Страж Паутины. Отступник

Глава 1

Голова жутко болела. Еще не успев разлепить веки, Август коснулся пальцами затылка и тут же одернул их. Боль стала жгучей, на подушечках осталась легкая влага.

“Хорошо же меня приложили по затылку, - подумал солдат, - И как я только умудрился подпустить этих оборванцев так близко?”

От мыслей лазутчика отвлек посторонний шум, доносившийся откуда-то сбоку. Похож он был на покашливание, будто бы кто-то пытался привлечь внимание очнувшегося. Август силой разлепил веки и покрутил головой по сторонам. Сначала была тьма и солдат на мгновение подумал, что от удара потерял зрение. Однако, спустя несколько секунд мрак начал рассеиваться, глаза привыкали к темноте.

В ней проступили очертания места, в котором оказался лазутчик. То было серое бетонное помещение, примерно десять на десять метров с очень высоким потолком. Пахло сыростью, плесенью и мочой.

А еще тут было довольно холодно. Август хотел закутаться в свой плащ, но обнаружил, что одежда пропала. Захватчики оставили лазутчику лишь штаны и футболку. Все оружие, броню и прочие вещи неизвестные забрали.

Солдат оперся руками о холодный пол и попытался встать. Тело еще не слушалось и Август снова сел, опершись спиной о сырую стену. Тут кашель повторился. Лазутчик покрутил головой по сторонам и наконец нашел того, кто издавал этот звук.

Неудивительно, что сначала боец не заметил этого человека: тот был таким же серым и невзрачным, как и стены этой камеры. Мужчина с любопытством глядел на очнувшегося пленника.

- А, проснулся, наконец-то, спящий красавец! Ну, как тебе в нашем подземном санатории? Хорошо мастера косточки твои размяли, а? Хе-хе-хе, - проговорил сокамерник, хриплым кашляющим голосом.

Солдат ничего не ответил. Вступать в перепалку с этим отребьем ему не хотелось. А на то, чтобы встать и заткнуть наглеца не было сил.

Незнакомец, видимо, поняв, что его сознательно не замечают, сменил тон общения:

- Ты, если что, не обижайся на старика, милок. Я тут уже долго сижу один, давненько другой живой души не видел. Те, тьфу ты, мордовороты из охраны - не в счет. Как там сейчас, на поверхности?

- Холодно и дождливо, - ответил лазутчик.

- А, ну значит, за столько лет ничего не изменилось, - обрадовался сокамерник.

Он поднялся из своего темного угла и направился к солдату. У Августа не было, ни сил, ни желания сдвигаться в сторону, потому он просто остался сидеть на месте. Когда мужчина вышел в свет тусклой лампочки - лазутчик смог разглядеть его получше.

На вид сокамернику оказалось лет шестьдесят. Лицо деда покрывали морщины, на голове виднелась жидкая пакля седых волос, рот щерился редкими желтыми зубами. Судя по тщедушной костлявой фигуре и сероватой пергаментной коже - с кормежкой пленников здесь не заморачивались.

Старик, крякнув, плюхнулся рядом с Августом и вновь заговорил:

- Ну так какими судьбами тебя занесло в наши катакомбы?

- Заблудился.

- Хе-хе, ну как скажешь. Только мне что-то говорит, что не просто так ты к нам пришел. Никто за так сюда не приходит.

- А ты то почему здесь, дед? И почему сидишь в этой камере?

- Не сошелся во взглядах с местными, вот и посадили меня в этот каземат. С глаз долой, из сердца вон, как говорится, - старик снова обнажил свою беззубую улыбку.

Солдат смерил сокамерника равнодушным взглядом и задал вопрос, который крутился в его голове с самого пробуждения:

- Как отсюда выбраться?

- Э-хе, ну ты спросил! Дак если б знал, разве сидел бы я тут уже пятнадцать лет?

- Логично. Но я все же погляжу сам.

- Ну давай, милок, давай.

Лазутчик, пошатываясь, встал на ноги. Тело все еще слушалось слабо. Перед глазами поплыло, затылок заныл. Пришлось развернуться к стене и придерживаться за нее руками. Тушка так и норовила снова принять горизонтальное положение.

Август зажмурился, собрался с силами. Затем открыл глаза, развернулся спиной к стене и начал медленно ползти вдоль нее, осматривая камеру и пытаясь нащупать руками хоть что-то, что могло бы привести его к свободе.

- Я уже тут все прощупал и осмотрел за столько-то лет, - хрипло кинул вдогонку старик, - Сядь лучше, побереги силы, сынок.

Солдат промолчал. Головой он понимал, что дед прав. За годы в заточении сокамерник наверняка исползал каждый миллиметр этой бетонной коробки и изучил каждую трещинку на ее стенах и полу.

Тем не менее, воля к свободе, а точнее, жажда выполнить задачу и приблизиться к своей цели заставляли Августа цепляться за любую, пусть даже за сильно надломленную соломинку, что могла бы вытащить его из этой ситуации.

Спустя несколько минут лазутчик вернулся к началу своего пути и сел рядом со стариком. Как тот и говорил, осмотр камеры ничего не дал. Бетон был крепким, а небольшие вентиляционные отверстия располагались так высоко под потолком, что добраться до них было бы нереально даже, если бы дед встал Августу на плечи. Да и размер вентиляции позволил бы лишь просунуть в нее руку, но никак не тело целиком.

Ева молчала. Солдат переживал, что чип с ИИ сломался после такого удара по голове. Однако, спутница развеяло это опасение:

- Вижу, ты проснулся и даже уже неплохо соображаешь. Хорошо, значит твое серое вещество не сильно пострадало.

- Где мы? - спросил Август.

- Хм, дай подумать. Тут холодно, сыро и воняет. Очевидно, мы в камере.

- Спасибо, кэп, я вижу, что не на пляже. Где мы конкретно?

- Ты же искал “Подземщиков”? Ну так вот, они нашли тебя раньше.

- Оперативненько. Есть идеи, как выбраться отсюда?

- Пока нет. Думаю, тебе нужно будет улучить момент, когда сюда кто-то войдет и …

Договорить Ева не успела. Снаружи камеры раздался шум, что-то зажужжало. Заскрипели петли и дверь отворилась, пропуская внутрь помещения чуть больше света. В проеме стоял бугай. В руках у него было оружие, смутно напоминавшее дробовик. Здоровяк окинул взглядом камеру, зафиксировав его на солдате.

- Подъем, чужак. Живее на выход, - скомандовал охранник.

Август медленно встал, держась руками за стену. Ноги все еще слушались плохо, зато хотя бы в голове прояснилось. Потому лазутчик понимал: спорить с вооруженным бугаем - дело гиблое.

- Ну, приятно было познакомиться, милок. Ты, это, возвращайся если что, - кинул вдогонку старик.

Бугай грохнул железной дверью, зажужжал автоматический замок. Здоровяк дернул ручку, убедившись, что камера заперта.

- Вперед, живо, - рявкнул конвоир, ткнув Августа оружием в спину.

Судя по тому, что камера тут была всего одна - ее роль выполняло какое-то служебное помещение в тоннелях. Во всяком случае, других дверей в этом бетонном коридоре солдат не увидел.

Они шли по серой бетонной кишке. Вокруг слышалось лишь дыхание тоннелей, да гулкие шаги конвоира и пленника.

- Можно было бы, конечно, сейчас развернуться и попытаться оглушить этого детину шоковым ударом, - подумал Август, но тут же отбросил эту идею, - Да ну, шансы хреновые. Скорее этот бугай угостит меня дробью, пока я все это проверну.

- Лучше не рыпайся, приятель, - заговорила Ева, - Если бы тебя хотели прикончить - это уже давно бы сделали. То, что ты еще жив - знак того, что местные чего-то от тебя хотят. Возможно, мы даже сможем использовать это с выгодой для нашей миссии.

- Очень хочется в это верить, подруга.

Коридор перетек в просторное помещение с большим вентилятором наверху и огромным круглым отверстием под ним. Дыра уходила на многие десятки метров вглубь.

“Похоже на заброшенный вентиляционный комплекс. Интересно, куда ведет этот выдув? Неужели там, внизу есть что-то, что находится даже под забытыми уровнями канализации? - подумал лазутчик, - Впрочем, мне что-то совсем не хочется даже знать, что там. Видел я уже, какая дрянь обитает в темных уголках этого города…”

Здоровяк и Август вошли в новое ответвление, которое очень быстро вывело их в другой просторный зал. Здесь расположились технические помещения. Повсюду стояли какие-то установки, от которых к потолку и к стенам шли толстые трубы и шланги.

“Похоже, это насосы, или что-то вроде того, - сделал вывод солдат, - Наверняка эти установки обеспечивают местный подземный мир питьевой водой. Ну, или откачивают эту самую воду из помещений, предотвращая подтопления”.

В зале было оживленно. Повсюду сновали рабочие в потертых синих спецовках. Кто-то держал в руках инструменты. У некоторых работяг сами руки были вместо инструментов.

Как Августу и рассказывали, подземщики, во многом, состояли из тех, кого не принял верхний мир. В том числе и из-за проблем с имплантатами. Потому тут и там солдат видел людей с разными модификациями рук, ног, глаз.

Причем импланты эти, судя по всему, были далеко не первой свежести. У некоторых в разные стороны торчали провода. У части отсутствовали защитные кожухи, из-за чего лазутчик видел внутренние механизмы аугментаций.

- Похоже, часть “железа” у местных уже вышли из строя, но владельцы не отсоединяют импланты от своей плоти. Интересно, почему? - подумал солдат, глядя на рабочего, чья железная рука плетью висела вдоль тела.

- Причин много, приятель. Некоторые слишком привыкли к своему железу и уже не видят себя без него. Пусть импланты и стали просто бесполезным металлом - юзеры верят, что этот хлам можно реанимировать, - ответила Ева, - Ну, или же аугментация слишком глубокая. Тогда ее извлечение может стоить пользователю здоровья, а то и жизни.

Впрочем, ни проблемы с имплантами, ни прочие трудности, совсем не мешали подземщикам быть вполне сплоченным обществом. Работали местные довольно слаженно. Будто бы каждый знал свою роль в этом новом обществе. Неудивительно, ведь оказавшись в таких условиях - сплоченность и сотрудничество было тем, что позволяло местным обитателям просто выжить.

Когда Август и его конвоир проходили мимо работяг, те даже не обратили на посторонних внимание. Настолько подземщики были поглощены своими задачами. Лишь один из них, человек с железным имплантом ноги окинул скучающим взглядом проходящих мимо людей. Но и он быстро вернулся к своей работе, продолжив копаться в электрическом щитке.

После выхода из помещения тоннель разветвился на три рукава.

- Теперь прямо, - сказал конвоир.

Бетонная кишка вывела их в очередное помещение. Оно оказалось таким же серым и невзрачным, как и все прочие, однако выделяло его наличие сразу нескольких дверей.

У одной из них стоял тощий мужчина средних лет. В руках он держал потертый карабин. Заметив гостей, человек отошел в сторону и открыл дверь.

- Заходи, - скомандовал охранник, ткнув солдата дулом дробовика в спину.

Обстановка в помещении напоминала допросную на базе “Железных волков”. С поправкой на то, что выглядела комната гораздо более уныло и бедно. А еще тут тоже воняло сыростью и плесенью.

Роль стола в “допросной” выполняла пара металлических ящиков, сдвинутых вместе. Вместо стульев те же ящики, но меньшего размера. Сверху на “сидушки” накинули какое-то тряпье для мягкости.

На одном из “стульев” с противоположной стороны “стола” сидела девушка лет двадцати пяти. У нее был уставший взгляд. Мешки под глазами свидетельствовали о хроническом недосыпе. На незнакомке были черная майка и штаны, а ее волосы оказались ярко-фиолетового цвета.

“Интересно, что она тут забыла? - промелькнуло в голове Августа”.

Девушка взглянула на пленника и коротко сказала:

- Садись.

Солдат занял место напротив собеседницы и внимательнее оглядел помещение. Мыслей о побеге больше не возникало. Помимо “фиолетовой” в комнате стояла еще парочка вооруженных охранников. В таком состоянии и без оружия лазутчику точно не справиться со всеми разом. Диалог казался самым разумным способом выйти из этой неприятной ситуации.

- Итак, зачем ты явился к нам, чужак? Говори правду, иначе окажешься на самом дне коллекторов, - заговорила девушка.

Август внимательно посмотрел на собеседницу и оценил ситуацию.

“Врать этим ребятам, определенно, не стоит. Слишком рискованно. И “фиолетовая”, и охрана на взводе, аж скрип зубов слышу. Видимо, что-то случилось. Иначе меня бы так “тепло” не приняли. Базз говорил, что подземщики, хоть и нелюдимы, но не агрессивны, - подумал солдат”.

- Я ищу одного человека. Он должен был недавно присоединиться к… вашему сообществу.

- Вот как? И кто же он?

- Его зовут Сокко Мун. Он бежавший специалист по имплантам из одной подпольной организации.

После этих слов “фиолетовая” внимательно посмотрела на пленника, пытаясь уловить в мимике гостя намеки на ложь. Август, в свою очередь, оставался абсолютном невозмутимым. Хмыкнув, девушка снова заговорила:

- Видимо, этот человек сильно кому-то насолил, раз ты решил искать его здесь, а?

- Его бывший работодатель определенно не рад такому побегу, - беспристрастно ответил лазутчик, - Мне известно, что беглец очень много знает о том месте, где ранее работал.

- И потому ты пришел сюда, чтобы убить его? Тебе, ведь известно, что мы не выдаем тех, кто ищет у нас убежища? Мы не позволим какому-то головорезу и пальцем тронуть нашего гостя.

- Я не головорез и мне не нужна смерть Муна. Он нужен мне живым. У Сокко есть информация, которая нужна мне. Без нее я не смогу выполнить задачу.

“Фиолетовая”, не отрывая взгляда от Августа чуть приблизилась и спросила:

- Даже так? И что же у тебя за задача?

- Я не могу рассказывать о деталях. Мой наниматель будет не в восторге.

- Ой, да брось! Ты сейчас не в том положении, чтобы что-то скрывать. Или думаешь, что твой наниматель будет в восторге, если твой труп найдут в переулке Шортлайна? Хочешь выжить и, может быть, даже получить от нас информацию - придется быть откровеннее, - девушка тряхнула головой так, что прядь ее фиолетовых волосы перекрыла правый глаз, - Выкладывай.

- Хорошо. С чего мне начать?

- С твоего спуска в эти коллекторы.

***

Грязь и нечистоты хлюпнули под берцами, когда Август спустился по лестнице в заброшенный тоннель. Люди Базза проводили лазутчика до неприметного люка, что расположился в тупике одной из подворотен Шортлайна. Именно тут, по проверенной информации, располагался один из входов во владения подземщиков.

Соваться в это место не решались, ни самые отъявленные головорезы, ни даже бродяги. Чем именно пугали изгои прочих обитателей Компентиуса было неясно. Возможно, дело было в банальных ксенофобии и брезгливости, приправленных байками о жителях катакомб.

Впрочем, последнее, вероятно, играло на руку самим подземщикам. Все те, кто искали у них приюта точно не хотели, чтобы к ним кто-то совался. И уже тем более, чтобы беглецов кто-то искал.

Крышка люка над Августом закрылась и он оказался в кромешной темноте. Она, впрочем, лазутчика не пугала. Базз выдал лазутчику очки ночного видения с очень качественной фильтрацией сигнала. В условиях кромешной тьмы - это был просто идеальный инструмент.

Помимо этого, торговец позаботился о прочем снаряжении своего протеже. В него вошло несколько магазинов к бесшумному пистолету-пулемету, пара пачек патронов к нему же, да еще несколько военных стимуляторов. Как последние попали к бандитам - было загадкой.

Перед миссией медики барыги подлатали тело Августа. На все про все им потребовалась лишь пара дней. Кости срослись, мышцы восстановились, боль ушла. Впрочем, солдат понимал: за все это - придется отработать. Просто так Базз ничего не делает. Теперь он ждет от лазутчика результатов и подтверждения того, что все выделенные ресурсы и усилия были не напрасными.

Солдат шел сквозь тьму и сырость под аккомпанемент сточных вод и писк крыс. Где-то здесь, среди изгоев Компентиуса, скрывался Сокко Мун. Этот человек работал на объекте, само существование которого угрожало хрупкому балансу в мегаполисе. И, возможно, не в нем одном.

Мун знал точное местоположение комплекса. Без этих данных невозможно было нарушить планы Ареса и уничтожить установку. А с этой технологией Кейн угрожал не только темному бизнесу Базза и его партнеров, но и безопасности всего города. Как минимум из-за того, что у каждого жителя Компентиуса был ПэКа. Босс “волков”, потенциально, мог взломать любой такой чип и навредить его владельцу.

“А все же любопытно, почему Мун сбежал от Кейна, - подумал Август, - Надо будет спросить у этого головастика, что ли. Если, конечно, он еще не сгинул среди этих зловонных коллекторов. Ну, или, если до него раньше меня не добрались головорезы Ареса”.

Судя по данным Базза, вход в убежище “подземщиков” располагался за одним из заброшенных шлюзов. Это место уже давно не обслуживалось. Городские власти попросту не желали тратить времеми и средств на то, что де-факто им не принадлежало. У той территории, как и у Шортлайна теперь были свои хозяева. Несговорчивые, мрачные, но ответственные.

По слухам, в коллекторах, что принадлежали подземщикам никогда не происходило поломок и заторов. И хотя участок тот был лишь резервным и его значимость была небольшой, власти все же были заинтересованы в его работоспособности. В этом же были заинтересованы и обитатели Шортлайна, поскольку снабжение водой и вывод отходов происходил именно по этой ветке.

По этой причине у “подземщиков” было сразу две покровительствующие стороны. Пусть жителей коллекторов не любили, ни чиновники, ни бандиты, однако обе стороны признавали: всем будет лучше, если за подземными коммуникациями будет кто-то присматривать.

Взамен же “подземщиков” старались не трогать. На их небольшие правонарушения в виде краж и взломов закрывали глаза. Не пытались лезть в их внутренние дела. Ну и самое главное - не искали тех, кто пытался укрыться в заброшенных коллекторах, в их вотчине.

Конечно, в последнем пункте бывали исключения. Одним из них была задача самого Августа. По слухам, жители катакомб очень не любили, когда кто-то нарушал эту негласную договоренность и охотился за беглецами. С головорезами у “подземщиков” был короткий разговор. По слухам, останки этих бедолаг иногда выбрасывало в резервуары общих систем, где их тела вылавливали роботы-рабочие вместе с остальным мусором.

“Я очень рискую, сунувшись в подземелья с такой снарягой, - подумал лазутчик, - Еще решат, что я очередной киллер. Однако, лезть сюда без оружия я бы точно не стал. Уже видел, что может обитать в таких местах...”

По данным барыги, нужный шлюз располагался в неприметном закутке, буквально на стыке Шортлайна и остального Компентиуса. Вскоре Август дошел то той самой границы.

Проход в обитель “подземщиков” со стороны Квартала разбитых черепов оказался открыт. А вот от мегаполиса его отделяла массивная решетка. Через нее свободно могли протекать лишь сточные воды, да пролезать крысы.

Беглецу, перешедшему дорогу корпорациям, или иным шишкам, пришлось бы идти в Шортлайн, чтобы через их коллекторы попасть к “подземщикам”. А в квартале у преследователей, наверняка, были свои люди.

Вторым вариантом было искать укрытие в другом месте. Последнее, с учетом слежки за людьми через ПэКа казалось маловероятным. Беглеца без импланта-глушилки легко бы нашли.

Тоннель, ведший во владения подземщиков растянулся на пару десятков метров. Вдоль стен валялись различные мусор, тряпье и железки - знак того, что, что здесь кто-то обитает.

Тоннель заканчивался массивной железной дверью. Ни замков, ни терминалов, ни вентилей - ничего того, что могло бы открыть проход. Базз предупредил о том, что металлические ворота открываются изнутри. Все наружные терминалы подземщики сняли.

Об этом свидетельствовало металлические крепления на стене, где ранее располагалась панель управления шлюзом. Для попадания внутрь нужен был пароль и Август его знал.

“Три коротких удара, три длинных, три коротких. Повторить трижды. Хм, это же азбука Морзе! Интересно, как она называется в этом мире?”

Солдат подошел к двери и набил шифр. Первый раз, второй, третий. Тишина.

“Неужели Базз ошибся с паролем? А может быть сами подземщики его уже сменили? - пронеслось в голове лазутчика”.

Сзади что-то зашуршало. Август резко обернулся. Никого. Только вот та куча тряпья и железа будто бы сдвинулась. Солдат достал из-под плаща пистолет-пулемет, снял его с предохранителя и медленно пошел к источнику шума.

Внезапно, сбоку лязгнуло, заскрипело. Август хотел было обернуться, но не успел. Его голова резко заболела и лазутчик провалился во тьму.