Страж Тысячемирья

Глава 1

Самый универсальный грех – прелюбодеяние. Он включает в себя все остальные грехи.

Ребе Козьма Прутков

Молодые хищники, яростно теснят так называемые Старые Деньги, расчищая себе место под солнцем, Так, знаменитые и уважаемые дома высокой моды, после долгой и продолжительной войны, сдались на милость Дому Амра, быстро ставшего практическим монополистом во всём что касается одежды высокого стиля.

Также мы можем наблюдать самый разгар схватки между Домом Огненной Плети, и хандским Объединением Угля и Стали, за нитрилловые рудники на Вейде - пустынной. Кто-то может сказать, что Огненная Плеть – старый Дом. Но я возражу, что ещё десять лет о них никто не слышал, а сейчас, эти молодые беспредельщики рвут всё что попадается у них на пути.

Или вот свежайший пример: Альварийский Дом Рассветных сумерек, мало того, что состоит из людей, да ещё и имеет уже в собственности четыре! планеты. Нет, я не оговорился. Именно четыре. Причём все первого или нулевого класса, с кислородной атмосферой, и кое-где даже с населением. Излишне будет напомнить, что бесхозных планет не существует, и если где-то их появилось четыре штуки, значит у кого-то они были отняты. Что в общем не удивляет, так как глава Дома – один из лучших бойцов рукопашников, и по слухам уже достиг уровня грандмастера.

Медиаканал Сплетни. Программа Торгби Дуксо «Ой!»

Тёплый Изумрудный океан, мягко накатывал на песчаный берег, где в тени пары пальмообразных деревьев, возле деревянного стола явно кустарного производства, сидел мужчина лет двадцати пяти, полулёжа в таком же небрежно сделанном шезлонге из палок, верёвок и куска парусины, попивая сок прямо из ореха агуви, вглядывался в бескрайнюю даль, где из-за горизонта медленно появлялась тёмно-серая туча, полыхавшая прожилками молний.

До удара тропического ливня, оставалось ещё пару часов, и мужчина спокойно допил сок, и забросил скорлупу огромного плода в кусты, где её мигом утащат на дом местные крабы, и приподнял свою гордость – широкополую шляпу, сплетённую из тонких полосок местной травы.

Десяток разноцветных котов, весело гоняли по острову всякую живность, включая трёх медведей, и семейство кабанов, но кроме суеты, никакого прочего ужаса не наводили, заставляя живых зверей носиться по специально выделенной части владения. Для развлечения эфирных питомцев, отожравшихся до того, что они уже не помещались в отведённой им складке пространства, и были выпущены на волю другие звери, здесь, на тропическом острове площадью в десяток квадратных километров.

Да. На Земле, это была весьма существенная поддержка в бою, но здесь, в Верхних мирах, оружие обычного пехотинца рвало такого фамильяра в клочья, чего сам Владимир категорически не желал. Поэтому фактически переселил хвостатых к себе на уединённый остров куда приходил отдохнуть и подумать.

А подумать было о чём. Не то, чтобы шокирующей, но всё же новостью стало сообщение о беременности Натальи Рюрик. Да, вроде всё так и планировалось, но всё же… И словно мало этого, как его жёны, все двенадцать, получившие в дар «Искру Творца» вдруг тоже оказались непраздны. Конечно ведьмы сами пребывали в шоке, но как могли успокоили Владимира, объяснив, что, во-первых, все дети Ковена, по общему правилу – его дети, а он вообще отец народов, лучший друг физкультурников и великий кормчий Ковена. Во-вторых, у каждой из высших, имелись дети пусть даже и весьма взрослые, а кое-кто совсем преклонных лет, так как на них не распространялось долголетие ведьм. И, да они становились детьми Князя, хотя и без наследования. Ну и как в такой ситуации рождение ещё тринадцати малышей способно что-то изменить?

Да, Владимир всё понимал, что ему не нужно будет вскакивать по ночам, менять пелёнки и вообще его деятельное участие в жизни всех отпрысков, не планируется. Но всё же как-то становилось не по себе. Дети же. Плюс все проблемы обеспечения их безопасности. Да, в альварийском обществе дети были неприкосновенны, но в любом мире полно тех, кому закон не писан. И всё же, будущее рождение малышей странно будоражило кровь.

Соколов лениво приподнял край шляпы, отслеживая перемещение тучи, и снова погрузился в медитативные размышления о сути вещей.

Стартовал он неплохо, и можно сказать блестяще, но взрывной рост, нёс с собой столько проблем, что просто ужас. Да, с одной стороны его прикроют Император, и банкиры Тысячемирья, что само по себе уже очень круто. Но по другую сторону поля боя встали деятели Теневого конгресса, довольно мощная организация работорговцев, и наверняка он ещё не всё знал о возможных врагах. А с другой стороны, да какого чёрта? Теперь не жить что ли?

Владимир снова посмотрел на небо, спокойно поднялся, и дойдя до подножья холма, постоял так пока система не опознала хозяина, и панорамное бронестекло, чуть раздвинулось пропуская его внутрь дома.

Здесь уже всё было менее скромно, но тоже без излишеств. Спальня, душевая, маленький, два на два метра бассейн, баня, кабинет, и мастерская. В глубине холма, внутри прорытого тоннеля, стоял хороший мореходный катер, а под водой в лагуне в воздушном пузыре – прогулочная подводная лодка. Добраться сюда можно было либо общественным телепортом на главном обитаемом материке, а дальше по воздуху, либо через собственный портал в артефакте под названием Небесный Ключ. Поэтому здесь не водилось гостей, и даже ведьмы, не пытались проникнуть.

Соколов смыл под душем соль с тела, накинул домашний халат, и с помощью Ключа, перенёсся в свои городские апартаменты, где, не спеша переоделся, и пройдя по коридору подошёл к лифту.

Несмотря на вечернее время, работа в штабе его Дома не останавливалась ни на секунду. Уставшие работники по графику заменялись свежими, а линии связи всегда готовы ответить любому абоненту, даже придурку, шутнику или террористу.

Но более всего связывалось всяких мелких жуликов с предложениями «выгодных вложений», описаниями фантастических артефактов, и прочего мусора. Чуть реже беспокоили всяческие благотворительные фонды, которых сразу переадресовывали специальному человеку, и всякие госконторы, с различными требованиями справок, сертификатов и лицензий, зачастую в местах, где Дом не вёл никакой деятельности. Там сидела старая, заслуженная ведьма, с внешностью девочки – припевочки, триста лет подряд торговавшая целебными травами на Одесском Привозе, а сменяла её такая же дама, в силу разных причин служившая пару сотен лет бухгалтером в золотодобывающей артели. Две ведьмы явно соревнуясь друг с другом слали всех требователей так далеко, и такими замысловатыми маршрутами, что мало кто возвращался.

Появившийся вроде из ниоткуда Дом Рассветных сумерек, сразу имел мощнейшее кадровое основание, так что никакие мелкие и крупные жулики не проскакивали даже начального сита. Но конечно временами кто-то всё же прорывался напрямую, и сформировав список и очерёдность абонентов, Галя Дурова, торжественно сажала Владимира за стол, и он полчаса – час в неделю, отвечал самым вменяемым и настырным.

- Спасибо Агин Ло, но нас не интересует корабельный бизнес. Вложения слишком велики, а норма прибыли мала. Свяжитесь лучше с кем-нибудь из крупных банкиров.

- Нет, уважаемый Троггар. Мы не занимаемся химией, тем более боевой. Смотрите кодекс о Военных преступлениях Тысячемирья. Статья сто сорок, раздел три.

- Что я должен? Оплатить экологическую очистку лесных массивов Тегории? А кому я так сильно задолжал? Человечеству? А почему местные жители этого не сделают? Заняты… А почему вы решили что я свободен? А… Понятно. Ну, что-ж. Тогда я рекомендую вам для начала обратиться к жителям Тегории. Если же они не хотят светлого будущего своим детям, то кто я такой чтобы им мешать. Света Творцов вам, уважаемая.

Владимир оторвался от экрана, и улыбнулся Гале, стоявшей в нескольких метрах от стола. Это была её идея время от времени допускать до Князя всяких фриков и жуликов, чтобы разнообразить день вопросов и ответов.

- Слушаю вас лорд Ронхо Тиарис. – Да, это владыка Дома Рассветных Сумерек Влад. Нет, мы, я имею в виду наш Дом, не можем принять ваше прекрасное предложение о входе в объединение Ашархон. Сейчас у нас отсутствуют свободные средства для осуществления данной операции. Продать или заложить одну из планет? Боюсь это невозможно по религиозным причинам. Каким? Не играть с шулерами, и вообще не торговаться с жуликами. Возможно пожалею. Возможно. Всё покажет время. Спасибо лорд Ронхо. И вам того же.

- Сам понимаешь, мы его послать никак не могли. – Галя пожала плечами. – Не наш уровень. – Она ещё не полностью осознала, что носит в себе будущего человека, и временами, когда задумывалась проводила ладонью по животику, словно гладила будущего малыша.

Это правильно, Галчонок. Не всё что позволено мне, позволено вам, будь вы даже сто раз матрисс нашего дома. Но этот хряк, похоже края потерял. Представляешь, угрожать начал! Типа вы ещё пожалеете.

- Это же Дом Бирюзовой Волны?

- Он самый. Похоже хозяева рабского рынка проявились. Ладно. Закопали тех, закопаем и этих.

- Будь осторожен. – Галина нагнулась, и коснулась губами щеки Владимира, обдав его облаком ароматов.

- Это, само собой. – Владимир проводил взглядом Галю, скосил глаза на экран и никого, не увидев в списке на разговор, встал из-за стола, чтобы пройтись по Дому в сопровождении личного секретаря.

В «Верхнем парке», под ярким солнцем, члены дома, женщины и мужчины занимались боевыми искусствами и физкультурой, но их время заканчивалось на закате, и сюда скоро придут влюблённые парочки и те, кто хотел подышать свежим воздухом перед отдыхом или поиграть во что-нибудь на общих площадках. Рядом находилось футбольное поле, баскетбольные и волейбольные площадки, и даже крытый павильон для тенниса, и прочих игр. Верхний парк, имел размеры полкилометра на километр, и там имелись развлечения на любой вкус включая места для медитаций и просто прогулок в тишине. А Нижний парк, находившийся на уровне земли превратили в настоящий заповедник, со всякой живностью, приручённой настолько что любого зверя можно было покормить с руки. Там порой было несколько темновато, из-за нависающего над ним «Верхнего парка», но специальные светоуловители, волоконные светопроводы, и осветительные призмы, почти полностью компенсировали недостаток света. Здесь же находился пляж и пристань для прогулочных судов.

В общий комплекс Дома Утренних Сумерек, Владимир уже влил под пятьдесят миллиардов, и полагал вложить ещё столько же. Конечно главы Домов, не так вкладывающиеся в своих людей, демонстрировали недовольство, но Соколову на это было совершенно наплевать. Его люди получали лучшее, и отдавали себя полностью.

Ни Дом ни Ковен, не являлись коммерческими предприятиями, а фактически служили семейными корпорациями, где кроме явных обязанностей у людей имелись неявные, общественные, и инициативные, как и положено в любом развитом обществе. Да, у каждого существовал общественный рейтинг, как общеимперский, так и внутренний, но кроме этого, имелось и уважение людей, и общесолидарное понимание, что можно делать, а что нельзя. Люди выпадавшие из этого потока, например, намусорившие в общественном пространстве, предупреждались с потерей рейтинга, а если вдруг понимание не снизошло, то человек отправлялся по месту жительства, и никогда более не мог претендовать на место в Ковене или Доме.

Да, так порой, из системы выталкивали ценных специалистов, но каждый такой случай разбирали Высшие всем составом, поэтому за объективность решений Владимир не переживал.

Все имевшие хороший внутренний рейтинг, получали не только бонусы в зарплате, но и возможности покупать разные блага со скидкой, лучший доступ к жилью, и повышенные шансы на продвижение по карьерной лестнице.

Конечно, ценные специалисты порой требовались так сильно, что уже всё равно что у него там в голове, но таких не принимали в Дом, и Ковен, а оставляли на контракте. Человек приходил с утра в офис, делал своё дело, и уходил вечером, и никому не было никакого дела до того, что там у него в семье, и не хамит ли он продавщицам. Но таких служащих не допускали до важных секретов, и вообще держали подальше от внутренней кухни Дома. Случалось, и так, что человек просился в Дом, но комиссия, рассмотрев все за и против, оставляла человека на контракте. Но бывало и другое, когда люди уходили из членов Дома, переходя на контракт. Этому никто не препятствовал. Вольному – воля, но тут же удаляли человека от важных дел.

Но происходили и вовсе неприятные случаи, когда человек просто сбежал на вольные хлеба никого не предупредив, а оставшись на дне, начал торговать секретами. Много не успел, потому как ведьмы достали из хранилища образец крови предателя, и прокляли его, фактически сразу убив. Случившееся довели до всех, но кто-то видимо совсем не понял, и через месяц, дама, решив, что мало зарабатывает, а достойна большего, сбежала в ходе поездки на отдых, и тоже сгнила заживо, попав под проклятье.

Не составило большого труда раздобыть фотографии погибших, и распоряжением Владимира их выложили в общий чат, «для ознакомления».

Десятка два членов Дома, сразу запросились «на выход» и им позволили уйти. Только не в Тысячемирье, а на Землю. А единственный портал находился под полным контролем Ковена и Дома.

Владимира естественно узнавали все, но особого ажиотажа его появление не вызывало. Дамы, кто находился в «свободном поиске» постреливали глазками, успевая изогнуться каким-нибудь причудливым образом, дети махали руками, выкрикивая на бегу что-то вроде «Привет!», мужчины, оказавшееся на пути, чинно здоровались. Совсем редко случалось так. что кто-то подходил со своей проблемой, но это уже в случае непреодолимых сложностей. В таких случаях, обычно кроме помощи, следовали организационные выводы по людям, и службам, порой достаточно жёсткие.

Именно поэтому очередь желающих вступить в Ковен, тянулась на многие годы. Конечно специалисты по списку, и некоторые другие категории проскакивали без очереди, но Ковен и Дом тоже не могли переварить всех. А кроме того, нельзя было ослаблять страну, потому что вымыть из неё всех ценных специалистов это верный путь уничтожить все перспективы развития. Это все понимали и порой, даже очень нужного специалиста в Ковене заворачивали, объясняя, что он нужнее стране.

Подобных нюансов, в работе существовало немало, но к счастью, аппарат Дома справлялся. Не в последнюю очередь благодаря качественным дорогим имплантам – ассистентам вживляемым всем члена Дома, и оплаченному доступу к тысячам курсов по разным специальностям. Люди с охотой учились, потому что за каждую подтверждённую специальность получали доплату, и это не стало выдумкой Владимира, а было общей практикой Тысячемирья. Более образованные работники, имевшие по две – три специальности лучше работали, принимали правильные решения, и становились первыми кандидатами на продвижение по службе.

Кроме того, внутренний рейтинг Дома учитывал спортивные достижения, количество детей в семье, и волонтёрскую работу. Да, очень многое если не всё можно сделать с помощью сервисных роботов, но Владимир считал правильным, когда люди сами беспокоились о своём доме. Подрезали деревья, подметали дорожки, следили за порядком, и так далее. И это тоже являлось частью политики Дома и Ковена. А кому не нравится быть в единой семье – никого собственно силой и не держат. Хотя, да. Семья размером в двадцать тысяч человек, - это сильно. Но зато, например, не существовало никаких проблем с детьми. Малыши сами добирались до детского сада, и сами приходили обратно. А если как-то заблудился, то первый же встреченный взрослый сразу отводил малыша на пост охраны порядка, и его отвозили домой. Да и не было во всём комплексе Дома, ничего опасного. А если какие –то вещи могли представлять даже гипотетическую опасность, то там детям никак не пройти.

И здесь Владимир ничего не придумывал. Изначальные Дома, все строились по тому же принципу огромной семьи, и если внутри существовали какие-то группы, то лишь те, у которых имелись ещё более тесные связи. Войны между Домами, или между Домом и какой-нибудь корпорацией случались нередко, и любую опасность должен был встретить не «коллектив», а именно дружная семья.

Поэтому все, поголовно, включая детей с 14 лет получали специальность «на особый период»: санитар, оператор боевого комплекса, и тому подобное.

Ведьмы, составлявшие костяк Дома, прекрасно понимали для чего это всё. Даже в России, где терпимость к ним являлась в общем нормой, случалось, что одуревшие от бескормицы крестьяне шли громить ведьминское жилище, и тогда приходилось бежать, бросив скарб и кров, уходя или совсем в глухие леса, или поближе к городам, где можно затеряться. А европейские сёстры, у многих из которых ещё зудело плечо от сведённого рабского клейма, порой вздрагивали от громких криков, и звуков, напоминающих щёлканье бича надсмотрщика. И каждая из них не в теории, а на практике готова была порвать любого, кто покушался на Князя, вытащившего их из ада, и давшего им всё. Спокойствие, уверенность, мир в душе и вокруг, и отношение простых людей как к настоящим принцессам. Но у каждой, образно выражаясь, палец лежал на спусковом крючке, в готовности уничтожить любую угрозу нынешнему раю.

Владимир очень ценил это доверие, и никогда не обманывал своих людей. К нему всегда можно было попасть на приём, или подойти на прогулке, и он старался решить любой вопрос.

Ещё одной важнейшей темой, стало обучение членов дома на новые специальности. Тысячи человек учились в университетах, технических школах и прочих учебных заведениях, а десятка полтора занимались вместе с Владимиром в Центральной академии. Ещё больше получало профессии прямо в Доме, слушая лекции у приглашённых учителей, и вообще без счёта тех, кто занимался дистанционно. Дому и Ковену требовались специалисты буквально во всём, и люди ответственно учились, точно зная, что все их усилия будут достойно отмечены и в деньгах, и в социальном положении.

Да. Проще нанять специалистов со стороны, но как давно заметили китайцы, «В целое яйцо муха не залетит». И имея широчайше кадровое основание не самой маленькой страны на Земле, Владимир мог позволить принимать только тех, кто сразу подписывал «Особый протокол безопасности» и безропотно сдавал кровь в хранилище.

Не рассказать, как сложившееся положение дел, огорчало разные разведслужбы, желавшие подобраться к Дому Рассветных Сумерек, но им удавалось разживаться лишь крохами информации, на которых никакую работу не построить. А когда одна из разведок увлеклась и похитила женщину, учившуюся на оператора строительного комплекса, то как-то вдруг умерли десятки полевых агентов, руководителей этой спецслужбы, и её куратор в правительстве Хандов. Женщина сама не поняла кто её освободил, и добралась домой самостоятельно, но преподанный урок все усвоили, и даже не особо выясняли кто стоит за Владом. Да и какая в сущности разница, если эта сила может мгновенно вычислить глубоко внедрённых агентов, и устроить им фатальные неприятности в течение пары дней.

Лорд Тайр устроивший эту показательную порку, и лорд Эсверан, предоставивший всю информацию, сработали чётко и быстро, а император по официальным каналам проинформировал правительство Хандов, что понижает их статус в совместных программах, что сразу уменьшило их годовой доход на триллионы эрг, после чего взбешённые представители подгорного племени сами повесили чиновника, давшего приказ на операцию. Это и несколько других инцидентов, довольно быстро успокоило самых резких и шустрых, и работать с новым Домом остались только спокойные, неторопливые и понимающие, что в случае чего, их могилу даже не найдут.

Владимир прогулялся по Верхнему парку, по длинной эстакаде снова поднялся в Главную башню, прошёл через внутренний сад, и помещение рабочей группы, занятой управлением всем хозяйством. И тем что на Эрисанд, и тем что осталось на Земле.

Как-то само собой получилось, что Ковен и Дом слились в одну структуру, что упростило управление и вообще создало понятную всем систему.

В главном штабе дома царила рабочая атмосфера. Люди работали круглосуточно, потому что пока в столице ночь, на Земле мог быть день, а на других планетах где располагались предприятия и лаборатории Дома, вообще всё что угодно. Рабочий день длился пять часов, с небольшим перерывом, а после, людей сменяли свежие сотрудники, работая в четыре смены по пять часов, перекрывая сутки на Вейдари.

Молодые ведьмы остро поглядывали на своего князя, спешили подхватиться и пройтись у него на виду, демонстрируя дизайн корпуса, и общий экстерьер, но Владимир, слегка оглушённый будущим отцовством, никак не реагировал. Натянув на лицо маску, «Лучшего друга пионеров» вернулся в свой кабинет, а точнее рабочие апартаменты, из двух малых кабинетов, приёмного и совещательного залов, а также комнат отдыха, находившиеся на самом верху, откуда через панорамные окна открывался роскошный вид на реку, залив и всю столицу.

Стоило ему сесть в кресло, как дежурный секретарь положила рядом папку с документами на подпись и для ознакомления, и под строгим взглядом Гали, буквально испарилась.

Ничего необычного. Сплошная текучка. Владимир подписал всё что нужно, просмотрел, и уже хотел заняться материалами по новому заводу в поясе астероидов Солнечной системы, как в уголке поля зрения замигала иконка срочного входящего, по приоритету «Воздух!»

«Срочно, секретно. Поисковая партия 28, обследуя горный массив Северный Урал, обнаружила на склоне горы «Медвежий Угол» пещеру искусственного происхождения, с дверью, закрытой «Узором безвременья» и «Ловушка тлена».

Глава 2

Во всём есть положительные черты. Плохо, когда вас продали, но зато вы теперь знаете свою цену!

Краткий справочник экономиста.

Председателю Совета Межмирового Банка Тысячемирья.

Докладываю, что 15 алро 3458 года, эры Огня, на территории экологического заповедника Орри Унор, на планете Авальдес, хандская империя. Состоялся совет глав семей теневой Лиги (Лиги Теней), на котором предполагалось рассмотреть соответствие текущей кандидатуры главы Совета задачам и способам решения.

Общее недовольство Главой, заключалось в срыве долго готовившейся операции по ограблению крупнейших банков Тысячемирья.

После прибытия гостей, и перевода заповедника в закрытый режим, здание гостиницы, конгресс-холла, и технических служб были разрушены орбитальным ударом с неустановленного космического корабля.

Сразу же после атаки, неустановленный космический корабль вошёл в гиперпрыжок, и вернулся на базу.

Начальник 5 управления (Оперативные средства и силы) Гадрон Ихал.

Как ни хотели высшие составить компанию Владимиру, но с беременностью не шутят, и Соколов взял с собой только пятерых сотрудниц исследовательского отдела, и перейдя порталом на Землю, уже через десять минут был в воздухе, на борту личной яхты.

Несмотря на весьма совершенное защитное оборудование, яхта имела стандартный ответчик свой-чужой военного образца, и на всех радарах ПВО отображалась зелёной точкой.

Экспедиция вывесила приводной маяк на месте находки, и не особо разгоняясь, Владимир уже через час мягко опустился на каменистой площадке у подножья горы, густо поросшей лесом и травой.

- Старшая Екатерина Горячева! – Ведьма в полевой форме, с пистолетом на боку, коротко бросила ладонь к краю берета, вытянувшись по стойке смирно.

- Добрый день, Екатерина. – Владимир, поскольку был в гражданском кивнул. – Давайте, хвастайтесь, чего вы там нашли.

- Слушаюсь, князь. – Она жестом пригласила Владимира сесть в небольшой четырёхместный багги, и коротко буксанув щебёнкой из-под колёс, машина шустро покатила по узкой тропе вверх. – Так то, проскочили бы. – Рассказывала Екатерина, аккуратно ведя машину. – Но мы поисковый цикл заканчивали, и зависли над этой точкой, собираясь снова уйти в сканирование массива. И естественно сканер никто не выключал. И Ленка Толмачёва, пялится в экран, и говорит мол, грязь что ли на экране? И трёт стекло.

- Я ей отвечаю, какая нахрен грязь, там стекло самоочищающееся. Никакая пыль не пристаёт, и руку её в сторону отвожу, а там ну реально марево какое-то. Словно на стекло мелко так, водой брызнули. Ну мы и начали отрабатывать аномалию по спирали. Как край, так всё чётко, на глубину до километра. Как над точкой, так сплошное мыло и серая муть. Ну и естественно пошли ножками. А там… - Она лихо развернула багги, и чуть сдала назад, кивнув куда-то через плечо Владимира. – А там вот это.

Соколов вышел из машины, и сразу увидел высокую, в два человеческих роста дверь, заляпанную какой-то смолой, уже частично отвалившейся кусками. Но это не имело никакого значения, потому что в эфирном зрении, поверх двери сверкал узор «Ловушки Тлена», а по самому косяку, аккуратно выписан конструкт «Безвременья». И не просто, а «Великого Безвременья», и «Великой Ловушки Тлена». Но, время точит и не такие камни, и энергетическая подпитка узоров, начала сбоить, едва насыщая ловушку. Но при неаккуратном обращении конечно такой узор даже на последнем выхлопе мог наделать столько горя, что даже думать не хотелось.

Владимир отогнал ведьму за поворот, и аккуратно стал расплетать питающий конструкт. Через полчаса, он, чуть заметно полыхнув остаточной силой, распался, и Князь, подхватив с земли пару камней, кинул один за другим в дверь.

Первый рассыпался пылью, не долетев метра, второй подлетел чуть ближе и какой-то по счёту, десятый или около того, звонко щёлкнул по металлу, издав чистый низкий звук, словно кто-то задел басовую струну.

- Старшая! – Владимир позвал девушку, и она быстро подбежала, став рядом. – Давай, тащи сюда девиц что я привёз. Будут расплетать узор. А то тут их как минимум десятка три. Я в одиночку буду до следующего утра колупаться.

Ведьмы – эфиротехники, сработали чётко и слажено, разобрав узор буквально на глазах, и уже через полчаса, Владимир подошёл к двери, накладывая «Очищение».

Смола, которой тщательно вымазали дверь, после облепив камнями, и частично завалив проход, осыпалась пылью, а вызванный кем-то из сестёр ветерок, унёс всю грязь прочь, открывая серебристый металл с льдисто-голубоватым оттенком. Дверь с полукруглым верхом была совершенно гладкой, но там, под поверхностью металла посверкивал ещё один узор, тоже из Высших, «Горячий Пепел».

Некто построивший это странное убежище, явно не экономил. И дверь из мифрилового сплава, толщиной в полметра, могла посопротивляться даже серьёзному взрыву.

Владимир снова прогнал всех за поворот дороги, и оставшись в одиночестве стал распутывать мудрёный конструкт «Пепла». Тот питался откуда-то изнутри, и при малейшей ошибке мог сжечь всё в радиусе ста метров. Защита Князя скорее всего выдержит, а вот щиты ведьм, наверняка улетят в ноль, после чего хрупкое человеческое тело просто перестанет существовать.

Через двое суток, он таки догрыз защиту до стадии, когда, зацепив дверь мощной присоской, с помощью лебёдки и троса, потянул створку на открывание. Когда мощный трос зазвенел струной, а лебёдка, выдававшая тридцать тонн жалобно, заскрипела, Владимир выключил мотор, размотал трос, отцепил присоску, и толкнул дверь от себя. И чуть было не упал, когда та, мягко распахнулась, открывая проход в длинный коридор стены которого чуть мерцали от нанесённых глифов и сигилов.

И вновь ему пришлось продираться через переплетённые узоры, часть из которых правда несла техническое назначение: прочность сводов, отвод воды, и прочее. Но в этот раз всё было проще, потому как Владимир просто обнулял питающие цепочки, справедливо полагая, что за считанные дни, ничего не случится.

И когда коридор уйдя вниз упёрся в ещё одну дверь, уже не особенно осторожничая, Владимир толкнул створку от себя, и вышел на узкий и длинный балкон, ограждённый тонкой металлической решёткой.

А вокруг чернела пустота, без конца и края, с парившими на всех уровнях и расстояниях узких вытянутых островках, тоже ограждённых заборчиком. Островки висели в воздухе, совершенно неподвижно, и только в эфирном спектре виднелись линии подпитки, уходящие куда-то вниз в черноту бездны.

Нехотя и медленно, справа и слева от Владимира проступили сначала контуры, а затем и полноценные окна портальных переходов. Такие же переходы появились на островках, и где-то совсем вдали, в черноте провала.

Шагнув в правый портал, Владимир сразу оказался в глухой черноте пространства, где на разных расстояниях, вверху и внизу плавали такие же островки с порталами. После перехода, Соколов сразу оказался в центре площадки, не имея за спиной портала через который перешёл, а единственным выходом осталась пара порталов неярко светившихся справа и слева.

Ещё десяток переходов, и одна площадка сменялась другой, точно такой же. Имплант как мог запоминал переходы, Владимир помечал пол площадок глифами, чтобы не перепутать, и пару раз зажигал «вспышку», чтобы сориентироваться в чернильной темноте.

Этот странный лабиринт казался бесконечным, и совершенно однотипным, пока, пройдя очередной портал Владимир не оказался в глухой металлической комнате, без малейших признаков дверей или окон. Все попытки взломать стены, оказались тщетными, и Владимир достал из кармана Небесный Ключ, нащёлкав на гранях нужную комбинацию переноса в степной городок Ковена. К счастью скоростных кораблей в ангарах имелось предостаточно, поэтому он через час, снова вошёл в подземный лабиринт под взглядами сильно удивлённых дам.

На этот раз он подготовился лучше, и помечал пройденные точки ярким светящимся фломастером, а не кончиком боевого ножа. Ещё он зафиксировал себе точку прямо на балконе, откуда начал путешествие, сильно удивившись тому, что не сделал это с самого начала.

И постепенно дело пошло. Имплант строил объёмную модель лабиринта, а Владимир помечал тупиковые варианты, временами оказываясь во всё том же металлическом мешке. Правда пару раз оказывался на узеньком карнизе явно над глубокой пропастью, и просто в паре сотен километров от входа, но с помощью Ключа, возвращался обратно.

Странно, что кто-то вообще затеял этот аттракцион. Ну не желаешь посетителей, так выгрызи в теле планеты нору, а координаты никому не сообщай. Можно хоть на Луне или на большом астероиде, если так не хочется подвергать себя риску землетрясений и подвижке плит.

А тут, явно влито огромное количество ресурсов, технологий, и ещё бог знает, чего, для создания совершенно избыточной системы. Хотя, он не мог не признать, что, не имея уникального артефакта возврата, в таком лабиринте делать совершенно нечего.

Вся прошлая жизнь, да и текущая, научили его экономить ресурсы, а всякая избыточность возможна только в случае стилевого художественного решения. А тут, по мнению Владимира на ветер выброшены совершено невероятные средства, и непонятно зачем.

Мысли об бережливости не мешали продвигаться, распутывая клубок портального лабиринта, и в какой-то момент он оказался на таком же балкончике, с парой включённых порталов.

Зафиксировав точку, Владимир толкнул дверь, и пройдя через чуть изогнутый коридор, оказался в небольшом зале, с полами из какого-то отполированного материала, высокими стенами и четырьмя вазами, по углам. Сводчатый потолок, с нарисованными на нём звёздами, красиво переливался словно там за сводом находился бескрайний космос, с явно видимыми звёздами и парой звездных скоплений.

Пройдя это помещение, Владимир распахнул двери, и пройдя сквозь плёнку телепорта, вошёл в зимний сад, а через него в библиотеку. Всё выглядело не новым, но тщательно ухоженным, и готовым принять гостей хоть сейчас.

Телепорты тоже были необычными. Они словно спали, а в момент, когда Соколов касался тончайшей силовой плёнки, включался переход.

Оставив пару меток для возврата «Небесным Ключом», Владимир шёл и шёл дальше, пока не вышел на поляну, где прямо из-под земли горел огонь, а рядом в шезлонге, лежал мужчина неопределённых лет, со смуглой кожей, одетый в простые штаны, рубаху, сапоги из тонкой кожи, и потягивая трубку, выдыхал дым тонкой струйкой.

- Привет, садись. – Мужчина, не глядя на Владимира кивнул на толстенное бревно, лежавшее у огня, и снова затянулся дымом. – Ну, что, готов принять наследство Великих?

- Честно говоря нет. – Владимир присел, и посмотрел на пламя, вспыхивающее зелёными искрами, и переливающееся оранжевыми лентами. – Я и зашёл-то из любопытства. Дверь оказалась на моей земле, вот я и полез.

- Н-да. – Мужчина покачал головой. – Вот уж точно, придумай сценарий, и удивись его реализации мирозданием. Я-то полагал, что могучие маги будут соревноваться за право обладания несметными сокровищами. Оставил тысячи закладок с указаниями на место, всякие ребусы, и прочее, а тут вот раз, и просто любопытный прохожий.

- Простите, не знаю, как вас звать… - Владимир усмехнулся. – Но я даже не представляю, что нужно сложить в кучу, чтобы обеспечить как вы говорите «соревнование могучих магов». Золото? Да оно у нас служит в качестве плитки для дорожек в саду, причём уже выходит из моды. Знания? Я пока не знаю ни одного человека кто просто сумел впитать уже накопленные знания. Ну если только узкоспециальное что-то, вроде новых технологий охлаждения. Кучу девок? Ох… Князь покачал головой. Вот этого точно хватает.

- Зови мастер Альбо. – Мужчина задумался на несколько секунд. - А власть?

- Да мне и той что сейчас есть, выше головы. – Соколов покачал головой. – Нахрена мне она? Ни задач под неё ни амбиций.

- Выходит так, что мне нечем тебя заинтересовать? Мастер вновь затянулся дымом и выпустил его тонкой струйкой в небо.

- А сильно нужно?

- Да. Пожалуй, что очень. – Мужчина кивнул.

- А суть проблемы можно озвучить, Мастер? – Владимир достал из пространственного кармана, где раньше жили коты, упаковку с рационом, и вскрыв, засыпал в маленький котелок смесь чая и сахара, налил воды, и активировал на донце узор «жара».

- Суть проста. Есть некий аглор, который сильно задолжал мне и мирозданию в целом. И вот если его не станет на свете, я буду тебе очень признателен.

- Аглор это… - Уточнил Владимир.

- Аглор это раса. Две ноги, две руки, половой диморфизм стандартного типа, от человека почти ничем не отличается, возможно перекрёстное потомство. Внешне, ну может чуть смугловат, по сравнению с тобой, волосы… кто только во что не красит… телосложением только чуть поскромнее, но тоже встречаются качки и крупнее тебя. Магии обычной в том мире немного, но есть руны, узоры и сигиллы, потому как эфира мало, и насытить сразу поле очень сложно, хотя уникумы тоже попадаются. Если согласишься, я тебе даже не стану рассказывать, как найти эту мразь. Просто убей того, на ком больше всего грязи, и крови, и с девяносто девятью процентной вероятностью это будет он.

- А если всё же ошибусь? – Спокойно спросил Владимир, помешивая начинающий кипеть чай, и погасив узор, подвинул в сторону чтобы тот охладился.

- Не ошибёшься. – Мастер хмыкнул. – У него на правой щеке тройной шрам, как от удара лапой.

- Свести, закрасить? – Предположил Соколов.

- Метку Хаоса? – Альбо покачал головой. – Это невозможно. Она ставится не на физическую оболочку а на духовную. Причём через все слои, так что не спрячешь. А будешь упорствовать в маскировке, так всего перекосит так, что рад будешь шрамам на лице.

- Хотелось бы подробнее узнать про мир…

- Это значит «да»? – Лежавший в шезлонге кивнул. – Мир, обычный. Моторы на углеводородах, дома из бетона, люди из крови и мяса. Язык, я тебе залил, как только ты здесь появился. Мы кстати на хогис разговариваем.

- Атомное оружие?

- К счастью не придумали, но полно всякой сверхсильной отравы, на эфирных компонентах и алхимии. Существуют также сверхмощные мутагены, превращающие людей во всяких тварей, ну и конечно сами твари без счёта. И в необычном обличии, и в виде людей, так что и не скажешь, кто опаснее. Процент энергии хаоса достаточно велик, и физические оболочки нестабильны.

- А что сами его не прикончите? – Владимир задал наконец вопрос волновавший его больше всего.

- А как? – Мастер развёл руками. – Это же не тело. Так, призрачная проекция. Так-то мы с ним разошлись по-взрослому. Я его почти прикончил, он меня… почти. Только вот я умер, а он нет. Зато я его отсёк от его же собственного убежища, и силы у него сейчас на порядки меньше. – Мастер рассмеялся. – Это же всё его имущество. Всё что накопил за, я не знаю, сколько тысяч лет. Ты думаешь, что он так и ходил через лабиринт? Нет, сюда была вполне приличная тропинка. Только вот, поломал я её нахрен. Так что мы оба в тупике. Он не может пробиться ко мне, я не могу покинуть это место, для обретения оболочки. Но видать Мироздание откликнулось на мои молитвы. Ты вот появился. А я вижу, что ты парень непростой. Да простой и не пройдёт через лабиринт. Кстати, метки что ты сюда ставил, разойдутся через пару часов. Так что, если захочешь вернуться придётся обратно через лабиринт пылить. Отсюда пожалуйста, а сюда – нет.

- Но, если у меня будет хоть капля сомнения, я откажусь. – Владимир поднял котелок и отхлебнул горячего чая.

- Да пожалуйста. – Мастер негромко рассмеялся. – Понимаешь, я знаю этого деятеля, столько лет, сколько ты не жил, и возможно не проживёшь. И во всех проявлениях он был абсолютной и законченной мразью. Непонятно как его вообще терпело мироздание, но видать там какие-то другие расклады. Ну, что, берёшься?

- Прогуляюсь. – Владимир кивнул. – Глупо будет сейчас просто уйти. Столько сил потрачено…

- Тогда тебе туда. – Мастер Альбо не глядя ткнул пальцем в портал полускрытый кустарником. – Появишься ты в Пустошах. – Там все воюют со всеми. Правил, законов никаких нет. Полно всяких беглых, просто дурачков, военных, вольных старателей… Там самая тонкая мембрана этого мира, и конечно тварей всяких просто бесконечное количество. Учти, что твой Ключ там не работает. Как прихлопнешь этого козла. Я тебя сам выдерну. Припасов не предлагаю, думаю у тебя и так всего навалом, оружие… ну не знаю. Тоже не вижу смысла. Раздобудешь себе что-то на месте. А вот удачи, пожелаю. – Мужчина, не вставая, взмахнул рукой, и на Владимира опустился целый ворох золотых искр.

Странный гость давно ушёл, а мастер не торопясь выбил трубку, снова набил её табаком, подкурив от указательного пальца, сделал короткое движение, и перед ним развернулся экран, с пейзажами Южных Пустошей.

Шанс на то, что мальчишка справится с Хардоллом, был совсем невелик, хотя, Альбо и вправду крепко потрепал его, при последней встрече. Но насколько? Этого он не знал. Его старый враг тщательно укрывался от наблюдения, и никак не удавалось прогрызть даже самую маленькую дырочку. Но в Пустошах всё работало отлично, и Мастер приготовился смотреть как будет выкручиваться его кандидат.

Глава 3

Зарабатывая на жизнь, не забудьте просто выжить.

Козьма Прутков, инструктор МЧС.

Генеральный комиссариат Пустошей.

Генеральному инспектору Пустошей, генерал-комиссару второго ранга Этнару Арго.

Служебная записка.

Падение доходов от реализации материалов добываемых на Пустошах, связано прежде всего с активизацией подпольного клана торговцев, обложивших вольных старателей и торговцев в фортах данью.

Ликвидации главарей банд в фортах, и розыскные оперативные мероприятия результатов не дали.

Существуют не проверенные данные, что ядром Ночной Торговой Лиги, являются высшие чиновники империи, тормозящие расследование и покрывающие взятых с поличным.

Полковник – комиссар

Дан Элго.

Владимир не вышел из окна портала, а просто появился в двух метрах от земли, и спружинив словно кошка, на жестком, высушенном солнцем грунте, пригнулся оглядываясь.

Относительно равнинная территория, с невысокими холмами, и плотной растительностью, напоминала и Русскую Степь, и увалы Западной части Урала. Но запах стоял совсем непохожий. В воздухе явно чувствовалась гарь, сладковатый запах тлена, и пороховой дым.

Всё это принёс несильный ветерок, и чуть приподнявшись, Владимир увидел источник ароматов. В ста метрах от него, в небольшой ложбинке, виднелись следы схватки. Четыре человеческих тела, вповалку, несколько туш монстров, в огромном пятне горелой травы.

Подойдя ближе, Владимир, несмотря на удушающую вонь, внимательно осмотрел место боя. Люди так просто не сдались, и три обугленные туши кабаноподобных тварей, тому свидетельство. Непонятно от чего загорелась трава, но тела, если не считать рваных ран, выглядели в целом почти неповреждёнными, и не обгорели, что косвенно свидетельствовало о том, что сначала трава вспыхнула, а только после, люди вступили в бой.

Больше всего Владимира заинтересовало оружие. Погибшие в основном сражались огнестрелом, среди которых выделялось ружьё крупного калибра с внушительным магазином на двадцать патронов. Судя по длинному патрону, отдача у ружья должна быть просто кошмарной, но видимо тварей иначе не взять.

У одного из покойников при себе имелась пика, с соплом на острие, чем-то вроде огнемёта на древке, и баллоном с длинным шлангом на спине человека. Весьма сомнительная конструкция на взгляд Владимира, но чего только в мире не случается. Ещё у одного имелась ручная мортира, в сложном ременном креплении, и рассматривая снаряды, Соколов понял, откуда взялась выжженная плешь в траве. Все снаряды были помечены символом пламени, и только один чем-то похожим на серое облако. «Видимо фугас» решил Владимир, и прикинув габариты покойников, начал раздевать самого здорового, ходившего с ружьём.

Одежда князя, из тонкого полихроматического бронекомбинезона и широкого пояса с аптечкой конечно ни на мгновение не напоминала местные одежды, поэтому Владимир сменил стиль. Штаны из плотной и толстой, но мягкой кожи чёрного цвета, пояс, с разными бутыльками, капсулами и коробочками, относительно белая рубаха и коричневая жилетка с кучей карманов, тоже не пустых, сменили владельца, а бронекомбез, ушёл в пространственный карман.

Правда пришлось почистить одежду от крови и грязи, но узор «чистюля» сделал это за пять секунд, сделав штаны светло серыми, а рубаху такой белой, какой она не была наверное с момента продажи в магазине.

Из оружия Владимир себе взял ружьё, пару пистолетов что таскал на себе копьеносец, и отличный боевой нож, от парня с пушкой. Естественно вытряхнул из карманов все деньги, мысленно пообещав когда-нибудь справить по парням панихиду в храме Творцов, и достав из своего хранилища гранату, выдернул предохранительную петлю, и бросив гранату в сложенные кучкой ядра для мортиры, отбежал подальше.

На вспышку даже не оглянулся, зная, что хандская граната сама по себе превратит все улики в пыль, а плюс десяток зажигательных ядер и одно фугасное доделают остальное.

Но далеко уйти не успел. Тяжёлый топот слева, и развернувшись, Владимир увидел огромного кабана, высотой почти полтора метра в холке, и длинной метра четыре, несущегося на него. С израненной и окровавленной морды летели капли крови, но на резвость животного это по-видимому не влияло.

Сдёрнув с плеча ружьё, Владимир успел порадовался что не только собрал все патроны, в том числе и те, что лежали в заплечном мешке, но и перезарядил магазин.

Тварь неслась не очень быстро, но весьма целеустремлённо, поэтому Соколов стал стрелять ещё метров с двухсот. Пули, разогнанные мощным зарядом пороха, сначала уходили в сторону, но после третьего выстрела стали ложиться в голову, и порождение хаоса громко взревело, и зажмурив глаза прибавило скорости и понеслось изо всех сил.

Владимир успел отстрелять почти весь магазин, когда потный и вонючий хряк, пронёсся мимо, ревя словно паровоз на переезде. Вломив остатки боезапаса кабану в зад, Соколов сбросил стрелянный магазин, и подсоединил новый.

Тяжело взрывая землю, и поднимая клубы пыли, кабан развернулся, и уже куда менее шустро побежал обратно.

Последние выстрелы, Владимир произвёл почти в упор, и сделав последний шаг, животное умерло, не дойдя буквально пары метров.

Боеприпасы к ружью оказались полным барахлом, так как пробили череп только после неоднократного попадания в одну точку.

Рёв двигателя, и скрип подвески, Владимир услышал ещё издалека, и пока машина с аборигенами пылила в его сторону, успел натолкать патронов в магазин, спрятать пустой в карман разгрузочного жилета, и взвёл затвор, смотря как надвигается что-то вроде багги, с открытым кузовом, и тремя мужиками с лицами, замотанными в тряпки. Двое сидели впереди, а третий стоял у крупнокалиберного пулемёта, закреплённого в турели наверху.

Открытая машина с длинным багажным отсеком, с визгом тормозов, остановилась рядом, и сидевший рядом с водителем, медленно стащил платок закрывавший лицо.

- Так, это кто тут у меня на участке браконьерит?

- Тут нет участков. – Наугад бросил Владимир, и судя по вазомоторике человека был полностью прав.

- Нет, есть. – Говоривший чуть подвинул руку к кобуре. – Я сегодня утром придумал. Правда здорово? – Он картинно засмеялся, глядя холодными глазами на Соколова. – Значит так. Кагруха мы забираем, а с тебя штраф. Вон, ружьё отдашь, и всё что на подвеске.

- Предлагаю альтернативу. – Владимир улыбнулся, и левой рукой метнул нож, который держал в левой руке, полускрытой бедром.

Клинок не успел полностью докрутиться, но и этого хватило, потому как лезвие глубоко вошло в горло под углом вспоров артерию, после чего фонтан крови буквально выплеснуло из человека вперёд, зацепив краем Соколова.

Ещё выстрел и пулемётчик повисает на раме развороченным куском мяса, а водитель замирает не в силах сдвинутся хоть на миллиметр.

- А, нет. Зря я на пули гнал. – Вынужден был признать Владимир глядя в глаза водителю поверх прицела. – Нормальный боеприпас. Только не на кабанов. Поговорим?

Водитель исповедовался долго. Поняв, что он жив пока говорит, рассказывал о жизни в посёлке, о других бандах, о главном бандите окружающих земель – Куги Калисори по прозвищу Калисо, и о командире роты штрафников, расквартированных в Форте находящимся на территории городка, и всём том, что составляло жизнь пограничного люда.

- А с тушей что делают?

- Как что? – Водитель быстро заморгал. – Там шкура такая, что люди покупают для обшивки лимузинов. Никакая пуля не возьмёт. Ты-то вон, тоже в башку ему палил, да едва пробил. А ещё в них всякие органы нужные. Но это уже алхимикам. Их в форте полно.

- Так, боец. Скажу один раз, и больше повторять не стану. – Владимир убрал ружьё, смотревшее в живот водителя, закинув за плечо. – Всем, кто будет интересоваться расскажешь, что этот, - Соколов качнул головой в сторону трупа, - приехал, стал качать права, ну и поймал пулю башкой. Ну и второй туда же. – Если начнёшь трепать о нашем разговоре, найду и под землёй. Это понятно?

Водитель почувствовавший, как могила плавно отдаляется на некоторое расстояние, счастливо замотал головой.

- Понятно господин.

- Теперь по туше. Её как-то нужно освежевать?

- Нет. Я сейчас. – Водитель шустрой белочкой метнулся к поверженному зверю, держа в руках стальной трос, и зацепив его за передние лапы, снова метнулся к машине, откинул короткую аппарель и с водительского места включил лебёдку, втягивая кагруха в кузов.

Вопреки ожиданию, багги не развалился от перегрузки, а приняв на борт где-то под тонну веса, пошёл мягко и даже вальяжно, продолжая скрипеть рессорами.

- Сколько ты получал у этого? – Владимир, сидевший рядом с водителем, тоже замотал лицо тряпкой от вездесущей пыли и мелких камушков, и вынужденно говорил очень громко, перекрикивая двигатель и шум ветра.

- Пятьдесят монет в месяц, господин.

Владимир уже понял, что оказался обладателем приличной, но не потрясающей суммы в местной валюте «груги» кивнул. – Так, водитель мне не нужен, так что я тебе выплачиваю триста монет, и ты валишь на все четыре стороны.

- Если заплатите пятьсот, вообще уеду из Пустошей. – Водитель испуганно вильнул глазами.

- Да, ладно. Будет тебе пятьсот. Только помни…

- Да, господин. Такое не забудешь.

Через час пути, они остановились у высоких мощных ворот из стали небрежно покрашенных в серый цвет. Через какое-то время, натужно загудел мотор заскрипела лебёдка, и с хрустом стальных тросов, створки медленно поползли в стороны открывая проезд.

Городок вольных, располагался на холме, которому дополнительно обрезали склоны, сделав их вертикальными и оставив лишь достаточно узкую дорогу вверх, где справа и слева торчали мощные стальные колья, вкопанные в землю. И судя по почерневшей от крови земле, вовсе не даром. Форт Инис, находился на том же холме, но отделялся от городка высокой стеной, и ещё одними воротами, с контрольно-пропускным пунктом.

Всего в городке и форте проживало тысяч пять, что примерно соответствовало численности других поселений. И только в узловом форте жило больше двадцати тысяч.

Своеобразный КПП стоял и у въезда в городок, но там три солдатика и сержант, вообще ни за чем не смотрели, а лишь наблюдали чтобы старатели не привезли в город живую тварь.

На этом их функции заканчивались и потыкав в пятачок кабана штыком автомата, боец завистливо цокнул, и отвалил, пропуская багги в городок.

Владимир рассчитался с водителем, проследив как тот сел на рейсовый вертолёт, а сам, быстро разобравшись в управлении, подкатил к конторе скупщика и сдал тушу хряка за пять тысяч груги, что позволяло с некоторой уверенностью смотреть в будущее. После этого подъехал к автомастерской, желая сделать кое-какие изменения в машине.

- Знакомая машинка-то. – Механик одетый в засаленный комбинезон, покачал головой вытирая руки ветошью. – Проблемы будут.

- У тебя?

- А мне-то что. – Мужчина негромко рассмеялся. – я тут единственный механ, на всю округу. Обижусь и подамся в другой форт. А вот тебе паря, деваться некуда. И за машину эту спросят люди.

- Как спросят, так и умоются. – Владимир улыбнулся. – Значит так. Я хочу движок помощнее. Примерно вдвое. Раму усилить, колёса бо́льшего диаметра, чтобы поднять брюхо, подвеску на длинный ход, радиатор побольше, и две бронепластины. Впереди и сзади. Не особо толстых, но чтоб всяким говном уже не пробить. И бак закрыть бронёй.

- Не вопрос. – Механик кивнул. Две тысячи, и дело считай сделано.

- Дорого, но… пусть. – Владимир полез в карман, и отсчитал деньги. – И, это. Я не пугаю, но, если приду и машины не будет, боюсь скандала не избежать.

- Не сцы. – Механик кивнул с важным видом. – Если отожмут, то только в Пустошах. У нас здесь не стреляют. Сразу можно под полевой трибунал угодить. А командир форта мужчина строгий, так что никто на территории не шалит. А машинку свою завтра поутру заберёшь.

В городке, кроме торговцев, гостиниц с ресторанами и увеселительными заведениями, собственно ничего и не имелось, поэтому Владимир выбрал самую пристойную, где снял номер за двадцать монет в сутки, что по меркам пограничья составляло очень приличную сумму.

Номер, с двумя комнатами, ванной и небольшим гардеробом, Соколову не понравился, но выбирать было не из чего, и перебрав свои вещи, Владимир покидал ненужное барахло в сумку, и отнеся в скупку став богаче ещё на пятьсот монет.

Всего он собрал у покойников примерно три тысячи монет, что с премией за кабана составляло уже вполне приличные восемь тысяч. Обычно люди накапливали тысяч пятьдесят - сто, и уезжали отсюда, чтобы купить себе маленькую квартирку, медстраховку, и с этого начинать новую жизнь, но Владимир понимал, что ему нужно как бы не на порядок больше, поэтому планы на отъезд не строил. Приграничье – отличное место для того чтобы врасти в общество, обзавестись документами, и вообще слиться с пейзажем.

В гостинице Таблар, на первом этаже работал ресторан, и даже выступали какие-то артисты, а сильно потёртые дамы, зазывали вольных старателей в номера, но посмотрев на пенсионерок секс-индустрии, он понял, что такого ужаса в своей постели не переживёт. Хотя дамы, нутром чувствуя переполнявшие чужака искры Творения, просто с ума сходили от желания, смотря на Владимира словно собаки на таз с мясом.

Пообедав, Владимир завалился в ванну, листая многочисленные инструкции и путеводители, изданные благотворительными и военизированными организациями для вольных старателей.

Затем часа три смотрел телевизор, удивляясь тому, как похоже во всех мирах информационное хрючево для народа, и часам к десяти, спустился вниз чтобы поужинать.

Сутки в мире Арахт поделили на тридцать часов. Пятнадцать до полудня и пятнадцать после. Таким образом десять часов после полудня, уже вполне вечер, и самый фешенебельный ресторан в посёлке, наполнился торговцами, старшими офицерами форта, и разными мутными личностями.

Один из них, Куги Калисори, по прозвищу Калис, что означало крупного и достаточно опасного хищника серверных лесов, слушал доклад одного из своих людей.

- Ну услышали мы пальбу, причём часто так палили. Говорю этому габруху, мол поехали глянем. А тот, видать скрысить чего хотел, или ещё чего, в общем говорит, один мол поеду. Ну, думаю, пили, один хрен мимо форта не проскочишь.

Ну и уехал, а мы дальше на маршрут, старателей кошмарить. Только через час, докладывают люди что на воротах стояли, мол вернулась машинка ваша, да уже не ваша, а какого-то габруха мерзявого. Я сразу выскочил, а он тачку уже к механу нашему загоняет и что-то там втирает. А после хорошо так рассчитался, и свалил в гостиничку. И тож, сразу вышел, сдал хабар что с собой старатели таскают. Я посмотрел, там точно наши эликсиры, да таблетки. Значит снял он с Крига с Хрумом. А Теглора видали, когда тот садился в вертолёт. Но уже поздно ловить. Тот в узловом форте сразу метнулся на экспресс, и с концами. Там его не достанем… Так что, Калис, зажмурим габруха?

- Только не здесь. – Главарь банды покачал головой. – Я с комендантом до сих пор не рассчитался за прошлое. Не стоит испытывать его терпение. Возьми пару команд, да зажмите его где-нибудь подальше. Ну и поспрашайте, чего он такой борзый и резкий. Зажмурить его всё равно надо, но может после придётся чего кому занести для порядка.

- Сделаем. – Харбал Турго, по прозвищу Обух, кивнул.

Владимир хорошо выспался и когда спокойно позавтракал, дошёл до мастерской, где уже стояла его машина.

- Смотри. – Механик, по привычке протирал ещё чистые руки тряпкой. – Движок мы тебе поставили от грузовика, а чтобы машинка шустрее шла, поменяли редуктор. Скорости там всего три, да тебе и двух за глаза хватит. Двигун этот и с третьей стронется. Теперь по броне. Сделал как себе. Титановый сплав, упрочнённый алхимиком. Так что с тебя ещё косарь.

- Легко. – Владимир отсчитал деньги.

- Сзади, просто стальная плита, но по-другому нельзя. У тебя морда получается слишком тяжёлая и зад будет мотать. Поэтому вот, как минимум тонну стали будешь возить с собой. Ну и колёса, как заказывал. – Механик пнул ногой здоровенное колесо двадцать второго диаметра. – Мне даже интересно стало, как такая машинка себя в Пустошах поведёт.

- Я расскажу. – Владимир кивнул мастеру.

- Кстати, прям с утра две машины Калиса, сорвались в Пустоши. Уверен, тебя ждать будут.

- Отлично. – Соколов улыбнулся. – А ты машины покупаешь?

Прихватив с собой десяток бутербродов, три пятилитровых фляги с водой, и маленький котелок, Владимир ещё раз проверил всё ли в порядке, и выехав из ворот форта, скатился по наклонной тропе, разогнался просто вперёд, где по уверениям справочника, водились разные опасные твари. Обычно старатели глубоко не забирались, предпочитая добывать хабар на границе с Пустошами, покусывая случайно забредающих тварей, но у Соколова имелись аргументы и покрупнее чем ружьё восьмого калибра.

Кагрухи весьма ценились за шкуру и печень, тримы тоже за шкуру, но как материал для шуб, а градахи полностью шли в переработку как носители аномального количества энергии хаоса. Плюс к этому в некоторых местах встречались «очаги» несколько камней Хаоса, сваленных в кучу, светящиеся истекающей из них словно пламя хаотической энергией. Кристаллы уже шли по волне взрослым ценам, но встречались крайне редко. Точнее, там, где они встречались люди не ходили.

На каждую тварь существовали твёрдые расценки, и нельзя было заплатить больше или меньше, но торговцы обходили запрет, предлагая в качестве бонусов патроны и снаряжение, и все старатели знали кому что продавать, чтобы заработать побольше.

Владимиру эти расклады были ни к чему, поэтому он просто погнал к границе Пустошей, справедливо полагая, что разберётся на месте.

Где-то сзади, взревели двигатели преследователей, но они совершенно не успевали за машиной сильно прибавившей в скорости, и проходимости. Там, где Владимир пёр напролом, невзирая на рельеф, преследователи вынуждены были объезжать, притормаживать и даже их стрельба выглядела скорее истерикой.

По мере приближения к опасным местам, энтузиазм преследователей падал, и Владимир даже чуть снизил скорость, чтобы повысить мотивацию бандитам, и те снова резво кинулись в погоню. Стали попадаться мелкие группки местных хряков во главе самца, такого как завалил Владимир, и тремя – четырьмя свинками. Поросят не было видно, видимо не сезон. Величественно шли по своим делам огромные существа похожие на лосей, от которых страшно фонило энергиями хаоса, и мелькала разная мелкая живность.

Обогнув холм, Владимир воткнулся в тупик, и поняв, что дороги нет, воткнул первую передачу, забрался по склону на террасу, и чуть отъехав от края, встал за пулемёт, и взведя тугой затвор рычагом, проверил ленту, и навёлся на площадку внизу.

Через пару минут, первая багги, скрипя рессорами вошла в поворот, и поняв, что это тупик, водитель ударил по тормозам пойдя юзом.

Дождавшись второй машины, Владимир ударил по ней, запечатывая выход из ловушки, и стал аккуратно выцеливать бандитов, убивая их с первого выстрела.

Крупнокалиберный пулемёт рвал тела бандитов в клочья, не оставляя подранков и несмотря на заполошный ответный огонь, очень скоро почти все из них были убиты. В живых остался лишь один, залёгший за двигателем второй багги. Он не отстреливался, а прикинувшись ветошью, ждал пока Владимир начнёт мародёрить трупы, чтобы достать наверняка.

Чётко видя противника в эфирном зрении, Соколов спустился по склону, и обойдя багги, так, что показались ноги лежавшего человека, выстрелом из ружья отстрелил одну конечность. Такого человек перенести не мог, и заорал, показавшись полностью, и вторая пуля оторвала ему голову.

Аккуратно, обойдя остальные тела, он сделал контроль, и приступил к самой приятной части перестрелки – сбору добычи.

На этот раз всё было пожирнее в смысле снаряжения и боеприпасов, но меньше денег. Наличными собралось всего тысяча монет, зато удалось разжиться целой кучей стрелковки, ещё парой крупнокалиберных пулемётов, и целой горой пузырьков, коробочек, пистолетов, и патронов.

Все машины имели фаркопы и стальную трубу с кольцами для жёсткой сцепки, и повозившись с машинами, Владимир отправился обратно.

Мощный двигатель уверенно тянул машины, хоть и относительно на невысокой скорости.

Один раз правда пришлось остановится, когда странным поездом заинтересовывался местный лось – гардах, побежал было следом, но чуть притормозив, Соколов выдал короткую очередь из пулемёта, и монстр сразу потерял интерес к добыче.

Когда он приехал в форт, время ещё не перевалило за полдень поэтому сдав всё честно отнятое, он снова засобирался на охоту.

- Ну, что скажешь? – Хозяин ремонтно-механической мастерской, бросил взгляд на заместителя командира форта, майора Элора Танго.

- Наш человек. – Майор кивнул. – Не могу сказать, полевая разведка или агентурная, но что-то очень крутое, типа Чёрных соколов. Да и в звании, немаленьком. Солдатикам видел, как махнул? И сержант сразу метнулся раздвигать ворота. На лицо конечно молодой, но это вот вообще ничего не значит. Видел я одного генерала после омоложения. Пацан пацаном. Так что Калису, конец. Если конечно не сбежит раньше. Ты видишь, на двух багги, минимум шесть человек было. А у него на одежде ни пылинки, ни травинки, ни раны. Даже какой царапины. Человек походя пристрелил шестерых, а может и восьмерых бандитов. Что ему какой-то разжиревший боров?

Примерно об этом же думал главарь бандитов, провожая взглядом багги, когда-то принадлежавшую ему. Он за сутки лишился почти трёх четвертей людей, и конечно новых нанять несложно, но пока это случится, пока они притрутся друг к другу, пока заработают свой авторитет… Всё это может происходить месяцами, и не факт, что за это время человек, сломавший налаженный бизнес куда-то денется.

Поэтому, Калис словно прогуливаясь зашёл к себе в контору, оформленную как частное агентство сопровождения грузов, покидал в небольшой саквояж всё нужное, а особо ценное спрятав на теле в потайных кармашках нижней рубахи, и также прогуливаясь пошёл по улице кивая знакомым торговцам, и успевая попутно решать мелкие дела. Затем встретил прилетевший рейсовый вертолёт, и изобразив удивление что не встретил нужного человека, постоял, и когда дверь ухе закрывалась, метнулся словно молния, успев проскочить в салон.

Заместитель командира форта по материально-техническому снабжению, Канис ти Ранго, маленький бизнес которого только что лопнул, сидел за столом задумчивый, слушая человека вытащенного им из тюрьмы, для «оформления» самых тихих дел. Турил Конро, прошёл полный курс подготовки «Чёрных соколов», и был списан за убийство гражданского в небоевой обстановке. И так бы и сгнил бесследно в Северных Пустошах, но кто надо, заплатил кому надо, и вот уже с новой биографией и новым лицом, ценный специалист выполняет очень важные и нужные поручения.

В форт Инис, Турил приехал чтобы решить вопрос с зарвавшимся и потерявшим край Калисом, но того, что случилось никто не ожидал. Главарь сбежал, а его люди, за редким исключением мертвы. То есть не плавная передача власти кому надо, а просто полный крах всего налаженного дела.

У Каниса имелись кроме официальных и неофициальные начальники, и они страшно не любили, когда начинаются падения доходов, и упаси боги, убытки. А убытки будут. Минус десять человек – ядро боевой группы, минус снаряжение с дорогостоящими эликсирами исцеления, минус Калис, наверняка увёз всю казну банды, включая оперативный запас… И не факт, что Организация его достанет. Урки тоже умели прятаться.

Сплошные убытки, а отвечать кому? Тому, кто остался. Канис пристально посмотрел на бывшего «Чёрного сокола».

- Дождёшься этого… - майор взмахнул рукой. – И прикончишь. Но тихо. В номере. Хоть ядом хоть чем. Меня не волнует. Как сделаешь дело, сразу на вертухан, и чтобы духу твоего здесь не было.

Глава 4

На крутых поворотах судьбы, главное не тормозить.

Неизвестный патологоанатом.

Служебная записка.

С высочайшим почтением, спешу доложить, что по текущему финпериоду, имеется существенное падение доходов от пятого узла Южных пустошей.

Связано это прежде всего с распадом силового звена в форте Инис, и бегством его старшего, Куги Калисори по кличке Калисо.

Предприняты меры по восстановлению контроля: Наняты люди, и отправлены в форт. Один из мелких командиров узлового форта повышен до старшего сектора, с передачей всех полномочий по форту Инис.

Управляющий узлового форта предупреждён о недопустимости выпадения доходов, и оштрафован на два месячных оклада.

Начальник 2 управления Группы Тыла, генерал-комиссар второго ранга Этнар Анголь

Карта планеты с расположением Пустошей нашлась в одном из пособий для начинающих старателей, да и не было в той карте ничего интересного. Пять материков, из которых один самый крупный Элдарингар, три чуть поменьше, и один маленький. Три Пустоши находились на Элдарингаре, и по одной на Таронарис, Алгаре, и Субрании. Все Пустоши образовались в равнинных, малозаселённых местах, и пока учёные разбирались с причинами их возникновения, успели расширится, захватив огромные территории. Сразу же по границам Пустошей поставили десятки фортов, сдерживающих распространение иномирного проникновения. Но очень быстро эти территории стали источником дохода огромного количества людей, и несмотря на то, что Пустоши, пусть медленно, но росли, мало кто желал их полного уничтожения. Наоборот, государства на чьей территории появились пробои хаоса, резко прибавили в доходах и даже в технологиях.

Ардария, где появился Владимир располагалась на огромных территориях, получив от раздачи Хаоса, целых две Пустоши. Одна Северная, в холодных лесотундровых пространствах, а другая в бескрайней степи, захватившей весь полуостров Андол – треугольник со стороной в пятьсот километров, глубоко выдающийся в Южный океан.

Пустоши в год давали доход сравнимый со всей индустрией стали и тяжёлой промышленности. Ценнейшие компоненты для лекарств, реагенты для Большой Химии, позволяющие делать вещества небывалых характеристик, предметы роскоши и многое другое, что шло из территорий, захваченных хаосом широким потоком.

Конечно. на такой сладкий кусок, слетались браконьеры, тем более что у Южных Пустошей огромная водная граница. Но авианосцы, штурмовые вертолёты, и быстроходные катера, превращали этот, и без того опасный заработок, в аттракцион с билетом в один конец.

Северные Пустоши, живностью не особенно выделялись, но ценились за шахты и прииски где добывали редкие руды. Но глубокие шахты стали не только место жительства людей, но и весьма опасных монстров, живущих под землёй.

Одной из неприятных особенностей этих мест, стала невозможность или крайняя нежелательность применения мощной магии. На выплеск эфирной энергии стекались такие тучи монстров, что никто в здравом уме не пытался магичить в приграничье. Официального запрета не существовало, но на магов смотрели косо.

Зато Ардарийская армия, сделала из этих территорий не только средство получения дохода, но и место утилизации человеческого материала. Нет, не существовало никаких штрафных рот или батальонов. Просто провинившегося солдата, сержанта или офицера отправляли служить на юг или на север, а уж выживет ли он или сгинет, никого особо не интересовало.

И именно армейцев, наблюдал Владимир в трофейный бинокль. Трёхосный грузовик, с пулемётом на крыше, вихляя от пробитого колеса, нёсся по дороге, поднимая пыль, а за ним, гналась стая баграхов примерно в двадцать голов. Пулемётчик огрызался короткими очередями, но видимо калибра не хватало, и твари с телом волка, и огромной зубастой пастью, не сбавляли ход, постепенно нагоняя грузовик.

Соколов чуть прибавил скорость, и остановившись чуть в стороне от дороги, встал к турели.

Грузовик, не сбавляя скорости проскочил мимо, и только армеец, сидевший рядом с водителем, что-то прокричал, махая рукой, но Владимир уже не слышал.

Имплант давно посчитал баллистическую модель связки пулемёт - патрон, и Соколов не смотрел через прицел, а ориентировался на алую метку, выводимую прямо на сетчатку глаза.

Тяжелые пятнадцатимиллиметровые пули, ударив в относительно плохо защищённый бок, срезали вожака, и всю голову погони, но, когда стая развернулась в его сторону, всё пошло куда хуже. Лоб и грудь баграха прикрывали мощные костяные пластины, не пробиваемые даже из крупняка и Соколов, прыгнув в водительское кресло, отжал сцепление, бросая багги вперёд.

Хаотические твари, могли бегать довольно быстро и долго, но конечно против четырёхсотсильного двигателя не имели шансов, и когда Владимир посчитал, что увёл погоню достаточно далеко, прибавил скорости и сделал круг, выходя к месту, где лежали убитые звери.

Четыре огромных туши едва поместились в грузовой отсек, и натужно скрипя рессорами, машина тяжко покатилась к форту.

За местных крокодиловолков дали по полторы тысячи, что в принципе неплохо, но вот пулемёт, Соколов захотел поменять на что-то более мощное, и дальнобойное.

У скупки, его подловил сержант, и вежливо представившись пригласил на ужин к командиру, чего Владимир проигнорировать никак не мог, и переодевшись в купленную накануне свежую одежду, отправился в гости к местному Хозяину.

Начальник форта и командир расквартированного батальона, подполковник Хагрин Олас, загремел в эти негостеприимные места из-за дуэли с сыном крупного олигарха. И возможно, что всё спустили был на тормозах, но ушлый фотограф сделал несколько снимков, где Тевин ла Бран, стоит на четвереньках, со шпагой в заду, и скандал разрушил обоим молодым перспективным офицерам карьеры, хотя фотограф оказался на месте дуэли совершенно случайно.

Теперь, Тевин ла Бран подвизался на ниве торговли, а Оласу приходилось заниматься вещами далёкими от столичного флирта, и посещения салонов юных жён стареющих генералов и финансистов. И хотя здесь, на границе, год службы засчитывался за два, мало кто из офицеров добровольно соглашался на такую службу.

Пятьсот солдат и сержантов, два десятка офицеров и приданных специалистов, норовили уничтожить всё до чего дотягивались из руки и пропить всё остальное. А что им? Дальше приграничья уже не пошлют, хотя существовала отличная от ноля вероятность угодить совсем низко – в шахты Северной Пустоши, но это нужно было совсем жёстко подставиться. Да и кому здесь воевать если вдруг прорыв? Старатели сразу брызгами разлетятся вместе с торговцами и шлюхами, оставив солдат защищать форт.

И с этой стороны, поступок нового старателя выглядел весьма занятно. Он не только спас десятерых бойцов и офицера, но и по слухам привёз на продажу четыре туши баграхов.

И вот это выглядело очень достойно. Подловить стаю в определённый момент, срезать вожака и его сильнейших воинов, а затем оторваться от преследователей, и вывезти трупы. А перед этим, как-то расправиться с бандой, донимавшей здесь в форте всех, да так, что главарь просто бросил всё и умотал в неизвестном направлении.

Всё это говорило не только о крепких нервах новичка, но и о весьма приличной подготовке. И вот тут вставал совсем непраздный вопрос: Что забыл такой человек в забытом богами форте, и будут ли от него неприятности?

Всё это собирался прояснить подполковник, приглашая старателя на обед. Формально для благодарности за спасение патруля, а реально для выяснения глубины возможных проблем.

- Подполковник… - Владимир вежливо поклонился хозяину и занял предложенное место.

Сегодня, по просьбе командира, повар расстарался, и на столе можно было увидеть деликатесы, стоившие в столице немыслимых денег. Филе сагруса, в соусе из ягод линахры, печень аварка, в жареных колтралах и на десерт суфле из плодов турала. Всё это предполагалось запивать не очень крепким вином из личных запасов подполковника, и балтой элитного «чёрного» сорта добываемой только на островах архипелага Андори.

- Мы с вами беседуем, уже час, а вы так и не представились. – Мягко попенял Владимира командир форта. – Желаете остаться анонимным?

- Знаете, в силу ряда обстоятельств, вынужден был резко сменить климат, и место проживания, и ещё не придумал себе, ни новое имя, ни биографию. – Владимир рассмеялся.

- И вы так спокойно мне об этом говорите? - Хагрин Олас, удивлённо поднял брови.

- Пустоши являются экстерриториальными как по отношению к Ардарии, так и к международному праву. – Вежливо напомнил Соколов. - Как-то соотносится с государством только форт, но и он является территорией исключительно армейской юрисдикции. А ни в одном уставе ничего не написано про преследование беглецов, если только они не дезертиры.

- Это верно. – Подполковник кивнул. – И всё же, я, для начала, хочу от всего сердца поблагодарить за спасение моих людей, а во-вторых, хотя бы частично отплатить вам за помощь. – Офицер улыбнулся и встав из-за стола вышел из столовой и минут через пять вернулся с пачкой бумаг в руках. – Это документы на имя Алдиса Моро, тридцати лет, уроженца Северных пустошей. Алдис приехал сюда, планируя наняться в форт оружейником, но попёрся за каким-то чёртом с солдатами в пустоши, и погиб разорванный кагрухами. Это случилось буквально на днях, а мне даже некому отправить письмо о смерти. Он не указал ни адреса, ни имён родственников. Так что это теперь ваше. - Хагрин протянул пачку Владимиру. – Паспорт и удостоверение личности он получить не успел, а единственный документ с фотографией – выписка из справки от командира форта там, на севере. Сделаете фото, вклеите свою фотографию и всё будет в порядке. Там, у них, на севере, вообще адов бардак и царство хаоса. Монстров там сильно меньше чем у нас, но зато в земле много чего полезного, поэтому полно посёлков и естественно никто их там не пересчитывает и не ведёт документооборот, поэтому даже если к вам возникнут вопросы, то ответы получить будет невозможно. Шахты постоянно бросают, люди переезжают с места на место вместе со своими домиками на колёсах… Идеальное место для легализации любого агента.

- Нет-нет. – Владимир рассмеялся и поднял открытые ладони. – Я точно ничей не разведчик.

- Но подготовка у вас превосходная. – Подполковник коротко склонил голову. – вот так запросто отсечь стаю, да ещё притащить туши на скупку…

- Ну не смотреть же как эти твари рвут солдат в клочья? – Владимир пожал плечами. – Это вот совсем неправильно.

Говорили долго, так, что успели съесть всё на столе, и даже было переключились на какие-то остро деликатесные консервы, но Владимир попросил показать ему что можно купить у армейцев со склада.

И тут выяснилась забавная вещь. Старатели, покупали снарягу у торговцев, причём самую дешёвую. Раздолбанные машины, лишь бы только ездили, старое оружие, просроченные патроны и покусывали самых слабых тварей, не забираясь в Пустоши глубоко. И при этом считали, что нагибают всю систему, поскольку тратили очень мало. То, что они при этом мало зарабатывали их, видимо устраивало.

Но если сдавать туши и найденное армии, то появлялась возможность на эти деньги отовариваться на складе, где имелось много достойных и интересных вещей. Безоткатные и, автоматические пушки, гранатомёты, мины, не говоря уж о транспорте в виде грузовиков, бронетранспортёров, и лёгких танков.

Но, только в размере сданной добычи. Сдал на сотню – получи на сотню. Ну или деньгами. При этом ватаги, промышлявшие серьёзными тварями, существовали. Базировались они в основном в узловых фортах, где населения насчитывалось порой под полсотни тысяч человек, и брали заказы на конкретных тварей. Такие группы обычно имели собственные грузовики с краном для погрузки и перевозки добычи, боевые группы на тяжёлых багги, и иногда даже лёгкие самолёты для разведки с воздуха. Они забирались очень далеко и именно эти старатели привозили наиболее ценную добычу.

Подполковник особо предупредил, что среди таких старателей, считалось обычным делом походя расстрелять другого старателя даже не забирая с него добычу.

От командира форта, Владимир отправился к механику, и озаботил его прицепом на пару тонн, и переносом турели, с задних сидений вперёд, чтобы не скакать по баги отстреливаясь и ведя машину. Заодно попросил поставить второй пулемёт спаркой к первому, и увеличить запас патронов.

И поскольку время уже катилось к вечеру, пошёл поужинать, заодно попросив, чтобы ему приготовили назавтра еды в дорогу.

Подъём планировал ранний, и почитав всё что имелось про Север, лёг спать. Но часа в три ночи, проснулся от того, что имплант подал тревогу, поймав сигнал от сигнализации, установленной на двери.

Оружие лежало рядом, и прихватив пистолет, Владимир скомкал одеяло в форме тела, сам затаившись в тёмном углу рядом с кроватью.

Тень медленно и почти беззвучно подошла к кровати, и уже замахнулась рукой с кинжалом, когда Соколов выскользнул из черноты и хлёстким ударом пробил убийце в голову, и следом, в грудь коленом, так, что тело подбросило вверх, до потолка, а на пол оно упало уже в стадии недвижимости.

Аккуратно, чтобы не напороться Владимир обыскал убийцу, вытащив на свет всё что лежало в карманах, осмотрел ротовую полость на предмет всяких закладок и наложив дополнительно «паралич», дёрнул за рычаг вызова прислуги.

Ещё через пять минут, прибежал военный патруль, вызванный портье, забрал бесчувственное тело, и вновь насторожив сигнализацию Соколов лёг спать, даже не подозревая, какую волну фекалий поднял в армейской среде.

Собрав в контейнер всё что ему сготовили повара ресторана, Владимир, выехал через ворота, таща за собой новый прицеп, а в городке заходил на посадку вертолёт военной прокуратуры.

Вопреки общему мнению, армия не монолит, а обычная корпорация с кучей групп, кланов, течений, воюющих за влияние, и деньги.

Весьма информированный во всех хитросплетениях столичной жизни, командир форта, знал кому сообщить о появлении в камере вроде бы давно исчезнувшего человека. А поскольку считал, что его так называемые покровители просто предали его, и более не имея никаких сдерживающих факторов в виде кланов и связей, он запросто сдал не только убийцу, но и всё найденное при нём, а было там, достаточно на пожизненное в подземном руднике Северных пустошей.

За что и вцепились военные прокуроры, имевшие длинный зуб на весь клан Анголь, подмявший под себя торговлю с Пустошей.

Ничего об этом не зная, Владимир выследил и добыл двух огромных матёрых градахов, фонивших хаосом так, что ему пришлось пару раз останавливаться и накладывать на себя узор «очищения».

По договорённости с подполковником Оласом, он сразу повёз туши в форт, и сдал обе по десять тысяч каждая что уже позволяло приценится к армейскому складу. Тут-то его и подловила пара офицеров, майор и полковник, проверили документы и вполне вежливо попросив ответить на ряд вопросов.

Фотографию Владимир переклеивать не стал, а просто аккуратно потёр её так, что лицо вообще не читалось. Аккуратно сложив сильно потрёпанный документ, засунул его в полиэтиленовый пакетик, спрятал в карман.

- Парни, я тут весь день на жаре, да ещё и без жрачки, так что пойдём, поедим, заодно спросите чо там хотите.

Армейцы переглянулись, и полковник кивнул.

- Веди.

Спрашивали обо всём. Как попал в форт, где жил на Севере. Как вообще смог завалить опытного убийцу.

- Эт для вас он опытный. – Владимир улыбнулся. – А на нижних горизонтах такие твари водятся, что этот, просто не дошёл бы. Да и до третьего не дошёл. А ты, вон… опытный. Да и твари местные… медленные, вялые… крепкие, да. Башка такая… как нож от проходческого щита. Но вялые, а денег за них дают ого-го. Так что я тут точно подниму денежек.

- А что не у себя? – Полковник, быстро расправлялся с мясом, вроде как не глядя никуда кроме тарелки, а майор чётко фиксировал всю вазомоторику Владимира.

- Собаки гнявые, пусть там корячатся. – Спокойно ответил Соколов. - Только в шахтах и можно жить нормально. Наверху до минус сорока как здрастье, а порой и до пятидесяти. А тут вон, лепота. Ночью целых пятнадцать градусов. Хош в трусах спи. Только в помещениях душновато. Но эт я привыкну.

- А ты же в армию хотел? – Подал голос майор. – Что так? Не взяли?

- Да пообщался с солдатиками, да потёрся там среди народа, и подумал. А что мне эта армия? Сам что ли не пробьюсь? Уже вон какая машина у меня, видел? Да пушка на ней… А ещё подработаю и возьму чего посерьёзнее. И машину побольше, и пушек на неё, так чтобы прям до пятого уровня, дойти. Там говорят твари вообще по полмиллиона и вообще по скока хош. А я вот это… деньги они всему голова. С деньгами я где хош пристроюсь. И бабу себе нормальную найду, и дом заведу…

Армейцы переглянулись, и полковник отрицательно покачал головой.

Рассчитались каждый сам за себя, и Владимир пошёл к себе, а прокуроры, поднялись в отведённые им гостевые апартаменты при форте.

- Ну, что скажешь? – Майор снял фуражку, и расстегнул китель.

- Ну, насчёт Севера, думаю, что да. Был. Даже загореть ещё не успел. А там и вправду хреново. Что «Сокола» этого недоделанного завалил, тоже не удивительно. Когда там он заканчивал эту учебку? Сколько лет прошло. И в шахтах там да, чего только не водится. Так что всё бьётся. Ну и самое главное. Что тут агенту делать? Есть тысячи способов легализации, не рискуя шкурой в приграничье. Так что я склонен поверить парню.

- А по мне, так хоть агент. – Майор покачал головой, и бросил взгляд на часы. Что у нас разведывать-то? Контрразведка, смотри, вся переключилась на поиски недовольных да всяких внутренних врагов. Думаешь просто так? Нет, это потому что внешние враги вообще никакой погоды не делают.

- Так что по парню?

- А что по нему? – Майор пожал плечами. Сделаю рапорт по форме двадцать восемь, да и канет он в нашем бумажном море. А вот что будем делать с этим Турилом Конро…

- Всё за нас решили. – Полковник снял китель, и повесил на стул. – Доставляем его в центральную прокуратуру, в допросный блок. Там его начнут потрошить уже основательно. Так что мы с тобой его больше не увидим потому что он тоже канет в нашем бурном море. Вопрос выплывут ли его покровители, но это точно не нашего ума дело.

Местная цивилизация ещё не дошла до спутников, но аэрофотосъёмка существовала, и подробная карта пустошей, со всеми фортами, наезженными дорогами и предположительными ареалами распространения разных тварей, продавалась за вполне вменяемые десять монет. Имплант сразу зафиксировал карту в памяти, и привязываясь к видимым ориентирам и рельефу, выдавал достаточно точное местоположение. Благодаря этому Владимир не вступал в бой с разной мелочью, а сразу проскочил за третью линию, где уже не встречались вольные старатели, а лишь крупные охотничьи группы.

Здесь уже можно было поискать «Камни хаоса» стоившие вполне приличных денег, и «Теневые кристаллы» стоившие уже совсем неприлично. Ну и вершина добычи – кристаллы нитрилла, из которого делалось всё. От украшений, до брони, не пробиваемой ничем, вплоть до магических ударов.

У Владимира не имелось воздушной разведки, но на своём багги он достаточно легко заезжал на вершины холмов, откуда в мощную оптику осматривал окрестности, помечая на виртуальной карте интересные места.

Здесь, между третьей, «опасной» и четвёртой «особо опасной» линией, как раз находился переходный рубеж от просто жёсткой истории, к полной жести, когда по степи носились кучи изменённых и хаотических тварей, и такие же твари носились в воздухе, правда к счастью невысоко.

Не увидев ничего интересного в бинокль, Владимир съехал с увала, и поддав газу понёсся к следующему.

Сразу вслед багги кинулась стая гигантских крысособак, но быстро отстали, и взметая кучи камней, машина, ревя двигателем, влетела на плоскую вершину холма возвышавшегося на двести метров над степью.

А внизу, под холмом, стоял десяток машин лагерем. И такие же как у него багги, и мощные трёхосные грузовики, и даже бронированная машина типа бронетранспортёра. Всё в лагере носили обычную для старателей одежду из толстой кожи, и лишь один щеголял в чём-то вроде комбинезона камуфляжной расцветки. Чуть в стороне от костра, на двух деревьях висел распятый обнажённый мужчина, и камуфляжный как раз втыкал в него нож, от чего пленник орал во всё горло. Машина пленника – побитый жизнью багги стоял сбоку от дороги с пробитыми колёсами, уткнувшись передним бампером в дерево.

Но рёв машины Соколова уже заметили, как и его самого, и пара вездеходов резко развернувшись, погнали куда-то в сторону, видимо собираясь добраться до ненужного свидетеля.