появился свой герой. Он наш Страж.

Кира выдержала паузу, а затем потянулась к камере и выключила запись. Сердце стучало слишком громко. Руки дрожали. Она быстро закинула видео на сервер, назвав его «Страж». Прошла секунда. Другая. Тысячи просмотров. Комментарии хлынули лавиной: «Она с ума сошла» «Вампиры, пришельцы, да-да)))))» «Очередная блогерша, решившая хайпануть. Стыдно! Отписка.» «Не может быть…» «Супергерой.» «СТРАЖ!!!» «Кира, спасибо! Ждём продолжения.»

Ещё через несколько минут видео разлетелось по стране — от севера до юга, пересекая границы, проникая в телефоны и экраны по всему миру. Его смотрели разные люди. Человек в дорогом костюме, откинувшись в кресле, сосредоточенно скрещивал пальцы. Юноша в тёмной комнате с серебряными волосами скользил взглядом по экрану, уголки его губ дрогнули в слабой ухмылке. Учёные, священники, спортсмены, журналисты. Кира откинулась назад, прикрыв глаза. Теперь уже ничего нельзя было изменить.

Кира отправила ссылку Максиму и, устало откинувшись в кресле, закрыла глаза. Она ждала ответа, но телефон молчал. Минуты текли медленно, мысли путались. Она столько раз прокручивала в голове возможные реакции людей, но главное — что скажет он? Сон подкрался незаметно. Громкий стук в дверь выдернул её из полусна. Кира резко подняла голову, сердце застучало. Она бросила взгляд на телефон — ответа не было. Кто тогда мог быть в такой час? Прижав ладонь к груди, пытаясь успокоить дыхание, она подошла к двери и осторожно открыла. На пороге стоял Максим.

— Привет. Спасибо за классное прозвище, — с улыбкой произнёс он.

Кира замерла. Сонливость мгновенно исчезла.

— Макс… — прошептала она, а в следующую секунду бросилась к нему, обвивая руками шею. — Ты в порядке! Я так рада!

Она крепко его сжала, и только потом заметила, что он слегка поморщился.

— Только не так сильно, а то ещё болит, — слабо усмехнулся он.

Кира разжала объятия, но не отошла, чувствуя, как по щекам бегут горячие слёзы.

— Прости… я просто… — она всхлипнула, закрывая лицо ладонями.

Максим погладил её по спине.

— Всё хорошо, правда.

Они зашли внутрь. Кира смахнула слёзы, глубоко вдохнула и попыталась взять себя в руки.

— Ладно, давай. Рассказывай. Что случилось?

Максим сел на диван и начал рассказывать, не упуская деталей. Кира слушала, иногда кивала, иногда хмурилась. Когда он закончил, в комнате повисла тишина.

— И что ты будешь делать дальше? — наконец спросила она.

Максим отвёл взгляд, словно искал ответ на стене.

— Не знаю… Даже не знаю. — В его голосе была усталость, смешанная с растерянностью.

Кира прищурилась, затем осторожно взяла его лицо в ладони и повернула к себе.

— Только не бросай это. Не убегай.

Максим моргнул, удивлённо глядя на неё. А потом улыбнулся.

— Мне так повезло, что я с тобой познакомился.

Кира опустила руки и смущённо хмыкнула:

— С чего ты вдруг так решил?

— Ты мне помогла, больше, чем ты думаешь. Когда мы встретились в институте, ты была... другой. Нет, не так, — он покачал головой. — Ты сияла. Ты шла к своей цели, несмотря ни на что. Я тогда такого ни в ком не видел. Наверное, тогда я тебя и полюбил.

Кира открыла рот, но слов не нашлось. Её сердце гулко забилось. Она тоже это чувствовала, но никогда не решалась сказать. Максим наклонился. И в этот раз она не отвернулась. Они целовались медленно, словно боялись спугнуть этот момент. Эта ночь стала особенной. Первые лучи солнца мягко пробивались сквозь занавески. Максим лежал, глядя в потолок, а потом, аккуратно выбравшись из-под одеяла, подошёл к окну.

— Зачем ты так рано встал? — раздался заспанный голос Киры.

Парень улыбнулся, но не обернулся.

— Не знаю. День хороший.

Кира села на кровати, прикрыв плечи одеялом, наблюдая за ним.

— Кир, помнишь, ты говорила: «Не бросай»?

Она кивнула.

— Я думал об этом. Но посмотрев твоё видео… передумал.

Кира замерла.

Максим вздохнул и повернулся к ней.

— Я хочу написать книгу. И потрачу на это все свои силы. Придётся уволиться... Будешь меня содержать?

Кира рассмеялась, мотнув головой.

— Да, конечно!

Максим тратил всё своё время на книгу, и за месяц она была завершена. Он писал почти без сна, срываясь на кофе и перебирая каждую фразу, как если бы от неё зависела чья-то жизнь. Кира иногда находила его заснувшим за ноутбуком, аккуратно поправляла сползший плед и тихонько улыбалась. Она видела, что он горит этим. Через два месяца книгу опубликовали. Первое время о ней мало кто знал, но затем, словно по цепной реакции, пошли статьи, рецензии, восторженные отзывы и даже споры. Имя Максима внезапно стало на слуху, его называли перспективным писателем, а сюжет книги обсуждали в сети. Прошёл год. Максим разъезжал по литературным встречам, интервью, автограф-сессиям. Он всё ещё не привык к вниманию, но сдержанно улыбался каждому, кто подходил за подписью, и благодарил за прочтение. Вечерело. Он выходил с одного из таких мероприятий, ощущая лёгкую усталость. Прохладный воздух приятно освежал лицо. Люди постепенно расходились, а у выхода его ждал высокий мужчина в дорогом, безупречно сидящем костюме.

— Подпишете? — спокойно спросил он, протягивая Максиму экземпляр книги.

Парень взял книгу, достал ручку.

— Да, конечно. — Он мельком взглянул на мужчину и почувствовал странное ощущение… Словно знал его. Где-то видел. Но где?

Пока он размышлял, подписывая страницу, мужчина продолжил:

— Знаете, мне понравилась эта книга. Но она мне кое-что напомнила. — Он выдержал паузу, затем усмехнулся. — События в Питере. Дворцовая площадь.

Максим застыл на секунду, затем посмотрел в сторону. На стене неподалёку кто-то оставил граффити — перечёркнутый таракан, грубыми мазками нанесённый чёрной краской.

— Столько времени прошло… — пробормотал он, сжимая в пальцах ручку. — В мире случилось кое-что похуже.

Максим снова посмотрел на мужчину. И в этот миг словно что-то щёлкнуло в голове. Обрывки воспоминаний вспыхнули перед глазами, но тут же растворились. Он схватился за висок, резко выдохнул. Голова закружилась. Всё поплыло перед глазами, в ушах звенела пустота. Прошло несколько секунд, и всё прекратилось. Максим моргнул. Он стоял на том же месте. Мужчина спокойно смотрел на него.

— Что?..

Алексей забрал книгу, чуть наклонил голову.

— Спасибо за автограф.

Он развернулся и ушёл. Максим проводил его взглядом, затем пожал плечами, хотя ощущение странности не покидало его.