Страж Руин

Глава 1. Это какой-то глупый розыгрыш?

Кто-то тащил Артема за ногу. Спина и затылок ощущали холодный, неровный пол. Перед взором клубился розоватый туман, глаза щипало, а сквозь звон, стоявший в ушах, доносился нечто похожее на рычание хищного животного. Только полнейшее замешательство от внезапного пробуждения не дало Артему мгновенно впасть в панику. Мысли ворочались медленно, а сознание приходило в норму постепенно, словно собираясь по кусочкам.

Мало-помалу изображение перед глазами начало проясняться, и Артем смог разглядеть потолок, проплывавший перед ним. Он был сложен из камня, неровный, похожий на свод старого монастыря или замка, вот только цвет у камней, из которых он был сделан, выглядел странно, будучи иссиня-черным. Потолок, к слову, и правда казался древним — повсюду виднелись сколы, а в некоторых местах и вовсе зияли дыры, через которые пробивался бледный свет. Похоже, снаружи была ночь.

Вот только что это было за место? И как Артем здесь оказался? Он попытался вспомнить, что предшествовало его пробуждению, но на все попытки выудить что-то из памяти отвечала лишь глухая пустота. Сказать наверняка, какая часть воспоминаний отсутствовала, сейчас было невозможно. Может сутки, а может несколько месяцев. Последнее, что он помнил — это обычный день на работе. Не могли же его выкрасть прямо из офиса? Выходило, что он действительно забыл, как угодил в эту ситуацию. Вот только почему?

Ответы на эти вопросы, впрочем, могли подождать. Куда важнее было понять, кто волочит его за собой по полу, словно ребенок мягкую игрушку. Тело все еще ломило, но Артем все же смог приподнять голову в попытке разглядеть того, кто тащил его за ногу, и тут же издал непроизвольный вздох. От зрелища, которое предстало перед его глазами, мгновенно вернулось притупившееся чувство страха, при чем в тройном размере. Таких массивных людей он отродясь не видел: метра два с половиной, никак не меньше, руки как два здоровенных бревна, спина шире, чем у самого накачанного культуриста в мире, а кожа...

Кожа была синей. Мертвенно-бледный, голубой цвет навевал мысли об утопленниках или замерзших насмерть альпинистах из ролика про Перевал Дятлова, который Артем как-то раз смотрел до трех часов ночи. Но это существо — Артем уже не был уверен, что оно являлось человеком — определенно было живо и здорово. Оно бодро шагало по коридору, издавая негромкое, хриплое ворчание.

Артема сковал ужас. Что ему делать? Попытаться вырваться? Куда уж тут, это чудище его на тряпки порвет одним движением. Может, поговорить?

— П-простите?.. — неуверенно промямлил Артем.

Синяк не отреагировал.

— Эй! — позвал он громче, и в этот раз гигант его, похоже, услышал.

Синяк остановился, медленно поверну голову, и Артем наконец-то смог разглядеть его лицо. Но что это было за лицо! Даже не лицо, а рожа, кривая и испещренная шрамами. Кусок губы отсутствовал, открывая взору пожелтевшие зубы. Глубоко посаженные глаза грозно смотрели исподлобья, а волосы грязного серого цвета свисали прямо на лицо не аккуратными прядями. Подбородок украшала длинная серая борода, в которую были вплетены камушки со странными знаками.

И все же это лицо было почти человеческим. Если не считать слегка заостренных ушей и, разумеется, голубоватого цвета кожи.

Синяк открыл рот, и Артем уже приготовился услышать новую порцию бессмысленного рычания, но то, что донеслось до него, определенно было словами. Вот только Артем понятия не имел, к какому языку они принадлежат. Кряхтящие, спотыкающиеся друг о друга звуки наполнили каменный проход. Артем, разумеется, ничего не понял, но тон синяка и тот взгляд, которым он его одарил, давали исчерпывающую информацию о его отношении.

Поняв, что лучше больше не провоцировать гиганта, Артем поднял перед собой руки, пытаясь всем своим видом дать тому понять, что вопросов у него больше нет. Лицо синяка скривилось в гримасе отвращения, и он подался вперед, вытягивая здоровенную ручищу.

Понимая, что ему, похоже, пришел конец, Артем попытался было отползти, но в следующее мгновение гигант схватил его за шиворот, после чего одним движением поставил на ноги так, словно Артем был по весу не тяжелее пушинки.

— Вортх куи! — рявкнул синяк, бесцеремонно толкая его вперед.

Артему было далеко до звания качка, но он имел неплохой рост, периодически посещал тренажерный зал, да и во время учебы в институте постоянно ходил в походы. В общем, слабаком его точно было не назвать, однако от толчка синюшного гиганта он словно вернулся в детство и ощутил себя десятилетним пацаном, которого задирает старший брат вдвое крупнее и сильнее его самого.

Нелепо замахав руками в попытке удержать равновесие, Артем влетел в какое-то помещение. Света здесь было куда больше, чем в коридоре, и Артему пришлось зажмуриться. Когда же он все-таки открыл глаза, то обнаружил, что находится посреди просторного зала. Потолок здесь был высоким, сводчатым, сделанным все из того же темного камня, что и стены. По периметру шли ряды колонн, некоторые из которых, правда, были покрыты трещинами, а парочка и вовсе обрушились.

Сперва Артем не понял, откуда, исходит свет, но потом его взгляд упал на огромный кристалл голубого цвета, находившийся в дальнем конце зала. Кристалл этот торчал прямо из потолка, свисая, словно причудливый сталактит, а еще к нему, по всей видимости, было каким-то образом подведено электричество, от чего кристалл распространял вокруг себя равномерное, почти осязаемое свечение.

Стоило признать, обстановка впечатляла. От всего здесь веяло стариной и каким-то древним могуществом. Это ощущение только усиливал трон, который Артем разглядел прямо перед светящимся кристаллом. Массивный престол, похоже, был высечен из цельного куска уже знакомого Артему синеватого камня. Мощные подлокотники без украшений и высокая прямоугольная спинка с узором из переплетающихся линий заставляли его выглядеть довольно внушительно. Чего нельзя было сказать о том, кто на нем восседал. Трон находился довольно далеко, поэтому Артем не мог толком рассмотреть этого человека, но одно можно было сказать точно — это был кто-то небольшой.

— Тал раск ар шаррог, Эффейнэ! — рявкнул синяк. Его грубый, низкий голос разнесся по залу впечатляющим эхо, отвлекая Артема от разглядывания трона.

— Тал раск? — послышался в ответ голос из другого конца зала, высокий, как будто бы детский.

"Девчонка?" — недоуменно подумал Артем. На троне обычно восседает некий правитель, и почему-то ему казалось, что правителем синяка должно было оказаться какое-то еще более жуткое и могучее создание.

Фигура тем временем проворно спрыгнула с трона и направилась в сторону Артема.

— Иррэ, Эффейнэ, — с небольшим кивком подтвердил синяк.

Он начал что-то объяснять на том же языке, но Артем все равно ничего не понимал, поэтому сосредоточил внимание на приближавшейся фигуре. Это и правда была девочка на вид не старше двенадцати. К счастью, в отличие от синяка, кожа у нее была более-менее естественного цвета, хоть и весьма бледная, почти что мраморная. Сперва Артем было обрадовался, что встретил в этом странном месте еще одного человека, но чем ближе девочка подходила к нему, тем яснее становилось, что на обычного человека она была похожа мало.

Начать хотя бы с одежды. На девочке было длинное платье из удивительной, мерцающей в свете кристалла ткани. Артем никогда не видел такого материала, казалось, сам свет окутал девочку, приняв физическую форму. Зато никакой обуви на незнакомке не было. Она ступала совершенно босыми ногами, и это при том, что Артем даже через толстовку ощущал холод пола, по которому его недавно тащил синяк. Сам гигант, к слову, был обут в здоровенные сапожищи, на вид довольно теплые. Волосы девочки были голубоватого цвета, переходящего в белесый, они свисали почти до пола, ровные, идеально прямые, словно королевская мантия за спиной. Картину дополняли такие же неестественно голубые глаза, будто бы немного светившиеся, и заостренные уши.

Артем сглотнул. Конечно, по сравнению с синяком, девочка совсем не выглядела угрожающе, так как была едва ли не в полтора раза ниже самого Артема, и все же с каждым ее шагом внутри у него возрастала тревога. Было в ее облике что-то неуловимо потустороннее, призрачное.

Девочка тем временем подошла к совсем близко и остановилась прямо перед Артемом. Тот уже хотел было как-то ее поприветствовать, надеясь, что, может, хотя бы с ней у него получится наладить контакт, но вместо приветствия девочка взмахнула рукой, и в ту же секунду Артем рухнул на колени. Синяк придавил его рукой к полу, да так сильно, что ноги мгновенно подкосились.

Теперь странная девочка смотрела на него сверху вниз.

— Ата анэ иэл дори? — потребовала она.

Артем покачал головой:

— Я тебя не понимаю.

Девочка недоуменно приподняла бровь.

— Анэ рир Афариор?

— Не знаю, — снова повторил Артем, для большей наглядности разводя руками в стороны.

«Может, попробовать английский?» — пронеслась в голове мысль. Все-таки, интернациональный язык. К счастью, работа обязывала знать его хотя бы на базовом уровне.

— Ду ю спик инглиш? — произнес Артем с жутким акцентом, хотя, в данной ситуации, его это мало заботило.

Лицо девочки приобрело еще более недоуменное выражение. Она неуверенно обернулась к здоровяку, словно ждала, что тот может ей как-то помочь, потом снова взглянула на Артема, и тут ее глаза расширились.

— Аст ка! — воскликнула она, и Артем почувствовал, что сразу после этого синяк отпустил его, а сама девочка быстро опустилась на корточки прямо перед ним.

— Ивин Энхиррэ хаккар! — потребовала она, указывая пальцем прямо ему в лицо.

— Я не понимаю! — раздраженно воскликнул Артем.

Неужели не видно, что эти слова ему не знакомы? Или, эта мелюзга полагает, что если продолжать говорить с ним на непонятном языке, то он рано или поздно его выучит?

Кажется, наконец сообразив, что разговора у них не получится, девочка цокнула языком и вдруг совершенно бесцеремонно схватила Артема ладонью прямо за лицо. Несколько пальцев легли на лоб, другие по бокам, возле глаз, и в ту же секунду Артем ощутил просто ужасное головокружение. Ощущение было таким, словно его сознание засасывает в какую-то воронку. И странный зал с троном, и девочка, все пошло ходуном, завертелось, растворяясь во тьме.

А потом Артем услышал женский голос. Он доносился словно откуда-то издалека и определенно казался знакомым, но Артем никак не мог понять, откуда.

— ...может, надо было у него совета спросить? — произнесла неизвестная, и Артему, почему-то стало неприятно от ее слов. Это ощущение, однако, продлилось недолго, потому что в следующее же мгновение он с удивлением услышал самого себя.

— Да говорю же, я всего лишь допустил небольшую ошибку! — голос Артема звучал раздраженно. — Да и при чем тут брат?! Он же просто деньги им дает, а в программировании ничего не понимает!

— Ну и чего ты злишься? Я же как лучше пытаюсь, — произнесла неизвестная обиженным тоном.

— Знаешь, если тебе так нравится мой брат... — зазвучал его собственный ответ, но фразу оборвала какофония громких звуков: пронзительный визг, а потом удар и скрежет металла. Звук был таким резким, что подействовал не хуже будильника, и сознание Артема рывком вернулось обратно в действительность.

Все еще сидя на коленях, Артем ошалело огляделся. Призрачная надежда на то, что все произошедшее было просто сном или причудливым фокусом разума, тут же рассеялась. Артема окружал все тот же зал — стены из голубоватого камня, гротескная фигура синяка и девочка, недавно говорившая с ним на непонятном языке. Она поднялась в полный рост и теперь стояла, нетерпеливо притопывая ногой. Очевидно, увидев, что он пришел в себя, девочка снова заговорила, но на этот раз Артем услышал вполне привычные ему слова родного языка:

— Ты понимаешь меня, человек?

Говорила девочка с акцентом, слегка растягивая гласные звуки.

— Понимаю, — отозвался Артем, поднимаясь с пола и отряхивая джинсы.

Голова все еще немного кружилась, а в сознании клубился туман. Артем пытался вспомнить, что он только что слышал, но странные голоса с каждой секундой все сильнее растворялись в памяти также, как сон ускользает по пробуждении.

— Прекрасно, — тем временем произнесла девочка, после чего гордо вздернула подбородок и очень важно продекламировала:

— Знай же, человек, что я Эксилэйд, дочь Раффальгарма, Хладного Владыки, защитника всех Непокоренных народов!

Артем какое-то время просто тупо пялился на девочку, которая, кажется, ждала от него другой реакции, поэтому, из-за его полного замешательства та сперва покраснела, явно смутившись, а потом сжала кулаки и злобно воскликнула:

— Скажи уже что-нибудь, человек!

Но вместо ответа у Артема изо рта вырвался только сдавленный смешок. Слова девочки звучали как фентезийная чушь, а все происходящее и вовсе смахивало на какой-то цирк. Выдуманные языки, размалеванный синей краской мужик, девочка с эльфийскими ушами. Такого просто не бывает! Варианта было всего два — либо Артем сошел с ума на почве многолетнего пристрастия к компьютерным играм, либо его просто разыгрывают, и последнее казалось куда более вероятным. Раньше у него никогда не было галлюцинаций, и вдруг сразу такая жесть? Нет, это точно был чей-то глупый розыгрыш.

— Это что, какой-то прикол? — недовольно спросил Артем, сделав шаг к ушастой девочке, назвавшейся Эксилэйд. — Типа, квест в реальности?

— Квест? — в замешательстве переспросила Эквилэйд. — Я не понимаю, о чем ты говоришь. У нас мало времени, так что...

— Ага, конечно, не понимает она, — перебил ее Артем.

У него внутри вдруг начало расти раздражение. Нет, атмосфера тут, конечно была что надо, да и над гримом постарались, но у него даже не спросили, хочет ли он участвовать в этом спектакле. Здоровяк тащил его за ногу, потом толкался, да и вообще, его, Артема, сюда явно приволокли без сознания. И это уже не говоря о том, что ему, очевидно, дали какой-то психотропной дряни, иначе как объяснить недавний бэд-трип с голосами в голове?

— Я вас раскусил, так что можешь уже завязывать со своим представлением, — произнес Артем, небрежно помахав ладонью в сторону Эксилэйд, которая так и осталась стоять с открытым ртом после того, как он оборвал ее. На лице девочки читалось полнейшее и совершенно искреннее непонимание. Хорошо отыгрывает, малявка, ей бы в кино сниматься.

Однако Артем не собирался покупаться на ее актерскую игру, окончательно убедив себя в том, что стал жертвой некого безумного розыгрыша, и эта мысль все сильнее наполняла его злобой.

— Это какой-то пранк, да? — требовательно спросил он, обводя рукой просторный зал. — Разыгрываете меня? Видос снимаете? Совсем уже сдурели в погоне за контентом?! Похищение человека — это уголовка, знаешь ли!

В порыве ярости он добавил к последней фразе несколько непечатных выражений. Обычно Артем не позволил бы себе ругаться в присутствии ребенка, но начавшие сдавать нервы дали о себе знать.

Впрочем, от сказанного им замешательство на лице Эксилэйд только усилилось.

— Не знаю, какую магию ты пытаешься использовать, — слегка попятившись и инстинктивно закрываясь рукой, произнесла она. — Но вижу, что она не работает.

— Ах, магия, да? — насмешливо проговорил Артем, саркастически кивая головой. — Значит, у Вас тут и магия есть?

— Конечно, есть, — ответила Эксилэйд таким голосом, словно это было что-то само собой разумеющееся.

От ее уверенного тона Артем даже на мгновение опешил. Либо малявка и правда верила в то, что говорила, либо перед ним была будущая обладательница всех возможных актерских наград.

Вот только она немного просчиталась. Магия — это уже посложнее, чем карнавальные костюмы и грим, пусть и хорошо сделанный. Артем про себя усмехнулся. Теперь, когда девчонка упомянула магию, вывести этих ребят на чистую воду станет проще.

— Ну тогда, может, продемонстрируешь мне свою магию? — проговорил он, стараясь, чтобы в голосе не звучало издевки.

— Сомневаешься в моих способностях? — спросила девочка оскорбленно. — Думаешь, я слишком слаба?

— Ага, — кивнул Артем с нарочито серьезным видом. — Примерно так и думаю, да.

Девочка склонила голову и раздосадованно проговорила:

— Как и следовало ожидать от моего Энхиррэ, ты сразу все понял.

Она прошлась по залу, сложив руки на груди и скорчив страдальческую гримасу.

— Сейчас я и правда слаба как никогда.

Артем довольно хрюкнул себе под нос. Ну естественно. Сейчас начнутся разговоры про неправильное положение луны и про то, что магию можно применить только в особом случае. Он видал много шарлатанов, которые называли себя колдунами, медиумами, прорицателям, мастерами бесконтаконого боя и так далее. Вот только когда дело доходило до того, чтобы продемонстрировать свои сверхъестественные способности, все они, почему-то, начинали сразу же искать оправдания, чтобы этого не делать.

— Но кое-что я все же могу! — внезапно гордо воскликнула Эксилэйд, оторвав Артема от размышлений об экстрасенсах-обманщиках.

Она взмахнула рукой, и в зале внезапно похолодало. Кожа Артема ощутила прикосновение мороза, словно он оказался посреди родного Петербурга февральским вечером. Глаза девочки сверкнули, и в следующее мгновение она взмыла в воздух, расставив руки. Снежные вихри заплясали вокруг Экслэйд, чьи глаза сияли сквозь белесую завесу словно две льдинки.

Тронный зал наполнился завываниями вьюги, а Артем обомлел, не смея даже шелохнуться. Нет, это были не спецэффекты... Просто не могли быть. Он своими глазами лицезрел настоящую магию.

Волшебное представление кончилось также внезапно, как и началось. Снежный вихрь остановился, снежинки растаяли в воздухе, сверкнув, словно миниатюрные затухающие звезды, и в следующий миг Эксилэйд плавно опустилась на пол тронного зала. Выглядела она, впрочем, все еще раздосадованно.

— Понимаю, это не то, чего ты ожидал, — произнесла она. — Сейчас я могу использовать, в лучшем случае, лишь каплю собственной силы. Но ведь именно поэтому мне и понадобился Эйнхиррэ! Я призвала тебя, чтобы...

Внезапно Эксилэйд осеклась, заметив Артема, который все еще пялился на нее с расширившимися глазами и открытым ртом. Наверняка вид у него в этот момент был максимально идиотский.

— Ты чего? — спросила Эксилэйд угрюмо. — Настолько разочарован?

Вместо ответа изо рта Артема хлынул поток ругательств.

Глава 2. Давай заключим соглашение

— Призвала меня? В другой мир? — уже, наверное, в третий раз спросил Артем свою новую знакомую.

От недавнего зрелища с магическим вихрем ему стало немного дурно и пришлось присесть на пол. Он так и сидел, держась за голову и пытаясь осознать происходящее.

— Да, с помощью древнего ритуала. Потратила на него все силы, — недовольно проговорила Эксилэйд, качая головой в такт собственной речи. — Сколько еще раз нужно повторить?

— Как в какой-то третьесортной книженции что ли? — Артем издал нервный смешок. — Или в аниме? Исекай или как там его...

— Опять какие-то заклинания? — опасливо спросила ушастая девочка.

— Да не заклинания это... — отмахнулся от нее Артем.

Он снова попытался ущипнуть себя, на этот раз за щеку. Оттянул ее со всей силы и тут же ощутил противную пульсирующую боль, заставившую скривиться. Неужели все это было взаправду? Но такого ведь просто не может быть! Магия, другие миры — все это человеческие выдумки, призванные скрасить скучные будни простых работяг вроде него самого. И все же все эти истории про волшебные королевства и невиданных созданий появились не на пустом месте, за их основу были взяты "реальные" мифологические сюжеты. Даже праотец всего фэнтези Толкиен создал свой легендарный мир на основе германо-скандинавских легенд. Артем хорошо об этом знал, так как сам нередко предавался эскапизму в вымышленных мирах.

Но теперь выходило, что все это не такой уж и вымысел? Что иные миры и магия и правда существуют?

Артем помотал головой, прогоняя мысли прочь. Нельзя было так просто покупаться на то, что он только что увидел! Может, это все-таки была какая-то голограмма, оптическая иллюзия или еще что-то в таком роде? Вот только кому понадобилось пытаться одурачить его? Зачем так стараться? Он ведь самый обычный человек! Кто вообще знал о его существовании? Коллеги? Семья? Марина?..

Внезапное воспоминание о собственной девушке заставило Артема вздрогнуть. От части из-за того, что он вспомнил о ней только сейчас, а от части из-за того, что до него вдруг разом дошло, сколько всего осталось там, в прошлом мире: работа, на которой его, наверняка, хватятся, да и родители! Даже несмотря на все их разногласия, они точно будут переживать, узнав, что их сын пропал...

"Уверен, что будут? У них ведь останется Максим..." — произнес в голове гаденький голосок, от которого на душе у Артема сразу же стало мерзко. А вдруг родители, и того хуже, будут рады его исчезновению?

— Все еще не веришь? — устало спросила Эксилэйд, подходя ближе к Артему. — Тогда я покажу.

Тот не сразу заметил ее, потерявшись в собственных неприятных мыслях. Ушастая девочка тем временем взяла его за руку повыше кисти. Артем хотел спросить ее о том, что она собирается делать, но в этот же момент Эксилэйд произнесла несколько странных слов, которые эхом разнеслись по всему тронном залу, а потом…

Ощущение было таким, будто Артема схватил за шиворот какой-то гигант невероятной мощи, а потом потянул. Ноги в перепачканных кедах оторвались от пола, и Артем с ужасом понял, что неведомая сила влечет его вверх, прямо под потолок.

— Стой! — отчаянно воскликнул он, боясь, что сейчас на полной скорости врежется в него головой, однако в последний момент свод тронного зала исчез, и они с Эксилэйд взмыли прямо в звездное небо.

Все произошло так быстро, что Артем даже не успел удивиться, а когда опомнился, они уже висели в нескольких десятках метров над землей. Висели прямо в воздухе. Эксилэйд по-прежнему держала его за руку, и они вместе немного покачивались, словно пловцы на волнах.

— Какого?.. — бранные слова сами посыпались изо рта, когда Артем взглянул себе под ноги.

Земля осталась далеко внизу, но это был не городской пейзаж, к которому он привык, и даже не зеленые пригороды. Они с Эксилэйд вылетели из руин монументального замка с полуразрушенными башнями. Позади замка раскинулись леса со странными, перекрученными деревьями без листвы, вдали высились горы, а в другой стороне виднелись шпили какого-то города. Две луны сияли в небе, одна, более крупная — красноватого цвета, другая же, поменьше размером, была призрачно-голубой, почти как тот кристалл, что Артем видел в тронном зале. Невозможный пейзаж завершала огромная каменная стена, тянувшаяся в обе стороны от руин замка, сколько хватало взгляда.

— Ну что, убедился? — спросила Эксилэйд, обернувшись к Артему, который забыл закрыть рот после последнего ругательства, и теперь осматривал окружающую действительность с максимально бестолковым выражением лица.

— Ага… — только и смог выдавить из себя он в качестве ответа.

Какие уж тут спецэффекты. Нет, это был самый что ни на есть настоящий иной мир! Артем видел все это своими глазами. Прохладный ночной ветерок трепал волосы, задувая под толстовку и заставляя ежиться, голова шла кругом от прилива адреналина. Все ощущалось уж слишком настоящим.

Артем почувствовал, как Эксилэйд начала тянуть его вниз, и, прежде, чем он успел запротестовать, неведомая сила с такой же огромной скоростью, как и до этого, поволокла его обратно. Руины замка стали стремительно приближаться, да так, что от страха у Артема перехватило дух, но, как и в прошлый раз, они не врезались в одну из башен, каким-то чудом оказавшись внутри тронного зала.

Эксилэйд отпустила руку Артема, и тот неуклюже рухнул на пол. Сама девочка с достоинством опустилась рядом.

— Теперь веришь? — проговорила она нетерпеливо.

— Верю, — только и смог выдавить из себя Артем, тяжело дыша. Разум все еще отказывался осознавать то, что он только что увидел.

— Тогда, раз с этим мы разобрались, перейдем к делу, — проговорила Эксилэйд, прохаживаясь по залу. — Раз я показала тебе свои способности, будь добр и ты показать мне свои. Яви великие магические силы, что послужат мне!

— Чего? — прохрипел Артем, с трудом заставляя себя произнести хоть что-то. В голове царил полнейший бардак, было тяжело не то что говорить, даже просто думать. — Какие еще магические силы?

— Так ты что же, не великий маг? — кажется, Эксилейд искренне удивилась.

— В моем мире магии не существует, — покачал головой Артем.

От такого ответа Эксилэйд, кажется, еще больше смутилась, но потом, внезапно оживилась вновь.

— Тогда ты, наверное, опытный полководец? Знаток военного искусства?

Несмотря на год, проведенный в армии, о какой-то реальной военной тактике Артем не знал ровным счетом ничего. Грустно было признавать, но даже когда дело касалось компьютерных игр, стратегии давались ему хуже всего — в них он постоянно тормозил и не мог совладать с большим количеством воинов.

Эксилэйд, впрочем, глядела на Артема с такой искренней надеждой в глазах, что ему даже стало неудобно снова ее разочаровывать. И все же врать было бы глупо.

— Уж прости, но тоже нет, — проговорил он.

— Значит… значит… — начала цепляться за последнюю соломинку Эксилэйд. — Значит ты советник короля, который разбирается в придворных интригах или наемный убийца, или… или…

— Я не воин, не маг и не политик, — перебил ее Артем. — Я просто обычный человек.

На несколько секунд в тронном зале воцарилась тишина. Эксилэйд молча уставилась в пол, не произнося больше ни слова. На ее лице застыла по-настоящему страдальческая гримаса.

— Обычный человек? — переспросила она таким голосом, словно это было ругательство.

Артем почувствовал, как в нем начинает расти раздражение на эту малявку. Сначала ведет себя так, будто он ей что-то должен, а потом корчит из себя мученицу, когда он не соответствует каким-то стандартам, которые она, видимо, сама же себе и придумала! Это поведение внезапно напомнило ему кое-кого, и от того злость только усилилась.

Можно подумать, ему самому нравится описывать себя "обычным человеком?" Можно подумать, ему бы не хотелось, чтобы он был великим магом или полководцем или еще кем-то там?

— Но мне на выручку должен был прийти тот, кто сможет помочь... — тихо проговорила Эксилэйд. — Неужели, отец посмеялся надо мной? Прислал какого-то слабака, да еще и человека...

От последних слов малявки раздражение внутри Артема превратилось в настоящую злобу. Говорит так, будто он какое-то ничтожество, да еще и каким-то расизмом все сверху приправляет! Будто бы он ее лично оскорбил тем, что родился человеком!

— А мое мнение тебя не интересует? — медленно проговорил Артем, поднимаясь с холодного пола и отряхивая штаны. — Если я все правильно понял, то ты притащила меня сюда против моей воли, чтобы я решал твои проблемы, так?

От его слов Эксилэйд вздрогнула, явно потерявшаяся в собственных мыслях.

— Я… — начала она, но Артем тут же воскликнул:

— В моем мире тех, кого просят о помощи, не принято сперва таскать по полу и избивать!

Эксилэйд, кажется, хотела что-то возразить, но Артем уже разошелся не на шутку. Боковым зрением он заметил, что синюшный гигант, все время до этого стоявший поодаль, шагнул к нему с выражением морды, не предвещавшим ничего хорошего, но ярость пересилила страх. Терять ему все равно уже было нечего, поэтому Артем выпалил:

— Думаешь, можно просто сказать пару волшебных слов, чтобы пришел добрый дядя и сделал все за тебя?! Я вообще тебя не знаю и помогать бы не стал, даже если бы и мог! Особенно после того, как вы меня тут встретили!

Фелгир приблизился к Артему, явно готовый вступиться за свою маленькую госпожу, но та остановила его жестом руки.

— Я и сама уже поняла, что совершила ошибку! — воскликнула она. В голосе слышались едва сдерживаемые слезы.

Артему на мгновение стало даже жаль ушастую девочку. В конце концов, чего еще ждать от ребенка? Дети часто говорят обидные вещи, не подумав. Он выдохнул, стараясь успокоиться, и произнес уже менее враждебно:

— Ну так верни меня обратно и вызови кого-нибудь получше.

— Я же говорила, что потратила на ритуал последние силы, — горько покачала головой Эксилэйд. — А даже если бы что-то и осталось, то его нельзя повторить, пока ты жив.

От последней фразы у Артема по спине пробежал холодок. Чувствуя, как в желудке образуется отвратительная пустота, а во рту становится сухо, он отступил на шаг.

— Ты что, решил, что теперь я тебя убью? — оскорбленно произнесла Эксилэйд, очевидно, заметив его испуг. — Если Эффейнэ по собственной воле причинит вред своему Энхиррэ, то его или ее имя будет навеки проклято. Это худшее преступление.

Паника, поднявшаяся внутри Артема, немного отступила. Он не доверял словам Эксилэйд на все сто процентов, но, если подумать, она могла убить его сразу, как поняла, что от него будет мало пользы. Тот факт, что она не сделала этого, говорил о том, что ушастая девочка, возможно, и правда чтила те законы, которые только что озвучила.

— Но зачем ты это сделала? — осторожно спросил Артем, просто чтобы немного отвлечься и успокоить нервы. — Зачем призвала помощника?

— Договор, заключенный между империей Афариор и Непокоренными народами, нарушен. Банды разорителей-авантюристов хлынули в наши земли, а как видишь, моя крепость совершенно не готова к тому, чтобы отражать чьи-либо атаки! — с горечью произнесла Эксилэйд. — Сперва Фелгир решил, что ты разведчик из Афариора, потому и принес тебя ко мне.

— Твоя крепость? — медленно проговорил Артем, снова оглядывая тронный зал.

Сложно было поверить, что таким местом управляет ребенок. Впрочем, это ведь был другой мир, так что к чему удивляться?

— Получается, ты призвала помощника в надежде, что он поможет тебе защититься?

Эксилейд грустно покивала.

— Ритуал должен был прислать того, кто сможет помочь мне, это и есть Энхиррэ, — произнесла она, а потом, виновато опустив глаза, добавила:

— А еще Энхиррэ должен хотеть быть призванным. Я не знала, что тот, кто так любит собственный мир, может оказаться здесь портив воли.

Ее последняя фраза заставила Артема внутренне вздрогнуть. Конечно, сейчас ему меньше всего хотелось ввязываться в разборки с какими-то авантюристами, и он с удовольствием согласился бы отправиться назад, в свой привычный скучный мир, но вот любил ли он его? Это был большой вопрос. Самой лучшей частью любого дня было то время, когда он сидел после работы за компьютером, погрузившись в далекие миры игр, а реальность… В последние годы она едва ли хоть раз по-настоящему его радовала.

— Фелгир отведет тебя к границе человеческого королевства Афариор. — тем временем произнесла Эксилэйд, прервав раздумья Артема. — Там тебя примут за своего, и ты сможешь найти убежище. Мне жаль, что я не могу вернуть тебя обратно, но хотя бы прослежу, чтобы ты выбрался из наших земель невредимым.

Артем взглянул на ушастую девочку. Она по-прежнему смотрела в пол, кажется, и правда искренне сожалея обо всем случившемся.

— То есть, я могу просто уйти? — спросил он недоверчиво. Почему-то ему казалось, что призванный герой должен быть связан неким контрактом с тем, кто его призвал. По крайней мере, так обычно бывало в историях про другие миры.

— Конечно, можешь, — произнесла Эксилэйд, будто бы снова оскорбившись. — Энхиррэ не раб и не слуга, он сражается по собственной воле.

Услышав это, Артем едва удержался от того, чтобы спросить: "Может, тогда стоило быть поприветливее с самого начала?" — но вместо этого задал другой вопрос:

— А ты что будешь делать?

— Останусь и буду сражаться, — мрачно ответила Эксилэйд. — Здесь недалеко сильвитское поселение. Если авантюристы доберутся туда, то перебьют всех, даже детей и стариков. Для людей все Непокоренные народы все равно что монстры. Они будут только рады разграбить деревню и принести домой трофеи.

Ушастая девочка сморщилась от отвращения.

— Кажется, в Афариоре за них дают деньги...

Артем почувствовал, как злоба, которую он испытывал к Эксилэйд, немного поутихла. Сперва она показалась ему просто капризной девчонкой, решившей, что он обязан ей прислуживать, но теперь стало ясно, что она сделала то, что сделала ради защиты каких-то живых существ.

— Тогда почему тут так пусто? — поинтересовался Артем, уже в который раз осматривая тронный зал. Кроме Фелгира, по-прежнему угрожающе возвышавшегося рядом, тут не было ни души. — Если это такое важное место, то где охрана?

Эксилэйд замялась, и ее лицо еще сильнее помрачнело. Артем понял, что этот вопрос задел ее за живое. Ушастая девочка явно не хотела отвечать на него. Она снова отвела взгляд и тихо произнесла:

— На самом деле, не такое уж и важное. Мой старший брат взял под защиту врата Раффальг, и согнал туда всех, кто может сражаться. А меня...

Эксилэйд запнулась, сжав кулаки.

— Меня он считает... — Она осеклась, не закончив мысль, но Артем уже и сам все понял.

Перед мысленным взором появились воспоминания о том, как ему без конца ставят в пример старшего брата, как мать постоянно хвастается Максимом перед всеми, кем только можно, а его самого будто бы не замечает. И как даже его собственная девушка будто бы невзначай говорит, что лучше бы он был больше похож на брата.

Артем взглянул на Эксилэйд, но уже без злобы. Ушастая девочка отвернулась от него и, кажется, немного всхлипывала. Такая маленькая, а уже столько ответственности. Сам Артем в ее возрасте только носился с палкой по двору, да играл в компьютерные игры. Неудивительно, что она попыталась обратиться за помощью. Да и вообще, дети не должны участвовать в сражениях, даже такие странные как Эксилэйд.

С этими мыслями Артем подошел к своей новой знакомой и присел на корточки, так, чтобы его лицо оказалось примерно на уровне ее собственного.

— Послушай, — произнес он и легонько потрогал Эксилэйд за плечо, не обращая внимания на тут же встрепенувшегося синяка.

Девочка вздрогнула и обернулась. Как Артем и ожидал, в уголках ее удивительных голубых глаз блестели слезы, похожие на сияющие льдинки.

— Давай заключим соглашение, — произнес он примирительным тоном.

Эксилэйд недоуменно взглянула на него, но возражать не стала.

— Ты поищешь способ вернуть меня назад и призвать себе настоящего помощника, а я пока постараюсь помочь, чем смогу, — проговорил Артем с улыбкой. — Что скажешь?

В конце концов, если существует древняя магия, способная призвать помощника из другого мира, то, может, есть и такая, что способна отправить его обратно, а Эксилэйд просто о ней не знает? По крайней мере, Артему очень хотелось в это верить.

К его облегчению, Эксилэйд медленно кивнула.

— Ритуал призыва Энхиррэ — это Магия судьбы, — медленно проговорила она. — Так что я многого о ней не знаю. Возможно, какой-то способ отправить тебя назад и правда существует.

— Отлично! — воскликнул Артем, впервые за долгое время услышавший хоть что-то мало-мальски обнадеживающее. — А пока давай утрем нос твоему брату. Согласна?

С этими словами он улыбнулся Эксилэйд, и та молча кивнула, утерев слезы тыльной стороной руки.

— Так когда, говоришь, прибудут авантюристы? — спросил Артем. — Сколько у нас есть времени на подготовку?

Прежде, чем Эксилэйд успела ответить, что-то загрохотало. Глухой, утробный гул прокатился по тронному залу.

— Что это было? — ошалело выпалил Артем, оглядываясь.

— Взорвали баррикаду на входе, — низким, хрипящим голосом произнес синяк, впервые заговоривший с того момента, как Артем получил возможность понимать Эксилэйд.

Он снял со спины огромную секиру, которую Артем заметил еще тогда, когда впервые увидел его. Испещренные шрамами губы Фелгира скривились в презрительной усмешке:

— Вот сейчас и поглядим, чем ты сможешь помочь госпоже.

Глава 3. От него несет сумеречным смрадом

Услышав о том, что авантюристы, для сражения с которыми его и призвала Эксилэйд, уже вошли в руины, Артем почувствовал себя дурно. Все тело тут же прошиб холод, картинка перед глазами помутилась, и он едва сдержал рвотный позыв. Если это был все-таки сон, то настало самое время проснуться!

— Просыпайся, просыпайся, ну же! — забормотал он себе под нос, словно какую-то молитву, однако, его отчаянное желание не сбылось. Жуткая реальность никуда не пропадала, хуже того, происходящее было реальнее некуда. Подстегиваемое паникой сердце бешено стучало в груди, в ушах гудело, а во рту, казалось, стало суше, чем в пустыне.

Нет, как бы ему ни хотелось верить в обратное, все это было взаправду, а значит, нужно было что-то делать, ведь отряд враждебно настроенных людей уже приближался с одной единственной целью — убить его!

Хотя... Почему обязательно враждебно настроенных?

Какая-то часть разума, не подверженная панике, вдруг заставила Артема задаться внезапным, но довольно очевидным вопросом: "А что если Эксилэйд лжет?" Откуда ему знать наверняка, что Хранительница замка и ее приспешник — это хорошие ребята, а авантюристы, наоборот, плохие? В конце концов, они ведь были людьми, а не какими-то странными существами! Наверняка с ними у Артема будет куда больше общего. Что если примкнуть к ним? Прикинуться узником, надавить на жалость?

Артем бросил опасливый взгляд на Эксилэйд, запоздало подумав о том, что та, будучи волшебницей, может запросто уметь читать мысли. Ушастая девочка, впрочем, была увлечена разговором со своим телохранителем и не обращала на него внимания.

— Я все сделаю сам, госпожа, — прогрохотал Фелгир. — Оставайтесь в тронном зале.

— Среди них может быть взывающий! Тогда тебе потребуется защита! — запротестовала Эксилэйд. — Я тоже пойду, у меня еще осталось немного сил!

Их голоса были глухими, словно доносившимися из соседнего помещениея, и Артем почувствовал, как теряет связь с реальностью от переполняющего его волнения. Мысли бешено метались в голове, будто бы разрывая череп на куски. Как ему поступить? Попытать счастье с авантюристами? Предать своих новых знакомых?

Неприятное чувство шевельнулось где-то внутри живота. "Предателей не любит никто, ни свои, ни чужие" — так говорил его дед, мудрый человек. Но ведь Артем знал Эксилэйд и Фелгира от силы час! Разве это будет считаться за предательство?

И все же он заключил с Хранительницей замка соглашение. Внезапно Артему вспомнился ее рассказ про братьев, слезы, показавшиеся тогда искренними, желание защитить каких-то неведомых поселенцев. Если Артем предаст Эксилэйд, то авантюристы убьют ее. Он вздрогнул, вообразив распростертое на полу мертвое тело ушастой малышки. Нет, это был не выход. Но тогда что делать? Спрятаться? Пустить все на самотек? Позволить Фелгиру и Эксилэйд сражаться без него? Просто отсидеться, надеясь, что все обойдется?

Это тоже не годилось.

Но ведь он сам недавно признался в том, что не является ни магом, ни бойцом, так что же он мог сделать? Куда ему тягаться с какими-то "взывающими" и вооруженными воинами?

Внезапно в голове прозвучали слова, сказанные Эксилэйд: "Ты человек, такой же как они." Артем ведь и сам только что думал о том, что, по всей видимости, ничем не отличается от местных людей, так почему бы не воспользоваться этим? Сражаться он, конечно, не может, но вот поговорить — вполне.

— Эксилэйд, — обратился он к Хранительнице замка, стараясь, чтобы голос звучал твердо. — Тебе ведь нужно, чтобы эти авантюристы просто не перешли на ту сторону, верно?

Эксилэйд озадаченно кивнула, похоже, не вполне понимая, к чему он клонит.

— Тогда давай я поговорю с ними, — выпалил Артем, пока в нем еще оставалась решимость на этот поступок. — Раз они люди, то могут принять меня за своего. Может, мне удастся убедить их уйти без боя?

Рядом раздалось презрительное фырканье. Артем обернулся и увидел, что Фелгир взирает на него с нескрываемым отвращением.

— Сородичей своих защитить удумал? — насмешливо проговорил он.

В голосе синекожего гиганта явно читался вызов, который слегка отвлек Артема от мыслей о своей скорой и неминуемой гибели.

— Они мне не сородичи, — холодно произнес он в ответ. — И я просто пытаюсь сделать так, чтобы мы все тут не померли. Твоя госпожа ведь для этого меня призвала, разве нет?

Фелгир снова презрительно хохотнул, выпятив грудь и взглянув на Артема сверху вниз.

— Железные владыки велят встречать врага сталью к стали. Только трусы бегут от сражения.

— А Сунь Дзы вот говорил, что лучшая битва — это та, которой удалось избежать, — парировал Артем, на мгновение введя синего здоровяка в ступор.

— Какой еще Сунь?.. — тупо переспросил он.

— Великий воин и полководец из моего мира, — объяснил Артем. — Он написал трактат о войне.

— Великий воин, который боится сражений! — услышав это, тут же развеселился Фелгир. — Ничего другого от человечьих выродков и ждать не следовало!

Человеческие выродки. Вот, значит, кем синюшный гигант считал Артема и ему подобных. Он взглянул на Фелгира из-подлобья. Здоровяк выглядел довольным. Ему явно было приятно поддеть Артема. Что ж, просто так терпеть оскорбления он был не намерен, даже если этот синерожий упырь вышего его на пол метра.

— Просто он был не только сильным, но еще и мудрым, — расправив плечи и вызывающе посмотрев на гиганта, произнес Артем. Они встретились взглядами. Маленькие, серо-голубые глаза Фелгира, похожие на грязные льдинки, блестели ненавистью. — В отличие от тебя, по всей видимости.

— Человеческая погань... — прохрипел Фелгир, скалясь и медленно поводя в сторону головой. На его подобной бревну шее вздулись фиолетовые вены. Лезвие огромной секиры грозно звякнуло о каменный пол.

Внезапно Артем подумал о том, что, возможно, лучше было бы стерпеть поддевку, но теперь уже было, в любом случае поздно. Гигант двинулся к нему, поигрывая своим исполински оружием. Артем смог хорошо разглядеть секиру. Она была черной, массивной, с гладкой и, несомненно, прекрасно заточенной кромкой, рядом с которой шли ряды непонятных символов, высеченных прямо на стали.

Артем взял волю в кулак и подавил инстинктивный порыв отшатнуться, когда Фелгир зашагал к нему. Все равно ему, по всей видимости, предстояло скоро умереть, так что идея перед смертью еще и пресмыкаться перед этим синемордым ублюдком казалась вдвойне неприятной.

— Прекрати, Фелгир! — неестественно громкий голос Эксилэйд разнесся по залу. — Ты позоришь меня! Сейчас у нас есть дела поважнее, чем пререкаться между собой!

Гиганта словно молнией прошибло. Он застыл как вкопанный, после чего рухнул на одно колено со словами:

— Прошу простить меня госпожа, я забылся, просто человеческий вы...

— Он Энхиррэ и мой соратник, — прервала его Хранительница замка, не дав завершить оскорбление. — Как и ты.

— Я понимаю, госпожа, — Фелгир склонил голову, демонстрируя удивительное смирение перед этой маленькой девочкой.

Эксилэйд обернулась к Артему.

— Мне нравятся слова мудреца из твоих земель, — произнесла она. — Эти люди не должны попасть на ту сторону. Умрут они или уберутся по своей воле, мне безразлично. Если уверен в своих силах, то попробуй договориться. Я понимаю речь афариорцев, значит и у тебя должно получиться с ними поговорить.

Так вот как работало то волшебство, которое позволяло Артему понимать обитателей этого мира. Видимо, он мог общаться на тех же языках, что и Эксилэйд. Что ж, в данном случае это было как нельзя кстати.

Хранительница замка тем временем нахмурилась.

— Вот только как именно ты собрался с ними договориться?

— Есть у меня одна идея, — ответил Артем, стараясь придать голосу уверенности, которую сам он не ощущал ни на йоту.

***

Эксилэйд вела Артема по длинному коридору, тому самому, где он недавно пришел в себя. Он узнал ветхие, полуразрешенные стены, сквозь которые по-прежнему просачивался бледный лунный свет. И все же здесь было темно, поэтому Эксилэйд сотворила прямо из воздуха небольшую сияющую сферу. Фелгир, шагавший следом, нес зажженный факел, добавляя к волшебному свечению пляшущие языки пламени. Впрочем, сейчас Артем едва ли обращал внимание на своих спутников, ведь его разум был занят лихорадочным обдумыванием стратегии переговоров с авантюристами, и с каждой новой секундой эта идея казалась ему все более и более безумной.

Нет, Артем вовсе не был каким-то асоциальным типом, даже наоборот, в родном мире он часто выступал во время совещаний и брейнштормов, удачно выдумывая аргументы и идеи прямо на ходу, вот только в тех ситуациях его собственная жизнь никогда не стояла на кону.

— А мы не наткнемся на авантюристов? — опасливо спросил он, но Эксилэйд покачала головой.

— Они будут продвигаться осторожно, мы встретимся во внутреннем дворе.

Артема этот ответ не сильно успокоил. Ему, по правде говоря, вообще не хотелось бы встречаться с этими людьми, но он уже понял, что это, так или иначе должно было произойти, а значит, стоило хотя бы попытаться повернуть ситуацию в свою пользу. Даже если шанс на успех казался призрачным.

Внутренний двор замка оказался просторным. Похоже, раньше здесь располагались различные здания, от которых теперь остались лишь поросшие мхом остовы. Две луны светили с небес, их свет сливался, образуя неестественное, фиолетовое свечение, от чего ночной пейзаж казался совершенно нереальным. На мгновение Артем застыл, не обращая внимания даже на промозглый ночной воздух, завороженный этим мистическим зрелищем.

— Если не передумал, то поторопись, — раздался сзади голос Эксилэйд. — Авантюристы скоро будут здесь.

Помотав головой, Артем вернулся в реальность. Сейчас у него были куда более важные дела, чем разглядывать потусторонние красоты нового мира, ведь ему предстояла встреча с авантюристами, к которой еще следовало подготовиться.

Артем решительно направился к Фелгиру.

— Дай секиру, — произнес он, чем вызвал у гиганта гадкий смешок.

— Да ты ее и поднять то не сможешь, человеч... — начал было тот, но Артем его прервал:

— Я не собирался ее поднимать, просто вытяни лезвие.

Фелгир нахмурился в свете факела, и на его лицо легла глубокая тень, от чего угловатое лицо стало похоже на череп с бородой. И все же, он послушался, вытянув перед собой исполинский топор.

Артему жутко не хотелось притворять свою задумку в действие, но понимая, что медлить нельзя, он зажмурился, и провел ладонью по острию.

Да уж, если раньше в нем еще теплилась надежда, что все происходящее — это какое-то очень реалистичное видение, то теперь эта надежда растворилась окончательно. Руку пронзила резкая боль. Как Артем и предполагал, Фелгир наточил свое оружие на славу.

— Что ты делаешь? — с беспокойством проговорила Эксилэйд, но Артем, не слушая ее, принялся обмазывать себя кровью, вытекшей из пореза.

Скоро толстовка, и без того запылившаяся и грязная, оказалась еще и перепачкана красными пятнами. Артем провел ладонью по лицу и взъерошил себе волосы. Фелгир и Эксилэйд молча наблюдали за этим процессом. Хранительница замка выглядела обеспокоенной, а синекожий гигант взирал на Артема так, словно тот был сумасшедшим.

— Вот теперь я готов, — произнес Артем, заключив, что выглядит достаточно побитым.

Стоило признать, план был не самым надежным, но в данный момент ничего лучше он не придумал. Фелгир, не говоря ни слова, протянул ему факел, а Артем, не мешкая, двинулся вперед, прямо в ночную темноту. Шагал осторожно, глядя под ноги. Свет факела казался ничтожным островком безопасности в этом неприветливом, темном месте. Мрачные, полу обвалившиеся стены возникали из темноты будто гигантские чудовища, готовящиеся утащить одинокого путника во мрак.

Артем помотал головой, гоня эти мысли прочь. Они только вызывали в нем ненужную панику, подстегивали и без того воспаленный разум, а тот был и рад выдумывать все новые и новые ужасы.

Однако, стоило Артему немного успокоиться, как он услышал звук, от которого сердце мгновенно пропустило удар.

Шаги.

Вокруг царила тишина, поэтому он отчетливо услышал, как несколько людей бодро шагают ему навстречу. Артем конвульсивно сглотнул, после чего сгорбился и начал нарочито прихрамывать на одну ногу.

Шаги все приближались, и вот впереди замаячил свет. Несколько факелов выхватывали из темноты человеческие фигуры. Стараясь как можно натуральнее хромать, Артем направился навстречу группе авантюристов, и вскоре смог их разглядеть. Людей было пятеро или, может, шестеро, однако, прежде, чем он успел посчитать точно, раздался возглас:

— Стойте! — воскликнул один из авантюристов, и остальные тут же, как по команде остановились.

Артем и опомниться не успел, как в их руках уже сверкало оружие. Предводитель группы водил факелом из стороны в сторону, ища угрозу.

— Вон там кто-то есть! — подсказал ему один из товарищей, указывая прямо на Артема.

Тот поспешил поднять руки, демонстрируя отсутствие оружия.

— Я свой! Свой! Не нападайте — закричал он, добавив в голос хрипотцы и страдальческих ноток. — Я тоже авантюрист!

На мгновение настоящие авантюристы пришли в замешательство, очевидно, ожидая встретить на своем пути какого-то врага, после чего предводитель, все еще не опуская меч, двинулся вперед. Теперь, когда он был совсем близко, Артем смог рассмотреть его. Это был высокий, широкоплечий мужчина с русыми волосами, спадавшими на лицо. На нем была рубаха из уплотненной ткани с железными заклепками, через которую было крест-накрест перекинуто несколько ремней, удерживавших за спиной крупный щит.

Остальные авантюристы тоже опасливо приблизились. Всего их оказалось пятеро. Двое, что шли сразу за предводителем группы, были примерно одного с ним роста и также экипированы, а вот третий сильно отличался от остальных. Он был ниже и стройнее, а его лицо скрывал капюшон. Если не считать нарукаваников, то на нем вообще не было брони. Позади виднелась еще одна фигура, но ее Артем не мог разглядеть за спинами крупных мужчин.

— Так ты авантюрист? — переспросил приблизившийся щитоносец. Очевидно, убедившись в том, что Артем действительно человек, он слегка опустил оружие, но в ножны убирать не стал. — Где твоя команда?

— Их всех перебили, — тяжело дыша, произнес Артем. Стресс от ситуации, в которой он оказался, играл ему на руку. Речь была сбивчивой, как и полагается человеку, пережившему нечто ужасное. — Остался только я.

— Вот как... — задумчиво проговорил предводитель группы, все же вкладывая меч в ножны. — Что ж, будем знакомы, я Клэйф.

Артем услышал, как по рядам авантюристов прокатился ропот.

— Признаться, мы думали, здесь никого нет, — проговорил Клэйф задумчиво. — В Гильдии сказали, что по этому маршруту уже с пол цикла никто не ходил.

— Да мы это... — начал выкручиваться Артем, — не отмечались в Гильдии, так пошли, сами по себе...

На его удивление Клэйф сочувствующе покивал.

— Понимаю, я тоже не сразу зарегистрировался.

— Вот-вот, — проворчал из-за его спины другой авантюрист. — Деньги они дерут нещадно, что твои бандиты.

Остальные одобрительно закивали, чем немало порадовали Артема, который понял, что умудрился каким-то образом сказать ровно то, что было нужно.

— Тебя, кажется сильно потрепало, — продолжил Клэйф, осматривая своего нового знакомого.

— Да, — согласился Артем, для пущей убедительности согнувшись и скорчив болезненную гримасу. — Мне чудом удалось сбежать, там целая куча разных тварей...

Он картинно покачал головой.

— Нас было семеро, так что впятером туда точно не стоит соваться.

Услышав его слова, Клэйф на мгновение задумался. Он нахмурился, потирая подбородок, а позади другие авантюристы встревоженно перешептывались.

— Что же, если это правда, то нам нужно, по крайней мере, придумать план, — произнес он, обращаясь к своим товарищам, которые тут же с энтузиазмом поддержали это предложение. — Вернемся ко входу, разобьем лагерь и подумаем, что делать дальше.

Это было уже что-то. По крайней мере, Артем выиграл немного времени.

— Заодно и тебя подлатаем, — проговорил Клэйф, улыбнувшись. — Ты ведь ранен.

Вместо ответа Артем просто тупо разинул рот. Такого развития событий он не предвидел.

— Да вы это... лучше спасайтесь сами, а я останусь тут... — промямлил он.

— Нечего тут играть в героя, — тут же возразил Клэйф, ободряюще хлопая Артема по плечу рукой в кожаной перчатке. — Мы не можем просто бросить соратника-авантюриста в беде.

— К тому же, за спасение в Гильдии платят серебром, — произнес низкий человек.

Его голос был неестественно тонким, похожим на детский.

— И это тоже, — простодушно согласился Клэйф. — В общем, идем с нами.

Артем снова вспомнил про те сомнения, которые совсем недавно одолевали его. Эти люди вовсе не походили на хладнокровных убийц или маньяков, готовых вот так запросто вырезать целую деревню. Они казались порядочными, даже добрыми.

В голове снова появилась мысль о том, что, возможно, ему стоит оставить Эксилэйд и ее жуткого телохранителя там, в глубине руин, а самому уйти с этими людьми. Вот только, поступи он так, где гарантия, что они не решат все-таки двинуться дальше? Тогда окажется, что он им врал. Да и если авантюристы попробуют залечить его несуществующие раны, правда тоже быстро вскроется, ведь, не считая пореза на руке, он, на самом деле, был полностью здоров.

— Нет, э... — отчаянно ища способ выкрутиться, снова начал Артем. — У меня это... кровотечение... внутреннее... Все органы в труху! В общем, я не жилец, лучше бросьте меня и уходите отсюда!

Как же ему хотелось, чтобы Клэйф и его люди просто согласились, чтобы они убрались восвояси и больше никогда не возвращались. Эти мысли были продиктованы уже не страхом перед предстоящим сражением, а искренним желанием защитить этих людей. В итоге Фелгир оказался прав, Артему хотелось спасти авантюристов, сделать так, чтобы они не встретились с синекожим гигантом, чтобы никто из них не погиб от его огромной секиры.

Однако этому желанию не суждено было исполниться.

— Тогда сегодня тебе повезло, парень! Сам Тьюрг свел нас, не иначе! — жизнерадостно воскликнул Клэйф. — С нами настоящая Огненосица, она может исцелить даже тяжелые раны!

Он призывно помахал ладонью.

— Сестра, подойди!

После его слов авантюристы расступились, и вперед вышел последний член отряда. Артем наконец-то смог разглядеть его, а точнее, ее, ведь это была совсем молодая девушка. Если Клэйфу было, на вид, лет двадцать пять, то ей едва ли можно было дать больше двадцати. Юное круглое лицо, большие добрые глаза, такие же русые волосы, как и у Клэйфа, который, по всей видимости, был ее братом. Среди матерых мужчин с оружием эта девочка казалась чуждой. Даже наряд ее отличался от того, во что были одеты остальные. Вместо практичных стеганок, громоздких перчаток и сапагов на ней была роба землистого цвета и накидка с капюшоном. Через плечо была перекинута простая кожаная сумка, а на груди поблескивало единственное украшение — медальон с объятым пламенем молотом.

— Сестренка уже может призывать исцеляющее пламя! — произнес предводитель авантюристов, прямо-таки сияя гордостью.

— Перестань, Клэйф, я только недавно опалилась, — смущенно проговорила девушка. Даже в свете факелов было видно, как на ее щеках проступил румянец. Очевидно, несмотря на протесты, похвала ее порадовала.

— Но брат прав, я хороша в искусстве исцеления, — она шагнула вперед с добродушной улыбкой. — Давай я осмотрю твои раны.

Обескураженный Артем открыл было рот, лихорадочно пытаясь выдумать очередную ложь, с помощью которой можно будет отказаться от помощи, но, прежде, чем девушка прикоснулась к нему, раздался уже знакомый ему тонкий голос.

— Стой! — громко воскликнул маленький авантюрист. — Не подходи к нему!

— Почему? — спросила девушка, замерев с вытянутой рукой.

Артем увидел, что остальные авантюристы тут же напряглись, хватаясь за оружие. Вне всяких сомнений, эти люди безоговорочно доверяли друг другу. Что ж, в хорошем отряде иначе быть и не могло.

— От него странно пахнет... — проговорил низкорослый человек. — Я сразу это заметил, но не был уверен.

— Уверен в чем? — спросил Клэйф, и Артем увидел, что его рука легла на рукоять меча.

— От него несет сумеречным смрадом, — с отвращением в голосе закончил свою мысль маленький авантюрист.

Глава 4. Омывшиеся в крови

Эти авантюристы явно не зря ели свой хлеб. Не успел маленький человек договорить, как Клэйф тут же резким движением схватил сестру за руку и оттолкнул себе за спину, а в следующее мгновение в руках каждого из мужчин уже блестела сталь: мечи, копья — все нацеленные прямо на Артема. Даже миниатюрный человек извлек из-под своего плаща два кинжала, изготовившись к битве.

— Лживое отродье, яви свой истинный облик! — воскликнул Клэйф, угрожающе поводя своим клинком в сторону Артема.

— Я... это и есть мой облик, я человек! — воскликнул тот, пятясь назад. От внезапного прилива адреналина у него двоилось в глазах, а все происходящее словно утратило реалистичность, начав походить на картинку или сцену из компьютерной игры.

Авантюристы тем временем настороженно перешептывались.

— Перевертыш?

— Или сумеречный морок.

— Он даже выглядит странно, что это за одежда такая?

— Брат, постой, — раздался из-за спины Клэйфа голос девушки, которую назвали Огненосицей. — Может, он не врет? Перевертыши толком не умеют говорить, да и лица у них вблизи кривые, а он выглядит и ведет себя совсем как человек!

— Тогда это еще хуже! — глаза Клэйфа сверкнули нескрываемым презрением, и он сплюнул под ноги Артему. — Предатель рода людского. Даже не надейся уйти отсюда живым. Я лично тебя прикончу!

— Послушайте, — сквозь сбивчивое дыхание начал тараторить Артем. — Я вам не враг, и вам правда не нужно идти дальше! Я не хочу, чтобы вас убили!..

— Заткнись! — прервал его Клэйф. — Я не стану слушать твои лживые речи! Готовься сдохнуть!

С этими словами он взмахнул мечом, явно намереваясь снести Артему голову. К счастью, между ними оставалось еще немного пространства, и тот успел отскочить. Предводитель авантюристов тут же занес оружие для новой атаки, на этот раз устремившись вперед, но Артем, не долго думая, швырнул в него факелом.

Выругавшись, Клэйф заслонился руками и слегка попятился. Воспользовавшись его секундным замешательством, Артем припустил назад со всех ног.

— Не сбежишь, поганое отродье! — послышался сзади голос Клэйфа, за которым последовал топот.

Артем несся на пределе своих возможностей, хватая ртом влажный ночной воздух, от которого легкие тут же начали саднить. К счастью, он, в отличие от авантюристов, не нес с собой поклажи и оружия, да и доспехов на нем не было, так что ему удалось немного оторваться от преследователей.

Слова, которые Клэйф прокричал ему вдогонку, словно эхо повторялись в голове: "Отродье, предатель рода людского..." Им вторил презрительный голос Фелгира: "Человечий выродок." Да, именно так он его уже несколько раз пытался назвать. Артем ощутил, как его охватывает внезапный приступ отчаяния, на мгновение вытеснивший даже страх от погони. Неужели все в этом мире будут считать его своим врагом? Он что, чужой вообще для всех народов, живущих здесь?

Впрочем, крики авантюристов и бряцание их обмундирования, раздававшиеся позади, быстро вернули Артема в действительность. Если его сейчас прикончат, то беспокоиться о том, как к нему относятся те или иные обитатели нового мира, будет уже бессмысленно.

К счастью, уже спустя несколько мгновений он увидел ждущих его Эксилэйд и Фелгира.

— Они идут! Хотели меня убить! — выпалил хриплым голосом Артем, едва не падая на четвереньки.

Так быстро он, вероятно, еще никогда не бегал. Оставшаяся во рту слюна будто бы превратилась в яд, обжигавший горло, сердце колотилось как обезумевший отбойник, колени тряслись. Но даже сквозь пелену в глазах он увидел, как Фелгир довольно ухмыльнулся.

— Что? Не по нраву ты пришелся сородичам, да? — удостоив Артема всего одного презрительного взгляда, гигант обернулся к Эксилэйд. — Не волнуйтесь, госпожа, я с ними слажу.

Прокручивая в руке свою исполинскую секиру, Фелгир прошел мимо все еще переводившего дух Артема. В темноте, окружавшей их, уже появились несколько подрагивающих огоньков. Авантюристы преследовали Артема, и факелы раскачивались в такт бегу.

Фелгир остановился, расправив плечи и разведя руки в стороны, готовый встретить врагов лицом к лицу, как и велели его варварские боги. Огни все приближались, и вот, спустя несколько мгновений, фигуры авантюристов появились из темноты.

Первым вперед выскочил один из мужчин, очевидно ожидавший, что встретит Артема, однако, вместо этого, он налетел прямиком на Фелгира. Бедолага даже не успел взмахнуть клинком, который сжимал в руке, когда исполинский топор, который гигант с удивительной ловкостью раскрутил в руках, опустился на него.

Раздался истошный вопль, тут же потонувший в булькающих звуках. С ужасом Артем наблюдал, как секира вошла в тело авантюриста рядом с шеей и практически разрубила его надвое, застряв где-то в районе живота. Лицо несчастного исказила гримаса боли, изо рта брызнула кровь, а глаза закатились в свете факелов.

Фелгир с силой рванул секиру не себя, и та с отвратительным звуком покинула тело его противника. Тот покачнулся, словно пьяница, только что вставший из-за стола после нескольких лишних рюмок, и рухнул под ноги своему убийце. Из безобразной раны на землю хлынула густая кровь.

— Смотрите на меня, Железные владыки! — проревел Фелгир, потрясая секирой. — Сегодня я омоюсь в крови!

Артем почувствовал, что его начинает мутить. Боевой клич Фелгира звенел в ушах, предсмертный вопль авантюриста отдавался в черепной коробке, и он никак не мог отвести взгляда от его обезображенного трупа. Разве могло все это быть взаправду? Как он оказался в такой ситуации? Как это вообще было возможно? Дыхание вырывалось из груди сдавленным хрипом, происходящее вокруг будто бы замедлилось, а звуки приглушились. Артем почувствовал странную легкость, словно душа отделилась от тела, и он теперь наблюдает за происходящим со стороны. Словно его и нет посреди этих жутких руин, где прямо сейчас разгорелась битва насмерть.

— Назад! — тем временем завопил Клэйф, уже успевший снять со спины свой щит.

Оставшийся в живых авантюрист тут же подчинился, ощетинившись копьем. Огненосица оставалась сзади, как и невысокий человек в плаще. Внезапно Артем понял, что тот сменил кинжалы на арбалет и уже накладывал стальной болт на туго натянутую тетиву.

— Фелгир, берегись! — прокричал он, но было поздно. Маленький человек поднял свое оружие, и в следующее же мгновение раздался щелчок, а потом свист пролетевшего снаряда.

Фелгир дернулся. Болт угодил ему в плечо. Не издавая ни звука, гигант потянулся к нему свободной рукой, схватился и одним движением выдернул вместе с потоком густой, темно-фиолетовой крови. Болт со звоном упал на пол пещеры.

— Моя очередь, — с мрачным удовольствием в голосе произнес Фелгир, двинувшись к противникам.

Лезвие секиры сверкнуло в свете факелов, когда та обрушилась на щит Клэйфа. Одним ударом гигант не ограничился. Сталь стонала под натиском исполинского оружия, как и ее владелец. Артем видел, что после каждого удара лицо Клэйфа искажает гримаса боли.

Стоявший за его спиной авантюрист пытался уколоть Фелгира своим копьем, но это не приносило никаких результатов, гиганту было все равно. Как и в случае с арбалетным болтом, он не обращал внимания на боль и раны, которые на его теле оставляло вражеское оружие.

Фелгир занес секиру для очередного удара, и, судя по выражению лица Клэйфа, Артем понял, что его предводитель авантюристов уже не выдержит. Однако, прежде, чем синекожий гигант смог обрушить свое оружие на врага, случилось нечто странное. Позади что-то вспыхнуло, озарив округу ярким светом, будто во дворе замка кто-то развел огромный костер. Фелгир отшатнулся, явно ослепленный, а Артем услышал, как из-за спины Клэйфа доносятся слова. Они звучали странно, чересчур громко, словно в несколько раз усиленные какой-то аудиосистемой, и им вторило неестественное эхо, распространявшееся сразу во все стороны.

— ...пламя Вечной Кузницы, обрушься на моего врага, сожги дотла тех, кто противостоит нам!..

Только сейчас Артем понял, что это говорила сестра Клэйфа, и она же являлась источником внезапно появившегося света. Слово "Огненосица", которым ее назвал брат, наконец обрело смысл. Расставив руки в стороны, девушка продолжала читать свое заклинание, вокруг нее полыхал огненный вихрь, а из языков пламени формировались стрелы, нацеленные прямо на Фелгира. Почему-то Артем был уверен, что они окажутся куда более смертносными, чем недавний арбалетный болт.

Сам гигант кое-как оправился от внезапной вспышки, и теперь, закрывая лицо рукой, пытался снова пойти в атаку, однако, похоже, что он не видел готовящихся пронзить его огненных стрел. Артем снова захотел окликнуть его, попытаться предупредить, но в этот же момент Огненосица завершила свой напев словами: "Испепеляй, пламя Тьюрга!" Стоило ее кличу разнестись по двору замка, как стрелы устремились к Фелгиру.

Яркая вспышка ослепила Артема, и прямо в уши ударил громкий, пронзительный звук, похожий то ли на треск, то ли на звон бьющегося стекла. Сквозь блики, плясавшие перед глазами, он увидел, что вокруг Фелгира появился купол, будто бы сотворенный из чистейшего, самого прозрачного в мире льда. Каждый раз, когда одна из стрел Огненосицы разбивалась о него, происходила новая вспышка, испарявшая часть ледяного щита, но сам гигант оставался невредим.

— Среди них хладный колдун! — воскликнул Клэйф.

Артем взглянул на Эксилэйд, стоявшую с вытянутой вперед рукой, вокруг которой завихрялись потоки голубоватой энергии. В разные стороны разлетались сверкающие снежинки. Должно быть, Хранительница замка смогла защитить своего слугу с помощью какого-то колдовства.

Впрочем, даже если огненные стрелы и не пронзили Фелгира насквозь, вспышки света точно смогли его дезориентировать, и теперь настала очередь авантюристов броситься в атаку. Клэйф храбро двинулся вперед, нанося Фелгиру удары из-за щита, его товарищ тоже не отставал, ухитривишись поразить гиганта копьем под ребра, от чего тот взревел, словно раненый зверь.

Наблюдая за жестоким сражением, разразившимся перед ним, Артем понял, что потерял из виду миниатюрного человека, который совсем недавно выстрелил в Фелгира из арбалета. Тот словно испарился.

Внезапное движение привлекло внимание Артема, и он обернулся. Его глаза все еще заново привыкали к темноте после череды ослепительных вспышек, однако он заметил, как едва различимая тень крадется вдоль полуразрушенной стены прямо к Эксилэйд, которая, завершив свое заклинание, теперь тяжело дышала, восстанавливая силы.

Хранительница замка явно не видела приближающейся угрозы, как не видел ее и Фелгир, поглощенный схваткой с двумя авантюристами, беспрестанно наносившими ему удары. Словно два хищных клыка, в темноте появились кинжалы, которые Артем уже видел на мосту. Вне всяких сомнений, миниатюрный человек собирался прикончить Эксилэйд, пока та была беззащитной.

Артем понял, что у него есть всего мгновение для того, чтобы что-то предпринять. Тень в капюшоне вынырнула из темноты за спиной Эксилэйд, но в следующее мгновение маленький человек вскрикнул, когда Артем с разбегу налетел на него. Он был выше и крупнее, поэтому буквально смел миниатюрную фигурку собственным весоом, и они оба покатились по земле, сцепившись в отчаянной борьбе.

К счастью, от внезапного удара маленький авантюрист выронил свое оружие, но, как вскоре оказалось, он был опасен и без него. Хотя Артем явно был тяжелее своего противника, в физической силе тот ему едва ли уступал. Руки у него были цепкими, жилистыми, и Артему тут же пришлось ощутить на себе их неожиданную силу. Небольшой, но очень костлявый кулак зарядил ему прямо в подбородок, вызвав неприятный гул в голове и заставив изображение перед глазами ходить ходуном. За первым ударом последовал второй, но в этот раз Артем успел перехватить руку противника и, пользуясь превосходством в массе, навалился на него, придавливая к земле.

Маленький человек не хотел сдаваться без боя, он брыкался, сучил ногами, пытаясь пнуть Артема в пах. Несколько мгновений они боролись, но схватка была неравной, и, в конце концов, Артем смог полностью обездвижить своего противника.

— Поганый сумрачник! — выпалил маленький человек, в чьем голосе смешались ненависть и отчаяние. — Отпусти меня!

Только сейчас Артем понял, что с него слетел капюшон. Лицо миниатюрного авантюриста было юным, округлым, без видимой растительности. Если бы не заостренные уши и кошачьи глаза с узкими зрачаками, это существо можно было бы принять за человечесокого ребенка лет четырнадцати.

Облик противника вверг Артема в шок, и на мгновение он застыл, пытаясь осознать происходящее. Этого мгновения маленькому человеку хватило, чтобы высвободить руку из-под ослабившейся хватки и нашарить что-то в своей поясной сумке. Прежде, чем Артем успел понять, что происходит, в руке его противника уже оказался небольшой пузырек, который тот со всего размаху разбил ему об голову.

Эту боль сложно было описать словами. Содержимое пузырька расплескалось лицу Артема, будто бы обжигая каждую клетку. Глаза тут же начали неистово слезиться, словно в них выжали по половинке лимона, дыхание сперло от приступа дикого, нестерпимого жжения. Артем завопил, хватаясь руками за лицо, но стоило ему сделать это, как ладони и пальцы тут же начали гореть ничуть не слабее.

— Что, нравится, предатель?! — триумфально воскликнул маленький человек, теперь уже сам наваливаясь на беззащитного Артема, который только и мог, что вопить от боли.

Сквозь дикое жжение он ощутил, как на его шее сходятся цепкие пальцы. Авантюрист навалился на него всем весом, давя на горло. К лицу Артема начала приливать кровь, а голова мгновенно потяжелела. Глаза, и так разъедаемые едкой жижей, полезли из орбит. Нужно было как-то защититься, сделать хоть что-то, но Артем ощущал, что с каждым мгновением его покидают силы. И без того затуманенная картинка перед глазами заходила ходуном от отсутствия кислорода.

Внезапно, на границе поля видимости что-то слабо блеснуло. Собрав последине силы, Артем потянулся к объекту, привлекшему его внимание. Пальцы нащупали что-то холодное, железное. В погружающемся во тьму разуме всплыло воспоминание о том, как маленький человек выронил свои клинки. В инстинктивном порыве Артем схватился за лежаший на земле предмет, нащупал рукоять и со всего размаху всадил лезвие туда, где должен был находиться его противник. Он уже почти ничего не видел, поэтому действовать пришлось наугад.

И он угадал.

Сквозь звон в ушах прорезался крик боли, а хватка на горле немного ослабла. Артем ударил туда же еще, и еще, и еще... Что-то горячее капнуло ему на лицо. Руки маленького человека обмякли, Артем порывисто вздохнул, чувствуя, как вместе с прохладным воздухом в него возвращается и жизнь. Глаза все еще щипало, но изображение, по крайней мере, перестало трястись, взор обрел минимальную ясность, и тут-то Артем и увидел дело своих рук.

Маленький человек хрипел, безуспешно пытаясь зажать целую кучу порезов на шее, из которых ручьем лилась кровь. Она капала Артему на лицо и кофту, от чего по той расползалось отвратительное мокрое пятно. Маленький человек попытался что-то сказать, но на его губах лишь появились розоватые пузыри, глаза остекленели, и он повалился на Артема, словно пыльный мешок, вне всяких сомнений, мертвый.

В разных произведениях из его прошлого мира убийцам часто являлись призраки тех, кто пал от их руки, но Артем никогда бы не подумал, что нечто подобное может произойти в реальности. И все же он запомнил лицо того маленького авантюриста до мельчайшей детали, оно будто бы отпечаталось на самой подкорке мозга, словно гротескная татуировка, которую никак нельзя вывести. Это лицо осталось с ним на долгие годы вперед, периодически всплывая в памяти подобно жуткому призраку прошлого.

Чувствуя, что голова идет кругом, Артем спихнул с себя бездыханное тело и кое-как поднялся. Руки и ноги тряслись от возбуждения после недавней драки. Лицо все еще беспощадно жгло, однако Артем не обращал на это внимания. В голове царила полнейшая пустота. Ощущение было таким, будто кто-то вынул из тела душу, оставив внутри только зияющую дыру.

Однако, битва не останавливалась. Двое оставшихся в живых авантюристов по-прежнему теснили Фелгира, а Огненосица не прекращала читать свои заклинания, из-за чего Эксилэйд приходилось поддерживать тот защитный барьер, который не давал пылающим копьям пронзить ее прислужника.

— Артем, ты в порядке? — закричала она, очевидно, увидев, как тот поднимается с земли.

— Ага... — ошалело ответил он, не уверенный, что Эксилэйд его услышит.

Хранительница замка, кажется, была на грани истощения. Она тяжело дышала, а вытянутая вперед рука дрожала от напряжения. Сквозь туман, заполнявший сознание Артема, пробилось воспоминание о том, как Эксилэйд сказала ему, что потратила на ритуал призыва Энхиррэ все свои силы. Было очевидно, что она ослабнет раньше, чем Огненосица. Без ее защиты Фелгиру точно настанет конец, а вслед за ним в сырую землю отправят и самого Артема.

Нельзя было допустить, чтобы это случилось. Нужно было взять себя в руки хотя бы ради собственного выживания. С этими мыслями Артем заставил себя присесть на корточки рядом с трупом маленького авантюриста, принявшись обшаривать его. Вскоре он нашел то, что искал — уже знакомый ему арбалет и небольшой колчан с болтами. Взяв в руки оружие и пару снарядов, Артем поднялся.

Вещица была явно сделана под размер миниатюрного человека, однако лук был прочным, а тетива тугой. Артему пришлось приложить все усилия, чтобы натянуть ее. В последний раз он стрелял в тире на одном из корпоративов, стрелял, к слову, неплохо, однако, вряд ли арбалет был хоть немного похож на пневматическое ружье. Одно сходство у них, правда, имелось — нужно было направить оружие в сторону цели, которую еще предстояло выбрать.

Артем оглядел поле боя. Двое авантюристов рубились с Фелгиором. Они постоянно двигались — тот, что с копьем, совершал выпады, Клэйф то укрывался за щитом, то выныривал, чтобы нанести еще один удар. Нет, попасть по кому-то из этих двоих с несуществующими навыками стрельбы было попросту невозможно. Оставалась только Огненосица. Она-то как раз стояла на месте, полностью поглощенная своими волшебными песнопениями.

Артем почувствовал, как внутри все холодеет. Сестра Клэйфа не пыталась убить его, более того, изначально она даже хотела ему помочь. На вид этой девочке было лет девятнадцать, а то и меньше, и сейчас ему нужно было выстрелить в нее? Перед глазами встало лицо только что убитого им маленького человека, и к горлу тут же подступила тошнота.

Внезапно раздался новый звук, вернувший Артем в реальность. Он был похож на треск ломаемого стекла. В нескольких шагах Эксилэйд громко вскрикнула и упала на колени, а ледяной шар, защищавший Фелгира, пошел трещинами.

— Прикончи его, сестра! — триумфально закричал Клэйф, и Огненосица вскинула руки, призывая новый рой пылающих стрел, однако, ей не суждено было закончить свое смертоносное заклинание, потому что Артем выстрелил.

. Огненосица вскрикнула, когда арбалетный болт вонзилась ей в бок. Песнопение тут же прервалось на полуслове, а вместе с ним исчезли и огненные стрелы, затухли, подобно костру, залитому водой.

— Сестра! — закричал Клэйф, бросаясь к Огненосице.

Это было большой ошибкой, ведь в то же мгновение его соратник остался один на один с Фелгиром, который, кажется, только и ждал момента, чтобы снова завладеть инициативой в бою. Авантюрист поднял свое копье в тщетной попытке хоть как-то защититься, но исполинская секира сломала его надвое, словно зубочистку, прежде, чем вонзиться авантюристу в голову, вдребезги разбив шлем и раздробив череп с отвратительным хрустом, который Артем услышал, даже находясь в нескольких метрах.

Фелгир с безразличием отбросил от себя обмякшее тело противника, после чего неумолимо двинулся к Клэйфу. Тот уже почти добрался до сестры, но синекожий гигант настиг его. Словно коса смерти, его секира понеслась к предводителю авантюристов. Тот вовремя успел закрыться щитом, но, похоже, в этот раз удар был намного более болезненным чем раньше. Вскрикнув, Клэйф выронил щит, а сам упал на землю. Это и спасло его от следующего удара — секира Фелгира со свистом пронеслась там, где мгновение назад была его голова.

— Клэйф! — в отчаянии крикнула Огненосица.

Она стояла, согнувшись. В том месте, где в ее бок вонзился арбалетный болт, по робе уже расползлось темное пятно.

— Спасайся, сестра! — крикнул Клэйф. — Уходи, прошу тебя!

— Нет! — со слезами в глазах воскликнула та, протягивая руку в сторону брата. — Я тебя не оставлю!

— Уходи! — снова рявкнул Клэйф, вскакивая на ноги и бросаясь на Фелгира. Оставшись без щита, он перехватил меч двумя руками.

Раздался лязг, когда сталь встретила сталь. Клэйф был крупным мужчиной и явно обладал немалой силой, но гигант был во много раз сильнее. Меч вылетел из рук предводителя авантюристов, лезвие секиры рассекло воздух, и голова Клэйфа покатилась по земле.

Кровожадно ухмыляясь, Фелгир прокрутил свое жуткое оружие в руке и направился к Огненосице, которая в неверии глядела на обезглавленное тело брата. Ее глаза остекленели, а на лице застыла гримаса ужаса.

Артем почувствовал, как что-то внутри начинает раздирать его на части. Окровавленные одежды Огненосицы, ее полный отчаяния взгляд — все это было из-за него. Это он выстрелил в нее из арбалета, из-за него Клэйф бросился к сестре и нарушил строй, и из-за него он теперь лежал мертвый на полу пещеры.

И что же дальше? Фелгир просто убьет и эту девочку? Не сжалится даже над ней?

Огненосица, прихрамывая, пятилась, а Фелгир приближался к ней, словно неумолимая тень, несущая смерть. Артем сделал шаг, он хотел что-то прокричать, как-то остановить гиганта, но слова застряли в горле. Действительность куда-то ускользала, раны и пережитый шок вытянули из него все оставшиеся силы.

Артем увидел, как Огненосица сложила руки на своей груди, там, где висел медальон в виде молота, как закрыла глаза. Ее губы слабо зашевелились пока Фелгир поднимал свою ужасную секиру.

Ослепительный огненный столб взметнулся к небесам в том месте, где стояла раненная девушка. Пламя было таким ярким, что на секунду показалось, что над двором замка взошло небольшое солнце. Фелгир отшатнулся, так и не совершив последний удар, а Артем от неожиданности повалился на землю, инстинктивно заслоняясь рукой. Когда же вокруг вновь воцарилась темнота, стало ясно, что Огненосица пропала. Вместо нее осталось лишь обожженное кольцо.

Фелгир с досадой выругался, после чего обернулся к Эксилэйд, которая по-прежнему сидела на коленях.

— Вы в порядке, госпожа? — произнес он, устремляясь к ней, и с неожиданной заботой присел рядом, помогая подняться на ноги. Из его движений пропала вся кровожадность, он обращался с Эксилэйд на удивление аккуратно.

Артем же ошалело огляделся. Все закончилось. Сражение едва ли длилось дольше десяти минут, но ему показалось настоящей вечностью. В голове все еще царила пустота, кровь стучала в висках, руки и ноги тряслись от гулявшего по крови адреналина, дыхание было порывистым. Стоило Артему немного перевести дух, как лицо тут же снова начало нестерпимо щипать. Возбуждение от сражения отодвинуло боль на второй план, но теперь она вернулась, и болело не только лицо. Все его тело буквально изнывало. Болели шея, спина и бока, которыми он бился о землю, руки, перетруженные во время драки с маленьким авантюристом, казалось, вот-вот отвалятся.

Внезапное воспоминание подействовало на Артема, словно ведро холодной воды, вылитое за шиворот. Он с опаской повернул голову. Труп человека с кошачьими глазами лежал все там же, распростертый на земле. Внутренности снова зашевелились, будто бы закручиваясь в узел. Угол обзора, казалось, сузился до размеров точки, все кроме убитого им человека перестало существовать.

Артем попытался отвести взгляд, но лишь наткнулся на новые трупы. Вся пещера превратилась в место побоища. Безымянные авантюристы, изуродованные топором Фелгира и затихшие навсегда, лежали в неестественных позах. Не желая смотреть на мертвые тела, Артем сосредоточил внимание на каком-то камне, который валялся неподалеку, но стоило ему сделать это, как он понял, что то был вовсе не камень, а отрубленная голова предводителя авантюристов.

Клэйф глядел на Артема невидящим взглядом, его рот был приоткрыт, будто тот пытался что-то сказать ему. Может, проклясть и снова назвать предателем? Да, этот человек пытался убить его, но ведь сперва Клэйф хотел ему помочь, казался таким добродушным. А еще у него была семья, младшая сестра...

Перед мысленным взором появилась яркая картина: Огненосица со слезами наблюдает за смертью собственного брата. Артему стало дурно. Действительность перед глазами подернулась дымкой, его повело в сторону, в горле появилось отвратительное сосущее чувство, и в следующее мгновение он уже исторгал из себя то немногое, что было в желудке, стоя на четвереньках. Кислый запах рвоты ударил в нос, заставил и без того измученные глаза слезиться еще сильнее.

Артем почувствовал, что силы оставляют его. Трясущиеся руки подогнулись, и он со слабым стоном повалился на бок, прямо на холодную землю. Голова шла кругом.

Последним, что Артем запомнил перед тем, как провалиться в забытье, был крик Эксилэйд, взволнованно зовущей его по имени.

Глава 5. Уроки истории

— Эй! — кто-то окликнул Артема веселым голосом.

Он рассеянно обернулся и увидел, что, пробираясь между рабочих столов, к нему идет Игорь. Клонившееся к закату солнце осветило его слегка полноватое лицо, на котором, как и всегда, красовалась добродушная улыбка, предвещающая предложение зайти в бар после работы.

Обычно общение с приятелем из отдела маркетинга радовало Артема, но в этот раз он ощутил только горечь и злобу. Вот чего он улыбается? Артему сейчас вообще не до веселья.

— Рановато ты сегодня. Уже уходишь? — тем временем спросил Игорь, преодолев последний стол и остановившись перед Артемом.

— Ага, — кивнул в ответ тот. Предстоящий разговор его вообще не радовал.

Не желая смотреть приятелю в глаза, он перевел взгляд на панорамное окно, которое шло по периметру всего этажа, на котором располагался офис. Впечатляет, конечно, ничего не скажешь. Внизу ездят машины, а люди похожи на юнитов из какой-нибудь стратегии. Может, просто шагнуть туда? Тогда не придется слушать родителей. И Марину. От мысли о предстоящем неизбежном общении с ней Артема даже передернуло.

— А мы с ребятами хотели зайти в «Молли», отметить выход дополнения, — продолжал Игорь, все такой же довольный от предвкушения посиделки в баре.

— Не, я сегодня не смогу, извини, — ответил Артем, желая только, чтобы от него все отстали.

— Ты какой-то грустный, — произнес Игорь, приглядываясь. Улыбка пропала с его лица. — Что-то случилось?

— Да нет, просто не выспался, — соврал Артем.

— Опять свои порно мультики смотрел? — снова развеселился Игорь.

Как-то раз во время поиска референса Артем случайно нажал на рекламу анимешной порно-игры, и прежде, чем он успел закрыть окно, экран заполонили соответствующие изображения с озвучкой из громких стонов. С тех пор этот случай ему частенько припоминали. Обычно Артем не обижался и смеялся вместе со всеми, но сегодня безобидная шутка его прямо-таки вывела.

— Да просто по работе кое-что доделывал, — стараясь, чтобы в голосе не чувствовалась злоба, ответил он.

Игорь снова недоверчиво смерил его взглядом, но, видимо, решил, что лучше не лезть дальше с расспросами и хлопнул его по плечу, протягивая на прощание руку.

— Ну ладно, тогда в другой раз. Иди отдыхай.

— Ага, — кивнул Артем, пожимая ладонь коллеги.

***

Когда Артем открыл глаза, ему на мгновение показалось, что он лежит на своей кровати в квартире, которую они с Мариной снимали на окраине Питера. Да, сон был на удивление длинным, красочным и реалистичным, но он закончился, и это главное. На самом деле Артем ни с кем не сражался, не убил странное, похожее на ребенка, создание и не стрелял из арбалета в девушку, которая, судя по виду, только недавно окончила школу.

Он даже попытался инстинктивно нашарить телефон, чтобы посмотреть сколько времени, и не опаздывает ли он на работу, когда услышал голос, от которого сердце тут же упало.

— Ты очнулся! — воскликнула Эксилэйд.

С этими словами Хранительница замка подбежала к нему. Увидев ее силуэт сквозь пелену перед глазами, Артем издал тяжелый вздох. Нет, все это было взаправду: другой мир, бой насмерть с группой авантюристов и Фелгир, клянущийся омыться в крови перед своими жестокими богами. А хуже всего было то, что Артем омылся в крови вместе с ним. В памяти вереницей пронеслись жуткие картины побоища: разрубаемый секирой авантюрист, маленький человек с пронзенной шеей, отрубленная голова Клэйфа...

Артем встрепенулся, пытаясь прогнать наваждение. По крайней мере, сам он был жив, а это уже что-то. Зрение постепенно приходило в норму, и он понял, что находится в незнакомом помещении. Потолок тут был намного ниже, чем в тронном зале, а свет исходил не от странного кристалла, а от обычной свечи, живой и пляшущий на стенах.

Артем, привстал, ожидая, что все тело начнет ломить, но этого не случилось. Как ни странно, он больше не испытывал боли в конечностях, да и лицо перестало жечь, глаза тоже не щипало, и видели они прекрасно. Он ощупал себя и с удивлением понял, что на лице не осталось следов. Артем не знал, чем его окатил из склянки маленький человек, но эта жидкость была просто ужасно едкой, и он был уверен, что она оставит следы, однако кожа была гладкой, как будто с ним ничего и не происходило.

Все еще немного заторможенный после пробуждения, Артем огляделся. Помещение, в котором они с Эксилэйд находились, и правда было небольшим, походя на небольшую келью, с единственным узким окном, больше похожим на бойницу. Пламя свечи освещало скромное убранство: полуразвалившийся шкаф с пыльными полками, да покосившийся стол, от которого пахло гнилой древесиной. Сам Артем лежал на каменном возвышении, которое, похоже, здесь заменяло кровать. К счастью, на него было наброшено какое-то тряпье, и несколько шкур, которые также укрывали его. Что ж, и на том спасибо. По крайней мере, он не должен был отморозить себе внутренние органы.

— Прости, — виновато произнесла Эксилэйд, кажется, поняв, о чем Артем думает. — Здесь нет кровати удобнее.

— Ничего, спасибо, что позаботилась обо мне, — слабо улыбнулся Артем в ответ.

Во время институтских походов ему доводилось спать и в более экстремальных условиях, так что это был еще не самый плохой вариант.

— Это я должна тебя благодарить, — смущенно произнесла Хранительница замка, усаживаясь рядом с Артемом. — Я сомневалась в том, что ты достоин быть моим Энхиррэ, а в итоге, ты спас мне жизнь...

— Пустяки, — отмахнулся Артем. — Я толком ничего не сделал.

Он хотел как можно скорее перевести тему, ведь ему было страшно даже думать о том, что произошло во дворе замка. Каждый раз, когда какое-то воспоминание всплывало перед мысленным взором, внутри у него все холодело. И все же убежать от этих мыслей было невозможно, ведь он стал убийцей. Нет, даже и того хуже, — убийцей ребенка.

— Скажи, — начал Артем как бы невзначай. — А что это было за маленькое существо, с которым я дрался?

— Тот авантюрист? — переспросила Эксилэйд. — Просто какой-то нижелюд.

— Нижелюд? — удивился Артем странному слову, после чего осторожно спросил:

— Значит, не ребенок?

— Нет, — отмахнулась Эксилэйд с таким видом, словно это был глупый вопрос. — Они всегда такие, до старости. Из-за того, что небольшие, часто идут в авантюристы. Они много где могут пролезть, и шума от них меньше, чем от людей.

Артему вспомнилось, как маленький авантюрист и правда почти бесшумно крался в тени. У него немного отлегло от сердца. По крайней мере, он убил не ребенка, а какое-то местное человекоподобное создание. Это было не сильное утешение, но хоть какое-то.

— В империи их терпят, — продолжала рассказывать Эксилэйд на фоне размышлений Артема. — Хотя и считают за младший народ. Нижелюд никогда не получит знатный титул и, уж тем более, не сможет стать Огненосцем.

От последнего произнесенного Эксилэйд слова у Артема екнуло сердце. Он вспомнил совсем молодую сестру Клэйфа, которую сам же и подстрелил из арбалета.

— Кстати, а что стало с той девушкой? — снова спросил он. — Она, кажется, исчезла...

Эксилэйд нахмурилась.

— Видно, она необычайно сильна для той, кто только что опалился, — проговорила она задумчиво. — Пламя Тьюрга спасло ее, такое дано не каждому Огненосцу.

Уже второй раз Артем услышал это слово — "опалиться". В первый раз его произнесла сама Огненосица, а теперь и Эксилэйд. Ему было интересно узнать, что это значит, но другой вопрос занимал куда сильнее.

— То есть, она выжила? — спросил Артем.

— Да, она сбежала, но вряд ли далеко, — ответила Эксилэйд, после чего обнадеживающе улыбнулась Артему. — Не волнуйся, ей ни за что не перейти Пустошь в одиночку. Без припасов, да еще и раненная, она точно умрет.

Если Хранительница замка хотела его подбодрить, то у нее это получилось с обратным успехом. От радостного рассказа Эксилэйд о том, как несчастная сестра Клэйфа умрет от истощения посреди какой-то "Пустоши" Артему снова поплохело. Теперь у него на руках была кровь не одного, а сразу двух людей, и если первый, хотя бы, умер быстро, то Огненосицу, похоже, ждал мучительный конец.

Чтобы хоть как-то отвлечься от жутких картин, вставших перед мысленным взором, Артем решил задать еще один вопрос, крутившийся у него в голове:

— Что это за Тюрг, которого она все время упоминала?

Эксилэйд снова взглянула на него так, словно он спрашивал о чем-то совершенно очевидном, правда, потом быстро спохватилась, видимо, вспомнив, что ее собеседник прибыл из другого мира.

— Тьюрг — покровитель человеческого рода, герой древности, подчинивший себе мощь солнечного огня, — проговорила Хранительница замка, после чего ее лицо внезапно омрачилось. — Он заклятый враг Раффальгарма.

— А Раффальгарм кто такой? — простодушно спросил Артем. Он уже слышал это имя, но понятия не имел, кем может являться его носитель.

— Покровитель Непокоренных народов, то есть нас, — отозвалась Эксилэйд. — Он подчинил себе силу межзвездной пустоты и вечного льда.

Артем заметил, как вместе с этими словами на лице его собеседницы появилась улыбка, мягкая, ностальгическая, словно та вспоминала о чем-то приятном.

— А еще он мой отец, — закончила Эксилэйд, и все мгновенно встало на свои места.

Артем вспомнил, что еще при их первом она назвала себя "дочерью Раффальгарма". Он тогда, конечно, пребывал в совершеннейшей растерянности, а потому не обратил на это внимания.

— И где же сейчас эти Тьюрг и Раффальгарм? — осторожно поинтересовался Артем. Похоже, эта тема была важна для Эксилэйд, и ему не хотелось случайно обидеть ее из-за собственного невежества, однако, интерес пересиливал этот страх.

Хранительница замка на мгновение задумалась, и улыбка пропала с ее лица.

— Они давно покинули этот мир, — произнесла она. — Но оставили наследие. Тьюрг — пять Пламенных наковален, вместилищ его силы, а Раффальгарм — нас, его детей, защитников Великого Барьера.

— Ясно... — протянул Артем, хотя, ему, на самом деле было вообще ничего не ясно. Однако, кое-что он, кажется, начал понимать.

— Получается, эти Огненосцы могут пользоваться силой Тьюрга? Вроде тех огненных стрел?

Эксилэйд кивнула.

— Это заимствованная Сила, но очень могущественная.

Про заимствованную Силу Артем решил пока не расспрашивать. Ему хватило и недавнего беглого экскурса в историю, от которого голова уже начала идти кругом. Вместо этого он просто кивнул.

— Сдается мне, ты не слишком впечатлен, — кисло произнесла Эксилэйд. — Хотя, спорить не стану, сейчас меня и правда сложно назвать достойной наследницей собственного отца.

— Да нет, я так не думаю, — поспешил Артем заверить свою собеседницу, после чего неуклюже добавил:

— Как раз наоборот, он бы, наверное, тобой гордился...

Эксилэйд, впрочем, его ответ явно не переубедил. Артем хорошо знал это ощущение. Сколько бы другие ни убеждали тебя в том, что ты чего-то стоишь, если ты сам думаешь иначе, то эти слова ничего не стоят.

Какое-то время они просидели в тишине, после чего Эксилэйд внезапно встрепенулась, словно вспомнив о чем-то. Она суетливо поднялась с каменной лежанки и направилась к шкафу.

— Я бы хотела преподнести тебе более щедрый дар за нашу победу, — смущенно проговорила она, доставая с одной из полок неприметный мешок:

— Но сейчас есть только это.

С этими словами Эксилэйд положила мешок перед Артемом. Он сразу ощутил запах хлеба и еще какой-то еды. Желудок, словно вспомнив о том, что он, вообще-то, уже невесть сколько времени не получал пищи, словно сделал переворот. Артем разом осознал, насколько сильно он хочет есть, а главное, пить.

— Понимаю, не самое роскошное угощение, — сказала Эксилэйд. — Но, думаю, тебе стоит поесть после боя.

— Это точно, — выдохнул Артем, суетливо раскрывая мешок.

Внутри нашлась не самая взыскательная пища: твердый хлеб, куски вяленого мяса, такой же затвердевший сыр, какие-то сухофрукты, орехи, словом все, что можно было взять с собой в поход, не боясь, что продукты быстро испортятся. Очевидно, то была еда поверженных авантюристов, впрочем, Артему уже было все равно.

В кожаном бурдюке, который также обнаружился в мешке, была вода. По-хорошему, ее, конечно, нужно было бы сперва прокипятить, но сейчас Артем даже думать об этом не хотел. Жадно приложившись к горлышку, он с наслаждением ощутил, как прохладная жидкость проливается внутрь.

Пища авантюристов оказалась жесткой, жевать ее было тяжело, но изголодавшемуся Артему она показалось едва ли не самой вкусной в мире. Добравшись до дна мешка, он обнаружил там еще один кожаный бурдюк. Стоило ему откупорить крышку, как в нос тут же ударил кисловатый запах домашнего, бражного вина.

Наверное, глупо было вот так просто заливать в себя алкоголь из другого мира, но стоило Артему учуять аромат выпивки, как он тут же понял, что это именно то, что ему сейчас требовалось.

На вкус вино было, конечно, вовсе не изысканным, но вполне сносным. Сделав несколько больших глотков и прикончив остатки еды в корзине, Артем прислонился к стене, запрокинув голову и переводя дух. Странно, но он совсем не ощущал эффекта от алкоголя, хотя знатно приложился к бурдюку.

— Ты утолил голод? — осторожно спросила Эксилэйд, все время до этого терпеливо наблюдавшая за тем, как ее Энхирре уплетал предложенное угощение.

— Еще как, — проговорил Артем, чувствуя, как желудок, который до этого, казалось, скукожившийся до микроскопических размеров, приятно тяжелеет, наполнившись пищей.

Лицо Эксилэйд немного посветлело. Кажется, она действительно была довольна тем, что смогла хоть немного порадовать своего помощника. Внезапно Артем понял, что из-за своего дикого голода даже не подумал поделиться едой с Хранительницей замка, но когда он озвучил эту мысль, Эксилэйд только замотала головой.

— Мне не требуется еда, я питаюсь иначе, — проговорила она, и Артем решил не развивать эту тему. В лучшем случае он услышит очередную историю про магию, а в худшем какие-нибудь очередные ужасы. Окажется еще, что его новая знакомая пьет кровь девственниц или что-нибудь в этом роде. Как Артем уже уяснить, в новом мире стоило быть готовым ко всему. Поэтому, вместо того, чтобы расспрашивать Эксилэйд о ее кулинарных предпочтениях, он спросил:

— Что теперь? Мы ведь отразили вторжение. Что будет дальше?

Артем, конечно, знал, что так просто все не закончится, но ответ Эксилэйд все равно заставил его вздрогнуть.

— Придут новые группы, — произнесла Хранительница замка с полной уверенностью в голосе. — И в этот раз они будут больше и сильнее. Они никогда не остановятся.

— Но почему? — изумленно спросил Артем. — Зачем эти люди идут сюда? Что им нужно?

Эксидэйд нахмурилась, словно ей было неприятно даже думать об этом.

— Они из Аффариора, — наконец проговорила она. — Это империя людей. Они подчинили себе многие народы, кроме нас, Непокоренных. Долгое время царил мир, пока нынешний император, Натриэйн Пятый не нарек себя воплощением Тьюрга и не объявил новое Испепеление.

— Испепеление? — недоуменно переспросил Артем. — Что это значит?

— Это военный поход в Сумеречные земли. Воинам и авантюристам платят за истребление любых живых существ по эту сторону Барьера. Основное сражение идет возле Врат Раффальг, ну а сюда приходят в надежде поубивать слабых созданий, которые не могут за себя постоять. Хотят легких денег.

Артем увидел, как Эксилэйд со злобой поджала губы. Неужели, это была правда? Какой-то правитель, по сути, просто объявил охоту на живых существ, судя по всему, мыслящих. Это с трудом укладывалось в голове. Неужели найдутся люди, которые пойдут без разбору убивать за деньги? А ведь те авантюристы, с которыми он недавно встретился, сперва были такими... нормальными. Клэйф и его команда вовсе не походили на хладнокровных убийц.

"А так ли это необычно?" — внезапно всплыл в сознании Артема вопрос. В истории его собственного мира было полно случаев, когда простые, порядочные люди совершали страшные поступки из-за обещаний богатств, жажды власти, религиозных распрей, да хотя бы даже просто из-за разного цвета кожи. И все же объяснение Эксилэйд казалось уж слишком простым. В фантастических историях, конечно, мог существовать темный властелин, желающий просто сеять смерть и разрушение, потому что являлся воплощением зла, но в реальном мире такое едва ли хотя бы раз происходило. Обычно все было куда сложнее. Да, мир в который попал Артем, походил на фентезийное произведение, но, к большому сожалению, он, похоже, был реален, а значит, и конфликт, который описала Хранительница замка, вполне мог оказаться не так прост.

Вот только как разобраться в хитросплетениях местной политики, если вообще все вокруг, похоже, считают Артема врагом, и Эксилэйд является едва ли не единственной, с кем он может нормально пообщаться? Если любой человек, с которым он попробует заговорить, вместо ответа ринется на него с оружием, желая убить, то у Артема вряд ли получится когда-нибудь услышать мнение другой стороны конфликта.

— В общем, в следующий раз мы так легко не отделаемся, — мрачно заключила Хранительница замка, оторвав Артема от размышлений. — Гильдии авантюристов присваивают разным маршрутам ранги опасности, и когда они поймут, что здесь погибла целая группа из пятерых, сюда точно нагрянет объединение из пары-тройки более сильных отрядов.

— Целый рейд... — пробубнил себе под нос Артем, вспомнив вечера, проведенные за многопользовательскими ролевыми играми.

Правда, теперь он поменялся местами с игроками, сам став боссом подземелья. При чем, наверное, самым слабым за всю историю.

Глава 6. Все приходится делать самому

Артем с изумлением взирал на полупрозрачную карту, которая, слегка подрагивая, висела перед ним в воздухе.

Сразу после их разговора Эйксилэйд повела его в незнакомое помещение, находившееся позади тронного зала. Это была довольно просторная комната, посредние которой возвышалось нечто вроде большого круглого стола, высеченного из единственного куска камня. Из самого центра стола торчал голубоватый кристалл, и стоило Эксилэйд прошептать несколько слов, которые Артем не расслышал, как кристалл тут же засиял, после чего медленно поплыл вверх, начав излучать в разные стороны тоненькие струйки света. Вскоре Артем понял, что это было не просто диковинное освещение — лучи вырисовывали прямо на каменной поверхности холмы, деревья и болота, превращаясь в удивительно наглядную трехмерную карту.

Вскоре волшебная голограмма застыла, окончательно сформировавшись, и Эксилэйд пригласила присутствующих подойти ближе. Помимо Артема и самой Хранительницы замка на этом минималистичном военном совете, конечно же, присутствовал и Фелгир. В голубоватом свете волшебного камня он походил на жутковатого призрака. Стараясь лишний раз не смотреть на него, Артем сосредоточил внимание на карте.

— Нас и границу империи Афариор разделяет где-то три дня пути пешком, — начала Эксилэйд, указывая пальчиком на совершенно гладкую, безжизненную равнину, начинавшуюся как раз возле входа в руины замка.

Артем вспомнил недавно услышанное им слово "Пустошь". Видимо, это как раз она и была. Правда, толком разглядеть ее у него не получилось, потому что Эксилэйд взмахнула ладонью, и мерцающее изображение внезапно понеслось в сторону, явив взгляду целый город. Аккуратные дома ютились за мощной каменной стеной с угрожающими бойницами, а в самой середине поселения, на площади, где сходились все дороги, высилось монументальное здание, напоминавшее замок. Что-то в нем показалось Артему знакомым, и, стоило ему приглядеться, как все встало на свои места — знак, выгравированный над воротами, был точь в точь таким же, как тот, что висел на шее Огненосицы — пылающий молот на фоне солнечного диска.

— Это город-крепость Триэмталь, — пояснила Эксилэйд. — Отсюда вышла прошлая группа авантюристов. Обычно, пока нискоранговых хватятся, проходит несколько коротких лун.

Рассудив, что это должно было означать месяц, а то и два, Артем облегченно выдохнул. По крайней мере, у них было относительно много времени, чтобы подготовиться к следующему нападению.

— Так было бы, приди они одни, — продолжила Хранительница замка, и по ее тону Артем тут же понял, что рано обрадовался. — Но с ними была Огненосица, а о ее смерти в твердыне Тьюрга прознают быстро.

Изображение приблизилось к тому самому зданию, которое Артем заприметил ранее. Очевидно, это и была та сама Твердыня. Стоило признать, название подходило как нельзя лучше. Угловатое, массивное сооружение возвышалось над остальным городом, словно гигантская наковальня.

— Они сразу же начнут собирать карательную группу и, скорее всего, пламехранители предложат дополнительные деньги за этот поход, — произнесла Эксилэд, заставив Артема вздрогнуть. — Так что у нас на подготовку не больше десяти дней.

Она взглянула сперва на Фелгира, который стоял, соединив свои гигантские ручищи на груди, а потом и на Артема.

— Я готова выслушать ваши предложения.

— Я омоюсь в их крови во славу Вашего имени, Эффэйне, — без раздумий прогрохотал гигант, бросив на Артема неприязненный взгляд. — Для меня нет пущей радости, чем крошить черепа человечьим выродкам.

Артем тяжело вздохнул. Похоже, других установок кроме как "идти напролом и убивать все, что движется", у этого гидроцефала предусмотрено не было. Пытаться обсуждать с ним тактику боя явно было ошибкой.

Эксилэйд, видимо, пришла к тому же выводу.

— Я нисколько не умаляю твоей силы, — дипломатично проговорила она. — Но в прошлый раз мы едва смогли справиться с отрядом из пятерых. И то были авантюристы низшего ранга. Сейчас их будет куда больше, и подготовлены они будут лучше.

В словах Хранительницы замка был смысл, и это заставляло Артема испытывать тревогу. Он и в прошлой драке-то чуть не погиб, поэтому, как бы там ни бахвалился Фелгир, более массированного нападения им точно не пережить. Нет, пускай синемордый недоумок жертвует своей жизнью сколько угодно, вот только сам Артем этого делать ни капли не желал.

Он пару раз глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. Нужно было решать проблемы по мере их поступления. Пока никаких новых авантюристов рядом еще, к счастью, не было, а значит, следовало сосредоточиться на том, чтобы придумать, как от них защититься. Глядишь, может, если постараться, то в грядущем бою ему самому и вовсе не придется участвовать! Да и вообще, почему им в принципе нужно сражаться? Внезапная идея ударила словно колокол. Это ведь было так очевидно!

— А что, если просто завалить главный проход? — спросил Артем.

Эксилэйд и Фелгир оба повернулись к нему с такими лицами, словно он произнес какую-то несусветную глупость. От такой реакции Артем немного смутился, но все же решил так просто не отступать.

— Если авантюристы не смогут пройти насквозь через замок, то и на другую сторону они не попадут, так? — он простодушно улыбнулся Эксилэйд. — Ты ведь этого и хотела.

Как и ожидалось, его предложение не оценили по достоинству. Фелгир закатил глаза и проворчал себе под нос что-то, чего Артем предпочел не услышать, а Эксилэйд принялась терпеливо объяснять:

— На входе и в прошлый раз была баррикада, но ее разнесли в два счета. Наверняка, Огненосица постаралась. Но даже без силы Тьюргового пламени авантюристы могут воспользоваться горящим порошком, который носят с собой нижелюды, или гномьими приспособлениями.

Артему вспомнилось некое подобие кислоты, которым его во время драки окатил маленький авантюрист. Видимо, помимо магии, обитатели этого мира пользовались и какими-то достижениями науки.

— К тому же стены тут прохудились во многих местах, — проворчал Фелгир, кивая словам собственной госпожи. — Человечьи выродки найдут, где пролезть.

Гигант усмехнулся.

—Кто будет заделывать все дыры, ты что-ли? С такими-то тщедушными ручонками?

Фелгир довольно оскалился, явно желая спровоцировать Артема, и, надо сказать, у него бы это получилось, если бы Эксилэйд не вмешалась, остановив перепалку до того, как та началась.

— Восстановить замок — отличная идея, — проговорила она, бросив недовольный взгляд на Фелгира. — Вот только сейчас нам это не по силам. Лучше пока об этом забыть.

— Ясно... — Артем медленно кивнул, размышляя над услышанным.

Похоже, выкрутиться и избежать битвы с новой группой авантюристов и правда было невозможно, однако он не привык отступать после первой же забракованной идеи. Совсем наоборот, он даже ощутил некоторый азарт. Это просто еще одна сложная задача, к которой требуется найти подход в условиях ограниченных возможностей, и если не получается манипулировать окружением, значит, нужно где-то раздобыть воинов. Это, правда, было проще сказать, чем сделать. Начать хотя бы с того, что Артем понятия не имел, кто вообще живет в этих Сумеречных землях. Хотя, если подумать, то кое о ком он уже слышал.

— Ты говорила, что эти авантюристы хотят напасть на каких-то... — обратился Артем к Хранительнице замка, но тут же замялся, пытаясь вспомнить странное слово, которое та уже произносила:

— Сид... Силь...

— Сильвитов? — подсказала Эксилэйд. — Да, так и есть.

Она взмахнула рукой, и изображение снова переместилась, на этот раз оказавшись по другую сторону стены.

— Они живут здесь, — Эксилэйд указала на небольшую поляну, окруженную болотами.

Артем разглядел ветхие хибары, что лепились прямо к стволам деревьев. На вид поселение и правда находилось совсем недалеко от замка.

— Тогда, может, попросим их о помощи? — предложил Артем. — Если им угрожает опасность, то они должны первыми быть заинтересованы в том, чтобы отразить вторжение? Разве нет?

Эксилэйд горько покачала головой.

— Это так, вот только мой старший брат забрал от туда всех мужчин, что могут сражаться, еще три короткие луны назад. Там остались только женщины, дети и старики.

— Ясно... — снова протянул Артем, разглядывая деревню загадочных сильвитов

.

По сравнению с виденными им недавно городскими постройками, хибары смотрелись не слишком внушительно.

На мгновение Артем задумался. Ему вспомнились истории про войны из его собственного мира. Где-то он читал, что в средние века простые люди не особо переживали о разборках всяких влиятельных господ и уж точно не горели желанием помереть за них в бою.

— Я, конечно, не большой эксперт по этим сильвитам, — произнес Артем наконец. — Но у меня на родине не особо любят, когда на войну забирают силой. Многие стараются этого избежать. Одно дело — драться за твоего брата неизвестно где, и совсем другое — защищать собственный дом.

Эксилэйд взглянула на него с уважением.

— А ты говоришь разумные вещи, — кивнула она. — Вряд ли кто-нибудь из них смог бы откупиться от посланцев братца, а вот сбежать или спрятаться — вполне. В конце концов, у врат Раффальг уже пол долгой луны идет непрерывная бойня. Сомневаюсь, что кто-то захочет идти туда добровольно.

От слов "непрерывная бойня" у Артема по спине пробежал холодок, но он заставил себя не задумываться о смысле сказанного. Нужно было сосредоточиться на том, что у них, наконец, появился хоть какой-то план действий.

— Ну, тогда дело за малым, — приободренно произнес он. — Тебе нужно просто пойти в деревню, рассказать местным о том, что к замку приближаются авантюристы и попросить их собрать ополчение из тех, кто может сражаться. Раз Фелгир такой могучий воин, то небольшого отряда поддержки ему хватит, чтобы отбить нападение.

В зале с полупрозрачной картой на мгновение повисла тишина. Артем удивленно поглядел на своих новых знакомых, которые, в свою очередь, смотрели на него так, словно он был несмышленым ребенком.

— Точно, — вдруг спохватилась Эксилэйд. — Ты ведь пришел из другого мира, так что откуда тебе знать об этом...

— Знать о чем? — переспросил Артем, уже внутренне готовясь к тому, что ответ его не обрадует.

— Мы, дети Раффальгарма, привязаны ко вверенным нам владениям и не можем отдаляться от них на хоть сколько-нибудь значительное расстояние. Для этого нам и нужны помощники. Энхирре — это не только воины, но и проводники нашей воли, глашатаи.

С этими словами Эксилэйд выразительно посмотрела на Артема, который внезапно осознал, что только что сам придумал себе задание, которое теперь неизвестно как предстояло выполнять.

***

Артем с некоторым отвращением взирал на гору одежды, оружия и доспехов, высившуюся перед ним. Кожаные наручи, перчатки, сапоги и оружие были свалены в углу небольшой темный комнаты, которая могла бы сойти за кладовую. Хуже всего было то, что он хорошо помнил, чьи это вещи. То было снаряжение и оружие незадачливых авантюристов, сгинувших в недавней битве.

По какой-то причине Артему ужасно не хотелось забирать что-то из вещей покойников, и все же, иного выходя, кроме как сделать именно это, у него не было. Неизвестно, какая погода царила снаружи замка. Даже внутри было довольно промозгло, а Артем был одет в одну только толстовку, и так изодранную после битвы, да штаны с кедами, от которых уже начали отваливаться подошвы. Все-таки городская обувь была не предназначена ни для походов, ни уж, тем более, для сражений.

Со вздохом Артем начал рыться в груде вещей. Вскоре кеды сменили массивные сапоги, не слишком удобные, зато явно прочные. Такие точно не промокнут на болотах, которые Артем разглядел на светящейся карте Эксилэйд. Еще он сменил свою кофту на рубаху одного из авантюристов, а сверху надел кожаную куртку и теплый шерстяной плащ. Джинсы Артем решил оставить. Они были удобными и достаточно прочными. Такой экипировки ему вполне должно было хватить, чтобы, как минимум, не замерзнуть и не подцепить простуду. Болеть в новом мире Артему хотелось еще меньше, чем в старом.

Что-то блеснуло в свете факела, который держал Фелгир, нетерпеливо ожидавший, когда его спутник, наконец, переоденется. В куче оружия, оставшегося от авантюристов, лежал тот самый кинжал, которым Артем прикончил своего миниатюрного противника. Он мотнул головой, когда в сознании всплыло неприятное воспоминание. И все же идти в неизвестность полностью безоружным было просто глупо. В конце-концов, хороший нож пригодится не только в драке, но и в походных делах, поэтому Артем, пересилив брезгливость, схватил кинжал и заткнул за пояс будто заправский разбойник.

Когда со сборами было покончено, Эксилэйд повела Артема по темному лабиринту замка. Коридоры сменялись комнатами и залами, из которых вели новые коридоры. Тут и там лежали обломки колонн и статуй, потрескавшиеся барельефы на стенах покрылись пылью, а в темных углах копошились какие-то существа, на которых Артем, ради собственного же спокойствия, старался особо не смотреть. Глубины замка казались по-настоящему ветхим и заброшенным. Прямо из стен и потолка тут росли странные светящиеся грибы, испускавшие мертвенно-бледное равномерное свечение. В некоторых местах грибов было так много, что казалось, будто в помещении горят лампы. Всюду царил промозглый холод, и Артем мысленно поблагодарил себя за то, что прихватил теплую шерстяную накидку.

Наверняка он сейчас выглядел как персонаж ролевой игры, нацепивший на себя сразу все снаряжение, выпавшее после победы над первыми врагами в самом начале: кожаная куртка, джинсы, сапоги как у какого-то пирата, да еще и плащ. Картину дополнял нелепо болтающийся на поясе кинжал. В голове невольно всплыла фраза из старого мема: "теперь вы одеты как черт". Да уж, точнее и не скажешь. Подумав об этом, Артем даже нервно хихикнул себе под нос.

Очередной коридор закончился просторным залом. Он был таким длинным, что другой конец терялся во тьме. Волшебный шар света Эксилэйд, до этого паривший над ее ладонью, внезапно стал ярче, поднявшись к самому потолку и осветив древнюю роспись. Картина давно выцвела, краска потрескалась, но Артем все равно смог различить две титанические руки, одна из которых держала окутанный огнем молот, а другая словно сотворенный изо льда клинок. С каждой стороны виднелись легионы воинов с изготовленным к бою орежием.

На мгновение Артем застыл, задрав голову, завороженный удивительным зрелищем.

— Это последнее сражение Тьюрга и Раффальгарма, — ответила Эксилэйд на незаданный вопрос. — В тот день Непокоренные народы с оружием в руках доказали свое право на свободу.

Странно, но Артему подумалось, что изображение на потолке вовсе не походило на битву. Никто не сражался, обе армии будто чего-то ждали, а две гигантские руки, казалось, скорее скрестили свое оружие в каком-то церемониальном жесте, нежели в реальном бою. Впрочем, он решил оставить свои мысли при себе. Не хватало еще оскорбить Эксилэйд своей невежественной интерпретацией местной истории, которая для Хранительницы замка, похоже, была очень важна.

— Что ж, тут я вынуждена с Вами попрощаться, — произнесла Эксилэйд, когда все трое миновали длинный зал и остановились возле зияющего прохода. Скорее всего, когда-то здесь находились ворота, но сейчас от них не осталось и следа, и через пустую арку виднелась мрачная, заболоченная местность.

Артем даже поежился от мысли, что ему совсем скоро предстояло туда отправиться. Конечно, полуразрушенный замок и так не был самым гостеприимным местом, но вот жуткие болота иного мира... Это был совершенно другой уровень.

— Только сперва, — голос Эксилэйд отвлек Артема от созерцания неприветливого пейзажа. — Я должна кое-что тебе дать.

С этими словами Хранительница замка внезапно резко вонзила руку в собственную грудь. К ужасу Артема, ее ладонь вошла внутрь тела, будто бы пронзив кожу и кости насквозь. Не успел он удивиться, как уже в следующее мгновение Эксилэйд снова вытянула перед ним ладонь, на которой теперь поблескивал кристалл голубоватого цвета. Он был прозрачным и, казалось, слегка мерцал в окружающем полумраке.

— Что это? — оторопело спросил Артем, не решаясь принять странный дар.

— Осколок вечного льда Раффальгарма, — проговорила Эксилэйд. Ее лицо будто бы в мгновение ока осунулось, плечи упали, а под глазами проступили тени. Хранительница замка выглядела изможденно. — С ним любой признает тебя моим Энхиррэ.

Она слабо улыбнулась.

— Только не потеряй, хорошо?

— Ага... — неуверенно пробубнил Артем, наконец беря диковинный предмет.

Осколок был холодным, но его можно было спокойно держать в ладони. Он будто бы испускал вокруг себя странное, практически осязаемое свечение, похоже на то, что исходило от сталактита в тронном зале.

Внезапно Артем поймал на себе взгляд Фелгира, который заставил его вздрогнуть. Если раньше синекожий гигант смотрел на него с насмешкой или презрением, то сейчас в его маленьких глазах читалась откровенная ненависть.

— Теперь идите, — выдохнула Эксилэйд. Ее голос звучал тихо, устало, словно Хранительница подземелья была готова вот вот провалиться в забытье. — Я рассчитываю на вас.

— Да, госпожа, — мрачно произнес Фелгир, первым шагая за пределы замка, и Артему не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ним.

Глава 7. Человечий выродок спешит на помощь

Артем провалился ногой в гнилостную трясину, в который раз поблагодарив самого себя за то, что все-таки переобулся в сапоги. Они с Фелгиром шли по мрачным, диким болотам. За пределами замка царили сумерки, и на небе сияли две луны. Артем задумался о том, что еще ни разу не видел тут солнца, однако, возможно, что после сражения он просто проспал целый день, и уже снова успел наступить вечер. Зато звезды было видно просто отлично. Артем никогда особенно не интересовался астрономией, но даже ему было понятно, что светящиеся точки на небосводе были расположены совершенно не так, как в его родном мире. Ковша большой медведицы не получилось обнаружить ни с первого, ни с пятого раза, и вскоре он оставил попытки, тем более, что все время пялиться на небо было опасно.

Фелгир вел его по дороге, пролегавшей среди настоящих топей. Вокруг, словно жутковатый коридор, нависали корявые деревья без листьев, все поросло красноватым мхом, а сама трясина булькала и испускала пар. В воздухе витал аромат сырости, и Артем то и дело вздрагивал от необычных звуков, раздававшихся тут и там. Скрипучие, протяжные завывания точно не могли принадлежать знакомым ему животным или птицам. Периодически рядом раздавалось что-то вроде лягушачьего кваканья, только куда более низкое и утробное, от чего Артем каждый раз тревожно оглядывался. Периодически ему казалось, что он видит пузырение воды неподалеку от себя, однако самого квакающего существа нигде видно не было.

Фелгир же шагал уверенно, не опасаясь ни топи, ни жутковатых звуков. Его исполинская секира была закинута за спину, и при каждом шаге немного позвякивала. Шли молча. Артем едва поспевал за своим гигантским провожатым, да и идти по размокшей, мшистой земле было неудобно даже в новых сапогах.

— А далеко вообще до этой деревни? — нарушил, наконец, тишину Артем.

Ему казалось, что они непрерывно шагали уже не меньше пары часов, и он изрядно запыхался. Влажный болотный воздух, казалось, налипал на него, еще сильнее отягощая.

Фелгир резко остановился, так что Артем чуть не налетел на него по инерции. Гигант медленно развернулся. Его безобразная, испещренная шрамами рожа скривилась, словно он взирал на что-то крайне нелицеприятное.

— Госпожа наказала мне охранять тебя, — проговорил он, почти выплевывая слова через сжатые зубы. — А вот вести с тобой беседы наказа не было. Так что больше не обращайся ко мне, человечий выродок.

Похоже, теперь, когда Эксилэйд не было рядом, Фелгир решил в полной мере выказать свое отношение к новоявленному Энхиррэ. Артем почувствовал прилив злости. Почему этот криворожий варвар не может просто общаться нормально? Что лично он ему сделал? Они ведь знакомы от силы день, но Артем уже успел, хоть и немного, но помочь им с Эксилэйд в бою, а этот переросток, похоже, до сих пор относится к нему не лучше, чем к убитым авантюристам. И все же ссориться с единственным проводником в новом мире было бы глупо, поэтому Артем решил предпринять попытку урезонить своего спутника.

— Чтобы отразить новое нападение, нам нужно работать сообща, — произнес он настолько спокойно, насколько мог. — А это вряд ли получится сделать, если мы даже не будем разговаривать.

В ответ Фелгир лишь громогласно расхохотался.

— Я сам справлюсь с любым недругом госпожи, — самодовольно проговорил он, протягивая руку за спину и сжимая рукоять своего внушительного оружия. — Этот топор порубил столько твоих поганых соплеменников, человечий выродок, что я уже со счета сбился.

— У меня нет соплеменников в этом мире, — холодно сказал Артем, чувствуя, как в нем растет раздражение.

Ему было, по большому счету плевать, что там Фелгир думает про него лично, но его тупая, агрессивная вера в собственные силу и правоту действовала на нервы, возвращая к жизни неприятные воспоминания.

— На вид вы с ними что близнецы-братья. Мне этого достаточно, — усмехнулся Фелгир.

Как Артем и думал, он действительно был тупым как дерево.

— Любой человеческий выродок хорош лишь тогда, когда лежит в земле. И я всегда готов положить туда новых во славу госпожи Эксилэйд, — самодовольно закончил свою мысль гигант.

— Вот только если бы не я, то твою госпожу бы уже убили! — огрызнулся Артем, рефлекторно сжав кулаки.

Он знал, что ни за что не сможет потягаться в физической силе со своим визави, но и просто стерпеть подобное отношение тоже было нельзя.

— Ты даже не заметил, как к ней подобрался тот мелкий авантюрист! Если бы я не вмешался, Эксилэйд бы уже не было! Она сама это признала!

С этими словами Артем сам сделал шаг к синекожему гиганту и вызывающе взглянул на него снизу-вверх. Зубы Фелгира были сжаты от уже не сдерживаемой ярости, на тонких белесых губах, словно у бешеного пса, пузырилась слюна. Синюю харю исказила такая гримаса, словно гигант увидел перед собой самого мерзкого, отвратительного таракана в мире.

На мгновение наступила тишина, и в ней снова послышался уже знакомый Артему низкий квакающий звук. Фелгир опасно качнул топором в собственной руке, его рот с разодранной губой приоткрылся, но, что бы гигант ни хотел сказать, его прервали самым грубым образом.

Глухое, утробное кваканье раздалось прямо у него из-за спины, и в тот же момент прямо из трясины со всплеском появилась огромная туша. Существо было похоже одновременно на ящерицу и жабу. По покрытой бородавками коже стекала вязкая слизь, тупая, приплюснутая морда была покрыта чем-то вроде шипастого панциря, а выпученные глаза смотрели в разные стороны. В этом мутном взгляде не было ни намека на разум, только тупое, животное желание жрать.

И гигантская жаба явно вознамерилась как можно скорее претворить это желание в жизнь. Не успел Фелгир обернуться, как чудище разинуло пасть, и из нее, словно кнут, выстрелил длинный язык. Артем, увидевший тварь первым, успел отскочить назад, тут же запнувшись за какую-то корягу и упав противную болотную жижу. Фелгиру же повезло меньше. Язык угодил ему в ногу и, судя по всему, тут же намертво приклеился. Ящерожаба рванула его на себя, и гигант повалился на землю, от неожиданности выронив свой топор, который воткнувшись лезвием в мягкую болотную почву. Язык задергался, когда чудище попыталось втянуть Фелгира в раззявленную пасть, но гигант не собирался сдаваться без боя. Прорычав целый ворох проклятий, он вцепился в ближайший корень какого-то дерева. На его ручищах вздулись нечеловечески большие мышцы.

Однако и ящерожаба не планировала упускать свою добычу. Издав раздраженное кваканье, она потянула сильнее, язык напрягся, и в следующее мгновение пальцы Фелгира соскользнули, отпустив извилистые корни.

Артем, до этого в оцепенении взиравший на происходящее, понял, что если ничего не сделать, то его спутника вот-вот проглотят заживо. Не сказать, чтобы он сильно переживал за него, особенно после того, как гигант обозвал его "человечьим выродком", вот только Артем сомневался, что в одиночку сможет хотя бы найти дорогу обратно в замок, не то что к деревне сильвитов, или как их там называла Эксилэйд.

Но с другой стороны, чем он мог помочь? Как вообще можно вступить в схватку с этим? От одного вида отвратительной ящерожабы все инстинкты буквально вопили: "беги, спасайся!" Сама мысль о том, чтобы приблизиться к болотной твари из иного мира казалась безумной.

Борясь со склизким языком, Фелгир безуспешно скреб руками по вязкой почве, пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь. Он потянулся к своему топору, который так и остался торчать из земли рукоятью вверх, но оружие было слишком далеко. Ящерожаба же продолжала неумолимо тащить его к себе.

Видя это, Артем понял, что больше медлить было нельзя. Если он все-таки хотел помочь своему малоприятному спутнику, то нужно было действовать. Пересилив инстинктивный порыв броситься наутек, он вскочил и, наоборот, устремился вперед, выхватывая из-за пояса кинжал. Оказавшись рядом с гигантом, он упал на колени и принялся неистово кромсать язык ящерожабы в том месте, где тот приклеился к кожаному сапогу.

Проклятая штука была склизкой, и сталь то и дело соскальзывала, но Артему все же удалось нанести несколько хороших ударов. Покойный авантюрист славно наточил свое оружие. Сталь была острой, и в тех местах, где она встретилась с языком ящерожабы, из ран начал хлестать отвратительный темный ихор. В конце концов язык все-таки отцепился и с мерзким хлюпающим звуком вернулся обратно в пасть чудища.

Однако, вместо того, чтобы скрыться в болотной жиже, ящерожаба, к ужасу Артема, ринулась прямо на него. Очевидно, примитивный мозг этого создания счел его наибольшей угрозой, которую следовало незамедлительно устранить.

Артем остолбенел, глядя на приближающуюся тушу. Ящерожаба явно намеревалась отомстить ему за нанесенную травму, но в этот же момент кто-то схватил его за плечо и резко, словно куклу, отшвырнул назад.

Артем неуклюже шлепнулся на мягкое место, а перед ним вырос могучий силуэт Фелгира, который уже успел снова взять в руки свой топор. Ящерожаба неслась по прямой, совершая грузные прыжки, но гигант и не думал отходить. С воинственным ревом он воздел секиру над головой, и, как только болотная тварь оказалась совсем рядом, обрушил на нее смертоносное лезвие, словно гильотину.

Раздался мерзкий хруст, когда оружие встретилось с плотью чудовища. Сталь проломила череп твари и вошла в плоть, разрубив голову ящерожабы практически целиком. Из огромной раны, оставленной топором, виднелся располовиненный мозг и другие органы, от которых поднимался пар. От этого зрелища в голову Артема против воли полезли воспоминания о школьном учебнике биологии.

Ящерожаба еще несколько раз рефлекторно дернулась, разбросав вокруг ошметки мха, после чего обмякла, погрузившись в болотную жижу.

В воцарившейся тишине Артем слышал, как часто стучит его сердце. Раздался чавкающий звук. Это Фелгир вынул лезвие своего исполинского топора из черепа ящерожабы. Тот был вымазан в гадкой, темной слизи.

— Идем дальше. Не хочу терять из-за тебя еще больше времени, человечий выродок, — проговорил синекожий гигант, вытирая лезвие об красноватый мох.

Артем кое-как поднялся, но не сделал и шагу. Теперь, когда шок от сражения с болотной тварью немного отступил, его заменила злость на собственного спутника, который, похоже, даже после того, как Артем в очередной раз помог ему, не желал не то что благодарить его, но и хотя бы перестать обзываться.

— Оглохнул, что ли, от страха? — с мерзкой усмешкой произнес Фелгир, видя, что его спутник не двигается с места. — Али в штаны навалил?

— А сам-то! — зло воскликнул в ответ Артем, заставив гиганта вздрогнуть от неожиданности. — Тебя чуть жаба не сожрала, а ты только с воплями руками по земле скреб! И еще мне что-то говоришь?!

Он почувствовал, как руки начинают трястись, но уже не от страха, а от ярости.

Фелгир, кажется, на мгновение опешил, не ожидая столь внезапного словесного отпора. Пользуясь его замешательством, Артем продолжил:

— И вообще, не хочешь сперва поблагодарить меня за спасение? А?! Уже во второй раз, кстати!

Эти слова, кажется, вывели гиганта из ступора, его синяя рожа поменяла цвет, став почти фиолетовой. Видимо, так в его случае выглядел прилив крови к лицу.

— Я бы и сам управился, уразумел, человеческий выродок?! — зарычал он, подходя ближе Артему, но тот и не думал отступать. Теперь в нем бушевал настоящий праведный гнев, вытеснивший все остальные чувства.

— Мало того, что ты неблагодарный, так еще и тупой как пробка! — завопил он прямо в лицо Фелгиру. — Просто признай, что если бы не я, то твоя госпожа бы уже была мертва, как и ты сам!

— Мне не нужна твоя помощь, уразумел?! — прогрохотал синяк. — Я сам защищу госпожу!

— Да ты только болтать и умеешь! — перебил его Артем. — Если ты такой крутой, то почему Эксилэйд вообще понадобился еще один помощник?!

Это было попадание в самое яблочко. Глаза Фелгира снова вылезли из орбит, а зубы сжались так, что казалось, они скоро треснут. Теперь гигант выглядел по-настоящему взбешенным. Если бы не только что пережитый дикий стресс, смешавшийся с приливом ярости, то одной этой кошмарной морды, наверняка, было бы достаточно, чтобы напугать Артема до полусмерти. Сейчас же ярость Фелгира его это только раззадорила, так что он вдогонку обозвал своего спутника парой-тройкой крепких словечек, которые должны были красноречиво сообщить ему о том, что он никакой не великий воин, а просто врун и слабак.

— Я не позволю человечьему выродку вроде тебя так со мной разговаривать! — пророкотал в ответ Фелгир, хватая Артема за рубаху.

Силы в нем явно было во много раз больше, чем ума, ведь гигант без труда поднял его одной рукой. Лицо Артема оказалось прямо напротив безобразной хари гиганта, но вместо того, чтобы испугаться, он, подстегиваемый приступом ярости, завопил:

— Ну, давай, докажи, что ты самый сильный воин! Убей того, кто слабее тебя! Только это ты и умеешь!

На мгновение Артему показалось, что он, все-таки, перегнул палку, и сейчас синекожий гигант и в самом деле зарубит его на месте. Он ведь мог просто соврать Эксилэйд, что Артема на болотах убил какой-нибудь монстр. Впрочем, это будет значить, что Фелгир провалил свое задание, да еще и оказался слабаком, не сумевшим справиться с чудовищем. За время их короткого знакомства Артем понял, что прослыть слабаком его новый знакомый, похоже, боялся больше всего на свете.

Кажется, это предположение оказалось верным, потому что, с секунду поскрежетав зубами, гигант все же разжал свой массивный кулак, и Артем вновь оказался на земле. Какое-то время Фелгир просто сверлил его полным ненависти взглядом, после чего произнес:

— Госпожа Эксилэйд велела отвести тебя в деревню невредимым, и я выполню ее приказ.

Не говоря больше ни слова, он развернулся и молча зашагал прочь, мимо трупа недавно убитой им болотной твари, от которой уже начал распространяться мерзкий смрад, похожий на запах подгнившей тины. Артем же в сердцах выругался себе под нос. Как бы он ни злился на своего спутника, одно было ясно точно — если им попадется еще одна такая ящерожаба, то сам Артем с ней точно не справится, а значит, Фелгира ему, так или иначе, придется терпеть.

С такими невеселыми мыслями он двинулся следом за гигантом.

Глава 8. Дипломатия минус сто

Продолжая путь по болоту, Артем постоянно озирался, помня о недавней ящерожабе, чей труп, разрубленный пополам гигантским топором Фелгира, остался гнить позади. Он внимательно прислушивался к звукам, раздававшимся вокруг, пытаясь различить то самое утробное кваканье. Впрочем, в этом не было особого смысла, ведь тут вполне могли, а скорее, даже точно водились и другие чудища, чьих голосов он не знал, а значит, не смог бы и отследить их приближение.

С другой стороны, они с Фелгиром шагали уже так долго, что в какой-то момент у Артема просто не осталось сил на тревогу и переживания. Все мысли вытеснило из головы ритмичное шлепанье сапог по болотной почве.

Когда-то, в институтские годы, Артем любил ходить в походы, умел ставить палатку в любую погоду и даже ориентироваться на местности без каких-либо приборов. Ему хотелось думать, что он не растерял хоть какие-то из этих навыков после пятилетнего перерыва, полностью посвященного учебе и работе. Стажировка в крупной игровой компании не оставляла времени для длительных походов, разве что на шашлыки выехать летом разок-другой, но это, конечно, было уже не то.

И все же Артем не стал окончательно забрасывать свое физическое развитие, в отличие от многих коллег, которые едва ли не все время своей жизни проводили без движения. Правда, в последний год тренажерный зал стал для него просто еще одним местом, куда можно было сбежать, лишь бы подольше не возвращаться домой, так что радостного в этом было мало. Знал бы он тогда, что ненавистная беговая дорожка поможет ему не свалиться от изнеможения во время похода в другом мире, наверное, занимался бы усерднее.

И все же Артем был рад, что в его теле осталась хоть какая-то выносливость. Он понятия не имел, сколько времени они с Фелгиром шагают по болотам, но ему казалось, что не меньше четырех часов. Смартфон остался где-то в недосягаемо далекой квартире, да, впрочем, он здесь все равно бы не работал, а определить время по небу было невозможно. Артем даже не был уверен, что положение двух лун на небосводе хоть немного поменялось. Можно было предположить, что эта планета вообще не вращается, но разве такое возможно?

Хотя, почему нет? Это ведь был другой мир, который вполне мог работать по своим правилам. Артем где-то читал, что не крутящиеся вокруг своей оси планеты и правда существуют. Может, это была одна из них? Да и вообще, с чего он взял, что это планета? Вдруг мир плоский или вообще квадратный? После ящерожаб и магии от этого места можно было ждать чего угодно. Или, возможно, время тут просто текло как-то по-другому, нежели на родной Земле. Внезапная понимание, что он может, например, состариться с огромной скоростью даже не подозревая об этом, заставило Артема испытать прилив страха, но, прежде чем он успел погрузиться в жуткие размышления, Фелгир, шедший впереди, произнес, показывая вперед здоровенным пальцем:

— Пришли. Вон ихние жилища.

Артем поглядел в сторону, куда указывал гигант, ожидая увидеть какие-то дома или хижины, но не разглядел ничего, кроме деревьев. Зато в глаза сразу бросилась стена, которая будто бы росла прямо из земли, представляя собой что-то вроде живой изгороди, только не из декоративных кустов, а из переплетения твердых, прочных ветвей. Чем ближе они подходили к этой диковинной живой ограде, тем сильнее Артема охватывало волнение. Должно быть, эмоции стали видны на его лице, потому что Фелгир тут же насмешливо произнес:

— Чего сконфузился? Уже передумал, поди, глашатаем быть?

Если он хотел добиться какой-то реакции, то сделать этого у него не вышло, потому что Артем был настолько поглощен предстоящей встречей с обитателями деревни, что вообще не обратил внимания на очередную поддевку.

— Отворяйте! — бесцеремонно заорал гигант, когда они приблизились к живой ограде вплотную. — Мы посланники госпожи Эксилэйд, второй дочери Хладного владыки Раффальгарма, хранительницы Пятого Замка!

Никто не ответил, хотя Артем явственно различил за стеной что-то похожее на перешептывания. Голоса звучали странно, будто шелестящая листва, и все же в этом шелесте явно угадывались слова.

— С тобой пришел человек! Его мы не пустим! — наконец послышался отчетливый голос. Речь неведомого создания, впрочем, мало походила на человеческую, словно дерево затрещало корой, производя на свет слова.

— Слыхал? — Фелгир довольно оскалился, услышав ответ. — Ты им не нравишься.

Артем снова пропустил колкость мимо ушей.

— Я... я этот... — начал он неуверенно, пытаясь вспомнить слово, которым его то и дело называла Эксилэйд. — Энхирре!

Он принялся суетливо нашаривать в поясной сумке тот ледяной кристалл, что получил перед уходом из замка, но тут же сообразил, что из-за ограды его вряд ли кто-то сможет разглядеть.

— Впустите, и я покажу ледышку!

— Что покажешь?.. — несмотря на причудливое звучание, в трескучем голосе угадывалось недоумение.

— Ну этот, как его... — Артем снова начал ломать голову, вспоминая, как свой артефакт назвала Хранительница замка. — Осколок вечного льда Раффальгарма!

К счастью, память его не подвела. За оградой послышались накладывающиеся друг на друга голоса. Там явно шло оживленное обсуждение.

— Человечий выродок говорит правду! — нетерпеливо воскликнул Фелгир. — К тому же, он слабак каких поискать, бояться тут неча!

С этими словами он угрожающе постучал кулачищем по ограждению. Хоть вблизи оно и казалось довольно прочным, но для Фелгира точно не являлось сколько-нибудь значительной преградой.

— А вот меня зато бояться стоит, так что отворяйте, или я ваш забор на дрова порублю! — подтвердив мысли Артема, продолжил гигант.

Похоже, устрашение подействовало, потому что из-за ограды послышалось взволнованный шелест.

— Хорошо, хорошо, — суетливо произнес уже знакомый голос, и в следующий миг ветви, из которых была сплетена стена, пришли в движение с громким треском.

Артем инстинктивно отскочил, но Фелгир не двинулся с места, только презрительно хохотнув. Ветви поползли в стороны, расплетаясь, словно узел, и открывая взору тех, кто стоял по ту сторону.

Артему вспомнился их разговор с Эксилэйд сразу после военного совета в комнате со светящейся картой. Тогда он спросил Хранительницу замка, кто вообще такие эти сильвиты, с которыми ему вскоре предстояло вести переговоры.

— Вообще, они зовутся Сильвитари. Это древний народ лесных жителей, — последовал довольно расплывчатый ответ.

Вероятно, на лице Артема тогда явственно читалась тревога, потому что Эксилэйд поспешила добавить:

— Но не волнуйся, вы сможете поговорить, они... — она внезапно замялась, после чего осторожно закончила, — они не так уж и сильно отличаются от тебя.

Если это была попытка успокоить его, то она полностью провалилась. То выражение с которым Хранительница замка подбирала слова и ее пространные, уклончивые описания заставили Артема только еще сильнее переживать из-за предстоявшей встречи с неведомыми сильвитами. Всю первую часть пути он только и думал об этом, пока не заставил себя выкинуть ненужные мысли из головы. В конце концов, Эксилэйд осталась в замке, а расспрашивать Фелгира было бесполезно — результатом явились бы лишь очередные оскорбления. Единственным выходом было попытаться хоть как-то подготовить себя ко встрече с неизвестным.

План, конечно, был неплохой, однако стоило Артему увидеть существ, до того скрывавшихся за живой стеной, как он мгновенно понял, что к такому подготоваться было просто невозможно. "Они не так уж и сильно отличаются от тебя", — эхом повторились в сознании слова Эксилэйд, теперь звучавшие как насмешка. Нет, в этих существах определенно было что-то человеческое: они стояли на двух ногах, многие, хотя и не все, имели по две руки, но вот остальное... Кожа странных оттенков, от зеленого до желтоватого, нечто похожее на лианы или длинные мягкие ветви вместо волос, а у некоторых прямо на коже виднелись наросты, похожие на древесную кору. В сумраке глаза этих существ, лишенные зрачков, слегка светились желтоватым светом.

Наступило долгое молчание. Артем все еще не мог собраться с мыслями, пытаясь осознать то, что видел перед собой. Впрочем, одно ему быстро стало понятно — сильвиты смотрели на него с неменьшим страхом, чем он на них. Многие нервно переминались с ноги на ногу, исполненные неуверенности. Это вполне человеческое поведение странным образом приободрило Артема. Может, Эксилэйд все-таки была права, и у него с этими существами действительно могло найтись что-то общее? В любом случае, продолжать стоять молча было, как минимум, не вежливо, поэтому Артем поспешил исполнить свое обещание.

— Вот, глядите, — произнес он, вытягивая ладонь с сияющим ледяным осколком.

Вперед осторожно выступил один из сильвитов. Его конечности покрывала кора, хрустевшая при ходьбе, а лицо было скрыто за мшистой, в прямом смысле слова, бородой.

— Ты правда Энхиррэ дочери Хладного Владыки? — произнес он, и Артем узнал его голос, который до этого слышал из-за ограждения. Видимо, этот бородач был для остальных кем-то вроде предводителя или, скорее, старейшины. Артем про себя так его и окрестил.

— Да, да, так и есть, — быстро проговорил он, стараясь как можно скорее прояснить ситуацию. — Я здесь как раз по ее просьбе!

Остальных сильвитов эта информация, кажется, немного успокоила. Некоторые даже опасливо приблизились, чтобы самим разглядеть осколок.

— Энхиррэ-человек — это очень необычно... — задумчиво произнес старейшина, оглядывая Артема.

— Сам в шоке, — ответил тот совершенно честно, разводя руками.

Фелгир рядом презрительно фыркнул, после чего проворчал что-то себе под нос. Артем не стал вслушиваться, и так прекрасно понимая, что гигант думает насчет легитимности его статуса помощника Эксилэйд.

— И что же от нас нужно Второй Дочери? — спросил старейшина, закончив разглядывать новоявленного Энхиррэ.

— Я все объясню, но сперва надо собрать как можно больше жителей деревни, чтобы я обратился к каждому, — произнес Артем, стараясь не думать о том, что означали его собственные слова. Одно дело выступать перед коллегами, хотя и это всегда было волнительно, и совсем другое — пытаться что-то втолковать толпе зеленокожих людей с лианами вместо волос.

И все же, Артему казалось, что, выступая сразу перед всеми, он сможет повысить шансы на успех, поэтому он спросил, стараясь выглядеть как можно более дружелюбно:

— Сможете организовать?

Сильвиты начали переглядываться, совсем как люди, ища поддержки друг у друга. Артем готов был поспорить, что им не хотелось слушать его речь, и они были бы только рады, уберись он тот час же во свояси, но, похоже, вид Фелгира, стоявшего рядом и уже начавшего в нетерпении разминать плечи, заставил старейшину принять противоположное решение.

— Мы сделаем, как ты просишь, Энхиррэ, — проговорил он, слегка опустив голову в почтительном жесте.

Ну, это было уже что-то.

***

Глядя на собравшуюся перед ним толпу лесных жителей, Артем испытывал занятную смесь из эмоций. Страх перед предстоящим выступлением никуда не делся, но, с другой стороны, от абсурдности происходящего даже делалось в какой-то мере смешно. Или, может, это просто была истерическая реакция на весь накопившийся у него за последнее время стресс.

Теперь, когда Артем смог получше разглядеть свою будущую аудиторию, стало ясно, что сильвиты довольно сильно различались между собой — одни были больше похожи на деревья, нежели на людей — заросшие корой, с руками обвитыми ветвями. Другие же имели почти человеческий вид, если не считать волос-лиан, необычного цвета кожи и, конечно, светящихся глаз.

Странное чувство снова овладело Артемом. Ну разве могло все это быть взаправду? Впрочем, он не стал в очередной раз щипать себя. После схватки с авантюристами и долгого похода через болота, от которого ныли ноги, у него уже не оставалось сомнений в том, что все происходящее было реально. И реальность эта состояла в том, что Артему нужно было вдохновить на битву каких-то гибридов между людьми и растениям. Да уж, такое даже в горячечном сне не привидится.

— Ну так что? Будешь молвить свою речь? — раздался рядом голос Фелгира. Вне всяких сомнений, гиганту не терпелось посмотреть на то, как Артем опозорится.

Они оба стояли на небольшом возвышении, прямо под сенью высокого дерева, которое сильно отличалось от всех осталных, что росли на болотах. Оно было выше, стройнее, а на его ветвях виднелись листья и даже какие-то разноцветные побеги, от чего дерево выглядело неуместно нарядно посреди окружающего мрачного пейзажа.

Похоже, здесь было что-то вроде главной площади. К дереву и небольшой поляне перед ним со всех сторон сходились тропинки.

Не желая давать Фелгиру повод подумать, будто он боится начинать выступление, Артем громко произнес:

— Тут собрались все жители?

— Все, кто захотели прийти, Энхиррэ, — прошелестел старейшина, стоявший чуть впереди остальных.

— Хорошо, — пробормотал Артем, собираясь с духом. — В общем... Ну...

Слова застряли в горле. Он подумал, что вместо того, чтобы переживать о всякой ерунде, вроде течения времени в новом мире, ему лучше было бы поработать над речью во время их с Фелгиром похода. Теперь же все предстояло сочинять на ходу. Злобно выругавшись себе под нос, Артем все-таки выпрямился и, набрав в грудь воздуха, продекламировал:

— Мое имя Артем, и меня призвала в этот мир Эксилэйд!

От своих же слов его одолел приступ испанского стыда. Несет чушь, словно какой-то ролевик-толкиенист. И все же, в отличие от лесных сборищь ряженных эльфов с орками, тут все было по-настоящему, и угроза существованию Артема тоже была вполне реальной, так что он быстро взял себя в руки.

— Призвала, чтобы я помог защитить ее замок от захватчиков, которые хотят разграбить вашу деревню, — продолжил он. — Скоро эти люди будут у врат замка, и если мы их не остановим...

Артем сделал паузу для пущего драматизма.

— То они нагрянут сюда и станут убивать всех без разбора.

Что ж, эти слова явно возымели на собравшихся эффект. По рядам древесных людей прошелся шелестящий ропот. Артем был не вполне уверен, хороший ли это знак, но он немого приободрился тем, что смог, по крайней мере, завладеть вниманием своей странной публики.

— В связи с этим, — уже более уверенно произнес он, — нам нужны добровольцы для защиты замка, ведь, к сожалению, на данный момент мы испытываем сильную нехватку э...

Артем замялся, пытаясь подобрать какое-нибудь нейтральное слово. Ему почему-то подумалось, что "солдаты" или "воины" — это не самый лучший выбор, и он оказался совершенно прав, ведь толпа тут же взорвалась криками.

— Я так и знала! Они тоже пришли забирать наших сыновей!

— Зачем их впустили?!

— Нам болше некого вам дать, уходите прочь!

Голоса раздавались со всех сторон, и, несмотря на то, что сильвиты звучали иначе, нежели люди, их интонации не давали усомниться в том, что предложение пришлось, мягко говоря, не ко двору.

— Послушайте, мы не будем никого забирать, все исключительно на добровольной основе... — попытался Артем перекричать толпу, но его тут же заглушили новые протестующие возгласы.

Он уже испугался, что сейчас в него могут полететь камни, но, видимо, присутствие Фелгира удерживало жителей деревни от того, чтобы перейти от слов к действию.

— Это дети Хладного Владыки должны защищать нас, а не наоборот! — послышался высокий голос, пробившийся через какофонию остальных выкриков.

Если раньше Фелгир только с явным удовольствием наблюдал за тем, как мероприятие по набору ополчения терпит фиаско, то от этого заявления он просто взорвался. Отпихнув Артема массивной ручищей гигант выдвинулся вперед.

— Да как вы смеете чего-то требовать от госпожи Эксилэйд?! — заревел он, мгновенно перекрыв своим голосом ропот толпы. Легкие у него, наверное, были размером с пивные кеги. — Она отдает последние силы, чтобы спасти вас, неблагодарные трухлявые пни!

Сильвиты притихли. Многие опустили головы и стушевались. Их было тяжело винить, Фелгир и так выглядел как нстоящее страшилище, а уж в рязъяренном виде и вовсе внушал один лишь ужас.

— Эй-эй-эй, не надо на них кричать, ладно? — попытался Артем угомонить своего разбушевавшегося спутника, подходя ближе. — Ты только хуже делаешь.

— Умолкни, человечий выродок! — рявкнул Фелгир в ответ. На его роже застыло рассвирепевшее выражение. — Я никому не позволю оскорблять госпожу!

— Да это и не оскорбление было, тупица! — воскликнул Артем. — Прекрати истерику, иначе никто не станет нас слушать!

— Тебя и так никто не слушает! — огрызнулся Фелгир, после чего вдруг осекся. Его глаза сузились и он устремил взгляд поверх толпы.

Гадая, что гигант там увидел, Артем посмотрел в ту же сторону и заметил троих сильвитов, в спешке покидающих главную площадь. Тот, что посередине, был чуть выше двух других и, кажется, держал их за руки.

Прежде, чем Артем успел подумать о том, что все это могло бы значить, Фелгир без предупреждения ринулся вперед, прорезая толпу, словно ледокол. Бедным жителям деревни приходилось буквально отпрыгивать в стороны, чтобы его массивная туша не снесла их. Спустя мгновение гигант уже был рядом с беглецами.

— Хотела укрыть своих отпрысков, а?! — воскликнул он, протягивая лапу к троице.

Самый высокий из них обернулся. С того места, где стоял Артем, ему было плохо видно, что происходит, но он заметил, что у этого создания было совсем человеческое женское лицо, и на нем читался настоящий ужас.

— Нет, прошу вас, они еще совсем дети! — взмолилась женщина-сильвит тонким, надрывным голосом, совсем не таким скрипучим, как у старейшины.

Должно быть, остальные двое были ее детьми. Она сгребла их в охапку и плотно прижала к себе.

— А ну отцепись от них, дурная баба! — снова зарычал Фелгир. — Они мужики и могут сражаться, мы их заберем!

Среди остальных сильвитов прокатился тихий ропот, но никто из них не осмеливался вступиться за несчастную троицу. Артем заметил, как всего одна фигура протискивается через толпу, явно намереваясь присоединиться к разборке.

— Нет! Пожалуйста! — продолжала причитать сильвитка-мать, но Фелгир не слушал. Он схватил ее за плечо и со злостью отшвырнул в сторону. Несчастная, вскрикнув, повалилась на землю, а гигант уже потянулся к ее сыновьям.

Артем и сам не понял, как сорвался с места и бросился вперед. К счастью, жители деревни расступились и перед ним.

— Отпусти их, мать твою! — заорал он на ходу, стремительно приближаясь к своему спутнику.

— Зачем? — спросил Фелгир, неохотно оборачиваясь. — Мы нашли бойцов, как ты и хотел. Заберем их и пойдем обратно.

— Нет! — воскликнул Артем сквозь сбившееся дыхание.

Он наконец оказался прямо рядом с гигантом. Сильвитка-мать все еще пыталась подняться, постанывая от боли, а ее дети просто застыли в ужасе, опустив головы и дрожа от страха. Они и правда выглядели как двое человеческих мальчишек, только зеленокожие и с корой на груди и конечностях.

— Отпусти их, я обещал, что мы не будем никого забирать силой! — воскликнул Артем, пытаясь удержать исполинскую руку Фелгира, которой тот тянулся к своим жертвам. С таким же успехом можно было попробовать голыми руками сдвинуть дерево. Под кожей гиганта бугрились каменные мышцы.

— Я не уразумею, ты что, на голову больной? — спросил Фелгир, лениво отпихивая от себя Артема толчком в грудь. — Сначала говоришь одно, потом другое.

Наверное, гигант не вложил в это движение и сотой доли своей силы, но ощущалось оно все равно как удар профессионального боксера. Артем отлетел на несколько шагов, согнувшись пополам и едва устояв на ногах.

— Это ты больной на голову! — не обращая внимания на боль, уже откровенно заорал он. — То же мне, великий воин, дерешься с женщинами и детьми!

— Да какие это дети?! Два здоровых лба, а мамка их укрывает! — прорычал Фелгир, хватая молодых сильвитов за плечи и встряхивая так, что у обоих подкосились ноги.

Да, эти существа были странными, и, наверное, Артем бы лучше предпочел их никогда не встречать, но все же они вели себя так по-человечески. Мать защищала собственных детей — двух перепуганных мальчишек, которых Фелгир хотел забрать на верную смерть, а саму ее ударил просто ни за что. От этого зрелища Артемом овладела какая-то доселе неведомая ярость, и он, что было мочи завопил:

— А ну отпусти их, я приказываю тебе! Приказываю как Энхирре!

К его изумлению, гигант послушался, правда, только для того, чтобы переключиться уже на самого Артема. С недобрым выражением лица Фелгир приблизился, нависнув над ним, словно каменный утес.

— Ты не можешь ничего мне приказывать, понял? — медленно проговорил он. — И никакой ты не Энхиррэ, а просто мелкий, поганый человечий выродок, такой же трусливый, как и эти трое.

С этими словами гигант снова повернулся к своим жертвам, протягивая ручищу, но Артем его опередил. Сам не понимая, что делает, он выхватил из-за пояса кинжал. Мгновение, и лезвие оказалось возле горла Фелгира.

— Оставь их, или я тебя прирежу! — сбивающимся голосом пригрозил он, чувствуя, как сердце начинает биться где-то возле горла. От прилива адреналина кинжал слегка подрагивал в его руке, но Артем старался держать его как можно крепче.

На мгновение Фелгир оторопел. Его маленькие, налитые злобой глаза округлились, но в следующий же миг на физиономию вернулась обычная гримаса, в которой смешивались злость и презрение.

— Совсем спятил, угрожать мне, человечий выродок? — прорычал он. — Да я тебя...

— Что ты меня?! — перебил его Артем. — Что ты мне сделаешь, а?! Твоя начальница... Тьфу!..

От бушевавших внутри эмоций он начал путать слова.

— То есть твоя ненаглядная госпожа приказала тебе меня защищать, а значит, ты не можешь меня убить! И даже ранить! — продолжил он. — И пальцем меня тронуть не можешь! А вот я тебя могу!

На секунду Фелгир обрел потерянный вид, когда его микроскопический мозг начал обрабатывать эту нехитрую мысль.

— В тебе нет ни капли чести, человечий выродок, — проговорил он, наконец осознав собственное бессилие. На лбу гиганта вздулись жилы, а могучие кулаки сжались от тщетной ярости. — Как я и думал.

— Да плевать мне, что ты там думал! — снова воскликнул Артем. — Думай молча, если жизнь дорога! И слушайся приказа — отвали от них!

В доказательство своих слов Артем сильнее прижал лезвие к шее Фелгира, и у того на синей коже выступила полоска густой фиолетовой крови. Гигант, впрочем, даже не повел бровью. Вместо этого он отступил на несколько шагов, продолжая смотреть на Артема так, словно тот был куском собачьих экскрементов, приставших к ботинку.

Наступила тишина, которую нарушало только слабое постанывание сильвитки-матери, что все еще лежала на земле.

Артем не знал, что ему делать дальше, признаться, он вообще не ожидал, что Фелгир его послушается. Впрочем, гигант сам избавил его от необходимости что-то предпринимать. Смачно сплюнув, он развернулся и зашагал прочь.

— Ты куда? — растерянно окликнул его Артем.

Фелгир обернулся, и на его роже заиграла гадкая ухмылка.

— Ты ведь сам приказал мне отвалить, человечий выродок, — произнес он нарочито любезным тоном. — Так что я слушаюсь и повинуюсь.

Звук шлепающих по болоту сапог гиганта постепенно удалялся, и вскоре Артем остался один посреди поселения сильвитов со все еще поднятой рукой, сжимающей кинжал.

Глава 9. Новые знакомства

Артем сидел на камне, закрыв лицо руками. Худшего результата и придумать было нельзя. Мало того, что он не смог убедить сильвитов помочь с обороной замка, так еще и устроил у них в деревне настоящий переполох с избиением беззащитной матери двоих детей. После такого о любой поддержке со стороны древесных людей можно было забыть. План с набором ополчения окончательно и бесповоротно провалился.

Но это было еще пол беды, ведь Фелгир ушел, бросив Артема на произвол судьбы. Каким бы негодяем ни был синекожий гигант, он все равно оставался единственным, кто, по крайней мере, знал дорогу обратно в замок. Сам Артем туда ни за что бы не добрался, особенно учитывая обитающих в болоте гигантских жаб. Да и зачем ему вообще возвращаться, если в итоге авантюристы все равно перебьют всех, кого встретят на своем пути?

Артем тихонько застонал. Как уже много раз до этого, ему подумалось, что, может, сейчас он оторвет ладони от лица и снова увидит свою уютную комнату с горящим в темноте экраном компьютера, а не жуткое болото и деревню древесных людей из иного мира. Лелея этот слабый огонек надежды, он осторожно растопырил пальцы и поглядел сквозь них, но чуда не случилось. Перед ним была все та же площадь с диковинным деревом.

Сильвиты к этому времени уже начали расходиться. Некоторые все еще с опаской поглядывали на Артема, но, кажется, постепенно понимали, что тот не собирался причинять им вреда. К счастью, они и сами не решались предпринять против него каких-либо действий, видимо, рассудив, что лучше просто оставить пришельца в покое.

Артем увидел, как собственные дети уводят под руки сильвитку-мать, которую не так давно опрокинул на землю Фелгир. Она прихрамывала, но, похоже, не сильно пострадала. Хоть какая-то радость.

Через некоторое время поляна перед деревом полностью опустела. Глупо было просто продолжать торчать здесь, упиваясь собственной ничтожностью, но Артем понятия не имел, что может теперь предпринять. С другой стороны, камень, на котором он сидел, был холодным, да и болотный воздух неприятно задувал под плащ покойного авантюриста. Не хватало еще простудиться.

С этими мыслями Артем нехотя встал и огляделся. Как он уже до этого заметил, от площади расходились тропы, вдоль которых виднелись навесы из перекрученных ветвей, покрытые листвой и мхом. Наверное, это и были жилища сильвитов. Они казались не сделанными вручную, как обычные дома или хижины, а выращенными, подобно растениям.

Оставался всего один вопрос: куда Артему идти? Попытаться вернуться в замок? Попробовать найти Фелгира? И что он тогда ему скажет? Извиняться будет? Ну уж нет, ни за что!

Погрузившись в размышления, он не сразу понял, что его кто-то зовет.

— Энхиррэ, — раздался позади высокий шелестящий голос.

Артем резко обернулся. Прямо перед ним стояла женщина-сильвит. Ну или, по крайней мере, она была похожа на женщину, а точнее на молодую девушку. Пропорции тела сильвитки были вполне людскими, как и лицо, юное, девичье и почти человеческое, не считая двух полосок коры, шедших от заостренных ушей к подбородку. Волосы, если можно было так назвать тонкие перекрученные ветви, свисали до пояса, а глаза горели ярким желтоватым огнем. Возможно, если не обращать внимания на все эти странные особенности, то внешность незнакомки можно было даже назвать симпатичной.

На мгновение Артем оторопел, и дело было даже не в том, что он впервые увидел одного из древесных людей так близко, просто сильвиты, похоже, не признавали одежды как таковой. Впервые Артем заметил это еще во время произнесения речи, но тогда он был слишком взволнован, чтобы думать о чем-то еще. Теперь же, когда одна из жительниц деревни стояла прямо перед ним, ее нагота сразу бросилась Артему в глаза.

Чувствуя, как краснеет, он отвел взгляд в сторону и тупо произнес:

— Да, это я...

Сама незнакомка, впрочем, совершенно не стеснялась собственного вида.

— Тебе, э... что-то нужно? — продолжил Артем, скорее, просто чтобы нарушить тишину, нежели потому, что ему правда было интересно.

— Я хотела выразить благодарность, — мягко произнесла девушка-сильвит. — Вы защитили детей Науи-Таитэ Иир. Спасибо за это.

— А... э... Да не за что, — брякнул Артем в ответ неуклюже.

Неожиданно дружелюбный тон незнакомки вместе со словами благодарности еще больше обескуражили его, и все же он, наконец, заставил себя взглянуть на свою собеседницу. В конце концов, отворачиваться от того, с кем говоришь, было просто некрасиво. Это оказалось разумным решением, ведь в этот же момент Артем с облегчением понял, что, несмотря на наготу, видимых половых признаков у сильвитки не имелось. В том месте, где должны была находиться грудь, красовался совершенно плоский нарост из коры, похожий на какую-то броне пластину. Такая же плотная кора виднелась и на конечностях, словом, можно было вообразить, что на ней все-таки надета какая-то диковинная древесная одежда.

— Простите, я ведь не представилась, — спохватилась незнакомка. — Сама я зовусь Сари-Тиаэр Вааэ.

Из этого имени Артем успешно запомнил только самую первую часть, поэтому про себя решил называть новую знакомую Сари.

— Очень приятно, я Артем, — представился он в ответ, гадая, как тут принято знакомиться, нужно ли подать руку или нет?

Впрочем, Сари избавила его от необходимости угадывать, просто слегка склонив голову. Артем сделал тоже самое, рассудив, что этого, видимо, было достаточно.

— Правда, я сам же и привел к вам Фелгира, так что благодарить меня не за что, — виновато произнес он.

— Вы пришли с благородной целью, — поспешила возразить Сари таким тоном, словно и правда хотела подбодрить его. — Но, к несчастью, мы ничем не можем Вам помочь.

Голос сильвитки звучал на удивление приятно, совсем не так как трескучая и отрывистая речь Старейшины или грубый шелест остальных жителей деревни. Он был мелодичным и успокаивающим, словно журчание ручья в чаще леса.

— Это я уже понял, — понуро произнес Артем. — Мне жаль, что все так вышло, просто Фелгир, он...

Приличных слов для того, чтобы описать гиганта, у него не нашлось, но и ругаться перед новой знакомой было как-то неудобно, поэтому Артем просто замолчал, со злостью сжав кулаки. Воспоминания о недавней перепалке были еще совсем свежи.

— Ваш спутник могучий воин, — произнесла Сари. — А могучие воины часто имеют склонность считать тех, кто не может воевать, ниже себя.

— Это точно, — проворчал Артем.

Его новая знакомая была на удивление проницательной.

— Потому я благодарна, что Вы оказались более понимающим и вступились за нас, — продолжила она. — Не уверена, что у меня бы получилось совладать с таким гигантом...

Внезапно Артему вспомнилось, что, прямо перед тем, как броситься останавливать Фелгира, он заметил одного из сильвитов, пробиравшегося сквозь толпу. Так значит, это была Сари. Видимо, она сама хотела вступиться за двоих мальчишек и их мать.

Артем взглянул на свою новую знакомую со смесью уважения и тревоги. Сари была выше остальных виденных им сильвитов, которые едва доставали ему самому до подбородка, а тело ее выглядело жилистым и сильным, но составить конкуренцию в физической мощи Фелгиру она бы точно не смогла, уж это Артем прекрасно знал по себе. Ему даже на мгновение стало жутко от мысли о том, что гигант мог сделать с Сари, вступи они в реальную конфронтацию.

В который раз он уверился в том, что поступил правильно и не зря защитил сильвитку-мать с двумя ее детьми. А злобный синемордый подонок пусть катится куда подальше. Нужно было все-таки дать той жабе его сожрать...

— Вы, должно быть, устали после долгой дороги, — произнесла Сари, оторвав Артема от гневных мыслей. — У нас есть не так много, но я могу предложить Вам кров и пищу.

Учтивая манера речи занятно контрастировала с диковатым обликом сильвитки. Артем впервые увидел древесных людей едва ли больше часа назад, но ему уже стало заметно, что Сари во многом отличалась от остальных обитателей деревни — ростом, манерой речи, да хотя бы тем, что она единственная собралась воспротивиться Фелгиру, когда тот принялся бесчинствовать. Правда, что это все могло значить, Артем не имел ни малейшего понятия.

Зато, под недовольное урчание собственного живота, он вспомнил о том, что не ел с тех самых пор, как перекусил провизией авантюристов еще в замке. Попытка самостоятельно добыть себе пищу посреди болота из иного мира казалась ему равносильной смерти, так что предложение Сари пришлось весьма кстати.

С другой стороны Артем вовсе не был уверен в том, что не отбросит копыта, попробовав еды древесных людей. И все же ему не хотелось отвергать общество, похоже, единственного существа во всей округе, которое было к нему расположено.

Рассудив так, он поблагодарил свою новую странную знакомую за приглашение, и они вместе отправились по одной из троп, расходившихся от центра деревни.

***

Артем с некоторой опаской принял из рук Сари целую горсть темных плодов, напоминавших крупные сливы. Сильвитка отвела на самый край деревни, прямо к живой стене, где они расположились под одним из тех навесов, что Артем видел раньше. По всей видимости, это был дом Сари, хотя на жилище он походил мало. Тут не было никакой мебели, а сидеть приходилось прямо на мшистой земле.

Камина или какой-то печи, о которых мечтал Артем, тут, конечно, тоже не нашлось. Впрочем, это было логично — зачем они нужны сильвитам, если те спокойно могут разгуливать по болотам голышом. Артему было холодно даже смотреть на то, как его спутница ступает босыми ногами по сырой почве, учитывая, что сам он подмерзал под тремя слоями одежды.

Одно радовало, внутри странной хижины, по крайней мере, было сухо, а плотный навес должен был защитить их с Сари от возможного дождя. "Если в этом мире вообще бывают дожди..." — подумалось Артему. В голову тут же полезли мысли о том, что с неба может вдруг начать капать раскаленная лава или кислота, но Артем прогнал их на задворки сознания. Сейчас его интересовал куда более насущный вопрос. Задавать его, правда, было немного неудобно, но речь буквально шла о жизни и смерти, поэтому Артем все же нехотя произнес, кивая на плод:

— Прости за вопрос, но он, случаем, не ядовитый?

Вопреки опасениям, Сари совершенно не обиделась.

— Это плоды Солнцедрева, — спокойно ответила она. — Любое создание может есть их без опаски.

Она внезапно нахмурилась, после чего произнесла:

— Но ведь Вы Энхирре, так что какая разница?

— А разве Энхирре не по чем яд? — удивленно спросил Артем.

Сари слегка наклонила голову. Из-за отсутствия зрачков было сложно понять, что выражает ее взгляд, но Артему он показался изучающим.

— Странно, что Вы не знаете этого, будучи Энхиррэ, — произнесла она после небольшой паузы.

— По правде, меня только вчера сюда и призвали, — поспешил оправдаться Артем, не желая, чтобы новая знакомая заподозрила его во лжи. — Я вообще мало что знаю об этом мире.

К счастью, Сари, похоже, не была склонна считать, что Артем что-то от нее скрывает. Она понимающе кивнула, а затем объяснила:

— Энхирре можно сразить лишь в бою. Проклятия, болезни и яд не сработают, это знают все. Только последний глупец или безумец будет пытаться отравить Энхирре.

Что ж, это, определенно, была хорошая новость. Едва ли не первая за последнее время. Конечно, Сари запросто могла соврать, вот только зачем? Если бы обитатели деревни хотели убить Артема, то могли бы просто напасть всем скопом, к чему такие сложности с ядовитыми фруктами? Да и вообще, не есть в принципе было нельзя, поэтому Артем, сделав глубокий вдох, впился в один из плодов зубами. Плотная кожица треснула, и ему на язык пролился свежий сок.

— Ого!.. — вырвалось у него непроизвольно. — Как вкусно!

Угощение превзошло все ожидания. Мякоть плода оказалась слегка кисловатой, но при этом сладкой и сочной. Сложно было поверить, что нечто подобное можно было вырастить посреди холодных, мрачных болот.

Какое-то время прошло в молчании. Артем с наслаждением поглощал темные плоды, а когда те закончились, Сари с улыбкой подала ему еще. Кажется, его реакция порадовала сильвитку.

— Так значит, в деревне воинов не осталось? — спросил Артем, покончив с едой и от души поблагодарив Сари.

Конечно, он бы хотел поесть мяса, или еще чего-нибудь более питательного, чем фрукты, но, похоже, силвиты такой пищей не располагали. Впрочем, странны плоды были довольно мясистыми, а Сари дала ему их целую кучу, так что Артем в итоге испытал какое-никакое насыщение. Ему даже странным образом начало казаться, что в тело возвращаются силы, потраченные на путь от замка к деревне.

Прежде, чем ответить на вопрос, Сари грустно потупила взгляд.

— Посланники Первого Сына забрали всех, кто хоть немного годится для боя. Никто не знает, живы ли они. Говорят, у Врат Раффальг страшная война.

Артему вспомнилось, как Эксилэйд говорила тоже самое.

— Неудивительно, что остальные так отреагировали, — пробормотал он себе под нос.

После такого было чудом, что сильвиты вообще согласились его выслушать, а не прогнали последними свами, лишь только завидев.

— Но ведь Эксилэйд их защищает... — продолжил Артем, задумчиво перебирая в пальцах огрызок темного плода. — Совсем недавно мы сражались с целой группой авантюристов. Эксилэйд сказала, что если бы они добрались сюда, то никого бы не пощадили. А скоро придут новые...

Сари вновь подняла голову и поглядела прямо на Артема, видимо, раздумывая над тем, что ему ответить. От пристального взгляда сияющих глаз ему стало слегка не по себе, но он не подал вида.

— Это правда, — наконец произнесла сильвитка. — Я видела людей, облаченных в кожу и сталь, и знаю, на что те способны, но другие с ними не встречались. Зато они встречались с посланниками Хранителя Врат. Те разлучали давно сплетенные пары, уводили на бойню их детей. Может, это и не разумно, но их здесь боятся больше.

Видимо, Хранителем Врат Сари называла брата Эксилэйд, чье настоящее имя Артем уже успел позабыть. Слова сильвитки звучали ужасно, но они хорошо объясняли поведение жителей деревни. Похоже, эти создания многого натерпелись, и Артем почувствовал себя еще более виноватым за то, что заставил их снова испытать страх за родных.

— А как же те двое? Которых хотел забрать Фелгир. — спросил он, желая отвлечься от мрачных мыслей.

— Их одних удалось сохранить, — с горечью в голосе ответила Сари. — Они только-только покрылись первой корой. Из них бы вышли плохие воины.

Артем согласно кивнул. Это было очевидно даже ему, впервые встретившему сильвитов от силы час назад. Напуганные молодые ребята точно не годились в солдаты, тем более, что до нового нападения на замок оставалось едва ли больше недели, и на их подготовку в любом случае не хватило бы времени. Наверняка, будучи опытным воителем, это понимал и сам Фелгир, но, похоже, гигант просто хотел сорвать на ком-то свою злость.

— Отец всегда говорил, что каждый должен делать то, для чего годится, а не то, что требуют от него правители, — тихо проговорила Сари. Огонь в ее глазах стал тусклее, будто взгляд расфокусировался.

— А твой отец, — осторожно спросил Артем, — тоже ушел на войну?

Сари слегка вздрогнула, словно пробудившись от мимолетной дремы.

— Нет, но он сейчас все равно очень далеко, — проговорила она медленно.

Ответ был расплывчатым, и Артем решил, что лучше закрыть эту тему. Было очевидно, что его новая знакомая не горит желанием продолжать рассказывать о своей семье.

Сари замолчала, кажется, снова погрузившись в воспоминания, и Артем не стал ей мешать. Он закрыл глаза и попытался хоть немного расслабиться. В ночи слышалось пение каких-то ночных птиц, скрип гнущихся от ветра деревьев, а еще...

Топот?

Это было странно. Артем прислушался, и точно, ему не показалось — где-то вдалеке словно несся табун лошадей. Было в этом звуке что-то тревожное, среди остальных он казался лишним, а еще, будто бы постепенно приближался...

— Послушай, — проговорил Артем как бы невзначай, стараясь, чтобы голос не казался испуганным. — А что это там за звук?

— Звук? — переспросила сильвитка, вернувшись в действительность. — Какой, зв...

Внезапно она осеклась, дернув заостренным ухом. С секунду Сари сидела неподвижно, после чего вдруг резко вскочила на ноги, воскликнув:

— Червивая скверна! Это снова они, как я могла не заметить?!

Впервые за время их с Артемом знакомства она повысила голос. Глаза сильвитки расширились, движения стали резкими и суетливыми.

— Кто "они"? Кого не заметить? — уже в который раз за последнее время Артем задавал вопросы, ответы на которые совершенно не хотел знать.

Впрочем, ответов он и не получил, потому что в следующее же мгновение его новая знакомая буквально вылетела из-под навеса, не сказав больше ни слова.

Судя по такой реакции, топот, раздававшийся все отчетливее, не предвещал ничего хорошего. Артем обреченно застонал. Только он оказался в относительной безопасности, как ему снова что-то угрожало.

"А может, остаться здесь?" — раздался в голове подлый голосок. — "Лечь, зажмуриться, зарыть голову руками, и будь что будет".

Мысль, определенно, была соблазнительной, но Артем поспешил воспротивится ей. Этот проклятый мир, похоже, решил испытать его на прочность, подкидывая опасности на каждом шагу, а значит, бездействовать было глупо. Стоило, по крайней мере, узнать, что происходит. Да и к тому же, Сари была искренне добра к Артему, при этом, совершенно бескорыстно. Было бы низко после такого бросить ее один на один с неведомой опасностью и даже не попытаться помочь.

Да, такого бы Артем себе точно не смог простить, поэтому он, вопреки страху, все сильнее скручивавшему внутренности, выскочил вслед за Сари с громким криком: "Погоди! Я с тобой!"

Глава 10. Поможем друг другу

Артем со все растущим дурным предчувствием взирал на болотный пейзаж. Они с Сари вдвоем стояли за пределами живой ограды, окружавшей деревню. Другие сильвиты остались внутри, под защитой стены из переплетенных ветвей. Находясь здесь, посреди болот, Артем чувствовал себя невероятно уязвимым, будто дикое животное, застывшее в свете фар и ждущее выстрела, что вот-вот оборвет его жизнь.

— Вам лучше пойти к остальным, Энхиррэ, — произнесла Сари, словно угадав его мысли.

Артем бы соврал, если бы сказал, что в тот момент ему не хотелось поступить именно так. Все его естество твердило о том, что нужно поскорее спрятаться от жуткой реальности, убежать, найти самую глубокую дыру и забиться в нее, словно перепуганная мышь, но он уже в который раз отверг этот порыв. В конце концов, если его новая знакомая не боялась выйти за пределы своего поселения, то и Артему было позорно оставаться под защитой стены. Мрачная решимость наполнила его сердце. Чем бы ни являлась неведомая угроза, он встретит ее лицом к лицу, и точка.

Вот только что это была за угроза? Топот становился все отчетливее, и Артем принялся выискивать глазами неведомого врага. Что же за создания издают эти звуки? Из-за кого Сари так переполошилась?

Долго гадать ему не пришлось. Треск ломаемых веток нарушил ночную тишину, когда из леса вырвалась целая стая жутких существ. С такого расстояния, да еще и в полумраке, их было сложно разглядеть, но Артем отчетливо увидел огромные, торчащие словно сабли клыки. Эти создания отдаленно напоминали кабанов, только были куда массивнее и явно во много раз свирепее. Но самое худшее заключалось в том, что они целенаправленно неслись прямо к живой ограде, окружавшей деревню сильвитов.

— Что это за твари? — пробормотал Артем, инстинктивно пятясь назад.

При виде гигантских кабанов его решимость встречать опасность лицом к лицу тут же сошла на нет.

— Болотные клыкари, — отрывисто произнесла Сари, хоть вопрос, заданный Артемом, и был риторическим.

Сама сильвитка стояла на месте, пристально глядя на жуткое стадо, бегущее прямо на нее. Хотя, стадо — это все же было преувеличение. Теперь Артем понял, что кабанов, или клыкарей, как их назвала Сари, на самом деле было всего три, просто из-за размеров они создавали куда больше шума и неразберихи, чем можно было ждать от нескольких животных.

Глядя на свою новую знакомую, Артем уже было подумал, что та просто остолбенела от страха, но это было не так. Сильвитка вытянула в сторону руку, и в это же мгновение из земли начал пробиваться росток. Он поднимался с огромной, неестественной скоростью, прямо на глазах превращаясь в ствол тонкого и изящного деревца. Как только это деревце достигло руки Сари, та рванула его на себя, с удивительной легкостью выдергивая из земли. Теперь она держала в руках длинный узловатый посох, украшенный свежими зелеными побегами.

От этого волшебного зрелища Артем на мгновение позабыл даже о стремительно приближающейся опасности, но дикий визг быстро вернул его внимание к стае клыкарей. Они были уже близко, и он смог разглядеть их получше, о чем тут же пожалел. Разъяренный дикий кабан и в родном мире Артема представлял собой пугающее зрелище, но эти твари были во много раз страшнее — массивные, покрытые колючим черным мехом, больше похожим на шипы, они выглядели по-настоящему инфернально.

Стыдно было признаваться, но сейчас Артем бы предпочел видеть рядом с собой Фелгира. Гигант наверняка смог бы совладать с этими тварями, Сари же была на вид даже слабее самого Артема, а из оружия у нее имелся только странный посох. Хоть он и появился довольно эффектным образом, но на оружие, способное остановить троицу визжащих живых торпед, явно не тянул.

— И... что нам делать-то? — чувствуя, как в груди бешено бьется сердце, спросил Артем, уже тысячу раз обругавший себя за то, что решил поиграть в главного героя приключенческого романа и бросился на подмогу своей новой знакомой, не имея в запасе вообще никакого плана.

Вместо ответа сильвитка ударила своим оружием по земле, и ее глаза вспыхнули ярче обычного. Произошло что-то странное — прямо от того места, где посох соприкоснулся с болотной почвой, от него разошлись светящиеся зеленоватые линни, похожие на переплетения корней.

Раздался оглушительный визг, и Артем понял, что земля разверзлась прямо под одним из кабанов, более того, от туда, будто щупальца неведомого чудища, вырвались спутанные лозы, тут же обвившие здоровенную тушу. Тварь дико брыкалась и визжала как бешеная, но лозы, похоже, были сильнее, неумолимо затаскивая клыкаря под землю. Похожая судьба постигла еще одного адского кабана, но третий, тот, что бежал впереди всех, оказался проворнее своих двух менее удачливых собратьев. Стило земле начать расходиться под его лапами, как он тут же прыгнул, одновременно разорвав устремившиеся к нему путы.

Артем не удержался, выдав целую тираду из ругательств, когда клыкарь с визгом продолжил нестись на них с Сари. Теперь даже недавняя ящерожаба уже не казалась ему такой уж страшной. Она, хотя бы, была довольно неповоротливой, а это отродье двигалось с ужасающей скоростью.

Сильвитка, впрочем, продолжала стоять на месте. Ее посох снова ударил по земле, вызвав зеленоватое свечение. Кабан подпрыгнул, но в следующее мгновение прямо из мшистой почвы вырвались два острых деревянных шипа. С гадким звуком разрываемой плоти они вонзились в шкуру кабана, пробив тварь насквозь и появившись с противоположных сторон, окрашенные темной кровью. Клыкарь забился, издавая разрывающий череп визг, но вырваться ему было не суждено. Еще один удар посоха о землю, и три новых шипа окончили его жизнь.

Артем уже хотел было выдохнуть, снова неизвестно как избежав верной смерти, но Сари вдруг закричала ему:

— Прочь от него, скорее!

На мгновение Артем впал в ступор. Зачем было отходить, отродье ведь явно издохло, но хорошенько над этим поразмыслить у него не вышло, потому что Сари просто налетела на него, отталкивая всем своим весом. Весла она явно немного, но этого хватило, чтобы Артем тюфяком повалился на землю, и очень вовремя.

Послышался странный звук, словно лопнул гигантский воздушный шар. Оглушительный хлопок сотряс округу, и что-то забарабанило по земле, будто град. Кряхтя, Артем начал подниматься на ноги и тут же выдал новую порцию ругательств, ведь его взору открылось по-настоящему гротескное зрелище: кабан исчез, а вокруг повсюду валялись ошметки плоти. Они разлетелись по болоту словно какое-то кошмарное конфетти. Болотный мох был забрызган густой, почти черной кровью.

— Этот кабан... что... взорвался?.. — запинаясь, спросил Артем, пытаясь хоть как-то осмыслить произошедшее. Стоило ему решить, что он начал немного привыкать к новому миру, как тот тут же поспешил подкинуть ему новый безумный сюрприз.

— Да, — ответила Сари, тоже вставая с земли. — С ними всегда так происходит после смерти. В подтверждение ее слов раздалось еще несколько хлопков, заставивших Артема вздрогнуть. В тех местах, где лозы затащили адских кабанов под землю, в разные стороны полетел мох вперемешку с новыми фонтанами крови и ошметков.

Какое-то время Артем просто стоял, в неверии глядя на поляну перед деревней сильвитов. Им снова овладело чувство полнейшей нереальности происходящего. То, что он только что увидел, походило на какой-то ночной кошмар или горячечный бред, и все же он уже много раз убеждался в том, что мир вокруг был вполне осязаем, а еще крайне опасен, и это значило, что нужно было взять себя в руки и вернуться к самой главной задаче, что стояла перед ним.

— Знаешь, нам с Эксилэйд бы пригодилось... — произнес он, указывая на торчавшие из земли шипы. Он не придумал как описать то, что только что лицезрел, поэтому закончил довольно неуклюже:

— ...в общем, вот это. Сари взглянула на него, и, даже несмотря на сияющие глаза, по которым мало что можно было считать, Артем понял, что сильвитка испытывает чувство вины.

— Я понимаю, о чем Вы хотите попросить, Энхиррэ, и я бы с радостью помогла в обороне замка, но оставлять деревню нельзя, — произнесла она. — Вы с господином Фелгиром можете отразить нападение, а можете и проиграть, но если я уйду, то деревня в любом случае будет разрушена. Сари горько покачала головой.

— Кроме меня здесь никто не сможет позвать корни на помощь, никто не умеет сражаться.

С этими словами она аккуратно поставила свой посох на землю, и тот за несколько мгновений снова превратился в небольшое деревце. Вся магия, виденная Артемом в новом мире до этого момента, была угрожающей, направленной лишь на причинение вреда, так что это невинное чудо хоть немного подбодрило его после очередной кровавой драки.

— Но раз ты умеешь сражаться, то почему же тебя не забрали вместе с остальными? — спросил Артем, наконец оторвав взгляд от деревца.

Уже запоздало он подумал, что этот вопрос может обидеть Сари, но та ответила совершенно спокойно.

— Обычно нашим женщинам положено взывать к корням только для исцеления ран или выращивания новых древ, — проговорила она. — Посланники Хранителя Врат не сочли, что сильвитка вроде меня может быть полезна в битвах.

Сари взглянула на Артема, лукаво сощурив свои светящиеся глаза.

— А кто я такая, чтобы переубеждать мудрых посланцев Первого Сына?

Артем усмехнулся в ответ. Осознание того факта, что этому столь чуждому с виду созданию знакомо чувство юмора, на удивление обнадеживало.

— Так значит, это уже не первый раз? — спросил он, кивая на то, что осталось от клыкаря, пронзенного шипами. На них уже начали распускаться небольшие побеги нежно-розового цвета, что довольно дико контрастировало с безобразными кусками мяса, разбросанными вокруг.

— Далеко не первый, — угрюмо ответила Сари. — Мы обосновались здесь недавно, думали, место будет хорошим, но потом стали приходить клыкари. Такое может случиться в любую ночь.

Услышав слово "ночь", Артем мельком взглянул на небо. За все время, проведенное за пределами замка, он еще ни разу не увидел солнца, так что ему уже начало казаться, что ночь тут царила круглые сутки. В голову снова полезли бессмысленные мысли о течении времени и прочих особенностях нового мира, но он поспешил прогнать их на задворки сознания. Куда важнее был тот факт, что он наконец-то нашел потенциального соратника, да еще и, по всей видимости, довольно могущественного! Эту возможность точно нельзя было упускать, ему во что бы то ни стало нужно было привлечь Сари на свою сторону.

— То есть, все дело только в клыкарях, да? — спросил Артем. — Если бы они перестали вас донимать, то ты бы пошла со мной?

— Разумеется! — с готовностью воскликнула сильвитка. — Люди, несущие сталь, тоже очень опасны, я знаю это, но...

Она замялась, после чего добавила:

— Мы уже все перепробовали. Сколько этих клыкарей ни убивай, всегда приходят новые.

Слова Сари заставили Артема вздрогнуть. Было в них что-то очень неправильное, нелогичное. Какая-то назойливая, но не оформившаяся мысль не давала ему покоя, он чувствовал, что во всем происходящем есть какой-то смысл, которого не улавливает ни он сам, ни его новая знакомая.

Или, может, дело было как раз в том, что во всем происходящем не было смысла? Внезапное понимание заставило Артема встрепенуться, словно его ударило током.

— Эти существа, — произнес он, почесывая подбородок. — Они ведь животные, верно?

— Так и есть, — подтвердила Сари слегка недоуменным голосом.

Наверное, это и правда было очевидно, но, как Артем уже много раз убеждался, в новом мире ничего нельзя было принимать как должное, поэтому он решил перестраховаться.

— Но это ведь странно, — продолжил он. — Разве нет?

— Что странно? — переспросила Сари, кажется, еще больше растерявшись.

— Да все это странно! — воскликнул Артем, обводя рукой поле недавнего сражения с клыкарями. — В моем мире тоже есть животные, но они повинуются инстинктам и не станут просто, сломя голову, бежать на верную смерть, да еще и строем...

Внезапно он усмехнулся, поняв, что забыл про самую странную деталь.

— И они уж точно не взрываются, если их прикончить! Он выразительно взглянул на сильвитку.

— В вашем мире все иначе?

Какое-то время Сари помолчала, обдумывая его слова, после чего произнесла:

— Мы недавно здесь поселились, и я совсем ничего не знаю об этих болотах, — с каждым новым словом она звучала все менее уверенно. — Я думала, может, они чем-то заражены...

От упоминания некого "заражения" Артем почувствовал волну страха, которую, впрочем, смог быстро подавить. Совсем недавно он узнал, что, похоже, обладает иммунитетом к ядам и болезням, а значит, и бояться было нечего. И все же он брезгливо счистил со своей одежды несколько приставших к ней кровавых ошметков.

— Но Вы правы, это какая-то нелепица! — тем временем раздосадованно воскликнула Сари. — Клыкари едят, что придется, и не нападают просто так.

Зачем им вдруг понадобилась наша деревня?! В порыве совершенно несвойственной ей злости, сильвитка пнула ногой мох, отправив в полет целый ком болотной земли. Будучи ребенком, Артем и сам любил делать так, когда отец брал его по грибы. Веселее было только разбивать палкой трухлявые пни и изнчитожать заросли крапивы, воображая себя первопроходцем в джунглях.

— Почему я раньше об этом не подумала?! — снова воскликнула Сари, и Артем решил немного поддержать свою новую знакомую.

— Не надо винить себя, — произнес он мягко. — Знаешь, иногда нужен тот, кто взглянет на проблему под другим углом.

Артем говорил совершенно искренне. Не сосчитать, сколько раз он не замечал какую-то очевиднейшую деталь, пока кто-то из коллег не указывал на нее.

— Послушай, — обратился он к Сари, которая, похоже, не прислушалась к его увещеваниям и продолжала злиться на саму себя. — Сейчас важно то, что у нас общие цели. Я хочу, чтобы ты помогла защитить замок, а ты хочешь избавиться от клыкарей. Так давай поможем друг другу!

Слова Артема, похоже, вернули его собеседницу в реальность, и она пристально уставилась на него.

— Но как Вы собираетесь помочь? — произнесла Сари неожиданно резко. — Конечно, Энхиррэ славятся как могучие воины, но...

Внезапно она осеклась, прижав ладонь ко рту.

— Прошу прощения, я не имела в виду...

Артем только отмахнулся.

— Да все нормально, — поспешил он успокоить сильвитку. — Я и сам знаю, что боец из меня никудышный, но!..

Он поднял вверх палец, чтобы придать своим следующим словам побольше важности.

— Наша цель ведь не убить всех клыкарей, а отвадить их от деревни, так?

С этими словами Артем взглянул на Сари таким же взглядом, каким обычно смотрел на коллег, которым предлагал какую-то идею.

— Так... — согласилась сильвитка, явно не совсем понимающая, к чему он клонит.

— Отлично! — продолжил Артем, принявшись расхаживать по поляне. — А раз с клыкарями что-то не так, то сперва стоит выяснить, что именно. Ведь понимание — это ключ к решению проблемы. Согласна?

Он снова пристально посмотрел на Сари, ища одобрения.

— Пожалуй... — все еще растерянно ответила та.

— Как думаешь, можно будет понять, что именно не так с этими созданиями, если, скажем, изучить одного из них? — спросил Артем, наконец добравшись до главной части своей речи. — Вдруг тогда получится и придумать, как прекратить эти нападения? Какое-то время Сари молча стояла, явно обдумывая эту мысль.

— Возможно, наша травница и смогла бы что-то разузнать, — наконец произнесла она. — Но клыкаря нельзя изловить. Он будет пытаться вырваться и убить нас, пока не умрет...

— А потом взорвется, — мрачно закончил за нее Артем.

Что ж, сильвитка озвучила довольно логичную проблему. Адские кабаны были огромными, ростом с самого Артема, и наверняка невероятно сильными и тяжелыми. Как вообще ловить подобное создание? Если только использовать транквилизаторные дротики как во всяких заповедниках, но нечто подобное в мире, находящемся на средневековом уровне развития, вряд ли существовало.

Хотя, почему нет? Тут ведь была магия, так что попытать счастье все же стоило.

— А вот скажи, нельзя ли... — Артем толком не знал, как сформулировать безумную идею, которая поселилась в его голове, но все-таки решил попробовать. — Нельзя ли усыпить одну такую тварь или вырубить как-то?

Сари снова задумалась, принявшись теребить в пальцах свой локон, если можно было так назвать переплетение тонких лиан, что спадали ей на плечо, после чего не совсем уверенно произнесла:

— Думаю, это возможно.

— Серьезно? — отропело переспросил Артем. Он вовсе не ожидал, что его внезапная идея сможет дать хоть какие-то плоды, особенно учитывая, что до этого все его предложения воспринимались Эксилэйд и Фелгиром как полнейшая глупость.

— Да, — уже тверже проговорила сильвитка. — Ай-Ис Шиир такое должно быть по силам.

— Ай-Ис... Шиир?.. — еле выговорил Артем новое имя. — А кто это?

Глава 11. Снотворное для адских тварей

Когда Сари и Артем прошли сквозь расступившуюся перед ними живую стену, остальных обитателей деревни уже и след простыл. Видимо, они разбрелись по своим делам, поняв, что опасность миновала. Только уже знакомый старейшина дожидался их возвращения. Он поблагодарил Сари за очередное спасение деревни от клыкарей, правда, слова его были вымученными и сухими, да и вообще, дряхлый сильвит будто бы испытывал перед спутницей Артема неловкость или даже страх.

Сари приняла благодарность, хоть та и была скудной, после чего старик с явным облегчением поплелся прочь. Проводив взглядом удаляющуюся сгорбленную фигуру, Артем посмотрел на свою спутницу. Свет глаз Сари как будто слегка померк, и сильвитка поджала губы. Как бы она не стремилась вести себя беспристрастно, было очевидно, что произошедшее ее расстроило. Артем хотел было что-то сказать, попытаться подбодрить ее, но не придумал ничего дельного. Он понятия не имел, в каких отношениях Сари состояла с остальными жителями деревни, да и порядков, принятых у сильвитов, он тоже не знал, поэтому просто промолчал, принявшись теребить краешек плаща в неловкой тишине.

Впрочем, Сари быстро взяла себя в руки, проговорив:

— Идемте, Энхирре, не будем терять времени.

Артем согласно кивнул, и они пошли мимо жилых навесов и диковинных сильвитских деревьев. Последние были поменьше, чем то, что росло на главной площади, но выглядели такими же живыми и нарядными, в отличие от голых бледных стволов, что торчали по всему остальному болоту.

Никто из встретившихся им по пути жителей деревни даже не попытался заговорить с Сари или сказать ей спасибо, а ведь она только что собственноручно спасла всех их от участи быть раздавленными насмерть троицей разъяренных клыкарей. Раньше Артем бы подумал, что они просто побаиваются его, человека, но теперь, увидев поведение старейшины, он начал подозревать, что дело было не только в этом.

— Пришли, — голос сильвитки оторвал Артема от раздумий.

Сари привела его в самый дальний конец поселения, ко входу в какую-то пещеру. Корни нескольких деревьев здесь переплелись причудливым образом, образовывая темный проход, уходивший под землю. Артем заметил возле входа два валуна, на которых были нацарапаны непонятные знаки, похожие ни то на какую-то клинопись, ни то на наскальные рисунки. Он хотел было спросить, что это такое, у Сари, но та уже двинулась вперед, поманив его за собой.

Поначалу Артем думал, что спускаться следом за сильвиткой будет тяжело из-за кромешного мрака, но внутри пещеры было вовсе не так темно, как показалось на первый взгляд. Источник света тут, правда, был весьма необычным. Пол, стены и даже потолок усеивали грибы со светящимися шляпками, которые и наполняли проход равномерным голубоватым свечением. Артем вспомнил, что уже видел подобное в полуразрушенном замке Эксилэйд, где такие же грибы освещали целые помещения, порой торча прямо из каменных стен.

Однако здесь были и другие растения: цветы, кустики, миниатюрные деревца. Все это явно посадили специально, от чего пещера напоминала диковинную подземную аранжерею. Артем подумал, что у такого сада просто обязан быть садовник, и оказался прав — рядом с одним из кустов на корточках кто-то сидел.

— Ты хоть спала, Ай-Ис? — громко спросила Сари, и неизвестный тут же встрепенулся.

— Сари-Тиа! — разнесся по подземелью звонкий голос. — Привет!

Незнакомый сильвит вскочил и обернулся. Это тоже оказалась девушка, но, если Сари на вид была чуть младше Артема, то сильвитка из пещеры выглядела как девчонка лет шестнадцати-семнадцати. Она была ниже его чуть ли не на голову, худая, с большими горящими глазами. Коры на ее теле виднелось куда меньше, чем у других жителей деревни, а волосы походили на охапку луговых трав, со вплетенными в них цветами.

— Я как раз думала отдохнуть, — начала молодая сильвитка отвечать на вопрос Сари. — Но ростки ветролозицы немного подвяли, и...

Внезапно она осеклась, после чего благоговейно протянула:

— О-о-о! Ты привела с собой Героя Непокоренных!

Новый титул звучал намного помпезнее, чем малопонятное "Энхирре", от чего не слишком понравился Артему. Он даже почувствовал, как к лицу приливает краска.

— Я не... э... — начал он было мямлить, но в следующее мгновение юная сильвитка уже оказалась прямо перед ним.

— Я Ай-Ис Шиир! — объявила она с улыбкой, сияющей почти также ярко, как ее глаза.

Внезапно она замялась, бормоча:

— Как же там у людей принято знакомиться?.. Слышала, нужно соприкоснуться губами...

— Нет, это другое! — поспешил прервать ее Артем, понимая, что теперь и в самом деле покраснел до ушей. — Вот!

Он протянул Ай-Ис Шиир ладонь, и та с готовностью схватила ее обеими руками. Как Артем и думал, кожа у нее была прохладной и слегка влажной, прикосновение к ней навевало мысли о траве, покрытой утренней росой.

— Ай-Ис та самая травница, про которую я Вам рассказывала, Энхирре, — произнесла Сари, и Артем отчетливо услышал в ее голосе непривычные нотки веселья. До этого момента его спутница всегда говорила подчеркнуто ровно и учтиво, можно даже сказать, монотонно.

— Ты рассказывала про меня Энхирре?! — тут же воскликнула Ай-Ис, отпуская Артема и бросаясь к Сари. — Надеюсь, что-то хорошее? Про то, как я разбираюсь в травах?

Она чуть ли не приплясывала на месте, и Артем понял, что и сам против воли начинает улыбаться, таким забавным было это зрелище.

— Конечно, — с теплотой ответила Сари, кладя руку юной сильвитке на макушку и аккуратно проводя ладонью по перепутанной копне трав и цветов, заменявшей той волосы. — И сейчас тебе как раз представится шанс показать свои умения.

***

— Здорово! — воскликнула Ай-Ис, когда Сари с Артемом рассказали ей свой безумный план. — Значит, идем ловить клыкаря?

Ее глаза прямо-таки полыхнули желтоватым огнем, что Артем расценил как проявление крайнего энтузиазма. Если бы только он сам испытывал по поводу предстоящего им дела столь же позитивные эмоции. К несчастью, все было с точностью до наоборот — стоило ему только подумать о новой встрече с жуткими болотными тварями, как разум тут же сковывали тиски страха.

Сари настрой юной сильвитки тоже явно не впечатлил.

— Я бы предпочла не подвергать тебя опасности... — проговорила она со вздохом. — Но нам не дотащить такую тушу до деревни, а значит, осмотреть клыкаря нужно будет на месте.

— Не волнуйся, я не увяну, — произнесла Ай-Ис мягко. — Со мной ведь будешь ты...

Она спохватилась, поворачиваясь к Артему.

— А еще Энхирре! — ее и без того большущие глаза еще сильнее расширились. — Слышала, один из Героев Непокоренных прошлого обрастал камнем и становился крепким, словно скала! А другой умел обращаться вихрем и расшвыривал врагов в стороны!

Она взмахнула руками, иллюстрируя только что сказанное, после чего уставилась на Артема, видимо, ожидая что тот расскажет и о своих невероятных способностях. Под этим пристальным взглядом горящих глаз он вдруг понял, что впервые за последнее время не хочет признавать себя слабаком. Почему-то именно искренний энтузиазм этой девочки и ее непоколебимая уверенность в могуществе Энхирре, заставили Артема жалеть, что у него нет хоть какой-то суперсилы.

— Ну... я такого не умею... — пришлось ему, наконец, нехотя сознаться.

Юная сильвитка, впрочем, ни капли не расстроилась.

— Ну и ладно, все равно ты Энхирре, а Сари-Тиа даже сильнее, чем многие древопевцы из Вечносветлой рощи, так что...

Внезапно она осеклась, уловив на себе взгляд собственной подруги.

— Прости, вечно я лишнего болтаю, — виновато проговорила юная травница, закрывая рот ладошкой.

Сари улыбнулась, показывая, что не сердится.

— Но у нас ничего не получится, если мы не усыпим клыкаря, — произнесла она. — Скажи, ты сможешь...

Не успела она договорить, как Ай-Ис уже уже бросилась к своим цветам, воскликнув:

— Конечно, смогу!

Она начала аккуратно срывать какие-то побеги, бормоча:

— Можно взять за основу снотворное, которое я делаю для стариков... Только убрать от туда бледнокорень, чтобы действовало мгновенно... Ах, да, клыкарь ведь большой!..

Она резко обернулась, выпалив:

— Как думаете, сколько сильвитов в одном клыкаре?

От этого вопроса Артем впал в ступор, а Сари неуверенно проговорила:

— Может, шесть или семь?..

— Тогда сделаю как на двадцать! — жизнерадостно воскликнула Ай-Ис. — Чтобы его точно свалило!

По прошествии некоторого времени юная травница с гордостью представила гостям результат своей работы — деревянную ступку, в которой плескалась грязно-зеленоватая жижа. Ай-Ис накидала туда каких-то листьев и кореньев, после чего все перетерла, в конце выжав в ступку сок из пупырчатого плода, походившего на инопланетный лимон.

— А это правда сработает? — задумчиво проговорил Артем, с некоторым недоверием глядя на получившуюся жидкость.

Слова сами вырвались, и он уже было подумал, что мог обидеть своими сомнениями молодую травницу, но та, ни капли не смутилась.

— Конечно! Если хоть капля смешается с живительными соками клыкаря, он точно уснет, — заверила она Артема.

— Ай-Ис дочь знахарки, она смыслит в травах и снадобьях. — подтвердила ее слова Сари, и молодая сильвитка тут же довольно заулыбалась, явно польщенная похвалой.

Что ж, сам Артем в травах и снадобьях не смыслил ровным счетом ничего, поэтому ему оставалось только довериться своим новым знакомым. По крайней мере, Ай-Ис выглядела уверенной в собственных силах, что внушало некоторый оптимизм.

— А где же сама знахарка? — спросил он.

Артем, конечно, не знал, в каком возрасте сильвиты считаются взрослыми, но на вид Ай-Ис была совсем молодой, а ему почему-то казалось, что главной травницей в деревне должна быть женщина постарше.

Этот вопрос вызвал неожиданную реакцию. В пещере, где до этого шла оживленная беседа, вдруг воцарилась тишина, от которой Артему стало неуютно.

— Когда отца и брата забрали на войну, мама начала сильно болеть, — спустя несколько мгновений тихо проговорила Ай-Ис, и, впервые за время их с Артемом знакомства, ее лицо омрачилось, а яркий огонь глаз потускнел. — Знахари знают, как лечить раны и хворь тела, но хворь души лечить сложнее...

Травница опустила голову и с горечью скривила губы.

— К несчастью, хворь души иногда тоже заставляет увядать, особенно такая сильная, — закончила она, и Артем тут же почувствовал себя полным идиотом.

— Прости, не надо было спрашивать, — поспешил он сказать извиняющимся тоном.

— Ничего, — ответила Ай-Ис, расправив плечи и подняв взгляд. — Знания мой мамы теперь живут внутри меня, а папа и братец сильные, они точно вернутся.

— Верно, — поддержала ее Сари, положив ладонь молодой сильвитке на плечо. — Так и будет.

Какое-то время все трое молчали, после чего Ай-Ис нарушила тишину:

— Так как именно мы будем ловить клыкаря? — в ее голос вернулся уже ставший привычным энтузиазм.

Вопрос был хорошим, и он мигом вернул Артема к насущным проблемам. Раздобыть усыпляющее снадобье — это только полдела. Ему пришли на ум слова знахарки о том, что сонное зелье должно смешаться с "живительными соками клыкаря". Логика подсказывала, что это значило "попасть в кровь", ну или, по крайней мере внутрь организма. Ружье с дротиком, конечно, было бы идеальным решением, но, за неимением такового можно было воспользоваться каким-нибудь луком или... Артем мысленно проклял себя за то, что не прихватил вместе с кинжалом еще и арбалет убитого им нижелюда. Вот он-то сейчас бы пригодился как никогда.

Хотя, разве это был единственный вариант?

Ему вдруг вспомнилось, как однажды мать с ужасом рассказала новость о догхантерах, которые повадились травить собак в парке возле дома. Она тогда очень перепугалась за их мопса Штруделя, большого любителя полакомиться какой-нибудь дрянью, найденной на земле. Со Штруделем, к счастью, ничего не случилось, а вот коварные методы догхантеров в данной ситуации вполне могли сработать.

— А что если, скажем, скормить клыкарям отравленное мясо? — осторожно спросил Артем.

Это определенно был самый лучший план, ведь тогда никому из всей троицы даже не пришлось бы приближаться к адскому кабану до того, как тот отрубится. К несчастью, все надежды Артема тут же вдребезги разрушила Ай-Ис.

— Мы уже пытались их травить или заманивать в ловушки едой, — сказала она с досадой в голосе. — Только они ничего не едят. Даже если затопчут кого-то из деревни, то просто бросают тело.

А вот и еще одна странность. Артем начал думать, что он, похоже, не ошибся, рассудив, что с клыкарями творилось что-то неладное. Где это видано, чтобы дикие животные отказывались от падали? К тому же кабаны, которые, по крайней мере, в его родном мире, готовы были сожрать вообще все что угодно.

Вот только это понимание совершенно не облегчало задачу, стоявшую перед троицей новоявленных охотников.

— Тогда надо подстрелить его стрелой, смазанной этим снадобьем, — высказал Артем ту мысль, которая пришла ему первой.

— Что такое стрела? — озадаченно спросила Ай-Ис, заставив Артема в очередной раз впасть в короткий ступор.

— Ну, ими из лука стреляют, — принялся неуклюже объяснять он. — Оружие такое — палка с веревкой, то есть с тетивой... Не знаешь что ли?..

— А, поняла! — оживленно воскликнула Ай-Ис. — Из таких стреляют аэлве!

— Кто? — на этот раз пришла очередь Артема задавать вопрос.

Ответа он, правда, так и не услышал, потому что их с травницей разговор прервала Сари.

— У этих тварей толстая кожа, почти как камень, — сказала она серьезно. — Можно пробить только на брюхе. Я могу позвать на помощь корни, обездвижить клыкаря и приподнять над землей, но поразить его должен будет кто-то другой.

Она посмотрела сперва на Ай-Ис, потом на Артема. На ее лице явственно читалось беспокойство.

— Сама я не могу двигаться, когда вызываю к корням, а клыкари очень сильны, все нужно будет сделать быстро, пока он не вырвался, — закончила она свою мысль.

— Я тебе помогу! — тут же с готовностью произнесла Ай-Ис, и Сари вздрогнула от ее слов.

Она бросила быстрый взгляд на Артема, после чего опустила глаза, замолчав. По лицу Сари было видно, что внутри у нее идет борьба, и Артем прекрасно понимал, почему. За время их непродолжительного знакомства с молодой знахаркой он уже понял, что та была едва ли не единственным близким человеком — или сильвитом — для Сари. Остальные жители деревни по какой-то причине сторонились ее, и только здесь, рядом с Ай-Ис, она выглядела веселой.

Артем тихонько застонал. Как бы он хотел промолчать и позволить двум сильвиткам сделать все самим, отсидеться в кустах, крича: "Давайте, я в вас верю!" Но в глубине души он уже знал, что этому не бывать. Нельзя было позволить юной травнице просто подвергать себя опасности, и нельзя было заставлять Сари беспокоиться за свою единственную подругу. Тем более, что план по поимке клыкаря он предложил сам.

— Нет! — выпалил Артем чуть громче, чем собирался, заставив обеих сильвиток вздрогнуть.

— Это сделаю я, — закончил он уже более спокойным тоном.

Стоило ему прризнести это, как Сари тут же облегченно выдохнула, а Ай-Ис воскликнула:

— Ух ты! Я знала, что Энхирре храбрец! Прямо как в сказаниях!

Артем вздрогнул. Восторженный возглас Ай-Ис пробудил в нем какое-то забытое, давно утерянное чувство. Ему захотелось не просто выжить, в очередной раз избежав тех ужасов, что готовил ему новый мир, но и проявить себя, доказать, что он достоин странного титула, которым его здесь нарекли, и тех слов, что он только что услышал.

Глава 12. Появление босса

— Что это такое? — произнес Виктор, в недоумении приподнимая бровь.

Начальник Артема сидел в своем кресле, а перед ним на столе лежало заявление об увольнении по собственному желанию.

Виктору было под сорок, и он занимал пост креативного директора "Песни Элементов", самого успешного проекта студии, с момента начала разработки. Вообще, Артему всегда нравился его кабинет, и раньше он находился тут с удовольствием. В отличие от некоторых других руководителей, Виктор и правда любил игру, за разработку которой отвечал. Об этом говорили плакаты, висевшие на стенах и фигурка на его столе — Фенрог, первый и самый узнаваемый босс из "Песни Элементов". В лучах заходящего солнца рогатый монстр с огненной секирой выглядел довольно зловеще, как и сам Виктор, взиравший на Артема, хмурясь.

Подняв со стола листок с заявлением он несколько раз помахал им перед собой.

— Такие вещи нужно сначала обсуждать, а не ставить меня перед фактом! — Виктор покачал головой с видом полнейшего непонимания. — Да и с чего ты вообще вдруг решил уволиться?

Артем почувствовал, как внутри у него все сжимается. Ему и так было паршиво, но от осознания, что начальник даже не понимает, в чем причина его желания уйти, стало еще хуже.

— Но я ведь все испортил... — промямлил он, глядя в пол. Голос был сдавленным. — Из-за моей ошибки запуск дополнения...

Виктор не дал ему договорить.

— Господи, это что, из-за того мелкого бага?! — он закатил глаза, воздев руки к небу. — Я тебя умоляю, все поправили за десять минут! Вопрос решен! Это же такая мелочь по сравнению со всей остальной работой, что вы проделали!

Не такой реакции Артем ждал. Слово "мелочь" будто бы эхом продолжало звучать в черепной коробке. Нет, для него это была вовсе не мелочь. По какой-то неведомой причине Артему хотелось, чтобы начальник подтвердил его никчемность, отругал и вышвырнул из компании, а не вел себя так, будто он вообще ничем не провинился.

— Но для игроков это важно, — снова начал Артем. — Они так ждали выхода патча, топы готовились проходить боссов на скорость...

От этого аргумента Виктор просто отмахнулся. Вместо него заговорил еще один человек, присутствовавший в кабинете.

— У нас тут не киберспорт, а мобильная игра. Выдали всем по пятьсот кристаллов, и народ успокоился, — мягко произнесла Вероника, главный комьюнити-менеджер.

Хоть она была и старше Артема, но выглядела все равно как девочка-подросток — низкая, с покрашенными в голубой волосами и в смешной кофте. Это ощущение только усиливал розовый телефон, обклеенный аниме-стикерами, который она протянула Артему. На горящем экране неслись быстро сменявшие друг друга сообщения в игровом чате.

— Видишь, все уже обсуждают задницу новой героини, а про баг никто и не вспоминает, — с улыбкой произнесла она, явно пытаясь приободрить коллегу пошловатой шуткой.

Впрочем, она была права — чат заполняли обычные сообщения о купле-продаже вещей, обсуждения игровых механик, героев, идиотские шутки и разборки по любому поводу. Все было так, как должно было быть, словно всего каких-то пару часов назад не случился настоящий коллапс, словно чат и группы в соцсетях не ломились от обвинений и проклятий в адрес разработчиков, которые сломали долгожданное подземелье на самом релизе, сделав одного из боссов неубиваемым из-за ошибки.

Ошибки, которую допустил Артем.

Наверное, стоило радоваться, что игроки уже отошли, что, как верно заметила Вероника, все уже переключились на другие темы, но, как и в случае с начальником, Артему хотелось, чтобы все было наоборот. Ему хотелось, чтобы люди злились. Причем злились именно на него, потому что сам он злился на себя так, как уже давно не злился. Да и как было не злиться? Наконец-то ему доверили что-то важное, что-то существенное, и он все равно умудрился напортачить, заставить других исправлять собственную ошибку. Как неудачник. Как обуза.

"Все-таки брат был прав..." — прошептал подленький голос в голове.

От этой мысли Артему стало почти физически плохо.

— Последний месяц кранчили все, так что пара ошибок — это ожидаемо, — вернул его в действительность голос Вероники.

— Вот-вот! — вторил ей Виктор, грузно поднимаясь с места и направляясь к Артему. Он был довольно крупным человеком, что только придавало ему дополнительного авторитета. — Ты, похоже, просто перетрудился, и неудивительно!

Он по-отечески похлопал Артема по плечу.

— Иди-ка сегодня домой пораньше. Дополнение выпущено, можно выдохнуть, а завтра выходные. Прочисти голову, не думай о работе, а в понедельник возвращайся и поговорим, лады?

— И так, на будущее, — с доброй ухмылкой проговорила Вероника. — У нас все документы уже давно подписывают онлайн. Сто лет не видела письменных заявлений.

— Точно! — хохотнул Виктор, после чего сгреб бумажку с Артемовыми каракулями, скомкал ее и метко, отработанным движением, забросил в урну, стоявшую в углу.

Из-за доброго отношения, которое эти двое к нему проявляли, Артему стало просто невыносимо противно от самого себя. Мало того, что он испортил запуск дополнения, так еще и устроил истерику перед начальством, словно ребенок, которому требуется повышенное внимание. И успокаивали его сейчас тоже как капризного мальчишку.

Пробормотав что-то невнятное, он быстро покинул кабинет, желая только провалиться сквозь землю от стыда.

***

Артем проснулся от того, что кто-то мягко, но настойчиво тряс его за плечо. Всякий раз, выныривая из забытия, он ждал увидеть потолок комнаты в столь привычном ему родном мире, но, похоже, стоило начинать привыкать к тому, что этого не произойдет. Перед затуманенным спросонья взором появилось лицо Ай-Ис на фоне поросли светящихся грибов.

— Мы готовы идти, — весело сообщила она.

Через плечо юной сильвитки было перекинуто что-то вроде сумки, сделанной из листов неведомого растения, а взгляд был наполнен предвкушением. Сам же Артем ощутил только тоску, как будто его разбудили перед казнью и сейчас предложат последнюю трапезу.

— Ага... — заторможенно протянул он, поднимаясь с холодной земли.

Пока две его новые знакомые собирались на охоту, сам Артем решил немного передохнуть, но, по всей видимости, довольно быстро отключился, привалившись к стене пещеры. Глядя на двух сильвиток, стоявших перед ним, он уже в который раз подумал о том, что происходящее больше похоже на сон чем настоящие сновидения: две зеленокожие девушки с лианами и цветами вместо волос стоят перед ним в окружении грибов, светящихся словно лампы дневного света. Вот только странный сон скоро должен был обернуться кошмаром, ведь Артема ждало близкое знакомство с адским кабаном. Однако поворачивать назад было уже поздно, поэтому он только стоически произнес: "Я готов", после чего все трое двинулись в путь.

Снаружи подземелья было тихо. Сумрак сгустился, и Артем подумал, что ночь в этом мире, похоже, вообще никогда не заканчивается. Перспектива больше не увидеть солнца казалась довольно грустной, и он тоскливо взглянул на небо. Рукав галактики, похожий на млечный путь, но при этом совершенно чуждый, был хорошо виден. На его фоне сияли две уже знакомые луны — голубоватая и оранжевая. Теперь-то Артем окончательно убедился, что они действительно двигались по небосводу, просто куда медленнее, чем он привык.

На мгновение Артем застыл, глядя на эту невероятную картину. При всех ужасах, которые он уже успел пережить и которые, несомненно, еще ждали его впереди, он точно был единственным человеком с планеты Земля, который видел нечто подобное. Эта мысль немного приободрила его, как и Ай-Ис, которая вприпрыжку бежала впереди, указывая дорогу, и, казалось, не испытывала ни малейшего страхи или волнения.

Артему вспомнился рассказ юной травницы о собственной семье. Может, она с такой готовностью вызвалась помогать им с Сари, чтобы отвлечься от мрачных мыслей о матери, брате и отце? Артем и сам так делал, при чем не раз — закапывался в работу, выкидывая из головы все остальное. Хотя, сравнивать проблемы на работе и ссоры с девушкой с потерей сразу всей семьи было даже как-то стыдно. По сравнению с тем, что пережила Ай-Ис, собственные неприятности из прошлого мира вдруг показались Артему до смешного незначительными. А ведь юная сильвитка, в отличие от него, не унывала и не жалела себя.

Трое ночных охотников прошли сквозь живую ограду и направились через болото к лесу, который теперь казался еще более темным и мрачным. Остатки убитых Сари клыкарей полностью исчезли, будто бы растворившись в почве. Впрочем, приглядевшись получше, Артем понял, что это было не совсем так. В тех местах, где до этого лежали ошметки мяса, теперь торчали шляпки грибов, которые, также как и те, что были в пещере, испускали равномерный свет, только более слабый и белесый. Все это явно не было простым совпадением, однако, толком поразмыслить над произошедшим Артему не удалось, ведь Сари и Ай-Ис шли быстро, и уже довольно скоро все трое добрались до опушки леса.

Закрученные ветви, похожие на костлявые лапы, сцеплялись и над головой, переплетаясь подобно жутковатой паутине. Артем мысленно отругал себя за то, что даже не подумал соорудить факел или что-то вроде того. Сари и Ай-Ис либо могли видеть в темноте, либо ориентировались как-то еще, а вот сам он с трудом разбирал дорогу.

— Куда мы идем? — спросил Артем, аккуратно переступая через узловатый корень, выступавший из влажной, покрытой красноватым мхом земли.

— Когда клыкари не нападают, они обычно просто слоняются по лесу, — с готовностью отозвалась Ай-Ис.

— Я несколько раз видела их на поляне, — добавила Сари. — Если повезет, мы выследим одного и усыпим вдали от остальных. Друг на друга они внимания тоже не обращают.

Эти слова заставили Артема в очередной раз задуматься. Выходило, что адские кабаны ничего не едят, ни на что не реагируют, слоняются по лесу и только периодически бегут целым стадом на деревню.

— Как зомби... — пробормотал он в задумчивости.

— Как кто? — переспросила Ай-Ис.

— Да это так, страшилка с моей родины, — рассеянно ответил Артем. — Типа, ходячие мертвецы.

Сильвитка с интересом склонила голову.

— Говорят, далеко на западе есть колдуны, способные поднимать увядших из земли, — произнесла она.

Услышав слова подруги, Сари поморщилась, словно эта мысль казалась ей отвратительной, и тут Артем был с ней полностью солидарен. Он внутренне содрогнулся от осознания того факта, что в этом мире, похоже, существовала настоящая нежить.

— Даже если они существуют, то но не думаю, что кто-то из них поселился на здешних болотах, — сказала Сари, и ее слова немного вернули Артему спокойствие.

— Ну, знаете, на самом деле, зомби не обязательно должны быть мертвыми, — произнес он, вспоминая столь любимые Мариной фильмы ужасов. — Это могут быть и живые существа, в которых, например, вселился какой-нибудь злой дух или паразит...

Внезапно Артем осекся. Им овладело уже знакомое чувство, буквально кричавшее о том, что у всего происходящего была какая-то очевидная связь, что оставалось найти всего один недостающий фрагмент этой загадки, и все сразу станет ясно. К сожалению, пока этот фрагмент ускользал от Артема, да и думать было не так-то просто. Ветки скребли по одежде и неприятно кололи, размытая почва под ногами хлюпала, от нее поднимался густой запах болотной сырости. Артему по-прежнему приходилось очень внимательно следить за тем, куда он ступает, так что он решил пока отложить размышления о природе поведения адских кабанов. В конце концов именно за тем, что разгадать эту тайну, они и собрались поймать одного из них живьем.

Несмотря на то, что вокруг царила ночь, лес жил своей жизнью. Где-то раздавались голоса, очевидно, принадлежавшие птицам, протяжные завывания, похожие на крики гагар, сменялись стрекотанием, словно гигантское насекомое скреблось в отдалении. Стоило Артему подумать об этом, как окружающие ветви тут же начали казаться ему лапами гигантских пауков. Пришлось силой прогонять из сознания жуткие картины. К счастью, пока ему не встречалось подобных тварей, а спрашивать своих спутниц о том, водятся ли такие в округе, он не стал, рассудив, что, в данном случае, блаженство и правда в неведении.

— Стойте! — вдруг шепотом произнесла Сари, прервав поток жутковатых образов в голове Артема, и они с Ай-Ис послушно замерли.

Артем прислушался. Среди остальных звуков, к которым он уже начал понемногу привыкать, раздавался еще один, новый, похожий на тихое похрюкивание. Разумеется, издавать его здесь могло всего одно существо.

— Нам повезло, — подтвердила его догадку Сари, после чего начала аккуратно продвигаться вперед, ловко лавируя между стволами деревьев.

Артем следовал за ней, стараясь как можно меньше шуметь, Ай-Ис кралась рядом. Спустя какое-то время стволы деревьев расступились, открывая взору довольно просторную поляну. Сари вытянула руку, снова веля спутникам остановиться, и все трое с опаской выглянули из-за дерева, наконец увидев то, что искали.

Адский кабан был ровно таким же ужасным, как и его недавно почившие сородичи — огромный, черный, с колючей шерстью и безобразной мордой. Он, к счастью, похоже, и правда находился в каком-то подобии транса, не замечая прячущуюся за деревьями троицу. Он медленно бродил безо всякой цели, то и дело спотыкаясь. Из полуоткрытой пасти на мшистую землю капала густая сероватая слюна, от которой поднимались облачка пара.

— Отлично, он здесь один, — тихо проговорила Сари, после чего обернулась к Артему. — Вы готовы, Энхирре?

Тот кивнул, внезапно осознав, что у него до сих пор не было оружия, которым он, согласно плану, должен был поразить клыкаря в брюхо. Глупо было задумываться об этом только сейчас, однако, волнение, пережитый за последнее время стресс и отсутствие нормального сна, должно быть, уже начали влиять на ясность ума Артема.

Сари будто бы услышала его мысли. Она ухватилась за ближайшую ветвь, и под ее кожей начал течь ручеек сияющей зеленоватой энергии. В эту же секунду ветвь стала удлиняться, выпрямляясь, после чего и вовсе безо всяких проблем отсоединилась от ствола.

— Держите, — сказала сильвитка, вручая Артему дело собственных рук. — Это пригодится.

Тот только глупо кивнул, принимая волшебный дар. Ветвь казалась на удивление прочной, а ее наконечник был идеально заострен — ни дать ни взять настоящее копье.

— А тут снотворное, Энхирре, — прошептала Ай-Ис, протягивая Ариему что-то вроде закрытого бутона, видимо, заменявшего склянку для снадобий. Выглядела молодая травница так, словно собиралась посмотреть увлекательнейший спортивный матч.

Артем едва успел сунуть сонное зелье в собственную поясную сумку, когда Сари уже начала красться вперед, к тому месту, где шатался неприкаянный кабан-зомби. Приближаться к этому созданию казалось равносильным самоубийству, но другого выбора у Артема не оставалось, поэтому он, перебарывая инстинкт самосохранения, поплелся следом.

Мшистая, болотистая почва проседала под ногами, попадавшиеся тут и там ветки хрустели, но пока кабан, похоже, не обнаружил присутствия недоброжелателей. Он все также шатался по поляне, словно упившийся до беспамятства человек, уже не понимающий, где вообще находится. И все же, несмотря на безразличие клыкаря, что-то начало беспокоить Артема. Какой-то древний, примитивный инстинкт подсказывал, что происходит нечто неладное, хоть на первый взгляд вокруг ничего и не изменилось. Сари все также, практически бесшумно, двигалась по направлению к своей жертве, только мох слегка шуршал в полной тишине.

Артем вздрогнул, внезапно осознав, что именно его так беспокоило. Опытные лесники и охотники всегда говорили, что бояться стоит не звуков в лесу, а их отсутствия. Если затихают птицы, прячутся звери, значит, поблизости бродит кто-то по-настоящему большой и опасный. Можно было предположить, что виной всему был сам адский кабан, но до этого звуков в лесу было хоть отбавляй, а тишина наступила совсем недавно.

Артем хотел было поделиться этим опасением с Сари, которая, похоже, полностью сосредоточилась на своей цели, однако, прежде, чем он успел хоть что-то произнести, из лесной чащи донесся оглушительный визгливый рев, согнавший с верхушек деревьев стайки птиц и других неведомых крылатых созданий. Звук этот был настолько громким, что голова у Артема пошла кругом, и он едва не повалился на землю. Ощущение было таким, словно череп вдруг начали сверлить. Стараясь унять головокружение и восстановить равновесие, Артем схватился за лоб, простонав:

— Что это такое?

— О, нет... — вместо ответа прошептала Сари.

Такой ответ Артему совершенно не понравился. До этого момента сильвитка была абсолютно уверена в том, что делала, а теперь, казалось, оцепенела от страха, застыв на месте и испуганно вглядываясь в темную лесную чащу, туда, где должно был скрываться существо, породившее на свет столь жуткий звук.

— Объясни, что происходит? — снова спросил Артем, хватая свою спутницу за локоть и встряхивая, в попытке вывести из охватившего ее ступора, однако, в следующе же мгновение ответ явил себя сам.

Послышался еще один громогласный визгливый рев, сопровождаемый треском ломаемых деревьев. Несколько стволов со стоном покосились, после чего и вовсе рухнули, а вслед за ними на поляну вышло чудище.

Теперь-то реакция Сари стала полностью понята. Артем со сворачивающим внутренности ужасом уставился на тварь, застывшую на фоне поваленных деревьев. Если обычные клыкари уже сами по себе казались ему огромным, то этот был еще крупнее — размером с микроавтобус или небольшой грузовичок. Два красных, налитых кровью глаза горели в ночной темноте, из открытой пасти поднимался пар, а клыки и вовсе были похожи на две исполинские сабли.

— Я думала, она не выходит из чащи... — в смятении проговорила Сари, все еще стоявшая как вкопанная.

— Она? — переспросил Артем. — Так это самка?!

Впрочем, как следует удивиться он не успел, потому что адская кабаниха, издав новый оглушительный визг, бросилась прямо на них через поляну.

Глава 13. Когда женская особь опаснее мужской

Уже позже Артем подумал, что в тот момент его жизнь, вероятно, спасли инстинкты, выработанные за игрой в компьютер. Видя стремительно приближающуюся кошмарную тварь, он вспомнил виртуальных противников, которые действовали похожим образом — просто неслись на игрока с намерением протаранить. Убегать по прямой от таких было бесполезно, помогал только резкий прыжок по диагонали и вбок. Вот и сейчас Артем сделал то же, что когда-то делал в играх — изо всех сил рванул в сторону, пихнув вперед себя Сари, которая по-прежнему стояла в полной растерянности.

Мох полетел из под сапог, а сам Артем кубарем покатился по земле. Сучья и камни, валявшиеся на поляне, больно кололи даже через одежду, но сейчас это было последним, о чем стоило беспокоиться.

В следующее же мгновение гигантская туша пронеслась мимо. Послышался треск. Артем поднял голову и увидел, что кабаниха на всей скорости врезалась в поросль деревьев, разом повалив несколько на землю. Страшно было даже подумать, что произойдет, если ее клыки встретятся с человеческой плотью. Артему наверняка хватит одного такого удара, чтобы его приключение в ином мире завершилось навсегда. Подгоняемый этой жуткой мыслью, он поспешил подняться на ноги, после чего помог встать и Сари. Похоже, жесткое падение наконец вывело сильвитку из ступора, и она, тяжело дыша, пробормотала:

— Спасибо, Энхирре...

— Не за что, — коротко отозвался Артем. — Что будем делать?

— Уходите обратно в деревню вместе с Ай-Ис, — выдохнула Сари, глядя на адскую кабаниху, которая исступленно раскидывала в стороны поваленные деревья так, словно это были щепки. — Я попробую ее задержать.

Предложение было заманчивым. Меньше всего Артему сейчас хотелось ввязываться в безнадежное сражение с очередной кровожадной тварью, в несколько раз превышавшей его самого размером.

— Скорее, Энхирре, — поторопила Сари своего спутника. — С матерью Вам ни за что не справиться! Убегайте!

Поспорить тут было сложно. Артем зло выругался от собственного бессилия. Как ни грустно было это признавать, Фелгир, в итоге, оказался прав. Никакой он не Энхирре, не герой из легенд, а просто обычный человек, да еще и совершенно бесполезный в бою. Куда ему, офисному работнику, тягаться со всякими чудищами из другого мира? И все же он не мог просто сбежать, оставив товарища в беде, как последний трус.

Сари хотела что-то сказать, вероятно, снова поторопить Артема, но ее прервал новый визг, от которого, казалось, затряслись окружающие деревья. Оправившись после столкновения, кабаниха начала готовиться к новому рывку. Ее торчащий во все стороны щетинистый мех то сдувался, то раздувался, из ноздрей валил пар, а с клыков сочилась пузырящаяся слюна. Злобные красные глаза были нацелены на добычу.

— Врассыпную! — закричал Артем, когда тварь ринулась вперед.

Сари, впрочем, и сама догадалась, что нужно было делать. Они отскочили в противоположные стороны, вновь избежав столкновения с несущимся на всей скорости чудищем.

Увидев, как Сари поспешно поднимается на ноги, Артем облегченно выдохнул, но облегчение оказалось преждевременным. Позади сильвитки снова раздался визг, но не такой громкий, и, прежде, чем Артем успел сообразить, что происходит, на нее набросился второй клыкарь, про которого они с Сари оба уже успели позабыть. От прошлой заторможенности не осталось и следа, теперь адский кабан казался не менее проворным и агрессивным, чем его сородичи, недавно напавшие на деревню.

Визжащее отродье обрушилось на ничего не подозревающую Сари всем своим весом. Артем инстинктивно сжался, видя, как его спутницу отшвырнуло на добрую пару метров, словно куклу. К счастью, сильвиты, похоже, были крепче простых людей. Удар, после которого сам Артем точно уже никогда бы не встал, оказался для Сари не смертельным. Приподнявшись на локте, сильвитка вытянула вперед руку с уже знакомым Артему посохом, и как раз вовремя. Кабан кинулся вперед, наклонив голову и явно намереваясь насадить свою жертву на клыки, но тут из земли, как и в прошлый раз, вырвался целый рой корней. Словно десятки жгутов, они обвились вокруг тела клыкаря, не давая приблизиться к добыче.

Лицо Сари исказила гримаса боли, и Артем понял, что то волшебство, которое она использует, дается сильвитке с огромным трудом. Посох дрожал в ее руках, а вместе с этим будто бы ослабевали и сдерживавшие тварь путы.

— Сари-Тиа! — послышался отчаянный возглас.

Через поляну, сломя голову, бежала Ай-Ис. Ее лицо была перекошено гримасой ужаса.

— Нет!.. Не подходи!.. — прохрипела Сари, но подруга не слышала ее, зато услышал Артем.

Он знал, что Ай-Ис не владела теми же силами, что и Сари, да и к тому же была совсем миниатюрной и хрупкой, даже по сравнению с другими обитателями лесной деревни, но она все равно без раздумий ринулась на помощь своей подруге, и теперь ей тоже грозила смерть.

Послышался треск, и несколько корней, удерживавших клыкаря, лопнули, а за ними еще несколько, и еще... Словно в замедлении Артем видел, как огромная тварь вырывается из пут, с визгом бросаясь в сторону двоих сильвиток. Не вполне осознавая, что делает, он ринулся наперерез жуткому созданию. К счастью, древесное копье все еще было у него в руках, и Артем, издав истошный вопль, скорее от страха, нежели от желания устрашить противника, со всего размаху ударил создание этим оружием. Он ожидал, что копье встретит сопротивление или вообще просто сломается о, казалось, непробиваемую шкуру клыкаря, но оно вошло в плоть как раскаленный нож в масло. Дикий визг ударил в уши, проникая прямо в мозг и резонируя внутри черепа.

Только сейчас Артем понял, что копье угодило адскому кабану прямо в глазницу, откуда теперь хлестала густая кровь. Тварь бешено забилась в конвульсиях, разбрызгивая вокруг зловонную слюну. Оружие выскользнуло из руки, когда кабан принялся метаться из стороны в сторону в предсмертной агонии, после чего завалился на бок со все еще торчащим из глазницы древком.

Все произошло так быстро, что Артем даже не успел толком понять, что сделал. Клыкарь сдох? Он убил эту тварь? В это было сложно поверить, но кабан не двигался. Праздновать победу, впрочем, было рано. Еще более громкий визг вернул Артема к действительности. С одной проблемой было покончено, но главная угроза все еще была живее всех живых, и, похоже, рассвирепела пуще прежнего.

— Вставай, — сбивающимся от неровного дыхания голосом сказал Артем, наклоняясь к Сари и протягивая ей руку.

Сильвитка лежала на земле, шумно втягивая воздух. Столкновение с клыками адского кабана явно не прошло для нее бесследно: в нескольких местах зеленая кожа приобрела темно-бурый оттенок, а левая рука была вывернута под неестественным углом.

— Давай, же Сари-Тиа, — умоляюще приговорила Ай-Ис. — Нужно встать!

Она попыталась приподнять свою подругу, но та только застонала.

Позади послышался визг, сигнализирующий о том, что кабаниха уже была готова ринуться в новый смертоносный забег.

— Идите... — еле слышно пробормотала Сари. Из ее рта стекали несколько струек "смолы", свет в глазах казался блеклым, мерцающим, будто лампочка, что вот вот перегорит.

"Может, послушаться? — пронеслась в голове Артема мысль. — Попробовать вытащить хотя бы Ай-Ис". Он взглянул на молодую травницу. Действительно ли он хотел спасти ее или просто искал удобный предлог, чтобы оправдать собственную трусость и сбежать?

— Ай-Ис, оставь меня... — снова прохрипела Сари, но та замотала головой, схватив собственную подругу под руки и начав, что есть мочи, тащить.

Это удавалось ей плохо. Юная сильвитка явно не отличалась физической силой, она надрывалась, стонала от напряжения, но Сари едва ли хоть немного сдвинулась с места.

Глядя на эти тщетные потуги, Артем почему-то снова вспомнил рассказ Ай-Ис о собственной семье. Она ведь уже лишилась матери, отца и брата, а теперь могла лишиться еще и единственной подруги.

При чем из-за него!

От внезапной мысли перехватило дыхание. Ведь точно! Это Артем предложил поохотиться на клыкаря, это из-за него Сари и Ай-Ис оказались здесь! Нет, после такого он не мог просто бросить хоть одну из них на произвол судьбы!

Испытывая дикий прилив адреналина, от которого вся действительность словно замедлилась, Артем резко обернулся, увидев перед собой жуткую картину: огромная кабаниха как раз сорвалась с места. Ее красные, взбешенные глаза пылали в ночи, тварь неслась с огромной скоростью, словно грузовой поезд или дальнобойная фура, разогнанная до зашкаливающих скоростей обезумевшим водителем.

Чувствуя, как земля уходит из-под ног от смеси страха и перевозбуждения, Артем растопырил руки в глупой, безумной попытке защитить своих спутниц. Визг твари оглушил его, исполинская туша заслонила собой весь обзор, и Артем уже приготовился оказаться пронзенным или растоптанным в лепешку...

Но ни того, ни другого не случилось. Вместо этого на пути кабанихи вырос могучий силуэт. В лунном свете блеснуло лезвие гигантского топора, что обрушился на тварь, вступив в соприкосновение с ее клыками.

Артем отпрянул назад. Сердце бешено колотилось, на спине выступил холодный пот, но он был все еще жив. Подняв голову, он уставился на своего внезапного спасителя. У того была массивная, словно кусок скалы, спина, грязные белесые волосы и синяя кожа. Отлично знакомый образ завершала нечеловечески большая секира.

— Фелгир? — ошарашенно пробормотал Артем, глядя, как гигант борется с наседавшей на него кабанихой.

Тварь впала в настоящее бешенство. Из пасти брызгала слюна, глаза налились кровью.

Фелгир сделал шаг назад, одновременно замахиваясь. Наверняка он, как и в прошлые разы, собирался всадить лезвие противнику прямо в череп, мгновенно закончив бой, но не тут то было. Кабаниха мотнула головой, и огромный клык лязгнул об оружие гиганта. Должно быть, этот удар обладал по-настоящему чудовищной мощью, потому что Фелгир не удержал свой топор. Громко выругавшись, он выпустил рукоять, и оружие, закрутившись, отлетело в сторону.

Триумфально завизжав, кабаниха ринулась вперед, намереваясь разом раскидать всех своих противников, но Фелгир просто схватил ее прямо за клыки. Его и без того гигантские мышцы вздулись, на них проступили фиолетовые вены, а сам он зарычал подобно зверю, борясь с тварью голыми руками.

Вне всяких сомнений, Фелгир был силен, но противник, с которым он столкнулся, был больше и, похоже, крепче даже той жуткой жабы, которую они встретили по пути в деревню сильвитов. Сапоги гиганта погрузились глубоко в мох, руки и ноги дрожали от напряжения, изо рта вырывался уже не воинственный клич, а сдавленный хрип. Артем понял, что если просто стоять, то кабаниха вот-вот пересилит своего противника, и тогда не поздоровится всем, кто оставался на поляне.

Нужно было что-то сделать, помочь гиганту, но как? Как бороться с этим жутким созданием, казавшимся попросту непобедимым?

Внезапно в голове Артема прозвучал голос Сари: "Единственное уязвимое место у них на брюхе." Он спешно нашарил в поясной сумке странный бутон. К счастью, после всех падений и перекатов, тот все еще оставался цел, и внутри плескалось заветное зелье.

Артем окинул взглядом поляну. Копье, что Сари сотворила для него, все еще торчало из трупа убитого клыкаря. Добраться до него сейчас не представлялось возможным, но у него ведь оставалось и другое оружие. Ладонь сама легла на рукоять кинжала, что все еще был заткнут за пояс. Стараясь не думать о том, что именно собирается сделать, Артем принялся обильно поливать лезвие сонным снадобьем.

Опустошив весь бутон, он вернул свое внимание Фелгиру, который изо всех сил старался оттолкнуть от себя гигантскую тушу, но было очевидно, что кабаниха вот-вот одержит над ним верх.

— Подними ее! — крикнул Артем, надеясь, что гигант услышит его сквозь визг, издаваемый кабанихой. — Хоть немного!

К счастью, Фелгир услышал. Он взвыл, собирая оставшиеся силы, и всем своим весом навалился на адскую тварь, толкая вперед. Его ручищи задрожали еще сильнее прежнего, и передние лапы кабанихи слегка оторвались от земли. Она бешено забилась, стараясь высвободиться, но Фелгир держал ее крепко. Между землей и брюхом твари появился зазор, и Артем понял, что это, наверное, его единственный шанс осуществить задуманное.

Выдавая на ходу целую тираду из нецензурных ругательств, он пронесся мимо Фелгира и на полной скорости шлепнулся на пятую точку. Как и ожидалось, сырая, мшистая земля отлично скользила. Жуткая морда кабанихи пронеслась над Артемом, и в следующее мгновение он оказался прямо под розоватым брюхом, которое, как и обещала Сари, было совершенно беззащитно.

Схватив кинжал обеими руками, Артем, что есть мочи всадил его между двух рядов сосков. Клинок вошел в плоть по самую рукоять, вне всяких сомнений доставив снотворное в организм кабанихи. Вот только если оно и подействовало, то эффект, вопреки словам Ай-Ис, был вовсе не мгновенным. Кабаниха завизжала от боли, начав бешено молотить передними лапами. Массивное копытце пронеслось прямо перед лицом Артема, грозя проломить череп, но он все же успел перекатиться вбок, чудом избежав опасности.

Как раз в этот момент с кабанихой начали происходить изменения. Лапы двигались все медленнее, а огонь животной ярости в маленьких глазницах потух. Теперь взгляд адского отродья казался расфокусированным и бестолковым. Визг стих, кабаниха несколько раз недоуменно хрюкнула, словно сама не понимая, что с ней происходит, после чего начала грузно заваливаться на бок. Фелгир разжал побелевшие от напряжения кулаки, позволив туше рухнуть.

Наступила тишина. Похоже, безумное сражение распугало вообще всю лесную живность — не было слышно ни пения ночных птиц, ни даже шорохов. Только ветер завывал в кронах деревьев.

Артем кое-как поднялся на ноги, весь во мху и болотной жиже. Он упер руки в колени, пытаясь отдышаться. Сердце, казалось, колотилось где-то в области горла, все конечности тряслись от испытанного стресса и нагрузки, а голова кружилась так, что лесная поляна с поверженной кабанихой ходила перед глазами ходуном. Стараясь хоть немного привести себя в чувства, он несколько раз глубоко выдохнул. Не помогло.

И все же была та, кому пришлось намного хуже. Подавляя желание просто опуститься на землю, свернуться в позу эмбриона и зарыдать от только что пережитого ужаса, Артем устремился к Сари и Ай-Ис. Ноги стали ватными после недавней беготни и прыжков, поэтому идти получалось с трудом.

— Как она? — выдохнул Артем, наконец доковыляв до сильвиток.

Ай-Ис сидела, склонившись над подругой, и прикладывала к ее ранам какие-то листы из собственной "сумки". Сама Сари выглядела так же плохо, как и в последний раз, когда Артем ее видел, если вообще не хуже. Бурые синяки расползлись по телу еще сильнее, глаза едва мерцали, но она, по крайней мере, дышала.

— Все будет хорошо, — проговорила Ай-Ис, не отрываясь от своего занятия. — Сари-Тиа сильная, и ее сердцевина цела. Остальное можно поправить.

Артем ничего не ответил, только шумно выдохнул, опускаясь на колени. Схлынувший страх за жизнь новой знакомой сменился полным опустошением, как моральным, так и физическим. На него нахлынуло странное отсутствующее чувство, словно сознание отдалилось от тела, а вместе с этим и от недавних жутких событий.

— Вы снова спасли меня, Энхирре... — еле слышно пробормотала Сари, заставив Артема вздрогнуть и вернуться в реальность.

— Да я... особо ничего и не сделал... — сказал он неуклюже. Почему-то слова, произнесенные сильвиткой, заставили его испытывать неловкость.

— Еще как сделал! — воскликнула Ай-Ис, наконец оторвавшись от работы и подняв взгляд. Лицо ее выражало полнейший восторг. — В сказаниях все было правдой! Энхирре настоящий герой!

Артем открыл было рот, намереваясь снова возразить, но тут же осекся. К нему вдруг вернулось то самое чувство, что он испытал в пещере, когда впервые познакомился с юной травницей. Выходило, что он все-таки смог оправдать ее надежды? Смог, хоть и благодаря чистому везению, но стать для Ай-Ис настоящим героем из легенд? Неожиданно для самого себя Артем понял, что эта мысль будто бы согревает его изнутри, а на губах сама собой появляется улыбка.

— Эта тварь издохла? — послышался сзади низкий голос Фелгира, прервавший приятный момент.

— Уснула, — сухо ответил Артем, оборачиваясь. — На лезвии кинжала было зелье.

Гигант удивленно приподнял брови.

— И на кой тебе понадобилось усыплять болотного клыкаря? — спросил он, оглядывая исполинскую тушу.

— Чтобы узнать, почему они нападают на деревню, — объяснил Артем. — Если избавимся от них, то Сари... — он замялся, не желая показаться сильвиткам слишком фамильярным, — ...то есть Сари-Тиа нам поможет. Она умеет управлять корнями, а это точно пригодится при обороне замка.

Артем ожидал, что Фелгир скажет что-то язвительное, попытается унизить его новую знакомую или его самого, но гигант только нахмурился, после чего медленно прошелся за своим топором, лежавшим в болотной грязи. Подняв оружие, он отряхнул лезвие от налипших на него кусков мха, и смерил Артема долгим взглядом, в котором, впрочем, не было уже ставшей привычной неприязни. Даже наоборот, на мгновение в этом взгляде будто бы промелькнуло что-то похожее на уважение.

Глава 14. Погоня в лесу

Кто-то когда-то сказал Артему, что все создания выглядят мирно, когда спят. Сейчас он был готов от всей души поспорить с этим утверждением. Даже в безобидном состоянии кабаниха внушала ужас. Вблизи ее клыки выглядели еще крупнее, и Артем в очередной раз содрогнулся от мысли, что всего каких-то минут десть назад его собственное тело едва не оказалось нанизано на один из них, словно человеческий шашлык.

Не без труда прогнав из головы кошмарные картины, он принялся осматривать поверженное создание, хоть в этом и не было особого смысла. Артем видел болотного клыкаря во второй раз в жизни, так что вряд ли смог бы найти в состоянии самки что-то необычное, даже если какая-то странность и правда присутствовала. Если уж на то пошло, это существо и так было, на его вкус, страннее некуда.

Ай-Ис, закончившая латать свою подругу, теперь резво бегала вокруг огромной туши, Фелгир, напротив, расхаживал немного поодаль, сложив ручищи на груди. Сари к изучению кабанихи не присоединилась, оставшись отдыхать возле одного из деревьев. Ей, к большому облегчению Артема, стало немного лучше, видимо, Ай-Ис и правда хорошо знала свое дело.

— По мне так клыкарь как клыкарь, — послышался голос Фелгира. — Разве что здоровый шибко.

— Спасибо за экспертное мнение, — проворчал Артем. — А то я без тебя и не заметил.

Гигант скорчил неприязненную гримасу, но отвечать не стал.

— Я тоже не вижу ничего особенного, — с досадой в голосе проговорила Ай-Ис.

Ее расстройство можно было понять. Артему и самому не хотелось мириться с мыслью, что они вчетвером, вполне вероятно, только что рискнули жизнями понапрасну. И все же в естественность поведения адских кабанов верилось с трудом. Правда, толку от этих умозаключений было мало. Если Ай-Ис не сможет понять, что не так с кабанихой, то у Артема этого и подавно не выйдет. В очередной раз ему пришлось с досадой признать собственное бессилие.

Позади хрустнула ветка. Сам по себе этот звук не был чем-то странным, ведь в лесу наверняка водилась куча разной живности, и сперва Артем не обратил на это внимания, но потом его слух уловил едва различимое бормотание, словно кто-то, запнувшись, выругался. Он резко обернулся, оглядывая темную чащу, но не заметил ничего подозрительного, только скрюченные деревья молча стояли стеной. Покачав головой, Артем отвернулся. Похоже, недосып и пережитый за последнее время стресс стали серьезно сказываться на его психическом состоянии. Тот короткий отдых, который он смог выкроить в пещере Ай-Ис, явно оказался недостаточным, чтобы измученный непривычными нагрузками организм хоть немного восстановился.

Со вздохом Артем опустился на землю. Влажный, холодный мох ощущался противно, хотя одежда его и так уже была насквозь мокрой после недавних валяний по болоту. Он рассудил, что раз уж помочь товарищам в изучении самки клыкаря ему не по силам, то лучше будет попытаться хоть немного отдохнуть. С этими мыслями Артем хотел уже было закрыть глаза и попытаться хоть немного расслабиться, когда его внимание привлек слабый свет, исходивший...

Из пасти кабанихи?

Нет, на этот раз ему не показалось. Клыки были слегка подсвечены изнутри, словно в горле у твари горела тусклая лампочка. Встав на четвереньки, Артем осторожно подполз к морде кабанихи. До него донесся свист, с которым та выдувала из ноздрей воздух. Похожая на сероватое желе слюна вблизи пахла просто отвратительно, как и густой, спутанный мех, пропитанный болотной сыростью. Стараясь не думать о том, что в любой момент кабаниха может проснуться и в два счета откусить ему голову, Артем все же приблизил лицо к самой пасти и заглянул внутрь, а уже в следующую же секунду с воплем отшатнулся.

— Что случилось? — спросила Ай-Ис скорее с интересом, нежели с опаской, подбегая к нему, но Артем не ответил, так как изо всех сил пытался сдержать рвотный позыв. От увиденного та скудная пища, что он вкушал в деревне сильвитов, мгновенно начала проситься наружу.

— Что с тобой сделалось? — проворчал Фелгир, тоже приближаясь. Хоть тон его голоса уж точно нельзя было назвать заботливым, гигант, по крайней мере, воздержался от обычных издевок.

— Там грибы... — прохрипел Артем, кое-как удержав содержимое желудка внутри.

— Грибы? — озадаченно переспросил Фелгир, принявшись осматриваться. — Какие грибы? Где?

— Да во рту у нее, — воскликнул Артем. — Там грибы растут!

Вспоминать увиденное не хотелось. Стоило ему заглянуть в открытую пасть кабанихи, как источник странного свечения тут же обнаружился. Целая поросль грибов с тонкими ножками и небольшими шляпками торчала прямо из плоти. Они уходили в самую глотку, распространяя то самое бледное свечение, которое Артем заметил мгновение назад. Какая-то часть разума, не поглощенная чувством отвращения, отметила, что похожие грибы выросли рядом с ошметками плоти клыкарей, что сдохли и взорвались во время нападения на деревню сильвитов. Это явно не было простым совпадением, правда, в тот момент Артем был слишком шокирован, чтобы толком проанализировать собственные наблюдения.

— Я, конечно, в этих тварях мало сведущ, но так быть точно не должно, — произнес Фелгир.

Они с Ай-Ис оба глядели в пасть самке клыкаря, присев на корточки. Травница и вовсе засунула голову внутрь чуть ли не по самую шею, чем напомнила Артему цирковые представления с опасными животными вроде львов и крокодилов. Юная травница, похоже, не испытывала ни намека на страх или омерзение, как и Фелгир, чья рожа выражала лишь легкую растерянность. От этого Артему стало стыдно за собственную бурную реакцию, поэтому он поспешил, насколько мог, взять себя в руки.

— Кажется, грибница переплелась с ее внутренними корнями, — послышался приглушенный голос Ай-Ис, которая, видимо, вознамерилась полностью забраться в пасть спящему отродью.

С несвойственной для него мягкостью, Фелгир придержал сильвитку за плечо.

— Полно, — произнес он. — Еще разбудишь ее.

— Да я просто хочу сорвать один... — запротестовала Ай-Ис, начав тянуться рукой вглубь пасти.

— Совсем дурная? — со смесью удивления и негодования спросил Фелгир. — Вылазь, говорю, а ни то она тебе башку оттяпает!

— Сейчас, я уже почти...

От препирательств сильвитки и гиганта Артема отвлек новый звук. На границе слышимости снова раздалось бормотание: кто-то будто бы шептал непонятные слова, а вместе с этим что-то странное начало происходить и со спящей кабанихой. Ее туша затряслась, а свет, исходивший из пасти, становился все ярче.

Похоже, у Фелгира закончилось терпение, и он одним движением выдернул Ай-Ис из пасти спящего чудища. У той в руке все-таки остался светящийся гриб.

— Получилось! — довольно воскликнула она, начав вертеть трофей в руке. Тот уже был похож на яркую лампочку.

— Как сильно светится! — произнесла Ай-Ис с интересом, — Никогда раньше такого...

Она не смогла закончить, потому что Артем перебил ее, завопив:

— Прочь! Отойдите от твари!

Внезапное воспоминание заставило внутренности сжаться в спазме, а зрение на мгновение помутилось от прилива адреналина. Он знал, что сейчас будет! Похоже уже происходило с клыкарями, которых во время атаки на деревню убила Сари.

По какой-то причине, на этот раз Фелгир послушался Артема без пререканий, что было очень кстати. Схватив Ай-Ис ручищей, он буквально швырнул молодую сильвитку в сторону, прыгнув следом. Сам Артем тоже, что было мочи рванул назад, и в следующее же мгновение поляну сотряс взрыв. Ошметки плоти полетели во все стороны, словно шрапнель, Артем упал на землю, в ушах зазвенело от оглушительного хлопка, с которым лопнула огромная туша.

Кряхтя и постанывая, Артем поднялся с земли. В черепе обосновался противный гул, мешавший сосредоточиться. Потирая голову, он огляделся. Как и в прошлый раз, лесная поляна стала походить на мясницкий цех из фильма ужасов. Темная кровь кабанихи залила мох, повсюду лежали куски мяса. К счастью, Фелгир и Ай-Ис, похоже, были в порядке. Гигант откинул сильвитку на приличное расстояние, сам же он был таким крепким, что за его сохранность Артем не переживал.

Озлобленный шепот снова раздался за спиной Артема, заставив того оглянуться, и в этот раз ему удалось разглядеть маленькую фигуру, скрывающуюся посреди стволов. Существо стояло на двух ногах, ростом было едва ли по пояс самому Артему, а в руке сжимало корявую палку. Различить какие-то еще черты неизвестного создания в ночном сумраке было невозможно.

Одно было ясно, загадочный карлик оказался здесь не случайно. Под его шепот взорвалась кабаниха, а значит, он точно был как-то связан со всем происходящим.

— Кто там? А ну, покажись! — воскликнул Артем.

Как и следовало ожидать, этот призыв только спугнул странное создание. Поняв, что его заметили, оно шустро развернулось и бросилось наутек вглубь чащи. Должно быть, рассудок Артема слегка помутился после очередного падения, потому что он, не долго думая, устремился в погоню.

Силуэт карлика маячил впереди, то скрываясь за стволами деревьев, то снова появляясь. Хоть ножки его и были раза в два меньше, чем у Артема, двигалось это существо на удивление проворно, ловко перескакивая через корни и пригибаясь под нависающими ветвями.

Сам Артем же, напротив, то и дело спотыкался и больно получал ветвями по лицу. И все же, преимущество в росте давало о себе знать. Маленькая фигурка постепенно становилась все ближе и ближе.

— Стой! — выкрикнул Артем сквозь сбивчивое дыхание. — Я не причиню тебе вреда!

Ответом послужила лишь новая порция нечленораздельного ворчания.

Погоня продолжилась. Артем заметил, что деревья начали расступаться, и в какой-то момент они очутились на еще одной небольшой поляне. Карлик перемахнул через ствол поваленного дерева, но когда Артем попытался последовать за ним, рядом раздался свист. Он инстинктивно отпрянул, и не зря, потому то в бревно тут же вонзилось короткое копье. Наконечник его был сделан из какой-то кости или зуба, Артем не смог толком разглядеть, потому что свист раздался снова, и не один. Он бросился в сторону, совершая отчаянный прыжок. Позади послышался звук втыкающихся в землю копий.

Поспешно поднимаясь и прячась за стволом одного из деревьев, Артем понял, что звуки теперь окружают его со всех сторон. Он принялся лихорадочно оглядываться. Тут и там в чаще сновали тени, такие же маленькие, как и то существо, которое он только что преследовал. Сам карлик с палкой, тем временем, не побежал дальше, а остался стоять на противоположном конце поляны. Он воздел свой кривой посох к небу со словами, которые Артем на этот раз смог разобрать:

— Подыхать, людень-поганка! Друг проклятых скверняков! Вечноспора карать тебя!

Голос этого создания был гнусавым и монотонным, похожим одновременно на шепот и крик. Несмотря на внушительное расстояние, звучал он будто бы над самым ухом.

Прежде чем Артем успел подумать о том, что значат странные фразы, произнесенные карликом, прямо у него под ногами что-то задымилось. Выругавшись, он попятился, но дыма с каждым мгновением становилось все больше. На другом конце поляны создание продолжало выкрикивать гнусавые проклятия и размахивать своим посохом. Впрочем, его силуэт быстро заволок дым. Теперь Артем и вовсе ничего не видел. Странно, но он не испытывал жара или даже тепла. Он взглянул под ноги, пытаясь найти источник дыма, но вместо этого обнаружил, что стоит на целом покрывале из небольших круглых губчатых грибов. Ежесекундно те сокращались, выбрасывая в воздух тот самый "дым", который на поверку оказался ни чем иным как спорами.

Стоило Артему осознать это, как он тут же зажал рот рукой, но было уже поздно. Внезапно у него в груди засаднило так, словно в легкие вылили расплавленного металла. Сдавленно застонав, Артем согнулся пополам. Он отчаянно ловил ртом воздух, от чего в организм только попало еще больше спор. Грудь начало буквально разрывать изнутри, жжение также появилось и в глазах, которые ужасно слезились. Он зашелся в диком приступе кашля, и тут же с ужасом понял, что на землю полетели брызги крови.

Хрипя и трясясь всем телом, Артем сделал несколько шагов в неизвестном направлении. Сознание путалось, он испытывал страшное головокружение, чувствуя, как мир вращается перед ним подобно бешеной карусели.

"Это конец" — пронеслась в гаснущем разуме жуткая мысль, после чего он повалился на землю, забившись в конвульсиях. На губах появилась кровавая пена, а взор заволокла розоватая пелена.

Последним, что Артем услышал, был нестройный хор полу-шепчущих голосов, доносившихся со всех сторон:

— Вечноспора! Вечноспора! Вечноспора!..

Глава 15. В пещере грибного короля

Артема тащили через лес. Сознание возвращалось к нему урывками, полными страданий. Легкие продолжали полыхать изнутри, перед глазами клубился розоватый туман, а через стоявший в ушах звон доносились странные голоса, похожие на те, что он уже слышал перед тем, как надышаться спор и отключиться. Артем пытался разобрать фразы или хотя бы отдельные слова, но не мог. Речь неизвестных была похожа на что-то среднее между шепотом и бормотанием, она доносилась отовсюду, смешиваясь в причудливое звуковое полотно.

Артем попытался приподнять голову, чтобы рассмотреть своих пленителей, но не сумел сделать и этого. Тело, казалось, перестало его слушаться. У него не было сил даже просто шевельнуть конечностью, не говоря уже о том, чтобы попытаться вырваться или дать отпор. Организм изнывал от воздействия спор, но он все же был жив. Вопрос в том, надолго ли?

Очередная попытка осмотреться закончилась тем, что голова Артема больно стукнулась о корягу, и он снова провалился в забытье. Когда же сознание вернулось к нему, леса вокруг уже не было. Его волокли по какому-то проходу. Вокруг пахло сырой землей, словно это была берлога дикого животного. Хотя, в отличие от звериных нор, здесь было довольно светло, но свет исходил не от факелов или свечей, он был равномерным и рассеянным. В дезориентированном сознании Артема появилось едва уловимое ощущение узнавания, он точно уже видел нечто подобное, при чем совсем недавно. Правда, прежде, чем хоть какая-то мысль смогла оформиться в его голове, мир снова поглотил мрак.

— ...зачем притаскивать его сюда? — громкий голос выдернул Артема из темной трясины забытья.

Говоривший явно был недоволен. Его бормотание звучало раздраженно, с повелительными нотками.

Артем с трудом продрал глаза, желая оглядеться, но увидел лишь похожее на калейдоскоп месиво из цветов. По крайней мере его больше никуда не волокли. Он лежал ничком и чувствовал себя ничуть не менее погано, чем до этого. Все тело ломило так, словно его недавно дружно отпинала целая футбольная команда, после чего какой-то особо изощренный мучитель засыпал в легкие битого стекла.

— Просто он не сгнивать от спорников, вот я и думать, что... — прозвучал другой голос, совсем не такой как предыдущий. Этот, напротив, был неуверенным, заискивающим, его обладатель тщательно подбирал слова, явно опасаясь реакции собеседника. Он замялся, не закончив фразу, и первый говоривший тут же начал торопить его:

— Ну, чего ты там думать своей гнилой шляпкой? Говорить уже!

— Я подумать, он может быть Грибоводцем, и решать показать его Вам, о говорящий с Грибницей... — еще более жалко пролепетал второй. — Вы ведь говорить, что Грибоводец мочь принимать в себя частицы Вечноспоры и...

Он не успел закончить, потому что первый прервал его на полуслове, завопив:

— У тебя шляпка совсем червивая стать?! Не бывать людьню-погани Грибоводцем! За такие мысли в Грибницу вернуть надо тебя!

Послышались глухие удары. Кого-то без сомнений лупили палкой.

— Простить меня, простить... — заныл второй говоривший сквозь вскрики боли.

Впрочем, его мольбы явно были тщетны, потому что рукоприкладство продолжилось под громкие выкрики:

— Гнилуха! Червивый гнилуха! Дырявая шляпка!

Артем же с каждой секундой понимал, что в его тело понемногу возвращаются силы. Похоже, Сари не соврала, и его действительно нельзя было отравить насмерть. Пелена перед глазами рассеялась, конечности перестали ощущаться ватными, и вот он уже смог приподняться на руках и оглядеться. Впрочем, от той картины, что предстала взору, захотелось лишь снова упасть ничком и в ужасе зажмуриться.

Кроваво-красный свет, напоминавший свечение аварийных ламп, озарял небольшую пещеру. С потолка свисали корни, они же торчаил из стен. Само свечение, при этом, исхоидило от огромного количества грибов, которые буквально устилали собой как стены, так и потолок. Однако самым странным и жутким, конечно же, были создания, что толпились вокруг. При виде их Артем даже сперва подумал, что от недавно вдохнутых спор у него случился галлюциногенный приход, настолько это зрелище было кошмарным и сюрреалистичным.

В свете грибов стояли... Другие грибы. Не росли из земли, как им и положено, а именно стояли. На двух ногах, словно люди. Мало того, у этих созданий были и руки, в которых те сжимали разное примитивное оружие: дубины, каменные ножи и копья, как раз такие, которыми в Артема недавно кидались на поляне. Но самым диким было то, что эти гриболюди имели даже некое подобие лиц, если так можно было назвать две впалости прямо под шляпкой, походившие на пустые глазницы. Носы и рты, правда, отсутствовали, и в охваченном ужасом и смятением сознании Артема промелькнула довольно логичная мысль: "Как же они тогда говорят? И как он сам их слышит?"

Впрочем, над этими несомненно важными вопросами можно было поразмыслить и позже, сейчас же Артем хотел лишь поскорее придумать, как убраться из жуткой пещеры. Он принялся лихорадочно озираться. Грибных тварей было много, на вид штук двадцать, а то и тридцать. Они стояли, собравшись вокруг некого подобия трона из перекрученных коряг. Прямо перед этим троном одно из созданий лупило другое палкой. Очевидно, это и были те двое, кого Артем недавно слышал. По пещере разносились вопли и ругательства, от чего все происходящее еще больше смахивало на горячечный бред.

Одно было хорошо, все гриболюди смотрели — если они вообще могли смотреть — на избиение сородича и совсем не обращали внимания на Артема, благо самого его бросили чуть поодаль. Поняв, что это, возможно, единственный шанс сбежать, он заставил себя подняться. Сделать это было непросто. Стоило напрячь мышцы в руках и ногах, как все тело пронзила острая боль. Артему пришлось зажать рот ладнью, чтобы не выдать себя криком. Закусив губу, он встал, и тут же чуть снова не повалился на землю. Окружающая действительность пошла ходуном, будто он резко вскочил с кровати наутро после самой безумной институтской попойки.

Схватившись за лицо, чтобы хоть как-то унять головокружение, Артем развернулся и принялся ковылять прочь. Он не знал, куда нужно идти, поэтому доверился инстинктивному желанию просто сбежать как можно дальше от жутких грибных созданий. Впрочем, далеко уйти он не сумел. Стоило ему сделать всего пару шагов, как удары палки тут же прекратились, а в следующее мгновение раздался вопль:

— Людень убегать! Хватать людня!

Не успел Артем испугаться, как на его спину уже обрушился целый град ударов. Лупили всем, чем попало: кто дубинами, кто просто кулаками. Мелкие твари набрасывались со всех сторон. По отдельности они вовсе не были сильны, да и доходили человеку едва ли до пояса, но количество в данном случае было важнее качества, так что вскоре Артем, избитый, уже снова лежал на полу, придавленный весом по меньшей мере дюжины гриболюдей.

— Тащить сюда поганку, — послышался уже знакомый повелительный голос, и толпившиеся вокруг создания послушно поволокли своего пленника вперед.

Теперь Артем лежал прямо возле древесного трона, на котором сидел тот самый гриболюд, что недавно избивал своего сородича палкой. Логика подсказывала, что он был здесь кем-то вроде предводителя. Даже слегка загнутые вверх края шляпки делали ее отдаленно похожей на корону.

— Никакой он не грибоводец быть, — произнес грибной король, как его про себя назвал Артем. — Просто обычный розовомордый гнилуха.

— Все так, о говорящий с Грибницей, — подобострастно произнес еще один грибочеловек. Выглядел он неважно. От шляпки оторвался изрядный кусок, туловище покрылось сероватыми пятнами, а сам он слегка хромал на одну ногу. Видимо, именно этот бедолага недавно и подвергся избиению.

— Тогда пускать соки ему, и дело с концом быть, — повелительно взмахнул рукой его предводитель, чем заставил Артема инстинктивно воскликнуть:

— Нет! Стойте!

На мгновение в пещере наступила гробовая тишина. Предводитель гриболюдей застыл на своем троне, будто обратившись в камень, как и его подданные. Прошло несколько секунд, после чего вокруг начали раздаваться бормочущие голоса:

— Грибоводец...

— Грибоводец говорить через споры...

— Тихо быть все! — зло воскликнул грибной король, и бормотание мгновенно стихло.

Он подался вперед, уставившись на Артема своими пустыми "глазницами" и спросил:

— Ты понимать нас, людень?

— Да, да! — поспешил ответить Артем. — Отлично понимаю!

Ропот снова пронесся по рядам гриболюдей. Они перешептывались между собой, повторяя одно и тоже странное слово: "грибоводец". Артем понятия не имел, что оно значит, но от всей души надеялся, что что-то хорошее.

Грибной король снова прервал разговоры взмахом палки, что держал в руке.

— Отвечать, почему не сдохнуть от споровиков? — настойчиво потребовал он.

Было донельзя странно слышать речь, исходящую, по сути, из ниоткуда, слова грибного короля будто витали в воздухе без видимого источника.

— Не знаю, — только и смог выдавить из себя в ответ Артем. От наседавших сверху тварей ему было тяжело дышать, а от спертого воздуха кружилась голова, и без того дурная после отравления спорами.

Грибному королю этот ответ явно не понравился. Он соскочил со своего корявого трона и принялся расхаживать взад-вперед перед лицом Артема.

— Имя мне быть Кабздрюк Грибосос, говорящий с Грибницей, проводник велений Вечноспоры! — наконец нехотя представился он. — Отвечай, кто ты сам быть, людень?

— Я Артем Георгиевич, Энхиррэ Эксилэйд, третьей дочери Раффальгарма, — выдал Артем все запомненные им титулы, да еще и зачем-то назвался по отчеству. Видимо, даже в такой ситуации его подсознание рассудило, что если уж представляться, то по всем правилам.

— Не знать никакого инхирру, — ворчливо произнес Кабздрюк, исковеркав и без того странное слово. — Зато знать, что ты друг зеленокожих гнилух быть. А значит, ты подыхать в любом случае, мерзкий людень.

Эти слова заставили и без того перепуганного Артема и вовсе впасть в настоящую панику. Никогда еще за последнее время смерть не казалась настолько неизбежной! Никакого шанса выбраться у него не было, единственное, на что можно было надеяться — это на помощь Сари и Фелгира, которые просто обязаны были отправиться на его поиски. Эта недежда, впрочем, оказалась тут же развеяна.

— А твои друзья-поганки навреняка уже сгнивать! — очевидно, упиваясь собственным триумфом, воскликнул он. — Мы позвать к ним всех свинухов, так что живыми им точно не быть больше!

Очевидно, "свинухами" грибной король называл адских кабанов. Столь безобидно звучащее название занятно контрастировало с их кошмарным обликом.

— Так болотные клыкари подчиняются вам? — выдохнул Артем, скорее не спрашивая, а утверждая. Разрозненные детали головоломки, которую он уже не раз пытался сложить, наконец-то начали соединяться.

— Еще как подчиняться! — Кабздрюк гордо вздернул шляпку, явно довольный собой. Хоть по его "лицу" и нельзя было прочесть хоть какие-то эмоции, настроение этого существа все равно легко угадывалось через интонации и поведение. — Глупые твари жрать грибасы, становиться послушные-послушные!

Артему вспомнились слова Ай-Ис о том, что грибница переплелась с "внутренними корнями" усыпленной кабанихи. Было логично предположить, что так сильвитка назвала кровеносную систему чудовища. Что ж, объяснение странного поведения болотных клыкарей наконец-то нашлось. Предположение Артема, высказанное почти в шутку, в итоге оказалось правдой — они и правда были зомби, подчинявшимися этим странным грибным человечкам.

— И много их у вас таких... свинухов? — спросил Артем, все еще лелея надежду на то, что его друзья были живы.

Грибной король на мгновение замер, после чего начал загибать свои корявые пальцы, что-то еле слышно бубня. Артем с замиранием сердца ждал его ответа. Если бы он сказал: "пара" или "тройка", то, возможно, Сари с Фелгиром еще смогли бы справиться.

— Вот стока! — наконец произнес грибной король, вытянув вперед две ладони. На каждой было по четыре пальца, а всего отогнутых — шесть.

Артем не знал, посчитал ли Кабздрюк убитого им кабана, но даже так ситуация складывалась не в пользу его товарищей. Они втроем едва справились с одной самкой, а теперь выходило, что на его спутников должны были напасть сразу пять таких тварей. Артему было не особенно жалко Фелгира, но вот мысль о том, что Сари и Ай-Ис могли уже быть мертвы, заставила внутренности похолодеть.

Впрочем, переживания о судьбе товарищей тут же отошли на второй план, когда Артем увидел, как Кабздрюк извлекает откуда-то из-за трона длинный клык, заточенный на манер кинжала.

— Сегодня хороший день быть, — проговорил грибной король, приближаясь к своему пленнику с оружием в руке. — Та ведьма-гнусь уже кормить Грибницу, и теперь никто не мешать нам громить дома остальных зеленых поганок!

После его слов по толпе окружавших их с Артемом гриболюдей пронесся одобрительный ропот.

— Но зачем Вам разрушать деревню? — выпалил Артем даже не потому, что ему правда было это интересно, а просто чтобы еще ненадолго занять Кабздрюка разговорами и отсрочить момент, когда тот вонзит в его плоть свое оружие.

Этот вопрос, впрочем, оказал на грибного шамана неожиданно сильный эффект. Пустые глазницы сузились, словно грибной человечек нахмурился, пальцы сжались, и клык-кинжал затрясся в руке.

— Потому что они гнусные ворюги быть! — завопил он, и толпа снова встретила его слова одобрительным ворчанием. Ото всюду посыпались оскорбления, направленные в сторону сородичей Сари и Ай-Ис.

Ответ обескуражил Артема, заставив на мгновение забыть о грозившей опасности. Ворюги? Это слово предполагало, что сильвиты что-то украли у гриболюдей, но те даже одежды не носили, а вооружены были дубинами да наточенными костями. Что вообще у них можно было забрать?

Впрочем, одно было хорошо, Кабздрюк, похоже, на время забыл о том, что уже вознамерился убить Артема, полностью переключившись на вербальное уничтожение собственных недругов. Нужно было развивать эту тему и дальше.

— И что же они у вас украли? — спросил Артем настолько спокойно, насколько мог.

Кабздрюк вздрогнул, и поток ругательств остановился.

— Ты помогать зеленой ведьме и не знать даже, что поганки красть у нас?!

— Да мы всего-то день назад познакомились, — принялся лихорадочно оправдываться Артем. — Я вообще не отсюда, так что...

— Они красть у нас грибасы!!! — перебив его, завопил Кабздрюк, и ему вторил хор бубнящих голосов.

На несколько секунд пещера утонула в дикой какофонии озлобленного бормотания. Если бы у Артема не были заломаны за спину руки, он бы точно попытался зажать уши, однако, оставалось только кривиться от поднявшегося шума, пытаясь осмыслить только что услышанное. Он никак не мог взять в толк, каким образом сильвиты вообще могли "украсть" у Кабздрюка и его сородичей грибы? Да и зачем? К тому же Сари, кажется, даже не подозревала о существовании гриболюдей, так откуда же взялась эта односторонняя вражда? Конечно, можно было предположить, что грибной король просто сумасшедший и сам не понимает, что делает, но его речь, хоть местами и странноватая, звучала довольно убедительно. Он казался не безумным, а действительно искренне оскорбленным и жаждущим возмездия.

Наконец, ругань и проклятия стихли, и Кабздрюк твердо заявил:

— Мы никогда не прощать мерзких зеленых поганок за то, что они красть у нас грибасы, поэтому мы разрушать их жилища, а самих гноить!

— Но у вас же полно грибов здесь, — проговорил Артем, наконец обратив внимание на очевидное противоречие в заявлениях грибного короля.

И в самом деле, о каком воровстве может идти речь, если буквально вся пещера была усеяна светящимися шляпками? У Кабздрюка данный вопрос, впрочем, лишь вызвал очередной приступ ярости.

— Это простые грибасы быть! А зеленые поганки красть у нас вечноспорные грибасы! Они быть в пещере, там, где поганки строить свои жилища!

Кабздрюк захныкал, качая своей массивной шляпкой.

— Там мы отдавать дары Вечноспоре, там мы возвращаться обратно в Грибницу, когда приходить время, а потом зеленые поганки приходить и отбирать все у нас! Из-за них мы больше не слышать Вечноспору!

Что-то шевельнулось в памяти Артема. Перед мысленным взором встали картины того, как он спускается в пещеру к Ай-Ис. Там, точно также как и здесь, из стен росли светящиеся грибы, только те испускали не красное, а голубоватое свечение.

— Мы быть меньше и не мочь воевать с поганками, — с горечью в голосе проворчал Кабздрюк. — Но у нас быть свинухи! И теперь, когда зеленая ведьма сгнивать, мы точно возвращаться к Вечноспоре!

Словно заправский революционер, грибной король воздел к небу кулачок, и его подопечные зашлись в одобрительном ворчании.

Артем же думал о том, что наконец-то все события, произошедшие вокруг деревни сильвитов, начали обретать смысл. Выходило, что пещера, где жила и работала Ай-Ис, раньше была неким местом поклонения этих странных созданий, а потом сильвиты поселились рядом, очевидно, даже не подозревая о важности этого места для гриболюдей и вообще о самом их существовании. Те же пытались отвоевать свое капище, посылая в деревню зараженных грибами болотных клыкарей, чьим поведением, похоже, могли, до определенной степени, управлять.

Радость от того, что он, наконец-то смог разгдать эту загадку, продлилась, впрочем, недолго. Похоже, разговоры об украденных священных грибах только раззадорили Кабздрюка и его прихвостней. Вокруг раздавались кровожадные возгласы, призывавшие расправиться со всеми сильвитами и, конечно же, с самим Артемом, являвшимся их пособником.

— Соки для грибасов! Соки для грибасов! Подношение Вечноспоре! — распевал грибной король, похоже, войдя в раш от собственных пламенных речей и всеобщей поддержки. Остальные гриболюди вторили ему нестройным хором бубнящих голосов.

— Сперва мы проливать твои соки, пособник зеленых поганок! — торжественно произнес Кабздрюк, снова занося свой кинжал, и толпа отозвалась одобрительным гулом.

Похоже, вся жизнь этих созданий и правда крутилась вокруг тех проклятых грибов.

Грибы...

Артем вздрогнул, но не от страха за свою жизнь, а от внезапного понимания. Последняя маленькая, но очень важная деталька паззла наконец-то встала на свое место. Он видел светящиеся голубоватым светом грибы не только в пещере, куда его привела Сари, но и в подземелье Эксилэйд, и их там было просто немерено! Настолько много, что они освещали целые проходы.

— Стой! — отчаянно воскликнул Артем, когда Кабздрюк уже начал подносить клык-кинжал к его горлу.

— Нет, — отрезал грибной король. — Заткнуться и дохнуть молча, гнилуха.

Такой план Артема решительно не устраивал.

— Тебе ведь нужны грибы! — снова выпалил он. — Светящиеся такие, синие, да?

Стоило речи зайти про грибы, как Кабздрюк тут же встрепенулся. Кинжал застыл возле самого горла Артема, едва не уколов кожу. Нельзя было упускать момент, поэтому он быстро продолжил:

— Я знаю, где найти еще! Много! Больше, чем в вашей старой пещере!

Руки Кабздрюка затряслись, словно у наркомана, которому предложили бесплатную дозу, а по толпе гриболюдей прокатился ропот. Артем смог расслышать, как многие из мелких созданий произносят уже не раз слышанное им слово:

— Грибоводец...

— Грибоводец ведет...

Кабздрюк же в этот момент явно испытывал целый спектр различных эмоций. Ему ужасно хотелось прикончить Артема, но и перспектива заполучить целую кучу заветных грибов манила как ничто другое. Пребывая в борьбе с самим собой, грибной король переминался с ноги на ногу и то убирал, то возвращал к горлу Артему свое оружие.

— Не врать мне, людень? — наконец с надеждой в голосе спросил он. — Ты сам видеть грибасы?

— Я говорю правду, — произнес Артем, взглянув Кабздрюку прямо в его углубления, заменявшие глаза. — Если отпустишь меня, то получишь целую кучу этих ваших синих грибов. Наступила тишина. Кажется, все ждали решения грибного короля, и главным образом, конечно же Артем, чья жизнь буквально зависела от этого.

— Я согласен быть, — в итоге сдался Кабздрюк. — Ты отводить нас в место то. Если врать, плохо быть тебе, понимать?

Артем с готовностью закивал. Похоже, по счастливой случайности, ему удалось выпутаться из очередной, казавшейся безвыходной, ситуации. Он открыл было рот, чтобы лишний раз заверить Кабздрюка в том, что он не собирается обманывать его, но его прервал раздавшийся позади звук. Звук, который он уже и не надеялся услышать.

— А ну отпустите его, мелкие выродки! — разнесся по пещере голос Сари.

Глава 16. Грибоводец защищает

Не успел Артем толком осознать, что произошло, как несколько ближайших гриболюдей тут же оказались нанизаны на выросшие из земли колья.

— Чего вы стоять?! Убивать поганку-ведьму! — завопил Кабздрюк, потрясая своим посохом.

Его подданные, которых появление сильвитки, похоже, на какое-то время ввело в ступор, теперь опомнились. По их толпе прокатился угрожающий гомон, после чего они ощетинились своим примитивным оружием и бросились в атаку. Нескольких из них сразу же проткнули насквозь новые шипы, других подхватили цепкие корни, но многие все же смогли прорваться, и на мгновение Артем испугался, что они смогут одолеть его новую подругу просто из-за своего количества, но в тот же самый миг в пещере появился еще один силуэт. Лезвие гигантской секиры прошлось по толпе гриболюдей, разрубив сразу, по меньшей мере, пятерых. Остальные тут же отпрянули, попятившись назад.

Фелгир перехватил свое оружие, с которого стекала густая жижа неопределенного цвета. Ему приходилось немного пригибаться, потолок пещеры был не таким уж высоким, и с подобными габаритами здесь явно было тесно.

Гигант сделал несколько шагов вперед, и толпа гиболюдей снова отпрянула. Кабздрюк больше не пытался натравить на вторженцев собственных прихвостней, очевидно осознав, что с таким противником как Фелгир им все равно не справиться.

Артем почувствовал, что его больше никто не удерживает. Те твари, что прижимали его к земле и заламывали руки, похоже, тоже решили попятиться вглубь пещеры вместе с остальными. Поняв это, он поспешил подняться. Ноги тут же подкосились, и его качнуло в сторону. Похоже, споры, которые он не так давно вдохнул, все еще отравляли организм. Артем уже думал, что сейчас шлепнется обратно на землю, но кто-то подхватил его, ловко нырнув под плечо.

— Ты в порядке, Энхирре? — прозвучал взволнованный голос Ай-Ис. — Не ранен?

— Нет, — ошалело ответил Артем, стараясь слишком сильно не опираться на миниатюрную сильвитку. — Все хорошо...

Он до сих пор не мог осознать, что все трое его спутников, похоже, были целы.

— Подожди нас, мы быстро с ними разделаемся, — мрачно проговорила Сари, поравнявшись с Артемом и поддерживавшей его травницей. Она все еще прихрамывала, но глаза ее горели ярко, а выражение лица не сулило обитателям пещеры ничего хорошего.

Артем ничего не ответил. Он смотрел как Фелгир, словно огромный хищник приближается к толпе сгрудившихся гриболюдей. Их все еще было довольно много, и некоторые продолжали направлять на противника свое оружие. Заточенные палки тряслись в тонких руках, и хотя морды этих существ ничего не выражали, Артем готов был поклясться, что отчетливо видел на них страх.

Странное и будто бы неуместное чувство шевельнулось где-то внутри. Неужели это была жалость? Артем поразился сам себе. Он что, жалел этих гадких существ, похожих ни то на грибы с ножками, ни то на каких-то карликов-мутантов со шляпками вместо голов? Жалел тех, кто совсем недавно с упоением хотел убить его? "Пустить соки", как говорил Кабздрюк?

Артем увидел, как сам грибной король выступил вперед, сжимая в руке свой клык-нож. При всей своей надменности он, похоже, был готов вступиться за собственных подданных в момент отчаяния.

Неприятный комок подступил к горлу Артема. А ведь они с Кабздрюком уже успели заключить соглашение, практически решили весь этот конфликт миром.

Артем выругался себе под нос. Нет, какими бы мерзкими ни были эти грибные твари, он не хотел просто смотреть, как Фелгир и Сари устраивают в пещере геноцид.

— Стойте, не надо убивать их, — воскликнул он сквозь сбивчивое дыхание. — Я с ними уже договорился.

На мгновение в пещере стало тихо. На Артема уставились все, и его собственные товарищи, и гриболюди. Ну, последние просто повернулись в его сторону. Он до сих пор понятия не имел, видят ли эти создания что-нибудь своими пустыми прорезями.

— Ты с ними договорился? — медленно переспросил Фелгир, одарив Артема взглядом, в котором явственно читалось, что, по мнению гиганта, на этот раз Энхирре точно спятил.

— Да договорился, — твердо повторил Артем. — Что в этом странного?

— Как с ними можно договориться? — произнес Фелгир, в голосе которого едва ли не впервые появилось искреннее недоумение. — Это же гнорбы, они никакой речи не разумеют, им и говорить-то нечем!

Что ж, это был весомый аргумент, но Артем был совершенно точно уверен в том, что каким-то образом все же смог наладить контакт с грибным народом.

— А я поговорил! — продолжил он стоять на своем. — Наверное, это из-за того что я Энхирре. Главное, что они разумные и все понимают!

— Разумные? — хохотнул в ответ Фелгир. — Да они же как животины, только и умеют что носиться туда-сюда, да драться меж собой!

— Знаешь, по такой логике ты тоже животное, — огрызнулся в ответ Артем. — Недалеко от них ушел!

— Я вообще-то умею говорить! — произнес гигант неожиданно оскорбленным тоном.

— Умение болтать еще не признак интеллекта, — процитировал Артем в ответ фразу одного мудрого джедая, чем заставил Фелгира рассвирепеть.

— Я тебя выручать пришел, а ты насмехаться надо мной вздумал, человечий... — начал он, но его прервала Сари.

— Говорил ты с ними или нет, это не важно, — произнесла она со сталью в голосе. — Из-за этих тварей страдала наша деревня, погибали мои сородичи...

С этими словами сильвитка грозно посмотрела на сгрудившуюся толпу гриболюдей. За ее спиной опасно зашевелились лозы, готовые вот-вот устремиться в атаку. От былого спокойствия не осталось и следа, сейчас Сари излучала почти осязаемую ауру жажды крови.

— Так, постой, не кипятись... — попытался было Артем разрядить ситуацию, чем сделал только хуже.

— Из-за этих тварей погибли мои соплеменники, а ты предлагаешь мне просто успокоиться?! — громко воскликнула Сари, и земля под ее ногами зашевелилась, словно под ней бурлила вот-вот готовая вырваться наружу магма.

— Зачем защищать их?! Они ведь и тебя чуть не прикончили!

— Послушай, я не хотел тебя обидеть, — подняв перед собой руки в примирительном жесте, проговорил Артем. — Просто тут не все так просто...

— А по-моему все проще некуда! — снова рявкнула Сари. — Эти уроды убили жителей нашей деревни и должны сдохнуть!

Похоже, она серьезно настроилась на то, чтобы отомстить за погибших сородичей, но и сам Артем уже твердо решил не отступать. Хоть он и не хотел расстраивать свою новую подругу, но нежелание видеть безжалостное убийство хоть и малоприятных, но все-таки разумных существ, было сильнее.

— Прошу, хотя бы выслушай меня! — взмолился Артем, заглядывая спутнице прямо в светящиеся глаза.

— Пожалуйста, — повторил он. — Ты же знаешь, я не желаю зла ни тебе, ни другим сильвитам.

Сари сжала кулаки, и корни за ее спиной нацелились на самого Артема. Похоже, сейчас сильвитка была настолько рассержена, что готова была считать врагом любого, кто стоял на пути ее отмщения.

— Почему ты не хочешь выслушать Энхирре, Сари-Тиа? — послышался недоуменный голос Ай-Ис. — Мы уже победили, что плохого в том, чтобы поговорить?

Слова подруги подействовали на Сари словно будильник, она несколько раз моргнула, после чего, кажется, поняла, что только что едва не набросилась на собственного товарища. Корни за спиной расслабились, перестав грозно смотреть на Артема, словно нацеленные копья.

— Хорошо, Энхирре, говорите, я слушаю, — произнесла Сари все еще холодно.

По крайней мере, в ее голос и речь вернулась привычная учтивость, что Артем расценил как хороший знак.

— Спасибо, — тяжело выдохнул он, после чего рассказал все, что услышал от Кабздрюка: про грибную пещеру, служившую гриболюдям чем-то вроде места жертвоприношений и про то, что вокруг нее сильвиты построили собственную деревню.

Сари слушала с мрачным выражением лица.

— Это просто недоразумение, конфликт интересов, понимаешь? Они хотели дальше выращивать свои грибы, только и всего, — закончил свою речь Артем. — Вы ведь тоже растите всякие деревья, разве нет?

— Не ровняй нас с этими тварями! — резко ответила Сари.

— Почему? — снова подала голос Ай-Ис. — По-моему, они даже милые.

С этим утверждением Артем бы поспорил, особенно после того, как Кабздрюк его чуть не зарезал, но, к счастью, как и в прошлый раз, комментарий подруги немного поубавил кровожадный настрой Сари. Желая закрепить успех, Артем произнес:

— Если пощадишь их, обещаю, они уберутся из этого болота навсегда, и деревне больше ничего не будет угрожать.

— У него от этих грибов, верно, с головой неладно сделалось, — с насмешкой произнес Фелгир. — Говорю же, с гнорбами нельзя поговорить, а уж договориться и подавно.

Артем выругался. Проклятый гигант портил любую ситуацию, в которой оказывался.

— Ладно, я докажу вам! — воскликнул Артем, двигаясь вперед, мимо Сари и Фелгира.

Стоило ему приблизиться к сгрудившимся в конце пещеры гнорбам, как их тут, похоже, называли, как те сразу же принялись потрясать в его сторону оружием. Впрочем, он видел, что это был скорее акт отчаяния. Кабздрюк, все еще стоявший впереди, завопил:

— Не подходить! Не подходить к нам, друг зеленых поганок!

— Послушайте, — настойчиво произнес Артем, не обращая внимания на ругань. — Если хотите жить, то вы должны сделать, как я скажу.

— Нет! Нет! Нет! — в исступлении завопил грибной король. — Ты к нам зеленую ведьму и большого поганища приводить! Ты предатель быть, гниль!

Похоже, от смеси страха и ярости предводитель гнорбов впал в настоящую истерику. Одна из коллег, увлекавшаяся психологией, однажды рассказала Артему, что в таких случаях не помогут никакие логические доводы, в состоянии аффекта их просто проигнорируют. Куда лучше попробовать сменить вектор разговора, сбив собеседника с автопилота. Оставалось только надеяться, что психология гнорбов хоть немного походила на человеческую.

— Кабздрюк, я вижу, что ты хороший лидер, — спокойно проговорил Артем сквозь поток оскорблений, лившийся в его сторону. — Ты заботишься о своих подопечных, верно? Хочешь их защитить.

Кажется, внезапная похвала подействовала. На мгновение грибной король заткнулся, тупо глядя на Артема своими пустыми глазницами.

— Ведь поэтому ты и решил отвоевать у сильвитов пещеру? — продолжил развивать свою мысль Артем. — Чтобы вернуть своему племени священное место. Это благородный поступок.

Кабздрюк ничего не ответил, продолжая просто молча стоять, словно он не знал, как реагировать на слова собеседника. Примерно такой реакции Артем и добивался. Теперь, когда лидер гнорбов начал его слушать, пришло время его вразумить.

— Сейчас у тебя есть шанс спасти всех оставшихся в живых подданных, — проговорил Артем, опускаясь на одно колено, чтобы его голова была примерно на одном уровне со шляпкой Кабздрюка, словно он говорил с ребенком. Очень странным ребенком-мутантом.

— Я приглашаю тебя и твое племя отправиться со мной туда, где вы найдете целую кучу светящихся грибов, но вы должны навсегда оставить деревню...

Он замялся, не желая произносить эту фразу при Сари, но рассудил, что так гнорбы лучше его поймут, поэтому все же продолжил, слегка понизив голос:

— Вы должны оставить деревню зеленых поганок в покое. Согласен?

Задав этот вопрос, Артем замолчал, давая Кабздрюку немного времени на то, чтобы обдумать предложение. Было видно, что грибной король колеблется. Если Артем все верно понял, что эти создания хоть и были разумными, но явно не отличались высоким уровнем интеллекта. Похоже, кроме собственного выживания и грибов их вообще мало что интересовало, а значит, и заключить с ними сделку не должно было составить большого труда.

Кабздрюк хмурился и едва слышно что-то ворчал себе под нос, то оборачиваясь в сторону Фелгира с Сари, то снова глядя на сидевшего перед ним Артема, а сзади, в толпе позади него раздавались шепотки:

— Грибоводец...

— Гирбоводец защищает...

— Грибоводец ведет....

— Ладно! — наконец нехотя буркнул Кабздрюк. — Мы подчиняться тебе, людень.

Артем облегченно выдохнул и постарался изобразить на лице дружелюбную улыбку, хотя, может, это было и не такой уж хорошей идеей. Вдруг эти создания расценили бы ее как боевой оскал или что-то вроде того.

— Тогда сперва все сложите оружие на землю, — попросил он. — Чтобы мои друзья видели, что Вы готовы решить дело миром.

Мгновение Кабздрюк колебался, и Артем уже начал было думать, что сейчас грибной король снова начнет перечить ему, но, спустя несколько мгновений тот с досадой швырнул свой посох себе под ноги. Остальные гнорбы последовали его примеру. Пещера наполнилась звуками падающих на пол дубин, копий и примитивных ножей.

— Ну вот, видите? — спросил Артем, поворачиваясь к товарищам, когда все гнорбы были разоружены. — Я же говорил, что они меня понимают.

— Немыслимо, — только и смог произнести Фелгир, в неверии качая головой.

***

Стоило Артему покинуть пещеру гриболюдей, как он тут же закрылся рукой от яркого света, ударившего в глаза.

— Ну наконец-то! — радостно воскликнула рядом Ай-Ис.

Артем же на мгновение просто обескураженно застыл. Он так привык к постоянному сумраку, что внезапное появление солнца застало его врасплох. В теплом свете окружающая действительность казалась еще более чуждой: землю покрывал ярко-красный мох, а бледные деревья без листвы будто бы сами начали немного сиять.

Ай-Ис побежала вперед, растопырив руки и подставляя лицо долгожданному свету. Стоило лучам коснуться ее, как цветы в волосах травницы тут же начали распускаться. Сари тоже явно наслаждалась моментом, хоть ее реакция и не была такой бурной, как у подруги. Она с наслаждением зажмурилась, кажется, ненадолго позабыв о своей ненависти к гнорбам, что плелись позади.

Фелгира же появление светила, похоже, ни капли не порадовало. Он только покривился, жмуря свои маленькие глаза.

— Почему ты все-таки вернулся? — спросил его Артем.

— Я поклялся служить госпоже и исполнять ее волю, покуда меня не призовут на Буровой Пик, — сухо ответил гигант. — А госпожа наказала тебя защищать. Вот и все.

— Не сильно же ты торопился исполнять ее приказы, — проворчал Артем. — Нас тот кабан чуть не прикончил. Чего ты ждал?

— Я не обязан перед тобою отчитываться, уразумел? — привычно огрызнулся Фелгир.

Артем хотел его как-нибудь поддеть, но промолчал, поняв, что слишком устал даже для того, чтобы препираться с гигантом. Воцарившуюся тишину нарушила Ай-Ис. Теперь копна "волос" юной сильвитки походила на декоративный куст, усеянный цветами.

— Вообще-то только благодаря Фелгиру мы выжили и смогли прийти тебе на помощь, Энхирре, — весело произнесла она.

Артем удивленно взглянул на юную травницу.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он.

— Фелгир перебил почти всех болотных клыкарей, которых гнорбы заразили спорами, — произнесла она.

— Серьезно? — искренне удивился Артем, глядя на своего огромного спутника. — Но когда ты успел?

Сперва он подумал, что гигант ему не ответит, но, спустя короткую паузу, тот все же начал рассказывать:

— Я хотел вернуться почти сразу, как остудил голову. Глупо было оставлять тебя одного, ты ведь тот еще рохля.

Возможно, Фелгир ждал, что Артем отреагирует на эту колкость, но тот уже настолько привык к постоянным издевкам, что просто покивал гиганту, мол: "продолжай, чего остановился?"

— В общем, я увидел, как колдунья убила тех проклятых клыкарей, и решил поглядеть, откуда они взялись. Пошел вглубь леса, а эти твари там слоняются как неприкаянные, вот и порубил их по одной.

— Поэтому, когда мы остались на поляне, к нам прибежал всего один клыкарь, и мы быстро с ним справились, — закончила за гиганта рассказ Ай-Ис. — Ну, точнее, с ним справились Фелгир и Сари-Тиа.

Она смущенно улыбнулась.

— Я мало что сделала...

— Не говори ерунды, — пробурчал Фелгир. — Без тебя мы бы не нашли этого полудурка. В жизни бы не подумал, что его утащили с собой гнорбы.

Артем от изумления даже на секунду остановился. Впервые он слышал, чтобы синий переросток кого-то хвалил. Но если Фелгир и правда расправился с большей частью болотных клыкарей еще до того, как они с Сари и Ай-Ис пошли охотиться на самку, то его точно было за что благодарить.

— Что ж, раз так, спасибо, — нехотя промямлил Артем.

Гигант ничего не ответил, просто продолжил молча шагать вперед.

— Но почему ты вообще решил охотиться на кабанов? — задал Артем вопрос, который внезапно пришел ему в голову.

Фелгир продолжал молчать.

— Неужели решил помочь сильвитам в деревне? — высказал Артем невероятное предположение. Все, что он знал о гиганте, буквально кричало о том, что тот был не способен на бескорыстные поступки во имя кого бы то ни было, кроме его собственной госпожи, и все же, других причин для того, чтобы идти убивать болотных клыкарей, угрожавших деревне, просто не существовало.

Артем взглянул на Фелгира, чье лицо исказила недовольная гримаса, и с усмешкой произнес:

— Так ты у нас, оказывается, в душе добряк?

— Заткнись, человечий выродок! — воскликнул тот в ответ, чем заставил толпу гнорбов позади себя в страхе броситься в рассыпную и попрятаться за ближайшие деревья.

Артем впрочем, уже давно понял, что все эти угрозы были пустым звуком, и на самом деле гигант ничего ему не сделает.

— Получается, ты просто притворяешься козлиной, а у самого золотое сердце? — не унимался он. — Прямо как цундере!

— Что еще за цун... — запинаясь и окончательно выходя из себя, завопил Фелгир. — Это какая-то особая человечья брань?!

— Да нет, скорее похвала, — сказал Артем, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться. — Цундере милые, на моей родине их многие любят. Только тебе надо хвостики заплести, и еще школьную форму...

Он не смог толком договорить. Похоже, весь пережитый им за последнее время стресс нашел выход в виде дикого смеха, заглушившего даже непрекращающуюся ругань Фелгира.

Глава 17. Обратная дорога

На главной площади деревни снова собралась целая толпа, но теперь в воздухе витал дух осторожного оптимизма. Стоя под диковинным деревом, Артем чувствовал себя неуютно, в красках вспоминая свой прошлый провал, однако, стоило ему объявить о том, что отныне нападения болотных клыкарей прекратятся навсегда, как все сильвиты в едином порыве принялись возносить ему похвалу.

Даже Фелгир не смог испортить этот момент. Хоть гигант и сыграл ключевую роль в их опасном предприятии, Артем рассудил, что ни его самого, ни, тем более, гнорбов сильвитам лучше не видеть, чтобы не подрывать их и без того шаткий моральный дух. К счастью, синекожий гигант вовсе не жаждал получить благодарность от местных жителей, так что Артем оставил его сторожить толпу гриболюдей чуть поодаль от деревни. На удивление, Фелгир не стал, как обычно, препираться с ним, а просто мрачно бросил: "Не задерживайся там, нам надобно идти обратно в замок".

Мысль о возвращении в обитель Эксилэйд с кучкой гнорбов, которых сложно было назвать грозными бойцами, немного подмочила ощущение триумфа. В конце концов, вся цель путешествия в деревню сильвитов заключалась в том, чтобы собрать ополчение, а в итоге, хоть Артем и смог избавить древесных людей от напасти в виде взбесившихся кабанов, проблему со скорым нападением авантюристов это никак не решало.

— Когда выходим? — раздался рядом знакомый голос, оторвав Артема от невеселых размышлений.

Он не сразу понял, кто с ним говорит, поэтому просто тупо переспросил, оглядываясь:

— А? Куда выходим?

— В чертог Второй дочери, разумеется, — произнесла Сари недоуменно. — Авантюристы, битва, разве не помните? Вы же сами звали меня с собой, Энхирре.

На мгновение Артем опешил, уставившись на свою новую знакомую. Она все еще выглядела неважно — тут и там остались следы от ушибов и ран, но, стоило признать, на поправку Сари шла и правда с удивительной скоростью. Ее лицо выражало решимость, а глаза сияли также ярко, как и при их первой встрече.

— Ты все еще хочешь пойти с нами? — спросил Артем. — Даже после того, как я не дал тебе убить гнорбов?

Испытывая некоторое чувство вины, он опустил глаза.

— Думал, ты злишься на меня...

Сари ответила не сразу. Какое-то время она покачивала головой, собираясь с мыслями, после чего все-таки произнесла:

— Убийство беззащитного — это уже не сражение, а расправа. Так говорил отец. Там, в пещере, я про это забыла.

Она шагнула к Артему и взглянула ему прямо в глаза.

— А Вы напомнили. Спасибо за это, Энхирре.

Артем не нашелся, что сказать. Столь внезапная и искренняя благодарность застала его врасплох, но, к счастью, Сари избавила его от необходимости придумывать ответ.

— Как бы там ни было, теперь деревня в безопасности, но это не надолго, если сюда прорвутся авантюристы, — проговорила она. — Поэтому я пойду на битву, как и обещала.

— Это... это будет очень кстати... — неуклюже ответил Артем, кое-как приходя в себя.

Из-за облака показалось солнце, озарив главную поляну и лицо его собеседницы. Теперь, когда Артем заново привык к свету после долгого нахождения во тьме, ему стало ясно, что местное светило было каким-то тусклым, словно его лучи пробивались через незримую дымку или завесу. И все же, даже это было лучше, чем постоянный сумрак.

— Энхирре! Сари-Тиа! — из толпы сильвитов появилась Ай-Ис, неизменно жизнерадостная. Она бежала, неся с собой уже знакомую Артему сумку из листьев, на этот раз набитую до отказа. Тяжело дыша, юная травница остановилась возле своей подруги.

— Вот, возьми! — произнесла она, протягивая свою ношу Артему.

Внутри странной торбы оказалась целая куча каких-то корений и листьев, похожих на те, что знахарка прикладывала к ранам Сари. Ай-Ис начала быстро объяснять, что годится для чего, правда, он тараторила так быстро, что Артем, в итоге ничего не запомнил.

— Спасибо, это нам точно пригодится, — все равно произнес он с благодарностью.

— Да ничего, пустяки... — сказала Ай-Ис, после чего вдруг замялась, словно не решаясь продолжить говорить.

— Ну... В общем, — все же начала она непривычно застенчиво. — Если понадобятся еще припасы, то ты всегда можешь прийти за ними ко мне, Энхирре...

Кое-как закончив эту фразу, она уже откровенно засмущалась, отвернулась и начала теребить цветы в собственных "волосах".

— Э-э-э, спасибо... — только и смог ответить Артем.

Внезапное изменение в поведении юной сильвитки знатно выбило его из колеи, поэтому он легонько толкнул Сари, стоявшую рядом, локтем, прошептав:

— Что это с ней?

Та посмотрела на него, выразительно подняв брови, и тихо спросила:

— А Вы разве сами не понимаете, Энхирре?

Очевидно, осознав, что ее собеседник и правда пребывает в полнейшем неведении, она вздохнула и начала объяснять таким тоном, словно говорила самые очевидные в мире вещи:

— Ай-Ис только начала цвести, а тут как раз появляется герой из легенд. Неудивительно, что Вы ее заинтересовали.

— Ясно... — протянул Артем, кивая головой, после чего смысл сказанного наконец-то дошел до него.

— Чего?! Как это вообще возможно? — округлив глаза, прошептал он. — Я же человек... а она... она...

Он чуть не ляпнул: "деревянная", но остановил себя в последний момент, просто неловко замолчав. Найти слова было сложно, впрочем, Сари, кажется, и так все поняла.

— Ну, это-то вообще не проблема, — произнесла она с лукавой улыбкой. — Энхирре способны оставлять потомство от разных народов.

Новая соратница Артема, несомненно, получала от происходящего удовольствие.

— Один из самых могучих и прославленных Энхирре прошлого имел много спутниц, — продолжила она. — Говорят, среди них были и снежные аэлве, и сильвитки, и даже женщина из племени врайгуаров...

— Все, хватит, я понял, — снова перебил ее Артем, закрывая лицо ладонью.

Даже если отбросить явные различия в физиологии, Ай-Ис казалась ему еще девчонкой, и он уж точно не смог бы всерьез рассматривать ее в качестве любовного партнера. Да и вообще, где-то там, в казавшемся теперь недосягаемым родном мире у него осталась девушка, с которой они прожили вместе целых четыре года...

И все же Артему не хотелось расстраивать юную травницу, которая, к тому же была едва ли не единственной обитательницей нового мира, что с самого начала отнеслась к нему по-доброму. С этими мыслями он обратился ко вконец застеснявшейся сильвитке:

— Конечно, я обязательно тебя навещу.

А про себя мрачно добавил: "Если вообще выживу".

От его слов Ай-Ис просияла, и на ее лицо вернулась лучезарная улыбка, мгновенно прогнавшая из головы Артема мрачные мысли.

— Буду ждать! — воскликнула она.

Сильвиты провожали путников доброжелательным шелестом.

— Мы не можем дать много, но хотя бы поделимся припасами в дорогу, — проскрипел старейшина после того, как Артему преподнесли несколько свертков из листьев. — Вы действительно помогли нам, Энхирре, и мы этого не забудем.

Принимая дар, Артем думал о том, что за все время после их возвращения в деревню он не услышал ни одного доброго слова в адрес Сари. Самого его восхваляли налево и направо, зато сильвитка-колдунья словно оставалась для сородичей невидимой. Никто кроме Ай-Ис даже ни разу не заговорил с ней, не спросил о ее здоровье после самоубийственного путешествия вглубь болот и не выразил даже маломальской признательности за то, что она рискнула жизнью. По какой-то причине Артема это злило.

— Спасибо за Ваши подарки, — проговорил он настолько дипломатично, насколько мог, — но знаете, один бы я точно не справился. Сари-Тиа мне очень помогла, думаю, она тоже заслуживает хотя бы небольшой благодарности...

Услышав это, старейшина на мгновение замялся, кряхтя что-то себе под нос. По правде говоря, Артему вовсе не хотелось стыдить его, но и не обратить внимание на столь вопиюще несправедливое отношение к своей новой спутнице он просто не мог.

— Разумеется, мы благодарны и Сари-Тиа Вааэ, — наконец неуклюже изрек древний сильвит.

Он попытался выдавить из себя что-то еще, но не смог, и вместо этого просто сконфуженно заковылял прочь, прошелестев напоследок нечто невнятное.

— Спасибо, — едва слышно прошептала Сари.

Артем не сразу понял, что эта благодарность предназначалась не удаляющемуся старейшине, а ему самому. Зато, когда до него наконец-то дошло, в груди будто бы загорелся маленький, но очень теплый костерок.

Одним словом, покидая деревню сильвитов, Артем испытывал куда большее воодушевление, чем можно было прежде надеяться. Он радовался, что им с Фелгиром удалось не только заполучить подмогу в будущей битве, но и хоть немного подсобить местным, чья жизнь, похоже, была далеко не сахар. Правда, приятное чувство тут же улетучилось, стоило ему вспомнить, ради чего вообще затевалась вся эта охота на кабанов. Недавние скитания по лесу и сражение на поляне на какое-то время вытеснили из сознания мысль о том, что скоро Артему, возможно, предстоит поучаствовать в еще более жестоком бою.

Да еще и против людей...

Перед мысленным взором внезапно встали картины прошлой битвы: разрубаемые секирой Фелгира авантюристы, убитый нижелюд, глядящий на Артема пустыми глазами, голова Клэйфа и перекошенное от боли и отчаяния лицо его сестры.

Воспоминание о юной послушнице заставило Артема вздрогнуть. Что если она уже была мертва? Если верить Эксилэйд, то это наверняка была правда. Вязкое чувство вины начало заполнять разум подобно мазуту. Он совсем недавно пытался защитить от смерти целую толпу каких-то грибов-мутантов, а сам при этом обрек девочку, едва вступившую во взрослую жизнь, на мучительную гибель. Разве это было правильно? Но ведь Клэйф, его сестра и прочие авантюристы пытались убить его. Он защищался, спасал себя и Эксилэйд. Даже законы его собственного мира позволяли применять силу, если твоей жизни что-то угрожало. Все эти логические доводы, впрочем, ни капли не помогли Артему почувствовать себя лучше. На душе было погано, и еще хуже делалось от мысли, что скоро ему, вполне вероятно, придется все это повторить.

Предавшись самокопанию, Артем не сразу понял, что слышит рядом низкий голос Фелгира:

— Так ты умеешь призывать этот ваш посох? Игдрарн, вроде?

Встрепенувшись, Артем взглянул на гиганта, но тут же понял, что тот обращался не к нему, а к Сари. Он несколько раз недоуменно моргнул. Сам факт, что Фелгир первым начинал разговор, уже был необычным.

— Удивлена, что Вы знаете, как он называется, — ответила Сари.

— Церемониальное оружие мне по нраву, — хмыкнул Фелгир в неопрятную бороду.

Сари же остановилась, протянув руку в сторону, и вскоре возле нее начало быстро прорастать уже знакомое Артему деревце.

— Мое оружие всегда со мной, если рядом есть плодородная почва, — сказала сильвитка, выдергивая посох из земли и ловко прокручивая в ладони.

Фелгир осмотрел диковинку с необычной заинтересованностью, после чего спросил:

— А он и правда такой, как про него судачат?

Сари ухмыльнулась, протягивая посох гиганту.

— Да. Можете сами убедиться, если хотите.

В ее голосе явно слышался вызов.

К ужасу Артема, стоило Фелгиру принять посох из рук сильвитки, как тот схватился за него обеими ручищами с явным намерением сломать пополам. По сравнению с клешнями синерожего верзилы оружие Сари казалось тростинкой, и Артем уже хотел было заорать на своего провожатого, чтобы тот остановился, но в следующее же мгновение замер, с изумлением глядя на внезапно развернувшееся перед ним представление. Фелгир пыжился, рычал, скалил зубы, на его руках вздулись мышцы-валуны, но посох не то что не сломался, он даже не согнулся.

— Крепок, зараза, — наконец сдался гигант и вернул оружие Сари, тяжело переводя дух.

— Побег Великого Солнцедрева не сломать даже самому Хладному Владыке, — с гордостью в голосе проговорила сильвитка, оставляя посох в земле. Тот сразу же превратился обратно в небольшое деревце.

Фелгир тем временем задумчиво нахмурился.

— Правда, я слыхал, что Игдрарны могут носить только ваши колдуны-мужчины.

Сари вздрогнула.

— Это так, — ответила она, и горделивые нотки тут же пропали из ее голоса. — Мой отец был древопевцем, он отдал свой Игдрарн мне.

— Тогда понятно, — кивнул Фелгир.

Какое-то время они шли молча. Артем заметил, что Сари явно было не по себе, она словно хотела сказать что-то еще, но никак не решалась.

— Вы считаете, что мне не следует его использовать? — наконец произнесла она неуверенною. — Раз я не могу быть древопевцем как мой отец?

Фелгир взглянул на свою спутницу, задумчиво почесал бороду, после чего проговорил:

— Там, откуда я родом, и женщины порой берут в руки оружие, — он пожал плечами. — На побережье Ледяной Пасти сражаться приходится всем.

Гигант замолчал, будто бы смотря куда-то вдаль, за пределы болота и леса, что окружал троих путников. Его взгляд стал непривычно задумчивым, словно он погрузился в воспоминания.

— По мне любой, кто вышел биться с врагом — есть воин, — продолжил Фелгир после небольшой паузы. — А воину надобно оружие. Если направишь свое против недругов госпожи, уж я точно возражать не стану.

Сари ничего не ответила, но Артем заметил, что уголки ее рта слега приподнялись, а походка снова стала легкой. Похоже, слова Фелгира смогли каким-то странным образом ее успокоить.

Оставшаяся дорога прошла без внезапных происшествий. Сари периодически оборачивалась, чтобы проверить, не взбунтовались ли гнорбы, что нестройной гурьбой плелись позади, однако, вопреки ее опасениям, гриболюди были послушны и не предпринимали попыток сбежать или напасть.

Когда троица добралась до руин замка, солнце уже катилось к закату.

— Что, уже все? — разочарованно произнес Артем, провожая светило удрученным взглядом.

Они покинули поселение сильвитов всего часа четыре назад, так что, по сравнению с казавшейся бесконечной ночью, день пролетел просто неприлично стремительно.

— На то она и сумеречная сторона, — проворчал Фелгир. — Радуйся, что вообще застал маленько света.

Артем тяжело вздохнул. Похоже, его опасения насчет того, что он может еще долго не увидеть солнца, были не такими уж и беспочвенными. Он снова посмотрел на опускающееся светило и внезапно обомлел. Когда они с Фелгиром покидали руины, он толком и не огляделся вокруг, к тому же, тогда всюду царил сумрак, а мысли занимали разные ужасы, отвлекавшие Артема от созерцания окрестностей. Теперь же он наконец смог рассмотреть стену, ту самую, что видел в тот момент, когда Эксилэйд подняла его в воздух почти сразу после пробуждения в ином мире.

С земли эта стена смотрелась еще более невероятно — монолитная, гладкая поверхность сияла в закатных лучах подобно гигантскому драгоценному камню. Она поднималась на какую-то совершенно головокружительную высоту, а ветхие руины замка казались ничтожными на фоне этой громадины.

На мгновение Артем просто застыл, с открытым ртом разглядывая окружающий его пейзаж. Очевидно, Фелгир заметил его реакцию и тоже остановился.

— Сие место — свидетельство могущества Хладного Владыки Раффальгарма, — проговорил он, кивая перед собой.

Артем с удивлением взглянул на своего огромного спутника. Фелгир еще ни разу не отзывался с уважением хоть о ком-то, кроме своей госпожи. Хотя, стандарты у него явно были выше некуда, если для получения одобрения требовалось сперва построить столь впечатляющее сооружение.

— Но госпожа Эксилэйд превзойдет его, — закончил Фелгир свою мысль. — Каждый в мире узнает ее имя.

Что ж, закончилось все, как и стоило ожидать, восхвалением Эксилэйд.

— Чтобы она прославилась на весь мир, надо сперва не помереть от рук авантюристов, — произнес Артем, чем заслужил долгий и тяжелый взгляд, в котором, впрочем, не читалось враждебности.

— Верно, человечий сын, так что нечего стоять тут, рот разинув.

С этими словами Фелгир направился к руинам замка, а Артем только и смог, что удивленно уставиться ему вслед. Впервые за время их знакомства синекожий гигант в чем-то с ним согласился, да еще и назвал "человечим сыном" вместо уже савшего привычным "выродка". Гадая, что все это могло бы значить, Артем устремился вслед за своими товарищами.

Глава 18. Военный совет

— Вот, как я и обещал, это все вам, ребята, — произнес Артем, указывая перед собой ладонью.

Он привел толпу гнорбов в один из полуразрушенных проходов внутри руин. Куда тот вел, он не имел ни малейшего понятия, но это было и не важно, главное, что светящимися грибами тут поросли буквально все стены и пол, их было намного больше, чем даже в пещере Ай-Ис.

Позади с мрачным выражением лица стояла Сари. Она не захотела отпускать Артема одного, поэтому пошла следом, чтобы проследить за гриболюдьми и не допустить их нападения на собственного провожатого. Сам Артем, впрочем, уже и вовсе перестал бояться своих новых странноватых спутников. Как Кабздрюк, так и его племя всю дорогу до руин вели себя тихо и покорно.

— Ну так что, устраивают вас такие грибы? — спросил Артем.

Ответа не последовало, поэтому он обернулся и тут же увидел прелюбопытнейшую картину: гриболюди застыли как вкопанные, а их предводитель, похоже, впал в некое подобие транса. Он раскачивался из стороны в сторону, бормоча что-то себе под несуществующий нос.

— Ты чего, Кабздрюк? — спросил Артем с опаской.

Возможно, взять с собой Сари не было такой уж плохой идеей, ведь происходящее выглядело слегка тревожно.

Другие гнорбы тем временем начали повторять за своим вождем, они раскачивались и бубнили, заполнив пещеру непрерывным гулом своих голосов, однако теперь в их бормотании Артем начал различать слово, которое уже слышал до этого.

— Грибоводец... Грибоводец... Грибоводец... — раздавалось отовсюду.

Внезапно Кабздрюк рухнул на колени, начав лепетать:

— Простить меня, о Грибоводец, любимец Вечноспоры за то, что не признавать тебя! Червивый я быть, гнилушный!

С этими словами грибной король принялся неистово колотить себя кулаками по шляпке. Другие гнорбы тоже начали наперебой просить прощения, падая ниц. От такого развития событий Артем на несколько мгновений лишился дара речи.

По крайней мере, теперь странное слово, которым его называли гриболюди, наконец-то обрело смысл. Похоже, эти создания приняли его за некую мифическую фигуру из собственных верований, что, конечно, было полной чушью. Начать с того, что Артем даже не подозревал о существовании гнорбов до того, как встретил их в лесу. Впрочем, разубеждать гриболюдей в том, что он является их местным аналогом Пола Атрейдеса, явно уже было поздно. Вместо этого Артем произнес:

— Ладно, хватит уже, — ему стало боязно, что Кабздрюк и в самом деле вот-вот покалечится. — Я прощаю вас, все нормально.

Грибной король, впрочем, не внял его словам и продолжил с упоением заниматься самоистязанием, поэтому Артем схватил его за корявую ручонку и хорошенько встряхнул.

— Слышишь меня?! — прикрикнул он на предводителя гнорбов. — Я тебя прощаю, все хорошо! Понял?!

Прорези, что были у Кабздрюка вместо глаз, расширились. Наверное, если бы он был физически способен плакать, то из этих углублений бы сейчас ручьями хлынули слезы.

— Грибоводец так добр быть! — захныкал грибной король. — Спасать от поганища и зеленой ведьмы, приводить нас к Вечноспоре!..

Он высвободил свою руку и снова распластался по полу, возопив:

— Мы присягать тебе, о Грибоводец, любимец Вечноспоры!

— Присягать! Присягать! — эхом вторила толпа гнорбов.

Артем почесал голову, испытывая занятную смесь из эмоций. Да, эти существа выглядели странно, не говоря уже о том, что всего каких-то часов шесть назад они были готовы с радостью его прикончить, но мысль о том, что он смог настолько осчастливить их, все равно была приятной. Похоже, теперь довольными останутся все, и сильвиты, которые смогут спокойно жить на болотах, и гнорбы, получившие даже больше светящихся грибов, чем у них было с самого начала.

Приятный момент, правда, закончился также внезапно, как и начался, стоило Артему вспомнить, что скоро все его усилия с большой вероятностью могут лишиться смысла. Если отряд авантюристов прорвется через подземелье, то они в итоге уничтожат и гнорбов, и сильвитов. Он горько выругался себе под нос. Неужели в тот самый момент, когда ему удалось в чем-то преуспеть, он снова потерпит неудачу? Как уже столько раз до этого?

Бубнеж гнорбов стих.

— Грибоводец чем-то недоволен быть? — с дрожью в голосе спросил Кабздрюк, явно решивший, что Артем выругался на него.

— Да нет, все нормально, — ответил тот. — Просто скоро сюда придут авантюристы, так что...

— Людни? — переспросил грибной король опасливо.

— Да, только не такие как я, а злые, — попытался объяснить Артем ситуацию так, чтобы даже созданию вроде гриба-переростка было примерно понятно, что к чему. — Они хотят убить тут всех.

Стоило Кабздрюку услышать это, как он тут же аж весь затрясся от ярости.

— Они грибасы портить! Осквернять Вечноспору! — со смесью страха и злобы воскликнул он.

По толпе гнорбов тоже пронесся взволнованный ропот. Похоже, перспектива почти сразу же лишиться столь желанных грибов их сильно напугала.

— Грибасы защищать нужно! — продолжал тем временем голосить Кабздрюк, и остальные согласно загудели в ответ. — Мы драться за тебя и за Вечноспору, о Грибоводец!

Артем лишь горько усмехнулся. Ему польстила столь искренняя и безоговорочная поддержка, жаль, толку от нее было мало.

— Спасибо, конечно, — уныло сказал он. — Но ты ведь сам говорил, что без своих кабанов вы не можете сражаться.

Может, толпа из двадцати гнорбов и сумела бы на несколько минут задержать авантюристов, но не более того. Даже Клэйф и его команда были опытными воинами в прочном обмундировании. Мелкие гриболюди, вооруженные дубинами, точно не стали бы для них серьезной помехой, а по словам Эксилэйд, новые вторженцы должны были оказаться еще более грозными противниками.

— Так и быть, о Грибоводец, — затараторил Кабздрюк, отрывая Артема от размышлений. — Но ты нас к грибнице Вечноспоры приводить. Тут много-много силы быть! Мы выращивать сильные грибасы мочь!

Артем вздрогнул от внезапно пришедшей в голову мысли. Ну конечно! Как же он мог забыть о тех странных спорах, которыми надышался в лесу до потери сознания? Если гнорбы смогли бы вырастить внутри руин нечто похожее, то это стало бы отличным козырем в борьбе против авантюристов!

— И какие, например, вы можете вырастить грибы? — осторожно спросил он, боясь раньше времени обнадеживать себя, однако, ответ грибного короля превзошел все его ожидания.

— Разные-разные! — принялся с энтузиазмом рассказывать Кабздрюк. — Одни шляпку морочить, будет казаться, ты в одну сторону идти, а ты идти в другую! А еще такие, от которых у людней красный сок из всех щелей литься!

С этими словами Кабздрюк принялся картинно корчиться и сгибаться, демонстрируя, что должно было случиться с тем несчастным, кто столкнется с последним видом грибов.

— Все, хватит, хватит уже! — поспешил Артем остановить это отвратительное представление.

Грибной король послушно затих, после чего вдруг снова встрепенулся, явно взбудораженный очередной кровожадной идеей.

— А еще мы мочь ловить новых свнухов в лесу, — проговорил он заговорщицким тоном. — Натравить их на людней, те их рвать-протыкать! На куски — шмяк, шмяк!

Мысли о жестокой расправе над авантюристами явно радовали Кабздрюка. Артем же невольно сглотнул, вспомнив о том, что совсем недавно подобная участь чуть не постигла его самого. И все же, внезапно предложенная помощь оказалась как нельзя кстати.

— Молодец, Кабздрюк, — похвалил он грибного короля. — Если сделаешь все это, то отлично послужишь мне и этой... как ее там...

Он замялся, пытаясь выудить из памяти название неведомой сущности, которой поклонялись гнорбы.

— Вечноспоре, — наконец вспомнил он слово.

— Мы служить, мы служить, о Грибоводец! — затараторил в ответ Кабздрюк под одобрительные возгласы собственных поданных.

***

В тронном зале, как показалось Артему, было светлее обычного. Кристалл, свисавший с потолка, излучал мягкое голубоватое свечение, будто внутри горела очень яркая лампочка.

— В общем, вот, — слегка сконфуженно произнес он, указывая Сари и Кабздрюка. — Это и есть наше ополчение.

Все трое стояли перед троном Эксилэйд, и ушастая девочка взирала на них свысока, изо всех сил пыталась скрыть собственное разочарование. По лицу Хранительницы замка было ясно, что гриб-переросток и единственная сильвитка отнюдь не внушали ей веры в победу над авантюристами.

Неловкую тишину, образовавшуюся на то время, пока Эксилэйд пыталась прийти в себя, нарушила Сари.

— Меня зовут Сари-Тиа Вааэ, — произнесла она, опускаясь на одно колено и почтенно склоняя голову. — Встретить Вас — большая честь, Вторая Дочь.

Артем заметил, что Фелгир, стоявший чуть позади своей госпожи, как и полагается верному стражу, едва заметно кивнул, выражая молчаливое одобрение.

— Энхирре помог уберечь нашу деревню от опасности, и в знак признательности я буду биться за Вас в предстоящем бою.

С этими словами Сари вытянула вперед свой посох, будто бы преподнося его в дар Эксилэйд. Глаза той тут же расширились.

— Игдрарн? — удивленно произнесла она. — Так ты древопевец?

Артем заметил, что от этого вопроса Сари едва заметно вздрогнула. Ему вспомнился разговор между ней и Фелгиром на пути в руины. Тогда вопросы о посохе и загадочных древопевцах тоже выбили сильвитку из колеи. Впрочем, какие бы Сари не испытывала эмоции, она быстро взяла их под контроль и ответила таким же ровным голосом как раньше:

— Нет, Первая Дочь, но я все равно могу взывать к корням Великого Солнцедрева.

— Тогда твоя помощь нам и правда очень пригодится, — проговорила Эксилэйд, медленно кивая головой. Выражение ее лица сделалось немного менее обреченным.

Сари снова с достоинством кивнула, после чего поднялась на ноги и отступила назад. Взгляд Эксилэйд же обратился к предводителю гриболюдей, стоявшему по другую сторону от Артема.

— Ну а... э... — начала она, похоже, не совсем уверенная, как вообще подступиться ко второму спутнику своего Энхирре.

Тот, впрочем, избавил ее от необходимости что-то придумывать.

— Это Кабздрюк Грибосос, говорящий с Вечноспорой, — объявил Артем с максимально серьезным выражением лица, указывая на грибочеловека так, словно тот был почетным гостем на балу. — И его люди, а точнее, гнорбы сыграют ключевую роль в моем плане по защите замка!

После этого заявления Эксилэйд, кажется, снова потеряла дар речи, застыв с поднятыми бровями и открытым ртом.

— Что ж... — наконец произнесла она, кое-как возвращая себе самообладание. — В таком случае я готова выслушать твой план.

***

— В общем, Кабздрюк и его ребята посадят тут свои грибы, а мы заманим в них авантюристов, — произнес Артем, указывая на большой коридор, что вел из внутреннего двора в тронный зал.

Уже знакомую ему небольшую комнату освещала карта, сотканная из светящихся голубоватых нитей. В этот раз на военном совете, помимо самого Артема, Эксилэйд и Фелгира присутствовала еще и Сари, которая с явным интересом разглядывала диковинное волшебство.

— Как только они попадут в зону действия грибов, те выпустят споры, и...

Артем прервался, не желая произносить то, что сказал ему грибной король, но, видя, вопросительные взгляды своих товарищей, все же нехотя проговорил:

— По словам Кабздрюка, у авантюристов изо всех щелей пойдет кровь...

Он старался как можно меньше думать о том, на какую страшную участь обрекает этих людей. Впрочем, альтернативой была гибель, так что сострадание пришлось отодвинуть на второй план. Как ни грустно было это признавать, но в рамках выбора: "дать себя убить, оставшись образцом морали" и "уничтожить врагов самым жутким способом, зато выжить", Артем выбирал последний вариант. Он только надеялся, что, увидев, как действуют проклятые споры, остальные авантюристы решат убраться восвояси, сохранив собственные жизни.

Услышав последнюю фразу Артема, Фелгир разразился громогласным хохотом.

— А что, — проговорил гигант сквозь смех. — Может ты и не зазря притащил сюда этих недомерков. Они уже начинают мне нравится!

— А ты хотел перебить их почем зря, — огрызнулся в ответ Артем. — Не забыл?

Фелгир тут же перестал гоготать и недовольно взглянул на него, впрочем, спорить он не стал. Если и было в этом синем чучеле что-то хорошее, так это то, что при всей своей кровожадности Фелгир был на удивление честным. Гигант говорил только то, что думал, и это, в некотором роде, делало общение с ним простым, даже несмотря на враждебность. По крайней мере, он не пытался утаить свои настоящие чувства и эмоции, в отличие от многих людей, которых Артем знал в прошлом мире.

— Может получиться, — проговорила тем временем Эксилэйд, разглядывая волшебную голограмму.

Она задумчиво поправила прядь своих неестественно серебристых волос, убрав их за заостренное ухо. Лицо ее было напряженным.

— Но вряд ли этого хватит для того, чтобы отразить нападение столь большой группы.

— Это еще не все! — поспешил заверить ее Артем. — Они смогут наловить в лесу болотных клыкарей, промыть им мозги и натравить на авантюристов!

Он воспользовался своим кинжалом, словно указкой, ткнув лезвием во внутренний двор.

— Поставим их здесь, вдруг авантюристы испугаются и решат вообще не соваться дальше?

По крайней мере, Артем очень на это надеялся. Сам он на их месте именно так бы и поступил. Жаль только, что эти ребята явно были куда храбрее.

— Гнорбы снова будут подчинять клыкарей? — спросила Сари, недоверчиво глядя на Артема, и тот сразу понял, о чем она думает.

— Не волнуйся, Кабздрюк полностью мне подчиняется, — поспешил он заверить сильвитку. — Да и вообще, их теперь не оттащишь от здешних грибов, к вам они точно больше никогда не вернутся!

— Хорошо, — произнесла Сари. — Я доверяю тебе, Энхирре.

Артем почувствовал, как после этих слов в его груди затеплился приятный огонек, и он решил, что теперь ему ни в коем случае нельзя подвести свою новую подругу.

— Клыкари и споры грибов — это хорошо, — проговорила Эксилэйд. — Но если авантюристы преодолеют их, то нам все равно придется сражаться вчетвером.

Ее лицо, хоть и не такое поникшее, как раньше, все равно выражало крайнюю озабоченность, и Артем почувствовал себя виноватым.

— В деревне не было ни одного воина, кроме Сари, — произнес он, стараясь, чтобы голос не звучал так, словно он оправдывается.

— Посланники Первого Сына забрали всех мужчин, кто мог сражаться, Вторая Дочь — подтвердила сильвитка его слова.

Услышав это, Эксилэйд раздосадовано цокнула. Артем уже уяснил, что упоминание брата — верный способ вывести Хранительнцу замка из душевного равновесия.

— Этого стоило ожидать, — проговорила она с негодованием в голосе. — Старший брат никогда не знал меры.

Она подняла взгляд на Сари, и ее глаза-льдинки блеснули искренним состраданием.

— Мне жаль, что это случилось с вами, — произнесла она, качая головой. — Если бы я только могла как-то помочь...

— Вы уже помогли нам, Вторая дочь, — мягко перебила ее Сари. — Без Вас мы бы давно пострадали от рук пришельцев с той стороны.

Сильвитка вновь почтенно склонила голову, после чего положила свой посох на каменный стол перед собой, проговорив:

— И теперь я готова внести свой вклад в защиту Вашего владения, чего бы мне это ни стоило.

Фелгир снова одобрительно закивал.

— Я тоже буду биться до конца, — мрачно проговорил он, с громким лязгом опуская свою исполинскую секиру рядом с посохом Сари. — Эти выродки пожалеют, что пошли супротив Вас, госпожа.

Эксилэйд тепло улыбнулась своему синекожему защитнику, а по спине Артема в который раз пробежал холодок. Думая о том, что теперь ему ни за что не избежать очередного кровавого сражения, он поймал на себе три взгляда: Эксилэйд, Фелгира и Сари.

Глубоко вздохнув, чтобы хоть немного успокоить разбушевавшиеся нервы, Артем произнес:

— Я тоже с вами до самого конца.

С этими словами он последовал примеру своих соратников и положил кинжал на стол с магической картой, прошептав себе под нос: "Как будто у меня есть выбор..."

Глава 19. Что значит слово "сила"?

По экрану с бешеной скоростью неслись сообщения. Ругань, оскорбительные картинки, проклятия — все смешалось в одном потоке негатива, который, как казалось Артему, весь был нацелен именно на него. Умом он понимал, что взбешенные игроки даже не подозревают о его существовании, но ему все равно казалось, что каждый из них персонально ненавидит именно его.

Мир вокруг словно замедлился. Все суетились, пространство офиса гудело от обилия голосов. Везде кипела бурная деятельность: комьюнити-менеджеры обсуждали то, как остудить гнев игроков, программисты наскоро писали патч, который вернет игру в адекватное состояние, дизайнеры клепали баннер с извинениями, словом, все были заняты тем, что исправляли сложившуюся ситуацию.

Ситуацию, виновником которой был Артем.

Сам же он сидел в полнейшем замешательстве, тупо глядя на экран смартфона и все глубже погружаясь в пучину ненависти к самому себе. Неужели он снова все испортил? Неужели триумф опять обернулся крахом по его вине?

Так все и было.

— Неудачник, — прозвучало в голове. — Ты просто обыкновенный неудачник.

— Нет, нет, это всего лишь маленькая ошибка! — попытался оправдаться Артем неизвестно перед кем. — Недоразумение!

— Тебе доверили важное дело, а ты все испортил, — не унимался гаденький голос. — И уже не в первый раз, кстати.

— Заткнись! — закричал Артем, но его слова вырвались из глотки лишь слабым шипением.

Офис пропал, и теперь из темноты на него взирали десятки лиц с постоянно меняющимися чертами.

— Неудачник, неудачник, неудачник, — звучало ото всюду голосами родителей, коллег, девушки, брата...

Артем открыл глаза, чувствуя, как в груди колотится сердце. Кажется, ему снилось что-то тревожное, но нечеткие образы стремительно растворялось в сознании. Все еще взволнованный, он провел ладонью по лицу, стараясь успокоить нервы. Что бы ему там ни привиделось, сон закончился, и теперь его взору предстал лишь уже знакомый каменный потолок той самой комнатки, где он очнулся после первой битвы с авантюристами.

За последнее время Артем окончательно смирился с мыслью, что в обозримом будущем не увидит по пробуждении свою квартиру на окраине Петербурга. Как бы ему ни хотелось верить в обратное, но похоже, новая реальность была по-настоящему реальной, и эта тесная келья теперь стала его новым домом.

Сквозь узкие бойницы струился свет двух лун, а значит снаружи, как и практически всегда, царил сумрак. Грустно вздохнув по этому поводу, Артем нехотя сбросил шкуры, которыми укрывался, и спустился со своей каменной "кровати". Сквозняк, гулявший по руинам замка сразу же заставил его поежиться, и Артем в который раз от души понадеялся, что рассказ Сари о невосприимчивости Энхирре к болезням окажется правдой.

Дыша в окоченевшие ладони, Артем покинул свое жилище. Прошло уже, наверное, дня три с момента их с Фелгиром возвращения, и большую часть этого времени Артем благополучно проспал. Видимо, его организм так утомился от непрекращающихся нагрузок и эмоционального напряжения, что, стоило военному совету окончиться, как он тут же ощутил просто невероятную усталость. Кое-как добравшись до небольшой комнаты с каменной лежанкой, он провалился в долгий и беспокойный сон, полный кошмаров, в которых его снова и снова пытались убить разные чудовища.

Редкие моменты бодрствования Артем тратил на поглощение еды, которую ему предусмотрительно оставила Эксилэйд, а также на то, чтобы узнавать у Кабздрюка о том, как продвигается порученная ему работа. Несмотря на свою крикливую и истеричную натуру, грибной король оказался отличным руководителем среднего звена. Благодаря его усилиям как минимум два ново пойманных болотных клыкаря-зомби уже слонялись по внутреннему двору замка, готовые в любой момент броситься в атаку на авантюристов, а каменный коридор, что вел от туда в тронный зал, постепенно превращался в одну большую колонию грибов. Словом, если бы Кабздрюк меньше орал и колотил собственных подчиненных, то его можно было бы даже назвать образцовым начальником.

Из-за бурной деятельности гриболюдей холодные и пустые руины замка ожили. Тут и там раздавались топот и бормотание. Последнее, впрочем, по всей видимости, мог слышать лишь сам Артем. Пока он шел до тронного зала, мимо него даже пробежало несколько гнорбов, которые не забыли выразить почтение, склонив шляпки-головы и благоговейно прошептав:

— Грибоводец...

В самом тронном зале же, как и всегда, было светло. Артем медленно прошелся по периметру, оглядывая стены из синеватого камня, после чего приблизился к трону. Эксилэйд была здесь. Ушастая девочка спала, свернувшись калачиком на каменном сидении и подложив ладошки под голову. Стоило Артему приблизиться, как она тут же встрепенулась.

— Прости, — виновато произнес Артем. — Я не хотел тревожить тебя.

— Ничего, — улыбнулась ему Хранительница замка, протирая глаза.

Артема немного сбило с толку это внезапное проявление человечности. Фелгир жрал отобранные у авантюристов припасы, периодически отходил к какому-нибудь дереву справить нужду, словом, делал все, чего ожидаешь от живого существа. Его госпожа же, казалось, была лишена простых биологических потребностей. Артем ни разу не видел, чтобы она ела или пила, поэтому тот факт, что ей, по крайней мере, требовался сон, на удивление обнадеживал.

— Твои новые друзья работают не покладая рук, — произнесла Эксилэйд, проследив за тем, как группка гриболюдей несет через тронный зал несколько тушек каких-то мертвых животных. Артем не особо хотел задумываться о том, зачем те им понадобились.

— Признаться, мне бы ни за что не пришло в голову обратиться за помощью к этим существам, — задумчиво продолжила Эксилэйд, глядя на удаляющихся в проходе гнорбов, которые всю дорогу переругивались между собой бубнящими голосами.

С этими словами Хранительница замка спрыгнула со своего трона и пристально взглянула на Артема.

— Никому бы такое не пришло в голову кроме тебя.

— Ну, иногда свежий взгляд на проблему — это то, что нужно, — развел руками Артем, слегка смутившись. — По крайней мере, так говорят в моем мире.

— Хорошее изречение, — кивнула Эксилэйд, после чего добавила:

— Кажется, на твоей родине полно мудрецов.

В ответ Артем рассмеялся.

— Да уж, куда ни плюнь, везде сплошные мудрецы. Хлебом не корми, дай кого-нибудь жизни поучить.

Эксилэйд слабо улыбнулась, кажется, не совсем понимая, что имелось в виду.

— Куда ты собирался идти? — спросила она.

— Хотел прогуляться по замку, осмотреть те помещения, где еще не был, — ответил Артем. — Я, конечно, видел карту, но, если нам предстоит тут сражаться, то лучше будет изучить все заранее.

— Мудрое решение, — с одобрением произнесла Эксилэйд, отходя от трона. — Идем, я все тебе покажу.

Показывать, правда, было особенно нечего. Помимо тронного зала да комнаты со светящейся картой, почти все остальные помещения, куда Эксилэйд отвела Артема, были пустыми. Всюду царила разруха, комнаты и коридоры встречали посетителей голыми стенами с зияющими в них дырами. Если раньше здесь и было какое-то убранство, то его либо давно разворовали, либо оно просто обратилось в пыль за долгие годы. Руины буквально дышали ветхой стариной. Единственным более-менее сохранившимся местом оказалась библиотека.

Когда они с Артемом зашли внутрь, шар света, которым Эксилэйд освещала путь, подлетел к потолку, зависнув, подобно тусклой лампе. Сразу стало ясно, что от библиотеки осталось лишь название, ведь ни одной книги внутри не обнаружилось. Зато само помещение оказалось впечатляющим. Тут было просторно, почти как в тронном зале, а несколько этажей, соединенных полу обрушившимися лестницами, были заставлены рядами книжных стеллажей. Некоторые из них сгнили и почти развалились, другие же все еще стояли, противясь влиянию времени.

— Как вышло, что замок в таком ужасном состоянии? — спросил Артем, разглядывая некогда величественный зал. — Куда ни глянь, все разрушено...

Услышав его вопрос, Эксилэйд встрепенулась и отвела взгляд, словно ребенок, которого уличили в том, что он не убирается в комнате. Хотя, она ведь и была ребенком.

— Сюда уже очень-очень давно никто не приходил, — слегка извиняющимся тоном произнесла Хранительница замка. — После окончания Второго Испепеления в защите этого прохода больше не было необходимости.

Эксилэйд обвела взглядом ветхие шкафы и тихо добавила:

— Как и во мне самой...

Артем несколько раз моргнул, не вполне понимая, что на это сказать, но Эксилэйд, похоже, и не ждала от него какой-то реакции.

— Тогда мне казалось, что война закончилась навсегда, — продолжила она. — А брат твердил, что рано или поздно на нас снова нападут.

Произнеся это, Эксилэйд в расстройстве сжала кулаки.

— И оказался прав, — закончила она нехотя.

В библиотеке повисла тишина. Глядя на свою маленькую раздосадованную спутницу, Артем внезапно понял, что хорошо понимает ее. Эксилэйд было обидно не из-за собственной ошибки, а из-за того, что брат оказался дальновиднее, умнее, лучше. Это чувство было ему прекрасно знакомо.

Желая отвлечь Хранительницу замка от неприятных мыслей, он произнес:

— Так значит, вы не всегда воевали с этим королевством... Как там его? — Артем замялся, воспоминая очередное диковинное слово. — Фифа... Афа...

— Аффариор, — подсказала Эксилэйд. — Да, почти триста долгих лун Непокоренные жили в мире с людьми и Старшими народами. Через Пустошь даже ходили торговцы...

Взгляд Хранительницы замка расфокусировался, будто те спокойные времена прямо сейчас предстали перед ее мысленным взором. Впрочем, ее лицо тут же омрачилось, стоило ей произнести следующую фразу.

— А потом король Натриэйн Пятый снова объявил нас врагами Тьюрга, и теперь сюда приходят лишь убийцы.

Эксилэйд с раздражением фыркнула.

— Как будто он может говорить от его имени!

Услышав это, Артем на мгновение задумался. За последнее время не него свалилось столько испытаний, что он ни разу не попробовал хоть что-то узнать об устройстве мира, в котором оказался. Это недоразумение стоило начать исправлять.

— Скажи, а кто такой этот Тьюрг? — спросил он. — Ты вроде говорила, какой-то человеческий герой или вроде того...

Когда Эксилэйд рассказывала про Раффальгарма и Тьюрга в первый раз, Артем даже и не пытался вникать. Тогда все его мысли занимала недавняя битва и вопрос спасения собственной шкуры, поэтому он мало что запомнил из того рассказа.

— Давным-давно Тьюрг объединил всех людей, живущих по ту сторону Пустоши, в одно королевство, — проговорила Эксилэйд. — Его называют Владыкой-кузнецом, потому что он смог подчинить себе силу Солнечного Огня и выковать с его помощью оружие небывалой силы. Такое не удавалось никому ни до, ни после. Под его предводительством Аффариор становился все больше, и в итоге люди завоевали и подчинили все остальные народы кроме нас, живущих на Сумеречной стороне.

— Так вот что значит "Герой непокоренных", — пробормотал Артем задумчиво, вспомнив, как его назвала Ай-Ис при первой встрече.

Эксилэйд кивнула, после чего мрачно произнесла:

— Вот только сейчас это может измениться.

— Но почему? — спросил Артем. — Вы ведь уже один раз победили людей, разве нет?

— Говорят, Натриэйн собрал армию куда больше и сильнее, чем даже во время Второго Испепеления, — ответила Эксилэйд. — А сумеречные народы хоть и многочисленны, но плохо ладят между собой. Мы объединялись всего раз, когда нас вел в бой мой отец.

Эксилэйд горько покачала головой.

— Как бы сильно мой брат ни хотел, чтобы его считали равным отцу, это не так. Ему не по силам снова сплотить всех по эту сторону Пустоши. А Натриэйн смог.

Артем кивнул. Все сказанное звучало вполне разумно. Даже в истории его собственного мира в войнах побеждали всегда те, кто успевал вовремя объединиться против общего врага.

— Значит, бывают не только сильвиты, гнорбы и сородичи Фелгира? — спросил он, чтобы хоть немного вывести разговор из депрессивного русла.

— Конечно, — отозвалась Эксилэйд со слабой улыбкой. — Кому как ни Энхирре стоит повстречать все сумеречные народы.

Артем ничего не ответил. Хранительница замка продолжила стоять, погрузившись в собственные размышления, а сам он внезапно поймал себя на мысли, что ему и правда было бы интересно узнать, какие еще удивительные создания населяют эту "Сумеречную сторону". Впервые за долгое время мир казался ему большим и неизведанным. Раньше Артем редко отклонялся от привычного маршрута — работа, дом, работа, иногда бар с коллегами, дом и опять работа. А вот в институтские годы все было иначе. Перед мысленным взором возникли воспоминания о походах и поездках на лесные фестивали, куда Артем отправлялся вместе с друзьями каждое лето. Тогда мир тоже казался ему волшебным. Зато потом, когда он сам начал принимать участие в создании вымышленных миров, его собственная реальность как будто сжалась до микроскопических размеров. Времени на поездки больше не было, а друзья со временем отдалились, пойдя каждый своей дорогой. Так Артем и остался один, не имея за душой ничего кроме работы да компьютерных игр.

Пока в его жизни не появилась Марина.

Артем внезапно вздрогнул, вспомнив про собственную девушку, оставшуюся в другом мире. Интересно, что бы она сказала, увидев, как он гуляет по полуразрушенному замку вместе с ушастой босоногой малявкой? Наверное, как и он поначалу, решила бы, что сходит с ума. Артем ощутил неприятный укол совести. Было немного странно, что за последние дни он даже ни разу не подумал о Марине. Но разве можно заставить себя насильно скучать по кому-то? Да и вообще, поскучаешь тут, когда тебя то пытаются убить авантюристы, то гигантские жабы, то кабаны, то Кабздрюк и его гриболюди...

Внезапный шум прямо возле уха отвлек Артема от воспоминаний о прошлой жизни. Он резко обернулся, готовясь увидеть что-то жуткое, но это оказалась всего лишь книга, упавшая с одной из полок. Он наклонился и поднял ее с пола. Ветхая обложка была покрыта паутиной и слоями пыли. Томик был небольшим, но на удивление тяжелым. Смахнув ладонью пыль, Артем принялся разглядывать книгу. На ней не было ни названия, ни каких-либо изображений, обложка была однотонной с одним единственным символом, будто бы выжженным по середине. Это был щит, треугольный, похожий на рыцарский.

Артем открыл книгу и начал листать, не вполне уверенный в том, что вообще сможет в ней что-то прочесть. Неведомая магия Эксилэйд, конечно, помогала ему общаться с разными созданиями, включая даже гнорбов, но он не знал, распространяется ли она на чтение. Впрочем, ему быстро стало ясно, что проверить это не получится. На желтоватых страницах не было ни одной буквы или даже картинки. Один за другим перед Артемом появлялись пустые листы, и вот, когда он уже собирался вернуть томик на полку, среди них промелькнуло что-то темное.

Артем принялся медленно перелистывать страницы по одной, и вскоре его внимательность оказалась вознаграждена. На одной из страниц прямо посередине книги обнаружилось небольшое стихотворение, которое было записано не какими-нибудь рунами или неизвестными буквами, а вполне понятным ему русским языком.

Такого Артем уж точно не ожидал. С чувством полнейшей нереальности происходящего он прочел три четверостишия:

Вопрос, что гложет всех мужей,

Что значит слово "сила"?

Воитель скажет - тот сильней,

Чья сталь врагов косила.

Кто реки крови льет - герой,

Про него песни сложат,

Считает битву он игрой,

Трофей ему положен.

Или силен, кто без меча

Навстречу бросится судьбе?

Кто остановит палача,

Вняв слабого мольбе?

Артем перечитал стихотворение несколько раз, бормоча загадочные строки себе под нос. Сам стих ему ничего не говорил, но уже одно его существование было донельзя странным. Как могла здесь оказаться книга, написанная на его родном языке? Или так действовал волшебный переводчик Эксилэйд? Может, он просто видит привычные буквы там, где на самом деле должны быть письмена иного мира? Можно было спросить об этом саму Хранительницу замка...

— Госпожа, человечий сын, — разнесся по библиотеке низкий голос, от которого Артем, до того погруженный в размышления, инстинктивно дернулся, выронив книгу из рук.

В свете волшебного шара появился Фелгир, чья рожа была еще мрачнее обычного.

— Авантюристы здесь, — коротко произнес он, и эта простая фраза мгновенно вытеснила из головы Артема все остальные мысли. В груди тут же образовался противный пульсирующий комок.

— Но почему так рано? — растерянно пробормотала Эксилэйд. — Прошло ведь совсем немного времени...

— Это мне неведомо, госпожа, — ответил гигант на явно риторический вопрос. — Я только знаю, что нам надобно готовиться к битве.

— Верно, — выдохнула Эксилэйд, кое-как возвращая себе самообладание. — Поспешим.

Она поманила за собой Артема, но тот не двинулся с места. Он внезапно вспомнил про книгу, которую только что держал в руках, и теперь оглядывался вокруг. Странно, но небольшого томика нигде не было видно.

— Ты чего? — спросила Хранительница замка.

— Да просто я тут увидел книгу, а потом... — рассеянно забормотал Артем, чем заслужил неодобрительный взгляд Фелгира.

— Потом поищешь свою книгу, человечий сын, — проворчал он. — У нас есть забота поважнее.

— Да, ты прав... — согласился Артем, все еще осматривая пол и ветхие книжные шкафы.

Почему-то в тот момент ему казалось, что нужно непременно отыскать томик с загадочным стихотворением. Скорее всего, это было просто влияние шока от внезапного осознания того факта, что короткая передышка, в течение которой Артема наконец-то никто не пытался прикончить, столь внезапно закончилась, и впереди снова маячила верная смерть.

Глава 20. Особый интерес

— Вон они, — мрачно произнес Фелгир, указывая вдаль своей массивной ручищей.

Артем осторожно приблизился к полуразрушенному каменному ограждению. Эксилэйд осталась в тронном зале, а они с гигантом поднялись на один из более-менее уцелевших бастионов, за которым открывался вид на Пустошь. Артем уже не раз слышал от своих новых товарищей это слово, но не слишком задумывался о его значении. Ему представлялась, что за стенами замка простирается обычная равнина, однако реальность оказалась куда более удивительной и одновременно пугающей.

Открывшееся зрелище заставило Артема даже на мгновение позабыть о предстоящем сражении. Впереди, сколько хватало взгляда, простиралась совершенно гладкая поверхность. На ней не было ни единого холма, ни одного растения, не было вообще ничего, кроме сероватого песка, похожего на пепел. Пустошь казалось не реальным местом, а картиной художника-абстракциониста или локацией из старой компьютерной игры. Она казалась неживой.

Кое-как приходя в себя и стараясь не выдать потрясения, Артем уставился туда, куда показывал Фелгир. Теперь-то он понял, что по Пустоши и правда двигалась группа фигур. Толпа была солидной, человек двадцать, никак не меньше. Наблюдая за приближающимися врагами, Артем задался довольно очевидным вопросом.

— Почему с ними нет каких-нибудь животных? — пробормотал он, ни к кому конкретно не обращаясь и, скорее, просто озвучивая собственные мысли.

Ему представлялось, что путники, особенно воины, должны были ехать верхом, ну, или хотя бы взять с собой какого-нибудь мула, чтобы запрячь им телегу и не тащить все снаряжение на себе.

— Животины смышленее аффариорской швали, — отозвался Фелгир. — Их на Пустошь и силком не затащишь. Не идут. Знают, что дело это гиблое.

Артем с пониманием кивнул. Только сейчас до него дошло, что за все время наблюдения за Пустошью он не увидел в небе ни одной птицы.

— Их можно понять, — медленно произнес он. — Я бы тоже не захотел туда идти.

Пустошь и правда пугала, но не так, как плотоядные жабы, визжащие адские кабаны и прочие ужасы нового мира. Это место внушало другой страх, но едва ли менее сильный. Глядя на неестественно гладкую, будто бы мертвую равнину, Артем ощущал какое-то первобытное, инстинктивное отторжение, словно все его естество кричало о том, что это место плохое, неправильное, опасное. Он понял, что, в какой-то степени, уважает тех людей, что брели через бескрайний простор с целью убить его. Авантюристы, похоже, и правда были храбрецами, раз отправились в подобное путешествие по доброй воле.

— Надобно разыскать древесную колдунью, — произнес Фелгир, и его голос вывел Артема из транса, в который тот впал, разглядывая Пустошь. — Наши недруги уже почти у врат.

Сари осталась с другой стороны замка, на болотах. Похоже, ей было неуютно долго находиться внутри каменных помещений. Артем как-то спросил ее об этом, и сильвитка ответила, что внутри руин она не чувствует под ногами почвы и корней, а для нее это, похоже, было сродни тому, чтобы лишиться одного из органов чувств.

— Тогда сходи за ней, — ответил Артем гиганту. — А я проверю гнорбов.

Как бы ему ни хотелось поскорее и самому укрыться в глубине руин, это было бы плохим решением. Кабздрюк и его прихвостни подчинялись только своему Грибоводцу, а значит, это именно Артем должен был вести их в битву. Болотные клыкари являлись важной частью плана по обороне замка, поэтому стоило убедиться в том, что гриболюди готовы натравить их на авантюристов.

Фелгир склонил голову, посмотрев на Артема исподлобья. Его взгляд больше не выражал столь ярой враждебности как раньше, скорее он был оценивающим, словно гигант прикидывал, стоит ли ему подчиниться или нет.

— Так и быть, — наконец произнес он. — Я приведу колдунью, а ты готовь своих заморышей к бою.

С этими словами он взвалил на плечо свою исполинскую секиру и двинулся вниз по каменным ступеням. Артем же задержался, бросив еще один взгляд на Пустошь и группу авантюристов. Неужели это и правда были его враги? Неужели, эти люди шли к руинам замка только ради того, чтобы убивать всех на своем пути, и не было никакого способа договориться с ними?

Ответов на эти вопросы у Артема не было, поэтому он со вздохом направился следом за своим огромным соратником.

***

— Эй! — позвал Артем. — Есть тут кто?

Ответа не последовало. Он стоял посреди внутреннего двора замка, недоуменно почесывая затылок. В прошлый раз он видел клыкарей именно здесь, а Кабздрюк приказал, чтобы рядом с ними всегда дежурил один из гнорбов, однако сейчас ни гриболюдей, ни адских кабанов поблизости не было.

Фелгир уже давно скрылся в темном проходе, что вел в тронный зал, и теперь Артем ощущал себя на удивление неуютно. Вокруг не раздавалось ни единого звука, и окружающая тишина навевала вовсе не покой, а тревогу.

— Это я, Грибоводец! — еще раз прокричал Артем. — Нам надо готовиться к битве!

Ему снова никто не ответил, однако на этот раз на границе поля зрения что-то промелькнуло. Артем с облегчением выдохнул. Видимо, клыкари просто забрели за одну из полуобвалившихся каменных стен, а вместе с ними и грибочеловек-пастух. Он направился в ту сторону, где заметил движение, однако стоило ему обогнуть полуразвалившийся остов древнего здания, как он тут же попятился, сыпля бранными словами.

На земле лежал труп гнорба. Его шляпка была отделена от туловища, словно отрубленная одним ударом голова, а мутная жижа, заменявшая этим созданиям кровь, еще не успела впитаться в землю. Все говорило о том, что грибочеловек умер совсем недавно, но кто мог сделать с ним такое? Может, один из клыкарей внезапно вышел из под контроля? Изрядно напуганный этой мыслью, Артем принялся оглядываться, и вскоре заметил чуть поодаль две массивные туши, что бесцельно шатались в сумраке. Нет, клыкари явно все еще пребывали в зомбированном состоянии. Тогда, возможно, Фелгир разрубил этого бедолагу? Это тоже казалось маловероятным. Гигант, конечно, был кровожадным сверх всякой меры, но своих все же обычно не трогал. Тогда кто же...

— Не дергайся, или убью, — произнес неизвестный прямо возле уха Артема, заставив внутренности того похолодеть.

Что-то острое, похожее на лезвие или коготь, уперлось в горло, больно уколов кожу. Какая-то часть сознания Артема, не подверженная мгновенно охватившей его панике, отметила, что голос был явно женским, хоть и достаточно грубым. Незнакомка говорила отрывисто и с хрипотцой. Она была так близко, что Артем чувствовал горячее дыхание на собственном затылке. Каким образом этой женщине удалось подкрасться к нему сзади, не издав ни единого звука, было для него полнейшей загадкой.

Стараясь не совершать резких движений, Артем аккуратно поднял перед собой ладони, надеясь, что во всех мирах этот жест должен был означать одно и тоже. В это же время чья-то рука начала бесцеремонно шарить по его поясу, пока не нащупала рукоять кинжала, что был уже привычно заткнут за него.

— Аффариорская сталь... — пробормотала неизвестная, вертя оружие в опасной близости от головы Артема, очевидно, разглядывая.

— Откуда он у тебя? — требовательно спросила она. — Это ты убил людей Клэйфа? Отвечай!

Острый предмет сильнее надавил на кожу, едва не проткнув ее, и Артем принялся машинально оправдываться:

— Ну, там, скорее, была самооборона, да и вообще, я убил всего одного из них, так что...

Он осекся, наконец осознав, что несет, но незнакомке этой информации, похоже, хватило с лихвой.

— Так это и правда ты... — проговорила она тоном игрока в карты, который только что получил на руки все козыри. — Не могу поверить. Хоргат будет доволен.

— Кто будет доволен? — спросил Артем неизвестно зачем, но вместо разъяснений его бесцеремонно схватили за шиворот и потащили прочь.

Он не мог толком разглядеть свою пленительницу, но одно быстро стало ясно — по физической силе та была сродни какому-нибудь боксеру-тяжеловесу. О том, чтобы попытаться вырваться, не могло идти и речи, так что оставалось лишь покорно брести вперед.

Подгоняемый своей похитительницей, Артем миновал весь внутренний двор замка и приблизился к воротам, через которые, к его ужасу, как раз проходили авантюристы. Несмотря на испытываемую панику, он все же нашел в себе силы осмотреть пришельцев. Основу группы, как и в прошлый раз, составляли крепкие мужчины в стеганках и с разнообразным оружием, но Артем разглядел и других существ, например, приземистого, но очень крепкого на вид карлика и еще несколько более крупных силуэтов, что возвышались позади остальных.

Стоило авантюристам заметить, что им навстречу кто-то движется, как все они тут же похватались за оружие, и Артем уже было решил, что их вместе с похитительницей сейчас зарубят прямо на месте, но в следующий миг из толпы послышался мужской голос:

— Спокойно, ребята, это одна из моих.

Неизвестный говорил вальяжно, слегка растягивая слова, и эта манера речи почему-то сразу же не понравилась Артему.

Толпа расступилась, пропуская говорившего вперед. Этот человек сильно отличался от своих спутников. Все в его облике говорило о желании выделиться, блеснув роскошью: за спиной виднелся алый плащ, кожаные перчатки были украшены вышивкой, на стеганке блестели яркие золотые заклепки. Лицо было под стать одежде — нахальная физиономия мужчины средних лет с маленькими глазками и жидкой козлиной бородкой.

— Так вот ты какой, предатель рода людского, — произнес незнакомец насмешливым голосом. — Признаться, я ожидал кого-то более грозного.

Он осмотрел Артема с головы до ног так, словно тот был товаром на витрине. В его взгляде не было открытой враждебности, но от него по спине все равно бежали мурашки.

— Простите, что встреваю, хозяин, — торопливо проговорила похитительница Артема. — Но я видела внутри несколько...

— Заткни сквернявую пасть! — резко прервал ее щеголеватый авантюрист. — И не открывай, пока тебя не спросят.

— Но ведь Вы сами приказали мне изучить руины... — не послушалась неизвестная, но человек, которого она назвала "хозяином", снова перебил ее.

— Да, а теперь я приказываю тебе заткнуться! — рявкнул он. — Сейчас у меня есть дело поважнее, чем слушать какую-то сквернявую тварь!

Даже несмотря на весь страх, что он испытывал, стоя перед целым отрядом враждебно настроенных головорезов, Артем не смог не заметить то, насколько грубо этот человек общался с его похитительницей. Это было странно. Ему казалось, что авантюристы должны были, как минимум, уважать собственных соратников. По крайней мере, так было в группе Клэйфа.

— А теперь, когда нам больше никто не мешает, позволь мне представиться, господин предатель людского рода! — проговорил человек в плаще, прервав мысли Артема. Он расплылся улыбке, отвешивая шутовской поклон.

— Меня зовут Хоргат, — продолжил щеголеватый авантюрист, после чего вскинул ладонь, словно останавливая Артема. — Нет-нет-нет! Свое имя можешь не называть, оно тебе все равно больше не понадобится.

Не сказать, чтобы сам Артем горел желанием знакомиться хоть с кем-то из присутствующих, но последние слова, произнесенные Хоргатом, заставили его вздрогнуть. Ему скоро не нужно будет имя? Что это значит? Этот человек планирует убить его? Или что-то и того хуже? Хотя, что вообще может быть хуже смерти?

Кажется, Хоргат собирался продолжить свою странную приветственную речь, но его перебил другой авантюрист, выступивший из общей толпы. Это был настоящий богатырь, высокий, под два метра, с бритой головой. Его грудь защищала стальная кираса.

— Хватит театральщины, Хоргат, — недовольно проговорил он. — Раз нашел его, то делай свое дело, да побыстрее.

Лицо щеголеватого мужчины приобрело комично-обиженный вид.

— Спешу напомнить, Ордуэн, что вся эта экспедиция собралась лишь благодаря мне, — произнес он чванливо. — Так что, думаю, я имею право немного поразвлечься, ведь у меня на этого парня большие планы.

Что-то в поведении этого человека заставило Артема внутренне содрогнуться. За последнее время он сталкивался с угрозой смерти куда чаще, чем хотелось: его пытались убить то болотные твари, то гнорбы, то другие авантюристы, и все же, во взгляде Хоргата и его словах сквозило нечто худшее, нежели простое желание расправиться с врагом.

Богатырь, которого, по всей видимости, звали Ордуэн, ничего не ответил, только отступил на шаг с полным неприязни лицом. Хоргат, впрочем, не обратил на его реакцию ни малейшего внимания.

— Тащите ошейник, сквернявые твари! — скомандовал он, взмахнув рукой, и толпа авантюристов вновь расступилась, пропуская вперед сразу несколько фигур, тех самых, что Артем до этого увидел в самом конце процессии.

Тогда он решил, что это просто два очень высоких человека, но теперь ему стало ясно, что людьми их можно было назвать лишь с большой натяжкой. Тело и конечности этих существ покрывал мех — густой, словно у дикого зверя, а одежды они не носили и вовсе. Лица существ были под стать остальному облику — вытянутые, по-кошачьи хищные, с янтарными глазами и звериными ушами, торчавшими на макушке вместо нормальных человеческих. Сходство с животным добавляли и ошейники, в каждом из которых мерцал небольшой голубоватый камушек.

На плечах эти зверолюди несли огромные тюки, куда больше тех, что мог бы поднять даже самый могучий человек. Один из них поставил такой тюк на землю и принялся рыться в его содержимом.

— Шевелись быстрее, — гаркнул Хоргат, нетерпеливо жестикулируя, и зверочеловек торопливо передал ему предмет, похожий на небольшой браслет.

— Что это такое? — испуганно спросил Артем.

На мгновение Хоргат застыл с озадаченным выражением лица.

— Не знаешь, что это? — проговорил он. — Ты что, вчера родился?

— Ну да, можно и так сказать, — с нервным смешком ответил Артем. — Я вообще не отсюда, так что...

На лице Хоргата заиграла довольная ухмылка. Кажется, возможность рассказать о назначении странной вещицы его радовала. Сам же Артем всем своим нутром чувствовал, что происходящее не сулит ему ничего хорошего, и оказался совершенно прав.

— Это рабский ошейник, — проговорил Хоргат, прокручивая безделушку вокруг пальца. — Видишь ли, уважаемый предатель рода людского, я работорговец, и все эти замечательные полулюди — моя собственность.

Внезапно он замахнулся, и его ладонь встретилась с лицом того самого зверочеловека, что недавно подал ему ошейник. Раздался громкий шлепок. Несчастное создание скривилось от боли, но не издало ни звука.

— Если на тебе такой ошейник, то ты не сможешь ослушаться своего хозяина или как-то ему навредить, — с явным удовольствием произнес Хоргат, не обращая внимания на страдания зверочеловека. Вместо этого он сам закатил глаза, скривив лицо в скорбной гримасе.

— Вот только законы Аффариора запрещают брать в рабство представителей старших народов и уж тем более людей, — нарочито жалобно прохныкал он, после чего пристально взглянул на Артема. Рот его растянулся в хищном оскале, мгновенно сделав этого человека куда больше похожим на зверя, нежели его покрытые мехом слуги.

— И вот тут-то на сцену выходишь ты, — продолжил он. — По королевским законам ты считаешься порождением сумрака, а значит я могу вполне законно забрать тебя себе!

Хоган мечтательно закрыл глаза.

— Даже представить не могу, сколько за тебя предложат на столичном аукционе! Думаю, после такой продажи я смогу сразу уйти на покой!

Он почесал свою бороденку, словно обдумывая эту мысль, после чего воскликнул:

— Хотя, зачем? Я ведь так люблю свою работу!

С этими словами Хоргат громко расхохотался. Артем же просто пялился на него, пытаясь осознать только что услышанное. Рабы? Забрать себе? Продать на аукционе? Эти слова просто не укладывались в голове. Какое-то особое, парализующее чувство страха овладело им. Ему вспомнился вопрос, что он недавно задавал сам себе: "Что может быть хуже смерти?" Это и был ответ на него. Умереть, даже в бою, даже самым жестоким способом — это одно дело, но рабство? Сама мысль о том, чтобы стать чьим-то рабом, утратить свободу воли, казалась во много раз ужаснее.

Артем попытался инстинктивно попятиться, но почувствовал, как его спина наткнулась на мощную преграду. Плечо сжала рука, крепкая, жилистая и когтистая. Теперь-то стало ясно, почему поймавшая его незнакомка была так сильна. Она наверняка принадлежала к той же расе, что и двое других зверолюдей-рабов.

— Не сопротивляйся, и останешься жив, — прошептала она. В ее голосе больше не ощущалось угрозы, скорее, он звучал даже с некоторым состраданием. — Если повезет, ты попадешь к хорошему хозяину.

Услышав эти слова, Артем вздрогнул. Что-то внутри него шевельнулось, словно сам его дух воспротивился идее о том, что у живого, мыслящего существа, может быть какой-то "хозяин", купивший его за деньги. С ранних лет всех детей в его прошлом мире учили, что рабство — это едва ли не худшее, что вообще случалось с человечеством, а рабовладельцы были самыми омерзительными злодеями во всех произведениях. Но то были книги и фильмы, а человек, что стоял сейчас перед Артемом, являлся самым настоящим работорговцем.

— Больно будет только первое время, — произнес Хоргат с деланной заботой в голосе. — Но рано или поздно ты привыкнешь.

Ну уж нет, Артем не собирался к такому привыкать! Все нарастающая злость подействовала как прививка от оцепенения, и рука сама взметнулась, устремившись навстречу Хоргату по дуге.

Кулак угодил рабовладельцу прямо в висок, заставив того нелепо шлепнуться на пятую точку. За ударом последовал пронзительный вой. Хоргат выронил свой ошейник и с воплем схватился за ухо. На какой-то миг страх сгинул, оставив внутри только ликование. Артем никогда бы не подумал, что причинить кому-то боль может быть так приятно. Но этот человек заслужил куда больше, чем хорошую оплеуху, и Артем с удовольствием взирал на то, как Хоргат корчится и воет, держась за лицо.

Триумф, впрочем, продлился недолго. Уже в следующее мгновение он почувствовал, как на него наваливается кто-то очень сильный, и он сам не успел понять, как оказался на земле со скрученными за спиной руками. Занятное чувство дежавю овладело Артемом, ведь совсем недавно его также удерживали гнорбы.

— Зря, — с еще большим состраданием в голосе прошептала зверолюдка, намертво прижимая Артема к земле. — Так будет только хуже.

Словно в подтверждение ее слов по двору замка разнесся истерический вопль Хоргата:

— Ты пожалеешь, что ударил меня, сквернявый ублюдок!

Работорговец кое-как поднялся на ноги с помощью двоих других зверолюдей. Лежа на земле, Артем мог видеть только его ноги в щеголеватых сапогах с золотой строчкой.

— Я надену на тебя этот ошейник, чего бы мне это ни стоило! — продолжал Хоргат сквозь стоны. — И стану первым рабовладельцем в Аффариоре, кто подчинил себе человека!

Артем увидел, как он поднимает с земли оброненный артефакт, и понял, что еще несколько мгновений, и тот окажется у него на шее. Как ни грустно было это признавать, но внезапный акт неповиновения и правда не дал плодов, а лишь вывел Хоргата из себя.

И все же Артем не хотел сдаваться без боя. Но что он мог сделать? Проклятая зверолюдка, державшая его прижатым к земле, была в несколько раз сильнее, и выбраться из ее захвата было просто невозможно. И вот, когда Артем решил напоследок хотя бы попытаться укусить рабовладельца за его костлявые пальцы, его взгляд привлекло странное зрелище.

Рядом, прямо возле ног Хоргата, из земли быстро прорастал гриб. На мгновение Артем изумленно уставился на него, совершенно позабыв про опасность, которая ему угрожала, настолько это выглядело неестественно — словно видео с ускорением времени каким-то образом наложилось на реальность. Ножка пробилась сквозь почву и устремилась вверх. Ее венчала круглая шляпка, облепленная набухшими мешочками.

— Больше ты никогда не сможешь поднять на меня руку, — прошипел Хоргат, отвлекая Артем от созерцания гриба.

Работорговец уже протянул к нему ладонь, в которой сжимал раскрытый ошейник. Только сейчас Артем заметил, что изнутри его поверхность была не гладкой, а усеянной небольшими шипами. Понимая, что ему меньше всего на свете хочется, чтобы эта штука оказалась у него на шее, Артем принялся изо всех сил брыкаться, но женщина-зверочеловек держала его крепко. Хоргат бесцеремонно схватил его за волосы, вздернув голову вверх, как вдруг прямо возле него раздался негромкий хлопок.

Все окружающее пространство в мгновение ока заволокло клубами сероватого дыма. Повсюду раздавались ругань и кашель, но через них Артем услышал еще один, хорошо знакомый ему звук — ворчливые голоса гнорбов.

— Спасать Грибоводца! Спасать! Смерть поганкам-людням! — истошные вопли Кабздрюка зазвучали громче остальных, и уже в следующее мгновение на авантюристов налетел целый рой миниатюрных созданий.

Глава 21. Грибы и кабаны против искателей приключений

Не успел Артем осознать, что произошло, как вокруг воцарился сущий хаос. Как он запоздало сообразил, дым появился из-за взрыва того самого гриба, что неестественно быстро вырос рядом с Хоргатом, и теперь сероватое облако окутало всю группу авантюристов. Похоже, это был тот самый тип грибов, который, по словам Кабздрюка, должен был "морочить людням голову". Воины неистово кашляли, натыкаясь друг на друга словно слепые котята.

Более удачного момента для атаки просто нельзя было придумать, и, стоило отдать Кабздрюку должное, он его не упустил. Толпа гнорбов налетела на противников, размахивая примитивным оружием — дубинами, палками и камнями. Отставание в качестве снаряжения они с лихвой компенсировали эффектом неожиданности. Один авантюрист почти сразу пал, пытаясь совладать с троицей гнорбов, набросившихся на него. Он старался отбиться от наседающих созданий мечом, но, ослепленный спорами, махал своим оружием впустую, из-за чего приземистые создания смогли окружить его, начав неистово колотить незадачливого искателя приключений изо всех имевшихся у них сил. Артем видел, как в безуспешной попытке защититься взметнулась его рука, слышал, как раздался отчаянный крик, вскоре сменившийся предсмертным хрипом.

Не лучше дела обстояли и у Хоргата. Даже будучи прижатым к земле, Артем видел, как рабовладелец испуганно мечется из стороны в сторону, заходясь диким кашлем. Как раз эта нерешительность и позволила нескольким гнорбам запрыгнуть ему на спину. Дубины, что они несли, взметнулись в воздух, готовые обрушиться на работорговца, и в эту же секунду Артем понял, что захват, в котором он находился последние несколько минут, ослаб. Заметив, что ее господина окружили, зверолюдкалюдка тут же бросила своего пленника, ринувшись вперед. Только сейчас Артем смог толком разлядеть ее. Она была даже выше других своих сородичей, тонкая, поджарая, с длинными и стройными конечностями, покрытыми коротким мехом. Уши на голове напоминали о гепардах или других крупных кошачьих, как и движения, быстрые и резкие. Зверолюдка в одно мгновение оказалась возле Хоргата, расшвыривая гнорбов в разные стороны так, будто те были игрушками.

Пользуясь моментом, Артем поспешил подняться на ноги. Сперва он испугался, что тоже потеряет ориентацию в пространстве из-за витавших повсюду спор, но быстро понял, что те, похоже, на него совершенно не действовали. Он видел все четко, и представшая его взору картина оказалась довольно тревожной: далеко не все авантюристы растерялись из-за внезапного нападения гнорбов. По крайней мере, этого точно нельзя было сказать об огромном воине в кирасе, что недавно спорил с Хоргатом. Он надел на свою лысую голову полукруглый шлем и взял наизготовку длинный двуручный меч. За ним в дыму виднелись еще две фигуры: приземистый крепкий человек и женщина, которую Артем заметил впервые. Она сжимала в руке какой-то жезл, а подле всей троицы уже лежало несколько трупов гнорбов.

Не уверенный в том, что ему делать, Артем начал инстинктивно пятиться назад, прочь от врагов, когда кто-то схватил его за руку. Он испуганно обернулся, ожидая увидеть какого-нибудь заносящего оружие авантюриста, но вместо этого уставился в пустые глазницы Кабздрюка, что тянул его за рукав рубахи.

— Скорее, о Грибоводец! — взволнованно заворчал грибной король. — Убегать быстро-быстро!

Артем на мгновение замешкался. Гнорбы пришли ему на помощь, некоторые из них уже даже успели отдать собственные жизни ради его защиты, а он должен был просто бросить их? Он оглядел поле боя. Облако спор начинало понемногу рассеиваться, и с каждой секундной становилось все яснее, что гриболюдям ни за что не управиться с авантюристами. Элемент неожиданности был исчерпан, и большинство воинов уже встали в строй, оправившись от первого потрясения. Вокруг сверкала сталь, косившая гнорбов, словно траву. Тот вклад, который Артем бы сейчас смог внести в битву, вряд ли оказался бы хоть сколько-нибудь значимым, поэтому он все же кивнул и пустился бежать вслед за грибным королем.

— Куда собрался, сквернявый урод?! — воскликнул за его спиной Хоргат.

Артем обернулся и увидел, как работорговец с рассвирепевшим лицом вынимает из ножен клинок. Было довольно странно, что он додумался сделать это только сейчас, а не в момент нападения гнорбов, когда это казалось куда как более уместным. Артем не был экспертом по сражениям на мечах, но даже ему сразу стало понятно, что Хоргат держит оружие неумело, без должной сноровки. Продемонстрировать свои боевые навыки ему, впрочем, все равно было не суждено, ведь стоило работорговцу двинуться по направлению к Артему, как земля под его ногами тут же начала ходить ходуном, и уже через мгновение от туда вырвалась настоящая стена из переплетающихся корней. Наверняка, если бы не зверолюдка, снова пришедшая на помощь своему хозяину, то тот мгновенно оказался бы раздавлен древесной волной. К несчастью, этого не произошло. Рабыня выскочила вперед, и ее когти с огромной скоростью замелькали в воздухе, нашинковывая стремившиеся в сторону авантюристов корни.

Один из воинов завопил, когда цепкие лозы оплели его, поднимая над землей, но лысый здоровяк взмахнул своим мечом словно косой, одним ударом срубив всю хищную поросль. Раньше его оружие казалось Артему чересчур громоздким, но в такой ситуации массивный клинок напротив пришелся как нельзя кстати.

— Энхирре, бегите! — раздался крик Сари, и Артем послушался, ринувшись через главный двор замка сломя голову.

Кабздрюк следовал за ним. Даже несмотря на непропорционально тощие и короткие ножки, грибной король оказался на удивление проворен. Он что-то завопил, и остальные гнорбы тоже бросились врассыпную, очевидно поняв, что их Грибоводцу больше не угрожает опасность.

— За ним! — послышались новые истеричные вопли Хоргата. — Не дайте человеку сбежать! В погоню, сквернявые твари! В погоню!

Авантюристам потребовалось не так много времени, чтобы прорваться через волшебные корни Сари, и теперь они всей толпой преследовали беглецов. Позади слышались крики, топот и бряцание обмундирования.

Сосредоточившись на том, чтобы просто как можно быстрее нестись вперед, Артем не сразу заметил, что Кабздрюк начал что-то напевать прямо на бегу, размахивая над головой усеянной грибами палкой. В такт его бормотанию грибы начали светиться, и почти в этот же момент Артем снова услышал топот, только доносившийся уже с другой стороны.

Смутное воспоминание пробилось через пелену из возбуждения и страха, что застилали его разум. Артем понял, что узнает этот звук — угрожающий галоп явно нечеловеческих ног, но, прежде чем его мозг смог сложить два и два, из темноты вырвалась парочка клыкарей, тех самых, что недавно бесцельно слонялись по двору замка. Теперь же они буквально летели вперед в неистовом порыве, раззявив слюнявые пасти и издавая жуткий, сводящий скулы визг. Прямо как тогда, возле деревни Сари, адские отродья совершенно не заботились о сохранении собственных жизней, движимые одной целью — уничтожить все, что находилось у них на пути.

От внезапного появления этих созданий Артем чуть было не попытался инстинктивно отпрыгнуть в сторону, как он уже делал во время битвы с их гигантской самкой, однако не успел, что было и к лучшему, ведь обе твари просто благополучно пронеслись мимо, ведомые волей Кабздрюка.

Забежав за полуразрушенную стену, Артем обернулся, переводя дух. Зрелище, представшее перед ним, было одновременно впечатляющим и жутким. Словно реактивные снаряды, два адских кабана влетели в толпу бегущих авантюристов, сразу раскидав пару-тройку подобно кеглям в боулинг-клубе. Тела грянулись о землю, скорчившись в неестественных позах. Глядя на них, Артем сомневался, что эти люди когда-нибудь снова поднимутся.

Остальные авантюристы застыли в замешательстве, глядя на новых врагов, что стоило жизни, как минимум одному из них. Артем скривился, увидев, как клыкарь ринулся к зазевавшемуся воину, что просто пялился на гигантскую тушу, даже не пытаясь отпрыгнуть или как-то защититься. В следующее же мгновение бедняга оказался насажен на огромный клык. Крик боли разнесся по округе. Впрочем, его страдания продлились недолго. Клыкарь резко мотнул мордой с такой силой, что тело авантюриста просто разорвалось, и две половины туловища полетели в разные стороны, орашая землю кровавым фонтаном.

Столь впечатляющий в своей брутальности финал, похоже, произвел сильное впечатление на оставшихся в живых авантюристов. Некоторые из них просто с воплями побежали в разные стороны, пытаясь спрятаться от неистовых чудищ. Среди них был и Хоргат. Спасаясь, он вопил на собственных рабов:

— Защищайте меня! Защищайте, сквернявые отродья! Бейтесь с этими тварями!

Похоже, зверолюди, находившиеся в его подчинении, и правда не могли ослушаться приказа собственного господина, потому что они покорно остались там, где и были, готовые продолжить схватку с клыкарями. Зверолюдка, недавно пленившая Артема, храбро вышла вперед, расправив когтистые лапы, словно желая загородить собой товарищей.

Уже знакомых Артему авантюристов, возглавляемых здоровяком с двуручным мечом, похоже, тоже миновала всеобщая паника. Все трое построились в боевой порядок: мечник вышел вперед, остальные двое остались за его спиной. Теперь-то Артем смог рассмотреть их всех получше. Женщина с жезлом оказалась довольно высокой, не сильно ниже мечника-здоровяка. На ней был серый походный плащ с капюшоном, из под которого виднелись темные волосы. Она несла с собой много поклажи — Артем разглядел рюкзак и несколько поясных сумок с неизвестным содержимым.

Приземистый человек же на фоне этих двоих казался даже ниже, чем был на самом деле. Сперва Артем решил, что это еще один нижелюд, как тот, с которым он дрался в прошлый раз, но быстро понял, что ошибся. Если миниатюрный соратник Клэйфа скорее смахивал на какую-то помесь ребенка и животного, то этот карлик выглядел как вполне традиционный гном из фентези произведений — крепко сбитый, с пышной бородой. Для полноты образа не хватало только секиры, вместо которой в его руках обнаружилось что-то вроде продолговатой палки. С того расстояния, на котором он находился, Артем не мог разглядеть, что именно это было.

Гадать ему, впрочем, не пришлось, ведь уже в следующую секунду один из клыкарей нацелился на троицу искателей приключений. Визжа и размахивая пятаком, он ринулся в атаку, но в этот же миг высокая женщина воздела к небу свой жезл. Кристалл, венчавший его, засветился в сумраке, после чего произошло что-то странное — почва перед клыкарем превратилась в болото, словно ее в мгновение ока размыло подземными водами. Создание снова завизжало, но уже не воинственно, а отчаянно, погружаясь в засасывающую его жижу.

— Ведьма, ведьма! — недовольно заворчал Кабздрюк, что ютился за стеной рядом с Артемом вместе с парочкой других гнорбов. — Люденьское колдуноство! Мерзкое, поганистое! Нельзя ей добираться до Вечноспоры давать!

— Магия, значит... — пробормотал Артем. Он уже не раз встречался с удивительными сверхъестественными способностями обитателей нового мира, но все равно каждый раз удивлялся.

Правда то, что случилось дальше, было еще более удивительным. Гном выступил вперед, подняв свою "палку", которая, при ближайшем рассмотрении оказалась ни чем иным, как замысловатым орудием, похожим на мушкет. Из его рукояти тянулось что-то вроде шнура, который уходил за гному спину, в большой рюкзак.

Гном прицелился, и шнур засветился так, словно по нему проходила какая-то энергия. Вокруг дула мушкета заиграли разряды, похожие на небольшие молнии, и в следующий миг раздался пронзительный треск, похожий на звук рвущейся мокрой тряпки. Вместе с этим из ствола орудия ударил голубоватый луч, угодивший клыкарю точно промеж глаз. Сам же гном после выстрела комично отлетел назад и принялся барахтаться, пытаясь подняться на ноги.

Тварь завизжала в последний раз, после чего грузно осела, все глубже погружаясь в магическое болото. Вот только Артем знал, что это было еще не все. Под шкурой клыкаря начали вздуваться отвратительные пузыри, туша затряслась, но в последний момент женщина снова вскинула свой жезл. Раздался оглушительный хлопок, когда мертвый клыкарь разорвался словно живая мина, однако все трое авантюристов остались невредимы. Их окутал туманный купол, будто бы сотканный из уплотнившегося воздуха, по которому теперь сползали ошметки плоти.

Четверо авантюристов справились с адским отродьем на удивление просто, даже, можно сказать, буднично, словно им было не впервой побеждать подобных существ. Вся битва длилась едва ли дольше минуты, за которую болотная тварь была повержена с пугающей эффективностью.

Надежда оставалась на второго клыкаря, но, стоило Артему найти его глазами, как тут же стало ясно, что и здесь ситуация складывалась не в пользу чудовища. Рядом с ним, конечно, лежало несколько тел, не подававших признаков жизни, однако, та зверолюдка, что совсем недавно поймала Артема, каким-то образом умудрилась забраться твари на спину. Животное неистово дергалось, визжало и брыкалось, пытаясь сбросить свою "наездницу", словно это было какое-то родео из ночного кошмара.

Зверолюдка же падать явно не собиралась, крепко держась за торчавший во все стороны мех. Она с силой оттолкнулась от шеи клыкаря, прыгнув вперед, точно дикое животное, намеревающееся загрызть жертву. Ее рука зацепилась прямо за клык, вокруг которого она ловко обернулась, подобно танцовщице на шесте, после чего другая ладонь с острыми когтями вонзилась прямо в глазницу адского кабана. Дикий визг и судороги, скрутившие тушу клыкаря, подсказали Артему, что и с этой тварью было покончено. Каким бы ничтожным и трусливым ни был Хоргат, его рабы, похоже, являлись отличными бойцами. По крайней мере, одна из них точно.

Артем не мог не восхититься сочетанием изящества и смертоносности, с которыми женщина-зверочеловек одолела столь грозное создание. И все-таки, происходящее не сулило защитникам замка ничего хорошего. Первая линия обороны была прорвана, и, не смотря на то, что как минимум пять воинов погибли в этой схватке, самые сильные и опасные из авантюристов, похоже, остались в строю, и что-то подсказывало Артему, что назад они не повернут.

Словно в ответ на эту мысль, он услышал уже осточертевший голос Хоргата:

— Чего вы стоите, сквернявый человек сбежал! В погоню! — понукал он своих рабов, даже не потрудившись поблагодарить тех за спасение собственной шкуры. Сам-то работорговец все сражение просидел за каким-то валуном.

Зверолюдка, только что прикончившая клыкаря, повела носом, очевидно принюхиваясь, и Артем внезапно осознал, насколько ненадежным было их с Кабздрюком укрытие.

— Уходим отсюда, — прошептал он и начал медленно, стараясь не издавать лишних звуков, отдаляться от полуразрушенной стены. — Только осторожно.

Сперва ему даже показалось, что они смогут по-тихому отступить к самому входу в замок, но тут один из гнорбов, что прятался вместе с ними, запнулся за камешек и, пискляво вскрикнув, растянулся на земле.

— Дырявая шляпка! — тут же заворчал Кабздрюк. — Грибоводец велеть тихим быть!

С этими словами он занес свой посох и принялся отработанным движением избивать своего подопечного по спине, чем, естественно, только наделал еще больше шума.

— Стой, Кабздрюк, хватит! — зашипел на него Артем, пытаясь угомонить своего черезчур ярого последователя, но было уже поздно.

— Я их слышу! — послышался из-за стены голос зверолюдки. — Туда!

— Бежим! — только и успел скомандовать Артем прежде, чем все авантюристы снова ринулись в погоню.

Глава 22. Песнь войны

Стоило Артему снова броситься наутек, как в тот же миг голубоватый разряд энергии с резонирующим звуком ударил прямо в ту стену, за которой он прятался вместе с Кабздрюком.

Во все стороны полетели камни, и Артему пришлось совершить отчаянный прыжок в сторону. По счастливой случайности обломки не задели его, чего нельзя было сказать об одном из гнорбов. Бедолага с коротким писком скрылся под рухнувшим сверху валуном.

— Человека оставьте в живых! Слышите?! — кричал где-то позади Хоргат, но теперь авантюристы, похоже, не слишком заботились о том, чтобы выполнять его требования.

Не успел Артем подняться с земли, как рядом с ним появилось сразу вся толпа воинов во главе с мечником-здоровяком и зверолюдкой. Земля снова вздыбилась, выпуская наружу корни, которые тут же потянулись в сторону авантюристов словно щупальца какого-то подземного чудища.

— Вставай, — послышался рядом знакомый голос, и кто-то потянул Артема вверх за плечо.

Это была Сари. Сильвитка выглядела уставшей, даже изможденной. Рука, сжимавшая посох, дрожала, а свет в глазах мерцал, навевая мысли о неисправных лампах. Похоже, схватка сразу со всеми врагами разом далась ей нелегко.

— Спасибо за помощь, — выдохнул Артем, наконец поднимаясь на ноги с помощью своей новой подруги.

К несчастью, в этот раз противники были готовы к появлению живой стены — мечи, топоры и когти начали крошить ее с пугающей эффективностью, и уже в следующий миг Артем с ужасом понял, что сквозь бреши в древесном заслоне он видит, как гном в очередной раз заряжает свое энергетическое ружье.

Все произошло так быстро, что отскочить или еще как-то укрыться было просто невозможно. Смертоносный луч вырвался из ствола волшебного мушкета и прожег дыру в заборе из корней, устремившись к Артему и Сари. Однако смерть не настигла их. Со звуком, похожим на треск бьющегося стекла, луч срикошетил, преломившись вбок. Он пошел по дуге, отколов кусок от одной из стоявших неподалеку колонн.

Артем ошалело оглянулся. Позади с вытянутой вперёд рукой стояла Эксилэйд. Точнее, там стояла женщина, отдаленно похожая на нее. Сперва Артем даже усомнился в том, что видит перед собой Хранительницу замка, но быстро понял, что в руинах кроме нее и Фелгира больше никого не могло быть.

На мгновение позабыв даже о смертельной опасности, Артем с изумлением уставился на это странное преображение. Эксилэйд стала выше, ростом почти с него самого. Из ее лица пропали детские черты, а неестественно голубые глаза смотрели холодно и серьезно. И все же это были те самые глаза, похожие на две льдинки, к которым Артем уже успел привыкнуть. Теперь-то довольно пафосно звучащий титул "Хранительница замка" уже не казался ему таким неуместным. Новое обличье Эксилэйд соответствовало ему как нельзя лучше.

— Я скажу всего один раз, — слова разнеслись по двору замка неестественно громким эхо. Это был голос не маленькой девочки, а правительницы — требовательный и могучий. — Не медля убирайтесь из моих владений, или умрите все до единого.

Словно в подтверждение этой угрозы, рядом с Эксилэйд появилась гигантская тень, на фоне которой та снова начала казаться миниатюрной. Фелгир взвалил на плечо свой огромный топор, нахально уставившись на толпу авантюристов. Его поза казалась обманчиво расслабленной, но Артем знал, что эта вальяжность в мгновение ока сменится смертоносностью, стоит гиганту вступить в битву.

На несколько мгновений вокруг воцарилась тишина, показавшаяся неестественной после недавней какофонии битвы. Сари, тяжело дыша, оперлась на свой посох, после чего оставшиеся корни скрылись под землей. Теперь между нападавшими и защищающимися не было преград, и Артем хорошо видел лица авантюристов и их оружие, направленное в его сторону. К счастью, внезапное появление Фелгира и Эксилэйд, похоже, удерживало их от того, чтобы немедленно ринуться в новую атаку, что было очень кстати.

Недолгое молчание нарушил Хоргат.

— Это же снежная аэлве, — раздался в тишине его противный голос.

Работорговец звучал так, словно внезапно наткнулся на сундук, полный сокровищ.

Ропот прокатился по толпе авантюристов. Некоторые из них показывали на Эксилэйд пальцем, словно та была какой-то диковинкой.

— Если продать на аукционе ещё и ее, то деньги придется отгружать мешками! — радостно продолжил Хоргат, подходя к мечнику-здоровяку.

— Я пришел сюда не за рабами, — произнес тот холодно. — За трупы нам тоже хорошо заплатят.

Хоргат картинно скривился, всем своим видом выражая праведное негодование.

— Ордуэн, дружище, зачем же портить превосходный товар! — воскликнул он, похлопав мечника по спине будто закадычного друга, после чего с гаденькой улыбкой продолжил:

— К тому же, я не припомню, чтобы раньше ты отказывался от своей доли за продажу рабов.

После этих слов здоровяк так сильно сжал рукоять меча, что Артем смог заметить это даже с того места, где стоял. Впрочем, Ордуэн, чье имя Артем наконец-то смог запомнить, не стал снова возражать работорговцу, промолчав.

— О чем они там толкуют, человечий сын? — послышался голос Фелгира. — Я не разумею ихнего языка.

— Э-э-э... — протянул в ответ Артем, не вполне уверенный в том, что хочет пересказывать слова Хоргата для гиганта, но после некоторых колебаний он все же осторожно проговорил:

— В общем, они хотят взять Эксилэйд в рабство и продать на каком-то аукционе...

Как Артем и думал, с таким же успехом можно было помахать красной тряпкой прямо перед мордой быка. Лицо Фелгира скривилось в гримасе, в которой равно смешалось отвращение и лютая ненависть.

— Человечьи выродки! — пророкотал он, перехватывая секиру в боевое положение. — За одни такие помыслы я порублю вас на куски!

Вряд ли работорговец понял, что было только что сказано, но одного тона гиганта хватило, чтобы довольная улыбка тут же сползла с лица Хоргата, после чего он поспешил укрыться за спинами собственных рабов-зверолюдей. Остальные авантюристы взяли оружие наизготовку, но не спешили нападать, за что их было сложно винить. Огромный, да еще и разъяренный Фелгир и правда казался страшным противником, и в этот раз Артем от души порадовался, что он был на его стороне.

— Вижу, уходить вы не собираетесь, — бесстрастно поговорила Эксилэйд, в отличие от своего стража никак не отреагировав на слова работорговца. — Значит, ваш удел — смерть.

Она кивнула Фелгиру, и тот с кровожадной улыбкой двинулся вперед.

— Начали потеху без меня, как погляжу, — произнес он, поравнявшись с Артемом и Сари.

Гигант с некоторым сожалением оглядел поле боя, где уже лежали поверженные авантюристы и останки взорвавшихся клыкарей.

— Не волнуйся, — ответил Артем, попытавшись усмехнуться. Прозвучало это, правда, скорее как истеричное хихиканье. — Вон сколько их еще осталось.

Он указал перед собой, и Фелгир довольно покивал, словно человек, предвкушающий некое веселое времяпрепровождение. Наверное, с его точки зрения, все так и было, но вот сам Артем в тот момент не испытывал ничего кроме дурного предчувствия, ведь даже после появления Эксилэйд и ее грозного стража, ситуация явно складывалась не в пользу защитников замка. Даже после встречи с адскими кабанами в живых осталось приличное количество авантюристов.

Артем бросил взгляд на собственных товарищей. Фелгир стоял слева от него, взвалив черную секиру на плечо и глядя на противников своим фирменным взглядом, выражавшим крайнее, агрессивное презрение. Сари выпрямилась, снова изготовив посох к бою. Несмотря на явное переутомление выглядела она решительно.

Кто-то потянул Артема за штанину. Он обернулся и увидел грибного короля.

— Вот, о Грибоводец! — произнес Кабздрюк, протягивая что-то. — Мы орудие Ваше находить!

Только сейчас Артем понял, что в руках грибочеловека находился его кинжал. Принимая дар, он думал о том, что выходить против целой толпы вооруженных до зубов головорезов с одним коротким ножом казалось безумием, однако, странным образом вес уже ставшего привычным клинка в руке слегка успокоил его нервы.

За Кабздрюком столпились оставшиеся в живых гнорбы. Их количество стало удручающе мало, но они по-прежнему безропотно следовали за своим предводителем, готовя к бою примитивное оружие.

— Ну так что? — воскликнул Фелгир, и его голос пронесся над внутренним двором замка, словно раскаты грома. — Мы будем сегодня биться, или вы все-таки решили драпать?

Ответом на его вопрос стал боевой клич, который издал Ордуэн. Он бросился вперед первым, и остальные последовали за ним.

Битва началась.

Лязг металла слился с криком и треском ломаемой древесины, когда Фелгир обрушил свое оружие на первого врага. Щит противостоявшего ему авантюриста мигом обратился в щепки, соприкоснувшись с темным лезвием, а в следующий миг и сам его обладатель оказался разрублен пополам.

— Я поступь хладной смерти! — заревел Фелгир, ударяя себя в грудь огромным кулаком.

Другой авантюрист попытался подойти к нему сбоку, но гигант просто лягнул его своей похожей на слоновью ногой. Раздался противный хруст, после чего воин отлетел на добрых метра три будто брошенная кукла.

— Я посвист свирепой стали! — продолжил реветь Фелгир.

На этот раз на него набросилось сразу трое, во главе с Ордуэном.

— Услышьте мою песнь войны, Железные Предки!

Прокричав это во всю свою нечеловечески огромную глотку, Фелгир снова раскрутил оружие, похоже, намереваясь разрубить всех троих противников разом. Лезвие секиры со свистом рассекло воздух, встретившись с мечом Ордуэна. Похоже, этому человеку и правда было не занимать силы. Впервые Артем видел, чтобы кто-то смог выстоять против прямого удара гиганта. И все же, богатырь едва устоял на ногах, отпрянув назад и позволив двоим своим товарищам приблизиться к гиганту. Один из авантюристов навалился со всей силы, пытаясь вогнать клинок Фелгиру под ребра, но тот наотмашь заехал ему кулаком, отправив беднягу в полет. Второму воину повезло еще меньше. Его меч добрался до цели, полоснув гиганта, но тот едва ли даже поморщился от боли. Его оружие взметнулось в очередной раз, словно беспощадная коса, собирающая свою жатву.

— Сегодня я омоюсь в крови! — завершил Фелгир свою жуткую аффирмацию, потрясая окровавленной секирой над телом поверженного врага.

Артему, впрочем, недолго предстояло праздно взирать на начавшееся сражение, ведь Хоргат явно не планировал отступать от своей изначальной цели.

— Хватайте пацана! — послышался крик работорговца, и двое хищные тени послушно ринулись вперед.

Артем попытался отскочить, но зверолюди были куда проворнее. Он взмахнул перед собой клинком, но по сравнению с их массивными когтистыми лапами его оружие было похоже на игрушку. Повезло, что из-за приказа хозяина эти двое пытались захватить его живьем, иначе он бы точно погиб в два счета.

Повинуясь воле Сари, из-под земли вырвались корни, и зверолюди вступили с ними в борьбу. Замелькали когти, прорубающие живую преграду.

Уже знакомый звук рвущейся тряпки возвестил о том, что гном в очередной раз выстрелил из своего энергетического мушкета. Артем инстинктивно обернулся. Похоже, этот залп предназначался Фелгиру, но гигант остался невредим. Голубоватый луч уже во второй раз срикошетил, наткнувшись на сотворенный Эксилэйд щит.

Правда, в отличие от прошлого сражения, Хранительница замка не ограничилась одной лишь защитой. Она вскинула руку, и в сторону карлика устремился целый рой ледяных копий, однако и они не нашли своей цели. Волшебница-человек подняла жезл, и их с гномом окутал уже знакомый Артему воздушный шар. Встретившись с ним, копья разбились, осыпав землю сияющей ледяной крошкой.

— Нужно разобраться с колдуньей! — услышал Артем голос Ордуэна даже сквозь остальные звуки битвы.

— Только не вздумайте ее убивать! — визгливо завопил Хоргат с другой стороны поля боя. — Живой она дороже всего, что мы сможем принести с той стороны!

Мечник не потрудился что-то ответить, будучи занят сражением с Фелгиром. Он отступил в сторону, ловко парируя очередной удар секиры. Влекомый вперед весом своего массивного оружия, гигант на мгновение потерял равновесие, сделав неуклюжий шаг, и мечник воспользовался этим моментом, полоснув своего противника. Фелгир взвыл от боли, сгибаясь пополам.

— Давайте! — прокричал Ордуэн, и остальные авантюристы, что до этого тоже бились с гигантом, побежали мимо него по направлению к Эксилэйд.

— Как бы не так! — заревел Фелгир, разворачиваясь, чтобы броситься за ними и защитить собственную госпожу, но почему-то застыл.

Артем не сразу понял, что произошло. Гигант дергался на месте, изрыгая проклятия, а его огромная фигура будто бы постепенно погружалась под землю. Артему мгновенно вспомнилось сотворенное волшебницей-авантюристкой болото. И верно, земля под ногами Фелгира пузырилась, превратившись в какое-то подобие зыбучих песков. Его сапоги увязли намертво, и даже той титанической силы, которой обладал гигант, было не достаточно, чтобы вырваться из этой ловушки.

— Госпожа Эксилэйд! — отчаянно воскликнул он, и впервые за время их знакомства Артем услышал в голосе Фелгира настоящий страх.

К счастью, Хранительница замка и сама могла постоять за себя. Залп ледяных стрел устремился к бегущим на нее авантюристам, поразив одного в плечо. С криком человек повалился на землю, но двое других продолжили движение, готовые налететь на Эксилэйд. Артем понятия не имел, послушаются ли они Хоргата, и попытаются ли схватить свою цель живьем, но это было и не важно. Рабство или смерть — выбор в любом случае паршивый.

Не раздумывая, Артем ринулся наперерез двоим воинам, оказавшись перед Хранительницей замка как раз в тот момент, когда те добежали до нее. Первый из них взмахнул мечом наотмашь, видимо, появление Артема застало его врасплох. По счастливой случайности его клинок встретился с кинжалом, который Артем инстинктивно выставил перед собой. Сталь лязгнула, руку пронзила боль, и он едва не выронил свое оружие. Только в этот момент Артем понял, насколько глупо поступил. Может, для Фелгира авантюристы и не представляли особой угрозы, зато в сравнении с ним самим двое крепких мужчин в прочных стеганках и с настоящими, длинными мечами, были грозными, почти непобедимыми противниками.

О чем он вообще думал, когда бросался на них, держа в руке один лишь нож нижелюда? Хотя, если подумать, он совершал подобное уже не в первый раз. Перед мысленным взором предстали картины того, как он точно также пытается защитить Сари и Ай-Ис от самки клыкаря на поляне в лесу, не имея при себе оружия. Вот только тогда ему на помощь пришел Фелгир, а сейчас...

Сейчас помочь было некому. Сари сражалась с рабами-зверолюдьми, пытаясь обвить тех своими подземными корнями, Фелгир застрял в волшебном болоте, кое-как отбиваясь от выпадов богатыря Ордуэна, а Эксилэйд не успела бы сотворить новое заклинание, чтобы защитить их обоих.

Словно в замедлении перед глазами выросла фигура одного из авантюристов. Воин занес свой клинок, и Артему оставалось лишь в отчаянии заслониться рукой. Ему вспомнился рассказ Ай-Ис о тех удивительных способностях, которыми владели Энхирре прошлого: один умел становится камнем, другой раскидывал врагов подобно вихрю...

Вот бы и у него тоже была хоть какая-то сила.

Сила...

Это слово прозвучало в голове, словно колокол, громко и отчетливо, как будто кто-то произнес его прямо над ухом. Однако, прежде, чем Артем успел удивиться, клинок авантюриста обрушился на него.

Глава 23. Меч и щит

— Меньше надо было сидеть по ночам за своими играми, — недовольный голос из динамика смартфона заставил руки Артема инстинктивно сжаться на руле. Раздался слабый треск кожи.

Артем ехал по Литейному мосту, где было непривычно мало машин. Обычно здесь он каждый день попадал в пробку по дороге домой. Хоть какая-то радость от того, что его отпустили с работы пораньше. Воспоминание об истерике, которую он закатил в кабинете Виктора, и так то и дело заставляло его внутренне морщиться, а тут еще и Марина с ее упреками. Артем уже в который раз пожалел, что рассказал ей о произошедшем.

— Дело не в этом, ошибки случаются у всех, особенно когда сроки горят, — зло повторил он слова Вероники, которые слышал совсем недавно.

— Не у всех, — поправила его Марина. — Андрей недавно запустил новый проект, и у них все прошло отлично. Помнишь, он рассказывал?

Артем помнил, и еще как. Он слышал про этот чертов проект уже, наверное, от всех родственников и не по одному разу. Отчасти поэтому он так выкладывался на работе все последние месяцы. Артем бы ни за что в этом не признался, но ему тоже хотелось похвастаться своими успехами. Вместо этого он лишь устроил коллегам головную боль, а потом еще и разнылся перед начальством.

От накатывающей обиды пальцы Артема снова стиснулись на руле. Вот зачем было припоминать брата? Почему нельзя было просто его поддержать? Его ведь не уволили, даже выговора не сделали, только отправили передохнуть.

Словно желая подлить масла в огонь, Марина воскликнула голосом человека, которого внезапно посетила гениальная мысль:

— У Андрея ведь тоже айти-копания, может, надо было у него совета спросить?

— Да говорю же, я всего лишь пропустил небольшую ошибку! — уже откровенно выйдя из себя, чуть ли не крикнул Артем. — Да и при чем тут брат?! Он же просто деньги им дает, а в программировании ничего не понимает!

— Ну и чего ты злишься? — обиженно спросила Марина. — Я же как лучше пытаюсь.

В такие моменты Артем всегда гадал, она действительно не понимает, что только лишний раз злит его, припоминая о брате к месту и не к месту, или специально пытается его вывести? В последнее время отношения с девушкой у него не клеились. Они редко откровенно ругались, но вот поддевать друг друга как сейчас — это за милую душу.

— Знаешь, если тебе так нравится мой брат... — со злостью в голосе начал Артем, но не успел договорить.

Может, если бы он не был так занят спором, если бы следил за дорогой вместо того, чтобы думать о том как ненавидит брата и его проекты, то смог бы среагировать быстрее, когда на встречную полосу вылетел потерявший управление спорткар. Артем, конечно, крутанул руль, пытаясь уйти от столкновения, но это не помогло, и уже в следующее мгновение его оглушил лязг металла вперемешку с визгом стираемых об асфальт шин. Спорткар врезался ему прямо в бок. Машину закрутило как в урагане, а потом внезапно наступила темнота, словно кто-то выключил телевизор, разом обрубив все звуки и картинку.

***

Артем открыл глаза, с силой втягивая в легкие воздух. Сердце бешено колотилось, а в ушах все еще стоял шум от столкновения двух машин.

Что это было?

Жуткое ощущение сковало внутренности холодом, на миг вытеснив из сознания все остальные мысли. Он что, только что вспомнил последние моменты своей жизни в прошлом мире? Увидел собственную смерть?

Охваченный ужасом от только что пережитого, Артем не сразу вспомнил, что до того, как ему явилось это странное видение, его чуть не зарубил мечом авантюрист. Он принялся озираться, ожидая увидеть врагов, но быстро понял, что беспокоился напрасно. Сталь больше не лязгала, вокруг было тихо, все окутывал сумрак.

Артем поднял голову. В небе ярко мерцали созвездия, туманности переливались разными цветами, образуя причудливые узоры. На несколько мгновений он застыл, разглядывая эту странную, но одновременно завораживающую картину, после чего посмотрел себе под ноги. Созвездия с туманностями были и там. Сердце мгновенно рухнуло в пятки, когда Артем подумал, что сейчас начнет проваливаться в бескрайнюю бездну, однако этого не произошло. Он осторожно сделал шаг и тут же услышал слабый хруст. Это был лед. Артем облегченно выдохнул. Небосвод просто отражался в удивительно чистой, прозрачной ледяной глади. Облегчение, впрочем, продлилось недолго. Он все еще понятия не имел где оказался, а главное почему? Всего мгновение назад вокруг него бушевала битва, а теперь... Вокруг не было ни единого звука, только всепоглощающая тишина.

— Эй! — позвал он неуверенно. — Есть тут кто?

Ответа не последовало. Артем сделал еще несколько шагов, но это было все равно, что блуждать с завязанными глазами. Внутри начала зарождаться паника. Что это за место? Как ему выбраться отсюда? Судорожно хватая ртом прохладный воздух, Артем принялся озираться, и в этот же момент ему прямо в уши ударил голос. Среди окружающего безмолвия он прозвучал как громовой раскат:

— Ты желаешь силы?

Артем застыл, подобно дикому животному, что попало в свет фар проезжающей мимо машины.

— Ты желаешь силы? — настойчиво повторил голос свой вопрос.

— Я... э... — только и смог промямлить в ответ Артем, чувствуя, как подкашиваются ноги. Он вдруг ощутил себя ничтожно маленьким, крошечным.

— Ты желал силы, — произнес голос утвердительно, словно какой-то приговор. — Но знаешь ли ты, что значит это слово?

Последний вопрос заставил Артема вздрогнуть, но уже не от испуга, а от внезапно вставшего перед мысленным взором воспоминания. Ему привиделась картина: он держит в руках книгу с одним единственным стихотворением. "Вопрос, что гложет всех мужей, что значит слово Сила?" — всплыли в памяти первые строки. Он и сам не понял, почему запомнил их. Могло ли статься, что этот жуткий голос спрашивал его о том стишке? Верилось с трудом, хотя, Артем уже начал привыкать к тому, что в новом мире все что угодно могло оказаться правдой, а привычные законы логики не действовали вовсе. Он снова испуганно огляделся. Голос затих, будто ожидая ответа. Темнота и тишина давили почти осязаемо.

— Ну... Сила — это когда воин льет реки крови... — начал Артем неуверенно, вспоминая тот самый стих и радуясь тому, что перечитал его несколько раз. — А еще, когда бросаешься навстречу судьбе, и...

— Силен тот, кто взял в руки меч, чтобы биться с врагом, — перебил его голос, мигом заставив замолчать.

— Силен и тот, кто взял щит, чтобы спасать своих товарищей.

Сверкнула яркая молния, выхватив из темноты что-то огромное. Артем обомлел. Силуэт показался всего на мгновение, но не было сомнений в том, что это была чья-то гигантская фигура, восседающая на троне. Она навевала мысли о колоссальных древних монументах.

— Без меча не бывать победе, но без щита не сохранить жизнь, — в очередной раз прогрохотал голос, и в этот же момент Артем ощутил странный холод возле своего левого бедра, как раз там, где находилась одна из его поясных сумок.

Он сунул туда руку и быстро обнаружил внутри тот самый осколок, что Эксилэйд дала ему, когда он впервые покидал руины замка в поисках деревни сильвитов. Небольшая ледышка светилась как маленькая звезда. Это зрелище сперва показалось Артему красивым, но уже в следующий миг он с ужасом понял, что от осколка по его руке расползается холод. Он хотел было отбросить льдинку, но та намертво приросла к ладони, а морозная корка уже успела добраться до локтя, поднимаясь все выше и выше.

Артем закричал от смеси страха и боли, созвездия в небе закрутились, вращаясь перед его взором и будто бы засасывая в какую-то воронку. "Или в черную дыру" — пронеслась в сознании жуткая мысль.

— Сила... Сила... Сила... — слышался со всех сторон повторяющийся эхом голос неведомого существа.

Впереди забрезжил свет. Он стремительно приближался, словно Артем с бешеной скоростью катился внутри закрытой водной горки. Свет ослепил его, и в следующий миг Артема накрыло волной звуков. Гремело оружие, кто-то кричал. Он снова был посреди руин замка Эксилэйд.

Ошалело моргая, Артем огляделся. Авантюрист, что только что чуть было не зарубил его, застыл поодаль в нерешительности. "Почему я еще жив?" — подумал Артем, медленно переводя взгляд на собственную руку, которой всего мгновение назад закрывался в последней отчаянной попытке спасти себя и Эксилэйд. Реакция авантюриста сразу же стала ясна. Перед ним сиял щит из голубого, кристально чистого льда. Щит не был прикреплен к предплечью, он будто бы просто парил в воздухе. Артем заторможенно, как во сне, поводил перед собой рукой. Щит следовал за ней.

— Что это такое?.. — пробормотал он в недоумении.

— Дар Вечного Льда... — послышался сзади изумленный, почти благоговейный голос Эксилэйд.

Ее комментарий мало что объяснял, и уже в следующую секунду Артем понял, что поразмыслить над природой чудесного щита можно будет и позже, потому что двое авантюристов снова бросились в атаку. Их клинки взметнулись, устремляясь к цели. Артем отступил, неуклюже закрываясь своим новообретенным артефактом. Сталь выбила крошку из лазурной поверхности, но, вопреки опасениям Артема, щит выдержал удары.

Воинственное бормотание возвестило о том, что гнорбы вновь устремились на защиту своего Грибоводца. К несчастью, в этот раз враги были готовы к их появлению. Палки и камни не шли ни в какое сравнение с мечами в руках умелых воинов, и Артем поморщился, глядя как гриболюди гибнут один за другим.

Впрочем, проблемы были не только у гнорбов, ситуация на всем поле боя складывалась не в пользу защитников замка: Фелгир окончательно завяз в волшебном болоте, Сари отступала, отбиваясь от зверолюдей, подгоняемых Хоргатом, а число гнорбов становилось меньше с каждым мгновением.

Располовинив очередного налетевшего на него грибочеловека, один из авантюристов прорвался к Артему, однако не успел даже взмахнуть оружием. В его тело со свистом воткнулось сразу штук пять ледяных стрел. Нашпигованный, словно подушечка для булавок, он рухнул замертво.

Артем обернулся. Эксилэйд стояла с вытянутой рукой, но теперь она выглядела куда менее угрожающе, чем раньше. Хранительница замка тяжело дышала, пошатываясь на месте. Похоже, те силы, что она успела скопить за время их с Фелгиром отсутствия, быстро иссякали.

В этот же момент внимание Артема привлекло голубоватое мерцание. Хватило одного взгляда, чтобы понять — гном снова заряжал свое оружие, но в этот раз мушкет выглядел так, будто был перегружен энергией. Он трясся в руках стрелка, вокруг ствола разразился целый миниатюрный шторм из голубоватых всполохов, округу заполнял все нарастающий гул.

Этот выстрел явно предназначался Фелгиру, и гном сделал все, чтобы не оставить своему врагу и шанса на выживание. Артем увидел, как Ордуэн отступил, уходя с линии поражения. К несчастью, гигант не мог сделать того же. Он погрузился в магическое болото уже почти по пояс, став идеальной мишенью.

— Фелгир! — послышался сзади отчаянный возглас Эксилэйд, и Артем понял, что на этот раз Хранительница замка не сможет сотворить для своего слуги тот самый отражающий купол, что уже столько раз спасал его.

Значит, это конец? Гигант погибнет?

Взгляд Артема упал на ледяной щит, что все еще парил возле его руки. Он понятия не имел, способен ли тот остановить выстрел из гномьего ружья, но это было и не важно. В голове, словно далекое эхо, прозвучала фраза: "Силен и тот, кто взял щит, чтобы спасать своих товарищей." Раз уж он каким-то неведомым образом получил эту ледяную штуку, то нужно было ей пользоваться!

Артем сорвался с места без малейших колебаний, оказавшись подле Фелгира как раз в тот самый момент, когда голубоватая вспышка озарила потемки. Мушкет гнома выпустил свой разряд, устремившийся вперед, будто молния, бьющая параллельно земле. Однако цели он так и не достиг — магическая плазма ударила по ледяной поверхности щита. Оглушительный грохот пронесся по двору замка. Артем и сам не понял, как оказался на земле. Падение сбило дыхание, заставив его судорожно хватать ртом воздух, однако оставаться лежать означало сделать себя легкой мишенью для противников, поэтому Артем поспешил подняться на ноги, не обращая внимания на боль по всему телу и гул в голове.

Он приготовился снова вступить в схватку, но тут же осознал, что в бою наступила пауза. По всей видимости, контакт энергетического луча со щитом вызвал ударную волну, сбившую с ног не только его, но и всех окружающих. Ордуэн лежал ничком чуть поодаль, как и гном с волшебницей. Стоять остались только Сари и Фелгир. Первую, похоже, защитили ее собственные корни, а гигант просто физически не мог упасть, так как наполовину ушел под землю.

Не теряя времени даром, Артем устремился к своему синекожему соратнику.

— Вылезай, ну же! — поторопил он Фелгира, хватая того за руку и принимаясь что есть силы тянуть.

Вряд ли это помогло гиганту хоть сколько-нибудь быстрее выбраться из ловушки, учитывая подавляющую разницу в их весовых категориях. Скорее, из-за того, что волшебница потеряла концентрацию на своем заклинании, трясина просто перестала быть такой вязкой.

— Где госпожа Эксилэйд! — взволнованно воскликнул Фелгир, стоило ему вновь оказаться на твердой земле.

Артем оглянулся, ища глазами Хранительницу замка, но, ту, по всей видимости, тоже повалило ударной волной.

— Была там, — махнул он, и они вместе с гигантом бросились в указанную сторону.

Эксилэйд нашлась быстро, но стоило Артему приблизиться к ней, как он тут же удивленно охнул. На земле лежала не высокая молодая женщина, а та самая девочка, которую он встретил во время их первого знакомства.

— Что с ней? — спросила подбежавшая Сари. Ее глаза почти превратились в тлеющие угольки, а из движений пропала былая легкость.

— Госпожа истратила остатки сил, нужно отнести ее в тронный зал! — ответил Фелгир с необычным беспокойством в голосе.

— Значит, отступаем, — скомандовал Артем.

Если они планировали сбежать обратно в замок, то действовать нужно было быстро. Авантюристы и сами уже начали приходить в себя. Артем видел, как Ордуэн тяжело поднимается, потирая ушибленную голову.

— Я не желаю показывать врагам спину, — огрызнулся Фелгир. — Унеси госпожу, человечий сын, а я задержу их.

Артему некоторым образом польстило то доверие, которое ему выказал гигант, для которого Эксилэйд, похоже, была единственной настоящей ценностью в жизни. И все же такой план являлся ни чем иным, как самоубийством, при чем не только для Фелгира, но и для всех остальных, включая саму Хранительницу замка, поэтому Артем воскликнул:

— Мы должны держаться вместе! Если останешься, то только помрешь напрасно!

— Энхирре прав! — поддержала его Сари. — Дадим последний бой в тронном зале!

— Бежать с поля брани — трусость, — продолжил препираться Фелгир, чем изрядно вывел Артема из себя.

— Это не трусость, а тактика, дубина! — прикрикнул он на своего огромного соратника. — Так что шевелись уже!

Издав нечленораздельный звук, похожий на рычание вперемешку с ругательствами, Фелгир подчинился. Он закинул секиру за спину, после чего подхватил Эксилэйд так, словно та весила не больше пушинки, и устремился ко входу в замок вместе с Сари.

— Мы отступаем, бегите! — прокричал Артем, призывая оставшихся в живых гнорбов следовать за собой, но те почему-то не послушались.

Это было странно. Обычно гриболюди беспрекословно следовали любым его приказам, однако сейчас они просто стояли, собравшись в кучку неподалеку и словно не слышали его.

— Чего застыли?! Быстрее! — продолжил подгонять их Артем, подбегая чуть ближе.

Стоило ему сделать это, как причина внезапного неповиновения гнорбов сразу же стала ясна. Посреди толпы лежал Кабздрюк. Он слабо хрипел, а из-под его шляпки на землю стекали струйки вязкой сероватой жижи.

— О, нет... — только и смог пробормотать Артем.

Глава 24. Скажи мне, кто твой друг...

Артем бежал по коридору, что вел в тронный зал. Раньше, когда он бывал здесь, кто-то всегда освещал ему дорогу, будь то Эксилэйд с ее магией или Фелгир, несущий факел. Теперь же прихоидилось двигаться в темноте. Ситуацию осложнял еще и тот факт, что он тащил с собой Кабздрюка. Грибной король весил как крупная собака, доставляя ощутимые неудобства и замедляя Артема. Он и сам не понимал, зачем взял полуживого грибочеловека с собой. Его то и дело посещали мысли о том, чтобы просто бросить свою ношу. В конце концов, чего он так печется об этом странном создании? Во время их первой встречи Кабздрюк его вообще чуть было не прикончил. И все-таки что-то внутри Артема противилось подобным порывам, поэтому он просто продолжал бежать, стиснув зубы.

— Грибоводец...

Артем не сразу понял, что слышит слабый бормочущий голос.

— Грибоводец...

Кабздрюк звал его.

— Что такое? — спросил Артем, останавливаясь и переводя дух.

— Оставлять меня, о Грибоводец, — слабым голосом произнес грибной король. — Нужно грибы бабах делать, людней поганок гноить.

— Нет-нет-нет! — тут же запротестовал Артем, внезапно осознав, что его чудной последователь собрался пожертвовать собой. — Сперва я вытащу тебя, а потом бабахнешь. Может, у Сари найдется какая-то мазь, или...

Раньше грибной король никогда не решался на то, чтобы перебить его и уж тем более как-то возражать, но сейчас сделал сразу и то, и другое.

— Нет, о Грибоводец, — твердо отрезал он. — Тут лучшее место быть, чтобы грибы бабахать.

Воспользовавшись замешательством Артема, Кабздрюк сумел вывернуться из его захвата, шлепнувшись на пол подземелья.

— Моя жизнь не важной быть, — проговорил он, с трудом поднимаясь на свои кривые ножки.

Внезапно он схватился за рукав рубахи Артема с неожиданной силой.

— Обещать, о Грибоводец, что ты Вечноспору хранить! Тогда жизнь моя не напрасна быть! Тогда я в грибницу возвращаться!

Артем взглянул на Кабздрюка сверху-вниз. Грибы на посохе того слабо светились, выхватывая из темноты его странный силуэт. Грибной король посерел, его кожа покрылась морщинами, словно с каждым мгновением он все сильнее старел. Скользкая жижа стекала из-под опавшей шляпки. Это создание лишь условно походило на человека, и приятного в его облике было мало, но Артем все равно почувствовал какое-то проваливающееся чувство в собственной груди. У него было не так много друзей в этом жутком новом мире, и Кабздрюк, даже несмотря на все его причуды, стал едва ли не самым верным его союзником.

В секундном порыве Артем сжал холодную и скользкую руку грибочеловека, выпалив:

— Я защищу Вечноспору, обещаю!

Эти слова, похоже, придали грибному королю сил. Он поудобнее перехватил посох, после чего, пошатываясь, вышел на середину прохода. Только сейчас Артем понял, что слышит топот авантюристов, который с каждым мгновением все приближался.

Кабздрюк начал размахивать своим посохом над головой-шляпкой, бубня какие-то песнопения, и стены пещеры озарило белесое свечение. Где-то на задворках сознания всплыло воспоминание о том, что похожие звуки Артем слышал на той поляне, где они с Сари и Фелгиром бились с самкой клыкарей. Мгновение он просто наблюдал за этим ритуалом, понимая, что тот окажется для Кабздрюка последним.

Вдали, во тьме забрезжили огни. Похоже, авантюристы несли с собой факелы.

— Убегать, о Грибоводец! Быстро-быстро! — проворчал Кабздрюк, на мгновение прервав свое заклинание, и Артем послушался.

Уже на ходу он бросил последний взгляд через плечо. Кабздрюк начал приплясывать на месте, войдя в состояние транса и забыв о боли. Хриплое песнопение достигло пика, и в следующий миг за спиной Артема раздался целый град хлопков. Грибы взрывались по всему коридору, заполняя пространство густым сероватым дымом. Позади послышались крики. Похоже, авантюристы тоже попали в облако спор, и Артем внутренее поморщился, вспомнив о том, что именно, по словам Кабздрюка, должно было с ними произойти.

В этот самый момент странная, будто бы неуместная мысль постучалась ему в голову. Артему почему-то вспомнился момент из его собственного детства: он смотрит по телевизору какую-то познавательную передачу. Почему это воспоминание пришло к нему именно сейчас? На первый взгляд оно казалось совершенно случайным, и все же какая-то часть сознания упорно твердила, что все было не так просто. Артем задумался. Он толком не помнил, что именно тогда смотрел, но речь шла о воспламенении небольших частиц в замкнутом пространстве. Диктор приводил в пример облако муки, которое может произвести настоящий взрыв, если внутри него зажечь огонь...

Внезапно Артем разом осознал, что так настырно пытается донести до него подсознание. Перед мысленным взором предстали факелы, которые он совсем недавно видел внутри коридора, а густые споры были ничем не хуже облака любых других мелких частиц. Мысль о том, что его вот-вот может поглотить взрыв пламени, заставила Артема бежать изо всех сил, но, к счастью, впереди уже виднелся вход в освещаемый кристаллом тронный зал.

Сзади раздались громкие вопли и ругательства, и в следующий же миг Артем ощутил на спине что-то горячее. Рванув вперед, что есть мочи, он влетел в тронный зал и тут же резко обернулся. В проходе вспыхнуло пламя. Похоже, он оказался прав.

Уперев руки в колени, Артем принялся тяжело дышать.

— Что это было, человечий сын? — спросил приблизившийся Фелгир.

— Кабздрюк взорвал грибы, — сквозь сбивчивое дыхание ответил Артем. — Как и обещал.

— А откуда огонь? — спросила Сари с явной опаской в голосе. Она не стремилась подходить к проходу, продолжая стоять чуть поодаль. — Это тоже сделал тот гнорб?

— Нет, не волнуйся, — поспешил заверить ее Артем. — Это просто...

Он задумался о том, как лучше объяснить произошедшее.

— Непредвиденный побочный эффект, — закончил он немного расплывчато, однако его спутники воздержались от дальнейших расспросов.

— Полыхнуло знатно, — проговорил гигант, почесывая бороду. — Жаль будет, если все аффариорские выродки так там и сгорят.

Артему захотелось влепить Фелгиру подзатыльник. Лично он как раз не отказался бы от такого исхода. А еще лучше, если бы выжившие авантюристы просто повернули назад, ушли бы обратно через жуткую Пустошь и больше никогда не возвращались. Артем вздохнул. Почему-то, даже несмотря на недавний взрыв, он был уверен, что эти ребята выжили, и что они не отступятся от своих целей.

Воспользовавшись короткой передышкой, он оглядел тронный зал. Эксилэйд, все также лишенная чувств, лежала на своем троне. Гигант обошелся с ней на удивление бережно, уложив так, словно ушастая малышка спит, и даже подложил ей ладошку под голову. Сам Фелгир, при этом, не растерял ни капли своей воинственности, стоя в полный рост, готовый к продолжению сражения, чего нельзя было сказать о Сари. Сильвитка выглядела слегка потерянно. Было очевидно, что ей неуютно на каменном полу. К тому же здесь она не могла призвать на помощь те самые волшебные корни, что были ее самым грозным оружием. В качестве замены она что-то сделала со своим посохом, который теперь превратился в длинное копье.

— Все-таки не померли, — довольно произнес Фелгир, подтвердив недавние мысли Артема.

Гигант взвесил секиру в руках, глядя на появляющихся из прохода врагов. В живых осталось всего пятеро: Ордуэн, волшебница, гном и Хоргат со своей рабыней. Видимо, остальные сгинули во взрыве или были убиты спорами. Впрочем, и эти пятеро уже выглядели весьма потрепанными, уставшими, но все еще определенно готовыми к бою. Все, кроме работорговца. Хоргат испуганно озирался и тяжело дышал. Похоже, оставшись всего с одним живым рабом, он чувствовал себя неуютно. Артем почувствовал злорадство, видя его страх и смятение.

Перевести дух авантюристам, впрочем, было не суждено. Фелгир не стал терять времени, на этот рез перейдя в атаку без предварительных разговоров. Его секира встретилась с мечом Ордуэна, нарушив тишину тронного зала лязгом металла. В который раз подтвердив собственные воинские умения, предводитель авантюристов немного сместился в сторону, и удар прошел по касательной. Топор Фелгира явно не был таким уж легким даже для самого гиганта, и тому потребовалось несколько мгновений, чтобы снова поднять оружие. Ордуэн незамедлительно воспользовался этим, уколов противника в бок. Гигант взвыл от боли, однако снова занес свою секиру, но в тот же миг волшебница выкрикнула какую-то фразу, которую встроенный переводчик Артема отказался перевести. Ее голос сопровождался неестественным раскатистым эхо, от чего слова звучали так, будто несколько голосов накладывались один на другой. Прямо по лезвию оружия Ордуэна, все еще торчавшего из полти Фелгира, прошло что-то вроде разряда молнии. Гигант затрясся, продолжая реветь, словно медведь, пронзенный рогатиной.

Выдернув из обугленной раны клинок, Ордуэн отступил, и Артем понял, что сейчас произойдет. Гудящий звук заполнил тронный зал, когда гном приготовился добить оглушенного Фелгира. Артем видел, как по тросу, тянущемуся от рюкзака к его мушкету, прошла волна голубой энергии, а возле дула принялись скакать уже знакомые голубоватые всполохи, сигнализировавшие о готовности к выстрелу.

К счастью, щит все еще парил возле его руки, и Артем знал, что сможет защитить своего огромного товарища, нужно было только подойти ближе, однако Ордуэн перегородил ему дорогу. Даже если бы Артем бросился вперед, ему не удалось бы проскочить мимо крупного авантюриста, вовремя добравшись до Фелгира.

В отчаянии Артем приготовился увидеть луч волшебной плазмы, поражающий его соратника, однако, вместо этого обнаружил, что с гномом произошло нечто странное: бородатый карлик приплясывал на месте и что-то вопил. Артем присмотрелся и разглядел миниатюрную фигурку с характерной шляпкой, которая висела, уцепившись ему за бороду. Вскоре еще один грибочеловек присоединился к своему собрату, начав неистово колошматить дубиной по рюкзаку гнома. С каждым ударом из него вылетали снопы голубоватых искр.

— Прекратите, тупые создания! — воскликнул гном низким голосом. — Мы так все погибнем!

Гнорбы вряд ли понимали тот язык, на котором говорил их противник, да и понимать они, в сущности, ничего не хотели, с упоением предаваясь вандализму.

Выкрикивая ругательства, гном выхватил из-а пояса небольшой топорик, явно желая порубить им облепивших его гнорбов, но тот, что схватился за бороду, уже успел забраться по ней выше и вцепиться карлику прямо в лицо. Еще один грибочеловек схватился за шнур, что шел от рюкзака к мушкету, начав дергать его во все стороны. Рюкзак засветился, а звук, издаваемый волшебным оружием, сменился с равномерного гула на пронзительный визг. По изменившемуся выражению лица Ордуэна Артем понял, что добром все это точно не кончится.

Он что было сил бросился прочь, и как раз вовремя. Взрыв сотряс тронный зал, и на мгновение перед глазами Артема, которые он инстинктивно зажмурил, сверкнула голубоватая вспышка, ослепившая его даже сквозь сжатые веки. Уже в который раз за последнее время он бросился на пол, покатившись кубарем.

Наступила тишина, и Артем понял, что все еще жив и даже относительно невредим. Не теряя времени даром, он поднялся на ноги. Гном лежал немного поодаль, ничком, совершенно точно мертвый и все еще охваченный голубоватым огнем. Под ним образовался небольшой кратер.

К несчастью, Ордуэна и волшебницу взрыв не зацепил, правда, выглядели оба неважно. Последняя едва стояла на ногах. Возможно, она снова сотворила защитное заклинание, которое отняло у нее последние силы, а во взгляде Ордуэна, направленном на него самого, Артем впервые увидел нерешительность.

— Ты доблестно бьешься для предателя людского рода, — внезапно произнес предводитель авантюристов. — Возможно еще не все потеряно. Дай нам закончить начатое, и мы сохраним тебе жизнь.

— Я не собираюсь становиться рабом, — отрезал Артем, но, к его удивлению, Ордуэн покачал головой.

— Я предлагаю не это, — сказал он. — Верховный Пламяхранитель из Триэмталя мой приятель. Я поговорю с ним, и, возможно, тебе позволят остаться в живых.

На мгновение Артем опешил. Что это за внезапное проявление милосердия от того, кто пару минут назад был готов его убить без единого колебания?

— С чего это вдруг? — решил спросить он напрямую.

— Ты ведь человек, — произнес Ордуэн, пожимая плечами. — Хоть и сбившийся с пути.

Почему-то этот ответ вызвал у Артема злость. Нет, это была никакая не доброта. Предводитель авантюристов не хотел помочь ему, а просто пытался спасти свою шкуру. Когда Хоргат чуть было не надел ему на шею рабский ошейник, Ордуэн не вступился за Артема, зато теперь, когда вся его группа была почти разгромлена, он решил надавить на то, что они с ним, якобы, сородичи. Вот только Артем не желал иметь ничего общего с теми, кто якшается с рабовладельцами.

— После того, как вы хотели продать меня в рабство? — выдохнул он со слабой усмешкой. — Ну уж нет, я никуда с вами не пойду.

Он покивал сам себе, убеждаясь в верности ответа. Уж лучше синекожий гигант и грибы-переростки, чем лицемерные люди вроде Ордуэна, и пусть его считают еретиком или предателем.

Артем показал за свою спину большим пальцем, туда, где на полу лежал Фелгир, произнеся:

— Вот это мои друзья, а ты катись, понял?

То ли адреналин, бушевавший в его крови, окончательно подавил инстинкт самосохранения, то ли частичка бесстрашия и кровожадности Фелгира как-то передалась ему, но Артем даже оттопырил средний палец, продемонстрировав его предводителю авантюристов. Он, конечно, не знал, какие оскорбительные жесты в ходу у людей этого мира, но, похоже, Ордуэн превосходно понял смысл данного послания.

Воин кивнул, и в его взгляд вернулось холодное презрение, с которым он смотрел на Артема до этого.

— Тогда умри, предатель рода людского, — с этмим словами Ордуэн ринулся в атаку.

Глава 25. Славное убийство

Когда предводитель авантюристов бросился на него, Артем внезапно для самого себя осознал, что не испытывает страха. За недолгое время, проведенное в новом мире, он успел сразиться с куда более грозными врагами. Его били, обливали кислотой, травили ядовитыми спорами, так что перспектива снова вступить в драку уже не казалась настолько кошмарной как раньше. Тем более, что при нем теперь был странный ледяной щит, сумевший отразить даже выстрел гномьего волшебного мушкета.

Лицо приближающегося Ордуэна ожесточилось. Все показное великодушие, которое он проявлял всего мгновение назад, исчезло без следа. Пожалуй, такая честность Артему нравилась больше, даже если это было абсолютно честное желание прикончить его.

Ордуэн совершил поистине богатырский взмах своим клинком прямо из-за плеча. Лезвие описало дугу, но Артем кое-как увернулся от него. Ловко прокрутив клинок, предводитель авантюристов снова перевел его в боевое положение, сделав выпад. На этот раз сталь встретилась с поверхностью ледяного щита. С треском в стороны полетела кристаллическая пыль, прямо на глазах растворяясь в воздухе.

За первым ударом последовал еще один, и еще, но, похоже, из-за продолжительного сражения Ордуэн вымотался, потому что его движения стали куда более грузными и неповоротливыми. Наверное, только это и позволило Артему три раза подряд ускользнуть из-под смертоносного клинка, но вот, когда он хотел снова отступить, закрываясь щитом, подошва сапога наткнулась на что-то твердое. Артем понял, что заваливается назад.

С триумфальным возгласом предводитель авантюристов ринулся вперед, замахиваясь для удара, но в этот момент прямо из-за плеча Артема выросла внушительная тень. Массивная рука схватила меч прямо за лезвие, а сзади послышалось утробное, похожее на звериное, рычание. Артем, все же кое-как устоявший на ногах, машинально оглянулся и увидел Фелгира. Гигант и раньше выглядел как персонаж фильма ужасов про какого-нибудь мутанта-переростка, но теперь это сходство усилилось многократно. Одежда его обгорела, покрывшись дырами, через которые виднелась синеватая, во многих местах обугленная кожа. Борода тоже подернулась пеплом, а лицо было обезображено следами ожогов от молний, что совсем недавно прошлись по всему его телу. Фелгир едва стоял на ногах, пошатываясь из стороны в сторону, однако, в его глазах горел все тот же яростный огонь, уже хорошо знакомый Артему.

Громко выругавшись, Ордуэн попытался выдернуть меч, но Фелгир держал его крепко. Из-под стиснутых пальцев начала просачиваться темно-фиолетовая кровь. Наверное, для предводителя авантюристов лучшим решением было бы просто отпустить рукоять своего оружия, но тот наоборот лишь сильнее сжал ее, и Фелгир тут же этим воспользовался. Он рванул меч на себя, другой рукой хватая потерявшего равновесие Ордуэна за горло.

— Думали, меня так просто повергнуть?! — прорычал гигант, поднимая над землей брыкающегося противника. Ордуэн пинался и лупил кулаками по огромной руке, безуспешно пытаясь высвободиться, но куда там. Сложно было представить того, кто смог бы потягаться в силе даже с израненным Фелгиром.

От их с Ордуэном борьбы Артема отвлекло внезапное движение. Волшебница, до того переводившая дух, прислонившись к стене, теперь снова изготовилась к бою. Одной рукой она поднимала свой жезл, который довольно ощутимо подрагивал, в другой же Артем разглядел маленький пузырек с голубоватой жидкостью, который авантюристка не без труда поднесла ко рту, разом осушив. Чем бы ни являлось это питье, вкус у него явно был так себе, потому что женщину тут же перекосило, но она быстро взяла себя в руки. По залу с резонирующим эхо разнеслись слова магического языка, который Артем не понимал. Звучали они мучительно, волшебница явно исторгала их из последних сил.

— Нет! — отчаянно прохрипел предводитель авантюристов. — Не делай этого!

Было не понятно, услышала ли его волшебница или нет, но читать свое заклинание она в любом случае не прекратила. Вокруг конца ее посоха заплясали снопы искр. "Что же это будет? — подумал Артем, — еще один разряд молнии или что-то другое?" Узнать ответ на этот вопрос ему было не суждено. Видимо, Ордуэн не зря пытался остановить свою соратницу, потому что в следующий же миг энергетические разряды вырвались из-под контроля, перекинувшись на саму волшебницу. Она громко закричала, выгибаясь всем телом, а молний тем временем становилось все больше и больше. Из открытого рта и глаз волшебницы ударили яркие лучи. Они вгрызлись в потолок тронного зала, оставляя в нем глубокую борозду. Артем приготовился встретить эти лучи щитом, но они пропали всего за секунду. Волшебница рухнула замертво, а по ее телу продолжали плясать слабые голубоватые разряды. В воздухе появился отчетливый запах озона.

— Нет! — снова воскликнул Ордуэн с отчаянием в голосе, но этот возглас потонул в его же предсмертном хрипе.

— Ты отправляешься за ней! — рявкнул Фелгир, сильнее сжимая горло своего противника. Раздался противный щелчок, и конечности воина безвольно повисли.

Гигант небрежно отшвырнул тело Ордуэна в сторону, после чего рухнул на одно колено. Как бы он ни храбрился, раны все же давали о себе знать. Артем хотел было подойти к Фелгиру, но в этот же момент вспомнил о другой своей соратнице.

— Сари! — выдохнул, он оглядываясь.

На небольшом отдалении было видно, как в смертельном танце мечутся несколько фигур, и Артем, не медля ни секунды, бросился туда изо всех сил.

Как раз когда он подбежал, зверолюдка-рабыня ударила Сари лапой, повалив сильвитку на пол. На этот раз Хоргат тоже присоединился к битве. Видимо, работорговец только и годился на то, чтобы добивать поверженных врагов. С триумфальным оскалом он занес над Сари свой меч, но в этот же момент Артем выпрыгнул между ними. Сталь звякнула о ледяной щит, и Хоргат, нелепо вскрикнув, попятился назад. Однако, он не был главной угрозой. Зверолюдка уже замахивалась для того, чтобы поразить нового противника. В такой близи ее когти казались еще более острыми, словно пяток хорошо наточенных ножей

— Пшла прочь! — раздался громогласный возглас.

Фелгир подоспел вслед за Артемом. Гигант хромал на одну ногу и по-прежнему покачивался, но, похоже, страх того, что он может пропустить очередную драку, как ничто другое придал ему сил. С рабыней-зверолюдкой он обошелся как с паршивым животным, зарядив ей хорошую оплеуху, от которой та отлетела к ближайшей стене.

— Вы... вы живы?! — проговорил Хоргат, глядя на подоспевших защитников замка.

Артем видел, как глаза рабовладельца округлились, его взгляд метался от одного противника к другому. Меч, который он выставил перед собой, заметно дрожал в его руках.

— Мясо, поднимайся! — истошно завопил он, похоже, обращаясь к своей рабыне, что теперь лежала ничком на полу. Зверодевушка не реагировала. Возможно, она уже была мертва.

— Вставай и защити меня, никчемная тварь! — продолжил исступленно верещать Хоргат, чем вызвал у Артема прилив настоящей ярости.

Этот человек ведь хотел сделать рабом и его самого. Значит, он и его тоже называл бы "мясом"? Лупил бы почем зря и с полным безразличием отправлял на смерть? И без того кипящая после сражения кровь, казалось, забурлила внутри Артема, превратившись в магму. Он и сам не понял, как оказался возле Хоргата.

Тот взвизгнул, попытавшись взмахнуть своим оружием, но сделал это неумело, и Артему не составило труда увернуться от удара. Из всех противников, с которыми ему не посчастливилось встретиться за последнее время, работорговец представлял наименьшую угрозу.

— Нет, стой! — отчаянно воскликнул Хоргат, но было поздно. Артем зарезал его по-бандитски, нанеся множество ударов под ребра. Он никогда раньше не делал ничего подобного, но движения получились на удивление уверенными. Он остановился лишь тогда, когда противник, хрипя, сполз на пол, и несколько раз дернувшись, застыл навсегда.

Каким бы важным ни считал себя Хоргат, жизнь его окончилась бесславно. Он погиб от руки того, кого сам же и пытался поработить.

— Славное убийство, — послышался голос Фелгира, звучавший необычно тепло, с одобрением.

Артем посмотрел на свою ладонь, сжимавшую кинжал. Лезвие было багряным от крови. В этот раз он не защищался, как во время драки с нижелюдом. Это было преднамеренное убийство, совершенное в порыве ярости. В последние мгновения жизни враг даже просил его остановиться...

Артем перевел взгляд на бездыханное тело Хоргата у собственных ног, и внезапно понял, что не испытывает ни малейшего сожаления из-за сделанного. Наверное, если кого и можно было убивать без угрызений совести, так это торговцев людьми. Артем решил, что мертвый рабовладелец не заслуживает даже того, чтобы думать о нем еще хоть секунду. Вместо этого он обернулся к своим товарищам, громко спросив:

— Вы как?

Сари поднялась с пола и почти повисла на собственном посохе. На ее теле виднелись следы когтей, из которых сочилась уже знакомая Артему полу-прозрачная жидкость, похожая на березовый сок.

— Я в порядке, Энхирре, — произнесла сильвитка.

Артем кивнул. После встречи с самкой клыкарей он понял, что Сари, даже несмотря на небольшой рост и не самое внушительное телосложение, была довольно крепкой, а значит, сейчас ее жизни и правда ничего не угрожало.

С Фелгиром дела обстояли хуже. Он тяжело дышал и шатался из стороны в сторону. Ожоги и раны явно причиняли ему сильную боль, хоть и тщательно скрываемую. Вероятно, это заметила и Сари, потому что она, прихрамывая направилась к гиганту, на ходу извлекая из сумки, которую им в дорогу дала Ай-Ис, уже знакомые Артему целебные листья.

— Позвольте мне обработать Ваши раны, — проговорила сильвитка, но Фелгир только отмахнулся.

— Я не сдохну, — проворчал он. — Позаботься о себе и человечьем сыне, колдунья.

Артем соврал бы, сказав, что помощь ему была не нужна. Он тоже изрядно пострадал. Все его тело саднило от постоянных падений и ударов, а штанины пропитались кровью из разбитых коленей, но это, конечно, не шло ни в какое сравнение с увечьями Фелгира, которого буквально поджарили волшебной молнией.

— Не слушай его, обработай раны, — произнес Артем, и Сари кивнула, приблизившись к гиганту. Тот что-то проворчал, но все же принял ее помощь.

На какое-то время в тронном зале воцарилась тишина, нарушаемая только кряхтением Фелгира. После недавней битвы она казалась даже какой-то противоестественной. И все же, сражение закончилось не так уж и плохо. По крайней мере, сильвитка, гигант и Эксилэйд остались живы.

С этой мыслью Артем облегченно выдохнул, и уже хотел было присесть на пол, чтобы перевести дух, но его внимание привлекло какое-то движение. Кулак сам сомкнулся на рукояти кинжала, однако, вскоре он понял, что это всего лишь слегка дернулась зверолюдка. Неужели, она все еще была жива после оплеухи Фелгира?

Артем медленно, с осторожностью, подошел к ней. Не хотелось умереть сразу после битвы, купившись на очевидный трюк. Впрочем, рабыня явно была без сознания. Она лежала, изредка подергивая конечностями. Артем медленно поднес руку к ее лицу. Не искаженное яростью оно было даже по-своему приятным, если не считать звериных черт. Правда, картину омрачали ссадины и тонкая кровавая струйка, тянувшаяся изо-рта. И все же Артем ощутил на своей ладони слабое дуновение.

И что теперь делать? Артем взглянул на кинжал в своей руке. Он уже убил одного человека без малейшего сожаления, но, почему-то мысль о том, чтобы лишить жизни еще и эту зверолюдку, его отвращала. Хоргат был мерзавцем, Ордуэн и его люди якшались с ним по своей воле, за что и поплатились жизнями. Но эта несчастная была рабыней, обреченной исполнять чужие приказы без возможности возразить.

Артем покачал головой, затыкая кинжал за пояс, после чего крикнул:

— Можно и мне немного целебных трав?

— Ты что, решил выхаживать эту зверодевку? — недоуменно спросил Фелгир. — Зачем, человечий сын?

Артем и сам не знал ответа, но теперь он окончательно уверился в том, что не станет добивать рабыню. Впрочем, ответ ему придумывать и не пришлось.

— Думаю, Энхирре желает начать собирать свой гарем, как и положено воинам-иномирцам, — произнесла Сари так, как будто это было самое логичное предположение.

Артема настолько выбил из колеи этот ответ, что он даже не нашелся, что возразить, так и оставшись стоять с открытым ртом. Любые мысли вылетели у него из головы, оставив только один вопрос: как его новая подруга умудрилась до такого додуматься?

Тронный зал тем временем сотряс громогласный хохот, похожий на камнепад.

— Ну ты даешь, человечий сын! — воскликнул Фелгир сквозь смех. — Она же волосатая! И не только там, где положено, а вообще везде!

— Да я... я не собирался... — наконец выйдя из ступора, начал было оправдываться Артем, но его перебила Сари.

— Вероятно, Энхирре вдохновился историей, что я рассказала ему о гареме Гулнбарста Морозогрива.

Фелгир с пониманием покивал.

— Да, тот герой был знатным сластолюбцем. Сношался столько же, сколько и дрался.

— Говорю же, я не хочу... — снова запротестовал Артем, но и тут закончить ему не дали.

— Что ж, трофей есть трофей, — прогрохотал гигант назидательным тоном. — Если желаешь себе такую добычу, то ты ее заслужил, человечий сын.

На этот раз Артем просто промолчал. Видимо, его товарищи уже решили для себя, что он вознамерился завести себе сексуальную рабыню, и не желали слушать какие-либо возражения. Вместо продолжения спора он просто принял из рук подошедшей Сари несколько листов и какую-то мазь, после чего начал обрабатывать раны своего недавнего врага.

Глава 26. Прошлое и будущее

— Я буду скучать, — совершенно искренне произнес Артем, глядя на Сари, стоявшую возле выхода из руин на стороне болот.

Сильвитка проверяла дорожный тюк, чтобы удостовериться, что ничего не забыла. Сейчас она несла с собой куда больше вещей. Сперва Сари не хотела ничего забирать, но Фелгир сказал что "добычу после сечи делят поровну", настояв, чтобы и сильвитка забрала себе что-то из оставшихся от врагов припасов. Оружие или доспехи были ей без надобности, зато какие-то зелья и неведомые ингредиенты, похоже, пришлись кстати. По словам Сари, они могли бы пригодиться Ай-Ис.

Сам Артем же взял себе несколько элементов брони: стеганную бригантину и плотные кожаные штаны с удобным ремнем, заменившие порванные в бою джинсы. В отличие от Фелгира, который, похоже, считал дележку трофеев каким-то сакральным ритуалом, ему не нравилось обирать убитых, однако обстоятельства диктовали свои условия. Недавнее сражение показало, насколько важна была защита, и неизвестно было, появится ли когда-нибудь вновь чудесный щит. Артем и сам не заметил, как тот исчез. Просто растворился, будто его никогда и не было.

Ещё ему достался меч Хоргата. Сперва Артем не хотел его брать. Биться на мечах он не умел, а значит, более простое оружие, вроде кинжала, подходило ему больше, но Фелгир выглядел таким оскорбленный его решением бросить трофей, что он все же согласился. Гигант прочёл ему лекцию о том, что Железные Владыки, дескать, будут недовольны, если ты не заберёшь клинок врага, побежденного в честном бою. Спорить с ним и напоминать, что он не поклоняется тем же божествам, Артем не стал и просто прицепил ножны с мечом себе на пояс. Оружие было красивым — гарду украшал барельеф, изображавший птицу с огненными крыльями, а клинок оказался чистым и гладким, без единой зазубрины. Очевидно, что свое оружие Хоргат носил скорее для красоты. С другой стороны, меч оказался не очень тяжелым и хорошо лежал в руке, поэтому Артем, в конце концов, решил, что не зря взял его.

— Наша деревня недалеко, — указала вдаль Сари. — Приходите когда угодно, я всегда буду Вам рада, Энхирре.

Она улыбнулась, игриво сощурив глаза.

— Ай-Ис, кстати, тоже будет рада, — добавила она. — Да и снадобья лишними не будут.

— Это точно, — согласился Артем, инстинктивно поглаживая руку.

Совсем недавно на ней была безобразная рана, которую он от прилива адреналина даже сразу и не заметил. Кажется, став Энхирре, он сделался куда более живучим, чем раньше, а при помощи мазей и целебных листов сильвитки-знахарки порез затянулся и вовсе за считанные часы. Шрам, правда все равно остался, но Фелгир, похоже, своими гордился, так что и Артем решил, что не будет слишком из-за этого переживать.

— Если снова понадобится помощь, зовите, — поговорила Сари, склонив голову.

— Спасибо, — ответил Артем, про себя подумав, что постарается сделать все, лишь бы ему не пришлось снова прибегать к помощи своей новой подруги. Ему и так было совестно за то, что из-за него она чуть было не погибла, и он ужасно не хотел просить ее рисковать жизнью во второй раз.

Глядя на удаляющуюся сильвитку, Артем думал о том, что это странноватое создание за несколько дней стало ему ближе, чем все коллеги и приятели, что были у него в прошлом мире за последние годы.

***

Проводив Сари, Артем вернулся обратно в тронный зал. Прошел день с момента их победы над авантюристами. Трупов здесь уже не было — постарались Фелгир с выжившими гнорбами, но следы битвы все ещё виднелись: кратер в том месте, где взорвалось оружие гнома, выбоины в потолке, оставленные волшебными лучами.

Артем подошел к трону. Эксилэйд мирно спала, свернувшись калачиком. Ему захотелось укрыть ее чем-то, а то и вовсе перенести в более подходящее для сна место, но, вероятно, Хранительница замка не испытывала неудобств от того, что лежала на холодном камне. В конце-концов, она не была человеком в полном смысле этого слова.

Со вздохом Артем отвернулся от сопящей синеволосой малышки. Ему не особенно хотелось делать то, к чему он морально готовился, но откладывать это было бы по-настоящему бесчеловечно, поэтому спустя минуту он уже спускался в мрачное подземелье. Среди добра, оставшегося от поверженных авантюристов, нашелся и удобный свечной фонарь, который Артем теперь постоянно носил собой. Огонек озарял поросшие мхом ступени. В любом замке должны быть казематы, и в обители Эксилэйд они тоже присутствовали — узкий проход уводил в подземный коридор с поржавевшими решетками, огораживавшими камеры для узников. Тут было промозгло и пахло сыростью.

Артем не торопился, подсознательно стараясь отсрочить тот момент, когда придется вновь подвергать себя опасности, но вскоре он все равно добрался до нужной камеры. На первый взгляд та ничем не отличалась от остальных, но стоило Артему приоткрыть противно скрипнувшую решетку, как изнутри раздалось рычание, а после громко лязгнула цепь.

Артему пришлось сделать над собой усилие, чтобы инстинктивно не отшатнуться. Он уже хорошо уяснил, что одного в этом мире не терпит никто — проявлений слабости. Вместо этого он с, насколько это было возможно, спокойным выражением лица взглянул на темный силуэт в глубине камеры.

Плененная зверолюдка быстро оправилась после боевых ранений и теперь, кажется, чувствовала себя весьма бодро. Она скалилась и рычала, в ее глазах играли отсветы света, похожие на яростные огоньки. Если бы не массивные цепи, которыми она была надежно прикована к стене, то бывшая рабыня Хоргата наверняка тут же набросилась бы на Артема, чтобы разорвать его своими когтями. Под коротким мехом, покрывавшим ее руки и ноги, вздулись мышцы. Это создание было очень сильным, и мысль о том, что вся эта сила сейчас подчинена одной мысли — порвать его в клочья, была для Артема довольно пугающей. Впрочем, его уже столько раз за последнее время пытались убить, что страх начал притупляться, а мозг, вместо того, чтобы биться в панике, подмечал разные детали.

Например, Артем с удовольствием заметил, что, несмотря на свое свирепое поведение, зверолюдка все же съела вяленное мясо и хлеб, что он оставил у нее в камере вчера. Это давало какую-никакую надежду на то, что он сможет все-таки осуществить задуманное, не погибнув мучительной смертью в процессе.

И все же он никак не мог решиться заговорить. Какое-то время они с пленницей просто стояли молча, глядя друг на друга — Артем с неуверенностью, а девушка-получеловек с нескрываемой злобой.

— Я слышала ваш разговор! — первой нарушила молчание зверолюдка. — И знай, я не стану возлежать с тобой! Ни с одним человеком!

Артем тихонько застонал, закрыв лицо ладонью. Ну вот зачем Сари и Фелгир несли ту чушь про гарем?!

— Послушай, — произнес он мягко, но настойчиво. — Я не хотел спать с тобой, да и вообще брать в рабство!

— Тогда зачем заковал? — спросила женщина-получеловек с недоверием.

Ее фразы были отрывистыми и резкими. В голосе чувствовалось то же напряжение, что и в позе, навевающей мысли о загнанном в угол животном.

— Потому что иначе ты бы меня на куски порвала! — развел руками Артем. — Посмотри на себя. Выглядишь так, будто готова меня сожрать.

— Мы не едим людей! — с еще большей агрессией рявкнула зверолюдка. — Это ложь, которую повторяют рабовладельцы вроде Хоргата!

— Ладно, ладно, прости! — примирительно затараторил Артем, поднимая перед собой руки. — Я прибыл издалека, и не знаю, что у вас тут к чему, но я тебе верю. Не едите, так не едите.

Зверолюдка взглянула на него подозрительно, но, кажется, выражение ее лица смягчилось. Она, как минимум, перестала скалиться, что уже было неплохим началом.

— Слушай, мне правда не нужны никакие рабы, — продолжил Артем, стремясь развить свой небольшой успех. — Поэтому я и пришел сюда, чтобы отпустить тебя.

— Отпустить? — медленно переспросила девушка-получеловек, будто это слово было для нее новым, и она хотела его распробовать.

— Да, я просто хотел отпустить тебя, поэтому и пощадил, — закивал Артем. — Мне ничего от тебя не нужно, честно!

Агрессия окончательно ушла из позы и выражения лица зверолюдки, теперь она выглядела растерянной.

— Но почему? — спросила она. — Почему ты стал тратить на меня еду и целебные снадобья? Я же рабыня.

— Вот именно поэтому! — воскликнул Артем, наконец-то сумевший сказать то, что было у него на душе все последнее время. — Потому что это неправильно, что тебя заставляли драться против воли! И вообще...

Он замялся, не вполне понимая, как выразить те чувства, которые испытывал по отношению к тому факту, что в его новом мире, оказывается, процветает рабство.

— Короче, владеть рабами — плохо, вот и все! — неуклюже закончил он.

В подземелье стало тихо. Зверолюдка просто молча глядела на Артема. Он узнал этот взгляд. Так на него уже не раз смотрели местные обитатели — как на сумасшедшего. Ощущение было не самым приятным, однако в данном случае Артем был уверен, что его позиция верна на все сто процентов.

— Но рыбы есть у всех, — наконец проговорила девушка-получеловек. — Почему это плохо?

— Потому что тебе было плохо! — воскликнул Артем, уже сам начиная злиться. — Разве тебе нравилось быть рабыней? Терпеть оскорбления, прислуживать этому... этому...

Он попытался подобрать приличное слово, чтобы описать рабовладельца, но в итоге все равно выдал целый ворох нецензурных ругательств.

На лице его пленницы застыло выражение полного непонимания, словно подобные мысли вообще никогда не посещали ее. Возможно, так оно и было.

— Но я ведь... — начала она непривычно тихо и растерянно. — Я ведь полулюдка. У нас грязная кровь, мы ведем род от...

— Да плевать мне, от кого ты ведешь род! — перебил ее Артем. — Там, откуда я родом, владеть рабами нельзя! Это худшее преступление! Тех, кто торгует людьми, навсегда сажают в тюрьмы или казнят вообще! И правильно делают!

Глаза девушки-получеловека расширились. Несколько мгновений она просто смотрела на Артема, после чего опустила голову, едва слышно прошептав:

— Хорошее это, должно быть, место...

Эти слова заставили Артема вздрогнуть. Да, конечно, в прошлой жизни его ни разу не пытались убить, а окружающие, в общем и целом, соблюдали законы, но так было не везде. И торговля людьми, и рабство — все это существовало, Артему просто повезло жить в большом городе, где, впрочем, тоже хватало своих ужасов. На ум пришли тру-крайм подкасты, которые Марина любила слушать перед сном. Как будто истории про маньяков могли привлечь хорошие сновидения.

— Не такое уж и хорошее... — произнес Артем задумчиво.

Впрочем, он постарался не погружаться в пучину печальных размышлений. Сейчас у него была другая цель.

— В общем, как бы там ни было, я пришел тебя освободить, — твердо сказал он. — Это мое окончательное решение.

Он улыбнулся, правда, не совсем уверенный в том, что зверолюдка истолкует это в позитивном ключе. Где-то он читал, что собаки, например, воспринимают улыбку как оскал, но его пленница, похоже, была скорее человеком, нежели животным.

— Я сниму кандалы, и ты сможешь идти, куда пожелаешь, — проговорил он, чувствуя, как с каждой секундой внутри растет волнение. — А тебя я прошу только не набрасываться на меня, ладно?

Девушка-получеловек подняла на него взгляд. Глаза ее порозовели, и теперь в них не было ни злобы, ни недоверия, только печаль.

— Лучше бы ты все-таки меня добил, — произнесла она, качая головой. — Даже если я уйду, и меня не заберет Пустошь, то в Афариоре меня ждет лишь смерть. Теперь я беглая рабыня, меня можно убить на месте или снова забрать в рабство.

Артем увидел, как говоря это, девушка-получеловек сжала кулаки.

— Обычно беглых рабов отправляют в боевые ямы. А там всегда найдется кто-то сильнее тебя.

Она бросила обреченный взгляд на кинжал, висевший на поясе у Артема.

— Уж лучше умереть здесь.

На мгновение Артем потерял дар речи. Он, конечно, не подумал о том, что бывшей рабыне делать после освобождения, но ее вполне прозрачный намек на то, что ему следует просто прирезать ее, заставил кровь похолодеть. Насколько ужасной была ее прошлая жизнь, если она готова принять смерть, лишь бы не возвращаться к ней?

Артем покачал головой. Нет, эту безумную просьбу он ни за что не станет исполнять.

— Тогда оставайся, — внезапно для самого себя произнес он.

Девушка-получеловек уставилась на Артема с непониманием и страхом, очевидно, решив, что он собирается снова запереть ее в сырой и темной камере, так что он поспешил поправить самого себя:

— Я имею в виду не здесь, в подземелье, а с нами, — он кивнул наверх. — Тут, конечно, не курорт, но жить можно. Правда, иногда приходят авантюристы и пытаются всех убить, но мы с ними пока справлялись, так что...

Артем неловко засмеялся.

— Ну ты, в общем-то, и сама знаешь...

— Предлагаешь мне жить в этом замке? — изумленно проговорила зверолюдка. — Даже после того, как мы дрались насмерть?

— Ну, убивать тебя или брать в рабство я не собираюсь, а раз ты не хочешь возвращаться, то это единственный вариант, — развел руками Артем.

Пленница покачала головой, и на ее лице снова появилось то самое выражение, с которым смотрят на душевнобольных. Однако было в этом взгляде и что-то еще — робкая, глубоко запрятанная надежда.

— А как же твои друзья? — проговорила она. — Разве они не станут возражать?

— Ну, я же, типа, этот... Энхирре, — ответил Артем, испытывая забавную смесь из смущения и гордости. — Важный человек здесь.

Он даже выпрямился, расправив плечи и слегка выпятив грудь.

— В общем, если ты согласна, то проблем не будет.

Артем осторожно приблизился к своей пленнице, и та, к его радости, осталась стоять на месте, не попытавшись броситься на него, лишь только дистанция между ними сократилась. Он вытащил из поясной сумки ключ и покрутил перед собой в руке.

— Ну так, я снимаю кандалы?

Зверолюдка дернулась, словно он взмахнул перед ее лицом каким-то оружием. От ее резкого движения у самого Артема ту же съежились внутренности, и он призвал на помощь все свое самообладание, чтобы не отскочить назад.

— Все будет хорошо, — проговорил он настолько спокойно насколько мог, опускаясь перед пленницей на одно колено и нашаривая ключом замочную скважину в кандалах.

***

Артем взирал на большой светящийся гриб, выбивающийся из остальной поросли. Его шляпка, широкая, с загнутыми вверх краями, напоминала ту, что когда-то венчала голову Кабздрюка. Артему хотелось верить, что это говорило о том, что грибной король все-таки смог исполнить свою мечту и воссоединиться с Вечноспорой, чем бы та ни являлась.

И все же, глядя на этот гриб, Артем испытывал тоску. Кабздрюк выглядел как наркотическая галлюцинация и имел совершенно дикарские повадки, однако он был так предан Артему, что тот просто не мог не чувствовать печаль из-за его смерти.

— Ты отлично справился, приятель, — произнес он. — Спасибо.

Может, это была всего лишь игра его воображения, но Артему показалось, что после этих слов шляпка гриба засветилась чуть сильнее.

Скрип сапог и грузные шаги отвлекли его. В полуразрушенном проходе появился Фелгир. Гигант нес с собой тушу какой-то болотной твари. Видимо, только вернулся с охоты.

— Ты здесь, человечий сын? — спросил он, завидев Артема.

— И тебе привет, Фелгир, — отозвался тот.

Гигант подошёл ближе и тоже встал возле гриба. В свете факела Артем смог разглядеть его лицо. На нем и правда все заживало как на собаке, да и целебные снадобья Ай-Ис явно сделали свое дело. Если не считать легкой хромоты, нельзя было сказать, что всего каких-то дня три назад его проткнули мечом, а потом еще и ударили молнией. Раны затянулись, разве что шрамов на роже прибавилось, впрочем, их и так была целая куча, так что гигант от этого не стал выглядеть сколько-нибудь хуже. Хотя бы потому, что хуже и так было уже некуда.

Они молча простояли какое-то время.

— Похоже, я ошибся, — внезапно произнес Фелгир, продолжая смотреть на гриб.

— В чем? — недоуменно спросил Артем.

— Этот заморыш не был слабаком. Он умер как воин — лицом к врагу и с оружием в руках, — продолжил гигант. Его голос не был ни злым, ни насмешливым. Кажется, наступил тот редкий момент, когда Фелгир взаправду предался интроспекции.

— Я ошибся и насчет тебя, человечий сын, — произнес гигант после короткой паузы, на этот раз взглянув на Артема. — Ты бился храбро и помог защитить госпожу. За это я тебе благодарен.

Артем на мгновение даже опешил. Тот факт, что Фелгир перестал обзывать его "человечьим выродком" при любом удобном случае, уже казался великим достижением, а уж искренняя благодарность из его уст и вовсе воспринималась как какое-то чудо.

— Ну, без тебя я бы точно не справился, — развел руками Артем, улыбнувшись. — Почти всех поубивал ты.

Повинуясь внезапному порыву, он повернулся к гиганту и протянул ему руку. Фелгир недоуменно взглянул на него, приподняв обгорелую бровь.

— Что это значит, человечий сын? — спросил он.

— Ну, так у меня на родине предлагают дружбу, — немного смущенно объяснил Артем.

— Вот оно что, — протянул гигант. — Мы вместе омылись в крови, а значит, уже стали боевыми братьями, но твой ритуал я тоже исполню.

С этими словами он стиснул ладонь Артема в своей огромной клешне.

***

Эксилэйд очнулась спустя ещё один день. Когда Артем вышел в тронный зал, то увидел, что та сидит на коленях, протирая глаза и зевая. Заметив на себе взгляд Энхирре, Хранительница замка встрепенулась и попыталась принять более подобающий вид.

Артем приблизился к трону, с улыбкой сказав:

— Доброе утро.

Эксилэйд кивнула в ответ.

— Вижу, мы победили, — она оглядела место недавнего сражения, задержав взгляд на кратере, что остался в полу.

— Кое-как, — подтвердил Артем, после чего рассказал о героическом самопожертвовании Кабздрюка и последней битве посреди тронного зала.

— Жаль, что я не успела лично поблагодарить Сари-Тию за помощь, — Хранительница замка грустно опустила глаза. — Без нее мы бы вряд ли справились.

— Она очень торопилась вернуться в деревню, — объяснил Артем, добавив:

— И унесла с собой кучу трофеев.

— Это хорошо, — Эксилэйд, кажется, немного приободрилась, но в следующее мгновение ее взгляд скользнул по руке Артема, где красовался длинный шрам.

— Ты пострадал... — произнесла она с горечью в голосе.

— Все уже зажило, — поспешил заверить ее Артем. — По правде, Фелгир пострадал куда сильнее меня! Его сперва проткнули, а потом чуть не сожгли заживо.

— Фелгир служит мне по своей воле, а ты нет, — проговорила Эксилэйд, качая головой. — Ты уже дважды помог мне защитить замок, а я еще ничего не сделала, чтобы придумать, как вернуть тебя домой.

От этих слов в сознании Артема всплыли неприятные мысли, которые он пытался отогнать от себя все последнее время. Хотя, возможно, сейчас был как раз подходящий момент, чтобы их высказать. Если уж с кем и можно было обсудить эти опасения, то с той, кто его сюда и призвала.

— Знаешь, я думаю, это... — начал Артем, сам боясь произнести то, что было у него на уме. — Это может оказаться невыполнимо.

— Что ты имеешь в виду? — озадаченно спросила Эксилэйд.

— Понимаешь, перед тем, как появился тот щит, ко мне вернулась память, и... — начал Артем, но снова замялся. Ощущение было таким, будто, облекая собственные воспоминания в слова, он каким-то образом делает их реальнее.

— В общем, кажется, там я умер, — наконец закончил он.

Наступило продолжительное молчание. Эксилэйд глядела на него расширившимися глазами, в уголках которых заблестели слезинки.

— Я не знала... — прошептала она. — Не знала, что так будет.

— Ты тут не при чем! — воскликнул Артем, вдруг поняв, что, Хранительница замка, по всей видимости, решила, что в прошлом мире он погиб по ее вине. — Это была авария, я сам виноват! Не уследил за дорогой.

Эксилэйд утерла слезы тыльной стороной ладошки, однако, она все еще выглядела растерянной и виноватой.

— В общем, я имел в виду, что мне, возможно, придется задержаться тут подольше, — проговорил Артем, стараясь, чтобы голос звучал непринужденно, однако по внутренностям его в тот момент будто бы разливался холод.

Перспектива навсегда остаться в ином мире, где все хотят его прикончить, была довольно жуткой, и все же, если видение было правдивым, то в собственной предполагаемой смерти винить он мог только себя.

Глядя на мокрое от слез лицо синеволосой малышки, Артем понял, что хочет ее хоть как-то подбодрить. Не совсем понимая, что делает, он потянулся к Хранительнице замка и положил руку ей на макушку. Несмотря на то, что в этом месте помыться можно было разве что кипяченой на огне болотной водой, ее волосы были на удивление мягкими. Артем несколько раз потрепал их.

— Я, вообще-то, не ребенок, — проворчала Эксилэйд, шмыгнув носом и недовольно глядя на него исподлобья. Она, впрочем, не отстранилась, позволив Артему еще какое-то время гладить себя.

— Никто толком не знает, как работает ритуал призыва Энхирре, — произнесла Эксилэйд, разглаживая взъерошенные волосы, когда Артем, наконец, отошел от трона. — Это Магия Судьбы, так что воспоминания могут и не быть такими уж точными.

Она выпрямилась, расправила плечи, усевшись на троне так, как полагается правительнице. В ее взгляд вернулась решительность.

— Я разузнаю об этом все, что только могу. Обещаю, — произнесла она твердо, посмотрев Артему прямо в глаза.

— Спасибо, — кивнул тот, чувствуя, что тревога по поводу видения хоть немного отступила. — А я тогда и дальше буду твоим временным Энхирре, если ты не против.

Он улыбнулся Хранительнице замка, и та улыбнулась в ответ со словами:

— Почту за честь.

Пожалуй, впервые за последнее время Артем ощутил что-то отдаленно напоминающее оптимизм. Он, по крайней мере, смог завести в этом жутком мире хоть каких-то друзей, даже если это были кровожадные гиганты, грибы с ножками и древесные люди.

И все же, еще одна тревожная мысль не давала ему покоя. Во время прошлой битвы все члены отряда Клэйфа были убиты, так каким же образом Хоргат узнал о том, что в руинах находится "предатель рода людского?" Работорговец явно отправился в поход только из-за перспективы заполучить себе раба-человека. Но от кого он получил эту информацию, если никто не вернулся из замка Эксилэйд живым?

Эпилог

Поленья в камине потрескивали, наполняя небольшую келью светом и теплом. Серэйра сидела в кресле, уставившись в огонь пустым взглядом. Среди последователей Тьюрга очаги и костры считались священными, но сейчас вид весело пляшущих языков пламени не приносил ей ни радости, ни душевного успокоения. Ей вообще казалось, что больше ничто и никогда не принесет ей этих чувств. Возможно, всего за одним исключением...

Серэйра уже в который раз выглянула в окно. На Триэмталь опустилась ночь, и луны ярко сияли над Твердыней Тьюрга. Монументальное задание, даже более высокое, чем городская ратуша, всегда казалось ей величественным и по-своему красивым в своей брутальной простоте, но сейчас вид святилища-крепости ее только раздражал. Серэйра хотела посмотреть дальше, за Пустошь, но Твердыня закрывала обзор. Она тихо прокляла гигантскую каменную глыбу себе под нос, хоть это и было совершенно непозволительно для Огненосицы. Сейчас, впрочем, это ее мало волновало. Серэйре хотелось одного — отправиться обратно в полуразрушенный замок по ту сторону Пустоши или хотя бы посмотреть в его сторону.

Возможно, если подойти ближе к окну, то она смогла бы увидеть то, что хотела, но Серэйра все еще не могла не то что ходить, но даже сама подняться с кресла. Изможденное тело отказывалось повиноваться ее желаниям, вызывая тем самым злость. Хотя, ее злило не только это. Огненосице вообще казалось, что у нее не осталось больше никаких других чувств, словно злоба выжгла даже боль от смерти брата и других товарищей по отряду авантюристов. Они, конечно, познакомились не так давно, но за время совместных путешествий она успела к ним привязаться.

Теперь же все они были мертвы, и Серэйре положено было скорбеть, но вместо этого внутри лишь бушевала ярость, которая никак не могла найти выход. Ей хотелось прямо сейчас вскочить и ринуться обратно через Пустошь, хотелось хотя бы встать с проклятого кресла, сбросить плед, которым ее немощные ноги укутал Витар...

Стоило Серэйре вспомнить про старого Пламяхранителя, как позади скрипнула дверь.

— Как ты, милая? — спросил Витар ласковым голосом.

Раньше речь этого человека казалась Серэйре уютной и такой же согревающей как камин, что он всегда разжигал в приюте, где они выросли вместе с братом. Теперь же забота и ласковые слова Витара, по какой-то причине, только еще больше злили ее. И все же она не могла нагрубить тому, кто всегда был к ней так добр, едва ли не единственный во всем мире кроме Клэйфа.

— Мне намного лучше, Хранитель, — произнесла Серэйра все же, как ей самой показалось, чересчур холодно.

В конце концов, она была жива только благодаря заботе старика. По словам наемников, которые нашли ее лежащей на краю Пустоши, Серэйра в тот момент походила на иссохший труп, и они очень удивились, обнаружив, что несчастная еще дышит. Серэйра сама не знала, как умудрилась добраться до границы королевства. Все воспоминания после того, как ее чуть не зарубил тот жуткий синекожий монстр, были расплывчатыми. Витар назвал ее спасение чудом, но сама она подозревала, что ей помогла выжить злоба. Это она не дала ей сгинуть посреди бескрайней равнины. Правда, даже теперь, когда Огненосица оказалась в безопасности, эта злоба никуда не делась, продолжая пожирать ее изнутри.

Витар хлопотал, ставя на стол поднос с нехитрой стряпней, и Серэйра с унынием отметила, что, кажется, даже бобовая похлебка, которая ей всегда нравилась, особенно в прикуску со свежим черным хлебом, будто бы утратила аромат. Да и вообще, любая еда теперь казалась ей пресной. И все же она с благодарностью приняла пищу из рук старого Пламяхранителя.

Угощение с трудом лезло в глотку, но Серэйра не хотела расстраивать Витара, поэтому продолжала заливать в рот ложку за ложкой ставшей безвкусной жижи. По выражению лица старика, по-отцовски взволнованно взиравшего на нее, Серэйра поняла, что тот хочет поговорить с ней, но она не могла выдавить из себя ни слова, продолжая есть молча.

— Знаешь, я тут виделся с Пламяхранителем Лаатэргом, — наконец нарушил тишину Витар. — Он обещал подыскать тебе место в твердыне Альд.

— Зачем? — тут же резко спросила Серэйра, явно застав пожилого Пламяхранителя врасплох. Тот несколько раз недоуменно моргнул, после чего потер свой морщинистый лоб и произнес:

— Ты же сама всегда говорила, что хотела призывать исцеляющее Пламя, а там сейчас полно раненых, вот я и подумал, что, когда ты поправишься...

— Нет! — Серэйра не дала ему договорить. Ее руки затряслись от злости, и ложка упала в миску с остатками похлебки. Раздался всплеск.

— Но почему? — еще более растерянно спросил Витар.

— Я опалюсь во второй раз! — внезапно даже для себя самой чуть ли не выкрикнула Огненосица.

Хотевший что-то произнести Витар так и остался сидеть с открытым ртом. На несколько мгновений в келье стало тихо.

— Н-но... — заикаясь начал Пламяхранитель. — Ты ведь девушка... Это...

— Нет закона, запрещающего женщине второй раз пройти через Пламя Кузни! — пылко воскликнула Серэйра, перебив старика. Почему-то, наконец озвучив свое намерение, она почувствовала себя лучше, словно с плеч упал груз.

— Это так, но еще ни одна Огненосица не опалялась дважды! — кажется, Витар изо всех сил пытался придумать аргумент, чтобы отговорить свою подопечную от безумной идеи. На его морщинистом лице отразился настоящий ужас. — Даже среди мужчин выживает лишь один из двадцати, а то и тридцати...

— Я прекрасно это знаю! — рявкнула Серэйра, и Витар сдался.

Он всегда был мягким человеком, и работа руководителя приюта как нельзя лучше ему подходила. Видя, как старик понуро опустил голову, признавая поражение в споре, Серэйра испытала укол совести. Витар всего лишь хотел ее защитить. Незачем было вести себя с ним столь жестко. И все же ее решение останется неизменным. Даже сам Тьюрг не смог бы отговорить ее, явись он в эту келью во всем своем пылающем великолепии.

— Скажи хотя бы, зачем тебе это? — тихо проговорил Витар, поднимая свои добрые водянисто-серые глаза на Огненосицу. — Зачем, милая Эйри?

Ласковое прозвище, которым Пламяхранитель называл Серэйру с того самого момента, как та еще малышкой попала в приют, пробудило у Огненосицы теплое и приятное чувство, почти забытое за последние дни. На мгновение оно разлилось по телу, согревая его изнутри словно ласковый камин, заменив собой испепеляющую внутренности ярость.

Но не только Витар называл ее Эйри. Также к ней обращался и старший брат. "Сестричка Эйри," — его голос прозвучал в голове так, словно Клэйф сейчас стоял рядом, и в это же мгновение ярость вернулась с удвоенной силой. Перед мысленным взором появилось лицо того проклятого человека — ее сородича, что предал людской род, снюхался с обитателями Сумеречной стороны и стал причиной гибели ее брата и друзей. Это лицо не было слишком выделяющимся, даже наоборот, оно выглядело до смешного обычным: не худое, но и не пухлое, с карими глазами и короткими русыми волосами. Увидь Серэйра такого человека посреди рыночной площади Триэмталя, то вряд ли бы обратила на него особое внимание. И все же теперь это лицо было будто бы выжжено в ее сознании, отпечатано подобно клейму, что причиняет непрекращающуюся боль.

— Просто я должна покарать кое-кого, — медленно произнесла Серэйра, представляя, как Солнечный огонь поглощает лицо предателя людского рода под страшные крики боли. — И я не успокоюсь, пока не сделаю этого.