Страстно желая тебя

Глава 1. Прогулка в лесу

Переезд — это даже к лучшему.

Да, мне нужна смена обстановки после случившегося. Однако я не готова вливаться в новый коллектив, привыкать ко всем, привлекать к себе внимание. Я хочу забиться в уголок и чтобы меня никто не трогал.

Вдох-выдох. Я справлюсь со всем этим кошмаром. Хотя мой кошмар начался вовсе не с переезда.

На протяжении последнего года у меня были тяжёлые отношения с парнем, при этом «официально» мы не встречались. В конце пережила тяжёлое эмоциональное потрясение, пришлось несколько месяцев жить на успокоительных.

Мама ужасалась, наблюдая за мной. Мне вот-вот исполнилось семнадцать, а я ввязалась во всё это, а больше всего её шокировало то, как я переживала. И мама решила, что нам пора переехать. На работе у неё не наладилось, вот и рванула в город к подруге детства. Я не знаю, повлияло ли больше то, что у неё не задались отношения с тем клерком или потому что я была не в себе. Но не столь важна причина. Вот я здесь теперь, и это главное. Начну всё с чистого листа.

Я шла по тропинке в лесу. Как же мне нравится здешняя атмосфера: тишина, умиротворение и людей нет. В Балтиморе мне редко удавалось наслаждаться лесом, только когда мы выезжали за город.

Вокруг было так хорошо и спокойно, из звуков — только пение птиц и хруст веток под ногами. Я решила идти по тропинке и никуда не сворачивать, чтобы не заблудиться, а потом по ней же отправиться обратно.

Не было желания возвращаться домой. Да ещё то здание и «домом» не могу назвать пока. Сумки и чемоданы неразобранные. Мама как всегда — вовремя решила переехать. Завтра первый учебный день. Мне жутко не хочется в новую школу.

Редхилл (прим. автора: выдуманный город в штате Мэриленд) пока мне не нравился, но, может, это потому что я всегда с недоверием и непринятием относилась к новым вещам.

Я наблюдала за величественными деревьями, солнечные лучи почти не проникали через листву. Мне хотелось меньше заниматься предсказанием того, что же будет завтра и как меня примут в новой школе. Я просто шла, оглядываясь по сторонам, отмечая, сколько же здесь зелени и как тут свежо.

В один момент мне захотелось свернуть с тропинки, подумав, что ничего страшного не произойдёт, если я прогуляюсь в другом направлении. Разумеется, далеко от тропинки я уходить не собиралась. Только прошла кусты и сделала пару шагов вперёд, как вдруг увидела парня, который сидел, прижавшись спиной к дубу, и… плакал? Вот это да.

Мне стало дико неловко. Мало ли, какая у него драма. Он показался мне невероятно симпатичным, с внимательными зелёными глазами.

Я сделала шаг назад, стараясь скрыться так же незаметно, как и пришла сюда. Глупая идея. Хруст. Ветка. Вот это мне всегда везло.

Парень поднял на меня взгляд, испугавшись. За пару секунд он несколько раз изменился в выражении лица. Быстро вскочил на ноги и подошёл ко мне, а я почувствовала себя не в своей тарелке из-за случившегося.

— Вау. Раньше тебя не видел. Ты приезжая? — Он склонил голову и окинул меня изучающим взглядом, из-за чего я ощутила ещё бо́льшую неловкость.

— Да… — удивилась я тому, как незнакомец быстро пришёл в себя. Может, мне показалось, что он плакал? — Вот сегодня и приехали.

— Детка, я надеюсь, что эта встреча останется между нами. — Он приподнял уголки губ, его слова прозвучали слишком самоуверенно. — Не учили тебя не ходить по лесу вечером одной?

От «детки» меня сразу же передёрнуло. Как же я ненавидела это слово!

— Я тебе не детка. У меня имя есть. Эмбер, — представилась я, при этом испытывая злобу.

— Ну хорошо, детка Эмбер. Как сладко звучит, — рассмеялся парень, не теряя прежний настрой. — А я Майкл. Запомни это имя. Будешь часто его произносить.

— В твоих мечтах, ага.

Парень вновь посмеялся, как будто это всё его сейчас очень даже забавляло.

— Завтра в школе увидимся? — продолжил он разговор. — Буду ждать. Хочешь, я тебя до дома провожу? Где ты живёшь?

Во мне боролись два чувства. С одной стороны, желание его отшить, а с другой — боязнь всё-таки заблудиться. Но ведь здесь лишь одна тропинка.

— Сама дойду, — горделиво заявила я и скрестила руки на груди. — У тебя что-то случилось? — но внезапно вспомнила, в каком состоянии нашла его.

— У меня? Нет, ничего. Классную девушку встретил вот, — быстро нашёлся Майкл. Значит, делиться не захотел. Было бы странно, если бы со мной, незнакомкой, вдруг разговорился бы.

— Ну, бывай тогда. — Мне становилось всё более неловко, и я развернулась, направляясь обратно к тропинке.

Пока шла, услышала шаги позади себя и обернулась.

— Я же сказала: не надо меня провожать! — Я разозлилась на него. Майкл как ни в чём не бывало остановился и посмотрел на меня. Между нами было расстояние в несколько метров.

— А кто тебя провожает? Я просто иду домой. — Он сильно нахмурился.

— Не надо идти за мной по пятам, как сталкер какой-то.

— Что, Красной Шапочкой вдруг себя почувствовала? Ну ладно, пойду рядом, так уж и быть.

Майкл незамедлительно подошёл ко мне. Я не хотела сейчас думать о том, что он мне симпатичен. Неловкость зашкаливала.

Мы молча продолжали путь. Говорить желания не было. Майклу, видимо, наоборот.

— И откуда же ты приехала? И почему вдруг Редхилл? Я, наоборот, хочу отсюда свалить.

— Балтимор. Семейные обстоятельства, — коротко произнесла я. Может, он поймёт, что я не хочу с ним говорить, и замолчит наконец?!

— И что же, где тебе больше нравится: здесь или в Балтиморе? Я бы уехал в Балтимор. Я бы куда угодно уехал из этой деревни.

— Полностью с тобой солидарна. — Я хмыкнула. — Но лес мне тут очень нравится.

— Согласен. Единственное нормальное место. Я бы и здесь пожил. Прикольно. Кстати, хочешь погуляем тут на днях?

Мы уже подошли к выходу из леса. Не так далеко был мой дом. Я вздрогнула от вопроса Майкла. Вот к чему я не была готова сейчас, так это к общению с ним.

— Эм, нет. Учиться надо. Я вообще не в курсе, как тут у вас дела обстоят…. Вот обустроюсь… И, может быть, — решила я быть не слишком резкой. — Пока, Майкл! — Помахала ему ручкой. Ему, как я поняла, нужно было в другую сторону.

— Пока, детка Эмбер! Увидимся завтра в обители тщеславия! — Он помахал мне в ответ и зашагал прочь. Я немного постояла и увидела, как Майкл обернулся и пристально посмотрел на меня. Мне вдруг стало стыдно, что я всё это время на него пялилась, поэтому повернулась и, уже не оглядываясь, дошла до дома.

Дома мама позвала за стол и напомнила о том, что мне нужно разобрать вещи. Но как только я оказалась в своей нынешней комнате, то не кинулась к коробкам. Вместо этого достала из сумки ноутбук и подключилась к Wi-Fi. Спасибо маме, что с интернетом она всё так оперативно устроила. Я зашла на фейсбук (прим. автора: запрещённая в России соцсеть).

Найти Майкла не составило большого труда, даже не зная при этом его фамилии. Достаточно было его имени и города. Майклов в Редхилле всего парочка.

Ну здравствуй, Майкл Уокер. Страница открытая. Почему-то ожидала увидеть на ней кучу фотографий, а нет, их всего четыре. Одна — он пьёт с какими-то парнями, другая — он на футбольном поле, третья — на мотоцикле, четвёртая — вместе с товарищами по баскетболу. Никаких селфи, да ладно? С такой внешностью мог бы и сделать. Посмотрела, сколько лайков и друзей, да, он популярен, спору нет. Стала листать раздел «хроника» — его интересы: футбол, баскетбол, мотоциклы и кино.

Далее решила взглянуть на тех, кто лайкает его фотки. Самой интересной оказалась Анабель Хилтон. Хроника у неё была вся забита разными фотками. Два месяца назад она опубликовала грустное селфи с подписью «я дура». До этого было штук пять фотографий с Майклом. У него снимков с ней нет. Значит, она виновата в разрыве. Как занимательно. Видимо, Анабель ещё на что-то надеется. А у Майкла, судя по лайкам и комментариям, с вниманием от девушек проблем не было.

Зашла в её инстаграм (прим. автора: запрещённая в России социальная сеть), который был указан на странице. И там я нашла просто тысячу фотографий, она себя любила — тут и к гадалке не ходи.

Нашла фотографию, датированную прошлым месяцем, где Анабель сидела рядом с Майклом, однако Уокер не смотрел на рыжую девушку. Это они, видимо, были на какой-то вечеринке. Ну что ж, будет весело, ещё в школу не пришла, но уже кое-что интересное узнала.

Добро пожаловать в Редхилл.

Глава 2. Встреча с новыми друзьями

Да, добро пожаловать в Редхилл.

Как же тяжело, оказалось, вставать утром на новом месте. Вчера еле уснула. В голову всё лезли воспоминания, от которых никак не могла избавиться. Вещи я так и не разобрала. Утром быстро вытащила из чемодана голубую кофту, которая первой попалась мне, а вместе с ней и джинсы.

Мама сидела на кухне, задумчиво уткнувшись в телефон. Я села за стол и начала молча есть яичницу с беконом.

— Вот, я же говорила, будет умолять меня вернуться! — вдруг вскрикнула она, отчего мне захотелось подпрыгнуть.

— Как там папа? — Я взяла соль, а улыбка мамы внезапно пропала.

— Что касается твоего отца, он уже год не звонил. Если хочешь, сама позвони ему. — Мама резко встала и схватила грязную тарелку со стола.

Родители развелись, когда мне было десять. Пару лет спустя мама всё-таки решила, что не хочет себя хоронить, а найдёт себе лучшую партию. Вот только пока нашёлся какой-то клерк, и тот мудак. Пока она устраивала личную жизнь, то не видела, что творится со мной.

Закончив с завтраком, я взяла в комнате рюкзак и отправилась в школу. К счастью, пешком было не так долго идти. Тут, как я поняла, всё близко, и потребности в школьном автобусе нет. Да уж. В целом, городок маленький, не заблудишься.

Остановилась у небольшого задания с надписью: школа Редхилла. Ну что же, «обитель тщеславия», как назвал её Майкл, здравствуй.

Только сейчас я задалась вопросом, а куда мне идти, собственно? Супер. Спрошу у персонала школы. Всюду сновали ученики, громко разговаривали и хохотали. Ничего нового, просто школа. Прошла в здание и оглянулась. Сразу же на глаза попался стенд с наградами: больше всего блеска. Кубки, совместные фотографии. Подошла и стала рассматривать. Неожиданно увидела знакомое лицо — да это же Майкл! В команде по баскетболу, снимок за прошлый год. Интересно.

— Привет! Ты Эмбер? — произнёс тоненький голосок за моей спиной, а я вздрогнула от неожиданности. Обернувшись, увидела хорошенькую девушку с волнистыми волосами. — Я Джесси. Мне поручили тебя встретить.

Я тепло улыбнулась ей.

— Как приятно, что руководство школы заботится о новеньких. Рада встрече, Джесси. Расскажешь мне, как всё тут? Я долго привыкаю, — рассмеялась я. Джесси кивнула, дружелюбно приподняв уголки губ в ответ. Затем повела меня вперёд, к шкафчикам, и показала мой. Учебники мне предстояло позже получить в библиотеке.

Я начала спрашивать, где кабинеты и столовая (что очень важно), да и вообще хотела узнать, как тут кормят и что стоит есть, как Джесси вдруг шире раскрыла глаза и посмотрела на что-то за моей спиной. Вернее, на кого-то. Я обернулась и увидела симпатичного парня, который до жути напоминал мне одного знаменитого актёра. Вот только имя забыла.

— Привет, Карл! Познакомься, это Эмбер, новенькая, — еле выдавила из себя слова Джесси. Видимо, между ними что-то было, скорее всего, невзаимное.

— Привет, Джесси, — неловко ответил он ей, а затем сразу же перевёл взгляд на меня, и мне показалось, его глаза загорелись. — Привет, Эмбер. Я тоже недавно переехал: год назад. Всё ещё привыкаю. Буду рад пообщаться.

Я улыбнулась, радуясь, что, может быть, у меня здесь появится друг. А ещё лучше: друг-мальчик. Пора мне восстанавливать хорошее мнение о парнях. Карл выглядел довольно мило, я вроде бы ему понравилась. Но если у Джесси с ним что-то есть, то я сразу же отойду в сторону и не буду никого смущать. Не люблю быть в треугольнике.

Неожиданно я увидела в конце коридора Анабель рядом с другими девушками. Анабель Хилтон я почему-то запомнила лучше всех после вчерашнего «расследования» на просторах социальных сетей. Может, потому что она бывшая Майкла. А, возможно, и нынешняя, кто её знает. Анабель увлечённо болтала, а затем увидела меня, Джесси и Карла и направилась, вместе с подружками, к нам. Мне почему-то стало не по себе.

— Карл, уже увлёкся новенькой? — Она приобняла его. — Не так быстро. Сначала она пройдёт мою проверку, — посмеялась она и взглянула на меня. На губах у неё красная помада. У нас даже оттенки похожи. Не люблю заморачиваться макияжем, глаза просто подвожу, а вот красить губы люблю, особенно алым.

— И что же это за проверка? — Я не проявила страха.

— Да новенькие все проходят мою проверку. Вот увидишь. Как там тебя, кстати? — снисходительно спросила Анабель, задрав голову. Карла она перестала обнимать.

— Детка Эмбер! — услышала я голос позади себя и чуть содрогнулась от неожиданности. — Это же детка Эмбер, Анабель. Для тебя просто Эмбер, — произнёс он уже совсем близко со мной. Вход в школу в другой стороне, видимо, Майкл пришёл раньше.

— И тебе не хворать, Майкл, — произнесла я, отмечая своё присутствие.

— Вы знакомы? — Анабель подняла брови, а затем с шумом выдохнула.

— Да, интересное у нас знакомство вышло. Что, Анабель, сватаешь Эмбер брату? Не дорос Карл ещё до таких девушек, — рассмеялся Майкл, находясь рядом со мной. Я, в свою очередь, чувствовала себя вещью на распродаже.

— А ты дорос? Не выпендривайся, — рассердилась я. Майкл же посмотрел на меня и расплылся в улыбке. Его словно всё это чрезвычайно забавляло, прямо как вчера в лесу при разговоре со мной.

— Ребята, скоро уроки, — впервые подала голос Джесси за всё это время. Я выдохнула, чуть успокоившись. Анабель с подружками (которые, видимо, открывали рот только, когда она им скажет) пошла дальше, Карл направился к своему шкафчику, а я осталась с Джесси и Майклом.

— Я же сказала, чтобы больше не называл меня «деткой», — спокойно произнесла я, посмотрев на него. Он пожал плечами.

— Ты так мило хмуришься, когда я это делаю.

Слова Майкла я постаралась невозмутимо проигнорировать, но и ежу понятно, что он заигрывал. Прозвенел звонок, и я вспомнила, что у меня ещё нет учебников. Понадеялась на помощь Джесси. Спросила у Майкла, какой у него сейчас урок, только чтобы он отвязался. Джесси протянула мне моё расписание в ту же минуту.

— Математика, — произнёс он, а я смотрела на свой первый урок. Вот же засада… — У тебя тоже? Я счастлив!

— Очень рада, что ты читаешь по моему лицу, — чуть позлилась я и сфотографировала расписание. Джесси и Майкл проводили меня до кабинета. Села я рядом с Джесси. Майкл где-то позади и на соседнем ряду. Хорошо, меньше его видеть буду. Слышать тоже меньше, надеюсь.

В класс зашла учительница: какая-то субтильная, с недовольным лицом. Сразу же обратила на меня внимание.

— У нас новенькая… Эмбер. Встань. Из Балтимора, верно? — произнесла она, нервно подёргивая руками.

Я встала и с удивлением наблюдала за выражением её лица. Что с ней не так? Нервы?

— Да.

— И какая у тебя была оценка по математике? — Учительница сощурила глаза и критично осмотрела меня.

— Пять, — честно произнесла я. С математикой у меня никогда не было проблем. Насчёт других предметов не могу быть столь уверена, особенно что касается физкультуры.

— Понятно, посмотрим, как здесь будешь справляться, — как-то недружелюбно посмеялась учительница. Затем она представилась — миссис Ливингстон. Мне почему-то показалось, что она заранее ко мне враждебно относится.

Сегодня, как оказалось, у нас повторение логарифмов. Я спокойно делала то, что было сказано, стараясь не отвлекаться. Миссис Ливингстон вызвала меня к доске. Она на меня так посмотрела, когда я прошла мимо неё, как будто убить хочет. Это всё моя бурная фантазия. Надеюсь.

Я написала короткое решение на доске. Миссис Ливингстон стала накидывать мне кучу вопросов, из-за чего я уже начинала нервничать. На один вопрос я не смогла ответить. И на последующий тоже. Я чувствовала, как краснела. У меня рука тряслась, пока записывала примеры на доске, которым ужаснулась. Я не знаю, как это решать. Они выглядят слишком сложно.

— Что, краситься знаешь как, а учиться — нет? Оценка у тебя пять, значит? — рассмеялась она, злобно улыбаясь. Мне казалось, что я сейчас от беспомощности заплачу.

— Миссис Ливингстон, что вы ей даёте. У нас этого не было! — донёсся до меня знакомый бархатистый голос. Это Майкл с последней парты. — Я у Тони спросил, это вообще по программе только в этом семестре будет.

— А вы, Майкл, только и можете, что списывать у младшего брата-медалиста, который штудирует учебники не только за свой класс, но и за следующие! И вам, и Эмбер два. Отрабатывать будете. Отличники, — проговорила с явным раздражением миссис Ливингстон, потому что Майкл прервал её триумф.

Я, чуть пошатываясь, села за свою парту. Гневалась, что вдруг так взяла и расклеилась. Ведь не было у нас этих примеров, только в этом году изучим.

Но всё-таки приятно, что Майкл за меня заступился. Удивительно. И ещё получит из-за меня.

— А эта двойка отлично впишется в мои оценки, — посмеялся Майкл в ответ.

После урока меня остановил Карл. Извинился, что не смог помочь. Сам был в шоке. Чуть позже Джесси познакомила меня с Гейбом и Тони. Гейб был моим ровесником, но учился в одиннадцатом классе, позже в школу пошёл, а Тони только в десятом, однако был любимчиком миссис Ливингстон, ведь и правда отлично разбирался в математике.

Джесси с ребятами проводили меня в столовую. Я огляделась и увидела Майкла за столом. Мне захотелось подойти к нему и поблагодарить, но меня опередила Анабель. Нет, как уже говорила ранее, в треугольнике я участвовать не буду.

Глава 3. Игра в баскетбол

Пообедав, мы с Джесси отправились на занятие. Английский прошёл спокойно. После должна была быть физкультура, что меня не радовало. Особенно баскетбол не доставлял удовольствия. Стоило благодарить мою находчивость, либо же наоборот, поскольку майку и штаны я взяла и положила в рюкзак до прихода в школу, чтобы оставить в шкафчике, а сегодня физкультура как раз. Отмазки не ходить не осталось. Хотя чего это я? Всё будет нормально.

Я переоделась и ждала Джесси. Тем временем пришла Анабель с её подружками и критично оглядела меня.

— Просторная футболка, — хмыкнула она. — Штаны не в обтяжку. Что-то прячешь?

Брюнетка и шатенка хихикнули, и я уже поняла, что они следовали за Анабель и подражали ей. Не запомнила их имён и что-то не хотелось.

— Вернее сказать, не выпендриваюсь. — Я улыбнулась и скрестила руки на груди. А затем взялась завязывать хвостик. Что-то эта Анабель ко мне цеплялась, что я ей сделала такого? Просто пришла в школу?

Анабель переоделась в обтягивающий топ и шорты. Всё понятно. Её подружки сделали так же, у них даже одежда похожего цвета — небесно-голубого.

— Ну-ну. — Она снова одарила меня презрительным взглядом. Да что не так, а?! Или ей попросту нравилось унижать людей?

Я чуть позлилась, что Джесси так долго поправляла волосы в хвостике, и мне пришлось столкнуться с Анабель. Джесси виновато улыбнулась и проводила меня в зал.

— Мы с мальчиками, кстати, — тихо произнесла она, а я в тот же момент увидела, как Майкл ловко забросил мяч в корзину. Теперь я могла заметить, что у него накаченные руки, а то он прятал их раньше под толстовкой. — На Майкла всё засматриваешься? Он не всем по зубам. Я вот тоже пыталась, — посмеялась Джесси, заметив, на кого направлен мой взгляд. — Но к тебе проявляет интерес.

— Что у него с Анабель? — спросила я так, чтобы не услышали другие.

— Майкл застукал её с одним футболистом на вечеринке, всё ещё простить не может. Хотя другие считают, и я в том числе, что Майкл просто наконец-то нашёл способ её слить, — откровенничала Джесси, а я удивилась услышанному. Видела по ней, что её увлекало заниматься сбором сплетней. Интересно как всё между Анабель и Майклом. Возможно, она просто ревновала его и поэтому каждый раз плевалась ядом?

В это время пришла преподавательница и начала нас отмечать, а также познакомилась со мной. Она была довольно общительной женщиной в возрасте, всё ещё полная бодрости. Но болтать долго нельзя было, поскольку урок начался.

Мы стали в шеренгу, но так как нас было много, то в какую-то очень кривую. Смешно со стороны выглядело, наверное.

— Майкл! — окрикнула его преподавательница, а я испугалась от неожиданности. — Хватит там девичий аромат нюхать, иди встань в начало.

Я только сейчас поняла, что он стоял сзади меня. Хотелось взорваться от хохота. Что, Майкл, тебе мои духи понравились? Могу подсказать название.

Начали с бега. Терпимо. Майкл с ещё парочкой парней стали обгонять нас и закончили в три раза быстрее. Я с Джесси бежала где-то в конце. Затем была тренировка с мячом в парах. Джесси принесла нам мяч. Мы учились откидывать двумя руками, потом то левой, то правой. Боковым зрением я наблюдала, как Майкл с какими-то парнями хохотали и делали всё без проблем, учительница к ним даже не подходила. После этого нам предстояло создать команды и поиграть. М-да, я ведь уже устала, какая ещё игра! Дайте посидеть спокойно. Да и вспомнила я, как играла в баскетбол… Всё слишком плохо.

К счастью, мы пошли посидеть на скамейках, хоть дух переведу. Однако всё равно мест на всех не хватало. Я и Джесси успели сесть, а Майкл нет. Встал возле нас и молча окинул взглядом.

— Что же делать-то мне бедному. А вот что. — Он взял и сел ко мне на колени, причём не прижался спиной, а чуть отодвинувшись. И на том спасибо!

Какой же он… Тяжёлый. Я чувствовала, как у меня сейчас ноги отвалятся его держать. Не знала, как от него избавиться. В это время учительница определяла состав ещё одной команды, словно не замечая Майкла у меня на коленях. Снимите его с меня кто-нибудь! Майкл, ты что творишь-то? После такого Анабель съест меня заживо.

Я понимала, что долго не смогу так сидеть. Учительница распределила мальчиков по командам. Я с облегчением выдохнула, что пока мне играть не надо. В то же время у меня начали раздвигаться ноги, я просто не выдерживала этот вес. Мне хотелось смеяться, но я не позволяла себе хохотать. В конце концов, колени у меня разъехались, и Майкл упал на задницу, вовремя рукой сумев дотронуться до пола. Мы с Джесси не удержались от смешков. Он улыбнулся, повернувшись к нам, затем встал и отправился играть.

— Мне кажется, Анабель тебя возненавидит, — пробормотала Джесси, а затем посмотрела туда, где сидела Анабель и наблюдала за нами со злым выражением лица. Я пожала плечами: в чём я виновата?

— Он ко мне подкатывает, а не я к нему.

Игра началась, мы с Джесси наблюдали. Майкл был капитаном команды. Хотя в баскетболе я не сильно что понимала, но уверена, что Майкл замечательно играл. Ему легко давались подачи, бег и забивание в кольцо. Да и вообще наблюдать за ним — одно удовольствие. Главное − этим не увлекаться.

— Майкл вместе ещё вот с Робертом и Эндрю. — Джесси стала указывать мне на парней, тем самым представляя. Ох, запомнить бы всех. Столько новых лиц. — В баскетбольной команде школы. Самые крутые.

Игра закончилась с победой команды Майкла, это было очевидно. Учительница их похвалила, как своих лучших учеников и сказала начинать девочкам. Не стоит удивляться, что мы с Анабель оказались в разных командах, так ещё она забрала себе Джесси. Мне пришлось быстро запоминать лица девочек, чтобы не путать своих и чужих. Столько всего нового — для меня сплошной стресс.

Баскетбол всё-таки агрессивная игра. Анабель просто шла напролом. Я отказалась от роли защитника кольца, мне приятнее побегать было. Я всё хотела отбить у Анабель мяч, но у меня не получалось. В один момент это мне напомнило игру в «собачку». Анабель подала мяч подружке, а я всё никак не могла его отнять.

Видимо, Анабель сожалеет, что драться нельзя. Один раз ей уже делали подобное замечание.

Когда же мне удалось завладеть мячом, я побежала как угорелая к кольцу. Была счастлива, что у меня хоть что-то получается, и хотела забить свой первый мяч. Чувствовала себя героиней дня, ведь команда Анабель выигрывала, а я могла сделать ничью.

Но всё омрачилось кое-чем. Я подбежала к кольцу, и мне закричали:

— Эмбер, это наше кольцо!

В это мгновение мне хотелось провалиться сквозь землю. Все вокруг засмеялись. Но больше всех я слышала мужской смех со скамейки. Я посмотрела в ту сторону. Майкл слез со скамейки и хохотал. Мне захотелось побить его этим самым мячиком, затем пару секунд глупо улыбалась, чувствуя себя невероятно неловко, а потом вернулась к кольцу, передав мяч другому члену команды. Выдохнула. Ох я и устала. Помочь команде не удалось, зря вспотела. Зато вон всем жизнь продлила, а Майкл теперь вот до сотки проживёт. Смех ведь жизнь продлевает. Что это так Майклу смешно стало?

К счастью, скоро урок закончился. Я вымотана просто. Тяжела для меня физкультура.

— Когда будут смешанные команды, могу к себе взять, — невыносимо уверенно произнёс Майкл, подойдя ко мне со спины, пока я ставила мяч на место в шкаф.

— Спасибо за благородство. Обойдусь. Мистер чемпион школы по баскетболу, — хмыкнула я и направилась в раздевалку. Он совершенство, а я — самая настоящая Белла Свон. Осталось Майклу в голову мячом зарядить.

Девочки переодевались, я подошла к своему шкафчику, желая поскорее отправиться домой.

— А Эмбер у нас любит забивать в свои же ворота, — посмеялась Анабель, стоя у меня за спиной. Я обернулась.

— Ага. Видимо, Майклу такие нравятся. — Я приподняла уголки губ в ответ, лицо Анабель сразу же помрачнело.

— Кстати, об этом, Эмбер. Ты же понимаешь, что он просто проверяет тебя, а ты и ведёшься. Новенькая. Знаешь, сколько таких у него было? — резко сказала она, как ножом полоснула.

Меня в это мгновение триггернуло. Вспомнила не самый приятный разговор в своей жизни, который я долго ещё прокручивала в своей голове. И вот снова похожее. Надеюсь, однажды меня всё-таки отпустит обида.

— А ты тоже одна из многих, Анабель? — перешла я в наступление. Раз Майкл всех «проверял», то и Анабель он «проверил», верно?

— Вот именно, что нет, глупая. У нас любовь. Так что не лезь. — Она снова смерила меня презрительным взглядом и прекратила терроризировать.

Любовь, так любовь. Мне-то что. Я к нему пристаю, что ли? А Майкл вообще в курсе, что между ними любовь? Или это всего лишь фантазии Анабель?

— Это ты ему скажи, — крикнула я в ответ. Анабель даже не повернулась.

Вскоре мы с Джесси отправились на другие уроки, которые прошли более спокойно. Испытывая смешанные чувства, я отправилась домой. Наконец-то мне захотелось разобрать чемодан и вытащить оттуда свою одежду, чтобы составить Анабель конкуренцию.

В социальной сети меня уже кто только ни добавил. Первым делом Карл, затем Джесси. Но не Майкл, что меня тревожило и удивляло. Но добавлять его первой я не собиралась. Анабель, конечно же, тоже нет, да и вообще, зачем она мне нужна?

Я ещё раз зашла на страницу Майкла. В этот же момент он оказался онлайн, а спустя пару секунд у меня появилась заявка в друзья. Почти в то же время мне пришло смс. У меня сжалось сердце.

Глава 4. Наблюдение за облаками

Я прикрыла ноутбук и поднялась с компьютерного стула. Почему-то струсила, когда увидела сообщение от Майкла. Пошла к чемодану и целый час распределяла оставшуюся одежду по ящикам и вешалкам, при этом только и гадая, что же он мне там написал. Я боялась своей же бурной реакции. Выбрала наряд на завтра: красную кофту и клетчатую юбку. Только потом я снова открыла ноутбук и оказалась на своей страничке. Хотя мне и казалось, что успокоилась, но всё же на душе было немного тревожно. Всё-таки решилась прочитать пришедшее мне смс.

«Привет красивым

Почему нет авы?»

Я усмехнулась. Джесси уже успела задать мне этот вопрос. А ответ прост: я удалила их во время своего тяжёлого периода жизни. Но, к счастью, новых фотографий у меня просто море, а всё благодаря лучшей подруге из Балтимора.

«Это чтобы меня было тяжелее найти :)».

«Эмбер, раз гулять ты не хочешь

Может

Желаешь сходить со мной на школьную вечеринку?»

«И когда это будет?»

«Через две недели».

«Как ты рано позвал…»

Я удивлялась тому, как Майкл моментально отвечал. Сидел ждал, что ли, целый час моего ответа?

«А вдруг Карл меня опередит?»

Я посмеялась. Ревнует? Рановато как-то. Да и с Карлом мы только парой фраз перекинулись за всё время. Как парень Карл меня не привлекал. Он был достаточно милым и, в целом, как мне показалось, приятный в общении, возможно, даже и как человек хороший, но вот не для меня. Скорее всего, Карл — самое то для Джесси. А Майкл вот уже беспокоится о конкуренте. Смешной такой. Лучше бы об Анабель так переживал, которая ко мне цеплялась.

«Уже», — пошутила я и получила в ответ кучу смайликов.

«ТЫ СЕРЬЁЗНО?

ДА БЫТЬ ТОГО НЕ МОЖЕТ».

Мне почему-то нравилось, что Майкл так переживал, в это же время я искала себе новую аватарку. Вот, нашла. На фотографии я смотрела в камеру, сидя вполоборота. Тут я очень хорошо получилась. Ставлю. Затем достала из чемодана косметичку. Ну что ж, Анабель, сама напросилась. Война, так война.

«Расслабься

Я пошутила

Но «да» ещё тебе не сказала)».

«Мы ведь не женимся

Пока можешь и не говорить :)».

Майкл был первым, кто оценил мою новую фотографию. Приятно. Сидел там и следил, наверное. Почему он так много уделял мне внимания? Неужели правда, что вот он пользовался новенькими? Или желал отомстить Анабель за измену?

От этих мыслей мне было не по себе. Желание отвечать Майклу сразу пропало. Во мне жил слишком большой страх быть использованной, потому что однажды так и случилось. Не хотела вновь совершить ту же ошибку. Я доделала алгебру, старательно выводя каждый знак, пока писала, тем самым пытаясь занять свой мозг, и легла спать.

На следующий день мама поразилась тому, что я наконец воспользовалась тушью и надела не джинсы. Я шла в школу в приподнятом настроении, долго не могла понять почему. По дороге встретила Джесси, у которой спросила про Карла. Оказывается, раньше они встречались, она всё ещё надеялась на что-то, не буду им мешать. Я была права, когда подумала, что между ними что-то было. И да, отношения, похоже, больше нужны Джесси, чем ему.

Касательно Майкла Джесси порекомендовала мне быть осторожной и больше ничего не добавила. Настораживало. Первым уроком была история, я сидела рисовала в тетрадке, в голове была вчерашняя переписка с Майклом, а ещё навязчивый вопрос: оценил ли он мой внешний вид. Вот, пожалуйста, опять какие-то глупости начинаются! Не хотелось самой себе признаваться в том, что это я ради него вырядилась. Но себя обманывать как-то глупо.

Следующим уроком была биология. Выяснилось, что мы всем классом отправимся в лес. Волшебно, именно для этого я юбку надела: чтобы насекомых подцепить каких-нибудь. Удивительно, но Майкл совершенно не обращал на меня внимания. Обиделся, что я не согласилась вчера пойти с ним?

Мы все вместе добрались до леса довольно быстро. Слушать учительницу о растениях мне было не слишком интересно, и я отстала. Хотелось побыть одной и подумать обо всём происходящем. Джесси ушла с какой-то девочкой далеко вперёд.

— Привет, Эмбер, — вдруг раздался знакомый голос позади меня, я резко обернулась.

— Ну ты точно сталкер с этого момента, — рассмеялась я, пытаясь привести сердцебиение в норму. — А я уж подумала, что вдруг стала тебе неинтересна.

Моментально пожалела, что проболталась. Бывает, вот так скажу, не до конца продумав мысль.

— Почему? — Майкл тепло улыбнулся мне. — Очень даже наоборот. Хочешь отвлечься от урока? — Он повёл меня в сторону, я пожала плечами и пошла за ним. От урока отвлечься — мысль отличная, поскольку учительница нудно повествовала и нисколько не вызывала у меня интереса узнать больше про растения.

Вскоре мы оказались на поляне. Здесь было просторно и умиротворённо, повсюду самые разнообразные цветы, большинство названий которых я не знала, даже стыдно. Ромашки узнала — и то хорошо. Майкл упал в траву, я приподняла брови от удивления.

— Ты спать собрался?

— На облака посмотреть. Вот что красиво в Редхилле — так это облака. Не хочешь оценить? — Майкл приподнялся на локтях и игриво взглянул на меня. — Да и просто отдохнуть.

— Нет. Делать мне больше нечего, — хмыкнула я. Майкл привстал и схватил меня за руку, потянув на себя. Я упала на него, потеряв равновесие.

Хотела встать, уже поднялась на коленях, но почему-то застыла. Майкл на меня так странно смотрел. Моё сердце забилось чаще. Он убрал прядку, которая мешала мне видеть. Затем его руки переместились на мою талию и задрали кофту, я почувствовала его пальцы на коже. То ли от того, что они холодные, то ли потому что это прикосновения Майкла, я вздрогнула.

За несколько мгновений вспомнила свои немногие предыдущие поцелуи, смотря на губы Майкла. Понимала, что я, в общем-то, до этого не испытывала такого сильного влечения, да и прошлый «избранник» внешне меня не привлекал, всё намного проще было, просто привязалась.

Я понимала, что мне нужно сейчас встать. Майкл прижал меня к себе, и я почувствовала, как у него тоже часто бьётся сердце. Он выжидающе смотрел то в мои глаза, то на губы. Это была я, кто первая не выдержала и поцеловала, обхватив его лицо руками. В эти моменты я больше ни о чём не могла думать. Майкл целовал так, как будто наконец дорвался до желанного. Неистово. Мне это нравилось.

Дышать стало тяжело. Мы оторвались от друг друга.

— Пожалей меня, — прошептал он, радостно посмотрев на меня. Я всё ещё лежала на нём, и его руки по-прежнему были на моей талии. Майкл перестал обнимать меня и пальцами дотронулся до моей губы. Я всё никак не могла восстановить дыхание. Он вдруг перевёл взгляд с меня в другую сторону и нахмурился.

— Ты серьёзно, Анабель? — произнёс Майкл с раздражением, мгновенно изменившись в лице.

От этого я резко вскочила. Бедное моё сердце в этот момент. Что вообще происходило сейчас?!

— Кто бы сомневался в Эмбер. — Анабель рассмеялась. — Быстро отдалась. А чтобы все узнали о её натуре, я сделала фото.

Я вытаращила глаза. Переводила взгляд с Майкла, который всё ещё лежал на траве, на Анабель. У него были растрёпаны волосы. Только сейчас поняла, что это я в них запускала пальцы. Но от этой мысли мне теперь становилось противно.

— Так это та самая «проверка»? — злобно проговорила я. Мне всё больше становилось обидно.

— Ну, одна из них. Это забава Майкла, — Анабель посмотрела на меня совершенно безучастно и пожала плечами. — Что, больно тебе?

Анабель как будто сто раз видела похожую картину, говорила так буднично, что с каждым словом словно наносила мне удары ножом в сердце. Майкл, весь встревоженный, вскочил с травы.

— Анабель, помолчи ты хоть раз в жизни! Эмбер…

— Да-да, объясняйся, а смысл? Видеть тебя больше не хочу. — Я оттолкнула его и пошла в лес, к ребятам. У меня на глаза наворачивались слёзы. Мне казалось, что я снова переживаю то, что желала забыть, как страшный сон. Да, ситуация другая, но суть та же. Мной опять поигрались. Я еле просидела оставшиеся уроки. Сразу же после них меня ждал кошмар.

Анабель выложила ту фотографию. На ней мы целовались с Майклом. И выглядело это… Ну, мягко говоря, не слишком прилично. Сразу же посыпались комментарии, как я «оседлала» его…

Да… Я сверху на Майкле, в юбке, которая, к счастью, прикрыла задницу, мои руки в его волосах, мы целовались, он задрал мою кофту. Всё это выглядело очень даже однозначно.

Я просто горела от стыда. Что теперь обо мне подумают? Я ненавидела Майкла и Анабель. Это надо так превратить всю жизнь в ад сразу же, как я пришла. А главное — за что?

Я прорыдала в подушку целую ночь.

Майкл написал мне кучу сообщений. И не только в социальной сети. Он как-то раздобыл мой номер, написал мне в мессенджере, отправил мне сообщения на телефон, но я ничего из этого не открывала. Мне написала Джесси, а также Карл. Мне писали одноклассники. Было страшно на всё это смотреть. Я игнорировала всё. Кто же знал, что в школе так любили сплетни, а особенно сплетни, которые касались новеньких. Для школы это было событие.

Наутро меня ждал сюрприз. Я спустилась завтракать, мама стояла, вся задумчивая, около стола.

— Доброе утро, дочь. Тосты будешь?

Я кивнула, не в силах что-либо сказать. Этим утром я выглядела отвратительно. От плача у меня глаза опухли.

Мама стала наливать кипяток в мою кружку. Я протянула ей пакетик каркаде.

— О Майкле Уокере поговорить не хочешь? — спокойно произнесла она и поставила чайник на плиту.

Я мотнула головой и сглотнула ком в горле.

— А об этом поговорить не хочешь? — Она ткнула меня носом в свой мобильник с той самой фотографией. Мне показалось, что я снова заплачу, но выплакала всё ночью. — Эмбер, ну как так можно было? Ты в школе второй день! Подцепила самого плохого мальчика! Ну что это такое?

— Мам, я не специально. Он привязался, — хмыкнула я и взяла тост.

— Я тут почти никого не знаю, но о Майкле уже наслышана. Вы хоть не переспали? А то эта фотография…

— Нет, мам! — Я со злостью схватила кружку и сделала глоток, моментально обжигаясь.

Мама села рядом и схватилась за голову.

— Что теперь о тебе подумают соседи?

— Что я девушка лёгкого поведения? Кто прислал тебе эту фотку? — совершенно без эмоций произнесла я. Нервничала вчера, а сегодня уже надоело это делать.

— Да вот, неизвестный номер! — Мама бросила телефон на стол. Я взяла смартфон и посмотрела на номер: и близко не знаю. Ещё бы. Только с Джесси номерами обменялись.

— И кто рассказал о Майкле? Что он натворил? — Я продолжала пить ароматный чай. Хоть что-то хорошее сегодня.

— Соседи. Оказывается, в этом маленьком городе есть банда, в которой он состоит! Что там только не творится! Даже про торговлю наркотиками поговаривают. Ещё рассказывали, что Майкл любит погулять, выпить и погонять на мотоцикле.

— Ну, про банду я ещё понимаю, но что ужасного: погулять и выпить… Все подростки так делают.

— Как-то раз его с девушками видели. Каждый день с разной. Эмбер, ну как так угораздило! — Мама была явно против Майкла, пускай даже заочно. По её лицу и интонации было всё более чем понятно.

Я встала, чтобы поставить кружку и тарелку в посудомойку.

— Ещё и с полицией проблемы были, — продолжала мама осуждающим тоном, убеждая меня в том, какой Майкл ужасный.

— Обычный проблемный подросток, понятно. — Я пожала плечами, не желая спорить. — Я не буду с ним общаться, не волнуйся. Мне хватило. Всё? Успокоилась?

Мама кивнула. Казалось, что она переживала из-за того, что я вновь буду с ним общаться, а я понимала, что не смогу больше. Вернулась в свою комнату, накрасилась, надела розовую пушистую кофту и джинсовую юбку. Вышла на улицу. Вспомнила про кучу сообщений от Майкла. Удалила их, стараясь не смотреть, что там. Только увидела «прости», но не дала себе прочитать больше. Хватит с меня этого. Не хочу его видеть и ничего слышать от него тоже, никаких оправданий. Майкл плохой, видимо, соседи правы.

Глава 5. Роль жертвы

Джесси накинулась на меня с объятиями, когда я пришла в школу. Сразу же поинтересовалась, что всё-таки между мной и Майклом. Я честно рассказала, как всё было и что общаться с ним я больше не собиралась. Карл подошёл ко мне перед первым уроком с той же целью; почему-то не думала, что он захочет узнать мою версию событий, однако его интерес был мне приятен.

На Майкла не смотрела, хотя сердце болезненно сжималось, когда я улавливала его боковым зрением. Сам он ко мне больше не подходил. Это и к лучшему. Видимо, правильно воспринял моё поведение. В моём телефоне он теперь обозначен как «мудак». Надеялась, что писать Майкл мне не станет.

Находиться в школе было тяжело. Все вокруг словно смеялись надо мной. Карл и Джесси поддерживали меня, но растущее желание расплакаться лишь сгущало краски и затмевало рассудок. Анабель же ходила довольная, что меня неимоверно раздражало. В глубине души я желала, чтобы с ней поступили точно так же и чтобы с Майклом у них ничего не вышло.

Я с трудом переживала этот день, но апогеем послужил последний урок (к сожалению, у нас сегодня их было очень много; либо же время тянулось слишком медленно). У Джесси заболел живот, и она ушла с баскетбола. Мне тоже хотелось соврать и сбежать, но я держалась. В итоге, осталась без поддержки подруги. На уроке баскетбола кое-как существовала, просто хотелось спрятаться ото всех. Майкл вёл себя невозмутимо, его словно не затронуло произошедшее; а вот на меня продолжали косо смотреть. Что ж это такое, как будто не фотографию с поцелуем, а порно-ролик обнаружили!

В раздевалке после урока я распустила волосы и ещё не успела переодеться, как вдруг на меня обрушилось что-то холодное и липкое. Раскрыла рот от шока, и чуть сердце не остановилось. Тем временем Анабель смотрела на меня и хохотала, и все вокруг вторили ей. У меня в ушах зазвенело, голова сильно кружилась, затормаживая восприятие.

Позже пойму, что покрыта апельсиновым соком, — приспешница Анабель встала на скамейку рядом и вылила на меня целое ведро сока.

У меня задрожали руки, и не только от холода. Трясло от гнева и ненависти. Прежде всего на Майкла и Анабель. Если бы Майкл не проявлял столько внимания, может быть, Анабель не была столь жестока ко мне. Я была уверена, что он так мстил ей за измену, а она вымещала злость на мне, как на той, на ком можно. Проще говоря, они оба меня использовали в своих целях. Я попала в их жестокую игру.

Моим самым большим желанием сейчас было наброситься и выцарапать Анабель глаза, чтобы больше так со мной не смела поступать. Но моя репутация в этой школе и так испорчена тем снимком, хватит делать себе только хуже. Было удивительно, как я смогла обуздать свой порыв гнева.

Оказалось, что прямо сейчас у меня возникло более сильное желание, чем отмщение Анабель. Я схватила телефон, к счастью, кончики пальцев не были в соке, и мне удалось довольно быстро написать смс. Мудаку.

«Я тебя ненавижу. Тебя и твою чокнутую подружку. Меня только что облили ледяным соком, и ведь потратились на меня, столько сока израсходовали».

Я печатала, злорадно усмехаясь. Анабель же хмыкнула, явно ожидая, что я сорвусь и покажу истинное лицо.

— Что, Эмбер, разучилась говорить? Кому там строчишь?

Говорить мне сейчас, и правда, было тяжело. Боялась, что голос сорвётся. Еле сдерживала слёзы, не могла позволить себе плакать.

— Уже сфотографировала? Много лайков наберёт, — со злостью произнесла я. Анабель неприятно улыбнулась мне; я видела, как она наслаждалась своим триумфом.

В этот же момент Майкл вбежал в раздевалку. На него сразу же посыпались крики со всех сторон: «Тебе сюда нельзя!» Он поспешно подошёл ко мне, нервно подёргивая плечами.

— Анабель, ты с ума сошла?! — закричал Майкл на неё, а затем повернулся ко мне и уставился на мою грудь. У него расширились глаза, и он тяжело сглотнул. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что его так смутило. Вероятно, раз мне так холодно, то груди тем более. Я скрестила руки, чтобы больше через футболку ничего не просвечивало. Видимо, у Майкла появлялись мысли не о том.

— Идём. — Он схватил меня за плечо. На его лице играли желваки, но голос был вполне спокойным.

— Куда? — только и крикнула я, но Майкл мне не ответил.

Он повёл меня в коридор, а затем в соседнее помещение — мужскую раздевалку. В нос сразу же ударил запах пота и одеколона. В раздевалке находилась всего пара мальчиков, остальные, видимо, быстро переоделись. Майкл тоже не был в спортивной одежде. Я словила на себе пару недоумённых взглядов. Понятное дело почему. Я бы тоже удивилась, если бы вдруг к нам в женскую раздевалку привели облитого соком мальчика.

— Прошу помолчать и не обращать внимания, — громко заявил Майкл и прошёл со мной в комнату с душевыми. Удивительно, как его послушались. Видимо, кое-какой авторитет у него имелся. — Помойся.

К счастью, в других душевых никого не оказалось. Не осталось сил перечить Майклу, да и незачем. Предстояло отмыть себя хоть немного, не ехать же домой в таком виде.

— Отвернись.

— Конечно. Я за одеждой схожу. — Майкл кивнул, а затем поспешно вышел. Мне вдруг стало дико страшно: вдруг кто-то придёт и увидит меня. Я так и не заходила в душевую кабину. Майкл вернулся через пять минут, за это время мне удалось немного успокоить быстрое сердцебиение. Однако рой мыслей лишь усиливался, и я не могла справиться с тревогой. — Так вышло, что на твою розовую кофту попал сок, поскольку она лежала рядом на скамейке… Так что надень пока мою футболку и бомбер, чтобы до дома добраться. Юбку я принёс, чистое полотенце тоже. Почему ты не моешься?

Майкл не смотрел на меня, пока говорил, и держался на расстоянии. По щекам покатились слёзы, я наконец позволила себе расклеиться.

— Я боюсь, — прошептала, глотая солёную воду. — Слишком много издевательств за два дня.

После сказанного ледышка в груди немного оттаяла, мне было необходимо выговориться. Майкл поджал губы, в его глазах читалась вина.

— Эмбер, думаю, ты не хочешь разговаривать со мной сейчас.

— Нет, не хочу, — подтвердила я, сотрясаясь от пробиравшего меня холода.

— Парни уже ушли. Я никого не впущу, если кто и захочет войти. Помойся, — уверенно произнёс Майкл, уже по-другому смотря на меня, как будто с теплотой.

Он отвернулся. Я тяжело выдохнула и зашла в кабинку, пока не включая воду. Сняла грязную одежду, повесила нижнее белье на крючок. Смывала с себя этот проклятый сок. Волосы придётся отмывать шампунем: сок в некоторых местах сильно прилип. Я старалась помыться как можно быстрее, поскольку Майкл продолжал стоять ко мне спиной. Кто знал, когда ему пришло бы в голову повернуться? Достаточно с меня неловких моментов. Однако удивительно, что Майкл решил столь благородно поступить. Неужели на самом деле испытывал вину?

— Подай одежду, — пробормотала я, переминаясь с ноги на ногу. До сих пор было сложно поверить в то, что происходило.

Майкл протянул мне футболку и юбку, несильно поворачивая голову и направив взгляд в сторону. Нижнее бельё было чуть мокрое, но выбора не оставалось. Натянула тёмно-зелёную футболку, которая всё ещё пахла стиральным порошком. Она была мне чересчур большая, заправила её в юбку. Меня продолжало трясти, и на руках всё ещё были мурашки.

— Всё, — заявила я, замечая, что голос сел.

Майкл повернулся ко мне и нахмурился. Снял с себя бомбер с эмблемой школы и протянул мне. Видимо, понял, как мне зябко, хоть я уже и в одежде. Было противно от всей этой ситуации; естественно, я не хотела находиться в одежде Майкла, но помощи мне ждать неоткуда. Взяла бомбер и надела. От него пахло Майклом — его цитрусовым одеколоном. Я шмыгнула носом и стала растирать руки, чтобы согреться, то и дело куталась в бомбер.

— Эмбер, пойдём. Я отвезу тебя домой. У тебя волосы мокрые. В шлем их постараешься убрать. Иначе простудишься.

— Я не хочу ехать с тобой, — сказала это так жалобно, что сама испугалась своего голоса.

— Эмбер, а какие ещё варианты? Просидеть до темноты в школе, пока не высохнешь? Тогда ещё холоднее станет. Поедем. Это тебя ни к чему не обязывает. — Майкл подошёл ко мне, а я вздрогнула от его близкого присутствия.

— Если мама увидит нас вместе… Она и так сказала, что хуже тебя нет.

— То есть я худший выбор по мнению твоей мамы? Да, классно заочно познакомились. — Майкл посмеялся, не спуская с меня взгляда.

— Она видела фотографию, — резко высказала я, вспоминая реакцию мамы, а потом и всей школы.

— Тогда понятно. Эмбер, однажды ты сможешь меня выслушать. Я не могу сказать, что прям очень хороший человек, но не собирался тебя унижать.

— Да конечно, — съязвила я, нисколько не веря Майклу. — Поехали.

Подумала, что уж переживу пару слов от мамы, только лишь поскорее бы оказаться дома. Пускай поймёт, что у меня особо-то и выбора не было, кроме как поехать с Майклом.

— Что у вас с Анабель? — тихо спросила я, пока мы шли по коридору. В школе практически не было учеников: последний урок закончился полчаса назад. Майкл повёл меня на улицу не через главный вход. Мне вдруг стало интересно, что Майкл сказал Анабель и другим девочкам и что там происходило в раздевалке, пока меня не было? И как Анабель отреагировала на то, что Майкл кинулся мне помогать?

— Расстались пару месяцев назад. Не знал, что она так на тебя накинется. Здесь я виноват. Но я что-нибудь придумаю. — Он улыбнулся мне. Я не приподняла уголки губ в ответ, потому что не чувствовала веселья, вернее сказать, вообще ничего не ощущала в эти моменты.

Мы вышли на улицу, Майкл подвёл меня к своему мотоциклу, на котором я ещё не каталась, и протянул шлем. Села на сидение и обхватила Майкла руками. Хотя и испытывала к нему только неприязнь последнее время, но, прижавшись, почувствовала успокоение. Даже странно.

До дома мы добрались довольно быстро. На мотоцикле впервые ехать оказалось страшновато, отчего я всё больше прижималась к Майклу. Даже было за себя немного стыдно. Без лишних слов слезла с мотоцикла и протянула Майклу шлем. Оглянулась на окно — мама не наблюдала, уже хорошо. Сняла с себя бомбер, вернув его своему спасителю.

— Спасибо. Правда, — пробормотала я, смущаясь. Майкл всё-таки помог мне сегодня.

— Да не за что. Я всё ещё виноват перед тобой. Ты вправе меня ненавидеть. — Он пожал плечами и надел бомбер.

Я с шумом втянула воздух, а затем тяжело выдохнула. Теперь точно не понимала, что испытывать к Майклу.

— Пока! Прошу тебя оставить меня в покое. Я слишком устала от агрессивной Анабель. — Направилась к дому, увидев, что мама всё-таки начала за нами наблюдать. М-да. Скорее всего, услышала шум с улицы через приоткрытое окно. — Футболку я постираю и потом тебе отдам.

— Пока, Эмбер. Отдашь, как сможешь.

Я обернулась, наткнулась на его внимательный взгляд и смутилась. Встряхнула головой и вернулась домой, предчувствуя вереницу вопросов от мамы.

Глава 6. Попытки отвлечься

Мама, конечно же, устроила мне допрос с пристрастием.

— С Уокером, значит? На мотоцикле? — придирчиво начала она говорить, осматривая меня.

— Мам, он помог мне, потому что в школе меня начали травить. — Я скинула рюкзак с плеча и достала оттуда пушистую розовую кофту с пятнами от сока.

Кратко рассказала маме о произошедшем, опуская детали. Она возмутилась и рвалась пойти в школу разбираться, но я убедила её, что всё будет в порядке. В конце концов, однажды у Майкла с Анабель всё наладится; так она от меня и отстанет. Тем более, Майкл признал, что в происходящем со мной была и его вина.

Не хватало мне ещё и того, чтобы мама в школу пошла. Как представила все эти разборки… Анабель бы больше начала ко мне цепляться из-за того, что я сразу побежала мамочке жаловаться. Видела я подобные случаи в прежней школе. Спасибо, повторений не надо.

Я отправилась мыть голову шампунем, чтобы совсем убрать с себя этот проклятый сок. Майкл занимал все мои мысли. Он не обязан был мне помогать, мог посмеяться вместе со всеми, но он этого не сделал. Почему? Может, зря не прочитала тогда его сообщения? Действительно ли он издевался над новыми девочками?

Ждала целый день, опасаясь того самого видео либо же фото, где меня облили соком, а я дрожала от холода и шока. Но его так и не появилось. Не понимала, в чём дело. Уроки сделала кое-как, даже алгебру, которую я понимала лучше всего, чуть ли не с готового решения скатала. Пропала любая концентрация, потому что я думала лишь об одном: видео, где надо мной издевалась Анабель с её подружками.

На следующий день я с большой опаской шла в школу. Никому из знакомых не рассказывала о том, что произошло. Встретив Джесси в школе, сразу её обняла. Была рада, что сегодня ей уже было лучше. Только хотела рассказать всё, что произошло вчера, как увидела Майкла и Анабель в коридоре. Вместе.

«Не знал, что она так на тебя накинется. Здесь я виноват. Но я что-нибудь придумаю», — я вспомнила слова Майкла. Так вот что ты придумал? Вновь сойтись с ней?

Анабель подошла ко мне, Майкл стоял рядом. Я переводила взгляд то на него, то на неё.

— Здравствуй, Эмбер. Надеюсь, ты не злишься за вчерашнее. Я немного вспылила. — Она звонко рассмеялась и обняла Майкла за плечо. Общалась со мной, словно мы были лучшими подружками с детства. — А, и ещё. Прочитай пост Майкла. Какой он у меня благородный всё-таки! У тебя ведь есть профиль? Подпишись на меня! Надеюсь, мы подружимся.

Анабель подмигнула мне, ослепительно улыбаясь. Я стояла как дурочка, не понимая, что происходило.

— Эм… ладно. — Я пожала плечами.

Как только Анабель и Майкл отошли, Джесси сразу же спросила меня: «А чего Анабель такая добренькая?» Не теряя времени, я полезла в социальную сеть на страницу Майкла. Он сделал репост фотографии, где изображены мы с ним на поляне. Вчера я слишком долго мониторила страницу Анабель и не заметила поста Майкла.

«Перед удалением спешу сообщить — дальше поцелуя не зашло. А меня ещё заслужить надо».

Я долго смотрела на эту подпись, не в силах произнести и слова. Джесси заглянула мне за плечо и увидела пост.

— А, да, он вчера опубликовал. Двусмысленно. Вроде сказал, что у вас ничего с ним не было, в то же время заявил, что ты его недостойна.

— Они с Анабель вместе? — с раздражением спросила я, хотя и сама понимала, что так и есть.

— Всё слишком быстро меняется… Анабель вчера историю опубликовала. С мотоциклом Майкла. Видимо, теперь вместе. Похоже, что он её простил, — говорила Джесси слишком оживлённо. Я уже заметила, что ей доставляло удовольствие обмениваться сплетнями и слухами.

— Очень рада, что Анабель от меня отстала. — Я взяла учебники и направилась вместе с Джесси в класс.

Не могла поверить, как всё быстро случилось. Вот только недавно Майкл звал меня гулять, сходить на школьную вечеринку, подкатывал, а сегодня даже не посмотрел на меня. Неприятно. Недостойна его… Конечно. Могло ли быть по-другому?

На алгебре получила двойку. Как же я себя за эти дни распустила в плане учёбы. Миссис Ливингстон ехидно отозвалась о моей самостоятельной. По истории намечалась проектная работа. На уроке английского поговаривали, что у нас будет театр. Обязательный. Час от часу не легче.

Домой я вернулась в не лучшем настроении. Взгляд упал на тёмно-зелёную футболку Майкла. Я её ещё вчера постирала. Как же мне хотелось от неё избавиться! Хранить постоянное напоминание о Майкле у себя — отвратная идея. Пока мама болтала с соседями, я набрала Джесси и спросила, где живут Уокеры. Оказалось, недалеко. Минут восемь пешком. Наконец я решила прогуляться не в школу, хоть город больше узнаю.

Небо заволокло тучами, дул сильный ветер. Погода нисколько не радовала. Как же здесь редко выглядывало солнце! Всё было уныло до невозможности: настроение повеситься.

Я остановилась у дома Уокеров. Двухэтажный небольшой домик в георгианском стиле с узкой лестницей. Симметричный, с белой отделкой, без излишеств. Долго не решалась позвонить, но всё же переселила себя. Будет ли Майкл рад видеть меня? Мне хотелось с ним поговорить, спросить — это из-за тебя Анабель внезапно пожалела меня?

Я сжимала пакет в руке. Мне становилось всё более неловко. А вдруг откроет его мама? Что мне сказать? Откуда вдруг у меня вещь его сына? Придётся ведь всё пересказывать… От подобной перспективы меня передёргивало.

К счастью, открыл мне Майкл. В синей футболке, джинсах и с растрёпанными волосами.

— Эмбер? — Он сильно нахмурился.

Я протянула ему пакет, при этом смущаясь.

— Спасибо, что одолжил футболку.

— Да не за что… — Он как будто хотел что-то сказать, но вдруг я увидела на лестнице спускающуюся со второго этажа Анабель. Она у Майкла?!

— Майкл, это что — Эмбер? Чего она хочет? — противным голоском поинтересовалась она, тем самым вызвав у меня сильное раздражение.

— Да пришла к Тони позаниматься алгеброй, — не сказал Майкл правду, чем поразил меня. — Заходи, Эмбер.

— Что это у тебя за пакет, любимый? — Она обняла его за торс, а мне захотелось блевать. Да что такое? Только не надо ревновать Майкла. Однако с ощущением негодования не могла справиться.

— В химчистку собрал. Вспомнил только что: оставил в коридоре и всё никак не донесу, — соврал он, улыбнувшись Анабель. Интересно, почему солгал? Не пожелал рассказывать ей, что одолжил свою вещь? Однако лгун из него плохой: я заметила, как Майкл нервничал и не смотрел в глаза, пока говорил.

Майкл впустил меня и закрыл дверь. Тони сидел в гостиной и что-то писал в тетрадке, невозмутимый, словно и не слышал, что происходило в паре метров от него. Как только я подошла, младший Уокер мгновенно поприветствовал меня. Майкл и Анабель ушли наверх. Она чересчур громко хохотала и кричала, явно намереваясь заставить меня ревновать. Анабель, не нужно было столь сильно стараться, я и так была не в своей тарелке.

— Что, правда, алгебру решила подтянуть? Или тоже фанатка моего брата? — Тони поправил очки на носу и пристально на меня взглянул.

Не смогла ему соврать.

— Майкл помог мне, вот я и вернула ему футболку. Но Анабель он не захотел об этом говорить, вот и придумал про алгебру. Вся история, — говорила я и осматривалась. Простая комната со старыми обоями и недорогой мебелью. Похоже, они жили достаточно небогато. — Ваши родители дома?

— Мама на работе до восьми. Папа умер пару лет назад. Так что нет.

— Извини. Не знала. — Я присела на диван, чувствуя себя виноватой за то, что спросила про это. Когда меня расспрашивали про отца, я всегда чувствовала горечь и потом долго прокручивала в голове воспоминания.

— Да ничего, — поспешно проговорил он и тут же осёкся. Я поняла, что это не лучшая тема для разговора.

— Значит, Майкл вновь с Анабель? — вернулась я к интересующей меня теме. Хотя и так было всё слишком очевидно. Да и что я всех только и спрашивала об этой парочке?

— Судя по звукам, которые я слышал из комнаты, да, — усмехнулся Тони и достал новую ручку из синего пенала.

Я тяжело вздохнула. Да, ответ был очевидным: Майкл помирился с Анабель. Получила подтверждение, как и хотела, только от этого легче не стало.

— Что, тоже влюбилась в него? В него все влюбляются. Только вот Анабель вцепилась в него как клещ, — с неодобрением сказал Тони и поморщился.

— Видимо, ему такое нравится. — Я пожала плечами. Похоже, Анабель души в Майкле не чаяла. Его можно было понять. Кому не по вкусу столь пристальное внимание к себе?

И правда, заняться алгеброй — замечательная идея, чтобы отвлечься. Ближайший час я провела в приятной компании Тони. Почувствовала себя увереннее в знании алгебры. Тони рассказывал мне, как понравиться Миссис Ливингстон. У нас с ним нашлись общие увлечения — настольные и видеоигры. Просто поболтать и отвлечься было классно. Да и Тони оказался не таким скучным занудой, каким виделся мне вначале.

Он предложил погулять, и я согласилась. Мне срочно нужно перестать так много думать о Майкле. Джесси и Гейб должны были к нам присоединиться. Я написала маме смс о том, что гуляю с ребятами. Мама была счастлива, что я не с Майклом Уокером. Как мало маме нужно для

Глава 7. Играя роль

Время шло, я всё больше стала общаться с Джесси, Гейбом и Тони. Нас нарекли четвёркой закадычных друзей. Анабель тоже почему-то напрашивалась мне в подруги. Удивительно. Я следила за её жизнью в социальной сети, и она у неё была насыщенная: каждые несколько дней гулянки, где я могла заметить Майкла. И что касается его — он вообще перестал обращать на меня внимание, что меня, конечно, оскорбило. Но ведь я сама просила его меня не трогать. Он, по сути, выполнил моё желание. Почему же тогда мне настолько плохо от этого?

Дико раздражало видеть Анабель и Майкла целующихся. Всё чаще ловила себя на мысли, что мне хотелось быть на её месте. В памяти постоянно всплывал поцелуй с Майклом на поляне. И, хоть злосчастная фотография достаточно потрепала мне нервы и вряд ли когда-нибудь забудется, при воспоминании о случившемся мне не становилось больно или стыдно.

Я старалась как можно больше отвлекаться от всего этого. Оказалось, что театр у нас всё-таки будет по трагедии Шекспира «Гамлет». Я, к счастью, не в главной роли. Звёзды — Анабель и Майкл, пусть он этому и не рад. Удивительно, что учитель выбрал эту пьесу; по программе она была в более младших классах, но оспорить решение не удавалось.

Деваться было некуда. Анабель сразу же вызвалась на роль Офелии; что уж там, все девочки хотели быть Офелией — это ведь главная женская роль. Откровенно говоря, в пьесе слишком мало ролей для девочек. Я уже мысленно представила, что буду играть мужского персонажа.

Первая репетиция состоялась на следующей же неделе. Сначала у нас была начитка текста. Мы сели в круг, расставив стулья на сцене. Учитель выбрал Майкла на роль Гамлета, и Майкл не был счастлив. Никто из мальчиков не хотел играть в театре, поэтому учитель не особо у кого-то спрашивал — как это заведено в школе. Вот с девочками другое дело: Анабель мгновенно согласилась быть Офелией; мать Гамлета тоже быстренько нашлась, а вот с остальными ролями — мужскими — дело обстояло сложнее. Пока Майкл и Анабель зачитывали общую сцену, а мистер Филлипс исправлял их, я открыла пьесу на случайной странице:

«Остерегайся, как чумы, влеченья,

На выстрел от взаимности беги».

Я слишком увлеклась прочтением этого отрывка и не заметила, что меня позвали.

— Эмбер, попробуй зачитать вот этот диалог с Майклом, — мягко произнёс учитель. Я взглянула на чуть покрасневшую Анабель. А что произошло-то? Она не справилась, что ли?

— Эм… на какой странице? — Я чувствовала себя не в своей тарелке: не понимала, что происходило. Похоже, потом придётся у Джесси спрашивать: она точно следила за происходящим. Мне подсказали, и я открыла нужный отрывок.

Майкл начал читать свои слова, и у него был длинный монолог. Я безумно нервничала, пальцы от волнения подрагивали, ведь скоро предстояло и мне выступить. Да из меня актриса никакая! Зачем мистер Филлипс вообще предложил мне это прочесть?!

— И начинанья, взнесшиеся мощно,

Сворачивая в сторону свой ход,

Теряют имя действия. Но тише!

Офелия? — В твоих молитвах, нимфа,

Все, чем я грешен, помяни, — произнёс Майкл, подняв на меня взгляд. В те мгновения лишь ощущала, как мне нравилась игра Майкла. Казалось, даже поняла, почему ему эту роль отдали. В помещении повисла тишина; я не могла оторваться от внимательных зелёных глаз Майкла, а потом очнулась и посмотрела в пьесу.

— Мой принц,

Как поживали вы все эти дни? — Я просто ненавидела свой голос сейчас, потому что он предательски дрожал. Майкл смотрел на меня не отрываясь — я хоть и постоянно утыкалась взглядом в текст, но заметила это.

— Благодарю вас; чудно, чудно, чудно. — Майкл приподнял брови, посмотрев на меня, а я вновь зачитывала строчки с опозданием:

— Принц, у меня от вас подарки есть;

Я вам давно их возвратить хотела;

Примите их, я вас прошу. — Я, кажется, начинала немного вживаться в роль.

Майкл заметил, что я уже меньше волновалась, и осторожно улыбнулся мне. Боковым зрением я видела, как Анабель поджала губы и скрестила руки на груди. Мне становилось не по себе. Скорее всего, Анабель на меня потом снова накинется, но в этот раз не из-за Майкла, а роли.

— Я? Нет;

Я не дарил вам ничего. — Майкл даже плечами пожал: всё больше проникался ролью.

— Нет, принц мой, вы дарили; и слова,

Дышавшие так сладко, что вдвойне

Был ценен дар, — их аромат исчез.

Возьмите же; подарок нам немил,

Когда разлюбит тот, кто подарил.

Вот, принц.

Я закончила, почувствовав, как сильно у меня в горле пересохло. Мистер Филлипс встал со своего места, хлопнув в ладоши.

— Я вижу Эмбер Офелией! А вам как кажется, ребята? — Он осмотрел нас.

— Мистер Филлипс, а как же я? — с тоской произнесла Анабель.

— Да, я плохо играю, можно мне роль поменьше? — встряла я. Как подумала о том, что мне придётся так каждую неделю начитывать текст вместе с Майклом, голова закружилась. Пускай Хилтон отыгрывает, а то не успокоится.

— Пока оставим Анабель Офелией. Но, Эмбер, подумайте. И я тоже подумаю. — Учитель начал ходить по сцене. — Вы с Майклом очень хорошо подходите на главные роли, — растягивал он гласные, пока говорил.

К счастью, настала очередь других ребят заниматься начиткой, и я могла спокойно посидеть, ничего не делая. С чего учитель взял, что именно мне надо играть Офелию? И почему именно мы с Майклом «хорошо подходим»?

После уроков Джесси рассказала мне, что мистер Филлипс очень «чувствовал» атмосферу в классе и любил соединять учеников, у которых к друг другу симпатия. Так, например, он ставил Карла и Джесси в парную работу несколько проектов подряд, благодаря чему они и начали тесно общаться.

При мысли о том, что мистер Филлипс что-то там заметил, я вздрогнула. Неужели я как-то показала, что мне нравился Майкл? А он перестал на меня смотреть… Так ведь?

— Но почему? — слишком громко спросила я и поспешно оглянулась. — Не понимаю, что он такого заметил.

— Эмбер, в этот раз и я заметила. Майкл та-а-ак на тебя смотрит. Вот кто-нибудь бы на меня так смотрел… — Она мечтательно закатила глаза.

Мы вместе шли домой, в этот раз погода радовала, хоть и дул лёгкий ветер. Но хорошо, что обходились без курток: я не хотела прощаться с тёплой погодой.

— Что значит «та-а-ак»? — повторила я за Джесси и затем пристально взглянула на неё.

— Ну… влюблённо. Нежно. — Она повернулась ко мне, слишком весело улыбаясь.

— Ну да, — с сарказмом произнесла я. — А Карл на тебя та-а-ак не смотрел? — передразнила её, вдобавок состроила глупое лицо. — Хватит сочинять. Майкл вернулся к Анабель.

— Мне почему-то кажется, что Майкл ещё не влюблялся. Прошлые его девушки были. Ну такие. Не очень ответственные, — мялась Джесси, поправляя волосы.

— В смысле? Шлюховатые?

— Да, Эмбер. — Она смутилась. — Не хотела я их оскорблять, но ты это сделала за меня.

— И много у него было девушек? — Меня почему-то слишком это интересовало, и я желала побыстрее услышать ответ.

— Да нет, Анабель вроде как первая постоянная. А остальные… Особенно в прошлый год…

Я вспомнила слова мамы: «Как-то раз его с девушками видели. Каждый день с разной». Теперь стало понятно. Я решила побольше расспросить Джесси:

— Что, просто спал с ними? На один раз?

— Да. Если верить слухам. Очень интересно, чего это Майкл к тебе больше не лезет! — Джесси посмеялась, вновь переполненная любопытством и оптимизмом.

— Интересно вообще, зачем полез изначально… — проворчала я. — Так, ты не ответила насчёт Карла. Что у вас с ним?

Джесси внезапно нахмурилась и схватилась за рамку своего розового рюкзака.

— Знаешь… Мне теперь кажется, что я ему и не нравилась. Как будто я себе всё придумала. Да и встречались мы всего один месяц… Он вообще не делает первый шаг. Как-то пассивно слишком. Думала, что расставание заставит его задуматься над тем, как я ему дорогá, а в итоге…

Она остановилась и с тоской посмотрела на меня. Мне казалось, она вот-вот заплачет.

— Джесси… Может, он просто стесняется? Не придумывай лишнего. Лучше всего: с ним поговорить. — Я пыталась хоть как-то её утешить, но не знала, как именно.

Вскоре мы уже оказались у моего дома, и я продолжала успокаивать Джесси. Мне хотелось что-то придумать, чтобы ей помочь. Так и зашла к себе, прокручивая идеи в голове.

Глава 8. Черничный чай

То, что моя мама начала очень много общаться с мистером Рейган, не слишком меня радовало. Мы были соседями, вот так и вышло, что спустя две недели Гейба попросили погостить у меня, в то время как мама и шериф Рейган остались наедине.

Мне и Гейбу не нужно было объяснять, чем они там собирались заниматься. Мы уже большие, всё понимаем. Только я вот не знала, о чём нам с Гейбом поговорить. Можно было, конечно, просто тихо посидеть. Было всего восемь часов, и непонятно, как долго мы ещё так проведём время вдвоём. Гейб казался мне довольно закрытым парнем, к которому уж очень сложно подобрать ключик. С Тони у меня как-то проще общение складывалось.

Десять минут мы провели в тишине, и тогда я не выдержала и предложила поиграть в приставку. Затем вспомнила, что и Тони этим увлекался. Гейб позвонил и пригласил Тони к нам, тем временем я включила недавно вышедшую игру «Detroit: Become Human». Я была от неё просто без ума; Гейб же относился более скептично, но поиграть захотел.

Тони был переполнен счастьем: приставки у него не было, он только смотрел прохождения, на компьютере эта игра ещё не вышла. Мы играли по очереди, то и дело ругаясь друг на друга. Я хотела пойти по мирному пути, Гейб по пути революции. Тони рвался оставить главного героя андроидом, а я желала сделать его девиантом, т.е. более человечным. Споры не прекращались и по поводу любовных линий.

В десять часов я услышала звонок в дверь. В этот момент Тони решил устроить погром на одной из виртуальных улиц Детройта. Гейб всё указывал, как ему поступать. Мне хотелось смеяться с них. Гейб каждый раз выходил из себя, когда Тони нажимал по невнимательности не ту кнопку. Они выбрали высокий уровень сложности с самого начала, за что и поплатились.

Я пошла открывать. Странно, у мамы есть ключ. Кто это? Ещё и в десять часов. Шериф Рейган бы пришёл с мамой, так что это не он.

Майкл. Я тяжело выдохнула, увидев его, и даже растерялась.

— Эмбер, Тони у тебя? Не могу дозвониться. Поздно уже и темно. Не могу брата бросить, — объяснил он и заглянул в дом. Я попятилась, когда поняла, что он внезапно стал очень близко ко мне и от него пахло лесом и сигаретами.

— Да, у меня. Тони! — крикнула я и пошла в гостиную. Майкл последовал за мной.

— Тони, давай домой, — командным тоном произнёс Майкл и взъерошил волосы брата, который злился от того, что его отвлекают.

— Майкл, давай хотя бы до сохранения дойду! — нервничал он, быстро нажимая кнопки.

— Да, пускай сначала дойдёт до сохранения. — Я встала на сторону Тони, понимая, что ему хочется поиграть и не потерять результат. — Чай будешь, Майкл?

Он быстро перевёл взгляд на меня и кивнул. Я проводила Майкла на кухню и поставила чайник. Вот уж не думала, что так скоро буду принимать Майкла у себя в гостях.

— Где родители? — спросил он, усевшись за стол. Я приготовила для него чашку и ложечку, теперь искала сахар. Вот куда мама коробку поставила?! Наверняка я сейчас выглядела как та, кто первый раз оказался на собственной кухне.

— Мама устраивает личную жизнь, папа в Балтиморе, — протараторила я, резко развернувшись. Меня слишком волновало, что Майкл обо мне думал в этот момент.

— В разводе? — уточнил он, подперев голову рукой.

— Да. — Я наконец-то нашла злополучный сахар, который вынудил меня понервничать, и поставила на стол.

Села напротив Майкла, ожидая, когда закипит чайник. Майкл молчал, уставившись на меня. Взгляд его был словно в расфокусе, затуманенный; Майкл вроде и смотрел на меня, но в то же время сквозь. Мне было как-то не по себе. Желала сказать ему прекратить на меня пялиться, но как будто язык отнялся. Хоть я и была в пижаме, но чувствовала себя словно голой. Надеялась, что в эти моменты Майкл меня глазами не раздевал.

«Майкл та-а-ак на тебя смотрит», — вспомнила я слова Джесси, которые меня сильно рассмешили.

Теперь и я заметила то, о чём она говорила. Очень странно, на меня ещё никто так не смотрел.

— Не много на одну девушку — сразу трое? — внезапно сказал Майкл, выпрямившись. Я не сразу поняла, что он имел в виду; меня как будто разбудили.

— Как грязно, Майкл, — фыркнула я, мгновенно скривившись. — К слову, тебя я не звала.

— Извини. Ну да, я не фанат игр. Кстати, о чём игра? — Майкл развалился на стуле, словно у себя дома. Чайник закипел, я налила ему и себе чая.

— В общем, там говорится о будущем… — начала я, вернувшись на своё место. Грела руки о чашку; мне почему-то подумалось, что там давно уже было сохранение, но решила не отвлекаться. Об игре заговорила с воодушевлением, поскольку люблю её. Майкл подпёр голову рукой и словно забыл про чай, смотря на меня. Я же всё рассказывала и рассказывала — и про андроидов, и про участь людей, и про возможность выбора, и про сюжетные развилки, а ещё добавляла свои эмоции во время прохождения. Рассказала, как была счастлива, когда папа купил мне на день рождения приставку вместе с игрой.

Майкл слушал меня. Сначала я не замечала, но потом поняла: Майкл всё это время смотрел на мои губы, и меня это смущало. А вообще слушал ли он, что именно я говорила?

— Очень… интересно, — произнёс Майкл после долгого молчания.

— Ты точно слушал? — Я нахмурилась. — Если неинтересно, так и скажи. Я не обижусь. На вкус и цвет фломастеры разные.

— У тебя красивый голос, Эмбер. Как будто карамельку съел. — Он рассмеялся и впервые за всё время выпил чаю.

Казалось, что я покраснела. Вот уж не ожидала таких откровений.

— Ты сахар себе не добавила, — прокомментировал Майкл, наблюдая за мной.

Опомнившись, я кинула один кубик в чай.

— Не люблю, когда слишком сладко. Приторно как-то. — Я посмеялась, стараясь снять напряжение.

— А ты против телячьих нежностей, Эмбер? — Майкл отставил чашку. Я вздрогнула от того, как он произнёс моё имя, и за это на себя злилась: почему так восприняла? Придумала, или так всё и было на самом деле?

— Люблю баланс во всём. И я говорила про чай, — сделала акцент на последнем слове и немного отпила из чашки. Майкл рассмеялся.

— Конечно про чай. Я не думал ничего другого.

Мне было неловко. Когда же там это сохранение? Уверена, что Тони уже мог идти. Я нервно оглянулась на дверь и вновь обратила взор на Майкла. Никогда не подумала бы, что буду с ним у себя на кухне чай пить. Вдруг мама вернётся? Вот будет до смерти рада такому гостю.

— О чём думаешь? — Он наклонил голову.

— Да о том, что, если мама придёт, а у нас Майкл Уокер чай пьёт. — Я хохотнула, представив это. Картина маслом: мать гонит от своей дочери очередного жениха.

— Весело будет, — подтвердил Майкл, как будто подумав о том же. — Неужели и ты плохо думаешь обо мне?

Я встала и забрала чашки со стола, чтобы отвлечься. Всё равно я больше чай не буду, а Уокер допил.

— Ты не спросила, хочу ли я ещё. — Он схватил свою чашку, которую я держала.

Почувствовала, как Майкл дотронулся до моих пальцев своими, и мне захотелось выдернуть руку, но боялась разбить чашку.

— Плохая из меня хозяйка. — Я улыбнулась, потянув чашку в свою сторону, Майкл ещё больше вцепился пальцами, теперь и левой руки. Бывают моменты, когда секунды тянутся мучительно медленно, и это был именно тот случай. Мне не хотелось, чтобы Майкл отпускал; нравилось прикосновение его пальцев. Он рассмеялся, а затем вдруг стал серьёзным. Внезапно встал со стула и опустил руки с чашек на мои запястья, прижал ближе к себе. У меня в эти мгновения чуть сердце не остановилось. — Отвечая на твой вопрос, — тяжело дыша, решилась я сказать, чтобы хоть как-то попытаться всё перевести в что-то менее смущающее, — да, я так думаю.

— Какой вопрос, Эмбер? — Майкл смотрел мне в глаза. — А, вспомнил.

Я его не винила, у меня в те моменты мозг тоже плохо работал. Все руки в мурашках, и Майкл наверняка это почувствовал. От него пахло черничным чаем, который мы только что пили. Ощутила, как Майкл ослабил хватку; в тот момент из груди словно весь воздух разом выкачали. Нахлынуло огромное разочарование, как будто меня лишили чего-то важного.

— Тони давно закончил. — Услышав знакомый голос, я вздрогнула. Мы с Майклом как умалишённые отшатнулись друг от друга. Я чуть не уронила чашки. Мне было так стыдно, как будто нас за чем-то бо́льшим застали. А вообще — что это было-то? — Извините, что прервал, — сказал Гейб без сожаления и даже с ухмылкой. Как странно.

— Да, мы уже уходим, — произнёс Майкл, не взглянув на меня, и пошёл в гостиную вслед за Гейбом.

Я всё никак не могла привести дыхание в порядок. Почему я замирала рядом с ним? Неужели он так сильно мне нравился? Почему? Горло всё сухое от волнения.

Прошла в гостиную, чтобы попрощаться с Майклом и Тони. Последний ныл, что хотел ещё играть, но понимал, что завтра в школу. Гейб же быстро сказал Уокерам «пока» и продолжил играть в игру. Майкл на меня ни разу не посмотрел. Я закрыла за ушедшими гостями дверь. Смотрела вслед Майклу через окно, у меня почему-то щемило сердце.

Вернулась в гостиную и села на диван рядом с Гейбом — он был увлечён игрой. Я посмотрела на запястья: не было ни единого следа прикосновения, но я словно до сих пор чувствовала подушечки пальцев Майкла. Воспоминания согревали. Сидела улыбалась как дурочка какая-то. Неужели Майкл и правда что-то ко мне чувствовал? Я уже представила нашу счастливую совместную жизнь, как это обычно делают влюбившиеся девочки, но вдруг услышала слова Гейба:

— Эмбер, я думал, ты умнее, — произнёс он, отложив геймпад. Гейба только что убили в игре.

Я похлопала глазами, не понимая, что он подразумевал. Его слова оказались для меня триггером. Старалась как можно дольше не впадать в воспоминания.

— В смысле?

— Повелась на бабника. Он же тебя разводит, как ты не видишь, — укоризненно проговорил он и повернулся ко мне.

Я застыла, ощущая лёд во всех конечностях. В голове так и вертелись два слова, что провоцировали на перебирание моментов из прошлого:

«Ты умнее»

Вспомнила себя пару месяцев назад.

«Сидела бледная в кресле, рядом вода с успокоительным, которое мама только что принесла из аптеки.

— Эмбер, ну как? Ты ведь умная девочка! Как так?! Почему ты чуть ли не в клинической депрессии?

Мама постоянно раздирала рану, которая всё никак не могла зажить. Я каждый раз боролась, и все усилия впустую.

— Мам… я уже говорила. Пожалуйста, оставь меня сейчас. — Я чуть ли не плакала.

— Как можно было повестись на него? Он ведь не тронул тебя, Эмбер? — Она села рядом со мной и взглянула в глаза.

— Нет! — Я с силой откинулась на спинку кресла.

Не знала, как объяснить маме. Честно говоря, сама долго не понимала, что происходит. Чувствовала, что что-то не так, но не могла до конца осознать. Неделю назад наткнулась на похожие истории, и теперь не было сомнения в том, что надо мной произошло психологическое насилие.

У меня не было ни единого синяка от него. Но я чуть ли не сошла с ума. И самое худшее в том, что ты не можешь ничего никому доказать: психологическое насилие — почти невидимо.

По чуть-чуть каждый день на протяжении долгих месяцев. Игра в любовь, а по сути — одно использование.

— Он ведь даже не нравился тебе, Эмбер! — продолжала мама. — Да расскажи мне, что вообще с тобой!

— Не нравился! Да! Просто привыкла к нему. — Я плакала, не зная, как справиться со своим состоянием. — Я вижу его каждый день, мам. Он пишет мне каждый день. Он не оставляет меня. Я шесть раз пыталась от него избавиться.

Он просто как банный лист. Как потом выяснилось, проделывал он такое не только со мной, но я была его главной жертвой, главным ресурсом.

Нашей общей темой были уроки. Я всегда любила помогать людям, и он сначала брал от меня помощь понемногу, затем это превратилось в донорство. Я везде помогала ему — это ведь нетрудно. Внешне он мне не нравился, но я привыкала день за днём; он писал мне смс, желал спокойной ночи и доброго утра, улыбался мне, флиртовал со мной; мы даже поцеловались два раза. Но я не была его девушкой.

Я не имела права ревновать его. А он только и делал, что старательно выводил меня на ревность. Уже давно привыкла строить каменное лицо при этом. Весь класс окрестил его в шутку бабником, но это была правда.

Он то появлялся, то уходил. То был лапушкой, то срывал на мне все свои негативные эмоции. Он делал, что хотел, при этом дрессируя меня: то восхваляя, то унижая.

Сравнивал с другими девушками, обращал внимание на мои недостатки. Он принижал мои умственные способности, хотя сам же моими мозгами и пользовался. У нас с ним были одинаковые оценки по предметам, и всё — благодаря мне.

Я не могла прекратить с ним общение из-за постоянных совместных проектов и из-за того, что мы каждый день виделись. Видеть его было тяжело. Он старательно строил из себя страдальца, когда на самом деле был виноват, а я, жалостливая, принимала обратно его в свою жизнь, вернее, снова сажала на шею. Подруги завидовали нам, ведь он такой романтик, но почему-то никто не видел, какой он на самом деле лжец, манипулятор и абьюзер.

Я медленно иссыхала, из меня уходила вся радость — это видно по фотографиям. Мне было сложно отследить своё состояние, но с каждым днём всё становилось только хуже.

Ещё в начале отношений я видела его манипуляции; он и сам признался, что патологический лжец (не знаю зачем), но я не имела представления, почему всё обернулось так. Я ведь умная.

Умная, всё понимала, но при этом почему-то находилась в настолько опустошённом состоянии.

Чем мне в итоге помог мой ум? Что это было? Кого или что винить? Гормоны, которые затмили рассудок? Жалость? Почему всё обернулось так?

Я не могла ответить. Но главный вопрос — почему я? Добрая девочка, которая стремилась всем помочь, а теперь не имевшая возможности никому помочь и даже самой себе.

Подавленная. Разбитая. В апатии.

Он стал меньше общаться со мной, видя, в каком я состоянии. Он выжал из меня всё, что мог. Я была больше не нужна.

— Так заблокируй его! Пошли! Эмбер, милая, почему ты такая ранимая?

«Ты чересчур чувствительная», — вспомнила я его слова, когда он был виноват, жёстко пошутив и выставив меня виноватой. Я содрогнулась, стоило только вновь об этом подумать. И я ведь верила ему.

— Нет, так больше продолжаться не может. Мы переезжаем, Эмбер! Ты слышишь меня?! — Мама вскочила с кресла и заходила по комнате. Я смотрела в одну точку, мне было совершенно всё равно на её слова, поскольку разум занимали душевные муки. — Вот же моральный урод, что он сделал с моей дочкой! Эмбер, да ты расскажешь мне или нет?

— Почитай про психологическое насилие, мам. — Я вытирала слёзы с щёк. — Не выдержу всё пересказывать. Сначала я и сама подумала, что просто слишком чувствительная, что какая-то сумасшедшая. А он и хотел сделать меня сумасшедшей, ему так нравятся сумасшедшие! «Девочки с приветом»! — Я рассмеялась, но смех прозвучал истерично. Цитировала его же, при этом было мучительно больно. — Я слишком долго притворялась, что всё хорошо. Раньше не знала про психологическое насилие. Хотя если бы и знала…

Мама смотрела на меня с тревогой. Она боялась, что я попытаюсь совершить самоубийство. А я не хотела самоубийства, просто не знала, как мне дальше жить. У меня не было сил ни на что — даже чистить зубы. Совершенно пропало желание жить. Не знала, как себя заставить. Дело в том, что у меня есть сила воли, но в этот раз не осталось ресурсов. Он их забрал.

— Это я не уследила! Эмбер, бедная моя. — Она прижала меня к себе. — Я всё свою личную жизнь устраивала…

Я видела, что мама раскаивалась, но это меня не утешало. Потому что было всё равно, а вместо сердца как будто камень».

— Эмбер, с тобой всё хорошо? — Гейб вырвал меня из воспоминаний, из-за чего я содрогнулась.

Повернула голову и заметила, что сжала диванную подушку так, что у меня побелели костяшки на руках.

— Да, — еле проговорила я, проверив щёки, не заплакала ли. Вытащила телефон из кармана джинсов и посмотрела, сколько времени: уже одиннадцать. Неужели мы так долго болтали с Майклом?

Майкл.

Я услышала, как открылась входная дверь, и это отвлекло меня от плохих мыслей, но ненадолго. Мама вернулась.

— Как же я довольна! Гейб, у тебя просто замечательный отец! Как мы с ним по душам поговорили! — Она прошла в гостиную, оглядела нас и улыбнулась. — А я вижу, вы тут не скучали. Не зря твой отец купил эту дорогую приставку. Гейб, можешь идти домой. — Мама тепло улыбнулась ему, а затем повесила шаль на спинку дивана.

Гейб сухо попрощался и ушёл. Я выключила игру и вновь ударилась в воспоминания. Постоянно думала о Майкле. Неужели я снова на те же грабли? Как в тот раз: плохой мальчик, бабник? Мама вот опять устраивает личную жизнь, а я вот снова… снова… даже думать об этом не смогу.

Майкл тоже поцеловал меня не как свою девушку, просто так. Он тоже захотел использовать меня? Раз ему не нужны от меня уроки, то что ему нужно? Уложить меня в постель? Доказать другим, что и меня, недотрогу, может?

Теперь руки словно жгло. Мне хотелось помыть запястья с мылом, причём несколько раз.

Логически я понимала, что вполне закономерно попадание в тот же любовный сценарий. Причина тому — непроработанная травма. Как раз мой случай: у меня не было времени на лечение.

Но я ведь не попадусь второй раз на одно и то же? На все эти подкатики, за которыми ничего не стояло кроме как эгоистичных желаний?

Мне хотелось верить в то, что я всё смогу. Но понимала в то же время, как это тяжело. Ведь проблема в том, что Майкл мне нравился. Внешне нравился, и на самом деле у меня почти и не было повода испытывать неприязнь к нему.

Все говорили, что он плохой. Соседи, мама, Гейб, ребята в школе. Майкл — бабник. Майкл связан с бандой. Майкл прожигал свою жизнь в выпивке и гулянках. Разве могли столько людей ошибаться?

Мне слишком много врали, чтобы я верила. Прости, Майкл, но репутация у тебя не очень.

Я пожелала маме спокойной ночи и поднялась наверх. Долго тёрла мылом свои запястья, как будто на них всё ещё был след прикосновений Майкла. Плакала от того, что опять повелась на человека, который захотел сделать мне больно.

Глава 9. Танцуя под грустные песни

Lana Del Rey — Summertime Sadness

Lana Del Rey — Million Dollar Man

Сегодня должна была пройти та самая вечеринка. Я думала не идти. Но Джесси целый день уламывала меня составить ей компанию, и в конце концов я согласилась, но ненадолго — нечего мне там делать. Я пребывала в апатичном состоянии, поскольку не могла переварить вчерашние события.

На репетиции театра сегодня не было зачитывания текста, а вместо этого — обсуждение. Мы вновь сидели в кружочке на сцене. Мои мысли были о чём угодно, но не о «Гамлете». На Майкла я специально не смотрела, просто не хотела делать себе ещё больнее.

— Ребята, чтобы полностью прочувствовать то, что мы будем играть, нужно понять суть произведения. Вот давайте, например, обсудим любовь между Гамлетом и Офелией. Любил ли Гамлет Офелию? Как вы думаете?

Я смотрела в одну точку на полу, совсем не соображая. Просто желала поскорее оказаться дома в тёплой постели.

Хью заявил, что это была лишь подростковая влюблённость. Джим тоже предложил свою идею, но я не особо вникала в суть.

Думала о том, почему, собственно, мистер Филлипс не шёл по программе и заставлял нас обсуждать произведение, которое мы уже читали. А он словно прочёл мои мысли и ответил минутой позже.

— Ребята, помните, что наша с вами главная цель — научиться правильно, грамотно излагать свои мысли, размышлять и не бояться высказывать своё мнение. Неважно, о каких мы произведениях говорим — «О дивный новый мир», «Ромео и Джульетта» или «Гарри Поттер».

— И при этом Вы сами выбрали произведение для обсуждения. Демократично, — вырвалось у меня.

— Я очень рад слышать Вас, Эмбер. — Учитель поспешно повернулся ко мне. Я закусила язык. Вот вырывалось у меня иногда, а потом я за это платила. — Что Вы думаете по поводу любви Гамлета и Офелии? Выскажитесь.

Стала вспоминать. Некоторые мысли у меня и правда возникли.

— Я читала два раза. Первый раз несколько лет назад, и вот на днях второй раз. Моё мнение поменялось.

— Вот видите! — Учитель радовался, словно я восьмое чудо света открыла. — Именно этого я и жду! В том и гениальность писателей, которые постоянно заставляют нас размышлять и по-новому смотреть на одни и те же свои произведения, с разных ракурсов.

Осмелилась высказаться, но ощущала, как начинала нервничать.

— Теперь я считаю, что Гамлет Офелию не любил, — резко начала я, и в этот момент у меня даже больше сил появилось. — Он её использовал в своих целях. Хотелось в юности ему любви — пожалуйста, запутал Офелию. Она же невинная чувствительная девочка, которая не может отличить правду от лжи, она подчинена отцу, как и было принято в то время. Думаю, что она очень любила отца. Любила и Гамлета, как умела. А главным ударом для неё было то, что именно Гамлет убил её отца. Любимый человек погубил ещё одного дорогого ей человека. Вот и сошла с ума. Трагедия. Что касается Гамлета, на протяжении всей пьесы его главная мотивация — это месть. И ради этого он готов на всё. Может, в определённый момент ему и казалось, что он любил, но это было не так.

Мистер Филлипс стоял, задумавшись.

— Какие интересные мысли, Эмбер. И что же Вы раньше молчали? Есть у кого что добавить? Может, кто-то хочет согласиться? Или наоборот? У кого-то есть другое мнение?

— Я считаю, — внезапно заговорил Майкл, а мне стоило огромных усилий не перевести на него взгляд, — что Гамлет всё-таки Офелию любил. Сколько ему было во время действия пьесы? Тридцать ведь? Вполне зрелый мужчина. Ключевым моментом является разочарование Гамлета во всём — в мире, в любви, после предательства Офелии. Предательство было словно в нож в спину, от Офелии не ожидал. Гамлет хотел разрушить всё и был жесток с Офелией, потому что месть стала для него, как сказала Эмбер, главной и единственной мотивацией, движущей силой. Предательство всё в его жизни перечеркнуло. Он запутался, потерян, и его единственный смысл жизни — месть. Правильно, что Шекспир убил этого персонажа, потому что иначе Гамлет бы тоже сошёл с ума.

— Великолепно! Спасибо, Майкл! Какой глубокий анализ. Это ведь всё — как психологический тест. — Учитель проходился между нашими стульями. — Каждый видит что-то своё, через призму собственного жизненного опыта. Эмбер вот, например, увидела использование неопытной молодой девушки, Майкл — потерянного Гамлета, который разочаровался в любви и людях, мире в целом. Это может относится к вам самим, а может и нет, но размышлять просто необходимо…

Мистер Филлипс ещё что-то говорил, а я уже не слушала. А ведь верно, он был прав. Я считала, что мужчины использовали девушек, и именно это я и увидела в пьесе. Увидела жертву, такую же, как и я. А с Майклом что? Какое разочарование? Потерянность? Он что, много думал? Да непохоже.

— А насчёт Офелии я думаю. — Я резко услышала голос Майкла и даже содрогнулась. Из своих мыслей пришлось вылезти. — Что её подавили в семье, причём сделал это её отец. Поэтому она кажется такой безвольной марионеткой на протяжении всей пьесы. Гамлета она любит, но ещё она жертва тирана — своего отца.

Я впервые за всё время посмотрела на него. Почему он вдруг так подумал? С чем связаны у него ассоциации?

Что, ему тоже знакомо тиранство?

— Я вас умоляю, что вы ищете в этой пьесе такого необычного? Книги писать вам надо, — заговорила Анабель, при этом посмеиваясь. — Офелия — просто чувствительная слабая девочка. Гамлет поиграл с ней, как хотел, влюбился, а потом его предали. Бумеранг.

Обсуждения продолжились более бурно. Теперь уже другие высказывали своё мнение. Мне удалось посидеть молча.

— Мы вообще можем представить героев в абсолютно других образах. Кто там видел в Офелии стерву? — продолжал мистер Филлипс после того, как все выговорились.

Несколько мальчиков подняли руки, на что я хмыкнула.

— Только пока я вижу Офелию лишь в Эмбер. Эмбер, подумайте всё-таки над моим предложением. — Мистер Филлипс повернулся ко мне, а я вздрогнула. Кинула взгляд на Анабель — она явно гневалась. Только не это! Пускай играет Офелию, пускай будет с Майклом, только не трогает меня! Мне не за что здесь бороться, да и незачем.

Настойчивость учителя уже начинала раздражать. Как будто он уверен, что нам с Майклом нужно больше проводить времени рядом… Бред какой-то.

После репетиции меня остановила Анабель. Происходило то, чего я боялась. Она заговорила с серьёзным лицом:

— Эмбер, давай подойдём к мистеру Филлипсу, и ты откажешься от роли Офелии.

— Да почему Офелия тебе так нравится?

— Это главная женская роль! — Она топнула ногой. Ученики продолжали покидать актовый зал, мне было неловко.

— Ну… есть ещё мать Гамлета, — нерешительно напомнила я, а затем пожала плечами. — Анабель, я тебе не соперница. Пойми это, пожалуйста. Ни в личной жизни, ни на сцене.

Из зала вышел мистер Филлипс, который о чём-то разговаривал с Майклом. От него я быстро отвела взгляд. Анабель подала мне знак, что пора говорить с учителем. Она прервала его разговор с Майклом и сообщила, что я отказываюсь от роли Офелии.

— Почему, Эмбер? — Мистер Филлипс пристально посмотрел на меня.

— Эм… Из Анабель лучше актриса, у меня никакого опыта, да и не хочу я главную роль… память у меня плохая, — придумывала я на ходу.

— Или… просто Анабель немного надавила. — Учитель нахмурил брови и посмотрел на неё. — Анабель, давай всё будет честно. Мы как раз разговаривали об этом с Майклом. Просто каждая почитает одни и те же строчки: у кого будет лучше получаться, ту и возьмём на роль Офелии.

Анабель надула губки, но согласилась. Я увидела Джесси и быстро подошла к ней, чтобы избавиться от не слишком приятной компании.

— Не зря мистер Филлипс по образованию психолог. — Она хихикнула. Мы наблюдали за тем, как Анабель плакалась Майклу. — Сразу раскусил Анабель. Так интересно, почему он ставит на роль Офелии тебя. Как будто захватывающий сериал смотрю! — Джесси смеялась, а я тяжело выдохнула, поскольку не было весело.

Мне ещё предстояла вечеринка сегодня. Как оказалось, первые часы она пройдёт в школе, где будет всё культурно, а потом все пойдут к Анабель и Карлу. Он уже позвал меня лично. Я была рада возможности отвлечься от театра и учебных будней.

Мама и Джесси помогали мне подобрать наряд на вечер. Выбор пал на бургундского цвета платье с декольте. Платье подчёркивало талию и было длинным — что мне нравилось больше всего. Если и буду поздно возвращаться, то ноги не замерзнут. Взяла джинсовую куртку с собой на всякий случай.

Джесси и Карл зашли за мной. Я не хотела, чтобы у нас с Карлом что-нибудь складывалось в романтическом плане, поэтому вела себя крайне осторожно, в глубине души надеясь, что Джесси с Карлом сойдутся.

В школьном зале гремела музыка. Алкоголя, разумеется, не было, только безалкогольный пунш. Джесси сразу же куда-то упорхнула. Как я буду её с Карлом сводить?! Он тем временем пригласил меня на танец, и, как назло, заиграла подходящая музыка, а до этого была… Кэти Перри?! Не разбиралась я в клубной музыке.

— Это ведь Лана Дель Рей сейчас? — Я прислушалась.

Карл кивнул и протянул мне руку.

— Что же — «Летняя грусть»? Обожаю. Классная песня, — тараторила я, а Карл улыбался мне, ведя в танце. Я же старалась, очень старалась не наступать ему на ноги. Мы просто качались из стороны в сторону. Болтала, чтобы не делать ситуацию неловкой, а получалось только хуже.

— Но песня не очень романтическая, тут же про грусть. И вообще про лето, а сейчас осень. И поэтому мне грустно, — рассказывала я, не думая. Карл смеялся.

— Весёлая ты, Эмбер.

— Хороший диджей. Старые песни ставит. Уважаю, — продолжала я болтать, оглядывая зал.

Оказалось, что вокруг так называемого «танцпола» расставили столы и придвинули скамейки. Выглядело достаточно забавно: этакий сельский клуб. Как же здесь места мало! Я всё-таки слишком привыкла к своей прежней школе.

Я правда пыталась сохранять позитивный настрой, глазами искала Джесси, а наткнулась на Анабель с подружками за столом. После этого заметила Майкла, который пялился на меня. Я резко выпрямилась. Нет-нет-нет, мне показалось! Я отвернулась, а затем вновь посмотрела на то же место — Майкла там не оказалось. Фух. Это была галлюцинация!

Я продолжала болтать с Карлом о ерунде; мне даже понравилось, но затем песня кончилась. Мы остановились, неловко замолчав.

— Карл, могу я украсть твою спутницу на один танец? — Позади меня послышался до боли знакомый голос. Я сжала зубы до скрипа. Что же это такое!

— Да, конечно, Майкл. Я пойду пока попробую пунш. — Карл кивнул и удалился. Я повернулась к Майклу с недовольным лицом.

— Ты не рада видеть меня, детка Эмбер? — Он усмехнулся, оглядев меня. Заиграла новая песня. — Потанцуешь со мной?

— С девушкой своей танцуй, — огрызнулась я.

— Какая ты вредная! — Он схватил меня за руку, но совсем не грубо, осторожно касаясь пальцами запястья.

— Один танец, и отстанешь?

Майкл кивнул, осторожно улыбаясь. Я взялась использовать ту же тактику болтовни. Только вот с Майклом всё становилось намного сложнее. Мне слишком понравился его цитрусовый парфюм, так что у меня на пару секунд рассудок помутился. Его руки на моей талии тоже не приносили спокойствия. Его взгляд на меня — так вообще. Похоже, мне нужна была экстренная помощь.

Чёрный костюм необычайно хорошо сидел на Майкле, и мне силой удавалось не опускать взгляд: а так хотелось получше рассмотреть.

— Это ведь снова Лана Дель Рей? Раньше не слышала эту её песню, — быстро заговорила я. — Какой смысл! «Не понимаю, как ты покоряешь и бросаешь. Таких же опасных, искушенных и порочных, как ты сам», — повторила я вслед песне. Майкл снова как будто не слушал, что я говорила, и смотрел на низ моего лица.

— У Ланы все песни депрессивные, — тихо произнёс он, еле шевеля губами. Поняв, что я немного теряю контроль, решила наступить ему на ногу. — Эмбер! — Он рассмеялся. — Ты что, так на меня засмотрелась, что теперь ноги заплетаются?

От злости я закусила губу и, похоже, зря это сделала.

— У тебя фетиш, что ли? — не удержалась я от комментария, заметив его горящий взгляд.

— А у тебя настроение Анастейши Стил? — Майкл посмеялся, прижав ближе к себе. Я чуть не задохнулась от смущения.

Анастейша любила губу закусывать, понятно, почему Майкл вспомнил. И с чего он вдруг подумал об этой книжной серии рядом со мной?!

— Фу! Не сравнивай меня с ней больше никогда, — отчётливо и резко проговорила я.

— Хорошие девочки не любят «Пятьдесят оттенков серого»? — Майкл наклонился ко мне.

— Хорошие девочки любят адекватную литературу и красивые постельные сцены, а не это позорище…

Майкл расхохотался, а я не понимала, с чего он дал такую реакцию.

— Эмбер, ты разбираешься в постельных сценах?

Я вспыхнула.

— Ну… немного… разбираюсь, — запиналась я и чувствовала себя максимально неловко. Майкл смотрел на меня снисходительно, не смеялся, но по его взгляду я поняла — ему было чрезвычайно смешно сейчас. Слышала, что песня заканчивалась, и обрадовалась этому. — «Испорченный и богатый. Выглядишь на миллион долларов. Почему же моё сердце разбито?» — подпевала я, стараясь избавиться от стеснительности и перевести тему.

— Эмбер, я бы не разбил тебе сердце. — Майкл вдруг стал серьёзным. Мы остановились.

— Песня закончилась, пока-пока! — Я пыталась отойти, но в итоге Майкл сильнее прижал к себе. Так близко его губы к моим были лишь тогда на поляне.

Заиграл другой трек неизвестного мне исполнителя.

— Хочешь, я попрошу поставить ещё депрессивной Ланы? Я бы остаток жизни так и танцевал с тобой под неё, — произнёс Майкл, смотря мне в глаза. У меня так громко билось сердце, что я слышала стук в голове.

«Остаток жизни». Мозг, пожалуйста, не обрабатывай сейчас эту информацию. Не надо. Мне и без того было плохо: у меня еле-еле воздух поступал в лёгкие.

— Она не депрессивная, — только и смогла пробормотать я. Чувствовала себя в ловушке. Причём Майкл как будто выступал на стороне моей второй «я», которая не была травмирована, а наоборот — готова к отношениям. Но доминировала сейчас другая половина меня.

К огромному счастью, Карл позвал меня, и Майклу пришлось меня отпустить. Спасибо, Карл! Когда я отошла от Майкла, то задрожала. Каждая такая встреча с ним — серьёзная нагрузка для моего сердца.

— Он тебя не достаёт? — Карл нахмурился, протянув мне красный пластиковый стаканчик.

— Да это он… развлекается. Ничего серьёзного. Любит-то он Анабель. — Я пыталась выкрутиться и выпила пунша, чтобы говорить поменьше.

— Сильно сомневаюсь, — пробурчал Карл, проводив меня за столик. Когда он это сказал, я подавилась. Карл постучал мне по спине.

Я вспомнила слова Майкла, как он обнимал меня за талию, а я положила руки на его крепкие плечи, отчаянно пытаясь отвлечься разговорами. Беда в том, что я припоминала всё в деталях — и взгляд, и запах, и прикосновения. Какое же это всё испытание для меня и как будто проклятие! Зеленоглазое проклятие!

— У них с Анабель… немного необычные отношения. Не такого я бы хотел для своей сестры, —наконец произнёс Карл, когда я сидела и восстанавливала дыхание.

— Что значит «необычные отношения»? — Я повернулась к нему. К нам присоединилась Джесси, и ответ на вопрос я так и не узнала.

Понимала, что мне нужно как-то взращивать в себе неприязнь к Майклу, иначе всё будет очень плачевно для моей невосстановленной психики.

Глава 10. Признаваясь в чувствах

Целых полтора часа я провела в приятной компании Карла и Джесси. Майкла я, к счастью, больше не видела. Ближе к девяти все направились к Карлу и Анабель домой, а дом у них был шикарный. Я не удержалась от комментария:

— Карл, ты случаем не Гэтсби? Очень напоминаешь.

Он рассмеялся и даже немного покраснел.

— Где же твоя Дейзи? — продолжила я, при этом многозначительно взглянув на Джесси. — Шумные вечеринки — и всё ради той самой!

Родители Карла и Анабель очень вовремя уехали в командировку, оставив огромный двухэтажный дом с бассейном в их распоряжении. Я не упустила возможности разглядеть обстановку — дорогие картины с пейзажами, статуи и невероятных размеров камин. Невычурно, но с акцентами на богатство владельцев.

Джесси уже где-то отыскала выпивку и протянула мне бокал. Пить я не любила, но чувствовала, что мне надо немного ослабить самоконтроль. Карл куда-то делся. Джесси повела меня в гостиную. Я осматривала картину с водопадом, когда Анабель окрикнула меня и подозвала к себе.

— Как же я рада тебя видеть, Эмбер! — Она дружелюбно мне улыбалась, что было странно. — Садись. Мы тут играем. Ты тоже участвуешь.

У меня не было времени возразить — Анабель посадила меня на диван.

— Играем в бутылочку на желание. Не бойся, у нас всё скромно, — заверила она меня. Я огляделась — рядом сидели Хью, Джим и ещё пара парней из баскетбольной команды, и, разумеется, подруги Анабель. Наверное, это алкоголь уже ударил в голову, потому что я спокойно сидела, ни о чём не беспокоясь.

Задания и правда были детские и незлобные: выпить несколько бокалов за один раз, сказать комплимент рядом сидящему. Мы все по очереди крутили бутылочку, высказывали желания и их выполняли. Джесси тоже присоединилась. Затем Анабель разошлась: настало время «парных желаний». Всё снова было нисколько не сложно — поцеловать в щёку, подержаться за руку.

Но всё приняло другой оборот, когда Анабель увидела Майкла в комнате. Мне уже тогда стало не по себе. Она позвала его присоединиться.

Я решила прямо сейчас начать испытывать к нему неприязнь. Вспомнила бывшего — то, что я чувствовала к нему, и тошнота к горлу подступила. Отлично, смотрела с этими ощущениями на Майкла — неменьший бабник, тоже лез ко мне просто так, аналогичный мудак. Самовнушение постепенно действовало.

Я пропустила момент, когда Майкл сел напротив меня. Анабель что-то сказала, но я не услышала.

Анабель покрутила бутылочку, и она остановилась на мне. Сердце пропустило удар, я не решалась поднять глаза и сверлила взглядом паркет.

— Какая неожиданность! — Анабель посмеялась. — Майкл, тебе нужно поцеловать Эмбер. Взасос.

Наконец я подняла взгляд на Майкла — он смотрел только на Анабель и ухмылялся. Что, Майкл, она исполняла твои желания?

Я восстановила в памяти тот наш поцелуй, и мне стало невероятно хорошо. Вспомнила вкус его губ, дыхание, его пальцы на моей коже; у меня мурашки пошли по телу.

— Берёшь меня на слабо, лисёнок. Я не буду целовать Эмбер, — невыносимо уверенно произнёс Майкл.

Вот это был удар под дых. У меня на глазах выступили слёзы. Что? Ты лез ко мне, а сейчас целоваться не захотел? Что это вообще?

Теперь мне и не надо было насильно представлять на его месте бывшего, ведь он им словно и был. У меня пошёл рвотный рефлекс. Я не понимала — то ли из-за того, что выпила, то ли из-за проклятого Майкла. Прикрыла губы рукой.

Ребята в компании стали подталкивать Майкла к исполнению желания.

— Я уже целовался с Эмбер. — Он смеялся, отчего мне становилось лишь хуже. — И вы все это видели. Анабель, ты не оригинальна. Извини, считайте меня все слабаком, но я делать этого не буду.

— Что, Эмбер настолько плохо целуется? — Кто-то захихикал, и в тот момент у меня пошёл шум в ушах, который заглушил дальнейшие реплики.

Я смотрела в одну точку, перед глазами возникла белая пелена. Не выдержала и вскочила с диванчика, вышла из гостиной в зал, а затем в коридор, где никого не было: лишь темнота и очертания двери. Затем прижалась к холодной стене, прислушиваясь к тихим разговорам неподалёку в холле. На душе было паршиво. Меня трясло. При каждом вздохе грусть сдавливала как в тисках — я задыхалась. Мне было дико больно.

Я стояла, прижавшись к немного шершавой стене, казалось, долгое время. Начала тихо плакать, не вытирая слёзы. Мне было всё равно.

— Эмбер. — Я услышала кого-то до боли знакомого, и от осознания этого меня сильно тряхнуло.

— Отвали! — Мой голос был и грубый, и плаксивый одновременно. Майкл приблизился, а я испытывала к нему отвращение. Он встал передо мной, я же приготовилась звать на помощь, если вдруг пристанет.

— Эмбер… Не плачь, пожалуйста. Неужели ты не понимаешь, почему я это сделал?

Я на него не смотрела и молчала, сжав губы в тонкую полоску.

— Эмбер. — Он провёл по моей щеке, вытирая слезинку. — Неужели ты и правда не видишь?

Я дёрнулась, разозлившись на Майкла. Целоваться не захотел, но слёзы мои вытирать — так пожалуйста!

— Не трогай меня, — рявкнула я, но прозвучало жалобно.

— Хорошо.

— Что я не вижу? — агрессивно спросила я, подняв взгляд. В данный момент люто ненавидела Майкла. — Что ты меня оскорбил? Что ты с кем попало готов целоваться, а со мной вдруг нет? Недостойна тебя? — выговаривала я всю обиду, что чувствовала.

Он рассмеялся, и от этого было слишком досадно. Майкл оглянулся на холл и продолжил, понизив тон голоса:

— Эмбер, все видят. Все. Мистер Филлипс, Джесси, Анабель. И даже мои друзья. Анабель ведь специально это сделала сегодня.

— Что они видят? — злобно произнесла я, совсем не понимая, что Майкл имел в виду.

— Оказалось, что это сложно скрывать. Никогда бы не подумал, — разговаривал Майкл словно сам с собой. — Эмбер, я хочу тебя целовать, но не при них. У меня к тебе чувства, Эмбер. Вот что они все видят.

Я замерла. Мозг решил замедлить восприятие его слов.

— Какие ещё чувства, Майкл? — говорила я с отчаянием в голосе. — Неприязнь?

Я надеялась, сама не понимая на что. Мне хотелось, чтобы из угла кто-нибудь выскочил с плакатом: «Это розыгрыш». Не могло быть, чтобы Майкл сейчас признавался мне в любви…

Он снова оглянулся, выдержал паузу, когда увидел, как парочка проходила недалёко от нас в зал. Я еле сглотнула — в горле пересохло от волнения. Затем Майкл приподнял уголки губ и продолжил:

— Эмбер, ну не будь дурочкой. Всё ты понимаешь, какие у меня чувства. Симпатия.

Слышать эти слова оказалось так больно, хотя должно быть наоборот. У меня ещё больше потекли слёзы. Только не влюблённость…

— Нет-нет-нет, — зашептала я и одной рукой схватилась за голову.

— Довольно странная реакция на моё признание, но я держусь. — Майкл пытался продолжать улыбаться. — Почему ты так реагируешь? Я тебе неприятен? Ты скажи. Я стреляться не пойду.

— Чего ты от меня хочешь?

Я начала задыхаться. Это было похоже на паническую атаку, которая у меня до этого всего один раз была. И в тот раз она длилась очень долго. Я боялась представить, что будет в ближайшее время.

— А что может хотеть парень, когда в таком признаётся? — Я слышала голос Майкла словно откуда-то издалека. — По крайней мере, признания в ответ.

У меня закружилась голова, я осела по стенке вниз.

— Эмбер, тебе плохо?

Он взял меня за руки, и это немного привело меня в чувства.

— Хочешь, я тебе воды принесу? Ты что — ненавидишь меня? Да что с тобой?! — Майкл сильнее сжал мои руки, когда я почувствовала, что у меня тяжелели веки. Кровь стыла в жилах, и я не понимала почему. — Ты вся дрожишь, Эмбер! Тебе холодно?

— Мне… очень страшно, — призналась я, тяжело дыша. Было стыдно, что Майкл сейчас это видел.

— Ты меня, что ли, боишься? Не знал, что за последний час превратился в чудовище. — Майкл пытался шутить. — Я ничего тебе не сделаю. И часто у тебя такое?

Я покачала головой, и у меня всё поплыло перед глазами. Майкл стал растирать мои плечи, приводя в чувства.

— Эмбер, всё пройдёт. Это приступ.

Я не знаю, сколько мы так сидели. Он то растирал мои руки, то плечи. Через некоторое время я успокоилась. Сидела на полу, похоже, с подогревом. Когда меня отпустило, Майкл устроился у стены напротив меня.

— Как хорошо, что в этот коридор никто не заходит, вся тусят в зале и гостиной, а ещё наверху в комнатах. Вот бы удивились, увидев тебя минуту назад. — Голос Майкла пронзил тишину, и я вздрогнула.

Было так тоскливо. Я прижалась щекой к стене.

— Мой ответ: нет, — еле удалось мне высказать, потому что во рту полностью пересохло.

— Ты о чём, Эмбер?

— Я не хочу ничего с тобой.

Майкл промолчал. Видимо, не привык слышать отказы.

— Эмбер, ты честна со мной? Или ты чего-то боишься? Из-за этого у тебя приступ? Ты боишься использования? Тебя кто-то использовал, Эмбер?

Мне захотелось закричать на него от злости, но сил не было.

— Замолчи, — прошептала я. — И уходи.

«Ты боишься использования?» — сложил два и два во время репетиции. Всё-таки он тогда внимательно слушал меня, а потом понял слова мистера Филлипса про то, что каждый говорил о своём.

— Раз ты так хочешь. — Майкл встал и отряхнул брюки. — Отвезти тебя домой? Как сама в таком состоянии дойдёшь?

Я покачала головой, желая поскорее избавиться от компании Майкла.

— Не даёшь мне делать добрые дела. Будь счастлива, Эмбер, — произнёс Майкл и отошёл от меня.

Я смотрела ему вслед, и при этом у меня щемило сердце. Когда он скрылся, я закричала в ладони.

Глава 11. Разговаривая с врагом

Я понимала, что мне нужно пойти хотя бы умыться, а то лицо наверняка всё красное от слёз. Вышла из коридора в зал, сразу наткнулась на каких-то пьяных парней и отшатнулась. Карл и Джесси мило болтали в гостиной, когда я осторожно подошла к ним. Мне бы радоваться за их общение, но сил не было на это.

— Карл, где здесь туалет? — пробормотала я, и он поспешно обернулся.

— Эмбер, что с тобой? Лицо заплаканное, — спросил Карл, вглядываясь в меня, а потом бросил взгляд на Джесси. Та стояла и тоже меня рассматривала.

— Всё хорошо. Просто хочу освежиться, — уверенно проговорила я, надеясь, что дрожь в голосе не слышна.

Врушка из меня ужасная, и я обрадовалась тому, что Карл решил не докапываться. А главное — Джесси не стала задавать сотню вопросов. Видимо, позже столкнусь с её стремительным словесным потоком. Как без этого?

— Слушай, ты лучше сходи наверх, там точно туалет свободен. А то здесь… — Карл осмотрелся, объяснять не было необходимости. Наверняка здесь было намного больше людей, чем на втором этаже.

Вспомнила слова Майкла про то, как удивительно, что никто на нас в коридоре не наткнулся. А что там вообще в коридоре? Чёрный ход? Дверей-то нет особо, да и лампочки еле светили, что странно, если сравнивать с освещением во всём особняке. Мне сейчас было не до любопытства, поэтому решила просто подняться на второй этаж. Я направилась к лестнице в зал, стараясь идти ровным шагом. Чувствовала полное бессилие, как будто тело больше мне не принадлежало.

Меня сильно шатало после пережитого.

По лестнице подниматься оказалось не так просто, как я думала. Даже предполагала, что упаду в обморок, но всё обошлось. Стала проходить мимо ряда комнат. Какой же огромный дом! Теперь мне надо было угадать, где ванная, и не наткнуться на какую-нибудь пожелавшую уединиться парочку. Интуиция меня не подвела — я открыла нужную дверь. Вот только услышала поблизости кое-что ещё…

— Анабель!

Голос Майкла. Совершенно точно. Я подошла к двери рядом. Оказалось, что она была не до конца закрыта, а ещё Майкл говорил громко. Я решила не пытаться заглянуть, а просто послушать.

— Сколько можно. Мы ведь договаривались с самого начала! Я не люблю тебя! Что мы мусолим эту тему из раза в раз! Ты сама согласилась на такие отношения. Тебя устраивал секс со мной, меня это тоже устраивало, — с большим раздражением говорил Майкл.

Я содрогнулась.

«У них с Анабель… немного необычные отношения. Не такого я бы хотел для своей сестры», — вспомнила слова Карла. Теперь всё стало понятно. Вполне ожидаемо.

— Твоя честность, Майкл, меня ранит! — произнесла Анабель так, как будто плакала. На мгновение я ощутила всю боль, что была сокрыта за этими словами, и Анабель неожиданно предстала передо мной в другом свете — мне стало жаль её.

— А чего ты хочешь? Чтобы я врал тебе о любви? Чтобы я пудрил тебе мозги? Ты этого хочешь?

— Я хочу, чтобы ты меня любил! — вскричала она. — Я всё для этого сделала. А ты… втюрился в Эмбер! Вот как смешно и как трагично, да! Бумеранг, Майкл. — Голос Анабель зазвучал злобно. — Приятно получать отказ? Приятно, когда сердце разбивают? Ну, отвечай!

Я снова вздрогнула. Как она узнала? Подслушала? Или Майкл рассказал?

— Не вмешивай её сюда. Как коршун накинулась.

— Ради Эмбер Майкл хотел быть таким хорошим! Снова начал меня трахать, лишь бы я заткнулась и не травила её в школе и в интернете! — кричала Анабель. — Какой же ты мудак! Кого ты из себя строишь? Благородного принца?

— Анабель, я никогда не был принцем. Пожалуйста… Прости, если я дал тебе ложную надежду. Я, правда, думал, что тебя всё устраивает, — надломленным голосом произнёс Майкл.

— Устраивает? Сволочь ты! И это я тебя бросаю сейчас, ты слышишь?! — Она всхлипывала. — Я даже… Изменила, лишь бы только вывести тебя на ревность, но ты такая бесчувственная скотина! Секс-секс, только секс! А с Эмбер что ты собирался делать? Носить ей ромашки? Романтик чёртов!

Похоже, чувства у Майкла ко мне на самом деле были. Только непонятно, какие именно.

— Раз ты так хочешь, Анабель. — Он звучал совершенно спокойно. Видно, ему и правда не было до неё дела.

— Опять! Ты снова так реагируешь! Пользуешься тем, что я люблю тебя и снова к тебе приползу!

— Я устал, Анабель. Поговорим, когда ты будешь трезвой.

Я не успела спрятаться — сейчас мои реакции на что-либо предательски замедлились. Майкл вышел и наткнулся на меня. Мне показалось, он что-то скажет, но Майкл лишь молча посмотрел в мою сторону, совершенно холодно, и спустился по лестнице вниз.

Тяжело выдохнув, я всё-таки направилась в ванную комнату. Рассматривать убранство не было желания. Открыла бронзовый кран, ощутила холодную воду и протёрла лицо. Упёрлась руками в раковину. Вроде стало легче. Взглянула в зеркало. Вид у меня был тот ещё: бледнее любого вампира.

Внезапно дверь открылась, и зашла Анабель. Я повернулась к ней.

— Ещё раз приветик, Эмбер. — Она подошла к раковине, и я ей уступила. — Не ожидала тебя здесь увидеть. Ну и уделала ты Майкла сегодня. Первая девушка, которая ему отказала. А почему ты это сделала, кстати?

Я молчала. Анабель точно не тот человек, с кем стоит делиться личным.

— Я видела, что у тебя к нему чувства… Ну, и в общем… — начала я придумывать версию лишь бы только не говорить правды.

— Ты это ради меня сделала? Вау! Эмбер, ты моя лучшая подружка. — Она накинулась на меня с объятиями, я же чувствовала себя жутко неловко. Обняла её в ответ и легонько похлопала по спине. — Эмбер, я его так люблю, а он это не ценит. — Анабель тотчас зарыдала.

— Возможно, он поймёт, как ошибался…. Редко сейчас встретишь настоящие чувства… — придумывала я на ходу.

— Ты права, Эмбер! — Анабель продолжала меня обнимать. Как это было странно! — Знаешь, я тут подумала — а забирай ты роль Офелии. Там как раз есть тема с расставанием. Пускай Майкл вспоминает и плачет в подушку!

Анабель, наконец, перестала ко мне прижиматься, повернулась к зеркалу и начала поправлять причёску. Я выдохнула, почувствовав спокойствие.

— Я хочу его наказать…. Но всё-таки его люблю! И хочу его обратно! — разговаривала Анабель со своим отражением, при этом один раз взглянув на меня.

Меньше всего я желала вмешиваться в их токсичные отношения. Только не понимала — на что Анабель, и правда, надеялась? Одно дело, когда тебя обманывали, говоря о любви. Но Майкл сразу сказал Анабель, что не любил. Как бы взятки гладки.

— Анабель, Майкл ведь не игрушка… Может, хватит? Сердцу не прикажешь и всё такое.

Она посмотрела на меня, надув губы.

— «Майкл не игрушка», — передразнила Анабель меня. — Сказала та, кто его отшила. Признайся, что на самом деле просто хочешь, чтобы он за тобой бегал и смотрел щенячьими глазами. Мы все этого хотим.

Я покачала головой.

— Какая ты скучная! Неужели не хочешь смотреть, как он мучается, по тебе страдает? А ты его топчешь и топчешь, за всех мстя! За меня, например, — она говорила это с горящими глазами. Я содрогнулась.

— Так ведь нельзя. Не надо злом на зло.

Анабель расхохоталась.

— Ты такая добрая, Эмбер! Смотри, чтобы тебя не раздавили. Добреньким всегда очень несладко приходится, Офелия, — едко произнесла она. — Настоящая Офелия. А он — Гамлет. Гамлет! — Анабель разразилась хохотом и отошла от меня. — Только Офелия суициднулась, а Гамлет сдох! Торжество справедливости. И никакого хэппи-энда! — Анабель повернулась ко мне, уже когда была у выхода из ванной комнаты. — Слушай, я не знаю, что там в твоей умной головке, но учти одно — Майкла я тебе не отдам.

Я почувствовала невероятное по силе раздражение и сжала челюсти от злобы. Анабель просто как зверь на меня кидалась из раза в раз.

— Вы друг друга стоите. Можешь забирать его, — огрызнулась я. — Два эгоиста. А ты ещё и психопатка.

Она снова засмеялась, словно я только что её не оскорбляла.

— Я добрая, но у моего терпения есть лимит, Анабель. Лучше не воюй со мной, — холодно проговорила я. — Ты вместе с Майклом держись от меня за километр. Иначе милая Офелия покажет зубки. — Я подошла к Анабель, окинула её равнодушным взглядом напоследок и вышла в коридор.

Как же мне захотелось срочно убраться из дома Хилтонов. Вспомнила, что где-то забыла сумку с телефоном. Постаралась восстановить в памяти, где именно. Наверное, всё ещё в гостиной. Как раз тогда я и начала чувствовать себя просто отвратительно. Оказалось, сумка с телефоном продолжала лежать на диване — всем было не до неё. Я нашла Джесси и Карла всё так же в гостиной: они играли в бильярд. Я готова была поклясться, что раньше его тут не было; видимо, Карл показал, где что хранится у них дома. Встряхнула головой и обратилась к ним:

— Ребята, пойду-ка я домой.

Карл в тот же миг посмотрел на меня и предложил проводить. Мы втроём пошли по темноте. Я сразу же сказала, что у меня не было сил болтать. Шла и размышляла обо всём — как же много событий за один день. Как это всё теперь переварить?

Домой пришла, ещё и мама не спала, сразу с расспросами. Я быстро отвязалась от неё и прошла в комнату. Нашла у себя в таблетках успокоительное и выпила. Хоть бы побыстрее заснуть.

Глава 12. Ревность

Мне снились кошмары, поэтому я всю ночь не спала, а потом ходила, как зомби, по школе. По истории задали проект в парах, оказалось, что я с Карлом. Замечательно. Главное, что не с Анабель и не с Майклом.

Насчёт Майкла — я не знала, какие у него чувства ко мне, и были ли они вообще, но в одном я была уверена — в его мужском самолюбии.

«Признайся, что на самом деле просто хочешь, чтобы он за тобой бегал и смотрел щенячьими глазами. Мы все этого хотим».

Майкл не стал бегать — и я его за это уважала.

Вообще, я попробовала разумно оценить произошедшее. Майкл за меня заступился перед Анабель тогда при разговоре — казалось бы, зачем? Не оскорбил меня. Да и вообще защищал от неё. Поддержал меня, когда мне это было необходимо.

Что я поняла за последнее время: главное — поступки, а не слова. Бывший любил одаривать меня красивыми предложениями, но это не подкреплялось делами. С Майклом совсем другое дело. Может, я зря на него ярлыки навешала? Вполне объяснимо, что теперь у меня в мозгу был лозунг: «Все мужики — козлы», но всё-таки я же могла мыслить разумно.

Хотя о чём это я? Понятное дело, что с моей травмированной психикой сейчас вообще опасно в отношения вступать. Потом превращусь вот в такую Анабель и буду партнёра разрушать.

Поэтому пускай лучше так. Может, Майклу и правда больно. А мне не больно?

Ради собственного блага старалась больше не оправдывать Майкла, иначе буду страдать по нему. Он мне всё равно нравился. Ещё ведь буду жалеть… Старательно вспоминала о бывшем, когда Майкл был рядом. Вроде получалось. Хотя кого я обманывала!

Возвращаться в дом Хилтонов не желала, но с Карлом проект нужно было сделать именно сегодня. На подъездной дорожке я увидела мотоцикл Майкла. Мне хотелось, чтобы я ошиблась. В этот же самый момент я просто взбесилась. Ночью расстались, буквально через день — пожалуйста — он у неё. Что это вообще? Анабель игралась им как мячиком: бросит, вернёт и снова по кругу. То плохой, то иди сюда. Впрочем, может, это он с ней играл, хотя после вчерашнего разговора ставила на Анабель.

Мне это столь сильно напомнило отношения с бывшим, что просто до гнева. Как же я это терпеть не могла! Честно, не знала, что там между Майклом и Анабель, но явно что-то больное.

Я подошла к двери и позвонила. К счастью, открыл мне Карл. Не хотела натыкаться ни на Анабель, ни на Майкла. Карл проводил меня в комнату и закрыл дверь. Я стремилась поскорее сделать этот несчастный проект по истории. Раскрыла рюкзак и достала оттуда тетрадку с ручкой. Карл попросил меня сесть рядом с ним на кровать, чтобы он показал сайт, где нашёл подходящую информацию. Я села так, чтобы не прижиматься к нему телом, хотя эта кровать словно специально меня постоянно сдвигала в его сторону. Чувствовала себя нервно.

Мы разговаривали с Карлом о проекте целый час, я даже вспотела. Попросила его открыть окно, а ещё вышла в туалет, чтобы чуть охладить лицо. Теперь-то я знала, где он. Ванная комната напомнила мне о вчерашнем дне. Открыла кран и быстро протёрла лицо ледяной водой. Вот здесь я разговаривала с Анабель и смотрела ей в глаза, а они у неё были какие-то дикие. Вздрогнула от воспоминания и вышла из ванной комнаты, как вдруг увидела Майкла.

Майкла. В одном полотенце. Я просто застыла. У Майкла было невероятно красивое накаченное тело. Вот ведь жаловались подростки, что смотрели сериалы, там все слишком спортивные, а в жизни — совсем по-другому. А здесь вот живой пример: накаченные руки, кубики пресса, и на них ещё видны капельки воды. Подняла взгляд наверх и словила себя на мысли, что пожелала дотронуться до немного спутанных влажных волос. Видимо, Майкл недавно был в душе. Может быть, забыл в ванной что-то, вернулся и наткнулся на меня.

— Чего рот раскрыла? — отстранённо спросил он, всё ещё на расстоянии нескольких метров от меня. Наверное, где-то рядом комната Анабель. Скорее всего, там они вчера и разговаривали.

Я только сейчас поняла, что на самом деле приоткрыла рот. Какой кошмар! Вздрогнув, быстро закрыла. И долго я так молча стояла, созерцая Майкла?!

— С какого хрена ты вообще здесь?! — Он стал внезапно слишком злым — я видела, как изменилось выражение его лица.

Я нахмурилась. Неожиданно и грубо, Майкл.

— Пошёл ты! — рявкнула я, тоже злая. На себя за то, что так им залюбовалась. На Майкла за то, что у него и лицо, и тело, и голос, и… да что это такое всё! Наказание мне!

Я вмиг развернулась на каблуках, не в силах больше смотреть на Майкла, и вернулась в комнату к Карлу. Тот что-то щёлкал на ноутбуке.

— Эмбер, давай комнату проветрим. Ты дверь оставь открытой.

Не одна я в этой комнате вспотела, да и сегодня погода была достаточно тёплая. Я кивнула, раскрыла дверь и села рядом с Карлом. Мы продолжили делать проект. Через некоторое время я услышала какой-то звук и подумала, что показалось, но нет. Карл тоже отреагировал.

— Да что так громко! — Он вскочил и захлопнул дверь, причём с хлопком.

Анабель стонала как ненормальная, её через две комнаты было слышно. Как же я сейчас была зла! Майкл взялся мне мстить. Понял, что я с Карлом, и на него накатило. Пошёл показывать, какой он в постели молодец. Браво!

Опустила лицо в ладони.

— Эмбер, прости. — Карл был расстроен. — Я не знал, что они такое устроят.

— Карл, ты вообще не виноват. Вот правда, — говорила я, стараясь привести дыхание в порядок, а на фоне Анабель кричала имя Майкла. Меня буквально трясло от ненависти к ней и к нему тоже.

— Может, наушники? — Карл улыбнулся и протянул мне один. Карл включил на всю громкость, и у меня заболело от этого ухо, но это было гораздо лучше, чем выкрики Анабель. Затем Карл нашёл в ящиках неиспользованные беруши, я поставила одну в другое ухо. Ещё полчаса мы делали проект под музыку «The Neighbourhood». Только она меня и успокаивала. Карл поставил то, что мне нравилось. Он впервые слушал эту группу, я рада, что ему тоже зашло.

Стоны длились двадцать минут. Я не знаю, что там Майкл делал с Анабель, и думать об этом совершенно не хотела. И да, хоть уши у меня были закрыты от других шумов, я всё равно слышала, потому что не могла перестать думать об этом и концентрировала всё внимание.

Карл вышел провожать меня, когда мы, наконец, закончили этот злосчастный проект.

— Прости ещё раз. Анабель у меня немного нимфоманка. — Он усмехнулся, сказав всё тихо. Видимо, желал всё как-то сгладить шуткой. Мы спускались по лестнице, мне хотелось поскорее отсюда уйти.

— Это не твоя вина, Карл, — осторожно ответила я, не особо настроенная сейчас об этом говорить. Мы остановились около выхода.

— Я провожу тебя до дома, если ты не против.

Только хотела отказать, как вдруг увидела на втором этаже Майкла — он заметил нас с Карлом и остановился наверху лестницы. Я сразу же почувствовала возмущение и желание задеть Майкла, поэтому обняла Карла и согласилась пойти с ним.

Майкл поджал губы, играя желваками. Я мгновенно отвела взгляд, словно случайно на него посмотрела. Но сделала это ему назло и не горжусь этим.

Мы с Карлом покинули особняк и направились в сторону моего дома. Майкл вышел следом, сел на мотоцикл и уехал; я старалась не смотреть на него, но боковым зрением всё равно видела. Что, Майкл, приятно тебе было? А мне-то как, пока я слушала крики Анабель.

Использовать Карла, чтобы делать больно Майклу, — не самая лучшая идея. Откровенно говоря, очень плохая идея. Как же я потом буду сводить Джесси с Карлом? А нужно ли сводить? Что чувствовал Карл к Джесси? Вроде бы на вечеринке они хорошо общались. Может, я ошибалась в том, что столь сильно желала их счастья? Может, пора объяснить подруге, что с Карлом у неё не выйдет романтических отношений?

Спросить у Карла насчёт Джесси я решила в следующий раз. А пока неважно себя чувствовала из-за Майкла. Какой же он привлекательный! Почему он меня так сильно притягивал и манил? И по большей части из-за того, что я «запретила» его для себя — запретный плод более чем сладок. Какое же мучение!

Глава 13. Злость

На следующей репетиции я нервничала больше, чем обычно. Однако это были переживания не из-за роли.

Майкл не выходил из головы. В один момент поняла, почему мне становилось жутко стыдно при взгляде на него. Майкл видел мою паническую атаку. Видел и никому ничего не рассказал. Он поддержал меня.

И это был не первый раз, когда Майкл помог мне. Похоже, это то, чего мне не хватало в бывшем. Ошибалась ли я насчёт Майкла? Даже думать не хотела. Иначе ещё больше буду его желать. А вот Майкл, похоже, во мне разочаровался: не смотрел, не здоровался, проводил много времени с Анабель. Меня тошнило, когда видела их в коридоре — обнимающихся, смеющихся, целующихся.

Сегодня мы снова начали со сцены Гамлета и Офелии. Мистер Филлипс решил, что мне надо зачитать вместе с Майклом. Я чуть поёжилась, но взяла в руки пьесу, вдохнула-выдохнула.

— Нет, по правде говоря, красота скорее превратит добродетель в сводню, чем добродетель придаст красоте свой образ. Некогда это было парадоксом, но наше время его подтвердило. Я когда-то вас любил, — произнёс Майкл совершенно холодно, даже показалось — со скрытой болью.

— Да, милорд, и вы заставили меня поверить в это. — Постаралась, чтобы мой голос звучал тоскливо, но и играть особо не надо было — я на самом деле переживала. Оказалось, непросто смотреть на Майкла без лишних мыслей. Так и вспоминался тот злополучный вечер: руки Майкла на моих плечах, успокаивающие движения, поддерживающие слова шёпотом.

— Вам не следовало мне верить. Сколько ни прививай добродетель к старому пню, он всё останется пнем. Я вас не любил. — Голос Майкла — сталь, мне даже на миг стало досадно, а затем вспомнила, что это просто пьеса и герои — не мы. Должно быть, Анабель очень больно было слышать каждый раз, что Майкл её не любил.

— Тем более я вижу, как я была обманута. — Теперь я посмотрела на Майкла, а он на меня — нет. Как будто в пустоту глядел.

— …я очень высокомерен, мстителен, честолюбив. В моей власти столько грехов, что у меня не хватит мыслей, чтоб их вместить, воображенья, чтобы дать им форму, и времени, чтоб их осуществить. Зачем таким парням, как я, ползать между небом и землей? Мы все отъявленные подлецы. Не верь ни одному из нас. Иди своей дорогой, в монастырь. Где ваш отец?

Майкл произнёс этот отрывок эмоционально, с надрывом. Я закусила губу, всё больше мучаясь от воспоминаний и чувства вины.

— Майкл, замечательно! — прервал его мистер Филлипс. — То, что надо. Эмбер, тоже молодец.

Я ощутила успокоение, раз всё хорошо проходило, значит, скоро закончим. Старательно отводила взгляд от Майкла. Мы прочитали ещё пару строчек, а затем настала очередь Анабель. Было интересно наблюдать, как она взаимодействовала с Майклом. Анабель тоже могла выглядеть несчастной Офелией, только, зная характер Анабель, выглядело это не слишком правдоподобно.

Мистер Филлипс устроил голосование, решая, кто же будет Офелией, оказалось — ничья. Я удивилась: не думала, что кто-то будет меня поддерживать. Анабель осмотрела свои ярко-красные ногти, а затем провозгласила, что я должна играть эту роль. Учитель похвалил её за храбрость признать это. И снова — звезда Анабель.

После начитки текста мы изображали разные сценки для тренировки. Нашей задачей было показать спектр эмоций на лице. Радость у всех легко получилась. Удивление лучше всех вышло у Майкла — он так смешно при этом выглядел — с ртом-буквой «о» и приподнятыми бровями. У меня никак не получалось изобразить отвращение, зато Анабель была здесь профи. Вместо этого выходило презрение (то, что я как раз часто испытывала). Мистер Филлипс смеялся вместе с нами, при это заявив, что изображать эмоции — очень важный навык. Мы с Джесси часто хохотали, глядя на ребят. Все делали фотографии и рассылали друг другу.

Ещё одной задачей было разыграть немую сцену, а другим предстояло догадаться, что же происходило. Мы с Джесси придумали ситуацию: я утешаю подругу, у которой убежала собака. На что-либо посложнее просто не хватило времени.

Буквально несколько секунд спустя нашего «выступления» Анабель заявила:

— Да видно же, что Эмбер — сочувствующая подруга. Офелия во всей красе. Ты вообще можешь что-нибудь другое изобразить? — едко произнесла она, вызвав смешки у остальных. Анабель для многих оставалась авторитетом.

Я промолчала. Последнее время Анабель была чрезвычайно довольная. Судя по всему, секс с Майклом был для неё тем, что надо. Только вот сколько времени должно пройти, чтобы Анабель вновь задумалась над тем, что Майкл её не любил и просто спал с ней? Эта мысль меня немного утешила. Не так уж у Анабель всё замечательно, как могло казаться.

Сценки других учеников выглядели достаточно забавно. Анабель взяла к себе в напарники Майкла, они изобразили что-то примитивное — она порадовалась какому-то подарку; все сразу это угадали. Майкл совсем на меня не смотрел во время репетиции. Это к лучшему.

На баскетболе я как никогда старалась наконец закинуть мяч в корзину. Получалось один раз из десяти. Джесси показывала мне, как надо, но я была безнадёжна. С завистью смотрела, как Майкл легко закидывал мяч в корзину раз за разом. Похоже, для него это было так же просто, как ходить.

К себе в команду меня никто брать не хотел, это и понятно. А хуже всего то, что в этот раз команды были смешанные. С тоской вспоминала, как Майкл предлагал когда-то забрать меня к себе в команду. Теперь же он играл против меня. Майкл так легко выбил у меня мяч из рук, что я поначалу не заметила. Анабель поцеловала Майкла в щёку, когда первая игра закончилась. Я стояла и обливалась пóтом. Анабель выигрывала благодаря своей агрессивности, девочки просто боялись её. Майкл же замечательно играл, быстро бегал, постоянно забивал мячи в корзину с разного расстояния и легко мог запутывать, отнимая мяч.

— И снова звёздная парочка против всех, — произнесла Джесси рядом со мной. Мы проиграли и во второй раз. Причём из сильных учеников в противоположной команде были только Майкл и Анабель. Учительница типа уравновесила силы, когда формировала состав, но ничего подобного. — Как они чувствуют друг друга!

Я и сама задумывалась о том, как им удавалось перекидывать мяч друг другу, обманывать всех вокруг и оставаться победителями? Таланты.

— Ментальная связь, — усмехнулась я, скрестив руки на груди. Оставалось пережить последнюю игру, а затем вернуться в раздевалку.

В раздевалке воняло пóтом, но не от этого у меня закружилась голова. Анабель в очередной раз рассказывала об их сексе с Майклом. Я со злостью открыла свой шкафчик с одеждой. Анабель словно специально каждый раз повествовала рядом со мной.

— … он невероятен. Но вот знаете, не даёт мне свою одежду. Никогда. Говорит, слишком личное. — Она надула губки. Я же натягивала голубую кофточку и вдруг вспомнила, как Майкл отдал мне свою футболку и бомбер. На душе стало тепло. Значит, для Майкла это многое значит. Приятно. — Чего ты лыбишься, Эмбер?

Внезапно поняла, что остановилась и неосознанно улыбалась. Признаваться Анабель не было смысла, она бы ещё больше меня возненавидела.

— Ничего, — отрезала я и сложила свою спортивную одежду в шкафчик.

— Что, представляешь себя на моём месте? — Анабель расхохоталась, её подружки — следом за ней. — А вот ты, Эмбер, можешь быть с ним только в мечтах. Разве он тебя такую захочет?

Я пришла в бешенство. Ничего, что уже захотел? Анабель специально выводила меня из себя — видела это по её лицу. Самоутверждалась за мой счёт. В этот раз сложно было себя контролировать, и я от злобы сжала челюсти. Как же меня достала эта Анабель! И ведь обещала ей, что не позволю себя пинать.

Джесси возникла как раз вовремя — я застыла на месте, увидев подругу перед собой.

— Эмбер, лучше пойдём.

Казалось, я бы сейчас накинулась на Анабель, а она словно этого и ждала. Схватив рюкзак, я вышла вместе с Джесси в коридор. Сердце бешено колотилось, ладони вспотели, и я не могла трезво мыслить. Хотелось срочно что-нибудь сделать.

— Как же я её ненавижу, — прошипела я, остановившись у своего шкафчика. Трясло от гнева.

— Эмбер, чем ты ей насолила? Она раньше так долго ни на ком не зацикливалась. Обычно потравит и отстанет, — непринуждённо произнесла Джесси, осматривая школьный коридор.

— Чёртова Офелия. — Я резко вытащила нужные учебники. Срочно нужно было успокоиться, но не могла.

Увидела в коридоре Майкла, и сердце забилось ещё быстрее. Мышцы челюсти были так сильно напряжены, что уже начинали болеть.

— Причём тут Офелия? Из-за роли, что ли? — Мне казалось, Джесси говорила слишком громко. Либо же я в данный момент просто от всего бесилась.

— Анабель увидела во мне жертву, — проговорила, старательно не смотря на Майкла, который проходил рядом со мной. — И его я тоже ненавижу, — добавила я, когда он ушёл в класс.

Джесси хихикнула.

— Я даже знаю почему. Эмбер, ты в курсе, что бывает, когда подавляешь свои желания?

— Какие ещё желания? — прошептала я. В коридоре теперь было намного больше людей — прозвенел звонок. Боялась, как что-то личное скажу, а рядом вмиг материализуется Анабель.

— А такие. Сама знаешь. — Она улыбнулась мне, как будто понимала намного больше, чем я. — Не можешь быть с ним, вот и гневаешься, — произнесла Джесси, а потом подмигнула.

— Ой, да ладно, — посмеялась я, стараясь перевести всё в шутку. Признавать правдивость предположения Джесси мне совсем не хотелось. Хотя в голове и были похожие мысли, произносить их вслух до смерти страшно.

— А вообще, всем нам полезно поучиться управлять гневом. Кстати, у меня есть идея! Оказывается, Карл бегает в лесу. Как ты на это смотришь? Побегаем все вместе. — Джесси быстро переключилась на объект своих желаний. Я кивнула, не думая, а стараясь успокоиться. Но как же это было сложно!

Глава 14. Магнит для неприятностей

Эмбер

Мы договорились побегать вечером, после девяти, поскольку Карлу срочно нужно было успеть сделать домашнее задание. Джесси внезапно дала заднюю, чего я не ожидала.

Сказала, что после мороженого сильно заболело горло и бегать на улице по ветру ей мама запретила. Замечательно! Мы с Карлом наедине в лесу. Что может быть лучше? Все мои задумки по поводу сплочения подруги и Карла постепенно превращались в пепел.

Мама была крайне рада, что я пошла гулять с мальчиком, главное — не с Майклом. Я не выдержала и в этот раз высказала — сколько можно уже? Майкл там икал каждый раз, как его вспоминала моя мама. А учитывая, сколько я о нём думала… Несладкая у него жизнь.

Надев спортивный костюм: цветную футболку и лосины (и не забыв про небольшую сумочку для телефона), я вышла на улицу и пошла навстречу Карлу. Погода радовала лёгким ветерком и умеренной температурой. Мы с Карлом встретились практически на середине пути.

— Лучше бегать утром, конечно, — быстро произнёс Карл, увидев меня. — Но уж так получилось. Что с Джесси?

— Ну знаешь, утром я не готова вставать, чтобы бегать, — хмыкнула я, только представив эту ужасную картину. — Не жаворонок. Да Джесси приболела. Сама же придумала, сама же и… — решила объяснить всё, как есть. — Ладно, не стоит об этом. Где бегать будем?

— Могу показать свой обычный маршрут.

Я кивнула и поспешила за ним. Оказалось, что бегать на улице — это крайне тяжело для меня. Мы только добрались до леса, а я уже выдохлась и остановилась.

— Эмбер, может, тогда сначала мышцы разомнём? — Он снисходительно посмотрел на меня. Его голос абсолютно ровный. Ничего себе! Я вся запыхалась.

Старалась восстановить дыхание во время тренировки, при этом испытывала жажду. Карл был просто как личный тренер — терпеливый, внимательный и помогающий. У него даже бутылочка воды оказалась припасена в набедренной сумке. Я с жадностью прижалась к бутылке, когда Карл мне её протянул. Но понимала, что много пить не надо: живот забурлит, да и самого Карла оставлю без воды. Протёрла рот, наслаждаясь прохладой. В следующий раз обязательно возьму воду с собой.

Карл понял, что я вообще без подготовки, поэтому часто останавливался и спрашивал, как я. Мне было уже лучше и легче бегать, хотя и с остановками. Карл меня даже похвалил. Я почувствовала гордость за свой маленький успех, он меня в некоторой степени окрылил. Сбежав с тропинки, я оказалась на трассе.

— Эмбер, и куда ты? — Карл рассмеялся мне вслед. Я остановилась и перевела дыхание. Ощущала необыкновенную радость и восторг, скорее всего, причина тому эндорфины.

— А дорога куда ведёт? Ты здесь бегаешь? — еле произнесла я от приятной усталости во всём теле.

— Нет, сам не знаю. Эмбер, возвращаемся. — Он указал головой на лес. Я же посмотрела в сторону — во мне разыгралось любопытство, а ещё желание наконец показать Карлу, что бегать я могла очень даже хорошо.

— Догони меня!

Я посмеялась и побежала в неизведанную сторону вдоль трассы. Карл пару секунд медлил, а затем бросился вдогонку. Когда он догнал меня, мы расхохотались. Я приметила какую-то небольшую постройку и… свалку машин?

— Эмбер, пошли, — в очередной раз попытался Карл меня отговорить. Я же опять посмотрела в сторону.

— Очень хочу посмотреть, что там.

— Эмбер, ты правда хочешь пойти на свалку? — Карл посмеялся. Я шикнула на него и сорвалась с места, чтобы он больше не смог меня подколоть. Да, это всё-таки свалка машин, а в деревянной постройке спал охранник. Увлекательно! Охрана территории просто на уровне! Я прошла за ограждение, не успела сделать пару шагов в сторону, как наткнулась на какого-то брюнета.

М-да, сейчас я ощутила всю глупость своего поступка. Действительно, кто, помимо меня, мог додуматься пойти на свалку машин?..

— Куда направляешься, куколка? — Незнакомец рассмеялся слишком неприятно и подступил ко мне. Я вздрогнула, интуиция мне кричала сваливать. Где Карл? Он был прав, а у меня плохая чуйка. Надеялась, что с ним всё в порядке. — Чего такая угрюмая? — Парень вытащил нож, а я уже была готова бежать, как он схватил меня за руку и достаточно резко притянул к себе. Не ожидала этого, и поэтому оказалась зажата с ножом у лица. Просто замечательно!

— Отвали! — Адреналин после бега зашкаливал, и грубить — это последнее, что надо делать в подобных ситуациях. За это я на себя злилась, а ещё мне было слишком страшно.

Стала вырываться, когда парень убрал от лица нож, но лишь затем, чтобы второй рукой начать меня лапать. Не имела понятия, что мне сейчас делать. Своими попытками вырваться только больше его злила. Вдруг парень от меня отстал, это произошло так резко, что я даже не поняла сначала. Схватилась за голову и сделала пару шагов назад. Головокружение прошло не сразу, позже осознала, что случилось. Его кто-то оттащил от меня.

Это был Майкл.

— Громила, ты чего творишь? Может, не надо так сильно бухать? — орал он на него, осматривая свой кулак, испачканный кровью. Парень, кличка которого, видимо, была Громила, сидел на земле, держась за лицо. Судя по крови на его лице и на кулаке Майкла — тот дал ему в морду.

Затем Майкл посмотрел на меня. Мне почему-то стало сильно приятно.

— Ну и как ты это объяснишь? Какого лешего ты здесь? Теперь ты меня сталкеришь? — с огромным неудовольствием произнёс Майкл и подошёл ко мне. — Везучая ты, однако.

— Я… — поняла, что с объяснениями у меня сейчас слишком туго, — не отошла от шока. — Я и Карл… в общем… на пробежке…

— Ах, ты и Карл! — Майкл вдруг оживился. — Ну и где ты потеряла Хилтона, скажи мне? Почему я ощущаю себя шаблонным героем подростковой антиутопии?! Эмбер, чего молчишь?!

Я открыла рот, чтобы ответить, но не смогла. Дрожала.

Майкл чуть успокоился, смотря на меня, и больше ничего не сказал. Затем к нему подошёл какой-то взрослый мужчина в чёрной косухе. Все трое были в похожих кожаных куртках. Видимо, это их фишка.

— Майкл, ты не говорил, что приведёшь свою девушку, — с удивлением проговорил незнакомый мужчина. Майкл дёрнулся и обернулся к нему.

— Она не моя.

— Я не его, — произнесли мы одновременно. Мужчина приподнял уголки губ. Он, что ли, не знал, что Майкл в отношениях с Анабель?

— Да, вижу. — Он кивнул, не развивая больше эту тему. Казалось, мужчина получил тот ответ, что желал услышать. Он излучал уверенность, ощущала себя рядом с ним совсем маленькой. Он однозначно взрослый и годился мне в отцы.

Только сейчас посмотрела в сторону и поняла, что Громилы на земле уже не было, — ушёл. Я поёжилась.

— Это Эмбер, мы ходим в одну школу. Я провожу её. Только сначала найдём Хилтона, — последние слова Майкл пробурчал. Он фамилию Карла всегда произносил с презрением — удивительно. Неужели настолько не мог его выносить?

Мужчина кивнул ему и ещё раз посмотрел на меня. Я огляделась, вновь ища Карла. Почти в ту же минуту мужчину, которого, как оказалось, звали Фрэнк, позвали к той самой постройке, мимо которой я проходила. Фрэнк пошёл первым, Майкл посмотрел на меня и сказал идти за ним.

Выяснилось, что Карла остановил охранник. Он не спал, а просто прикрыл глаза. Да, типа мы поверили. Заснул на рабочем месте и пропустил меня. Зато Громила был на подхвате.

— Карл! Как я рада, что ты в порядке! — Я чуть ли не подбежала к нему. — Думала, с тобой что-то случилось.

— Вот куда ты вляпалась, Эмбер? — недовольно проговорил он, а затем увидел Майкла. Они поздоровались. Обменявшись парой фраз, Фрэнк отпустил Майкла с нами.

Чувствовала себя странно. Не ожидала, что всё оберётся вот таким вот событием. Как-то неловко…

— Знаешь, мы и сами можем спокойно вернуться. — Я взглянула на Майкла, а он искусно приподнял бровь в ответ.

— Да, я уже понял. Что, в очередной раз не туда свернула? — произнёс он с ехидством. Меня как будто иголкой кольнули. Внезапно вспомнила первую с ним встречу. Поразительно: и снова в лесу свиделись!

— И опять ты, ага, — поддержала я его шутку. Мы шли вдоль трассы, на улице уже было темно, я залезла в сумочку и проверила время на телефоне — половина одиннадцатого. Ничего себе! Мама не звонила: видимо, спокойна, что я с Карлом.

— Нам надо прекратить так встречаться, — хмыкнул Майкл. Карл же ничего не понимал, судя по его недоумевающему лицу. — Итак, объясняю популярно: вы забываете, что здесь были…

— Первое правило бойцовского клуба… — прикололась я. Майкл строго на меня посмотрел, и я сразу же замолчала. Но всё-таки не удержалась от вопросов. — Что же, это и есть место, где собирается ваша банда? И что вы здесь делаете? И никто не знает, что вы здесь? Ну так себе вы спрятались, конечно. А чем вы занимаетесь? Мама сказала, а я ей сообщили соседи, что…

Майкл остановился и закатил глаза.

— Можно ещё больше вопросов? Ты в состоянии помолчать или нет?

За меня вступился Карл:

— Майкл, если вы храните это место в секрете, то нет проблем. Просто хотелось бы знать, что мы держим в секрете, — посмеялся он.

Майкл с капелькой презрения посмотрел на него.

— Да, это место, где мы собираемся. Больше вам знать не надо.

Мы дошли до леса, непривычно было идти по темноте. Ветки деревьев и листва плохо пропускали свет.

— Майкл, тебе необязательно доводить нас до дома. Я сам провожу Эмбер, — мягко проговорил Карл.

Майкл посмотрел на нас и кивнул.

— Да. Я доверяю тебе Эмбер. Надеюсь, в этот раз без происшествий. Впрочем, не сомневаюсь, что Эмбер ты защитишь, — сказал он это словно с горечью, вяло улыбнулся и направился в обратную сторону. Некоторое время смотрела ему вслед, а затем меня окликнул Карл, и мы продолжили дорогу домой по тропинке.

— Ты отшила его, что ли? — неожиданно спросил Карл. Я опешила и застыла.

— С чего ты взял?

— Интуиция. — Он пожал плечами. — А ещё крики Анабель в пять утра.

Я прикусила губу от досады. Никаких секретов в этом маленьком городе.

— Да неважно. Если и так. — Я продолжила идти, Карл шёл следом за мной.

— Почему ты это сделала? Тебе кто-то другой нравится?

Я вновь остановилась и пристально взглянула на Карла — в темноте было плохо видно его лицо. Содрогнулась. Нет, Карл, это не из-за тебя!

Включив фонарик на телефоне, я посветила вперёд, перед этим наткнулась на большую ветку и ощутила сильный дискомфорт. Решила ступать осторожнее.

— Эмбер, — продолжил Карл разговор, пока я молчала. — Так что?

— Карл, да перестань. Никто мне не нравится. И вообще я феминистка. И в сексе не заинтересована, — пошутила я с непроницаемым лицом и направилась вперёд. Мне уже было плохо видно даже с фонариком.

— Серьёзно?! — Он как будто испугался. — Ты?! А почему? Разочарование в парнях или вот просто?

Я захохотала от того, как он отреагировал.

— Вот просто, Карл, именно так.

Даже в темноте на этот раз я увидела, как он расстроился.

— Мне нравится твоя сестра — рыжая бестия. Очень привлекательна в своей независимости, — продолжила сочинять ерунду, Карл же молчал. Я завиралась, хотя лгать, в целом, не любила. От мысли, что мне симпатизировала Анабель, было очень смешно. — Карл, только Анабель не говори, пожалуйста. Она и так травит меня. Наверняка высмеет то, что я феминистка. — Я тяжело вздохнула, добавляя драмы к своей отвратительной актёрской игре. — Мы не заблудимся?

— Нет, я прекрасно знаю дорогу. Мы уже почти пришли. Анабель не скажу. Всё понимаю. Она у меня темпераментная, может вспылить, — тихо посмеялся Карл. Мне уже становилось дико холодно. Пока бегала, вспотела, из-за контраста температуры ещё больше дрожь пробирала. — Жаль, Эмбер, что ты не по парням.

— Это ещё почему? — произнесла я прежде, чем подумала. Вот я… И ежу понятно, на что он намекал.

— Да ты мне нравишься, Эмбер. Думал, что ты догадалась, — со смущением проговорил Карл, а я в эти мгновения чувствовала себя максимально плохо. Если Джесси узнает, она меня возненавидит. Да что же это всё такое! То ни одного поклонника, то сразу два. Третий будет?

Впрочем, я знала, что у парней так работало. Если один стал кем-то увлекаться, подключатся и остальные, тем более если один из парней — лидер.

— А что у вас с Джесси? — решилась я спросить. Мы наконец вышли из леса.

— Она мне дорога́… Но вот искры нет. — Карл пристально посмотрел на меня, и я быстро отвернулась. Устрою вам искру! Любители фейерверков.

— Может, попытаться ещё раз? Так сказать, камень о камень… будет огонь.

— Интересная метафора, Эмбер. Это ты нас камнями обозвала? — посмеялся он. Мы дошли до моего дома. Ну и вечерок выдался. Мне до сих пор не по себе.

— Думаю, что ты нравишься Джесси. И у вас всё ещё может получиться, — c уверенностью произнесла я и взглянула Карлу в глаза. — Спасибо за сегодняшнюю пробежку. Очень занимательно получилось, — проговорила я, усмехаясь, и, чтобы избежать всяких неловкостей, быстро направилась к двери.

— Пока, Эмбер!

Мама хоть и переживала, но не ругалась. Уже было одиннадцать часов. Я пошла принимать душ, обдумывая прошедший день. Ну вот надо было снова наткнуться на Майкла. И кто вообще погнал меня в ту сторону? Что это было — интуиция? Нет, любопытство и глупость, а ещё моя страсть посещать неизведанные места. Да, даже боялась представить, куда в следующий раз такое моё увлечение может завести. Надо всё-таки осторожнее как-то. В Балтиморе и то было безопаснее с прогулками. А тут в первый раз наткнулась на Майкла в печали, во второй раз — на парня с ножом.

Ох уж этот Редхилл.

Глава 15. Признание

Эмбер

Не думать о Майкле было тяжело, тем более что он защитил меня в очередной раз. Благородство через край. Неужели хотел заполучить меня? Но почему тогда молчал и ничего не предпринимает? Я всё проводила параллели с бывшим, стараясь подловить Майкла на манипуляциях, которые мне знакомы, но не очень-то получалось. Казалось, с каждым днём Майклу как будто становилось хуже. Было его жалко. Стала чаще на него смотреть: почти сошли на нет публичные обнимашки с Анабель, он часто отталкивал её. Она ходила чернее тучи с ним на пару. Произошло что-то, а что именно?

Помню, как бывший ходил угрюмый, только лишь бы я его пожалела. Никак не могла избавиться от воспоминаний и того, что похожие ситуации накладывались. Начинала думать, что Майкл печален из-за меня, хотя это достаточно громкое и уверенное заявление.

Тем временем Джесси в один день узнала от Карла про то, что я — «феминистка, которая ни к кому не испытывала сексуального влечения». Не знала, как именно Карл разболтал об этом Джесси и с чего вдруг они об этом заговорили.

— Эмбер, ты серьёзно?! И чего ты мне сразу не сказала? — возмущалась она слишком громко в коридоре. Я оглянулась и попросила быть тише.

— Даже если так, то что с того? Разве это угрожает нашей дружбе? — Я решила сохранять легенду, чтобы Джесси вдруг не проболталась Карлу, что я соврала. Могло быть и такое. Я ведь ещё не так долго общалась, что с Джесси, что с Карлом. Откуда я могла знать, что мне рассказывать, а что нет? Порой я слишком осмотрительна, а порой вот неудачно шутила…

— Конечно нет, Эмбер. Просто… — Она замялась. — Ну вот сразу бы сказала!

Я недооценила прислужниц Анабель, которые могли очень талантливо подслушивать. Увидела одну из них только под конец разговора. Буквально через две минуты ко мне подбежала Анабель с улыбкой на лице.

— Дорогая Эмбер! Что же ты молчала?! — Анабель меня обняла. Затем ещё раз. Очень сильно. Когда она меня отпустила, я выдохнула с облегчением. — И я ревновала, глупая! Ох, ты теперь под моей опекой! И пускай кто-нибудь про тебя ещё что-то плохое скажет — будет иметь дело со мной! — провозгласила она на весь коридор. Сколько лицемерия, я как будто в нём только что искупалась. Не стереть будет с кожи.

Джесси захихикала, наблюдая, как Анабель старается быть дружелюбной. Мне тоже было забавно.

— Теперь я всё понимаю, Эмбер. — Она пристально взглянула мне в глаза. — Почему ты так с ним.

В этот момент Майкл появился в коридоре, и Анабель сразу же его подозвала.

Мне нравилось наблюдать за ним. Было что-то невероятно привлекательное в его спокойном шаге и чуть опущенной голове. Вместе с тем не позволяла себе смотреть слишком долго, поэтому взглянула на Анабель, при этом продолжая видеть Майкла боковым зрением.

Сколько раз так было уже, боковое зрение скоро разовьётся, надеюсь, без косоглазия.

— Майкл, ты только представь, кто у нас здесь феминистка, — пропела Анабель и приобняла меня за плечо. Я чуть дёрнулась от неожиданности.

Майкл расхохотался. Мне было приятно видеть, как у него заблестели глаза впервые за несколько дней. Анабель подошла и ударила его в грудь.

— Эй, что за отсутствие уважения! Будь сдержаннее. Эмбер молодец, что смогла признаться в том, что она — феминистка, которой не интересен секс. Похлопаем Эмбер! — скомандовала Анабель. Я и не заметила, как зрителей у нашего шоу стало намного больше. Зазвучали аплодисменты. Мне почему-то было дико смешно и в то же время неловко. — Эмбер, не обращай на него внимания! — Она повернулась ко мне. — Ты — умница! Могу даже помочь тебе найти единомышленниц…

Я на время перестала слышать Анабель, потому что Майкл прожигал меня взглядом и улыбался, а ещё закачал головой. Меня это начало раздражать.

— Анабель, — чуть тише произнёс Майкл. — Хочешь, я прямо сейчас докажу, что Эмбер испытывает влечение к противоположному полу?

Анабель повернулась к нему и криво улыбнулась.

— Ага, у тебя уже была возможность. Майкл, не порть момент своей ерундой. — Анабель махнула рукой. Зазвенел звонок на урок, Анабель разрешила всем расходиться, словно главнокомандующий армией. Я не знала, как дальше существовать в этой школе. Теперь все думали, что я радикальная феминистка, хотя это неправда. Краем уха слышала сплетни и не могла сдвинуться с места.

Анабель со своими прислужницами отправилась в класс. Неожиданно Майкл подошёл ко мне.

— Ты кого обмануть хочешь? Себя? — шёпотом произнёс он так, чтобы слышно было только мне. — Я бы, может, и поверил, если бы не наш поцелуй тогда на поляне. Если бы я захотел, ты бы мне там отдалась, — совсем тихо продолжил Майкл и быстро отшатнулся от меня. Не хватило времени ему ответить. Почему-то стало не по себе и даже немного страшно. Когда Майкл скрылся, меня охватил гнев. Я взглянула на Джесси, которая всё ещё стояла рядом со мной, почти все уже ушли в кабинеты.

— «Если бы я захотел…» — передразнивала я его, схватила нужные учебники из шкафчика.

— Майкл просто не привык, что ему отказывают и что его кто-то не хочет. Вот и всё. Не обращай внимания, — поддержала меня Джесси. О произошедшем на той вечеринке я не особо распространялась, просто сказала Джесси, что мы с Майклом поговорили. Честно призналась, что отношений мне с ним не нужно было.

Надеялась, что слова Майкла услышала только она, поскольку стояла близко ко мне. Майкл был прав. Кого я пытаюсь обмануть?

— «… ты бы там мне отдалась». Ненавижу! — Я всё ещё злилась. — Самоуверенный индюк.

Джесси кивнула, но продолжать тему явно не стремилась. Мы и так уже опаздывали на алгебру, за что получили замечания. Я чувствовала, как Майкл буравил мне взглядом спину. Как же он действовал на нервы!

***

На следующий день должно было пройти состязание между двумя школами по баскетболу. Среди зрителей — представители университетов, которые желали приметить талантливых учеников. А как известно, талантливым ученикам выпадал шанс получить стипендию.

Мы с Анабель общались всего лишь один день (она просто закидывала меня смс), а я уже узнала, что это очень важный день для Майкла, что он стремился получить стипендию, поскольку в семье денег не так много, что он не любил сидеть у мамы на шее, что он успел поработать грузчиком, потом на шиномонтаже и на стройке, и всё за пару лет. Анабель сказала, что именно тогда он и скатился по учёбе, а до этого был отличником. С этого я посмеялась — Майкл и вдруг отличник. Сейчас оценки у него были ну очень плохие, хотя не могла не признать того, что мозги у него имелись, размышлять он умел. Возможно, просто перестал обращать внимание на такую глупую вещь, как оценки?

Столько о Майкле я за месяц не узнала, сколько за один вечер от Анабель. Вдобавок она беспокоилась, почему Майкл такой удручённый, отказывался с ней говорить и вообще закрылся. Моя новая «подружка» решила, что он нервничал перед решающей игрой, где должен проявить себя наилучшим образом. Любопытно, что он с ней своими переживаниями не делился.

Оказалось, что Анабель всё распланировала — вот Майкл получит стипендию, поступит в один город вместе с ней, и, в общем, как обычно это у девочек, — всю жизнь с ним уже в голове построила. Не знаю, как Майкл всё это выдерживал, мне и то стало не по себе.

Анабель вместе с другими девочками состояли в группе поддержки, они целый месяц тренировались, чтобы выступить сегодня. Анабель нервничала, как будто это было её первое выступление.

На соревнование согнали всю школу, чтобы массовки было побольше. Я и Джесси сели где-то посередине ряда, там, где лучше всего видно было. Успели.

— Ещё бы попкорн, — прошептала Джесси, а я проверила свой телефон — сколько осталось зарядки. Сидеть тут, видимо, придётся долго. Нам последние несколько уроков отменили ради этого матча.

— Ага. Весело будет. — Я откинулась на жёсткое пластиковое сидение. Соревнование проводилось в спортзале. Сегодня помещение выглядело необыкновенно чисто: видимо, надраили полы.

Нам представили команды. Противником нашей школы была команда Блэкфолла — в чёрной форме.

— Какие они все горячие, — мечтательно произнесла Джесси и подалась вперёд. Я же смотрела только на одного — Майкл стоял с полностью нейтральным лицом, ожидая начала игры. Мне нравились его накаченные руки. — Говорят, ребята из Блэкфолла агрессивные.

На слова Джесси я не отреагировала, впервые за долгое время могла долго смотреть на Майкла без угрозы быть замеченной. Джесси всё равно сейчас глазела на новеньких.

Я замерла перед началом игры. Мяч на поле, свисток — понеслась. Правил я особо не знала, кроме самых базовых: что запрещена пробежка, что толкаться и ставить подножки нельзя. На этом мои познания в правилах баскетбола кончались. Только по свистку судьи догадывалась, что что-то было нарушено сейчас. Ребята из другой школы были достаточно шустрые. Наблюдая за Майклом, я понимала, что он не играл в полную силу. Знала, что Майкл может намного лучше, — своими глазами видела. Снова возникло чувство жалости, и я из-за этого на себя разозлилась. Нечего его жалеть! Мало ли чего он там думает себе. Как будто Майкл от влюблённости страдал, тоже мне!

Игра проходила страстно — только успевай следить, как мяч от одного к другому переходил. Жаль, я в игре не слишком разбираюсь.

Неожиданно кое-что случилось, и мозг не успел всё это в достаточной мере воспринять. Какой-то парень врезался Майклу в плечо, он скривился и схватился за ударенное место, судья назначил штрафной удар.

— Вот, я же говорила, жестокие ребята, —протараторила Джесси. На душе было совершенно неспокойно. Понимала, что случившееся — не трагедия, однако начала тревожиться.

Оставалась пара минут до конца, и Майкл еле бегал, совершенно не поднимая левую руку, я видела боль на его лице. Матч завершился, Майкл подошёл к тренеру, сказал пару слов и ушёл с поля. Я тут же дёрнулась и встала. Анабель, которая сидела в первом ряду, кинулась следом за Майклом.

— Эмбер, ты чего вскочила? Из-за Майкла, что ли? — Я услышала обеспокоенный голос Джесси.

Только сейчас осознала, как глупо выгляжу. Буквально минуту спустя Анабель, у которой на лице читалась паника, подбежала к спортивному врачу и позвала его с собой.

— Да, Джесси, ты права. Анабель ведь его девушка, а не я, — произнесла я с тоской на душе. Слишком переживала за Майкла.

Перерыв длился пятнадцать минут. Ни Майкл, ни Анабель не появлялись. Так плохо мне давно не было. Джесси о чём-то щебетала с рядом сидящей знакомой. Я надеялась, что с Майклом всё в порядке. Порывалась достать телефон и начать искать информацию о похожих случаях, только зарядки мне надолго бы не хватило. Хоть удар был на скорости, вряд ли у Майкла перелом, так ведь? Да и тот, что врезался в него, продолжал потом спокойно бегать. Но если всё несерьёзно, вряд ли бы Майкл ушёл с поля. Хотелось думать о хорошем, но что-то не получалось.

Глава 16. Вдыхая сигаретный дым

Эмбер

Оставалась пара минут до третьей четверти. Я не выдержала и встала, сказав Джесси, что мне срочно нужно в туалет. Она кивнула и продолжила болтать о мальчиках со своей знакомой. Пробираться с середины ряда к лестнице было плохой идеей: протискивалась мимо коленей учеников школы и малознакомых детей, извиняясь.

Я вышла из зала и прошла к раздевалкам. Было настолько шумно, что даже в коридоре слышался гам. Здесь было почти пусто, на пути попалась всего пара подростков, которые, видимо, выходили в туалет. Я почти что отправилась дальше, совершенно не зная, куда мне надо, как вдруг из мужской раздевалки вышел тот самый врач, нахмурился, увидев меня, а затем молча обогнул и вернулся в зал. Я зашла внутрь раздевалки и увидела стоящую Анабель рядом с Майклом, у которого была наложена косыночная повязка на левое плечо и руку. Удержалась от созерцания накаченного пресса Майкла в такой непростой и серьёзной ситуации.

— Эмбер! — воскликнула заплаканная Анабель. — Нет, ты только представь: в то же самое плечо, в повреждённое плечо!

Я приподняла бровь, не понимая. У Майкла уже была травма?

— Майкл вывихнул плечо полтора месяца назад. Геройствовал. Говорил: не болит! Продолжал тренироваться. Ничего не говорил тренеру. Полечился немного и бросил, мол, не болит. Совершенно не ценит мою заботу и советы… — Она плакала. Выглядело искренне.

Полтора месяца назад вывихнул — значит, это было ещё летом, до учёбы.

— Но ведь вы тогда не встречались… — произнесла я мысль вслух. Насколько помню, Анабель ему изменила, и он её бросил, если судить по социальным сетям.

— Да, но это не мешало мне писать ему и проявлять заботу! — Анабель вытирала быстро появляющиеся слёзы. — Упрямый баран! А теперь, Эмбер, ты представь: теперь, может, операция понадобится, потому что уже травмировано плечо! И вообще, я читала, что от вывиха плеча люди инвалидами становятся! — повысила Анабель голос и повернулась к Майклу. Он сидел, облокотившись на шкафчик. Скамейку придвинули к шкафчикам, видимо, чтобы Майкл мог не напрягать спину. У него было совершенно спокойное лицо, как будто и не случилось повторной травмы.

— Перестань, лисёнок. — Он закатил глаза. — Пока можно не париться.

Уже второй раз использовал это прозвище. Интересно.

— Да что ты? Это ты невозмутимо говоришь после того, как тебе болеутоляющее дали! — снова вскрикнула Анабель на эмоциях. — Вот сейчас поедем в травмпункт, там же на рентген. — Она повернулась ко мне и продолжила говорить. — Нет, ну подумать только. У нас тут крыса завелась, — вдруг сказала Анабель совсем другим тоном, холодным. — Майкла ударили именно в левое плечо! Чтобы он не смог играть! Кто-то узнал о его травме! Я найду, кто проболтался, ты слышишь, уничтожу любого!

От угрозы Анабель даже мне страшно стало. Верила ей. Она способна на многое.

— Специально, чтобы ты не смог получить эту стипендию. Но ничего, мы найдём выход… Я попрошу, чтобы ещё приехали, с других университетов. Буду умолять родителей, а у них связи, — судорожно говорила она, явно не в себе. Переживания Анабель были неподдельными, за Майкла она безумно волновалась. Теперь я видела, насколько она привязана к нему, стало понятно, почему на меня кидалась, явно чувствуя угрозу. Прям как в животном мире. Лисёнок Анабель, ага. На вид вроде милая, а на деле…. Агрессивно защищала своё.

Я смотрела на Майкла. Мне хотелось просто подойти и взять его за руку, но понимала, какой шквал эмоций это вызовет у рыжей защитницы, поэтому просто улыбнулась ему. Майкл коротко взглянул на меня, улыбаясь глазами, и тут же посмотрел на Анабель, которая проверяла его повязку.

Истерика Анабель переросла в домогательства до Майкла, так что я удалилась, не желая наблюдать поцелуи. Вернулась в зал уже в середине матча — после ухода от влюблённой парочки ещё постояла пару минут в одиночестве, стараясь успокоить дыхание: что-то и я занервничала.

Джесси помахала мне рукой. Я еле добралась до своего места (да почему тут столь узкие проходы?!) — вновь те же лица и знакомые коленки, мимо которых предстояло проходить. Джесси спросила, почему я такая бледная, а я не ответила.

Слишком переживала за Майкла. Ему точно очень больно, раз удар пришёлся на травмированное плечо. Как там вообще ему приходилось? Знала, что Анабель его поддержит, однако это мне хотелось быть рядом в такой непростой момент. На матч больше не обращала внимания.

***

Анабель держала меня в курсе событий. Майклу сделали рентген, затем операцию Латарже, спать теперь ему нужно было с повязкой-слингом, а со спортом распрощаться на три месяца (что для него трагедия), ещё пройти курс физиотерапии, массажа и щадящих упражнений.

В школе его не было уже неделю, и я, честно говоря, соскучилась. Постоянно писала Анабель и как бы невзначай спрашивала, а как там Майкл поживает. Мне просто хотелось его увидеть, и я придумала повод. Мне Тони когда-то помог подготовиться к контрольной, оценки за которую стали известны на днях. Я решила принести ему шоколадки в благодарность, узнала, как бы случайно, а дома ли Майкл (конечно дома, где ему ещё быть, разве что мог уехать лечиться). Тони я сказала, что хотела обсудить контрольную, а на самом деле желала поблагодарить, поскольку чувствовала себя должницей, да и долг — больная для меня тема. Ещё сходила в магазин и купила мандаринов, поскольку не знала, что Майкл любил из еды.

Крайне нервничала, пока шла с пакетом в руках. Всё обдумывала, что скажу Майклу, вспоминала, как репетировала разговор у себя в голове. Зашла за угол, увидела его, и моментально все мысли исчезли. Майкл сидел на бордюре, ноги — на дороге. Между пальцами сигарета. Выглядело достаточно странно. Машин не боялся, что ли? Я осторожно подошла, и Майкл повернулся ко мне, как только увидел мою тень: солнце светило ярко сегодня, что удивительно для этого унылого городка.

Я вдохнула сигаретный дым и в тот же миг скривилась. Это был такой мощный триггер! Майкл совершенно безучастно оглядел меня, и в груди кольнуло. Я вспомнила слова бывшего:

«Хуже всего — безразличие».

И я позже поняла почему. Безразличие — это отсутствие эмоций. Ненависть, раздражение — это ведь всё проявление участия, это эмоциональная вовлеченность, не говоря уж о любви, симпатии и прочем. Безразличие — это холод.

От мысли, что я Майклу теперь совсем неинтересна, расстроилась. На мгновение я даже позлилась на себя: то стремилась от него избавиться, специально параллели проводила с бывшим, лишь бы сердце перестало «сигналить», взращивала в себе негативные эмоции к Майклу, то вот ревновала, переживала, что он обо мне думал. Не всё ли равно должно было быть? Должно. Однако получалось у меня просто отвратительно.

— Привет, —сказала я, переступая с ноги на ногу. — Я решила Тони шоколадки занести за помощь в алгебре. Ему бы педагогом работать. Так хорошо объяснил, — протараторила я, чтобы Майкл не успел меня прервать и я не потеряла мысль.

Он кивнул.

— Заходи, Тони телевизор смотрит. — И отвернулся. В голове у меня всё происходило по более хорошему сценарию. Без понятия, что делать.

— Ты не боишься, что машина поедет? — наконец нашла я, что сказать.

— Тут ездят раз в сто лет. Не беспокойся. — Майкл хмыкнул, сделав затяжку. Я чувствовала, что он не слишком настроен на болтовню. Взяла и села на корточки в метре от Майкла. Он всё-таки посмотрел на меня и усмехнулся.

Настал момент, который я несколько раз репетировала в голове вчера и сегодня. Жутко волновалась, что не смогу высказать задуманное.

— В общем… Майкл. — Не смотрела на него, так было легче. — Знаю, что общение у нас с тобой не очень… Но всё же хочу тебя поблагодарить за помощь. Прежде всего за то, что ты не разболтал про мою паническую атаку.

Майкл молчал, и я была благодарна ему за это — так с мысли не собьюсь. Тут же вспомнилось, как Карл рассказал Джесси о нашем с ним разговоре, но я посчитала, что он это не со зла, думал, скорее всего, что Джесси, как моя подруга, это и так знает.

— И поддержал меня тогда, хотя момент был… нерасполагающий. Для меня это важно. — Попыталась таким образом намекнуть на помощь Майкла после того, как я его отшила. Хотя мог моментально обидеться и уйти. — Спасибо, что защищал от Анабель и тогда от Громилы тоже… — запиналась я. Как же это было сложно проговаривать! — И что до дома подвёз, когда… В общем, держи. — Я поставила рядом с ним пакет, при этом всё ещё не поворачиваясь. Сохранялось невероятно сильное желание сейчас где-нибудь скрыться.

Впервые осознала, что Майкл сделал мне столько добра за один месяц, сколько и близко не сделал бывший за всё время общения.

— Что это? — Майкл рассмеялся.

Я всё-таки рискнула повернуться к нему. Было приятно, что Майкл повеселел — а то меня чуть дрожь не пробрала от неловкости.

— Мандарины. Я не знала, что ты любишь. Мандарины вроде все любят. И шоколадки там тоже. Вообще, они для Тони, но если вдруг хочешь, то и тебе хватит.

Майкл правой рукой раскрыл пакет. Я использовала этот момент, чтобы спокойно за ним понаблюдать. Майкл совершенно не двигал левой рукой. На нём была тёмно-зелёная футболка, которая подходила к глазам, и я невольно залюбовалась ими.

— Ну что же. Благодарности приняты. Только если ты мне мандаринку почистишь. — Майкл уже теплее посмотрел на меня. — Одной рукой как-то не айс. Левая пока нерабочая.

Я кивнула и взяла из пакета мандарин, начала очищать, ногти у меня длинные, поэтому легко подцепила.

— Так значит, ты поэтому пришла? «Спасибо» сказать? — заинтересованно спросил Майкл, и мне от этого стало немного легче.

— Ну… да. Тебя проведать, — еле-еле призналась я и перевела на него взгляд.

Майкл приподнял уголки губ.

— Выходит, я всё-таки тебе интересен, — довольным голосом произнёс он. — Уже хорошо. Или тебе из-за плеча меня жалко стало?

Я почистила мандарин только наполовину и остановилась. Вспомнила вопрос, который долго крутился у меня в голове.

— В последнее время… тебе было плохо, потому что я тебе отказала? — быстро произнесла я, смотря вперёд. Скорее всего, Майкл подумал, что мне неинтересен из-за отказа.

— А ты думаешь, что весь мой мир вокруг тебя вертится? Спешу огорчить. Есть и другое, — он прозвучал холодно. В то же время его слова послужили отрезвляющей мыслью. Это бывший разводил меня на жалость, у Майкла же были свои поводы грустить.

К слову, о грусти…

— То есть тебе и до этого плохо было? Поэтому ты тогда плакал, когда мы встретились? — На этот раз я на Майкла посмотрела. Его лицо моментально приобрело злое выражение.

— Давай договоримся: я не лезу к тебе под юбку, вот и ты не лезь ко мне в душу. Окей?

Достаточно грубо. Но понятно, что его задело.

— И не плакал я. Тебе показалось. — Он поспешно отвернулся от меня и сделал очередную затяжку.

Я знала, что видела. Однако догадывалась, почему он не пожелал в этом признаваться. Мы просидели минуту в тишине, я крутила неочищенный мандарин в руке.

— Почему тебе нравится курить? — неожиданно спросила я. Было странно: мне столь сильно хотелось с ним поговорить, но вот теперь, когда возможность появилась, то всё забыла, что хотела узнать.

— С чего ты решила, что мне нравится? — Майкл взглянул на меня, нахмурившись, и потушил сигарету. — Привычка. Курю периодами. Пока не было мотивации бросить. И вообще, давай мандарин.

Я дочистила и протянула ему. Он пальцами одной руки пытался разделить дольки. Получилось, пускай и не быстро. Запах мандарина меня немного расслабил и на чуть-чуть перебил сигаретный.

— Не знаю, как потом буду оправдаться перед мамой, что от меня сигаретами несёт, — усмехнулась я, только сейчас подумав об этом.

— Можешь в душ сходить. Я всё равно тут сижу.

— Ага, а одежда что? Постираю и моментально высушу? Больше от неё пахнет. — Я расхохоталась, но больше от смущения — Майкл слишком долго не сводил взгляда.

— Скажи, что попробовала, но тебе не понравилось. — Он посмеялся вместе со мной.

— А ты почему попробовал?

Майкл помрачнел и склонил голову.

— Меня заставили. По приколу. В маленьких городках вырастают жестокие дети. А подростки ещё более жестокие, чем взрослые. Я в этом убедился.

— Над тобой издевались? — догадалась я. — Прости, ты сказал в душу не лезть.

— Тогда придётся мне залезть к тебе под юбку, чтобы квиты были. — Майкл приподнял уголки губ, но было видно, что ему невесело от этой темы.

— Я в джинсах, — пыталась пошутить, чтобы хоть как-то разрядить угрюмую атмосферу.

— Кстати, заявление об отсутствии сексуального влечения очень даже стандартный ход, чтобы парни не лезли. Ты меня так испугалась, что ли?

Я посмотрела Майклу в глаза и сдвинула брови.

— Нет. А чего ты так прикопался к этому? Даже если так, то что? — решила гнуть свою линию и не признаваться во лжи. Хотя лгунья из меня отвратительная. Я ложь терпеть не могла, а особенно когда сама врала: противно становилось.

Майкл захохотал, не знала почему. Я взяла ещё одну мандаринку, чтобы почистить.

— Ну, тогда у меня нет других теорий. Ты вроде не фригидная, судя по тому нашему поцелую. Что не так-то? Не понравилось что-то? Ты когда-нибудь сексом занималась?

Мне казалось, что от такого прямолинейного вопроса я покраснела до ушей. И вообще, что Майкл там во время нашего поцелуя мог заметить? Профи тоже мне нашёлся.

— Вижу, что нет. Так, и чуть больше поцелуев ничего не было? — Майкл говорил и ел мандарин. Пристально смотрел на меня. Что, ответ пытался увидеть?

— Нет, не было.

После моего ответа Майкл подавился долькой, и мне пришлось постучать ему по спине.

— Теперь мне неловко, — сказала я, когда Майкл отдышался. Зачем вообще он завёл эту тему?! Видимо, отказ и моё признание беспокоили.

— Вот знаешь, мне тоже. — Майкл съел последнюю дольку. Лицо у него и правда было недоумевающее.

— А тебе-то чего? Девственниц не видел? — фыркнула я, стараясь не выдать своё волнение.

— Таких красивых — нет.

Хорошо, что я сейчас не ела мандарин, иначе бы тоже подавилась. На этот раз почувствовала, как зарделась. На Майкла не смотрела. Улыбалась как дура, еле заставила лицевые мышцы опустить уголки губ. Быстро начала закидываться дольками, чтобы перестать лыбиться.

Не знала, что говорить. Уточнять смысла не было, он ведь прямым текстом мне сказал.

— У тебя ноги ещё не устали на кортах сидеть? — усмехнулся Майкл, когда я быстро съела весь мандарин. Ноги у меня, и правда, готовы были отвалиться, я просто так увлеклась Майклом и его словами, что игнорировала боль. Резко встала.

— А ты, как я понимаю, не хочешь иметь в будущем детей. — Я посмотрела на него сверху вниз. — На холодном бетоне сидишь…

Майкл засмеялся и встал.

— Солнце нагрело. Я недолго. И обычно так не делаю, — начал он оправдываться. — Боишься, что застужу? Приятно, что ты сильно обеспокоена моим репродуктивным здоровьем. Пойдём, с Тони поздороваешься. — Майкл пошёл к дому, я взяла пакет и проверила, не упала ли кожура от мандарина на дорогу или траву, а затем направилась следом за Майклом.

Тони сидел на диване и увлечённо читал. Я видела, как менялись эмоции на его лице.

— Мультики кончились? — спросил Майкл, сняв кроссовки. Что-то сомневалась, что младший брат Майкла смотрел мультики, скорее, канал Discovery.

— Ага. Эмбер, привет. — Тони заметил меня, оторвавшись от чтения. Майкл попросил подождать здесь. Я подошла к Тони. Мы заговорили о видеоигре; я отдала Тони шоколадки и даже не заметила, как Майкл оказался рядом и брызнул на меня цветочными духами. Я кашлянула. От меня несло сигаретами, мандаринами, а теперь ещё и жасмином.

Сигареты и духи — это та ещё смесь, конечно. Задохнуться можно.

Майкл старательно обрызгал меня со всех сторон. В гостиной теперь духами пахло так, что голова кружилась.

— Ты сейчас все духи истратишь. Осторожно, — только и удалось мне сказать. Майкл перестал. — Это чьи?

— Моей мамы.

— Ну всё, теперь Эмбер знает, что для тебя словно феромоны, — пошутил Тони, с лёгкой усмешкой смотря на нас и поправляя очки.

Майкл повернулся к брату и ничего не сказал. Взгляд я его не видела, поскольку он оказался ко мне спиной, только заметила, как Тони глаза закатил.

Призналась, что мне теперь надо было выйти на улицу, и Майкл пошёл следом. С чистым воздухом стало намного легче дышать.

— Ну что, я, пожалуй, пойду. — Посмотрела на Майкла, прощаясь.

— В гости не хочешь? Можем с Тони посидеть, а можно и без него.

Я вглядывалась в его изумрудные глаза, и меня всё больше затягивало. В голове уже всё пронеслось — и как я сорвусь, оставшись с ним в комнате наедине: хотела его обнять, поцеловать, подержать за руку, просто поболтать. И понимала, что всё это лишнее. У Майкла была Анабель. Точка.

— Да нет, пойду уроки делать, — еле-еле произнесла я. В моей фантазии я уже с Майклом целовалась. — А тебе всего наилучшего! Надеюсь, что вскоре увижу тебя в школе. Пока! — быстро проговорила я. Увидела в глазах Майкла разочарование.

— Пока, Эмбер, — хмыкнул он. Я поскорее пошла прочь от него. Подавлять желания с каждым разом всё труднее, хоть я и мастер в этом.

К счастью, дома мамы не оказалось, и я успела принять душ. Запах кое-как немного выветрился. Остаток вечера провела в своей комнате. Вроде пронесло — мама не отругала. Лежа на кровати, я взяла розовую кофту, в которой сидела рядом с Майклом. От неё продолжало пахнуть ужасным миксом: сигаретами, мандаринами и жасмином. Именно сейчас для меня это был самый прекрасный запах, поскольку сразу же вызывал воспоминания о прошедшем вечере. Не желала себя ограничивать в фантазии. Нисколько не хотелось стирать одежду, чтобы не заменить этот запах на запах обычного стирального порошка.

Оказалось, что за вторую половину дня Анабель написала мне кучу смс. Я осторожно отвечала ей. Она стремилась познакомить меня с одной девушкой, и я согласилась. Надо поддерживать легенду.

Эх, Анабель… Я вот сейчас сидела и мечтала о твоём парне. И чем он запретнее для меня, поскольку Анабель всегда рядом, поскольку у меня были болезненные отношения и я не стремилась травмироваться ещё, тем сильнее хотелось. От этих чувств так приятно и настолько же сильно больно.

Глава 17. Сильно желая прикоснуться

Эмбер

Анабель познакомила меня с Ханной — красивой девушкой, при этом намекая, что я обязательно должна завести с ней дружбу на основе наших «общих взглядов». Честно сказать, я не знала, что делать в этой ситуации: во лжи признаваться не хотелось, рассказывать, что я сильно травмирована прошлыми отношениями и поэтому «стала феминисткой», тоже не стоило, поскольку личное. И что по итогу говорить-то? Что я не отошла от прошлых отношений и что это личное? Вроде же так обычно говорили? А что это вообще значило?

Да и не в моём стиле врать, а теперь вот получалось, что солгала, и меня это мучало. Совершенно не знала, как поступать в таких ситуациях.

Однако мне было по душе, что Анабель перестала травить. Она из кожи вон лезла со мной подружиться. Рьяно настаивала, чтобы я присоединилась к их черлидерской команде. Я протестовала, аргументируя тем, что опыта у меня ноль, но новая «подружка» всё сделала по-своему.

Именно поэтому я теперь в черлидерской команде «Лисицы». С названием увлекательная история вышла. Анабель год назад собирала свою команду, и данное название уже было занято другой школой. Девочки предложили много оригинальных вариантов, но Анабель было не переубедить, поэтому каким-то образом она это название отвоевала. Вот уж и правда, «лисёнок», как её Майкл нарёк.

Мне было сложно в новом коллективе, с девочками общение не складывалось: все они были как будто клоны Анабель, беспрекословно за ней следующие. Танцевать я не особо умела, но старалась. Анабель заверила меня, что я буду на заднем плане если что, пока не натренируюсь. Догадывалась, что мне предстоит намного больше работы, чем просто разучивать танец, — прежде всего, работа над телом. Анабель, как выяснилось, вечно совершенствовалась. От природы у неё и так была фигура песочные часы (в этом мы с ней похожи), вот только она ещё постоянно тренировалась. Анабель вполне можно было брать в модели, она в меру подкачена.

Говоря о Майкле, в школу он всё-таки вернулся. И на одну из наших репетиций он вдруг пришёл. В те моменты я больше всего была охвачена волнением. Анабель, конечно, блистала: это была её территория, и она проявляла себя наилучшим образом. Я постоянно оглядывалась на Майкла и ловила его взгляд, но теперь Майкл был предельно осторожен: моментально начинал смотреть в сторону.

Анабель под конец репетиции прошла к Майклу и коснулась его губ своими. Все девочки завидовали ей, и Анабель прекрасно это знала. Мне даже казалось, что это её превозносит над всеми. У неё было великолепное тело, команда подражательниц, лучший парень школы и лидерская роль. Девушки как будто завидовали Анабель за то, что она просто была Анабель. Мне же ничего не хотелось, кроме одного: её парня.

На мгновение Майкл, пока целовал Анабель, открыл глаза и рассеяно посмотрел на меня. Сердце пропустило удар. Показалось даже, что я залилась краской.

Анабель много кто завидовал, особенно среди её подражательниц, поэтому подливали масла в огонь. Все ещё помнили, что Майкл ко мне подкатывал не так давно. Девочки подговаривали Анабель мне не верить, причём делали это у меня на глазах. Как сказала Джесси, давно не было такой Санта-Барбары, поэтому все только и ждали чего-нибудь остренького.

Как-то раз новая «подружка» пригласила меня вместе с Майклом прийти к ней посмотреть фильм. Я отказывалась как могла, ссылалась на гору домашки, но у Анабель был дар убеждения — умела она быть настойчивой. Её родители вместе с Карлом на вечер уехали в соседний город.

Анабель включила какой-то фильм, название я не уловила, что-то сильно нервничала: рядом с Майклом испытывала душевное волнение. Затем Анабель угостила нас гавайской пиццей, тем временем я старалась вникнуть в мелодраму. Там всё примитивно было: бабник и хорошая девочка. Так сказать, шаблон на века, всегда работал, потому что жизненно.

Даже непривычно было находиться дома у Анабель такой тесной компанией, сразу стало просторно. Позволила себе осмотреться в гостиной: высокий потолок, дорогая мебель, в целом, всё в стиле минимализм. На стенах красовались картины, только авторов я не знала. Плазма такая большая, как будто в кинотеатре. Полное погружение в происходящее на экране, хорошо, что без трёхмерной реальности. Во время вечеринки я не слишком обращала внимания на детали дома, а теперь вот хотела отвлечься от компании Майкла и Анабель. Он особенно меня смущал.

Анабель внезапно пролила на белоснежный диван вишнёвый сок, и образовалось большое пятно. Майкл моментально вскочил вместе с Анабель.

— Вот это я неуклюжая. Посидите тут, я принесу растворитель. Его ещё найти надо, — обеспокоенно произнесла она и выбежала из гостиной. Майкл поджал губы, окинул взглядом пострадавший диван, а затем меня. Места осталось мало. И где кресла? Разве их тут не было раньше? Майклу пришлось сесть, прижавшись ко мне. Я легко подумала: да ничего страшного.

Но это только первые пару секунд. В один момент у нас соприкоснулись локти рук. Меня будто током пробрало. Я пожелала всё это с достоинством выдержать и не убрала руку, он тоже.

И это был чистой воды мазохизм, потому что ближайшие минуты для меня стали настоящей пыткой. У меня в груди нарастало тепло, плыли мысли, дыхание участилось.

Словно назло, герои на экране слились в нежном поцелуе. Порой даже в реальности не нужно испытывать, когда мозг мог нафантазировать всё и даже больше, а то, что я сейчас соприкасалась локтем и ногой с Майклом, только этому способствовало.

— Заезженный штамп. Но снято хорошо. — Майкл повернул голову и сказал мне это в ухо. Я вздрогнула и ничего не ответила, его близость меня будоражила. Почувствовала, как он на мгновение дотронулся до моего уха губами, и тяжело выдохнула. Он, что, меня дразнил? Прикрыла глаза, фантазия уже дополнила происходящее подробностями.

Это была пытка. Я не могла по-другому сказать. У меня начал тянуть низ живота. Тяжело было усидеть на месте. Биение сердца гулко отдавалось в голове. Не до конца понимала, что со мной происходило, и боялась себе в этом признаваться.

У героев на экране начался секс, и Майкл резко убрал руку и ногу от меня. Я шумно выдохнула. Но ощущения никуда не делись. Какое же это проклятие! Я настолько расслаблена, что со мной просто что угодно можно было делать. Дыхание в норму не приходило, всё также было прерывистым.

Анабель вернулась и оглядела нас.

— Ну что, проверку прошли! Молодцы! А то все меня на что-то подобное подбивали. — Она пожала плечами, а у меня расширились глаза.

Серьёзно?! Проверка? А Майкл знал? Что, если он с Анабель заодно? Особенно после того, как узнал, что я девственница… Что, понравилась идея завалить меня?

Я ощущала огромное разочарование и горечь. Старалась этого не показывать.

— Какая проверка, Анабель? Боялась, что мы целоваться начнём? — рассмеялась я, закинув нога на ногу, и зря я это сделала. Возбуждение-то осталось. Как же у меня внутри всё горело.

— Ну да. — Анабель тепло улыбнулась и начала оттирать пятно. Я посмотрела в сторону. Мне было слишком нехорошо сейчас. Никак не могла вернуться в спокойное состояние.

Неужели Майкл решил столь плохо поступить со мной? А кстати, чего он меня не поцеловал тогда? Не подставил? Замышлял что-то более интересное? Вводил меня в заблуждение? Я понимала, что нельзя подобным образом себя искушать, боялась, что в следующий раз я такого просто не выдержу. Как на горящих углях босиком ходить.

Герои на экране о чём-то говорили после секса, а я не могла сосредоточиться. Анабель оттёрла пятно и теперь активно занялась Майклом. Похоже, проверка продолжалась. Я сгорала от гнева, но пыталась не выказывать этого. Сначала Анабель демонстрировала декольте Майклу, пока пыталась избавиться от пятна, причём заигрывающе на Майкла смотрела, ещё и телом двигала в дополнение. Мне до ужаса всё это противно было.

— Анабель, зачем такой фильм? — внезапно хрипло произнёс он, не отводя от неё взгляда.

— А что, хочешь меня?

Вместо ответа Майкл взял её за талию и потянул на себя. В тот же момент я вскочила с дивана, как будто ошпарилась. Было понятно, что стоило срочно отчаливать. Не зря Анабель так красиво наряжалась, я заметила, что и красное бельё специально надела. Майкл опустил платье с её плеч и провёл губами вдоль шеи, Анабель, простонав, притянула его ближе к себе. Майкл вновь посмотрел на меня, прямо как на репетиции. Во мне кипели эмоции. Я ревновала просто жуть как. Мне было невыносимо больно. Сделала то, чего не делала раньше никогда. Показала Майклу средний палец и ушла на улицу. На Майкла больше не взглянула. Глубоко убеждена, что Майкл этого жеста достоин.

Меня захлестнула обида, пока шла, начала плакать. Как же мне тяжело всё это переносить! Решила, что хватит с меня Майкла. Что я на нём так зацикливалась? Пускай спит с Анабель сколько угодно, его ведь всё устраивало, ещё и мне нервы успевал трепать.

Вот уж и правда, шоу для всех. Жаль только, данная сцена была без любопытных зрителей.

Когда я зашла домой, мама спросила, как там моя новая подруга Анабель. Я ей соврала, что она классная и всё замечательно, лишь бы только избежать лишних разговоров, и прошла в свою комнату. Переоделась в пижаму и получила смс от Майкла. Давно он мне не писал. Я уже и забыла, что его «мудаком» назвала. Вот это ему по-настоящему подходило, хотя бывшего я тоже мудаком называла. Правда, номер уже его удалила, и поэтому прозвище «мудак» освободилось для Майкла.

«Эмбер, ты обиделась на меня?»

«А ты как думаешь?» — решила я всё-таки ответить. Хоть и вопросом на вопрос. Во время пути домой жгучее негодование меня немного отпустило, но я поспешила с выводами. Кажется, смс от Майкла вновь вызвало вспышку гнева.

«Прости

Мне срочно нужна была разрядка

Пока сидел рядом с тобой, у меня чуть крышу не снесло полностью

Ещё и этот фильм

Эмбер

Я впервые так сильно чувствую

Эмбер

Не обижайся на меня»

Я смотрела на эти смс и ничего не отвечала. Была шокирована словами: «Я впервые так сильно чувствую»

Хотелось, чтобы это была лишь игра, и я приняла очевидную в такой ситуации тактику: медленно вытеснить Майкла из сердца. Но в том-то и дело, что я не знала правды.

«У тебя есть Анабель, вот и спи с ней», — со злости настрочила я. Во мне всё ещё бушевали эмоции, не могла успокоиться.

«Эмбер, ты же слышала наш с ней разговор тогда на вечеринке

Эмбер, если ты захочешь

Я с ней расстанусь

Если ты согласишься быть со мной»

Мне было слишком тоскливо от его слов, в то же время сердце кричало: «Да!». Но сердцу и гормонам больше никакого управления я не дам. Спасибо, плавали, знаем.

«Майкл

Я тебе один раз отказала

Сколько тебе повторить надо, чтобы дошло?»

«Понял»

После его последнего смс у меня случилась истерика. То, что происходило, — сплошное издевательство. Сама его хотела и сама же его отталкивала. Так и больной на голову можно стать.

Спустя время стала анализировать его смс. То есть он возбудился от меня, пришлось переспать с Анабель, чтобы не мучиться от облома. В моём случае подобного решения «проблемы» не находилось.

Выдержка у него хорошая. Опыт. Он меня даже не тронул, если не вспоминать про ухо.

Второй отказ — это чересчур. Если он меня за это возненавидит, то даже к лучшему. Не буду страдать от надежды, что у нас ещё могло что-то получиться.

М-да, ну и ситуация. Решила, что пора отвлечься на проблемы подруги с Карлом. Джесси падала духом: они погуляли, и ничего дальше. Я подумала, что можно попробовать по-другому. Например, переключить внимание Джесси на другого парня в нашей компашке. Гейб вполне адекватный и симпатичный, хоть и замкнутый.

Своя личная жизнь летела в тартары, хоть подруге помочь. А, ещё же с Ханной обещала погулять… Ну вот. Нашла чем заняться.

Глава 18. Учась лгать

Вчетвером мы сидели в кафе: Карл, Гейб, Джесси и я. С Гейбом у нас в последнее время было натянутое общение, не знала по какой причине. Я наблюдала за Карлом и Джесси, силясь понять, почему у них не получается сойтись. Джесси мечтательно смотрела на него, то и дело опуская глаза в стол, нервно кусала трубочку коктейля. Карл часто с грустью смотрел в окно, порой на меня, хотя и быстро отводил взгляд. Я сидела рядом с ним и напротив Гейба, а Джесси, соответственно, напротив Карла. Я уже выпила свой ванильный коктейль, на языке оставалось послевкусие. Все мои мысли были заняты тем, как помочь подруге. Я так рьяно желала это сделать, лишь бы только не вспоминать о Майкле. Ну вот. Всё-таки вспомнила.

Срочно отвлечься.

— А давайте в уно сыграем, — поспешно произнесла я, прекрасно зная, что Гейб носил с собой эту игру. Он немного с презрением взглянул на меня. И что я такого сказала?

Джесси поддержала мою идею, и вот уже Гейб раскладывал карты рубашкой вверх.

— Я баллы в телефон буду записывать. — Я достала смартфон.

— На желание играем? — проговорил Карл, допивая клубничный коктейль.

Все согласились и начали игру. В уно я играла до этого всего один раз. Почему-то вспомнила Тони и его страсть к играм. Вот бы он сейчас тоже с нами сидел. И, соответственно, раз я вспомнила Тони, то и его брата…

Опять двадцать пять.

Это что за помешательство?

С Майклом после того разговора никаких контактов не было. Естественно. Началось взаимное избегание. Во время репетиций, к счастью, пока нам вместе не приходилось начитывать роль, мистер Филлипс переключился на других. Однако я знала, что это ненадолго. Ну и ладно. Потерплю Майкла часик в неделю.

Я вытащила первую карту из колоды: красную восьмёрку. Начали игру по часовой стрелке. Мне не везло. То и дело приходилось брать карты из колоды, поскольку то по цвету не совпадало, то по цифре, от карт избавлялась медленно. Набранные баллы тоже не радовали.

Джесси легко избавлялась от карт. Меня утешало только то, что я сейчас была сосредоточена на игре, не думая о другом, что меня обычно тревожило.

Гейб первым остался с одной картой и закричал «уно». Я продолжала игру и понимала, что ничего хорошего меня не ждало. Хотя бы веселили шутки, которыми мы обменивались во время игры.

— Ну что, Эмбер, как говорится, не везёт в картах, повезёт в любви, — утешила меня Джесси, когда я озвучивала баллы после раунда. Ничего. Надо кому-нибудь проигрывать-то…

— Ну да, — пробурчала я и пошла заказать себе гамбургер. Вернулась за столик, где ребята обсуждали, что мне нужно будет сделать. — Что-нибудь приличное, — прошипела я на Гейба, когда он предложил мне пробежаться голой по улице. Он рассмеялся. Мне даже казалось, что он специально пытался меня позлить из раза в раз.

— А давайте Эмбер попробует укусить себя за локоть! — крикнула Джесси. У меня глаза расширились.

— Эм, давай, — согласилась я. Звучало довольно безобидно.

Это оказалось дико сложно и весело. Я открыла рот, пытаясь дотянуться до локтя, но безуспешно. В результате, у меня заболели челюсти, а ещё живот. Я пробовала с разных сторон подобраться к локтю. Затем начала ныть от боли ещё и шея.

Ребята ухохатывались, Джесси засняла на память. В коллекцию моих позорных видео, ага.

— Этюд: Майкл ходит и облизывается на Эмбер, как кот на сметану, а получить не может, — усмехнулся Гейб, доедая свой бургер. Я мгновенно бросила попытки укусить локоть и нахмурилась. Джесси опустила телефон.

— Может, не будем об этом? — вкрадчиво предложила я. Да что Гейб всё не успокаивался по поводу Майкла?! Ревновал? Битва альфа-самцов? Вот именно этого мне сейчас и не хватало! Возможно, между ними какая-то личная вражда, тогда это всё объяснило бы.

Так, если Гейб видел заинтересованность Майкла, значит, видели и остальные мальчики. Да, догадывалась, что это не то, чего желал Майкл.

— Ну кто виноват, что он совершенно не в её вкусе. — Джесси пожала плечами, начав пересматривать видео. — Карма — стерва. Заслужил.

— Да, — подтвердил Карл, вновь отпив коктейль. Как занимательно. Майкла никто из здесь сидящих не любил. Понятно, что Карлу не нравилось отношение Майкла к его сестре. Скорее всего, Джесси не в зоне интереса Майкла, и ей обидно. А Гейб? Ревновал? Соперничество? Просто Майкла ненавидел?

Мы стали играть во второй раз. Рада, что выиграла. Теперь я загадывала желание для Гейба. О да. Наконец мой час настал, а то думала, что всё так плохо и останется. Захотела, чтобы Гейб сходил к Джесси в гости и нам прислали совместное селфи. Гейб упирался как мог, совершенно воспротивился моей идее, но я была неумолима. Карл молчал, а Джесси растерялась.

Моё желание поспособствует тому, что Джесси и Гейб пообщаются наедине, а не в компании — это раз. Карл немного поревнует Джесси — это два, ощутит, что может потерять её. Вот вам и обещанный фейерверк!

Остаток вечера прошёл славно. Я повеселилась. Хотя Майкл то и дело приходил мне на ум.

***

На встречу с Ханной мне всё-таки пришлось сходить. Самые неловкие полтора часа в моей жизни. Хотя нет, преувеличила. В принципе, всё прошло нормально.

Ханна оказалась достаточно красивой девушкой, с аккуратным личиком, тёмными волосами и отличной фигурой, а также с отменным чувством юмора, и вообще у меня сложилось мнение о ней, как о человеке, на которого можно положиться. Учитывая, что я в целом тяжело людям доверяла, Ханна произвела на меня хорошее впечатление. Без внимания с моей стороны не осталось и такое её качество, как бойкость.

В тот день мы с ней шли вдоль дороги, разговаривая. Погода радовала для октября: солнце грело, ветерок несильный и тёплый, без туч на небе. Я только лишь в лёгкой чёрной куртке, причём расстёгнутой.

— Анабель мне уже всё рассказала. Как ты вообще пришла к такой позиции? — совершенно спокойно спросила она, взглянув на меня. Какие у неё глубокие бирюзовые глаза!

Я моментально встала, опешив. Эм. Так, что делать, что говорить?

— Да… В общем, был у меня парень. Совершенно не вызывал никаких эмоций, — решила я всё-таки идти до конца со своим неумелым враньём. Да и парня «официально» у меня не было, так что я вешала лапшу на уши. А говорили, чтобы удачно врать, надо смешивать немного с правдой. — Помню, поцеловал меня… Вроде должна чувствовать себя хорошо, а в итоге… Никак, — вот здесь я сказала правду, вспомнив свой первый поцелуй. Отлично, получилось соврать. Чему я научилась в Редхилле?! Было не по себе, что я обманывала такую классную девушку, и, хотя мне казалось, что я вправе ей довериться, но опасалась. Мы познакомились через Анабель, и если Анабель узнает, что я никакая не радикальная феминистка, то узнает вся школа. Прощай, псевдодружба с Анабель. Здравствуй, временно прекратившийся буллинг!

Вновь восстановила в памяти первый поцелуй. Мой почти-парень тогда выкурил сигарету, и жевательная резинка с ментолом несильно спасла положение. Мы гуляли, затем сели на скамейку, как вдруг он подался вперёд. Игнорируя желание сморщить нос от горького сигаретного запаха, я позволила ему прижаться к моим губам своими. И во время поцелуя мечтала о том, чтобы это побыстрее закончилось. Помню движение его языка в моём рту, и как это противно ощущалось. Это не было романтично, он просто залез в мой рот. Затем бывший поднял мой подбородок кончиками пальцами, и с тех пор я ненавидела прикосновения к подбородку и шее. Он прикусил мою губу, когда отстранился.

Дома я всё-таки не удержалась и помыла губы с мылом. Мама ничего не сказала по поводу того, что от меня несло сигаретами. А лучше бы мы с ней по этому поводу тогда поговорили, но с мамой я такое обсуждать не хотела.

Во время второго поцелуя он совершенно не контролировал руки. Хоть бывший и был мне симпатичен на тот момент, так далеко я однозначно не хотела заходить. Тело откликалось на его прикосновения, но моя скованность сыграла положительную роль, поэтому ничего бóльшего не произошло. Второй поцелуй мне понравился ещё меньше первого. В тот период своей жизни я думала, что просто что-то не понимала в поцелуях. Всё больше порывалась окрестить их слюнообменами и стараться избегать.

Ханна своей фразой вернула меня в настоящий момент:

— Интересно. — Она поджала губы. — И ты никогда не испытывала сексуального влечения, получается?

Я чуть было не расплылась в самой неудачной глупой улыбке, которая выдала бы меня. В голове сразу же всплыл поцелуй с Майклом, и я пыталась избавиться от этого образа.

— Да, — кивнула я, заставляя язык телодвижений сейчас работать на меня. — Я сейчас понимаю, что не готова ни к каким близким отношениям, — наконец решилась сказать. Меня сразу же немного отпустило после того, как заявила о неготовности к отношениям. Ведь отношения есть не только романтические, но и дружеские. И я правда не была готова перед кем-либо чужим распахивать свою душу, хоть Анабель и силилась сделать нас с Ханной подружками.

Задумалась, а почему с Майклом мне поцелуй понравился? От него тогда сигаретами не несло? Он не был столь настойчив и позволил мне решить, целоваться или нет? Он не начал лапать мой зад?

Может, причина в том, что Майкл меня внешне привлекал, а бывший нет?

Пока что загадка.

Ханна схватила меня за руку, и я вздрогнула, но руку не выдернула.

— Я прекрасно понимаю тебя. Буду рада общению с тобой. — Ханна тепло улыбнулась мне. Затем мы начали делиться с друг другом разными эпизодами из жизни. Ханна заряжала энергией и позитивным настроем. Я ужасно чувствовала себя из-за того, что так нагло ей соврала.

— А что Анабель сказала тебе про меня? Что я в поиске подружки? — рассмеялась я. Мы только что купили колу и шли мимо дома Ханны — она показала, где живёт.

— Да что ты не побоялась признаться в том, что феминистка и не испытываешь сексуального влечения к мужчинам. Знаешь, это заслуживает уважения.

Я неудачно открыла колу и обрызгала свою футболку. Сразу же стало холодно. Хотя на мне куртка, которую можно было застегнуть, ощущения всё же не очень.

— Я как всегда! — Схватила края футболки и потрясла, пытаясь моментально высушить.

— Бывает. Хочешь, какую-нибудь мою возьмёшь? Всё равно рядом с домом. — Ханна пожала плечами и указала на аккуратный двухэтажный дом, мимо которого мы только что прошли.

— Знаешь, я просто сниму футболку и застегну куртку.

Разлитая кола напомнила мне о том, как Анабель не пожалела на меня целое ведро сока. Ведь было же! А теперь мы с ней типа подружки.

Ханна провела меня домой, там я поздоровалась с её мамой и зашла в комнату на втором этаже. У Ханна всё выглядело достаточно стильно: везде развешаны плакаты с исполнителями, стены выкрашены в единый сиреневый цвет, со вкусом и без излишеств. Я сразу же сделала комплимент по поводу интерьера и сняла с себя куртку и красную футболку, желая побыстрее переодеться.

— Спасибо. Вау. Вот это фигура, Эмбер. Такая тонкая талия, можно руками обхватить. Обруч крутишь? — Она склонила голову набок. Я на пару мгновений смутилась, а затем быстро накинула на себя куртку без футболки, застегнула.

— Кручу, но такая талия — это не особо моя заслуга, генетика. Да и у тебя не хуже, — сказала я вдогонку.

— Думаешь? — Она подняла свою чёрную футболку, представив взору алый лифчик. Уровень неловкости — критический. Я была не из тех девчонок, которые показывали друг другу нижнее бельё. — Мило, что ты так смущаешься, Эмбер, — рассмеялась Ханна, разглядывая меня.

Я переступала с ноги на ногу.

— Да, у тебя очень крутая талия. И грудь. Очень… классная, — еле выговаривала я слова, а Ханна ещё громче захохотала.

— Какая ты стесняшка, мне нравится!

Ой да. Так неловко мне давно не было.

К счастью, мы вскоре закончили обмен любезностями и вернулись на улицу. Ханна решила проводить меня до дома, а под конец поцеловала в щёчку, так что я зарделась. Мама как раз возвращалась из магазина в этот момент. Пришлось познакомить.

— Эмбер, что-то я раньше не видела, чтобы вы дружили, — заметила мама, когда Ханна зашла за угол. Я поднималась вместе с мамой на крыльцо.

— Да вот решили… пообщаться, — выкрутилась я и зашла в дом.

— Ага, поняла. Знаешь, Эмбер… кое-что тут болтают, а я вот у тебя спросить хочу: когда это ты стала радикальной феминисткой и ненавистницей мужчин? — пытливо спросила мама и поставила на стол продукты. Ну кошмар какой-то! Неужели в этом городе всё так быстро распространялось? Вот что значит мелкий городок, как деревня. Удивительно, что про наш разговор с Майклом на дороге ничего не говорили. Наверное, потому что Майкл жил ближе к окраине, другой теории у меня не было. Либо же бабушки в свои окошки не успели заглянуть и увидеть нас.

— Мам, ну я просто… пробую общаться с разными людьми… — Я пожала плечами и подумывала, как бы побыстрее убежать в свою комнату.

— Верно, пробуешь. С Майклом Уокером это тоже пробы были? На той фотке всё очень даже однозначно выглядело. Ты разочаровалась в мужчинах? Хочешь поговорить об этом? — мягко говорила мама, а я схватила яблоко из холодильника.

— Мама, ну вот не надо. Ханна — очень интересная девушка. И никакой неприязни к мужчинам у меня нет.

— Не спорю. —Мама наклонила голову и внимательно в меня всмотрелась. Я чуть не подавилась от её взгляда и направилась на второй этаж.

— Эмбер, пойми, я не против, — прокричала она мне вслед. — Ты знаешь, против кого я: против бабника и хулигана Уокера!

Я закатила глаза и закрылась в комнате. Чуть позже мне пришло селфи от Гейба и Джесси. Джесси рассказала, что они мило пообщались наедине. Сначала она боялась, но в то же время ей было интересно узнать больше про Гейба. Сказала, что он застенчивый при ней и что Карл стал писать ей в два раза больше. Я порекомендовала отвечать ему не слишком быстро — рабочая схема.

Ну что же, рада, что помогла. Необычный денёк выдался!

Глава 19. Переодеваясь в Ведьмака

Эмбер

Прошло несколько недель, и всё спокойно. Я сосредоточилась на учёбе, мне часто писала Анабель, правда, при этом ловко избегала упоминаний Майкла. Я гуляла с ребятами и общалась с Ханной.

Чтобы отвлечься, стала переигрывать в Ведьмака. Недавно начала новую игру, теперь вот собиралась убить полуночницу. Побежала искать травы, необходимые для изготовления масла против призраков. В то же время получила уведомление о новом сообщении. Нажала на паузу и посмотрела, от кого.

Кровь застыла в жилах. Ах да, сегодня же девятнадцатое число. Пора обо мне вспомнить. Сволочь. Долго не замечала его помешательства на этом числе, а спустя некоторое время до меня дошло. М-да.

Ну что ж, как ты там говорил: хуже всего — безразличие? Так вот и получи его. Недавно разблокировала бывшего только для того, чтобы он не думал, что я обижаюсь. Мне просто всё равно, и точка. С презрением посмотрела на «Эмбер, привет) как дела?)» и швырнула телефон на кровать позади себя. Я ведь переехала, а он всё ещё помнил. Переезд, кстати, помог: почти и не думала о бывшем, да и более трезво могла оценивать его действия.

Всё же вернулась в игру для того, чтобы сейчас выместить злобу от полученного напоминания о бывшем на полуночнице. Знак ирден готов, масло тоже. Вперёд! Я действовала быстро, не давая призраку нанести мне урон, часто накладывая знак квен, то есть защиту, когда услышала звук очередного уведомления на телефоне. Неужели бывший мне снова что-то написал? Расправилась с призраком, чуть выждала время и взяла телефон. Сообщение от Джесси. Фух.

«Ты уже придумала, кем будешь на Хэллоуине? Самое время позаботиться о костюмах!»

Я оглянулась на свой ноутбук. Кем буду? Пожалуй, знаю.

«Решила быть ведьмаком. Пока не знаю, где раздобуду подходящую одежду и бутафорские мечи».

«Слушай, поехали в соседний город, там поищем. А если что не найдём, закажем в интернет-магазине».

Я была рада, что Джесси написала именно сейчас, отвлекла меня от всех унылых мыслей. Вот же бывший умел мгновенно испортить настроение. Какой особый дар!

***

Полторы недели пролетело незаметно. Мне пришлось попотеть, чтобы раздобыть необходимое для Хэллоуина, ну, а кому сейчас легко? По учёбе были сплошные контрольные, к которым нужно было готовиться, а ещё зачёты с оценками. Я продолжала несколько часов в день спускать на игру в Ведьмака, чтобы отвлечься. Гулять стала меньше — не хотелось. Анабель на время обо мне забыла, что было счастьем. Судя по историям в социальной сети, она страдала от необходимости учиться и поступать в университет, а также показывала, как здорово тусила с подружками. Я видела, что Майкла она боготворила.

С Майклом мы не общались, должно быть, уже месяц. Разговоры о нас поутихли, он совершенно обо мне забыл, мы не здоровались, вели себя, как будто вообще никогда не пересекались. С одной стороны, я и хотела, чтобы так было, а с другой… скучала по нему.

Анабель взялась организовывать Хэллоуин у себя дома, кто бы сомневался. Как сказала Джесси, Анабель бралась устраивать все вечеринки у себя. Ханна позвала меня пойти с ней, мама порекомендовала захватить Гейба (мама с мистером Рейганом всё больше сближалась). Гейб не знал, какой костюм выбрать, и долго сомневался, Ханна сразу решила одеться Белоснежкой.

Я же отыскала подходящую рубашку, брюки и сапоги, с мечами оказалось не так просто, заказала в интернет-магазине, и они пришли как раз вовремя. Ханна помогла мне сделать грим — шрамы на лице. С париком тоже не без проблем: мы всё никак не могли полностью убрать мои тёмные волосы под него. К счастью, удалось, однако я весь вечер переживала, как бы с меня этот парик не слетел. Хорошо, что решила без линз, хотя Ханна предложила найти похожие, как у Ведьмака.

Я заморочилась, должно быть, потому что мне хотелось на чём-то сосредоточиться, помимо учёбы.

Джесси выбрала костюм пчелы — вспомнить детство. Гейб оказался одет Фредди Крюгером. Мы вчетвером стояли у входа, ожидая, когда сможем зайти. Как только попали внутрь, сразу поняли, сколько же много людей пришло. Ничего себе! Анабель подскочила к нам с пластиковыми стаканами.

— Приятно вас всех видеть. Эмбер, ты кто у нас? — Она оглядела меня с ног до головы. — Два меча?!

— Ведьмак. Два меча — сталь для людей, серебро для монстров, — разъяснила я, чуть вытащив из ножен за спиной бутафорию.

Анабель же выглядела как шлюха. Наверное, она оделась как демон: рожки на голове, огромное декольте, короткая алая юбка, колготки в сетку. Ничего интересного.

— Ах вот оно что! Ты, значит, против меня, — рассмеялась Анабель и протянула мне стакан. — Я дьяволица.

Не удивлена, Анабель. И тебе даже костюм не нужен.

— Да, — хмыкнула я и взяла предмет у неё из рук.

Гейб куда-то испарился вместе с Джесси. Мне хотелось поздороваться с Карлом, а Ханна предложила походить по дому и осмотреться. Анабель увязалась с нами.

— А как там Карл? — поинтересовалась я у Анабель, когда мы вошли в зал.

— Да приболел, но костюм всё-таки надел. Захотел быть каким-то монстром, я уже забыла название… — быстро говорила Анабель. — Ах, Майкл, вот куда ты делся!

Он стоял и разговаривал с кем-то. Со спины я его даже не узнала. Майкл повернулся, и у меня сердце пропустило удар. В чёрных штанах, такого же цвета рубашке и с рожками.

— Он не хотел надевать рожки, я еле его заставила! Скажи, Эмбер, что ему идёт! — Она топнула ногой. Ханне позвонила мама, и она отошла. Я испытывала лёгкое раздражение от того, что вновь приходилось терпеть Анабель одной.

Посмотрела Майклу в лицо, и у меня не хватало сил хоть что-нибудь произнести. Ощущала себя максимально глупо. Я так по нему соскучилась, что теперь вот похожа на рыбу, потому что не в состоянии ничего сказать. В прошлый раз, как мы виделись, я сильно на него обиделась. Теперь почувствовала, что всё в один миг простила. Вместе с тем испытала вину за то, что отшила его во второй раз.

Анабель продолжала на меня внимательно смотреть, а я молчала. Пришла мысль в голову о том, что демоны сейчас в тренде. Как же эта хайповая история про ангелов и демонов называлась?

— Анабель, там спрашивают, куда катить бочку с пивом, — звонко произнесла одна из её подружек, какая-то шатенка. Всех имён этих похожих друг на друга девочек я до сих пор не могла запомнить.

Мы с Майклом остались наедине. Тот, с кем он говорил, отошёл, и теперь всё стало ещё более неловко. Майкл молчал, а затем и вовсе отвернулся, уткнувшись в смартфон. Мне смертельно хотелось с ним заговорить.

— Ты суккуб, что ли? — спросила я, чтобы привлечь его внимание. Он нехотя повернулся ко мне, и у меня в эти мгновения чуть руки тряслись. — Хотя суккуб же в женском обличье. Они бесполые. Нет, ты инкуб! — я говорила первое, что приходило ко мне в голову. Майкл приподнял уголки губ.

Нет, так-то и правда инкуб, учитывая, сколько я с ним за всё время знакомства успела нафантазировать…

— А ты… ведьмак? Ведьмачка? Серьёзно? — Он сощурился, осмотрев с головы до ног.

— Мои вкусы весьма специфичны. — Я пожала плечами. — Да, ведьмак.

— А почему не Йеннифэр? Она очень сексуальна.

— Так ты в курсе этой вселенной. — Я расплылась в улыбке, почувствовав себя легче. До меня только дошло, чего он вспомнил про Йеннифэр. Я как раз такого типажа. Хоть бы не покраснеть сейчас.

— Сериал немного смотрел. Не зашло. — Майкл, наконец, убрал телефон в карман. Видимо, теперь отвлекаться не будет!

— Да мне тоже не зашёл. Я игру люблю. — Полностью расслабилась, заговорив о своих предпочтениях.

— Так что же, Эмбер, ты убить меня пришла? — Майкл широко улыбнулся. Я вновь растерялась, опаздывая с ответами. Мне просто хотелось на него смотреть, лыбиться и молчать. Затем всё-таки очнулась, достала бутафорский меч из ножен и ткнула Майклу в грудь. — Вау. Убит, — расхохотался он. А потом резко выдернул меч, схватил за рукоять и направил меч на меня, чуть задирая мою рубашку. Я рассердилась и достала другой меч, не собираясь сдаваться. Осторожно дотронулась мечом до его шеи и подняла выше, прямо под подбородок. Майкл на меня так смотрел, что перехватывало дыхание.

— Ты вообще-то убит был, — возмутилась от того, что Майкл пожелал поиграть со мной. Вместе с тем испытывала азарт.

— Убит. Давно. Маленькой смертью, — осторожно проговорил он.

— Какой смертью? — Я нахмурилась.

— Ты не знаешь, что такое маленькая смерть? — Майкл наклонил голову, но быстро понял, что зря, — деревяшка сильнее уткнулась ему в шею. — А, да. Точно. Я снова забыл.

Чего он там забыл?

— Кто тут не знает про маленькую смерть? — прозвучал противный голос рядом со мной. Мы с Майклом разом опустили мечи. Анабель прилипла к Майклу. — Эмбер, там тебя Ханна ищет. Можешь её попросить рассказать тебе, что такое маленькая смерть, — рассмеялась она, поцеловав Майкла в щёку.

Я выдернула у него из рук бутафорский меч и вернула в ножны. Почему-то чувствовала себя паршиво и поспешно отошла от них. Вытащила телефон и загуглила. А, ну да, теперь всё понятно. Это оргазм.

Видимо, Майкл вновь забыл, что я девственница.

Ханна обрадовалась, когда увидела меня. И чего она не стала искать там, где мы расстались? Либо же увидела меня с Майклом? Не было сил над этим думать. Я всё ещё не могла переварить разговор с Майклом. Джесси с Гейбом тоже внезапно нарисовались. Приняли на грудь вместе, теперь вот болтали. Впервые я была рада, что выпила. Нужно было какое-то маленькое забвение, головная боль способствовала этому. Я с некоторой тоской наблюдала за всеми. В разговорах участвовала, несильно вникая в происходящее.

Карл присоединился к нам позже, оказывается, вырядился оборотнем. Выглядело невероятно смешно: пушистый такой. Мы впятером сидели за журнальным столиком в гостиной — успели занять диваны. В комнате присутствовало много народа, из-за этого жарко.

— Давайте в правду или действие! — провозгласила Джесси, при этом долив в стакан и мне, и себе. Я поморщилась. Мне много пить точно не стоило. Иначе, самоконтроль, до свидания. Впрочем, с правдой у меня никогда проблем не было и без алкоголя. Стакан брать не спешила. Сняла ножны вместе с бутафорскими мечами и положила возле дивана.

Мне вспомнилось, как в прошлый раз играли в бутылочку, и моментально скривилась. К счастью, Анабель и Майкла поблизости не было. Я откинулась на спинку дивана, стараясь вернуться в настоящий момент.

Началось всё очень даже мило: Джесси поинтересовалась у Карла, какой у него любимый фильм — Титаник. Довольно любопытно, учитывая, как главный герой внешне похож на Карла. Было видно, что ответ Джесси понравился. Далее Карл спросил у Ханны, когда она переехала в Редхилл: когда ей было только пять. Выходила такая приятная беседа, где мы узнавали больше друг о друге.

Нам принесли пиццу, и я побыстрее пожелала забить себе рот хоть чем-то. Пицца была с большим количеством сыра, поэтому я уплетала её, хотя грибы показались горьковатыми. Ханна спросила у Гейба, почему тот не приходил в школу неделю назад. Гейб нахмурился, а потом признался, что у него была диарея. Все расхохотались.

Он пристально на меня посмотрел, когда собрался задавать вопрос. И такого я не ожидала:

— Эмбер, почему ты красишь губы красным?

Я рассмеялась, смущённая.

— Просто нравится. Сразу себя сильной ощущаешь.

Далее я поинтересовалась у Джесси, какой у неё любимой цвет. К слову, спустя немного времени Джесси вдруг воскликнула, что пора повысить градус вопросов, чтобы и действия какие-то были. Анабель как бык на красную тряпку сразу же прибежала.

— Провокационные вопросы? Это по моей части. — Она села на подлокотник дивана с моей стороны. Не хотелось с ней так близко находиться, но что поделать.

Я расспросила Джесси про тот случай, когда она пошла к Гейбу в гости.

— Просто посидели, поболтали, — легко ответила она, а вот Гейб во время ответа немного вжал голову в плечи. Карл же отвёл взгляд. Наблюдение за людьми — всегда интересно.

Джесси спросила у Карла, привлекали ли когда-либо девушки постарше. Все рассмеялись, Анабель же шикнула на нас. Карл ответил «нет», когда сам прекратил хохотать. Он что-то спросил у Ханны, она выбрала действие. Я только поняла, что ей сказали выпить стаканчик пива, потому что внимание было сосредоточено на том, что Майкл вернулся в гостиную вместе с какими-то ребятами. Впервые я задалась вопросом, а какие у него друзья.

Гейб спросил у Анабель, настоящая ли у неё грудь. Анабель горделиво откинула волосы и ответила положительно. Я закатила глаза — что ещё можно было ожидать? Теперь Анабель должна мне задать вопрос, и в груди росло отвратительное предчувствие.

— Эмбер, ты испытывала оргазм? — Она улыбнулась мне сверху вниз. Вот же стерва, ведь знала ответ. На что рассчитывала? Что я кинусь выполнять действие? Выставлю себя с плохой стороны? Не дождётся.

— Нет, не испытывала. Хочешь найти человека, который бы мне помог? — едко произнесла я. Мне было жутко неловко о таком заявлять, поэтому пряталась за сарказмом.

— В другой жизни, может быть, — усмехнулась Анабель. Я видела, что она не совсем довольна.

Чтобы отвлечься, поискала Майкла глазами. Наконец я поняла, что это за ребята. Тот самый Громила, что приставал ко мне по пьяни, и ещё неизвестные мне лица. Похоже, та самая банда.

Я никак не могла придумать вопрос для Джесси. Ещё надо такое, чтобы не задеть подругу и не создать неприятную ситуацию (как Анабель мне сейчас устроила).

— Джесси, у тебя был парень? — сказала я первое самое глупое, что пришло на ум.

— Ага, Карл, — с некой тоской произнесла она. Я взглянула на Карла, тот тоже испытывал неловкость.

— Какие вы все тухлые! — завопила Анабель, встав с подлокотника. — Сейчас немного освежим тусовку. Позволь мне спросить, Джесси. Карл, тебе Эмбер нравится?

— Действие.

Джесси побледнела. Анабель не стала больше мучить брата и просто сказала ему выпить залпом из стаканчика. Теперь я чувствовала себя совсем паршиво. Заметила, что Майкл наливал себе пиво из бочки, которая как раз рядом с нами. Тем временем рыжая стерва не успокаивалась:

— Далее. Ханна, у тебя с тем футболистом Томом было что?

Анабель словно знала слабые места всех. У Гейба спросила, почему он избегал уроки физкультуры. Все действия были безобидными: выпить, скорчить рожицу, станцевать и так далее. Где-то это даже выглядело смешно, но атмосфера была слишком гнетущей. Зная Анабель, мы не отделаемся малой кровью. В особенности я.

Кажется, Джесси поняла, что Карл мной интересовался. И в этом ничего хорошего.

Я решила отыграться на Анабель прямо сейчас. Лучшая защита — нападение.

— Давай я спрошу для разнообразия. Уверена, что ты на всё можешь ответить, — усмехнулась я, крутя стакан с пивом в руке. — Правда, что Майкл с тобой только ради секса?

Анабель покраснела и мгновенно повернулась. Её взгляд меня прожигал.

— Откуда, ты, маленькая дрянь…

— Отвечай, Анабель, — прорычала я, прервав её. В эти мгновения адреналин зашкаливал.

Анабель тотчас посмотрела в сторону Майкла и улыбнулась. Кажется, у нас давно собрались зрители среди других гостей вечеринки.

— Действие, — легко произнесла она.

В голове крутилось столько вариантов, и все они были не из самых приятных. Мне до жути хотелось макнуть её лицом в грязь за все плохие поступки по отношению ко мне.

— Ты ведь изменила Майклу с каким-то парнем? Слышала, что он учится в нашей школе. Подойди к нему, поцелуй и скажи, что скучала, — холодно проговорила я.

— Запросто, —процедила Анабель.

Я понимала, что сейчас копалась в чужом грязном белье, и это меня не радовало. Только лишь чуть-чуть. Какая-то садистическая ненормальная эйфория.

— Позовите Марка, — крикнула она одной из своих прислужниц, которая была зрителем. — А пока Марк к нам идёт, Эмбер, у тебя когда-нибудь секс был?

Я пристально смотрела на неё. Чего Анабель хотела добиться?

— Нет.

— А Эмбер у нас святая невинность, как я понимаю. Что же ты себя так развязно вела там на поляне? Майкла оседлала? Ой какие нынче девственницы. Что же ты к брату моему полезла, хотя знаешь, что твоя новоиспечённая подружка по нему сохнет? Очень правильная Эмбер, —плевалась Анабель ядом. Она всё перевирала. К Карлу я не лезла, Майкл сам дёрнул меня за руку, и я на него упала.

— Ты себя слышишь вообще?! — не сдержалась я от праведного гнева.

— А в рот ты брала, правильная Эмбер?

У меня расширились глаза, и отнялся язык. Анабель наслаждалась тем, что я пришла в шок от такого вопроса.

— Анабель, ты чего? — Услышала голос Майкла рядом, и Анабель сразу схватила его за ладонь.

— Ты лгунья, Эмбер! — продолжала она орать на меня.

— Анабель, хватит уже! — Карл не выдержал.

— Окей, я перенервничала. Майкл, вот сядь рядом с Эмбер. — Она толкнула его на диван, подозрительно быстро успокоившись. Я сразу же подвинулась, чтобы и Майкл поместился.

Все мои мысли теперь занимало то, как быстро всё разнесётся по школе. Разве кто-то будет проверять высказывания Анабель на достоверность? Она же авторитет. Да и как тут проверишь-то… Меня начало знобить.

После этого Анабель словно подменили: больше никаких провокационных вопросов, она сжимала руку Майкла и, видимо, так успокаивалась. Я пододвинулась к Джесси, только чтобы не соприкасаться телом с Майклом.

Оказалось, что Анабель просто выжидала.

— Майкл, что ты чувствуешь к Эмбер?

Видела лицо Майкла только сбоку, но заметила, что вопрос ему не понравился, и он тотчас выбрал действие. Зря.

— Майкл, а поцелуй Джесси в губы!

От такого задания я вспыхнула. В прошлый раз Анабель сказала ему поцеловать меня, а теперь мою подругу. Никогда в жизни я больше ни во что с Анабель играть не буду. Вечные провокации.

Больше всего меня удивило то, что Майкл не отказался, как в прошлый раз. Должно было задеть то, что он встал с дивана, обошёл меня и наклонился к Джесси, чтобы поцеловать. Но задело меня совсем не это. Задело то, что Джесси ему ответила.

Она обвила его шею руками, и все всё поняли. Джесси это очень даже понравилось. Я видела со своего места, как она прогнулась в спине. Майкл спустя несколько секунд остановился, не посмотрел на Джесси и вернулся на своё место.

У меня бешено стучало сердце. Джесси не говорила мне о том, что ей нравился Майкл.

Игра вновь продолжилась без слишком личных вопросов, Анабель превратилась в паиньку, но своё дело она сделала. Мне было просто хуже некуда. После ещё одного круга вопросов я отошла в туалет, только вот возвращаться не собиралась. Сначала долго стояла в очереди, выгнала оттуда одну парочку, затем стала ходить по первому этажу, вновь набрела на тот же затемнённый коридор.

Не могла поверить, что с прошлой вечеринки прошёл уже месяц. Решила наконец понять, что же здесь за комнаты. Открыла дверь, и она легко подалась. В помещении было слишком темно, но я включила фонарик на телефоне и нашла выключатель возле дивана. Комната оказалась подсобкой. Диван какой-то знакомый, с пятном. Ах да, тот самый диван, где Майкл с Анабель сексом занялись. Видимо, пятно от сока так и не удалось победить. А ведь диван белый был, новый. Да уж. Осмотрела стеллажи с инструментами. Комната выглядела довольно тесной — пять на пять метров примерно.

Я села на диван, он был накрыт плёнкой, которая чуть скрипела. Только сейчас я позволила себе в полной мере почувствовать все те эмоции, что подавляла десять минут назад. Я была дико зла на Анабель за её провокационные вопросы. Марк (тот самый, с кем изменила Анабель), к слову, так и не появился. Но я была намерена добиться того, чтобы Анабель своё действие всё-таки выполнила. Вдобавок, я почему-то сердилась на Джесси.

Тыкалась в телефоне, в надежде, что вот-вот тахикардия пройдёт, но мне было запредельно плохо. Джесси спросила в смс, где я, но я проигнорировала. Тошнило от неё. Не совсем понимала, почему у меня вдруг такая реакция на неё? Ну не сказала она мне про симпатию, и что? Я ведь тоже не всем с ней делилась. Тем более, у меня были подозрения, что подруге Майкл хоть немного да нравился.

Иногда эмоции — это не та вещь, что можно логически пояснить.

Почему я не злилась на Майкла?

Похоже, не хотела его ни с кем делить, вся моя злость перешла на девушек, а не на него, раньше было бы по-другому, а сейчас? Почему так? Потому что я дико по нему соскучилась? Потому что в груди при мысли о нём теперь печаль?

Я подпирала голову рукой, в горле пересохло, и хотелось плакать. Была рада, что одна. Но это ненадолго, как выяснилось.

Дверь приоткрылась, и я увидела Майкла.

— Тебя уже ищут. Так и знал, что ты здесь. Твой любимый коридор. — Он вошёл и закрыл за собой дверь. Только сейчас я поняла, что оставила её приоткрытой. Ну вот. Могла и дальше в одиночестве сидеть, а теперь из-за собственной глупости этого не получится.

— Молодец, сыщик, — вяло проговорила я и отвернулась. — Шутки про сталкинг всё ещё актуальны.

— Эмбер, ты злишься на меня из-за того, что я поцеловал Джесси?

Я услышала, что он обеспокоен. Серьёзно?!

— А тебе интересно то, что я думаю? Неожиданно, — съязвила. Хотя это ведь я его отшила в последний раз. Со мной творилось невесть что. — Нет, я злюсь на Джесси, а не на тебя, можешь спать спокойно.

Майкл слишком сильно нахмурился. Видимо, он вообще не понял.

— Эм… А про те вопросы Анабель… Эмбер, невинность — не порок, если что.

Я рассмеялась и взглянула на него. С чего вдруг Майкл взялся меня успокаивать?

— Она просто специально это… Не ведись, короче. — Майкл почесал в затылке, а затем подошёл ко мне.

— Ок, — была предельно краткой, чтобы показать, как сильно не хотела с ним разговаривать.

— Анабель всё говорила родителям увезти этот диван, а они вот чего-то ждут, — вдруг сказал Майкл, а я в очередной раз посмотрела на него. Мгновенно поняла причину своей постоянной раздражённости: я скучала по Майклу. Видела его с Анабель, при этом хотела, чтобы он был со мной. И сегодня он целовался с Джесси, а я желала, чтобы со мной.

Резко схватила его правую руку и дёрнула на себя, он этого не ожидал, поэтому упал вперёд, на меня, вовремя упёрся руками в диван и навис надо мной.

— Поцелуй меня, — шепнула я, обхватив его лицо руками.

— Эмбер, сколько ты выпила? — Майкл сузил глаза, но вырываться не стал.

Мне словно пощёчину дали.

— Немного. Я не пьяная, если что. И вообще пить не люблю. Всегда за компанию, чтобы не особо выделяться, — тихо проговорила я. Поняв, что Майкл касаться моих губ не собирался, проявила инициативу. Он сначала мне не отвечал, а потом сорвался. Я ускорила поцелуй и потянула Майкла за волосы. У меня полностью отключался мозг в эти моменты.

— И после этого ты заявляешь, что не можешь испытывать влечения? — насмешливо спросил он, когда оторвался от меня.

— Не лезь в это, — усмехнулась я, вновь поцеловав его. Чувствовала, как у меня тянул низ живота, дыхание восстановить вообще не получалось. Всё что я хотела — прикасаться к Майклу ещё больше.

Понимала, что мне не слишком удобно, поэтому подалась в сторону и упала спиной на сиденье, утянув Майкла за собой.

— Эмбер. — Он оторвался от моих губ. — Ты что делаешь?

Его правая рука поглаживала мой живот, Майкл залез пальцами под рубашку, и я выгнулась ему навстречу. Он расширил глаза. Честно говоря, я сама не очень понимала, что сейчас происходило.

Кожа в мурашках, и меня лихорадило. В тот миг осознавала лишь то, что устала постоянно запрещать, а позволять себе чувствовать невероятно приятно.

Глава 20. Драка с твоей девушкой

Эмбер

— Хочу тебя целовать, и чтобы нас это ни к чему не обязывало, — проговорила я, и Майкл сразу встрепенулся.

Желала себя хоть на пару мгновений отпустить. Да, я помнила, что у Майкла как бы имелась девушка, и я, мягко говоря, к нему приставала. Но до боли в груди устала переживать, как мне быть с Майклом.

— Ты серьёзно? Да ты прям мечта любителя несерьёзных отношений. — Он усмехнулся, но я видела по выражению его лица, что Майкл не слишком доволен.

— Что, считаешь таких парней мудаками? — Я гладила его затылок. Мне так нравилось перебирать его волосы. — А ты мудак, Майкл?

— Прямо сейчас — да. — Он наклонился и поцеловал меня. Затем губами дотронулся до шеи. Мне было настолько приятно, что я обхватила его ногами и прижала к себе. На пару секунд Майкл замедлился, а затем снова поцеловал меня в чувствительное место на шее. Я невольно издала стон, и сначала мне даже вдруг стало за это стыдно. Я крепче прижималась к Майклу всем телом, руками гладя его спину. Уже давно чувствовала, что он возбудился, в эти моменты мне просто нравилось думать, что он меня хотел. Майкл вдруг дёрнулся на мне, и это было приятно. У меня дрожью сводило бёдра. Мне хотелось совершить похожее движение в ответ, вернее, я просто не могла этого не сделать, тело больше не слушалось.

Майкл вдруг тихо застонал и перестал утыкаться мне в шею.

— Нет. Эмбер. Не здесь, не сейчас и не так.

Я сначала не поняла.

— Ещё скажи: и не с тобой, — вдруг посмеялась я, но вышло истерически.

— Разожми ноги. Эмбер, разожми их, — повторил Майкл уже громче, а у меня мозг тормозил с пониманием. Сделать это было тяжело, но я справилась. Майкл отстранился от меня, поднялся и отошёл от дивана.

Мне было дико стыдно. Я только в этот момент поняла, что сейчас происходило. Села на диване, у меня сводило ноги, всё тело покалывало. Стало так… плохо.

— Не говори, что обиделась на это, — вдруг произнёс Майкл, и я взглянула на него.

— Зато переспать с Анабель на этом самом диване у меня на глазах ты очень даже смог! — Меня одолевала обида. Было горько и больно, жутко неприятно. За себя стыдно.

— Обидно, что я тебя здесь не трахнул? Обидно, что я не как мудак себя веду? Что я девственницу не завалил при первой удобной возможности, пока она слаба и не понимает, что делает? О да, я прям злодей, — говорил Майкл на эмоциях и с сарказмом, мне становилось всё хуже.

— Уйди.

— Я вообще не могу понять тебя! — Он подошёл, наклонился и заглянул мне в глаза. — То отшиваешь, то флиртуешь, то пошёл вон, то вот целоваться хочешь. И не только целоваться. Эмбер, ты у Анабель научилась?! У меня эти ваши манипуляции уже в печёнках сидят! Я не игрушка, понятно? Не игрушка, Эмбер! Ты не можешь мной управлять! Как же я устал от этого. — Майкл держался за лоб. Я в эти мгновения хотела сквозь землю провалиться. — Эмбер, я тебе, как человек, нравлюсь? Ты просто скажи. Я не могу понять тебя. Никак. Ты молчишь. Классно.

У меня голос отнялся от нервов. Самой себе было страшно признаться, что у меня к нему чувства, а тут ему что-то говорить… Нет.

«Эмбер, я тебе, как человек, нравлюсь?»

Как человек — это могло бы выглядеть комично, учитывая, в каком он костюме, но сейчас было не до смеха.

— Я так больше не могу, — продолжал он. — Хватит. Держись от меня, Эмбер, подальше. Я не могу тебя видеть.

Мне даже показалось, что ему больно это произносить. Майкл поспешно вышел из комнаты, не взглянув на меня.

Я схватилась за голову, ощущения были просто отвратительные. Ноги — ватные, во рту — привкус горечи, а в груди закипал гнев. Медленно встала с одной лишь целью: как можно быстрее уйти отсюда и забыть обо всём.

Что со мной вдруг случилось? Я ведь накинулась на него в прямом смысле этого слова. Что, слишком вжилась в роль Ведьмака с повышенным либидо? Да-да, осталось списывать всё на костюм, только чтобы избежать ответственности за своё поведение.

Слишком долго я мечтала о Майкле, когда видела его с Анабель. И этот месяц без общения вылился в мою острую тоску по нему. А ещё — вот в такую выходку.

Я страшно злилась. У меня почему-то словно горели руки и горло, срочно хотелось где-нибудь спрятаться. Я понимала, что злилась на себя. На то, что я так сорвалась. Майклу не смогла ответить. Что он теперь думал обо мне? Наверняка понял, что Анабель была права. Я та ещё… «Правильная».

Я вернулась в зал, ребят на диванах уже не было, вокруг полно незнакомых людей. К счастью, в этот раз я телефон захватить не забыла, поэтому ответила Джесси, что вернулась в гостиную. Мне хотелось поскорее сообщить подруге, что пора уходить. Вдруг вспомнила о Ханне: а она что обо мне подумала сегодня?

Меня теперь интересовало мнение каждого. Замечательно.

Только выйдя из гостиной, я натолкнулась на Анабель.

— Что, нашла Марка? — вдруг вспомнила я про обещанное Анабель действие и фальшиво улыбнулась.

— Нашла. Майкл вот на меня из-за этого сорвался, — заорала она. — Это ты меня подставила, Эмбер! Ты специально хочешь нас рассорить! Ты — конченая тварь!

Я получала оскорбления в лицо, сердцебиение зашкаливало. Чувствовала дикую пульсацию в висках, которая не позволяла мне думать.

— Да не хуже тебя. Я тебя не подставляла. Ты просто потаскуха, Анабель, — вырвалось у меня. Мой гнев вылился в словесную форму, и злилась я не столько на неё сейчас, сколько на саму себя за произошедшее с Майклом.

Сначала не поняла, что Анабель схватила меня за волосы и дёрнула голову в сторону. В ответ я вцепилась ей в лицо, желая одного: только бы она оставила меня сейчас в покое. От боли я закричала. Слишком быстро на нас прибежали посмотреть, причём, скорее всего, с включенными камерами на телефоне. Анабель повалила меня на пол, я надавила ей на глаза, и она так рванула меня за волосы, что у меня самой, наверное, посыпались искры из глаз. Я почти что зарыдала. Она ещё и локтями меня ударяла. Я, насколько мне позволяло в этот момент лежачее положение, резко коленом ударила её в бедро, от чего она на пару секунд перестала выдирать мне волосы, и я дала ей кулаком в лицо, прямо в нос. Она заорала как ненормальная.

В то же мгновение кто-то схватил её под руки и снял с меня, а я всё же зарыдала от шока. Майкл прижимал Анабель к себе, она плакала и жаловалась на меня.

Ау, это я жертва! Майкл, пожалей меня! Пожалуйста!

Но он на меня не смотрел, он утешал Анабель. У неё кровь текла из носа. Я слышала разговоры и перешёптывания вокруг себя. Ханна подбежала и помогла мне встать. Меня трясло от всего этого. Рядом оказалась Джесси и Карл, который был, мягко говоря, шокирован.

Джесси подошла ко мне с париком в руке. Оказалось, что Анабель содрала его с меня сразу же. Я поднесла руку к волосам, у меня горела кожа головы.

— Пойдёмте ко мне в комнату, — проговорил Карл, затем посмотрел на свою сестру. Удивительно, что он встал на мою сторону. Мы вчетвером поднялись на второй этаж. Джесси достала свою расчёску и аккуратно стала приглаживать мои истерзанные пряди, то и дело слыша стоны от боли с моей стороны. Ханна открыла аптечку, которую ей передал Карл.

— Из-за чего вы подрались? — спросила она, йодом смазывая царапины возле волос.

— Знать бы это… Она сказала, что я поссорила их с Майклом, и накинулась на меня. Не удивлюсь, если она выставит меня инициатором.

— Ага, учитывая, что ты разбила ей нос, — хмыкнул Карл. — Она больше пострадала. Но я знаю свою сестру, она с детства была драчуньей. Эмбер, ты лучше обходи её стороной. Анабель что-то слишком остро на тебя реагирует.

— И, похоже, всё из-за Майкла, — пробурчала Ханна. Мне казалось, что она уже давно поняла, что я вовсе не противница мужчин. Она чрезвычайно сообразительная девушка.

Мне было неловко вспоминать о Майкле. Да, я хотела, чтобы он пожалел меня, и в то же время мне было стыдно смотреть ему в глаза.

Как только боль в голове чуть утихла, в полной мере ощутила не менее болезненный дискомфорт в копчике — я ушиблась при падении на пол. Замечательно. Моё тело теперь всё ломило. После инцидента с Майклом у меня болело между ног, а теперь полный набор.

Девочки решили пойти со мной домой. Я попросила Ханну захватить мои бутафорские мечи из гостиной. Мы с Джесси вышли на улицу. Холодный ночной воздух чуть освежил меня.

— И, если хоть когда-нибудь ещё раз я соглашусь пойти к Анабель на вечеринку… убей меня сразу. — Я покачала головой.

— Костюм у тебя классный зато. Надо фотографии сделать. — Джесси тепло улыбнулась мне. Сейчас я не чувствовала злобы по отношению к ней. Ханна вышла к нам. Мы с Джесси сначала проводили её, а потом пошли дальше одни. Жаждала поговорить с Джесси о случившемся, но она молчала, а я всё-таки решилась.

— Почему ты не говорила мне, что Майкл тебе нравится? — Я остановилась и посмотрела на подругу.

— А что бы это изменило? Он многим нравится. Самый популярный мальчик школы. Как ты поняла, что он мне нравится? — Она всмотрелась в меня и поджала губы.

— По твоей реакции на его поцелуй.

— Точно. Согласился поцеловать меня, лишь бы не заявлять при всех о чувствах к тебе. Должно быть, он тебя любит, — резко произнесла Джесси, а я сначала впала в ступор, но затем расхохоталась. От мысли, что он любил меня, стало страшно.

— Ты что городишь.

Джесси сощурила глаза, но ничего мне на это не сказала, оставшись при своём мнении. Я считала её слова абсурдом.

— Майкл мне понравился ещё до того, как изменился, — продолжила Джесси разговор, когда, казалось бы, мы вновь продолжим путь в тишине.

— Изменился? Что это значит? Когда?

— После смерти папы. В девятом классе у него был конфликт с учениками старших классов, примерно такая же ерунда, как у тебя с Анабель. Дрались постоянно, Майкл вроде даже попадал в больницу. Мне было его жалко. Он никогда не отступал, хотя был один против толпы. Это вызывало восхищение.

— А из-за чего его так? — Я нахмурилась, не ожидав услышать такое.

— Не помню точно. Вроде за какую-то девушку заступился, а это девушка главаря была. Тот с ней грубо обращался, Майкл увидел и не сдержался.

— Она нравилась Майклу?

Неужели всё из-за какой-то девушки? Впрочем, Анабель ведь тоже бросалась на меня из-за Майкла.

— Не знаю, честно. Она его никогда серьёзно не воспринимала.

— Ты сказала, что он изменился. В чём?

Мы с Джесси продолжали идти, к счастью, фонари освещали дорогу.

— Он… словно стал одним из них. В десятом классе некоторые ребята, которые над ним издевались, ушли в колледж, а некоторые остались. Там чуть ли не война была. Майкл собрал свою команду против них. Он мстил. Один раз всё вышло слишком жестоко: Майкл со своими издевался над каким-то мальчишкой младше них.

— Ничего себе. То есть герой стал злодеем?

— Да. Тогда же начались все эти пьянки-гулянки, о Майкле поползли разные слухи, к нему активно начала клеиться Анабель, но он месяц или даже больше не обращал на неё внимания. Вслед за Анабель по нему начали сохнуть и другие. Он делал успехи в спорте, репутация в школе среди учеников у него выросла, среди девочек (благодаря вниманию Анабель) тоже. Вот так всё и вышло.

За это время мы подошли к моему дому. Из-за боли во всём теле и дикой усталости у меня не было сил на обдумывание сказанного Джесси.

Но кое о чём я смогла поразмыслить. Возможно, он увидел во мне себя, поэтому и защищал от Анабель.

— Эмбер, что бы ты ни думала, но он с нежностью смотрит на тебя, — проговорила Джесси с улыбкой на лице. — И я рада за тебя. Не знаю, какой Майкл на самом деле, но благородство в нём точно есть.

— Ага, издеваться толпой над каким-то мальчиком, — вдруг вспомнила я её слова. — Такое себе благородство.

— Как вариант, он просто запутался. А, может быть, и правда урод. Кто его знает.

Я пожала плечами. Мы расстались с Джесси на хорошей ноте, и я вернулась домой. Мама уже спала. Я рухнула на постель и закрыла глаза, не переодевшись. Была вымотана. Мне не хотелось ни о чём больше думать.

Глава 21. Возвращение подруги из прошлого

Прошла неделя после случившегося, а я до сих пор не могла всё переварить, иногда просто не веря в реальность происходящего. В этом городке меня без конца преследовали одни только неприятности.

Внезапно мне написала школьная подруга, с которой мы не общались… два месяца? Удивительно.

Я намеренно и в то же время неспециально отдалилась от неё. Намеренно, потому что у неё своя успешная жизнь: хороший любящий парень, много планов на поступление (стремилась быть дизайнером), куча репетиторов и ещё друзья помимо меня. Она — экстраверт, не принимающий всё близко к сердцу, в отличие от меня. Я просто не хотела грузить её своими страданиями в лишний раз, ведь знала, что это не каждый вынесет.

Неспециально отдалилась, потому что Майкл, да и новые друзья как-то полностью отвлекли от той прежней жизни в Балтиморе. В каком-то смысле это хорошо.

Я скучала по подруге временами, вспоминая, как мы вместе гуляли по коридорам на переменах, она тогда всё была в поисках парня, а я всегда находилась на заднем плане. Мне нравилось быть наблюдателем с безопасного расстояния. Про мальчиков я многое поняла просто благодаря чужому опыту. Наблюдение порой ничем не хуже прямого взаимодействия.

Быстро ответила подруге, что у меня всё хорошо, ведь попросту не знала, что ей писать. Сложно общаться после такого долгого перерыва, столько произошло, не описывать же ей абсолютно всё.

«Эмбер, как новый коллектив? Мы тут общее фото сделали. Скучаешь?»

Я рассмотрела фотографию своего класса. Вот моя сияющая подруга Лора, с распущенными золотыми прядями и в элегантном, не слишком длинном платье, рядом её соседка по парте. Слишком быстро я нашла бывшего на снимке. Лыбился. Меня чуть не вырвало. Я даже не подозревала, как меня теперь от него воротило. Всё-таки отсутствие его каждый день перед глазами помогло мне остыть. Причём так остыть, что теперь реагировала на него, как на неожиданно возникшую крысу. Скривила рот и поспешно выключила телефон. Мне понадобилась минута, чтобы вновь открыть диалог с подругой и напечатать ответ:

«Ты шикарна, как всегда. Скучаю по тебе

По классу не очень

Мудак всё тот же

Потолстел, как я вижу.

Новый коллектив — да вполне нормально

Если не вспоминать про травлю».

«Эмбер?!» — моментально напечатала она ответ.

«Какая травля?!

Как ты там в этой деревенской дыре?!

И зачем мама решила тебя перевести в последний учебный год?

Тебе же экзамены сдавать

Как ты подготовишься в этой школе

Там же и профилей нет, наверное

Может, вернёшься в Балтимор?

У тебя же папа тут».

Вспомнила про папу. Разговаривали мы с ним по телефону месяц назад. У него новая семья: жена и дочери. Я знала, что он до сих пор любил меня, но сейчас слишком поглощён другими проблемами. Надеялась, что в будущем он и мне будет уделять время.

Я спрашивала у мамы, насколько разумно переезжать мне именно в этот год. Её было не переубедить, она думала, что поступила правильно. Маме нужно было сменить обстановку, мне тоже. Может, всё как надо.

«Эмбер, давай я тебе позвоню?!»

Я прочитала смс и согласилась. Так действительно проще, хотя по телефону я не слишком любила разговаривать. Она тотчас позвонила мне в мессенджере.

— Эмбер, ну-ка рассказывай давай, что там у тебя.

Была безумно рада слышать её звонкий голос. Всё-таки мне не хватало общения с ней. И как так вышло, что мы не поддерживали связь?

— Ты не представляешь, но с математикой я дружить перестала, — сказала я первое, что вспомнилось.

— Да ладно? Эмбер, что там за чертовщина. Это же провинциальный городок. Там сильная математика? — голос Лоры звучал встревоженно, и меня это трогало.

— Скорее, здесь учительница с приколами… А ещё как-то голова всё время другим занята.

— Так-так. Это чем, мне интересно? — рассмеялась Лора, и я слышала по её голосу, что она заинтригована.

— Да всяким. Друзья новые появились, гуляю больше. — Я решила не упоминать Майкла, чтобы не растягивать разговор на два часа. — Лучше расскажи, как там мудак поживает.

— Как поживает… Хорошо. Ты держись. Начал встречаться с девочкой. Помнишь Кору, такая на тебя чуть похожа? Учится вполне нормально и ему успевает помогать. Он поправился, да. Рассказывает, что уже как будто поступил в престижный университет. Как всегда бахвальствует.

Я почувствовала колющую боль в груди и сжала челюсти. Видимо, у него всё, напротив, только наладилось. Начал встречаться он, видите ли. А со мной и встречаться не надо было, и так везде помогала. Да, злодеи получают наказание только в сказках. В реальности им живётся гораздо лучше остальных.

— В этом смысле хорошо, что ты уехала… Видела бы, как он её окучивал. То ещё зрелище, конечно. Впрочем, он и раньше с ней флиртовал, особо стараться ему не надо было. Эмбер, ты как там? Не надо было говорить?

Я сжала ладонь в кулак так, что ногти впились в кожу. Боль чуть отвлекла.

— Надо было. Ты же знаешь, что для меня всегда лучше услышать правду. — Голос дрожал, и мне это не нравилось.

— Извини… Не хотела об этом. Не надо было фотку показывать. — Я слышала, что Лоре и правда теперь было неудобно.

— Да ничего. Он мне недавно писал.

Вспомнила тот день и содрогнулась, а затем в памяти всплыла подготовка к Хэллоуину. Хэллоуин… лучше не думать о произошедшем в сотый раз.

— Серьёзно? И чего писал? Как посмел?

— Да спрашивал, как дела. Я не ответила. Опять написал девятнадцатого, — не без раздражения произнесла я. То, что у него пунктик на это число, мы с Лорой выяснили вместе, листая переписку.

— Он больной. Ещё наверняка тебе в день рождения напишет. Урод. Скучает по тебе. Всё-таки Кора-то поглупее, — попыталась утешить меня Лора, а я смотрела в одну точку. Положила телефон на стол, вытащила черновик из ящика стола и стала потихоньку рвать бумагу.

— Угу, — не знала, что ещё ей говорить. Затронули не самую приятную для меня тему, лучше бы и дальше о бывшем не думала.

— Ты как там, лечишься? Психолога нашла? Хотя в глуши… Эмбер, может, всё-таки в Балтимор обратно?

— Я хорошо себя чувствую. Привыкла уже здесь. — Я продолжала уничтожать бумагу. Это меня успокаивало.

— Да конечно. Эмбер, ты сама говорила, что тебе необходим психолог для проработки травмы. Не надо теперь отрицать. Послушай себя из прошлого. Ну, или тебе нужен адекватный парень, который поможет с этим справиться….

Я закатила глаза. Это был очередной разговор с одной и той же мыслью.

— Я считаю, что парень не может до конца избавить от травмы. Нужна терапия, — снова начала я гнуть свою линию. — Это ведь не магия и не сказка. Так просто не работает. Девушки только прячут свои травмы без рефлексии, заводя новые отношения и наступая на те же грабли. Адекватный парень — это прекрасно, но только в сочетании с терапией.

— Ладно, Эмбер. Я никогда не сомневалась в твоих знаниях. Так. Что там с травлей, ты не ответила.

— Да одна местная стерва накидывается на новеньких. Мной занялась основательно из-за парня. — Я тотчас прикусила язык, ведь сказала и не продумала мысль до конца. Было поздно отнекиваться, подруга среагировала быстро.

— Эмбер. Какой ещё парень?! Ты чего с этого не начала? Эмбер! — на эмоциях прокричала она.

Я была рада, что телефон сейчас не у моего уха.

— Лора, спокойно. Обычный парень. — У меня ещё была надежда, что мы не продолжим эту тему. Однако следующим предложением подруга дала понять, что мне теперь придётся обо всём рассказать.

— Эмбер, блин! Из тебя надо всё вытягивать клещами?! Мне нужно всё! Вся информация! Это из-за него ты съехала по математике? Конечно да, можешь не отвечать. Скрытная.

Теперь я рассмеялась. Тему Майкла в разговоре избежать не удалось.

— Да, из-за него тоже. У него девушка — вот эта стерва, которая ко мне прицепилась. Нечего особо рассказывать…

— Эмбер! — грозно прозвучала подруга. — Не ври мне. Ты это отвратительно делаешь, я тебя не вижу, но уже знаю, какое у тебя лицо.

Я откинулась на компьютерном кресле и взяла телефон в руку, оставив бумагу в покое.

— Ладно-ладно. В общем, у него плохая репутация в городе. Считается хулиганом, бабником, придурком и спортсменом.

В принципе, так и было. Смешно, что достижения в спорте нисколько не обеляли его в глазах соседей и моей мамы.

— Но? «Считается»? Но он не такой?

В очередной раз я задумалась, а какой Майкл на самом деле. Мне сильно захотелось сесть и всё обдумать непредвзято или хотя бы попытаться это сделать.

— Он много чем помог мне. Я не ожидала этого. И он делал это просто так. Защищал меня от своей девушки. Не знаю почему.

Вспоминать эти поступки Майкла было безумно приятно.

— То есть ради тебя он хороший? — Я слышала, что Лора улыбалась, пока говорила. — Как будто сериал смотрю.

— Нет, он не типа хороший ради меня. Он просто хороший. — Я застыла, когда это произнесла. Видимо, эта мысль возникла из подсознания, но я не бралась её никак обдумывать. — Поддержал меня во время панической атаки. Кстати, паническая атака случилась после его признания мне в чувствах…

Лора завизжала в трубку, мне пришлось чуть отодвинуть телефон: заболело ухо.

— А что дальше-то было?!

— А дальше я его отшила.

Она зарычала.

— Эмбер, ты серьёзно?! За что ты его?

— Да он ни при чём… Просто триггерит меня временами. Тоже курит. Тоже бабник. Тоже целовалась с ним без….

— Вы целовались?! — перебила она меня. — Эмбер, ну что это такое, за два месяца столько произошло, а ты в начале разговора отделалась стандартным «у меня всё хорошо». Издеваешься! И как тебе? Лучше, чем мудак целуется?

— Лучше, — ответила я, улыбаясь. — Да и привлекает он меня намного больше.

— Мне срочно нужна его фотография! Я требую!

Я рассмеялась, ведь знала, что она просто так не отстанет, поэтому зашла на страницу Майкла и взяла две его фотографии: где он с друзьями и на футбольном поле. Подруга молчала примерно десять секунд после того, как получила моё смс.

— Обалдеть. Эмбер, да он же красавчик. Ещё и хороший. Чего ты ждёшь? Не знала, что в этих провинциальных городках такие обитают. Огонь просто. Он футболист?

— Скорее, баскетболист, — протянула я. В груди было тепло, не знала почему. От того, что подруга одобрила Майкла? Зашла к Анабель и нашла пару снимков с Майклом в её сохранённых историях. Переслала Лоре.

— А вот, вижу эту стерву. Ты лучше! А он… кстати, как его зовут?

Приподняла уголки губ, ведь подруга не удержалась от комплимента.

— Майкл.

— Замечательное имя!

«— А я Майкл. Запомни это имя. Будешь часто его произносить.

— В твоих мечтах, ага».

Вспомнила нашу первую встречу и посмеялась.

— Майкл и твою фотку лайкнул, как я не заметила! Эмбер, ну это куш. Поздравляю. Хватай его тёпленьким, — без тени сомнения воскликнула Лора, я уже представила, как она восторженно жестикулировала.

Мне оставалось только улыбаться.

— У него девушка есть как бы. Правда, он сказал, что с ней из-за секса.

— Вот видишь! А что ему секс нравится, ну, кому не нравится? Мне очень даже нравится, — захохотала она. — Эмбер, ты заслужила. Я серьёзно. Не каждый парень желает причинить тебе боль. А особенно учитывая, через что ты прошла. Сильно хочу, чтобы ты была, наконец, счастлива. Ты из тех хороших людей, что просто обязаны получить заслуженное счастье.

Я сначала и не заметила, как расплакалась. Быстро вытерла слёзы, шмыгнула носом.

— Эмбер, ты там плачешь?

Я молчала, стараясь успокоиться и отдышаться.

— Лора, спасибо. А с Майклом… я не знаю, что происходит между нами. — Я внезапно ещё больше разрыдалась. — Кажется, в последний раз я сама всё испортила. Накинулась на него.

— Накинулась? — с недоверием переспросила она.

— Долгий самоконтроль не приносит ничего хорошего. — Я собрала слёзы со щёк подушечками пальцев. — Очень много думала о нём. Так сложно всё. Меня к нему безумно тянет, и порой я этого боюсь. Ты знаешь, я прекрасно себя контролирую во всём. Но с ним это становится просто невыносимо сложно, и я даже не хочу себя сдерживать — что самое ужасное.

— Эмбер, но ведь он признался тебе в чувствах. А ты ему?

Я не спешила с ответом.

— Ну… он меня привлекает. Я ему об этом не говорила. — Мне вновь захотелось начать рвать бумагу, почему-то сильно нервничала.

— Эмбер. Просто «привлекает»? — Голос Лоры был пропитан скепсисом.

— Да, просто привлекает, — настаивала я.

— Эмбер, а мне почему-то кажется, что ты в него влюблена. Но теперь тебе страшно.

— Не хочу об этом говорить, Лора, — призналась я. Она как будто копнула туда, куда не нужно было, и теперь у меня в груди зияла пустота. Что я чувствовала к Майклу? Страшно подумать, что я влюблена! А если уже полюбила?! Какой кошмар!

— А он как отреагировал, что ты на него «набросилась»? — не отступала Лора, продолжая тему, которую я бы предпочла закрыть.

— Ответил. Но затем остановил, — зря я начала говорить, ведь сразу же нахлынули воспоминания. — Сказал: не время, не место. Знаешь, всё заходило… Далеко…

— Ничего себе. И он остановился. Вау. Эмбер. — Лора была шокирована, но в тоне, с которым она произнесла фразы, сквозило восхищение.

Добавлять то, что произошло дальше, не хотелось…

— Ага. А ещё постоянно его ревную. Он много раз целовался у меня на глазах то со своей девушкой, то с моей новой подругой на спор… Один раз почти переспал со своей девушкой у меня на глазах… — Я вспомнила тот эпизод и поморщилась. Хорошо, что я всё-таки ушла тогда и не стала досматривать.

— Ничего себе.

Я заметила, что Лора повторилась во фразе. Похоже, она сейчас и правда в замешательстве.

— Ты знаешь, это так больно ощущалось, особенно когда при этом он на меня смотрел.

— Во время поцелуя с другой девушкой? Эмбер… Ты что делаешь с парнем? — недоумевала она.

— Ага, а после того случая с сексом практически у меня на глазах я отшила его во второй раз. Он говорил, что готов бросить свою девушку.

Лора долго молчала, а мне не хотелось ничего добавлять.

— Никогда не думала, что скажу это, но ты жестока, — всё-таки подала она голос после долгой паузы.

— Да что ты говоришь? У меня травма, я не могу просто так сразу вступать в новые отношения. Майкл слишком быстро признался мне… — сокрушалась я, что всё так сложилось. И кого в этом винить?

— А он об этой твоей травме знает? Нет. Ты ведь его самолюбие топчешь, Эмбер. Разве так можно?

— Чего это ты вдруг на его стороне? — разозлилась я.

— Да потому что, Эмбер, хватит сохнуть по мудаку. Отвлекись. Поговори с Майклом. Проверь его, ты ведь теперь опытная. — На этих словах я издала смешок, в мудаках разбиралась, жизнь научила. — Если скажет, что хочет ещё десять лет гулять, то шли его в пешее эротическое путешествие. Расспроси его о целях и тому подобном. Посмотри, насколько серьёзно он настроен по отношению к тебе. Ну, судя по тому, что он тобой не воспользовался, видимо, там что-то похожее на серьёзное чувство.

Я закатила глаза на этих словах. Какое серьёзное чувство могло быть у хулигана, который встречался ради секса, в семнадцать лет?

— Либо же он побоялся, что у него не встанет, и он опозорится, — под конец предложения она хихикнула.

— У него встал… — тихо произнесла я, мне от этого почему-то было стыдно. Лора расхохоталась, видимо, поняла, как мне неловко это произносить.

— Ну, тогда понятно, значит мой первый вариант. Спроси, куда он хочет поступать. Позови его с собой в Балтимор, если вдруг он не знает, куда податься. Я вам квартиру подберу. А хотя, ты же против сожительства. Тогда сначала распишитесь быстренько в тесном кругу.

— Лора! Тебе бы фанфики писать! Это там так быстро всё происходит, — просмеялась я, пока слушала её фантазии.

— Эмбер, я тебя вдохновляю на что-то хорошее и здоровое. Пожалуйста, хотя бы попробуй. Не факт, что всё выйдет. Но ты хотя бы оживёшь чуточку! — энергично продолжала она меня убеждать. Я любила её активность: она всегда подзаряжала меня энергией, не давая расклеиться окончательно.

— Я подумаю над этим, — хмыкнула я, пока ещё не согласившись внутри себя на эту авантюру.

— Отлично. Эмбер, мне надо бежать к репетитору. Пожалуйста, пиши. Я теперь буду за тобой следить! Прошу, не отыгрывайся на Майкле. Он не виноват, — грозно проговорила Лора, а я скорчила гримасу, забывая о том, что она не могла увидеть меня. Мы распрощались, а в груди было тепло.

Разговор с Лорой пробудил во мне вопрос, над которым я долго не решалась поразмыслить: а какой Майкл?

Что я знала о нём?

Взяла листок и ручку. Решилась быть максимально объективной. Никакой личной оценки. Только то, что мне удалось узнать о нём за последние два месяца.

Наводящие вопросы:

Майкл — бабник?

Майкл — честный?

Майкл — плохой?

Первый вопрос: бабник ли Майкл. Проще было сделать сопоставление. Я стала вспоминать бабников, которых знала. Много фильмов было просмотрено, но помимо этого у меня имелся личный опыт тесного общения с бабником и наблюдение за подобными ему.

В коллективах обычно бабники выделяют сразу несколько девочек, а порой и всех сразу, временами флиртуя. Стала вспоминать поведение Майкла. Я за ним, признаться, немножечко следила всё это время. Он был с Анабель и выводил меня этим из себя. Флиртовал ли он с остальными? Нет.

Возможно, Майкл слишком самоуверен, чтобы заниматься этим, но всё же непохоже на то. Какой-то странный бабник. Так, ладно, пока оставлю.

Что касается второго вопроса про честность, то я стала вспоминать, когда слышала про это качество Майкл.

«— Твоя честность, Майкл, меня ранит! — произнесла Анабель так, как будто плакала».

Майкл мог соврать Анабель, что влюблён в неё, и спокойно продолжать спать с ней (и при этом она бы не закатывала ему истерики по данному поводу), но он этого не сделал. Почему? Что, обманщиком быть не хотел?

Опыт общения с лгуном у меня тоже был. Майкл, наоборот, мне казался чересчур прямолинейным, как я.

И, наконец, третий вопрос.

Стоило отметить, что Майкл и правда не воспользовался мной тогда на вечеринке, хотя я приложила все усилия к тому.

Майкл помог мне при панической атаке, защитил от Громилы, неоднократно спасал от нападок Анабель, давал свою одежду и подвозил домой, вступился, когда меня засаживала миссис Ливингстон. Это целый список. И он за это ничего не получил, кроме мандаринок. Кстати, вспоминая тот наш разговор…

«— А ты почему попробовал?

Майкл нахмурился и склонил голову.

— Меня заставили. По приколу. В маленьких городках вырастают жестокие дети. А подростки ещё более жестокие, чем взрослые. Я в этом убедился».

Майкла принудили начать курить старшеклассники. И, похоже, к сигаретам он пристрастился. Майклу не нравилось курить, но он курил. Почему?

«— С чего ты решила, что мне нравится? — Он взглянул на меня и потушил сигарету.— Привычка».

Согласно словам Джесси, над Майклом издевались. А потом начал издеваться он, вымещать злобу, проявился садизм. Я читала, что порой жертвы отыгрывались на других.

Майкл сделал мне много хорошего бескорыстно, разве так поступил бы плохой человек? Майкл— плохой? По его поступкам напрашивался другой вывод.

На меня нахлынули воспоминания о том, что мне о нём говорили. Гейб сказал, что он бабник.

«Повелась на бабника. Он же тебя разводит, как ты не видишь. — Гейб повернулся ко мне».

Маме рассказали плохое про Майкла соседи.

«— Оказывается, в этом маленьком городе есть банда, в которой он состоит! Что там только не творится! Даже про торговлю наркотиками поговаривают. Ещё рассказывали, что Майкл любит погулять, выпить и погонять на мотоцикле.

— Ну, про банду я ещё понимаю, но что ужасного: погулять и выпить… Все подростки так делают.

— Как-то раз его с девушками видели. Каждый день с разной. Эмбер, ну как так угораздило!

Я встала, чтобы поставить стакан и тарелку в посудомойку.

— Ещё и с полицией проблемы были, — продолжала мама».

Джесси, хоть и сомневалась в том, какой Майкл, тоже его недолюбливала.

«— Ну кто ему виноват, что он совершенно не в её вкусе. — Джесси пожала плечами, начав пересматривать видео. — Карма — стерва. Заслужил».

Однако я выяснила впоследствии, что Джесси нравился Майкл, поэтому она могла на него обижаться из-за неразделённой симпатии.

Майкл — бабник? Нет. Майкл — честный? Да. Я провела стрелки в листке, делая выводы. Самый главный итог: Майкл — хороший.

От этого вывода меня затошнило. От мысли, что я сделала ему тогда больно на вечеринке по случаю Хэллоуина, да и вообще… Мне так плохо от этого становилось. Как же неприятно, что всё так вышло.

Желала, чтобы Майкл на бывшего был похож, чтобы побыстрее его из сердца прогнать, а на деле ведь не такой же. Причём в некоторых моментах (например, его бескорыстная помощь) вообще кардинально отличался.

Мне нужно было поговорить с Майклом — Лора в этом права. Но стоит ли общаться сейчас? Нет, нет и нет. Он обижен на меня. Хватит мучить его, пусть остынет. Я, и правда, выглядела манипуляторшей в его глазах.

Меньше всего хотела, чтобы из-за меня кто-то страдал.

Глава 22. В замешательстве

Смотреть на Майкла было больно, и я старательно каждый раз прятала глаза, когда он оказывался рядом. В театре дела не ладились. Мистер Филлипс заметил, что мы с Майклом друг друга избегали, из-за этого сцены просто отвратительно выглядели. Анабель вновь влезла, я покорно уступила ей роль и больше на репетициях не появлялась, потому что это сплошная нервотрёпка, как будто без театра забот мало.

Настроения у меня не было уже вторую неделю. Я никуда не выходила, только в компьютерные игры играла и делала домашнее задание.

Сейчас сидела в столовой и крутила вилкой по тарелке, не прекращая терзать свой обед: лёгкий салат с индейкой. От еды тошнило, я мало ела, не понимала, что со мной происходило.

— Ты беременна, что ли, Эмбер? — хмыкнул Гейб, вытащив меня из потока собственных мыслей. — Ты уже который день не ешь и смотришь на еду, как на врага.

Джесси шикнула на него. Я тяжело вздохнула. Шутка совсем не смешная. Я не знала, как поступить. Желала, чтобы поскорее этот год промчался и я больше никогда не встретила Майкла на своём пути. Мне больно его видеть, поскольку чувствовала себя виноватой из-за произошедшего на Хэллоуине, да и в целом из-за того, что отшила его два раза. В последнее время у меня была повышенная плаксивость, даже на уроках чуть было не разрыдалась.

Я и не заметила, как к нам подскочила Анабель — вся радостная, энергичная, в алом платье с золотым поясом.

— Ребята, приглашаю вас на день рождения Майкла через две недели. Восемнадцать лет — дело серьёзное. Двадцать пятого числа у меня дома в восемь. Будет весело.

— Ты нас приглашаешь? С каких пор изгоям тоже разрешается? — язвительно заметил Гейб, закончив есть.

— А почему так рано приглашаешь? — произнесла Джесси, пристально взглянув на Анабель.

— Я вас умоляю, ребята. Подготовка занимает время! Будет много выпивки, крутой диджей, фейерверки! В общем, кайф. Кстати, «кайф» тоже будет, если вы понимаете, о чём я. — Она заулыбалась она ещё больше. — Гейб, если не хочешь, не заявляйся. А, насчёт этого. Эмбер, Майкл сказал, что не хочет тебя видеть, но ты всё равно можешь прийти.

У меня всё внутри похолодело, я уставилась вперёд, смотрела на ровную поверхность стола, не отрываясь. Не желал видеть меня? Могла бы подумать, что Анабель соврала, но он мне сам это сказал. Спустя две недели по-прежнему не хотел иметь ничего общего со мной. Дело плохо. Всё серьёзно.

— Ничего себе, — удивилась Джесси. — А почему?

Анабель пожала плечами.

— Видимо, разочаровался в нашей правильной Эмбер. Бывает. Очень рада, что он совсем забил на тебя, —произнесла Анабель спокойно, но в то же время самодовольно. Её устраивало всё происходящее. Кто бы сомневался.

К счастью, реакции у меня были заторможенные, поэтому и боль я ощутила притуплённую. Не пожелал видеть — окей. Пускай. Так даже лучше для обоих.

Осмотрев нас с присущим ей высокомерием, Анабель отошла от столика, чтобы подойти к Майклу, который стоял в очереди с подносом.

— Эмбер, что произошло-то? — Джесси обеспокоенно взглянула на меня. — Из-за этого на тебе уже две недели лица нет?

— Он к тебе полез? — неожиданно произнёс Гейб, а я нахмурилась.

— Нет, ребят, ничего серьёзного. Забейте. Майкл не может мне простить, что я дала Анабель в нос. Только и всего. — Я пожала плечами и всё-таки запихнула в себя еду, не чувствуя при этом её вкус.

Джесси и Гейб больше не доставали меня вопросами. Ещё один урок прошёл как в тумане. По математике я летела, как в пропасть, прямиком вниз. У меня полностью пропала любая концентрация.

Анабель подошла ко мне после урока, чтобы предложить вернуться в «Лисицы». Я согласилась. Надо было чем-то ещё сильнее себя отвлечь, как будто у меня дел мало. Удивительно, что Анабель мило вела себя со мной, хотя мы не так давно подрались. В этом вся Анабель. Репетиция прошла на следующей же день, я кое-как занималась, пыталась подражать другим, но вновь была недовольна тем, что у меня не получалось.

В раздевалке после тренировки Анабель тихо ко мне подошла. Я уже сложила всю одежду в шкафчик и хотела уходить. Из-за навязчивых мыслей собиралась медленнее, чем обычно.

— Эмбер, я вижу твою тоску влюбившейся. Можешь не скрывать, — резко прозвучал её голос, являясь почти оглушительным в тишине.

Я оглянулась. Никого не было. Замечательно. Опять придётся дать Анабель в нос, чтобы отстала? Только в этот раз кто разнимать будет? Или Майкл вновь появится, как по мановению волшебной палочки? Он же обычно так и появлялся, словно из ниоткуда. Эдвард Каллен номер два.

— Что, прости? — Я сощурила глаза. Неужели Анабель сумела разглядеть то, как я сохну по Майклу? Отлично, сейчас будет истерика.

— Да, Эмбер. Не обманывай. Я же вижу. Знаешь, я сама долго старалась понять, чего так на тебя срываюсь постоянно…

Её лицо вдруг оказалось близко к моему, так что я резко отпрянула, подалась назад, зацепилась ногой за скамейку и упала. Спину пронзила резкая боль. Классно, что ещё сказать! Похоже, ушиблась тем же самым местом, что на Хэллоуине.

— Ох, Эмбер! Ты что? Я тебя напугала? Извини. — Она помогла мне подняться. Её прикосновения были осторожными, и это чувствовалось просто отвратительно! Какая же она лицемерка! — Я понимаю, что ситуация крайне запутана! И ты очень расстроена из-за Карла, ведь вначале он тебе не нравился!

Мне хотелось прямо сейчас блевануть где-нибудь. Это что — сериал от Нетфликс?!

— Я поделилась своими подозрениями с Карлом… а потом он мне сказал, что… Ты его отшила, но потом…

Я расширила глаза. Что они там себе напридумывали?! И теперь Анабель вдруг осознала, что ревновала меня и к Майклу, и к своему брату? Позднее я поняла, почему Карл ей сказал, что я в него влюбилась уже позднее – чтобы спасти своё самолюбие после отказа.

— Эмбер, ну ты сама понимаешь… Они оба заняты. Карл сказал, что влюблён в Кэнди. А Майкл – в меня,— тем временем Анабель продолжала, и мне вновь пришлось обратить на неё внимание. — А я очень сильно люблю Майкла, до дрожи люблю его, никому никогда его не отдам. Просто без ума от него. Но мы можем попробовать секс втроём. Хочешь? — Анабель дружелюбно улыбнулась мне, а я чуть не упала во второй раз, но теперь уже со скамейки. Держалась за спину. — Так жаль, что ты внезапно осталась у разбитого корыта! Теперь я понимаю, почему ты стала феминисткой!

— Нет… я слишком консервативна для такого. — Я попыталась встать, но Анабель придерживала меня. Вот это она меня удивила сейчас. — Спасибо за предложение. Очень рада за вас с Майклом. Вы красивая пара, — говорила я и в то же мгновение как будто себе нож в грудь вставляла, всё глубже, дюйм за дюймом. — Анабель, как бы ты Майкла описала? Он хороший человек?

— Он самый лучший. Добрый, честный. Одним словом — стрелец! — рассмеялась она, а до меня только вот дошло, что мы с ним одного знака зодиака. Точно, у него же день рождения в конце ноября, а у меня ближе к концу декабря.

— Понятно…

От её ответа мне легче не стало. Вспыльчивость, правдолюбие и свободолюбие — что-то знакомое, а ну да, это же я. Просто замечательно. В один миг ещё сложнее стало с Майклом.

— А ты чего спросила? — Она смерила меня презрительным взглядом. Слишком поспешно сменился её настрой.

А действительно, почему я спросила? Всё ещё хотела услышать, что Майкл отвратительный монстр, и на этом успокоиться?

Беззвучно посмеялась губами, пытаясь снять нервное напряжение, пока Анабель продолжала на меня испытующе глядеть.

— Анабель, ты как думаешь, мне стоит быть в группе поддержки? — Я резко переключилась с одной темы на другую, с шумом втянув воздух ртом.

— Эмбер, даже не думай. Всё классно. — Она провела рукой по моей, и я дёрнулась.

Анабель окинула меня изучающим взглядом, словно над чем-то размышляя.

— Завтра ещё одна тренировка. Не расслабляйся.

Учёба, театр, теперь ещё и группа поддержки. Блеск, голова полностью занята заботами. Хоть на репетиции театра перестала ходить, но, как оказалось, ненадолго.

Мистер Филлипс остановил меня в коридоре после урока английского. Я вздрогнула, ожидая, когда он будет на меня ругаться.

— Эмбер, почему пропускаем репетиции?

— Я… — начала говорить севшим голосом, — вы же видите, с Майклом у нас небольшой разлад. Сложно играть.

— Эмбер, личное пускай не касается вашей театральной жизни, — отчеканил он каждое слово и прожёг меня неумолимым взглядом. А мне он до этого ведь милым дядечкой казался. — Я в очередной раз попытался увидеть в Анабель Офелию, но тщетно. Эмбер, никаких отговорок. Чтобы в среду пришла! — грозно произнёс учитель, а затем смягчил слова доброжелательной улыбкой, однако мне легче от этого не стало. Он отошёл от меня, я же продолжала стоять на своём месте ещё примерно минуту, пока ко мне не подошла Джесси.

— Что он тебе наплёл? — Джесси начала жевать конфету, а я только сейчас очнулась после разговора о театре.

Подумала: а хорошо, что жизнь стала такой насыщенной, наполненной событиями, лишних мыслей меньше будет. Тоска, может, уйдёт в небытие.

— Хочет видеть меня Офелией. — Я открыла свой шкафчик и положила туда учебник по английскому.

— Вот оно что. Кстати, у нас задание на проработку эмоций. Гнев, удивление, радость и так далее. Тренируй мышцы на лице! — звонко рассмеялась она. И чего такая радостная? Джесси на телефон пришло смс, и я украдкой подсмотрела отправителя: Карл. Что-то наклёвывалось, видимо, они стали чаще общаться. Это меня порадовало.

— Опять доводить до абсурда? — с каменным лицом пробормотала я, уже представляя во всех красках эту картину.

— Ага, а ещё фотографировать себя, чтобы оценивать. Домашнее задание.

Я закатила глаза. Учить кучу текста, и так вот тебе домашнее задание, а теперь ещё и это — цирк какой-то.

Мимо прошла компания учеников, а позади них я заметила знакомую мне Ханну. Я сразу же попрощалась с Джесси, чтобы протиснуться мимо хохочущих подростков.

— Привет, давно не общались, — пока произносила слова, моя решимость разговаривать поколебалась. Ханна остановилась и смерила меня взглядом.

— Привет! Эмбер, извини, у меня много дел. Пиши если что. Если вспомнишь, конечно, — под конец её фразы я поняла, что она обиделась. Ханна приподняла уголки губ, а затем оставила меня, направившись в аудиторию. Я оглянулась: Джесси сидела в телефоне и глупо улыбалась.

Не знала теперь, как быть с Ханной. Мне понравилось с ней общаться. Однако я её обманула, вряд ли она захочет меня выслушать. Да и происходящее вокруг меня: драка с Анабель, потом дружба с ней — всё, и правда, выглядело странно. Не удивлюсь, если из-за этого Ханна предпочтёт не контактировать со мной.

Майкл вот тоже видеть меня не желал. Куда ещё лучше?

Кстати, насчёт Майкла. Вопрос, идти или нет к нему на день рождения, меня тревожил. Я ведь заключила, что он всё-таки неплохой, может, получится с ним поговорить? На что я надеялась? Чего хотела от него? Сама не знала. Просто невыносимо находиться с ним в ссоре. Желала чего-то более-менее адекватного, без надрывов.

Возможно, Лора права, и я сейчас срывалась на Майкле. Разве это справедливо? Не хотела так. В то же время понимала, что романтические отношения с ним вряд ли сейчас мне удастся построить, а если что-то и будет, то вполне возможно, что вынесу ему мозг своей непроработанной травмой. К слову, которой заниматься надо, а я этого не делала, потому что жизнь вокруг кипела и била ключом. Мне вон надо рожицу кривить (для театра) и разучивать, как правильнее попой двигать (для группы поддержки), а не сидеть и рефлексировать.

Я запуталась в том, какую тактику мне необходимо применять в отношении Майкла. Ужасно колебалась от незнания и невозможности определиться. Лора сказала мне пробовать. И определённая часть меня стремилась что-то предпринять, более того, жаждала этого.

Так боялась, что Майкл разглядит мой в нём большой интерес и возьмёт верх из-за этого, ведь чувства — это слабость, а я уже за свою такую слабость дорого заплатила. Мне настолько страшно, что чуть ли не до очередной панической атаки.

Ещё Лора добавила, что не каждый парень хотел причинить мне боль. А откуда мне знать, что именно Майкл — тот самый нормальный парень? Правильно, нужно с ним поговорить, а не сидеть и гадать на кофейной гуще.

Согласилась помочь Тони с испанским, но лишь для того, чтобы зайти в гости к Уокерам и спросить, нравятся ли Майклу вообще какие-либо видеоигры. Выведала. Он всё-таки иногда играл, пусть и не столь часто, в отличие от меня. И зачем я это узнала?

Придумала ему подарок. Восторг. Эмбер, ты что делаешь? К парню решила полезть? Да вот похоже на то. Его день рождения всё ближе и ближе, я начала предвкушать, пусть и бояться одновременно. Фантазировала, как всё будет. И тряслась от мысли, что я всё-таки пойду.

Глава 23. С днём рождения

Я всё-таки окончательно решила, что пойду на вечеринку, хотя ведь зарекалась больше не соваться домой к Анабель, поскольку всегда происходило что-то из ряда вон выходящее. Майклу я, по совету Тони, купила в стиме часть Mortal Kombat, которая по параметрам подходила к компьютеру Майкла. Так сказать, всё предусмотрела, а также узнала, что более современный компьютер им купить не по карману.

Надела лёгкое розовое платье чуть выше колена, сегодня было жарко, макияжа совсем немного, и помада на этот раз кораллового цвета. Я сидела и представляла, как пройдёт наша встреча с Майклом. Какие будут у него эмоции? Злость? Радость? Безразличие? Меньше всего мне хотелось видеть безразличие на его лице — это больнее.

Джесси согласилась пойти со мной. С Ханной я последнюю неделю почему-то не общалась, но чувствовала, что должна с ней объясниться. Джесси уверяла меня, что всё пройдёт отлично, а я тем временем ужасно нервничала, от волнения в горле пересыхало.

Как и обещала Анабель, диджей действительно присутствовал, гостей было полным-полно, мы протолкнулись с Джесси в гостиную, минуя десятки танцующих людей. Анабель с Майклом стояли в центре, она держала микрофон.

— Уважаемые гости, сегодня мы собрались по самому лучшему поводу. Моем… нашему Майклу теперь восемнадцать! — Анабель была преисполнена необыкновенной радостью, словно это был её день.

— Теперь совсем уголовно-наказуемый, — проговорил парень в кожаной куртке. Похоже, из банды. Майкл усмехнулся в ответ. Анабель обнимала его одной рукой, всё ещё продолжая окидывать пришедших взглядом.

— Сегодня мы отрываемся по полной! Пускай веселье длится до утра и после тоже, — мечтательно говорила она, прижимаясь к Майклу. От этого в груди щемило. Майкл выглядел довольным. Ну конечно. Может, ему и правда хорошо без меня? А я просто пудрила ему мозги?

— И ничего, что завтра в школу, — шепнула мне Джесси, явно чем-то недовольная.

Анабель что-то продолжала говорить, я не слушала её, наблюдала за Майклом. Наконец Анабель передала ему микрофон.

— Всем спасибо, что пришли. Ценю это. Расслабляйтесь и кайфуйте, —произнёс Майкл дружелюбно, но мне показалось, что недостаточно искренне.

К Майклу начали подходить и поздравлять. Анабель тёрлась рядом. Я понимала, что мне точно не стоило сейчас делать то же самое, что и другие, поэтому вместе с Джесси ушла в зал, где была устроена танцплощадка. На душе плохо; я услышала песню Skillet и решила потанцевать. Джесси постеснялась, мне же было всё равно. Нравилось, что в зале темно, и именно поэтому я не ощущала смущения, лишь неоновые огни освещали танцплощадку. Радовало, что людей пока что здесь не прям уж много, потому что запах пота в огромном количестве просто не выносила.

Я начала пританцовывать, двигая бёдрами. Песня была с надрывом, как раз самое то под моё настроение.

— Джесси, давай, — звала я её. — Я тоже не умею танцевать, как видишь.

Я была рада отпустить себя, просто двигалась, как хотела: руками и бёдрами. Почему-то чувствовала себя свободнее, чем обычно.

— Сжечь дотла! — выкрикивала я во время припева, Джесси же смотрела на меня, словно испытывала испанский стыд. Мне хотелось смеяться. Джесс вдруг посмотрела мне за спину и расширила глаза. Я оглянулась и увидела Анабель.

— Неплохо двигаешься, Эмбер. Я это сразу приметила. Наши тренировки тебе на пользу. — Она улыбнулась мне, а я остановилась, не ожидав её появления. Песня как раз закончилась.

— Спасибо. Кстати, почему Skillet?

— Майкл любит. Продолжим, Эмбер? — Анабель склонила голову, и началась следующая песня. Я сначала нахмурилась, а потом подумала, что ничего такого в идее потанцевать с Анабель не было. Зазвучала песня «Hero», которая тоже была мне по вкусу. Анабель двигалась намного лучше меня, но сейчас меня это не смущало. Хотя танцевать рядом с Анабель было дико в том смысле, что мы ведь не подружки!

Джесси снимала нас на телефон. Музыка уносила меня и отвлекала от грустных мыслей. Похоже, из-за танца я получила эндорфины, и теперь тупо улыбалась, двигая телом.

После второго трека мне стало слишком жарко, и я приблизилась к Джесси с предложением сходить попить. Мы подошли к барной стойке, Анабель позаботилась и об этом, видимо, долго готовилась к дню рождения Майкла и всё предусмотрела. Я взяла себе апельсинового сока и взглянула в зал. Анабель продолжала танцевать и кого-то подозвала к себе жестом. Майкла. Конечно.

Она сегодня вырядилась в красное обтягивающее платье, и я не могла не признать, что оно отлично подходило под её огненные волосы и несносный характер. Локоны были аккуратно уложены на левый бок. Затем моё внимание перешло к Майклу, который был в чёрной рубашке и штанах, словно в тех же самых, что и на Хэллоуине.

Я медленно потягивала сладкий сок через трубочку. Видела, как Майкл обнимал Анабель, проводил руками по её телу, и в эти моменты у меня в животе завязывался узел. В один миг я зажевала трубочку, вместо того чтобы пить. У меня пошли мурашки по телу, ведь Майкл поцеловал Анабель в шею со спины. Я сразу же вспомнила, как он губами проводил по моей шее, и сжала ноги. К счастью, Джесси вырвала меня из моих неприличных фантазий.

— Вы тут как будто самые лучшие подружки, — рассмеялась она, показывая мне снятое видео. Могла сказать, что двигалась я всё-таки лучше, чем себе представляла.

— Какие две горячие девушки, — продолжила я пить сок через покусанную трубку, всё ещё не в силах до конца переключиться с фантазий на реальность.

— Ага, в один день дерётесь, в другой — танцуете вместе. Как это всё называется?

— Могла бы назвать диагноз, да название забыла. Ты же знаешь Анабель: её вот так вот штормит из одной крайности в другую. — Я пожала плечами и перестала смотреть в зал, чтобы больше себя не дразнить. Мне было нехорошо от духоты и, похоже, не только от неё. Вместе с Джесси мы ушли в гостиную, где незнакомые ребята выпивали, сидя на диванах. Я увидела белый порошок на столе. Похоже, наркотики. Содрогнулась.

Вместе с Джесси мы встретили Карла, который был нам рад. Еле сдержалась, чтобы не отчитать его за то, что он наговорил Анабель. Ладно, не буду рушить его хрупкую самооценку и розовые мечты. Я оставила Джесси наедине с Карлом и стала проходить по коридорам на первом этаже, постоянно при этом натыкаясь на знакомых со школы людей. Сколько же тут народу? Вдруг я увидела Майкла, который выходил из уборной. Это мой шанс.

— Майкл! — окрикнула я его, он не спеша обернулся, видимо, узнал мой голос. По его лицу нельзя было определить эмоции, и я немного растерялась. — Майкл, просто хотела тебя лично поздравить. Я купила тебе Mortal Kombat в стиме, ссылку прислала на почту вот недавно, — призналась я, нервно шевеля рукой. Как же непросто было ему что-то говорить!

— Спасибо, Эмбер. — Он наклонил голову и дежурно улыбнулся. — Мне нравится эта игра.

Было больно от его холода. Неужели он до сих пор обижался на меня?

— Анабель говорила, что ты не хочешь меня видеть здесь. Правда? — выкрикнула я, когда Майкл уже отвернулся от меня и собрался уходить. Сердце билось как ненормальное.

Он осмотрел меня с головы до ног.

— Правда. Но можешь остаться. Мне как-то без разницы, — произнёс он металлическим голосом, как будто при этом вынеся мне приговор.

На этом всё. Майкл ушёл, а я застыла на месте. Именно сейчас почувствовала огромное разочарование во всём. Я вернулась к Джесси, мне хотелось плакать. Она рассказала, что Анабель уже успела попросить у неё то видео и она выложила его в свою историю. Я кивнула и села за барную стойку. Нам предложили канапе.

— Эмбер, я только заметила, как ты похудела за эти недели. В чём твой секрет? — Джесси щебетала в своей привычной манере, в то время как я сама была не в состоянии разделить её позитивный настрой.

Я взяла канапе с креветками и проглотила разом, затем ещё одну, но уже с крабом. Они были вкусные, таяли во рту. А ещё мне просто хотелось нажраться до боли в животе. Удивительно, что я всё ещё не потеряла способность к ощущению.

— В ссоре с Майклом Уокером, — тихо проговорила я и съела ещё одну. Джесси поджала губы, с сочувствием глядя на меня. Еда немного успокоила меня, но на слишком короткий промежуток. — А Карл где? — спохватилась я, вспомнив, что оставляла их одних.

— А Карл… Эмбер, он предложил мне встречаться. — Она заулыбалась в тридцать два зуба. — Поверить не могу. Твои советы подействовали, Эмбер! — завизжала Джесси, а я даже удивилась, как ей до этого удавалось скрывать свою радость. — Скоро он вернётся, и мы вместе проведём время. Ты же не обижаешься на меня за это? — Джесси поправила распущенные локоны и слегка неуклюже повернулась.

— Да нет, конечно. Отдыхайте. — Я отмахнулась. Казалось, что вот-вот и я просто уйду отсюда одна. Смысла больше не оставалось здесь находиться. Сплошная тоска. Пойду домой и буду пребывать в депрессии, включу какой-нибудь фильм, где герои находятся в счастливых и здоровых взаимоотношениях, и поплачу.

Меня всю выворачивало от тревоги и грусти. Джесси через пять минут удалилась с Карлом. Видимо, ему не доставляло особого удовольствия находиться на вечеринке Майкла, поэтому он предпочёл компанию Джесси. И хорошо. Я ведь этого хотела для них, разве нет?

Меня шатало, сердце бешено стучало, я ушла от толпы людей, в тот момент Анабель как раз объявила какие-то конкурсы. Я вновь оказалась в коридоре, а затем натолкнулась на какую-то пьяную парочку, которая шла мне навстречу.

— Да он ненормальный, — шепнула девушка парню, оглянувшись. — Как будто только он там может быть.

Я увидела Майкла у бассейна через окно. Терять мне было нечего. Открыла дверь и вышла на задний двор. Бассейн подсвечивался, и больше никакого освещения.

Удивительно, что здесь ни души. Лежаки пустовали. На вечеринке самое то залезть в бассейн пьяному. Где люди-то? Вспомнила только что встретившуюся мне парочку. Майкл их выгнал, что ли? Похоже, настроение у него не слишком хорошее.

На улице достаточно тепло, в лёгком ситцевом платье я чувствовала себя комфортно. Майкл стоял прямо около края бассейна, в руке у него полная стопка.

Я тихо подошла к нему, встала рядом и остановилась у бассейна. Как же красиво выглядела вода, здесь было так спокойно и умиротворённо, хотя и слышались голоса из дома. Майкл повернул голову ко мне.

— Неожиданно. Ром будешь? — ровным тоном проговорил он.

— Я же говорила, что не люблю пить. Так что нет, — в той же сдержанной манере ответила я и отвернулась. Кинула взор на затемнённый дворик Хилтонов, стараясь не сильно нервничать.

— Точно. Прямо девушка из моих мечтаний, — хмыкнул Майкл и произнёс так тихо, что я даже подумала, будто мне это показалось. — А я буду. — Он поднёс стопку с янтарной жидкостью к губам.

С одной стороны, мне хотелось спокойно постоять с ним, не ссорясь и не начиная драмы, а с другой, меня пробирал гнев. Я жалела, что отшивала его, теперь себя за это ненавидела, плюс к тому холодность Майкла выводила из состояния равновесия.

— Майкл, — начала я свою речь и удивилась сама себе, как у меня вдруг хватило смелости. Просто в очередной раз почувствовала, что мне больше нечем рисковать. Майкл и так не желал меня видеть, и я не имела понятия, что он чувствовал. Я должна была поговорить о нас, а в итоге не удержалась и стала говорить о нём. — Я вижу, что ты хороший. Зачем ты притворяешься кем-то? Образ бэд боя уже как вторая кожа, не правда ли? Тебе ведь самому это надоело, а как выпутаться не знаешь. Девочки, типа только секс, сигареты, которые ты тоже не любишь, банда, выпивка и вечеринки… Фальшивка сплошная. Вместо того, чтобы бороться со злом — примкнул к нему, — говорила я, то и дело посматривая на Майкла. Видела, как он с силой сжал стопку и пристально глядел на меня. — Ты ведь совсем не глупый. Анабель говорила, что ты отличником был. А то, что ты не тупой качок, я поняла ещё во время обсуждения Гамлета. У тебя достаточно глубокие мысли, — договорила я и с облегчением выдохнула, правда, дыхание у меня давно сбилось, голова чуть кружилась.

Майкл злобно улыбнулся.

— Я же говорил не лезть мне в душу. Не понимаю, чего ты хочешь добиться? Самоутверждаешься за мой счёт, Эмбер? — Он сделал шаг по направлению ко мне, и я вздрогнула. — Мне это уже наскучило. Хороший, говоришь? — громко расхохотался он. Мне вдруг стало страшно. И правильно. Майкл сделал шаг в сторону, но только для того, чтобы толкнуть меня.

Сначала я не поняла, что произошло. В воду погрузилась быстро, в лёгкие попала вода, я сразу же выплыла на поверхность, с этим у меня проблем не было. Сердце теперь колотилось как ненормальное, из-за неожиданного падения у меня сразу включился режим паники, поэтому, когда вынырнула, ещё долго хватала ртом воздух и пыталась отдышаться.

— Всё ещё думаешь, что я хороший? — Майкл сел на корточки возле края бассейна и с вызовом смотрел на меня.

— Злодей из тебя ну такой себе, Майкл. — Я выплюнула лишнюю воду и стала выталкивать её теперь из ушей, усердно тряся головой. Признаюсь, Майкл своей выходкой меня ещё больше разозлил. — В бассейн столкнул — ты в каком фильме это увидел? Заезжено, знаешь ли! Вдобавок, я хорошо плаваю, с вышек тоже прыгаю. И да, Майкл, ты — типичный литературный штамп! — заорала я на него, не в силах сдерживать своё раздражение. Я ведь права насчёт него, а он признаваться не захотел! Плохой мальчик нашёлся тут, видали настоящих!

Он резко вылил мне в лицо остаток рома из стопки. Не могла понять, что Майкл чувствовал. У него было обеспокоенное лицо, когда я только выплыла на поверхность, потом он ожесточился, а затем и вовсе пришёл в ярость после моих слов.

— Ну что сказать — всё просто супер, — закашляла я и рассмеялась.

Протёрла лицо водой и отплыла от Майкла на середину бассейна. К слову, вода была нехолодная, плавать здесь хорошо.

— Вылезать оттуда собираешься? — сухо спросил он, избегая зрительного контакта, и поднялся, чтобы дойти до бутылки возле лежака. Как я сразу не заметила.

— Не-а. Мне нравится плавать. Очень рада, что ты подарил мне такую возможность, — съязвила я. Если раньше Майкл пил из стопки, теперь приложился к бутылке. — Мм, распитие алкоголя в одиночестве в свой день рождения, когда полно гостей. Да ты душа компании.

Это я ещё умолчала, что он отсюда людей прогнал.

— Я не один. Ты же вот ко мне прицепилась, — фыркнул Майкл и вытер рот рукой. — А дельфином можешь, Эмбер?

Я не сразу поняла, к чему это он. Наверное, вспомнил мои слова: «хорошо плаваю».

— Ты про баттерфляй? Умею, да. Довольно легко получается, быстрее научилась, чем другими стилями. А что? — с гордостью заявила я и проплыла немного в сторону, просто двигая руками и ногами.

— А там движения как в сексе.

Я впервые задумалась об этом. Ну да, там же бёдрами отталкиваться надо.

— Впрочем, после Хэллоуина я не сомневаюсь, что у тебя получается плавать дельфином. — Он подмигнул мне и глотнул из бутылки в очередной раз. Я чувствовала себя неловко, вспомнив, как обхватывала Майкла ногами.

Интересно, если бы это произошло сейчас, он бы, пьяный, смог прекратить? Почему-то мне казалось, что нет. Это ведь Майкл начал разговор на такую тему, а не я.

— Майкл, ты злишься на меня? — поджала я губы, пока говорила. Как же было непросто это спросить. Он дико взглянул на меня.

— Злюсь ли я на тебя? Я тебя ненавижу, Эмбер. — Он отвернулся от меня и стал ходить возле края бассейна. Я продолжала держаться на воде, сердце всё ещё бешено стучало. А от слов Майкла так вообще болезненно сжалось.

— Почему? — недоумевала я.

— А какая разница? — Он развёл руки в стороны. — Это ничего не изменит. Вылезай из воды уже.

У меня всё опустилось внутри. Я чувствовала, что всё, конец. Не смогу до него достучаться, да и незачем это.

Он словно убил меня этой фразой. Я подплыла к краю, упёрлась руками в поверхность и вытащила себя, села спиной к Майклу. Мне хотелось просто исчезнуть.

Что я могла сделать по-другому сегодня? Искренне просить прощение за случившееся на Хэллоуине и умолять дать мне второй шанс? Майкл только что заявил о том, что ничего не изменит рассказ о причине его ненависти ко мне. Стоило ли унижаться? Видимо, он что-то решил для себя, не желая меня в это посвящать.

По крайней мере, я рада, что выговорилась. Пускай знает, что я видела его не так, как остальные. Другим, что ли. Более настоящим. А какой он на самом деле — только Майкл и знал.

Что ему ещё сказать? В голове была пустота. Стала вспоминать произошедшее за последние дни, чтобы отвлечь себя от горечи, привкус которой остро ощущала во рту.

— Анабель стала ко мне добрей. Так странно, — произнесла я, чтобы не молчать. Чувствовала, что Майкл всё ещё позади меня.

— Я признался ей.

— Что? — Я развернулась к нему, оставив одну ногу в воде, а другую поставив на поверхность. С меня стекала вода, становилось холодно. Как телу, так и душе.

— Я ведь не бездушный. Анабель столько со мной носилась по врачам из-за плеча… Прикипел. Привязался к ней, — проговорил он задумчиво.

Я видела, что Майкл рассказывал искренне, и именно поэтому меня сейчас душила обида и ревность. В этот момент я поняла, что нашим взаимоотношениям точно конец. Пока я невесть чем занималась, страдала, Анабель ухаживала за Майклом, который повторно вывихнул плечо. Я старалась не заплакать при Майкле.

— Вы друг другу подходите, — только и произнесла я совсем тихо, а затем встала. Мне хотелось кричать, но я молчала. На Майкла старательно не смотрела. Просто желала исчезнуть.

— Анабель даст тебе одежду. Я сейчас позову её.

— Не надо, — прошипела я, ощущая подступающую истерику. Майкл достал телефон и что-то написал. Анабель прилетела через минуту.

— Эмбер вот случайно упала в бассейн, — соврал Майкл. Не такой уж и честный. — Одень её во что-нибудь.

Он сказал и ушёл. Анабель с жалостью посмотрела на меня, откуда-то вытащила полотенце и повела меня на второй этаж. Мне не было стыдно проходить мимо людей, хотя с меня и стекала вода, с волос в том числе. Анабель прикрыла моё тело полотенцем, спасибо ей за это.

Мы зашли в помещение, Анабель сразу же побежала к дубовому шкафу, вытащила пару платьев. Рассматривать её комнату у меня вовсе не было желания. Как же я хотела убраться поскорее отсюда.

— Ты выбирай, что захочешь.

Я с полным безразличием взглянула на одежду и указала на первое же фиолетовое платье. Анабель сняла его с вешалки, вместе со мной вышла в коридор и показала, где ванная. А я уже знала, где ванная давным-давно. В зеркале увидела, как платье облепило тело и грудь просвечивала. Да уж. Быстро скинула с себя одежду и вошла в душевую кабину. Мне не хотелось выходить, вновь общаться с Анабель. Просто стояла под тёплыми струями воды и плакала. Мне было слишком плохо. Я шмыгала носом. Наконец мне стало тепло, но только не на душе.

Выйти всё-таки придётся, поэтому прикрыла кран и ступила на коврик, вытерлась каким-то полотенцем и надела платье, которое оказалось мне как раз. Когда вернулась в комнату, Анабель ждала меня с феном. Сразу же высушила мои волосы, я сидела и смотрела в это время в зеркало в золотой раме. Какая же я бледная на самом деле, синяки под глазами, заплаканное лицо, тени размазались, тушь не потекла (значит, хорошая), помада чуть стёрлась. Затем Анабель протянула мне массажную расчёску. Тёплый воздух фена меня согрел, хотя и хотелось мне в эти моменты просто сжечь себя этим феном.

— Я верну платье завтра, — промямлила я, расчёсывая немного влажные локоны, истерика чуть отпустила меня.

— Не надо его возвращать. Тебе идёт. Дарю, — тепло улыбалась она мне, похоже, совершенно искренне. — Ты отдала мне Майкла, Эмбер. Спасибо. Это просто мой праздник.

— Да не за что, — сказала я сквозь зубы, раздирая себе запутавшиеся волосы. «Отдала» — как будто он вещь какая-то. Анабель прищурилась, похоже, не ожидав, что я не удивлюсь её словам. Да-да, Майкл меня уже уведомил об этом прекрасном событии. Но, видимо, она была настроена лишь радоваться, поэтому продолжила без расспросов.

— Ты знаешь, сколько я ждала этого признания от него? — Анабель поднесла руку к лицу. — Казалось, никогда не дождусь. Он стал нежнее. Просто невероятно. — Анабель пребывала в чудесном настроении, в отличие от меня. Мы сейчас на разных полюсах по душевному состоянию.

На мою грудную клетку словно опрокинули грузовик с крупными камнями. Так тяжело. Я поскорее справилась со своими волосами, отказалась поправлять макияж и спустилась с Анабель вниз. Майкл как будто ждал, стоял рядом с лестницей.

Анабель протянула мне пакет, чтобы я донесла мокрое платье домой.

— Спасибо, что пришла, Эмбер. Можешь остаться ещё. — Анабель прижалась к Майклу, а он обнял её. Меня словно каждый раз протыкали раскалённой кочергой.

— Да я пойду лучше. В школу завтра. — Я глупо улыбнулась, стараясь притворяться, что всё в порядке, но как же это было непросто. Еле сдерживала себя, чтобы не разреветься прямо перед ними.

Я отвернулась и услышала слова Майкла хриплым голосом.

— Я тебя так хочу сейчас, лисёнок.

Я повернулась, только чтобы увидеть, как он её засасывает и лапает зад. Меня затошнило, и я чуть ли не бегом выбежала из особняка. Сбавила шаг, когда пошла вдоль дороги.

Мне было так горько, что казалось, я сразу же впаду в депрессию. Мне больше не виделось смысла. Лучше бы осталась в Балтиморе. Может, вернуться обратно? Поживу с папой и его новой семьёй. Хотя мысль о том, что папа возьмёт меня к себе, казалась невероятной.

Однако, как только я представляла, что ещё больше полгода буду видеться с Майклом и Анабель… Эта перспектива просто меня уничтожала.

Я шла по улице и рыдала в голос, наконец могла себе это позволить. Мне было ужасно холодно. Зашла в парк и села на скамейку. На улице никого, возле скамейки одинокий фонарь, который то и дело мигал.

Я просто сидела и жалела себя. Эмоции захлёстывали меня.

Голосок в мозгу кричал о том, что реакция Майкла была вполне ожидаемой, но мне не хотелось разумных мыслей в этот конкретный момент. Только сейчас посмотрела в телефон и увидела, что уже одиннадцать. Написала Лоре от горя.

«Я всё потеряла».

Вполне описывало произошедшее. Вытирала слёзы с лица. Лора была не в сети. Посмотрела, Джесси тоже давно не было. Целый час я сидела и предавалась деструктивным мыслям. Домой вернулась полуживая. Мама находилась у мистера Рейгана в гостях, это и к лучшему. Несмотря на полное истощение, я не могла уснуть. Играла в видеоигру, объедалась, следила за историями ребят из школы. Увидела фотографию Анабель, где она с Майклом целуется, и швырнула телефон в стену. Я не помнила, чтобы мне когда-либо было так больно.

Хотя всё-таки было что-то похожее. Что ж, я снова на те же грабли. Мои поздравления. Закинулась успокоительным.

Мне просто хотелось уснуть. Желательно, навсегда, но можно и на более короткий промежуток. Сон никак не шёл. Было уже три часа ночи, а я по-прежнему ворочалась.

Телефон пережил удар о стену, вот это да. Правда, плёнка слишком сильно поцарапалась. Позже я пойму, что он глючить начнёт. Я отодрала плёнку и включила его.

Майкл выложил фотку с Анабель в социальной сети. Друзья, это финиш. До этого у него не было ни единого снимка с ней. Похоже, всё серьёзно теперь. Счастливая звёздная парочка на фотографии. В обнимку. Как же мило и до рвоты просто.

Кстати, о ней. Я побежала к туалету, меня вырвало канапе. Замечательно. Теперь ещё и живот болезненно сжимался от голода.

Я понимала, что причины не в плохих канапе (канапе-то хорошие), а в нервах и стрессе организма. Осознала, что завтра в школу не приду. Впрочем, как почти все гости вечеринки. Гори оно всё синим пламенем.

Конец ремиссии. Я вновь грустная девочка. Мама будет «счастлива», если заметит моё состояние, конечно. Права была насчёт Майкла. Не такой уж и хороший мальчик по итогу. Второй раз сердце не разбивают, но, похоже, что всё-таки это возможно.

Признаться самой себе, что влюблена в Майкла — словно подписать себе смертный приговор. Однако иначе мне не было бы так мучительно больно и тошно.

Ненавидела быть влюблённой, это приносило мне лишь страдания.

Не знала, как быть дальше.

Глава 24. Погружаясь в уныние

На школу я забила. Не пошла на следующий день, и так вплоть до выходных. Вторую ночь подряд я просыпалась от судорог в теле. Меня почему-то трясло.

Мама вызывала мне врача. У меня зафиксировали только пониженное давление, а также переутомление организма. Посоветовали отдохнуть. После ухода врача мама села рядом со мной и спросила, точно ли дело только в учёбе. Я врала, потому что не хотела, чтобы она меня упекла в психлечебницу на этот раз. Она переживала, я видела. Но я думала, что смогу справиться со всем этим одна.

Месячные очень вовремя начались, причём в этот раз они были слишком болезненными. Повод не ходить в школу успешно найден.

Моё душевное состояние было хуже некуда.

Мама устроилась менеджером в магазин, лишь бы только кое-как зарабатывать. В очередной раз у нас зашёл разговор о переезде в Балтимор. Мама хотела выстраивать отношения с мистером Рейганом и видеться со своей подругой. Ладно. Поживу пока здесь.

Я понимала, что дело не только в том, что Майкл предпочёл Анабель, а не меня. Это ведь всё отголоски того моего состояния, в котором пребывала полгода назад. Я не до конца всё проработала, и так быстро не могло пройти.

И сейчас для меня лучшим вариантом было просто погрузиться в это и пережить грусть в полной мере. Я могла бы не обращать на всё это внимания, продолжать жить как робот, однако уже убедилась в том, что это лишь больше расшатывало мою психику. Я ежедневно рыдала, писала какие-то эмоциональные строчки в тетрадку, желая, чтобы меня поскорее отпустило.

В понедельник мама ушла на работу, а я осталась одна. Вытащила из холодильника ванильное мороженое и начала есть. Как же мне хотелось, чтобы у меня заболело горло, тем самым нашёлся бы ещё один повод пропуска занятий.

Лоре на смс все эти дни я не отвечала, поэтому сегодня она не выдержала и просто позвонила мне по скайпу. Тяжело выдохнув, я всё-таки ответила ей.

Я была в майке и пижамных штанах, волосы не расчёсанные, с опухшими глазами после плача.

— Эмбер, так что произошло, почему ты не объяснила. — Она смотрела на меня, пока я ела мороженое.

Кратко пересказала ей случившееся. Мороженое немного скрашивало горечь от воспоминаний.

— Эмбер… Ты не думала, что он просто на тебя обижается? Что назло тебе это сделал? Он ведь сказал, что ненавидит, а это сильное чувство.

Я молчала, сил рассуждать не было.

— Он искренне сказал о чувствах к Анабель, — произнесла я после того, как молчала на протяжении минуты. Мне казалось, что вот-вот расплачусь.

— Даже если так.

— Меня тошнит от мужиков, — призналась я, шмыгая носом.

— Понимаю. Не будем об этом. Поговорим о твоём душевном состоянии. Я рада, что ты всё-таки разрешила себе расклеиться. Так быстрее выберешься. Кстати. Давай я психолога найду? Терапия тебе не повредит.

— Ага, я же миллиардерша, чтобы платить психологу. Ты видела их цены? Космические. — Я откинулась на спинку стула, когда доела мороженое. Я его кусала и глотала кусками, из-за чего меня трясло от холода.

— Я могу оплатить, — спокойно произнесла она.

К слову, я думала о том, что, возможно, страховка и покроет большую часть расходов на психолога, но сейчас вовсе не было сил вдаваться в этот вопрос.

— Ага. А я потом буду тебе должна. Ты ведь знаешь, что это для меня невыносимо. Нет уж. Прости, что я ною. Мне стыдно. — Захотелось спрятать лицо и вовсе прекратить разговор. Как со мной дружить-то вообще?

— Эмбер, перестань. Мы ведь подруги. Да и я тоже иногда ною. — Лора старалась поддерживать, но мне казалось, что это было из жалости.

— О да, конечно. Последние полгода я только и делаю, что плачусь.

— Я так понимаю, по этой причине ты отдалилась.

— Да, Лора. Потому что у тебя замечательная жизнь, а у меня нет, и я просто закидываю тебя своими депрессивными мыслями. Мне от этого противно. И я меньше всего хочу тебе докучать.

— Эмбер, ты и правда думаешь, у меня безоблачная жизнь? Может, потому что я не рассказываю о плохих моментах и стараюсь притворяться, что ничего не было? Что родители контролируют каждый мой шаг, а Лука в очередной раз флиртовал с официанткой. Это ты считаешь «хорошо»? Как там это называется в психологии, кстати?

— Отрицание, — нехотя ответила я, теперь испытывая вину за то, что не приставала к подруге с вопросами об её жизни, она ведь всегда говорила, что у неё всё хорошо.

— Вот. Эмбер, пожалуйста. Скоро у тебя день рождения. Я приеду. — Она улыбнулась мне, стараясь приободрить.

— Ты же знаешь, что я не люблю свой день рождения.

И зачем она только напомнила?

— То есть тот факт, что я приеду в Редхилл, тебя не радует? — грозно прозвучал голос Лоры, которая явно намеревалась меня отчитать.

— Это «скоро» только через три недели.

— Эмбер, всё станет лучше, слышишь?

— Лора… Я только на днях поняла, насколько мне плохо после того, как моё сердце впервые разбилось. И что произошедшее с Майклом было последней каплей. Я не ожидала, что это сможет настолько сильно задеть меня. Просто не знаю, что мне делать. — Я внезапно расплакалась.

Лора молчала, за что была ей благодарна. Порой лучше ничего не говорить.

— Прежде всего, отпусти себя, — заговорила она после нескольких минут молчания. — Не кори себя. Пострадай, но только для того, чтобы потом эта боль к тебе больше не возвращалась. Ты ведь сама знала, что не до конца излечилась.

Лора говорила то, что я бы сама себе сказала в этой ситуации. Вообще, мы несколько раз обсуждали эту тему.

— Лора, мне так стыдно, — ещё больше разрыдалась я и наконец решила признаться в том, что меня мучает. — Люди умирают, становятся инвалидами, попадают в большие неприятности, лишаются всего в своей жизни, переживают предательства после десятка лет совместной жизни, а я… Я не могу пережить так называемую травму, что получила от парня, с которым были не пойми какие отношения. Неужели я настолько слабая?

— Эмбер, это были твои первые отношения. Не у всех они такие тяжёлые и токсичные. Он, и правда, вёл себя по-свински с тобой, и он действительно плохой человек. Да, все по-разному переживают такие травмы. Но ты не можешь винить себя за чувства и заталкивать их куда подальше, потому как… сама знаешь. Вспомнишь термин из психологии. Эмбер, ты не поверхностная, ты не можешь просто так переключиться, потому что глубоко чувствующий человек. И именно поэтому я тебя обожаю, Эмбер. Я готова тебя поддерживать. А насчёт слабости… Совсем наоборот. И ты станешь намного сильнее после того, когда преодолеешь накопившуюся обиду. Пусть ты мне сейчас не поверишь, но мне не кажется, что Майкл — копия твоего бывшего. У тебя сейчас просто идёт наложение образов. Защитная реакция. Ты проецируешь свои чувства на другого человека. И да, Эмбер, из-за тебя я прочитала кучу статей по психологии! Майкл нехорошо поступил, но позже ты и сама поймёшь, что к чему. Время всё расставляет по своим местам. Пожалуйста, не закрывайся от меня сейчас. Я знаю, что при депрессии люди зачастую отдаляются.

Я кивнула, в горле был ком. Удивительно, что Лора говорила именно то, что мне нужно было услышать.

— Я… постараюсь, — ответила при этом сразу на несколько пунктов: и не закрываться, и справиться со всем, что на меня навалилось.

— Ты — большая молодец, Эмбер! Всё ещё наладится, вот увидишь, — в её голосе сквозило беспокойство, но она старательно изображала позитивный настрой. Мне всегда в ней это нравилось — хорошая мина при плохой игре. Следует у неё этому поучиться.

Мы распрощались.

Дни проходили тоскливо и уныло. Мама иногда выныривала из своих счастливых отношений с мистером Рейганом и спрашивала, как у меня дела. Она словно видела, что я несчастна, так внимательно вглядывалась в меня каждый раз, как будто ожидала признания в моей лжи. А я повела бы себя эгоистично, если бы сейчас стала наваливать на неё свои глупые переживания. Мне было противно от того, что я вообще из-за этого так волновалась. Но, похоже, ещё долго из этого не выберусь.

Мама светилась, без сомнения, и это была новая прекрасная страница в её жизни. Гейб временами появлялся у меня в гостях, и мы, чаще всего без длинных диалогов, рубились в приставку. Хорошо, что с ним можно было спокойно помолчать.

В школу я ходила без энтузиазма.

До школы не так уж и много идти, а мне тошно. Тошно от этой отвратительной погоды. Атмосфера такая угрюмая, что хоть сейчас иди вешайся. Лужи как будто образовали море, стекаясь одна в другую, и ступить некуда, чтобы не намочить ноги. Мама вынудила меня надеть красные резиновые сапоги в тон яркому пальто, когда рано утром выглянула в окно. Тротуар в Редхилле — одни сплошные дыры; дорогу здесь не делали явно лет сто и, видимо, делать не собирались ровно столько же. Яркие радужные листья валялись в воде и поблекли. Ветер завывал, дуя мне в спину, словно вынуждая ускориться и побыстрее доковылять до учебного заведения. Как же здесь всё омерзительно. Деревья по бокам все голые, гнутые, кричащие о помощи. Вас отсюда никто не заберёт. Да и мне самой бы унести ноги.

Поскорее бы выпал снег. Зима как свежий лист бумаги, ещё не испорченный каракулями и кляксами. Он просто блестяще белый и манящий. А осень как уже изрисованный кем-то обрывок — там и разноцветные листья, и унылые голые деревья, и отвратительная грязь — смесь только что выпавшего и тут же растаявшего снега, сотни луж и испачканных ботинок.

И так каждый день. Каждый мой день — прогулка по этому никчёмному городу.

Увидела Майкла впереди — разве это не эстетика? Оазис красоты на фоне полной угрюмости пейзажа. Он выдохнул сигаретный дым, и тот полетел куда-то в сторону, медленно растворяясь в воздухе. Заметила его понурый взгляд, и в сердце закололо. Как бы мне хотелось подойти, уткнуться ему в грудь и просто ни о чем не думать — ни о завтрашнем дне, ни о нашей с ним судьбе. Если бы не существовало столько условностей, как же было бы мне дышать легче. А сейчас вдохнула этот сырой, затхлый воздух, и голова закружилась. Майкл быстро докурил сигарету и потушил её. Отсюда почувствовала горький запах, который чуть меньше раздражал мои рецепторы, чем раньше. Теперь нет больше надежды на этой постапокалиптической земле: Майкл ушёл в здание школы, а мне осталось созерцать его спину в чёрной кожанке.

Уныние пробило меня на попытку абстрагироваться от скопившегося отчаяния, а в итоге я дошла до своего школьного шкафчика с комом в горле. Раньше вся была сфокусирована на собственном внутреннем мире, попыталась немного вылезти из своей раковины, наткнулась на Редхилл, который словно сошёл с киноленты о земле после нашествия зомби. Лучше бы и дальше продолжала не видеть окружающее пространство.

Меня раздражал каждый, и я не испытывала за это вину. Одноклассники — противные. Громко ржущие, невоспитанные, мальчики в грязной одежде, девочки все как под копирку.

Почерк у меня стал более чем отвратный, сама еле понимала его, когда выводила буквы. У меня то и дело слеза порывалась соскользнуть со щеки на тетрадь. Я плакала на уроках совершенно тихо, вовремя подхватывая слезинки.

Чернота, которая копилась во мне целые месяцы, не могла просто так оставить душу, въедаясь в каждую клетку.

Если бы кто-нибудь мог поделиться со мной тем, как справиться с этим как можно быстрее. Я погрузилась в пучину страданий, как меня и просили. Попав на дно, теперь я не могла выплыть. Потеряна, без осознания, когда наконец буду свободна.

Каждый день — запись в дневник. Каждый день всё сложнее что-то писать, хотелось отбросить ручку и просто уснуть навсегда. Каждый день — проработка воспоминаний.

Терапия — это всегда боль, но иначе уже никак.

Помню, как мне делали больно, и теперь этой боли я боялась, как незнамо чего. При терапии она не всегда жгучая, чаще царапающая и ноющая.

Мне было тяжело скрывать от мамы своё состояние, но она была поглощена новой работой и мистером Рейганом. Мне удавалось рыдать в одиночестве.

Нравилось заниматься математикой. В математике всё так точно, определённо, выверено. В жизни — хаос. Эмоции мало поддавались контролю. Уроки меня отвлекали, но временно.

Когда выпал первый снег, я ненадолго почувствовала себя почти счастливой. Белые хлопья, кружащие в воздухе. Я в тёплом пуховике сливового цвета. Детская, непосредственная радость новому сезону. Ночью были заморозки, и лужи затянулись прозрачной плёнкой. Какое удовольствие ботинком наступить на них и услышать характерный хруст ломающегося стекла. Еле оторвала себя от этого ребяческого занятия.

Каждый человек хочет счастья в жизни — простая истина, стара как мир. Я тоже хотела. Пыталась найти хоть какое-то счастье в окружающем меня пространстве.

Джесси светилась, у них с Карлом всё налаживалось. Он пригласил её к себе, когда родителей и Анабель не будет дома. Джесси не могла усидеть на месте и заговорила тихо со мной в столовой, пока я в очередной раз сверлила взглядом полную тарелку с едой. С питанием стало совсем плохо. Я много сбросила. Тазовые кости теперь было видно слишком хорошо… Мне не хотелось смотреться в зеркало. Уже боялась отражения. Надевала большие свитера, чтобы скрывать потерю веса.

Я должна была радоваться за Джесси, ведь я сама столько трудилась, чтобы они с Карлом сошлись. Но не могла испытывать радость, и это было поистине пугающе. Мне вдруг показалось, что я больше никогда ничего радостного не смогу почувствовать. И так погано на душе, что я сидела перед Джесси с кислой миной, в то время как она распиналась.

— Ты знаешь, а вдруг у нас будет… ну то самое. — Она нагнулась ко мне через стол и заговорщически проговорила.

— Не быстро ли? — совершенно сухо ответила я, отложив вилку. Наконец у меня появилась отмазка не есть — разговаривала с Джесси. Притворялась каждый раз, что ем, а потом сплёвывала всё в школьный унитаз. Кто виноват, что меня часто выворачивало.

— Ну… не знаю. Это ведь случается. — Она пожала плечами и посмотрела на свои пальчики с недавно сделанным маникюром. После того, как сошлась с Карлом, конкретно собой занялась — одежда поярче, разнообразные причёски, более тщательный макияж. Она преобразилась. — Может, мне депиляцию воском сделать? И там тоже?

Я скривилась, как представила.

— Дело твоё. Но я тебе тут не советчик.

— Ах да. — Она щёлкнула пальцами, наверное, вспомнив моё признание на вечеринке. Я ведь почти примерная девственница. — Но всё равно.

— А ты сама этого хочешь? — Я облокотилась на спинку стула. Вокруг происходило всё как обычно — ученики сновали туда-сюда с подносами, то и дело слышался девичий смех, грубый мальчишеский бас, отрывки сплетен, чьих-то малознакомых имён и фамилий, обсуждение учителей и мейнстримных сериалов.

Джесси отвела взгляд и заломила руки.

— Что ты чувствуешь, когда, например, вы… — Я поднесла сложенные пальцы к друг другу, имитируя поцелуй, что вызвало у Джесси лёгкую улыбку. Не хотелось лишний раз оперировать теми словами, которые привлекли бы к нашему разговору лишние уши. К слову, о них — быстро огляделась и увидела прислужниц Анабель за столиком на другом конце столовой. Я стала помнить их чуть лучше. Сама Анабель сидела за другим столиком рядом с Майклом. Он её слушал, иногда улыбаясь, но как будто через силу. Улыбка натянутая и фальшивая, глаза — грустные. Он вдруг перевёл на меня взгляд, понял, что на него смотрю, я моментально напугалась и опустила глаза в стол. Джесси продолжала что-то говорить мне.

— Да знаешь, когда мы… ну, сама знаешь, — осторожно произнесла она, поняв мою тактику общения в столовой, — то мне спокойно. В фильмах как-то люди друг с друга одежду срывают практически сразу, жадно всё, а у нас… не так. Это даже немного расстраивает, но в то же время мне очень нравится. Он… не слишком хочет, что ли. —Джесси пожала плечами, сохраняя голос тихим. — А ты чувствовала себя, как в фильме?

Вспомнила, как обхватывала Майкла ногами на вечеринке, и ноющую, горящую боль в животе, и неосознанные движения бёдрами, и как после этого при мыслях о Майкле почему-то сжимала ноги. Ураган чувств в груди при этом. Даже стыдно.

Но Джесси о таком лучше не рассказывать. Ещё расстроится, мол, с Карлом у них что-то не то. Тем более в школе болтать. И уж тем более — это слишком личное.

— Нет. Знаешь, люди ведь разные и друг друга находят, например, по темпераменту, — решила я сгладить углы, — по предпочтениям, по желаниям. Вы наверняка просто подходите друг другу, и некуда вам торопиться. Будь спокойна, — мягко произнесла напоследок. Джесси, похоже, и правда поверила. — Вот рыжая девочка же нашла себе пару по потребностям, — вдруг добавила я, при этом стараясь совсем не называть имён.

Джесси рассмеялась и кивнула.

Неожиданно я задумалась, вроде смешно — Анабель с типа повышенным либидо, а я чем-то от неё отличалась? Внезапно поняла, что совсем себя в этом плане не знала. Какая я? Может, лучше продолжать оставаться в неведении как можно дольше? Так ли ведут себя девственницы, как я повела себя с Майклом?

Джесси доела свой бутерброд, который прихватила из дома, мечтательно посматривая по сторонам. Карл задержался поле урока и всё не приходил в столовую. Я доела невкусный салат, только его я и была способна проглотить, а затем запила соком. В горле временами жутко пересыхало.

Карл подошёл к Джесси со спины, она тотчас поцеловала его в щёку, сияя от счастья. У меня не возникало чувство зависти, апатия была сильнее. Оставшиеся уроки я просуществовала, как обычно.

Когда я вышла, то обнаружила, что на улице продолжал валить снег. Сделала пару шагов и заметила Майкла на стоянке, который копался в мотоцикле. Джесси задерживалась с Карлом в школе, а я желала поскорее уйти. Сердце пропустило удар, когда увидела Майкла.

Растрёпанные каштановые волосы в снежинках, которые мгновенно таяли. Увлечён проверкой мотоцикла, лицо сосредоточенное. Оттряхнул руки. Повернулся. Я застыла на месте, он тоже не двигался. Меня накрыло тёплой волной. Мне приятно было смотреть на него, и поэтому губы сами собой растянулись в улыбке, отметила, как он отзеркалил. Мне в эти мгновения больше ничего не надо было. Это было счастье. Снег продолжал падать, я вдруг очнулась и продолжила путь, но гораздо медленнее, не переставая глупо улыбаться. Хотелось подойти к нему и просто помолчать, слушая завывания ветра. У него было счастливое лицо, глаза горели, и он ко мне пошёл. Всё было как в ромкоме.

Но так же быстро завершилось, как и началось.

Мы не дошли друг до друга пару метров, как вдруг Майкл посмотрел мне за спину.

— Лисёнок, давай быстрее! Я не могу больше ждать.

Видимо, позади меня Анабель. Может, он к ней и шёл, и на неё смотрел. Ну, отлично. Более дурацкую ситуацию представить себе было сложно. Чувствуя себя опозоренной и подловленной на глупости, я опустила голову и быстрым шагом прошла стоянку, стараясь поскорее схоронить произошедшее в памяти.

Глава 25. Улыбаясь тебе

Мне было непросто. В театр всё-таки вернуться пришлось, мистер Филлипс умел быть убедительным. И репетировать с Майклом тоже надо было. Выдерживала. Вроде как и не чувствовала ничего. Так странно.

Один раз мистер Филлипс опаздывал. Мы все вместе толпились в коридоре перед входом. Джесси щебетала с Карлом, её теперь было от него не оторвать. Анабель сначала о чём-то спорила с Майклом, а потом отошла куда-то. Я стояла и думала обо всём произошедшем за последние недели, а Майкл прижался к стене, так что мы оказались напротив друг друга. Я вдруг посмотрела на него и увидела, что он улыбался. Сначала не заметила, как у меня тоже уголки губ приподнялись. Мне было почему-то так хорошо в эти моменты, необыкновенно тепло. И больше ничего не надо было.

Я и раньше любовалась лицом Майкла, а сейчас завороженно уставилась в его глаза. Они были счастливые. Я поняла чуть позже, что совсем застыла, полностью позабыв об окружающем пространстве.

Мистер Филлипс поспешно зашёл в коридор и отвлёк от приятного занятия. Начиналась репетиция. Я виновато потупилась. Что это было-то? Причём второй раз за эти две недели.

Джесси захотела поговорить со мной сразу после репетиции, которая, к слову, уже проходила как на автомате, привычка. Мне не верилось, что мистер Филлипс решился репетировать с нами целый учебный год. Сначала хотел пять месяцев, а потом заявил, что мы ещё не готовы. Прекрасно просто.

— Эмбер, вы пялились друг на друга перед репетицией три минуты. Я засекала, — прошептала Джесси и скрестила руки на груди. Мне стало стыдно.

— Что, это настолько заметно было? — Я съёжилась от мысли, что все это видели.

— Угу. — Она пристально всматривалась мне в глаза, будто отчитывала, а затем неожиданно улыбнулась. — Я влюблена и поэтому больше обращаю на подобное внимание. Хотя про его взгляд, которым он смотрит на тебя, я давно говорила.

Я повернулась, присматриваясь, нет ли случайно рядом подружек Анабель — любили они возникать из ниоткуда. К счастью, их не было поблизости.

— Почему же он тогда себя так повёл? Видеть меня не хочет? — недоумевала я, произнося слова так тихо, насколько возможно.

— Не может на тебя долго злиться. Всё просто, — рассмеялась Джесси и отправилась вместе со мной на следующий урок.

Я и правда не могла понять, почему мы второй раз с Майклом друг другу улыбались. Ещё через неделю так вышло, что мы шли по одной дороге домой. Меня нервировало, что он плёлся где-то позади меня. Джесси убежала с Карлом и оставила меня одну.

Меня радовал падающий снег, который придавал спокойствия душе. Но всё же хотела поскорее оказаться дома, чтобы в очередной раз поплакать, как вдруг почувствовала несильный удар в правое плечо. Сердце замерло на миг. Я остановилась. Что это сейчас было?

Повернулась, Майкл стоял на расстоянии пары метров от меня. Его каштановые волосы все были в снежинках, без шапки ходил. Майкл был совершенно невозмутим, как будто это не он сейчас меня потревожил. На мгновение я воспылала негодованием. Сказал, что ненавидит меня, а теперь что? Снежками кидался?

Чтобы проверить теорию, я левой рукой пощупала плечо и пальцами почувствовала кусочки прилипшего к пуховику снега. Конечно же. Мне вдруг смешно стало. Что за детский сад?

— И зачем это? — прорезал мой голос тишину. Я переступила с ноги на ногу, и снег заскрипел. Майкл приподнял одну бровь, всё ещё не подавая виду, что он имел отношение к произошедшему.

— Что именно?

— Ты кинул в меня снежком, — говорила я с ним, как с несмышлёным ребёнком.

— Я? — Он чуть наклонился вперёд.

— Ты видишь здесь кого-то ещё? — Я театрально развела руками в стороны. Всё-таки репетиции приносили плоды. — Ты в каком классе? Четвёртом? Ещё бы за косичку дёрнул, — не удержалась от язвительного комментария. Если бы не натянутые отношения между нами, то я бы приняла его действие за флирт.

— А ты не делаешь себе косички.

Я шире распахнула глаза. Он серьёзно?

— Так зачем это? — произнесла чуть громче, дожидаясь ответа.

— Может, тебе показалось? — Майкл склонил голову. В это мгновение я чуть не взорвалась, потому что фраза вызвала у меня триггер.

— Не делай из меня сумасшедшую, — отчеканила я каждое слово и пригрозила пальцем. Мне бывшего с его «тебе показалось» и «ты всё придумала» хватило с лихвой. Только вот мне не казалось, другие люди тоже замечали; просто он так манипулировал мной, заставляя усомниться в собственном здравом восприятии.

Майкл рассмеялся, причём так озорно и беззлобно.

— Эмбер, это и правда выглядит по-детски. Признаю. Почему-то чувствую себя мальчишкой рядом с тобой.

На моём лице расплылась улыбка. И что он сейчас делал? Ему что-то от меня надо? Вспомнила ссоры с бывшим — он возвращался, потому что ему нужна была помощь с учёбой. Майкл вроде ещё никогда не просил меня решать за него что-либо. Или это спортивный интерес? Но он вроде с Анабель счастлив, любовь-морковь, все дела. А смысл говорить мне, что ненавидит? Просто эмоциональные качели?

Я запуталась, пребывая в замешательстве. С Майклом как с наушниками — вроде распутал, а в следующий раз находишь ещё в более непонятном состоянии. Он ни разу не открытая книга. Настолько скрытный парень, что даже сейчас, смотря на него, я не могла прочитать его эмоции. Вроде улыбался, а теперь стал совершенно серьёзен и молчал.

Вздрогнув, я развернулась. Сил расспрашивать его и выяснять отношения не было.

— Улыбайся больше, тебе идёт, — услышала я, когда обернулась, Майкл уже повернул за угол. О да, ещё скажи, что это ты ради моей улыбки затеял, потому что последний месяц я ходила как в воду опущенная. Помотала головой, никаких бестолковых теорий.

С Лорой поделилась во время видеосвязи, она широко улыбнулась мне с экрана.

— Вот видишь. Думаю, здесь Джесси права. Эмбер, теперь ты обязана делать косички, чтобы Майкл смог подёргать за них! — захихикала она, а я закатила глаза. — Эмбер, ты же помнишь, что я скоро приеду, да?

Я кивнула, с грустью вспомнив про свой день рождения. Переживу его как-нибудь.

***

В свой восемнадцатый день рождения я еле встала с постели. Этот день мне не нравился. Все вокруг всегда ожидают, что ты должен ходить с широченной улыбкой на лице и излучать потоки радости. Что, если мне просто хотелось погрустить? Почему я должна улыбаться? Что родилась?

Как же глупо.

День рождения предстояло пережить. Уже с утра мама зашла ко мне в комнату, вывалив на меня порцию позитива и подарив красивое платье: лиловое с зауженной талией и кружевным лифом. Папа позвонил и поздравил прямо в семь утра — тоже радостно. На душе стало тепло, но в школу идти всё же пришлось. Села за стол позавтракать, зашла в социальную сеть и увидела поздравления от знакомых, одноклассников и Лоры. Она записала мне милое поздравление на видео, я была так растрогана, что чуть не заплакала от умиления. Мама всячески веселила меня, ни на минуту не оставляла, приготовила роскошный завтрак: вафли с клубничным джемом, молочный коктейль, и всё чуть тёплое, как я люблю. От одного запаха мне уже стало хорошо. Было приятно, что мама уделила мне столько внимания.

Она настояла на том, чтобы я пошла мега-красивая в школу. Заставила надеть почти неношеное платье нефритового цвета, которое лучше всего подчёркивало грудь. Мама помогла мне сделать причёску — забрала волосы наверх. Мне удалось упросить её не делать мне сильный макияж, иначе в таком виде в школу не пустят.

Выйдя на улицу, я опять почувствовала грусть. Всё вроде хорошо: меня поздравили близкие люди, даже знакомые, от которых не ожидала, но всё-таки, как всегда бывало в мой день рождения, как будто что-то не то. Может, я слишком много ожидала каждый раз?

В школе Джесси накинулась на меня с объятиями, как только увидела. Рядом стоящий с ней Карл произнёс мне целую поздравительную речь. Атмосфера праздника омрачилась уроками. Учиться нужно было как обычно. То и дело я заглядывала в телефон, получая поздравления от далёких родственников, знала, что это чистая формальность, ведь некоторых из них я и не видела никогда.

После английского Джесси поинтересовалась, буду ли я устраивать вечеринку на выходных.

— Джесси, я не очень люблю свой день рождения. Праздную всегда в тесном кругу, — честно призналась я. Мы стояли возле шкафчиков в коридоре. Я ощущала огромную тоску, хотелось поскорее оказаться дома в кроватке, вместо этого вот приходилось терпеть шумность школы.

— Эмбер, ну ты что! Давай отпразднуем! Или хочешь, чтобы я всё организовала? И почему ты не любишь день рождения?

— Последний раз я была радостная, когда мне исполнилось девять лет. Потом папа из семьи ушёл. А затем этот подростковый возраст. И почему люди любят молодость. Сплошные всплески, эмоциональная неустойчивость, неуверенность в собственном будущем и привязанность, неудачные попытки открепиться от родителей. — Я протяжно вздохнула и прижалась спиной к шкафчику.

— Может быть, ты просто видишь только отрицательные стороны? — весело прощебетала она, и к нам подошёл Карл. Джесси заулыбалась ещё шире. — Эмбер не хочет праздновать день рождения, ты представляешь? — пожаловалась она и прижалась к нему. Карл что-то начал говорить, а я отвлеклась на кое-кого за его спиной. Майкл прошёл по коридору и бросил на меня взгляд. Он сделал пару шагов вперёд, не сводя с меня глаз, а вернее, слишком медленно меня осматривая, как вдруг врезался в какого-то парня.

— Смотри, куда прёшь! — обозленно воскликнул Майкл, привлекая внимание остальных людей в коридоре. Карл и Джесси тоже обернулись. Я посмеялась в кулак. Непонятно откуда появилась Анабель, которая прилепилась к Майклу и успокоила его пыл, чем сразу же испортила мне и без того не слишком хорошее настроение. Нацепив лицемерную улыбку, она подступила к нашей компании.

— Эмбер, с днём рождения. Всего тебе самого крутого, — с энтузиазмом начала она свою речь, как будто и правда была моей подругой. — Желаю тебе умереть маленькой смертью. Пусть найдётся тот самый, кто заставит тебя кончить! — радостно воскликнула она. Я поджала губы, испытывая лёгкое раздражение. Обязательно кричать на весь коридор?

Карл кашлянул и тряхнул плечами, а Джесси словно почувствовала себя неловко. Майкл, стоящий неподалёку, оторвался от открытого шкафчика и приподнял брови.

— Спасибо большое. — Я не знала, куда деться. — Когда-нибудь непременно.

— Ещё бы! Мои пожелания всегда исполняются. Впрочем, как и проклятия. — Она кровожадно улыбнулась. Майкл подошёл к ней со спины и схватил за руку.

— Предсказательнице пора на урок, — сказал он ей на ухо, но совсем не тихо. Анабель моментально его послушалась и отошла от нас. Я вздрогнула, всё ещё ощущая учащённое сердцебиение. Атмосфера неловкости не оставляла нас.

Мы молча отправились на химию. Я не могла сосредоточиться на словах учительницы. Смотрела в окно с тоской. К счастью, уроков было не так уж много сегодня.

Написала Лоре, что Джесси настаивает на вечеринке. Лора поддержала идею. Мне же не хотелось ничего такого.

Спокойно сидела и делала уроки, пока не получила сообщение от бывшего, который просил помочь ему с одним примером по алгебре. До этого присылал мне смс, где спрашивал, почему я его игнорирую и не обижаюсь ли я (серьёзно?).

У меня день рождения, а он вновь попрошайничал. На меня навалилась лавина отчаяния. Остатки классного настроения ушли в небытие. Он — причина моей депрессии и отвратительного самочувствия, и, как всегда, ему в лом меня поздравить. Зато написать девятнадцатого числа — так пожалуйста. Напомнить о себе, подпортить мне всё. Браво.

Не смогла сдержаться, чтобы не ответить.

«У меня день рождения как бы.

Ничего не хочешь мне сказать?»

«А, точно

Ну, с др тебя

Так что?

С примером поможешь?»

Я чуть в телефон не плюнула от переполнявшей меня злобы и горечи. Какой же козёл. Часто заморгала, чтобы не заплакать. Но всхлипы уже вырывались из горла. Телефон в очередной раз зажужжал, оповещая о новых смс.

«Ты же знаешь

Ну не люблю я эти др

Так что без обид».

С ненавистью взглянула на его сообщения. Он не менялся. Ни на один праздник я не получила от него поздравления, если только в ответ, и то выглядело так, как будто я выпросила их у него.

«Кора уже не в состоянии помочь?»

Не сдержалась я от язвительного комментария, в котором сквозила ревность. Вот же дура. Это ведь то, что ему было нужно.

«Эмбер, ты ушла

Что мне оставалось

Ты игнорируешь

Выносила мне мозг

Но я могу простить тебя».

Я расхохоталась истерическим смехом. Он мог меня простить?! Серьёзно? Это же надо было так перекручивать вообще всё, чтобы в итоге сделать меня виноватой. Руки тряслись, пока я печатала ему смс. Меня переполняла злоба.

«Знаешь, что

Делай всё сам».

Он всегда моментально отвечал:

«Что ты возникаешь

Вот Кора молодец

Ей памятник ставить надо при жизни

Так мне помогает

А ты что?

Что тебе нужно?

Цену набиваешь себе?

Какая твоя цена, Эмбер?»

Мне было так обидно, что я с силой сжала челюсти. Этот придурок мне ещё и денег должен, взял, к счастью, небольшую сумму. Он уже обещал мне плату за помощь, но вот только даже это я должна была у него выпрашивать и напоминать ему, ведь памяти у него на такие вещи не было. Накушалась я этого всего. Довольно.

«Я бесценна»

«Ахах

Эмбер

Послушай

Хватит ломаться

Давай как раньше

Всё же классно было».

Мне хотелось накинуться на него, но я никогда себе такого не позволяла, да и не могла сейчас, поэтому схватила листок бумаги и начала рвать, причём с огромной силой.

Не ожидала, что он мне вдруг позвонит. Забыла одну свою слабость — его голос. Он умел превращать голос в такой низкий бархатный и с хрипотцой. У меня подкашивались коленки каждый раз. Мне совершенно не нравилась его внешность, но что касалось голоса — держите семеро.

— Эмбер, родная. Ты дуешься? — сладко произнёс он, а я учащённо дышала. — Ты куда вообще уехала? Без тебя тут скучно.

— Ты сам меня бросил, — озлобленно выдавила я из себя. Понимала, что собственный голос сейчас задрожит от нервов, мне было сложно себя контролировать в эмоциональные моменты.

— Эмбер, да ведь у нас так часто. Такие мы с тобой, что поделать.

Я знала, что он врал, оставил он меня, потому что я впала в депрессию и была дохлой и никчёмной. Он вновь поймал меня в мой уязвимый период, когда вроде стала потихоньку выбираться из этой пропасти.

— И именно поэтому ты себе девушку завёл. — Всё, мой голос сорвался. Как же стыдно, но ничего не могла поделать, организм меня подводил.

— Эмбер, я ведь сказал тебе, — выговорил он, словно устал повторять из раза в раз. — Что ты как ревнивая жена. Не принимай всё близко к сердцу.

Я чуть не заорала в трубку, но вовремя отключилась. Меня душила истерика. Я закричала в ладони и зарыдала, больше не сдерживая себя. Меня трясло.

Пыталась успокоиться — не выходило.

Он специально так поступал со мной — отпустит, а затем вновь возвращался, и месяцы перерыва — это ничего страшного. За периоды «отдыха» я как раз успевала его за всё простить, а он умел подлезть вновь, и так по кругу. Как же хорошо, что я теперь его не видела. Мама правильно сделала, когда увезла меня из Балтимора, хотя бы на этот год, мне это было необходимо.

Она зашла в комнату, чтобы пожелать мне спокойной ночи и застала меня в убитом состоянии. Стала расспрашивать, что не так, но я отделывалась стандартными фразами о тяжёлой учёбе. По её лицу поняла, что она мне не верила, но оставила в покое. Тогда я вновь заплакала, на этот раз лёжа в постели в темноте. Подушка уже была вся влажная от солёных слёз. Мне было так больно, что же это за наказание такое? Как будто водопад выплакала за сегодня.

Телефон вновь зажужжал. Сердце в очередной раз остановилось. Что бывший мне там ещё написал?! Злоба снова наполнила грудь, когда я схватила смартфон. Только сообщение не от бывшего, а от Майкла.

«Стрельчиха, с днём рождения!»

Я рассмеялась сквозь слёзы от слова «стрельчиха». Было уже полдвенадцатого, чего это Майкл решил меня поздравить? Однако это вызвало у меня улыбку, так что я задумываться особо не стала.

«Спасибо».

Вдобавок отправила улыбающийся смайлик. Но всё равно меня тревожило сразу несколько вопросов: что-то сомневалась, что Майкл интересовался гороскопом, но раз так, чего акцент на этом сделал? Я вспомнила пару последних комментариев в своей ленте от знакомых. Там в одном поздравлении был сильный уклон на мой знак зодиака. Майкл мою ленту читал, что ли?

«Эмбер, я тебе на почту скинул ссылку. Купил тебе Death Stranding».

Мне вдруг стало смешно. Мы не общались особо, избегали друг друга, но покупали друг другу игры на день рождения. Забавно как-то.

«Откуда ты узнал, что я её хочу?»

«У нас один информатор».

Я вновь приподняла уголки губ. Получали сведения о том, кому что нравилось, через Тони.

Вытерла слёзы со щёк и шмыгнула носом. Хоть что-то приятное за вечер. Никто больше ничего не писал, я лежала в полной апатии на постели, вспоминая всё, что было с бывшим, и прекрасно осознавала, что ещё долго не усну.

«Эмбер, ты как там?»

Я взглянула на экран. У меня внутри как будто что-то перевернулось, и я совершенно не успела себя остановить.

«Мне плохо

Я почти целый вечер плачу

Мне очень плохо».

«Эмбер, что случилось?!

Могу я тебе помочь?

Хочешь я что-нибудь сделаю?

Что ты любишь?»

Внезапно мне стало так спокойно.

«Знаешь

Заснуть не могу

Сказку хочу».

«Какую?»

Я расширила глаза. Он серьёзно воспринял мои слова?

«Красавица и чудовище».

«Я сейчас найду

Подожди»

Смотрела на экран с последним смс и лыбилась.

«Эмбер, я тебе звоню».

Я в шоке уставилась на экран мобильного и приняла вызов. «Мудак» позвонил. Я уже и забыла, что его так в телефоне записала…

— Здравствуй, любительница сказок на ночь. Ты живая? — произнёс Майкл, а я поняла, что впервые слышала только его голос. И это не менее приятно, чем слушать бывшего.

— Угу.

— Тогда поехали.

Он начал читать: чётко, с расстановкой, с паузами, интонационными рисунками, причём разнообразными.

Уже через три предложения меня стало уносить в размышления: как это всё странно. Флирт, потом я два раза его отшила, затем он сказал, что видеть меня не хочет, потом и вовсе возненавидел, но после улыбались друг другу совершенно как два идиота, снежком кинул, теперь вот сказку на ночь решился читать. Что это вообще?

— Эмбер, ты спишь уже? — мягко проговорил он, я ответила, что нет.

Его голос плавно обволакивал моё сознание. Это было отличное успокоительное, потому что у меня уже прикрывались глаза. Впервые за последнее время мне было невероятно хорошо на душе.

— Спасибо, Майкл, — прошептала я, пока у меня ещё были силы. Меня уносило в мир грёз, я начала дремать.

— Эмбер, надеюсь, тебе плохо не из-за меня. Я погорячился тогда у бассейна.

Глава 26. Празднуя без тебя

Проснулась я с телефоном под щекой. Шея почему-то отозвалась болью, стоило мне только попытаться подняться. Медленно стала вспоминать вчерашнее, от чего и поморщилась, в груди защемило. Бывший подпортил мне настроение, а я чудом держала баланс. Как так можно было? Ещё и не удержалась, и ответила ему, вся на эмоциях. Просто отвратительный вечер выдался. И что теперь, бывший продолжит мне писать? От такой перспективы меня всю выворачивало. Неужели не оставит в покое? У него ведь появилась девушка. Вряд ли я такая незаменимая, он как раз доказал мне, что были и другие, помимо меня. И зачем тогда мучить?

Но на этом воспоминания вчерашнего вечера не закончились, ведь случилось кое-что ещё. Так, стоп. Майкл в самом деле читал мне сказку? Наверное, мне это приснилось, потому что нереально как-то.

Разблокировала телефон и зашла в журнал вызовов. Увиденное вызвало в теле волны тепла. Разговор с Майклом полчаса. Так долго?

Дышать как-то легче стало этим утром, странно. Показалось даже, что я близка к выздоровлению. Прекрасно осознавала, что вечность не смогу лишь грустить и жить только страдая. Мне нужно было выбираться, вытаскивать себя из этого состояния. Как-то найти эти гормоны счастья, а если их всё-таки нет, то насильно их у себя вызвать. Прошло достаточно времени, пока я пребывала в полнейшем расстройстве, теперь нужно было что-то делать.

Занятия спортом — идеальное решение для появления эндорфинов. Вспомнила про бег — один раз побегала и бросила. Мм, да я спортсменка. А как я зимой бегать-то буду? Вернее, логичнее задать вопрос: где бегать?

К счастью, Джесси подбросила мне идейку касательно спорта. Видимо, сама судьба мне помогает.

— Эмбер, у нас тут скоро бассейн откроется, — выпалила она, когда мы вместе шли на урок английского.

— В этой школе есть бассейн? — Я сильно нахмурилась, обескураженная.

— Ага. Два года аж ремонтировали. Меняли учебные планы. Но теперь мы можем записаться. Составишь мне компанию? Надоел этот баскетбол никчёмный, — речь Джесси была наполнена энтузиазмом, только вот последнее предложение она произнесла без тени удовольствия в голосе. То, что ей не по душе баскетбол, я уже давно поняла.

В ответ я кивнула. На баскетбол и так давно забила, мне он тоже не нравился, тем более что Анабель, как обычно, там блистала со своими прислужницами, а я ощущала себя полной неудачницей.

— Эмбер, в субботу встречаемся у тебя! Я уже договорилась с миссис Уинтер! — торжественно заявила она и притопнула ногой. Я даже вздрогнула от резкой смены темы. — Устрою всё в лучшем виде, а ты можешь в это время где-нибудь погулять.

Я сдвинула брови. Ничего себе у Джесси напор. Нет, конечно, то, что она всё устроит, меня радовало, но пугало кое-что другое…

— Там же не будет присутствовать вся школа? Не выдержу потом после всех убирать. — Я содрогнулась, лишь на мгновение представив подобную картину. Куча пьяных в хлам подростков, а после них: пустые бутылки, использованные презервативы, блевотина и прочие прелести прошедшей вечеринки. Таких буйных «встреч» лично у меня не было, а вот у Лоры…

— Позовём только некоторых! — успокоила меня Джесси, сверкая улыбкой. — Ханну хочешь пригласить?

— Не думаю, что она согласится. — Я поджала губы, не имея желания сейчас разъяснить Джесси, в чём дело. Ну вот, только забыла про всю эту не слишком приятную историю, как опять нахлынули воспоминания.

— Я с ней поговорю! — Она махнула рукой, не мучая меня необходимостью рассказывать, что произошло. Это хорошо.

Мы закончили разговор, как раз когда наткнулись на Карла. Джесси расплылась в улыбке.

Я огляделась: обычные школьные будни, повсюду подростки. Жизнь кипела, а я как будто была вне происходящего. Майкла ещё не видела сегодня, он пропустил первые два урока. Что с ним? После сказки не проснулся?

***

Лора приехала ко мне в субботу утром. С визгом накинулась на меня, когда я встретила её на перроне, и это были лучшие минуты за последнее время, не считая ночного происшествия с Майклом.

— Эмбер, грудь сдулась! Ты зачем настолько похудела? — заворчала она, окидывая меня изучающим взглядом. Всё-таки не виделись почти четыре месяца. Мне стало интересно, как ей там удалось понять что-то про мою грудь, которая находилась под толстым слоем тёплой куртки. — Признавайся: анорексия?

— Да с аппетитом плохо последнее время. Какая анорексия? Ты же знаешь, у меня другая проблемка. — Я обняла её за плечи. Мне было уютно — снег вновь начал валить, на улице не слишком холодно, мороз слегка пощипывал щёки.

Лора смерила меня очередным недоверчивым взглядом, а я постаралась перевести всё в шутку. Даже не верилось, что я вновь вот так просто могла с ней проводить время. Затем поругала себя, что пыталась отдалиться.

Лора сделала мне дома макияж и забалтывала меня, не давая думать о плохом. Я осознала, насколько сильно мне её не хватало рядом. Джесси — это всё же не совсем то, я её не так хорошо знаю, как Лору. С ней мы всё-таки с начальных классов дружили.

Я рассказала о случившемся с бывшим пару дней назад, в свой день рождения.

— В чёрный список! Давно пора. Мотает тебе нервы. Специально не даёт о себе забыть, — приговаривала она, делая мне причёску. — С Майклом как дела? — Лора взглянула на меня в отражении зеркала. Я поджала губы и рассказала полную версию того злосчастного вечера. Мне было приятно, что Майкл обо мне заботился, но пугало то, что он в школу не пришёл на следующий день. А когда через день всё-таки появился, то на меня не смотрел. В чём причина? Немного расстраивало всё это, я и правда поверила, что между нами отношения наладились.

— А Майкл у нас благородный рыцарь, я так смотрю. И вновь эпоха романтизма! — мечтательно произнесла она, воткнув последнюю шпильку. Я повернула голову, рассматривая аккуратно уложенные волосы. Воздушный пучок вышел шикарным, выбивающиеся прядки выглядели классно. — Он сегодня будет? Я хочу познакомиться. — Лора потрясла кулачками в воздухе, выражая своё нетерпение. — Обещаю, отбивать не буду. Хотя хочется.

Я встала со стула и повернулась к Лоре, не в силах сдержать улыбку.

— Позвали только пару человек. Майкла нет. Незачем. У него девушка есть. — Признавать это было горько, но Майкл свой выбор сам сделал. Возможно, он просто играл со мной, мстил за те отказы… Я не могла знать наверняка. Или мне просто хотелось подсознательно о нём плохо думать?

— Ну да, ну да, — отмахнулась Лора, как будто я что-то неинтересное ей только что рассказала. — Зачем Майклу столько внимания тебе уделять, если у него уже девушка есть? Вот что ты пытаешься себя переубедить в очевидном факте?

К счастью, беседа прервалась приходом Джесси. Мама ушла к мистеру Рейгану, предоставив нам полную свободу действий. Лора взяла меня на прогулку, пока Джесси собиралась приготовить дом к празднику. Не знала, что она там будет делать на пару с Карлом. Шарики надуют? Или они так решили наедине остаться? Второй вариант мне больше нравился.

Я наслаждалась тем, что Лора рядом. Признаться честно, в этот день я позабыла о своей тоске. Жаль, что моя лучшая подруга теперь далеко. Всё же в переезде были значительные минусы. Через час нас позвали обратно, и Лора подзаряжала меня своей энергией, добавляя предвкушения. Эх, мне бы тоже немного детской непосредственности не помешало.

Мы вместе вошли в дом, когда послышались поздравления с днём рождения, на меня посыпалось разноцветное конфетти. Я увидела широкие улыбки на знакомых лицах: Джесси, Карл, Тони, Гейб (он вообще не так часто улыбался) и даже Ханна — я была счастлива её приходу. Джесси, в воздушном розовом платье, подошла ко мне с йогуртовым тортом, украшенным клубникой и черникой.

— Это мой любимый! — воскликнула я, не ожидав. Похоже, Лора подсуетилась, только она знала. На меня обрушились пожелания и подарки. Шампуни, косметика, игры и деньги. Мне было жутко приятно такое внимание от приятелей. Затем парни рубились в приставку, а мы с девчонками сплетничали, Лора, благодаря своей общительности, сразу же влилась в коллектив, как будто и не была чужачкой с Балтимора. Всё проходило как можно лучше, вот только послышался звонок в дверь, и я пошла открывать. Кто это мог быть?

Понятное дело, кого я с замиранием сердца ждала. Как говорится, ну, а вдруг?

Взглянула в позолоченное зеркало в прихожей: лиловое платье отлично подчёркивало фигуру. И да, мне нужно было немного поправиться, а то выглядело и правда не столь шикарно, как могло бы. Открыв дверь, я встретилась лицом к лицу с Анабель, у меня едва глаза на лоб не полезли. Только не она, ну за что! А я-то уж поверила, что хоть один вечер пройдёт спокойно без Анабель-стервы-Хилтон.

— С днём рождения! Не могла же я оставить твою вечеринку без внимания. Обещаю, никаких гадостей и драк. — Её губы растянулись в ослепительной улыбке, когда она протянула мне красную коробку с повязанной ленточкой. Мне сразу же вспомнились мультики, где в таких коробочках пряталась бомба или какая-нибудь неприятность. Я натянуто улыбнулась в ответ и пропустила Анабель, только вот она пришла не одна.

В мой дом ворвалась куча подростков. Я зашипела от злости, откуда их столько, набежали как насекомые. Вся школа, что ли, пришла? Где Анабель — там люди. Вроде как одна заявилась, к тому же без приглашения, а тут ещё за десять минут подтянулось просто невозможное количество чужих. Я еле сдерживала своё недовольство, Лора проявила сочувствие и пообещала помочь со всеми справиться, чтобы они не угробили мне дом.

Лучшая подруга всячески поддерживала позитивный настрой, не давая мне киснуть. Мы наделали кучу совместных фотографий с девочками, Лора даже заставила меня обновить профильную фотографию в социальной сети. Снимок и правда заслуживал стоять на виду, не зря же я так долго причёску и макияж делала.

Я то и дело гоняла целующихся подростков на втором этаже.

Удивительно, что Майкл не пришёл с Анабель. Только его не хватало. Вот где он? Все были кроме него. Что это за игнор? Хотя я ведь сама Майкла не пригласила. С другой стороны, всех этих людей я тоже не звала. И Анабель опять же пришла без спроса.

В гости завалился ещё один парень, и я уже хотела попытаться выпроводить хотя бы его, как он сверкнул улыбкой.

— Та самая недоступная Эмбер Уинтер, рад встрече. Я Йен, — всем своим видом он излучал уверенность.

Я опешила.

— А откуда ты меня знаешь? «Недоступная»? Что это значит?

— Слухи, — многозначительно произнёс он. — Про тебя и Майкла не болтает только ленивый.

Покачала головой, словно отрицая всё разом. К нам подошла Ханна.

— А это кто, Эмбер? — Она нахмурилась.

— Причина твоей будущей бессонницы, — дерзко заявил он, а я прыснула. Ханна скрестила руки на груди.

— Угу, тогда я причина твоей будущей импотенции, — съязвила она. Мне нравилась её способность быстро ставить парней на место, но Йена это не испугало. В один момент я поняла, что просто стала лишней в их словесной схватке, и отошла в гостиную.

Вот как значит, о нас с Майклом говорили. А что могли говорить? У нас же ничего не было. Верно, всё это только слухи.

Сейчас я подумала о том, что Йен в похожей косухе, что носили ребята из банды. Видимо, так они с Майклом и познакомились. Йена в школе я никогда не видела, так что он уже не старшеклассник. А от кого тогда про мой день рождения узнал? Городские сплетни? Сплетни среди парней из банды? Кстати, не понаслышке знала, как парни любят сплетничать. Они там между собой мои «отношения» с Майклом обсуждали? Йен пришёл на меня лично посмотреть?

Я чувствовала себя немного одиноко. Джесси не отрывалась от Карла, Йен спорил с Ханной, Лора вышла поболтать со своим парнем по видеосвязи, а Тони с Гейбом всё ещё играли в приставку. Похоже, мне к ним. Бесцеремонно влезла к парням на диван и стала наблюдать за боем.

— А Майкл почему не пришёл? — спросила я у Тони, пока тот наносил очередной удар противнику.

— А не знаю. Наверное, не захотел.

В груди кольнуло. Почему не захотел? Что-то случилось? Оставалось гадать на кофейной гуще, что Майкл вдруг взбрело в голову. Дело во мне?

— Зачем тебе Майкл? Очередной подставы захотелось? — съязвил Гейб, не смотря на меня. Он полностью был сосредоточен на игре, то и дело пытаясь вырвать у Тони геймпад, поскольку тот, по его мнению, неправильно играл.

— Нет, просто интересно, почему Анабель без него. — Я пожала плечами, стараясь притвориться, что только поэтому. Я бы хотела его увидеть сейчас.

— Угу. — Гейб поджал губы. Какой же он ершистый. Так и хотелось его немного пригладить, чтобы не был столь нервным и колючим.

— Эмбер, а ты чего сидишь? — раздался противный голос позади меня. Анабель тут как тут. Обожаю её за необычайный навык: появляться там, где назовут её имя. Волан-де-Морт отдыхает. Вскоре имя «Анабель» нужно будет запретить во избежание неприятных последствий. — Пойдём выпьем, потанцуем. Вставай с дивана, ну же!

Я оказалась возле неё, только бы она прекратила орать мне на ухо. Неожиданно на моём празднике оказалась бочка с пивом, к ней меня Анабель и подвела.

— Знаешь, я рада, что всё так, — приговаривала она, протянув мне алый стаканчик. Я взяла его, но пить не собиралась. — Домик неплохой, кстати. — Анабель оглядела гостиную и хитро улыбнулась. Чего она хотела от меня на этот раз?

Лора подошла ко мне со спины. Пришлось познакомить её с Анабель.

— И как там в Балтиморе? — Анабель крутила пустой стаканчик в руке. — Я бы хотела учиться в Балтиморе, но увы, родители вынудили ходить в школу именно здесь. Но в следующем году обязательно смогу переехать туда вместе с Майклом. — Она цокнула языком, а я чуть сильнее сжала стакан, но так, что пиво немного пролилось на пол. — Ой. Будь осторожнее, Эмбер.

Лора словно заметила моё раздражение, которое я тщательно пыталась скрыть.

— В Балтиморе классно. Эмбер тоже вскоре туда вернётся. Будет видеться с вами — тобой и Майклом. — Она ослепительно улыбнулась, чуть подавшись вперёд. Анабель оскалилась, но слишком быстро перевела всё в улыбку.

— Скорее всего, нет. Поступим в разные университеты, — не отступала она. — Кстати, Эмбер. Как там твои взгляды радикальной феминистки? Или ты вдруг снова стала хотеть парней?

Лора прыснула, а у меня в этот момент мурашки по коже пошли. Я же Лоре про это не рассказала…

— Чего? Эмбер никакая не радикальная феминистка, — с полной уверенностью заявила Лора, при этом оглянувшись на меня. Что-то мне становилось плохо.

— Правда, что ли? — Анабель перевела взгляд с меня на Лору, при этом подозрительно щурясь. — А вот Эмбер недавно другое наплела. Видите ли, никакого сексуального влечения она ни к кому не испытывала и не может.

Лора с ужасом взглянула на меня. Вот же я… Попала. Что она сейчас подумала обо мне? Что я лгунья?

— Когда вдруг произошли похороны твоих взглядов, Эмбер? — продолжала наступать Анабель, явно ощущая мою нервозность, с которой мне было тяжело справиться. Я оглянулась. Совсем рядом стояли Ханна и Йен, а чуть подальше Карл и Джесси. Моя ложь могла вскрыться прямо сейчас.

— Эмбер, давай поговорим, — поспешно проговорила Лора, оглядываясь на меня.

Анабель приподняла уголки губ с довольным видом, словно в полной мере выполнила свою миссию.

— Надеюсь, ты не наврала всем в школе, Эмбер, — с напором произнесла Анабель. — А то, если это вскроется, мало кто будет тебя уважать. Знаешь ли, подло издеваться так над настоящими феминистками. Ты вообще знаешь, кто это?

— Кто бы говорил о подлости, Анабель. — Я покачала головой. Во мне закипал гнев. Да, я плохо сделала, что так неудачно пошутила. Последствия: наврала Ханне, и теперь мне стыдно, все в школе имели обо мне неправильное представление.

Лора стояла с потерянным видом, и мне теперь было ещё более неловко, чем могло бы быть.

— Пиво отвратное. Это ты его сюда притащила, Анабель? — вдруг произнесла Лора, а затем выплеснула содержимое стакана прямо на платье изумрудного цвета Анабель. Та взвизгнула, подпрыгнув.

— Ты знаешь, сколько оно стоит?! Думаешь, приехала сюда из города и, что хочешь, можешь творить?

— Стоит оно явно не больше твоего маникюра. Мамочка и папочка новые оплатят. — Лора улыбнулась в тридцать два зуба. — Эмбер, пойду я, пожалуй. Можешь не провожать.

Анабель отправилась на кухню чуть не бегом в поиске салфеток, чтобы начать оттирать испорченное платье. Я кинулась за Лорой, которая уже вышла на улицу. На дворе был полный мрак и холодно, я успела накинуть куртку, но не застегнула.

— Лора, ты же не собиралась уезжать в ночь. Что случилось?! Не уходи так. — Мне было страшно, что я не успею с ней объясниться.

Лора повернулась ко мне с напряжённым выражением лица.

— Знаешь, почувствовала себя сегодня лишней в твоей жизни. Теперь понятно, почему ты мне не писала. У тебя уже другая жизнь.

Вина вновь захлестнула меня. Хотела как лучше, отдалиться и не давить на неё своим пессимизмом, а она это по-другому решила трактовать.

— Да не так всё на самом деле… Они знакомые и приятели, не друзья. Не могут у меня так быстро друзья появиться. Ты же знаешь, с каким трудом я начинаю людям доверять. — Я опустила глаза вниз, словно пытаясь разглядеть что-либо помимо снега.

Она хмыкнула.

— Ага. Эмбер, ты никогда раньше не пила пиво. Говорила, что невкусно. Раньше у тебя не было толпы непонятного народа дома. И до этого ты вообще мне не говорила, что вдруг стала радикальной феминисткой, ненавидишь и не хочешь мужчин. Как раз наоборот, мы всегда с тобой всегда восхищались красивыми актёрами…

— Про алкоголь: я не хочу выглядеть белой вороной, вот и всё. Мне по-прежнему не нравится.

А главной причиной, почему я сегодня выпила, была нервозность и паника. Впрочем, мне никак это не помогло по итогу.

— Может, стоит принять свою особенность, а не пытаться под всех прогнуться? — Лора вздохнула, чуть смягчившись.

— Про людей незнакомых: их Анабель притащила, я не ожидала. А про «мои взгляды»… сейчас расскажу.

Кратко обрисовала ситуацию, вызвав тем самым призрачную улыбку на лице Лоры.

— Ты хоть с Ханной объяснись.

Я кивнула, всё так же испытывая чувство вины за эту нелепую ситуацию.

— Останься, пожалуйста, до утра хотя бы. Извини. И правда себя теряю. Очень рада, что у меня есть ты. — Я обняла её, чуть не заплакав. Видимо, я испытала слишком много эмоций за сегодня. Она похлопала меня по спине, стараясь утешить.

— Врать ты начала, Эмбер. Теряем лучших, — с грустью сказала Лора. — Редхилл портит людей!

— Ещё как, — пробурчала я.

Празднование дня рождения продлилось недолго, вскоре мы всех разогнали. Меня тревожило сказанное Лорой. Среди всех одна она знала меня настоящей. Всё-таки хорошо, что мы до сих пор общались, хоть и редко виделись.

Глава 27. Плавая с тобой

Рождество прошло просто хуже некуда, потому что вместе с нами был мистер Рейган и Гейб. Против Гейба я ничего не имела против, а вот что касалось мистера Рейгана… Неужели он мой новый «папа»?! От всей наигранной идиллии меня тошнило. Лучше бы, как раньше, отпраздновали только вдвоём с мамой. А так даже вспоминать не желала. Хоть с Лорой поболтала по видеосвязи, настроение чуть себе подняла.

К счастью, учёба в новом году вновь отвлекла меня от грустных мыслей.

Занятия в бассейне я ждала с неким предвкушением, давно хотела поплавать. Радостно болтала с Джесси, пока мы шли к раздевалке. И снова Анабель, да что ж такое! Ну почему ты тоже выбрала бассейн?

— Смотри, а то станешь ещё большей феминисткой, пока будешь подсматривать за девочками в душе. — Она подмигнула мне и звонко рассмеялась.

— Осторожнее в душе, — фыркнула я, начав раздеваться. Предстояло не забыть взять с собой гель для душа, очки, шапочку, купальник и полотенце, а то мокрой забегать обратно в раздевалку не разрешалось, да и не хотелось.

Джесси немного стеснительно снимала с себя одежду, посматривая на других девочек. Анабель разделась догола самая первая, ни разу не испытывая смущения. Сразу было видно: уверенности через край. Ещё и побритая везде, где только можно. Лёгкой походкой направилась в душевые, и её прислужницы за ней. Я подошла к Джесси.

— Ты чего? Всё в порядке? — произнесла я, по-прежнему находясь в нижнем белье.

— Ага… Просто у них такие фигуры… У тебя тоже, — тяжело вздохнула она.

— Да какая разница, — хмыкнула я. Подбадривала Джесси не стесняться, а то урок уже скоро начнётся. Мы с ней зашли в душевые, когда большинство девочек уже выходили к воде. Я взяла всё необходимое с собой в душевую и как можно быстрее помылась. Сразу же вспомнилось, как Майкл помог мне после злобной шутки Анабель. Приятно вспоминать его благородный поступок.

Натянула на голову шапочку и постаралась убрать все волосы под неё, но выходило не очень успешно. Купальник на влажное тело было надевать тяжеловато, но и полотенце мочить сейчас не хотелось, лучше уж его использовать, когда буду уходить, чем сейчас, когда всё равно придётся в воду погружаться. Подошла к Джесси, она тоже оделась. Кажется, мы опаздываем. Чуть не забыла ключ от шкафчика, когда оказалась у двери. Мы с Джесси вышли к воде.

Ребята сидели на скамейках у стены. Почувствовала себя на миг фотомоделью, ведь в моём слитном малиновом купальнике предстояло до скамейки ещё дойти. Нашла Майкла глазами: у него был ошарашенный вид. Я чуть было не засмотрелась на него полуголого, хотя и отметила кое-что: он прибавил в весе. Походка от бедра, и раз — я чуть не полетела, поскользнувшись. Ну кто здесь воду налил, а? Схватилась за Джесси и едва не упала. Послышались смешки. Да-да, я просто королева неуклюжести. Оказалось, что я забыла ключик повесить для хранения. Подошла к вешалкам и поместила его туда. Нервничала почему-то.

Удивительно, что рядом с Майклом было местечко. И Анабель поблизости не оказалось. Слишком странно, но я всё же присела.

— Привет, — первой решилась на разговор. Майкл на меня даже не смотрел, уставился куда-то вперёд.

— Привет, Эмбер. Готова плавать? — дежурно спросил он, всё ещё не смотря на меня. Эй, да что с тобой?

— Ты же теперь знаешь, что я люблю плавать, — посмеялась я, с грустью вспоминая тот вечер у Анабель дома.

Он промолчал. Не знала, что ему ещё сказать. Продолжила рассматривать его в одних плавках.

— Слушай, а где твои кубики?!

— Кубики? А дощечки тебе не надо? — язвительно проговорил он.

Я расхохоталась как ненормальная, Майкл тоже приподнял уголки губ.

— Я три месяца без спорта был. О чём ты.

— Ой, точно. Извини. — Я почувствовала себя крайне неловко за то, что забыла про его травму. — Как твоё плечо?

— Теперь всё нормально. Плавание как раз мне прописано для восстановления, — произнёс Майкл, и после этого нас позвали показывать, что мы умеем в воде. Я нехотя встала. Плавать я умела, что неимоверно утешало. Нас собирались разделить на два бассейна, но сначала показательное выступление. Майкл оказался впереди меня. Рассматривать его спину долго мне не удалось, нужно было спуститься в воду вслед за девочками, а вот Майкл решил о чём-то переговорить с малознакомым мне парнем. Впереди поплыла Джесси: видно было, что ей тяжело давалось, да и плавала она… как могла. Благодаря тренировкам, я могла различить, кто как плавал.

Моя очередь. Я поплыла кролем, поначалу растерявшись, что-то давно этим стилем не плавала. Когда повернула голову вправо, увидела, как Майкл меня обгонял. Вот же козёл, захотел выпендриться! Я, по сравнению с ним, улитка. Доплыла до лестницы и поднялась. Преподавательница что-то записывала в блокноте, Майкл стоял рядом с ней.

— Отличная скорость и выносливость, но техника отвратительная, Майкл, — обратилась она к нему, а затем резко перевела взгляд на меня. — Тебя как зовут?

— Эмбер, — медленно произнесла я, всё ещё чувствуя воду в ушах, которую срочно хотелось вытрясти. Шапочка не спасла. От кожи теперь сильно пахло хлоркой.

— Вот, Майкл, посмотри на Эмбер, у неё отличная техника, но вот что касается скорости… Плоховато. Но мы это исправим.

Мы с Майклом отошли, дожидаясь остальных. Я не смогла удержаться от язвительного комментария.

— Что, не знаешь, как телом двигать, скорострел?

Он прыснул.

— Откуда ты такие слова-то знаешь, Эмбер? — Майкл наклонился ко мне. Я вновь заулыбалась и перевела взгляд на бассейн: Анабель доплывала, я видела, что у неё получалось не очень быстро и не слишком правильно. Вслед за ней Джесси, которая по уровню была примерно такой же. Неужели в чём-то Анабель не так уж и хороша?

Анабель вылезла из бассейна, при этом запыхаясь, со злостью взглянула на меня и Майкла и подошла к преподавательнице. Та описала ей минусы её плавания и заверила, что за этот курс всё станет невероятно круто. Анабель фыркнула и села на скамейку рядом со мной. Мы молчали.

Нас распределили по бассейнам, почти равномерно по количеству. Я оказалась с Майклом, но без Джесси. Жалко, конечно, что нас разделили и не удастся поболтать. Кучка сильных и слабых. Мне не верилось, что Анабель запихнули в слабые. Наверное, это удар по её самолюбию.

Затем последовало распределение по дорожкам, и я случайно как-то попала с Майклом на одну.

Поприветствовала Мэтта, имя которого недавно запомнила. Мы совсем не общались, но он был довольно симпатичным.

— Эмбер, тоже в сильные попала? Поздравляю. — Он подплыл ко мне.

— Да, спасибо. А ты невероятно плаваешь. Такая техника и скорость, — восхищалась я.

— Приятно слышать. Я на соревнования на следующей неделе поеду. Поборюсь за школу. Если хочешь, можешь прийти посмотреть. — Мэтт подобрался чуть ближе, и в этот момент Майкл что-то сунул мне под нос. Это доска для плавания. Только сейчас поняла, что учительница наказала всем её взять и плавать с ней для отработки техники.

— А почему ты тогда с нами плаваешь? У тебя и так всё супер, — недоумевала я, занимая очередь, чтобы проплыть с доской свои пятьдесят метров.

— Да тренировка никогда не повредит. — Мэтт не отводил от меня взгляда. Позже я пойму, что у меня грудь едва ли не выпрыгивала из купальника. — У тебя хорошая техника, Эмбер. Ты где училась?

— Кхм-кхм! — прозвучал позади нас недовольный возглас, я обернулась и увидела, как Майкл скорчил гримасу. Не поняла, чего он хочет. — Плывите, алё!

Я повернулась и увидела, что дорожка пустая. Вот это мы заболтались. Оттолкнулась от стенки бассейна и начала плавать только на правом боку, как велело задание. Иногда захлёбывалась, всё ещё думая не о том, о чём сейчас стоило. Вода приятно обволакивала тело. Когда подплыла к противоположной стенке, то сразу принялась вытрясать воду из ушей. Опять затекла.

Зачарованно стала наблюдать за тем, как Мэтт проплывал дистанцию. Видела, что у него и правда получалось чуть ли не профессионально. Мэтт доплыл до меня и тронул за руку, но я даже не дёрнулась. Он снял очки и улыбнулся мне. Я начала рассказывать, что плавала ещё в предыдущей школе, и пусть мне никогда не удавалось плавать быстро, я усердно старалась и добилась хорошей техники.

Тем временем Майкл приплыл и находился рядом с нами как бедный родственник. Видимо, ему пришлось разговориться с шатенкой рядом, потому что темы у них, насколько я могла слышать, были ну такие себе. Той девочке он явно нравился, а вот она ему… Интересно, что Анабель потом сделает с этой Алисой? Четвертует? Сожжёт на костре? Я машинально посмотрела на Анабель, которая проплыла свои пятьдесят метров и теперь прожигала нашу дорожку взглядом. Неподдельная ревность.

Внезапно мне помахал Карл, который находился на соседней дорожке. Он свободно проплыл под разделителем дорожек и оказался рядом с нами.

— Эмбер, тоже в сильных? Мэтт, здорово. Майкл? Ну… привет, — тотчас замялся Карл, когда заметил Майкла. Нам предстояло поплыть обратно, но теперь работая только на левом боку. В этот раз я была больше сконцентрирована на выполнении задания, расслабляясь в воде. Ребята уже ждали меня у стенки, забалтывая. Майкл приплыл следом за мной и прожёг взглядом. Почему-то вспомнилась одна его фраза, которую он произнёс у меня дома.

«Не много на одну девушку — сразу трое?»

Да нормально, Майкл. Купалась в мужском внимании. Видела, что он ревновал, и это вызывало у меня немного радости. Значит, я ему небезразлична.

После занятия предстояло вновь принять душ. На Джесси лица не было, Анабель тоже какая-то недовольная.

— Джесси, как тебе плавание? — Я повернулась к ней, когда мы обе вышли из душевых. Анабель вклинилась.

— Эмбер, вот это лес у тебя между ног! — Она засмеялась, ища одобрения у подружек.

— По крайней мере, не сплошная пустыня. — Я внимательно посмотрела на её голое тело. — Слушай, это фетиш у Майкла такой, чтобы на тебе ниже шеи ни одного волоска не было?

Я не ожидала, что Анабель вдруг скукожится и завернёт только начавшуюся баталию. Разве это Анабель? Её подружки тоже были шокированы. Что-то не то с их предводительницей. Что случилось?

И Анабель ведь пристала именно ко мне, хотя чисто выбритых только она и ещё две девочки среди всех.

Подумала, что Джесси приревновала меня к Карлу, а оказалось, что она нахлебалась воды и боялась неудач раз за разом. Старалась её поддерживать, как только могла.

Пока мы сушили волосы, я продолжала наблюдать за Анабель. Что-то с ней и вправду было не так, но я не могла понять в чём причина.

***

Майкл мне больше не писал, да и общение у нас не складывалось, только вот перекинулись парой фраз во время плавания в бассейне. Школьная жизнь текла размеренно. Я ударилась в учёбу и даже почти вырвалась в отличницы. Вот, опять двадцать пять. Мне надо наоборот перестать сильно париться учёбой, а в итоге я так забывалась. Джесси тоже переключилась на уроки, хотя и часто гуляла с Карлом. Секса у них так и не случилось, и касательно этого Джесси волновалась. Я заверяла её, что всё у них нормально.

На Майкла я порой смотрела украдкой, но потом сама же себя и отдёргивала. Хватит этого помешательства.

Так бы и проходили школьные будни в относительном спокойствии, но ни тут-то было.

— Говорят, что Майкл бросил Анабель, — шепнула мне однажды Джесси, пока мы сидели в столовой. С аппетитом у меня стало лучше, но не так, как раньше. Похоже, желудок всё-таки уменьшился.

— Эм, и что? Сойдутся. Так ведь уже было, — отреагировала я совершенно без эмоций. Казалось, людям лишь бы найти повод посплетничать.

Всё-таки я не удержалась от наблюдения. Майкл и правда начал избегать Анабель, а она, в свою очередь, ходила поникшая и часто кричала на своих подружек. Кроме жалости и в то же время сострадания, у меня это ничего не вызывало. Джесси и другие девчонки строили теории, почему это могло произойти. Мне при этих обсуждениях дурно становилось. Расстались, и что дальше? Их личное дело. Мало ли что там случилось. Когда у одной девочки возникла мысль, что Майкл всё ещё лелеял в своём сердце чувства ко мне, я захотела кинуть в неё тяжёлым учебником по физике. Не нужно было меня приплетать сюда.

Но та девочка с копной вьющихся каштановых волос (так плохо у меня с именами, проучилась больше полгода, а всё никак не могла запомнить с кем учусь) была не одинока в своём предположении. Сплетни разрастались с космической скоростью, и в один момент мне уже надоело то и дело их слышать краем уха.

— Что вы из чужого горя шоу устраиваете, — огрызнулась я на болтающих девочек в коридоре. — Своей личной жизни нет?

— Ты их рассорила, а теперь благородную из себя строишь? — Блондинка оскалилась и отвернулась от меня. Я вспыхнула и еле сдержалась от оскорбительного ответа.

На следующий день вновь был бассейн, Майкл не пришёл, зато Анабель то и дело останавливалась, не в силах плыть. После занятия я ушла, забыв в раздевалке на скамейке заколку. Когда вернулась, нашла содрогающуюся в рыданиях Анабель. Девочки уже все ушли, она сидела одна, вещи разбросаны. Я тихо вошла, она и не услышала.

— Анабель, — произнесла я, не желая её случайно напугать, когда ещё ближе подойду.

— Чего тебе? — вскрикнула она, вытирая слёзы с лица. Не знала, что ей ответить. Как поддержать её?

— Мне жаль, что так произошло… Может, вы ещё помиритесь. — Я осторожно подошла и села подле неё. Она шмыгнула носом, не глядя на меня. — Вы ведь уже ссорились. Потом сошлись.

— Ты не понимаешь! — заорала Анабель, теперь уставившись на меня. — Это окончательно! Он даже заплакал, ты понимаешь?! Он никогда не плакал при мне. Он ненавидит это делать. — Она закусила ноготь.

Я сдвинула брови. Плакать ненавидел, значит, прямо как я. Теперь понятно, чего он тогда не признался, что плакал. Это для него не самое приятное событие. Странная у нас встреча была, однако. Наверное, он чувствовал себя некомфортно. И зачем я тогда свернула к нему?

— Сказал, что всё, — продолжала она всхлипывать, при этом дрожа. — Я не знаю, как дальше жить. Смысла не вижу. Всё ради него. Из передряг его вытаскивала, из тюрьмы, всё для него делала! Упросила бы родителей сделать ему хороший старт карьеры. Жил бы — как сыр в масле катался. Но нет! Вот хоть бы раз наступил себе на горло, заткнул своё проклятое самолюбие! — Она качалась из стороны в сторону, явно стараясь себя так успокоить.

Из тюрьмы вытаскивала? Мощно. За что это Майкл успел попасть?

Самолюбие? Не захотел жить за счёт родителей Анабель?

— Невесело тебе, Эмбер? — Она резко дёрнулась и прожгла меня взглядом. — А я бы посмеялась, если бы мы ролями поменялись. Майкл бросил! Офигительно! Всё ты виновата, Эмбер!

Я покачала головой, стараясь понять ход её мыслей.

— Да, ты! Я с самого начала подозревала, что ты нам всё испортишь! Целка правильная, —плевалась Анабель ядом, но я прекрасно осознавала, что это она таким образом справлялась со своим горем. — Майкл на тебя дышать неправильно боится.

— Ты же сказала, дело в самолюбии? — игнорировала я её последние слова, не хотела сейчас об этом думать.

— В нём! Но и в тебе тоже! А ещё меня его мама ненавидит. — Она спрятала она лицо в ладонях и застонала. Видимо, у Анабель сейчас все были виноваты, кроме неё самой. Я погладила её по спине в знак утешения.

— Я тебе сочувствую, Анабель.

Она усердно затрясла головой.

— Я же Офелия, помнишь? Та самая добрая дурочка. — Я наклонилась к её уху. Она внезапно накинулась на меня с объятиями. Я уже привыкла. Вполне вероятно, что у неё в голове что-нибудь щёлкнет и она скажет, что меня терпеть не может, как это уже случалось.

— Эмбер, я не знаю, как мне дальше быть. — Она заходилась в рыданиях, сильнее прижимаясь ко мне. А я чувствовала, как в лёгких постепенно заканчивается воздух. — Я не могу без него.

— Анабель, ты такая красивая, привлекательная и напористая девушка. Ещё и состоятельная. Да будут парни штабелями укладываться. Найдёшь ещё десять таких Майклов, — успокаивала я и гладила ей спину.

— Он такой один! — не сдавалась она.

— Анабель, ты просто сейчас расстроена. Всё ещё будет. Вряд ли Майкл…

— Он верный, Эмбер! — Она сжала мою шею пальцами. А у неё длинный маникюр. Я чуть не вскрикнула, еле сдержалась. Складывалось впечатление, что она словно озорная девочка пяти лет и тискала нового котёнка. — Это я ему изменила… Мне так стыдно! А он ни с одной не был, пока… мы… — Анабель начала заикаться.

— Я поняла, — постаралась я свернуть эту тему, чтобы не резать по живому и без того кровоточащую рану Анабель.

Теперь мне стало дико неловко, ведь я на Майкла накинулась, когда он с Анабель фактически был. М-да. Разлучница.

— А ещё… Ещё он всегда защищает девушек. — Я слышала, как её голос стал более спокойным, а дыхание размеренным. Видимо, её немного отпустило. — Однажды я была в подавленном настроении, Карла в больницу увезли, а этот никчёмный Хью начал меня изводить по какой-то ерунде. Сейчас не могу даже сказать, как всё точно было, но помню, как приятно это чувствовалось, когда Майкл за меня заступился. Я тогда только перевелась и никого здесь не знала.

Анабель ослабила хватку, и я вздохнула от облегчения.

— Он абсолютно ненавязчивый. Хорошо шутит. Вкусно готовит. Самостоятельный. — Анабель вновь заплакала, её дыхание стало прерывистым. — К другим девушкам не лезет. Ну… Помимо тебя, — произнесла она это с презрением. — Я из-за него секс полюбила. Не могу поверить, что я Майкла потеряла! — Её голос дрожал. — Всё делала, чтобы его к себе привязать. Столько начиталась всего… Всей этой пикаперской гадости. Оставалось только приворожить его для полного набора. И вроде бы привязался… он же сам сказал… а в итоге… вот! Но чем больше я к себе его притягивала, тем сильнее он сопротивлялся.

Привязанность, значит. Теперь понятно, что её так корёжило. Майклу, наверное, сейчас тоже было несладко.

— Анабель, однажды тебя кто-нибудь полюбит… И этого человека не нужно будет к себе привязывать, — прошептала я, чувствуя подступающие слёзы. Не могла определить, что меня затронуло.

— Наверное, я перережу себе вены, — совершенно холодно проговорила она. Я вздрогнула.

— Анабель, пожалуйста, не надо. — Я отлепилась от неё и схватила за плечи. Она как будто закрылась. Слёзы на глазах всё ещё не высохли, взгляд был совершенно потухший.

— Разве ты можешь меня понять?! Как мне теперь с такой болью в груди жить? Как видеть его каждый день в этом рассаднике гадюк?! — с дикой злобой рявкнула она. — И вообще… радуйся… Только знаешь, на чужом несчастье счастья не построишь.

— Мне ни капельки не радостно, Анабель. — Всё, я заплакала. — Мне жалко тебя.

Она усмехнулась и рассеянно смотрела в пол.

— Эмпатичный ты человек, Эмбер. Я столько над тобой издевалась… А ты теперь вот плачешь вместе со мной. Извини за это, Эмбер. Я была ослеплена желанием удержать Майкла и тебя погасить. Видимо, у меня не вышло. Знаешь, будьте вместе, если хотите. Мне всё равно. — Она встала и начала собирать раскиданные вещи. Я кинулась помогать.

— Только не делай ничего с собой, прошу тебя. — Я помогла уложить форму в шкафчик.

Она медленно повернулась ко мне лицом.

— А что? Тебе больно будет?

Я кивнула, Анабель рассмеялась, но вышло хрипло.

— Хоть кому-то. Спасибо.

Она глубоко вдохнула и выдохнула, видимо, стараясь привести дыхание в норму.

— Если бы это от меня зависело… Я бы уступила тебе Майкла. Но это так не работает, — с неподдельной искренностью произнесла я. Анабель ободряюще мне улыбнулась.

— Добрая ты девочка. Вижу, что не врёшь.

Мы больше ничего друг другу не сказали, потому что в помещение вошёл уборщик, и Анабель мгновенно упорхнула из раздевалки.

У меня не осталось сил, произошедшее выбило почву из-под ног. Вроде плохо было Анабель, а теперь почему-то и мне. Я вернулась домой и рухнула на постель. Переживала, что Анабель что-нибудь с собой сделает, поэтому писала ей короткие смс. Она мне отвечала. По-видимому, как всё нормально.

Вот это да. Ну и денёк выдался.

«Майкл на тебя дышать неправильно боится».

Вспомнила эти слова Анабель, и стыдно стало. Как будто я и правда виновата, что ей сейчас настолько плохо. Постаралась похоронить в памяти то, что произошло, потому что вызывало кучу неприятных эмоций и полнейшую апатию.

Глава 28. Желая тебе помочь

Отныне спокойная жизнь школьных будней была нарушена. Я тихо сидела и рисовала в тетрадке какие-то непонятные узоры, стараясь скрасить ожидание начала следующего урока, когда ко мне подскочила запыхавшаяся Джесси. Её лицо горело словно в лихорадке, Джесси не терпелось чем-то поделиться со мной. В кабинете ещё никого не было, все находились в столовой.

— Эмбер, ты не представляешь, что произошло!

Я вновь подняла на неё взгляд, нехотя оторвавшись от созерцания нарисованных линий.

— Анабель заразилась хламидиями! Видимо, пошла утешаться на вписку после того, как Майкл её бросил, переспала с тем, с кем раньше Майклу изменила, а потом этот Марк проверился, и выяснилось, что он с хламидиями! Анабель бросилась сдавать анализы…

— Джесси, а ты чего такая радостная от этого? — Я со злости бросила ручку на стол.

— Так это же интересно! Тут разговор в коридоре произошёл. Похоже, Анабель на Марка наехала, а он её оскорбил. А потом она как заорала на весь коридор, что он её заразил.

— М-да, действительно интересно, — ёрничала я, вообще не понимая энтузиазм Джесси. — Здесь ещё и вписки есть? — переключила я внимание.

— Ага. Только такие, как мы, туда не ходят. Можешь у Майкла больше про это расспросить. Это он их часто посещает. — Она наклонилась вперёд и заговорщически проговорила.

— Мы с ним не общаемся, — отрезала я и вновь взяла ручку. — И что же там на вписках? — решила я резко увести тему от Майкла.

— Там девственницы — уже не девственницы. — Джесси подмигнула мне. — Больше взрослых ребят, чем школьников. Развлекаются. Наверное, там сплошной разврат. Но не знаю, сама не ходила.

Я вдруг представила, сколько у Майкла таких девственниц было, как я. Содрогнулась от этой мысли. Понятно, что он там делал на вписках. Мне от этого не слишком приятно. Хотя какое мне дело, раз мы не общались?

— Откуда ты тогда про бывших девственниц знаешь? — Я сузила глаза. В класс стали подтягиваться ученики. Пришлось понизить голос.

— Некоторые девочки рассказывали. А ещё… кое-что интересное. — Она села за парту ко мне. — Говорят, — тише произнесла она, — что Майкл девственниц не трогает.

— В смысле? — Я сдвинула брови.

— Ну, не спит с ними. Одну даже как-то отослал домой, сказал типа: лишиться всегда успеешь, иди домашку делай.

Я прыснула. Вот это выпад.

— Поэтому все про вас говорят. Ты-то… — Она тыкнула мне в плечо пальцем, не договаривая, поскольку людей стало ещё больше. «Ты-то девственница».

Я вспомнила лицо Майкла, когда сказала, что у меня секса не было. Теперь понятно, из-за чего он так отреагировал. А что он думал? Что я уже? Почему?

Захотел переспать со мной, а потом резко передумал?

— Вот теперь всем интересно, как у вас всё будет. Нарушит ли Майкл свой же принцип. Бросил Анабель ради… девственницы, — в этот раз Джесси не сдержалась, и я толкнула её несильно локтем в бок. — Ай. Классный же заголовок!

— Иди в журналисты. Там таких любят, — пробурчала я, рисуя круги в тетрадке.

Джесси переключилась на разговор с подружкой за соседней партой. Неосознанно я стала рисовать сердечки. Отлично. Вырвала листок и смяла.

И что вообще Майкл имел против девственниц? Опыта у них типа мало?

Пока я раздумывала, произошло ещё кое-что за эту долгую перемену. До звонка оставалось пять минут, как вдруг послышался сильный шум в коридоре. Джесси с парой девочек мгновенно выбежали. У меня было дурное предчувствие, я поднялась со стула. Джесси забежала обратно в кабинет.

— Эмбер! Там Майкл набросился на Марка! Пошли смотреть!

Я кинулась в коридор и наткнулась на огромное столпотворение. Протискивалась, как могла, толкаясь локтями, чтобы посмотреть на Майкла.

— Ублюдок!

Марк был прижат к шкафчику, всё его лицо в крови. Выглядело жутко. Толпа скандировала, подбадривая бить больше. Меня пробрала дрожь. У Майкла после такого однозначно проблемы будут! Почему их никто не разнимал?

Девушке в драку лезть — глупее идеи нет. Я еле сдержалась.

Марк попытался вырваться, в итоге упал на пол. Майкл словно забыл, что лежачих не бьют. Меня вымораживало, что всем лишь бы посмотреть на драку.

— Майкл, ты что делаешь-то?! — заорала я во всю глотку. Единственная, которая не требовала вмазать посильнее. Майкл поднял на меня глаза и застыл. Этой паузы было достаточно для Марка, чтобы врезать Майклу в глаз.

Я накрыла ладонью рот, заглушая вскрик. Это случилось из-за меня.

К счастью, вскоре прибежал директор с охраной, и их разняли. Майкл не открывал правый глаз.

— Что вы здесь устроили?! — взвыл он. — Уокер, тебя ничему жизнь не учит. Оба в мой кабинет после того, как пулей отправитесь к медсестре. А вы что все тут собрались?! Шоу? На гладиаторов пришли поглазеть? Все живо по классам!

Ученики заворчали и стали расходиться. Меня чуть трясло, тоже пришлось уйти. Не могла думать об алгебре, вышла в туалет, в коридоре на стуле у кабинета директора увидела Майкла, который держал пакет со льдом на глазу.

— Извини, что так вышло. — Я осторожно подошла к нему. Он вздрогнул, видимо, не слышал моих шагов.

— Это далеко не первый мой фингал и не последний. — Майкл пожал плечами, не смотря на меня. — Я драчун, Эмбер.

— Наслышана. — Я поджала губы. — Неужели тебе так нужно было его бить?

— Он оскорбил Анабель и заразил её. Как мне было ещё поступить?

— Может, не надо было устраивать Анабель очередные эмоциональные качели, тогда она бы к Марку утешаться не пошла?

— Эмбер, с Анабель у меня всё. Не лезь не в своё дело, — прорычал Майкл, который, видимо, вообще не испытывал ни малейшего удовольствия от разговора со мной. Дверь в кабинет открылась, оттуда вышел Марк с директором.

— Уокер, я позвонил твоей маме. Заходи. Завтра будем разбираться вместе с родителями. Так, Уинтер, вы что здесь забыли? — Требовательно посмотрел директор на меня.

— Я в туалет шла. Извините. — Я повернулась, не дожидаясь ответной реакции директора, и пошла как можно медленнее.

— Обязательно было беспокоить маму? — услышала я голос Майкла.

— Уокер, твоя мама ходит в эту школу как на работу, — съязвил в ответ директор и закрыл дверь. Я обернулась. В коридоре остался лишь Марк, который подошёл к своему шкафчику и открыл его. Хоть его и полечили в медпункте, лицо всё ещё выглядело ужасно. Я быстро заскочила в уборную.

После урока все только о драке и говорили.

— Что ж, девочки, — обратилась я к Джесси и рядом стоящей девочке, которые всё не переставали обсуждать случившееся. — Добро пожаловать во взрослую жизнь. Тут плохо, тошно и всегда можно заразиться хламидиями.

***

С каждым днём слышать сплетни о нас с Майклом было всё смешнее, и постепенно они сходили на нет. Две недели как всё это творилось, а Майкл совершенно не обращал на меня внимания. Видимо, девочки стали понимать, что дело не во мне. Принялись выдумывать каких-то таинственных дам сердца. Вот же заняться нечем.

Майкл перестал бриться, запустил себя, а ещё то и дело разговаривал с учителями после занятий. Один раз я как-то стояла у шкафчика, только собиралась уходить, как повернулась и увидела, что Майкл вышел из кабинета вместе с учительницей химии. Они остановились, она внимательно взглянула на него.

— Майкл, я верю в то, что у вас всё получится. Прекрасно понимаю, что вы всё запустили не по своей воле.

— Я тогда один работал в семье. У меня не было выбора, — сухо проговорил он, как будто заученную фразу. Сколько раз ему приходилось это повторять?

Один работал? Стоп. А с мамой что было? Папа умер — это я помню.

— Сожалею, что вам пришлось через это пройти. Хорошо, что вы смогли позаботиться о брате. Как ваша мама, кстати?

— Недавно приходила в школу, — буркнул Майкл, на что учительница кивнула. — В целом, нормально. Работает.

— Майкл, вечно прикрываться тем, что произошло два года назад, нельзя. Вы это прекрасно понимаете.

— Нет, это вы не понимаете. Это для вас смерть моего отца, как и для остальных, была два года назад. После этого я почти год жил как в аду, боясь каждый день, что Тони социальная служба заберёт. Ходил, всем предлагался работать, считая каждый цент, чтобы было что брату на завтрак есть. Мне учёба эта до лампочки была.

— Майкл, вас ведь тоже могли забрать под опеку? Знаю, что было страшно. Похоже, вы от этого ещё не отошли. Может, к школьному психологу?

— Нет. Я учиться пришёл, а не мозги вправлять. Сам разберусь. — Майкл плотно сжал губы.

Миссис Берг посмотрела на него снисходительно.

— Ладно. Поймите, что нет дополнительных часов на то, чтобы вас подтянуть. И это касается не только моего предмета. Насколько я знаю, вы говорили с другими преподавателями?

Майкл кивнул.

— Вы способный ученик, только почему спохватились за четыре месяца до экзаменов?!

— Ну… январь же ещё не прошёл. — Он пожал плечами, на что миссис Берг тяжело вздохнула.

— Попросите кого-то вам помочь за какую-нибудь небольшую плату. А вот, Эмбер, иди сюда.

Я вздрогнула. Учительница заметила меня и подозвала. Майкл резко взглянул на меня, расширив глаза. Как говорится, вновь оказалась в нужное время в нужном месте… Судьба, Майкла?

— Я слышала, что вы тесно общаетесь. — Устремила преподавательница взгляд на него, а затем и на меня. Она тепло улыбнулась, и стало интересно, что же она там слышала такого.

— Это неправда, —проговорил Майкл таким тоном, как будто очень устал объяснять одно и то же каждому спрашивающему. Неприятно немного. Неужели у него сохранялась ко мне сильная неприязнь?

— Всё же. У Эмбер хорошо с химией, она сможет помочь. По остальным предметам у неё вроде как тоже ничего. Да, Эмбер?

Я кивнула, не очень понимая, чего от меня сейчас хотели.

— Эмбер не будет мне помогать, — членораздельно произнёс он, словно убеждая всех.

— Почему? Майкл, я думаю, вы сможете договориться о цене. С чем у вас там ещё проблемы? С испанским? У Эмбер вроде бы и с ним хорошо. Всё, мне надо бежать. Майкл, прошу вас, занимайтесь усерднее. Я поняла, что вы не можете всё сами постичь, вот и предлагаю вам такую помощь. — Она указала на меня. Неловко. Не такая я уж прям умная, хотя оценки у меня и правда лучше, при сравнении.

Учительница отошла, это был последний урок, и в коридорах осталось совсем мало учеников. На скулах Майкла заиграли желваки.

— Эмбер, забудь всё, что она сказала.

— Почему?! — искренне недоумевала, почему Майкл так на это отреагировал. — Я же правда могу помочь. Тебе ведь нужна помощь.

— Оставь свой альтруизм при себе. Мне всё равно платить нечем, — пробурчал он. — Забудь. Поняла?

Я снова удивилась тому, что он так разозлился. Майкл ушёл из школы, а я всё продолжала раздумывать. Мне почему-то слишком сильно захотелось ему помочь. Он сделал для меня много хорошего и ничего не получил, кроме мандаринов, поэтому вполне справедливо, если я помогу ему за это в учёбе, чем смогу. Вроде нормально же? Только он как-то чересчур усердно отказывался от моей помощи. Даже подозрительно. И да, обидно.

Меня это тревожило уже три дня. Я не удержалась и рассказала Лоре.

— Раз тебя так разрывает, то помоги ему. Что в этом плохого, — проговорила она без раздумий.

— Я не хочу навязываться. Он всем своим видом последние недели даёт мне понять, что я ему неинтересна.

— Эмбер, он расстался с девушкой, с которой был продолжительное время. Что ты от него ждёшь? Ещё и с девушкой, которая, как ты говоришь, его эмоционально дёргала. О чём мы вообще. Он задолбался, переключился на учёбу. Эмбер, он не просто так уделял тебе внимание до этого. В отношениях, как в шахматах. Каждый делает шаг по очереди. Он уже свой шаг сделал. Теперь ты делай.

— Я не хочу навязываться! — вновь повторила уже сказанное мной ранее. И меня это слишком беспокоило.

— Эмбер, вот скажи мне. Ты ему сопереживаешь? Чувствуешь, что ему больно и плохо? Хочешь помочь ему за то, что он сделал тебе добро? Причём тут «навязываться»? Просто взаимная волонтёрская помощь. Если пошлёт — то и всё, забьёшь на него. Не бойся этого.

— Тебе легко говорить. Это не ты собираешься парню предложиться. — Я скрестила руки на груди. Представлять, как Майкл меня отвергает в очередной раз, было слишком неприятно.

— Хах, Эмбер! «Предложиться»! Ты что. Если он тебя упрекнёт, то и пошли его с чистой совестью. Ты же хочешь ему помочь, и не ты придумала это, а учительница. В общем, сама думай. Раз боишься сильно, то не делай, — смягчила Лора под конец. Я решила не дёргаться и подождать какого-то знака от судьбы, что ли.

Ещё кое-что не давало мне покоя, но с Лорой я пока этим не делилась. То есть получалось, что мама Майкла продолжительное время не могла работать. Родственников, видимо, у них не было, которые позаботились бы о двух детях. Интересно, как им удалось обойтись без прихода социальной службы, учитывая, какие болтливые в Редхилле соседи.

Внезапно вспомнила слова Джесси после Хэллоуина:

«— Майкл мне понравился ещё до того, как изменился, — продолжила Джесси разговор, когда, казалось бы, мы вновь будем идти в тишине.

— Изменился? Что это значит? Когда?

— После смерти папы».

Не хотелось спешить с выводами, но повышенная агрессия теперь вполне вписывалась в картину. Майкл чуть не потерял двух родителей разом.

Отлично. Меня накрыло волной сочувствия к нему. Как будто почувствовала всю боль, что он испытал. Съедало ощущение того, что я просто обязана ему помочь.

Вот это внезапное открытие и оказалось знаком: я не могла усидеть на месте и постоянно думала об этом. Прости, Майкл. Я пойду напролом. В курсе, что ты, возможно, и не очень желал моей помощи. А ты, когда мне помогал, спрашивал, нужна ли мне твоя помощь? Вот и всё.

Если я этого не сделаю, то себя изведу. Никаких романтических мыслей, лишь то, что я должна тебе. Взаимная поддержка. Приготовься учиться, Майкл.

Глава 29. От лица Майкла

Майкл

Не мог представить, как всё сильно изменится со смертью папы. В груди теперь была сплошная непроходящая тоска, помимо этого я никуда не мог деть агрессию, которой стало в десятки раз больше.

А хуже всего было происходящее с мамой. Она тяжело переносила потерю. Повлияло и то, что прямо перед аварией ситуация в семье была шаткой, чуть ли не на грани развода. Судьба всё решила сама. Папа попал в автокатастрофу.

Мама призрачно улыбалась и поначалу старалась держаться. Я же в первые недели постоянно находился на баскетбольной площадке, когда никого рядом не было, вымещал всю злобу, как только мог. Иногда стены дома бил. Немного помогало.

Мама долго не выдержала. Через пару недель её сократили на работе, и это стало последней каплей. Мама слегла. Уже тогда я понимал, что теперь мне однозначно нужно что-то делать. От родственников было мало толку. Они все находились далеко, хоть в первое время присылали деньги, но мало. Сестра мамы приехала один раз издалека, пожалела нас, помогла по дому. Однако мы прекрасно понимали, что вряд ли она нас к себе на другой конец штатов повезёт, да и у неё без того двое приёмных детей. Куда больше-то.

Маме назначили антидепрессанты, поставили диагноз тяжёлая депрессия. После визита врача мы с Тони сидели за столом, я сильно пригрузился сказанным. Брат себе места не находил, и так всё время ходил поникший, а теперь и вовсе пребывал в истерике. Врач сказал, если вдруг у мамы начнутся суицидальные мысли, то сразу же звонить ему, чтобы её положили под надзор в психлечебницу.

И мы совершенно не хотели, чтобы маму забрали в психбольницу.

Тони сидел зарёванный, мне тоже хотелось рыдать, но знал, что сейчас это недопустимо. Не могли мы ведь вдвоём сидеть и плакать?

— Это ещё про нас опека не узнала, — сопя, произнёс он. — Майкл, я не хочу в чужую семью. Тебе ладно, уже шестнадцать, ещё два года и всё. А мне… Почему мама так с нами.

— Тони, прорвёмся. Всё наладится, маме станет лучше. А насчёт денег… я теперь главный мужчина в доме. Заработаю, — пытался я говорить оптимистично, но самому слабо верилось.

— Ага, много ты заработаешь. — Брат мне не поверил, и я понимал почему.

— Хоть что-то. Мама не специально так с нами. Ей просто очень больно. — Я правда старался понять её, но и мне было сложно.

Тони продолжал плакать, я вскочил со стула и побежал смотреть объявления о работе.

***

Моё горе от потери отца перешло в крайний трудоголизм. Я брался за всё, что попало. По учёбе через пару месяцев полностью съехал, хоть Тони и делал за меня домашнее задание.

С мамой за это время разговоры не удавались. В очередной раз я приготовил нам ужин (теперь готовил только я, мы с Тони разделили работу по дому) и отнёс маме наверх. Она почти всё время молчала. Мне было больно видеть её такой. Поначалу мама выполняла мелкие домашние обязанности, ходила в магазин, мыла посуду, однако делала всё словно на автомате, с каждым днём становилось только хуже. И в какой-то момент, видимо, её покинули силы.

— Мам, ты поешь, пожалуйста. Готовлю я отвратительно и ни разу не так вкусно, как папа, но уж как получается. — Я поставил тарелку с пастой на тумбочку, которую уже давно пора было подкрасить. — Мам, давай поговорим. Я тебя люблю. Не хочу терять тебя. Да, папы теперь нет, но мы всё ещё нуждаемся в тебе, — говорил я и чуть не заплакал. Мама повернулась ко мне, совсем безжизненная. Почему я никак не мог исправить ситуацию? Как помочь ей?

— Прости, Майкл. Мать из меня ужасная. Не могу с этим справиться.

— Ты только недавно начала пить антидепрессанты. У них небыстрый эффект. Мам, борись, пожалуйста. Я надрываюсь.

Это был просто крик души. Я слишком задолбался от работы, от постоянных попыток делать вид, что у нас с Тони всё в порядке, чтобы о нас не узнала социальная служба. Мной уже пару раз интересовался школьный психолог. Мне было дико страшно и даже больше за брата, чем за себя. Зная здешнее население, я каждый раз со страхом находился дома, так как в любой момент могли прийти за нами.

Мама в очередной раз мне ничего не ответила и отвернулась. Я не мог больше быть с ней и ушёл в гараж копаться в мотоцикле — это меня успокаивало. Это был старый папин мотоцикл, которым он не пользовался с тех пор, как купил подержанную машину. К слову, на этой машине он и попал в аварию.

Через пару дней я зашёл к маме в комнату и нашёл её на полу с разбросанными рядом таблетками. У меня картинка в голове сложилась мгновенно.

— Мам…

Подбежав к таблеткам, я быстро схватил упаковку и судорожно посчитал количество недостающих.

— Как много ты выпила таблеток?!

Понял, что ответа от неё не добьюсь. Она уставилась в одну точку. Я поспешно вытащил телефон и вызвал скорую, в то же время стал вспоминать, что делать при такой ситуации. Вызвать рвоту.

Ненавидел себя сейчас за то, что не знал, как правильно помочь маме. Она вообще слышала меня?

Я силой открыл ей рот и засунул два пальца, чтобы вызвать рвоту. Она кашлянула, и на этом всё. Я попробовал ещё раз, мама кашлянула сильнее. Чёрт, да неужели ей уже не помочь?! И где там эта скорая?

— Не закрывай глаза!

Мне было невыносимо страшно от того, что мама вдруг закроет глаза и уже их никогда не откроет. Я вскочил с места и побежал на кухню, где схватил кувшин с водой. Тони взглянул на меня, как на умалишённого.

— Сиди тут! — рявкнул я и вернулся к маме. Заставил её выпить целый кувшин, а затем взял тазик и спустя некоторое время снова попытался вызвать рвоту, на этот раз успешно.

Что Тони наблюдал за всем этим, я понял, только когда приехала скорая.

Я был ни жив, ни мёртв, когда маму увезли и меня не взяли. Брат убежал в свою комнату и не хотел со мной разговаривать. Я ничего не чувствовал.

На следующий день меня пустили её навестить.

— Какой у вас сын молодец, — произнёс врач, когда вошёл вместе со мной в палату. — Если бы не он, всё могло быть намного хуже. Если не фатально.

От этого только страшнее стало. Впрочем, потом я всё же узнал, насколько в таких случаях важно, как быстро среагировали. Я сел на стул рядом с кроватью мамы. Почему-то мне на неё было тяжело смотреть.

— Майкл, я больше так не буду никогда. Правда. — Она взяла меня за руку.

— Да, так говорят все суицидники, — не удержался я от язвительного комментария, хотя ситуация была совсем неподходящая. Мне было слишком обидно.

— Майкл, это так антидепрессанты повлияли. Бывает увеличение суицидальных мыслей в начале приёма препаратов, — вступился врач. — Твоя мама полежит у нас неделю-другую, понаблюдаем за ней. Организуем бесплатную терапию. Хочешь остаться с ней наедине?

— Нет, не хочу, — пробормотал я и вскочил с места. Её попытка суицида — это то, что поразило меня до глубины души. И то, за что я долгое время не смогу её простить.

Врач вышел вслед за мной.

— Майкл, тебе с братом помощь не нужна?

— Я работаю. У нас всё нормально.

— Но ты ведь школьник, разве нет? — Он сузил глаза, я ему не ответил. — Майкл, тебе самому психологическая помощь не нужна? Ты справляешься?

— Справляюсь. Обойдусь без мозгоправа. Вы лучше маме помогите.

Врач кивнул, но, судя по выражению его лица, он мне не поверил.

***

Я, и правда, не справлялся. Случилось то, чего я опасался больше всего — моей жизнью серьёзно обеспокоился школьный психолог. Похоже, все про всё уже узнали. Понимал, что до прихода социальной службы теперь как рукой подать. Мне было слишком хреново. Отсидел все уроки, при этом то и дело засыпая. Ночная смена не приводила к хорошему.

— Случилось что? — послышался уже знакомый мне голос. Я обернулся и увидел Анабель Хилтон. Она была одета в короткую голубую юбку, которая открывала вид на её красивые загорелые ноги.

— Как будто ты не знаешь, — огрызнулся я, злой не столько на саму Анабель, сколько на всю ситуацию. Анабель перевелась к нам совсем недавно из Балтимора, я её не знал. Один раз было, что Хью над ней прикалывался, и я заступился, вот и вся история общения.

— Твоя мама в тяжёлой депрессии. Весь город говорит только об этом, — без тени улыбки произнесла она. — А ещё, что вы уже давно в таком подвешенном состоянии.

— Я в отчаянии, — признался я и облокотился на свой шкафчик. — Все такие внимательные к чужой беде, смешно… На деле — нас не ровен час отдадут кому-нибудь, кому мы вообще не нужны.

— Боишься опеки, Майкл? — Она сузила глаза и подалась вперёд. Одну ногу она согнула в колене и оперлась о шкафчик.

— Не понимаю, как до этого удавалось спокойно пожить. Похоже, этому конец. Ещё и лечащий врач моей мамы спохватился, как же мы там без помощи взрослого. Всё плохо, короче. — Я отвёл взгляд, пока говорил. Отвратительно на душе было.

— Хочешь, чтобы вас оставили в покое? Чтобы к вам не пришла социальная служба? Чтобы люди перестали мусолить эту тему и привлекать излишнее внимание?

Я посмотрел на Анабель с раздражением.

— А у тебя волшебная палочка есть? — с издёвкой спросил я. Дразнила меня намеренно?

— Ну… Волшебной палочки нет, конечно, но кое-что другое есть. Связи и власть многое решают. — Она чуть приподняла уголки губ. — У меня влиятельные родители, Майкл.

— Вот оно как. А в ответ что? — Я не понимал, с чего этой золотой девочке мне помогать.

— Спасибо, что заступился за меня тогда. Меня это тронуло. Поэтому считай мою помощь просто добрым жестом в ответ.

Впервые тогда я взглянул на Анабель, как на фею, что могла магическим образом вытащить меня из дерьма. Хотя бы частично.

Социальный работник однажды к нам всё-таки пришёл, пока мама находилась в больнице. Но для меня стало шоком то, что женщина пришла помочь по хозяйству, пока мамы нет. Неужели так можно было?! Или это Анабель подсуетилась? Не мог поверить, что всё начало немного налаживаться.

Спустя время депрессия мамы перешла в среднюю, а затем и вовсе в лёгкую степень, только заняло это всё в целом больше года. Она наблюдалась у психиатра, устроилась на новую работу. Теперь мне не было необходимости столько работать, вот тогда меня и снесло.

Мне и раньше некуда было деть свою агрессию. Ничем не мог погасить горе.

Всё началось с того, что я с парой парней избил того, кто издевался надо мной два года. Это доставило мне дикое удовольствие. На несколько мгновений я забыл о боли от утраты. Мы организовались в свой «кружок». В то же время я настойчиво старался попасть в местную банду.

Я отомстил всем, кому хотел. Это превратилось в мой смысл жизни, по крайней мере, на некоторое время. Теперь мне хватало денег на сигареты, так что я начал курить.

Мне вдруг стало интересно, почему романтизируют юность. Первый секс у меня случился на вписке, не помню с кем. Единственное, что это было моим позором, ведь я кончил за пять секунд. Поэтому я про эту девушку поскорее забыл, чтобы не мучить себя воспоминаниями.

Стоило признаться, было что-то привлекательное в пьянках-гулянках, но длилось это не очень долго. Меня начинало пожирать чувство вины. Учёба у меня была давно заброшена, плюс я больше не работал, то есть начал тупо прожигать жизнь.

На очередной вписке мы играли в бутылочку. Вечеринка в доме одного моего знакомого. Уже слишком привычно. Во время игры в бутылочку всегда было всё однозначно — либо раздеваешься, либо целуешься взасос, или же идёшь и занимаешься сексом. Кто-то просто взял и установил свои правила, а потом никто не возразил. Я сидел, развалившись на диване. Жизнь в подобном стиле пустых развлечений продолжалась уже два месяца. Только сейчас я в полной мере позволил себе признать — мне всё здесь отвратительно. Эти обкуренные девушки, обдолбанные наркотиками парни, одно лишь желание потрахаться, накуриться и забыться. А самое ужасное было в том, что я сам себе был тоже отвратителен, ведь я сейчас здесь. У меня в душе была огромная пустота, и я не мог понять, как себе помочь справиться. Оказалось, что забытье в алкоголе и случайных связях с девушками лишь временное.

Игра продолжалась, пока я сидел, погруженный в свои мысли. Вынырнул из размышлений, только когда услышал какой-то разговор. Одной девочке выпало заняться сексом с главным бугаем компании. Она напугалась. Сидела рядом со своей смелой подругой, которая ей что-то говорила. Я видел, как девочке было страшно.

И в очередной раз во мне пробудились те эмоции, что возникали всегда, когда я видел, как обижали слабого. Во мне просто всё вскипало от несправедливости.

— Джордж, да оставь ты девчонку.— Я вытащил сигарету, а затем зажигалку. — Не видишь, что ли, как она трясётся.

— Она знала, куда шла, — хмыкнул он. — И во что мы собираемся играть. Уокер, тебе она что — нравится? — злобно рассмеялся он.

— Даже если и нравится. — Я зажёг сигарету и обхватил губами. — Оставь её.

— Оу, Уокер напрашивается на драку, — ухмыльнулся он.

— А пойдём выйдем.

Драк я совершенно не боялся. Школа натренировала будь здоров, опыта море. Ребята в компании это знали.

Парень рядом с Джорджем, Лиам, положил ему руку на плечо.

— Майкл просто благородный. Моралист. Не обращай внимания. Пойдём лучше закинемся.

Сам Лиам не так давно со мной выходил подраться. Жаль, а я уж настроился.

— Верно, — прозвучал голос прямо около моего уха. — Должны же быть рыцари в этом поганом болоте.

Даже не поворачиваясь, я узнал Анабель Хилтон. Она месяц ходила за мной хвостиком, и это немного напрягало. Честно сказать, мне было стыдно смотреть ей в глаза из-за того, что она так помогла мне однажды. И это было важно для меня.

Парни в компании уже начали прикалываться на тему того, что она за мной бегала, а я не обращал внимания. Для них она была той девушкой, которой они бы непременно вдули. Однако Анабель была не из давалок и хитро избегала тех, кто её не привлекал. Насколько я понял по слухам, у неё был всего один сексуальный партнёр, пока она здесь училась. Да, она ведь недолго находилась здесь, можно подумать, просто не успела, но, если бы я не видел, как она отшивает парней…

Мне льстило её внимание, в то же время понимал, что просто хотел заняться с ней сексом. И после её помощи… Как-то желал что-то более светлое к ней испытывать. Игнорировал её подкаты. Ей же на благо, как я думал.

Вернулся к реальности, в которой я не слишком хотел быть. Джордж чуть подумал, а затем согласился заняться чем-то более приятным, чем драка. Остальные парни, поняв, что продолжения разборки не будет, разошлись кто куда.

Я повернулся к двум девочкам и обратился к той, что опытнее.

— Ты зачем её сюда привела? Ты головой вообще думаешь? Хочешь, чтобы твою подругу по кругу пустили или что?

Девушка-шатенка всё-таки решила высказаться.

— Я могу сама за себя отвечать, нечего винить Кейтлин. Мне самой захотелось сюда прийти.

— Твоя неопытность написана у тебя на лбу яркими красными буквами. Это не просто школьная вечеринка. Здесь трахаются, ты это осознаёшь? — Я наклонился вперёд и выдохнул ей в лицо сигаретный дым. Она нахмурилась и скрестила руки на груди.

— Майкл, остынь. Линда захотела новых ощущений, — опять обратилась ко мне Кейтлин. Её я здесь встречал пару раз, а вот её подругу увидел впервые. — Зачем ты вмешиваешься, во что тебя не просят?

— Это тебе Рик заплатил, чтобы ты девственницу привела? — Я пристально посмотрел на неё. — Он такое любит проворачивать. Знаешь что, Линда. — Взглянул на субтильную девушку. — Вали домой и учи уроки. Раздвинуть ноги всегда успеешь. Тут особо учиться не надо.

Линда вспыхнула и вскочила с места, затем быстро вышла из комнаты. Кейтлин поднялась, смерила меня презрительным взглядом и поторопилась за подругой.

— Жёстко ты, Майкл, — вновь услышал я голос у своего уха. Анабель сидела на подлокотнике дивана и всё это время молчала. — Но мне нравится. Пускай эта целка и правда сидит дома. Мне очень понравилось, как ты себя повёл. — Она коснулась моего плеча пальцами.

— Ага, веду себя лицемерно, — пробурчал я. — «Моралист» — смешно, — вспомнил я слова Лиама. — Сижу среди тупого быдла. И сам я тупое быдло, которое мало чем от них отличается.

— Ну что ты, Майкл. — Анабель села рядом со мной на диван. — Какое ты быдло, ты ведь такой умный и хороший.

Анабель была похожа на хитрую лисицу.

— Чего тебе нужно от меня? — прямо спросил я, пока она вырисовывала узоры на моём плече.

— И ещё ты честный… Майкл, зачем тебе это всё? Тебе нравятся девочки на одну ночь? Я отнесусь с пониманием. — Она поглаживала мою ногу, а голос у неё был такой сладкий, как будто десять ложек сахара в чай положили.

— Нет, не нравятся, — признался я, облизнув губу. — Секс нравится.

Мне нужно что-то постоянное. Вернее, кто-то.

— Вот видишь, мне тоже. Как мы с тобой совпадаем.

Мне было смешно от того, как она пыталась ко мне подкатить раз за разом. Слышал, какая она громкая в постели. Эх, Анабель, разве хорошо так искушать меня?

Честно говоря, я сам не понял, как у меня завязались отношения с Анабель. Тут скорее подходило описание «ну да, так получилось, само как-то». Анабель была из тех, кто берёт крепость штурмом. Не давала мне прохода.

Отказываться от того, что тебе так усердно предлагали — как-то глупо, поэтому я согласился на секс без обязательств (по крайней мере, я думал, что у нас получится поддерживать такие отношения). Понимал, что не желал ничего серьёзного и обманывать её тоже не хотел. Анабель в первое время была шёлковая, то есть соглашалась только на секс и полностью поддерживала эту идею. Ключевая фраза «в первое время». То, что она была в меня сильно влюблена, было понятно с самого начала.

И именно это создало главную трудность. Временами она трахала мне мозги, но я терпел, решив, что смогу пережить. У нас чаще стали возникать разногласия.

Однажды утром я проснулся с ней в постели. Оказалось, что её родители вернулись ночью, хотя собирались только через день. Анабель прижалась ко мне, нисколько не расстроенная.

— Ну что, пройдёшь мимо моих родителей? Испортил их любимую дочь, — посмеялась она, проводя пальцем по моей губе.

— Её до меня испортили, — хохотнул я, укусив её за палец.

— Ай. У меня был только один до тебя. — Она отдёрнула руку.

— А чем докажешь? — Я подложил руки под голову. Может, она и спала с одним в Редхилле, но ведь у неё была жизнь и до переезда в этот унылый городок. Анабель насупилась.

— Ты серьёзно? Тебе что — девственность надо? Могу пойти сделать операцию. — Она закатила глаза и отодвинулась. — Вернут. Обижаешь.

— Да расслабься, мне всё равно. У нас же ненадолго, — этими словами я просто вызвал у неё фонтан эмоций.

— Ненадолго?! Ты серьёзно? Тебе плохо со мной? Только не говори, что тебе не нравится. — Она залезла на меня, в расстёгнутом халате. Глаза у неё горели, видимо, желала меня и правда за это избить.

— Нравится, малыш. — Я провёл руками по её бёдрам. — Но не хочу тебя обманывать.

Анабель надула губы.

— И что тебя не устраивает? Давай, говори.

И как мне ей объяснить, что я вообще никак не видел себя с ней в будущем? Не знал, что такое любовь, но знал, что такое кого-то хотеть в плане секса. Вот Анабель я хотел, и на этом всё. Разве так должно быть? Наверное, нет.

В общем, слишком молод я для таких размышлений.

— Мне семнадцать, Анабель. Не хочу я пока ничего серьёзного. Вот и всё, — кое-как отмазался я, хотя и видел, что её этот ответ не удовлетворил.

— Не понимаю, чем я тебя не устраиваю. Кстати, начала пить противозачаточные. Наплела родителям, что постоянно сильно болит живот при месячных, а у гинеколога попросила рецепт на таблетки. Ты прикинь, оказывается, даже девственницам назначают противозачаточные. Типа для восстановления гормонального фона. Секса нет, а противозачаточные пьют — смешно, да? — приговаривала она, перебирая мои волосы.

— То есть теперь без презервативов? Что-то всё равно страшно, — рассмеялся я. — А хотя хорошо, что теперь с таблетками. А то у меня при каждой твоей задержке сердце кульбит в груди делает.

Анабель расхохоталась.

— Ты так этого боишься? У меня тут рядом всегда «бэби-капут». Не волнуйся.

Я нахмурился.

— Ну, таблетки, — разъяснила она, как для тупого. — Из названия можешь понять, для чего они. Это быстрый аборт.

Я содрогнулся.

— И ты уже делала?

— Майкл, нет. А что ты так реагируешь?

Я ссадил с себя Анабель и привстал на постели, схватившись за голову, она внезапно заболела.

— Анабель, ты мне хоть скажи, если вдруг.

— Ты собрался быть отцом в семнадцать? Ой смешной. — Она махнула рукой.

— Нет, вот именно что нет. Но и идея аборта мне не по душе.

— Ну, тогда выход один. — Анабель пожала плечами. — Не трахаться.

— Такой выход мне точно так же не нравится. — Я улыбнулся ей. — Но ты права. Я тоже об этом подумал.

— Как интересно ты относишься к абортам. — Она провела рукой по моей груди.

— Чего это тебе интересно?

— Да так, ничего. Забей.

Я тяжело выдохнул. Вскоре и мама завела про это разговор. Я тогда после школы вернулся в плохом настроении, мама готовила ужин, с работы раньше отпустили. Схватив из холодильника вчерашний обед, я уж хотел быстренько свалить в комнату, но не вышло.

— Ты встречаешься с той богатой девочкой? Анабель Хилтон? — Мама отложила лопатку, которой переворачивала котлеты, и повернулась ко мне. По её лицу мог предположить, что меня ожидает тяжёлый разговор.

— Да. Не вникай в это, — поспешно сказал я, и мне почти удалось сбежать.

— Стой. Пока Тони нет, давай поговорим.

Я поставил небольшую тарелку с пастой на стол и сел, приготовившись выслушать нотации. Мама в очередной раз перевернула котлеты и теперь обратила всё внимание на меня.

— Майкл, я знаю, что ты уже взрослый. Пока собирала вещи в стирку, кое-что нашла у тебя в кармане, — как будто издалека начала мама, но я уже понял, к чему она ведёт.

— Да, забыл я переложить презерватив. Извини, если это для тебя был шок. — Я усмехнулся и отвёл взгляд.

— Майкл, почему у вас так быстро? А если она забеременеет? Ладно, хорошо, —сначала мама занервничала, а потом словно сама себя успокоила, взмахнув руками.

— Мам, мы предохраняемся. Она вот начала пить противозачаточные. Я в этом ответственен.

У меня мозг как бы имелся! И самоконтроль тоже.

— Майкл, я прекрасно понимаю, как всё бывает по молодости. Можно сделать много ошибок. Но ты знаешь, что случилось в нашей семье и как я болезненно отношусь к абортам, — маме тяжело было об этом говорить, но я видел, что она не могла этого не сделать.

У мамы случился выкидыш, причём ребёнок был очень ожидаем, ему и имя дали. А сестра мамы сделала первый аборт в молодости и теперь не могла родить. Всё это сильно повлияло на моих родителей и на меня тоже, потому что на эту тему со мной слишком много разговаривали. Да и видел, как тёте тяжело с двумя приёмными детьми.

— Мама, я бы не стал абортировать ребёнка, но ты знаешь, что это дело Анабель.

Мама кивнула и поджала губы, затем вновь занялась котлетами.

— Если вдруг что, убеждай Анабель, что я займусь ребёнком, — продолжила она тему и выключила огонь. Всё. Раньше хоть котлеты её отвлекали, а теперь…

— Хорошо, мам. Но я надеюсь, до этого не дойдёт в скором времени. — Я порывался уже уйти.

— Кстати говоря, — вновь заговорила мама, а я уже надеялся, что всё. Да-да, конечно… — Почему именно Анабель? У вас настолько разное социальное положение. Ты с её родителями говорил? Как они к тебе относятся? Это сейчас вам всё равно на деньги, а потом…

— Нет, я не общался с её родителями. Мама, — старался я говорить как можно мягче, хотя и чувствовал сейчас раздражение, — я не думаю, что с Анабель у меня надолго. По крайней мере, мне этого не хочется.

Мама приподняла брови.

— Правда? Майкл, значит, верно говорили соседи, а я всё им не верила.

Я сузил глаза и подался вперёд. Что они ей наплели? Что я терпеть не мог в этом городке — так это сплетни, которые распространялись со скоростью реактивного самолёта.

— И что же тебе рассказали? — уже не мог я сдержать своего ехидства.

— Про твою сексуальную распущенность, — осторожно сказала она и взглянула на меня.

— О, пара девушек — это уже сексуальная распущенность. Класс. — Внутри меня закипал гнев.

— Ты проверялся на ВИЧ? Вдруг ты уже заразился чем-то? — тараторила она.

— Неделю назад был у врача. Как видишь, опередил тебя, — под конец разозлился я.

Мама со спокойствием выдохнула, но затем вновь напряглась.

— Как давно ты куришь?

Я закатил глаза.

— Ты решила за один присест мне все претензии высказать?

— Я допоздна работаю, а ты постоянно где-то пропадаешь. Майкл, зачем ты себя добровольно травишь? Это же медленная смерть.

— Я травлю себя никотином, а ты себя таблетками — всё честно, — огрызнулся я, повернув голову. — Теперь могу не париться сотнями жвачек, раз ты в курсе.

Тишина.

— Ты всё ещё обижаешься на меня за случившееся?

Я вновь посмотрел на неё, сжимая челюсти.

— А как ты хочешь, чтобы так легко отпустило? Ты чуть не оставила нас одних с Тони. Ладно я, а ему теперь как с этой мыслью жить. Он видел, как я тебя откачивал.

Мама шмыгнула носом, и в этот момент я увидел, что ей стыдно, мне вдруг стало неловко за то, что я так грубо с ней.

— Майкл, прости. — Она поднесла руку ко рту. — Это было ужасно. Я не могла никак с этим справиться. Я очень стараюсь сейчас исправить всё, но вот тебя запустила. Понимаю, что происходящее с тобой — отчасти моя вина. Если бы папа был здесь, всё было бы по-другому. Я знаю, что ты был к нему привязан.

— Но его нет. —Я вскочил со стула, поняв, что уже не смогу спокойно продолжать беседу. — Пойду погуляю.

— Ты не поел! — прокричала она мне в спину, а я хлопнул дверью.

С мамой у нас отношения с каждой неделей только ухудшались. Я на неё злился за попытку суицида и никак не мог простить, поэтому был достаточно груб, хотя совершенно этого не хотел.

Но также понимал, что дело не только в маме. Почему-то мне практически постоянно было плохо, больно и страшно. Раздражала почти каждая мелочь. Курить стал намного чаще, выпивка только пробивала на жалость к себе.

Так уж вышло, что мы в компании избили одного пацана, который был младше на пару лет. Паренёк оказался бесстрашным, брат того урода, что меня в своё время заставлял изо дня в день выкуривать сигареты.

Его семья обратилась в полицию. Удивительно, что пацан запомнил только меня. Маме позвонили по поводу этого случая, как раз тогда, когда я ел тушёные овощи. Мама повесила трубку, при этом побледнела. Она долго молчала, смотря на меня. Из-за чего у меня ком в горле застрял.

— Майкл, это ведь статья. Ты о чём думал вообще?! — сорвался её голос. — Разве так можно? Тебя же посадить могут в колонию для несовершеннолетних! — она зарыдала и отвернулась. Я кинул вилку на стол. — У нас денег не хватит выплатить им компенсацию, чтобы тебя не посадили. Сказали, что смогут помочь, если только ты соучастников сдашь.

— Угу, конечно. Мама, пойду собираться в колонию, — холодно произнёс я и встал из-за стола. Она стояла и держалась за тумбочку. Мне хотелось обнять маму и утешить, но вместо этого я ушёл на улицу и решил подольше не возвращаться. Заскочил к Анабель и рассказал о случившемся.

— Так что, пора нам прощаться, — рассмеялся я. Страшно мне не было.

— В колонию?! — завизжала она, только сейчас, видимо, до неё дошло. — Ты спятил?! В какую колонию, Майкл?! Денег нет, говоришь? Вот продам пару своих браслетов, и появятся! Я сейчас же звоню адвокату родителей. В колонию — как же! Это они нам ещё компенсацию выплатят! За моральный ущерб! — Анабель была на эмоциях и схватила свой смартфон. На следующий день из Балтимора приехал адвокат, который специализировался на подобных случаях. Он сказал мне, что нужно говорить в полиции. С ним я и поехал в участок. Маму тоже пригласили.

Всё удалось мягко уладить. Деньги всё же заплатили, но намного меньшую сумму. С мамой я с того дня не разговаривал. Шлялся где попало, чувствуя вину. Домой вернулся дня через три. Мама как будто ждала меня у порога и сразу же кинулась ко мне. Я приобнял её в ответ, мне было жутко стыдно за то, что я заставил её сильно переживать. Ей сейчас всё же несладко, она продолжала лечиться от депрессии. А я только о себе думал. О том, что мне больно. О том, что я обижался на неё за попытку оставить нас.

— Майкл, где ты был? Я ведь переживаю, — в её голосе сквозила неподдельная забота обо мне, идиоте. — Почему ты так на отца своего похож. Он такой же был в молодости.

— Да ладно. — Я похлопал маму по спине, ощущая себя невыносимо неловко. Вёл себя в последнее время с ней, как свинья. Она не заслуживала такого отношения.

— Просто мы тебе многое не рассказывали, — Она улыбнулась мне, когда перестала обнимать.

— Скрывали самое интересное. — Я поджал губы и ушёл в комнату. Видел, что мама желала поговорить, а мне хотелось спать, ещё и от куртки сигаретами на километр несло. Маме наверняка неприятно вдыхать.

Анабель спасла меня от полиции и в следующий раз.

Мы подрались в парке с одним пацаном, который тоже был в той компании, что надо мной издевалась. Шериф Рейган как раз был рядом и нас обоих упёк за решётку. Причины — нарушение общественного порядка и драка в публичном месте.

Я сидел за решёткой уже два часа. Находиться в камере вместе со своим врагом — ну такое себе. Плюнуть ему в рожу хотелось.

— Майкл, ты постепенно догоняешь Кайла по числу правонарушений, — проговорил шериф Рейган, видимо, заполняя протокол. Недавно вот пришёл и теперь капал на мозги. Кайл — это был как раз тот, с кем я соседствовал в камере. — Вообще не думаешь о своём будущем. Как с таким послужным списком на работу устраиваться?

— Не беспокойтесь за меня. Лучше за своим сыном присматривайте. Его в школе задирают, а он ответить не может. И, к вашему сведению, задираю его не я, — резко произнёс я, поглаживая решётку.

Анабель прибежала ко мне через двадцать минут, как узнала, что я здесь.

— Всё, я внесла залог! Майкл, можешь выходить. — Она широко улыбнулась и повернулась к шерифу Рейгану. — Выпустите его! И вообще, отстаньте от него, иначе получите неприятные новости от начальства. У моих родителей везде связи, — самоуверенно заявила Анабель, а шериф Рейган неохотно встал, достал ключи и выпустил меня из заключения. Анабель крепко обняла меня, от неё веяло какими-то новыми духами — нотка апельсина прослеживалась.

— Не в первый раз выезжаешь за счёт связей девушки. Наверное, очень круто у неё на шее сидеть, — уколол меня шериф Рейган.

— У Майкла блестящее будущее, а вы всю жизнь так и просидите в этой дыре, — язвительно кинула ему Анабель, взяв меня за руку. — Вот и беситесь.

Я промолчал, не желая заниматься оскорблениями, тем более что шериф Рейган прав. Когда мы вышли, Анабель поцеловала меня в губы, слишком долго лаская мне рот языком. Я еле оторвался, а она засмеялась. Видимо, соскучилась.

— Вновь меня отмазала, — хмыкнул я, оглядываясь на полицейский участок.

— Ага. Мы как новые Бонни и Клайд, — Она рассмеялась и схватила меня за руку, а после поднесла её к своему лицу.

— Анабель, я этой рукой держался за грязную решётку, — поняв, что она собирается сделать, я сразу предупредил. Она закатила глаза и вытащила из сумки влажную салфетку.

— Главное: тебе не сесть, а эти административные нарушения легко можно поправить.

Я кивнул, задумавшись о своей дальнейшей жизни и вспомнив слова шерифа Рейгана. Не буду же я вечно дерущимся подростком? А кем я буду?

Тем временем Анабель протёрла мои пальцы и выкинула салфетку прямо на тротуар. Она взяла палец себе в рот, и у меня всё сжалось, ведь представил, что она взяла в рот вовсе не палец.

— Анабель, ты понимаешь сейчас, на что мне намекаешь? — Я серьёзно посмотрел на Анабель, а у неё горели глаза. Она убрала губы от моего пальца.

— Вполне. Ты же не думаешь, что я тупая. — Она погладила мою ладонь. — Я ещё никому не делала. Но тебе хочу. Я тебя люблю.

У меня ёкнуло сердце. Не думал, что я её тоже люблю, и именно поэтому чувствовал себя неловко и даже плохо.

— Мне тоже ещё никто не делал, — ответил я, оглянувшись. Анабель счастливо улыбнулась.

Мне в этот момент правда показалось, что однажды я смогу её полюбить и что-то с ней построить, раз уж мы с ней так близки во всех смыслах и кучу всего пробовали. Но Анабель всегда были нужны скачки эмоций и драйв. И очередной драйв мне было не вынести — измену.

Глава 30. Уча тебя

Я взяла пару учебников и закинула в рюкзак. Мне не было страшно, лишь совсем немного, потому что меня переполняла решительность. Уже представляла, как Майкл будет отнекиваться. Нет уж, милок, я захотела, значит, так и будет.

Вечером, часов в семь, когда успела сделать уроки и наплела маме, что отправилась в гости к Джесси, я оказалась у дома Уокеров. Уже в это время на улице зимой было темно, фонари горели через один, так что то и дело приходилось включать телефон, чтобы случайно не ступить в сугроб. Я постучалась к Уокерам, испытывая подобие страха. Дверь мне открыл Майкл: в тёмно-зелёной майке и серых штанах.

— Эмбер, ты что тут забыла? — недоумевал он.

— Да вот помочь тебе пришла.

Душевное волнение сменилось настойчивостью. Удивительно даже.

— Ты английского языка не понимаешь? Мне не нужна твоя помощь.

— Это у тебя плохие оценки по английскому, а не у меня, Майкл, — ядовито произнесла я, не теряя настрой. — Хватит ломаться уже. Мне на коленях тебя умолять?

Майкл ошалел от моих слов.

— Эмбер… Да что ты ко мне прицепилась! — взвыл он, хлопнув кулаком по двери. Я поставила ногу вперёд, чтобы ему не удалось закрыть дверь у меня перед носом.

Послышался какой-то шум позади него.

— Майкл, кто там?

Он всё же попытался закрыть дверь, но я не дала ему этого сделать, тем самым вызвав у него раздражение. Майкл, а ты что думал? Я настроена тебе помогать. Пускай насильно, да.

— Это его одноклассница, — самодовольно заявила я, когда миссис Уокер появилась рядом с ним. — Миссис Берг, учительница химии, сказала ему, что он может позаниматься со мной, чтобы подтянуть оценки. Увы, он не хочет принимать мою помощь.

— Майкл. — Миссис Уокер сдвинула брови и посмотрела ему в глаза. Мама у него была темноволосая и кареглазая, с родинкой на щеке. — Ты чего вредничаешь. Тебя как зовут? — Она вдруг повернулась ко мне.

— Эмбер.

— Эмбер Уинтер? — переспросила она, на что я кивнула. Миссис Уокер вдруг улыбнулась, взглянув на сына. — Теперь понятно. Эмбер, проходи. Майкл любит ворчать. Прекрати ты это уже, — произнесла она напоследок, обратившись к сыну, и отошла.

Майкл сделал такое лицо, как будто ему сказали, что его накажут ремнём. Однако он меня впустил, дождался, пока я сниму пуховик, помог повесить его на вешалку и проводил меня в свою комнату на втором этаже.

Комната была небольшая, из мебели — односпальная кровать, письменный стол с компьютерным стулом и дубовый гардероб. На стенах — пара плакатов с исполнителями. Я узнала группу Skillet, по словам Анабель, Майкл её любил, а теперь я это сама воочию увидела.

— Дырки на стенах закрывают, — пояснил Майкл, проследив за моим взглядом. — Ну что, ты своего добилась.

Он уселся в кресло и тяжело выдохнул. Вот же страдалец. Взять и жалеть-жалеть его. Эмбер пришла мучить. Пускай радуется, что не в постель укладывать. Хотя… вот этому, может, Майкл и был бы рад.

— Не понимаю, почему вызываю у тебя такую реакцию. Я тебе неприятна? Что случилось? Чем моя помощь тебе не угодила? — закидывала я его вопросами, при этом нисколько не боясь получить ответ.

Только вот осознала, что мы про наши взаимоотношения никогда и не разговаривали особо. Как-то даже негде было, постоянно рядом люди.

— Эмбер, я не могу сказать, что ты мне неприятна. Просто смысла не вижу во всём этом. Ты только потеряешь своё время.

— Перестань. — Я села на незаправленную постель рядом с его столом. — Ты не тупой. Просто так всё получилось.

И да, ещё одна маленькая деталь — в комнате у него был огромнейший бардак. Тут и там валялись бутылки, клочки бумаги, на полках слои пыли, а на письменном столе кромешный ужас. Повсюду его одежда, носок на ножке компьютерного стула. Пепельница на столе вся в окурках. Зрелище не для слабонервных.

Я не могла назвать себя чистюлей, поскольку нечасто убиралась в своей комнате, но это был кошмар. До такого свинарника я ещё своё жилище не доводила.

— Эмбер, ты можешь уйти, — он вновь словно прочитал мои мысли, но я усердно закачала головой. Он меня отсюда не выгонит! Не дождётся!

— Майкл, почему твоя мама тогда сказала «теперь понятно», услышав моё имя? Она уже знала про меня? — вдруг вспомнила я то, что меня поразило.

— Вот это сейчас неожиданно было. Эмбер, раз ты пришла сюда учить меня, так давай учиться! — воскликнул Майкл и вскочил с компьютерного стула. Ловко ушёл от ответа. Он выскочил из комнаты, а вернулся уже с деревянным стулом в руках. Поставил перед столом, но расположил компьютерный стул и мой стул подальше друг от друга. Я села и посмотрела на Майкла. Намекнула ему взглядом, мол, как работать за таким замусоренным столом?

Он взял и смахнул рукой всё на пол, к счастью, пепельница избежала этой участи. Только бумажки и книжки вниз полетели. Майкл вытащил из ящика учебник по химии и протянул мне. Я стала вспоминать, что задано. Попросила ручку и бумагу.

На миг почувствовала себя преподавательницей.

— Значит, тема повторения у нас «массовая доля вещества». — Я взглянула на страницы, а затем на Майкла. Он не сводил с меня пристального взгляда тёмно-зелёных глаз, и я немного смутилась. Стала нервничать. Хорошо, что между нами оставалось расстояние. — Нам предстоит найти массу нитрата калия. Для начала вспомним нужное нам соотношение. Массовая доля растворённого вещества — это что?

— Я похож на человека, который знает ответ на этот вопрос? — язвительно произнёс он, и за подобный тон хотелось легонько ударить его по голове.

— Так посмотри в учебнике, там ответ есть. — Я протянула ему книгу, не выходя из образа строгой учительницы. Майкл нехотя взял книгу у меня из рук и пролистнул пару страниц назад.

— Величина, равная отношению массы растворённого вещества к массе раствора. Чушь какая-то. Все названия одинаковые. Масса одного вещества, масса другого.

— Да почему, — недоумевала я. Пустилась в разъяснения различий. Майкл, поджав губы, меня слушал. — Всё. Считай, формулу ты знаешь. Давай задачку решать. Смотри, какое условие. — Я взяла книжку со стола и вчиталась. — Здесь смешали восемьдесят грамм раствора с массовой долей…

Увидела, как Майкл подпёр голову рукой и зевнул. Прекрасно осознавала, как ему скучно. А что делать? Станцевать перед ним, чтобы весело было? Это же химия, тут думать надо.

— Бери ручку, — приказала я, возможно, даже слишком строгим тоном. Но почему-то делать это было приятно.

Майкл закатил глаза, а затем достал необходимый предмет из ящика стола, который как раз находился рядом с моей левой ногой, и на мгновение мне показалось, что Майкл до меня дотронется. От этих мыслей я улетела. Спокойно. У нас сейчас другие социальные роли.

— Рисуй колбочку. Это чтобы тебе спать меньше хотелось, — пошутила я, когда он чиркал ручкой по листку. — Теперь подписывай: в одной колбочке восемьдесят грамм, в другой двадцать.

— Да-да, смешали, получилось сто грамм, ты меня уж за конченого идиота не держи, — съязвил Майкл и быстро написал оставшиеся данные сам.

— Вот, теперь тебе надо массовую долю соли в полученном растворе найти. Всего лишь формулу используй и всё, — мягко произнесла я, настраивая его всё-таки добить эту лёгкую задачку. Мне казалось, что он больше противился только потому, что думал, как будто не понимал химию. — Давай я ещё раз напомню тебе формулу.

— Повтори, пожалуйста, — вкрадчивым голосом произнесла я, смотря в его малахитовые глаза.

Он с лёгкостью это сделал и опустил взгляд в тетрадь.

— Давай, у тебя всё получится, ты ведь такой молодец, — продолжала я ласково говорить, а Майкл приподнял бровь, но затем увидела, как он сильнее сжал ручку.

— Граммы на массовую долю умножить в первой и второй колбе, и того сто грамм, помноженное на x. Чтобы найти x, складываем помноженное и делим на сто. — Он вдруг посмотрел в окно и закусил ручку. — Ноль целых, двадцать восемь сотых, и того двадцать восемь процентов. Всё!

Я нахмурилась. Оперативно он.

— Ты уже решал? — недоумевала я, разглядывая Майкла, который сидел с самым серьёзным лицом. — Как так быстро смог посчитать в уме?

— Эм, ничего особенного. — Он пожал плечами, отводя взгляд. — Спасибо за помощь!

— Да не за что… — Я всё ещё не могла переварить, как Майкл быстро посчитал. — Дай-ка учебник по алгебре, пожалуйста.

Он приподнял бровь.

— Это ещё зачем?

— Спрашивай меньше, ученик, — посмеялась я, чем вызвала на лице Майкла улыбку. Он нагнулся, поднял потрёпанный учебник, который явно многое повидал, и протянул мне. Я раскрыла и нашла огромную дробь. То, что надо.

— Реши её сейчас. — Я указала пальцем. Он посмотрел на меня, как будто я сболтнула какую-то глупость. Не переписывая пример, стал сокращать дробь, а финальное вычисление сделал в уме. Я в замешательстве за всем этим наблюдала.

Ведь и правда до этого считала его не слишком умным в математике. Откровенно говоря, тупым.

— Двести шестьдесят пять. А зачем это было-то? Нам же этого примера не задавали. — Майкл отложил ручку и взглянул на меня.

— Не могу поверить, что миссис Ливингстон ставит тебе тройки, а мне четвёрки. Мне надо пять, а тебе шесть.

Майкл расхохотался, подложив руку под голову. Явно был доволен моими словами. Плюсы к самолюбию.

— Она ставит мне два из-за отсутствия домашки, а тройка просто выходит финальной. А к тебе она и правда несправедлива.

Я тяжело выдохнула, всё ещё испытывая недоумение.

— Майкл, как быстро ты считаешь в уме? Я так не умею.

Он снова пожал плечами.

— Мама в детстве с нами математикой занималась. Не знаю. Так получается. Как будто математика только о подсчётах в уме. Тони намного больше шарит.

— Ты просто в себя не веришь, — грустно усмехнулась я, прожигая его взглядом. Видела, как сегодня он легко решал дроби.

В дверь постучали, и вскоре она быстро открылась. Я повернулась и увидела миссис Уокер с тарелкой в руках.

— Надеюсь, ничего такого не прервала. — Она мило улыбнулась и поставила тарелку на стол, ровно посередине.

— О, пицца! — Майкл заглянул в тарелку и сразу же стащил ароматный кусок. — Мама, ты ничего не прервала, мы тут уроки делаем!

— Да, чем ещё два восемнадцатилетних подростка одни в комнате могут заниматься. Конечно уроками! Бывайте! — Она помахала рукой и закрыла дверь за собой. Майкл чавкал и поедал уже второй кусок.

— Это сейчас было максимально странно, — поделилась я своими ощущениями. — Ты с Анабель тут, что ли, непотребствами занимался при маме?!

Он подавился и отложил недоеденный кусок обратно в тарелку с фиолетовыми нарисованными цветами по краям.

— Нет, Анабель здесь была, только когда дома мама отсутствовала. Они не знакомы.

— Вот как, — прошептала я, вдруг вспомнив откровение Анабель о том, что миссис Уокер её не любит. — А как мама к ней относится? — решила я всё-таки спросить. Майкл изогнул бровь, явно заметив мой излишний интерес.

— Не переваривает её и знакомиться не хотела. Зато тебя заочно полюбила, — пробурчал он и вновь продолжил есть, явно наслаждаясь. Значит, он пиццу любил. А кто её не любил?

— То есть я нравлюсь твоей маме. — Я расплылась в улыбке. Почувствовала ликование. Это ведь успех, да?

— Одобрение получено, хоть сейчас под венец, — съязвил он, без тени улыбки на лице. — Хотя нет. Я же худший человек на Земле по версии твоей мамы. Она ведь сейчас с шерифом Рейганом?

Я вспомнила и поморщилась. До сих пор поверить не могла, что у мамы всё так серьёзно с ним. Кивнула, чувствуя себя неуютно. Приятные эмоции заменились горечью.

— О, шериф меня просто обожает! Уверен, что он много обо мне ей рассказал. Только хорошее. — Майкл поднял пиво с пола, банка стояла сбоку от стола, я и не видела её до этого, а затем отхлебнул.

— Ты шутишь. — Я не могла понять на этот раз, ёрничал он или нет. — Ты пьёшь, пока уроки делаешь?!

— А что? — Он повернул ко мне голову и выжидающе посмотрел. Не знала, что ему ответить по этому поводу.

— Мозги не плывут? — наконец нашла я, что сказать.

— Они плывут, когда я не пью. — Он хлебнул ещё и вернул банку на место. — Если ты не заметила, то мне плохо. Занятие окончено?

Я потупилась. Видимо, у Майкла отчего-то окончательно испортилось настроение, и он захотел таким образом от меня избавиться. Но я была намерена ещё немного посидеть и решить с ним пару задачек по химии, чувствуя долг ему помочь побольше. Майкл от алкоголя больше размягчался и на последней задачке уже был никакой. Он вторую банку пива закончил. Мне хотелось побыстрее уйти.

— Сколько я должен? — Он наклонился ко мне совсем близко, а я отшатнулась, только вдохнув запах. Алкоголь Майкл раскрепостил. Я сказала первую сумму, которая мне в голову пришла. Желала увидеть, как он хоть немного протрезвеет. Однако Майкл наклонился к ящику стола и правда деньги вытащил.

— Так мне на два занятия хватит. Бери, — рассмеялся он. У меня расширились глаза, когда я посмотрела на сто долларов у него в руках. — Ну, Эмбер!

— Я пошутила.

— Тебе больше надо? Накинуть? — Майкл потянулся к остальным деньгам, а я схватила его за руку.

— Не надо, правда. Майкл, я не хотела брать деньги за занятие. Это и занятием назвать сложно. Ты сам молодец. — Я всё ещё держалась за его запястье, а потом резко отпустила. Сначала как будто током ударило, а теперь всё тело, обычно холодное, обратилось в расплавленный металл. Попыталась собраться с мыслями.

— Эмбер, брось. Мне для тебя не жалко.

Я схватилась за горло и отвернулась. Меня вдруг триггернуло, на глазах навернулись слёзы. Что же это такое, только бы Майкл не заметил.

Вспомнила, как бывший не мог мне отдать долг, да и всегда показывал, насколько я недостойна траты его денег, и вся моя помощь ему была задаром. Да и выставлял всё, словно это я ему ещё должна оставалась. А тут Майкл… Как мне жить спокойно после этих слов?

Я вскочила со стула, при этом пошатнувшись.

— Эмбер, ты чего? Ты плачешь, что ли? — Он вгляделся в меня, я быстро протёрла глаза и шмыгнула носом. Вот это меня сейчас накрыло. Стыдно-то как. — Кажется, я выпил лишнего. Ничего не понимаю.

— Нет, не плачу. — Мне удалось сделать свой голос ровным. — Я домой пойду.

— Я тебя провожу. Темно уже. — Майкл встал и оказался рядом со мной. От него несло алкоголем.

— Тут близко, — заверила я, желая уже поскорее сбежать от него, чтобы случайно не разрыдаться ещё больше.

— Нечего в Редхилле одной по темноте ходить. — Он не послушал меня и первый вышел из комнаты. Я прошла за ним. Внизу его мама попрощалась со мной, Майкл помог надеть мне мой сливовый пуховик. Мы с Майклом вышли на улицу, оставшиеся фонари то и дело мигали.

— Моя мама бы сказала, что я иду с главной опасностью Редхилла, — усмехнулась я, желая как-то себя успокоить после триггера.

— Эмбер, без шуток, не ходи здесь вечером одна. — Он остановился и пристально посмотрел на меня. Таким взглядом, что дрожь пробрала от волнения. Он за меня волновался?

— А я-то думала, ты здесь главный насильник, — ёрничала я, моя психика по-прежнему восстанавливалась. Как же хотелось скрыться за маской чёрного юмора.

Учитывая, что Майкл остановился во время нашего «взаимодействия» на Хэллоуине, насильник и Майкл — оксюморон.

— Да конечно. И без меня хватает.

Мы продолжили путь, зажжённых фонарей стало больше.

— Знаешь, я уже шла здесь по темноте одна, и вот на скамейке целый час тоже одна сидела, никого не было, — вспомнила я, и мурашки по телу пошли. Это ведь было как раз в день рождения Майкла.

— Почему ты это вдруг захотела в темноте одна сидеть на скамейке?! — Он вновь прекратил шаг. Мне показалось, что Майкл поболтать хотел.

— После того разговора у бассейна. Знаешь ли, плакать хотелось. — Я мгновенно прикусила язык, зря это сказала.

— Эмбер… Из-за меня?

Я молчала, не в силах ничего сказать, и не поднимала взгляд. Тишина пугала. Интересно, о чём Майкл сейчас думал?

— Эмбер, в будущем не делай так больше, — тихо произнёс Майкл. — Серьёзно.

— Не плакать из-за парня? — рассмеялась я, но истерически.

— Нет, я не про это. Не будь одна так поздно на улице. В Редхилле есть отбитые на голову идиоты. И я не говорю сейчас о себе. Ты просто их не встречала. К счастью.

— Что-то ты больно трезво звучишь, — не смогла я не поддеть его. Мы продолжили идти, до дома оставалось не так далеко.

— А ты думала, я после двух банок пива в хлам? Что-то ты обо мне плохого мнения. Не слабак, — Майкл прозвучал уязвлённо.

Я осторожно улыбнулась, самолюбие Майкла выпячивало сейчас.

— Прям до дома не провожай, а то мама не выдержит.

Как представила её реакцию, так вздрогнула.

— Ты ей не сказала, что пошла ко мне? — Майкл повернул голову ко мне.

— Нет… Как я могла ей про это сказать. Да и если скажу, она и правда заявит, что ты главная опасность Редхилла. — Поджала губы, только вспомнив, какого она о нём «хорошего» мнения. Предубеждения сплошные. Похоже, ей в самом деле слишком много рассказали соседи и шериф Рейган.

— Ладно. Спасибо за занятие. — Он остановился за пару домов от моего и вытащил оранжевую зажигалку. Я с затаённым дыханием наблюдала, как Майкл закуривал. — Мама просто не знает, что я тебя не обижу.

У меня отнялся голос, я с трудом сказала «пока» и направилась вперёд, к дому. Мама смотрела телевизор в гостиной и параллельно сидела в телефоне.

— Как там Джесси? — спросила она, не поднимая головы.

— Всё хорошо, сделали химию вместе, — почти и не соврала. Поднялась в комнату и рухнула на мягкую постель.

«Мама просто не знает, что я тебя не обижу».

Я стала сидеть в социальной сети, воспоминания нахлынули бурным потоком, и я вновь разрыдалась. Лора увидела, что я онлайн, и спросила, можно ли мне позвонить, чтобы узнать, что да как. Я вытерла слёзы, хоть в горле и стоял ком, но решила поделиться произошедшим. Про ситуацию с оплатой тоже рассказала, еле сдерживала порыв вновь разрыдаться.

— Эмбер, так и сказал, что ему для тебя не жалко? И что же ты заплакала?

— Я этого не заслуживаю. — Почувствовала покалывания в глазах.

— Конечно заслуживаешь! Так и должно быть. Неужели ты не почувствовала радость? Наконец к тебе относятся по-человечески. Готова пожать Майклу руку.

— Нет… мне ужасно больно, — призналась я и всё-таки заплакала.

— Эмбер, почему?! — Я слышала, как Лора переживала за меня.

— Не знаю. — Я покачала головой, стараясь успокоить себя.

— Эмбер, только посмотри, что этот монстр-мудак сделал с тобой, — сокрушалась она. — Ты ведь ждёшь теперь только отвратительное в свою сторону. Бедный Майкл. — Когда она это произнесла, я требовательно посмотрела на неё через экран, ожидая развития мысли. — Ты же травмированная. Тяжело ему придётся. Эмбер, Майкл не будет понимать, что с тобой, он и до этого не въезжал, почему ты устраиваешь ему эмоциональные качели. Эмбер, расскажи ему про бывшего.

Я не могла перестать плакать и восстановить дыхание и усердно закачала головой.

— Я не смогу. Разрыдаюсь. Слишком больно. Да и не поймёт он. Я сама только недавно узнала про психологическое насилие. Подумает, что я просто нездоровая истеричка.

— Давай я расскажу, если ты не можешь, — мягко произнесла Лора, искренне стараясь мне помочь.

— Не надо.

— И почему ты так уверена, что он не поймёт?!

— Лора, у нас с ним всего лишь общение по учёбе. Не надо устраивать лишней драмы, — решила я таким образом закрыть эту тему.

— Ага, и расплакалась ты чисто из-за общения по учёбе сегодня. Окей. Пускай пока так будет.

Мне было безумно тяжело уснуть в тот вечер. То и дело вспоминала всё то, что было с бывшим. Неужели и правда я теперь настолько психологически нездоровая?

Глава 31. Обсуждая любовь с тобой

На следующий день на химии Майкл вышел к доске и решил злосчастные задачки, за что учительница его похвалила. Когда он возвращался на своё место, то осторожно улыбнулся мне. И всё. Ничего больше не было.

Я жутко боялась, что он подумал о моей выходке, когда я попросила деньги, а потом заплакала. Как Майкл это воспринял?

От Майкла была тишина уже неделю. Меня почти что трясло от желания написать ему и предлагать помощь ещё и ещё. Я желала с ним общаться так сильно, что не могла толком думать о домашнем задании. Лора сдерживала мои порывы, за что я ей была благодарна.

— Эмбер, в отношениях, как в шахматах — помнишь, я тебе это говорила? Ты ход сделала, теперь он должен. Не дёргайся. Он сам тебе напишет.

— Но он мне не пишет! — вскрикнула я истерически. И почему он молчал? Почему? Что я такого сделала неправильно? Вдруг я его оттолкнула своими слезами? Или сказала что-то не то? Или ему не понравилось, что я к нему пришла без спроса? Как мне теперь узнать?

— Значит, выводы у меня неутешительные для тебя… Ты не хотела навязываться. Так вот не навязывайся. Эмбер, доверься мне. — Лора звучала уверенно. Как же хотелось, чтобы и у меня так получалось.

Я молчала, ощущая колющую боль в груди.

— Я хочу с ним общаться, Лора. Слишком сильно, — глухо простонала я, сжав пальцами подушку от безысходности. То и дело порывалась пойти рвать бумагу.

— Понимаю. Эмбер, я уверена, что он ещё окажет тебе знак внимания. Просто он другим сейчас занят.

— Ты чересчур оптимистка! — не верила я ей, хотелось рыдать.

— Эмбер, ты тоже не зацикливайся так на нём. Живи, как жила. Окей?

Сказать проще, чем сделать, но я согласилась. Лора права. Концентрировать всё своё внимание на парне — глупо. Жизнь должна крутиться вокруг другого. Чем чаще я о Майкле думала, тем больше загонялась.

Вдобавок, депрессия меня всё ещё не отпускала. Я могла выходные потратить на видео в YouTube и сериалы, сутками валялась тюленем на диване и не хотела жить. Произошедшее с Майклом всё только усугубило. Вообще не знала, как поддерживать хорошее настроение. Почти всё время спала, не желая ничего делать. Хотя бы успокоительное помогало.

Но в один день всё-таки свершилось то, чего я до дрожи ждала. Майкл написал мне.

«Эмбер, привет!

Слушай

Мне нужна помощь

Ты мне так помогла в прошлый раз

Я благодарен

Когда ты сможешь ко мне прийти?

Договоримся о цене

P.S. Я не настаиваю».

Я еле себя сдержала, чтобы моментально не прочитать смс и не настрочить ответ «ДА». Спустя десять минут с всё ещё бешено колотящимся сердцем я ему ответила. Надо выдерживать паузу. А то подумает, что я как ненормальная ждала от него смс эти полторы недели. А так и было. Майкл, тебе это знать необязательно.

«Привет, Майкл

Могу завтра вечером прийти

Устроит?»

Майкл сразу же прочитал, что меня неимоверно порадовало. Интересно, он со всеми девушками так переписывался? Стоп, не надо портить себе настроение. И зачем я про это подумала?

«Да, Эмбер

В семь пойдёт?»

Я согласилась, а затем мгновенно позвонила Лоре с воплями о том, что Майкл мне написал! Выслушала тираду Лоры о том, что она была права, а я не верила ей, глупая Эмбер.

Отогнала лишние мысли из головы: с кем Майкл общался эти полторы недели? Похоже, как ревнивая жена теперь готова придумывать небылицы, лишь бы пострадать ещё больше. Однако интерес вокруг его персоны после расставания с Анабель вырос. И если даже он никому не писал, то к нему кто-то мог подкатить. Чувствовала себя ненормальной уже. Майкл мне написал ведь? Написал. Значит, всё хорошо.

Маме вновь сказала, что пойду к Джесси. Конечно, слишком часто эту отмазку нельзя использовать, а то соседи спалят.

Я накрасилась и приоделась: яркий свитшот и расклешённая юбка с колготками. По дороге всё репетировала, как с Майклом поздороваюсь, представляла картинки в голове. Наконец подошла к двери, и ладони вспотели. На улице шёл снег, а у меня внутри было жарко, как в пустыне. Как справиться с волнением? Я мигом забыла все советы из мудрых статей интернета. Вот, казалось, тахикардия началась…

Майкл открыл мне дверь. Я прищурила глаза от удовольствия, когда увидела, что он побрился наконец-то. Приятное известие. Впустил меня в дом, помог снять пуховик, тотчас вышла поздороваться его мама.

— Майкл, там Тони спрашивает, почему телевизор перестал показывать, — обратилась она к сыну, и Майкл сразу же отошёл в гостиную. — Спасибо, Эмбер, что помогаешь Майклу. Он у меня мальчик умный. До смерти Джеймса даже в олимпиадах участвовал. — Она улыбнулась, явно чувствуя гордость за сына, хотя в её глазах я увидела печаль по поводу того, что произошло не так давно.

— Олимпиады по математике? — догадалась я, а миссис Уокер кивнула. — Да я заметила, что у него есть потенциал. Жаль, что всё так вышло.

Майкл вернулся и проводил меня наверх. В комнате было всё так же грязно, но в этот раз это меньше смутило, видимо, привыкла. Я села на уже приготовленный для меня стул. Майкл был явно больше настроен на взаимодействие со мной, чем в прошлый раз.

— Эмбер, прежде чем мы начнём, хочу спросить: что это было тогда насчёт денег? — Он склонился ко мне, от него пахло цитрусовым одеколоном, и меня начало уносить в приятные воспоминания: Майкл помог мне после того, как Анабель вылила на меня сок. — Ты меня проверяла?

— Да. Проверяла. — Я отвела взгляд, не смогла выдержать зрительный контакт.

— Почему?

— Личное. Майкл, давай уроки сделаем. — Я прикусила губу от раздражения.

Он опустил взгляд на мои губы и пару секунд помедлил со словами.

— Нет, Эмбер, давай обсудим цену.

— Майкл, понимаешь… — Я встала со стула и немного отошла, так проще разговаривать. — Ты сделал для меня много хорошего.

— Разве?

— Да, Майкл. Много. Спасал от Анабель, Громилы, миссис Ливингстон, поддержал меня во время панической атаки… Я чувствую, что должна тебе. И хочу так отплатить. Я благодарна, Майкл, — искренне произнесла я, решив не скрывать эмоции по поводу его бескорыстности, и только потом посмотрела на него. Он откинулся на спинку компьютерного стула и молчал.

— Но ты не можешь вечно отплачивать… — вдруг проговорил он, опустив глаза в пол.

— А мы ведь и не будем вечно заниматься. Правда? — усмехнулась я и села обратно на свой стул. — На месяц хватит, а потом что-нибудь придумаем. Бартер какой-нибудь, — придумывала я на ходу, а Майкл поднял на меня взгляд и расплылся в улыбке. — Два раза в неделю тебя устроит?

— Более чем.

Внутри себя я готова была взорваться от счастья. Неужели я и правда буду приходить к Майклу два раза в неделю? Буду помогать ему и чувствовать себя невероятно, потому что не останусь у него в долгу за то добро, что он для меня сделал!

А ещё, опять же, просто очень хотела с ним общаться.

— Значит, мы расширим список предметов для помощи, — хохотнул он и вытащил из ящика учебник по испанскому. — Ничего не понимаю. Абсолютный ноль.

Я заметила, что на столе всё-таки почти не было лишних предметов. Прогресс в уборке! Открыла учебник по испанскому на нашей теме, которую мы изучали в школе. С испанским у Майкла в самом деле было не слишком хорошо, на занятиях он не мог и двух слов связать. Я решила попробовать завести с ним разговор, самый примитивный, чтобы расшевелить.

— ¿Cómo estás?

Майкл посмотрел на меня, как на инопланетянку.

— Я спросила, как у тебя дела! — вдруг рассмеялась я, сама не понимала, что так рассмешило. Казалось, что сейчас могу веселиться из-за любой ерунды. — Давай, скажи: bien, gracias.

— Bien — это ведь «хорошо»? А как сказать, что плохо? — поинтересовался он.

— Почему это у тебя с делами плохо? — сконцентрировалась я вовсе не на испанском.

Он тяжело вздохнул и подпёр голову рукой. Даже уставший Майкл мне слишком сильно нравился.

— А ты как думаешь? Дохрена учёбы, я ничего не успеваю, сплю мало.

Я вспомнила слова Лоры о том, что Майклу просто было не до меня. Похоже, правда. Я видела, как его прессовали учителя, особенно после того, как он взялся за учёбу. Наоборот его похвалить надо было за усердия…

— Надеюсь, что облегчаю тебе жизнь, — осторожно проговорила я, наблюдая за его лицом. Он и бровью не повёл. — Хочешь сказать, что нет?!

Майкл улыбнулся.

— Облегчаешь и одновременно усложняешь. Ещё раз фразу скажи, я попробую.

Майкл легко повторял за мной, со слухом у него был порядок. Затем я бросилась в объяснение грамматики, чтобы он понял структуру предложений. Меня удивляло, что он всё на лету схватывал. Подолгу смотрел на меня и повторял сказанное мной дословно.

Меня нисколько не напрягало учить его. Видела, что он старался. Время текло слишком быстро, я забывалась рядом с Майклом. Мы вместе занялись английским. Проходили на занятиях «О дивный новый мир».

— Общество потребления, — начала я рассуждения вслух. — Никакой моногамии. Девушки и парни готовы отдаться всем и всегда. Звучит идеально для современного этапа развития общества, — хмыкнула я. Не одобряла такую позицию, но что поделать, если всё к этому шло.

— Цинично как-то. А как же любовь? — вдруг высказался Майкл, а я потеряла дар речи. Любовь?!

— Ты серьёзно? Любовь? Зачем она? Ты сам спал с Анабель ради секса. Ты в это время о любви думал? — не выдержала я и всё-таки на него наехала. Тотчас и осознала, почему так жёстко получилось. Продолжала думать о Майкле, как о плохом парне.

Он застопорился.

— Любовь нужна. Однозначно. Она делает людей лучше, — продолжил Майкл говорить после паузы. — Да, я был с Анабель ради секса, просто нам обоим это было нужно. Не за что осуждать. И я ей сразу сказал, что не люблю.

— А ты кого-нибудь, кроме себя, вообще любишь? — Я вгляделась в него, а он молчал. — Я вот была влюблена, но, чтобы прям любила кого-нибудь… — вдруг задумалась я. — Не уверена. Как думаешь, что делает любящий человек?

— Когда смотрел мелодрамы, то считал, что герои тупо сопли на кулак наматывают. А когда сам полюбил… Многое понял. Например, когда один другого оставляет. Лучше и правда уйти в нужный момент, тем самым предоставив человеку быть счастливым, но без себя. Это подвиг, но так делают любящие люди. Любовь не эгоистична. Порой необходимо отойти в сторонку и не мучить.

— Вот как ты думаешь, — сильно удивилась я его словам. — А ты романтик.

Майкл закатил глаза.

— Есть немного. Говорят, за любовь бороться надо, но иногда люди слишком палку перегибают. Насильно мил не будешь.

— Раз так, то истинно любящие друг друга всё равно будут вместе. Наверное, это больше касается токсичных отношений, — посмеялась я, вспомнив, что бывший всё ещё продолжал мне писать. Когда прекратит?

— Почему же? Мне кажется, и в здоровых отношениях так. Просто люди понимают, что им лучше друг с другом, чем по одиночке. Взаимовыгодно, и я не говорю только о материальной стороне.

— Так что, ты сочинение сам напишешь? — Я встряхнула головой, вспоминая, с чего мы вообще начали. Нас с удивительной лёгкостью унесло в другую тему.

— Что-то сомневаюсь… — протянул Майкл, лукаво улыбаясь. Мне казалось, что он порой притворялся, что чего-то не мог. Вот же плут.

— Ты сам прекрасно рассуждаешь о необходимости любви. Кстати, разве ты не хотел бы подходить к любой девушке с предложением секса и получать согласие каждый раз? — жаждала получить от него ответы на это. — Хорошо, вот тебе выбор: либо любовь в мире, либо секс всегда и везде. Что ты выберешь? — Я склонилась к нему.

— Раз уж на то пошло, то мне и так никто не отказывает, — произнёс он с лёгкой полуулыбкой. — Кроме одной. Если бы та девушка вдруг согласилась…

— Переспать? — перебила я его.

— Нет.

— Но ты же выбрал секс? Майкл, у нас либо то, либо другое.

— Ладно! — взмахнул Майкл рукой. — Любовь выберу.

— Даже несчастную? Безответную? — смеялась я, при этом чувствуя тоску в груди.

— Знаешь, Эмбер… Да, жаль конечно, что в мире так много безответной любви. Больно это ощущать. Но всё же и в таком чувстве есть радостное. Если немного от своих страданий абстрагироваться, то можно увидеть, что тот объект любви счастлив. И если он счастлив, тогда и тому, кто любит, тоже хорошо. Так что… — Майкл не смотрел на меня, пока говорил.

— А как же гложущая ревность? Отчаяние от того, что ты не тот самый? — давила я.

— Любовь не эгоистична, Эмбер!

— Где ты это прочитал? — недоумевала я, по-прежнему находясь под впечатлением от его слов.

— Почувствовал, — с придыханием ответил он, от чего у меня сердце остановилось.

— Да ну тебя, — отмахнулась я. — Пиши сочинение, Шекспир.

Майкл взял ручку и бумагу, затем поспешно стал что-то чиркать.

— Есть и боль, и ревность, и отчаяние. Их намного больше, чем радости, — вдруг произнёс Майкл после того, как написал два абзаца. — Есть в людях что-то от мазохизма.

— Выводы из личного опыта? То есть ты мазохист?

— Отчасти да.

— Лев влюбился в бедную овечку. Какая глупая овечка. Ну, а лев — просто мазохист, — со смехом процитировала я, наблюдая за удивлённым лицом Майкла. — Это из фильма. Сумерки. Не смотрел?

Он покачал головой.

— Всё, обязан посмотреть! Классика жанра. Как там сочинение, кстати? — переключилась я на более важное сейчас. Под моим чутким наблюдением Майкл всё-таки написал сочинение, я вычитала его на предмет ошибок, а их было достаточно. Поняла, что английский — не сильная сторона Майкла. Однако мне почему-то настолько нравились его мысли, что я зачитывалась написанным.

Доделали английский, и я вернулась домой. Какая же я была счастливая. Не понимала, с чего это так. Потому что помогала Майклу с учёбой? Какой же кайф мне это приносило, кто бы знал…

На следующий день у нас был урок английского, и Майкл сам вызвался рассуждать о любви.

— Три этапа: страсть, привычка и уважение, — продолжил он высказываться, при этом записывая на доске ключевые моменты. — В самом начале возникает искра, которая и помогает людям сблизиться, затем они притираются, с возрастом страсть уходит, но если люди уважают друг друга, как личностей — то всё в порядке.

Я пялилась на него, когда он находился у доски, как полная дура. Меня уносило в фантазии. Как же хорошо было просто наблюдать за ним. Про любовь вот стоял говорил. Философ. Любовь не эгоистична. Да, Майкл?

Твоя любовь тоже такая?

Сердце замирало каждый раз, как Майкл бросал на меня взгляды. Нравилось, что он не лез ко мне, хотя в глубине души уже и хотелось такого. Всё-таки у него было уважение к личным границам.

Совершенно не знала, что нас ждёт в будущем, но была готова смаковать каждый момент наших совместных занятий.

Глава 32. Ненавидя день Святого Валентина

В одно из наших занятий Майклу понадобилось пойти забрать Тони поздно вечером. Младший Уокер с другими ребятами из школы ездил в Балтимор и возвращался в семь.

— Можешь пошариться у меня в комнате, пока ждёшь, — хмыкнул Майкл, игриво посматривая на меня.

— Больно надо. — Я закатила глаза. У меня был более интересный план. Когда Майкл ушёл, я спустилась на кухню к его маме. — А где у вас можно взять тряпку для пыли?

— Эмбер, ты что — убраться решила? — Она мягко улыбнулась мне и протянула нужную вещь. Я взяла немного шершавую жёлтую ткань в руки.

— У него… не очень чисто, и я захотела ему помочь, — решила я подобрать более осторожную формулировку.

Миссис Уокер посмеялась.

— Я тоже однажды хотела, но потом мы вместе решили, что его комната — это зона его ответственности. Что ж, делай, как знаешь.

Я осознавала, что сейчас у Майкла сложный период в жизни, поэтому ему надо помочь. Миссис Уокер подсказала, где у них пылесос и мешки для мусора. Я стала собирать все бутылки в пакеты, пропылесосила и вытерла пыль. На полках всё-таки мне пришлось покопаться. Нашла металлическую рамку с фотографией: счастливая семья, на изображении четверо человек, включая мистера Уокера. Только вот рамка была лицом вниз, но понятно, почему так: видимо, тяжело смотреть каждый день и вспоминать.

Почему-то мне всегда больше нравилось наводить порядок у кого-то другого, чем у себя. А убираться у Майкла в комнате так и вообще доставляло удовольствие. Вот всё думала о том, как он придёт, увидит чистоту и приятно удивится.

Открыла ящики стола и нашла презервативы. Ну да, Майкл, что они у тебя имелись, это и так было ясно. Обнаружила пустые пачки от сигарет и выбросила их, почистила пепельницу, аккуратно составила книги, протёрла стол, застелила постель и поправила постеры на стенах.

Присела на постель, довольная результатом: комната выглядела уже совершенно по-другому. Открыла шкаф и стала развешивать одежду, ставить в стопочки, искать пару носкам (всегда сложное занятие). Очень интересно, как Майкл отнесётся к тому, что я настолько копалась в его вещах. Сложила тетрадки в стол и даже презервативы не поленилась в один ящик собрать. Вот это я молодец!

Открыла окно, тем самым впустила морозный воздух: помещение всё-таки нужно проветрить. Услышала, как открылась входная дверь внизу. Майкл зашёл чуть позже в свою комнату и застыл на месте.

— Что-то не так. — Он огляделся, хмурясь. — Ты что сделала-то?!

Мне вдруг стало не по себе. Ему не понравилось?

— Охренеть. Эмбер, тебя нельзя оставлять одну! Я-то думал, что ты будешь любопытничать, а ты взяла…

— Тебе не нравится? — Я осторожно подошла к нему, при этом улыбаясь. — Так уютнее. Если не тебе, то хотя бы мне, я ведь здесь с тобой нахожусь.

Майкл посмотрел на меня молча, не моргая.

— Спасибо, Эмбер. Но больше так не делай.

Я надула щёки. Он серьёзно?!

Из этого чуть позже я извлекла небольшой урок: лучше не лезть в личное пространство Майкла без разрешения.

***

Четырнадцатое февраля — вот что это за праздник? Глупый праздник розовых плюшевых мишек и соплей.

Немного расстроенная собственным одиночеством, я наблюдала за тем, как парень подарил симпатичной блондинке букет роз. Сегодня школа — просто территория, в которой было только два типа людей: счастливые влюблённые и несчастные одиночки.

Вполне очевидно, в какой я категории. Стремилась исчезнуть, чтобы не видеть чужого счастья и не вызывать у себя зависть. С Майклом у нас сейчас всё более-менее, не хотелось портить шаткое равновесие.

Джесси, до этого дня ходившая чуть поникшая, ожила в предвкушении подарка от Карла. Она уже приготовила ему коробку с конфетами. Я пыталась изображать заинтересованность и энтузиазм, пока говорила с подругой, но выходило с трудом. Мне казалось, что мальчики в принципе не слишком рады конфетам.

Тем временем вот уже второй урок не видела Майкла. Он вообще придёт? Скоро валентинки будут раздавать. С тяжёлым вздохом я спиной прижалась к холодному шкафчику. Всегда переживала, когда Майкл отсутствовал. Больше всего мне хотелось его видеть, и не могла ничего поделать с этим желанием.

Анабель сегодня вырядилась в платье с большим декольте, старательно притворялась, мол, у неё всё супер. Но я знала, что она всё ещё переживает из-за разрыва с Майклом, хоть и прошло с того момента уже больше месяца.

Раздавать валентинки к нам пришли прямо перед третьим уроком, мы уже как раз все сидели за партами. Я нервно кусала кончик ручки, гадая, что же с Майклом. Боялась писать ему, вдруг я и так слишком навязчива со своей помощью.

Карл подарил Джесси плюшевую игрушку, а Джесси ожидала явно чего-то большего, например, украшения. Я покачала головой — дарёному коню всё-таки в зубы не смотрят.

Куча валентинок досталась Анабель, присутствовал ещё порох в пороховницах. Несмотря на слухи и хламидии, Анабель по-прежнему привлекательна для противоположного пола. То и дело слышала, как активно Анабель лечилась и восстанавливалась, ещё ругалась при всех на Марка, который её заразил, и проклинала. Джесси получила валентинку от Карла и пришла от неё в восторг. Хоть так. А то мне Карла даже немного жалко было, всё никак ей угодить не мог, бедняга.

Я получила ноль валентинок, что меня расстроило. Впрочем, это стабильность, в прежней школе всё было так же. Неужели я и правда никому не нравилась? Не праздник, а сплошное разочарование какое-то!

Джесси с сочувствием взглянула на меня. Ну, спасибо! Не было у меня никогда любящего парня. Домой вернулась с тяжёлым сердцем. Помнила, что мы с Майклом сегодня должны были заниматься, но почему-то казалось, что он мне сейчас откажет. Взяла телефон и всё-таки написала ему первая.

На моё удивление, Майкл заявил, что всё в силе, просто он сегодня решил прогулять школу.

Была неимоверно рада его видеть, в то же время от всего этого дня испытывала раздражение, словно слабые уколы иголками. Мы с Майклом вместе сделали математику, взялись за химию.

— Ты что-то сегодня нагруженная какая-то, — отметил он, пока мы решали реакцию. — Случилось что?

— Да, случилось! — Я откинула ручку в сторону от злобы. — Этот никчёмный день святого Валентина! Кому он вообще сдался? Глупость! Как будто для любви должен быть лишь один день в году! Бред какой-то. И валентинки эти…

Майкл молчал и смотрел на меня, чуть улыбаясь. Я вдруг почувствовала себя глупо.

— Извини. Накипело. Не считаю праздником, но в школе все помешаны на этом. Джесси, как обычно, прожужжала мне все уши. Задрала… — под конец разозлилась я, уже не поддерживая зрительный контакт с Майклом.

— Да такой себе это «праздник». Не парься. Кстати, это тебе. — Он вдруг протянул мне что-то, а я, шокированная, быстро подняла взгляд. Коробочка какая-то с ладонь размером. — За химию. Миссис Берг позавчера задержала меня после урока и сказала, что всё стало намного лучше. Благодаря тебе.

Я приоткрыла рот, сжимая коробку в правой руке.

— Что там?

— Ты открой, увидишь.

Я разодрала упаковочную обёртку фиолетового цвета и вытащила коробку с духами. Не могла поверить своим глазам. Это же мои любимые духи.

— Как ты…

Это было запредельно непонятно. Как он узнал название? С подружками я не обсуждала эти духи, Майклу название не говорила. Как?! Да и вообще… Я же всего один раз обмолвилась, что у меня духи кончаются. Он запомнил?

«— Хотел спросить… Чего это ты алкоголем пахнешь? — с улыбкой поинтересовался Майкл, списывая пример с учебника.

— Это ром и ваниль. Мои любимые духи. Жаль, что кончаются».

— Как ты название узнал?! Что это за магия? Ты ходил и по запаху их искал? — встревоженно спросила я, вообще не понимая, как он это провернул.

— Какая разница, как я узнал? Главное, что они теперь у тебя есть. Ромовая девочка.

— Я не люблю ром. — Я смутилась под его пристальным взглядом.

— Но ты им пахнешь. Эмбер, вернёмся к химии?

— Да… — Я нервно поправила волосы. — Спасибо большое, Майкл, за подарок. Жаль, что у меня для тебя ничего нет. Неловко даже.

— Ты со мной занимаешься, вот и подарок. — Его глаза задорно заблестели.

Я чувствовала волны тепла и спокойствия во всём теле. Как же мне было сейчас хорошо.

— Не такой уж и плохой праздник? — вдруг произнёс Майкл, когда мы вернулись к делу. Я сидела улыбалась, как последняя дура.

— Ага…

Майкл, как сильно захотелось и тебе сделать подарок! Мне было тяжело прятать несдерживаемые эмоции радости. Вдруг задумалась: а вот что можно ему подарить? Что нужно Майклу? И я совершенно не знала ответ на этот вопрос.

Тем же вечером мне вдруг написала Ханна с предложением посидеть в кафе. Я нахмурилась, вспомнив, что пообещала Лоре объясниться с ней. Набрала в лёгкие побольше воздуха и всё-таки согласилась.

Испытывала невероятное волнение, когда шла в кафе, чтобы повидаться с Ханной. Сколько времени мы не разговаривали? С осени, с зимы — моего дня рождения? Сейчас ведь февраль. Ханна сидела, уткнувшись в телефон, а затем поспешно поприветствовала меня. Я постаралась завести непринуждённую беседу, однако зудящее чувство в груди не отпускало.

— В общем, Ханна, извини, что соврала тебе тогда. — Я теребила рукав голубой водолазки. Затем пустилась в объяснения, почему так получилось. — И всему виной — Карл!

Ханна расхохоталась, приложив руку ко рту, когда услышала полную версию сей занимательной истории моего вранья.

— Вот не думала, что всё настолько забавно. Эмбер, и ты молчала столько месяцев. Что ты соврала, я поняла практически сразу. Ваши переглядки с Майклом видят все-все, — самоуверенно говорила она, тем самым вгоняя меня в краску. Казалось, я покраснела до кончиков ушей.

— Ханна, ещё раз извини. Мне жутко неловко. И я всегда хотела с тобой общаться, просто как-то сама в паутине лжи и увязла, — призналась я с тяжёлым сердцем. Ещё и депрессия как всегда вовремя навалилась… Вдобавок, все эти неразрешённые вопросы с Майклом. Не могла поверить, что месяцы пролетели так поспешно.

Ханна снисходительно улыбнулась мне.

— Тем не менее, рада, что ты мне рассказала. Ценю это. Надеюсь, не ложь в этот раз?

Я закатила глаза. Мне казалось, что румянец всё ещё не сошёл с щёк.

— Кстати, на вечеринку в честь четырнадцатого февраля пойдёшь? Она будет не у Анабель, не беспокойся. — Она махнула рукой. О наших особых отношениях с Анабель я ей также поведала, но в сильно укороченной версии. Впрочем, она и сама многое видела из наших с Анабель «эпизодов».

— Нет, останусь дома. Не с кем идти.

— Ой да ладно. — Она поиграла бровями. — Слушай, Эмбер, даже Йен говорит, что хватит вам в недотрог играть.

— «Даже Йен»? — Я подалась вперёд. — Ты с ним общаешься? Как часто? — Пришло моё время атаковать вопросами. Ханна приподняла уголки губ.

— Да. Ладно, скрывать не буду — мы встречаемся. Увиделись на твоём дне рождении, за что тебе спасибо, кстати. И он друг Майкла, поэтому иногда болтает всякое.

— Вот что. И что же он болтает? — Мне теперь не сиделось на месте. Я жаждала знать ответы!

— Так тебе всё и скажи! — посмеялась она. — Ну, например, то, что Майкл — несчастный влюблённый и добивается тебя с сентября. А уже почти что весна, пора любви! — с каждым словом она как будто выстреливала в меня из пистолета. Майкл, да что ты будешь делать, я ещё никогда не испытывала такого чувства вины! А то, что Майкл про любовь говорил… Про безответную…. Теперь моё сердце болезненно сжималось от осознания. Уязвлена своей же тупостью. — Так что, Эмбер? — Ханна вырвала меня из потока мыслей о раскаянии. — Придёшь?

— Не-а, — ответила я, находясь в прострации. Нам принесли коктейли. Я начала грызть красную трубочку. — Вы очень классная пара с Йеном! Правда! — Я переключилась на восхищение, чтобы вытащить себя из водопада самобичевания. — А от вечеринок я просто устала. — Вдруг вспомнила, что так и не дала причину отказа. Ханна улыбнулась мне, словно зная истинную причину. А я её сама не знала.

Была в курсе того, что облажалась, когда старательно говорила себе: Майкл меня точно любить не мог. А теперь-то что делать? Я же ему сама навязывалась. Хотя он мне подарок преподнёс не просто так же? Или за помощь? Да вот что ты будешь делать! Как себя вести-то? Возможно, он смирился с тем, что мы друзья? Да и откуда я могла знать сейчас его чувства?! Йен тоже ему в голову залезть не мог. Майкл сам ничего такого не предпринял в последнее время, чтобы я однозначно смогла это трактовать. И вот я снова в лабиринте сомнений.

***

На днях мы заговорили с Майклом о том, как ещё могли уравновесить мою помощь его ответными действиями, и идея возникла сама собой. Тем утром мама мучилась со стулом.

— Да что ты будешь делать! Вот как без мужика в доме! — с огромным раздражением жаловалась она, рассматривая поломку.

К слову, о «мужике в доме». Мама была явно настроена на что-то серьёзное с шерифом Рейганом, я как-то раз часть её разговора по телефону услышала, там и про свадьбу упоминания были… Какой ужас! Мне было слишком не по себе. Сразу представила, как мы в одном доме станем жить, ещё и Гейб — сводный брат… Нет, я всё понимала, но более лёгкого в понимании родственника нельзя, что ли, завести? К счастью, ещё немного, и я уеду учиться в Балтимор, к папе. Так что не придётся уживаться с новыми лицами в доме. Надеялась, со свадьбой они обождут, пока я окончу эту обитель тщеславия, как однажды мудро заметил Майкл. Кстати, о нём… Вот только стала задумываться, а он-то куда после школы поедет? Неужели ещё пара месяцев, и мы с ним не увидимся больше?!

— А как же шериф Рейган? — не удержалась я от комментария с язвительными нотками. Не мужик, что ли? И когда она меня уведомит о своих великих планах с ним?!

— А он вернётся в город только послезавтра. Его вызвали по работе… Будем со сломанным стулом! Что ж теперь.

Мама с тяжёлым вздохом поставила стул к стене и пошла убирать посуду. Я призадумалась: а может ли Майкл помочь? Я ведь как раз к нему сегодня должна была пойти домашнее задание делать.

***

Не могла сконцентрироваться только лишь на уроках с Майклом. Сегодня в очередной раз решали алгебру и химию.

— Майкл, ты стулья чинить умеешь? — всё-таки спросила я, набравшись храбрости.

— А что со стулом? — Он нахмурился и поднял на меня взгляд. Затем быстро осмотрел тот стул, на котором я сидела, видимо, заподозрив неладное.

— Да я про тот, что у меня дома. Ножка сломалась. Починить некому.

— Могу попробовать. Это ты стараешься вернуть баланс? — Майкл, видимо, вспомнил наш недавний разговор. — Или придумала способ заманить меня к себе? — Он искусно приподнял бровь. Я прыснула. Конечно, Майкл, а то ты сам ко мне не шёл!

Мама в этот раз допоздна была на работе (хорошо, что предупредила), поэтому Майкл проводил меня домой и зашёл следом, прихватив с собой инструменты из гаража. Понадобилась пара гвоздей, и стул был как новенький. Я завороженно наблюдала, как Майкл его чинил. Выглядело так просто!

— Поскольку без отца остался, то мне пришлось многому научиться, — пояснил Майкл, вернув стул на место. — Так что обращайтесь, если что. Не только стулья могу чинить.

Я не спускала взора с изумрудных глаз и испытывала неистовое желание впиться в губы Майкла. Мамы дома не было, никто не помешает. Так, ладно, хватит неприличными фантазиями довольствоваться. Выпроводила Майкла, испытывая волны благодарности и любви внутри.

Мама вернулась вся уставшая и даже сначала не заметила, что стул починен.

— Это как? — спросила она у меня, шокированная — несколько мгновений постояла, застыв.

— А это сделал тот, кого ты на дух не переносишь. — Я поджала губы.

— Хм, вот оно как. Значит, руки у него из нужного места растут. Интересно, — холодно произнесла мама. Вот же снежная королева! Теперь понятно, в кого я такая. Майклу придётся с бубном танцевать, чтобы добиться её расположения. Удивительно, как быстро я понравилась миссис Уокер и как моя мама не желала признавать Майкла. Ему явно не повезло.

В доме всегда что-то ломалось, и это идеальные поводы для того, чтобы Майкл почувствовал себя невероятно нужным мне.

— Майкл, а ты лампочки менять умеешь?

— Майкл, у нас капает кран.

— Майкл, помоги, у нас что-то с замком…

И я осознала, сколько же он всего умеет. Мне то и дело хотелось сказать: да и слать все эти уроки, ты вон какой умелый. Зачем теория, когда так замечателен в практике? Однажды я и сделала ему комплимент.

— Ты такой рукастый. Знаешь, мой папа долгое время не мог вбить гвоздь в стену. Ну, то есть я просто хочу сказать, что ты молодец, — под конец поняла, что выразилась не совсем так, как хотела. Я восхищалась Майклом и терялась в правильных словах.

В его ответной улыбке так и сквозило удовольствие.

— Да мои руки много чего умеют. Обращайся.

В курсе, Майкл. Причём имела в виду не только ручной труд. Почти покраснела, когда в голове всплыло воспоминание о поцелуе с Майклом и его руках на моей талии. Интересно, наступит момент, когда я перестану восстанавливать этот эпизод в памяти?

В один день Майкл оказался дома с шерифом Рейганом, который пришёл к нам с чемоданом инструментов, — мама создала конкуренцию. Майкл всегда помогал нам, когда её не было поблизости. Мне казалось, так безопаснее, да и она не горела желанием его видеть. Знала, что мы общаемся, и почему-то не заводила про это разговоров. Но надолго ли это? Возможно, сейчас она была обеспокоена только лишь своим женихом.

— Майкл, можешь идти. Я сам разберусь со стиральной машиной, — самодовольно заявил шериф, явно испытывая раздражение.

— Не сомневаюсь, — хмыкнул Майкл и вышел, я — следом за ним.

— Не знала, что он придёт. Майкл, не спеши ты так! — Я почти дотронулась до его руки, но вовремя себя отдёрнула. — Останься.

Он повернулся и оглядел меня с головы до ног. Я не успела застегнуть пуховик, когда вышла за ним. К счастью, на улице было не так уж холодно.

— Эмбер, там есть, кому чинить и без меня.

— Не говори ерунды. Ты всё равно лучше сделаешь, — увещевала я, испытывая острую необходимость в этом.

Видела, что Майклу моё заявление очень даже понравилось. Всё налаживалось. По крайней мере, мне так показалось. Стабильность — это хорошо. Жаль, что в жизни слишком долго не бывает гладко. А в моей жизни так особенно.

Глава 33. Признавая слабости

Майкл уже пропустил одно наше занятие, и я понимала: что-то не так с ним. Решила идти напролом в очередной раз. Вроде не было повода на меня обижаться из-за чего-либо — всё у нас проходило спокойно. Я уже приближалась к его дому, когда он мне написал не приходить снова. Серьёзно?!

«Эмбер

Я не в форме

Давай не сегодня».

Вместо ответа я постучала в дверь и позвонила в звонок, затем вновь постучала. Майкл открыл через минуту — что так долго? Я считала по секундам, да.

— Эмбер… ну зачем? — Он закатил глаза и тяжело вздохнул, словно мученик.

Почувствовала запах алкоголя, даже находясь в метре от Майкла.

— У нас уговор. Учиться надо, Майкл. И чего ты вдруг напился? — Я нагло ворвалась в дом, отталкивая Майкла в сторону. И откуда во мне столько решительности?

— Тони в гостях, мама на работе задерживается. Ты портишь мне кайф, Эмбер! — кричал он мне вслед, пока я поднималась в его комнату. Сразу же у двери обнаружила кучу бутылок. Всё понятно.

Села за стол и открыла учебник по химии. Майкл расположился на своём месте, чуть раскачиваясь. Заставила его взять ручку и начать решать задачку. Он сидел и слишком тупил.

— Да что с тобой? Ты много выпил? — Я наклонилась вперёд и заглянула в затуманенные глаза. Он и раньше порой пил пиво на занятиях, но не до такой степени, как сегодня.

— Много. — Он икнул и расплылся в улыбке. Я продолжала с сочувствием смотреть на него.

— Что-то случилось?

— Случилось. Устал себя сдерживать. — Он схватил меня за запястье и притянул к себе. Прикоснулся губами, оставляя мокрые следы на руке. У меня внутри всё сжалось. По телу пошла дрожь. Я мечтала о его прикосновении слишком долго, чтобы спокойно на такое реагировать. — Ты чего дрожишь? Боишься меня? Не бойся, я ничего не сделаю. — Майкл усмехнулся и отпустил мою руку. Внутри поселилось огромное разочарование. Да совсем не от страха я задрожала, Майкл!

Я возбудилась. Ощутила, как живот в узел затянулся. Да, от нескольких поцелуев руки. Меня можно в нимфоманки после такого записать?

— Эмбер, я трахаться хочу, — резко произнёс он, подпирая голову рукой. У меня брови на лоб поползли. Майкл увидел мою реакцию и добавил: — Знаешь, или через каждые два дня трахаться, или уже три месяца находиться в воздержании. Наверное, проще воздерживаться, когда у тебя не было, чем когда было.

— Майкл…. Но в чём проблема? Почему вы с Анабель вообще расстались? — недоумевала я.

На самом деле, этот вопрос давно меня интересовал, но я не знала, как у Майкла такое можно спрашивать, чтобы не показаться той, кто лезет не в своё дело, а что ещё более ужасно — в его душу. Как-то он меня попросил туда не соваться.

«Давай договоримся: я не лезу к тебе под юбку, вот и ты не лезь ко мне в душу. Окей?»

— Анабель оказалась права. — Удивительно, что Майкл не принял в штыки мой вопрос. — Только секс — чушь. Я жутко привязался к ней. И при расставании как будто кусок мяса от себя отрезал. Она мне почти каждую ночь снится. А почему расстались — на то слишком много причин. Происходившее между нами было не совсем нормальным. И стоило прекратить так или иначе. Просто рвать как молочный зуб, иначе так и будет долгое время болтаться и болеть. Мне капец как плохо уже какую неделю подряд. С каждым днём всё хуже. Но о сделанном не жалею, так нужно было поступить.

— Похоже на любовную зависимость, — прошептала я.

— Так оно и есть. — Майкл грустно усмехнулся. — Я не могу перестать думать об Анабель. Хочу её. Но понимаю, что если переспим, то всё восстановлю, а нельзя. Она ещё и заразилась хламидиями. Словно знак судьбы, что больше нельзя, — застонал он, спрятав лицо в ладони. — Я просто порой сижу на уроке и вспоминаю её тело. Вспоминаю, как мы прогуливали уроки в подсобке. И снова так хочу её трахнуть.

Я сидела с каменным лицом. Нет, не чувствовала ревности или боли, просто не знала, как комментировать. Похоже, до моего мозга долго доходило: тормозил восприятие, чтобы меньше дискомфорта испытать. Удивительно, что Майкл сильно сделал акцент только на сексе с Анабель, неужели лишь это его интересовало?

— Извини. — Он вгляделся в моё лицо. — Тебе наверняка неприятно это слышать. Эмбер, прости. Лучше уходи. Я сейчас слабый. — Майкл встал, подошёл к кровати и завалился на неё. Я обернулась — он лёг на бок. Я подошла и села рядом, начала приглаживать его волосы.

— Майкл, мне всё равно, что ты сейчас слабый. У вас были отношения с Анабель, и я прекрасно понимаю, почему тебе больно. Да, я не могу посочувствовать тебе касательно секса, потому что у меня его никогда не было, но просто могу быть рядом с тобой, — проговорила я, охваченная волнением. У меня сжималось сердце, пока я смотрела на него.

— Ложись. — Майкл указал головой на место подле себя. Я перелезла через его ноги и оказалась рядом. Легла, а Майкл повернулся и поместил голову мне на плечо.

— Только знай, что я не буду той, кто утешает парня после расставания. Кхм, ты понимаешь, о чём я. — Приглаживала его волосы. Было достаточно непривычно не видеть его лица и глаз, пока он говорил совсем рядом со мной.

Майкл хрипло рассмеялся, совсем невесело.

— А ты шаришь. Эмбер, я не хотел использовать тебя, чтобы утешаться после Анабель. Ни в плане секса, ни в чём другом.

Я другой рукой прижала Майкла ближе к себе, и затем его голова опустилась мне на грудь.

— Знаешь, — размеренно продолжал Майкл говорить, — сидя тогда в лесу, я просил у Бога какого-то облегчения в жизни, знака. Но не знал, что всё станет лишь сложнее. Ты вновь увидела меня слабым. И это отвратительно.

Правой рукой я схватила его ладонь и переплела пальцы, он сильно сжал мою руку в ответ. В груди разлилось тепло от этого интимного жеста.

— Ты всё-таки плакал тогда? — совсем осторожно и тихо спросила я, боясь, что Майкл на меня разозлится.

— Да, Эмбер. Мы так странно встретились с тобой. Но мне спокойно, когда ты рядом. Рад, что ты приходишь, Эмбер. Ты хороший друг.

Я перестала перебирать его волосы. Друг?! Теперь понимала, как чувствовали себя парни, когда их определяли во френдзону. Ты пять минут назад целовал мою руку — это что-нибудь для тебя значило вообще? Или тебе непременно спать надо, как с Анабель? Теперь я ощущала боль.

— У тебя сильно бьётся сердце, Эмбер. — Майкл проводил кончиками пальцев по моей руке. — Неужели ты боишься меня? В глубине души не хочу, чтобы ты плохо обо мне думала.

Он ослабил хватку, убрал руку, чтобы обнять меня за талию, продолжая лежать на груди.

— Хотя всё-таки соврал про свои намерения. В начале наших отношений я хотел отомстить Анабель за измену через тебя. Извини. Её бурная реакция на тебя была мне на руку. Но быстро передумал.

Я шире раскрыла глаза. Вот как, значит. Впрочем, ожидаемо.

— Ничего. — Я ободряюще улыбнулась, но Майкл всё равно не мог видеть моё лицо. Даже проще было о таком разговаривать, не смотря друг на друга. — У вас была своя драма, я понимаю.

Да и в любовь с первого взгляда я не верила, поэтому странно было ожидать, что Майкл вдруг резко переключился бы с Анабель на меня.

— Эмбер, ты такая чистая. Мне кажется, я дотронусь до тебя и сломаю. — Он прижался лицом ко мне.

Я вспомнила слова Анабель про то, что Майкл боялся на меня неправильно дышать. Казалось, что она утрировала и перевирала.

«— Всё ты виновата, Эмбер! Да, ты! Я с самого начала подозревала, что ты нам всё испортишь! Целка правильная! — Анабель капала ядом, но я прекрасно осознавала, что это у неё так горе проходило. — Майкл на тебя дышать неправильно боится».

— И я не хочу тебя ломать, Эмбер. Пожалуйста, просто будь такой, какая сейчас. Приходи ко мне, мы будем общаться, — шептал он, целуя мою ключицу и спускаясь губами немного ниже. По коже пошли мурашки, и от своей реакции стало неловко. — Эмбер, мне невыносимо без тебя рядом.

— Тебе ведь плохо без Анабель? — переспросила я, окончательно убрав руку от его волос, которые то и дело трогала. Почему-то это было так сильно приятно.

— Плохо, потому что она моя зависимость, как и выпивка, как и сигареты, как и секс. Я ограничил доступ к так называемой дозе, и теперь меня ломает. С Анабель каждый день как на пороховой бочке. Вечные спады и подъёмы, и нельзя быть уверенным в завтрашнем дне ни на йоту. А с тобой… Эмбер, у нас тоже не всё гладко, но… Моя ромовая девочка, с тобой так тихо на душе. Ты как моё успокоительное. Мы часто были в ссоре, и мне было плохо, но меня так не ломало. Я не хотел завладеть тобой, как сейчас хочу владеть Анабель, мне просто было достаточно видеть, что ты улыбалась и была без меня радостная. Ромовая девочка, скажи, чего ты хочешь. Я всё сделаю.

Сердце пропустило пару ударов, и в горле пересохло от сказанного. Я была ошеломлена.

— У меня и так всё для счастья есть. Скажи, что мне сделать, чтобы тебе плохо не было. — И на этих словах у меня голос начал срываться. Только бы не заплакать. Я была безумно тронута всем этим.

И не соврала, что мне всего достаточно для счастья. Раньше меня тревожило, что мы с Майклом постоянно в ссорах, но теперь мы вот общались, я с замиранием сердца ждала наших с ним встреч по урокам. А нужно что-то большее, когда и так хорошо просто быть рядом с человеком?

— Моя девочка, какая ты сострадательная, — говорил он, проводя пальцами по моему животу. Ощущения были, словно он не через блузку меня трогал, и я зарделась от того, как начало тянуть низ живота. Хорошо, что Майкл мысли не читал. Хотя вполне мог видеть мои руки в мурашках. — И мне в тебе это нравится. Но я спрашивал именно о твоих желаниях.

— Майкл, а если спать с другими девушками? Случайными? — Мне вдруг пришла мысль в голову, как решить вопрос с сексом, а ещё я очень хотела переключиться со своих ощущений на помощь.

Майкл задрал голову и заглянул мне в глаза, и в эти мгновения как будто прошибло током.

— Я уже пробовал, — с бесстрастным лицом ответил он. — Мне не нравятся случайные связи. Чего-то не хватает, хотя в целом качество секса от этого не страдает. Как физическая разрядка вполне себе, даже отлично, но… не знаю, как объяснить. И боюсь привязаться, ведь привязанность — огромная боль. Тупик какой-то. Вообще теперь не буду вступать в какие-либо отношения, не подумав сто раз перед этим. И себя покалечил, и Анабель.

Мы молчали, и мне больше нечего было говорить. Тишина не раздражала, но я догадывалась, что кое-что осталось невысказанным.

— Я не хочу тебя трахать, Эмбер, — вдруг произнёс Майкл, и я вздрогнула. Не поняла. В смысле? Причём тут это? — Ромовая девочка, прости, что я наговорил тебе всего этого, —бормотал он уже еле-еле, кажется, проваливался в сон. Через пару минут Майкл заснул у меня на груди. Не хотел трахать? То есть он меня вообще не хотел? Даже я, похоже, его хотела, хотя сама не знала толком ещё этих ощущений.

Не думала, что мне станет обидно из-за слов Майкла, но всё-таки больно. Решила, что пора уходить, поэтому совсем осторожно убрала с себя его руки, аккуратно приподняла его голову и положила на подушку. Подхватила рядом находящееся на постели тёплое одеяло и укрыла Майкла. Пару минут ещё посидела рядом, смотря на него спящего. Похоже, впервые видела, как он спал. Такой красивый. Я еле удержалась от того, чтобы не провести кончиками пальцев по его лицу.

У меня щемило сердце от осознания, что я полюбила Майкла. И смогла, наконец, признаться себе в этом. Всё-таки прошлась подушечками пальцев по его щекам, с огромной тоской в груди. Встала и выкинула пустые бутылки в мусорное ведро, выключила свет, оделась, захватив свои вещи, и вышла на улицу.

Меня душили слёзы. Разрыдалась, пока шла к дому. Мама увидела, пыталась выяснить, что не так, но я молчала и закрылась в комнате. Майкл Анабель хотел, а не меня. Майкл любил её, а не меня. Ревность мучила.

Я позвонила лучшей подруге уже поздно вечером и рассказала о случившемся, поскольку не могла хранить в себе.

— Так и сказал, что не хочет тебя сломать? — с недоверием переспросила Лора. До этого она всё выслушала молча, хотя обычно задавала больше вопросов.

— Да. И не хочет меня… просто не хочет меня. — Я еле сдерживала себя от рыдания. Хотя уже плакала, когда вернулась домой. Сколько можно?!

— Так и сказал, что не хочет тебя? — с огромным скепсисом произнесла она.

— Так и сказал.

— Эмбер, дословно как было?

— Ну, он сказал глагол… «трахать», но ты знаешь, что я не люблю это слово.

— То есть он сказал, что не хочет трахать тебя? Так? А Анабель он трахать хочет? Так сказал?

— Да! — уже разозлилась я, что Лора столько мусолила формулировку. — Неужели я недостаточно красивая для него? Я не могу поверить во всё это… Мне обидно, Лора.

— Эмбер, не гони коней. С твоей фигурой тебя не хочет только слепой. Не верю. — Лора и раньше была на страже моей самооценки. — Майкл наверняка не то имел в виду.

— А ты откуда можешь знать, что он там имел в виду?! — Я была наполнена яростью и отчаянием. Срываться на близком человеке, ни в чём не повинном — не лучшая идея, но мне было тяжело контролировать эмоции.

— Эмбер, ваша история меня впечатляет, правда. — Лора, тем не менее, не переняла моей агрессивной манеры речи, а зазвучала спокойно и даже… восхищённо? — Майкл трепетно к тебе относится. Он сам это сказал. И Анабель тебе это говорила. Он не полез к тебе в трусы и правда интересуется тобой, вы с ним столь душевно проводите время. Майклу хочется секса, но он не будет пользоваться тобой из-за этого, вот что он хотел тебе сказать на своём пьяном языке. Анабель бы он хотел воспользоваться, а тобой нет.

— Да почему! — взвыла я, уже ни во что не веря. — Он назвал меня другом! Ты можешь поверить в это?!

— О да, я могу! Парень в отчаянии, ты два раза отшила его, ау! Или ты уже забыла?! Согласился, бедный, на дружбу, лишь бы только вы общались. Почему, спрашиваешь? Может, потому что любит тебя и до смерти боится обидеть? Может, потому что, в отличие от твоего бывшего, он заботится о том, что ты чувствуешь?

— Да с чего ты решила, что он трепетно относится ко мне? — Мне казалось, я уже цеплялась хоть за что-нибудь, лишь бы не соглашаться с позицией Лоры.

— Те слова про боязнь сломать. Они ведь про это. Эмбер, он с уважением относится к тебе. Он давным-давно мог уложить тебя прям там в своей комнате, Эмбер! И тебе бы даже могло понравиться! Он пьяный, пока вы одни были в доме, да ещё и в кровати, мог с тобой что угодно делать! Да почему же он тормозит всё так жёстко? Зачем он на Хэллоуине всё остановил, хотя у него встал?

Я вспомнила, как Майкл дёрнулся на мне, и я в ответ толкнула бёдрами. Да уж. Сила воли железная у него.

— Эмбер, да он всё перетрахает, если понадобится, но тебя не тронет! Будет пылинки сдувать с тебя. Как ты не поняла ещё? И если ты думаешь, что он просто тебя не хочет, то нет. Он тебя больше всех хочет. Даже больше Анабель, которую трахать хочет. Он тебя так хочет, что ему самому страшно. Знаешь, как сладок запретный плод? И этот самый плод для него — ты! Давай скажи, что я не права, и мы поссоримся, Эмбер! Я даже немного завидую тебе. Эмбер, Майкл настолько тебя любит.

— Он не хочет меня трахать, — всё-таки произнесла я это непростое слово.

— О да, потому что он любви прежде всего хочет от тебя! Эмбер, блин. Вы два идиота. У меня больше слов нет. И он травмированный от этой стервы Анабель, и ты от мудака своего. Что, будешь мне перечить?

— Сил нет, — признала я своё поражение. Спорила с Лорой, но в то же время словно сама с собой была в конфликте.

— Эмбер, не бойся. Вы не будете торопиться. Не смотрите на другие пары. Просто общайтесь, вам ведь хорошо вместе. Ты вот для Майкла успокоительное, он, в свою очередь, показывает, что в мире есть не только похотливые козлы, хотя он сам здесь не без греха. Кое-кто в молодости всё-таки думает не членом, а головой. Эмбер, всё в своём темпе. Только не бойся.

— Я… не боюсь, — тяжело выдохнула я. — Я его люблю. — Не ожидала, что это будет столь нелегко произносить, но самое трудное было признаться в этом самой себе. — Он злился из-за того, что я увидела его слабым, а я… я словно увидела его обнажённую душу, и мне так хорошо от этого. Давно не боюсь, что он меня сильно обидит, он не может этого сделать. Майкл не такой. Слишком долго я считала его плохим, но теперь не могу. Я ему доверяю, Лора, иначе бы не осталась с ним пьяным и не легла с ним на кровать. И, наверное, то, что я ему доверяю — это самый лучший комплимент. Кажется, я излечиваюсь от травмы.

Лора молчала, и я побоялась, что сделала что-то не так. Стала анализировать свои слова, пытаясь понять, где что-то неправильно сказала.

— Лора, ты ещё здесь?

— Эмбер, я плачу. Это всё так… Блин, я рада за тебя! Честно! — Я услышала всхлипы. — Вы такие крутые. Ты обязательно излечишься до конца. Я в это верю. И Майклу тоже станет лучше.

Мы распрощались. В голове крутились слова Лоры о том, что Майкл меня любит. Помню, то же самое мне сказала Джесси, а я посмеялась. Не могла поверить в то, что это правда. Однако поступки Майкла правда говорили сами за себя. Майкл не как мой бывший — Майкл совсем другой. И это главное.

Майкл написал мне рано утром, я ещё встать в школу не успела. Еле разлепила глаза после сна, когда услышала звук одного сообщения, а затем они как будто посыпались, что разбудило окончательно. Вчера был слишком эмоциональный день, который вымотал меня полностью.

«Эмбер, прости за вчерашнее

Наговорил тебе кучу ерунды

Пьяный придурок

Надеюсь, что ты не сердишься

Приходи во вторник

Как обычно

Будем уроки делать

Эмбер

Давай вернём всё, как было?»

Вот он как заговорил. То есть ему после вчерашнего стыдно? На этот раз не стала тянуть с ответом и моментально начала печатать.

«Майкл, доброе утро

Я приду к тебе во вторник

Сделаем химию и алгебру

Я не обижаюсь за вчерашнее

Хорошо, что я была рядом и тебе стало легче

Я хочу быть рядом с тобой».

«Доброе утро!

Прости, забыл написать

Эмбер

Хочу увидеть тебя в школе».

Он что-то писал, но, видимо, не захотел отправлять.

«Тогда до встречи в школе».

Глава 34. Делясь болью с тобой

С Майклом в школе мы не общались, я только на него иногда поглядывала, всё ещё вспоминая тот последний наш разговор и интерпретацию Лоры. Мне почему-то было страшно вновь идти к Майклу, но я решилась, не без усилий. В этот раз дома была и его мама, и Тони; я всех поприветствовала, Майкл помог мне снять уже более лёгкую куртку, так как в марте не было столь холодно, как раньше. Я испытывала волнение, когда поднималась вслед за Майклом по лестнице. Оказавшись в комнате, сразу же вспомнила, как совсем недавно Майкл рассказал мне сокровенное.

— Эмбер, точно всё нормально после того разговора? — Он вгляделся мне в глаза, словно боясь получить отрицательный ответ. Его светлый взгляд завораживал.

— Да, Майкл. — Я села на привычный стул, всё здесь постепенно становилось родным. Мы начали решать химию, но Майкл как будто догадывался, что со мной что-то не так: постоянно бросал на меня обеспокоенные взгляды и хмурился. А я хотела поделиться с ним кое-чем.

— Эмбер, что не так?

— Знаешь… Раз уж ты разоткровенничался, то мне тоже надо кое-чем с тобой поделиться. — Я нервно хрустела пальцами, не в силах сказать более подробно.

Майкл сдвинул брови.

— Эмбер, что ты хочешь мне рассказать?

— Майкл… в общем, у меня депрессия, — еле-еле выдавила я из себя эти несчастные шесть слов. Почему-то казалось, что он вдруг рассмеётся и скажет, что я себе надумываю. Но Майкл застыл и долгое время ничего не говорил.

— Какая степень? — Майкл втянул голову в плечи. — Ты пьёшь антидепрессанты? — поспешно продолжал он, заметив, что я не отвечаю. — Амитриптилин? Миансерин?

— Откуда ты знаешь названия препаратов? — Я сощурила глаза и внимательнее всмотрелась в него.

— Так, ну, у тебя вроде не тяжёлая, иначе бы только лежала и в никакую школу не ходила. Возможно, средняя степень. — Майкл встал со своего стула и подошёл к окну, раскрыл его и вытащил пачку сигарет из кармана брюк. — У моей мамы была депрессия, и я был с ней во время всех периодов. В период тяжёлой депрессии с человеком разговаривать невозможно, как будто подменили. Моя мама совершила попытку суицида, я её откачивал, Тони видел. — Майкл сделал большую затяжку, и я видела, что это была слишком непростая для него тема.

— Ужасно, я не знала, что ты такое пережил. — Я вглядывалась в него, в то время как Майкл смотрел на улицу. Сердце болезненно сжалось от мысли, что ему довелось через такое пройти. Ещё больше сочувствия я испытывала к его маме. У меня не было тяжёлой степени, и я вряд ли могла даже представить, каково это. Дрожь по коже от предположения, что такое могло быть со мной либо может произойти в будущем.

— Папа умер где-то далеко, а мама погибала у меня на глазах. Даже не знаю, что хуже.

— У меня просто нет слов… Майкл, как ты справился с этим? — Я восторженно посмотрела на него.

— Отвратительно справился. Вёл себя с мамой как последняя свинья. — Он стряхнул пепел на улицу. Я была рада открытому окну, холодный воздух немного освежал мысли. Пульс участился, так что немного мороза было как никогда кстати. — Не мог понять, как она могла так поступить со мной и Тони. Долгое время не мог простить. Да и не думаю, что простил её за это, — с горечью сказал Майкл и наконец взглянул на меня.

— Майкл…. Я думаю, ты знаешь, что во время депрессии у людей меняется мышление. Я почувствовала это на себе. И это страшно, — поделилась я своими наблюдениями, при этом содрогнувшись. — Миссис Уокер наверняка не хотела вас оставлять. Просто депрессия так сказалась…

— Ага. Ещё так всё вышло, что она не признавалась в суицидальных мыслях, и её не госпитализировали сразу же. Хорошо, что я тогда вовремя пришёл….

Меня пробирала дрожь от этого рассказа. Я застыла от ужаса, стиснув зубы. Была потеряна, не знала, что ещё сказать, однако в голову пришло другое воспоминание.

— Майкл, а ты поэтому про панические атаки знаешь? — Я вдруг вспомнила, как он меня утешал.

— У мамы были панические атаки. — Майкл кивнул, выдыхая дым на улицу.

— То есть я похожа на твою маму? — не без смешка произнесла я. — А ты, я смотрю, по классике идёшь.

— В смысле?

— Ну, травмированные дети часто выбирают себе в партнёры похожих на своих родителей: для решения каких-то собственных проблем и комплексов, — заумно проговорила я, а Майкл расхохотался.

— Ты назвала меня травмированным ребёнком?! Офигеть. Эмбер, у тебя фамилия не Фрейд?

— Ха-ха! — саркастично посмеялась я, в тот же момент захотелось обдумать всё это. — Знаешь, вспоминая твои слова, что тогда в лесу ты просил какого-то знака… Мне кажется, так ты сможешь простить маму.

Майкл нахмурился, словно требуя разъяснения.

— За её попытку самоубийства. Просто пообщаешься со мной и поймёшь, что она ни в коем случае не хотела вас оставлять. Она наверняка раскаивается.

— Сложно, но не буду в это вникать. — Он изогнул одну бровь и поднял левую руку, словно капитулируя. — Психология — ни разу не мой конёк. Пускай всё функционирует, но я в это вдаваться не буду.

— Ещё похоже на импринтинг. Я ведь и внешне на твою маму похожа, сразу подметила.

К счастью, сходство было не слишком сильное, просто в общих чертах: цвет волос да глаз.

— Эмбер, нельзя быть такой умной. Никто замуж не возьмёт, — расхохотался он. — А если серьёзно, после твоего появления у меня почему-то с мамой отношения внезапно наладились. Не знаю почему. Как говорится: странно, но ладно. — Майкл махнул рукой. — Так, Эмбер, вернёмся к тебе. Это психиатр диагноз поставил?

Я покачала головой, в горле стоял ком. Вот мы и добрались до обсуждения непосредственно моего состояния.

— Сначала я не понимала, что со мной. Думала: просто плохой день, просто плохая неделя, просто плохой месяц. А потом… Потом осознала, что не может быть так беспросветно плохо. Узнала про симптомы и поняла, что всё-таки… — Я тяжело задышала, не зная, куда деть взгляд. Было очень неловко. Майкл поднялся и подошёл ко мне, вот тогда я и вдохнула горький запах сигарет в полной мере, до этого ветер уносил подальше в окно.

— То есть ты сама себе диагноз поставила? Допустим, учитывая твой гениальный мозг, что диагноз верен. Когда у тебя это началось? — Он потушил сигарету и оставил в пепельнице на столе. Майкл сел напротив меня, тем самым заставив слишком сильно нервничать. В нос сильнее ударил запах сигарет — Майкл оказался ближе, и мне с трудом удалось не поморщиться.

— Примерно год назад. Пропила курс успокоительных, которые продаются без рецепта врача. Вроде отпустило, но понимала, что не до конца. И вот осенью я вновь впала в депрессию, опять пила успокоительные, но во второй раз выбираться сложнее. Мне кажется, я до сих пор…

— Эмбер, что такого случилось осенью, из-за чего ты впала в депрессию? — спросил Майкл, когда мой голос оборвался. —И вообще: что вызвало твою депрессию год назад? — мягко поинтересовался он, не спуская с меня взгляда.

Мне вдруг показалось, что я на приёме у психотерапевта.

— То, что произошло со мной — ерунда, — срывающимся голосом произнесла я.

— Да, и именно поэтому ты сейчас плачешь, — отметил Майкл, а я поспешно убрала слёзы с глаз. — Это либо одно травмирующее сильное событие, либо серия нескольких, насколько я помню: читал как-то одну статью. Эмбер, что случилось?

Я не смогла ответить, потому что разрыдалась. Майкл схватил меня за руки и сжал, прямо как тогда во время панической атаки. Признаюсь, стало немного легче. Пыталась отдышаться, на Майкла не смотрела, потому что было неловко.

— Ненавижу плакать на людях, — прошептала я, пряча лицо.

— Прекрасно понимаю. Но теперь мы квиты. Эмбер, в этом нет ничего страшного, ты же девушка.

— То есть девушкам можно, а парням нельзя? — Улыбнулась, хотя было невесело.

— В этом мире — да. — Он провёл правой рукой по моим щекам, собирая слёзы. Я замерла от этого. — Так что? Почему не хочешь говорить? Эмбер, я открываю душу перед тобой, а ты передо мной нет. Как-то нечестно.

Я так плакала перед ним сейчас и не переживу, если вдруг расскажу о бывшем, тем самым буду говорить и рыдать часа три. Нет. Это слишком. Он не нанимался мне в утешители, и он не мой психотерапевт. Не желала его настолько грузить.

— Майкл, у твоей мамы умер муж, и у неё была причина для депрессии. А у меня — нет, — проговорила я уже более ровным голосом, а затем шмыгнула носом.

— Да что ты? То есть ты просто истеричная девушка? — Он вглядывался в моё лицо. — Что-то я тебе не верю, Эмбер. Врёшь ты мне сейчас.

Я закусила губу.

— Майкл, правда, у людей куча весомых причин для депрессии, со мной ничего такого не происходило.

— Но ведь депрессия отчего-то случилась? Почему ты обесцениваешь свою причину?

Майкл получил тишину в ответ и протяжно выдохнул, всё ещё не отпуская мои руки.

— Ладно, не говори, если не хочешь, — сдавленно добавил он. — Когда осенью у тебя вновь началась депрессия?

— В конце ноября, — тяжело сглотнула я, а затем прикусила себе язык. Зачем вообще я это сейчас сказала?!

— В конце ноября?! — Майкл сильнее сжал мои руки. Молчание. Я не поднимала на него взгляд. — Неужели из-за меня ты впала в депрессию?! Из-за того, что я сказал тебе тогда?! Эмбер, не молчи сейчас!

У меня опять полились слёзы, да что же это такое! Как успокоиться-то? Майкл сейчас и правда подумает, что я психически нездоровая.

— Ты мне сделал очень больно тогда, — промямлила я. — Ты сказал, что ненавидишь меня. Майкл, не думай, что это из-за тебя. Просто так всё сложилось… Да, частично из-за тебя депрессия, — призналась я с большим трудом, и Майкл отпустил мои руки, тогда я скрестила их на груди, продолжая рассматривать пол.

Майкл ничего мне не сказал, и я не могла посмотреть на его лицо. Шмыгала носом, тихо плача. Слышала, как Майкл встал и щёлкнул зажигалкой, затем почувствовала знакомый запах сигарет. Он вновь закурил. Не знала, сколько мы так молчали. Я осторожно вытирала слёзы и успокаивалась, Майкл, похоже, тоже успокаивался, но курением.

— Теперь ты понял, что я впадаю в депрессию из-за всякой ерунды, — хмыкнула я, всё-таки вздохнув поглубже и успокоившись. Похоже, слёз больше не будет: воды не осталось в организме. Решилась посмотреть на Майкла.

— Охренеть ерунда. Эмбер, я виноват перед тобой. Правда. Я думал, что ты меня используешь, смеёшься за моей спиной, поэтому я тебя так оттолкнул в прямом и переносном смысле. — Он кинул на меня виноватый взгляд. — Самое ужасное — знать, что я сделал тебе больно.

Майкл бросил недокуренную сигарету и сел ко мне.

— Да ничего такого ты мне тогда не сказал, Майкл, не кори себя. — Я отмахнулась и теперь тоже поглядывала в окно — природа дарила немного умиротворения, хотя и небо сегодня было всё затянуто тучами. — Просто я какая-то ненормальная. Истеричная. Всё близко к сердцу принимаю.

Последние три предложения — слова бывшего, которые он вдалбливал мне в голову более полугода. Сначала я отмахивалась от этих наименований, а потом подумала: может, он всё-таки прав? Со стороны виднее.

— Нет, Эмбер, ты чувствительная. — Майкл вновь взял меня за руки и поднёс к губам. — Ты слишком к себе критична. Поверь мне, я видел истеричных и ненормальных. Ты не такая.

— Ты про Анабель?

— Не хочу отзываться о ней плохо, — понизил он голос. — У неё своя тяжёлая история, но да, девушка она не самая простая. Ты вновь дрожишь. Пугаешь.

Я не знала, куда деть взгляд. Майкл дышал мне прямо на пальцы.

— У меня повышенная чувствительность, — призналась я наконец. — Так что тут ты прав.

— Это ведь хорошо, нет? — Он поцеловал меня в указательный палец. Сердце то и дело замирало.

— Нет, Майкл, ничего хорошего, — решилась я продолжать, словно ничего такого не происходило. — Постоянная тревожность, никому ненужная повышенная эмпатия…

— Непременно должны быть плюсы, просто ты о них ещё не знаешь. Возбуждаешься быстро, наверное. Может, у тебя будут ярче ощущения от оргазма, — говорил он, тем самым вгоняя меня в краску. — Люблю тебя смущать, моя ромовая девочка.

Я с раздражением выдернула руки из его хватки, пока Майкл поглаживал меня кончиками пальцев.

— Мне неловко. Да, быстро. Думаешь, при совместном просмотре фильма, ты один пострадал?

Он скорчил гримасу.

— Вот уж не знал, что девственнице тоже плохо станет. Сюрприз. Кто-то уже пробудил твою чувственность?

— А у тебя воздержание полным ходом, я смотрю, — съязвила я. — Только об этом и думаешь.

Мне показалось, или ему стало неловко?! Майкл поджал губы и отвёл взгляд.

— Мы уехали далеко и не туда. Эмбер, надо что-то делать с твоей бедой. Не оставлять же всё так. Хочу как-то исправить положение, тем более что я сильно виноват. — Он стал слишком серьёзным. — Честно, не знаю, как себя вести с депрессивными. Вряд ли я смогу тебя поддерживать, как какая-нибудь подруга, но…. Я могу сделать кое-что другое. Что-то, что поможет тебе выбраться, а не просто трепаться языком. У тебя идеи есть?

— Просто обними меня. — Я пожала плечами, Майкл слегка нерешительно обвил меня руками, а я сильнее прижалась к нему. — Как у тебя часто бьётся сердце.

— Так почти всегда с того момента, как тебя увидел, — низким голосом произнёс он, едва касаясь моей спины.

Я поглаживала его затылок, ощущая умиротворение. Хотя после его слов и моё сердцебиение ускорилось.

— Депрессия обычно случается с теми, у кого с гормонами счастья проблемы. Плохо вырабатываются, — говорила я, лежа у него на плече. — Возможно, так оно и есть. Давно я не чувствовала радости.

— Моя бедная. Ты и улыбалась в последние месяцы слишком редко. — Майкл гладил меня по спине. — И что же там гормоны счастья вызывает?

— Свежий воздух. Шоколад, — начала я вспоминать. Поцелуи — но я это не говорю. Мы молчим.

— Спорт, — предположил Майкл.

— Да, кстати, и сама об этом думала. Думаю, пора нам бартер устраивать. Ты со мной занятия спортом, а я с тобой учёбой. Спорт для выделения эндорфинов как раз. А они мне нужны.

— Эндорфины, говоришь? Знаю я одно занятие для эндорфинов, но тебе не скажу. Лучше спортом займёмся. Классно и безопасно, — рассмеялся он, а я ударила его по плечу. Уж не знала, о чём Майкл там подумал.

— Тогда договорились.

Затем мы занялись уроками, хоть и сложно было отвлекаться на учёбу после такого душевного разговора. То, что от меня несло сигаретами, я поняла, только когда шла по улице. Вот же засада! Майкл накурил в комнате, и одежда вся пропахла. Конечно, он после этого побрызгал освежителем воздуха, да и курил поначалу в окно, но, видимо, это не сильно помогло.

Я молила, чтобы мама была у шерифа Рейгана, но она оказалась дома. Мозг начал усиленно придумывать отмазки.

— Мам, привет! Как на работе? — тараторила я, снимая куртку и уже неся её в стирку. Мама вышла ко мне с каменным лицом. — Я тут к Тони ходила, мы алгебру вместе делали.

Я сняла и розовую кофту, закинула её в стиральную машину.

— Эмбер, ты что — курила?! — Она прожгла меня взглядом.

— Нет, мам, ты что, просто там Майкл курит. Но я с Тони была.

— Не могу поверить, что ловлю тебя на лжи. Эмбер, у Тони? Мне кажется почему-то, что у Майкла.

— Так они же братья, в одном доме. —Я смотрела на свои ноги, избегая зрительного контакта. Мама и так знала, что я общаюсь с Майклом и что он помогал нам по дому. Удивительно, что отчитать меня она решила только сейчас. Накипело?

— Эмбер, что у тебя с Майклом? — Она склонила голову, а я вышла из ванной и стала подниматься наверх. Видела, что маму беспокоил этот вопрос, и уже давно, но до такого разговора дело всё не доходило: то её отвлекал шериф Рейган, то она сама была слишком уставшая после работы. Вот бы мне самой знать, что у меня с Майклом… — Ты врала мне, что ходила к Джесси. Но я звонила её маме.

— Вот так ты мне доверяешь, значит? — Я со злостью обернулась и посмотрела на маму сверху вниз.

— Ждала, пока ты признаешься. Видимо, зря. — Она поджала губы и криво улыбнулась. — Эмбер, ты снова в депрессии, я ведь вижу. Но ты не хочешь разговаривать со мной об этом! Это из-за Майкла, да? Это он с тобой вытворяет? Сама ходишь к нему? Ты себя вообще уважаешь?

— Иди и дальше спи с мистером Рейганом! — сорвавшимся голосом прокричала я и бегом отправилась в свою комнату, а затем слишком громко хлопнула дверью.

— Да как ты смеешь?! — разгневалась мама. Не могла видеть её лицо, но вполне представляла. — Месяц под домашним арестом после такого просидишь!

Меня душила обида из-за того, что мамы не было рядом, когда мне это было необходимо ещё пару лет назад: она строила личную жизнь с каким-то клерком и вообще меня не замечала. Теперь вот проснулась. А надо ли мне? Мы с ней не близки совсем.

Кажется, не только у Майкла проблемы с мамой.

— Через несколько месяцев уже буду у папы, не переживай! — проорала я ей в ответ через закрытую дверь. Домашний арест, буду честной, меня напугал. Я ведь только договорилась с Майклом о занятиях спортом. Бедный Майкл, его мама в депрессии, теперь вот и я. За что ему это всё? Через час гнев меня отпустил, и я взялась сообщить Майклу плохие новости.

«Мама хочет посадить меня на домашний арест

Поняла, что я вру ей и хожу к тебе».

«Блин

Эмбер

Это из-за сигарет?

Вот я дебил

Прости

Мы что-нибудь придумаем

Твоя мама всё так же меня терпеть не может?»

Вспомнила её слова про то, что я себя не уважала. Сразу понятно, как она относилась к нему.

«Да

Майкл

Может, оно и к лучшему

Буду помогать тебе через смс».

«Но Эмбер

Я хочу тебя видеть

Касаться тебя

Блин

Короче забудь последнее предложение».

«Расслабься

Я всё поняла

Всегда приятно девушку полапать».

«Эмбер, ты не так поняла

Я не хочу тебя лапать».

«Ага, и трахать меня не хочешь

Я тебе вообще нравлюсь?»

Написала и не подумала. Дура какая-то. Выглядело, как наезд.

«Что за истерика на ровном месте?

Говорю, как есть

И вообще мы друзья

Ты сама так захотела

Что не устраивает?»

«Всё нормально

Просто я расстроена из-за мамы

Правда хотела как-то из депрессии выбираться

А теперь не знаю».

«Эмбер, уладим

Пойду испанский доделывать

До завтра».

Я написала ему «пока» и отложила телефон. Правда ли я захотела быть с Майклом просто друзьями? По крайней мере, мы делились личным и классно общались. Но разве один другому руки целовал бы по-дружески? Похоже, Лора была права — Майкл больше ни на что не надеялся.

А я теперь не знала, как быть с Майклом, учитывая, что моя мама его на дух не переносила. Увидимся ли мы с ним где-либо помимо школы?

Глава 35. Занимаясь спортом с тобой

Мы с Майклом встретились у школьных ворот. До сих пор не верилось, что мама меня отпустила.

— Можешь дать маме номер миссис Смит, и она скажет, что ты и правда занимаешься в баскетбольной секции, — заверил он меня, пока мы вдвоём шли к школе.

Не знаю, каким образом Майклу удалось это провернуть.

— Как ты смог уговорить учительницу нам помогать? — недоумевала я.

— Природное обаяние и харизма! — провозгласил Майкл с довольным лицом. — Она дала мне ключ от спортзала, чтобы я сам тренировался, нагонял ребят после трёх месяцев перерыва. Доверяет мне. Я попросил помочь, рассказал, что мама к тебе слишком строга. А мы ведь просто спортом занимаемся и уроками. Ничего криминального. — Майкл пожал плечами. «Просто спортом занимаемся и уроками» — ну да. С каждым разом чувствовала, как Майкл душевно становился всё ближе.

Охранник нас пропустил, и мы вошли в освещённый коридор. В шесть часов тут почти никого не было, кроме членов ещё одной секции, но уже в другом крыле. Тишина здесь оказалась непривычна. Шли с Майклом молча. Я старалась не сильно представлять, как пройдёт наша сегодняшняя встреча, потому что только перенервничала бы.

Мы расстались у двери в женскую раздевалку. Обычное помещение, а сколько воспоминаний! Одно о том, что Анабель однажды здесь вылила на меня сок после урока баскетбола… Я переоделась в майку и шорты, а затем критично осмотрела себя в зеркале. Решила надеть шорты, потому что в штанах жарковато приходилось на уроках физкультуры. В принципе, я довольно неплохо выглядела, правда, постоянная грусть давала о себе знать. Стресс меня сильно потрепал. И почему я Майклу такая нравилась? Если нравилась, конечно.

Вышла в совершенно пустой коридор. Никогда ещё не видела, чтобы здесь было столь безлюдно. Зашла в спортзал — так умиротворённо, что ли: большой зал и тишина. Майкл принёс мат из подсобки и скинул его на пол, только потом посмотрел на меня, начав с ног.

— Да что?! — удивилась я, что он так долго пялился. — Ты мои ноги уже видел.

Очередное воспоминание: прогулка по лесу и наш поцелуй на поляне. Ох уж та фотография… Помню, как радовалась, что юбка не слишком сильно задралась.

— Ничего. — Майкл встряхнул головой. — Ты как заниматься собираешься? План есть?

— Ну да, я приложение на телефон скачала. — Я пожала плечами, стараясь не углубляться в неожиданно нахлынувшие воспоминания. — По программе хочу попробовать. А ты что будешь делать?

Я старалась нечасто смотреть на Майкла, чтобы не искушать воображение и воспоминания тоже. В такой же форме он приходил на уроки баскетбола. Смешно вспоминать, как он сел ко мне на колени и как звал к себе в команду. Анабель тогда жутко ревновала.

— Могу с тобой, но вообще я собирался мяч в корзину покидать. Давай, что там у тебя по твоему телефонному плану, — хмыкнул Майкл и подошёл ко мне. Я включила приложение: бег пять минут.

Поставила таймер, кинула телефон на мат и побежала, а Майкл поспешно присоединился. Как же я давно не бегала, дыхалка просто никакая. Уже на третьем круге глотала воздух ртом. Майкл несколько раз обогнал меня. Я молила, чтобы время поскорее кончилось. Когда таймер запищал, я остановилась и упёрлась руками в колени, делая рваные вдохи.

— Ну ты чего так… — Майкл подошёл ко мне и присел на корточки. — Быстро. Эмбер, будем теперь чаще бегать!

— А как… курение сочетается со спортом? Почему у тебя одышки нет? — задыхаясь, произнесла я. Майкл сидел рядом со мной со спокойным видом. — Как будто я курю, а не ты.

Майкл посмеялся, снисходительно смотря на меня. Было неловко от своей малой выносливости.

— Я курю не так часто, как ты думаешь.

Затем по плану были прыжки, и Майкл принёс мне из подсобки скакалку. Я начала прыгать, вновь быстро уставая. Уже отвыкла от таких прыжков — с физкультурой всё очень и очень плохо. Майкл молча стоял и смотрел на меня. Я сначала не поняла почему.

— Хватит пялиться! — разозлилась я и остановилась, пытаясь привести сбившееся дыхание в норму. Наверное, думал, что я конченая неудачница. Всего ничего попрыгала, а уже чуть не умерла от сердечного приступа. Анабель-то наверняка лучше в этом.

— Как ты с ней живёшь вообще? — Он нахмурился.

— С кем?

— С такой грудью!

— Молча! Отвернись! — шикнула я и продолжила прыжки. Майкл покорно отвернулся и начал бить мячом о пол. Только несколько минут спустя до меня дошло, что Майкл смотрел именно на двигающуюся грудь. И да, не очень удобно с ней прыгать. Но что ж поделать? Хотелось хохотать от того, что я настолько впала в самобичевание, что и не заметила, куда Майкл смотрел. Понравилось, Майкл? Да у меня же не прям огромный размер, а кому-то реально жить не очень комфортно.

Я вся выбилась из сил и прилегла на мат, радостно смотря в телефон, потому что сейчас будут только упражнения лёжа. Вымотана: кардио-тренировки не для меня. Мат казался таким мягким и уютным, даже вставать не хотелось.

— Принеси мне воды, а то я сейчас умру! — попросила я Майкла, который забивал мяч в корзину. Майкл тотчас повернулся ко мне. — В раздевалке на скамейку поставила и забыла.

Майкл с лёгким недовольством пошёл в раздевалку, быстро вернулся и кинул бутылку на мат. Я поспешно схватила её и осушила полбутылки. Как хорошо выпить воды после кардио, хоть сил немного прибавилось.

— Может, ещё побегаем? — Он усмехнулся, а я чуть водой не подавилась. Закрыла бутылку и продолжила лежать, вытерев губы рукой. Ощущала, какая вся потная после бега и прыжков.

— Ты не видишь, что ли: мне плохо! — застонала я, схватившись за голову. — Карл со мной как-то помягче был.

Майкл недоумевал. Видела, как он на миг оказался охвачен волнением, и мне это польстило. Ревновал?

— В смысле?

— Ну, когда мы с ним бегали в лесу. Он типа моим тренером был.

— Ах вот оно что. — Майкл цокнул языком. — А мне кажется, что с тобой наоборот пожёстче надо.

— Тебе кажется, — процедила я, увидев, что он ухмылялся, но при этом выражение в глазах нежное. У меня галлюцинации! — Пожалуйста, только не смотри на меня, пока я упражнения делаю!

— Ладно-ладно! Пойду погуляю по школе! — Майкл поднял руки вверх, словно капитулируя, и правда ушёл.

Я спокойно сделала боковые скручивания влево и вправо, боковые наклоны к стопам и ягодичный мостик перед тем, как Майкл вернулся. Лежала и выравнивала дыхание. Стало намного легче заниматься, да и бутылку воды я всё-таки прикончила. Так и знала, что надо было брать две.

— Почему отдыхаем? Что там дальше? — Он схватил телефон с мата. — Скручивания с руками накрест. О, пресс будешь качать. Я тебе ноги поддержу. — Майкл оказался рядом со мной. Я, недовольная, села на мате, а затем легла и скрестила руки на груди. Нужно было всего восемнадцать раз сделать — это же мало.

Но я ужасно нервничала. Майкл держал мои ноги, и у меня фантазия разыгралась. Вот сейчас между моих ног окажется, а я как раз лежала, и всё… Прощай, девственность.

В один миг я просто сдалась на шестнадцатом разе, не могла думать о физкультуре. Что у меня всегда получалось — так это качать пресс, и даже здесь я не показала Майклу, на что способна! Я никогда ещё так сразу не уставала! Что со мной происходило?!

— Так, ты чего? Давай ещё два разочка. Ты вообще как будешь сексом заниматься? Никакой выносливости. Двадцать секунд и на боковую? — На этих словах у него задорно заблестели глаза.

Я вспыхнула. У Майкла те же мысли сейчас, что и у меня. Только вот у меня поприятнее…

— Придурок! — Я не удержалась, чтобы не поругать его. Стыдно было, о чём я думала. И неловко, что он мне такое сказал. Машинально подняла ногу и ударила коленом Майклу прямо в подбородок.

Он за него схватился и отпрянул от меня. Я поднялась на локтях, переживая, что Майклу больно.

— Какая ты драчунья! Я же пошутил. Нормально всё с сексом будет. — Он потирал ушибленное место.

— Почему ты об этом вообще думаешь? — Я всматривалась в него. Сначала ноги мои рассматривал, затем грудь, а теперь такое. Пару дней назад разглагольствовал, насколько яркие у меня ощущения при оргазме могут быть. Заявление о том, что он не хотел меня «трахать», сейчас потерпело поражение.

— Может, потому что у меня его давно не было? Очевидно же. — Майкл перестал держать мои ноги и встал. Его прикосновения были такими приятными. — Знаешь, и правда подумываю о случайной связи. На вписку надо сходить. Там всегда можно кого-нибудь найти.

Не знала, зачем он мне это сказал? Чтобы я приревновала? Но почему-то я не слишком ревновала. Если у него потребность такая, пускай её удовлетворит. Я-то вряд ли смогла бы ему это дать. Вернее, могла бы, но в придачу к этому пошло бы требование нормальных отношений.

— Давай, я только за. Тебе этого не хватает. — Я улыбнулась и привстала, схватив телефон. Увидела, как Майкл невесело усмехнулся. — Хорошо, что меня так не ломает.

Ложь, Эмбер. Может, не ломало именно желание секса, а вот желание быть с Майклом как можно больше — да. С каждым занятием, с каждым взглядом я всё больше привязывалась к нему. Мне он нужен был, просто как человек, достаточно близкий человек. Мне даже казалось, что я могла потерпеть его девушек, которых он вполне может завести, лишь бы и дальше душевно общались.

— Хотел бы и я быть девственником, — посмеялся он, пристально вглядываясь в меня. Каждый раз меня смущал его взгляд, даже больше из-за того, что я не думала о нём, лишь как о друге. Не желала быть только другом. — Что, Эмбер, мечтаешь о таком же девственнике себе в пару?

— Никогда об этом не думала. Неважно как-то. Главное, чтобы человек нормальным был. — Я тяжело вздохнула, вспомнив кадры, что мне попадались. — Сейчас с нормальными на планете Земля проблемы.

— Здесь соглашусь.

— А с кем у тебя было в первый раз? С Анабель? — Удивительно, как я не постеснялась такое спросить. Что-то однозначно во мне менялось. И виноват в этом Майкл!

— Нет. На вписке с кем-то. Я не запомнил девушку. — Он отмахнулся и отвёл взгляд, видимо, не желая продолжать эту тему. Я поудобнее устроилась на мате, продолжая смотреть на Майкла снизу вверх.

— Вот как. Может, и мне на вписку сходить? — предложила я, как только идея в голову пришла.

— Ты? На вписку? Эмбер, не смеши меня. — Он присел рядом со мной на мат. — Нечего там делать.

— Ты же там что-то делаешь? — Я толкнула его в плечо. — Значит, и мне есть что там делать.

У него расширились глаза, а затем приоткрылись губы. Ненавидела себя за желание его поцеловать.

— Эмбер, нет. Я серьёзно. Там не всё так классно, как ты себе представляешь.

— Правда? — Я всмотрелась в него. — То есть ты не хочешь, чтобы я туда ходила? А почему? Может, я девственности хочу лишиться. А то все и так на меня косо смотрят из-за этого.

Отвернулась, и Майкл пару секунд молчал. Наверное, я что-то не то сказала и поэтому залилась краской.

— Ромовая девочка, разве ты не хочешь, чтобы первый раз был с любимым человеком?

— Хочу, — признала я с неохотой и положила голову себе на колени. Эх, Майкл, знал бы ты мои романтические бредни. Парни этим вообще не заморачивались.

— Так и зачем остальных слушать? Кобелей, которые просто хотят трахнуть, и именно поэтому тебя стыдят за это? Или девушек лёгкого поведения, которые желают стащить тебя в свою яму, потому что противно видеть, какая ты хорошая?

Эти слова меня ошеломили, и я посмотрела на Майкла: тот был серьёзен как никогда, что удивительно.

— Не верю, что ты это говоришь. — Я нахмурилась.

— Почему? Эмбер, именно из-за твоего выбора я с уважением отношусь к тебе, хотя и кажется, что это не так из-за моих пошлых шуток.

Я вновь была в замешательстве: Майкл сам признал то, что когда-то предполагала Лора. Дыхание перехватывало от тепла в груди, ведь уважение намного ценнее обычных подростковых хотелок чьего-либо тела.

— Знаешь, есть такая поговорка в народе: с одними спят, а на других женятся, — с бесстрастным лицом продолжил Майкл говорить после затянувшейся паузы.

Я, смеясь, посмотрела на Майкла. Серьёзно ли он? Придерживался такой идеи?

— Этой поговорке сто лет. Сейчас не работает.

— Думаешь? — Он повернул голову ко мне и облизнул нижнюю губу. — А я уверен, что на тебе кто-нибудь хороший женится.

Я не выдержала зрительного контакта и опустила взгляд в пол. Ещё не отошла от мысли, что Майкл меня ценил, а тут продолжались потрясения.

— А ты бы на мне женился, Майкл?

Было смешно, я ждала какую-нибудь саркастичную фразочку в ответ, но он ничего не сказал. От этого даже как-то грустно стало. Наверное, не захотел меня разочаровывать.

— В наш век странно думать о женитьбе в восемнадцать лет, — произнесла я, чтобы как-то сгладить свою неловкость.

— Да, очень странно, — отрешённо ответил Майкл и взял мой телефон в руки. — А теперь планка!

С тяжёлым вздохом я перевернулась на живот, желая отвлечься от всего этого посредством упражнений. Поставила руки и ощутила знакомый дискомфорт. Майкл подошёл и потрогал меня за живот, отчего я вздрогнула.

— Ой, у тебя и пресс есть, оказывается.

— У меня и грудь есть, только проверять руками не надо! — со злобой проговорила я, а мигом позже рассмеялась. Не могла видеть его лица, но готова была поклясться, что он улыбнулся. Хорошо, что мы ушли от этой непростой темы. Закончив стоять в планке одну минуту, я легла на спину и согнула ноги, а Майкл присел рядом и начал смотреть в окно. Мышцы немного сводило после такой долгой планки, но я специально перевыполнила назначенный мне план. Желала испытать боль, чтобы переключиться.

Хотелось бы знать, о чём Майкл сейчас думал. Не могла найти повода заговорить, и это выводило из себя. Однако остановить быстро возникшую идею не успела. Закинула Майклу ноги на плечи, перед этим плотно пододвинувшись к нему, и рассмеялась. Он пошатнулся, совершенно не ожидав такого, а потом схватил меня за ноги, усмехнувшись. Я вскрикнула, когда он резко поднял меня головой вниз.

— Да отпусти ты меня!

Висеть и подметать волосами пол было как-то не очень, но при всём при этом я хохотала. Майкл прижал меня за ноги ближе к себе, в основном держа за голени, я и сама усилила хватку, чтобы случайно не упасть. Сделав один быстрый поворот на сто восемьдесят градусов, Майкл вместе со мной упал на мат.

Мне было так весело, и вместе с тем дышать тяжело. Я пыталась привести дыхание в норму и повернула голову к рядом лежащему Майклу. Не могла поверить, что решилась закинуть Майклу ноги на плечи — так на меня непохоже.

— Привет, депрессия Эмбер, как дела? — мягко произнёс он. Непривычно было лежать с ним так рядом, хотя у него дома мы однажды полежали в обнимку. — Хозяйка веселится, пора тебе уходить.

Я улыбнулась во всё лицо, когда он это сказал. Ликование заполняло грудь, и я даже не могла понять истинную причину. Просто хорошо на душе.

— Да-да, я депрессия Эмбер и вижу, что у неё всё хорошо. — Майкл приподнялся на локтях и окинул меня взглядом. Разыгрывал спектакль, и от этого меня разбирал смех, особенно учитывая, что он изменял голос.

— По тебе плачет мистер Филлипс! — выкрикнула я, чуть изменив привычное изречение. Если принять во внимание, что мистер Филлипс — это ходячий театр. Майкл тепло улыбнулся мне, и мне уже ничего не хотелось говорить, лишь наслаждаться ощущением радости.

— Тебе лучше?

— Да, Майкл. Спасибо, — вкладывала я в слова намного больше благодарности и не знала, что могу сделать для Майкла, помимо уроков. Он и то про духи додумался, а я так и не поняла, что ему нужно. Мне было слишком приятно от того, что он заботился обо мне. Я валялась без сил и еле поднялась. Это был однозначно слишком насыщенный вечер: как на физкультуру, так и на эмоции.

— Похоже, что завтра не встану. Очень устала.

— Это ещё у тебя со мной секса не было.

Я прыснула, Майкл опять о своём.

— И не будет. — Я захотела его поддеть, но думать о близости с ним было страшно. Однако про себя не отрицала возможность такой перспективы — просто потому что уже доверяла ему.

— Как известно: никогда не говори «никогда».

Я отвела взгляд, неужели Майкл и правда столько об этом думал?!

— Эмбер… — вдруг замялся Майкл, потеряв самоуверенный тон. — Что-то и правда я слишком много говорю об этом. Я не прям озабоченный, правда. Не думай так.

Повернулась к нему, при этом хмурясь. Его волновала, что я думала о нём?!

— Ты встречался с Анабель ради секса. Или забыл? И да, Майкл, сейчас же круто быть озабоченным. Не парься. — Я пожала плечами и встала с мата, оказавшись к Майклу спиной.

— Эмбер, я могу и без секса. Да и некрутой я, Эмбер, — тихо произнёс он.

Я не верила услышанному. Майкл тоже поднялся с мата, когда я обернулась к нему.

— Ты-то некрутой. Король школы. Майкл, всё в порядке. Я понимаю, что тебе тяжело без Анабель. Но всё наладится, — мягко заверила я.

— Да на хрен Анабель, — вдруг разозлился он. — Не про неё сейчас. И не про секс.

— А про что?! — Я развернулась к нему. Впервые видела Майкла таким… неуверенным? Как будто он не знал, что именно сказать. И он молчал, что самое худшее. Смотрел куда-то в пол, просверливая там дыру. — Ладно, Майкл, я благодарна тебе за сегодняшнее. Ты на самом деле мне помогаешь.

Он кивнул и вновь посмотрел в сторону. Я пошла в раздевалку, эмоционально опустошённая.

— Я рад, Эмбер. И я не озабоченный. — Обернулась на его словах и улыбнулась. Майкл так серьёзно смотрел на меня, что стало не по себе.

Майкл проводил меня до дома, и почти всю дорогу мы молчали, что побудило меня к размышлениям. Майкл довольно резко мог переключать своё поведение: это я заметила ещё в первую нашу встречу. Тогда он был расстроен, я застала его в слезах, и за пару мгновений он включил «альфа-самца», который нарёк только что встретившуюся ему девушку деткой. К слову, он больше не называл меня деткой, потому что мне это не нравилось. И сегодня опять как будто свой «альфа-режим» включил. И почему? Что его беспокоило? Он так закрывался, как я поняла. Девочки же падки на бабников. Вот только, Майкл, я знала, что это за наказание — любители девочек, а то есть бабники. Я такого горя себе не желала. Уже нахлебалась с другим. Но Майкл ведь этого не знал. Девочки мало ценят к себе хорошее отношение, им подавай кошки-мышки, драйв и контраст эмоций: так сильнее возникает привязанность. Беда в том, что я вновь не знала, какой именно Майкл. «Некрутой» он — а правда ли?

Я прекрасно понимала, что Майклу сейчас нужен именно секс. Он достаточно имел его с Анабель, ему это нравилось и занимало его мысли. И я не смогу ему дать просто секс. Я к нему привяжусь, буду выносить мозг требованием нормальных отношений, а оно ему надо? Ясно же сказал, что нужна ему сейчас именно давалка. И от этого было дико больно. С Анабель у него получалось встречаться, но она тоже, видимо, капала ему на мозги. Как будто я смогу быть лучше Анабель в этом смысле… Если спросить у бывшего, то я вообще конченая истеричка и меня пора сдать в дурку.

Да, Майкла волновало то, что я думала. Похоже, ему вообще не хотелось, чтобы я о нём была плохого мнения. А что с того? Может, если бы он не прикрывался маской короля школы, я бы больше смогла его понять.

Глава 36. Раздражая тебя

Идея «ворваться» к Майклу на вписку пришла как-то сама. Для этого мне пришлось попотеть: вызнать у Джесси, где проходят эти встречи, а также как-то туда попасть. Чудом она выпросила у знакомых взять и меня с собой. Я знала, что Майкл там будет на этот раз. Джесси и здесь мне помогла, подслушала его разговор с одним из приятелей. Эх, что бы я делала без Джесси?

Старательно наряжалась для этой вылазки: распущенные завитые волосы, глаза поярче, красный топик и чёрная мини-юбка. Выбирала наряд чуть ли не полдня. Джесси уговаривала меня не идти, да и Лора вскрикнула: ты ненормальная, что ли?

Потому что я шла со странной целью: найти Майклу девушку. Нормально ли у меня всё с головой? Да я и сама сомневалась, что всё в порядке, но видеть, как ему изо дня в день тяжело — невыносимо. Он дал мне достаточно намёков, да и сам изъявил желание сходить на вписку. Ему нужен кто-то на замену Анабель. Если он сам не хотел, то я ему кого-нибудь найду (и это радикальные меры). К счастью, самой Анабель на вписке не будет. По крайней мере, она не собиралась туда идти. Хоть в этот раз пускай всё пройдёт без Анабель, ну пожалуйста!

Понимала, что если Майкл всё-таки с кем-то сойдётся, хоть и на пару ночей, то, по крайней мере, ему лучше станет. И мне тоже, не буду себя грызть из-за того, что Майкл, возможно, из-за меня страдал. Где-то в глубине души я осознавала главное — это был поступок от отчаяния. Стремилась найти ему другую, лишь бы мы так стремительно не сближались…

Знакомые Джесси — реально какие-то дурочки, интересующиеся только шмотками и парнями, но свою задачу они выполнили: проводили меня в нужный дом. Я огляделась и увидела в холле пару парней, которые о чём-то переговаривались. Один из них вдруг заметил меня и пристально вгляделся, в то время как я осматривала его. Узнала — это же Йен, который ко мне на день рождения приходил, а теперь встречается с Ханной!

Я помахала ему рукой, и он мгновенно оставил собеседника, подошёл ко мне. Одетый вновь во всё чёрное Йен выглядел впечатляюще. Я уже мысленно представила рядом с ним Ханну: и как же хорошо они смотрелись вместе!

— Эмбер, я тебя тут раньше не видел. С чего вдруг? — С удивлением он оглядел меня с головы до ног.

— Майкла хочу увидеть! — пришлось мне сказать громче, потому что гремящая музыка заглушала все звуки.

— Вот оно что, — рассмеялся Йен и предложил проводить меня к Майклу. Я шла мимо кучи подростков и более взрослых людей, которых видела в первый раз в жизни. То и дело на глаза попадались целующиеся парочки. Сердце остановилось, когда я увидела Майкла, в одиночестве сидящего на диване и с бутылкой в руке. На Майкле была темно-зелёная футболка, и я невольно вспомнила тот наш разговор у его дома, где я ему призналась, что девственница. Как же это было давно!

Майкл, видимо, пришёл в шок от моего появления — высоко поднял брови.

— Ты с какого хрена здесь? — рявкнул Майкл так злобно, что я силой не пошатнулась. В голове мигом всплыло воспоминание нашей с ним встречи дома у Хилтонов. Майкл сейчас сказал почти то же самое, что и тогда.

— Пришла к тебе. Помочь. — Я присела рядом с ним, ощутила некоторую неловкость, моя решимость всё-таки пошатнулась. — Тебе же нужен кто-нибудь…

Майкл так быстро повернул ко мне голову, что я вздрогнула.

— Ты серьёзно сейчас? Охренеть просто. — И выпил из горла.

Я пропустила грубости мимо ушей и окинула взглядом гостиную. И с чего Майкл так сильно на меня рассердился?

— Вот смотри, та блондинка, кажется, в тебе заинтересована. — Обратила внимание на одну девушку — её взгляд я подметила ещё тогда, когда вошла в гостиную вместе с Йеном. Майкл, в свою очередь, что-то читал на этикетке бутылки и как будто совершенно меня не слушал, однако плотно сжал губы и смотрел на предмет в руках, словно хотел со всей дури кинуть о стену.

— Отцепись, я просто хочу пить! — огрызнулся он.

— Почему ты настолько злой? — не понимала я. — Ладно, не нравится блондинка, вот там сидит шатенка…

Майкл продолжал сидеть каменным изваянием, совершенно не обращая на мою болтовню внимания. Между нами было меньше метра расстояние, и я физически ощущала, как сильно он напряжён. Майкл украдкой бросил взгляд на мои ноги, а затем моментально посмотрел в зал. Я одёрнула юбку, в очередной раз почувствовав себя неловко.

«Майкл принёс мат из подсобки и скинул его на пол, только потом посмотрел на меня, начав с ног.

— Да что?! — удивилась я, что он так долго пялился. — Ты мои ноги уже видел».

Внезапно подошедшие к нам мужчины сразу же вынудили Майкла разговаривать. Я поспешно оглядела их, при этом смущаясь от двух пар глаз, уставившихся на меня.

— Майкл, познакомишь нас? — Самый коренастый в компании улыбнулся.

— Нет. Мы уже уходим. — Майкл вскочил с дивана, грубо схватил меня за руку и резко дёрнул так, что я тихо вскрикнула. Теперь я ещё больше поняла, что Майкл почему-то задыхался от гнева. На меня?

— Вот как. Жаль. Думал, в бутылочку сыграем. Девушка, вы не против?

— Нет, нам пора, — быстро выпалил Майкл, не взглянув больше на меня. Ощутила, как ослабла его хватка на моей руке, затем он совсем немного погладил подушечками пальцев кожу, словно извиняясь за грубость. Я тотчас смягчилась.

— Майкл, чего ты так… — не понимала я его настойчивости и вспыльчивости.

— И правда, девушка-то не против. Майкл, ты опять, что ли, о девственнице печёшься? Скольких ты так уже защищал? А толк в этом? Они же сами хотят, — рассуждал парень совершенно спокойно. Интересно, Майкл всё-таки правда девственниц не трогал? Мне то же самое Джесси говорила.

— Костюм принца уже погладил? — сострил один из парней, чем вызвал хохот рядом стоящих, которых стало в два раза больше. Майкл, видимо, собирался ответить, как вдруг впился в кого-то взглядом. Майкл так сильно сжал моё запястье, что я чуть не вскрикнула во второй раз. На лице Майкла заиграли желваки, и спустя пару мгновений я поняла, на кого у него возникла такая реакция.

К нам подошёл, расслабленно делая затяжки сигаретой, крепко сбитый темноволосый парень лет двадцати. Взгляд у него был какой-то тяжёлый, на шее татуировка, продолжение которой уходило под синюю футболку вниз.

Он слишком быстро поприветствовал рядом стоящих, а затем остановился взглядом на Майкле.

— Майкл Уокер, — невыносимо уверенно выдал он, выдохнув дым прямо в него. — Давно не виделись. Как поживаешь?

Видела, что ничего доброжелательного этот незнакомец не имел в виду. Похоже, что они давние враги. Майкл продолжал сжимать моё запястье, и я понимала, что он сильно нервничал: у него участилось дыхание.

— Что за красивая девушка рядом с тобой? — с надменной ноткой продолжил наглый парень.

— Не твоё дело. Тебя из колледжа выперли, что ли? — Майкл явно был более эмоциональным в разговоре и тем самым проигрывал. — На фига ты здесь?

— Эх, Майкл. — Собеседник бросил снисходительный взгляд. — Чего ты так сразу? Просто решил вас проведать. — Он оглянулся на рядом стоящих парней, которые почему-то теперь молчали. — Соскучился. Давно мы с тобой не веселились.

По лицу Майкла поняла, что происходящее в прошлом для него было явно невесёлым. Вспомнила слова Джесси о прошлом Майкла. Что, если это тот самый парень, что издевался над ним? Сейчас Майкл безусловно был в не доминирующей позиции, даже удивительно, обычно-то по-другому.

— А Кэти как? — вдруг сдавленно спросил Майкл, а парень в ответ приподнял брови.

— Всё в порядке с ней. Всё ещё помнишь. — Он подмигнул, словно полностью удовлетворённый. — Слушай, не спеши. Посиди с нами вместе с твоей девушкой.

— Она не его девушка, — хохотнул кто-то в компании. — Она целка, которая ему не даёт.

— Как будто тебе кто-то даёт, ублюдок с импотенцией, — огрызнулся Майкл. Похоже, он вообще никак не был в состоянии оставаться хладнокровным. — Только и можешь, что прятаться за спиной, кишка тонка выйти со мной.

— У-у, как интересно, — вновь вмешался тот, что столь сильно доводил Майкла. — Как железную леди-то зовут? — на этот раз он обратился ко мне, а Майкл, видимо, решил всё закончить. Самоуверенный парень выдохнул мне едкий дым в лицо, и я закашлялась.

— Мы уходим, — отрезал Майкл. — И на этом всё.

Он вновь дёрнул меня за руку и повёл к выходу, игнорируя выкрики и смешки позади. Я с трудом соображала, что происходит, только осознавала, что Майкл вывел меня за дверь, перед этим быстро помог мне застегнуть пуховик, и на улице я смогла с облегчением вздохнуть. Мы прошли с Майклом пару метров вперёд от дома и остановились.

Майкл вытащил сигарету и зажигалку из кармана куртки, а затем закурил. Он встал так, чтобы ветер уносил дым в сторону, и я провела параллель с тем, как новый знакомый направил дым на меня. Казалось, словно до сих пор в лёгких оставался осевший яд.

— Майкл, — всё же отважилась я заговорить, не выдерживая убийственную тишину.

— Помолчи, Эмбер. — Он лишь слегка повернул ко мне лицо, не удостоив взглядом. — Почему так всё? Зачем пришла? Почему именно сегодня?

— Майкл. — Я подняла глаза к полностью чёрному небу. Меня одолевали слишком плохие чувства. — Кто это был?

— Какая разница? — Его губы искривила странная усмешка.

— Почему ты не разрешал мне остаться? — недоумевала я. Хотя интересовал меня немного другой вопрос: почему Майкл сделался таким злым, стоило лишь только заметить меня в помещении?

— Потому что понимаю, с какими мыслями они смотрели на тебя. — Наконец Майкл удостоил меня взглядом, нахмурившись. — Грязными, — пояснил он, когда я сдвинула брови, не догоняя.

— Как ты это понял? — Я развела руки в стороны. — Эдвард Каллен, который читает мысли?

— Эмбер, тут не надо быть чтецом мыслей, чтобы это понять, — в раздражении выпалил Майкл. — Я же говорил не ходить сюда, что ты такая упрямая…

— Как будто ты с такими мыслями никогда на меня не смотрел, — горько усмехнулась я, вспомнив его недавний взгляд на мои ноги.

— Не буду врать.

По выражению его глаз поняла, что была права в своей теории.

— Но, Эмбер, я же просил тебя не приходить! — вновь разозлился он, сделав долгую затяжку.

— «Целка, которая ему не даёт» — что это значит? Почему все об этом знают? Вы спорили на меня или что? — Мне было неприятно это всё произносить, но и другого способа узнать правду не видела.

— Спор? Что за бред? Нет, ничего такого. Если помнишь, ты сама на вечеринке заявила на весь Редхилл, что девственница. Вот и слухи пошли.

— Тот парень, что назвал меня Маргарет Тэтчер. — Увидела, как Майкл сморщил лоб, поэтому пояснила: — Ну, железной леди. Вот кто он? Ты так разозлился, когда его увидел…. Ты и без того был злой, конечно.

— Не слишком хороший мой знакомый, — коротко вздохнул он и больше ничего про него не сказал. — Ночью одна не ходи. Поняла хоть на этот раз? — чуть смягчился он.

— Майкл… Знаю, что выглядело это всё сегодня не очень, но я правда хотела тебе помочь. Вот так по-дурацки. Я же вижу, что ты мучаешься, страдаешь по Анабель… И секса тебе хочется… Вот я и… — от сказанных слов хотелось сквозь землю провалиться, но желала быть с ним откровенной сейчас, чтобы он не так яростно злился на меня.

— Пыталась подложить мне девушку. Браво, — съязвил Майкл, вновь не смотря на меня, и это немного ущемляло.

— Майкл, я ведь понимаю, что тебе нужен секс.

Да не упоминал он бы его столько, если бы ему это было неважно! Да и тогда пьяный он всё честно мне сказал, так что кого обманывать? Хотел давалку, стала искать ему такую.

— Придумала сама себе что-то обо мне. — Он потушил сигарету подошвой ботинка и всё-таки взглянул на меня, но совсем без эмоций. — Прекрати. Пойдём, провожу тебя домой.

Мы шли в тишине, снег весь почти растаял, но вчера опять выпал, и я пыталась разглядывать его под неровным светом фонарей, чтобы отвлечься от навязчивых мыслей. Мне было дико неловко из-за случившегося. Мы шли быстрым шагом, так что вскоре оказались на месте — не слишком далеко надо было идти.

— Майкл, я так не хочу, чтобы ты страдал. — Прижалась к нему, отчего Майкла даже вначале чуть повело назад. Мне нравилось, как от него пахло: его одеколоном, сигаретами, алкоголем и лесом. — Ты мне помогаешь. И поэтому я сотворила глупость сегодня — хотела тебе помочь. Я без опыта… и, по ходу, именно из-за этого совершаю так много ошибок. Но просто хотела сделать тебе лучше.

— Но почему-то делаешь только хуже. Ох, Эмбер. — Майкл обнял меня в ответ. — Тем не менее, спасибо за честность. Более яркого намёка нельзя было дать.

Я не понимала, о чём он, просто наслаждалась тем, как крепко обнимала его и не хотела отпускать. Майкл провёл рукой по моей спине, вызвав мурашки по коже, хотя я и одета в пуховик.

Майкл первый оторвался от меня, а я вовсе не хотела этого делать.

— Что ж, пока, Эмбер, — попрощался он со мной и ушёл.

Мне было холодно, и я понимала, что дело не столько в снеге. К слову, уже был почти конец марта, а минусовая температура почему-то всё ещё держалась. От злости я закусила губу и вернулась домой. Мама была у мистера Рейгана в очередной раз. Я каждый день боялась услышать новость об их помолвке. Мама обещала мне домашний арест, а в итоге сегодня сама же ушла к своему любовнику. Так сказать, упустила дочь. Хотя я всё же просидела неделю под домашним арестом, так что частично её пожелание выполнила.

Сразу же легла в постель и уснула, видимо, стресс помог быстрее выключиться. Но и проснулась я в пять утра непонятно зачем, до школы было ещё далеко.

Лора была слишком занята подготовкой к экзаменам, я решила её не тревожить в ближайшее время. Да и стыдно мне было.

«Тем не менее, спасибо за честность. Более яркого намёка нельзя было дать».

Что Майкл имел в виду? Какой намёк?

Вспомнила слова какого-то его приятеля, что я ему не давала. Вспомнила и признание Майкла мне тогда на вечеринке, после которого у меня случилась паническая атака. Вспомнила, как совсем недавно Майкл неуверенно вёл себя и как стеснялся при маме. Достала чистый листок бумаги и начала выписывать всё, что было в голове, чтобы как-то логически выстроить. В мозгу всё хранить — гиблое дело. Вспомнила, как Майкл подарил мне духи. Как старательно отмахивался от того, что он озабоченный. Зная, что я девственница, заверял в том, что секс ему не так уж важен.

Вывод напрашивался сам собой. Мне хотелось сказать самой себе, что я слишком романтизирую, что не так всё, что у Майкла совсем другое в голове.

Вспомнила слова Анабель: «Майкл на тебя дышать неправильно боится». Вспомнила и слова пьяного Майкла: «Эмбер, ты такая чистая. Мне кажется, я дотронусь до тебя и сломаю. И я не хочу тебя ломать, Эмбер».

Вспомнила слова Лоры: «Парень в отчаянии, ты два раза отшила его, ау! Согласился, бедный, на дружбу, лишь бы только вы общались. Почему, спрашиваешь? Может, потому что любит тебя и до смерти боится обидеть? Может, потому что, в отличие от твоего бывшего, он заботится о том, что ты чувствуешь?»

Вспомнила, как Майкл решил помочь мне справиться с депрессией. Да почему я заплакала-то?

Может, потому что дошло, что я повела себя как последняя идиотка?

Яркий намёк? Отправила парня прямым рейсом во френдзону, когда захотела найти ему девушку. Я схватилась за волосы.

Наверняка Майкл подумал, что я издевалась над ним.

«Эмбер, он с уважением относится к тебе».

«Эмбер, именно из-за твоего выбора я с уважением отношусь к тебе, хотя и кажется, что это не так из-за моих пошлых шуток».

Мне уже предстояло в школу собираться, а я вот рыдала навзрыд. Дело было не столь в том, что я как будто впервые (а это не так) дошла до того самого вывода о чувствах Майкла ко мне. Травма довела меня до бредовой ситуации. Любила Майкла, он меня, похоже, тоже. А вот такая дичь в итоге. Бедный Майкл. Зачем он со мной вообще связался?

Нельзя так долго его отталкивать, я вот уже поехала крышей. Скрепя сердце я всё-таки заставила себя собираться в школу. Настроения вообще не было. Надевая привычную выглаженную блузку, я не могла больше ни о чём думать, кроме как о наших отношениях с Майклом. И то, что случилось, подтолкнуло меня к единственному решению, что я так долго прятала в сердце.

Не буду я ему другом.

***

Майкл вновь прогулял часть уроков, но зато пришёл на историю. Преподавательница объяснила нам о начале большего проекта, который предстоит выполнить в парах. На пары можно было разбиться по желанию. Я бросила взгляд на Майкла, который осматривал кабинет. Вот начнём вместе проект и поговорим. Извинюсь перед ним за устроенный цирк и объяснюсь. По крайней мере, попытаюсь.

Только хотела встать и подойти к Майклу с предложением, как передо мной оказался Мэтт. Я попыталась улыбнуться, но было трудновато.

— Привет, Эмбер. Давай вместе проект сделаем? — дружелюбно предложил он, совершенно не замечая, как ставит меня в неловкое положение. Придётся отказывать.

Я только собралась это сделать, как вдруг заметила кое-что боковым зрением. Резко повернула голову в сторону. Майкл встал и подошёл к какой-то девушке за партой в среднем ряду.

У меня быстрее забилось сердце, дыхание участилось, и в лёгких сразу стало недостаточно кислорода. Их взаимные улыбки просто разожгли во мне огромную боль.

— Эмбер, ты куда смотришь? А, понял, — понимающе произнёс Мэтт. — Мирта вроде ему пишет.

— Что?! — Я обратила на него всё своё внимание. — Ты серьёзно?

— Ну да, слышал как-то её разговор с подружками. Эмбер, так что насчёт проекта?

— Как долго она ему пишет?! — Я с силой сжала челюсти, чудом сдерживая себя от срыва. Может, он с этой Миртой и спит, а я не знаю?!

Почему же невыносимо больно-то…

Бывший так и делал, кстати. Возможно, в этом они с Майклом похожи?

— Да, давай вместе делать, — выдавила я из себя еле-еле. Мэтт улыбнулся мне в ответ.

Повернула голову и словно увидела отражение своих чувств в лице Майкла. Чуть позднее я получила «приятную» новость.

Глава 37. Доверяя тебе

Я еле находила силы, чтобы смириться с тем, что Майкл теперь в проекте с какой-то девушкой, более того — они и раньше общались. Однако случилось кое-что ещё.

— Он просто… Я не могу в это поверить, — пролепетала девушка, переполненная восторгом. Рядом с ней толпились девчонки. Новость о том, что Майкл переспал с ней, уже разлетелась. Обожала нашу школу: все только и ждали сплетен. А Мирта и сама была не против поболтать о своём недавнем сексе.

Поначалу я, почему-то, не испытывала ревности, Майкл ведь хотел секса. А эта девушка — вроде как Лисица — вполне симпатичная, наверное, как раз то, что ему нужно было. И что плохого, правда ведь?

Анабель сгорала от гнева, тут к гадалке не ходи. Что-то мне подсказывало, что этой «счастливице» всё же достанется. Если Мирта и правда из группы поддержки.

На химии я встретилась взглядом с Майклом и поспешно отвернулась. В голове вспыхнули воспоминания о занятиях дома… А теперь что с нами будет? Как раньше продолжим общаться? В груди зудело желание поговорить с ним, и я даже не знала, о чём именно.

То, что я не испытывала ревности — то был самообман. Как же противно, что он был в какой-то чужой девушке, что он её любил — отвратительно до жути. Больно было, отчаяние пробирало. До дома ещё еле дошла в относительном душевном равновесии, закрыла за собой дверь в комнату и разрыдалась.

Вела себя как последняя идиотка — раз я сама хотела ему какую-нибудь девушку, то вот свершилось, а почему я себя так погано чувствовала?!

Почему вот зашла к этой мымре на страницу в социальной сети и захотела ей глаза выколоть?! Меня выжигало ощущение ревности. Критично рассматривала девушку и понимала, что она симпатичная с хорошеньким личиком и отличной фигурой. Понятно, чего он её выбрал.

Когда гнев немного отпустил, и я перестала с ненавистью смотреть на эту Мирту, то постаралась успокоить дыхание. Взяла листок бумаги, чтобы хоть как-то упорядочить мысли. Пора уже заводить блокнот на постоянной основе.

Почему я несчастна, ведь именно этого я и хотела? Его счастья хотела? В этом ли его счастье? Нужно ли вообще другому «типа счастье» навязывать?

А я-то чего хочу? «Счастья» Майкла?

Не такая уж я и благородная, потому что прежде всего желала для себя.

Мне страшно, но в то же время понимала, что нельзя так больше издеваться над собой. Я его любила, видеть его с другой — всегда было больно.

Я доверяла Майклу. Похоже, столько раз боялась сделать ему больно и по итогу всё-таки причиняла боль своим страхом и постоянным отталкиванием.

***

Я пришла к Майклу в гости вечером без разрешения, не решившись ему написать заранее. Он встретил меня угрюмо, в отличие от его мамы. Признаться, я растерялась поначалу. Сегодня у меня не было плана. Поняла уже, что мои задумки не всегда точно исполнялись. Импровизация — не так уж плохо.

— Что — ты теперь доволен? — начала я, но голос всё же отдавал нотками напряжённости. — Переспал с такой красавицей. Вы с ней ещё увидитесь? Продолжение будет? — старалась я говорить ровно. Как там он говорил: «любовь не эгоистична»? Я искренне старалась не быть собственницей и просто радоваться тому, что Майклу хорошо. Последняя попытка, так сказать.

— Секс как секс. Как всегда, хорошо, —звучал Майкл как-то вяло, меня это удивило. — А ты как к этому относишься? — вдруг оживился он и наклонился ко мне.

— Да я рада… — пробормотала я. Ага, отчаянная ревность под личиной радости за ближнего. — Ты ведь сильно этого хотел. Это твоя потребность же. — Я пожала плечами, а Майкл вдруг взорвался.

— Я устал от того, что ты думаешь обо мне как о животном!

С чего ему вдруг испытывать огромную злобу? Что я неправильного сказала? И разве я когда-нибудь называла его животным? С чего он взял?

— Но ведь это твоя потребность!

— Без секса живут, Эмбер! — сердился Майкл. — Это не вода и не еда, без которых умирают! — Он вскочил со стула. — Офигительно, Майкл у нас конченый парень с неконтролируемым сперматоксикозом, — плевался Майкл ядом, и я не понимала, почему он такой злой. — Кстати, как там проект с Мэттом? Всё хорошо? — тотчас зазвучал он спокойно, а я кивнула, не понимая, что происходит.

— Да… Майкл, что не так между нами? — совсем растерялась. Сама не знала, чего ожидала от Майкла. Признания в том, что у него с той девушкой всё хорошо и закрытия темы? — Почему ты кричишь?

— Что не так между нами?! С Мэттом у тебя всё хорошо?! Вот знаешь, что? Уходи. — Он махнул рукой и отвернулся от меня.

— Майкл… Ладно, пожалуй, мне стоит уйти. Ты расстроен чем-то. — Я встала, находясь в полном замешательстве. Сердце бешено билось в груди, мне уже было нехорошо, воздуха не хватало.

В какой раз я наблюдала вспышку его гнева?

— Уходи. И можешь больше не приходить. Не могу так больше. — Майкл сел обратно на стул и закрыл глаза.

Отлично, прямо, как в прошлый раз на Хэллоуине. Вот только сейчас я не могла оставить нас рассорившимися. По крайней мере, мне необходимо объясниться. Не желала вновь притворяться, что мы друг другу никто. Главное — зачем? Даже если после признания он меня оттолкнет (а такое вполне возможно и заслуженно), то я сделала всё, что в моих силах. И не буду себя грызть за то, что слишком мало постаралась.

— Не отталкивай меня, Майкл. Пожалуйста. — Ощущала острое желание разрыдаться. Я не переживу нашей ссоры снова. — Майкл, я хочу тебе открыться. — Я подошла к нему, а он всё не поднимал на меня взгляда. — Я действительно хочу твоей радости. Помнишь твои же слова про любовь, которая не эгоистична? — Я дотронулась до его плеч, а затем поднялась руками наверх, погладила его по щекам. — Майкл, я и правда желала быть чистой альтруисткой. И мне очень хорошо просто быть рядом с тобой. Но… — замялась я, всё ещё касаясь его щёк. — Ты ведь хотел секса, и она тебе его дала. Но… Господи, мне стало так больно потом… когда я домой вернулась… — Я всё-таки заплакала, а Майкл раскрыл глаза, видимо, ожидая продолжения фразы. — Мне больно стало, потому что ты её трогал. — Я задрожала от всхлипов и больше не смогла на него смотреть.

— Эмбер, этот секс ничего для меня не значит, — тихо проговорил он. Я даже не поняла, как оказалась у него на коленях. Ощутила, как он крепко обнял меня.

— Майкл, я так устала от всего этого… — Я плакала, прижимаясь к нему. — Не хочу тебя видеть ни с кем. Ещё когда ты был с Анабель… Я с ума сходила.

— А я как устал от этой псевдодружбы. Эмбер, за что ты так со мной? Я от злости переспал с ней, от чувства безысходности. Ты готова была любую под меня подложить, как будто не видела, чёрт побери, всё это время… Что я мучаюсь по тебе! Именно по тебе!

Я первая поцеловала его, жадно сминая губы. Он крепче обхватил мою талию, то и дело поглаживая спину. Я цеплялась за каждую секунду момента, осознавая, что слишком долго не касалась губ Майкла. Именно ощущение того, что я, наконец, дорвалась до желаемого, сносило крышу. Постоянно вздрагивала, испытывая наслаждение, раз за разом гладя затылок Майкла, притягивая ближе к себе и глубже целуя. Как же хотелось растянуть эти моменты. У меня даже сбилось дыхание, слишком рьяно накинулась на Майкла с домогательствами. Я первая оставила его губы, но только чтобы обхватить шею руками, а затем лечь головой на его плечо. Сердце постепенно возвращало свой привычный ритм, я расслаблялась.

— Знаю, что не могу дать тебе только секс, потому что мне страшно, — откровенничала я, когда мы сидели молча более минуты. — А тебе он нужен.

Майкл провёл рукой по моим волосам.

— Эмбер… я не уверен в нас, поэтому не буду давить с сексом. Да и нафиг этот секс. — Майкл поцеловал меня за ухом, а я вздрогнула совсем не от удовольствия.

Неужели он это сказал? Не уверен в нас? Я не ослышалась? Нет, только не это… Неужели я опять на те же грабли…

— Эмбер, я так счастлив. Просто целовать тебя хочу. —Он чмокнул меня в щёку и спустился на шею. Я крепче обхватила его плечи, забываясь. Майкл целовал меня, вызывая стоны с моей стороны, и мне было слишком приятно, чтобы я думала о чём-то плохом.

***

Рассказала всё произошедшее Лоре, конечно, без интимных подробностей. Но слова Майкла меня жутко беспокоили, вызывая ненужные триггеры. Сколько мне ещё лечиться? Сколько раз жизнь будет подкидывать что-то похожее?

— Теперь понятно, чего он тогда про женитьбу не ответил… Это ответственность. А он не готов её брать, — сухо подытожила она, после долгой паузы. Видимо, не горела желанием меня расстраивать.

— То есть сказанное им равносильно тому, что он ещё гулять хочет, — горько произнесла я то, что и сама знала, без подтверждения.

— К сожалению, да.

Я раздавлена. Мне ещё не было так сладко и горько одновременно. А то я уж напридумывала сладких сказок про крепкую безмерную любовь, но жизнь в очередной раз показала мне, что надо быть реалистичнее.

— Что, Лора, как персональный адвокат Майкла, будешь его оправдывать? — произнесла я с кислой миной.

— Он молод, что ещё сказать… Эмбер, ты для него особенная. Вот что точно. Ты же видишь, он не собирается с тобой спать. Майкл дорожит тобой. И он честен.

— Большой ему за это поклон! — съязвила я, держась за лоб. — Ты же понимаешь, что всё, назад пути нет. Мы устали держаться на расстоянии. Всё. Будь, что будет. Не могу больше без него.

— Эх, Эмбер. Как же у вас сложно всё… — со вздохом добавила подруга. У неё-то всё было стандартно: понравились друг другу, начали встречаться. А у меня не пойми что…

— Не то слово.

— Так и сказала, что без секса готов? Ну герой. Зачем ему это? Похоже, он сильно тебя любит, Эмбер.

Ощущала себя совсем потерянной. Без секса Майкл готов — да какой герой! А мы оба-то выдержим? Вот вопрос более насущный. Учитывая то, как нас к друг другу тянуло и что происходило, когда мы всё-таки не слишком себя контролировали, вывод я могла для себя сделать не самый утешительный.

Наверняка я для Майкла одна из многих, просто девушка, а он для меня — совсем нет. И как представляла всё плохое, что могло произойти в будущем: так дрожь по коже.

Я молчала, в груди жгло, не могла всё до конца осознать. Мы с Лорой попрощались, а я с тоской взглянула на свой смартфон — вот бы Майкл мне написал, что у нас всё будет просто замечательно. Но тишина.

***

Репетиции театра стали чаще, потому что приближалось выступление. Майкл ничего мне не написал и не смотрел на меня, я тоже не проявляла внимания. Мы уже пропустили одно наше занятие, просто я не пришла, и Майкл никак не отреагировал. Видела, что Майкл общался с той Миртой, и в то же время ощущала, как будто давлюсь углём. Активно занималась в проекте с Мэттом: то он ко мне домой приходил, то я к нему. Но ничего такого. Разумеется, он парень интересный, спортсмен. Я никак не могла переключиться на кого-то другого. Думала о Майкле — как он в проекте с Миртой? Что — она к нему вот так приходила, и они вместе занимались? Чем? Он ещё с ней спал? У него с ней отношения, как с Анабель?

А между нами-то что? Он сказал, что «устал от превдодружбы» и переспал с Миртой от злобы. Но что-то они довольно-таки мило друг другу улыбались. Он мне соврал? Почему он вообще не делал больше движений? Единственное, что меня порадовало, как Анабель сорвалась на Мирте во время репетиции танца. Невероятно приятные для меня слухи!

Как же мне страшно. Теперь я боялась, что Майкл разобьёт мне сердце, хотя это я отшивала его два раза, и он вправе на меня обижаться. Лора лишь порекомендовала переступить через свой страх и поговорить с ним ещё раз, без эмоций, спокойно.

Спустя время всё-таки решилась на это и снова пришла без приглашения к Уокерам домой. Его мама была счастлива меня видеть, расспрашивала, как дела в школе и почему я не пришла во вторник. Майкл сидел в комнате в наушниках и удивился, увидев меня. Дежавю какое-то.

— Эмбер? Ты не говорила, что придёшь. Садись, — говорил он сухо, поставил мне стул, который теперь каждый раз дожидался меня у шкафа.

Как же неловко было… Я открыла учебник по химии, и мы разобрали одну тему. Майкл казался закрытым, незаинтересованным, и мне вдруг плакать захотелось. Что это за вечная нервотрёпка?

Я старалась привести себя в порядок. Когда чуть успокоила дыхание, то решилась.

— Майкл… Почему ты так? — спросила я, не поднимая взора на него.

— Как проект с Мэттом? — в тот же момент спросил Майкл, видимо, сгустившая тишина навела и его на мысли.

— Да нормально. Почти закончили. Не такой проект уж большой, как запугивали… — замялась я, всё ещё чувствуя огромную неловкость. — У тебя как с Миртой?

— Хорошо. Делаем. — Он почесал в затылке и отвёл взгляд.

— Ты с ней спишь? — выпалила я и зачем только это сделала, сразу же лавиной стыда накрыло. Ревнивая дура. Майкл даже не твой, а ты такое ему…

Майкл повернулся ко мне, нахмуренный.

— А тебя это колышет? Я уж думал, ты вся в «проекте» с Мэттом.

Меня поразило, насколько его тон был пропитан язвительностью.

— Да какой Мэтт! — сорвалась я с места. — Майкл, я не понимаю. Мы же в прошлый раз… Поговорили, нет?

— И? Эмбер, чего ты ждёшь от меня? — с неудовольствием в голосе произнёс Майкл и сдвинул брови.

— Да что ж такое… Майкл, как же это всё сложно! — Я дошла до его кровати и повернулась к Майклу. Не хотелось над ним возвышаться. — Знаешь, Майкл, ты наверняка на меня ещё обижаешься. Думаешь, я стерва какая-то, да? Отшивала тебя без причины. Но дело не в тебе. И никогда в тебе не было дело. Прозвучит глупо, да, но дело во мне, — произнесла я и на себя позлилась, что так шаблонно прозвучало.

— Не надо, Эмбер. Пожалуйста. — Он схватился за голову. — Давай не будем снова об этом.

— А что нам делать, Майкл? Опять притворяться, что ничего не было?! Я не могу так. Ты мне нравишься, Майкл. Я не хочу быть только твоим другом. Мне больно видеть тебя с другой. Мне страшно, что ты мне ответишь сейчас. — Я закрыла лицо руками. Неужели я всё-таки сказала это?!

Он молчал, и это было хуже всего. Тишина меня убивала с каждым вздохом.

— Майкл, да ответь ты мне!

— Хотела мне девушку подсунуть. Вела себя не пойми как. Отказала мне. — Майкл встал со своего места и подошёл ко мне. — Что-то сломано в тебе, Эмбер. Отсюда и депрессия. И ты не говоришь, что именно. Из-за чего ты сегодня разозлилась?

— Я думала… — Мой голос оборвался, говорить стало тяжело. — Что мы теперь вместе. Майкл…

— Эмбер, а я просто не знаю, как нам дальше. Вот и всё. — Он взял меня за руки и сжал.

— Майкл, тебе меня совсем целовать не хочется?

— Что? — Он насупил брови и наклонился вперёд.

— Те разы, что мы целовались… Я первая была. — Мне было так неловко всё это произносить, в то же время возможность выразить накопившиеся переживания облегчала состояние.

— Эмбер, — рассмеялся Майкл, прожигая взглядом. — Ты такая глупышка. Мэтт-то лучше целуется?

Я была сражена резкой сменой ракурса разговора.

— Да не целовались мы! — Мне захотелось потрясти Майкла за плечи, чтобы больше не сморозил глупости.

Однако злость отступила, как только Майкл провёл по моей щеке и наклонился ближе к губам. Мечта многих месяцев сбылась — Майкл поцеловал меня первым. Совершенно робко в начале, а затем властно и с напором.

Мне с трудом удалось восстановить дыхание в последующие минуты. Я слишком эмоционально возбудилась от нашей перепалки, а потом и от осознания, что Майкл всё-таки первый меня поцеловал!

— Что ж, пойдём доделывать химию. — Он подмигнул мне. Сейчас бы домашним заданием заниматься… хотя остыть не помешало бы.

Майкл взял мою руку в свою и отпускал, только когда приходилось что-то записывать. Я почувствовала долго длящееся счастье. Какая прекрасная эйфория.

Глава 38. Сомневаясь в нас

Утром я проснулась невероятно довольная. Потому что мы с Майклом так и сидели, держась за руки. Потому что он проводил меня до дома и поцеловал в щёку. Потому что впервые за долгое время почувствовала спокойствие. А ещё он прислал мне «доброе утро»! Я чуть не до потолка прыгала от счастья. Неужели?!

Я буду с Майклом? Счастливой? Да ладно!

Сердце билось в груди, как ненормальное, я пребывала в приподнятом настроении, и ничто не могло меня расстроить.

Удивительно для меня было то, что Майкл вдруг стал робким. Я бы никогда не подумала про него, что он настолько мог трепетно относиться.

В школе оказалось слишком сложно хранить в тайне состояние экзальтации, и очень скоро меня вычислила Джесси. Я попросила её никому не говорить, но понятное дело — просить о таком Джесси, всё равно что разболтать каждому в школе. Но пока о нас с Майклом не говорили, и то хорошо. Вернее, сплетни пока устаревшие.

Меня просто переполняла радость, и в контрасте с депрессией это ощущалось даже немного дико. Настроение качалось как маятник: и теперь я чувствовала постоянное счастье. Неизвестно только, насколько долго.

Не могла усидеть на месте, хотелось просто перемотать дни, чтобы наконец настал четверг, и мы с Майклом увиделись. Но сейчас всего лишь среда… Сутки, а мне было тяжело без Майкла каждую минуту. Странно, что вроде невыносимо по ощущениям, но вкупе с радостным ожиданием. Мама, к счастью, амнистировала меня от «домашнего ареста» уже давно, удалось помириться, я как раз пребывала в хорошем настроении.

Тем временем нужно было доделывать проект с Мэттом, и он пришёл ко мне домой, чтобы мы добили, наконец, несчастные задания. А я всё думала о том, что там Майкл мог делать с этой Миртой.

— Эмбер, ты в облаках витаешь, что ли? — Он усмехнулся и щёлкнул пальцами у меня перед носом. Я вздрогнула и внимательнее взглянула на Мэтта. Мы допечатывали небольшую статью по историческому периоду.

— Всё нормально. Задумалась просто, — отмахнулась я, стараясь вникнуть в предмет. С треском проваливалась каждый раз, в голову всё лезли мысли о том, что там сейчас Майкл делал.

— Хорошо… Эмбер, погулять не хочешь? — Мэтт подпёр рукой голову и окинул взглядом. Меня словно окатили ледяной водой. Этого ещё не хватало… — Вместе с Карлом и Джесси, — поспешно добавил он, увидев выражение моего лица. — Карл предложил.

— Эм… — Я правда не знала, что отвечать. Это как свидание? Или нет?

— Ничего такого, Эмбер, — рассмеялся он, словно читая мысли. — Поболтаем. Чего ты так напряглась? Или тебе парень запрещает?

Вот тот самый момент: Мэтт интересовался, в отношениях ли я.

Захотелось прикусить губу от воспоминаний, причём от нескольких. В голове сразу возникли знакомые образы: бывший едко заметил, что я ему никто и никогда его девушкой не была (придумала себе что-то); а ещё, как Майкл сказал, что не уверен в нас.

Я опять себе всё придумала? Не было у меня никаких отношений?

— А давай, — коротко вздохнула я, тотчас погрустнев.

— Майкл против не будет?

Я вспыхнула.

— С чего вдруг Майклу быть против? — Прищурила взгляд.

— Мало ли. Вдруг вы вместе. — Он пожал плечами. — Тогда сегодня часов в семь придёшь в кафе?

Я кивнула, испытывая не самые радужные чувства. Было ощущение чего-то неправильного. Мама была рада, что я решила пойти гулять, раньше с работы вернулась и помогла мне выбрать наряд — розовую меховую кофту и чёрные джинсы. Мэтт зашёл за мной, и мы вместе пошли в кафе, где уже ждали Джесси и Карл. Джесси до этого постоянно о чём-то переживала (мы часто с ней болтали по телефону), задавалась вопросом, как им переспать в первый раз, подходящий момент искала. Мне это слушать было неинтересно.

Теперь она вот с Карлом свой проект обсуждала. Мы с Мэттом присели за знакомый красный столик. Заказали коктейли и начали говорить о всякой ерунде. Я с тоской ждала свой заказ. Вспомнила, как мы сидели тут с Джесси, Гейбом и Карлом… Было время. Тогда я ещё совсем не знала Майкла, слушала разговоры о нём, строила теории. Знала ли я его теперь? Скорее всего, да. Однако легче ли от этого?

Заметила Йена, что зашёл в кафе вместе с Ханной. Она сразу же помахала мне рукой. Хорошо, что мы с Ханной объяснились, а то на мне эта тема висела удушающим грузом. Ханна, покачивая бёдрами, подошла к нашему столику. Мы поприветствовали её, и я увидела вошедшего в кафе Громилу. Ещё один член банды. Это не к добру. Ханна проследила за моим взглядом.

— Вечером среды они зависают здесь, — пояснила она, склонив голову. — Ты не знала?

— Интересное выбрали время для встречи, — с долей яда в голосе произнесла я и скрестила руки на груди. Взглянула на рядом сидящего Мэтта, который как бы невзначай поглядывал в окно. Понятно, Мэтт, чего ты меня позвал. Выпендриваться перед парнями? «Целка», которую Майкл не мог получить, теперь с Мэттом?

Должна была сконцентрировать своё внимание на болтовне с Ханной и ребятами, а в итоге только и делала, что поглядывала на вход. Всё больше парней в чёрных куртках подтягивались, и я пыталась вспомнить, где их видела. Фрэнка сразу узнала, такого мужчину сложно забыть. Ханна вскоре вернулась к Йену. Какие же они классные всё-таки. Две крутые личности, которые нашли друг друга. Про Йена я совсем мало знала, про Ханну тоже немного, но их тандем выглядел впечатляющим. Жаль всё-таки, что с Ханной я мало общалась.

Наблюдала за тем, как парни заказывали себе еду: гамбургеры, пиццы, буритто. Хотелось посмеяться: это всё так мило выглядело. Впрочем, а чего я ожидала? Членов банды только лишь в подпольном казино с дорогим баром? Ага, конечно. Размечталась.

Желание увидеть Майкла зудело под кожей. Когда он наконец зашёл в кафе, у меня остановилось сердце. Взглянув в его изумрудные глаза, я поняла одну вещь: прощай, здравомыслие.

Майкл приподнял брови, как только увидел меня, а затем его взгляд скользнул по моей компании. Майкл поджал губы и присоединился к парням. Сел лицом ко мне, так что я могла встречаться с ним взглядом. Боялась, что за последние пять минут я только и делала, что смотрела на него. Было сложно этого не делать.

Мэтт что-то бурчал рядом, Карл и Джесси тоже. Как бы объяснить вам, ребята… У меня сейчас было ограниченное восприятие. Майкл вон там сидел, за пару столиков от меня, с другими парнями, там ещё пара девушек, кто-то…. Так, стоп. Нет, я не видела этого.

Какая-то звонко смеющаяся блондинка осталась без свободного места и села к Майклу на колени. Я ощутила острую боль в груди, и на глаза навернулись слёзы. Если бы не триггерная ситуация, наверное, я бы мягче это восприняла. Наверное… Я прижала пальцы к носу, притворяясь, будто у меня устали глаза. Мой жест не остался незамеченным от ребят.

— Эмбер, что с тобой? — ласково спросила Джесси. А у меня в это время как приговор звучали в голове услышанные слова на повторе. Как же хотелось, чтобы мне это почудилось. Я не обладала острым слухом, но это услышала:

— Осторожнее, а то возбужусь, — рассмеялся Майкл.

— Я не против. — Блондинка удобнее устроилась на нём.

Я сжала челюсти и не могла успокоиться. Где же там моё напускное спокойствие?!

— Знаешь, Джесси, устала я что-то от театра. Вот прям до слёз, — произнесла я, и правда плача. — Мистер Филлипс месяц на больничном, а нам опять все эти сцены отрабатывать. Сколько можно оттягивать выступление? Сам же сколько раз репетиции отменял… С сентября репетируем, уже март. Осточертело. Я ещё и главную роль играю, — причитала я. Да, тема театра нагоняла на меня тоску. Выступала-то я с Майклом. Однако боль мне принесло другое. Бывший очень часто провоцировал меня на ревность, но я никогда не выказывала своих чувств, боясь показаться слабой. Неужели проекция оказалась правдивой? Майкл сейчас ведь специально вызвал у меня ревность. Сколько можно-то? Мой мозг только выпутался из сравнений, и вот опять.

Я ещё и зарыдала — вишенка на торте к происходящему. Замечательно! Самообладание всё испарилось.

— Эмбер, бедная, ну что ты… Совсем немного осталось потерпеть, — сочувствующе сказала Джесси. Мэтт провёл рукой по моей спине, от чего мне было не слишком приятно. Карл начал приободрять.

Я продолжала смотреть в стол и шмыгнула носом.

— Что случилось? — услышала я знакомый голос совсем рядом. Желала его слышать явно не здесь…

— Эмбер устала от репетиций театра, — тотчас ответила Джесси. — И её можно понять.

— Из-за театра так расстроилась? — недоверчиво переспросил Майкл. Не видела его лица, да и не хотелось. Пускай порадуется, что смог меня столь сильно задеть. — Что ж, от театра и я устал. Присяду с вами. — Он без церемоний расположился рядом со мной и заставил нас подвинуться. Сидение было не слишком большое. Пришлось находиться вплотную. — Вы продолжайте, на чём остановились.

Карл выглядел недовольным. Насколько я знала, он Майклу не рад.

— Зато у Эмбер так хорошо получается роль отыгрывать, — продолжила Джесси. — Мне вот очень нравится. Анабель плохо смотрелась в роли Офелии, ну, а Эмбер-то…

Я подпёрла голову рукой, и почему-то опять слёзы потекли. Мне было до смерти стыдно, что я при всех плакала, но не могла ничего с собой поделать. Может, стоило пить больше успокоительного?

— Да, Эмбер отлично играет, — поддержал Мэтт.

Я почувствовала прикосновение к левой руке, которая лежала на коленке. Меня пробрала дрожь, потому что знала, кто дотронулся. Майкл начал гладить мою руку.

По-хорошему, мне стоило его оттолкнуть и прилюдно отругать, но сил не было на это.

— Эмбер, ну ты чего, — произнёс он мне на ухо. Убрал прядку за ухо, едва касаясь. — Всё хорошо.

Все застыли, словно ожидая продолжение шоу. Могла представить, что люди думали. И я могла сейчас красиво унизить Майкла, подставить перед всеми друзьями, ещё раз доказать, что та самая целка ему не давала и не даст. Но я не буду. Просто потому что помнила всё добро, что он для меня сделал.

А ещё потому что — странно, но факт — после слов Майкла я успокоилась. Осторожно провела пальцами правой рукой по щеке, в то время как Майкл всё ещё сжимал мою левую руку, поглаживая пальцами.

— Спасибо, Майкл, и правда всё хорошо.— Я посмотрела в окно, где царила темнота. Майкл ослабил хватку, и тогда я переплела пальцы с его. Знала, что Мэтт всё это видел, и мне было наплевать. Да и всё равно, что Карл с Джесси подумают.

Майкл вскоре ушёл к назад к парням, а мы с ребятами разошлись. Я ощущала потерянность.

Эйфория на некоторое время покинула меня. На следующий день в школе я прятала глаза от Майкла, не собираясь к нему приходить делать уроки. Я правда не понимала, что между нами происходит. Мы ведь поговорили с ним? Всё решили? Или нет?

Ощущала себя в большом тупике, из которого не выбраться. Нужен был здравый взгляд со стороны, Лору не желала в лишний раз тревожить с той же самой проблемой. После школы я пришла и бросила рюкзак в коридоре, валясь с ног. Заварила себе тёплый чай, присела за стол и подула на горячую воду.

Ясность, где же она? Какая-нибудь определённость?

То и дело следила за Миртой и её подругами сегодня. Услышала краем уха, что они с Майклом доделали проект, эта новость меня обрадовала. Я тоже сказала Мэтту, что хватит нам корпеть над одним и тем же.

В дверь вдруг кто-то постучал, и я резко вскинула голову. Мама? Нет, сейчас три часа, слишком рано. Если не она, то кто? Я, не торопясь, встала со стула и подошла к входу, открыла дверь и застыла. Майкл в чёрной куртке стоял и прожигал меня взглядом, на улице валил снег, веяло холодом.

— Ты за мной, что ли, после занятий шёл? — разозлилась я.

— Ага. — Он прищурил взгляд. — Сейчас ты замёрзнешь. — Майкл кивнул на мою одежду. Я ещё не успела переодеться и стояла в школьной блузке и юбке.

Я отошла и впустила его, вообще не понимая, что происходит.

— И зачем ты пришёл?

— Учиться. Видишь? — Он поднял рюкзак и продемонстрировал мне его, покручивая.

— Обычно я к тебе прихожу, — еле слышно произнесла я, вернувшись к своему чаю на кухне.

— Кажется, у тебя не то настроение, да?

— А ты совсем страх потерял. Откуда знал, что моей мамы дома нет? — хмыкнула я, подув на чай.

— Забыла, что ли, в какой я банде состою? Узнать, когда домой человек обычно возвращается, не так уж сложно. — Майкл сел рядом со мной за стол. — Эмбер, математику сделаем?

Я чуть не подавилась чаем, когда услышала тон его голоса. Подняла на Майкла взгляд.

— Ты выглядишь как кот, который нагадил не в лоток, — не удержалась я от язвительного комментария, когда заметила выражение его лица. Неужели ему за что-то стыдно?!

— А ты выглядишь, как будто тебя кто-то держал взаперти, не давал есть и спать.

Я чудом удержала себя от того, чтобы закатить глаза. Допила чай и поставила чашку в посудомойку. Внезапно вспомнила, какой бардак у меня в комнате. Вот же засада…

— Что-то не так? — словно прочитал Майкл мои мысли, пока мы поднимались по лестнице наверх.

— Нормально. Просто ты не вовремя. Нельзя так без приглашения приходить, — в раздражении выпалила я и схватилась за ручку двери. Почему мозг так плохо работал, надо просто было с Майклом заниматься на кухне, там как раз большой стол!

— Да что ты говоришь, — едко ответил он и зашёл вслед за мной. — И это ты мне про уборку что-то заливала?!

Я огляделась: кровать не заправлена, на рабочем столе бардак, ещё и пустые упаковки от таблеток валялись. Разбросанная одежда, открытый шкаф с хаосом внутри. Да, не пример для подражания.

— У тебя хуже было! И вообще, у меня просто тяжёлый период, — отмахнулась я и пошла за стулом для Майкла. Нет, зачем себя было так подставлять? Вообще плохо соображала.

Вернувшись в комнату, застала Майкла за тем, что он читал инструкции к разбросанным таблеткам. Я так и встала вместе со стулом в руках.

— Просто тяжёлый период? — переспросил он, указав рукой на пустые блистерные упаковки. — Хотя бы не антидепрессанты.

Я молча поставила стул рядом со столом.

— Садись учиться, — теперь мой голос был похож на сталь, но всё чисто маскировка, лишь бы скрыть стыд. Майкл совершенно бесшумно сел рядом со мной и достал из рюкзака нужные предметы. Я подпирала голову рукой, совсем не настроенная на учёбу. Мне хотелось исчезнуть.

Открыла учебник и попыталась переключиться полностью на домашнее задание, но ни тут-то было. У Майкла оказались другие планы.

— Эмбер, — шепнул он совсем рядом с моим ухом. — Ты обижаешься на меня?

Я почувствовала, как Майкл дотронулся до моей руки и придвинул свой стул ближе.

— Да. А ты на меня? — пробормотала я, смотря в стену. То, что Майкл дышал мне в ухо, заставило воспрянуть.

— Да.

Приехали. И как докатились до такого?

— Не могу видеть, как ты грустишь. — Он поцеловал меня в мочку уха, а я вздрогнула от такого.

— Если объяснишь, что между нами, то буду признательна. — Я отодвинулась от него. — Не знаю, почему ты на меня обижаешься. Да, я тебя отвергла, но уже сказала, что дело во мне. Так получилось. Я просто с тараканами в голове. Ты сам это видишь. — Я указала на таблетки, как иллюстрацию к своим словам.

— Я хочу познакомиться с твоими тараканами. — Он вновь придвинул ко мне стул и переплёл свои пальцы с моими. — Как их зовут?

Я прыснула.

— Ты не мой психотерапевт.

— А у тебя есть психотерапевт?

Я повернулась к Майклу в раздражении. В раздражении от того, как я хотела, чтобы он меня ещё тронул.

— Майкл, мы вроде как два раза уже говорили с тобой… Я просто не понимаю, что происходит, — решила я ничего не таить.

— А что ты хочешь услышать? — Он убрал прядку мне за ухо и погладил по волосам. Страшнее всего сказать, чего я желала.

— А что может хотеть девушка, когда признаётся в таком? По крайней мере — признания в ответ, — спародировала я Майкла во время той вечеринки, на что он рассмеялся. Провёл пальцами по моей руке наверх.

И я понимала, как тяжело мне признаваться в чувствах. Похоже, ему тоже. Ходили, как два идиота, кругами вокруг друг друга.

— Вчера Мэтт спрашивал, есть ли у меня парень, который бы запретил мне гулять с ним, — издалека начала я. Майкл, до этого любовно оглядывая мои руки, вдруг резко поднял на меня глаза.

— И что ты ответила?

Во рту пересохло.

— Сказала, что нет.

— Да что ты говоришь! — в сердцах воскликнул он, крепче взял за руки и потянул на себя; закинул мои руки себе на плечи. Я уткнулась ему в шею, мне так нравилось вдыхать тот самый цитрусовый запах. — Знаешь, Эмбер, никаких больше Мэттов, никаких Карлов…

— Карл с Джесси! — Я оторвалась от него, на что Майкл прижал к себе.

— Однако смотрит он на тебя.

— Угу… — Я не поверила ему и вновь отодвинулась. — Тогда никаких Анабель, Мирт и тупых блондинок!

Майкл притянул меня к себе, так что я оказалась у него на коленях. Я почувствовала прикосновение его пальцев на своей спине, он приподнял мою блузку, и вздрогнула.

— Хорошо, Эмбер. Никаких тупых блондинок, — приговаривал Майкл, рисуя круги на моей спине.

Сердце пропускало удары не только из-за прикосновений Майкла, сколько от осознания:

— Ты меня тискаешь! — вдруг расхохоталась я как ненормальная и подняла голову к потолку. Сколько я об этом мечтала? Пальцев-то на руках хватит, чтобы месяцы сочетать? В своих тайных желаниях Майклу признаваться не стоило.

— Ты слишком долго мне не давалась. — Он выдохнул мне в губы и первый поцеловал. Я ощутила себя словно в раю, гормоны счастья сразу же появились просто из ниоткуда. Скрепила пальцы в замок на затылке Майкла, тем самым прижимая его ближе к себе. Всё тело в мурашках, и низ живота потянуло. Майкл продолжал гладить мою спину и вдруг пальцами скользнул наверх, между лопатками. Он оторвался от моих губ и перешёл на шею, дотронувшись языком, а затем подув. Я силой сдержала стон. Но больше такой героиней не смогла быть. Майкл слабо прикасался губами к моей шее, а пальцами с нажимом стал проводить между лопаток. Мне было неловко за свою реакцию, когда я прижалась к его шее и тихо застонала. Прикрыла глаза, наслаждаясь ощущениями. Было что-то похожее на то, что я почувствовала тогда на Хэллоуине. Но теперь почему-то намного сильнее. Майкл продолжал гладить меня всё в том же месте, и я больше не могла себя контролировать. Простонала его имя и прилегла головой на плечо. Бёдра стали такими тяжёлыми. По телу прошла дрожь. Внизу живота было почему-то… больно? — Ты мне скажи, Эмбер. — Он поцеловал меня в ухо, продолжая ласкать спину. — У тебя только секса не было?

Я не сразу поняла его вопрос, продолжая тяжело дышать и тихо постанывать. Затем подняла на него затуманенный взгляд.

— Целовалась. Пару раз.

— И всё? — Он прекратил меня гладить.

— Обнималась. — Я пожала плечами. Майкл хмыкнул и чуть отодвинулся от меня. — Что не так? — напугалась я.

— Эмбер… Ты, это, останавливай меня. — Он посмотрел он в пол. — Ты чувствительная, Эмбер. Как нам теперь быть? — Майкл прижался ко мне, на этот раз не гладя. — Я не выдержу долго, Эмбер. Ты теперь ответственная.

— Чего?! — расхохоталась я. — За что ответственная?

— За свою девственность.

Хлопнула его рукой по плечу со всей дури.

— Ты идиот, не? Ладно, извини, — сразу же раскаялась я в своей вспышке раздражительности.

— Я серьёзно. Торопиться не надо. Так что ты, как неискушённая, контролируй ситуацию. — Майкл вдруг нахмурился и встал со стула, перед этим отодвинув меня от себя. Я скрестила руки на груди.

— Может, я не хочу тебя останавливать? — искренне поделилась я. — Мне нравится.

— Ещё бы прикосновения к эрогенной зоне тебе не нравились. — Он погладил переносицу. — Эмбер, мне очень тяжело рядом с тобой. В этом плане. Я буду стараться, конечно… Но давай ты отталкивай лучше. Ты же в этом профи.

Я усмехнулась, испытав угрызение совести, захотелось отвести взгляд.

— Хорошо. Майкл, всё равно тебе лучше знать, что я ещё не совсем готова к сексу. Морально, — призналась я с тяжёлым вздохом.

— Я вижу. — Майкл вернулся на свой стул и взял меня за руки. — И не надо говорить о сексе в начале отношений.

У-у, «отношений». Внутри себя ликовала, однако Майклу старалась не показывать бурную радость.

— Но однажды у нас будет. — Я придвинулась к нему ближе.

Майкл провёл по моей губе указательным пальцем.

— Я ещё ни одну не хотел, как тебя.

Оказавшись совсем близко к нему, я ощутила, что он возбуждён. Мне стало неловко, и Майкл это заметил.

— Не думай об этом.

— Тебе больно? — Я начала перебирать его волосы. Разумеется, ему больно, кровь-то прилила. Вспомнила, как мы втроём с Анабель смотрели фильм у неё дома. И последствия.

«Прости

Мне срочно нужна была разрядка

Пока сидел рядом с тобой, у меня чуть крышу не снесло полностью».

«Спустя время стала анализировать его смс. То есть он возбудился от меня, пришлось переспать с Анабель, чтобы не мучиться от облома. В моём случае подобного решения «проблемы» не находилось.

Выдержка у него хорошая. Опыт. Он меня даже не тронул, если не вспоминать про ухо».

— А тебе? — Майкл склонил голову и пристально взглянул на меня. Нахлынувшая волна возбуждения резко отступила, и теперь я ощущала дискомфорт.

— Нет, — соврала я. — Я же девственница без опыта, — рассмеялась, но невесело. — Это ты у нас поживший с девушками жеребец! Только о перепихоне и думаешь!

Майкл вяло улыбнулся.

— Не хочу с тобой, как с Анабель. Давай пробовать. — Он очертил пальцами мой подбородок. — Никогда не знаешь, что выйдет.

— Главное, чтобы не незапланированная беременность… — пробурчала я.

— И правда! — бурно отреагировал Майкл. Что, больная тема?

Как же я радовалась, что мы всё-таки объяснились друг с другом, пускай в своей манере. Теперь можно со спокойствием выдохнуть. И… наслаждаться.

Глава 39. Готовя для тебя

Не могла поверить, что согласилась на это: прогулять уроки. Я не то что бы была отличницей в Балтиморе, скорее, примерной ученицей. Не прогуливать занятия — обязанность хорошей девочки. Как бы мама на такое отреагировала?

Майкл предложил мне пропустить уроки спустя час, как ушёл от меня. Он успел покинуть меня за пять минут, как вернулась мама. Я почему-то чувствовала себя героиней романа, которой почти пришлось прятать любовника в шкафу. Безумно скучала по Майклу даже больше, чем прежде.

Сейчас, когда я утром с рюкзаком подходила к лесу, сердце билось, как ненормальное. Майкл ждал меня, возле своего мотоцикла. Вздрогнула, когда увидела его задумчивого. Мне слишком сильно захотелось его поцеловать. Майкл вскинул голову и моментально улыбнулся мне.

— Это безрассудно, — заявила я, когда подошла к нему. Он обнял меня. Мне было жутко неловко после вчерашнего, поэтому поспешно отстранилась. Кожа на спине словно продолжала гореть. А ещё более стыдно было за другое: ночью перед сном вспоминала, как он до меня дотрагивался, и сама провела рукой по месту между лопаток. И это было слишком приятно, что меня неимоверно напугало. Я сразу же прекратила, но выкинуть из головы сложно было. Наваждение какое-то. — Но постоянно о тебе думаю, — призналась я, совершенно спонтанно. Возможно, хорошо, что я находила в себе силы делиться личными переживаниями и чувствами. — И рада погулять, а не сидеть лишь в четырёх стенах. Мы с тобой ведь не гуляли.

«—Кстати, хочешь погуляем тут на днях?

Мы уже подошли к выходу из леса. Не так далеко был мой дом. Я вздрогнула от вопроса Майкла. Вот к чему я не была готова сейчас, так это к общению с ним.

— Эм, нет. Учиться надо».

От таких воспоминаний становилось смешно. Кто ж знал, как говорится…

Майкл взял меня за руку и повёл вперёд. Конец марта — на улице уже была плюсовая температура, я сменила пуховик на лёгкую куртку, то и дело встречались последние островки снега, которые почти растаяли. Я вдыхала свежий воздух, который охлаждал моё тело после прикосновений Майкла.

— Не гуляли, — эхом повторил Майкл и повернулся ко мне.

— Знаешь, Джесси уже спросила, где я. — Я посмотрела на смартфон в левой руке, а затем поспешно убрала обратно в карман. — Пишет, подозрительно, что тебя тоже нет, — хихикнула я. — Просит признаться. — Прижала руку ко рту, не в силах сдерживать хохот. Джесси была жуть как любопытной, да и видела, в какой эйфории я пребывала последние дни. Избыточный смех — ещё одна отличительная черта моего состояния в последнее время. То я находилась в беспросветной тоске месяцами, то вот смеялась практически просто так…

— В чём признаться? — Он повернулся ко мне. Такие вопросы невольно заставляли меня помышлять о самом худшем: о том, что мной пользовались или что я себе всё придумала. Нет, нельзя было так плохо постоянно обо всех думать. Тем более, что Майкл уже доказал то, что ему можно доверять.

— В нас с тобой. — Я опустила взгляд в землю. Мне тотчас стало страшно. Страшно от того, что Майкл меня отвергнет. В глубине душе понимала, что это иррациональный страх, но что-то всё равно не давало покоя.

— А я уж подумал, что глазастая Джесси и сама всё поймёт. — Он притянул меня к себе. Мне показалось, что он вновь дотронется или поцелует так, что у меня пойдёт дрожь от возбуждения по телу, а в итоге он лишь сжал мои руки. То, что он сейчас не смотрел мне в глаза, меня смущало. Майкл как будто застеснялся. Так мило.

— И не только Джесси поймёт… Ладно ты, но я прогуливаю уроки — это же нонсенс, — хмыкнула я, сильнее обхватив его ладонь. — Что будет тогда? Анабель съест меня?

Майкл осторожно улыбнулся и поднял взгляд.

— Не знаю. Нельзя точно сказать, как она отреагирует. Но однозначно будет расстроена, — с какой-то тоской произнёс он и отпустил мои руки.

— Ты за неё переживаешь? — с неподдельным интересом в голосе спросила я, а Майкл почему-то отвернулся от меня и пошёл вперёд.

— Да, — тихо проговорил он, а у меня перехватило дыхание от увиденного. То самое дерево, возле которого я впервые увидела Майкла. Со слезами в глазах. — Странная была встреча.

— Очень. — Я обошла дерево, а затем увидела чуть в стороне ещё одно поваленное. Устремилась к нему и присела, вытянув ноги. Поправляла складки на клетчатой юбке от нечего делать. Заметила, как Майкл устроился рядом со мной. Где-то вдалеке чирикали птички, было так тихо, что я слышала своё частое дыхание. Майкл молчал, я тоже. Не знала, о чём поговорить. — Завтра увидимся? — выпалила я. — Что-то мы забыли про спорт для меня. Всякие эти проекты с Миртами и Мэттами. — Я сморщила нос, представляя, как Майкл с ней вместе работал. А ещё он с ней спал. И она на меня внешне похожа. Лора лишь подтвердила мои подозрения, когда мы с ней созванивались в последний раз.

«— М-да… Ну, тут всё очевидно. — Она тяжело вздохнула. — Сама ответь на вопрос, на кого Мирта похожа: тебя или Анабель. Вот тебе и вкус Майкла на девушек. Эмбер, Мирта внешне очень на тебя похожа».

— Почему именно с ней, Майкл? — не смогла я сдержаться от такого вопроса. Он нахмурил брови.

— Что «с ней»?

— Почему с ней переспал? — удивлялась, как на такие расспросы хватило смелости. — Не сомневаюсь, что не только она хотела провести с тобой ночь.

Майкл пожал плечами, сохраняя бесстрастное лицо.

— Под руку подвернулась. Знаешь, как говорится: оказаться в нужное время в нужном месте.

— И только?

Он хмыкнул.

— Не знаю, что ты ожидаешь услышать.

— Хорошо. — Я кивнула, слишком стесняясь в лоб заявлять: ты переспал с ней, потому что со мной не мог? Вполне адекватная теория, учитывая, что однажды он так с Анабель переспал, поскольку со мной не мог. — А почему с ней вместе не захотел быть?

— Эм… — Майкл почесал в затылке. — Просто другая нравится. А ты чего с Мэттом гулять больше не захотела? — Он склонил голову. — Карлу вон вообще заявила, что в мужчинах не нуждаешься, — вдруг рассмеялся Майкл, а мне от этих воспоминаний становился не слишком радостно.

— Мне страшно, Майкл, — призналась я. Проигнорировала его вопросы, потому что ответы были очевидными: те парни были просто не в моём вкусе. А вот от ответа Майкла, что ему другая нравится, сердечко-то сделало кульбит в грудной клетке. — Боюсь, что сделаю что-то не так. Боюсь, что ничего не выйдет.

Положила голову ему на плечо, и он провёл рукой по моим волосам.

— Я тоже.

Он поцеловал меня в макушку, и мы молча смотрели вперёд: ветер то и дело шевелил деревья. Мне было невероятно спокойно на душе.

Майкл проводил пальцами по моей голове, от чего у меня закатывались глаза от удовольствия.

— Ты знаешь, где меня трогать, — еле слышно произнесла я, подняв на него взгляд.

— Хочу сделать тебе приятно. Говори, как тебе. И когда останавливаться. — Вдруг прекратил он. Я тотчас вспомнила, как мне сложно сегодня было заснуть. — Давай и правда завтра физкультурой позанимаемся. Гормоны счастья заждались тебя. — Он чмокнул меня в губы и слез с дерева. — Да и мне самому спорт не повредит.

В эти моменты я ощущала себя поистине счастливой.

***

В школу пришлось пойти в разное время, чтобы вызвать меньше подозрений. Я пришла ко второму уроку (начинала прогуливать с малого), соврав учителю, что была у врача. Майкл подошёл к третьему уроку, просто оправдался тем, что проспал. Джесси тыкнула меня в бок, когда увидела, как Майкл мне осторожно улыбнулся на перемене.

— Рассказывай, Эмбер! — вскрикнула она, на что мне захотелось ей рот скотчем заклеить.

— Нечего рассказывать. Всё в порядке. — Я поджала губы, вспоминая, как меня ещё долго не отпускало после его прикосновений.

— Пришли как будто не вместе, — хихикнула она. — Я так и поверила! Вы совершенно не можете скрывать свою влюблённость.

Я закатила глаза. На обеде всё выискивала Майкла. Аппетит у меня немного восстановился, так что в этот раз уплетала индейку. Джесси переписывалась в телефоне с Карлом, который сегодня уехал с родителями в Балтимор. Я поднесла колу ко рту, переживая, куда Майкл запропастился.

— Приветик. Как дела, как настроение? — послышался голос возле моего уха, и я мгновенно дёрнула руку с колой, так что пролила её на стол. Почувствовала, как его губы мягко касались моего уха, и в тот же момент потеряла здравомыслие.

Майкл поставил свой поднос на стол рядом со мной и присел. Джесси широко распахнула глаза, как будто увидела привидение, а затем расплылась в улыбке.

— Майкл, хоть ты скажи, что Эмбер сегодня из-за тебя пропустила занятие! — Она подалась вперёд, но говорила чуть с опаской.

Майкл посмотрел на мою тарелку с недоеденной индейкой.

— Питаешься, словно птичка. Съешь мой гамбургер? Я взял, а в меня всё не влезет. Не рассчитал. — Он устремил взгляд на меня, проигнорировав Джесси. Та насупилась. В груди разлилось тепло.

— Я и так наелась. Правда. Предложи Джесси.

— Поешь, Эмбер. — Он переложил мне гамбургер на тарелку, я окинула его усталым взглядом. Ладно уж. — Джесси, Эмбер пропустила занятие, потому что захотела отвлечься, — вдруг переключился Майкл. Расплывчатый ответ, конечно. — И я тоже хотел отвлечься, — внезапно добавил он то, от чего по телу побежали мурашки. Джесси победно подняла уголки губ, добившись того ответа, которого ждала.

Я же пыталась одолеть гамбургер, но он был слишком сытным.

— Не могу больше, — произнесла с набитым ртом, положив гамбургер к себе на тарелку. — Давай ты доедай.

— Только если ты меня покормишь, — вкрадчиво заявил он и подпёр голову рукой. Наклонился ближе ко мне. Я прыснула. Вокруг люди, а я его буду кормить?!

Мне показалось, что не только я поняла, чего попросил Майкл. Он решил не скрывать отношения со мной. Не прятаться.

Я вытащила недоеденную котлету и поднесла к его губам. Он открыл рот, я отдала ему котлету и издала смешок. Затем в ход пошли булочки с кунжутом. Майкл так забавно ел, а ещё и старательно чавкал! Мне было слишком смешно. Поднесла к его губам сельдерей, но на этот раз Майкл схватил меня за запястье, а затем облизнул мои пальцы. У меня дрожь пошла по телу. Он ещё раз обхватил их губами, а затем в его взгляде пробежал… испуг?

Боковым зрением я увидела, как Анабель вскочила со своего места и чуть ли не бегом покинула столовую. Майкл мгновенно отпустил мою руку и затих. Я посмотрела на свои обслюнявленные пальцы. Джесси, казалось, тоже смогла сложить два и два.

— Пора на урок. — Она вскочила с места. И чего раньше не уходила?

Я посмотрела на Майкла. Он побелел. Неужели расстроился из-за того, что Анабель выбежала? Теперь меня это беспокоило. Сильно. Майкл всё ещё привязан к Анабель. Главное, чтобы она не начала этим пользоваться.

***

Внутри меня всё ликовало, когда Майкл губами коснулся моего лица, чмокнув место возле губ, а затем поцеловал. И это был первый раз, когда мы поцеловались с языком. Мне казалось, что я ему в рот слюней напустила, и покраснела.

— Я как будто с сигаретой целуюсь, — не удержалась от комментария. Майкл как раз только что покурил, и я чересчур сильно ощущала горький запах никотина. Впрочем, это же я на него с объятиями накинулась со спины, так сказать, когда он не ожидал.

— Хочешь — брошу? — Майкл прижал меня ещё ближе к себе. Мне бы расплавиться прямо сейчас от его прожигающего взгляда.

— Меня? — нервно рассмеялась я.

— Курить. Давно сам хотел. — Он провёл рукой по моей спине, и в эти мгновения мне казалось, что на мне вовсе не было одежды.

— Майкл, мне не нравится быть пассивным курильщиком, — призналась я. — Однако не хочу как-то менять тебя. Если тебе комфортно, кури. Тем более, тебе идёт.

— Но ты травишься.

— Ты тоже, — невесело усмехнулась я. — Тебе же свои лёгкие не жалко?

— А твои мне жалко.

Мне показалось, что я залилась краской. Его слова вкупе с внимательным взглядом выбивали почву у меня из-под ног, как же хорошо, что сейчас Майкл тесно прижимал меня к себе.

— Менять не хочешь. То есть ты меня принимаешь таким? — Он наклонил лицо ближе к моему, и теперь я своими губами могла чувствовать его. Я погладила его затылок, почти теряя сознание от близкого горячего дыхания.

— Похоже на то, — слегка стыдливо произнесла я. — И для розовых очков прошло многовато времени.

Говорят, что любовь живёт три года. Явно не любовь имеется в виду, а влюблённость, и моя вот влюблённость длилась с начала осени, а сейчас уже почти апрель… Прилично времени прошло. Слишком долго я разбиралась в том, какой он. И курение — это то, что я смогу потерпеть. Хоть бы человек нормальный был, а там уж на некоторые моменты можно и закрыть глаза.

Мне вспомнилось, как мы с Майклом вчера занимались спортом. Теперь все упражнения лёжа давались мне ещё тяжелее, чем раньше. Вполне можно быстро догадаться почему. Майкл старательно был подальше от меня, ещё и стал больше силовых делать. Старался держаться.

Безумно скучала по нему, выходные предстояло находиться порознь. В понедельник он пригласил меня к себе. Мы сели делать уроки, Майкл отошёл в туалет, а я внезапно наткнулась на одну интересную статью.

— Чего это ты вдруг? — спугнул он меня, и я чуть смартфон из рук не выронила. Чувствовала себя дико неловко. — Читаешь про половую конституцию? С чего?!

— Да так… наткнулась. — Я пожала плечами. Вполне честный ответ. Майкл выхватил у меня смартфон из рук и вгляделся в экран.

— Ну что, будем трохантерный индекс измерять? Измерим длину ноги от большого вертела бедренной кости до пола, — задумчиво произнёс Майкл, а я слабо ударила его по руке. — Вставай. Тут и опросник есть. Возраст пробуждения либидо. Возраст э… Нет, при тебе такое читать не буду, — громко рассмеялся он и отошёл от меня с моим же телефоном в руках. — Эмбер, а чего тебя это заинтересовало? О сексе беспокоишься? — Майкл выключил телефон и посмотрел на меня.

Как бы ему сказать… Да я правда случайно наткнулась на эту статью!

— Думаешь, насколько сильно сперматозоиды не дают моей голове покоя? — Майкл приблизился ко мне, а я закатила глаза. — Эмбер, а что тогда?

— Захотела узнать про себя. — Развела руки в стороны. — Как обычные тесты в интернете, знаешь.

— Ну да, ну да. — Он поджал губы. — Это прям обычный тест.

— Только там в опроснике вопросы в стиле: когда был первый оргазм, когда рожали… Так что… — Мне было невероятно неловко про это говорить, поэтому я устремляла взгляд куда угодно, но не на Майкла.

— Эмбер, мы, конечно, можем измерить всё-таки длину твоей ноги, если хочешь, — рассмеялся он и сел рядом со мной. — О. — вновь уткнулся Майкл в телефон. — Есть способ проще. Подними руки, прижми ладони и попробуй свести руки.

Это казалось безобидным, поэтому я так и сделала. Не очень-то и получилось…

— И что там со мной?

— Ну всё, Эмбер, сильная половая конституция. Мисс Уинтер уходит в отрыв! — воскликнул Майкл, а затем, увидев выражение моего лица, поспешно добавил: — Сейчас бы верить всякой ерунде из интернета. Если бы у тебя была сильная конституция, то ты бы однозначно уже не была девственницей. Вон на Анабель взгляни. У неё явно сильная конституция. Ей постоянно нужен секс. Эмбер, всё хорошо. — Он пристально посмотрел на меня. — У тебя средняя.

Я со спокойствием выдохнула.

— И как ты это понял?

— Ну, просто очень сомневаюсь, судя по твоим реакциям, что ты фригидная. Но и как Анабель не кидаешься. Поэтому средняя. Логично?

— А у тебя что? — заинтересовалась я. Как там поживал мой опытный Майкл?

— Переживаешь? Да тоже средняя. Не так я уж и помешан, как и говорил. Но пару раз в недельку всё-таки хочется. Так, я всё видел, как кто-то плохо ел. — Он внезапно начал меня щекотать в бока. Я сразу же завертелась, хохоча, при этом попутно пытаясь выбраться из его хватки.

— О чём ты? — Я извивалась, а затем мне всё-таки удалось вскочить со стула и сделать шаг назад.

— Во время депрессии. И сейчас продолжается, как я понял. Пойдём есть! — Майкл встал следом за мной и вышел из комнаты.

— С чего ты вспомнил про еду? А, ну всё, поняла. Секс — это хорошо, но еда намного лучше? — Я шла следом за ним на кухню. Села за стол и огляделась: жёлтые шкафчики, потрескавшаяся краска на стенах. Майкл открыл холодильник и критично осмотрел.

— Негусто, конечно. Но кое-что сделаю. Сотворю такую яичницу, что на всю жизнь запомнишь! — фыркнул он, вытащив яйца, колбасу и помидоры. — Вставай, чего сидишь.

— А я подумала, что ты мне готовить будешь, а я посмотрю, оценю. — Я подложила руку под голову, в то время как Майкл оказался рядом со мной. Приподнял бровь и молчал, ожидая, когда же я поднимусь. Сжалилась над ним и согласилась помочь.

— Займёшься помидорами. — Он протянул мне нож. — Не всё глупые статьи в инете читать.

— Да хватит тебе уже! — Я осторожно взяла нож. — Мне случайно попалось.

Майкл включил огонь на плите, пока я, стоя спиной к нему, расправлялась с помидорами.

— Ой-ой, а куда так крупно? — засуетился Майкл, внезапно оказавшись рядом со мной.

— Не нравится — делай сам!

— Какие мы обидчивые. — Он накрыл мою руку, в которой я держала нож, своей. — Давай, помельче, — прошептал он рядом с моим ухом и начал управлять моей рукой.

Удивительно, как легко это у него получалось.

— Мне стыдно. Ты режешь лучше меня, — попыталась я скрыть своё смущение, но хотелось куда-то спрятаться.

— А дальше сама. — Майкл подмигнул мне и пошёл разбивать яйца. Я сделала глубокий вздох и принялась дорезать помидоры, стараясь не налажать. В один миг нож соскочил, как раз когда я уже почти расправилась и остались лишь небольшие кусочки, которые было тяжелее всего нарезать. Я поднесла палец с капельками крови к лицу, разглядывая. Порез небольшой, просто алая кровь поначалу напугала. Я отложила нож и сказала, что закончила с помидорами.

— Моло… Твою мать, Эмбер! — Он схватил меня за ладонь. — Ты нарезала два помидора и умудрилась порезать себе палец!

— Теперь ты в курсе моих кулинарных навыков, — неловко отозвалась я и взяла палец в рот, слизывая кровь. Во рту помимо металлического привкуса ещё оказался привкус помидоров.

— Да… Давай садись, я сам сейчас всё доделаю. — Он поспешно схватил нож и стал нарезать колбасу.

— Тебя расстроило, что я совсем плоха в готовке? — пробормотала я. У меня голос мамы в голове прозвучал: а я тебе говорила готовить больше!

— Что? Нет. Будешь убираться, — совершенно спокойно ответил он, измельчая колбасу, а затем скидывая нарезанное в сковороду. Наблюдала за тем, как он достал приправы из верхнего ящика и посыпал еду.

— Вот как, значит? То есть тебе понравилось, что я убралась в твоей комнате? — с нотками требовательности поинтересовалась я и даже подалась вперёд. Майкл повернулся ко мне и улыбнулся лишь глазами. — Ладно, я согласна. Но только если ты вкусно готовишь. — Я подмигнула ему.

Вскоре почувствовала знакомый приятный запах и сразу захотела есть. Любила яичницу за то, что готовилась недолго. Мне не пришлось ждать, и внутри себя я потирала ручки от предвкушения еды. Майкл положил мне на тарелку достаточно много со словами:

— Пока не съешь, из-за стола не выйдешь.

— С каких пор, — сквозь смех еле выговаривала я слова. — Ты стал бабушкой? Они так обычно говорят.

— С тех пор, как ты стала похожа на скелет и мне не за что взяться. — Майкл коротко вздохнул и присел рядом.

— Ну, вот не надо. — Я подвинула тарелку ближе к себе, и у меня началось активное слюноотделение. Еда выглядела достаточно вкусно. — У меня выправился вес, по сравнению с зимой. Не за что взяться, значит? — Я тыкнула вилкой в мелкий кусочек помидорки и поднесла ко рту.

— Да. — Он кивнул, не спуская с меня взгляда.

Я состроила гримасу и продолжила есть. Майкл и правда утрировал, я достаточно поправилась с того периода, когда испытала очередной пик своего депрессивного периода. Сейчас помог спорт и влюблённость в Майкла.

— Тоже ешь. — Я подвинула к нему тарелку. — Чего смотришь только? Я же подавлюсь.

— А у меня слишком много мест, за которые можно взяться, — рассмеялся он, намекая на то, что поправился. — Я худею.

— Вот оно что. — Я подняла поджаренную колбасу вилкой и поднесла к его рту. — Нечего отмазываться. Я тоже не скелет. Скелетом я была в декабре, ага. — Я наклонилась к нему. Он съел предложенное с задумчивым видом и после пары секунд молчания произнёс с гордостью:

— Я всё-таки великий повар.

— Да. И очень рукастый парень. — Я облизнула губы, на которых скопился жир от яичницы. Майкл поцеловал меня, лишь слегка прикоснувшись, а затем отстранился.

— Я не шутил. Доедай.

— Ой, а ты как будто запретишь мне встать! — дразнила я его.

— Буду кормить насильно. А ты как хотела? — Он посмотрел в сторону, а затем на меня. Ещё и вид такой серьёзный сделал. — Эмбер, это же вкусно, чего ты дурачишься?

Я достаточно быстро закончила с трапезой и теперь ощущала, как сильно был набит живот. Еле встала.

— Никакой щекотки! — пригрозила я заранее. Майкл начал копаться в кухонных шкафчиках, я не понимала, чего он там искал, и направилась наверх в комнату. Прилегла на его постель, желая только одного: заснуть. Как же хорошо всё-таки. Майкл пришёл минут через десять, я уже успела пообщаться с Ханной посредством смс, с которой у нас потихоньку налаживалось общение. Я была этому безумно рада.

Майкл держал две кружки в руках, поэтому открыл дверь ногой. Я привстала на постели.

— Нашёл какао в шкафчике. Не могу сказать, сколько оно там пролежало. — Он поставил кружки на стол и повернулся ко мне. — Но если отравимся, то вместе.

— Ромео и Джульетта нынешнего времени. — Я потянулась к столу и схватила синюю кружку, согрела пальцы о сильно тёплую поверхность, вдохнула приятный для моих рецепторов запах и подумала — всё хорошо, а теперь стало ещё лучше.

— Насчёт Шекспира… Что, Офелия, готова к выступлению?

Мистер Филлипс, наконец, снизошёл до нас и выдал дату выступления. «Счастью» не было предела. Роль была мной вызубрена вдоль и поперёк, если бы не долгая болезнь преподавателя и не бесконечные пропуски коллег по сцене, мы бы выступили намного раньше.

— Поскорее бы. — Я осторожно глотнула, чтобы не обжечься. Майкл тоже отпил немного. И это было всё так… атмосферно, что ли.

А жизнь-то налаживалась.

Глава 40. Путешествуя с тобой

Анабель — примерная девочка — Хилтон. Никогда бы не подумала, что смогу такое сказать. Начиная с января (как раз тогда мы все узнали об её разрыве с Майклом) вплоть до настоящего момента, а уже конец марта, Анабель не цеплялась ко мне. Никаких едких слов либо подколов. Я не могла поверить в это, и во мне паразитом сидела паранойя. Я не верила в то, что Анабель изменила ко мне отношение. Не сейчас, когда Майкл открыто стал проявлять ко мне симпатию, а я ему отвечать. Она не просто так выбежала из столовой в тот день. Её наверняка возмутило и поразило до глубины души то, что Майкл теперь со мной, а главное — что все это видели. Анабель — брошенка.

Хилтон — не лисёнок, как называл её Майкл. Она самая настоящая лисица, и я не верила в её хорошее поведение.

Никаких больше парней: Анабель ударилась в спорт, черлидинг и учёбу. Создала мне серьёзную конкуренцию на уроках английского, вмиг начав делать всё ещё более безупречно, чем раньше. Анабель злила меня… Злила тем, что я не могла предсказать её поведение. Также я знала, что Майкл всё ещё, возможно, испытывал к ней привязанность. Ничто не проходило быстро. Это и вынуждало меня всегда быть начеку.

Девочки, которые раньше относились к Анабель нейтрально, воспрянули и начали восхвалять её. Она ведь нашла силы справиться с венерическим заболеванием и не опустить руки. Ё-моё… После лечения успело пройти достаточно времени, во время которого Анабель продолжила вести себя примерным образом; никаких больше сплетен о её похождениях. Что же, она для Майкла так старалась? Никому больше не давалась?

Сходила как-то раз на тренировку к Анабель, она вела себя слишком мило со мной, это и насторожило. Пускай там занимаются черлидингом без меня. Я решила пока бросить это дело, физической активностью занималась с Майклом раз в неделю. Ну, спортом, то есть.

Перед вторым уроком я сидела над открытой тетрадкой, и внутри меня расцветала радость от того, что сегодня я вновь увижусь с Майклом. Теперь у нас не было никакого расписания встреч. Мы послали все эти условности. Порой он приходил ко мне после школы так, чтобы не попасться на глаза моей маме, порой я к нему, прикрываясь прогулками с ребятами, походом в гости к Джесси или Ханне; девочки согласились меня прикрывать, так же я типа ходила в секцию. Знала бы мама, что в этой «секции» помимо меня только лишь Майкл. Хорошо, что не знал и пока ничего не говорил по поводу моего с ним общения.

Внезапно почувствовала дыхание на своём затылке, от чего мгновенно пошла дрожь по телу, а ноги стали ватными. Да твою же мать, Майкл, почему ты в курсе, где мои эрогенные зоны! А ещё хуже, что теперь о них знала я!

Осторожно повернула к нему лицо, стараясь не выказывать своего состояния. Порой из-за своих чересчур острых реакций чувствовала себя помешанной.

Улыбнувшись, он сел за парту рядом со мной. Пока что Джесси не было рядом: она всё разговаривала о чём-то с Карлом. Я посмотрела в знакомые до мурашек изумрудные глаза, и как же я теперь обожала их. Мне хотелось оказаться с Майклом дома, желательно, рядом с кроватью… Вновь почувствовать осторожные прикосновения, горячее дыхание, дразнящие поцелуи и вес его тела на себе.

— Сделала алгебру? — совершенно неожиданно выдал он. Мы эту алгебру делали дома вместе. Причём закончили делать в кровати. От воспоминаний моему телу стало ещё хуже. Я тяжело выдохнула, убирая взгляд от чуть приоткрытых губ Майкла. Видела местечко, где прикусила его нижнюю губу до крови во время вчерашнего «домашнего задания».

— Ага. Последний пример был сложным. — Я посмотрела в сторону, ощущая, как сильно он сжал мою руку под партой.

— Но приятным. — Большим пальцем провёл по костяшкам. Я чуть было глупо не захихикала. О да, я даже не могла дать себе отчёт в том, как мы оказались на кровати, только недавно перед этим с почти серьёзными лицами находясь за столом и решая примеры.

Всё внутри трепетало, и теперь я не знала, как пережить грядущий урок. Мы с Майклом ещё пару часов не увидимся. Как так-то? Раньше я могла с ним недели не заговаривать, а теперь каждый час без него сродни пытке. В фантазии он уже глубоко поцеловал меня, как вдруг я заметила входящую в кабинет Анабель. Первое, что бросилось в глаза, была её бледность, второе — растерянный взгляд. Зазвенел звонок. Майкл поднялся со стула без тени улыбки на лице, украдкой посматривая на вяло идущую к своему месту Анабель. Казалось, что она вот-вот упадёт. Алое платье контрастировало с почти что фарфоровой кожей. Да что случилось-то с ней? От хламидиоза она ведь уже вылечилась несколько недель назад!

Падение Анабель не стало для меня неожиданным. Майкл мгновенно среагировал и подхватил её тогда, когда она почти что соприкоснулась с полом. Я резко вскочила со своего места, как и другие ученики. Анабель лежала с прикрытыми глазами. Майкл похлопал её по щекам и, не находя отклика, попросил позвать медсестру. Вскоре Анабель и сама очнулась, но вяло цеплялась за Майкла и пыталась встать. Он помог ей, всё ещё придерживая. Затем пришла медсестра, и Майкл вывел Анабель из кабинета.

Данное событие стало началом умелой игры Анабель. Я не верила в её беспомощность ни разу с того обморока. Тем временем, по школе пошли сплетни. Я могла слышать самые примитивные из них за спиной. Теория номер один и самая распространённая: Анабель забеременела от Майкла, он её поэтому бросил. Да-да, конечно.

— Это было первое, что я спросил у неё, когда мы остались одни, — ответил мне Майкл на озвученный вслух вопрос. Сегодня я предложила ему пойти выпустить пар во время физических упражнений. — Нет, не беременна. Я сам напугался, когда увидел её такую… беспомощную, — с нежностью произнёс он, что вывело меня из себя, но вместо того, чтобы вылить на него агрессию, начала качать пресс. Майкл подошёл и зажал мне ноги. — Понимаешь, у Анабель и раньше были задержки, поэтому я постоянно беспокоился. А в этот раз у нас давно не было, но вдруг… Она не понимала, что беременна, — размышлял Майкл, а я ускорила темп.

— Да конечно, — язвительно откликнулась я, всё ещё тяжело дыша. Четыре месяца не понимала? Бред. — Так, и что же с ней?

— Сильное переутомление. Стресс, — уклончиво ответил он. — С ней такое уже бывало. Но ничего, она справится.

В груди жила какая-то огромная подозрительность, и я не могла от неё избавиться. Майкл говорил об Анабель слишком обеспокоенно и мягко. Всё ещё любил? Да, я ревновала!

— Охренеть, ты сегодня жжёшь! — воскликнул Майкл, пока я всё ещё активно качала пресс, а затем остановилась. — Откуда вдруг столько энергии?

— Занятия помогают, — буркнула я, намекнув взглядом Майклу, чтобы отпустил мои ноги.

— Что-то не так? — Он нервно поправил волосы. Я стала качать задние мышцы бедра, не сильно настроенная на беседу.

— Всё так.

— Слушай! — Он вдруг схватил меня за ногу, которую я подняла в воздух, от чего чуть не навернулась.

— Отпусти! — еле держалась я, чтобы не застонать от дискомфорта. — Больно же!

— Извини. — Майкл убрал руку, я села, растирая бедро, как вдруг почувствовала вновь его прикосновения. — Поехали в Балтимор.

Я нахмурилась.

— Это ещё зачем?

— Как зачем? — Он резко поднял брови, как будто я сморозила какую-то глупость. — Развеемся. Никаких знакомых. Только я и ты. Сходим куда-нибудь, — приговаривал Майкл, слишком усердно растирая моё бедро. Как же это было приятно, да что ты будешь делать! Майкл, я же специально делала эти упражнения, чтобы меня напряжение отпустило, а ты его возвращал!

— Согласна. У меня уже не болит нога. — Я дёрнула ею, и он разжал пальцы. — Не знаю, отпустит ли мама.

— У тебя же папа в Балтиморе? Скажи, что к нему поедешь… — вкрадчиво произнёс Майкл и склонил голову.

— Ну ты и плут, я смотрю, — расхохоталась я, уже не испытывая злобы. Я жутко хотела с Майклом побыть денёчек наедине. Погулять. Не ощущать постоянного страха быть кем-то замеченной с ним. — Мама с папой не разговаривают, поэтому это отличная идея.

Я улыбалась, но от этого было горько, на самом деле. Уход папы в детстве меня сильно травмировал, по большей части из-за этого я перестала доверять мужчинам, а бывший только подтвердил мои опасения. А теперь вот бедный Майкл разгребал грехи тех, кто так наследил в моей жизни.

— Не разговаривают? Почему так?

— Да мама на него до сих пор обижается. Но я рада, что она нашла себе новое счастье. Тяжело за ней наблюдать было всё это время. — Я прикрыла глаза, вспоминая всё, что пережито.

— А ты… папу-то простила? — осторожно спросил Майкл. Как будто знал слабое место.

— Я не говорила тебе, что он нас бросил, — нервно рассмеялась я и отодвинулась от него.

— Предполагаю, что это была его вина, раз твоя мама на него обижается.

Я встала с мата и отвернулась от Майкла, потому что у меня начала подрагивать нижняя губа. Никаких слёз! Сделала пару вздохов и выдохов и вновь посмотрела на Майкла.

— Он нашёл замену не только маме, но и мне. У него там новые дети. Поэтому нет, не простила. — Я скрестила руки на груди.

— Извини, плохая тема. — Он поджал губы. — Ты всё-таки коренная жительница Балтимора, расскажи, куда хочешь сходить? Куда стоит? Завтра поедем?

Майкл поспешно оказался рядом со мной, не спуская взгляда.

— Завтра? — хмыкнула я. — Да у нас же контрольная! Репетиция театра! Так просто прогулять целый день?!

Майкл молча смотрел на меня, вдруг притянув за талию к себе.

— Мне наплевать на уроки. Всё равно на занятиях о тебе думаю. — Он прижался лбом к моему. — Но если для тебя это важно, то давай не будем прогуливать. Как ты хочешь?

Я замерла, разглядывая его лицо. Меня тронуло то, что он спросил, как именно я хочу. И в данный период времени я желала позабыть об Анабель, что тревожила мой ум. Паранойя уже выработалась, что ли?

— Давай завтра, — согласилась я, предвкушая только хорошее. Редкость же.

— Отлично. — Майкл оторвался от меня. — Я сначала думал о мотоцикле, но это всё-таки далековато, поэтому поедем на поезде, там и поболтать можно. К слову, билеты я уже купил, — подмигнул мне Майкл, на что я прыснула.

— Да тебе не нужен был мой ответ! — Я ударила его по плечу кулаком, притворно злясь.

— Просто знал, что от дня в моём обществе ты не сможешь отказаться. — Майкл обольстительно улыбнулся.

Весь вечер я провела в мечтаниях о завтрашнем дне и сборах, и планах. Крышу сносило от счастья.

***

Майкл заехал за мной, как только мама ушла на работу. Конспирация замечательная. Мама хоть и напряглась, что я вдруг поеду к папе, но лишних вопросов не задавала. Знала, что раз в сто лет нам всё-таки нужно общаться. Папу я и правда собиралась увидеть, но мимолётом. Созвонилась с ним и сказала, что ненадолго в Балтиморе. Он согласился встретиться со мной днём, в перерыве между наших с Майклом гуляний.

Мы доехали до вокзала, а затем пересели в поезд. У меня дух перехватывало и даже не от того, что мы с Майклом куда-то отправлялись. Я вдруг представила, как мы вместе после школы поедем в Балтимор. Как же будет классно…

— Итак, ты выбрала маршрут нашего путешествия? — Майкл выжидательно посмотрел на меня, сидя напротив. Поезд тронулся, и я обожала эти мгновения, когда деревья проносились за окном и умеренно качало.

Оказалось, что маршрут мне было сложно придумать. Как только я начала вспоминать кафешки, то вспоминала и моменты с бывшим. Мне нужно избегать триггеров, а не наживать новые, поэтому выбрала вообще новое место, где ещё не была.

— Ну, идеи с музеями и выставками я сразу отмела, потому что тебе это не интересно, — начала я рассуждения вслух.

— Майкл — тупое село? — Он приподнял уголки губ, сильно наклонившись в мою сторону.

— Да перестань ты. — Махнула рукой. — Просто не каждому же наслаждаться искусством.

Вспомнила, как бывший был весь словно интеллигент, угу. Оболочка такая, вернее сказать.

— Поэтому я поняла, что лучший вариант: походить по городу. И бюджетно, — поспешно добавила я, не забывая о том, что у семьи Майкла не так много денег, а у меня самой не так уж много карманных. — Сходим в кафе. А ещё в торговый центр, потому что я хочу в книжный.

Майкл вдруг рассмеялся, не знаю почему.

— И да, я в книжном могу провести часа три, так что сразу придумывай, где ты будешь ходить во время этого, — деловито сказала я, не собираясь отказывать себе в таком маленьком желании, как, наконец, посетить книжный. — Можно сходить в кино, но для этого необязательно было ехать в Балтимор.

— Я придумаю, чем заняться. — Он улыбнулся глазами. — Знаешь, мне, на самом деле, наплевать, где мы будем. Я бы и в музей сходил.

— Почему это тебе наплевать? — напряглась я. — И зачем тогда мы едем? С таким же успехом можем отправиться в наш лес, — хмыкнула я, немного задетая.

— А ты не понимаешь? — Он головой опёрся об окно. — Назови день, который мы провели с тобой лишь вдвоём. Без школы и без уроков.

Я задумалась и поняла, что такого не было. Как говорится: главное — не где, а с кем. И внезапно вспомнила, что не сообщила Лоре о своей поездке. Кратко написала ей и мгновенно получила ответ.

«Вау, круто! Хочу тебя увидеть, но лучше уж побудьте с Майклом вдвоём :)

Безумно за вас рада

Больше не ссорьтесь!»

Ещё долго не могла перестать улыбаться.

Майкл знал, что порой мне нужно помолчать, как раз всю оставшуюся дорогу провели в тишине, потому что Майкл заснул. Что он там говорил про болтовню в поезде? Смешной. Я смотрела на него спящего, и меня не покидала эйфория. В наушниках гремела музыка, создавая особую атмосферу, рядом орали пассажиры, пахло не самым приятным образом, но мне сегодня было на это всё равно.

Хотелось ручки потирать от нетерпения, когда мы всё-таки приехали, а Майкл проснулся и размял шею.

— Обожаю школу за выработку нужного навыка. Спать когда угодно и как угодно. — Он щёлкнул пальцами. — Ты не скучала?

Я усердно закачала головой, прижимая Майкла к себе.

— Давай веди, горожанка, — смеясь сквозь поцелуй, пробормотал он. — Хочу узнать о тебе побольше.

— Вот как? — Я прищурила глаза. — Ну ладно! Только ты тоже будешь рассказывать о себе!

Он взял меня за руку, и я повела его с вокзала в метро. Метро всегда мне не нравилось своей шумностью и толпой людей. Однако с Майклом рядом было чересчур спокойно. В ушах звучал знакомый гул, и было сложно осознать, что ещё год назад я здесь с детства жила. Редхилл — городок намного меньший. Вагон набился так, что пришлось прижаться друг к другу. Привычное дело. Майкл обнял меня и чуть наклонился к лицу.

— Там к тебе какая-то девушка сзади прижата, — буркнула я, держась за его плечи. Майкл улыбнулся.

— Меня больше интересует та, что прижимается спереди.

Я смущённо спрятала глаза, с облегчением замечая, что на следующей станции сошло большое количество людей и теперь можно было спокойно выдохнуть.

— Итак. — Я демонстративно указала на окно, из которого открывался вид на многоэтажки. — Поскольку большинство станций не в центре надземные, то можешь лицезреть городские красоты.

Я принялась вытаскивать из закоулков памяти какие-то интересные детали, чтобы проявить свою эрудированность. А то, как бы мой город, а я ничего и рассказать не могла.

— Конечно, метрополитен не сравнится количеством станцией с тем, что в Нью-Йорке, например, — рассуждала я, вспоминая поездку с классом. — Но… Меньше народу, как говорится. Шестьсот тысяч населения против восьми миллионов. Однако в Нью-Йорке я бы жить не хотела.

— Я не был в Нью-Йорке, — задумчиво произнёс он.

— А хотел бы? Там очень красиво. Я бы ещё съездила. — Я подмигнула ему. — Вот мы сошли с вокзала в метро, и вагоны набиты. Однако тут же свои хитрости. Если вдруг ещё здесь со мной будешь, то подскажу, в какие вагоны заходить, чтобы людей поменьше было. Это я к чему: людей реже стало уже на следующей станции. А в Нью-Йорке, чем ближе к центру, а мы вот как раз едем в центр, тем тяжелее вздохнуть.

— И чем же мы это можем объяснить? — Он склонил голову, держась за поручень.

— Высокая плотность населения в Нью-Йорке! Кстати, из того же Редхилла много людей ездят на работу. О, вот и Культурный центр! Майкл, пошли. — Я толкнула его в бок. Вместе с нами вышло огромное количество людей из других вагонов.

Я старалась быть более-менее толковым гидом, рассказывая о памятниках, музеях и самых важных достопримечательностях. Правда, помнила я не слишком много. Майкл делал заинтересованный вид, но я никак не могла понять, правда ли ему заходила эта информация или всё же нет. На набережной я не удержалась от того, чтобы не сфотографировать красивые виды. Соскучилась.

— Да, набережная тут огромная, — прокомментировала я, стараясь не слишком углубляться в воспоминания.

— Вижу. Красивая гавань, — присвистнул Майкл.

— Тут пришвартованы исторические корабли, — заумным тоном выдала я, вспоминая то, как учительница вещала нам про это, а я стояла совсем рядом с бывшим чуть ли не под ручку. Фу! — Ну, вот это очень старый военный корабль «USS Constellation», если не ошибаюсь, конечно. — Я старалась сохранять тон голоса ровным, хотя так в нём и собиралась проявиться обида и горечь. Видимо, недостаточно ещё душевные раны зажили.

Почувствовала, как Майкл обнял меня со спины и чмокнул в шею. Я чуть телефон не выронила в воду. Засняла историю с водными просторами и кинула в социальную сеть.

Порывалась подписать, что я тут с Майклом, но уж пожалела психику Анабель. Сделает ещё что-нибудь с собой, мало ли. Не буду её травить. Вот ребята из школы обзавидуются, что я вместо уроков ошивалась в Балтиморе! А они там сидели на уроках, страдали неудачники!

Накрыла руку Майкла, что покоилась на моём животе. Мне было безумно приятно, что всё так. И пускай воспоминания перепишутся уже. Жаждала вытеснить плохое из памяти.

После набережной мы отправились в торговый центр, я всё-таки заглянула в книжный, отправив Майкла гулять. Как же я скучала по таким огромным магазинам: вот это достойный ассортимент! Зайдя в нужный мне раздел, я провела указательным пальцем по корешкам с названием книг по популярной психологии. «Лечение психологических травм» — уже кое-что интересное. Вытащила и пролистнула в поиске толковых советов.

Время летело, я просматривала одну книгу за другой, выискивая нужное мне. Нашла книгу и по посттравматическому расстройству, которая мне сильно откликнулась. Решила купить парочку, всё равно своим психологическим здоровьем заниматься надо было, прошла к стеллажам с обучающей литературой и стала искать толковый учебник по испанскому языку для Майкла. Всё-таки Майкл мог его одолеть, просто подход какой-то неправильный, да и я сама не прям специализированный учитель, чтобы подарить ему какие-то толковые знания. Подошла к полке с романами, чисто из интереса, что нового завезли. Посмеялась от души с обложек и отошла. Меня романы в данный момент не трогали, поскольку в жизни и так этого добра навалом. Сплошной нескончаемый роман, ещё и не пойми с какой концовкой. Надеюсь, что с хорошей.

Телефон завибрировал, и я моментально ответила на звонок. Любила на беззвучный ставить.

— Ну и где ты, Эмбер? Прошёл час, я не могу больше без тебя! — У меня чуть коленки не подкосились от его тихого голоса. — Я уже весь торговый центр обошёл и даже получил совет, где купить нужные запчасти для мотоцикла!

— Приходи, — усмехнулась я, в последний раз взглянув на стеллаж с романами. — Я посмотрела, что хотела.

Стала подходить к кассе и тут наткнулась на полки с детективами. Моя остановочка. Пролистнула пару страниц случайной книги и наткнулась на сцену убийства, даже зачиталась как-то. Любила книжные за возможность немного почитать книги без необходимости их покупать.

— Ам! И съел. — Кто-то резко ударил меня по бокам, и я подпрыгнула, вскрикнув.

Рядом стоящие люди с недоумением взглянули на меня. Я чудом удержалась от того, чтобы не врезать Майклу по голове книгой.

— Нашёл, когда так подкрадываться! — в шутку обозлилась я и вернула детектив на полку. — Я почти дошла до кассы.

— Вижу. — Майкл широко улыбнулся. — Эмбер, тебя нельзя здесь оставлять одну — это я уже понял. Всего три книги выбрала? Я уж представил, что ты решила целый книжный скупить.

— Ха-ха! — саркастично рассмеялась я и прошла к кассе, положила книги, чтобы достать кредитную карту из рюкзака. Вдруг услышала звук оплаты и резко вскинула голову. Майкл убрал свою карту в карман куртки.

— Хватай книги, идём. — Он подмигнул, а я стояла, застыв. Майкл оплатил мою покупки? Они, если что, совсем недешёвые. Серьёзно? Не верила, что такое бывает.

Майкл пару секунд молча смотрел на меня, а затем подхватил книги и вышел из магазина, я следом за ним. Только заметила, что мы очередь задерживали…

— Что, сама свои книги понесёшь? Они не очень лёгкие. Эта вообще какая-то килограммовая, — прокомментировал он, рукой взвешивая и при этом хмурясь. — Посттравматическое расстройство? Психология, как я понимаю? И зачем тебе? Психологом стать захотела?

— Да мне интересно просто. — Я пожала плечами. — Давай я уберу книги в рюкзак.

Вместо того, чтобы дать мне их, Майкл убрал их в свой рюкзак. У меня резко расширились глаза.

— Нам ещё ходить, — пояснил он. — Устанешь.

— От трёх книг?! — вскипела я. — Первоклассники больше носят.

— А ты ещё до первоклашки не доросла, — посмеялся Майкл. — Эмбер, тебе с папой скоро видеться, я прав?

Я взглянула на время в телефоне и схватилась за голову.

— Как так быстро?!

— Пока добрались, пока на метро, пока погуляли, пока кто-то в книжном был, — сделал Майкл особый интонационный акцент на последних словах, от чего я сдвинула брови. — Вот и уже день в разгаре. Нам далеко?

— Нет, тут близко кафе.

Я волновалась, давно ведь папу не увидела. Но Уокер вселял в меня уверенность. Надеялась, что всё хорошо пройдёт и я поскорее вернусь к Майклу.

Глава 41. Стараясь сохранять позитив

Даже не верилось, что вновь встретилась с папой. Сколько времени мы не виделись? Почти что год. Вроде бы летом перед отъездом мы с ним разговаривали, но лишь перекинулись парой фраз, так что разговором это сложно назвать.

Подняла взгляд на папу и в очередной раз подумала: как хорошо, что они с Майклом не были похожи. Я и сама отмечала импринтинг в жизни, вот только папа был от природы блондином с голубыми глазами, уже в зрелом возрасте он перекрасился в брюнета, но факт оставался фактом — подобие папы в свою жизнь я не желала.

— Эмбер! Как я рад тебя видеть. — Он крепко обнял, я его в ответ. Сердце всё же отозвалось на теплоту.

— Я тоже, пап.

Мы сели за столик, папа, как всегда, щедро заявил, чтобы я заказывала, что захочу.

— Давай рассказывай, как ты поживаешь в Редхилле. До сих пор поражаюсь, что Миранда вдруг увезла тебя в последний учебный год не пойми куда.

Я посмотрела в меню, которое пестрило названиями, многие из которых мне были незнакомы. Ненавидела такие ситуации.

— Кажется, я буду вечность выбирать! — хмыкнула я, листая. — Это сложно!

— Эмбер, постарайся. — Он улыбнулся и подался ближе. — Так что насчёт Редхилла?

К нам подошла официантка, папа, взглянув на меня, заявил, что мы ещё не готовы, но я ткнула в первое блюдо, а именно карбонару — хоть знала, какая на вкус. Официантка отошла, получив заказ от нас.

— Всё хорошо в Редхилле. — Я слегла приподняла уголки губ. — В школе поначалу было сложно, но привыкла.

— Я рад, что всё хорошо. — Он подмигнул и вновь взглянул в телефон, который постоянно вибрировал на столе. Чувствовала, как будто рядом с нами постоянно был третий лишний. — Бизнес в гору пошёл, до сих пор не могу поверить! — радостно заявил папа, откинувшись на стуле. — Море новых предложений и возможностей! Кстати, ты ещё не думала об университетской программе? Если выберешь экономику или бизнес, то, считай, у тебя уже есть рабочее место! Уверен, у тебя получится. Ты невероятно умная девочка.

— Нет, не знаю ещё насчёт университета… — Я мгновенно нахмурилась. Тяжёлая эта тема для разговора. Определиться всегда непросто.

— Эмбер, к слову, ты ведь вернёшься в Балтимор совсем скоро. Будем видеться чаще, — оживлённо добавил папа, и я даже на пару мгновений поверила в его слова.

Ну да, конечно. Будем видеться чаще. Почему раньше так не было, когда я жила в Балтиморе?!

— А как твоя личная жизнь? — не отступал папа и продолжал беседу, чему я сильно удивилась.

— Хорошо… — не знала, делиться с ним или нет, но поскольку была переполнена радостью, то всё же решилась. — Встретила парня там, он со мной в одной школе.

— Вот как? — Он приподнял брови. — Деревенский?

— Пап, Редхилл — маленький город, а не деревня! — со злостью выпалила я. И сама порой готова была назвать Редхилл деревней, в сравнении с Балтимором, но называть Майкла деревенщиной не могла позволить.

— Понятно… — он как будто не был доволен, поэтому меня сразу укололо обидой. — Ровесник, значит. В восемнадцать лет у парней в голове ветер. Никакой ответственности. Лишь желание поиграться. Так что будь осторожна. Иначе придётся пойти уже к психиатру, а не к психотерапевту. — Он поджал губы и отвёл взгляд, напомнив о том, что мама всё-таки поделилась моим душевным нездоровьем с ним. Да как будто он за меня переживал, как же!

— Он очень ответственный. Непохожий на других, — решила я настоять на том, что всё не так, как папа думал. Но от его слов становилось всё печальнее.

— Ты влюблена, вот и говоришь так. Как будто он на тебе женится в восемнадцать лет. Смешно ведь! Слушай, Эмбер, у меня тут вариант для тебя есть. Не пугайся. — Папа поднял руку в воздух. — У моего партнёра есть молодой сын, лет на пять старше тебя: симпатичный, при деньгах, уже работает. Когда приедешь в Балтимор, могу познакомить.

— Ух ты, спасибо! Какой сейчас век? — язвительно выговорилась я. — Подсовывать дочь какому-то парню ради своего бизнеса!

— Я не ради бизнеса, Эмбер. — Он вгляделся в меня, от чего я вздрогнула. — Хочу хорошего будущего для тебя, с перспективным молодым человеком…

— Ты с мамой сговорился, да? — не сдержалась я от повышения тона. — Это она против него, ты теперь тоже.

— Мы оба хотим лучшего для тебя. — Он наклонился ко мне. Его телефон продолжал раздражающе вибрировать.

— Да я вижу.

Как же мне было неприятно! Его слова меня сильно уязвили.

— Мы стараемся, как можем.

Отвратительно вы старались. В итоге я психически нездоровая.

— Я всё-таки теперь успешный бизнесмен, — в дополнение к сказанному папа поправил идеально выглаженный пиджак. — И моя дочь достойна лучшего, а не какую-то сельскую соплю рядом. Всё же надеюсь, что это просто твоё подростковое увлечение, с кем не бывает. Однако, зная, как прошлое подобное увлечение на тебя повлияло…. То сильно волнуюсь.

Я негодовала, еле стараясь не взорваться.

— Ты и мама — одинаковые. Не видели Майкла, а уже полны предубеждений о нём. Взрослые же люди! А ведёте себе, как… — У меня не хватало слов, в горле пересохло, пальцы подрагивали от нервов.

— Майкл, значит. — Он приподнял уголки губ, не улыбаясь глазами, а затем переключился на принесённый нам заказ. Я с ненавистью посмотрела на пасту, и в дополнение ко всему: папе позвонила его нынешняя жена.

— Да, я видел смс от тебя, не успел ответить. Говорил же: с Эмбер обедаю, — совсем мягко отвечал он. Так вот чего телефон жужжал: эта тварь, что папу увела от меня и мамы, даже раз в год не могла его оставить! — Что там с близняшками? Не успеваешь забрать из школы? Конечно, я приеду.

Я смотрела куда-то в сторону, стараясь сдерживать себя от подступающей к горлу истерики.

— Эмбер, детка. — Он вскочил и попросил счёт. Мне захотелось прикрыть глаза и просто оказаться в другом месте.

«Детка» — вот и корневая причина, почему меня тошнило от этого слова. Меня тошнило от папы. Он опять меня бросал! Как будто в детстве было мало подобных эпизодов.

Как символично, что в самом начале Майкл назвал меня именно «деткой».

«— Детка, я надеюсь, что эта встреча останется между нами. — Он приподнял уголки губ, его слова прозвучали слишком самоуверенно. — Не учили тебя не ходить по лесу вечером одной?

От «детки» меня сразу же передёрнуло. Как же я ненавидела это слово!

— Я тебе не детка. У меня имя есть. Эмбер, — представилась я, при этом испытывая злобу».

— Извини, что так получается, — оправдывался папа, смотря на свои часы. — Я всё оплатил, ты угощайся. Был безумно рад тебя увидеть!

— Однако посидел со мной двадцать минут от силы. — Я криво улыбнулась, не веря во всё это. — Неужели я вообще недостойна твоего внимания?!

Он застыл.

— Детка, ну что ты! — вкрадчиво увещевал папа. — Конечно, достойна. Просто у меня дела. Я тебе перекину тысячу долларов, как сяду в машину. Купи себе что-нибудь, не расстраивайся!

Во мне закипал гнев. Папа уже стал уходить, как я не выдержала и проорала ему вслед:

— Не могу поверить, что получила больше любви от какого-то парня за пару месяцев, чем от тебя за всю свою жизнь!

Папа повернулся с каменным лицом ко мне. Я никогда не повышала на него голос… Видимо, сегодняшнее событие стало последней каплей.

— Эмбер, да этого парня не будет рядом с тобой уже через пару месяцев. Это же подростковые игрульки. И да, твоя истерика показывает, что тебе всё-таки нужен психотерапевт. Поговорю об этом с твоей матерью. Думаю, не только касательно Майкла мы с ней солидарны, — проговорил он безапелляционным тоном и совершенно без эмоций.

Он ушёл, а я взяла телефон в руки, написала Майклу, чтобы приходил. Одна я два блюда не осилю. Сидела и ощущала дикую обиду в груди на папу. Я не знала, как его простить. Это вообще возможно?

— Эмбер! Вы так быстро. — Майкл оказался позади меня. Вздрогнула от его неожиданного прихода. Настолько сильно погрузилась в свои мысли, что потеряла счёт времени. — Вау, объедки с барского стола. Я парень не гордый, — рассмеялся он и сел напротив меня. — И что это такое вообще?!

— Это палтус, — проговорила я, почему-то, дрожащим голосом. — Угощайся. Он даже не притронулся.

— Ты бледная. Как вы встретились-то? И почему он не поел этот палтус? — Майкл ковырнул рыбу вилкой.

Я услышала вибрацию телефона и включила посмотреть, что там. Папа прислал обещанную тысячу долларов. От этого ещё тоскливее стало.

— Пока мы разговаривали, ему постоянно писала смс его жена, — вещала я с огромной болью в груди. — Мы с ним не виделись с лета, и она не могла оставить его в покое, а он этому только рад. Потом она его позвала, и он меня бросил. Прислал деньги. Он вновь откупился от меня!

И тут как будто кран открылся. Я прижала руку ко рту и сильно зарыдала, не в силах остановиться. Майкл тотчас пересел на стул рядом со мной.

— Мне стыдно, так стыдно, что ты это видишь. — Я закрыла глаза, не в силах взглянуть на Майкла.

— Надо плакать, если хочется. — Он приобнял меня, я прижалась к его груди головой. — Ты сильно расстроена.

— Я не понимаю, — плакала так, что задыхалась. — Что делала не так! Примерная дочка! Получала отличные оценки, не гуляла допоздна, во всём слушалась маму и папу… Боялась расстроить раз за разом. — Сжимала челюсти от сильной боли, в то время как Майкл гладил меня по голове. — Почему он так со мной? Холодно постоянно. — Дышать было нечем. — Как будто его любви не заслужила! В чём я виновата?!

— Ни в чём, Эмбер. Он полюбил другую женщину и ушёл, — тихо ответил Майкл, прижимая ближе к себе. — Если у новой женщины появляются дети, то всё внимание мужчины уходит к детям от любимой женщины. Так чаще всего происходит. Не кори себя.

Я прекрасно знала название того, что случилось со мной: травма отвержения родителями. Но от осознания легче не становилось.

Мы ещё долго сидели с Майклом молча, я восстанавливала дыхание.

— Так не должно быть, — сдавленно произнесла я.

— Что именно?

— Ты не должен постоянно утешать меня. Не хочу выглядеть плаксой перед тобой.

— То есть ты считаешь, что нужно хоронить эмоции в себе? Эмбер, оказывается, что папа тебя много обижал, и потом ты говоришь, что у тебя ничего такого не случалось в жизни, из-за чего может быть депрессия? Эмбер, необязательно смерть — повод. Просто странный он — вот если бы у меня была дочь, с которой я не виделся почти год, неужели бы я не выкроил час своего времени на неё? Абсурдно как-то. Подозрительно, чего он таймер на столе не выставил, как у шахматистов — чтобы ни секунды больше на тебя не потратить.

Я истерично рассмеялась, на несколько мгновений почувствовав себя легче.

— Ого, я умею шутить! — продолжил Майкл весёлым тоном и вернулся на своё место.

«— Эмбер, этого парня не будет рядом с тобой уже через пару месяцев».

Вспомнила слова папы и содрогнулась. Взглянула на улыбающегося мне Майкла.

— Я не знаю, что там в будущем, но спасибо тебе за всё сделанное, — прошептала я, и от сказанных слов сердце болезненно сжалось.

— В смысле ты не знаешь, что там в будущем? Ты про что?

— Знаю, что однажды мне станет лучше, — на автомате выдала я, подразумевая своё душевное состояние. — И всё. А ты в нас не уверен, — напомнила я с кислой миной на лице.

«Майкл провёл рукой по моим волосам.

— Эмбер… я не уверен в нас, поэтому не буду давить с сексом».

— Слушай, еда же ни в чём не виновата — скоро остынет, давай подкрепимся? — Майкл старался звучать энергично, но понизил тон голоса. Ясно, Майкл перевёл неприятную для себя тему.

Я поднесла пасту ко рту и поняла, что не ощущала вкуса. Майкл тоже бел ез энтузиазма.

— Папа туда же: заочно тебя не любит, — фыркнула я, покручивая макаронину на вилке. — Считает, что я достойна лучшего.

— Я тоже так считаю, — совсем тихо проговорил он. Я чуть не выронила вилку.

— Что?! Ты тоже готов отдать меня первому попавшемуся бизнесмену с деньгами? — севшим голосом негодовала я.

Майкл нахмурился.

— У тебя есть жених?!

— О, мой папа уже подобрал кандидатуру, пока я не знала! Забавно!

Как же я была дико зла.

— Слушай, насчёт «лучшего». — Майкл почесал в затылке, нерешительно произнося первые слова. — Я могу согласиться с твоим папой. Ты только начинаешь свою жизнь, вокруг столько возможностей. До этого твоя жизнь была ограничена лишь школами, но потом — университет, работа — и вокруг намного больше людей. Соответственно, и парней больше… — приговорил он, смотря в сторону.

— Ты исключаешь себя из моего будущего. Ясно. — Я кинула вилку на стол и опустила лицо в ладони.

— Снова плакать? — уныло переспросил Майкл.

— Нет. Пошли отсюда.

Я оставила недоеденную карбонару и вскочила со стула. На улице поднялся ветер, я застегнула куртку и сделала шаг по направлению к метро.

— Эмбер, и куда мы теперь? — послышался голос из-за моей спины.

— Домой, — стальным голосом заявила я.

— Что — домой? Ты шутишь? Мы планировали здесь быть до вечера. Эмбер. — Он схватил меня за плечи. — Мне больно, когда ты плачешь. И ты на меня обиделась, я же вижу.

— Конечно, обиделась! Я вижу будущее с тобой, а ты со мной нет. — У меня задрожала нижняя губа. — Мой папа прав, да? Ты со мной играешься? Забавно, весело тебе? — истерила я, доведённая за сегодня. — Мстишь мне за случившееся?

Майкл посмурнел, а я высвободилась из его хватки и пошла вперёд.

— Что за ахинею ты несёшь! — Он резко схватил меня за руку и потянул на себя. — По-твоему, я столько вытерпел ради какой-то игры?! — озлобленно шептал Майкл мне на ухо. — Знаешь ли, слишком большие жертвы! Никакой адекватный парень бы такого не выдержал! Только… похоже, я, — пробурчал он, прижав к себе спиной. — Эмбер, я не вижу будущего с тобой, потому что я вообще не вижу своего будущего, — горько усмехнулся он, прижимаясь губами к моим волосам на затылке. — Перед глазами чёрный экран. Совсем не понимаю, что мне делать и как жить. Зато твоё будущее вижу лучше… Ты часто плачешь рядом со мной. Неужели не найдётся того, с кем так не будет?

Я сильно зажмурила глаза, стараясь вновь не разрыдаться. На душе чувства просто отвратительные. Майкл сцепил руки в замок на моём животе, и мне хотелось стоять так ещё долго. Жаль только, что улица оживлённая и мы мешаемся. Повела Майкла в сторону парка, села с ним на скамейку. В груди было неспокойно, неловко перед Майклом за своё рыдание и крики тоже.

Он первый повернул голову и поцеловал в ухо, затем в шею. Слишком быстро я оказалась у Майкла на коленках. Первая дотронулась до его губ своими, осторожно приоткрывая. Ощутила его язык во рту и застонала, ощущая тянущую боль внизу живота. Майкла можно было ненавидеть за то, что он так возбуждающе целуется. Я прикусила его губу, мстя. Руки Майкла опустились ниже.

— Нет, стой, — прохрипел он, отстраняясь и возвращая руки на спину. — Это слишком. Далеко. И вообще… Эмбер, твою мать! Ну что ты делаешь со мной! — рассмеялся Майкл. — Сущее наказание для меня! Но наказание приятное.

Я посмотрела на пялящихся людей вокруг. Жутко неловко.

***

Чтобы немного душевно восстановиться, мы решили попить чая в кафе, я показала то, где наиболее приемлемые цены.

— Папа перекинул мне тысячу долларов, так что могли бы и в более дорогом месте угоститься десертами, — хмыкнула я, заглядывая в меню.

— Что-то у меня одни лишь богатые избранницы. Я похож на альфонса? — рассмеялся Майкл.

— Где ты богатую избранницу тут видишь? — Я приподняла одну бровь. — У меня мало приданного. В детстве мне немного что покупали, ограничивали, говорили, нет денег, их и правда не было. Потом папа ударился в бизнес, там подцепил какую-то женщину, которая и помогла ему раскрутиться. Папа платил алименты, иногда присылает мне деньги, какие-то подарки… Из самого ценного — подарил мне приставку, — с нежностью вспомнила я о ней. — И… всё. Так что твоя единственная богатая избранница — это Анабель.

Майкл опустил взгляд на меню.

— Кстати, сегодня я плачу, да-да! — деловито выдал он.

— И откуда ты деньги взял, школьник? — поддела я его.

— Заработал, вот откуда.

— Кем ты работаешь? — Я подпёрла голову рукой. Он мне о работе не рассказывал.

— Сколько вопросов-то посыпалось! Непрестижная работа, увы, твой папа бы не одобрил, — сострил Майкл и тотчас помрачнел.

— Мне наплевать, что скажет папа, — быстро ответила я с раздражением. — Родители уже, как могли, сделали мне хуже.

— Грузчиком я работаю, Эмбер, — усмехнулся он, отводя взгляд, словно стыдясь. — Удалось договориться работать по выходным. Поэтому и не видимся с тобой тогда. Порой выхожу поздно вечером или в ночь по будням.

— Ночью? — переспросила я с ужасом.

— Ну да. Например, позавчера спал два часа из-за этого. За загрузку вагонов ночью нормально платят, — с гордостью заявил Майкл, а я по-новому взглянула на его лицо с большими синяками под глазами. Почему-то думала, что он прокрастинировал, как и я, или просто долго спать не ложился.

А он работал. Ночью.

— Майкл, зачем?! У вас в семье так плохо с финансами? — недоумевала я, пожелав обнять его и пожалеть.

— Да нет, — отмахнулся Майкл. — Всё нормально сейчас. Просто хочу своих денег. На какую-нибудь хорошую работу без образования не берут, поэтому выкручиваюсь. И чего ты так смотришь на меня? Да, грузчик, Эмбер! Не бизнесмен!

Я видела, как он по этому поводу волновался, а мне всё равно ведь. Хоть уборщик.

— Майкл. — Я нежно улыбнулась ему. — Тебе восемнадцать. Какой бизнес — это во-первых. Во-вторых — сынки богатых родителей в восемнадцать сидят на попе ровно и бездельничают. А ты работаешь.

Он кивнул, а затем добавил:

— И не надо просить деньги у мамы, чтобы тебе что-то купить. Это, знаешь ли, тоже кое-что да значит.

— Самостоятельный ты парень, — с большим удовольствием произнесла я.

Мне было невероятно радостно, в груди разлилось тепло. Желала просто сидеть и улыбаться.

— И что ты хочешь, Эмбер? — Майкл кивнул на меню, возвращаясь к теме еды.

Я в очередной раз уткнулась в перечень сортов чая, мучаясь с выбором.

***

В поезде я ощутила, как на меня тяжёлой волной навалилась усталость. Мы с Майклом сидели друг напротив друга, людей на обратном пути было гораздо меньше. Как уезжать из Редхилла — так пожалуйста, а как возвращаться — не-а.

— Ложись на меня. Давай. Я не буду спать. — Он похлопал на место рядом с собой. — Мне, блин, учить свою роль для театра надо! — с великим раздражением проговорил Майкл, сжав челюсти. — Я тут сравнил, сколько у тебя и у меня строк — и офигел! У тебя слишком по лайту, — ругался он, пока я присаживалась рядом, а затем легла головой ему на колени. — У тебя-то явно память лучше, чем моя! Как стишки, конечно, легко запоминаются, но их так много! Великий поклон нашему мистеру Театру, что срезал мне кое-где огромный размер речей, но от этого не слишком легче стало!

Я рассмеялась, смотря на Майкла снизу. Так непривычно. Он провёл пальцами по моим волосам.

— Из твоих ног нормальная подушка! — пошутила я, пожелав отвлечь его от негодования.

— Спасибо! — усмехнулся он, мимолётно взглянув на меня. Видела, как он шевелил губами, пока учил речь с телефона. — Спи. Ты сегодня устала, у тебя глаза прикрываются.

— Ага… — Я зевнула, и правда ощущая огромную усталость. — Занимались развратом на скамейке в парке, — неожиданно вспомнила и покраснела. Должно быть, со стороны это выглядело и правда… не очень.

— Извини, немного распустил руки. — Он опустил взгляд. — Даже если я засну, нас выгонят в Редхилле, — вдруг расхохотался Майкл. — Шучу.

— Слушай, мне так сложно представить будущее без тебя. Давай вместе уедем в Балтимор? Ну, когда школу закончим? — боязливо произнесла я.

— В смысле? — Майкл оторвался взглядом от телефона, но для того, чтобы посмотреть куда-то в сторону.

— Ну, поступим в один университет… — Почему-то было страшно это произносить.

— Не всё так просто, —звучал Майкл отстранённо и холодно, и это задело.

— Почему? — У меня голос задрожал от нервов, я кашлянула, прочищая горло.

— Сомневаюсь, что смогу поступить в университет. Да и надо ли оно мне? Не представляю себя инженером.

— Есть колледжи, — с большой уверенностью ответила я. Похоже, Майкл сгущал краски. — Если не получится со стипендией, то насобираем на твоё обучение. Я могу у папы одолжить.

— О, спасибо! Таких подачек мне точно не надо, — грубо заявил он, всё ещё не смотря на меня. Как только я завела тему будущего, выражение его лица сразу стало угрюмым.

— Ты можешь вообще никуда не поступать, — сама не верила, откуда во мне столько оптимизма. Наверное, это влюблённость меня выручала. При депрессии бы так не было. — Есть же gap year, и даже если вообще никуда не поступать, можно ведь просто работать.

— О да, грузчиком или продавцом, — злился Майкл, причём сильно. — Тебе-то такой на всю жизнь очень нужен.

— Майкл, да ты мне любым нужен, ты ещё не понял?! — переняла от него раздражение.

— Это ты сейчас так говоришь. — Майкл наконец-то на меня посмотрел, но взгляд его был усталым.

Именно после этого разговора я осознала, насколько сильно он ущемлён своим социальным положением и отсутствием возможностей. Вспомнила слова Анабель: «Упросила бы родителей сделать ему хороший старт карьеры. Жил бы как сыр в масле катался. Но нет! Вот хоть бы раз наступил себе на горло, заткнул своё проклятое самолюбие!»

Майклу противно брать подачки, но и сам он на не слишком многое способен. Это задевало. Поняла, насколько это больная для него тема, а ссориться я с ним не желала. Зная трудолюбие Майкла, сильно сомневалась, что всю жизнь он будет лишь грузчиком. Просто сейчас он пессимистично смотрел в будущее.

И не мне его за это винить. Ему с шестнадцати пришлось быстро повзрослеть и стать ответственным за свою семью. Он не робот, и случившееся однозначно на него повлияло: некоторые последствия оказались положительными: например, ответственность, которая удивительна для парня его возраста, а вот негативное…

Сильная ревность Майкла теперь себя оправдывала. Он чувствовал себя хуже других. Ему виделось мало перспектив. Казалось, что жизнь только и делала, что била по голове. Что у него за эти годы особо хорошего было? Депрессия мамы? Истеричка Анабель? И я вдобавок, которая не подарок совсем. А ещё ранее смерть отца и издевательства старшеклассников. Такой себе списочек, конечно.

Как же я хотела, чтобы он в себя поверил. Я так сильно постоянно беспокоилась о своём душевном здоровье, а… в порядке ли Майкл?

— Любому успешному мужчине нужна хорошая женщина рядом, которая вдохновляет на успехи. — Я потянулась рукой к его подбородку. Он двумя пальцами обхватил моё запястье, смягчившись в лице. Я погладила его, стараясь больше не вызывать у него гнев.

— И почему ты не спишь? — Майкл спрятал телефон в карман и стал двумя руками перебирать мои волосы.

Я приподняла уголки губ в ответ, постепенно расслабляясь от прикосновений его пальцев к коже головы. Уснула быстро, потому что сил оставалось мало.

***

Несмотря на то, что разговор с Майклом меня опечалил, ведь он боялся будущего, я чувствовала спокойствие. На некоторое время мне придётся пожить одним моментом, чтобы не испортить всё окончательно. Похоже, нужно было смириться, что, вполне вероятно, Майкл видел во мне лишь временный вариант. От этого дико больно, но что теперь-то сделаешь… Если бы я не была вымотана нашей псевдодружбой, возможно, и не случилось бы такого. Ладно, всё равно ничего не изменить.

Постараюсь не тревожиться о будущем. Тем более, признаться честно, мне этого жутко не хотелось делать. Просто желала быть с Майклом и всё. Насколько долго: непонятно.

Дома оказалась в девять, Майкл подвёз. И меня ждал сюрприз: семейный ужин. Почти семейный.

— Эмбер, ты сегодня так поздно! Но ничего, мистера Рейгана тоже задержали на работе, и мы вот решили собраться в позднее время. — Мама мне мягко улыбнулась, пока я в ужасе осматривала ломящийся от еды стол, довольное лицо шерифа Рейгана и хмурящегося Гейба. Семья, да.

Села за стол, испытывая дикую неловкость. Наверное, мама счастлива. Вспоминала Майкла, и на душе легче становилось. Вот бы мы поскорее увиделись!

Понятно, чего мама не сильно интересовалась моей поездкой. Видно, сильно старалась поразить мистера Рейгана своими кухонными изысканиями. Мне же лучше.

Интересно, а Гейб был рад всему, что происходило? По его лицу не скажешь. Что-то мы совсем давно не общались. Наверное, зная, что я теперь с Майклом, Гейб меня лишь больше возненавидел. Не узнать, что он думал. Сидел молча и ковырялся в тарелке, даже не притворяясь, что ему здесь нравилось.

Я же поддерживала беседу и улыбалась. Пускай мама будет счастлива. По крайней мере, шериф Рейган с серьёзными намерениями. Хотел жениться. Майкл же вообще не давал мне надежд. Ни на что.

Вспомнила ту самую злосчастную вечеринку и разговор Майкла с Анабель.

«— Сколько можно. Мы ведь договаривались с самого начала! Я не люблю тебя! Что мы мусолим эту тему из раза в раз! Ты сама согласилась на такие отношения. Тебя устраивал секс со мной, меня это тоже устраивало.

Я содрогнулась.

«У них с Анабель… немного необычные отношения. Не такого я бы хотел для своей сестры», — вспомнила я слова Карла. Теперь всё было понятно. Вполне ожидаемо».

Похоже, теперь я могла понять Анабель. Майкл со мной не ради секса, но и никакого будущего со мной тоже не представлял. Я временный вариант до тех пор, пока ещё какая-нибудь девушка не подвернётся. Можно считать, он предупредил с самого начала.

Я очень старалась улыбаться, чтобы не расстраивать маму.

Глава 42. Ненавидя твою бывшую

Так вот что это значит — надышаться не можешь на человека.

Я осторожно прикоснулась кончиками пальцев к его щекам. Ощутила, что он задышал быстрее. У меня сейчас всё время и пространство до одного человека сжалось.

Слишком много и часто я вспоминала его лицо, пока мы не вместе. Вот этот волевой подбородок — слегка коснулась его, как будто боясь повредить. Вот эти аккуратные губы, мягкие на ощупь. Вот эти красивые скулы. Вот эти густые брови, такие ровные, что девочкам на зависть. Провела пальцами по ним. Должно быть, со стороны выглядело максимально странно. Майкл молча наблюдал за мной, ничего не предпринимая.

Какие же густые у него ресницы. Зачем ему такие? Мне бы лучше достались. Его глаза я слишком часто вспоминала. Глаза — зеркало души. Красивая у него душа. Такая изумрудная, с отблеском, загадочная и манящая. Порой казалось, что слишком легко обжечься. А если и зайти дальше, то в изумрудном озере и сгинуть можно.

— Выдохни, — неожиданно проговорил Майкл, посмеявшись.

Я испугалась, поняв, что всё это время не дышала. Отдёрнула руки, подушечки пальцев горели от прикосновений. Картина маслом: я Майкла двое суток не видела (по выходным мы порознь). Взяла и начала лапать его лицо. Бедняга, что только ему доводилось от меня терпеть!

Майкл собирался что-то сказать, не сводя с меня взгляда, как вдруг раздался звук оповещения о новом смс. Майкл нехотя поднял смартфон со стола и уставился в экран, его лицо моментально напряглось. Майкл разблокировал телефон и принялся что-то быстро печатать.

— Кто это? — прошептала я, испытывая плохое предчувствие.

— Анабель. Ни родителей дома, ни Карла. Она одна, некому помочь. — Майкл задумчиво посмотрел на экран и затем напечатал что-то ещё.

— В смысле?! — разозлилась я, быстрее, чем загорается спичка. — У этой «несчастной» Анабель есть лучшие подружки, попрошу заметить. Её же все боготворят. А сколько парней вокруг неё вьётся? Особенно после того, как ты её бросил! Ха, Майкл, ты правда думаешь, что ей некому помочь?

Майкл встал со стула, и это пуще вывело меня из себя. Он куда-то собрался?! Внутри закипал гнев.

— Эмбер, ты кое-чего не знаешь о ней. — Майкл снисходительно посмотрел на меня сверху вниз. — Придётся тебе рассказать. Эмбер, у неё пограничное расстройство личности. Диагноз подтверждён психиатром, в отличие от твоего. — Майкл приподнял одну бровь, а тон его на последних словах был отчитывающий. — Ей нужна поддержка. У неё неустойчивая психика. У неё тоже могут быть депрессии.

— Вот как! — взорвалась я от гнева. — Да, у неё пограничное, и да, я читала, что это! Но, Майкл… — Я тоже встала со своего места. — Она манипулирует тобой сейчас. Зачем ты ведёшься?

Майкл резко отпрянул от меня.

— С чего ты такая мегера? Ревнуешь?

— Ты забыл, как Анабель издевалась надо мной, как только я пришла? С чего бы мне к ней хорошо относиться?! — еле сдерживалась я от того, чтобы не повысить тон голоса.

— Да, Анабель порой вела себя стервозно, но она не сука, — процедил он. — Сейчас я уйду, где-нибудь через час вернусь. Можешь подождать меня. Или уйти. Как захочешь. И, пожалуйста, не говори никому про её диагноз. Это тайна. Она не хочет, чтобы кто-то знал. Тебе я сказал, чтобы ты не думала лишнего.

— Не скажу, — прошипела я, захлёбываясь в своих негативных эмоциях. Майкл вышел, больше ничего мне не сказав. — Нет, она самая настоящая сука! — прокричала я ему вслед, но он уже меня не услышал. Меня прям трясло от происходящего. Он слепой, нет?! Она и раньше проделывала с ним свои манипуляции, а теперь вдруг прикинулась жертвой!

Не стала ждать Майкла и ушла домой, а там наткнулась на маму. Меня ждали неприятные известия, стоило только войти в гостиную. Впрочем, об этой новости я уже слышала. Мама, видимо, долго репетировала: она звучала спокойно, выдержанно и уверенно.

— Эмбер, я понимаю, что тебе это сложно принять. Но надеюсь, что ты не будешь против моего брака с ним.

— Мам, конечно же я не против. — Я пожала плечами. — Если ты строишь своё счастье, то пожалуйста. Искренне желаю, чтобы этот человек не обидел тебя, как это сделал папа.

Мама подошла и прижала меня к себе.

— И да, мам, я слышала разговоры про свадьбу ещё месяц назад, — укоризненно заметила я тихим тоном.

— Ой. — Она поджала губы, а затем рассмеялась. — Эмбер, прости, но мы не были уверены. Но теперь… В общем, думаем над датой. А ещё: где будем проводить.

Я кивнула, тем временем всё ещё раздумывая над тем, что Майкл пошёл к Анабель домой — утешать её.

Утешать бывшую. Эмбер, не думай плохого. Конечно! Утешать ту, с кем был ради секса. Я даже знала, что это за утешения такие. Больно как-то о таком думать.

***

В следующую нашу встречу мы сидели у меня: Майкл зашёл ко мне домой после уроков, и мы вместе решали химию. Он ничего не говорил мне, помимо нужного по урокам, это и пугало. Жаждала с ним поговорить, но вместо толковых слов в голове была каша. Я правда пыталась сосредоточиться на том, что мы делали, но постоянно сталкивалась со стеной: очень переживала, что мы с Майклом повздорили. В горле пересохло, руки вспотели. На улице стало жарче, дома, соответственно, тоже: вот и последствия. Я сообщила Майклу, что пойду глотну воды. Вернулась — а он с моим смартфоном в руках. Сердце пропустило удар, и мне вновь стало не по себе. Лицо у Майкла было недовольное.

— Кто это тебе пишет?!

Я резким движением выхватила у него из правой руки смартфон и взглянула на экран. Как будто знала заранее: удалила номер телефона бывшего из контактов, потому что и так помнила наизусть эти несчастные циферки. Он даже не в социальной сети написал — где я ему не отвечала — а потратился, смс-ку кинул. Вот же козёл. «Привет, Эмбер. Я скучал. Как дела»? — гласило смс, которое порушило и то шаткое спокойствие. Но ведь сегодня не девятнадцатое число, почему вдруг?

— Ошиблись номером. Ты же видишь, у меня нет этого контакта, — севшим голосом ответила я и тотчас удалила смс. Майкл не поверил мне, стоял, сжав челюсти.

— Да, конечно. Как много в нашей стране девушек по имени Эмбер! — повысил он голос. — И ты ещё мне что-то предъявляешь?

— Майкл, да это никто. Я правда похожа на девушку, которая параллелит? — расстроилась я и села обратно на свой стул.

— Ты что-то не договариваешь. — Майкл играл желваками. — И мне это не нравится.

Звук звонка вынудил меня подпрыгнуть на месте. Нет, только не это! Не смей звонить мне, придурок! Я дрожащей рукой подняла смартфон и увидела звонящего — это Джесси. Меня сразу же отпустила тревога. Я ответила.

— Эмбер, ты не представляешь! Мы всё-таки это сделали! — провизжала она в трубку.

— Что вы сделали? — сильно нахмурилась, совсем не понимая, о чём она.

— Ну…. Сблизились, — застенчиво проговорила Джесси. — Как я и рассказывала: у меня же план был. Вечер, свечи…

— Так вот почему ты сегодня прогуляла! — рассмеялась я, вмиг расслабившись, а Майкл пристально взглянул на меня, как будто требуя разъяснений. — И как прошло?

Майкл прижался ко мне, подслушивая разговор. Мне захотелось расхохотаться и оттолкнуть его. Ударила его несильно в бок, на что он ущипнул меня, и я захихикала. Джесси долго рассказывала весь свой план, но я уже его слышала несколько раз: что она решила надеть, что они были у неё и т.д.

— И… в общем, я большего ожидала. — Она тяжело вздохнула. — Как бы вроде… нормально, — вяло продолжала Джесси. По её тону казалось, что она там совсем разочарована, но старалась сгладить. — И слишком быстро.

— Джесси… Ты не расстраивайся. Это же первый раз. Первый блин комом, — поспешно заговорила я, при этом совсем не зная, как её утешить. Джесси слишком долго настраивала себя на секс, говорила о нём, мечтала, планировала, а теперь, видимо, была в душевном упадке. — Всё ещё будет хорошо.

Я продолжила говорить все те утешающие мысли, что приходили мне в голову. Но Джесси продолжала грустить.

— Неприятно, ещё и больно, — под конец захныкала она. — Неужели я какая-то не такая?! У меня живот болит после вчерашнего.

— Я слышала, что это часто бывает у девочек в первый раз. Джесси, давай лучше потом это обсудим? А то я тут с Майклом химию решаю. — Я чувствовала себя неловко из-за того, что Майкл всё слышал, и свернула разговор. Джесси нехотя попрощалась со мной. — Так, тебя не учили, что подслушивать нехорошо? — с раздражением бросила я. Майкл отодвинулся от меня.

— А Карл-то не теряется. — Майкл хитро улыбнулся. — Не могу поверить, что они переспали раньше, чем мы!

Я хмыкнула, ошарашенная.

— Из всего, что ты мог бы сказать, ты сказал именно это.

— Просто Джесси мне всегда казалась не слишком в этом заинтересованной. Без огонька какой-то. Карл тоже. — Он пожал плечами. — Как там термин называется? Слабая половая конституция! А они удивили меня… Ну да ладно. Слушай, что говорить Джесси, когда вы встретитесь в следующий раз, — вдруг зазвучал Майкл серьёзно. — Она сильно нравится Карлу. У него ещё не было секса. Он безумно нервничал и не хотел сделать больно. Я хоть и не люблю Карла, как и он меня, но могу его понять.

— У тебя тоже был первый неудачный раз? — Я наклонилась к нему, испытывая огромное любопытство.

Майкл отвёл взгляд.

— Об этом тебе знать необязательно.

— С Анабель ты тоже «безумно нервничал»? — цеплялась я за сказанные Майклом слова, стараясь применить их к нему самому. — Откуда знаешь?

— У нас был хороший секс, потому что я больше думал о себе, чем о ней, — признался он, поджав губы. — Так что не особо нервничал. Скорее, переживал, что облажаюсь перед ней.

Я старалась переварить сказанным им слова.

— И вообще, насмотрятся сериалов от Нетфликс, а потом плачутся. — Майкл хмыкнул и встал со стула.

— Да, всё немного отличается, — сказала я, словно разбиралась. У меня же вообще не было секса. — Но что Джесси винить, девочки склонны романтизировать, — со вздохом добавила и откинулась на спинку компьютерного стула. — Майкл, а ты бы нервничал со мной?

Он повернулся, провёл шершавой подушечкой пальца по моей губе, приоткрыл губы и, наклонившись, дразняще поцеловал меня, так что мне захотелось срочно охладиться. Когда Майкл вновь прижался к моим губам и затем отступил, у меня закружилась голова. Я обхватила лицо Майкла руками, не желая, чтобы он вновь отстранился.

— Я бы сильно нервничал, — выдохнул он, чувственно целуя меня, и я в очередной раз потеряла контроль над собой.

***

Майкла после уроков задержал мистер Филлипс. Я вышла из кабинета и увидела, как Анабель зашла в уборную. Последний урок, сейчас все ученики поспешно разбредутся по домам. Идеально. Я заскочила следом за Анабель и встала возле раковины. Мне нужно было поговорить с Анабель. Я уже много раз репетировала свою речь за эти два дня. Сердцебиение усилилось. Казалось, сейчас не выдержу и просто накинусь на неё. Откуда во мне столько гнева?! Сама не понимала.

Из кабинки вышла одна девочка, затем из соседней появилась Анабель. Она немного приподняла брови, увидев меня, затем молча подошла к раковине. Я тщательно притворялась, что занята поправлением стрелок. Стала сильнее краситься, когда отношения с Майклом наладились. Жаждала ему нравиться. Ещё одна девочка подошла к раковине, и я испытывала раздражение на них всех. Да уйдите уже! Одна мешавшая мне девочка словно услышала мои мольбы и вышла, в то время как Анабель вытащила алую губную помаду.

Я не знала, чем себя занять: руки-то я уже помыла. Анабель убрала помаду в сумку, когда последняя мешавшая мне особа удалилась, и мы, наконец, остались вдвоём в помещении. Анабель довольно усмехнулась, как только я преградила ей путь к выходу из уборной.

— Что-то случилось, дорогая Эмбер? — Она фальшиво улыбнулась, от чего мои руки затряслись.

— Случились. Твои чёртовы манипуляции, — выплюнула я эти слова. Все репетиции разговора коту под хвост. Не могла быть совсем холодной в тех ситуациях, что меня сильно эмоционально задевали.

— Мои манипуляции? — Анабель нахмурилась и посмотрела на меня, как на последнюю сумасшедшую. — Эмбер, о чём ты?

— О том, что ты делаешь с Майклом.

— Ах, ты про эт. — Анабель закатила глаза, а затем заулыбалась. — А ты с ним что делаешь?

Теперь настала моя очередь недоумевать, вот только мои реакции были искренними.

— Ну, не притворяйся. У него стояк практически через день, — хохотнула она. — Что делаешь с парнем? Ай-яй-яй, Эмбер. Наверняка вы ещё не спали. А ему ведь больно…

— А ты только и смотришь, что на его штаны, что ли? — Я сжала челюсти.

— У меня глаз намётан. — Анабель поднесла руку к правому глазу. Мне даже истерически смеяться не хотелось, слишком злилась на Анабель. — Долго ведь была с Майклом. Эмбер, да не получится у вас так. Он парень темпераментный всё-таки. — Она двинулась в сторону, словно хозяйка положения. — Вот только когда ты ему дашь, а это однажды всё-таки случится. — Анабель взглянула в зеркало и поправила волосы. — Ты станешь такой же давалкой, как и другие — те, кого он трахал до тебя. Мы же с тобой две умные девушки. — Она резко повернулась ко мне и поставила руки в боки. — И прекрасно понимаем, что парню нужно в восемнадцать лет. А ещё, что никаких чудодейственных влюблённостей не бывает. Нам же не по двенадцать, чтобы в такое верить. Ворвалась в его жизнь вдруг девственница, и с ней всё вдруг по-другому. Эмбер, разве ты не понимаешь? Ты для него уже та цель, от которой не отказаться, — перешла она на шёпот. — Ты столько его динамила, топтала его самолюбие. Он отыграется так или иначе. Просто ты не знаешь, когда именно.

Я качала головой, не веря во всю эту ложь, что она мне скармливала.

— Ребята в компании над ним смеются. Весь город тихо посмеивается. Какая-то Эмбер не даёт себя трахнуть! У тебя кое-что из золота, я смотрю? — расхохоталась Анабель. — Если будешь долго тянуть, он не выдержит. Знаешь ведь, что ты не даёшь, зато даю я. — Анабель сверкнула глазами. — И я могу дать ему намного больше, чем ты: не только секс, но и перспективы в жизни. А когда ты всё-таки сломаешься, то станешь неинтересна. Понимаешь, что с осени ты для него заветный трофей? Он ни за кем так не гонялся.

— Да что ты всё сводишь к сексу! — не прекращала я гневаться.

— Потому что всё так и есть, разве нет? Не завидую тебе, Эмбер. Совсем. Ваша сказка скоро кончится. — Она безучастно рассмотрела свои накрашенные голубым лаком ногти.

— Майкл рассказал про твоё заболевание. И это не даёт тебе повода над ним издеваться, — продолжила я говорить по своему сценарию. Слова Анабель вызвали кровоточащие раны по всему телу. Она била в больные места. Я боялась стать для Майкла самой обычной девушкой, которую он имел. И Анабель ударяла по этому месту.

Я и правда опасалась, что Майкл всё ещё таил обиду на меня за начало наших отношений. Как же ненавидела эту Анабель!

— А, ну да. Моё заболевание. Эмбер, я несчастна, я больна, — причитала она. — Мне нужно помогать. И Майкл помогает. Ты заметила эту его потребность? Любит он спасать, — рассуждала Анабель с ослепительной улыбкой на лице.

— Синдром спасателя, — пробормотала я. Как-то прочитала одну статью, а теперь и правда задумалась над тем, что пережил Майкл. Маму спасал, брата, меня вот, Анабель тоже. И у Майкла самого какие-то нерешённые психологические проблемы есть.

— Точно! — щёлкнула она пальцами.

— Нельзя спекулировать на этом! Майклу самому тяжело, и он так разрешает внутренние проблемы! — уже кричала я. Анабель лишь криво улыбнулась мне в ответ. Повисло молчание.

— Что ж, — после огромной паузы произнесла она. — Эмбер, всё меняется. Теперь жертва я. Офелия я. Агрессор — теперь ты, Эмбер, — с придыханием произнесла Анабель каждое слово, вызывая во мне волны гнева. — И Майкл сам это видит. — Она широко улыбнулась, протиснувшись мимо меня к выходу. — У нас с ним особая любовь, Эмбер. Я не жду никаких подарков судьбы. Добивалась его слишком долго, чтобы так легко тебе его отдать. А у вас… У вас словно история, написанная девочкой, которая верит в сказки. — Она закатила глаза в очередной раз. — Неправдоподобная скукотища! Скоро ты лишишься главного козыря — сбросишь листву, и на этом занавес.

Она заметила мой недоумевающий вид. Сбросить листву? Что?

— Девственность, — пояснила Анабель, как для тупой. — Его же это привлекло. В общем, Эмбер, ты не держи зла. Просто я забираю своё.

— Ты впилась в него, как клещ! Если он тебя любит, то сам вернётся.

— Нет, —продолжала Анабель гнуть свою линию, словно не слыша меня. — Майкл не понимает своего счастья со мной. Но поймёт однажды.

— Насильно мил не будешь, — стальным голосом произнесла я то, что однажды сказал мне Майкл. Анабель лишь приподняла уголки губ и поспешно вышла из уборной. Я — следом. Обе и наткнулись на Майкла. Он мгновенно прижал меня к себе, и в то мгновение я расслабилась, вдыхая знакомый запах. Провела рукой по его крепкой спине, желая оказаться наедине.

— Ты чего с ней делала там? — шутливо сказал Майкл. — Она теперь в напряжении. — Он начал гладить мои руки и плечи.

— Майкл, да ничего я не делала, — серьёзным тоном заявила Анабель. — Кстати, забыла пригласить вас на свой день рождения. Он не будет проходить у меня дома, потому что родители внезапно решили никуда не уезжать в этот день, — болтала она, как ни в чём не бывало, и на несколько мгновений я перестала её слышать, сильнее прижимаясь к Майклу. — У нас же теперь мир, так что приходите.

— Мы придём. — Майкл провёл пальцами по моей голове, а я ей качнула в сторону. — Спасибо за приглашение, Анабель.

Не видела лица Анабель, мне и не надо было. Могла себе представить её ухмыляющуюся рожу. Какая же стерва! К счастью, рыжая лицемерка быстро удалилась.

— Мистер Филлипс снова напомнил про театр, — проворчал Майкл, поглаживая мою спину. — Отругал за прогул. Достал меня до чёртиков, — зашептал он мне на ухо. — Никак не могу осилить строчки роли. Потренируемся дома? Пойдём к тебе, Офелия?

Я отвела взгляд, рассмеявшись.

— Ты-то без меня запомнить не в состоянии!

— То, что ты говоришь. — Он коснулся двумя пальцами моей нижней губы. — Запоминается мне намного лучше.

Я смутилась, покрывшись лёгкой дрожью. Майкл всегда умел что-то такое сказать или сделать, что вызывало у меня эмоциональное возбуждение. Ладно, не только эмоциональное.

Хотела поскорее остаться с Майклом наедине. И остальное маловажно. Об Анабель желала поскорее забыть. Но что-то мне подсказывало, что она ещё потреплет мне нервы. И, похоже, Майкл не верил, что Анабель способна на большую подлость. Это расстраивало. У меня не было сил с пеной у рта доказывать ему обратное.

Глава 43. Проверяя моё терпение

Я критично осматривала себя в зеркале: надела любимую сиреневую блузку с рукавами-воланами в сочетании с тёмно-голубыми джинсами. Выглядело вполне со вкусом. Крутилась перед зеркалом, проверяя макияж. Постаралась и сделала себе вечерний. Стрелки сидела рисовала полчаса! Неизменная алая помада выгодно выделяла губы. Я слишком хотела нравиться Майклу, вот и прихорашивалась, как могла. Сегодня день рождения Анабель, поэтому она будет выглядеть на все сто, а это значит, что я должна выглядеть на все двести!

День рождения она проводила в доме одной своей типа-подружки, и так уж получилось, что он был далековато, поэтому Майкл меня подвезёт. Однако маме это говорить не хотелось, поэтому я попросила Ханну зайти за мной. Карл подвезёт Джесси на машине, Ханна поедет с Йеном на байке. За последнее время отношения с друзьями сильно наладились. Я стала выбираться на прогулки с Джесси, Ханной, иногда в компании с Карлом и Йеном. Вот только Майкл почему-то не хотел быть в компании, предпочитая заставать меня одну. Я даже с Гейбом стала больше общаться, потому что он то и дело был у меня в гостях из-за того, что мама и шериф Рейган отдыхали сами по себе. Я приглашала Тони с братом заодно. Пока ребята рубились в приставку, я звала Майкла наверх к себе. И понятное дело, чем мы там занимались.

Казалось бы, всё чудесно! Конец депрессии. Если зимой я вообще ни с кем не общалась (кроме как по необходимости в школе), то теперь просто полный спектр общения, ещё и Майкл постоянно старался быть рядом, избегая при этом контактов с моей мамой. Однако на данный момент меня беспокоило одно: Анабель. И то, что она собиралась делать с Майклом. Было и ещё кое-что, что лишало меня порой позитивного настроя: тяжёлое ощущение внизу живота вот уже несколько недель. Я никак не могла от него избавиться. Как ни пыталась. И это меня злило.

Мама поцеловала меня в щёку на прощание и перекинулась любезностями с Ханной. Та ей нравилась, а перед приходом Ханны мама стала расспрашивать, будет ли на вечеринке Майкл. Не было смысла об этом врать, призналась, что да. Она прочитала мне лекцию о предохранении, а я закатила глаза и сообщила, что мы не собирались это делать. Мама продолжала, настаивая на том, что всякое бывает в порыве страсти, а мне хотелось сквозь землю провалиться. Я не понимала, почему она вдруг смирилась с тем, что я с Майклом. От дальнейшей неловкости меня спас приход Ханны. Я накинула куртку и вышла вслед за ней, протяжно выдохнула, как только оказалась на улице. Поблагодарила Ханну за спасение.

Как только мы прошли пару домов, то я заметила два знакомых байка и курящих Майкла и Йена. Я вновь залюбовалась Майклом. Он собирался поцеловать меня, как только я приблизилась к нему, но опомнился: только что покурил.

— Что, поехали? — Ханна надела шлем и села на байк.

Я расположилась позади Майкла и обвила его торс руками. На меня нахлынули воспоминания, как он помог мне после подставы Анабель.

«Мы вышли на улицу, он привёл меня к своему мотоциклу и протянул шлем. На мотоцикле я ещё не каталась. Я села на сидение и обхватила Майкла руками. Хотя и испытывала к Майклу неприязнь последнее время, но, прижавшись к нему, почувствовала успокоение».

По телу разлилось тепло. Майкл подал мне чёрный шлем. Я надела его, и вскоре мы уже мчались по тёмным улицам Редхилла. Я затаила дыхание, было немного не по себе, но в то же время осознавала: я доверяла Майклу свою жизнь.

Сейчас холодный воздух приятно обдавал лицо, и, прижимаясь к Майклу, мне было слишком тепло на душе. Приехав, мы вместе отправились к двухэтажному дому. Подружка Анабель, видно, тоже богатенькая — внутри дом стильно сделан под модерн, похожий на интерьер у Хилтон. Интересно: эта девочка Анабель не только в одежде подражала? Забавно.

Майкл взял меня за руку. Приятно. Мы улыбнулись друг другу и прошли в главный зал, где всё было, как обычно: темно и громко — кто пил, кто танцевал, кто болтал. Постаравшись, я заприметила Анабель в облегающем алом платье: видно, этот цвет она обожала всей душой. Анабель встретилась со мной взглядом и улыбнулась. Через минуту она уже была рядом с нами, быстро покинув своих собеседников.

Я неудобно себя чувствовала, потому что Майкл прижимал меня за талию к себе, а Анабель безучастно нас оглядела, без малейшей эмоции. Неужели когда-то я точно так же смотрела на Анабель и Майкла, ревнуя при этом?

— Анабель, было сложно выбрать тебе подарок, — всё-таки начала я, прочистив горло. Анабель легко улыбнулась мне. — У тебя потрясающий вкус, столько всего у тебя уже есть… — терялась, видя, как Анабель смотрела на меня: словно мы лет сто дружили перед этим. — Выбрать для тебя что-то было непосильной задачей. Однако… Майкл знает, что ты очень любишь ходить в один спа-салон, и именно поэтому мы решили подарить тебе сертификат. Надеемся, это то, что тебе по душе, — наконец договорила я, протянув алый конверт Анабель. Она приняла его.

К счастью, цены там были вполне нормальные (даже удивительно, зная, что Анабель вся такая типа богатая элита), и большую часть заплатил Майкл.

— Приятно, Майкл, что ты был так внимателен к моим предпочтениям. Цени его, Эмбер. — Она подмигнула мне и поспешно удалилась. Странно. Ещё более подозрительно, учитывая, что она мне наплела чуть ранее. Сдалась? Не верю.

— Видишь, всё хорошо, ей понравилось, — прошептал Майкл мне на ухо, прижимая ближе.

— Я рада. Переживала, как она отреагирует, — тяжело выдохнула я, прикрыв веки. Это и правда меня беспокоило: как она отреагирует и её поведение в целом.

— Потанцуем?

— Да не умею я танцевать, — рассмеялась я, сразу застеснявшись.

— На репетициях Анабель я видел, как ты «не умеешь», — сострил Майкл, схватив меня за руки и потянув к другим танцующим. Заиграла песня «I want it all» Arctic Monkeys: когда знакомая песня, как-то и танцевать легче. Не сдержалась от воспоминания, когда у нас с Майклом всё только зарождалось и я жутко ревновала его к Анабель:

«Говоря о Майкле, в школу он всё-таки вернулся. И на одну из наших репетиций он вдруг пришёл. В те моменты я больше всего была охвачена волнением. Анабель, конечно, блистала, это была её территория, и она проявляла себя здесь наилучшим образом. Я постоянно оглядывалась на Майкла и ловила его взгляд, но теперь он был предельно осторожен: мгновенно начинал смотреть в сторону».

— Ладно! — уже громче проорала я, потому что слышимость уменьшилась. — Да что ты на меня так смотришь! Я стесняюсь! — зашлась от смеха, заметив, как Майкл на меня выжидающе посмотрел, словно я ему сейчас стриптиз согласилась танцевать.

— Отвернись и всё! — Он посмеялся и встал мне за спину. Это ещё больше смутило, но да ладно. Я прикрыла глаза и начала двигать телом в такт музыке, стараясь расслабиться и не думать, что кто-то позади меня (а ещё конкретнее: Майкл). Вдруг я ощутила прикосновение между лопаток и сразу же дёрнулась. Эрогенная зона, Майкл! И он об этом прекрасно знал.

Майкл пальцами скользнул вниз и придвинул меня к себе, к счастью, боком. Почувствовала, как Майкл поцеловал меня в мочку уха, поглаживая живот. Я прикрыла глаза, не в силах сопротивляться, всё ещё двигая бёдрами, поняла, что Майкл двигался в такт со мной.

— Твою мать. — Я теперь переняла выражение Майкла, когда он прижался сзади.

— Приятно, да? — Майкл провёл кончиком языка по раковине уха. Он сильнее сжал мои бёдра, чуть ускорив темп. Я не знала, что мы делаем, но это и правда было невероятно приятно. Сердце стучало где-то в голове, заглушая мысли, и я бы ещё сильнее забылась, если бы песня вдруг не кончилась. Когда Майкл отодвинулся, я поняла, насколько же сильная пульсация внизу. У меня сбилось дыхание, и было жутко неловко смотреть на Майкла.

— И что это было? — усмехнулась я.

— Мы просто поплавали, — тихо произнёс он, вновь оказавшись близко. Майкл мягко повернул меня к себе, а мне хотелось куда-то спрятать глаза. Я минуту назад без угрызений совести прижималась к нему задницей, ещё и двигаясь.

«— А там движения как в сексе.

Я впервые задумалась об этом. Ну да, там же бёдрами отталкиваться надо.

— Впрочем, после Хэллоуина я не сомневаюсь, что у тебя получается плавать дельфином».

Я вспомнила слова Анабель о том, что у Майкла стояк через день. И вот в очередной раз у него встал член на меня, и я не раз это замечала, когда мы были наедине. По сути, должно было быть больно лишь Майклу, поскольку ему прекрасно знакомы эти ощущения, но спустя время оказалось, что мне тоже больно. Ещё долго неприятно. И я не знала почему, с кем о таком поговорить?

Возле диджея оказалась Анабель с микрофоном в руках.

— Хоть день и мой, но хочу сказать Эмбер, какая она классная девушка! У нас были разногласия, но у кого такого не было? — вещала она с довольной улыбкой на лице. Её слова не вызывали у меня доверия. Выглядело не по-настоящему. По крайней мере, я этому не верила и не могла поверить. Анабель слишком хитра, чтобы по-настоящему заключить со мной мир. Она жаждала Майкла. И она его получит. — Желаю поставить свою любимую песню, надеюсь, Эмбер, что и тебе понравится. — Она подмигнула мне, послышались аплодисменты и крики толпы. — «Sex, money, feelings, die»!

О да, я, казалось, поняла твоё послание, Анабель. По тексту песни. Майкл улыбался мне, в этот раз не прижимаясь телом, но от этого не легче. Ощущала, как становилось тяжело внизу.

Майкл наверняка и не вникал в текст песни, а я вот только и делала, что прислушивалась: невзаимная любовь, девушка любила, парень нет; девушка запивала горе алкоголем, принимала таблетки.

Что, Анабель, намёк мне? Или это про тебя?

Я, наверное, уже становилась помешанной, вот в песнях искала послания. А что, гэтсбинг нынче в тренде. Сообщила Майклу, что захотела пить, и мы отошли к барной стойке, рядом ещё находились бочки с пивом. Майкл заказал себе безалкогольный мохито, зная, что ему ещё предстоит отвозить меня домой. Я ограничилась апельсиновым соком и с бесстрастным лицом посмотрела в зал.

— Джесси с Ханной тебе машут. — Майкл придвинулся ко мне. — Сходи к ним. А то я тебя украл на весь вечер.

Я таяла от его голоса и чуть не свалилась с барного стула, Майкл придержал меня за локоть, чтобы я не навернулась. Удача — моё всё. Подошла к девочкам, которые были безумно рады меня видеть.

— Не могу поверить, что вижу Эмбер на вечеринке! — провозгласила Джесси. — Да ещё и с Майклом! Анабель не сводит с вас глаз.

Я кивнула, ощущая злорадную радость.

— Страдальцы вместе, я за это выпью. — Ханна улыбнулась. — Столько от друг друга бегали.

Её слова вызвали во мне волны неловкости.

— Кто празднует день рождения Анабель, а кто отмечает то, что вы сошлись, — расхохоталась Джесси, ударив свой стаканчик о стакан Ханны. Я закатила глаза, стараясь не выдать всё своё смущение. Девочки заговорили о том, как пройдут следующие выходные, я расспросила Ханну, где же Йен. Джесси присоединилась к обсуждению отношений.

Я вспомнила, как успокаивала её после первого раза, используя словечки Майкла. Удивительно, но они сработали. Продолжалась бы девчачья беззаботная болтовня и дальше, если бы я не увидела, что Анабель смеялась с Майклом за барной стойкой и в руках у него уже не мохито. Я почувствовала слабые уколы ревностью и негодованием.

— Вновь Анабель полезла? — хмыкнула Ханна, проследив за моим взглядом. — Да тебе его одного надолго нельзя оставлять. Как собачку без привязи уведут.

— Очень смешно, — ответила я грубее, чем должна была. Меня злило это просто неимоверно! Смешно им. Йен вон стоял с парнями какими-то болтал, Карл тоже, вот уже к Джесси устремился: со мной поздоровался и опустил взгляд. Затем они отправились танцевать. Почему у девочек так спокойно, а у меня как на минном поле?! Почему я постоянно должна «охранять» Майкла от Анабель? Что это вообще такое?

Я оставила Ханну, чтобы подойти к этой счастливой болтающей парочке.

— О, Эмбер! — поприветствовал меня Майкл с бокалом в руке. — Тут такой чай вкусный. С ромом и сладким сиропом. Ты должна обязательно попробовать. Ромовая девочка.

— Ромовая девочка? — Анабель со смешком повернулась ко мне, прожигая взглядом. — Интересное прозвище. Любишь ром?

— Ты же не хотел пить сегодня, чтобы не возвращаться пьяным. — Я скрестила руки на груди и обиженно произнесла слова.

— Не хотел. Но тут очень мало рома в чае. Анабель, почему ты решила чай заказать вообще? — Майкл общался с ней, как со своей лучшей подружкой, и меня это выбешивало!

— Да, он правда очень вкусный. — Анабель поправила волосы и ослепительно улыбнулась, не сводя с Майкла взгляда. — Всегда нравится испытывать что-то новое.

— Эмбер, попробуй. — Майкл подал мне бокал.

— Ты меня спаиваешь? — сострила я, испытывая злобу на Анабель и в данный момент ещё и на Майкла.

— Спаиваю? — Он нахмурился. — Нет, что ты.

— Ты ведь знаешь, что я не люблю алкоголь. — Я уже не обращала внимания на рядом находящуюся Анабель. Но взбесилась я не из-за рома совсем: взвинченное состояние именно из-за ошивающейся рядом Анабель.

— Но ты не пробовала ром, сама же говорила, — уговаривал Майкл. — Ладно, как хочешь. Но многое теряешь. Сладко в меру.

Я кивнула, стараясь сохранять спокойствие.

— Прямо, как ты, — добавил он, чем вызвал у меня улыбку на лице. Льстец и гад, знал, что говорить!

Майкл почему-то нахмурился и посмотрел в сторону, на Анабель, и я впервые за последнее время взглянула на неё: она поддерживала голову рукой и тяжело дышала.

— Мне что-то нехорошо, — выдохнула она, вся ослабленная. Даже я сначала повелась на этот театр и только спустя пару мгновений очнулась. — Выписанные таблетки, похоже, плохо на меня влияют. Ещё и с алкоголем их смешала. Ладно, не буду вам мешать, — жалобно выдала она и слезла со стула, качнувшись. Майкл мгновенно подскочил.

— Тебя шатает. Наверное, голова кружится?

— Ага…. Сильно. — Ещё немного, и она бы упала, но устояла на ногах.

— Может, тебе прилечь?

Анабель как вцепилась в его плечо, изображая обморок, что и мне дурно стало. Оскар ей, Оскар!

— Нет, я хочу домой. Мне слишком нехорошо, — бормотала она, уткнувшись ему в грудь. Рядом находящиеся люди повернулись в нашу сторону. — Отвези меня домой, Майкл.

— Анабель устала, ей нужно отдохнуть после такого насыщенного дня, — обратился Майкл к наблюдающим, а затем вновь посмотрел на неё. — Анабель, ты так на мотоцикле не уедешь. Давай такси вызовем тебе?

О, вот это хорошо, пускай её увезёт такси. Стоп, здесь и такси ездило? Не совсем дыра, я уж была о Редхилле очень плохого мнения. Да и тут многое близко, пешком не проблема дойти.

— Такси приедет незнамо когда, ты же знаешь, — подавленно говорила Анабель, продолжая тяжело дышать. — Я на машине, Майкл. Отвези меня.

Я стояла и не верила своим ушам. Актриса-Анабель на руках у Майкла настоятельно просила отвезти её домой. Мне хотелось смеяться. Давай, Майкл, скажи, что ты не повёлся на эти дешёвые трюки.

— У тебя куча подруг, вот пускай и выручают тебя, — впервые за всё время высказалась я. Меня душила злоба. — И как Майкл потом от тебя уедет?

— На моей машине. Я завтра её сама пригоню. Прости, Эмбер, — подала голос Анабель, с сочувствием осматривая меня. — Я знаю, что ты наверняка думаешь сейчас. Выглядит эгоистично. Майкл, и ты прости. Положи меня на какой-нибудь диванчик и продолжайте веселиться с Эмбер.

— Нет, Анабель, ты что! — на эмоциях воскликнул Майкл. — Я тебя отвезу — это же мелочь.

Мне казалось, что я сплю и вижу страшный сон. Анабель сейчас надавила на жалость: «ой, я такая бедная несчастная, бросьте меня, идите веселиться, пока я буду помирать».

— Может, тебе позже лучше станет… — старалась я хоть как-то избежать того, что Майкл с ней уедет!

— Анабель лучше понимает своё самочувствие. Раз сказала домой, значит, домой, — отрезал он и крепче к себе прижал. — Эмбер… — Майкл вдруг посмотрел на меня, а я просто не верила в то, что происходит.

— Давай, езжай с ней. Вперёд, — ядовито произносила я, поджимая губы. — Спасай несчастную именинницу. Оставляй меня одну здесь.

Я была сильно обижена. На вечеринке сотня людей, из них бы нашлись те, кто отвёз бы Анабель, но нет!

— Я вернусь, Эмбер.

— Да конечно, — язвила я. — Езжай, Майкл.

Видела сомнение в его глазах.

— Майкл, Эмбер права, — вмешалась рыжая лицемерка. — У вас всё-таки любовь. А я тебе никто.

О да, она — мастер манипуляции. После сказанных слов Майкл отвёл от меня взгляд и направился с Анабель к выходу. Ох, как великолепно, Анабель!

На глазах наворачивались слёзы. Нет, нет и нет! Неужели Анабель постоянно намерена так вклиниваться? Бедная-несчастная Анабель с пограничным расстройством личности! Я присела на барный стул и всё-таки решила выпить то, что Майкл предлагал. Оказалось, и правда вкусно. Алкоголя в меру, головокружение не вызывало, а вот тепла в груди прибавилось. Полегчало немного. Я заказала ещё и вдруг увидела того, с кем я тогда столкнулась на вечеринке (вписке) — «старого знакомого» Майкла.

Отношение Майкла к нему я поняла ещё больше во время нашей прогулки вечером. Мы на старого знакомого Майкла тогда случайно наткнулись. Беседа явно не задалась, и Майкл быстро распрощался с ним, повёл меня вперёд за локоть.

«— Теперь ты поняла, почему я говорил не ходить одной по темноте. Чтобы на таких не наткнуться, — пробурчал он, а я чувствовала, что Майкл чего-то недоговаривал.

— И что плохого он сделал, раз ты так говоришь? — Я посмотрела на Майкла, который играл желваками. Явно злился.

— Когда пьяный, то теряет контроль. А что было: лучше не знать. — Он не смотрел на меня, пока произносил».

Что, Майкл, оставил меня одну? Вот теперь буду болтать с твоим давним врагом.

Глава 44. Сближаясь с тобой

Старый знакомый Майкла улыбнулся мне и присел рядом, заказав текилу. Мне стало немного не по себе.

— Майкл тебя оставил? — Повернулся ко мне и выжидательно посмотрел.

— Угу. — Я выпила ещё немного напитка, вызывая приятные ощущения, которые заглушали боль. — Повёз бедную несчастную бывшую девушку домой. Благороден, — язвила я, с силой сжимая бокал и смотря куда-то вперёд.

Парень вдруг рассмеялся.

— Майкл такой. Анабель его на этом ловит. Она умная девушка. Ты, я вижу, тоже. Кстати, я не представился в тот раз, — невыносимо уверенно проговорил он.

— Мы дважды виделись. — Я вдруг решилась взглянуть ему прямо в глаза. Нахальный взгляд серых глаз пристально меня осматривал с ног до головы.

— Верно, Эмбер. Но в этот раз без Майкла. Я Нейтан, кстати. — Он обольстительно улыбнулся, сделав глоток. — Красиво выглядишь. У Майкла губа не дура.

Я проигнорировала комплимент и растущее тепло в груди, которое, скорее всего, возникло из-за повышенного содержания алкоголя в крови.

— Спасибо, — дежурно ответила я, стараясь не выказывать своих чувств. — Что же ты, Нейтан, вдруг вернулся в Редхилл? Раньше тебя не видела.

— Да решил проведать тётю, я раньше у неё жил. Весёлые были времена, — посмеялся Нейтан, покручивая стопку в руках.

— Ага. Издевался над Майклом, — не могла я промолчать по этому поводу.

— Ух ты. Это тебе Майкл рассказал?

— Да. Ты заставил его курить, — с упрёком высказала я, желая видеть хоть каплю раскаяния.

— Было дело. — Нейтан причмокнул губами, лениво скользя по танцующим в зале.

— И зачем так измываться? — Я скрестила руки на груди, когда допила напиток. В голову больше ударил алкоголь, и вся моя осторожность с каждой секундой смягчалась.

— Это забавно. Майкл много сопротивляется, и это всегда увлекательно. Не все же люди такие стойкие. Кстати… Услышал я про вашу забавную историю. — Он расплылся в улыбке и заказал ещё стопку.

— Какую историю? — ощетинилась я, только представив опять все те сплетни.

— Да то, как Майкл тебя завоёвывал. Однако — знаешь что, Эмбер? — Нейтан склонился ко мне. — Майкл обидчивый. И мстительный. Он тебя кинет.

Я издала истерический смешок, в горле как будто встал ком, который никак не проглотить, и мне потребовалось запить несколькими оставшимися каплями чая, чтобы избавиться от сухости во рту.

— С чего вдруг такие предположения?

Анабель сказала, что я надоем Майклу. Нейтан заявил, что Майкл меня кинет. Что Анабель, что Нейтан стремились подпортить нам с Майклом жизнь. Это же очевидно.

— Эмбер, я всё-таки старше тебя. — Он подмигнул. — И Майкла знаю с раннего возраста.

Мне больно слышать это, и верить не желала нисколечки.

— Кинет и кинет. Что с того? — Я махнула рукой, чтобы свернуть тему. Что он ко мне прицепился вообще? Какое ему дело до личной жизни Майкла?

— Признайся: игралась с ним, да? У Майкла после моего выпуска из школы знатно повысилась репутация. Девочки по нему тащатся. А тут такая девственница, что сильно его зацепила своими отказами.

— Я с ним не играла. Так всё вышло. И не твоего ума дело, — уже огрызнулась я, не в силах сдерживаться.

— Без проблем! Я и не лезу особо. Так, послушал, что люди говорят. Что, у вас уже было? — заговорщически прошептал Нейтан, всё ещё склоняясь ко мне.

— Иди ты на хрен! — выплюнула я ему в лицо эти слова. Поняла, что впервые использовала данное выражение Майкла. «Твою мать» уже было, теперь вот это…

— Как грубо, — смутился Нейтан и притворно надул губы. — Не было, значит? Боишься? А танцевали вы недавно весьма раскованно.

Я оглянулась на бедного бармена, который невзначай протирал бокалы. Что только ему не доводилось выслушивать каждый раз…

— Знаю, что ты этого не поймёшь, но я дорога Майклу. И ни о чём таком он меня не просит. — Я слезла с барного стула и отправилась в зал, а оттуда уже к выходу.

— Стой-стой-стой, Эмбер! — Нейтан внезапно схватил меня за руку, когда я уже оказалась в коридоре. — Не просит, значит?

Я молчала, не желая отвечать ему.

— Ух ты. Высокие чувства. Понимаю. Слушай, ты куда идёшь-то? — тараторил он, непонятно почему оживившись.

— Домой хочу, — пробурчала я, скрестив руки на груди.

— Не далековато ли? Хочешь, подвезу тебя?

Я, поджав челюсти, взглянула на него. Враг Майкла, ещё и подвыпивший. Майкл ему в корне не доверял, считал чуть ли не насильником.

— Ты выпил, как водить будешь? — презрительно фыркнула я и заметила Йена неподалёку, что пристально вглядывался в меня.

— Эмбер, я тебя умоляю. Я не в стельку. Да и карму надо подправлять. — Нейтан подмигнул мне. Желание сделать Майклу больно, как он мне сегодня, сейчас доминировало. Йен расскажет Майклу, с кем я ушла. Замечательно!

Я взяла и согласилась, чем вызвала бурную реакцию Нейтана, который проводил меня до своего автомобиля.

— Тойота? — уточнила я, садясь на переднее сиденье. Что я делала, это же сумасшествие! Алкоголь в крови, что ли, так подействовал?

— Она самая. Слушай, почему ты всё-таки согласилась? — Нейтан повернул ко мне лицо и сверкнул улыбкой.

— Обиделась на Майкла из-за того, что он выбрал Анабель сегодня, а не меня, — пробормотала я, тотчас злясь за излишнюю откровенность.

— Понимаю-понимаю.

— И Йен видел, что я уехала с тобой, так что…

— Есть свидетель, убрать тебя просто так не получится, какая жалость! — хладнокровно произнёс Нейтан и включил радио. Я вздрогнула, покрывшись мурашками. — Да Эмбер, шучу я!

— А ты чего благородничаешь? — фыркнула я, когда мы тронулись с места. — Дело ли в карме? Сомневаюсь.

— А у меня похожая цель, что и у тебя. Хочу в очередной раз позлить Майкла. Увёз его девушку незнамо куда. Ай-яй-ай! Он будет рвать и метать, — с садистическим наслаждением вещал он, выбирая нужную песню. — Однако в Балтиморе у меня нынче игрушки поинтереснее, поэтому я так, по старой памяти, просто забавляюсь с вспыльчивым Майклом. Куда тебя везти? Адрес подскажешь?

Я только собиралась назвать, но тут в голове возникла идея, и уже другие слова соскользнули с губ.

— Вези меня к его дому. Адрес, я думаю, ты знаешь.

Нейтан, ухмыляясь на одну сторону, повернулся ко мне.

— С чего вдруг?

— Он уж точно не будет меня искать у себя дома. Сюрприз, — произносить слова было горько. Я, похоже, трезвела, и теперь становилось всё печальнее.

— Какая ты хитрая. Телефон-то выключи, чтобы его помучить, ну, — хохотнул он, я и правда отключила телефон. Старалась отвлечься видами за окном, но вокруг была лишь темень, и я на самом деле испугалась, что Нейтан отвезёт меня куда-то не туда и что-то плохое сделает. Мозг включил панику, я винила себя за то, что села в машину к малознакомому парню, я никогда вообще так не делала! Неужели желание задеть Майкла так сильно побудило меня на безбашенный поступок?

По телу вновь пошла дрожь, я не могла удобно усесться на сидении, в салоне играл жёсткий рок, словно готовя мне дорожку на ту сторону.

— Приехали, — заявил Нейтан.

У меня чуть сердце не прекратило работу, я еле пережила, что он сильно гнал пьяным. Никогда, никогда в жизни я больше не сяду к пьяному малознакомому парню в машину, даже ради мести!

— Платить как будешь? — Он ухмыльнулся мне, отчего я дёрнулась и схватилась за ремень, яростно принявшись освобождать себя. — Хах! Эмбер, да ты, я смотрю, мало доверяешь людям.

— Знаешь, Нейтан, я и правда нервная. — Я подняла свою небольшую сумочку и вытащила пару купюр. — Так лучше?

Он выхватил у меня деньги и положил в карман брюк.

— Я вот что тебе скажу на прощание, — прорезал его голос тишину, когда я уже схватилась за дверную ручку. — Высокие чувства — это и большая боль, знаю, звучит пафосно. Только дорогой человек может сделать сильно больно. Прислушайся к моим словам.

— Ты в сговоре с Анабель, да? — разозлилась я и вместо того, чтобы выйти, приблизила лицо к Нейтану.

— С Анабель? — Он нахмурился. — Нет, что ты! Однако Анабель с ним долго встречалась. Знает его. А сколько знаешь Майкла ты, Эмбер? — давил он на больное, вызывая волны негодования в груди. — Он не такой уж прям лапочка, Эмбер. Он с характером. И не надо про это забывать. Впрочем, ты тоже с характером.

Меня трясло от него, от его слов и от того, что он мог быть прав.

— Всего хорошего, милая Эмбер! — Нейтан вдруг улыбнулся мне, а я выскочила из автомобиля, как ошпаренная. Нейтан сделал своё дело: я встревожена. Из всего возможного он сотворил именно это — заставил сомневаться в Майкле.

Даже не обернулась, только услышала визг шин позади себя, когда уже поднялась на крыльцо и позвонила в звонок. Миссис Уокер открыла мне и сильно удивилась, но я убедила её, что сын вскоре вернётся, а я подожду его в комнате. Оказалось, время близилось к двенадцати ночи.

Медленными шагами я поднялась в комнату Майкла и тяжело выдохнула, когда закрыла за собой дверь. Как же непривычно тут без него…

Я, наконец, себя отпустила, из глаз тотчас брызнули слёзы. Причин было несколько.

Жутко ревновала Анабель к Майклу. Боялась до дрожи, что она права. Нейтан ещё нагнал. Они как будто сговорились.

Внизу живота до сих пор было тяжело, и как же я устала за эти недели от данного чувства!

***

Когда поток слёз прекратился, я стала восстанавливать дыхание. Рваное постепенно превращалось в умеренное. Не знала, почему я настолько расклеилась. Сидела в темноте, на кровати Майкла, вернее, сначала я лежала и рыдала в его подушку, а затем поднялась и вытерла слёзы. Хотела ему всё-всё высказать по поводу Анабель, но он не приходил слишком долго. Ради того, чтобы узнать, сколько времени, даже включила компьютер и взгрустнула, вспомнив, как мы здесь учились постоянно, затем выключила, пребывая в раздражении. Два часа прошло. Два! За это время он мог спокойно с Анабель переспать несколько раз. Меня выжигала обида на него, на неё и на себя.

«Знаешь ведь, что ты не даёшь, зато даю я».

В воспоминаниях всё всплывало лицо Анабель, наполненное самодовольством и превосходством надо мной. Меня трясло, я прижала колени к груди. Душевное состояние было хуже некуда.

Когда дверь в комнату открылась, я всё ещё продолжала смотреть в темноту. Вдруг включился свет, который ослепил меня, уже привыкшую к темноте. Я зажмурилась от недовольства.

— Боже! Эмбер, вот ты где. Я тебя обыскался! Начал думать худшее. — Майкл подскочил ко мне и взял за руки. — Вернулся, а мне Йен рассказал, что ты куда-то с Нейтаном ушла! Причём ни он, ни ты трубку не берёте! Я не знал, где искать. Съездил к нему, его дома нет. На вечеринку он тоже не возвращался, я все комнаты проверил там. Ни Джесси, ни Ханна не знали даже, что ты ушла. Вспотел весь. — Он дёрнул за футболку. — Хотел переодеться и идти уже к тебе домой искать. Заранее зная, что меня твоя мама четвертует на месте… Эмбер, что вообще произошло после моего отъезда?!

— Нейтан просто отвёз меня домой, — промямлила я.

Майкл сжал мои руки.

— Лицо заплаканное. Эмбер, что случилось? Как ты тут оказалась? Почему? Нейтан что-то сделал всё-таки?!

— Нет, он ничего не сделал, довёз меня, и всё. Меня твоя мама пустила. Я захотела с тобой поговорить. — Я наконец посмотрела на него, и это было больно. Майкл тщательно осматривал моё лицо, затем опустился взглядом вниз, видимо, выискивая следы случившегося.

— О чём, Эмбер?! А Нейтан был. — Майкл щёлкнул пальцами по своей шее и, не услышав ответа, добавил. — Пьяный?

— Пьяный. Майкл, он, правда меня не тронул. Дело вообще не в нём.

— Пьяный и не полез? — Майкл сильно нахмурился.

— Ты на себя в зеркало взгляни, — подметила я, что у Майкла волосы взъерошены. — Сам говоришь, что вспотел. Нейтан просто знает, как над тобой издеваться, прилагая минимум усилий.

Майкл промолчал, но я поняла, что он разозлился и сильнее сжал мои руки.

Может, Нейтан и весь такой плохой, лезущий пьяный к девушкам, но со мной он полностью себя контролировал. И Нейтан знал, как именно взбесить Майкла и при этом остаться в белом. Урод. Теперь понятно, что он Майкла так в подростковом возрасте и доводил. Наверняка всякой ерундой, по мелочи. Так поступают садисты.

Ладно, не буду трогать больную для Майкла тему, тем более, что меня сейчас другое больше беспокоило.

— Вообще-то, я хотела говорить об Анабель и тебе. Тогда, в уборной, она сказала мне много… противного. — Я зажмурила глаза и выдернула свои руки из его хватки.

Отодвинулась на кровати в центр так, чтобы Майкл меня не трогал лишний раз.

— Что она наговорила тебе? — Майкл всё ещё звучал злобно.

— Ты всё равно мне не поверишь. Анабель ведь не сука, — от обиды чуть ли не прокричала я. Тоже была на взводе.

— Поверю. Эмбер, я тебе верю. — Он присел на постель, но касаться меня не стал. Чувствовала себя опустошённой, голова была тяжёлой, поэтому я прилегла.

— Она манипулирует тобой, чтобы вернуть! Хочет выставить меня ненормальной, — продолжила я плакать. Вот же засада! Думала, что всё выплакала! Как стыдно-то… — Но мне больно не поэтому, мне больно за тебя, Майкл! Я не хочу, чтобы она так игралась с тобой! Не хочу, чтобы ты страдал!

От того, что я высказала это, стало легче. Хотя и получилось чересчур эмоционально: повышенный голос и вдобавок слёзы.

— Я знаю, что она манипулирует, Эмбер, — тихо ответил Майкл, посмотрев в окно. — Я же не дурак. И долго с ней был. Просто чувствую свою вину перед ней. За всё произошедшее между нами. Поэтому поддерживаю её, как могу.

— Не твоя вина. Вы оба были на это согласны.

— Я мог бы не вступать в эти отношения. — Он вяло улыбнулся. — Но ничего не изменить. Что было, то было. Эмбер, я знаю, что тебя беспокоит. Но просто поверь мне: бояться нечего. Анабель сделала то, что я никогда не прощу.

Я вопросительно посмотрела на него, слишком сильно желая получить продолжение сказанного.

— Измену. Я понимаю, почему она это сделала: пограничное расстройство. Анабель склонна к импульсивным поступкам и порой мало контролирует своё поведение. Вполне вероятно, что тогда она испытывала сильные негативные эмоции и поэтому так поступила. Я могу понять её. Но не могу простить. Никогда не прощу измену. — Майкл покачал головой. — И что бы она ни делала после этого — ничто это не исправит. Не могу быть с ней после этого. Пытался. Не смог. — Майкл потёр переносицу, украдкой посмотрел на меня. — Теперь ты спокойна? Ты из-за этого плакала?

Я поджала губы. Ответ Майкла меня утешил, да не совсем. Кивнула, но ближе не пододвинулась.

— Ещё что-то, Эмбер? Молчишь. Как же сложно с тобой. Ты очень закрытая. Придётся принимать отчаянные меры. — Он резко подвинулся ко мне и прижался сбоку. Я лежала на постели, почти что без чувств. — Эмбер, я так не играю. Только ты, что ли, обижаться можешь?! На тебе лица нет. Раз дело не в Нейтане, то ещё в чём-то?

— Нет. — Я повернулась к нему спиной.

— Выглядит так, как будто мы поссорились, но мы-то не ссорились! Давай всё обсудим. Что ещё ты хочешь знать? Спрашивай. — Майкл легонько толкнул меня в бок. — Я дал ещё поводы для ревности? Я тебя чем-то обидел? Что я сделал не так? — вдруг зашептал он мне на ухо, отчего я вздрогнула. Я всё-таки повернулась к Майклу. Не хотела, чтобы он мучился догадками. Села на кровати, он следом за мной.

— Майкл, не хочу об этом говорить. Мне неловко. И это ерунда. — Я начала теребить край своей блузки.

— Раз это тебя беспокоит, то не ерунда. Давай. Колись.

К сожалению, за эти два часа я успела много о чём подумать. Закусила губу от нервов, меня всю корёжило, когда я снова посмотрела Майклу в глаза.

— Не могу. Стыдно.

— Эмбер, ты меня пугаешь. За что тебе стыдно? Тоже изменила, что ли? — хмыкнул он, схватив меня за руку. — Нет? — Майкл увидел, как я рьяно покачала головой. — А что? Эмбер! Да чтоб тебя, я ещё никогда не был так заинтригован!

Я опять выдернула руку, стараясь не сбиться с мысли. До сих пор не была уверена, что стоит об этом говорить. И совершенно не представляла реакцию Майкла.

— Ладно. Скажу. Сначала я всё выскажу, а потом комментируй. Понятно? — Я требовательно глянула на него, на миг обретя уверенность. Она испарилась мгновением позже. Майкл поспешно кивнул, а я набрала в лёгкие побольше воздуха. Так, всё нормально. — В общем, последние дни я чувствую себя… излишне нервной. Раздражительной. Много злюсь, — рассказывала я, замечая, как пристально Майкл смотрел на меня во время повествования.

— Ну, теория с беременностью, к счастью, отпадает! — воскликнул он, а я шикнула на него. Майкл жестом показал, как закрыл ротик на замочек, а потом ключик выкинул — это вызвало у меня улыбку.

— После наших поцелуев я чувствую… как будто мне что-то недодали. Особенно после самых долгих поцелуев. Становлюсь раздражительной. А ещё внизу живота. — Я показала рукой. — Тяжесть. Поначалу всё было еле заметным, но с каждым разом всё сильнее и длится изо дня в день, даже когда мы не вместе. Физическая активность немного снимает напряжение, но в основном эта тяжесть нервирует меня. Я не знаю, что делать. Обычно я делилась с подругой всем, что меня тревожит, а в этот раз поняла, что не могу. Мне неловко. И, поскольку я целуюсь с тобой, то и рассказываю тебе. Вот.

Я закончила, и после этого меня отпустило. Дыхание начало приходить в норму. А Майкл молчал, я не решалась поднимать взгляд, уткнулась взором в белое покрывало.

— Скажешь что-нибудь? Давай помогу найти ключик, — шутливо начала я и подняла взгляд. Майкл невидящим взором смотрел перед собой.

— Эмбер, извини. За всё. Ты правда не понимаешь, что происходит?

Я покачала головой. Майкл облизнул губу и посмотрел в окно.

— Эмбер, такая раздражительность появляется, когда не наступает разрядка. Просто всё идёт к этой самой разрядке, организм готов, и тут раз — облом. Понятно, почему тело недовольно. Сплошные обломы. Насчёт тяжести: кровь приливает и застаивается, не уходит, потому что — снова — нет разрядки. Сначала тебе было незаметно по ощущениям, а потом раздразнили тело. — Он почесал в затылке.

— Какой разрядки, Майкл? — произнесла я и сразу же вспомнила те смс Майкла после нашей общей посиделки у Анабель дома.

«Прости

Мне срочно нужна была разрядка».

— Как же мне хочется не разговаривать с тобой об этом. — Майкл осторожно провёл рукой по моей щеке. — Просто общаться. И притворяться, что никому ничего не хочется. Жаль, что у нас не слабая половая конституция, да?

Я молча смотрела на него, застыв. Это что он мне сейчас рассказал?! Что я теперь тоже хотела большего? Вернее, не я, а тело.

— Я о тебе не подумал. — Майкл поджал губы. — У меня-то разрядка есть. Прости.

Я всё ещё продолжала непонимающе на него смотреть. Та ситуация с Анабель снова всплыла в памяти.

«Спустя время стала анализировать его смс. То есть он возбудился от меня, пришлось переспать с Анабель, чтобы не мучиться от облома. В моём случае подобного решения «проблемы» не находилось».

— В смысле у тебя есть разрядка?!

— Нет, я не сплю с Анабель, даже не думай! — повысил Майкл тон голоса. — А то я вижу по твоим глазам, что ты подозреваешь. Не про это. Думаю, ты понимаешь, что я делал в ванной, когда уходил от тебя посреди поцелуя.

Я покачала головой, пребывая в полном замешательстве.

— Серьёзно? Эмбер, даю три попытки угадать.

Майкл смотрел на меня в ожидании, а я не знала, что и думать. Он сказал, что у него есть разрядка. Но не Анабель. А кто? Вроде никто…. А ванная тут причём? Что он мог делать в ванной?

Майкл поднял правую руку и помахал ею. И тут дошло.

— Ты… сам себя, что ли?! — была я ошеломлена.

— О! Не настолько невинна сознанием, как я предполагал, — радостно воскликнул Майкл. — Да, сам себя. Зато не болит круглые сутки. Осуждаешь?

Я затрясла головой.

— А ты сама себя нет. Бедная моя. Эмбер, ты бы хоть говорила. Ты же не останавливаешь. Чего ждёшь? — Майкл гладил мою щёку.

— Я боюсь того, что может произойти, — призналась я. Как бы моё тело там что ни кричало, но слова Анабель, да и Нейтана только меня психологически добивали. Боялась я не столько секса, сколько того, что будет после. И это та тема, на которую мне безумно страшно говорить с Майклом. Я смогла выговориться об Анабель, смогла рассказать о своих ощущениях… Но о том, что станет между нами с Майклом потом — нет. Просто потому что он дал понять, что будущего со мной не видит.

— Эмбер, я никогда не буду настаивать на этом. Если будешь готова, то скажешь. Пока никакого секса. Обещаю. — Он прижался своим лбом к моему, и я ощутила спокойствие. — Всё будет хорошо. — Майкл обхватил меня руками и прижал ближе к себе. — И сегодня тебе тоже дискомфортно?

Я кивнула, всё ещё испытывая неловкость. Майкл приблизился своими губами к моим, и теперь только дыхание разделяло. Я вздрогнула, обхватила затылок Майкла руками, гладя его волосы. Он дотронулся до моих губ своими и тотчас отстранился. Затем вновь приблизился, обдавая тёплым дыханием и обхватил мою нижнюю губу. Признаюсь, Майкл меня раздразнил. Я невольно издала стон от наслаждения, пока он посасывал её, а затем осторожно приоткрыл губы кончиком языка. Прикрыв глаза, я полностью отдалась приятным ощущением — Майкл провёл языком по нёбу, скользнул к языку, лаская его. И я застонала ещё раз. Вот снова — почувствовала, как тяжело становилось внизу и как сильно было желание скрестить ноги.

Майкл вдруг поместил руку мне на спину, в чувствительное место между лопаток. Рисуя круги, затем растирая, доводя меня до исступления, Майкл положил меня на кровать. Я сильнее впилась руками в его волосы, ненавидя за то, что за эти недели он изучил чувствительные места на моей коже. Я выгнулась в спине, ощущая сильное желание оказаться с Майклом как можно теснее. Он прижался ко мне, и в это мгновение я замерла, ощущая, что он возбудился. Я обняла его за плечи, умирая от того, как сейчас Майкл рассыпал поцелуи на моей шее. Кто придумал эти эрогенные зоны? Я тяжело дышала возле его уха, у меня уже в горле пересохло. Простонала имя, прижимаясь всё ближе.

— Обычно здесь, — всё-таки нашла я силы сказать, хотя из горла в очередной раз рвался стон. — Мы останавливаемся, а ты уходишь в ванную, — усмехнулась. Майкл оторвался от моей шеи и взглянул в глаза. Вместо ответа схватил за ворот футболки и стянул её с себя. Я видела его по пояс голого… в третий раз? Всего лишь? — Майкл. — Я провела рукой по его груди, и меня нисколько не смущало, что теперь тело выглядело не таким накаченным, как раньше. — Что мы делаем?

— Играем по моим правилам. — Он задрал мою блузку и поцеловал в живот, и я мгновенно вся стала сгустком нервов. Я резко выгнулась и совершила толчок, на что получила ответ. — Да твою мать, Эмбер! — Майкл приподнялся на локтях. — После таких выкидонов ты говоришь, что не готова. Обманываешь меня. — Майкл укоризненно посмотрел на меня. — Твоё тело готово, а ты нет. Я понимаю. — Он соприкоснулся губами с моими. — Ты не представляешь, как я тебя хочу, Эмбер.

Я с силой сжала его волосы и простонала ему в рот. Майкл глубже поцеловал меня, всё настойчивее, страстнее. Я не сдержалась и сжала ноги, что не осталось незамеченным от Майкла.

— Обхвати меня ногами. Ну же. Как на Хэллоуине, — шептал он мне на ухо, лаская его языком. И в эти моменты я больше себя не помнила. Обвила Майкла ногами и застонала чуть громче, сильнее сжала, качнув бёдрами. — Ты мне доверяешь? — тихо-тихо спросил он возле моего уха.

— Да.

— Хорошо. — Он погладил мои ключицы и скользнул пальцами вниз, к груди. — Правило одно: ласки выше пояса. Тебе понравится.

Я зашлась в дрожи, когда он коснулся моей груди. Раньше Майкл только до моей спины дотрагивался, не заходя дальше. Ещё никогда я не чувствовала такого сильного напряжения — ни на Хэллоуине, ни во время других поцелуев с Майклом. И поняла, что сегодня он не собирался останавливаться.

И я этого жаждала.

Глава 45. Чувствуя тебя

Когда я открыла глаза, в комнате почему-то было светло. Ощутила что-то тяжёлое на своём животе и опустила взгляд: кто-то обвил меня рукой, да ещё и прижал к себе. Почувствовала, как спокойно вздымалась грудь Майкла, прижатая к моей спине. Даже будить его не хотелось. Внезапно я обратила внимание на одну деталь — я обвернута в одеяло, но… Так, стоп. Это не то, о чём подумала? Я, что, без одежды?!

Я схватила Майкла за руку и осторожно подняла, к счастью, у меня получилось. Я обернулась к нему, сев на кровати. Майкл лежал рядом со мной по пояс голый. Мозг подкинул воспоминания, от которых я вздрогнула. Помню, как касалась его тела, всё больше хватаясь за спину. Я опустила взгляд вниз — я тоже была только по пояс голая. Где мой бюстгальтер?! Я нашла его на тумбочке рядом и поспешно надела, там же была и моя блузка. Я прикусила губу, пытаясь вспомнить всё, что было, но голова почему-то соображала слишком медленно.

Вспомнила, как Майкл целовал меня в грудь и… одну его фразу.

«— Отпусти себя.

После которой напряжение стало невыносимым, и в один миг всё изменилось — я ощутила, как сердце замерло, все реакции тела замедлились, а внутри распространилось тепло. Спокойствие накрыло большой волной, и я ещё никогда не чувствовала такого умиротворения. Даже после успокоительных.

Майкл убрал руки с моей груди, чтобы погладить волосы. Я взглянула на него, не понимая, что произошло. Он молча проводил пальцами по моей голове, а я слишком быстро уснула».

Я сильно нахмурилась. И что это было? Взор наткнулся на смартфон. Я ведь так и не включала его с того вечера. Испытывала нервозность, наблюдая, как медленно смартфон включался. Телефон чуть не выскользнул из пальцев, стоило мне увидеть время и день недели — уже первый урок начался! Но это было ещё не потрясение.

А вот двадцать пропущенных звонков от мамы — это ужас, причём ещё мягко сказано. Я схватилась за волосы, испытав душевный упадок. Что она теперь сделает со мной?! Я провела ночь с Майклом. Правда, что ли? Эта фраза никак не укладывалась в моей голове. «Провела ночь» — громко сказано. Всего лишь… а что было-то?

Я повернулась, тогда и увидела, как Майкл разглядывал меня. Хорошо, что я уже оделась.

— Доброе утро. — Он улыбнулся, всё ещё не до конца разлепив сонные глаза.

— Что… что это было-то вчера? — запнулась я, отчего, казалось, щёки покрылись румянцем.

— А если тебе сказать, что мы переспали — то ты поверишь? — рассмеялся Майкл, щурясь. — Тебе название нужно?

Я закусила губу, нервничая.

— Издеваешься над неиспорченной?!

— Да петтинг это, Эмбер. — Он лёг на спину, но взгляда с меня не сводил. — Вроде как всё хорошо прошло. Да?

Я стояла и хлопала глазами. Сколько для меня неизвестного… Опять гуглить придётся.

— И как тебе маленькая смерть? — Майкл подложил руки под голову.

— Так это она была?! — Я прижала руки ко рту, вызывая у Майкла приступ хохота.

— Не могу говорить за тебя, но сердце у тебя вроде как пару ударов пропустило. Да и уснула ты достаточно быстро.

— Я так после успокоительных-то не засыпаю… — Я свела брови и заметила, как Майкл довольно улыбался. — Так, — пожелала я отвлечься от темы на более важное сейчас, взглянула на время. — Уже первый урок начался! Мы опоздали!

— Опоздали и опоздали. Давай вообще не пойдём. — Майкл протёр глаза и сел на постели. — Ты чего такая нервная? Не понравилось?

— Ну… — Я даже не знала, что именно меня беспокоило, не говоря уже о такой примитивной причине беспокойства, как гнев мамы. Вспомнила кое-что ещё, отчего неловко было. — Майкл, мою грудь вообще только один мужчина трогал до тебя.

— И кто же это?! — Майкл почти что подпрыгнул на постели, я силой сдержала улыбку.

— Мой гинеколог в Балтиморе. — Тяжело вздохнула и прикрыла глаза.

— То есть единственное, что тебя волнует — это то, что я потрогал твою грудь?! — Майкл широко улыбнулся, прожигая взглядом.

— Ещё мама звонила мне двадцать раз. И я не знаю, как на всё это реагировать. У меня нет учебников, — перечисляла я, оглядываясь: не забыла ли я что-нибудь? — Побегу домой за ними, а потом в школу. Майкл, пока!

— Эй, ты куда такая быстрая? Не поговоришь со мной? Не позавтракаешь? — Майкл вскочил с постели, а я в тот момент открыла дверь.

— Майкл, не хочу опоздать и на второй урок, — честно сказала я и понеслась на первый этаж к своей куртке.

Пока бежала домой, то молилась, чтобы мама была на работе. Надеялась, она не забила тревогу о моей пропаже, тем более что шериф всегда рядом с ней. Я схватила учебники и позвонила маме: сообщить, что со мной всё в порядке. Она сухо ответила, что сейчас на работе и дома со мной поговорит. Её спокойный тон пугал меня намного больше, чем крики. Что она со мной теперь сделает?

На второй урок я всё-таки успела. К счастью, домашнее задание вчера сделала заранее. Джесси видела, что со мной что-то не так, но молчала. Майкл пришёл на третий урок. После занятия остановил меня в коридоре, пока я копалась в шкафчике. Весь урок я не смотрела в сторону Майкла. Как-то неловко было после случившегося.

— Ты в порядке? Может, обсудим? — Майкл встал так, что заграждал мне путь.

— Давай не здесь. — Я нервно оглянулась. Несколько учеников повернулись в нашу сторону. От волнения я крепче прижала к груди учебники.

— Да что все смотрят-то? Я со своей девушкой не могу поговорить? — озлобленно проговорил Майкл.

«Девушкой»? Ничего себе. Мы об этом не говорили. Я выпучила глаза, но никак не прокомментировала.

— Эмбер, точно всё хорошо? — прошептал он мне на ухо.

— А тебя первый раз, что ли, после совместной ночи игнорируют? — хмыкнула я и оставила его, нахмурившегося, у шкафчиков. В столовой Джесси уже не давала мне покоя, задавая вопросы о том, что я делала после того, как покинула их с Ханной.

— Ты какая-то сегодня… другая. — Она подложила руку под голову.

— Другая? — Я отпила апельсинового сока. — Что ты имеешь в виду?

— Ну, даже не знаю, — пропела Джесси, продолжая разглядывать меня. — Более… Счастливая, что ли. У лица вид свежее.

Я поджала губы — и как всё это связано? Но это ещё был не конец обсуждениям. Внезапно кто-то схватил меня за плечи со спины.

— Согласна, — послышался слащавый, до боли знакомый, голосок. — Кто-то стал ходить по-другому. — Анабель села рядом со мной. Я чуть не содрогнулась от неожиданности. Мне ещё предстояло поесть, но аппетит улетучился.

Ага, ходить. Может, приспешницы уже сообщили Анабель о том, что мы с Майклом говорили о «совместной ночи». У них же острый слух.

— Ходить? — поинтересовалась Джесси, широко распахнув глаза.

— Ага. Я когда первый раз кончила с Майклом, то больше стала чувствовать бёдра. Походка изменилась. У Эмбер вижу похожее. Можно тебя поздравить с маленькой смертью? — Анабель склонилась ко мне, вся такая открытая и как будто радостная за меня.

— Эмбер! И ты об этом молчишь! — не сдержалась Джесси. Мне захотелось убить её на месте.

— Вы такие детективы, я смотрю, — разозлилась я на них. — Ещё громче можно кричать о моей интимной жизни?

— Мы просто рады за тебя. — Анабель облизнула нижнюю губу. — Знаешь. — Она склонилась ко мне ещё ближе. — А то он ведь вчера жаловался, как ему тяжело приходится с вечной неудовлетворённостью. Хотел уж меня поцеловать, но я его отвергла, ведь знаю, что он с тобой.

Я резко взглянула в её честные-честные карие глаза. Вот же змея!

— Майкл рассказал мне другую версию, — едко ответила я, хлебнув ещё сока, потому что в горле пересохло. — И я верю ему, а не тебе.

Анабель снисходительно посмотрела на меня и встала, направилась к очереди, пока я доедала сэндвич. Майкла нигде не было. Остальные уроки прошли в спокойствии, я старательно вникала во всё, что могла, лишь бы только не думать о произошедшем вчера. Подговорила Джесси поддерживать моё алиби о том, что я ночевала у неё. Её мама уехала на пару дней в Балтимор, поэтому моя мама уже не могла мучить маму Джесси расспросами о том, лгала ли я.

Была в замешательстве после произошедшего с Майклом. Мне было неловко, но в то же время воспоминания были слишком…приятными? Поняв, что Майклу нужно что-то написать, ведь в школе так и не ответила ему, я схватила телефон.

«Не воспринимай это, как попытку расставания

Я не хочу этого ни в коем разе

Просто мне нужно обдумать случившееся

Мы сблизились

И лучше пока сделать перерыв».

«Понял

Перерыв в занятиях тоже?»

«Да

Всё в порядке?»

«В полном».

По его тону я не могла понять, что он на самом деле думал. Взялась за уроки, лишь бы отвлечься. И некоторое время у меня получалось это делать. Я создала себе атмосферу полной занятости: углубилась в выполнение домашнего задания, больше стала гулять и общаться с Джесси и Ханной. Хватило меня на три дня. На четвёртый день я вновь увидела Майкла. Мы только лишь улыбались друг другу, не заговаривая. Перед сном постоянно вспоминала нашу ночь и уже не чувствовала неловкости. И всё сильнее понимала, как же мне Майкла не хватало. Да не хотела я никакого перерыва!

Я сама пришла к нему домой, мама Майкла как обычно меня поприветствовала, и я чуть ли не бегом оказалась на втором этаже. Нервничала, но что теперь-то?

Майкл нахмурился, когда увидел меня. Я ожидала увидеть его за столом, а застала лежащим на кровати в наушниках. Милый такой.

— Ты уроки пришла помочь сделать? — Майкл мгновенно выдернул наушники и отбросил телефон в сторону. — А почему не предупредила?

Вместо ответа я подошла к кровати и забралась на Майкла сверху.

— Ты же сказала, что нам нужен перерыв?! — Он приподнял брови, однако схватил меня за талию. Я ближе подалась к его лицу, выгнувшись, и Майкл мучительно медленно провёл по моей спине.

— Я ошиблась. — Первая его поцеловала, а затем дотронулась языком до нёба. До этого только Майкл так делал. Он сильнее прижал меня к себе и перевернул, оказавшись сверху. Я подалась бёдрами ближе, на минуту испытав смущение — а Майкл-то хотел?

— Знаешь, Эмбер, в прошлый раз получилось громковато… — Он поджал губы, а затем закрыл мне рот ладонью. Я сдавленно рассмеялась. Громковато? То есть мама услышала, или что?

В ответ я прикрыла его рот ладонью. Так честно.

***

В этот раз я не провалилась в сон сразу же, долгое время испытывая истому. Ощущения оказались ярче, взбудоражив.

— Так что насчёт уроков? — Майкл улыбнулся мне, перебирая пальцами мои волосы.

— Какие уроки? — хмыкнула я, не желая ни о чём думать.

— О, так ты не ради уроков пришла?! — Майкл притворно ужаснулся и шлёпнул меня по заднице. — Вот это я не ожидал!

— Ай! — расхохоталась я, пожелав пнуть его ногой. — Да, не ради уроков. Признаюсь.

— И что же ты там надумала за эти три дня?

Я опустила взгляд, поправляя блузку.

— Мне было приятно тогда, — пробормотала я. Всё ещё непривычно об этом говорить.

— И это все твои мысли?!

— Майкл, я правда тронута…. Тронута твоим отношением ко мне, — наконец смогла я это выговорить. — И мне даже сложно это принять. Просто у меня ещё такого не было.

— А какое отношение ты видела к себе? — Он убрал прядку моих волос, которая упала мне на лицо, и прижал ближе к себе.

— Не очень хорошее. Майкл, спасибо за всё это. — Я начала гладить его по спине.

— И кто же к тебе относился нехорошо? — напрягся он, и я быстрее начала проводить пальцами по его спине, чтобы расслабить.

— Имеет значение? Знаешь, не хочу вспоминать о том, что было плохо. Да я так, в целом. У меня же петтинга ни с кем не было, да и подобного тоже. Майкл, я знаю, что тебя, скорее всего, петтинг не очень устраивает, но… Спасибо.

— Почему ты думаешь, что это меня не устраивает? — Майкл опустил руки с моей спины вниз, и я невольно качнула бёдрами, когда он сжал мои ягодицы. — Оставайся, Эмбер, — прошептал он, гладя меня. — Ещё поболтаем. А потом и снова можно будет…

Я рассмеялась. После маленькой смерти организму нужны были перерывы на восстановление, чтобы не болело.

— Мне всё ещё неловко, что мы занимаемся этим в одном доме с твоей мамой. Она, что, слышала нас в тот раз? — тихо проговорила я, краснея.

— Ага. — Мне показалось, что Майклу было стыдно. — Нет, она не ругала, просто мне самому стало не очень как-то…

Я провела руками по его лицу, испытывая огромную удовлетворённость.

— Не могу поверить, что у нас всё хорошо.

***

Мама положила передо мной несколько вариантов пригласительных.

— Дочь, я знаю, что для тебя это может быть не вполне приятным… Но я всё же хочу, чтобы ты участвовала. Мне важно твоё мнение, — замялась она, а я искренне улыбнулась, когда взглянула на неё. Я и правда хотела улыбаться. Долго, просто так.

— Я рада, что ты выходишь замуж, мам. Рада, что ты счастлива. — Пожала плечами и вгляделась в пригласительные, критично осмотрела и указала на один небесного цвета с наиболее красивым шрифтом: витиеватый почерк выглядел не слишком вычурным.

— Эмбер… Я так счастлива это слышать! — Крепко обняла меня и принялась что-то ещё говорить. А я подложила руку под голову и перенеслась в воспоминании.

«Уроками мы уже позанимались, как смогли, я установила Майклу одну игру, которая пошла на его компьютер. Игру я жутко любила всем сердцем уже давно.

— Итак, если угадаешь, кто убийца здесь, то будет тебе награда! — рассмеялась я, включая меню, а затем принявшись разъяснять Майклу, без спойлеров, в чём соль.

— Какую-то популярную девушку кто-то убил? Эмбер, ты далеко сидишь. Иди ко мне.

Я приподняла бровь.

— На коленки. — Он склонил голову. Я закатила глаза.

— И как ты играть будешь? Я тебе весь вид загорожу.

— Всё в порядке, — убедил меня Майкл и добился того, чтобы я присела к нему на колени. Он прижался своей грудью к моей спине и… чувствовала, что непростая будет игра. — Какой-то класс, какой-то урок, это симулятор школы?

Я шикнула на него, засматриваясь на своего любимого персонажа.

— Он мне не нравится, — мгновенно произнёс мне Майкл на ухо. — Педофил какой-то.

— Да с чего ты взял? — разразилась я хохотом. — Просто стоит и объясняет тему урока.

— У меня чуйка. И как тут ходить?

Майкл теперь зажимал меня руками с двух сторон, поскольку левой рукой управлял шагами, а правой — камерой.

— Прямо, как наша школа. Вокруг так много дебилов, — вздыхал он. Я в очередной раз закатила глаза и решила сесть поудобнее, на что вдруг Майкл дёрнулся. Ощутив неловкость, я замерла.

— Ты это, дальше иди. — Мой голос затих от нервов. Уокер молча повёл героиню вперёд, я старалась ровно дышать. Дальше пустилась в объяснения, что ему лучше посмотреть, а что пропустить, мы знатно посмеялись с некоторых листовок, со смешных героев и их лиц. Затем произошёл важный поворот в сюжете, который раскрыл суперспособность героини, и меня прорвало, я правда старалась говорить без спойлеров. Но мне так нравилась эта игра!

Мы вновь вернулись в ту аудиторию, откуда начинали, после того, как отмотали время. Майкл недоумевал: «А что происходит-то?», — я разъясняла. Он делал такие комментарии, что у меня болел живот от смеха. Во время длинных диалогов Майкл то и дело гладил мой живот, пальцами задирая футболку. Вот мы, наконец, спасли одну девушку, и вновь возвращаться в ту же наскучившую аудиторию не пришлось. Наслаждалась тем, что мы вместе играли, хоть и казалось, что у меня теперь развивалась нимфомания. От того, что Майкл был тесно ко мне прижат, ещё и гладил, внизу живота становилось всё более тяжело.

Майкл вдруг нажал на паузу и зашептал мне на ухо.

— Я соскучился по тебе. — Он больше задрал мою футболку. — Подвигайся на мне.

— Подвигаться?

— Да. Я тебя мало о чём просил.

Я вплотную пододвинулась к Майклу и поняла, почему он вдруг остановил игру.

— Ты… — мне было неловко договаривать, пока я чувствовала, как возбуждение внутри нарастает от прикосновения. Я прикрыла глаза, вдруг изнывая от нетерпения.

— Да. Эмбер, я тебя очень хочу.

Я первая качнула бёдрами, получая удовольствие, Майкл уткнулся мне в шею, поначалу ничего не делая. Ощущала, как сильно стучало его сердце. Продолжила в более быстром темпе, и Майкл ответил, вдруг перехватив инициативу, сжал мои бёдра, управляя. Я не смогла больше молчать и протяжно выдохнула, изгибаясь».

— Эмбер, ты меня вообще слушаешь? — нахмурилась мама, а я только поняла, что она со мной разговаривала. — Или в облаках витаешь?

— Слушаю, мам. — Я насупила брови. — Конечно слушаю.

— Так вот, мы ещё думаем насчёт ресторана… — восторженно продолжала она.

«Майкл укусил меня в шею, вдруг замедляясь, затем совершил пару быстрых толчков и остановился, дыша тяжело мне в спину.

— Ты как?

— Нормально, — поделилась я, всё ещё ощущая дикое напряжение внизу живота.

— Вот это да. Кто бы подумал, что я буду таким заниматься! — вдруг расхохотался он. — Ох, тяжёлая жизнь. Ты встань, я схожу переоденусь.

Я встала, и как же у меня дрожали бёдра! Надеялась, что Майкл не заметил.

— За пару часов два раза. И это у кого средняя половая конституция? — поддела я его, когда Майкл вернулся в комнату в новых брюках.

— Да это поначалу так. Извини, если кажусь чересчур озабоченным. Прошу понять и простить. Буду держаться дальше, — рассмеялся он и мгновенно стал серьёзным. — Точно всё в порядке?

— Ну да. Не хотела я кончать под свою любимую игру! — хмыкнула я и залилась краской.

— Ну, ты и не кончила, насколько я могу догадываться. До сих пор сжимаешь ноги. Раз не хочешь, то ладно! — Майкл присел обратно. — Дай в игру поиграть, мне же интересно!

— А я думала, всё это было ради другого, — не удержалась я от того, чтобы не подразнить его.

— Эмбер, когда мы начали встречаться, то всё стало лишь хуже. И после того, что случилось ночью после вечеринки…. Я просто… В общем, желания у меня сейчас не очень приличные. Совсем неприличные, — поправил он.

— С Анабель вы тоже такое устраивали? — Я приподняла бровь, почему-то готовая приревновать.

— Да нет… Было незачем. — Майкл почесал в затылке. — Там всё проще. Просто секс. Никаких изощрений.

— Слушай, пойду я, пожалуй, домой. — Двинулась в сторону, пытаясь вспомнить, где оставила телефон.

— Домой? Мы же не доиграли. Ты чего?

— Живот болит, — поделилась я, морщась.

— Отчего? — встрепенулся Майкл. — От того, что недавно случилось?

Я отвела взгляд, не желая отвечать.

— И ты молчишь, как обычно! Я же не садист, чтобы оставлять без сладкого. Иди ко мне».

— Улыбаешься постоянно, — вновь вырвала меня мама из воспоминаний. — Довольная ходишь. Всё-таки сильно влюбилась?

«Майкл проводил меня до дома и чмокнул в щёку.

— Уже сильно скучаю! Не могу поверить, что поскорее мечтаю оказаться в школе! — рассмеялся он, не сводя с меня сияющего взгляда».

— Смысл скрывать? — Я пожала плечами. — Так что ты говорила по поводу приглашений?

— Майкл? — устало произнесла мама, тотчас погрустнев. То про презервативы мне говорила, словно одобряя, то теперь пригружённая.

— Майкл.

Глава 46. Заботясь о тебе

В один день я готовила пиццу, потому что желала порадовать Майкла. Он всё-таки мне готовил… Да и не хотелось, чтобы он думал, что у меня руки из задницы. Хотя кто знает…

Мама вернулась домой, когда я не ожидала. Старалась не спалить пиццу, постоянно бегала проверяла, приоткрывала духовку.

— Ого. Чем это так пахнет? Эмбер, ты что — готовишь? Что-то случилось? — недоумевала она, слегка улыбаясь. Подошла посмотреть на духовку, расширив глаза. — Влюблённость творит чудеса, — рассмеялась она и поспешно обняла меня, отчего я нахмурилась. — Кстати, созвонилась с твоим отцом. Он одобрил мой новый брак. Хотя, как будто я ожидала от него одобрения, хах, — рассуждала мама, в то время как я то и дело думала, стоит ли вытаскивать пиццу. — Приятно осознавать, что теперь и у меня всё хорошо. Пускай он это знает. Пойду и дальше планировать свадьбу. — Она потёрла ладони друг о друга. — Эмбер, не воспринимай меня, как врага. Я просто забочусь о тебе. И да, можешь пригласить Майкла к нам. Не вечно же ему прятаться от меня. — Мама чмокнула меня в макушку и помогла вытащить пиццу.

Оказалось, что она с работы заскочила за документами, а потом вновь упорхнула. Я была этому рада, потому что позвала Майкла к себе. Хорошо, что мама раньше домой вернулась и раньше ушла.

Я постелила на стол ситцевую праздничную скатерть, натёрла до блеска фарфоровую посуду, при этом упиваясь воспоминаниями о Майкле. Меня пробирало рвение его увидеть поскорее. Улыбнуться ему в ответ. Обнять его. Подержать за руку. Желания всё те же изо дня в день…

Я разложила кусочки пиццы по тарелочкам.

Когда раздался звонок в дверь, я побежала к входу, как угорелая. Но я и так наверняка выглядела, как не совсем нормальная, поэтому пришлось выждать паузу и только потом открыть дверь.

Майкл окинул меня с головы до ног. Я заметила, что он одну руку прятал за спиной.

— Красиво выглядишь, Эмбер, — прокомментировал он моё новое платье, которое я до этого не надевала, не было желания.

Я любовно разгладила складки тёмно-синего материала.

— Спасибо. Проходи.

Сердце готово было выпрыгнуть из груди от ощущения радости. Как хорошо было просто видеть Майкла.

— Это тебе.

Майкл протянул мне букет ромашек, а у меня отнялся голос, чтобы поблагодарить. Осознавала, что подари мне Майкл хоть травинку, я бы среагировала точно так же. Меня это сильно тронуло.

Бывший и травинки мне бы не подарил. Тот сорт людей, у которых зимой снега не допросишься.

— Разве ромашки уже растут? — пробормотала я, едва балансируя между порывом задушить Майкла в благодарственных объятиях и долго целовать его за то, что он такой хороший.

— Сам удивился. Потеплело сильно в этом месяце. Тебе нравится? Или ты розы хочешь? — Майкл склонил голову и подошёл ко мне. Уже почти май, и на улице погода летняя.

— Мне нравится. Не хочу розы. Они с шипами, — хмыкнула я. — А ромашки миленькие. Майкл, пойдём, я тебя угощу.

Внезапно вспомнила, как подслушивала разговор Майкла и Анабель на вечеринке….

«— Устраивает? Ты сволочь! И это я тебя бросаю сейчас, ты слышишь! — Она всхлипывала. — Я даже… Изменила, лишь бы только вывести тебя на ревность, но ты такая бесчувственная скотина! Секс-секс, только секс! А с Эмбер что ты собирался делать? Носить ей ромашки? Романтик чёртов!»

Ничего себе она предсказала. Я встряхнула головой, чтобы сосредоточиться на позитивном, а не на том, какие у Майкла с Анабель были отношения.

Схватила его за руку и подвела к столу. С замиранием сердца смотрела на то, как он пробовал пиццу.

— Что? Как? Тебе нравится? — выстреливала я в него вопросами, не в силах усидеть на месте.

— Гадость какая-то, — с серьёзным видом произнёс Майкл, в то время как у меня всё внутри сжалось от уязвления. — Очень плохая гадость, — продолжил он есть уже быстрее, а затем улыбнулся. У меня от сердца отлегло.

— Дурак! — Я толкнула его в плечо, притворно злясь. — Не нравится — не ешь.

Майкл разыграл спектакль, однако по тому, что он всё съел, я поняла, что ему понравилось.

— Остаться подольше не хочешь? — предложила я, когда Майкл помогал мне убирать со стола.

— Не будем искушать судьбу. Твоя мама всё ещё меня не любит, — буркнул он, перекладывая тарелки в посудомойку.

— Кстати, она сказала, что хочет с тобой пообщаться. — Я была счастлива, что всё налаживалось. Хотя и страшно было тоже …

— Вот как? — Он с недоверием взглянул на меня. — Раз хочет… то будет ей встреча.

***

Мы с мамой в выходной основательно постарались. Приготовили цыплёнка табака, я пыталась полностью делать всё сама, потому что меня жутко радовала та мысль, что Майкл будет есть то, что я приготовила.

Переживала, что Майкл с мамой разругается. И когда он пришёл, я не могла найти себе места.

— Добрый вечер. Это вам. — Майкл подарил маме лилии, а это её любимые цветы. К счастью, это её подкупило, вовремя я его предупредила.

Разговор начался вполне нейтрально: про учёбу и то, что я Майклу сильно помогла. Как вдруг мама выпалила:

— Какие у тебя намерения, Майкл?

— Серьёзные, — слегка неуверенно произнёс он.

Я пила сок и в этот момент подавилась.

— Похоже, Эмбер об этом не знает, — посмеялась мама и взяла бокал с красным вином.

Что он имел в виду под «серьёзными намерениями»?! Надо срочно у него про это спросить.

— Знаю, у вас много предубеждений насчёт меня, — тихо проговорил Майкл. — Позвольте, я за вами поухаживаю. — Он встал и помог маме положить кусочек курицы на тарелку.

— Серьёзные намерения? — с насмешкой высказала мама. — А та фотография? Это что было такое? — вспомнила она вдруг, отчего на моём лице, кажется, проступила краска.

— Ну, сами знаете, как это бывает по молодости: пасторальный пейзаж, красивая девушка, — на следующих словах Майкл снизил тон голоса, — в короткой юбке…

— Что? — Она подалась вперёд.

— Да ничего…

Я прижала ладонь ко рту, чтобы мой смех не был слышен. Девушка в короткой юбке, да, именно что, Майкл. Мама приподняла бровь, а Майкл еле сдерживал улыбку.

Майкл искренне старался, и я это заметила. Спрашивал про специи в блюде, поболтал про кухню с мамой, видно было, что Майкл много чего сам готовил. Даже порекомендовал ей что-то.

Расстались на хорошей ноте.

— Мама, ну как тебе Майкл?! — сразу же обратилась я к маме, как мы закрыли дверь за Майклом. — Он неплохой, правда.

— Обаятельный. Ты с ним расцвела. Вижу. Вот только насколько долго это… Искренне надеюсь, что он не просто переспать с тобой хочет. Ты у меня девушка видная. Вон Майкл сразу целоваться полез. Вы сколько на тот момент знакомы были?

Она словно ржавый гвоздь мне в грудь вставила.

— Мама, это я его первая поцеловала тогда, если на то пошло. Майкл не такой, мам. Правда.

Она сузила глаза, и в тот момент я поняла, что она не изменила о нём мнения. Слова шерифа Рейгана авторитетнее. Всё ясно.

— Эмбер, ты знаешь, сколько раз он дрался? Попадал за это за решётку? Сколько раз ему помогала Анабель Хилтон? Почему он с ней расстался, кстати? Использует тебя, чтобы утешаться? А ты-то ему зачем? У тебя же нет столько денег, чтобы вытаскивать его из передряг.

Всё хорошее настроение как водой смыло. Я сильно сжала губы.

— И сколько там ему лет? — продолжала мама, а я чувствовала чёрное отчаяние от этого разговора. — Восемнадцать?

Я кивнула.

— Мальчик будет гулять ещё долго. А то намерения серьёзные. Кого он хотел обмануть? — горько усмехнулась она. — Учиться-то сколько ему…. Эмбер, у тебя с ним ведь не всё гладко было этот год. Мы об этом не говорили.

Я моментально закрылась.

— Знаешь, мне уроки пора делать. И к экзаменам готовиться. — Я поднялась к себе и закрыла дверь. Набрала Майкла спустя некоторое время и задала интересующий меня вопрос.

— Майкл, что ты имел в виду, когда сказал «серьёзные намерения»?

— А что бы ты сказала на моём месте? Иначе меня бы казнили на месте. — Он тяжело вздохнул. — Ну как, я хоть немного больше понравился твоей маме?

— Сказала, что ты обаятельный, — опустила я всё остальное неприятное.

— У меня порой возникало такое чувство, что она тебя мне никогда не отдаст, — вдруг произнёс Майкл.

— Да с чего ты взял? — постаралась я сгладить это всё.

— Эмбер, она выходит замуж за Рейгана. А он меня ненавидит. Сама понимаешь, какое там обо мне мнение. Ладно, мне срочно надо испанский делать, спишемся.

Я отложила смартфон в сторону и тяжело выдохнула.

***

Утро началось просто отвратно. Я проснулась от того, что у меня прихватил живот и намечались, к огромному сожалению, месячные. Потянулась к коробке с таблетками, чтобы выпить обезболивающее. Стала искать, вытряхнула все упаковки, нервно перебирала пальцами таблетки, не находя нужного. Два месяца назад ходила здесь в аптеку и услышала, что нужные мне таблетки не завозят, но тогда у меня ещё был запас, и при следующей же поездке в Балтимор я желала их купить. Но я забыла! Да как?! Я ещё раз просмотрела всё и протяжно выдохнула, уже боясь того, как пройдёт мой день.

Спустилась вниз к маме, та приготовила завтрак и ждала меня. Я села за стол и попробовала вкусную яичницу с ветчиной.

— Мам, я сегодня в школу не пойду, — пробормотала я, пока мама всё ещё суетилась на кухне.

— Что-то случилось? — Она подошла ко мне, вытирая руки полотенцем.

— Живот начинает болеть. Я забыла купить таблетки… А тут, как ты знаешь, не привозят такие. — Я подперла голову рукой и опустила глаза в стол.

— Эмбер! И я забыла! — Она присела рядом со мной. — Ты сможешь перенести этот день? У тебя же только первые дни такие. Дома отлежишься, а? Если будет слишком плохо, звони мне! Вызовем скорую! Тебе сделают укол… Хоть так.

Последние полтора года в плане месячных были ужасными. Боль обострилась, и я рыдала от дискомфорта, не зная куда себя деть. Немногие обезболивающие помогали. Сначала я нашла то, что мне подходило, но со временем эффект сошёл на нет. Я вновь обратилась к гинекологу, мне прописали более сильное обезболивающее. Однажды, ещё до обращения к гинекологу, я не смогла выносить боль и рыдала, мама вызвала скорую, и мне сделали укол, который помог. Но не могла же я каждый месяц вызывать скорую!

По лицу мамы видела, что она и правда волновалась за меня. Трогательно. Хоть мы и не были близки, она всё же переживала за меня.

— Хорошо, мам. — Я кивнула. Боль была пока что совсем слабой, поэтому волноваться не стоило. Но оно так всегда. Всё самое «интересное» впереди.

Мама обняла меня, шепча ободряющие слова. Я обхватила её ладони, радуясь, что хоть так мы поговорили, а то теперь она была больше обеспокоена будущим мужем. Мама тяжело вздохнула и ушла на работу, постоянно на меня посматривая.

Я взяла смартфон и написала Майклу, что не приду в школу. Пускай остальным передаст.

«Эмбер, что случилось?»

«Живот болит».

«По какой причине? Ты отравилась?!»

«По-женски»

«Понял

Тебе очень плохо?»

Я объяснила ему, что немногие таблетки мне помогали и что я, дура, забыла их купить, когда мы были в Балтиморе. До этого я приобретала таблетки на несколько месяцев вперёд. Упомянула и случай, когда пришлось вызывать скорую, без таблеток-то.

«Только в Балтиморе?

Скажи название

Они без рецепта?»

Я написала название и только секундой позже опомнилась.

«Стоп, а тебе зачем?»

«А у меня тоже живот болит

По-женски

Ладно

Несмешно

Пиши, как ты

Если вдруг будешь вызывать скорую

Пиши мне».

Я послала Майклу благодарности и отложила телефон. Решила посмотреть прохождения игр на диване в гостиной, чтобы отвлечься. Первые два часа прошли нормально, Майкл каждый час спрашивал, как я себя чувствую. Вот уже на третьем часу я стала всё больше загибаться от дискомфорта, и никакие прохождения меня уже не отвлекали. Я заплакала, не в силах себя контролировать. На очередной вопрос Майкла уже ответила по-другому: мне хуже.

«Я скоро буду

Почти у тебя».

Я с недоумением взглянула на его ответ.

«Ты лучше оставайся в школе

Там сегодня контрольная по химии».

Майкл ничего не ответил, я держалась за живот. Не знала, куда себя деть. Каждый раз как первый… Проклятые месячные! Я стала ворочаться на диване, то закидывая ноги, то сворачиваясь калачиком, то поднимая таз, желая найти позу, в которой будет наименее больно. В дверь позвонили, и я не сразу встала. Кого принесло? Майкл, что ли?

Я всё-таки нашла в себе силы и встала, но сгорбилась при этом и открыла дверь. Майкл стоял передо мной запыхавшийся, как будто бежал.

— Ты чего такой? — Я нахмурилась.

— А ты чего так стоишь? Ещё и с красным лицом.

Он зашёл внутрь, я еле сделала пару шагов в сторону: голова кружилась.

— Вот. — Майкл достал упаковку из кармана бомбера и протянул мне.

— Это что? — Я сощурилась, не веря своим глазам.

— Таблетки твои! Что ещё? — в раздражении выпалил он. — Что за глупые вопросы?

— И как они транспортировались из Балтимора? — Я вдруг рассмеялась, но затем прикинула в уме, что прошло три часа. — Ты, что…

— Съездил в Балтимор и вернулся? Да.

У меня сердце остановилось, и на мгновение я забыла о боли.

— Заодно ездил за запчастями для мотоцикла, да… — добавил Майкл, почесав в затылке. — Вообще, я ради них ездил, просто твои таблетки заодно.

— Ага… — Я усмехнулась, не в силах сдерживать улыбку. — Конечно. Обязательно было пропускать школу ради запчастей? Майкл, я тронута.

Майкл ради меня сорвался и поехал в Балтимор за таблетками. Понятно, что он добавил про запчасти, чтобы это не выглядело уж слишком…

Я крепче обхватила живот, Майкл заметил.

— Давай я принесу тебе воды, а ты ложись. Да ты трясёшься. — Он подошёл ко мне и обхватил плечи. — Тебе настолько больно?

— У меня низкий болевой порог.

— А ещё высокая чувствительность. Помню, — пробормотал он, помогая мне дойти до дивана и лечь.

Майкл отправился за водой, и я поняла, что всё, сейчас начнётся шоу. В нехорошем смысле этого слова. Я в первый раз маму до смерти напугала приступом. Майкл подошёл ко мне со стаканом воды и таблеткой. Я выпила и легла обратно на мягкий диван.

— Подожди немного, таблетка подействует, и полегчает. — Он схватил меня за ладонь и сжал.

— Майкл, лучше уходи. Я серьёзно, — прошептала я, ощущая, как у меня кружится голова. — Я в эти моменты очень…. Страшно себя веду.

— Страшно? — рассмеялся Майкл. — Это как? Съешь меня от злости?

— Рыдаю. Кричу. Катаюсь по постели. Не лучшее зрелище. Подумаешь, что я психованная.

Я как представила, что Майкл это увидит… Да он сразу сбежит от меня.

— Ну, я много рыданий и криков уже повидал за свою короткую жизнь. — Он подмигнул мне. — А что врачи говорят? Отчего у тебя так?

— Вообще, боли при месячных сугубо индивидуальны. Мне просто не повезло, — хмыкнула я, не решаясь заглянуть Майклу в глаза. — Я сменила четырёх гинекологов, никто толком не мог помочь. Одна сказала, что мне пора жить половой жизнью, чтобы прошло. Другая сказала, что мне пора родить. Так сказать, тело кричит о том, что время пришло.

— Вот оно что, тебе рожать пора! — смеялся Майкл, сильнее сжимая мою руку, и это чувствовалось приятно. — А что ж ты не сказала? Давай устроим.

— Как смешно! — и правда расхохоталась я, стараясь снять нервное напряжение. — Мне ещё в четырнадцать лет при осмотре сказали, что девочка я «сформированная». Так что ты запоздал что-то, Майкл!

— И правда! Ты вот уже четыре года, как готовая. — Майкл нахмурил брови, когда заметил, что я начала сжимать губы и постоянно ворочать головой. — Хуже?

Кивнула, еле сдерживая слёзы, а потом как зарыдала. Меня затрясло, и я закрыла глаза, ненавидя, что Майкл сейчас это видел. От боли словно наизнанку выворачивало. Я до крови прикусила нижнюю губу и ощутила металлический привкус.

— И у тебя так каждый месяц? Капец, конечно. Хорошо, что я родился не женщиной. — Майкл подвинулся ближе. — Скажи, чем тебе помочь. Надо дотерпеть до того, как таблетка подействует.

— Не надо мне помогать! — резко заорала я на него. — И уйди вообще!

Его как будто холодной водой окатили, лицо превратилось в откровенно недоумевающее.

— Истеришь, значит! — рявкнул Майкл.

Думала, что он сейчас обидится и вскочит, а он поспешно притянул меня к себе и заключил в объятия.

— Представь, что передаёшь боль мне. Говорят, помогает! Я тоже статьи в интернете читаю.

— Сейчас не до смеха мне! — Я заходилась в рыданиях и ударила кулаком со всей дури Майкла по спине. Снова напомнил мне, как я тогда наткнулась на статью в интернете про половую конституцию. До сих пор неловко.

— А когда бьёшь — легче? Разрешаю. На один день, — совершенно спокойно произносил он.

— Спасибо! — Мой голос сел, и я вмиг потеряла энергию. Слабела в теле.

— Ну, ну. — Майкл раскачивал меня. — Всё же пройдёт.

У меня всё больше появилось желание себя куда-то деть, но Майкл стискивал в объятиях, и задуманное было затруднительно выполнить, поэтому я крутила головой, пряча взгляд от Майкла.

— О, тут же приставка есть. — Майкл отпустил меня и встал с дивана. — Я помню. Порублюсь-ка я в твой любимый… Детройт! — Он обернулся ко мне, улыбаясь. В это время я закинула ноги на спинку дивана и посмотрела на него снизу-верх. — Эмбер?

— Я предупредила о своём поведении! Хочу найти позу, в которой будет легче! Ты помнишь про Детройт? — Я опять забыла о боли на короткий период.

— Конечно помню! — фыркнул Майкл, словно я сморозила чушь. — Ты им была сильно восторженна.

Он включал игру, я каталась по дивану, пока Майкл стоял ко мне спиной. Я заорала, и Майкл резко повернулся, при этом вздрогнув.

— Ты пугаешь!

— Так легче боль переносить.

— А, ну тогда ори. Можем поорать вместе. Я не против.

Я начала стонать от боли, часто дыша, так внимание переключалось с внутренней боли. Недавно до меня дошло, что это действенный способ. Майкл, сдвинув брови, продолжительное время на меня смотрел молча.

— Как будто рожаешь. Наверное. Я не знаю.

Он включил игру и сел рядом со мной, мешая мне спокойно кататься по дивану. Я вновь закричала, и вдруг Майкл как заорал следом, отчего я не сдержала хохот.

— Это так смешно! Зачем?!

— Вот и хорошо, что тебе смешно. — Майкл повернулся ко мне. — Давай рассказывай, что тут в Детройте. Знаю, тебя это увлечёт.

И Майкл оказался прав. Я пустилась в объяснения, то и дело тяжело дыша, вздыхая, крича, и с удивлением отмечала, что мне постепенно легче становилось. Время-то шло. Майкл меня отвлекал расспросами. Было приятно, что ему нравилась моя любимая игра и он вовлечён в неё.

В один момент я уже спокойно сидела рядом с ним, разговаривая. У меня всё ещё была тяжёлая голова, словно сдавленная обручем, и бёдра, как будто налитые свинцом, но постоянно скулить и орать уже не надо было. Вдруг я поняла, что меня совсем отпустило. Таблетка помогла. И Майкл тоже. Он уже прошёл четыре эпизода и посмотрел на меня.

— Вот это был знатный аттракцион. — Майкл приблизил ко мне своё лицо. — Всё, таблетка подействовала?

— Ага… — Я спрятала глаза, переплетая пальцы с его. — Мне стыдно. Извини. Выдернула тебя сегодня из школы. Да ещё и… мне очень стыдно!

Вместо ответа Майкл поцеловал меня в уголок губ, затем обхватил нижнюю губу, нежно посасывая. Я обхватила его затылок, поглаживая волосы, и ответила на поцелуй, лаская языком. Майкл оторвался от меня спустя пару мгновений и прижался лбом к моему.

— Неужели ты и правда с утра поехал в Балтимор из-за моих таблеток? — прошептала я, всё ещё не веря в то, что случилось сегодня.

— Всего три часа жизни. Не так уж много, — ответил Майкл, поглаживая мои пальцы своими. — Они были не в первой же аптеке. Пришлось походить поискать.

— Майкл. — Я, кажется, опять заплакала, но в этот раз не от боли. — Теперь ты слишком близко.

— В смысле?

— Меня только мама в таком состоянии видела. — Я вытерла слёзы с щёк. — Ты мой близкий человек, Майкл. Я про душевную близость, — быстро добавила я, вдруг он не понял.

Майкл кивнул.

— Я тебе очень доверяю, Майкл.— Вновь поцеловала его, ощущая, как тянуло низ живота. Майкл провёл кончиками пальцев по моей спине, вызывая мурашки. — Во время месячных возбуждаюсь быстрее обычного, — отпрянула я.

— Буду знать. — Майкл приподнял уголки губ. — Кстати, читал, что мастурбация помогает при боли во время месячных. Не только же тебе случайные статьи в интернете читать.

— Да Майкл, опять ты мне о той статье напоминаешь! — жутко разозлилась я из-за неловкости.

— Ладно, шучу, мне это Анабель рассказывала. Так что попробуй как-нибудь. Что делать теперь знаешь. — Он погладил меня по щеке. Казалось, я залилась краской от такого предложения. «Теперь знаешь» — ну, да…

— Не хочу я без тебя. — Я выдохнула ему в губы. — И только не в первый день.

— Хорошо, что тебе легче стало, — вдруг переключил Майкл тему. — Я очень переживал за тебя. Ведь не могу почувствовать то, что испытываешь ты.

Глава 47. Заканчивая пьесу

В очередной раз повторяла строки, которые, казалось, уже были высечены у меня на подкорке. Сколько можно долбить одну и ту же пьесу? К счастью, сегодняшняя репетиция была генеральной. Мистер Филлипс свирепствовал, превратившись в грозного надзирателя. Мы репетировали уже три часа и всё никак не подходили к развязке.

В голове проносились воспоминания о том, как всё начиналось. Тогда я совсем не знала Майкла, даже подумать не могла, какой он на самом деле замечательный.

« — Великолепно! Спасибо, Майкл! Какой глубокий анализ. Это ведь всё — как психологический тест. — Учитель проходился между нашими стульями. — Каждый видит что-то своё, через призму собственного жизненного опыта. Эмбер вот, например, увидела использование неопытной молодой девушки, Майкл — потерянного Гамлета, который разочаровался в любви и людях, мире в целом. Это может относится к вам самим, а может и нет, но размышлять просто необходимо…

Мистер Филлипс ещё что-то говорил, а я уже не слушала. А ведь верно, он был прав. Я считала, что мужчины использовали девушек, и именно это я и увидела в пьесе. Увидела жертву, такую же, как и я. А с Майклом что? Какое разочарование? Потерянность? Он что, много думал? Да непохоже.

— А насчёт Офелии я думаю. — Я резко услышала голос Майкла и даже содрогнулась. Из своих мыслей пришлось вылезти. — Что её подавили в семье, причём сделал это её отец. Поэтому она кажется такой безвольной марионеткой на протяжении всей пьесы. Гамлета она любит, но ещё она жертва тирана — своего отца.

Я впервые за всё время посмотрела на него. Почему он вдруг так подумал? С чем связаны у него ассоциации?

Что, ему тоже знакомо тиранство?»

Мы с Майклом, когда оставались вместе после уроков, часто обсуждали произведение, повторяли строчки, и однажды я поинтересовалась: а каким был папа? Почему Майкл тогда при совместном обсуждении вдруг завёл речь о тиранстве?

— Папа был замечательным, — серьёзно ответил Майкл, при этом поджав губы. — А вот дед…. Тот ещё… — Майкл вдруг оборвал речь, злясь. — Упокой, Господь, его грешную душу. Очень тяжёлый человек. Применял жёсткие методы воспитания, порол. Меня тоже так хотел воспитывать, но папа всегда заступался, когда был рядом.

— Но не всегда был рядом? — поинтересовалась я, вздрогнув.

— Но не всегда, — повторил Майкл. — У меня здесь еле заметный шрам остался. — Он приподнял футболку и дотронулся до места на боку. — Но со мной это происходило не так часто, как с папой. Под конец жизни дед вообще пожелал ему смерти, а потом сам умер от сердечного приступа. Дедушка поссорился со всеми, с кем только мог, перед кончиной. И его желание сбылось, только он не застал, два года спустя это случилось.

— Пожелал сыну смерти? — ужаснулась я. — За что?!

— У него совсем крыша поехала под конец жизни. — Майкл закатил глаза, продолжая сжимать челюсти. — Почему-то ему показалось, что в детстве мой папа неуважительно относился к своей маме. На это у деда был особый пунктик. Всегда учил, что к женщине должно быть особое отношение, уважительное. Он никогда не бил свою жену, а вот сына — часто. Странный выбор, конечно. «Майкл, девочки беспомощные, их всегда нужно защищать», — передразнил Майкл.

— Феминистки взбунтовались бы от таких слов, — осторожно рассмеялась я, стараясь разрядить обстановку, а то он помрачнел.

— «Майкл, не порть девочку, если кто-то не сделал это до тебя. Помни, что это ответственность, а иначе — подлость». Он такой был, старого закала. Жёсткий. Но очень во многом прав, особенно что касается морали. Ещё папа говорил, что дедушка во многом моралист.

— И… зачем ты именно эту цитату вспомнил? — Я нерешительно подняла взгляд на Майкла.

— А ты не поняла? — Он приподнял уголки губ. — Если не готов к ответственности, то и не надо её взваливать на себя.

Майкл о наших отношениях, что ли?!

— Но не могу деда простить за его сильный маразм под конец жизни. Из-за какой-то ерунды пожелал папе умереть, — с горечью продолжил Майкл. — Много всякой дичи творил, но такое…

— Мне жаль, что ты это пережил. Но зато ты теперь такой, какой есть. Как говорится: «золото в горниле очищается». — Я постаралась, чтобы моё сочувствие не звучало слишком жалобно. Подозревала, что Майклу бы это не понравилось.

— Ты права. — Он широко улыбнулся. — Мне приятно слышать, что я золото. — Майкл подвинулся ко мне, а я его сильно обняла, о чём и пожалела: Майкл скривился от боли.

— Что такое?

— Спину потянул, пока груз тащил, — простонал он. — Лучше не трогай пока моё плечо.

— Слушай, может, к врачу? У тебя за этот год в какой раз проблемы с плечом? Третий? — Я встрепенулась и почувствовала огромнейшее по силе беспокойство. — Давай вместе сходим…

— Эмбер. — Майкл рассмеялся, подняв на меня взгляд. — Вы с Анабель такие паникёрши.

Меня должно было задеть, что он нас сравнил, но почему-то спокойно отреагировала.

— Потому что ты нам сильно небезразличен. Обеим. Майкл, у тебя ведь соревнование скоро! Как ты играть будешь? Ты же тренировался столько времени!

Пока я занималась фитнесом, Майкл очень часто забивал мячи в корзину и просил меня себе подыграть. Майкл в последнее время вновь начал активничать: ходил с ребятами играть в баскетбол, работал, старательно делал домашнее задание и уделял время мне. Зная, что он мало спал на протяжении многих недель, я ещё и укладывала его спать, когда мы были вместе. И театр только лишь забирал его и без того малое свободное время. Так что мы желали поскорее выступить и забыть о нём со спокойной душой. В последнюю нашу фитнес-встречу Майкл усиленно тренировал броски.

— Трёхочковый! — Майкл довольствовался, пока я в шоке смотрела на катящийся куда-то в сторону мяч.

— Охренеть. Это на расстоянии скольких метров?! — Я переводила взгляд на далеко стоящего Майкла, а потом опять на корзину.

— Чуть больше семи метров, насколько я помню. — Он пожал плечами.

— Я на расстоянии одного метра-то не могу… — хмыкнула я. — Я очень тобой горжусь. Ты замечательно выступишь.

— Ага… Эмбер, придём домой, я намажу тебе язык горчицей.

— Это ещё зачем? — Я сдвинула брови.

— Что это за словечки такие?! — Майкл притворно разозлился. — «Охренеть»? Ты такого раньше не говорила.

— Ну… — Я развела руки в стороны. — Ты же говоришь.

— Значит, повторяешь за мной. — Он вдруг усмехнулся.

— Да… Тебе не нравится, что ли? — Я подошла к нему. Майкл протёр влажный от пота лоб.

— Не хочу на тебя плохо влиять. Только хорошо. — Он чмокнул меня в губы. Как же сильно он пах пóтом, а самое странное, что мне почему-то нравился этот запах».

В начале наших отношений я не могла даже представить, какая у Майкла была судьба, сколько он всего пережил и какой он — ответственный, размышляющий и серьёзный. Кто бы мог подумать, что отвратительные подкаты — лишь фасад?

Я взглянула на Анабель, что сейчас во второй раз повторяла одну и ту же сцену. Она всё-таки стала матерью Майкла, то есть Гамлета. В последнее время она успокоилась, видимо, заметила, что у нас с Майклом в отношениях полная идиллия, и отступилась. С Майклом, и правда, всё было отлично, и я боялась что-либо испортить. Вот скоро моя очередь выступать, я медленно вдохнула, стараясь привести себя в порядок. Выход на сцену до сих пор нервировал. Поначалу было вообще невероятно страшно, свет множества софитов ослеплял, внизу стояли пялящиеся люди, но постепенно привыкала к вечному вниманию.

Как мы начали встречаться, Майкл постепенно поддерживал меня, обычно взглядом, ведь часто мы участвовали в одних сценах. Мне нравилось, что он был постоянно рядом, готовый помочь. И когда, наконец, выдали дату выступления, причём скорую, я прыгала от радости. Ещё немного, и мы избавимся от этой обузы, и у нас будет больше времени друг на друга! Мама была рада, что мы вскоре выступим. А то даты экзаменов приближались, нужно было готовиться.

«— Мам. — Я положила перед ней приглашение. — У нас скоро выступление. Приходи, посмотришь.

Она крепко меня обняла и заверила, что всё пройдёт отлично».

***

На самом выступлении я ужасно нервничала, пару раз забывала слова, но мне подсказывали; ещё у меня часто кружилась голова, присутствовала слабость во всём теле и мешанина в мыслях. Сотня людей на меня пялилась, отчего появилось колкое ощущение неловкости. Однако многое было отрепетировано до автоматизма, что сильно облегчило жизнь. Да и роль у меня была не мегабольшая, в отличие от Майкла… Но он справился, хотя многие строки забыл. Вот говорила ему ночью не работать, чтобы не калечить себе память!

Когда закончила речь, то вышла за кулисы и выдохнула с облегчением. Это всё. Неужели выступила? Осталось дождаться, когда Майкл отыграет, совсем скоро. Вдруг подумала: постоянно ругались на театр, а он столько полезного в жизнь принёс. По крайней мере, в нашу с Майклом жизнь. Мистер Филлипс вынудил нас общаться больше, я постоянно выходила из зоны комфорта и своей интровертной раковины, мы с Майклом провели море времени вместе, репетируя и обсуждая. Веселились вместе с девочками во время репетиций…. Хорошее было время!

Не без смеха наблюдала из-за кулис за сценой с хождением Гамлета по кладбищу. Майкл всегда так смеялся, когда нужно было разговаривать с Йориком. В этот раз ему удалось сохранить серьёзное лицо. А вот и мои похороны, к слову. Хорошо, что мистер Филлипс разрешил мне не ложиться в гроб, а то у него были такие мысли…

Преподаватель долго выбирал, кто же будет играть Лаэрта. И вдруг поставил на роль Мэтта, потому что у них с Майклом «натуральная враждебная химия». При этих словах я посмеялась в кулак, труппа тоже хохотала. Дело было в том, что Майкл ревновал меня к Мэтту, а Мэтту не нравился Майкл. По итогу, Мэтт стал моим театральным братом.

Гамлет и Лаэрт сцепились прямо возле моей могилы. Мне всегда казалось, что эту сцену им приятнее всего отыгрывать.

— Её любил я; сорок тысяч братьев всем множеством своей любви со мною не уравнялись бы.

Не скрыть, гордилась тем, как Майкл отыгрывал. И жалко было наблюдать, что Гамлет умер под конец. Финальную сцену уже видела, но всё равно сердце сжалось.

— Привет умершим! — радостно воскликнул Майкл, когда вышел ко мне. — Буду считать, что мы теперь вместе в раю.

Он притянул меня к себе и глубоко поцеловал. Как только я заметила мистера Филлипса, то сразу же отстранилась, стараясь притвориться серьёзной, но то и дело хотелось смеяться от счастья. Учитель погнал нас всех на сцену, чтобы поклониться и выслушать финальную речь.

Как оказалось, Джесси даже всплакнула. Я взглянула на маму, что с теплотой смотрела на меня в течение всего выступления, ведь именно на неё я обращала взор, чтобы не нервничать. Говорят, полезно выбирать одного своего зрителя, чтобы не испытывать дикой нервозности и страха перед осуждением чужими людьми.

— И вновь вечеринка у меня дома, — провозгласила Анабель, как только мы покинули сцену. — Празднуем окончание театра!

Я насупилась, но Майкл сказал не вешать нос, ведь всё пройдёт отлично. Я поверила.

***

К счастью, мама была в тот день у мистера Рейгана, поэтому я решилась надеть короткую юбку с чулками. Она бы вряд ли одобрила такой выход, но понятное дело, для кого я старалась. Майкл зашёл за мной и, похоже, чуть не подавился слюной.

— Это… Ты… Как на мотоцикле поедешь? — негодовал Майкл. — Быстро переоденься!

— А тебе, что, не нравится? — Я обольстительно улыбнулась и схватила его за ворот тёмной рубашки. — Не хочу я переодеваться.

— Мы сейчас никуда не уедем, — пробормотал он, не притронувшись ко мне.

— А я хочу. Празднуем окончание театра. Так что. — Я толкнула его в грудь, и Майкл сделал шаг назад, на улицу. — Поехали. Я надену лёгкий плащ, чтобы не смущать людей на улице. — Я подмигнула своему нерешительному парню. Не понимала, почему он вдруг стал таким податливым.

На вечеринке всё было как обычно и привычно: выпивка, музыка, друзья. Даже игра в уно. К огромному удивлению, Анабель не приходила к нам и ничего не портила. Везёт же! Я смеялась и хорошо проводила время, прижимаясь к Майклу. Один раз у меня задёрнулась юбка, и Майкл моментально поправил её, поскольку мы сидели рядом. Я усмехнулась на его жест, а Майкл остался серьёзным. Задержал руку на моей ноге и сжал, вызвав у меня мурашки. Игра закончилась, и Майкл куда-то делся. Я попила воды в баре, а Джесси с Ханной вдруг начали общаться по учёбе.

Поскольку у меня возникла паранойя из-за того, что Анабель постоянно забирала внимание Майкла в моё отсутствие, то я пошла его искать. Увидела около уборной и спокойно выдохнула. Совсем уже спятила со своей ревностью.

— Соскучилась и решила тебя поискать. — Я рассмеялась, а Майкл мне не ответил тем же, лишь молча смотрел на меня. — Что-то случилось?

— Пойдём. Нет, вот сюда. — Он взял меня за запястье и повёл меня в зал, а затем в полюбившийся нам коридор. Мы в него даже не зашли толком, как Майкл меня прижал к стене. — Ты, Эмбер, зря так со мной. — Майкл запустил мне руку под юбку и погладил внутреннюю сторону бедра. — Почувствуй то же, что и я. — Он ускорил движения, и я сжала ноги вместе с его рукой.

— Прекрати. Ты меня возбуждаешь, а тут люди ходят. — Я тихо посмеялась и почувствовала его губы на своей шее. Майкл поцеловал меня так, что я тут же замолчала и протяжно выдохнула.

— А обо мне ты не подумала, когда надела такую короткую юбку, — отозвался Майкл, не прекращая движения пальцами. Я застонала, откинувшись на стенку головой. У меня всё больше затуманивались мысли. Я качнула бёдрами, сильнее ощущая, как это приятно. Вспоминая, как часто в последнее время занималась «плаванием». И я умирала без этих ощущений. — Я тебя хочу, — простонал Майкл мне в шею. — Сейчас хочу.

Я разжала ноги, чтобы одной из них провести по ноге Майкла, намекая на то, чего мы сейчас хотели. Он подхватил меня под коленки и поднял мой таз на уровень своего, прижал совсем близко к себе. Я оперлась на стенку спиной и обвила торс Майкла ногами, чтобы удобнее расположиться. Он схватил меня за ягодицы, от чего я громко застонала и первая задвигала бёдрами. Прижимала Майкла ближе к себе, задыхаясь от ощущений. Меня лихорадило, я ускорила движения, приближаясь к разрядке. Меня до сих пор удивляло, какое удовольствие можно получить полностью одетыми, и боюсь представить, как это будет у нас без одежды… Майкл целовал меня в шею, я закрыла глаза, так ощущения острее были. Казалось, я совсем близка, чтобы немного умереть, и раскрыла глаза. Чуть не подавилась, когда увидела Джесси. Моментально остановилась.

— Хорошо проводите время, — неловко произнесла она. Майкл поспешно прекратил и отстранился от меня.

— Ага, — пробурчала я, вдруг ощущая, как всё возбуждение резко ушло, а на его место пришла боль и ощущение опустошения. Да твою мать, Джесси! Зачем именно сейчас!

— Пойду-ка я в туалет схожу, — без тени улыбки заявил Майкл и отошёл в уборную. Второй раз за последнее время.

— Эмбер! — воскликнула Джесси, чем разозлила меня. В эти моменты она меня страшно бесила. — Вы чем тут занимаетесь на людях?

— Тебе название дать? — язвила я. — Да почему ты сейчас-то пришла, Джесси! Я же почти… почти. — Мне захотелось ударить по стенке от гнева.

— Что почти? — Она хитро сощурила глазки.

— Да кончила почти! — заорала я и мгновенно себя отдёрнула. — Ты знаешь, какого это вообще — когда вот почти, а потом — раз и нет! — негодовала я, Джесси рассмеялась.

— А у тебя уже опыт, я смотрю.

— У меня теперь сильно болит! — пожаловалась я. — И что ты тут вообще забыла?

— Да тебя искала, ты ушла и не предупредила. Да и… громкие вы. Ты вон вообще, как в порно стонала.

— Я?! — хохотнула. — Откуда знаешь? Порно смотрела?

— Ну, одно, — нерешительно призналась она. — Так значит, у вас секса не было, да? — подколола она. — А это что?

— Петтинг это.

— Ну, такими темпами вы скоро переспите. Видели бы вы себя со стороны.

— Завидно? — резко высказалась я, разозлившись. — У нас страсть и без секса есть. Извини. Вспылила. Я тут в раздражении после кое-чего. И даже если переспим… — продолжала я. — То и хорошо. Мы друг друга хотим.

Джесси осторожно улыбнулась мне, а мне не хотелось улыбаться. Я теперь задумалась о том самом.

***

Я думала, что после случившегося мы с Майклом сблизимся, но мы почему-то отдалились. Майкл перестал отвечать на мои сообщения, прикрываясь работой. Но мы ведь закончили с театром, по сути, свободного времени должно было стать больше. Да и раньше Майкл мне всегда мгновенно отвечал, а не шесть часов спустя. Я не понимала, что сделала не так. Тот случай с Джесси — по сути, ничего серьёзного, чтобы из-за этого ссориться. Так что, и правда, подумала, что дело в загруженности Майкла. Тем более, что скоро баскетбольный матч!

Майкл стал реже приходить, находя отговорки. Раньше со мной после школы уроки делал, только и искал поводы остаться, а теперь убегал, даже не попрощавшись. В последнюю встречу довёл до оргазма и сразу же сел на постели. Обычно хоть полежит со мной, поговорит, погладит, и вдруг ничего из этого. Душевное тепло резко ушло в минус, и я не понимала, в чём проблема.

— Ты какой-то печальный в последнее время. Что случилось? — Я обняла его сзади. — Как твоя спина?

— Хорошо, — на автомате ответил Майкл, застёгивая пуговицы на рубашке.

— А в чём дело? — Я не успокаивалась. — У нас раньше по-другому было. Ты на мои смс долго отвечаешь.

— А что я должен как собачонка перед тобой? — огрызнулся он и отодвинулся. — Как могу, так и отвечаю.

Я была ошеломлена подобной резкостью.

— Майкл, что-то случилось? Почему ты груб со мной? Я не понимаю, что сделала не так. Что тебя расстроило? Ты из-за… секса? Из-за того, что у нас его нет… Слушай, Майкл, — нерешительно начала я.

— Нет, не из-за него. Не из-за чего. — Майкл всё ещё закрывался от меня.

— Да быть того не может. Я всё сделаю, что скажешь. Чего ты хочешь? — Я подползла к краю кровати. Майкл повернулся и уже по-другому взглянул на меня — без раздражения. Он нежно поцеловал меня, не спеша лаская языком.

— Не забудь сделать математику, — выдохнул Майкл мне в губы, улыбаясь. — Миссис Ливингстон не выдержит снова твоей «лени», —говорил Майкл, как будто с горечью, и я прекрасно понимала, что дело не в миссис Ливингстон. И, похоже, не в математике. — Ты очень хорошая девочка и умничка.

Он встал, и теперь я была в полном замешательстве. Зачем приплёл математику? Миссис Ливингстон в последнее время всё чаще докапывалась до меня за то, что я разговаривала с Майклом, и что с того?

— Не стоит прыгать в постель к человеку, который ничего не предлагает. И ты в этом плане молодец. Вызываешь уважение, Эмбер. — Он мягко улыбнулся. — Я пойду, там ещё вагоны подвезли, которые нужно разгрузить.

— Ты говорил, что работаешь только ночью и вечером, а не днём. — Мой голос дрогнул.

— Всякое случается.

— Я вижу, когда ты врёшь. — Я не сдержалась от наезда. — Зачем?! Разве я в чём-то осужу тебя?

— Эмбер, давай без лишних эмоций. Ухожу из-за работы. — Майкл переплёл пальцы с моими. Он выглядел невозмутимым. — Ещё свидимся.

Майкл быстро собрался и ушёл. А меня не покидало ужасное предчувствие.

***

Когда Майкл позвал меня в лес, я жутко обрадовалась. Мы давно не гуляли здесь. Однако, как только я увидела Майкла, поняла, что веселья сегодня явно не будет. Долгое время мы шли молча, Майкл привёл меня на поляну и повернулся ко мне.

— Майкл, скажи, что всё хорошо, — боязливо начала я. Но знала, что это неправда. Однозначно что-то случилось, но Майкл не говорил об этом. Видела по его напряжённому лицу, что разговор будет тяжёлым.

— Эмбер… Последние дни я, и правда, врал, что занят. Мне нужно было подумать в одиночестве. — Он отвёл взгляд. — Подумать о нас с тобой и… Знаешь, нам нужно расстаться. Так, правда, будет лучше.

Я замерла, не понимая. Желудок скрутило от того, что худшее моё предположение сбылось.

— Почему, Майкл? Что случилось? — нервно хмыкнула я, всё ещё не понимая, что происходило.

— Эмбер, ничего не случилось. Просто нужно расстаться, — объяснял он мне, как пятилетнему ребёнку.

— Да не может быть такого! — вдруг закричала я. — Всегда есть. Дело в Анабель?

— Нет, Эмбер, дело не в Анабель. — Майкл качнул головой и вновь пристально посмотрел на меня. Ни грамма эмоции. У меня начинали дрожать пальцы, а Майкл был само спокойствие. И как мне трактовать его поступок?

— Дай причину, чёртову причину! — Я взорвалась от его слов. — Изменил? Анабель залетела от тебя? Ты меня обманывал? Игрался? Мстишь? Пожалуйста, как так можно не давать причины расставания?!

— Ты ищешь трагедию там, где её нет. По-женски, — отрезал Майкл и устало выдохнул. — Знаешь, Эмбер, если бы я изменил, было бы намного легче расстаться, ты бы возненавидела меня. Но я не могу этого сделать. Не хочу, чтобы ты так плохо думала о всех нас. Это неправда. И достойный твоей любви человек обязательно будет с тобой.

— Я, правда, не могу понять, что не так. У нас всё хорошо ведь. — Я понизила голос, не веря во всё это. — Майкл, скажи, что я не так сделала. Давай это исправим.

И Майкл молчал, ни слова мне не ответил. Хотелось крикнуть о том, что я его люблю, какой толк? Бессмысленно.

— Ты можешь дать хоть одну адекватную причину для нашего расставания? — уже спокойно продолжила я. — Нет? Могу подсказать. Я эмоционально неустойчива. У Анабель диагноз, я таким похвастаться не могу, но моя психика всё же не здорова. Понимаю, что ты устал от таких — от ненормальных, — и не могу тебя за это винить. У тебя всё ещё наладится. Ты замечательный человек, и всё будет хорошо.

Сама себе удивилась, что смогла произнести последние предложения. Хотелось как-то достойно завершить.

— Рад, что ты не плачешь. Анабель в своё время устроила мне истерику.

Меня выжигала обида из-за того, что во время расставания с Анабель он прослезился, а со мной разговаривал с бесстрастным лицом, как будто заявлял о том, что просто собирался в магазин. Неужели ему нисколечко не больно? Или он, правда, мстил мне за всё то, что я с ним проделывала?

— Знаешь, Майкл, ещё тогда, когда ты сказал, что не уверен в нас — это ведь означало, что ты не хочешь серьёзных отношений, ты к ним не готов. И тогда я должна была отстоять себя, заявить, что на такое я подписываться не буду, но уже не смогла этого сделать. Я слишком… слишком… уже… к тебе, — так и не смогла произнести ни слово «влюбилась», ни слово «люблю», ни слово «привязалась». — Изначально ты не давал мне надежд, так что с тебя взятки гладки.

Не понимала, чего Майкл ждал. Чтобы я, как Анабель, ползала перед ним на коленях, умоляя не расставаться? Вспомнила, как подслушала их разговор тогда на вечеринке. И ведь Майкл так же холоден теперь со мной, как тогда с ней.

— Эмбер… — вновь окликнул меня Майкл, пока я стояла и пыталась донести до своего мозга, что всё-таки произошло. Он меня бросил.

— Я всё поняла. Ты обдумал и понял, что так лучше для тебя. И это нормально. Устраивать истерики нет смысла. — Я кивнула, удивляясь, как не заплакала, но голос уже сел.

Не хотела плакать перед Майклом. Не хотела, чтобы он увидел мою боль, как мне на самом деле было невыносимо, как сильно я задета и раздавлена его поступком.

— Что ж, пока! Удачи в экзаменах! — дежурно выдала я и обернулась. Хоть бы не зарыдать по пути домой. Ещё немного — и я сорвалась бы.

— Эмбер, и последнее… Следи за своим душевным состоянием. И ты нормальная. Но если что — иди к психиатру, — вдруг добавил Майкл, что послужило последней каплей.

Я обернулась к нему, сжимая руки в кулаки.

— Не волнуйся, не повешусь из-за тебя! И да, можешь признать, что я — психически больная!

Ощущала дикий гнев, обернулась и зашагала прочь. Меня всю трясло.

— Знаешь. — Я не выдержала и повернулась к нему ещё раз. — Видимо, ты меня никогда не любил. Не сделал бы так, если бы любил.

Майкл опять мне ничего не ответил и смотрел как будто сквозь меня, словно я ничто.

Радовало только одно: влюблённых в театре мы уже отыграли. Занавес.

***

Села делать за уроки, заглушая мысли. Не могла поверить в то, что случилось. Ерунда такая, честное слово! Бред какой-то. У нас же всё хорошо было. Мозг всё больше защищал мою психику, пока я убеждала себя, что мне привиделось.

«— Не забудь сделать математику, — выдохнул он мне в губы, улыбаясь. — Миссис Ливингстон не выдержит снова твоей «лени».

В ту встречу он со мной так попрощался.

Спустя полчаса я выронила ручку, когда в груди засвербело от боли, а истерика накрыла от того, что Майкл меня бросил.

Глава 48. Страдая без тебя

Слышала, что женщины тяжелее переживают расставание. Похоже, правда.

Я не могла поверить в то, что произошло. Мне казалось, что это сон какой-то, что это прикол… Да не могло такого быть! Ничего ведь не произошло, что спровоцировало бы Майкла на такой поступок!

В школу шла с тяжёлым сердцем. Придумывала слова, которые скажу Майклу. Казалось, что я смогу всё исправить, хотя и не понимала, что именно стало причиной нашего раскола. Не желала принимать то, что мы теперь не вместе.

Первым уроком была математика, и Майкл пришёл раньше, чем обычно. Разговаривал с этой противной Миртой. Фу, как же меня воротило! Неужели из-за неё? Нет? Из-за кого?! Я готова была взорваться на месте из-за гнева и ревности.

— Мирта, дай нам с Майклом поговорить минуту, — не смотря на неё, проговорила я стальным тоном. Она пожала плечами и отошла.

Майкл удивлённо взглянул на меня.

— Не понимаю, почему ты раньше этого не сделал, раз хотел мне отомстить, — пробормотала я, мгновенно потеряв всю решимость. Всю ночь думала о том, из-за чего Майкл так со мной.

— Что? — Он наклонился. — Поясни.

— Почему мы этого не сделали. Так понятнее? — прошептала я, приблизившись к нему лицом.

— Эмбер, какая месть? Мы расстались обоюдно и спокойно, — безапелляционно выдал он; я видела боковым зрением, как Мирта сразу же воспрянула.

— Если ты думаешь, что это смешная шутка, то нет, Майкл. — Мой голос задрожал.

— А я не шутил.

Я истерично рассмеялась, с каждой секундой всё больше желая, чтобы это оказалось лишь кошмарным сном.

— Знаешь, Майкл, я не буду той, кто бегает за тобой, ясно?! — Повысила тон голоса, мне становилось тяжелее дышать.

— Не надо за мной бегать, — совершенно спокойно ответил Майкл, и меня это ещё больше взбесило. Как будто с психически больной разговаривал!

— Надеюсь, ты очень счастлив, Майкл. — Я еле сдерживала себя от рыдания. Собрала вещи и сбежала с уроков. Не хватало, чтобы сопли распустила на людях и сотрясалась в панической атаке.

Первый день прошёл в слезах. Когда мама вернулась с работы, постаралась сделать вид, что всё в порядке и я активно готовлюсь к скорым экзаменам.

Пила успокоительные и практически постоянно спала. Смотрела видео на Youtube и снова спала. Аналогично прошёл и второй день, и так же начался третий. Мама пришла раньше с работы и застала меня на постели.

— Эмбер, мне позвонили со школы. Тебя уже два дня там не было. Что случилось?!

Я ей не ответила — сил не было. В горле стоял ком, я вот-вот готова была расплакаться.

— Эмбер. — Она дотронулась до моего плеча. — Я волнуюсь. Скажи, что случилось.

— Ты будешь этому очень рада. — Я ощутила, как по щекам покатились слёзы. Затем всё-таки повернулась к маме. — Майкл меня бросил.

— Что? — Она сильно нахмурилась. — Бросил?

— Даже не объяснил почему. — Я шмыгала носом. — Просто вот взял и бросил. И, похоже, ему вообще наплевать на меня. Не понимаю, что… что я сделала не так!

Мама молчала, а я плакала, всё ещё не в силах принять случившееся.

— Эмбер, — тихо начала она, прочистив горло. — Это я с ним поговорила.

— Что?! — Я вскочила на постели. Стук сердца гулко отдавался в голове.

— Оказалось, что мы работаем в одном магазине, но в разные дни. Эмбер, я не думала, что он тебя и правда бросит! — Она прижала руку к груди.

— Что, что ты ему сказала?! — зашипела я, сотрясаясь от негодования.

— Да что я могла такого ему сказать? Что я волнуюсь за тебя — вот что я сказала! Что он тебе не пара — вот что я сказала! Что он только будет мешаться тебе дальше в жизни…. Эмбер, ты ведь не рассказывала ему о бывшем, да?

У меня сердце опустилось куда-то вниз.

— Майкл ничего не знал, — сдавленно произнесла мама и тяжело выдохнула.

В горле сильно пересохло, и я не могла и слова вымолвить.

— И… — После долгой паузы слова всё-таки сорвались с губ. — Что же ты ему сказала о бывшем?

— Что он мучил тебя и что Майкл тоже тебя в этот год мучил!

— Да это неправда! — заорала я. — Ты что, сделала Майкла виноватым? Мама. — Опустила лицо в ладони, не веря в происходящее.

— А что не так? Я видела, что ты опять была в депрессии зимой! — нервным голосом аргументировала она. — Если бы ты знала, как я за тебя переживаю! А рядом только мудаки, которые портят тебе психику и не дают выздороветь!

Я глухо застонала от боли в груди. Сидела и качалась из стороны в сторону, мама молчала, вжав голову в плечи.

— Если бы любил меня, тебя бы не послушал, — с горечью заметила я.

— Верно. Подростковая безрассудная любовь. Испугался? Но чего? — думала она вслух. — Эмбер, ты… не беременна?

Я моментально расширила глаза. Даже представлять страшно.

— Я девственница, мам! — обозлённо сказала я.

— Что? Уличный мальчик не уложил тебя в постель? Да ладно… Вы не успели, что ли? Или вам было негде? Да я вроде долго на работе каждый день… — Она глубоко задумалась.

— Мама! — негодовала я. О чём она вообще думала?!

— Эмбер… Вот он дурень. Такой девушкой не воспользовался. За что ему спасибо, конечно! — вмиг поправила она сказанное. — Ох…. Я даже не знаю, что сказать.

Мне хотелось просто побыть одной, но мама не уходила.

— Я никогда не знала, как к тебе подступиться, Эмбер, — севшим голосом вновь заговорила она. — Ты и в детстве была умным ребёнком, намного умнее, чем я, наверное, в отца пошла. Ты читала, делала уроки, спокойная, я и не думала, что что-то не так. Ты начала гулять с мальчиком, и это было в порядке для твоего возраста. Я и сама в юности отдалилась от матери. Кто же знал….

Я глотала слёзы. Видела, что маме тоже было непросто. Сплошная давяще-мрачная картина.

— Я во многом виновата перед тобой, — продолжала она. — После ухода твоего отца только и делала, что страдала, а потом удивляюсь, с чего моя дочь вдруг в депрессии. Ты ведь всё это видела, постоянно утешала меня. «Мамочка, почему ты так много плачешь?» — У неё сорвался голос, и я на неё посмотрела: она поднесла руку к лицу. — И я знала, что пример матери важен, старалась быть счастливой для тебя. — Мама вытирала быстро появляющиеся слёзы. — Видела, как Джордж от тебя отдаляется и что ты от этого сильно страдаешь, потому что очень любишь папу. Понадеялась, что вот устрою личную жизнь, и мне лучше станет, и тебе. А по итогу. — Она отвернулась от меня. — Всё вот так. Думаешь, я тебе зла желаю? У самой не получалось отношения ни с кем выстроить, и тебе так же делаю? — Мама немного успокоилась, всё чаще делая паузы между словами. — Я правда думала, что Майкл тебе во зло, а вижу тебя страдающую, и сердце кровью обливается. Не хочу тебе страданий. Может, вернём Майкла?

— Вернём? — передразнила я её. — Он вещь какая-то?

— Я могу снова с ним поговорить.

— Спасибо! Ты уже сделала, что смогла, — съязвила я и отвернулась.

Долго лежала в тишине, при этом догадываясь, что мама не ушла. Голову посещало всё больше мыслей.

— Знаешь, он ведь не хотел со мной серьёзных отношений. Наверное, мстил за то, что я его отшивала несколько раз. И раньше он сомневался. А ты своими словами лишь добавила… — говорила ужасные для себя выводы, при этом чувствуя колющую боль в груди.

— Эмбер….

— Уходи. Не хочу тебя видеть.

Мама встала и отошла. Я не услышала звук закрывающейся двери.

— Неужели вы и правда не переспали?

— Петтинг у нас был. Довольна? — Я сильно сжала глаза.

— Петтинг? Понятно, зачем тебе… А ему-то зачем? — пробормотала она. — Петтинг, — неверяще повторила мама. — А у него…. С этим всё хорошо?

Мне захотелось истерически смеяться от таких вопросов.

— У него был постоянный секс с Анабель. Значит, всё хорошо у него с этим, — сострила я, чуть успокоившись: только что выплакалась.

— Тогда совсем не понимаю….

Да что там мама понять-то всё хотела? Однако тревожило меня сейчас другое.

— Похоже, я в Майкле ошиблась. — Она тяжело вздохнула. — А с чего ты взяла, что он тебе мстит?

Я сжала губы, на меня нахлынули воспоминания.

— Да больше нет причин потому что! Но я не понимаю, мама! Не понимаю! — взвыла я, сжимая подушку. — Зачем тратить свой день, чтобы ездить за моими таблетками, раз ему наплевать! Зачем интересоваться постоянно моими чувствами, раз ему наплевать!

Из глаз вновь брызнули слёзы. Я не могла найти ответы на свои же вопросы, и это терзало меня. Мама подошла и присела на постель, обняла меня, успокаивая.

— Так это он съездил за твоими таблетками?

Кратко пересказала ей тот день.

— Эмбер… — Она погладила меня по голове. — Ему слишком не наплевать на тебя. Поэтому так всё. Не хочет играть с тобой, вот и оставил, чтобы потом больнее не было. Эмбер, я ведь серьёзно думала, что он от тебя не отступится и будет гнуть свою линию. Замучает тебя. А он… Он меня поразил. Я ещё никогда так в людях не ошибалась.

— Мне не легче от этого! — Я прижалась к ней, стараясь так найти утешение. — Я не знаю, не знаю, что он там себе надумал, мама!

— Прошло больше недели, как мы с ним поговорили. Видимо, он всё обдумал. Эмбер, из моего опыта — лучше думать, что он не испытывал глубоких чувств. Так будет легче, — шептала она, позволяя мне выплакаться. — Иначе будешь долго мучиться от того, что у вас ничего не вышло.

Мне ни от чего легче не становилось.

***

Про расставание с Майклом я ни с кем не разговаривала, даже Лоре не сообщила. Ей наверняка надоели мои жалобы. В последние дни я превратилась в невыносимого нытика. Меня всё раздражало. В школу я всё-таки однажды пришла, надо доучиться. Как робот стала действовать: отсиживала уроки, делала домашнее задание, закидывалась успокоительными и до упора смотрела случайные видео. Главное — не оставаться наедине со своими мыслями, постоянно чем-то грузить мозг.

Все говорили об экзаменах, у меня же постоянно был шум в ушах. Джесси заметила моё состояние, и сплетни о нашем с Майклом разрыве быстро распространились. Джесси мне сочувствовала, а я не хотела чьей-либо жалости и быстро переводила тему на экзамены, но на них мне было, откровенно говоря, плевать. Знала, что нужно мобилизовать свои силы перед таким ответственным этапом в своей жизни, но не могла — совсем энергии и мотивации не было.

Настроение портило и ещё кое-что: какие-то тупые комментарии от парней, причём не только от одноклассников. Я могла спокойно стоять у шкафчиков, как какой-нибудь левый спрашивал: свободна ли я вечером?

Дебилизм какой-то. Я недавно с парнем рассталась, какие встречи?!

Мягко говорила, что занята, и ни слова больше. Решила грубо не посылать. Однажды побойчее попался, причём он как раз и был моим одноклассником.

— Эмбер, да ладно тебе. Пойдём погуляем. Заплачу́.

— Не могу, извини, — жалобно проговорила я. Как этот парень не вовремя ко мне полез: я в очередной раз была в слезливом состоянии, и совсем не оставалось сил ему как-то ответить пожёстче.

— Ломаешься. А я подумал, что Майкл тебя навсегда поломал, — хохотнул он, и я резко подняла на него взгляд. У меня задрожала нижняя губа. Это что он сейчас имел в виду?!

— Эй, ты, мразь, ещё пара таких комментариев, и уже тебя поломают. — Прозвучал голос за моей спиной, и я не поверила, пока не увидела Анабель рядом с нами. Анабель?! Стерва Хилтон меня защитила?! — Свалил от неё.

— Ещё одна брошенка Майкла пришла? — съязвил он.

— Слушай, Эд, я понимаю, что тебе никто не даёт. — Анабель причмокнула губами, нисколько не смущаясь. — Слышала от знакомой, что у тебя член маленький и ты комплексуешь. Правда это?

Меня всегда удивляло, как Анабель не терялась и ловко умела ввести человека в недоумение.

— Заткнись, — прошипел одноклассник, краснея.

— Тогда свали отсюда. — Анабель склонилась к нему. — Если не хочешь разговоров про твоего малыша.

Парень обозлился и отошёл. Я опустила взгляд в парту. Так складывалось, что Майкл не видел, как меня доставали эти идиоты. Интересно, как бы он отреагировал?

Анабель за меня вступилась — так странно. С чего вдруг? Совсем не понимала. Анабель молча отошла, а я продолжала пребывать в шоке. Анабель постоянно только и делала, что обижала и травила меня. Раньше она была организатором всех издевательств надо мной…

Однако радость была слишком кратковременной. Пошли другие разговоры: более задевающие. То, что Майкл спал с другими, — с той же Миртой.

Я не понимала, как раньше готова была подсунуть ему какую-либо девушку для секса, потому что сейчас меня, от одной лишь мысли, что Майкл был с другой, рвало от боли на части. Я еле сдерживала слёзы.

После бассейна в раздевалке начались обсуждения, и вдруг одна сказала, что вчера переспала с Майклом. Я застыла на месте. Она специально, что ли, сказала это рядом со мной? Я надела маску безразличия и продолжила собирать вещи, но понимала, что вот ещё немного, и разрыдаюсь. Дождалась, пока почти все ушли, и повернулась к шкафчику, с трудом сдерживая всхлипы. Не хватало ещё в холле на глазах у всех разреветься.

Как Майкл так быстро оклемался?! Я страдала после расставания уже больше недели, есть не могла нормально, спать; меня постоянно посещали навязчивые мысли, а у него всё так просто?! Легонько ударила по полочке в шкафчике, чтобы не было слышно первого всхлипа.

— Идите. Я вас догоню. — Я услышала до боли знакомый голос. И снова Анабель?!

Рыдала, не поворачиваясь к ней. Мне было наплевать, если ещё кто-то остался в раздевалке, поскольку не могла больше сдерживать запертые эмоции.

— Эмбер, — тихо произнесла она после минутной паузы.

— Посмеяться надо мной решила? — дрожащим голосом ответила, не в силах обернуться. — Валяй. Я не смогу тебе ответить.

— Я не буду смеяться над тобой. Скорее, наоборот.

Я повернулась к ней, вся заплаканная. Пробирала дрожь.

— Я тебе не верю, Анабель, — с трудом удалось мне сказать из-за поступающих к горлу всхлипов. — Ты этого хотела. Хотела, чтобы он меня бросил. Хотела нас разлучить. Хотела, чтобы я страдала.

— Хотела, — подтвердила она, опустив взгляд. — Думаешь, я стерва? Лицемерка?

Я кивнула.

— И ты права в этом. — Анабель расплылась в улыбке. — Однако… Я ещё и эгоистична. И когда-то я так же плакала и ходила потерянная. Вижу в тебе себя: вот и весь секрет моего отношения к тебе сейчас. А ещё… когда-то ты утешала меня после расставания с Майклом прямо здесь. И я помню сделанное мне добро.

«— Невесело тебе, Эмбер? — Она резко дёрнулась и прожгла меня взглядом. — А я бы посмеялась, если бы мы ролями поменялись. Майкл бросил! Офигительно! Всё ты виновата, Эмбер!»

— Ты тогда сказала, что посмеялась бы надо мной, — глухо отметила я.

— Ага. Нет, ну, конечно, меня посещает злорадная радость от этой новости, — усмехнулась Анабель, — однако мне всё-таки жалко себя… и тебя. Сейчас сюда притащатся другие, не поговорим. Слушай, Эмбер, приходи ко мне в гости. У нас как раз проект намечается, я попрошу тебя к себе в пару? Как идейка?

Я сильно расширила глаза.

— Анабель, когда я оказываюсь у тебя дома, то всегда происходит что-то странное.

— Никакой подлости, Эмбер! — провозгласила она. — На этот раз нет.

— Знаешь, мне наплевать, — честно призналась я. — Если хочешь, то издевайся.

— Вот и чудесно, мы договорились! — Она хлопнула в ладоши и вылетела из раздевалки, а я продолжила стоять на месте, поражённая произошедшим.

Я в гости? К Анабель?! Что за чудеса?

***

У меня до сих пор не проходило ощущение чего-то жутко инородного: как будто я на другую планету прилетела. Неужели мы с Анабель вместе в проекте? Подружки типа? Но удивительным было даже не это.

Анабель принесла чай. Я с недоумением взглянула на фарфоровую посуду с яркими цветами.

— Что так смотришь? — Она толкнула бедром дверь, чтобы она шире открылась и Анабель с подносом могла пройти. — Перерыв нужен.

— Чай? — Я нахмурилась.

— Что, подозреваешь — не подсыпала ли я тебе чего туда? — рассмеялась она. — Я, конечно, главная сука Редхилла, но сегодня сняла свою корону. Так что расслабься. Кстати, ты чай с ромом не пробовала на той вечеринке?

— Пробовала. — Я кивнула, поднеся чашку ко рту и вдыхая клубничный запах.

— И как тебе?

— Мне понравилось. — Сделала глоток горячего чая.

— Отлично! Я сейчас тебе сделаю. — Анабель выскочила из комнаты. Я удивлялась тому, что происходило. Анабель явно было что-то нужно от меня. Только вот что? Не верила я в её внезапно открывшуюся доброту.

Анабель вернулась вместе с двумя бутылками: ромом и сиропом.

— Меня смешивать напитки ещё бабушка научила. Получается вкусно. — Она поставила бутылки на стол, а затем начала приготовления: я внимательно наблюдала, как Анабель налила сначала мне, а потом и себе. — Так что, Эмбер? Конкретно из-за чего ты разрыдалась в раздевалке? Что Майкл Эмили трахнул?

Я кивнула. К сожалению, чай не смог скрасить горечь от воспоминаний… Поморщилась, не желая обсуждать похождения Майкла с Анабель.

— Пф, Эмбер! Он берёт то, что ему дают. — Анабель отмахнулась, как будто мы говорили о какой-то ерунде.

— Он вообще не страдает! Ходит довольный, как не знаю кто. Словно между нами ничего не было, — осипшим голосом заявила я. Тёплый напиток сейчас был как никогда кстати для моего горла.

— Знаешь что, Эмбер. — Она села напротив меня с чашкой в руках. — Слышала, что когда умер отец, то Майкл метался — спал с кем попало, много пил. Может, ему также плохо, как тогда? Когда мы расстались, Майкл сказал, что я помогла ему справиться после смерти отца. Говорил, что нигде не мог найти успокоения.

— То есть он так успокаивается? — не удержалась от язвительного тона.

— Именно. Ему нравится секс. Вы много раз успели, а? — Анабель склонила голову и впилась в меня взглядом. Мне стало жутко неловко. — Как-то ты странно реагируешь. Неужели не было?! Да ты серьёзно? — Она мгновенно вскочила с места, отставив чашку на столик.

— Анабель… — тихо проговорила я. — Тебе так это интересно?

— Эмбер, так не было или нет?!

— Нет. — Я прикрыла глаза. Молчание.

— Хм, интересно почему, — после долгой паузы всё же сказала Анабель. — Знаешь, однажды Майкл у меня спросил: а какого это девочкам в первый раз? И я удивилась, чего он вдруг спросил? Как бы и раньше с девственницами не связывался, но спросить решил только тогда. Но до меня сразу дошло: из-за тебя спрашивал.

Я открыла глаза и пристально посмотрела на Анабель, на лице которой была кривая улыбка.

«— Давай я принесу тебе воды, а ты ложись. Да ты трясёшься. — Он подошёл ко мне и обхватил плечи. — Тебе настолько больно?

— У меня низкий болевой порог.

— А ещё высокая чувствительность. Помню, — пробормотал Майкл, помогая мне дойти до дивана и лечь».

— И что ты ему ответила?

— Как есть. Что у всех по-разному. Мне вот больно было. Но я не рассказала ему полную версию. Первый раз был не совсем по моей воле. Выпила, на вечеринке осталась одна. Парень потащил, я не понимала, чего он хотел от меня. Потом дошло. Сопротивлялась, но вяло. Разрыдалась от боли, — произносила Анабель со спокойным лицом.

— Мне жаль, что так случилось.

— Никому не рассказывала, чтобы не получить вагон «сама виновата» — сама пошла на вечеринку, сама оттуда не ушла, сама парня не остановила, — рассказывала Анабель словно о чём-то будничном. Можно было бы предположить, что она врала, однако, зная, как Анабель любит представления, устроила бы театр со слезами. — Я это уже пережила. Сначала тяжело было, но потом с сексом наладилось. Переехала, перестала видеть того ублюдка. С Майклом начала встречаться. Первое время мы вообще не отлеплялись друг от друга, постоянно спали. Однако говорили намного больше, чем занимались сексом… И после этого было очень больно слышать, что между нами лишь секс. Майкл часто спрашивал, как мне приятнее. И потом стал совсем хорош в постели….

Мне было нечего ей ответить на это всё. Анабель говорила с горечью, предаваясь воспоминаниям.

— Анабель, жаль, что всё так вышло у вас с Майклом.

— Конечно жаль! — вдруг озлобилась она. — Корону с себя сними, а то жмёт.

Я сильно нахмурилась.

— Майклу осталось лишь у тебя под ногами на коленях ползать! — плевалась Анабель ядом. — Всё остальное уже сделал.

— Анабель…

— Что «Анабель»?! Эмбер, я тебя за это ненавижу! — Она вдруг разрыдалась. — За то, что Майкл так с тобой… Бережно, что ли. Поэтому я рада, что вы расстались! — Анабель вновь надела свою маску стервы. — Майкл твёрд в своих решениях, так что….

Я кивнула, пребывая в отвратительном настроении. Не было сил на колкость либо какой-то другой ответ. Грела руки о чашку. Повисло молчание.

— Так что мы уже не сойдёмся, — решилась я дополнить, и от этого стало досадно. — Я пыталась с ним поговорить ― всё без толку. Сам себе что-то придумал.

Анабель вытирала слёзы и тяжело дышала.

— А почему парни теперь так странно себя ведут со мной? — пробормотала я, когда Анабель перестала шмыгать носом.

— Да думают, что ты уже не девственница. Так сказать, один попользовался, передай другому. У них такое часто. Они же не в курсе, как на самом деле.

Всё внутри похолодело, и желудок свело.

— Не ожидала, что ты за меня вступишься. Но спасибо. — Я улыбнулась ей.

На свете нет ни одного человека на сто процентов хорошего или плохого. В человеке может быть либо больше плохого, либо хорошего, либо же в балансе. То, что Анабель проделывала со мной, издевалась, — не может быть забыто. Один хороший поступок всё не перечеркнёт. Однако теперь я знала, что ей не чуждо сострадание и в ней присутствовала эмпатия.

Я вспомнила слова Майкла: «Да, Анабель порой вела себя стервозно, но она не сука». Возможно, он оказался прав. Вполне вероятно, что Майкл и правда видел в ней хорошее.

— Кстати, Эмбер. — Она вновь встала со своего места. — Значит, ты в курсе того, что у меня ПРЛ, да? Раз Майкл тебе рассказывал.

— Да. Я не собираюсь об этом болтать, — поспешно добавила я.

— Молодец. А ты чем Майкла привлекла? — Анабель впилась в меня взглядом. — Ну, помимо своей невинности. Хотя… — Анабель вдруг задумалась. — А что с тобой в декабре-то было? Рыдала прямо на уроках. Из-за Майкла переживала так?

— Из-за него, да не только… Ладно, что толку скрывать. Думаю, что у меня депрессия, уже затяжная, — призналась я, протяжно вздыхая. Вот уж не думала, что буду откровенничать с Анабель!

— Так ты, как его мама. — Она вдруг засмеялась. — Тогда ясно. Тебе психиатр не ставил диагноз? Сама придумала?

— Никак не займусь этим.

— Слушай, я хожу к одному психиатру в Балтиморе. Именно он смог поставить мне правильный диагноз, а то до него бывала у других, и всё ерунда какая-то. Если скажешь, что от Хилтонов, то сделает скидку. Большую. Хочешь контакты дам?

Я не верила своим ушам. Что происходило-то?!

— Ты серьёзно? А подвох в чём? Он меня в психушку упечёт?! — Я оживилась, испуганная поведением Анабель.

Она хмыкнула и почти что закатила глаза.

— Эмбер, я понимаю, что своими действиями вызвала к себе крайнее недоверие, но это уже перебор. — Анабель прошла до письменного стола и стала что-то писать на листочке.

— Ты же меня ненавидишь, зачем помогаешь?

Я пребывала в полном замешательстве. То Анабель издевалась надо мной, то вдруг защитила, то сказала, что ненавидит, и вот внезапно предложила помощь.

— Да, ненавижу. — Она протянула мне листок с номером телефона и именем. — Но, как и сказала, иногда вижу себя в тебе. У меня ведь тоже депрессия периодами бывает, когда накатывает тоска. А как себе любимой не помочь-то?!

Я взяла листок немного дрожащей рукой. Сказать, что я ошеломлена — ничего не сказать.

— Что, теперь можно и домой, Эмбер? — Анабель тепло улыбнулась мне.

Добро иногда прилетает от тех, от кого ждёшь меньше всего.

Глава 49. Прощаясь с тобой

После разговора с Анабель мне легче не стало. Видите ли, Майкл так переносил горе. Да конечно! Спя с другими девушками и радуясь жизни. Наверное, чтобы подпортить ему настроение, я и пришла во второй раз в своей жизни на вписку. Всё тот же дом, в этот раз я легко прошла, было паршиво от происходящего, но я продолжала идти, выискивая Майкла глазами. До режущей боли в грудной клетке стремилась его увидеть. И это желание было из тех, что испытывают мазохисты. Взять и кинжал себе в сердце вставить, чтобы уж совсем себя прикончить.

Никак не могла найти Майкла, и ко мне уже успели пристать два пьяных парня, к счастью, они переключили внимание и от меня отстали. Как же пугало то, что теперь все думают, как будто я доступная, раз типа «дала» Майклу.

Скрестила руки на груди и подпирала стену, жутко нервничая. Может, Майкл вовсе и не здесь? Сидел дома? Но я ведь слышала, что он собирался заявиться сегодня! Неужели передумал? В очередной раз я прошла из холла в гостиную, протиснулась мимо людей прямо на входе и впилась взглядом в компанию за столиком.

Сразу же увидела Мирту, что сидела у Майкла на коленях. Видимо, я совсем уже поехала крышей, поскольку не двинулась с места, испытывая холод во всём теле. Наблюдала, как они милуются и он ей руку под юбку засунул. Браво, что ещё сказать!

Спасибо, что ко мне под юбку на людях не лез. Я отвела взгляд, не в силах наблюдать, как они друг друга засасывают. Тошнило. Когда они встали и направились куда-то вдвоём, я вылетела в холл, а затем и на улицу.

Меня охватило чёрное отчаяние. Видите ли, такие девушки, в том числе и Мирта, давалки. Но почему меня это нисколько не утешало? Я держалась за грудь, пыталась успокоиться, делала вдохи-выдохи, походила туда-сюда, не в силах привести себя в порядок.

Нет, Майкл совершенно не страдал. Всё у него в жизни прекрасно, и каждая только и рада под него лечь. Мирта на меня похожа, по словам Лоры, — ха! Вот это утешение! Очередное доказательство, что все люди на свете заменяемы.

Нет, Майкл нисколечко не мучался. Ходил довольный и счастливый, а я рыдала каждый день, терпела издевательства незнакомых парней, и вдобавок ко всему девочки смотрели на меня, как на прогнивший фрукт. Вот уж правда, запретный плод перестал быть таким! По крайней мере, люди вокруг думали подобным образом.

Я вернулась в дом, вся красная от злобы — в зеркале мой вид был бешеный. Прошла к коридору, куда Майкл с Миртой ушли, и увидела, как она вышла, поправляя юбку, даже не посмотрела в мою сторону. Майкл появился следом, в полурасстёгнутой рубашке, и моментально заметил меня. Я тяжело сглотнула, стараясь справиться со своим пропавшим голосом. У Майкла сильно приподнялись брови, и он выглядел испуганным.

— Вижу, тебе именно секса не хватало. После расставания только и делаешь, что спишь с кем-то, — выплёвывала я слова. В груди пылало жгучее негодование. — Что ж ты не попросил? Я бы дала.

— Эмбер… — прошептал он, ошеломлённый. — Зачем ты здесь?

Майкл огляделся и заметил уставившихся на нас девушек — они перешёптывались.

— Пойдём. — Майкл схватил меня за руку и затащил в комнату. Быстро захлопнул дверь и повернулся ко мне, тяжело вздыхая.

— О! — Я осмотрела ничем не примечательную комнату и остановила свой взгляд на кровати с помятым покрывалом. — Вот где ты с ней. Интересно!

Я села на мягкую постель и посмотрела на Майкла, что продолжал спиной подпирать дверь.

— Эмбер, я же говорил тебе не приходить сюда. Зачем ослушалась? — Он застыл на месте и говорил надломленным голосом. Что это с ним?

— Так теперь же я легкодоступная. Ко мне только и делают, что лезут парни! — прошипела я. Майкл насупился, и пришлось пояснить: — Анабель рассказала мне про вашу чудесную мужскую традицию. Побыла с одним — побудет и с другим. Условно называется «попользовался — передай другому», — с горечью говорила я.

— Эмбер, кто тебе из парней что сказал?! Приставали?! Я не думал, что так будет. У нас же не было. Но кто поверит? Я и сам не верю, — усмехнулся Майкл, посмотрев куда-то в угол.

— И правда. — Я расстегнула верхнюю пуговицу на блузке. — Что, Майкл, завершим начатое? А то как-то странно.

Наверняка именно этого Майклу и не хватало! Пускай порадуется. Майкл, наконец, удостоил меня взглядом и подскочил, когда я уже расстегнула все пуговицы. Пальцы вспотели, а в горле стоял ком.

— Ты зла на меня сейчас. — Он встал на колени передо мной и поднёс руки к блузке. Вместо того, чтобы дотронуться до кожи, стал застёгивать обратно пуговицы. — Лучше не делать ошибок в таком состоянии.

— Секс со мной для тебя ошибка?! — заорала я, дёрнувшись в сторону, и Майкл оторвал одну из пуговиц, что со свистом отлетела на пол. В жилах бурлил гнев от осознания, как сильно Майкл меня унизил.

— Пожалеешь потом, — еле слышно произнёс Майкл и поднял пуговицу с пола.

— Ты настолько плох? — ёрничала я, оскорблённая произошедшим. Он поднял на меня взгляд.

— Эмбер….

— С Миртой ты мог! На этой самой кровати! — Я толкнула его от себя, трясясь от отвращения.

— Да! А с тобой здесь я не могу! — также заорал Майкл мне в ответ, а затем схватился за лоб. — Эмбер, пожалуйста, давай ты сейчас уйдёшь, и всё. Не будем друг друга обижать.

— Мне так больно, — простонала я, наклонив голову. Боялась признаваться в этом, но поняла, что больше не могу сдерживать эмоции.

— Отчего, Эмбер? — Майкл вновь приблизился и застегнул оставшиеся пуговицы. — Жаль, что ты так мало понимаешь. Мы ведь могли на Хэллоуине переспать. Но я не хотел тебя пьяной. — Майкл присел рядом со мной на постели. Вновь ощущать его запах было смертельно больно. — Не хотел, чтобы ты потом жалела. Не хотел, чтобы твой первый раз был таким. Не раз мы могли переспать, — продолжал он. — Часто оставались одни дома. Сейчас можем. Эмбер, неужели ты до сих пор не поняла, как я к тебе отношусь?

— Значит, совсем меня не хотел. — Я сжала глаза, позволяя слезам скатиться по щекам. Сердце всё больше покрывалось льдом.

Майкл не проронил и слова, и каждая секунда молчания только меня добивала. Вспомнила Хэллоуин и наш поцелуй с Майклом, который переходил в нечто большее. Именно Майкл всё остановил.

«Майкл вдруг тихо застонал и перестал утыкаться мне в шею.

— Нет. Эмбер. Не здесь, не сейчас и не так.

Я сначала не поняла.

— Ещё скажи: и не с тобой, — вдруг посмеялась я, но вышло истерически».

— Всех, кого я хотел, — я получил, — внезапно сказал Майкл после затянувшейся паузы. — И тебя захотел в первую нашу встречу — не буду обманывать.

«— Пока, детка Эмбер! Увидимся завтра в обители тщеславия! — Он помахал мне в ответ и зашагал прочь. Я немного постояла и увидела, как Майкл обернулся и пристально посмотрел на меня. Стало стыдно, что я всё это время на него пялилась, поэтому повернулась и, уже не оглядываясь, дошла до дома».

— Значит, не всех добился? — съязвила я и повернулась к нему. Что Майкл пытался мне сообщить? Я продолжила вспоминать тот злополучный Хэллоуин.

«— Зато переспать с Анабель на этом самом диване у меня на глазах ты очень даже смог! — Меня одолевала обида. Было горько и больно, жутко неприятно. За себя стыдно.

— Обидно, что я тебя здесь не трахнул? Обидно, что я не как мудак себя веду? Что я девственницу не завалил при первой удобной возможности, пока она слаба и не понимает, что делает? О да, я прям злодей, —говорил Майкл на эмоциях и с сарказмом, мне становилось всё хуже».

— Нет. — Он слегка коснулся моего плеча, вызвав мурашки по всему телу. Жаждала его прикосновений, а теперь что? Теперь хотела лишь сильнее, но с горьким привкусом. — Помнишь, я тебе слова дедушки пересказывал? Неужели тебе это ни о чём не сказало?

Казалось, что я уже ничего не понимала. Почти готова была биться от нервной дрожи, накатывала паника, дыхание всё больше перехватывало.

— Я хочу тебя такой запомнить, — прошептал Майкл мне на ухо, и в тот же миг я вся сжалась. — Нет, не в слезах. Просто хорошей девушкой, которая знает себе цену.

Сама не поняла, как потянулась к нему, и он меня крепко обнял. Не верила, что всё стало вот так. Когда-то желала постоянно им дышать, а вот оно как всё вышло — в последний раз довелось обнять. Все чувства обострились, сердцебиение ускорилось, вспотевшими пальцами прикасалась к шее Майкла, желая разрыдаться.

— Помнишь, ты мне всё девушку подсовывала? — хрипло рассмеялся Майкл, гладя мне спину. — Такая ты странная.

— Уже тогда знала, что тебе нужно, — с грустью усмехнулась я, голос то и дело готов был сорваться. Меньше всего хотела устраивать Майклу сцену со слезами и истерикой.

— Ты правда думаешь, что они мне все нужны? — Майкл дышал мне в ухо, сводя этим с ума. Всё тело было в крайнем напряжении. — Я ищу успокоение. И отвлечения.

Точно, как сказала Анабель. Видимо, была права. Всё-таки они долго были вместе.

— Но эффект от оргазма не слишком долгий. Вообще, так странно всё в жизни… Почему, обнимая тебя, мне намного спокойнее? Эмбер. — Он прижимался плотнее, в то время как моё сердце разрывалось от боли. — Те приносят краткосрочное удовольствие. Приносят разрядку. А ты… Эмбер, приносишь удовольствие в груди.

— Очень сложно выразился, Майкл. — Я оторвалась от него и проглотила ком в горле. Понимала, что никто из нас не признавался в чувствах. Разве что Майкл решился на той вечеринке, а я потом сказала, что он мне нравится, после чего мы сошлись, но между двумя событиями — слишком большой временной разрыв. Майкл спрятал глаза, словно смутившись.

— Уж извини, Эмбер, — вдруг зазвучал он резко. — Как умею. И из-за чего ты так зла на меня? Что я тебе сделал? — Он отодвинулся от меня и встал. В каждом его движении чувствовалось напряжение. — Может, трахнул тебя и бросил? Может, обманул тебя? Предал? Изменил? — гневался Майкл. — Знаешь, что? Сейчас домой поедешь без разговоров. Я Йену скажу, он тебя довезёт.

— Ты мне никто, чтобы указывать! — огрызнулась я, поражённая такой сменой его настроения.

— Всё равно будет так, как я хочу! — Он схватил меня за запястья и потянул на себя рывком. Так быстро встала, что закружилась голова.

— Мне больно! Пусти!

Он мгновенно разжал пальцы, и я спрятала руки за спину. Дыхание сбилось.

— А что, Эмбер? Мне можно, я же абьюзер, оказывается. — Он сильно сжал челюсти. — Сам не знал. Ты же не рассказала мне всю правду. Что я прям-таки твой вылитый бывший!

— Наконец-то ты хоть что-то сказал, а то говорил, что нет причины расставания. — Я не решилась поднять на Майкла взгляд. Кусала нижнюю губу, всё не находя успокоения. Затем почувствовала металлический привкус и содрогнулась, но уже от слов Майкла.

— Услышать, что я чудовище — это был тот ещё подарок. Оказывается, я весь такой плохой, — говорил он на повышенных тонах. — И многое понял. Например, отчего у тебя тогда паническая атака случилась. Когда мы ещё друг друга мало знали.

« — Ты вся дрожишь, Эмбер! Тебе холодно?

— Мне… очень страшно, — призналась я, тяжело дыша. Было стыдно, что Майкл сейчас это видел.

— Ты меня, что ли, боишься? Не знал, что за последний час превратился в чудовище. — Майкл пытался шутить. — Я ничего тебе не сделаю. И часто у тебя такое?»

— Нет, Майкл. — Я покачала головой. Он ведь всё не так понял!

— Нет, Эмбер, — передразнил он меня. — Ужасный Майкл подкатил, как он смел! Таскался за бедной Эмбер, прохода не давал.

— Майкл. — Я схватила его за руку, ощущая, что он на пределе, и всё-таки посмотрела на него. — Ты обижен на меня. Паническая атака была не из-за этого. И вообще всё не так было.

— Конечно! Ты сама сказала тогда, что тебе было страшно, — процедил Майкл. — И ничего мне не говорила… Твоя мама меня просветила.

— Майкл! — Я сильнее сжала я его руку, словно это поможет. — Да всё не так. Неужели дело в том, что моя мама тебе наговорила?!

— О нет, Эмбер, дело не в этом, — прошипел он и с огромным раздражением вырвал свою руку, отчего в груди кольнуло. — Но твоя мама во многом права, не поспоришь. Ни в ком дело. Ни в тебе, ни в твоей маме, ни в твоём папе. — Майкл смотрел на меня в упор. — И не в том, что я не знал о существовании бывшего.

— А в чём?! — уже заорала я. С каждым услышанным словом я всё больше погружалась в пучину отчаяния.

— Может, когда повзрослеешь, пообщаешься с другими парнями, то поймёшь, что я сделал для тебя, — сухо проговорил Майкл, отошёл к двери и открыл её для меня.

— Я ещё и глупая, спасибо. — Заморгала, сдерживая слёзы.

— Нет, просто неопытная. — Майкл больше на меня не взглянул. Безразлично смотрел в коридор, словно я для него перестала существовать.

— О да, от кобеля слышу! Знаешь, получай и дальше свои кратковременные удовольствия от давалок! — Как же хотелось его ударить! Я выскочила в дверь, не желая больше видеть Майкла. Никогда. Вышла на улицу, судорожно всхлипывая, прижала кулак к губам. Ко мне чуть позже подошёл Йен.

— Эмбер, вот так сюрприз. Ты чего пришла-то? Майкл передал, чтобы я тебя подвёз.

Я молчала, уставившись в темноту. У меня совсем не было сил. Боялась, что из глаз вновь брызнут слёзы, если заговорю. Своей истеричностью ещё и Йена напугаю.

— Понял, не до разговоров.

Я села позади Йена на мотоцикле, подавляя всхлипы. До дома было совсем недалеко. Там мама уже меня ждала с расспросами.

— Эмбер! Ты не отвечала на звонки, где ты была?! — нервно вскрикнула она, чуть не бросившись помогать мне снять обувь.

— Не могу тебя видеть. Поскорее бы уехать в Балтимор, — пробормотала я, измотанная и выпотрошенная. — Ты мне всё испортила.

Мама промолчала, свесив голову, а я поднялась наверх и упала в постель, не раздеваясь.

***

Я игнорировала сообщения Лоры уже три дня. Просто знала, что на вопрос «как дела?» не смогу ответить ничего положительного.

Дождалась того, что она сама меня набрала. Испытывала дикий стыд, поэтому не стала в очередной раз игнорировать.

— Эмбер! Хоть ответила, спасибо. Что, как дела-то?!

— Да нормально, сижу к экзаменам готовлюсь. — Я положила ручку и прижала телефон ближе к уху.

— Нормально? А с Майклом как?

— Да… тоже. — Мой голос дрогнул от лжи.

— Ага, и ты поэтому его из друзей удалила? Эмбер, что между вами произошло? Я думала, что ты сама расскажешь, но ты партизанишь. Опять закрылась. Депрессия накатила? И я с этими экзаменами задолбалась. Рассказывай давай всё.

Хоть голос и срывался, но выдала всё, как было.

— Твоя мама права. И Анабель тоже. Он тебя превознёс. И нет другой причины, почему ему нужно было сдерживать себя, — уверенно произнесла она, а я стиснула кулак.

— Нет! — заорала я, дёрнувшись и уронив тем самым ручку на пол. — Он мне отомстил! Хотел сделать больно! Ты бы его видела! Он не страдает!

— Эмбер, откуда ты знаешь?

Меня выбешивало её спокойствие. Я ногтями царапала внутреннюю сторону ладони.

— Он спит со всеми! — Мне, наконец, удалось заплакать. В душе с каждым днём всё больше образовывался какой-то блок, который не давал выплёскивать негативные эмоции.

— Эмбер, Анабель тебе ведь уже про это сказала. Майкл так переносит большое для него горе.

— Горе переносит?! — саркастично рассмеялась я.

— Ты чувства внутрь заталкиваешь, загоняешься, сидя дома, а Майкл пытается по-другому. Видимо, ему в одиночестве совсем невыносимо.

— О да, член в каждую засовывать — горе так переносит! — рыдала я, сотрясаясь от злости. — Почему мне достаются одни мудаки? За что? Что я сделала? — Прижала ладони к мокрому лицу, а телефон уже давно валялся на столе. — И зря с Майклом сошлась. Как чувствовала. Ещё и сама ему предлагалась… Как же мне стыдно!

— Эмбер, Майкл — не мудак.

Нисколько не ожидала, что Лора вдруг кинется защищать этого кобеля!

— Знаешь, ляг под него тоже, защитница! — заорала я, охваченная гневом, и сразу же пожалела — это было слишком.

— Я спишу твои слова на депрессию. Иначе бы сильно обиделась. Раз хочется истерики разводить, то вперёд, — каменным голосом проговорила она. — Хочешь слышать, какой он плохой? Как мне тебя поддерживать в этом, если это неправда? И мы все так думаем. Все! Даже твоя мама. Анабель и вовсе поразила своими словами! А тебе всё мало?

Я молчала, вытирая слёзы, и не в силах успокоиться. В душе была сплошная чернота.

— «Ляг под него». Знаешь, Эмбер, а не переспал бы он со мной. Просто потому что я твоя подруга. А Майкл настолько сильно не сделал бы больно. Я его ни разу не встречала, но по поступкам его уже знаю. Пока.

Она отключилась, и я почувствовала себя в сто раз отвратительнее. Мне было жутко стыдно перед Лорой, я ведь на ней сорвалась! И я никак не желала думать про Майкла хорошо — в этом и проблема. Мне хотелось его ненавидеть. Никакие разумные доводы не могли меня убедить. Я понимала, что вернулась к негативному мышлению, но не стремилась себя спасать.

Чуть позже пришла мама и сообщила, что они с папой нашли мне психотерапевта в Балтиморе. Шик-блеск.

***

Мама поправляла мою причёску, приговаривая при этом, какая я красавица. Я стояла перед зеркалом: бирюзовое платье по колено хорошо смотрелось. Наверное. Поскольку мне было полностью наплевать, то мама меня ещё и накрасила. Стрелки, тени, помада — как будто куклу наряжала, у меня при этом ноль эмоций.

Мама хотела, чтобы меня сопровождал Гейб на выпускной, но вовремя вызвался Мэтт. С ним меня мама и отправила. Он зашёл за мной, проводил до машины. Мы поехали. Он о чём-то меня спрашивал, я на автомате отвечала. Последние недели жизнь как будто шла мимо меня, а я лишь молчаливый наблюдатель. Не было желания жить. Совершенно.

Единственное, о чём я мечтала — поскорее уехать из Редхилла. И не видеть Майкла.

На выпускном мне всё же пришлось увидеть его — на сцене. Король и королева бала — Майкл и Анабель. Только вот Майкла на сцене шатало. Мэтт прокомментировал, что он, похоже, набрался. Я отвела взгляд от пьяного Майкла и постаралась изображать веселье, но выходило фальшиво. Ещё и недавний случай с Лорой… Я не могла найти себе места.

Чуть позже ко мне подошла Анабель, чего я не ожидала.

— Майкл выпил водки. — Она поджала губы, а затем отпила сок из бокала. — Много. Я его таким бухим видела всего пару раз и то до того, как мы начали встречаться.

— Мне какое дело? — сухо проговорила я. Молилась, чтобы Мэтт поскорее подошёл, и мы перестали говорить о Майкле.

Сердце остановилось, когда Майкл вдруг обнял Анабель за плечи и широко улыбнулся. Видеть его — как добровольно себя резать.

— Что, Эмбер, я тебе любым нужен, да? — хохотал он. — Ну да. А вот детка Анабель меня любым любит, да? — бормотал он ей в лицо, и было видно, что Анабель неловко. Она глупо улыбнулась.

Меня тошнило от Майкла. Я вновь ощутила вспышку неконтролируемого гнева.

— Ты мне противен, — прошипела я и отвернулась от него. Перед этим успела заметить, как он резко перестал лыбиться.

Поняла, про что Майкл говорил, и слёзы на глаза навернулись.

«— Тебе-то такой на всю жизнь очень нужен.

— Майкл, да ты мне любым нужен, ты ещё не понял?! — переняла от него раздражение.

— Это ты сейчас так говоришь. — Майкл наконец-то на меня посмотрел, но взгляд его был усталым».

Мэтт вернулся и застал меня в убитом состоянии. Я притворялась, что просто растрогалась происходящим. В груди было невыносимо больно. Я не могла больше находиться здесь. Меня трясло, гнев бурлил в жилах, и наваливалась огромная тоска вперемешку с разрушающей обидой. Попросила подруг не трогать меня. Ушла с выпускного вся в слезах, пока Майкл орал о продолжении вечера у Анабель дома.

***

Я собрала чемоданы и попрощалась с мамой. Мэтт вызвался поехать со мной в Балтимор. Мы вместе оказались на вокзале. Не могла поверить, что вот и конец школьной жизни. Экзамены сдала с трудом. После каждого приходила домой и устраивала истерику, крича, что не справилась. После математики так вообще упала в обморок, а на самом экзамене зарыдала. Последние недели выпали из жизни, и спасло меня только то, что я готовилась до этого несколько лет. Средний балл по итогу оказался нормальным, но я могла бы лучше. На математике слишком волновалась и по итогу сдала хуже всего. Моя любимая математика… Возненавидела себя за такой отвратительный результат. Мама клялась, что всё равно она с папой помогут мне поступить в университет, пусть и платно, но меня ничто не утешало. Баллы узнала, теперь можно было и уезжать из этого захолустья, а результатами других не интересовалась. Серьёзно, мне было всё равно. Вернее даже, боялась узнать, что справилась хуже, чем остальные. Но знала, что так и было.

Сердце болезненно сжалось, когда я заметила, как неподалёку Майкл курил. Мы не виделись с выпускного. Говорили, что он с Анабель переспал. Хотя какая мне разница?

Майкл бросил мимолётный взгляд на меня и сделал несколько быстрых затяжек. Я обратила внимание на небольшой чемодан рядом с ним. Майкл тоже, что ли? Обязательно сейчас?! Он, что, следил за мной?!

— Мы с Майклом вместе в очереди стояли, — прокомментировал Мэтт, когда заметил, куда я смотрю. — Ты беспокоишься?

— Нет. Мне всё равно. Пускай едет, куда хочет, — процедила я и поспешно отвернулась.

«— Слушай, мне так сложно представить будущее без тебя. Давай вместе уедем в Балтимор? Ну, когда школу закончим? — боязливо произнесла я.

— В смысле? — Майкл оторвался взглядом от телефона, но для того, чтобы посмотреть куда-то в сторону.

— Ну, поступим в один университет… — Почему-то было страшно это произносить.

— Не всё так просто, —звучал Майкл отстранённо и холодно, и это задело».

Мэтт помог мне отнести мои чемоданы. Неужели я уезжала из Редхилла? Как и никогда меня тут не было. Я села на своё место, и в груди вдруг защемило. Больно, слишком больно.

Майкл всё-таки поехал в Балтимор. Только мы в разных вагонах. Теперь наши жизни параллельны. Насколько я слышала, у него не слишком высокий балл (и к экзаменам в последние дни он наплевательски относился, чуть ли не опоздал на каждый, по слухам), в университет он наверняка не поступит, Майкл и не хотел, в принципе. Как сложится его жизнь?

Мэтт улыбался мне, отвлекая разговорами. Мы с ним собрались поступать в разные университеты, так что не будем часто видеться. Если будем… Я прижалась лбом к холодному окну. Голова раскалывалась. Дальнейшая моя жизнь — сплошное лечение нервов у врачей. Сначала схожу к тому, что посоветовала Анабель, ради диагноза. А уже потом увижу того психотерапевта, что нашли мне родители.

Мама отвезла меня в Редхилл, чтобы я подлечилась. По итогу — вскрылись старые нарывы. Наверное, это к лучшему.

Впереди благоприятное будущее. И для меня, и для Майкла. По-отдельности. Меня злило, что он тоже поехал в Балтимор, вернее, негодование было именно от того, что мы с ним порознь. Сжимала губы, кусала и потом всё-таки смирилась. Смысл плакать над разбитым?

Постаралась улыбнуться. Прощай, Майкл. Рада, что этот ужасный год закончился. И езжай, Майкл, куда хочешь! Странно, что никакую бабу с собой не взял… Вспомнила, как Майкл когда-то обещал бросить курить… Хах! Конечно! Пустые обещания. Сморщилась от сладких воспоминаний, которые теперь бередили душу.

Включила музыку в наушниках, Мэтт сам замолчал, когда понял, что я мыслями была совсем не с ним. Нашла песни Ланы Дель Рей и с тоской вспомнила тот вечер, когда мы с Майклом танцевали под них.

«— Эмбер, я бы не разбил тебе сердце. — Майкл вдруг стал серьёзным. Мы остановились.

— Песня закончилась, пока-пока! — Я пыталась отойти, но в итоге Майкл сильнее прижал к себе. Так близко его губы к моим были лишь тогда на поляне.

Заиграл другой трек неизвестного мне исполнителя.

— Хочешь, я попрошу поставить ещё депрессивной Ланы? Я бы остаток жизни так и танцевал с тобой под неё, — произнёс Майкл, смотря мне в глаза. У меня так громко билось сердце, что я слышала стук в голове».

Да, Майкл, ты не разбил мне сердце… Нисколько. Истерично рассмеялась, прокручивая воспоминания, как будто и без того не было паршиво. Всласть настрадавшись, обратилась к Мэтту с вопросом про его университет. Он мгновенно начал говорить, радуясь моему вниманию. Я поддерживала беседу, отвлекая себя.

Что ж, Майкл, спасибо за эту историю. Но дальше как-нибудь без тебя обойдусь. И пусть теперь мне неинтересен ни один парень…

Я всю дорогу так и думала о Майкле. А потом оказалась в Балтиморе и с облегчением выдохнула. Пора выздоравливать. Никакого Редхилла, никакого Майкла и никаких больше страданий.

Глава 50. Ожидая облегчения

Майкл

После предательства Анабель меня трясло. Всё как в плохом сюжетном повороте — искал одно, а наткнулся на Анабель, что была верхом на каком-то придурке. Охренительно!

Я не сдержался и заорал на неё, а затем ушёл с вечеринки весь озлобленный. Меня окрестили куколдом, хотя куколд означает совсем не то, что произошло со мной. Я-то вообще не наслаждался тем, что Анабель мне изменила! На звонки не отвечал, в школе игнорировал. Через три дня всё-таки взял трубку. У меня уже было от Анабель шестьдесят пять пропущенных. Настойчивая…

— Наконец ты ответил! Майкл, давай встретимся и поговорим, — нервно начала она, а я стоял посреди комнаты, сильно сжимая мобильный телефон.

— Нам не о чем разговаривать. Ты мне рога наставила.

— Какие рога, Майкл? Ты о чём? Разве у нас не секс без обязательств? Разве мы что-то должны друг другу? — В эти моменты её голос звучал совсем без переживаний, а даже наоборот — самоуверенно.

— Тогда почему я ни с кем не спал, пока у нас «секс без обязательств»? На хрена тебе это было нужно? Чем я тебя не устроил? Просто слаба на передок, Анабель, да?

Видимо, поняла, что не удастся ей взять меня моим же «сексом без обязательств» и включила истерику:

— Майкл, ну прости ты меня! Я всё, что ты захочешь, сделаю. Буду такой, какой ты хочешь. Только вернись ко мне. Я больше ни на кого даже не посмотрю, я клянусь тебе! Пожалуйста! Попрошу родителей нам всё устроить. Тебя протащат где угодно. Майкл, пожалуйста…

— Нет, Анабель, с меня хватит, — отрезал я, приготовившись получить ушат нытья в трубку.

— Вот так вот ты, да?! Я тебя отмазывала, просила за тебя… — плакала она, и было слышно, что Анабель кидалась вещами. — А ты теперь бросаешь меня по телефону! Я тебя люблю! Всё ради тебя! Вот всё, что угодно, сделаю. Хочешь, на коленях умолять буду? — орала Анабель, у меня всё это вызывало только раздражение, а ещё ухо болело! Пришлось смартфон отодвинуть.

— То есть если я скажу тебе сброситься с десятого этажа, ты это сделаешь? — съязвил я, тоже желая что-нибудь бросить. Предпочтительно — в саму Анабель.

— Да, спрыгну! Потому что люблю тебя! — не прекращала она крика.

— Ну и дура. Ты давно была у психиатра? Что ты вообще знаешь о любви, Анабель?

— А ты что знаешь? — накинулась она на меня. — Секс без обязательств — ага, конечно. Майкл, да признай же ты, что этот «просто секс» — это полная туфта и теперь тебе больно!

А, теперь я, казалось, понял, зачем это всё было.

— Сделать мне больно, чтобы я вдруг осознал любовь к тебе? Ох, это так тонко. И так тупо, Анабель! — повысил я голос. — Мне больно, потому что ты меня опозорила перед ребятами. Если бы я хотел уличную девку, я бы без труда её нашёл, причём девку с меньшими требованиями, чем у тебя — с твоим вагоном претензий.

— Да, глупо это было! — признала она, чуть успокоившись. Видимо, ей понравилась мысль, что мне больно. Просто зашибись! — Но мы можем всё исправить.

— Пошла ты на фиг, Анабель! Я с самого начала сказал не трахать мне мозг, а ты только этим и занимаешься.

Бросил трубку, при этом разгневанный. Как Анабель меня взбудоражила! Одного у неё не отнять — умела играть на эмоциях. Я ещё долго не мог сбросить нервную энергию, которой зарядился от неё.

Произошедшее с Анабель усугубило моё состояние. Стал больше заниматься спортом, вывихнул плечо. Жесть. Как будто было мало проблем…

С каждым днём лишь сильнее осознавал, как же мне отвратительно. Увяз в этом болоте. Теперь меня слишком заботило то, что говорят обо мне в школе и за её пределами. Как будто попал в такую игру, из которой уже не выйти. С мамой отношения были хуже некуда: мы ругались из-за каждой мелочи. Тони совсем закрылся и от неё, и от меня. Я больше не находил утешения в алкоголе и вписках. Да и что врать, вписки меня никогда не успокаивали. Просто пьяные люди легче шли на контакт.

Меня всё вокруг бесило. Наверное, в таком состоянии и совершают самоубийство. Полная безысходность. По учёбе съехал, экзамены наверняка сдам хреново. У мамы денег нет, у родителей Анабель на учёбу просить я тем более не буду, да и вдобавок посрался я с этой… девушкой. Плечо повредил, не знал, как буду заниматься, стипендию вряд ли получу за баскетбол. Всё настолько угнетало, что до невозможности.

В последнюю нашу ссору маму закричала: «Я не таким тебя воспитывала!»

А проблема в том, что я больше не знал, какой я, каким я был. На дух не переносил тупых придурков, без целей в жизни, с низменными желаниями, а в итоге — я с ними проводил каждый вечер. Лицемерие. Ну добился я «уважения» в школе, ну была у меня теперь собственная компания, которая со мной заодно, ну приняли меня в банду (это типа считалось очень круто), а теперь-то что? Ну была у меня самая горячая девочка школы. Ну появились у меня большие возможности продвинуться благодаря её родакам в жизни.

Я от этого стал счастливее? Отомстил тем, кто меня обижал, но легче не стало. Наоборот, ощущения просто отвратительные от самого себя. Превратился в уголовника какого-то.

Даже лес в этот раз меня не успокаивал. Из-за того, что постоянно находился среди людей, они мне надоедали, и нужна была тишина — лес для этого отлично подходил, тем более что его в Редхилле достаточно. Присел у белого дуба и ударил кулаком о траву. Понял, что завтра вновь в школу, а я не хотел, меня от всех воротило. Опять видеться с этой Анабель, со всеми ребятами, притворяться тем, кем я не являюсь, а кто я есть — сам не знал.

Впервые за долгое время разрешил себе заплакать. Ненавидел это делать, потому что всегда это признак слабости. Особенно если при других людях — так вообще позор. Стоит вспомнить первые школьные годы, и как это осуждалось в компании сверстников, если вдруг разрыдаешься от обиды. Я насмотрелся достаточно, чтобы понять — никогда на людях плакать не буду. Никогда. Да и чем больше эмоций в себе скрываешь, тем потом тяжелее на душе и в придачу — уже не заплакать просто так. Всё внутри похоронено. Так что это даже плюс! А вот не иметь возможности выплеснуть боль… это уже горькие последствия.

От слёз мне становилось легче, вместе с тем я совсем не знал, как мне дальше жить. Просто стал просить, чтобы мне Бог подал какой-то знак, что мне делать. Я вообще не имел представления, что мне нужно. События последних лет добили окончательно. Депрессия мамы, бесконечная работа, завал на учёбе, маскировка под окружающих, чтобы не гнобили…

Через пару мгновений из-за деревьев появилась девушка, уставившаяся на меня. Да ладно. Прямо сейчас? Господи, она?! Она мне нужна? Почему сейчас-то? Я в слезах сидел! Охренеть встреча. Так быстро мои желания ещё не исполнялись.

Нет, ну позор, конечно, конкретный. Первая встреча. Я в слезах и разбитый. Офигеть… Жизнь продолжала меня колотить. Кто эта девушка вообще? Вроде не видел её в школе. Вдруг потом расскажет, что Майкл Уокер нюни распустил?!

Пришлось действовать оперативно. Вскочил и сразу перенастроил себя на подкаты, чтобы отвлечь её от увиденного. Лучшая защита — нападение всё-таки! А если вдруг она будет спрашивать, чего я рыдал, то буду отнекиваться. Ничего не докажет!

Новенькая мне понравилась. На личико симпатичная, фигурка тоже хорошая, грудь как раз — мне, в принципе, подходила. Только вот Эмбер была какой-то… закрытой, казалось, не была рада моей компании. Как так-то! Я же почти король школы.

И вообще, мастер пикапа, да. Обучился за годик. Все девушки на меня слюни пускали, а тут каменная стена почти безразличия (почти, потому что я уверен, что тоже ей понравился, но Эмбер морозилась).

Ох уж эта детка Эмбер. Хоть на злость её немножко раскачал, а то как будто совсем не волновал.

Мы расстались, я продолжил путь, не удержался и оглянулся. Она на меня пялилась, как оказалось. Хоть что-то положительное! Да, рассматривай меня. Я в последний раз окинул взглядом Эмбер и побрёл домой.

Вот Анабель взбесится, Эмбер ведь составит ей конкуренцию — у неё отличные внешние данные. О чём я думал? Хотел сделать больно Анабель, используя Эмбер? Очень хотел. Пускай Анабель тоже пострадает, как я! Как будто я ни на кого больше не обращу внимания, кроме неё?!

У меня в голове всё не укладывалась одна мысль — серьёзно? Эмбер? Как она может мне помочь? В чём?! К чему эта встреча, когда я сидел зарёванный?

Да, Эмбер мне понравилась, и я её захотел, а дальше-то что? Мстить Анабель? А может — хватит мстить? Как я уже понял, несильно это помогало. Душе всё так же плохо.

Вернулся домой, мама сегодня допоздна на работе, трудилась, а Тони гулял. Почему-то Эмбер долгое время была у меня в мыслях. А больше всего я вспоминал её тёмные глазки.

***

С Эмбер было весело. Игра в флирт, я — как профессиональный пикапер, она — как недоступная девочка, стандартная партия. Тут обычно всё как по нотам. Только надо ли?

Делал бы Майкл из прошлого так с девушкой, которая понравилась? Я обычно таким не занимался. Как-то не надо было. Типа девочки и так давали. Та же Анабель — её даже просить не надо было, сама ноги раздвинула.

Ладно, да и не был я никогда мастером обольщения, кого обманывать? Спал с доступными. А на недоступных и смотреть страшновато — откажут ещё. Никого я не соблазнял, зачем?! Всё и так готовое, иди и бери. Однако мне нравилось думать, что я за этот год стал слишком востребованным… А про свои подкаты и говорить нечего. Забавно, что на них велись. Надел личину мачо-парня, раз — и девушки сразу заинтересовались мной, а не как раньше! Но вот Эмбер не велась так просто. Она как будто видела меня насквозь, понимала, что я не такой.

Вот и осознал вскоре, что Эмбер начала мне больше нравится, чем просто в плане секса.

Прежде всего я начал ассоциировать себя с ней, когда Анабель стала нападать, а Анабель могла быть, как оказалось, очень агрессивной. Тот вылитый сок и мне потрепал нервы. Моментально кинулся Эмбер защищать, как по-другому? А та фотография, сделанная на поляне… Анабель испортила такой момент! Тогда решил не давить, посмотреть, как Эмбер прореагирует, и она всё-таки поцеловала меня. Да! Я ей понравился! Ура! Не всё безнадёжно. Часто вспоминал наш поцелуй. Эмбер совсем не холодная, какой показалась в начале.

Мне нравилась Эмбер. Нравился её острый ум и реакции. Нравилось её тело, и то, что она всегда одевалась так, что оставляла простор для моей фантазии (без огромнейшего декольте — мне всегда было забавно наблюдать за девочками, которые таким способом привлекали к себе внимание — как будто это их последний шанс). В любом случае, я уже отметил её грудь, и талию, и бёдра.

Мне нравился её нос с небольшой горбинкой. Это была такая девочка-девочка с пухлыми губами. Чаще всего Эмбер красила их красным, что выдавало в ней немного лидера, хотя она старалась не особо выделяться. Анабель прекрасно понимала, что Эмбер ей соперница — как внешне, так и в отношении меня.

А я осознавал всё больше, что Эмбер западала мне в душу. Я стал подолгу на неё смотреть, и это не осталось без внимания. Приятели стали меня подкалывать. Я отшучивался. Затем открыто признался, что хотел бы оказаться между её ног. Секса с ней хотел — ничего унизительного. Я видел, что и другие её тоже хотели.

Эмбер не появлялась на вписках, видимо, это её совсем не интересовало, и она даже о них не знала. Самое простое — это переспать с ней там, но её там не было.

Недоступность Эмбер меня зазывала, и даже очень. Сказывалось отсутствие секса несколько месяцев. У меня после ссоры с Анабель ни с кем не было. Поэтому пришлось Анабель вернуть, так она и ослабила свою агрессию, и меня чуть успокоила — мне энергию было некуда деть, поскольку я занятия спортом сильно уменьшил из-за плеча.

Тому, что Анабель перестанет творить дичь, я рано порадовался, ведь на вечеринке она сказала мне поцеловать Эмбер. Перепутала вечеринки? Здесь же всё более-менее прилично должно было быть.

Видел, что Эмбер сильно расстроилась. Пошёл за ней, нашёл в слезах. Бедная. Эмбер, да что ты, я тебя очень желал, правда, и вообще даже не только целовать. Вернее, думал о поцелуях и ниже пояса. Нет, вообще, я таким не занимался, но… Но вот что-то я о таком подумал! Эмбер, как же ты меня манила!

И не желал её при всех целовать! Вот не желал, и точка. Со мной происходило странное — я всё больше начинал нервничать и бояться. Решил, что всё. Момент настал, пора признаться ей в симпатии. В симпатии признаваться не стыдно. Не мог же я заорать о том, что очень хотел с ней секса? Тем более, она меня поцеловала и не отстранилась сразу же — ей однозначно было это по вкусу. Значит, нравился ей!

У Эмбер случилась паническая атака, и я жутко напугался. Первое — вспомнил что-то похожее у мамы, тогда ещё отец был жив, а я ребёнком наблюдал за этим; второе — понял, что с Эмбер что-то не то. Не просто так она мне отказала. Наверняка какой-то горький опыт. Не видел другой причины. Смысл было целовать меня тогда на поляне?!

Старался сохранять лицо, пока разговаривал с Эмбер. Конечно, её отказ меня задел. Смертельно задел. Я злился. Поэтому и не сдержался, когда увидел Анабель на втором этаже, она меня в комнату затащила, а я ей проорал:

— Зачем ты это там сделала? Эмбер мне отказала, да, довольна?!

Вишенка на торте — Эмбер услышала разговор. Не знал, как много она слышала, да и не особо важно было.

Всё как-то снова стало слишком нервно. Идея того, что именно Эмбер мне чем-то может помочь — была абсурдна. Она только добавила проблем и переживаний!

Меня эмоционально носило из стороны в сторону, я готов был ревновать Эмбер к каждому столбу, к Карлу в том числе. Меня ужасно злило, что она мне отказала. Я хотел знать истинную причину этого. А когда увидел, что она в гостях у Карла после того, как отшила меня, — то был охвачен гневом. Это что же, она из-за него мне отказала?! Охренительный восторг! Карл был старше на один год, с ним много занимались на дому (как рассказывала мне Анабель), родители захотели, чтобы их дети ходили на одни предметы и были рядом с друг другом. Вот и вышло, что у нас многие предметы совпадали с этим Карлом! То и дело мелькал перед глазами... Сплошные палки в колёса, короче! Попросил Анабель стонать погромче, чтобы Эмбер там не думала, что я по ней страдаю! Ещё чего! Обойдётся…

Выводил Эмбер на ревность, надеясь, что она сделает первый шаг после случившегося. Ага, как же. Она вдруг призналась, что феминистка и парней вообще не хочет. Ха-ха-ха. Нервный смех так и пробирал меня. О да, кого тут облапошить захотели?

Ждал от Эмбер какого-то движения, потому что ну самому сколько можно! Неужели я ей настолько безразличен?! А целовать зачем? Смотреть на меня зачем? Ещё и смущаться при этом, как первоклашка? Зачем так было рассматривать моё тело в одном полотенце? Понравилось? Так она же типа не могла испытывать влечения, мать её за ногу! Ох женщины! Я не понимал, что происходило!

Сильно рисковал, когда вышел на игру с травмой, за что и поплатился. Даже не удивился, что кто-то захотел мне насолить. Врагов у меня везде достаточно. Меня так боль поразила, что чуть там же на поле и не упал. Кое-как продержался. Анабель носилась со мной, за что я ей признателен. Эмбер проявила интерес и даже пришла ко мне домой. Успех!

И всё бы хорошо, но внезапно выяснилось, что она девственница. Я тогда на месте чуть не ругнулся. Нетронутая девочка, а я её уже в голове во всех позах… Вот извращенец.

Срочно откат назад. Притормозил как можно сильнее.

Вроде не трагедия, но теперь Эмбер стала для меня запретным плодом, самым настоящим. Не буду же я просто так спать с ней, мало ли потом обвинит в использовании или в чём-то подобном, да и… Почему-то не хотел я с ней просто так. Эта мысль поразила меня однажды. А что я хотел с ней?

Картинки в романтических сериалах и фильмах теперь не были столь далёкими. Желал просто общаться с Эмбер, постоянно ей что-то писать, гулять, даже и без намёка на пошлое. Это мне напомнило детскую симпатию, когда ещё нет сильного сексуального влечения.

Я долго себе не признавался, что влюблён в Эмбер. И не думал, что я могу влюбиться, я не знал, как это вообще. По каким признакам я мог определить влюблённость?

В тот день с мамой за столом сидел — мы закончили ужинать, вчера с Эмбер поговорил и теперь всё думал о нас. И как мне теперь себя с ней вести?

— Поговорить не хочешь? — спросила мама, вглядываясь в меня. — Ты такой угрюмый со вчерашнего дня. Это из-за плеча?

Не знал, почему вдруг решил ей высказаться. Я ей личное говорил…. Наверное, ещё до того, как пошёл первый раз в школу. Потом уже с папой проще было советоваться. А в основном, всё личное привык держать в себе. Со сверстниками мало чем делился.

— Да нет. Мне одна девочка нравится. Прям девочка-девочка, ровесница, — когда начал говорить, пожалел — вдруг стало жутко стыдно, но был настроен всё-таки высказаться. — Она мне вот недавно отказала. Я не могу перестать о ней думать. Самое странное — мне нравится просто смотреть на неё, мне уже хорошо на душе от этого. В груди порой щемит. С Анабель такого не чувствовал. Мне вроде и достаточно смотреть на эту девочку, чтобы было хорошо, а порой так больно, что хоть иди и плачь. Не знаю, что со мной. Мне всё в ней нравится. Совершенно всё. Закрываю глаза — и точно могу вспомнить каждую черточку её лица. Это так всё глупо звучит, — хмыкнул я, пряча лицо в ладони. Думал, со стыда сгорю! Решился посмотреть на маму, уже боясь её реакции.

Мама мне улыбнулась и наклонилась вперёд.

— Сынок, ты просто влюбился.

Я сильно нахмурился.

— Влюбился? Ты серьёзно?

Мама рассмеялась и встала из-за стола, захватив пустую тарелку.

— Я очень рада. Как девочку зовут?

А хорошо, что я маме рассказал. Она всё-таки более-менее поймёт, а приятели бы высмеяли.

— Эмбер. Эмбер Уинтер, — мне было приятно произносить её имя.

— А, слышала о ней. Приезжая. Ту фотографию я тоже видела. — Она многозначительно посмотрела на меня и вымыла руки.

— Мам, Анабель сфотографировала, — поспешно проговорил я. Наверное, Эмбер много переживала из-за фотографии, где она выглядела… не слишком хорошей девочкой. — Да и вообще… Ничего плохого не думай.

— А что я плохого могу подумать? Что два семнадцатилетних подростков поцеловались? — Мама повернулась ко мне с улыбкой на лице. Не ожидал, что она так отреагирует, учитывая, что всё остальное время мы с ней ссорились. — Майкл, а она к тебе что чувствует? Почему отказала?

Я пожал плечами, от воспоминания стало горько и тяжело.

— Если б я знал. Наверное, просто не для меня. — Я со вздохом встал из-за стола и отнёс свою тарелку с недоеденной едой в холодильник. Кусок в горло не шёл. Похоже, и правда влюблённость. Засада! — Она девочка хорошая, а я…. Сама знаешь. — Приподнял уголки губ, но ощутил, что улыбка вышла кривой.

— Майкл. — Мама положила мне руки на плечи. — Не будь строг к себе. И прости, что была строга к тебе. Ты не так плох, как все думают. И помни, что пока не умер, всегда можно немного исправиться. — Она легонько погладила мои плечи, прямо как в детстве, когда я сидел обиженный на весь мир, а затем пошла протирать стол.

«Пока не умер». Да, папе уже ничего сделать. Грустно, но правда. Удивительно, что с мамой у меня отношения вдруг стали налаживаться, до этого целый год собачились только.

Совсем не знал, как вести себя с Эмбер и нужно ли что-то предпринимать. Естественно, я стал предельно осторожным. Анабель устроила очередную провокацию с совместным просмотром фильма. Какое же издевательство! Я осознал, как сильно желал именно Эмбер и как вообще не мог её получить! Пришлось с Анабель переспать, потому что у меня так болело, что ужас. Эмбер на меня из-за этого обиделась и отказала второй раз.

Охренеть просто — второй отказ. Ну, тут всё понятно. Попрощайся с Эмбер. Я же не мудак — гоняться за девушкой, которая два раза сказала «нет». Не хотела — и ладно.

Вскоре должен был быть Хэллоуин, Анабель, как всегда, занималась организацией. Позвала меня к себе, в итоге я застал её в ванной — сидела среди кучи пузырей и нежилась. Я и забыл, как «быстро» она собиралась… Всегда опаздывала! А сегодня вообще, видимо, никуда не торопилась, раз ещё из ванны не вылезала.

— Хотела депиляцию воском сделать либо шугаринг попробовать, а любимый мастер внезапно в отпуск ушла, — заныла Анабель, подняв ногу в воздух. — Придётся вот мучиться бритвой.

Я сел на стул, который захватил из соседней комнаты, — меня совершенно не волновали слова Анабель. Она принялась проводить бритвой по ногам.

— Всё скоблишь, — хмыкнул я, наблюдая. — Можешь так сильно не стараться. Меня не очень волнует, сколько у тебя там волосинок осталось.

Анабель резко повернулась ко мне и скорчила гримасу.

— Ну, ты посиди чуть-чуть, а потом сходим куда-нибудь. Ладно?

Я кивнул. Пару дней меня интересовал один вопрос, решился задать:

— Анабель, тебе в первый раз больно было?

Она посмотрела на меня, нахмурившись.

— В какой первый раз? Секс, что ли? А с чего вдруг ты этим заинтересовался? — Она сузила глаза, перестав бриться. Чувствовал, что Анабель напряглась. Она была слишком догадливой. Многие видели в ней глуповатую девушку, но Анабель была намного хитрее, чем другие могли подозревать.

— Да чисто интерес. Что другие девочки говорят? Вы же наверняка обсуждали первый раз.

Анабель вмиг перестала быть подозрительной: расслабила лицо.

— Лично мне в первый раз очень больно было, почти заплакала. Да и болело потом несколько дней. В первый раз не кончила. Вообще не поняла прикола, чего это людям нравится, думала, никогда этим больше не займусь, — откровенничала она, покрывая ногу пеной. — Но через недельку случился второй и третий раз, а потом ты появился, как-то… втянулась, — рассмеялась Анабель. — А вообще, от многих факторов зависит — у девушек же чувствительность разная тоже. Кому-то больно, кому-то дико больно, кто-то даже не почувствовал, находясь в пьяном угаре… Всякое случается. От партнёра много зависит — как входит, насколько чуток к девушке. А если парень неопытный, влюблён ещё и волнуется — пиши пропало. Столько историй про это слышала, иногда даже забавных, — хихикнула Анабель, словно вспоминая что-то.

На ум пришёл неудачный первый раз, когда кончил практически сразу. М-да…

Мне вдруг стало страшно, я пораскинул мозгами. Подумал о Эмбер. Так, я теперь был более опытен, чем год назад, но влюблён в Эмбер, волновался просто так рядом с ней и совершенно не желал ей боли. Как же я буду нервничать!

Похлопал по карману в поиске пачки сигарет. Вот, всё-таки осталась. Я взял сигарету в зубы и вытащил зажигалку.

— Эй, Майкл! Не кури здесь. Родители снова подумают, что это была я. — Анабель отложила бритву.

Я спрятал зажигалку в карман, но сигарету так и оставил меж зубов, начал её кусать, чтобы успокоиться. Челюсти сводило, а руки вспотели.

— Ты побледнел. Майкл, ты себе девственницу решил завести?

— Нет, — соврал я. — На хрен этих девственниц. Первый раз запоминается.

— Ага. Первый мужчина всё-таки в памяти остаётся. — Анабель улыбнулась мне. — Ты и раньше целок не трогал, а вопрос про первый раз задался только сейчас. Странно… — Она поджала губы. — Очень странно.

Зачем трогать девственниц, когда есть те, кто опытнее? Девственницы наверняка будут рассчитывать на романтическое продолжение истории, а мне этого никогда не надо было! Зачем связываться с той, кто вынесет мозг своими предъявами? Меня разрядка интересовала, а не прогулки под луной. И искал тех, кто думал так же. Тем более, у нас же равноправие, так что ничего предрассудительного. Парень хочет девушку, девушка — парня, и они друг другу помогают. И никто никому ничего не должен после секса. Идеально!

Только вот нетронутые девочки могли думать по-другому, поэтому их я обходил стороной лишний раз. Последней сволочью, что испортил невинную, никогда не хотел быть. Сейчас вряд ли кто-либо хранит себя до свадьбы, но всё же неправильно так нагло трахать тех, кто надеется на бо́льшее. Я всё-таки не мудак.

Если верить дедушке (и тем книгам в школе, которые я читал отрывочно), раньше вообще было огромной подлостью переспать с девственницей без намерения жениться. А сейчас девочки сами рады в койку прыгнуть. Слишком быстрое падение нравов, что на руку парням.

— Ничего странного, просто интересно стало, мы ведь об этом не говорили, — быстро нашёл я, что ответить.

— Ну да. — Анабель мне не поверила — видел это по выражению её лица. — Поможешь выйти? — Она подняла руку и указала на полотенце. Я вытащил сухую сигарету, запихнул в карман и подошёл к Анабель, взял её за руку. Она поднялась из ванны, с неё стекала вода и пена. Обнажённую Анабель я видел слишком много, привык. Как родная. — Не хочешь? — Она бросила взгляд на мои штаны.

— Нет, я не в настроении. — Помог ей обтереться полотенцем.

— Да, я вижу. — Анабель критично осмотрела меня. — Ты чем-то обеспокоен.

Я отошёл от неё, у меня часто билось сердце, но это было не от вида голой Анабель. Переживал из-за того, как дальше быть с Эмбер. Отшила два раза, всё — конец? Точно ли?

— Кстати, что-то мы не говорили о том, как Эмбер отреагировала на мою проверку. — Она улыбнулась, продолжая вытираться полотенцем. Анабель словно прочитала мои мысли. Порой она умела быть проницательной.

— Как-как… Сказала мне отвалить во второй раз, — честно высказал я, таить нечего было.

Анабель расхохоталась, отчего в груди закололо. Я ощущал себя неудачником.

— Знаешь, я тут думала над её поведением в последние дни… Всё выглядит так, как будто она за твой счёт повышает свою самооценку. Мы, девочки, так делаем порой, поэтому говорю с женской точки зрения. Самый популярный мальчик школы за ней гоняется — это, знаешь ли, повышает авторитет в глазах всех. — Анабель смотрелась в большое зеркало, изучая свою фигуру, что у неё была как с картинки. — Таскаешься за ней, словно прыщавый никому ненужный мальчик. Все вокруг над тобой уже смеются.

— Таскаюсь?! — и не заметил сначала, как резко повысил голос, Анабель лишь ухмыльнулась, словно и не ожидала другой реакции. — Я — таскаюсь?! За ней?

— Майкл, я говорю то, что вижу и слышу в школе. Так думают. Мы ведь долго с тобой. — Она подошла ко мне и провела рукой с длинным маникюром по груди. — Выстраивали твой имидж, наш имидж, Майкл. Ты хочешь всё разрушить одним махом? Подумай над моими словами и над поведением Эмбер. Скорее всего, она смеётся над тобой за спиной. Знаю, ты считаешь, что я ревную и именно поэтому говорю подобные вещи… Но тут больше моё за тебя беспокойство!

Я вздрогнул: как будто ударили под дых. У меня чувства к Эмбер, а ведь так всё и на самом деле могло быть…. Это объясняло её поведение. Игралась со мной в кошки-мышки…

Самые худшие подозрения оправдались на Хэллоуине. Вроде как Эмбер сама со мной заговорила после долгого перерыва — вновь показала, что заинтересована во мне даже после случившегося дома у Анабель. Но вот то, что происходило в подсобке…. Не мог для себя объяснить. Я совершенно не понимал Эмбер. Она как будто нарочно меня искушала, и рожки в тот день на голове должны были быть у неё, а не у меня.

Не хотел её там — на этом грязном диване, где мы несколько раз трахались с Анабель, в комнате, куда мог кто угодно войти, на той ужасной вечеринке, и я не хотел её пьяной. Вернее, психологически не хотел, а физически очень даже.

Эмбер сама-то понимала, что делала? Точно девственница с таким напором? Я еле удержался от продолжения. Видел, что она выпила. Может, из-за этого? Или из-за нападок Анабель? Из-за посыла «неудачница, раз девственница»? Да это такой бред, что мне хотелось громко смеяться! Эмбер срочно захотелось исправить ситуацию?!

А ещё эти слова про отсутствие обязательств. Это прям ножом по сердцу. Я впервые в жизни что-то похожее на серьёзное чувство испытывал и именно с Эмбер захотел брать на себя ответственность, а она мне такое в лоб сказала. Да, я уже думал, что у наших отношений вполне могло быть логичное развитие. Эмбер мне нравилась, она очень хорошенькая и нетронутая, и я вполне мог предполагать, что у нас выйдет что-то похожее на серьёзные отношения! Конечно, совсем о серьёзном думать — страшно, но я не отрицал, что это возможно в будущем! С той же Анабель я вообще никогда не представлял такого…

Нет, не время сейчас спать с Эмбер. Может, это и правда её первый раз. Я же не знал, вдруг ей сильно больно станет и она разрыдается? Как потом её, зарёванную, отсюда уводить?! А если Эмбер сильно пьяна и потом скажет, что я её изнасиловал?! Нет, такого мне не надо… Тем более что Эмбер с каждым разом меня всё больше удивляла. Не мог предсказать её поведение ни на йоту.

Я охренел от всей это ситуации и реплик Эмбер. Судьба надо мной тупо ржала. Понравилась мне девушка, которая такое проворачивала… Наверное, месть за то, что я был груб с Анабель и мамой.

Мне было так больно, что я не мог этого выносить. Я и правда не хотел больше видеть Эмбер никогда в жизни. Она та, кто могла по-настоящему меня унижать. Я ведь на самом деле за ней таскался, и все это видят, как оказалось. И смеялись надо мной. А Эмбер небось сейчас и проверяла меня. То, что она мной игралась — бесспорно.

Анабель попала под горячую руку. Именно в тот день я понял, что никогда не прощу ей измену — у меня не выйдет. Я всё ещё чувствовал себя рогоносцем, и это отвратительно.

— Майкл, ты где был? Я тебя искала. Ты с Эмбер, что ли… — Анабель не договорила, потому что я перебил:

— А тебе какая на хрен разница? Уже успела за это время мне ещё рога наставить?

Она опешила. Моё сердце бешено колотилось, я еле сдерживался от выражений покрепче.

— Ты про Марка… Майкл… Да неужели ты всё ещё…

— Я никогда тебе не прощу, — рявкнул я, наслаждаясь моментом. На ком-то сорвать зло надо было. — Иди шалавься дальше.

Анабель закричала на меня, а я быстро ушёл. Пожалел о своём срыве, потому что в итоге пострадала Эмбер при драке с Анабель. Но Эмбер я пожалеть не мог, хватит с меня всего этого. Пускай кого-нибудь другого разводит.

Я влюблённый идиот, и мне больно.

Это не чувствовалось как разбитое сердце, а как будто мне в сердце большой кусок стекла вставили, который не вытащить, и теперь постоянно кровоточило.

Глава 51. Терпя Анабель

Майкл

Из-за произошедшего с Эмбер я впал в уныние. Да и мало что радовало — как будто произошёл откат назад в то лето, когда я увяз во всех проблемах и не видел проблеска. Вновь трудности с учёбой, плечо ещё не прошло — предстояло продолжать лечение. Самое ужасное: мне как-то предстояло нагонять ребят после огромного перерыва…Подрабатывал у Фрэнка, тот всё корпел над проектом — казино для богачей. Казино в таком укромном местечке, как Редхилл, — никто не догадался бы. Я вспомнил, как Эмбер легко нас нашла… Имелась у неё чуйка всё-таки.

На мне были ремонтные работы. И уж лучше такая работа, чем продажа травы. Банда делала деньги ещё и на этом. В городе многие стремились выкурить косячок на вечеринке.

К слову, пару раз и я пробовал, но потом понял, что нет, так я подсяду, как на сигареты, и всё. Тогда ещё мама лежала, Тони нельзя было одного оставлять. Тем более за распространение наркотиков и сесть можно было. И не так сесть, как за драку в публичном месте, а на срок побольше…

В общем, тяжёлое время какое-то. Анабель потащила меня с собой в Балтимор, чтобы закупиться новыми шмотками. Меня это совершенно не интересовало, просто хотел отвлечься другой обстановкой. Да и что таить, я ненавидел Редхилл. Провинциальный городок с отвратительными людьми. Ладно бы ещё у Редхилла были плюсы, которые перевешивали… Так что поездки в Балтимор меня радовали. По крайней мере, я тут каждого второго не знал.

Сидел на банкетке, в то время как Анабель переодевалась в очередное платье.

— Ну что, как тебе? — Она вышла ко мне в зелёном платье с открытой спиной.

— Эм… тебе идёт. Классно. — Я попытался изобразить восторг, но Анабель было не провести.

— Майкл, ну неужели тебе совсем нет дела? Я же для тебя стараюсь. Хочу тебе нравится. Ты и на прошлое платье сказал, что оно классное.

— Ну… тебе просто всё идёт. — Я развёл руки в стороны.

— Ага, я в мешок оденусь, тоже нравиться буду? — съязвила она.

— Да, потому что у тебя потрясное тело, и ничто это не скроет. Никакой мешок.

Анабель расплылась в улыбке, и я знал, что ей это польстило. Я на самом деле так думал. В плане тела она была для меня восхитительна. Впрочем, как и Эмбер. Разница в том, что в Эмбер мне нравилось не только тело, а в Анабель — лишь тело.

— Ну ты и подхалим, Майкл Уокер, — шутливо ответила она и пошла переодеваться. Затем Анабель вернулась ко мне в своей одежде — закрытой голубой кофте, которая прекрасно подчёркивала её грудь, и короткой юбке-клёш. — Буду думать теперь, какое взять. От тебя никакого толка. С подружками, что ли, посоветоваться.

— Брала бы с собой тогда своих подружек… — пробурчал я и подал Анабель её большую сумку.

— Эмбер, может, написать. — Она повернулась ко мне, улыбаясь в тридцать два зуба. — Ах да, мы же подрались. Да и вряд ли она в одежде разбирается. И вообще она мне завидует. И наверняка хочет быть на моём месте.

Я поджал губы, скрывая улыбку. Анабель порой слишком зазнавалась.

— Пошли духи выбирать, там ты мне больше поможешь. Я надеюсь. — Она злобно посмотрела на меня и повела через весь торговый зал в очередной магазин. Я оглядывался по сторонам, примечая, что на этом этаже сплошные магазины с одеждой. Анабель вдруг зашла в один: сбилась с маршрута. Я прорычал, но пошёл за ней. Она застыла, увидев одно приталенное платье, мгновенно схватила меня за руку и спросила, как мне.

Я подошёл и посмотрел на ценник.

— Это как моя месячная зарплата. — Я тяжело выдохнул. Мне от суммы плохо стало. Почувствовал себя нищебродом.

— Майкл, перестань. Мы тратим деньги моих родителей. Всё нормально. — Она провела рукой по платью. — Хочу его. Возьму. Оно шикарное.

Платье мне тоже понравилось — красное. Мне с недавних пор был по душе красный цвет, хотя раньше пугал. Почему-то вспомнил алую помаду на губах Эмбер.

Анабель уже ушла в примерочную, я вновь посмотрел по сторонам, сунув руки в карманы. Молодая сотрудница улыбнулась мне. М-да, нечего мне лыбиться, у меня совершенно не было денег здесь закупаться. Выдавил из себя что-то похожее на улыбку и отвернулся.

Капец, какой же я бедный и насколько мы с Анабель из разных миров. Мама права — я не смогу удовлетворить прихоти Анабель. Не смогу жить за счёт её родителей. Это унизительно так, что полная жесть.

Анабель вышла из примерочной и покружилась передо мной. Я дал добро, и она его купила. Сердце кровью обливалось, когда Анабель оплачивала. Она взяла меня под руку, и мы пошли вперёд. Не успели выйти, как она остановилась перед мужским костюмом.

— Майкл, давай тебе на выпускной померим.

— Первое — до выпускного ещё больше полгода, второе, — уже тише произнёс я, — не буду я столько тратить на костюм. Анабель, пойдём.

— Давай я тебе куплю, что такого. — Она толкнула меня в бок. — Расслабься, малыш. Живи в кайф. Красиво же, ну.

Я закатил глаза, убрал руку от Анабель и пошёл вперёд.

«Живи в кайф» — да, конечно! Анабель тратила не свои деньги. И родители её из-за этого контролировали. Я буду под их колпаком, если тоже буду жить за их счёт. Брр, противно думать об этом!

Анабель нагнала меня уже в коридоре.

— Ну Майкл! Учти, что на день рождения я тебе всё равно что-нибудь да куплю. Часы, например.

— Ладно, часы вещь полезная. Давай уже пойдём за духами, а то устал.

Анабель недовольно посмотрела на меня и поцеловала в губы.

— Дома тебя ждёт сюрприз. Потерпишь до него?

— До машины дотерплю, — усмехнулся я, смотря ей в глаза. Анабель взяла родительскую машину, водить она научилась ещё год назад, только за рулём был всё равно я.

Анабель прикусила губу.

— Майкл, я такое красивое бельё купила и оставила его дома. Ничего ты не понимаешь! До машины так до машины. И дома тоже. — Она многозначительно посмотрела на меня.

Наконец мы дошли до нужного магазина. Я вошёл и офигел. Два этажа стеллажей с какими-то баночками, кремами, пакетиками и лосьонами. Я с круглыми глазами проходил мимо всего.

— Охренеть. И тебе это всё надо? — Я просвистел.

— А ты как думал. Красота — дело такое. Но это того стоит. — Она, довольная, покрутилась около меня.

Я вновь посмотрел на цены. Какая же тоска! Как Анабель можно обеспечить? Кем надо быть? Миллионером?

— Я за собой ухаживаю. А не как некоторые — ресницы накрасят, губы тоже — и всё. — Анабель скривилась. — Помню, Эмбер так пару раз приходила.

Я задумался.

— Эм, и что? Ей и так хорошо.

Анабель посмотрела на меня, как на врага.

— Ничего ты не понимаешь.

Я пожал плечами. Может, Эмбер просто более экономная, потому что тоже денег не особо много?

Мы с Анабель дошли до стеллажа с духами. Она взяла тестовую палочку и стала брызгать духи на неё. Затем дала понюхать мне.

— Это что — жасмин? — попытался я определить.

— Да, в верхней ноте есть жасмин. — Анабель посмотрела описание на упаковке. — Тебе нравится жасмин?

— На духи моей мамы похоже, — признался я, стараясь вспомнить.

— Ну, у твоей мамы вряд ли Шанель номер пять, — хмыкнула Анабель. И снова напоминание, что семья у меня не слишком богатая, откровенно говоря — бедная, особенно после смерти отца. — Кстати, когда меня с мамой познакомишь?

— Эти духи, что ли, из золота сделаны. — Я указал на самые дорогие из стоящих на полке. — Заламывают столько.

— Майкл! Я задала вопрос.

— Мама не хочет тебя видеть. Считает избалованной, эгоистичной богачкой, — совершенно честно высказался и вновь повернулся к полкам.

— Но ты ведь сказал ей, что это не так?

Я промолчал, потому что это правда. Анабель привыкла брать всё нахрапом, в том числе и со мной отношений добилась настойчивостью. Росла в большом достатке. Любая прихоть — держи, деточка, лишь не трогай родителей. И как мне представлять её маме? «Мам, это Анабель, мне нравится с ней спать, и ничего большего я с ней не планирую».

— В следующий раз обязательно. — Я фальшиво улыбнулся, Анабель была недовольна и принялась сама выбирать духи, по ходу, обидевшись на меня. Пришлось соврать, иначе бы весь торговый центр выслушивал её истерику по этому поводу.

Я отошёл от неё и обратил внимание на духи, у которых поменьше нолей на ценнике. Взял один из них, брызнул на палочку и поднёс к носу. Вдохнул и почувствовал запах рома и ванили. Вздрогнул — слишком знакомый запах. Пытался вспомнить. А потом до меня дошло — это духи Эмбер! Сразу же вспомнил, как целовал её на поляне и как сидел с ней дома у Анабель. Тогда наклонился к Эмбер, а от неё так вкусно пахло. Эти духи просто как сливочный тортик, так и хотелось обладателя съесть. Я сильнее прижал палочку к носу, вдыхая. Со мной рядом словно Эмбер стояла. Запахи хорошо пробуждают моменты из прошлого. Когда закрыл глаза и предался приятным воспоминаниям, Анабель вырвала у меня палочку из пальцев.

— Так, а это что у нас? Как приторно. — Она вдохнула. — Слушай, а знакомый запах. У какой-то девочки из нашей школы точно такие же духи.

М-да, Анабель, просто чудеса дедукции. Кто недавно приехал из Балтимора и, возможно, ходил в этот же торговый центр либо же в похожую сеть магазинов косметики? Даже не догадывался. Ладно. Много кто ездил из Редхилла в Балтимор за покупками. Я просто слишком часто думал об Эмбер.

— Да цена адекватная, много у кого такие духи.

Цена и правда была средняя, я вполне мог купить эти духи без существенных потерь в бюджете, и меня это в некоторой степени успокоило. Ещё один плюс в пользу Эмбер — её я бы смог обеспечить.

Анабель сощурила глаза, пристально смотря на меня, выкинула палочку к остальным использованным.

— Не слышала никогда про этот бренд. Туфта. Ладно, пойдём для разнообразия ещё что-нибудь посмотрим. А то тут духи разбрызгали, у меня уже они смешиваются. Потом вернёмся.

Анабель отвернулась, я достал ту самую палочку и убрал к себе в задний карман джинсов. Всё равно ближайшее время от меня будет нести смесью духов после похода сюда, Анабель и не поймёт.

«Как приторно» — а мне так не кажется. У Анабель, наоборот, имелись более удушающие духи (известных брендов, всё как она любила), а как по мне, я пару раз так чуть на задохнулся рядом с ней. Слишком сладко было. Почему-то мне казалось, что Анабель поняла — это духи Эмбер, поэтому так и отреагировала. Мне вспомнилось, как мы с Эмбер говорили у неё дома:

«— Не люблю, когда слишком сладко. Приторно как-то.

— А ты против телячьих нежностей, Эмбер?

— Люблю баланс во всём. И я говорила про чай.

— Конечно про чай. Я не думал ничего другого».

Теперь мне стало ещё грустнее. Эмбер — та, с кем хотелось быть нежнее. Когда Анабель отвлеклась, я отошёл за стеллаж и вытащил палочку из кармана. Остро ощущал тоску по Эмбер. Вновь желал её поцеловать, хотя и видеть её мне было тяжело после случившегося. От воспоминаний больно. Но вдыхать запах я не переставал.

***

С каждым днём я всё больше понимал, что мне дорогá Анабель. Постоянно рядом, заботилась обо мне, безоговорочно любила. Может, так и должно было быть? Чего вечно я тупил? Да и с Эмбер у меня всё равно ничего не выйдет. Раз — она девственница, а значит, будет на что-то большее надеяться (и вообще не факт, что я смогу дать ей серьёзные отношения), два — она мной манипулировала ради собственной самооценки, три — она уже два раза меня отшила. И третий пункт перекрывал остальные.

Я решил обрадовать Анабель, когда мы были у неё дома. Папа уехал куда-то по работе, а её мама сидела заперевшись в комнате. Анабель гладила мою грудь, пока мы лежали на кровати. Не то чтобы я любил поговорить в постели, но сегодня был в приподнятом настроении. Расслабился после разрядки, и в этот раз мы практически одновременно кончили, что случалось всего несколько раз за всё время. Это в порно всё красиво, а в жизни посложнее.

— Анабель, мне нужно кое-что тебе сказать. — Я провёл рукой по её рыжим волосам, они были невероятно шелковистые. Она подняла на меня взгляд и томно похлопала глазками.

— Что такое? Ещё хочешь? — Она сильнее прижалась ко мне грудью.

— Анабель, я хочу сказать… Права ты была, что секс без обязательств — хрень. Я привязался к тебе, Анабель, — слова еле выговаривал, в таком было сложно признаваться, не смотрел на неё, пока произносил. — И я хочу, чтобы мы были вместе. Правда.

В принципе, ничего такого я не сказал. Не жениться ведь обещал. И в любви, по сути-то, не признался. Привязался — да, спору нет. Я сам так и не понял, можно ли это приравнять к любви? Анабель вдруг вскочила и обняла меня за шею.

— Я так сильно и долго этого ждала, — шептала она, проводя руками по моим волосам. — Майкл, я счастлива! Мы будем вместе! Вместе поступим в университет, поженимся, заведём ребёнка! Майкл, я мечтала об этом последний год. — Услышал, что она заплакала. Чмокнул её в макушку. В этот момент я и сам вроде был счастлив.

Оказалось, за признание в привязанности ещё и минет сделали. И чего я раньше не признавался?

И даже учитывая всё хорошее, что было между нами, я всё равно понимал: я на Анабель не женюсь.

***

На собственном дне рождения ощущал себя лишним. Все эти ненужные мне люди, пустые поздравления. Анабель делала всё, чтобы мне было радостно, и я старался веселиться. Был против того, чтобы ребята приходили и употребляли наркотики. Сделал внушение Анабель:

— Никаких наркотиков, ты слышишь?

— Даже лёгких?

— Где лёгкие, там и тяжёлые. Я прошу тебя, Анабель. Ради нас. Никаких наркотиков.

Я был настроен на то, что теперь буду с Анабель. И, к огромному сожалению, она любила выкурить косяк. В то же время ей была приятна моя забота, поэтому Анабель меня слушалась.

Эмбер вообще неожиданно появилась, и мне было больно её видеть. Соль на рану. И так старательно избегал Эмбер в школе…

Захотел побыть один, прогнал всех у бассейна и решил пить в одиночестве, но тут как тут Эмбер! Да и опять двадцать пять влезла мне в душу! Да, Эмбер, не такой я козёл, каким желал казаться, а дальше-то что?! Что докопалась до меня?! Небось нравилось меня унижать.

Пожелал, как можно сильнее её оттолкнуть, и поэтому физически оттолкнул. Не гордился поступком, алкоголь сказался. А чего Эмбер ожидала?

Пускай ищет другого дурака. С меня хватит.

***

Но и с Анабель не всё гладко было. Далеко не всё. Постепенно я понимал, почему она себя так вела. Однажды Анабель, сильно пьяная, пришла ко мне домой, к счастью, мамы дома не было. А то бы…

— Он опять привёл домой эту шмару! — Она рыдала у меня на руках. — Мама терпит каждый раз, как будто ничего не видит! Он трахается с этими дурами у неё на глазах!

Отец Анабель на протяжении многих лет изменял своей жене, и жену это, видимо, устраивало. От детей они это не скрывали. Анабель не могла смириться. Я всегда утешал её в эмоциональные моменты. Семейка у Анабель была та ещё, в общем. А мать, по её рассказам, конченая истеричка. Карл у них самый адекватный в семье, хоть я его терпеть не мог, но всё же.

Я думал, что мы с Анабель сможем всё преодолеть. Но порой её безответственность доводила до белого каления.

Она была бледная уже второй день, и я подошёл к ней сзади, пока та копалась в шкафчике. Дёрнул её легонько за волосы, а Анабель так заорала, что я пожалел о содеянном сразу же.

— Майкл? Ты меня напугал. — Она тяжело дышала, пока смотрела на меня. Я повернулся и взглядом подсказал людям идти дальше по своим делам.

— Анабель, что-то случилось? На тебе лица нет.

Она сглотнула и облизнула губы, не говоря ни слова.

— Анабель?

— У меня задержка, Майкл.

Слышать это всегда было страшно. Но после того, как Анабель стала принимать противозачаточные, такие заявление она уже не делала давно.

— Сколько? — прошептал я, слишком близко наклонившись к ней.

— Две недели.

У меня чуть глаза не вылупились из орбит. Две недели?! До этого, когда у неё была задержка в несколько дней, то уже выносила мне мозг. Помню, звонила сразу же, а я её успокаивал, что всё будет нормально, при этом про себя беспокоясь.

— И ты молчала?! Ты делала тест? — я еле сохранял свой голос тихим, чтобы не создавать лишней шумихи.

— Я… забылась. Пропустила парочку, всё сбилось… Ладно, может, больше… и… мне страшно, Майкл, — прерывисто говорила она, прижимаясь ко мне. В смысле «может, больше»?! Сколько дней она не принимала таблетки?! — Даже в аптеку идти страшно.

Я зарычал и не мог больше ни о чём думать во время оставшихся уроков. Сразу же после занятий побежал в аптеку, у меня сердце готово было остановиться в любое мгновение. Ждал с сигаретой в зубах, пока Анабель сделает тест. Не знал, как успокоиться. Кровь стыла в жилах. Ещё и стал гуглить в интернете похожие случаи…. Вот капец. Столько случаев, когда от пропуска таблетки залетали!

А если она всё-таки беременна?! Что будет?! Её родители наверняка скажут ей делать аборт, а я как жить буду с мыслью, что моего ребёнка убили? Моя мама этого не переживёт, однозначно меня возненавидит. Да и самому ужасна мысль об аборте из-за семейных историй. Вдруг Анабель потом не сможет забеременеть? А если не аборт, то что? В девятнадцать лет папой быть? Какой из меня папа вообще? Хреновый. А жить на что? Придётся на Анабель всё-таки жениться и жить под каблуком её родителей?! Ни один, ни второй вариант не радовал, более того — пугал до жути.

Меня пробирала дрожь. Как же страшно!

Анабель вышла из ванной комнаты с трясущимися руками, ничего мне не говоря.

— Ну что?!

И она молчала. Я вскочил и вырвал из её рук тест — одна полоска.

— Делай ещё один! Давай!

Не беременна. Анабель улыбнулась мне после второго теста, а я на неё заорал, как умалишённый:

— Как ты можешь вообще так просто к этому относиться?! Как ты могла не пить таблетки и не сказать мне об этом?!

— Майкл, прости! Сложно пить их каждый день и не забывать. — Она полезла ко мне. — Ты на нервах, я сейчас на нервах. Хочешь я тебе языком приятно сделаю?

— Какой на хрен минет сейчас, Анабель? Ты грёбаная дура! — Меня трясло. Впервые и правда захотелось её ударить. — Иди к врачу сегодня же, поняла?! Проверься! А то сбилось у неё…

Я со злостью захлопнул дверь её комнаты и вылетел из особняка. Меня душила злоба. Полная безответственность. А я чем лучше? Я даже не знал толком, как противозачаточные таблетки работают. Вот теперь пойду и читать буду. Капец, Анабель, что же ты так мотала мне нервы! Я сердечный приступ заработаю себе в юном возрасте.

Анабель тихо подошла ко мне со спины и прижалась, рыдая. Похоже, выбежала вслед за мной.

— Малыш, любимый, прости меня! Я знаю, как ты относишься к этому, и так себя повела. Мне было страшно, что ты так прореагируешь! Поэтому я сначала молчала…

— Для тебя аборт — это как в туалет сходить, да, Анабель? — Я убрал её руки от себя. — А для меня нет. Я ведь просил тебя следить за этим! Почему всё так?!

— Майкл… Да, я относилась к этому наплевательски. Но, встретив тебя… Майкл… когда я забеременею от тебя, то не смогу сделать аборт.

Я повернулся к ней, чуть смягчившись.

— Майкл, я не вру. Прости меня. Однажды у нас и правда будет ребёнок. Но не сейчас. А если я забеременею в ближайшее время, то так тому и быть. — Она упёрлась лбом мне в грудь. Я прижал её к себе, ощущая смешанные чувства.

Не так должно быть. Бред какой-то. Из нас двоих более ответственный — я. Неужели сам должен ей таблетку в рот ежедневно пихать? Моя осторожность оправдалась. Как хорошо, что я в Анабель не кончал! Затем вспомнил пару раз, когда потерял контроль... Пронесло! Господи, спасибо! Я так счастлив, что Анабель не залетела! Теперь в два раза осторожнее буду. Я хоть и гнал на свою жизнь, но Бог меня не оставил — избавил от ребёнка в девятнадцать лет! Было что-то хорошее!

Но это не единственное потрясение, которое мне предстояло пережить в скором времени. Анабель спустя неделю не отвечала на звонки уже как два дня, в школу не ходила. Я знал, что она должна была съездить с родителями к врачу из-за участившихся истерик и конфликтов. Я сам пришёл к Анабель, и дверь мне открыл Карл. С ним у меня были слишком натянутые отношения, в частности, из-за Эмбер.

Эмбер. Я не смог совсем забыть про неё. В последнее время она чересчур грустная, и у меня сердце каждый раз останавливалось рядом с ней. Желал, чтобы она радовалась, и на этом всё. Хорошо было на душе просто от её улыбки.

Я поднялся в комнату к Анабель, она сидела и рыдала в платок.

— Привет, лисёнок. Ты почему меня избегаешь? — Я присел рядом с ней на кровать. Она не поднимала на меня взгляд. — Анабель, ну ты чего? Что произошло? — проговорил я ей на ухо и поцеловал в мочку.

— Мы… съездили… к психиатру. — Она заходилась в рыданиях. — Долгое время думали, что у меня биполярное расстройство. Но… Мне, наконец, поставили диагноз: пограничное расстройство личности.

— И что это значит? — Я прижал её сильнее к себе.

— Значит… что меня… всю жизнь так будет кидать из крайности в крайность. Я буду совершать импульсивные поступки и потом жалеть об этом. Всегда или слишком хорошо, или слишком плохо. Утром одно настроение, вечером другое. То любовь, то ненависть. Кто меня полюбит такую?! Кто будет любить меня с ПРЛ? — кричала Анабель, не смотря на меня. Ей было тяжело дышать.

— Но я ведь уже люблю тебя, Анабель. — Я гладил её по спине. Знал, что её нужно утешить.

Она со злым лицом повернулась ко мне.

— Конечно любишь! Но не меня, а Эмбер! Думаешь, никто не видит, как вы друг другу улыбаетесь?! — Она вскочила с кровати. — Чёртовы несчастные влюблённые! А со мной ты просто трахаешься! Ты врёшь мне, Майкл! И когда у тебя пройдёт спермотоксикоз, пойдёшь жениться на детке Эмбер!

— Анабель. — Я схватил её за руку, но она её выдернула.

— Пошёл вон, придурок! — Она указала мне на дверь. — Или я сейчас позову Карла и скажу, что ты меня достаёшь!

— Анабель, пожалуйста, давай поговорим. Я не врал про свои чувства. И я ведь настроен всё делать ради тебя. Меня не испугал твой диагноз! — совершенно искренне произнёс я и встал с кровати. Анабель прожигала меня взглядом. — Анабель, пожалуйста. — Я притянул её к себе, но она с силой упёрлась руками мне в грудь и оттолкнула. Я вновь подошёл к ней, в этот раз притянув к себе за бёдра, положил руку на живот, а затем опустил ниже. Анабель дёрнулась и застонала. Схватил её за ягодицы и тесно прижал к себе. Анабель сама повела меня к постели. Всё тот же сценарий.

После горячего секса я закурил в постели. В этот раз Анабель на меня не ругалась из-за курения. Её больше всего заводил именно такой спонтанный секс, когда она на эмоциях.

— Неужели всё из-за того, что в ней ещё никто не был? — вдруг спросила она, я чуть не подавился.

— Не понял.

— Улыбаетесь друг другу. Ты помешан на Эмбер-целке. Может, тебе стоит её трахнуть и всё же забыть о ней?

— Да хватит уже о ней! — разозлился я. У меня были положительные эмоции после оргазма, а теперь всё улетучилось.

— Ну да, конечно. Не хочешь трахать её просто так. Зато меня хотел просто так.

— Анабель, извини. — Впервые за долгое время я за это попросил прощения. Наверное, она тоже ждала такого отношения… Любви даже… А я не мог ей этого дать. Анабель хмыкнула.

— Что ж толку извиняться за свои чувства. Почему ты к ней не бежишь?

— Не хочу ей жизнь портить, — честно признался я. Сильно сомневался, что Эмбер — стерва, повышающая за мой счёт самооценку. Она не стервозная. И в последнее время слишком грустная. Девушек всё же видно: кто хвостом любит вертеть, кто высокомерен, а кто адекватен. А Эмбер… Ну, похоже, я просто ей не нравилась. Стала бы она от ворот поворот давать? Так что смысл приставать? Пускай живёт спокойно.

— Какой же ты, —не договорила Анабель и истерично засмеялась.

— Я не понимаю, что ты бесишься всё, — вдруг перестал я быть раскаявшимся. — Я сказал, что ты мне небезразлична, с Эмбер мы не общаемся, у нас с тобой кайфовый секс. Что тебя не устраивает?!

— Эмбер спит и видит, как тебя увести! — закричала она. — У меня вообще нет гарантии, что ты не уйдёшь к ней!

Я с силой откинулся на подушку. За что мне это всё? Но Анабель на этом не останавливалась.

По Эмбер я скучал даже больше, чем предполагал. И один раз слишком много навоображал. Как результат: представил Эмбер на месте Анабель. Сам не понял, как всё так вышло. Острая тоска вылилась в такое вот…

Я отодвинулся от Анабель и весь съёжился — может, она не заметила, что я в мыслях был далеко?

— Ого, Майкл. Что-то на тебя не похоже, — вполне спокойно произнесла она, отчего я дёрнулся. Неужели опять закатит истерику?!

— Какие-то претензии ко мне снова? — рявкнул я, сразу отвернувшись.

— Снова? Разве я тебя когда-то критиковала? Слишком нежный секс. Что-то не так. Об Эмбер думал, да? — Анабель подвинулась ко мне. Я молчал, злясь на себя и на Анабель тоже. — Ты же не просто так тогда про первый раз интересовался. Ради Эмбер.

— Знаешь, если не понравилось, так и скажи! — Я резко поднялся с подушки и сел на постели, растирая виски. — И прекратим разговор.

— Ну что ты. Мне нравится, когда ты осторожен. — Провела она пальцами по моей спине, и мне было от этого неприятно. — Когда коснуться боишься лишний раз. Это трогательно. И эмоционально вставляет. Но мы оба знаем, с кем ты так осторожен. В школе видят, как ты на неё украдкой смотришь. Как ты с ней рядом теряешься, — шептала она мне на ухо. — Ты становишься таким слабым и растерянным.

— Знаешь, иди на хрен. — Я резко вскочил с постели и начал одеваться.

— Ой-ой, кто-то обижается на правду. Но ты же правду любишь, разве нет? И я не кричу, заметь, — совершенно холодно произнесла она. — Привязался ко мне, да, но всё ещё сохнешь по Эмбер. Она постоянно маячит у тебя перед глазами, вся такая несчастная. Но ничего. Скоро учебный год кончится, и уже не будете пересекаться столь часто.

— Ты меня задолбала со своей ревностью!

— Ты мысленно мне изменил. Думаю, не один раз, — посмеялась она, всё ещё не вставая с постели. — Любишь Эмбер и страдаешь. Бедняжка. Иди-иди. Опять посмотри на неё в школе, спрячь взгляд и подрочи дома!

Я еле сдержал себя от того, чтобы не заткнуть Анабель силой.

— Я на неё не дрочу! — Но с порывом закричать не смог справиться.

— Ах да, извини. Ты её слишком превозносишь, верно. Какое там! Значит, молишься на неё, всю такую правильную!

— Бесишься, да? — злобно рассмеялся я, подойдя к Анабель. — А хочешь, расскажу секрет? Она не даётся мне, и я её желаю. А ты гонялась за мной… Вот и ответ на незаданный вопрос.

Мне Анабель вообще не нужна была: она сама за мной увязалась и добивалась меня. Кому больше надо — тот больше усилий и прилагает. И кто больше вкладывается, тот потом больше и страдает. Мне нестрашно потерять Анабель, потому что я её не добивался. Как говорят, мужчина — охотник. А в этом случае наоборот. Поэтому вот ревность теперь душила именно Анабель. Она плотно сжала губы.

— Ничего страшного. Забудешь её рано или поздно.

— Знаешь, а хватит мне секса на ближайшую неделю, а то и две, — процедил я, надев футболку. — Отдохнёшь от моих нежностей.

— Ну Майкл! — проорала она мне вслед, когда я хлопнул дверью.

***

Когда Эмбер пару дней не было в школе, я побоялся спрашивать напрямую, поэтому подслушал разговор Джесси с подружками:

— Она заболела. Ничего серьёзного.

Неужели совпадение? Эмбер не приходила после того нашего разговора на моём дне рождении… Я её сильно обидел?..

Пока происходила вся эта дичь с Анабель, я ещё и наблюдал печальную Эмбер. Не то чтобы она когда-либо была душой компании, но однозначно затихла. И я видел, как она плакала на уроке, стараясь это скрыть. Что-то случилось? Так хотел её утешить, а по итогу не мог. Я всё ещё на неё обижался, но не так сильно… Злоба уже ушла. Просто скучал.

Поэтому вот улыбались друг другу, что потом Анабель поставила мне в упрёк. Кинул в Эмбер снежком, давая понять, что всё ещё небезразличен к ней. Оказалось, что у Эмбер скоро день рождения. Увидел у неё в ленте, как кто-то хвалил её знак зодиака, и догадался, что ей это приятно. Вспомнил, что она мне игру дарила. Решил ответный подарок сделать. В школе Анабель пожелала Эмбер «маленькой смерти». И как же я хотел быть тем человеком, с кем Эмбер кончит!

Теперь она однозначно не была для меня объектом только сексуального желания, и самое странное, что я практически перестал мечтать об этом. Раньше там ещё представлял, а теперь как отрезало. Либо же просто Анабель меня полностью удовлетворяла. Думал о другом, полностью абстрагировался от своих желаний, — как сделал бы Эмбер приятное. И порой вот в фантазиях заносило не туда… С Анабель я думал о себе, а с Эмбер — думал только о её чувствах.

Видимо, Анабель права. Из-за Эмбер я становился слишком сентиментальным и мягким. Не сдержался вот и на день рождения ей написал. Оказалось, ей было плохо, поэтому позвонил.

И не мог поверить, что всё вот так. Неужели взаправду? Неужели я полюбил Эмбер? И никакого секса, ничего не надо… И взаимности не было. А приятные ощущения имелись и без ответа — например, когда Эмбер порадовалась подарку или когда я с ней по телефону разговаривал. Когда улыбался ей. И улыбка в ответ порой высшее счастье. Как оно так работало?..

На день рождения к Эмбер не пришёл, она всё-таки меня не приглашала. Да и не считал нужным. Пускай празднует без меня. Анабель бы опять приревновала и всё испортила. Бежать к Эмбер не видел нужным. У нас с ней не клеилось, значит, и не надо. Порой было грустно от этого, но не убийственно плохо. А вот от отношений с Анабель мне то и дело хотелось застрелиться…

Решающим моментом стало знакомство с её родителями. Рождество — волшебное время. Анабель бегала со мной по магазинам и искала подходящий смокинг, чтобы на праздничном обеде с её родителями я выглядел достойно. Но, увы, даже в костюме за пятьсот долларов я выглядел нищебродом.

Родители Анабель мило поприветствовали меня, но я знал, что скрывалось за их улыбками — животный оскал. Они расспросили меня о моей жизни и планах: в учёбе и с Анабель. Чувствовал гнетущую атмосферу и что мама и папа Анабель только и ждали, пока я оступлюсь. Нам должны были принести второе, а я забыл, как нужно вилку и нож положить, чтобы подать сигнал о готовности. Посмотрел на тарелку Анабель и положил вилку и ложку перпендикулярно на тарелке. Миссис Хилтон о чём-то шепнула мужу, и тот хохотнул.

Да, тупой Майкл без базовых правил этикета за столом.

— Майкл, Вы же понимаете, что… мягко говоря, лезете не в свой вагон? — Мистер Хилтон схватил бокал с бургундским вином.

— Папа! — одёрнула его Анабель. Как же меня это всё задолбало. Похожие намёки длились целый вечер, а теперь чуть ли не открытым текстом. Я весь кипел.

— Да, я знаю, что не ровня Анабель. Ни разу. То, что происходит между нами — ненадолго. Я несостоявшийся и без богатых родителей. — Кажется, именно это и хотели услышать её родители. Возвыситься надо мной. Сидели сейчас и улыбки подавляли. Лицемеры долбанные. — Трахаю я вашу дочь, да! — разозлился я в конец. — Уже год трахаю! И что вы с этим делать будете, не знаю! — злобно усмехался я. — Но сначала объясните ей лучше про средства контрацепции, чтобы не била тревогу почти каждый месяц.

— Если ты думаешь, что можешь так оскорблять мою дочь и вести себя подобным образом в моём доме. — Её отец поднялся со стула, прожигая меня взглядом.

— О, я уже ухожу! — расхохотался я от бурлящих внутри эмоций. — А Вы чем лучше меня? Вы также оскорбляете Анабель, когда трахаете шлюх, не скрывая этого.

— Пошёл вон! — заорал на меня мистер Хилтон, у меня чесались кулаки его ударить, но я выскочил на улицу.

Нет. Мама была права на сто процентов: мы с Анабель ни разу не пара. Её родители хотели подмять меня под себя весь вечер. Я еле выслушивал то, как они предлагали мне на них работать после учёбы. Это было чистой воды издевательство надо мной. Они вообще меня за человека не считали.

Я этого терпеть не буду. Уже давно думал, как дальше сложится жизнь, если останусь с Анабель. Она вся витала в облаках, полна романтического флёра. Я, наоборот, практичен. Меня интересовало будущее. Как жить, на что. Вариант жить за счёт её родителей — доводило меня до ручки. Анабель сама вряд ли пойдёт работать на какую-нибудь непрестижную работу, пока не выучится в университете. Она надеялась на помощь родителей, а мне эта мысль отвратительна!

Я не Клайд Грифитс, который желал продвинуться в жизни за счёт бабы и её родителей. Я не желал входить в этот мир лжи, только чтобы жрать пищу вкуснее. Противно даже думать об этом! Это же как быть проституткой. Есть мужчины, которые не против такого, но мне при знакомстве с главным героем «Американской трагедии» было физически плохо!

Я начал сам зарабатывать в шестнадцать лет, чтобы потом лечь под родителей Анабель?! О да, предел мечтания! Фу!

А сама Анабель… Она же не паинька. Ей ведь уже диагноз поставили. Связываться с больной? Мне, что, проблем мало? Постоянно утешать её? Лечить? Терпеть перепады настроения? И ради чего? Ради её тела? Раз уж на то пошло, то тело много у кого имелось. Сколько девушек с отличной фигурой в нашей школе! Так что — а чем ценна Анабель? И она не примерного поведения — вот уже изменила. Хотя у нас был типа секс без обязательств, но мы так или иначе встречались! Я не лишал её девственности и не развращал — так что здесь ко мне без претензий. Я к ней привязался? Как привязался, так и отвяжусь, блин.

Анабель выскочила следом за мной, я всучил ей пиджак, когда она подбежала.

— Анабель, всё кончено между нами. — Мой голос был похож на сталь. Решение о расставании обдуманное.

— Почему?!

— Да твои родители меня переносить не могут! Я не буду ложиться под них.

— Как ты не понимаешь, это твой шанс продвинуться в жизни! Благодаря моим родителям ты поступишь в университет, затем попадёшь на хорошую работу. Они оценят, что ты работящий.

— Я работящий, но я не альфонс, Анабель. Прости. Я совершил много ошибок. И отношения с тобой — моя большая ошибка.

Звучало, может, и пафосно, но так оно и было. Я ведь не хотел заводить с ней отношения… Не испытывал к ней ничего, кроме желания переспать. Когда всё пошло не так?

— Я тебя ненавижу! Как ты вообще можешь так говорить?! Неужели всё дело в моих родителях?! — орала Анабель с надрывом и с каждым разом как будто всё глубже вонзала мне нож в сердце. Но не потому что я её любил. А потому что не стремился быть уродом, который разбивал ей сердце.

Был рад тому, что всё-таки понял свои чувства. Привязанность не равно любви. Как бы я себя ни убеждал в обратном… И ощутил на контрасте — с появлением Эмбер.

— Ты с самого начала знала, что я не типичный провинциальный мачо. — Я схватился за лоб, мне было не по себе от всей этой ситуации. А что она думала? Я с радостью кинусь быть марионеткой её родителей?

— Да, именно поэтому я тебя и люблю! Майкл… — заплакала Анабель и понизила голос. — Неужели всё из-за этой целки? Ты хочешь девственности? Давай я верну.

Я чуть не взорвался. Она мне это уже в третий раз предложила.

— Анабель, какая на хрен девственность! Дело сейчас даже не в Эмбер.

— Да конечно, Майкл! Дело не в Эмбер! — Она разрыдалась ещё больше и схватила меня за ворот рубашки. — Я сделаю всё, чтобы у вас с ней не вышло. Ты усёк?

— Речь о нас с тобой, Анабель. Не в Эмбер дело, — старался говорить чётко и медленно, но слишком хотелось повысить голос, выплеснуть эмоции. — Не могу так больше. Твоя импульсивность, измена, безответственность… Твои родители. Я просто устал. И никакой секс уже ситуацию не исправит. Я просто задолбался от этих отношений. Да и от любых отношений.

Анабель прижалась ко мне и застонала.

— Майкл, не оставляй меня… Я всё для тебя, правда. Всё сделаю, как ты захочешь. Чего ты хочешь? Милый, скажи мне! Я могу умолять тебя на коленях. Можешь помыкать мной до конца жизни, только останься! — вновь закричала она.

Мне было дико больно. Зачем так себя ненавидеть, Анабель?

Это тот случай, когда с мясом отдирать придётся. Но не осталось другого выхода. Иначе будет хуже.

Я и не заметил сначала, как у меня слеза потекла. Анабель провела пальцем по моей щеке, вытирая её. Мне вдруг стало ещё хуже, теперь ещё и за свою слабость. Видимо, я на самом деле сильно прикипел к Анабель.

— Ты мне дорога́, Анабель. Мне больно сейчас, — хрипло произнёс я, стараясь не разрыдаться вместе с ней. — Лисёнок, я буду скучать. Но так больше нельзя.

— Нельзя?! — Она ударила меня в грудь и резко отодвинулась. — А трахать меня в любой момент было можно? Заставлять отсасывать тоже? Всё можно! Брать мои деньги! Брать мою помощь! — Она продолжила колотить меня, когда вновь подскочила. — Ты урод, Майкл Уокер! Я тебя ненавижу! Ненавижу!

У неё случилась истерика. Я прижал её к себе, лисёнок продолжала вырываться, но я знал, что вскоре она успокоится. И сосать её никогда не заставлял. Сама предлагала. Секс у нас был по обоюдному желанию. Она включила режим жертвы, пыталась ещё больше усилить моё чувство вины.

Минут через десять я отодвинул заплаканную, но уже спокойную Анабель от себя и просто прошёл к байку.

— Когда папа умер, я не мог найти успокоения ни в чём. Спасибо за то, что помогала мне справляться. Я знаю, что ты меня ненавидишь, но я не могу тебя ненавидеть, лисёнок.

Анабель поджала губы, ничего мне не ответив. Смотрела куда-то вперёд, в полном безмолвии. Меня разрывало на части изнутри. Ехал домой с тяжёлым сердцем.

Пришёл домой, а мама как давай спрашивать, чем я так расстроен.

— Ты была права. Мы с Анабель не пара. Расстались, — пробурчал я, уставившись в стену напротив. — Выходит, родителей всё-таки стоит слушать.

Я опустил лицо в ладони. Мне было слишком хреново.

— Майкл… — Мама провела рукой по моей спине. — Все совершают ошибки в молодости. Ничего страшного. Всё ещё наладится.

Я понимал, что меня тошнит от отношений, и теперь вплотную лучше уж займусь учёбой. Давно она у меня запущена.

С Анабель всё было сложно, с Эмбер ещё хуже… Нет, на фиг всех этих баб. Только мозг мне насиловали.

Глава 52. Встречаясь с тобой

Майкл

Идея заняться учёбой — хороша лишь в теории. На практике же всё получалось отвратительнее некуда. Спивался потихоньку дома, пытался вытянуть учёбу. В казино я работу почти закончил. Под руку попалось объявление, и вот решил грузчиком в магазин устроиться, чтобы меньше голова болела о проблемах. Если хочется страдать — нужно пойти и поработать. Сразу страдания пропадут, появятся другие заботы — например, хронический недосып.

Эмбер увязалась помогать с домашним заданием. Зачем? Чтобы мне душу бередить? Она вообще понимала, что я чувствовал?! Странная какая-то. Что там у тебя в голове, Эмбер? Только я взялся больше не общаться с ней; конечно, нам приходилось контактировать во время репетиций театра, но это всего раз в неделю. Я поставил точку в наших отношениях после двух отказов, а она её на запятую исправила. Вернее даже не на запятую, а на непонятное многоточие. Я был слишком измотан в целом отношениями, и одна лишь мысль, что вот мне опять мучиться с этой Эмбер, доводила до белого каления. Честно, устал выглядеть как тот, кого постоянно динамят.

Но что оставалось делать? Она ко мне домой пришла, мама сразу же её там чуть ли не расцеловала. Я пытался Эмбер как-то прогнать, а она ни в какую. Охренительно! В какие такие игры она со мной играла? Пустил всё на самотёк. Хотелось ей — пусть приходит, занимается благотворительностью. Не хотелось — не приходит. Но я к ней не буду приходить. Однако помощь по учёбе действительно была мне нужна, поэтому несколько раз я сам писал Эмбер.

Мы всё больше общались, и это не чувствовалось, как что-то неправильное. Даже наоборот — Эмбер меня успокаивала. Вот как два месяца прошло с момента расставания с Анабель, и я безумно скучал по сексу. И по Анабель, и по сексу с ней, в общем. Как же мне было хреново! А Эмбер находилась рядом…. Утешала всё-таки. И как сильно я пожалел о том, что ей рассказал, что хотел Анабель трахнуть! Пьяный идиот! Ну что за придурок… Если бы не алкоголь, то никогда бы Эмбер подобное не рассказал! Она явно испугалась, услышав такое заявление. Как проснулся, сразу же стал писать ей, чтобы сделать откат назад. Не мог представить, что мы на такой ноте всё закончим. Даже извинился, хотя это было непросто…. Накосячил…

Её откровение о депрессии меня поразило. Наверное, в этом и был высший смысл — помочь ей справиться с этим недугом. Не уверен. Должен же быть смысл? Иначе зачем всё в моей жизни шиворот-навыворот? Болезнь мамы, теперь вот Эмбер… И это не говоря об Анабель с пограничным расстройством личности. По ходу, со мной могли быть только больные люди.

Счастлив был общаться с Эмбер, но… Не мог я быть другом такой сексуальной девушке! С каждым разом я всматривался в Эмбер и понимал, что очень сильно в неё влюблён. И она способна меня успокоить. Мы с ней всё больше сближались. Каждый раз я безумно хотел её поцеловать, но стеснялся. Да, я именно что стеснялся! Боялся, что вновь откажет. Я уже этого не переживу. А ещё больше хотелось её трогать — и я трогал. Пьяный, потом во время занятий спортом. Может, она не замечала, насколько долго я задерживаю руку на её теле.

Как было просто прятаться за пошлыми шутками, избегая главного — моих настоящих чувств к Эмбер. И я всё-таки проболтался — никакой я некрутой. Не такой, каким меня видели и каким желал казаться. Разве меня настоящим полюбят? Могли мной заинтересоваться? Без этой маски клоуна? Эмбер-то обратила на меня внимание из-за моих неудачных подкатов, а иначе? Вряд ли.

Меня выбешивало, что Эмбер обо мне думала, как о помешанном на сексе. Да, мне нравился секс, но всё в пределах разумного! Я уже мог бы с кем-нибудь переспать, но ведь не сделал этого! Значит, не всё так критично.

Когда Эмбер заявилась на вписку, то я понял: конец. Раз она жаждала найти мне бабу, значит, я ей на хрен не сдался. Меня затрясло. Хотел убить всех, кто там был. И себя, и Эмбер тоже. Эмбер, да за что ты так со мной?! Я уже правда начал думать, что нравлюсь ей, а тут… Жестокая правда.

Проводил её до дома, и она меня обняла. Друг, дружба….

Когда я вернулся обратно, то меня трясло от обиды. Мирта улыбнулась мне, и я воспользовался возможностью. Она уже давно не девственница, в отличие от Эмбер. Эмбер, ты меня задолбала! Засела в мыслях!

***

После того, как Мирта кончила, я потянулся за сигаретой и закурил. Посмотрел на довольное лицо девушки, и всё приятное послевкусие как водой смыло: это не Эмбер, а я представлял именно её. И именно от этого у меня крышу снесло. Стал прокручивать случившееся в голове, в то время как девушка потянулась ко мне.

— Мне было так хорошо. Спасибо, Майкл. — Она погладила мою руку, в то время как я застыл от осознания кое-чего. Я забыл.

Забыл, мать её! Презерватив! И я в неё кончил!

Был в гневе, слишком быстро всё произошло. Потом пальцами Мирте помог кончить. Думая об Эмбер. Да. Мои поздравления.

Я прикрыл глаза, желая сейчас проснуться, но это был не сон. Сделал два глубоких вдоха и выдоха.

— Мирта, слушай, ты же пьёшь таблетки?

— Да, не переживай. Сегодня утром выпила. Всё в порядке. — Она приподняла уголки губ, а затем рассмеялась. — А я думаю, что ты такой напряжённый стал! Не беспокойся.

— Фух. Судьба меня любит. Просто обычно никогда не забываю, а тут… Разум помутился. — Я потушил сигарету и присел на постели, глазами выискивая на полу свою одежду.

— С чего это у тебя разум помутился? — хохотнула Мирта, а я быстро встал.

— Даже не знаю, — пробормотал я, надев футболку и боксеры. Да нет, я как раз-таки в курсе! Эмбер столь сильно разозлила меня, и огромная злость от того, что я никогда её не получу, душила. Сводило с ума и то, насколько тщательно Эмбер навешивала на меня табличку «просто друг».

Видит Бог, я пытался быть ей другом, включить всю эту альтруистическую фигню, но нет! Я желал её любить, я желал её трогать, и просто разговоров с ней мне недостаточно! А она как слепая курица либо же как изощрённая садистка травила меня!

Конечно же, я трахнул Мирту, потому что она была как никогда кстати. И сейчас мне стало неловко от того, что мысленно я был с Эмбер и удовольствие желал доставить именно ей. У меня уже было один раз что-то подобное: правда, тогда я спал с Анабель, но думал об Эмбер, а сейчас… В этот раз я чуть было не простонал имя Эмбер… Это клиника какая-то. Отчаяние крайней степени.

Поспешно оделся и выскочил в коридор, а затем и на улицу. Мне срочно нужно было освежиться и выкурить ещё одну сигарету. Йен стоял на крыльце и курил, увидев меня, подмигнул.

— Как в прежние времена? — Он сделал глубокую затяжку, а я щёлкнул зажигалкой.

— Ага.

— Ты что-то недовольный. Не вышло после долгого перерыва? — усмехнулся друг, пока я закуривал.

— Если бы. Впервые за долгое время забыл про презерватив.

С Анабель я тоже иногда забывал, но со случайными девушками — нет.

— О, неужели настолько горячая штучка?

— Нет, просто крышу сегодня снесло.

— После перерыва?

Я кивнул, играя желваками от злости. На себя, на Эмбер. На всех. Вот тоже аргумент в мою пользу — зачем мне нужен был перерыв, раз я помешанный на сексе?! Эмбер слишком плохо обо мне думала… Каков ходок, а! Нашёл себе постоянную девушку для секса — Анабель, ни с кем, кроме неё, не спал, хотя мог! После расставания с ней больше ни с кем не спал. О да, я только о сексе и думал!

— Удивительное шоу Эмбер устроила, — вдруг произнёс Йен, словно зная, что меня беспокоит.

— Грёбаная дура. — Я выдохнул дым в сторону. — Хочу её жёстко трахнуть наконец. Просто за всё сделанное.

Йен рассмеялся, хлопнув меня рукой по плечу.

— Да-да, именно этого ты и хочешь. Лелеешь её, как только можешь. К слову, она влюблённо смотрит на тебя, и это заметил не только я. Поэтому уложить её для тебя не проблема. Но что-то ты этого до сих пор не сделал. — Друг всмотрелся в моё лицо, и от его слов я ещё больше разозлился. И даже не знал, что говорить. Чувствовал себя конченым каким-то. Он прав. И Анабель права.

Я столько раз мог переспать с Эмбер, но вместо этого сдувал с неё пылинки.

— Сегодня я трахал Мирту, но думал об Эмбер. Представлял её.

— Так вот чего тебя унесло. Сразу бы сказал. Что ж, Майкл, пора в дурку!

Я горько рассмеялся. Если всё так будет продолжаться, я там точно окажусь!

— Очень смешно. Эмбер сегодня превзошла себя. Вот и конечная станция френдзоны.

Йен докурил сигарету и бросил на землю.

— Майкл, слушай, я знаю, что у вас всё сложно, но по мне так — у Эмбер свои какие-то внутренние заморочки. Какие именно: не знаю. Может, девственницей до брака хочет быть. — Он широко улыбнулся. — Однако могу сказать, что как она на тебя смотрит — так на друзей не смотрят.

— Много ты знаешь о дружбе. У девочек там тоже сильные душевные связи. — Я скривился, пока это произносил. — Я уже начинаю её ненавидеть.

— Ханна уверена, что ты нравишься Эмбер. Верить в это или нет: решай сам. — Он подмигнул мне и ушёл обратно в дом. Я сжал челюсти и выкинул сигарету. В душе была темнота.

***

Эмбер странно себя повела. Оказалось, ей больно стало от того, что я Мирту трахнул. Да ладно! Ей не всё равно на меня? Я ей не просто друг? Вот это неожиданно!

Но она всё ещё общалась с этим чёртовым Мэттом! У него богатые родители! И он гораздо лучше меня!

Первый шаг я точно не собирался делать. Не отношения, а не пойми что. Поэтому Эмбер сама пришла. Неужели я ей, как парень, нравился?!

Но она продолжала общаться с Мэттом! Когда я увидел их в кафе, то чуть с ума не сошёл. Подцепил какую-то левую девушку, лишь бы Эмбер позлить. Вот только не рассчитал, что она заплачет… Мгновенно вскочил, решившись её утешить. Не смог по-другому. Мне было наплевать, что друзья подумают.

Это я всё-таки Эмбер обидел… Хоть и посидел с ней в кафе, но чувствовал себя виноватым. Поэтому пришёл к ней домой. Когда увидел кучу таблеток у неё в комнате, лишний раз понял: вот же опять я влип. Видимо, таков мой вкус.

Я был счастлив, что всё налаживалось впервые за долгое время. Мы, кажется, помирились. Хотел найти эрогенную зону у неё на спине, чтобы доставить удовольствие. Оказалось, что у Эмбер вообще никакого сексуального опыта. Ни петтинга, ни… Про оральный даже не говорю, конечно не было. О чём я думал?

Смотрел в лицо Эмбер и чувствовал себя конченым каким-то. Буду терпеть. Долго, видимо. Да поможет мне правая рука. Не буду Эмбер портить.

Никогда не думал, что мне будет достаточно лишь поцелуев и улыбок. Утопал в удовольствии, радуя Эмбер. Решил с ней в Балтимор съездить, а оно вот чем всё обернулось… Пока Эмбер была с папой, почитал купленную ею книжку по ПТСР. Не понял, оно у меня имелось, что ли?! И зачем Эмбер об этом читать?

Она разрыдалась из-за отца, а я ещё и добил, придурок. А что мне, ей врать, что ли?! Я поэтому и не настаивал на сближении, потому что не уверен в наших отношениях.

— Оставайся на ночь, — пробормотал я, не желая отпускать Эмбер сейчас.

— Ну уж нет, вот женишься на мне, тогда и буду на ночь оставаться. — Она оторвалась от меня, посмеиваясь.

Жениться? Я вглядывался в Эмбер, в её горящие глаза и покрасневшие щёки, и осознание того, что я и правда могу на ней жениться, уносило землю из-под ног.

Эмбер спросила меня тогда в спортзале, смог бы я на ней жениться, и я впал в ступор. В ступор, потому что в перспективе я бы взял её замуж. Да, я держа в голове, что много всяких сложностей и условностей. Мол, у меня денег не было, жилья, её мама меня не любила… Но влюблённость как-то добавляла оптимизма.

— А я женюсь, — на полном серьёзе вдруг ответил я, и Эмбер расхохоталась и толкнула меня в бок. До меня только дошло, что она пошутила.

— Да конечно, Майкл. Ладно, если ещё чуть задержусь, то у мамы будет куча претензий ко мне. — Она тяжело вздохнула и пошла убирать тетрадки в рюкзак.

Неужели моё предложение правда так смешно звучало? Я потёр переносицу, наблюдая, как Эмбер собиралась уходить. Она думала, что я не мог ей серьёзно это предложить?

А я ведь начал размышлять об этом.

Анабель стала дёргать. У неё обострилась болезнь, наступил депрессивный период после маниакального. В очередной раз бывшая меня позвала, а я знал, что Эмбер там наверняка из-за этого бесилась.

Отвёз Анабель домой, помог лечь в кровать.

— Давай проясним кое-что, — тотчас произнёс я, хотелось завершить всё поскорее. У меня было плохое предчувствие из-за Эмбер. — Я не мать Тереза, Анабель.

Обязан был объясниться с бывшей, чтобы она перестала ухудшать наши с Эмбер отношения! Помню, когда-то Анабель обещала это делать: «Я сделаю всё, чтобы у вас с ней не вышло. Ты усёк?» Тщательно приводила план в исполнение! Но нет, сколько можно это терпеть? Да, я понимал, Анабель плохо, но я больше не её парень, чтобы с ней носиться!

Я столько раз думал: может, мне стоит быть с Анабель? А потом представил, как её родители раз за разом будут меня подавлять своей властью, играться, как собачкой на привязи… Как Анабель, со своим расстройством личности, будет устраивать невесть что. Она ведь уже мне изменила. Изменила один раз, изменит ещё раз. Я похож на идиота? Мне такого букета не надо. Да, Анабель гонялась за мной, безумно любила… Слепое обожание мне приятно. Однако не вариант всё это. Ну не хотел я быть с ней! Не хотел и всё!

Продолжил уже более уверенно:

— Я знаю, что у тебя диагноз. Тебе тяжело. Но мне тоже тяжело. Я забочусь о тебе, потому что ты мне всё ещё небезразлична, Анабель, — понизил голос. О своих чувствах очень непросто говорить. Горло как будто стягивало в такие моменты. — Но я не могу и не буду по щелчку твоих пальцев действовать. Понимаешь это? — Склонился к ней, замечая, что она погрустнела. — И давай будем честными: если бы ты смешала эти таблетки с алкоголем, то уже была бы в больнице — и это лучший из вариантов. Я типа повёлся, да.

— Майкл, мне правда стало плохо, — пробормотала Анабель. — Неужели ты совсем не скучаешь по мне? А я по тебе очень. — Она потянулась ко мне, и я мгновенно увернулся.

— Анабель, у нас был крышесносный секс. И я по нему скучаю. Но считаю, что нам лучше порознь. Секс не перекрывает всё остальное.

— Ах вот оно что! — вдруг расхохоталась Анабель, причём истерически. — Ладно, что ж! Иди! Пускай Эмбер удивляет тебя в постели… Нашёл мне замену — ладно! Или… — Пристально посмотрела на меня. — У вас нет секса.

— Анабель, я рад, что тебе лучше. Пока. — Сразу отправил Эмбер смс, что скоро буду.

— Она тебя динамит, Майкл. Ты такой дурак, — просвистела Анабель, когда я уже повернулся.

— Да какого хрена тебе надо-то? — Обозлённый, я вернулся к её постели.

— Вертит-крутит тобой, а ты жалок.

— Мы с ней встречаемся меньше месяца, что ты городишь! — не сдержался и повысил голос. Она умела меня бесить.

— Как будто ты забыл всё то, что было раньше. — Анабель холодно улыбнулась. — Эмбер и раньше тебе не давала. Потому что ты и без того будешь бегать за ней, как собачонка. Сколько у неё таких Майклов, как ты? Может, кому-то она и даёт. По крайней мере, так, чтобы сохранить свою девственность. Сам знаешь, есть и другие пути.

Я подскочил к её постели и тотчас остановил себя от насилия.

— О, ты завёлся, я смотрю. На больное давлю?

Теперь увидел, что Анабель пошла в родителей. Те тоже легко могли оттаптывать на моей гордости.

— Тебе везёт, что я добрый, — говорил я, еле ворочая языком. Меня трясло. — Однажды тебя могут за твои провокации и ударить. А насчёт Эмбер… Ты можешь говорить что угодно. Но я не слепой и вижу, что она во всём неопытная. В отличие от тебя, — не смог не поддеть её. Видел, что Анабель сжала челюсти и разозлилась. Приблизился к её лицу, желая закрепить превосходство. — Сосёшь отлично. И я так и не узнаю, сколько членов было в твоём рту.

Анабель отвесила мне оплеуху, и я поморщился.

— Я делала только тебе! Майкл! Мне обидно. — Она мгновенно разрыдалась. И самое худшее — что я не мог понять, где её игра, а где она настоящая.

— Я не хотел этого говорить. Отвёз тебя домой, как и обещал, — под конец уже шептал, не веря, что опять на грани — Анабель зарыдала, и мне стало стыдно. Что она творила со мной?

— Уходи к своей святоше и занимайся с ней высокой любовью, — хныкала Анабель, сотрясаясь. — Раз любишь её — вперёд, страдай. У меня больше нет сил ни на что. У меня тоже есть чувства, понятно?! Я тебя люблю, поэтому делала тебе приятное. Можешь осуждать за это и думать обо мне, как о шлюхе, и дальше. И, знаешь, делай со своей Эмбер, что хочешь. Хоть ноги ей целуй. А у меня… есть дела поважнее. Поступление, будущее, — словно утешала она себя, постоянно вытирая быстро появляющиеся слёзы.

Я вышел от неё, совсем опустошённый. Вот это состоялся разговор… Но это ещё было только начало вечера. Эмбер не отвечала на мои звонки и смс.

***

Откровение Эмбер для меня стало полной неожиданностью. Мы пробудили её чувственность. Даже не знаю, хорошо это или плохо… Знал, что мог немного надавить, и переспали бы, но не стал. Если бы она хотела, то сказала бы мне. Так что пока петтинг. Без лишения девственности и страха залететь (и испортить себе будущее).

— Я счастлив, что всё так, — шептал я, пока Эмбер тихо лежала рядом со мной. Сначала её сердце продолжало учащённо биться, а потом чуть замедлило ритм. Она молчала, и её глаза всё больше закрывались. — И готов ждать, сколько понадобится.

Эмбер быстро уснула, и я ещё долго на неё спящую смотрел. Похоже, что она получила первый оргазм, и я был этому безумно рад. А ещё… не видел её грудь раньше. Вспомнил, как Эмбер соком облили и я еле уговорил себя не смотреть на футболку, под которой чётко виднелись соски. Ох эти замечательные моменты, когда девушкам холодно…

Осознавал, что срочно надо переодеться. С Эмбер мне приходится слишком часто стирать одежду! После этого решил попить воды, а то в горле всё пересохло. Там же и маму встретил — и застыл.

— Мам… А ты не спишь так поздно?

— Да вот снова бессонница. Вы меня разбудили. — Она мне подмигнула, в то время как я весь похолодел и прирос ногами к земле. — Кажется, в последний раз ты краснел, когда писался в детском саду. И вот снова!

— Мама! — Я дотронулся рукой до лица. Неужели правда покраснел? — Мам, такого больше не повторится. — Посмотрел в пол.

— Да ладно, Майкл! Радуйся, что это был не Тони, а то пришлось бы объясняться. А я-то понимаю.

— Вроде же тихо было… — Я тяжело выдохнул, не понимая, что пошло не так.

— Я просто проходила мимо двери в тот момент.

Молчание. Не знал, куда себя деть.

— Рада видеть тебя счастливым, Майкл, — вдруг сказала она, когда я, пристыженный, собирался возвращаться в комнату.

— Ты не ругаешься на нас, потому что Эмбер похожа на тебя?

— Что? Где мы с ней похожи? У нас совершенно разные носы и форма губ. Майкл, мне нравится Эмбер, потому что с ней ты очень радостный. Я не видела тебя таким счастливым вот уже два года, как Джеймс умер. Можешь возражать что угодно, но с Анабель ты таким не был.

Был поражён словами мамы. Но, наверное, со стороны виднее. Я на самом деле ощущал счастье и душевный подъём. Вернулся в комнату — Эмбер всё ещё спала. Укрыл её покрывалом и прижал со спины к себе. Всё ещё не видел нашего будущего, но как от Эмбер теперь отказаться?

***

Мы играли в Mortal Kombat, Эмбер раз за разом проигрывала и озорно хохотала, пока тыкала на все кнопки подряд. Я хотел быть как можно ближе к ней, завёлся даже, посматривая на её ноги в коротких шортах. Но как специально к нам присоединился этот сынок шерифа Рейгана, что меня неимоверно раздражал! Причём раздражал и отец, и сын!

Гейб ухмыльнулся, зная, что прервал нас. Видите ли, мама Эмбер посоветовала ему пойти к ним посидеть. Миссис Уинтер ведь не знала, что я тоже тут присутствовал. Офигительно! Гейб нагло ворвался и сел прямо между Эмбер и мной.

Знала бы она, что Гейб по ней сох столько времени. Он и раньше меня терпеть не мог, а теперь каждый раз желал испепелить взглядом. Ну-ну, удачи! Эмбер вела себя с ним дружелюбно, и на этом всё. Карл тоже попал во френдзону, как и Мэтт. Только мне удалось вырваться! И то непомерными усилиями…

Гейб вставлял свои неуместные комментарии и всячески нам мешал. С его папашей у меня отношения и так натянутые, поэтому я решил не усугублять, однако хотелось поставить Рейгана младшего на место.

Решил уйти, чтобы не сорваться, а Эмбер прошла следом за мной.

— Не обижаешься, что всё так?

Я покачал головой и притянул любимую к себе.

— У нас ещё куча времени. — Поцеловал её в губы, слишком желая сейчас проигнорировать Гейба и пойти с Эмбер наверх, но тот мог настучать.

Она грустно мне улыбнулась, сказав, что очень ждёт нашего выступления в театре, чтобы на репетициях вновь свидеться со мной.

Я тоже хотел её видеть. Однако не знал, что это были наши последние совместные моменты. И лучше бы я тогда на хрен послал Гейба, а не изображал из себя миротворца.

***

Мышцы вновь болели, но и работать, и плавать в бассейне нужно было, поэтому терпел. Поздоровался со всеми и прошёл к моим любимым коробкам, которые только и ждали, чтобы я их поднял.

Что там внутри, интересно? Консервы? Подхватил коробку и быстрым шагом направился в зал, иначе мне не успеть все их отнести до конца рабочего дня. Я чуть не уронил предмет себе на ногу, когда увидел маму Эмбер с папкой в руках.

— Майкл? — Она прищурилась. — Ты что же — здесь работаешь?

— Да… — до меня всё ещё медленно доходило. — Только по выходным. Эмбер говорила, что вы работаете в магазине, но я не знал, что в этом.

— По будням. Поэтому мы не сталкивались. — Миссис Уинтер окинула меня взглядом и зацепилась им за мой грязный рукав. Мне сразу же стало неловко.

— Приятная встреча. — Я попытался изображать энтузиазм, но на деле был напуган.

— Ага… — Она нахмурилась и закусила губу, как будто обдумывала решение слишком сложной задачи. — По-моему, отличная возможность для нас поболтать.

Я поставил коробку рядом с собой на пол и со всей внимательностью посмотрел на маму Эмбер. Она цвела — взгляд горел, шла чуть ранее лёгкой походкой, так сказать — женщина, полная жизни. Эмбер сейчас тоже такая. Особенно после оргазмов. Что, шериф Рейган, вы доставили маме Эмбер приятное?

— Майкл, ты вот зачем это всё устроил? — Она поспешно положила папку на полку и скрестила руки на груди.

— Что именно, миссис Уинтер? — хмыкнул я, задетый.

— Весь этот год. Разве ты не участвовал в расшатывании её психики своими поступками? — вела миссис Уинтер разговор в таком тоне, словно я пятилетний ребёнок, который украл конфетку в магазине и теперь выслушивал нотации от мамы.

— Что, простите? Я не понимаю, о чём вы.

— Всё ты понимаешь. Но это не тебе Эмбер потом лечить.

— В смысле лечить Эмбер? — Я наклонился чуть ближе. Между нами было расстояние в несколько метров. Пара рабочих прошла мимо — работа кипела без нас.

— Майкл, не строй из себя дурака. Эмбер психологически нестабильна. Она не отошла от произошедшего, и я привезла её сюда, в тихое место, чтобы она подцепила тебя — такого же! — на эмоциях кричала она, а я стоял как вкопанный.

— Такого же? — прошептал я следом за её фразой. — Что это значит?

— Как я себя отвратительно чувствую из-за того, что у меня всё хорошо, а у моей бедной девочки. — Она схватилась за горло. — Всё паршиво… Такого же, как бывший урод! Разве Эмбер не рассказывала тебе?

Я похолодел.

— Нет. Не рассказывала.

— Был у неё одноклассник в Балтиморе. У них завязалось общение. Парень с тем ещё поведением. Мучил мою бедную Эмбер! Она даже не понимала сначала, что происходило. Я и сама лишь позже в тему психологического насилия вникла… Произошедшее её подкосило, и она впала в депрессию. Я не знала, как её спасать. Думала уже вести к психотерапевту, а потом вот решила помочь ей: сменить обстановку.

«Психологическое насилие».

Я содрогнулся, вновь прокрутив эти слова в голове. Теперь всё обретало смысл. «Такого же» — неужели Эмбер увидела во мне его? И поэтому от меня носилась с самого начала? Неужели я тоже использовал психологическое насилие, того не осознавая? Я вспомнил последний разговор с Анабель… И как на неё срывался. Это было грубо. Восстановил в памяти все свои вспышки гнева. Я делал много плохого. Получалось, я тоже нехороший человек. Поэтому Эмбер и…

Эмбер впала в депрессию из-за того парня, а потом, осенью, из-за меня.

И понятно, почему она мне про это не рассказывала. Ясно.

— Оставь мою девочку в покое, — срывающимся голосом продолжила миссис Уинтер. — Пока не наделали глупостей. Не хочу её в восемнадцать лет вести на аборт.

— У нас ничего не было, — проговорил я, всё ещё не в силах прийти в себя после раскрытия такого факта из биографии Эмбер и того, как все события логически выстроились. Словно недоставало последних пазлов, но теперь-то всё прояснилось…

— Ты девочке двенадцати лет можешь эти сказки рассказывать. Я тоже была молодая. Да и Эмбер, похоже, темпераментом в меня. Майкл, кого ты хочешь обмануть?

Я поднял на неё взгляд — миссис Уинтер внимательно рассматривала моё лицо. Вспомнил, каким счастливым себя ощущал, наблюдая, как Эмбер испытывает оргазм. М-да, ещё чуть-чуть и переспим. Обманывать здесь некого. Мы и так с Эмбер уже далеко зашли. Вспомнил вечеринку по случаю окончания театра… Эмбер та ещё огненная девушка. И мне это слишком по вкусу.

Главное, что я пытался быть лишь только романтичным с ней, но это нереально. Она слишком привлекательна для меня во всех смыслах. Испытывал гордость за то, что она открывает свою сексуальность вместе со мной. Вместе с тем хотелось её сберечь. Странные двойственные чувства.

— Миссис Уинтер, я не знал о том, что над Эмбер издевался тот парень. Я вообще с хорошими намерениями…

Ощущал огромную подавленность и апатию.

— Благими намерениями, как известно, вымощена дорога в ад, Майкл, — язвительно заметила миссис Уинтер и поправила короткие каштановые волосы. — Какое у вас будущее? Кто ты, Майкл? Что ты ей дашь? Не тяни её вниз. Ты экзамены наверняка завалишь, денег у вас в семье не особо, так что останешься в Редхилле. А вот Эмбер уедет в Балтимор.

Не мог поверить, что она произнесла то, что сидело в моих мыслях долгое время, как паразит.

— Вы молоды, зачем вообще так себя ограничивать? Тем более, Майкл… Ты ведь ещё не нагулялся. Зачем тебе Эмбер? Видишь же, что она не того поля ягода.

— Я бы её не обидел. У меня к ней чувства, — проговорил, ощущая, как сильно пересохло горло.

— Вот как, — поджала миссис Уинтер губы. — А чем докажешь?

— Чем я могу доказать?

— Женишься на ней? — рассмеялась она. — Раз любишь и так серьёзен?

— Она сама говорила, что не хочет так рано замуж, — пробормотал я, поражённый таким высказыванием. Одно дело — думать о том, что я когда-либо могу на Эмбер жениться, а другое дело — делать это по указке её матери.

— Отговорки, Майкл. Но я понимаю твой страх, — с сочувствием сказала миссис Уинтер, чем только взбесила меня. — Не надо никому ничего доказывать. Просто пожалей Эмбер.

А, догнал. Она просто решила взять меня на слабо, зная, что я дам заднюю. Приличных слов на неё не осталось.

— Что вы хотите от меня? Чтобы я бросил её? Усугубил её состояние? — Я не скрывал злости. — Чтобы она разом всех мужчин возненавидела?!

— Это меньшее зло. Мы уже с её отцом договорились о приёмах психотерапевта в Балтиморе. Эмбер будет лечиться. Ты не представляешь, как я боюсь, Майкл, за неё. Сейчас она в экзальтации, а через день вдруг впадёт в сильную депрессию. Или того хуже, совершит попытку суицида.

— Нет никакого меньшего зла, — обозлённо продолжал я. — Вы не пробовали контакт с дочерью наладить?

— Ох какой умный нашёлся! Может, тебе не стоит указывать, что мне делать? Эмбер — очень закрытый человек. Открывается она только, похоже, Лоре.

— Лоре? — переспросил я. Не слышал про неё. Вроде не было общих предметов с ней.

— Её подруга со школы в Балтиморе.

Вот оно что. Лора — её лучшая подруга, значит.

Я протёр глаз, не зная, как продолжать беседу с мамой Эмбер.

— Ты не представляешь, как это — словно сидеть на пороховой бочке и не знать, когда твоя дочь вновь впадёт в депрессию! — истерично закричала она. — Она ещё не готова к отношениям. Я прочитала материалы по данной теме. Ей нужна хорошая терапия с профессионалом. А ты, Майкл, только усугубляешь. Конечно, спасибо за то, что ты некоторое время подержал её в хорошем настроении.

У меня не хватало слов на всё это.

Я и раньше сомневался, быть ли нам вместе с Эмбер. А теперь слова миссис Уинтер словно перевесили чашу весов.

— Она обязательно найдёт хорошего человека. Но позже. Когда поправит ментальное здоровье, — приговаривала мамы Эмбер, как будто утешая саму себя. — Майкл, я не жду, что ты вдруг послушаешься меня. Но теперь ты знаешь, как я переживаю и что ты теперь тоже ответственный за её душевное здоровье.

— Говорите, что я не знаю, как это — сидеть на пороховой бочке, да? Моя мама находилась в тяжёлой депрессии и совершила попытку суицида. Вы же любите сплетни от соседей. Расспросите у них про это, — рявкнул я и отвернулся. — Я не хочу быть тем, кто забьёт гвоздь в крышку гроба. Вы меня подставляете, миссис Уинтер. Хотите козлом отпущения сделать, да? Вы не думаете, что Эмбер после расставания что-нибудь с собой сделает?

— Майкл, я вообще не могу быть ни в чём уверена с ней. Но я хочу лучшего для неё.

Ага, лучшего, чем я, ну понятно. Тупой Уокер с административными нарушениями, из провинции. Бедный, без будущего.

— Упрёк в мою сторону, спасибо, — ёрничал я, желая поскорее завершить разговор.

— В следующий раз лучше заботься о своём реноме, Майкл, — холодно произнесла она. — Надеюсь, что ты меня понял.

— Я вас услышал, — отрезал я и пошёл за остальными коробками. Таскал их до вечера. Миссис Уинтер мгновенно покинула меня, захватив свои несчастные документы, из-за которых и припёрлась. Эмбер присылала мне смс, но я не читал. Меня душила обида. Эмбер не посчитала нужным рассказать о том, что пережила. И, оказалось, я на того парня из Балтимора похож. Я плохой, да?

Разрушал её психику?

Тянул её вниз?

Может, и Анабель ментально стало хуже именно рядом со мной? Да уж лучше тогда одному быть, раз я такой монстр.

Не мог принять, что придётся с Эмбер порвать. Мысль о том, что она впоследствии будет с другим, расщепляла меня на атомы. Я правда пошёл и побил стены, чтобы выместить агрессию.

Хотя, что я так злился? Ведь Эмбер достойна лучшего. Лучшего, чем я.

Осталось придумать, как ей об этом сказать и не спровоцировать её на какие-нибудь глупые действия с собой.

Признался миссис Уинтер в чувствах к Эмбер, подразумевал любовь, но заветные три слова было не так легко произнести. Я любил Эмбер. Вернее, пытался любить, как это правильно.

Не хотел, чтобы с ней, как с Анабель вышло. Мог ли я вообще нормальные отношения выстраивать? Опыт подсказывал, что нет.

Глава 53. Надеясь на лучшее

Майкл

Я лежал и смотрел в потолок. Курение успокаивало. Не рассчитал только, что мама вдруг раньше с работы вернётся. Залетела ко мне в комнату и тотчас отчитала за то, что я дымил.

— Забыл. — Поднялся на локтях. Мгновение спустя завибрировал телефон. Наверное, Эмбер опять что-то написала. Мне нужно было подумать, вдали от неё, чтобы принять здравое решение.

— Майкл, что случилось? — Мама пристально посмотрела на меня, а затем её взгляд смягчился. Она довольно часто была проницательной.

— Ничего, мам. — Я отмахнулся и вновь лёг головой на подушку.

— Ладно. Если захочешь поговорить, то я внизу. И, ради Бога, перестань курить в комнате! Сколько раз я тебе говорила уже! Выйди и травись на улице, а то мы этим дышим. — Она прикрыла нос и вышла, хлопнув дверью.

Ну вот. Меня накрыло чувство вины. Пошёл открыл окно настежь, проветривая. Задержался, посматривая вдаль: тёмный лес, пруд и полная безнадёга. Отлепился от подоконника и достал небольшую коробку из ящика стола. Раскрыл — кольцо с совсем маленьким изумрудом: от бабушки досталось. Считай, самое дорогое украшение в семье, фамильное, изумруд-то настоящий, хоть и крошечный. Когда у нас настала жесть с финансовым положением, я сразу же пошёл продавать драгоценности, но это кольцо мама запретила продавать. Я тяжело выдохнул, смотря на него. Что уставился?!

Ну, куда жениться в восемнадцать лет? Бред.

Я закрыл коробочку и вновь положил обратно в ящик. Это ещё мама не просекла, что я утащил кольцо из её спальни. Мне нужно было принять решение: действительно ли я настолько люблю Эмбер? Нужно ли всё это?

Вот поженимся мы. Допустим. А дальше что? Она в университет, а я куда?! На работу. На какую? Продавцом, грузчиком? У Эмбер наверняка ещё будет куча поклонников, причём не таких нищих, как я. Не зря её папа уже какого-то кандидата приготовил… Я сел и схватился за волосы, потянул, словно стараясь вырвать. На деле же — небольшой дискомфорт немного отвлекал.

Кто я вообще? Чем примечателен? Нужен ли Эмбер? Вспомнил разговор с Анабель.

« — Майкл, ты не представляешь, какой ты красивый, — шептала она, целуя меня.

— Ты шутишь? — Оторвался от неё. — Могу понять, что какой-нибудь Брэд Питт красивый или Джордж Клуни, но я?! Никогда себя красивым не считал. Симпатичным — возможно.

Анабель рассмеялась. У неё был сияющий взгляд.

— Ты себя принижаешь. Зачем сравниваться с мировыми секс-символами?

— Это называется трезво себя оценивать, — фыркнул я, отодвинувшись».

Денег не было, и не предвиделась быстрая карьера. Разве что благодаря родителям Анабель, но не желал я такого для себя, вот и отказался.

Может, я харизматичный? Да я тупые подкаты в интернете вычитал, только потому что понял, что девочки не велись на нормальных, спокойных парней. Пришлось немного клоуном стать. Иначе считали неудачником.

«В меня кинули скомканный лист бумажки. Я обернулся и наткнулся взглядом на Нейтана, что обжимал Кейт.

— Что зыришь? — огрызнулся он. — Завидуешь?

Совсем недавно я защитил Кейт от него и ещё получил за это. Оказалось, ей такие отношения были по нраву.

А теперь Нейтан взялся меня травить. Я развернул бумажку — в ней ничего не было. Сжал кулаки от злости. Как же было сложно сдерживать гнев, что рвался наружу постоянно. Записался в баскетбольную команду, лишь бы только сбросить негативную энергию. От злости недавно сломал дверцу шкафчика.

— Она тебе всё равно не даст. Да и кто тебе вообще даст? — расхохотался Нейтан, залезая Кейт под юбку. Всё доказывал мне, какой он альфач. А-то я не понял ещё. Спасибо за доказательство!

Я видел, что Кейт была хорошая девушка, просто запуталась очень. Да и секса не хотела — я слышал обрывки разговоров. Нейтан типа терпел и ждал, при этом спал с другими. Наверняка Кейт уже согласилась под него лечь, чтобы Нейтан не переключал внимание на соперниц. А вообще она девочка из хорошей семьи. Мы вместе с ней в детстве на службы в храм ходили. Кейт умненькая и симпатичная, в общем, она мне нравилась. И вместо благодарности за свою помощь, я ещё и получил крики от неё. Мол, я виноват, что Нейтан разозлился.

Офигительно.

Отвернулся от милующейся парочки. Кейт совсем изменилась, стала одеваться шлюховато, наносить вызывающий макияж и так далее. Мне было её жаль, но ничего не мог больше сделать. Пускай дальше катится в пропасть. Однажды Нейтан её, использованную, выкинет — это в его стиле.

Старшеклассницы тоже взялись надо мной подшучивать, вторя их альфачу. И я, в некоторой степени, их ненавидел. Тупые расфуфыренные куклы, которые только одним местом могли работать.

Затаил на них обиду. Думали, что я не смогу их трахнуть? Как будто это очень сложно.

Смерть папы меня морально подкосила. Нейтана больше не было в школе. И тогда я решил, что пора. Девушки, особенно подшофе, уже были менее стервозны. Я решил немного отыграться. Причём на тех же. Дождался, пока они приедут из колледжа к нам тусить. Первый раз у меня был с давалкой и неудачный, но решил, что на этот раз всё получится. Предвкушение мести меня распаляло.

И только после секса я спросил:

— Помнишь, ты говорила, что никогда мне не дашь?

Крис словно протрезвела и вгляделась в меня.

— Малыш Уокер?!

— Прошёл всего год. — Я облизнул нижнюю губу. Ощущение победы не покидало. — Я не мог кардинально измениться.

Она усмехнулась, оттолкнула меня и начала собирать свои вещи с пола.

— Нейтану привет. — Я широко улыбнулся. Именно с ней он постоянно спал, пока «ждал» Кэти.

— Передам. — Она подмигнула мне. — А ты хорош. Не ожидала от тебя. Забираю обратно слова про маленький член. Пока, Майкл. — Крис послала мне воздушный поцелуй, а меня воротило. Бухая, потная, с резкими духами, ужасно сделанными длинными ногтями, словно у росомахи… Как я её имел-то без отвращения?!

Она уже почти ушла, виляя бёдрами, когда я добавил:

— Раньше из-за пуш-апа думал, что у тебя сиськи больше. А у тебя их практически и нет.

Крис мгновенно обернулась, желая испепелить меня взглядом.

— Ну и говнюком ты стал, Уокер! Раньше хоть молчал, придурок!

Она, обиженная, выскочила из комнаты. Выкуси!

А что поделать, если мне нравился размер побольше, а не её нулевой?

Вернулся в гостиную, довольный собой. В принципе, жить можно было».

И спустя время понял, что меня всё ещё привлекают милые, застенчивые девушки, которые не таскаются по впискам и не отдаются после нескольких бокалов. Вспоминал Кэти — жаль, что с ней так вышло. Вот Анабель явно не была девочкой, о которой я мечтал. Вот такие, как Анабель, и изменяли просто так!

Эмбер идеальна для меня. Не пила, не курила, по впискам не таскалась (ну, почти), не спала с кем попало — девственница, блин. Раз она не пила, да и ещё девственница — конечно, она не могла изменить. Гениально! Эмбер прекрасный для меня вариант. И это я ещё не упомянул её внешние параметры — её тело для меня идеально.

Однако… вдруг будет ещё такая девушка в моей жизни? Просто позже? Когда я буду более успешным, чем сейчас? Мне всего восемнадцать.

Опять захотелось закурить, но я сдержался, продолжая проветривать комнату.

Эмбер ждала от меня чего-то серьёзного, оно и понятно — она серьёзная девушка. Но мог ли я сейчас ей предложить серьёзное? Сам сопляк ещё…. Без денег, связей, без перспектив… никчёмный.

С каждым днём лишь больше убеждался, что миссис Уинтер была права, да и все окружающие правы. У Эмбер впереди лучшая жизнь в большом городе. Я ей зачем? Балласт какой-то. Бестолковый причём. Нигде успехов не добился. В учёбе еле справлялся, получая удовлетворительные оценки, на тренировки по баскетболу постоянно забивал, а на работе копейки получал. И кому я нужен?

Даже Анабель чуть позже поймёт, что сможет найти себе кого-то получше, чем простого провинциального парня.

Всё-таки выкурил ещё одну сигарету и решил окончательно — с Эмбер надо рвать, пока далеко не зашли.

***

С Эмбер было легче расставаться, чем с Анабель. Да и чувствовал себя вполне нормально. Немного грустно — и всё. Она не устроила истерики и приняла моё решение. А что, так можно было? Конечно, без криков не обошлось, однако с Анабель было намного хуже. Вот только Эмбер с уроков сбежала после нашего разговора. А на следующий день и вовсе не пришла…. Твою же мать!

Схватился за голову. Что там с моей девочкой? Неужели ей настолько больно? Избавилась от балласта, но плакала?

И вновь Эмбер не оказалось в школе. Я чувствовал, как сердце льдом покрылось, а потом треснуло и разлетелось. Раньше не отдавал себе отчёта в том, насколько Эмбер больно из-за случившегося. Мне пришло слишком много плохих мыслей в голову: я никогда больше Эмбер не обниму, не поцелую, не утешу… Как оказалось, я тщательно маскировал боль от самого себя. И в один миг прорвалось.

В тот же вечер пошёл на вписку пить, чтобы немного расслабиться. В компании стали в бутылочку играть, мне выпало сексом с одной девушкой заняться, я и пошёл. Вот только возникла одна проблема: у меня не вставал никак. Это было шоком, причём огромнейшим. Удар под дых.

Лежала подо мной голая баба, а я не возбуждался. Это был полнейший капец. Как же я тогда разозлился, озверел просто. Что со мной? Застегнул штаны и выбежал из комнаты, тяжело дыша. Я почему-то безумно нервничал. Что не так? Раньше же порядок был. Нет, случались иногда всякие казусы, но после ласки руками точно вставал же!

Линда почти вышла, вся растрёпанная и недовольная, как тут я остановил её за руку и повёл обратно в комнату. Ну уж нет! Не хватало, чтобы о моей импотенции слухи пошли.

Сказал девушке сесть на меня и молчать. Прикрыл глаза, представляя Эмбер. Чувствовал, как девушка слабо дышала, и поласкал её руками, вспоминая реакции Эмбер. Линда была громче, но я полностью отдался во власть воспоминаний. И это помогло.

Она довольная повернулась ко мне, что-то сказав про мои странные предпочтения. Я повалил её на постель. Линда была распущенной и громкой. Готовая порно-актриса.

И, получалось, мне больше не нужно было только порно.

***

Эмбер тяжело переживала разрыв — я это видел, но ничего сделать не мог. Выкарабкается. Я продолжал спать со случайными девушками — ну, мог сказать, прогнозы плохие у меня. С эрекцией-то наладилось, а вот в душе помойка какая-то. Я больше не мог быть один. Мне срочно нужна была компания и что-нибудь покрепче. Иначе были велики шансы, что я надолго зарыдаю, жалея себя, бедного.

Мне казалось, что случайные девушки помогут забыть о Эмбер. Ну да… По итогу я теперь больше заводился от петтинга в качестве прелюдии.

Эмбер ещё и на вписку опять пришла! Оказалось, к ней парни приставали, а я не видел… Весь в себя ушёл, блин, и бухал… Вот же они ублюдки!

Эмбер сидела на постели, а я жутко нервничал, потому что постоянно опасался, что кто-то мог зайти. Мне так хотелось вновь быть с Эмбер — сердце при этом щемило. И при взгляде на Эмбер я не хотел её заваливать, а хотел просто дотронуться до её руки и найти успокоение.

Она для меня самая особенная и самая лучшая. И кто-нибудь однажды станет для неё лучшим и первым. Видимо, не я. От этой мысли мне дико больно, но что-то уж там… Раз я не смог взять ответственность, то всё.

Эмбер заладила: дай мне причину расставания! Да причина перед носом…. Просто не считал себя достойным. От её мамы услышал, что я на бывшего похож… Ну-ну. В том, что я плохой, не сомневался. Какой же я ещё? И Эмбер меня с самого начала боялась. А я пёр, как танк.

Да запал на неё сразу, что скрывать? А она на меня нет. Считала, наверное, прилипалой.

В тот вечер я уже ни с кем не смог даже поговорить. Совсем не было желания. Вышел с бутылкой на улицу, отошёл немного и зарыдал впервые за последнее время.

***

Я всё думал и думал — может, нам с Эмбер пожениться всё-таки? Ага, представил, как она меня пошлёт на хрен… Она же сама сказала, что слишком рано для свадьбы. А я после отказа уже не смогу быть с Эмбер. Это слишком унизительно.

Меня доводило до белого каления то, что Мэтт провожал Эмбер до дома. От Джесси услышал, что Мэтт позвал Эмбер на выпускной. Ух, как меня это бесило! Ненавидел я эту сволочь до посинения!

Мало того, что я носил коробку с кольцом в кармане, как последний неудачный романтик, так я ещё увидел улыбающуюся Эмбер рядом с Мэттом. Восторг! Я чувствовал себя идиотом: всё ещё размышлял о браке с Эмбер, носил кольцо, но при этом уже разорвал наши отношения! Понятно было лишь одно: я окончательно запутался. Разум говорил одно, а сердце вопило совершенно другое.

Когда пришёл домой, швырнул коробочку о стену. Потом чуть успокоился и поставил перед собой на стол. У меня сегодня было жуткое похмелье… Сидел рядом с кувшином воды, держался за раскалывающуюся голову.

Мама вернулась домой с работы и схватилась за сердце, увидев коробочку с кольцом.

— Майкл? Это что?!

— Кольцо, — буркнул я, невидяще смотря перед собой.

— Да я вижу. Зачем вытащил? Ты хочешь сделать Эмбер предложение? — встрепенулась мама. — Ты из-за этого такой смурной последние недели?

— Нет, мы расстались.

Моментально посыпались вопросы, на которые я неохотно ответил.

— Нет смысла, — с горечью продолжил я. — Она хорошая девушка, у неё ещё будущее впереди, а тут я… Неудачник из провинции. — Я открывал и закрывал коробочку, наслаждаясь ритмичным звуком.

— Знаешь что, неудачник из провинции! — вдруг повысила мама голос. — Ты добрый, замечательный мальчик! Ответственный, честный и порядочный! Не без недостатков, но у кого их нет? Работящий. Где такого ещё найти? Ты всё меришь денежным успехом. Но человеком быть — тоже ценность.

— Ну да. Скажи это американской мечте, — хмыкнул я. — Короче, всё кончено с Эмбер.

Мама поджала губы.

— Не думаю. У тебя ни на кого так взгляд не горел, как на неё.

— Мам, она уедет в Балтимор, и всё! — с отчаянием проговорил я. — Зачем я ей нужен буду? Да и вообще… как будто она такая одна. Все люди заменяемы.

— Твоя правда, Майкл. — Мама криво улыбнулась. — Только не боишься, что взвоешь без неё однажды?

Я свёл брови, не понимая, о чём она. Тогда мама продолжила, убеждённая в своей правоте:

— Сильно пожалеешь, что порвал с ней просто так.

— Мам, не просто так! Я тебе всё объяснил, — взорвался я, и тотчас Тони зашёл на кухню. Мама мягко сказала ему пойти наверх, чтобы не мешать говорить на «серьёзную тему». — У нас нет жилья, нет денег… Мне платят мало, а в Балтиморе я вообще буду без поддержки.

— Майкл, но вы можете решить эти проблемы вместе. Я помогу, — мягко говорила она, чем лишь больше досаждала. — Родители Эмбер…

— Да они меня терпеть не могут! Ты знаешь, что мне мама Эмбер сказала?!

Вкратце пересказал ей, и мама разозлилась.

— Слушай, это неправильно. Чем ты так не подходишь? Не видели они ещё плохих! Хочешь, я с ней поговорю?

Я усердно покачал головой.

— Пускай так всё. Родители Эмбер меня не одобряют. Да и мне самому не кажется, что нам стоит быть вместе. Эмбер ни разу не говорила, что чувствует что-то ко мне…. Отшивала перед этим два раза. Вдруг я просто ей навязался? — бормотал я в ладони. — Да и… Проблемы у неё с психикой. Вытяну ли я это всё?

Пришлось рассказать маме, что у Эмбер тоже депрессия, но в более лёгкой форме.

— Бедная девочка. И ты её бросил, зная, что у неё опять может быть такое состояние, — негодовала она, тем самым вызывая во мне стыд.

— Спасибо, мама! Теперь я точно плохой. — Я лёг головой на стол, спрятав лицо. — Бросил я, потому что мы ещё не сильно к другу привязались.

— Вот оно что… Майкл, я вижу, как тебе плохо последние годы. Все эти левые девушки, сигареты, выпивка и вечная работа. Только и делаешь, что забываешься, бежишь от чего-то. А с Эмбер ты как-то преобразился — за учёбу взялся, например. Меня перестали в школу вызывать из-за драк и плохой успеваемости впервые за долгое время. И курил меньше, пока с Эмбер был! Меньше огрызаешься, потому что стал менее дёрганным. Она делала тебя лучше. И если ты этого не видишь, то я заметила! Знаешь, если вам суждено быть вместе, то значит, так и будет. Либо ты, наконец, будешь уверен, что хочешь именно с ней быть и даже жениться, либо она… — не докончила мама фразу, а я и так на взводе был от её слов.

— Господи, зачем всё это было?!

— Ты по-настоящему полюбил, разве это плохо? Готов ради неё на всё. Вот кольцо вытащил. Майкл, ты думаешь, сейчас все бегут жениться?! Сейчас молодые женятся разве что по залёту. Майкл, вы там осторожны были, кстати?

— Мам, секса не было. Не будем об этом, — совсем не желал я об этом говорить.

— Ах вот оно что. Так это не секс был? Майкл… — Мама как будто не поверила мне.

— Она девственница. Не хотел с ней просто так. Но всё-таки гормоны… Поэтому… ну, был не секс.

— Вот как. Майкл, вот видишь, решил на Эмбер жениться, хоть у вас ещё и не было, а с Анабель это что было? — Она склонила голову и явно меня обвинила.

— Мам, это молодость! — Я всплеснул руками. — Было и было. Что теперь?

— Майкл, то есть со всеми остальными ты мог просто так, а с Эмбер нет? — не отступала она. — Всё-таки любишь её. И обрёк себя на страдания.

Молчание. Я сидел, уставившись в одну точку. Мама вдруг начала расспрашивать, как там мои экзамены, и на заявление о том, что я никуда не поеду после выпускного, она вдруг на меня заорала. А до этого была само спокойствие и понимание.

— Поедешь в Балтимор, как миленький! И чтобы я не слышала потом претензий в свой адрес, что из-за нас с Тони ты загубил молодость в этом захолустье! Всё, Майкл, разговор окончен!

Видел, что она разгневалась. Я, похоже, тоже.

— А кольцо оставь у себя, — сказала мне мама напоследок.

— Оно дорогое.

— Знаю. Если не будет хватать денег, то продашь его, уже когда один будешь жить в Балтиморе. Майкл, я понимаю, что не лучшая мать для тебя, но не позволю сгнить здесь. Реализуй свои амбиции, если тебе хочется. Мне и так до конца жизни будет стыдно за свою слабость — я подвела тебя и Тони. И если бы не ты — непонятно, что было бы с нашей семьёй…. Я виновата, Майкл, перед тобой. Очень сильно виновата. Ты не должен был взваливать на себя столько ответственности. Это было неправильно, не по возрасту тебе… В шестнадцать лет нужно было лишь играть в компьютерные игры и учиться, а не постоянно искать подработки… И из-за случившегося ты теперь такой… задавленный, что ли. Езжай в Балтимор и живи, как хочешь. Пей, кури, спи с девушками. Не хочешь быть с Эмбер — так молодец, что бросил её. Я тебе ничего не запрещаю уже давно. Только определись, чего именно ты хочешь и что сделает тебя счастливым.

Мне казалось, что я вот-вот заплачу. Мама тяжело выдохнула и отошла от меня. Я встал из-за стола, захлопнул коробочку и отнёс в комнату. М-да, ну и разговор вышел.

***

Короче, набухался я на выпускном и не жалел. Мне удовольствие, что ли, доставляло видеть все эти знакомые рожи? Видеть, как Эмбер с Мэттом миловалась? Естественно нет!

Меня наградили королём школы, но я знал, что это чисто из-за моих отношений с королевой сей земли Анабель Хилтон, поэтому было по хрен. Жаждал разломить коронку в руках, но Анабель меня заранее отчитала и отняла пластик. Голова плыла, и впервые после той ужасной встречи решился с Эмбер заговорить. От алкоголя был храбрее.

Она стояла такая красивая, маленькая и беззащитная. Вспомнил её предложение поехать вместе в Балтимор. Тогда она сказала, что любым меня готова принять… Ага, конечно! Так что правильно я всё сделал.

Услышал, что ей противен, и всё, меня охватил гнев. Руки в кулаки сжались, и силой удалось сдержаться от погрома рядом стоящего стола. Эмбер повернулась ко мне спиной. Знаешь, Эмбер, да вот иди ты тоже, куда хочешь! И с кем хочешь!

Я обратил всё своё внимание на Анабель, потому что хотел сделать больно Эмбер. Нет, а что она думала? Что я на коленях перед ней буду ползать? Я уже и так за ней таскался! Выставил себя посмешищем.

В тот вечер пожалел, что с Эмбер не переспал, а потом понял, что всё сделал правильно. Так бы Эмбер меня совсем прокляла, мол, я воспользовался ею и выбросил. Но и без того, как оказалось, она меня ненавидит…. Что сказать — охренительные новости!

К Анабель домой направилась куча народа, и Эмбер там не было. Наверное, ушла с Мэттом. Зачем, куда, на хрена?! Меня всего сотрясало от ревности, и я заливал в себя больше водки, которую стащил из бара родителей Анабель. Они мне задолжали. И вообще у них такой богатый разброс алкоголя — любой магазин позавидовал бы.

Вначале не понял, как вдруг начал целоваться с Анабель и оказался у неё в комнате. Осознал лишь, что меня что-то беспокоит. Голова кружилась, и я сел на постели.

— Анабель, куда Эмбер делась? — пробормотал я, наблюдая, как плыла комната.

— С Мэттом ушла. — Она перестала ласкать рукой и села рядом. — В слезах, Майкл.

— Чего? — Я резко повернул голову, туго соображая. — Почему?

— Видимо, из-за тебя. Она же постоянно из-за тебя плакала эти недели, — с сочувствием произнесла Анабель, и мне показалось, что это всё галлюцинации. Она сняла пластиковую корону с красным камешком и начала крутить в руках. — Всё это такая пустота…

Анабель вдруг швырнула корону в стену, и я выпучил глаза. Она же совсем недавно говорила мне не ломать корону…

— Правда из-за меня? — Я нахмурился, хватаясь за голову. Сейчас меня больше интересовала ситуация с Эмбер, а не пластиковые короны.

— Майкл, а чего ты от неё отказался-то? — Она ткнула меня в грудь.

— Не будет у неё нормальной жизни со мной. — Я прикрыл глаза. — А я… это… в общем, очень ценю её. Эмбер, — еле выговаривал я, но чувствовал, что нужно было высказать. — Анабель, я её люблю.

Она молчала, и это не чувствовалось неправильным. Анабель стала первой, кому я рассказал о любви к Эмбер. Не просто «у меня чувства», а то самое слово — люблю. Я просто втыкал в пейзаж на стене, который, как я помню, Анабель постоянно порывалась убрать.

— Вот вроде и ненавижу эту сучку Эмбер и тебя вместе с ней… А даже немного жалко, — вдруг сказала она. — Ко мне ты такого не испытывал. Обидно.

Она встала с постели и обернулась.

— Ты отказался от меня. Отказался от возможностей в жизни, — разозлилась Анабель, кривя рот. — Отказался от всей той любви, что я поднесла тебе на блюдечке. Связался с этой целкой. Плакался, что она не разделяет твоих чувств. Много страдал. Потом сам же её кинул. Что теперь снова страдаешь? Всё заслужил. И я больше не буду той, кому ты можешь сливать своё нытьё по правильной Эмбер. Ты меня понял? — прошипела она, склонившись ко мне и схватив за воротник. — Причём несчастны теперь мы обе, и ты вдобавок. Знаешь, Майкл. — Она запустила руку мне в брюки. — Это тебе на прощание, ты же любишь обломы.

Анабель прекрасно знала, как меня трогать, и в этот раз я её за это возненавидел. У меня начало резко пульсировать в голове от желания, алкоголь только больше расслаблял.

— Наслаждайся ощущениями, — прошептала она, обдавая тёплым дыханием. — Искренне надеюсь, что после всех этих игр с Эмбер у тебя не будет проблем с эрекцией.

Я чуть слюной не подавился, вспомнив недавнее происшествие.

— Меня всегда заводила твоя дерзость.

— Как приятно! — рассмеялась Анабель и толкнула меня в грудь, вынуждая лечь. — Приятных снов, Майкл. И приятного перевозбуждения!

Она отошла от меня с довольным лицом. Я был сильно пьян, и глаза прикрывались сами собой. Анабель явно недооценила, сколько я выпил, потому что быстро уснул.

На следующее утро проснулся с ней в одной постели. И мгновенно пожалел, что столько выпил, потому что вообще мало помнил, а ещё гудела голова, и меня рвало. Только потом кое-как отрывки вчерашнего дня вернулись. Вот уж точно алкоголь уничтожает клетки. Видимо, хорошо память подчистил.

— Анабель. — Я толкнул её в плечо. — Было что?

Она разлепила глаза и взглянула на меня.

— Да всё было, Майкл, — расхохоталась она, похлопав меня по плечу.

М-да уж, провал огромнейший. Только член почему-то болел. А потом дошло почему. Анабель, тварь такая, возбудила и не дала мне! Впервые за всё время, по ходу! Научилась у Эмбер…

Но слухи про наш секс всё равно пошли. Людям только дай поболтать! К счастью, они не говорили о том, что Анабель меня жёстко обломала и я спал со стояком… А ведь Анабель могла бы надо мной ещё больше пошутить — выложить на всеобщее обозрение. Когда-то я сказал Эмбер, что Анабель, может, и стерва, но не сука. И я был прав.

***

Последний баскетбольный матч — последняя попытка, что рекрутеры с университетов тебя заметят. А так, как бы уже поезд ушёл… Должен был выложиться на все сто, но у меня ужасно ныло плечо — я опять потянул на работе, у меня раскалывалась голова от похмелья, а ещё… Я не видел Эмбер. Её не было на трибунах. Всех ведь сюда согнали в последний раз! Почему её не было?! Где она, мать её?! Что с ней?

Может, она там уже вены вскрыла?

В общем, я сыграл отвратительно. Анабель хмыкнула, словно передавая мне мысленно: «Говорила же, что ты без меня дерьмо ничтожное и ни в университет не попадёшь, ни на работу нормальную не устроишься». Знаешь, пошла на хрен со своими родителями!

После матча сразу же подбежал к Джесси и отвёл в сторону, чтобы без лишних глаз. Спросил, где Эмбер.

— Да дома осталась. Живот заболел.

Я сильно нахмурился, а потом мгновенно прикрыл глаза. Когда у неё в последний раз были месячные? Как часто они вообще должны быть? А вдруг у Эмбер месячные?! И ей плохо?! Может, опять таблеток нет?! Но месяц вроде с того момента ещё не прошёл….

— Майкл, с тобой всё в порядке? — Голос Джесси вынудил меня открыть глаза.

— Ага. Слушай, а у неё уже эти… ну, эти, — пытался я сказать, но что-то как-то не получалось.

— Эти? — сощурилась она.

— Ну… Месячные, — наконец выговорил я. — У неё из-за этого живот болит?

«Болит по-женски» — о, вспомнил название! Эмбер когда-то сама так сказала.

— Эм, Майкл, ты правда считаешь, что мы, девочки, каждый раз сообщаем друг другу, когда у нас месячные? — хихикнула она в кулак.

— Ну… да! Почему нет? — старался я сгладить неловкость.

— Майкл, а вы, мальчики, тоже каждый раз бежите рассказать друг другу о поллюциях?

Я застыл на месте.

— Урыла сейчас, — вдруг рассмеялся, не ожидав такого от милашки Джесси.

Вот зачем она мне сейчас напомнила?! С появлением Эмбер случаи только участились, потому что понятное дело — воздержание давало такие вот плоды. Я тяжело выдохнул. Кошмар какой-то. Случайные связи вроде ненадолго помогли, но потом опять. Ох, Эмбер! Просто слов уже не хватало! Мало того, что я постоянно стирал одежду, так ещё и постельное бельё! Чтобы мама не увидела ненароком…

— А ты чего так интересуешься её месячными? — наседала Джесси — главная сплетница школы. — Эмбер говорила, что у вас не было секса.

— У неё сильно болит живот при месячных. Она тебе не рассказывала?

А потом вспомнил, как Эмбер говорила, что в таком состоянии её видела только мама. Быстро свернул тему и попрощался с Джесси.

Джесси стоило отдать должное — видел, как она защищала Эмбер при разговорах. После встречи с Эмбер на вписке, я понял, что сплетни заходили слишком далеко. Джесси умалчивала о петтинге, но говорила, что и секса не было. Так что спасибо. А то Эмбер наверняка всё это болезненно воспринимала. Джесси выглядела типичной сплетницей, но, когда дело доходило до серьёзного — умела быть тактичной и понимающей. Удивительно.

***

Когда пошёл за билетом, то встретил Мэтта. Он сразу в лоб заявил, что поедет вместе с Эмбер и сейчас покупал ей билет. В жилах закипал гнев, и я сжал кулаки. Мгновение спустя понял, что больше злился не на Мэтта, а на себя.

— Молодцы, — смог я выговорить. — Не обижай её. Я вот обидел.

Мэтт расширил глаза, явно не ожидав такого.

— Эм… Ладно. Не хочу влезать, но всё же — что между вами случилось?

— Полностью моя вина. Изменил, — соврал я, потому что так было проще.

Проще, чем объяснять, что я сомневался в будущем, что я не смог решиться на брак с Эмбер, что против меня её родители, что я был груб с ней и напоминал бывшего, довёл до депрессии; что угнетён своим положением в обществе, своим малым заработком. Говоря простым языком, я неуверенный в себе неудачник. Изменщики, в принципе, тоже с большими комплексами, но уж лучше мысли о сексуальной необузданности, чем полное падение моей самооценки.

Мужчина всегда должен быть сильным. Всегда должен быть уверенным в себе. Никогда не плакать.

— Вот как. — Мэтт поджал губы. — Зря ты так. Она же отличная девушка.

— Согласен, она замечательная, — с тоской произнёс я, не веря, что вот так просто отдал её Мэтту! — Но я думаю членом. Так что мы не пара.

Мэтт кивнул, шокированный. Подходила его очередь покупать билеты, поэтому я спасся от ненужного продолжения разговора. Услышал, в какой день и время они решили поехать, и не задумываясь решил, что поеду в том же поезде.

«— Слушай, мне так сложно представить будущее без тебя. Давай вместе уедем в Балтимор? Ну, когда школу закончим?»

Что ж, Эмбер, поедем с тобой вместе. Почти.

Об экзаменах я мало думал, вот и сдал кое-как. Мама уже вовсю обговаривала со мной поступление в колледж. Убеждала меня, что там я смогу совмещать учёбу с работой. Говорила, что поднакопила денег и заняла у сестры.

Я пришёл на вокзал, ощущая лютую злость без причины. А потом взглянул на Эмбер, и всё внутри похолодело. Не верил, что видел её в последний раз… И вот так у нас всё закончилось….

Не разрешал себе долго быть в апатии. Поеду, начну учиться, буду работать. Наконец почувствую себя хоть кем-то. О личной жизни можно было и не думать много лет. Всё равно для семьи рано. Где-то в соседнем вагоне вот сейчас сидела Эмбер с Мэттом…

Не скучал, не скучал, не скучал!

Уговаривал себя, что всё в порядке. Однако зачем-то я сел в тот же поезд, что и она… Отличный самообман.

Я тосковал по Эмбер. Вспоминал, как мы встретились. Столь символично, что в тот момент я плакал, а она не должна была этого видеть! Ну и история…

Всё обязательно наладится. Должно. У меня в жизни и без того сплошные чёрные полосы. И у Эмбер всё будет в порядке. У такой хорошей девушки всё будет прекрасно. Уверен, что она найдёт себе какого-нибудь хорошего состоятельного парня, который однозначно понравится её родителям и не будет напоминать сволочь-бывшего и меня заодно.

Сердце щемило, но я верил в лучшее будущее. Иного выбора не оставалось.

Глава 54. Скучая по тебе

Эмбер

— Майкл многое для меня сделал. И он помогал не только мне. Он пример того человека, что может бескорыстно помогать другим. Спустя время я понимаю, что он сделал так, как было ему нужно. Он не видел будущего, захотел чего-то другого. При этом постарался как можно мягче со мной расстаться, — как на автомате выдала я. А ведь до этих мыслей я доходила слишком долго.

Психолог ласково мне улыбнулась.

Сначала я была у психиатра, которого советовала Анабель, у меня и правда оказалась депрессия, и я стала пить антидепрессанты. Потом уже работа с психотерапевтом и психологом. Психотерапевт выписывала антидепрессанты, следила за моим состоянием и один раз заявила, что я смогу справляться без таблеток и лучше мне научиться жить без них. Она же посоветовала мне психолога, с которой можно было потихоньку продолжать выравнивать моё душевное состояние.

В общем, папе пришлось раскошелиться. Впрочем, задолжал он мне за восемь лет своего отсутствия, так что пускай тратится. Снял мне квартиру, чтобы я не стесняла его с новой семьёй. И славно. Поначалу одной жить было сложно. Что уж там говорить, и до сих пор непросто. Часто питалась готовой едой — китайской лапшой, пиццей и другим фастфудом. Не любила готовить.

Не могла поверить, что прошло уже больше года, как я лечилась. Психотерапевт стала заниматься со мной когнитивно-поведенческой психотерапией, чтобы исправить негативное мышление, которое формировалось годами. Выплыло множество сопутствующих проблем.

Долго прорабатывала травму, которую я получила от отца, потом ту, что получила от бывшего. И затем были разговоры о Майкле. Мне стоило усилий убедить мозг в том, что не только лишь я виновата в нашем разрыве. Казалось, что это полностью моя вина. Я ведь потеряла Майкла, такого хорошего человека. Однако он сам ушёл — это был его выбор.

Джесси рассказывала, что он поступил в колледж и стал работать. Больше никаких вестей. Мы с ним не связывались. Я так мечтала, вернее, и боялась одновременно, что Майкл мне напишет однажды… Как бывший любил делать (а теперь перестал), но Майкл молчал. Видимо, он двинулся дальше.

А я не могла сделать это в полной мере. Поступила на программу изучения английской литературы назло отцу, что пророчил мне быть экономистом. Впрочем, обучение оказалось довольно занимательным, и парней не так много. Бывали те, что ухаживали, но я понимала, что всё не то.

Майкл лучше. Но Майкла больше не было рядом. Как же сильно я стала понимать Анабель, что страдала по нему.

На протяжении года я усердно занималась своим психологическим здоровьем, стараясь привести себя в порядок. Хотелось быть адекватной и загладить вину перед близкими людьми.

— Вы всё-таки простили Майкла? — Психолог склонила голову и всмотрелась в меня.

— Да, простила. Он хороший человек. И зла я ему не желаю.

После потери Майкла я стала его ненавидеть. Так легче было. Не хотела никого слушать. Потребовалось много времени, чтобы убедиться в том, что я сфокусировала весь полученный негатив на несчастном Майкле — он оказался последним в «цепочке» мужчин, с которыми меня связывали те или иные близкие отношения.

Каждый раз после приёма психолога я ощущала спокойствие и умиротворение. Казалось, что жизнь становилась упорядоченной и правильной.

Вернулась в квартиру и скинула сумку. У меня сегодня не было никаких планов, может, фильм гляну. Я переоделась в пижаму — майку на бретельках и шорты, потому что летом очень жарко. Взглянула на бардак в комнате и решила убраться. Сквозь включённую музыку услышала звонок в дверь и тотчас выключила пылесос. Кого принесло? Лора обычно предупреждала, папа тоже.

Я поспешно открыла дверь, испытывая раздражение. Затем у меня сердце упало вниз. Казалось, что я сплю. Мне столько похожих снов снилось…. Как Майкл ко мне вернулся, и всё хорошо.

Он быстро скользил по мне взглядом, словно жадничая, а я шире распахнула глаза, не веря. У Майкла даже футболка та же — тёмно-зелёная, всё те же потёртые джинсы и запах — цитрусовый. Я встряхнула головой, избавляясь от наваждения. Неужели мы всё это время молчали?

— Эм, привет. — Я нахмурилась, игнорируя радость, которая перемешивалась со страхом. Сердце громко стучало, заглушая мысли. — С чего вдруг?

— Привет, — после долгой паузы ответил Майкл. Откуда такая заторможенность? Мне на пару секунд показалось, что он мной любуется и поэтому молчит. — Хотел узнать, как у тебя дела.

— А, так в социальной сети бы спросил. — Я придерживала дверь, ощущая раздражение. Явился — молодец. Но где он был всё это время?! Пока я рыдала по нему, с тоской ждала от него хоть чего-то… Где он был?!

— Лично. Там бы ты меня послала, — серьёзным тоном ответил Майкл, избегая смотреть в глаза.

— Я и сейчас могу тебя послать. — У меня начал срываться голос.

— Можешь. — Майкл поднял на меня взгляд, вызывая мурашки по коже. — Но что плохого в том, если мы просто поговорим?

Я сдалась и пустила его в квартиру. В снах всё было красиво. Но сейчас у меня в груди копилось острое раздражение. Майкл неизвестно где и с кем был, а тут заявился — здрасте! Вот спасибо! И что ему от меня надо теперь?! В мечтах всё прекрасно, а в реальности — да лучше бы Майкл и дальше не приходил!

Наверное, надо чайник поставить. Я прошла на кухню, ощущая себя словно голой под пристальным взглядом Майкла — меня он стеснял. Быстро поставила чайник на огонь, пригласила Майкла присесть, стала расставлять посуду.

— Одна живёшь?

— Папа квартиру мне снимает. Да, одна, — каменным голосом подтвердила я и слишком громко положила чайную ложку на блюдце. Я наивно полагала, что больше не испытывала к Майклу ненависти, но все эти эмоции в один миг вернулись!

— Приходится готовить? — подколол меня Майкл, на что я состроила недовольную гримасу. Прям на больное давил. Знал меня.

— Заказываю еду. Пока выживаю. — Я присела на стул, находясь напротив Майкла. Он весь как будто сжался и мало смотрел мне в глаза. Странно. — А ты где живёшь? Учишься? — старалась я поддерживать беседу, но мне этого вообще не хотелось.

— В колледже. Дали комнату в общежитии, мне хватает. И работаю. Выполняю мелкие работы по дому. Платят нормально, — проговорил Майкл, при этом почесав в затылке. Майкл как будто дико нервничал: у него пару раз голос обрывался. С чего?

— То есть ты «муж на час»? — совершенно спокойно сказала я, вызвав у Майкла улыбку. Вот только я в ответ не улыбнулась, и Майкл сразу же помрачнел. — Наверное, у тебя море поклонниц среди клиенток.

— Да нет у меня никаких поклонниц… — пробурчал Майкл, словно я сморозила какую-то глупость. — Где ты учишься, Эмбер? На кого?

Рассказала ему, совсем вкратце.

— И как? Тебе нравится? Почему пошла туда, где нет математики? Ты же в ней отлично разбираешься! — вдруг оживился Майкл. Удивительный контраст в его поведении.

— Да захотелось, — только и сказала я. Пошла выключать чайник и наливать кипяток в кружки. Всё это навеяло воспоминание: когда-то я ещё не знала Майкла, он пришёл за братом ко мне, и мы пили чай на кухне….

«Майкл слушал меня. Сначала я не замечала, но потом поняла: Майкл всё это время смотрел на мои губы, и меня это смущало. А вообще слушал ли он, что именно я говорила?

— Очень… интересно, — произнёс Майкл после долгого молчания.

— Ты точно слушал? — Я нахмурилась. — Если неинтересно, так и скажи. Я не обижусь. На вкус и цвет фломастеры разные.

— У тебя красивый голос, Эмбер. Как будто карамельку съел. — Он рассмеялся и впервые за всё время выпил чаю.

Казалось, что я покраснела. Вот уж не ожидала таких откровений.

— Ты сахар себе не добавила, — прокомментировал Майкл, наблюдая за мной».

Я предложила Майклу сахар. Мы вели себя, как будто чужие.

— Лесные ягоды? — Майкл указал на упаковку. — Ты всё ещё их любишь.

Тогда мы пили черничный чай. Воспоминания резали ножом по сердцу.

— Майкл, зачем ты здесь? На самом деле? — не выдержала я. Злилась на него. — Просто ли узнать, как у меня дела? Может, увидеть мои страдания? Или напомнить о себе? Или представил, как бывшие встречаются спустя много лет? Срывают одежду друг с друга прямо с порога и спят?

Майкл рот раскрыл. И мне показалось, что я перегнула палку с подозрениями…

— Нет… — Он запустил руку в волосы. Они стали намного короче. Видимо, постригся. На руке небольшой шрам, которого раньше не было. — Эмбер, я правда хотел узнать, как ты.

— Знаешь, Майкл, я долгое время лечилась не для того, чтобы ты пришёл и всё испортил. Я двинулась дальше. Ты, думаю, тоже, — кинула я и отвернулась.

Гневалась, потому что все «пережитые» эмоции вновь вернулись. Одно дело — прорабатывать их в дали от человека, а другое — вновь видеть его. Майкл в эти мгновения стал насмешкой — мол, тебе чудилось (только вот этим утром), что ты свободна, все травмы проработаны и раны залечены. Как оказалось, нет! Так плохо…

— Верно, — поникшим голосом подтвердил Майкл. Мы вновь замолчали.

— Как Анабель? — Я повернулась к нему. С кем был Майкл больше года?!

— Не знаю. Мы не общаемся. Ещё со школы.

— Ясно… Странно.

— Почему? — Майкл приподнял брови. — Вполне объяснимо. Мы же расстались, да и друзьями особо никогда не были.

— А как же то, что ты бегал к ней по первому её зову? — не удержалась я от едкого комментария.

— Мы переговорили с ней. Я не обязан постоянно носиться с ней. Она это приняла. Всё, — отчеканил Майкл, как будто заученную фразу.

Снова тишина. Как же было неловко!

— Ты узнал, что хотел? — У меня пересохли губы от волнения, я постоянно пила чай, чтобы заполнить паузы.

— Ага. — Он причмокнул губами, выглядя расстроенным. По какой причине? — Нравится учиться?

Я внимательнее вгляделась в Майкла.

— Ты это уже спрашивал. — Я подложила руку под голову.

— Ой. — Майкл сильно нахмурился. Неужели опять не слушал, что именно я говорила?! — Как общение с однокурсниками?

— Нормально.

Он кивнул. Да, Майкл, не горела я желанием говорить с тобой! И Майкл понял то, что не я не высказала, но подразумевала. Он встал со стула.

— Ну, тогда я пойду. Вкусный чай. Рад был увидеть.

В этот момент я ощутила острую боль, словно сделала огромную ошибку… Но как я должна была себя повести? Принять Майкла обратно? Но как остановить эмоции? Их же не уберёшь щелчком пальцем.

Мы вышли в коридор. Я жутко переживала, непонятно отчего. Боялась, что Майкл уйдёт? Или тревожилась, что он нарушил мой душевный покой?

— А у тебя… какие новости? — пряча глаза, произнесла я. Стыдилась, что прогнала Майкла.

— Курить бросил.

— Правда?

Эта новость стала для меня неожиданной. Подавляла воспоминания, но по итогу всё равно вспомнила прошлое.

— Уже как три месяца.

«— Хочешь — брошу? — Майкл прижал меня ещё ближе к себе. Мне бы расплавиться прямо сейчас от его прожигающего взгляда.

— Меня? — нервно рассмеялась я.

— Курить. Давно сам хотел. — Он провёл рукой по моей спине, и в эти мгновения мне казалось, что на мне вовсе не было одежды.

— Майкл, мне не нравится быть пассивным курильщиком, — призналась я. — Однако не хочу как-то менять тебя. Если тебе комфортно, кури. Тем более, тебе идёт.

— Но ты травишься.

— Ты тоже, — невесело усмехнулась я. — Тебе же свои лёгкие не жалко?

— А твои мне жалко».

— Тяжело было? — Я подняла взгляд.

Да, Майкл, бросил и меня, и курить. Комбо. Молодец. Меня начинала охватывать нервная дрожь.

— Ещё как.

И всё, он больше ничего не сказал, лишь прошёл к двери. Не знала, что ещё ему сказать. И нужно ли?

— Не бойся, больше не потревожу. — Майкл резко повернулся ко мне. — Узнал, что хотел. Прощай, Эмбер.

Тоном его голоса можно было резать железные пластины. Мне внезапно стало слишком холодно, и я скрестила руки на груди.

— Прощай, Майкл Уокер.

Я закрыла за ним дверь и жутко разгневалась. Пришёл, и никаких извинений! Зачем приходил?! Почему в груди так пусто?

Если бы хотел помириться, то извинился бы, так ведь?! Сказал бы, что скучал… Но ничего из этого! Простое «как дела»?! Шлялся где-то больше года и пришёл как ни в чём не бывало. Словно не разбивал мне сердце… Словно я не лечилась кучу времени из-за него…

Побежала писать Лоре, желая сбросить негативную энергию в жалобах. Меня трясло от негодования.

«Ты представляешь

Майкл заявился, никаких извинений

Тупо «как дела»

Серьёзно?!

Зачем приходил?

Только настроение испортил.

И что сказал?

Он ничего толком не сказал!

Вёл себя, как будто ничего не случилось

Расспрашивал про мои дела, но такое чувство, что даже не слушал

Я ему отвечала «на отвали»

Он понял это и ушёл

Сказал мне «прощай».

Лора сразу же засветилась онлайн: «Почему ты так с ним?»

У меня дрожали пальцы, пока я печатала: «Да нет желания с ним говорить

Какой смысл?

Разрывать еле зажившую рану?

И на минуточку

Он ни разу не интересовался, как я, всё это время

Ему было плевать

На что он надеялся сейчас?!

И как он узнал, где я живу?!»

Лора быстро отправила мне ответ: «Эмбер

Подожди минут десять

Кое-что пришлю тебе

А после уже будешь на него бомбить».

Меня сильно удивили слова подруги. И где поддержка?! Скорее всего, Лора просто занята. Я, вся злая, пошла дальше убираться. Протёрла пыль, и как раз тогда мне Лора прислала смс. У меня остановилось сердце на пару мгновений, когда я увидела, что именно она мне прислала: переписку. С Майклом.

19 декабря

«Привет, Лора

Думаю, что ты про меня слышала

Извини, что беспокою

Как у Эмбер дела?»

Лора ответила ему спустя десять минут: «Ты шутишь?

После того, что сделал, спрашиваешь, как у неё дела?

Ещё и в день рождения?

Причём спрашиваешь у меня?

Это такой подкат?

С одной не получилось, пошёл к подруге?»

Я усмехнулась на смс Лоры. Подколола его. Меня ошарашило, что Майкл решился ей написать. Мы ведь с ней лучшие подруги, которые всем друг с другом делились. Но Лора почему-то скрыла смс Майкла…

«Пишу тебе, потому что ты её лучшая подруга

Как сказала миссис Уинтер

Эмбер не пишу, потому что она на меня сильно обижается

Не знаю, до сих пор ли

Но всё же

Я просто хочу знать, как у неё дела».

На этот раз Лора ответила ему уже быстрее: «Да, она на тебя всё ещё обижается

Дела отлично у неё

Доволен?»

Майкл в ту же минуту написал: «Да

Большое спасибо».

21 января

Майкл написал в три ночи: «Привет

Как там Эмбер?»

Лора ответила ему в семь утра: «Майкл я, честно, не знаю, что ты хочешь услышать

Уже второй раз спрашиваешь

Что она мучается без тебя такого расчудесного?»

Майкл сразу написал: «Конечно же нет

Просто по ней скучаю

Прошло полгода

И мне только хуже

Хотя должно быть наоборот

Ладно, это неважно

Так у неё всё хорошо?»

Лора отправила ответ без промедления: «Да».

14 февраля

«Тебе, наверное, это уже надоело

Но всё же спрошу

Как там Эмбер?»

Лора ответила Майклу в час ночи – когда он и написал: «Эмбер хорошо

Майкл, ты сам у неё спросить не хочешь?»

Он продолжал: «В последний раз она сказала, что я ей противен

Думаешь, я после такого буду ей писать?

Понятно всё

А я её забыть не могу».

Капли упали на экран — я разрыдалась. Неужели он скучал?!

«Майкл

Ты точно не хочешь поговорить с Эмбер?»

Он поспешно ответил: «Нет

Что толку

Ты ей говорила, что я писал?»

Заметила, что Лора всё чаще стала отвечать ему практически сразу: «Нет

Она лечится

Да и…

Лучше пока не надо»

«Ты подтвердила то, что я уже думал

Она меня ненавидит?»

На этом смс моё сердце сжалось, ведь это была правда: «Просто не хочет о тебе слышать»

«Понятно».

Затем перерыв в месяц.

15 апреля

«Привет

Как дела у Эмбер?»

Лора ответила: «Готовится к сессии

Ей уже лучше»

Майкл отправил улыбающийся смайлик следом за смс: «Хорошо».

11 мая

Заметила, что Майкл чаще всего отправлял сообщения ночью. Видимо, в это время начинал особо скучать.

«Как там Эмбер?

Привет»

Лора ответила ему уже утром: «Вся в учёбе

Старается»

Майкл сразу вышел на связь: «А что она изучает?»

«Английскую литературу»

«Вот как? Без математики?»

«Да решила попробовать себя в другом

И не хочет к папе на работу»

Я криво улыбнулась. Вспомнила, как жаловалась Лоре об этом.

«С папой у неё как?»

«Да никак. Он ей квартиру снимает

Всё так же холодно

Но она уже из-за этого не переживает

Проработала травму»

«Я рад этому».

Значит, и про мою учёбу, и про квартиру Майкл уже знал… Не за этим приходил. А Лора, видимо, им прониклась, раз стала выдавать про меня немного больше информации, чем «у Эмбер всё хорошо».

20 июня

«Привет, Лора

Как Эмбер?»

«Сдала сессию на отлично

Отдыхает

Она намного радостнее, чем обычно»

«Я в ней даже не сомневался

Значит, я тоже рад».

16 июля

«Я страшно по ней скучаю

Почему всё так?

Мне казалось, что смогу забыться в работе и учёбе

А вот и нет

Очень хочу её увидеть

Вот как мы могли быть вместе?

У меня даже денег на то, чтобы снять квартиру не было

Не говорю уж о большем

О той же свадьбе»

«Майкл

С чего такие откровения?»

«Я выпил

Извини».

9 августа

«Привет»

На этот раз, похоже, Лора опередила дальнейшие смс Майкла: «Да-да, «как у Эмбер дела?»

Майкл, я уже устала от вашей драмы

Ты пишешь

Эмбер по тебе плачет

Может, поговорите?»

«Что? Эмбер по мне плачет?»

«Да»

«Лора, у неё есть кто-нибудь сейчас?»

«Парень-то? Нет

А что, если бы был, то всё?»

«То я бы и не пытался

Знаешь, у меня теперь есть, что предложить Эмбер

Где она живёт?»

Я досмотрела последние смс, где Лора сообщает адрес, и откинула телефон в сторону, ещё сильнее заливаясь слезами. Майкл практически каждый месяц писал Лоре, чтобы узнать про меня. Скучал всё-таки.

Лора сама мне позвонила:

— Всё прочитала?

— Да… Почему ты не говорила?!

— Сама понимаешь почему. Эмбер, ты же его ненавидела всё это время. Тебе больно было говорить о нём. Я боялась вот… Того, что произошло сегодня.

— Что он имел в виду под «есть что предложить»? — Я закусила палец, не справляясь с переживаниями.

— Одному Майклу известно. А ты его отшила.

Все внутренности мгновенно сжались при воспоминании о недавнем приходе Майкла и том, как я его прогнала. Молчала, и очередной приступ истерики поступал к горлу. Было тяжело дышать.

— Я уже сама запуталась, что ты к нему чувствуешь. То повторяла мне, что он тебе не сдался, потом, что равнодушна к нему. Недавно вот плакалась, что жить без него не можешь… Я решила, что уж лучше вы сами поговорите без моего вмешательства. А оно вот как вышло…. Эмбер, ты же видишь всё по этим смс. Скучал он по тебе, причём сильно. Не лез к тебе, потому что ты тоже его обидела. Он думал, что тебе противен. Дурачки вы оба.

Я взвыла, опустив лицо в ладони.

— Оба с гордостью. Если любишь, напиши ему. Попроси встретиться. А там уж как пойдёт…

— Мне страшно, — прошептала я, хватаясь за горло.

— А ему нет? Майкл к тебе, что ли, сегодня весь уверенный приходил?! Давай, если тебе он нужен, то как в шахматах — я тебе говорила — он ход сделал, теперь твой черёд. Подумай. Сама мне ныла, что такого, как Майкл, больше нет. Видно же, что ему без тебя плохо.

Распрощавшись с Лорой, я села на постель, сотрясаясь в судороге. Меня накрывала паническая атака, а я ведь только подлечилась! Стала выполнять дыхательную гимнастику, представлять, как тревога уходит, принялась заправлять постель, вынуждая тело отвлечься.

Выпив воды, я направилась к своему смартфону. Пальцы подрагивали, когда я зашла в социальную сеть, открыла страничку Джесси, а уже оттуда попала к Майклу. У него вообще ничего не добавилось нового. К сожалению, у меня больше не было его номера, поэтому стала писать в социальной сети.

«Привет ещё раз. Слушай, давай завтра встретимся?»

Рука дрожала — я не могла нажать на «отправить», сердце словно пульсировало у меня в горле, рёбра стягивало, я отложила смартфон и открыла окно. Стала вдыхать свежий летний воздух, успокаиваясь. Не могла привести себя в порядок. Трясло. Когда в последний раз мне было так страшно?!

Покопавшись в голове, я поняла: самый главный страх — Майкл меня отвергнет. Это раздавит. Меня лихорадило. Я отправила смс и моментально выкинула телефон на пол, покрываясь дрожью. Вдруг Майкл скажет, чтобы я шла куда подальше? Вдруг скажет, что слишком поздно? Он вполне мог обидеться и отплатить мне той же монетой.

Подобрала смартфон, стараясь держаться. Сердце сделало кульбит в груди, когда я увидела, что смс прочитано, но Майкл ничего не написал. Раньше он всегда мне отвечал, если занят — что ответит позже (но это было всего один раз). Я заорала, откидывая телефон в сторону. Это ещё хуже, чем отказ. Игнорирование. Подобрала колени к груди и стала раскачиваться.

Взяла с тумбочки свой блокнот, стремясь расписать мысли.

Майкл пришёл, захотел пообщаться, почему я его отбрила? Оказалось, осталось на него ещё обида, потаённая. Я хотела, чтобы Майкл извинился, но он этого не сделал. Вёл себя, будто ничего не было. А ведь было расставание без причины! И я потом лечилась после этого!

Почему сейчас так переживала? Потому что до сих пор любила его и не знала, как отношения склеить.

Вроде успокоилась. Решила, что будь оно, как надо, а не как мне хотелось. Вытащила из ящика рабочего стола стопку исписанных бумаг — терапевтических писем, от которых я не избавилась, а надо было. Бросила взгляд на смартфон, который молчал, оглушая меня своей убийственной тишиной.

Пускай даже эти отношения уже не склеить. Но Майкл должен знать, как я переживала. Раз уж он показал свои чувства посредством смс и прихода ко мне, то я тоже покажу. Даже если это будет последнее наше общение. Как по-другому? Мы оба гордые. Ему не хватило сил извиниться, а мне — справиться с обидой. Нужно поставить точку, даже если не очень хотелось. Иначе и дальше будет незакрытый гештальт.

«Майкл, я кое-что тебе передам, и всё

Не займу много времени

Обещаю».

Мне было невыносимо страшно, но последующие смс отправила уже более легко. Решилась, что так я с Майклом точно попрощаюсь. Мы должны были сделать это гораздо раньше…

«Хорошо».

Я подпрыгнула на месте, когда увидела на экране долгожданный ответ. И он правда оказался долгожданным — Майкл сначала прочитал, потом прошло полчаса, и только тогда он снизошёл мне ответить.

«Где и когда?»

Я быстро напечатала адрес близлежащего парка, где достаточно живописные виды. Майкл согласился. На этом всё. Я вспомнила один период, когда Майкл мне долго отвечал — когда решил порвать со мной. Позитивненько…. Опять, видимо, то же самое. Но тогда он хотя бы не оставлял меня без ответа! А теперь… Как всё поспешно менялось…

Жутко нервничала, но стала морально готовиться к завтрашнему. Прощаться, так прощаться.

***

Прудик с уточками меня неимоверно успокаивал. Любила я эти места. Журчание воды, лёгкое покачивание камыша на ветру, рябь и полное умиротворение от созерцания. В парке часто совершали пробежки, а я подставляла лицо солнцу и предавалась мыслям. Порой медитировала, внимая тишине.

В очередной раз я остановилась у пруда и стала наблюдать за мамой-уткой. Этот парк был моим местом силы — всегда легче становилось после прихода сюда. Майкл опаздывал уже на десять минут. В первую же минуту я психанула и подумала, что он не придёт вовсе. Но успокоила себя и стала наблюдать за тем, как ветер покачивал травинки. Возможно, Майкл и не придёт. Его право. Но я же попыталась, верно? Не пришёл — и ладно. По крайней мере, успокоюсь, находясь в любимом месте.

— Эмбер? — окликнул меня знакомый голос, и я моментально повернулась к нему. — Не везёт мне сегодня с транспортом. Так что ты хотела мне передать?

Майкл выглядел достаточно серьёзно и… замученно. Грудную клетку всё больше сдавливало от мысли, что я принесла Майклу боль. Может, он и опоздал специально, надеясь, что я обижусь и уйду… Ладно, не буду думать так плохо о нём.

— В период лечения я писала терапевтические письма. — Я достала из сумки скреплённые вместе листы. — Их пишут, если не можешь высказать человеку чего-либо, а это необходимо. И вот. Эти письма адресованы тебе. Правда, терапевтические письма принято сжигать, но я их сохранила. Как знала, — горько усмехнулась, не решаясь поднять на Майкла взгляд. — Думаю, почерк разберёшь, хотя иногда я была немного не в себе от эмоций. Там всё с надрывом, но зато честно.

— Зачем, Эмбер? — Майкл склонил голову набок. — Мне казалось, вчера ты предельно ясно дала понять, что двинулась дальше.

— Майкл, прочитай их. Пожалуйста. — Мой голос сорвался, и нижняя губа задрожала.

— Окей. — Он выхватил письма, заметно стараясь не дотрагиваться до моих пальцев, отчего грудь закололо иголками. — Это всё?

Я кивнула, вот-вот готовая сорваться. Майкл с бесстрастным лицом попрощался и зашагал прочь. А я повернулась к пруду и дала волю эмоциям — зарыдала в голос.

***

«18 декабря

Мне жаль, что я не рассказала о бывшем, тогда бы ты знал, что изначально было со мной не так. Но я не могла, Майкл. Было невыносимо больно. Сейчас я бы смогла тебе рассказать.

И, знаешь, я это сделаю. Даже если ты не прочтёшь. Спустя время я поняла, как всё так оказалось запущенно.

У нас с ним всё начиналось довольно мило, он подкатывал, типичный бабник — таким легко общаться с девочками. Мне не хватало общения с парнями, их внимания, а вот как раз под рукой оказался такой вариант, что вдруг окутал меня морем внимания. Я в нём купалась. Была самой лучшей. Он дарил мне серотонин, которого в жизни недостаточно. Ты же знаешь, мне не хватает гормонов счастья.

Однако сахарное шоу продлилось не слишком долго. Ему постоянно нужна была своя выгода. Он не мог без неё. Я скидывала ему готовое домашнее задание, постоянно интересовалась делами, утешала. Он же создавал иллюзию того, что я ему дорогá. Устраивал театр. Чуть позже начались унижения: он мог прилюдно меня оскорбить, а я сглатывала обиду и потом взрывалась, чем вызывала обзывательства: «истеричка», «чересчур чувствительная», «дура». И я начинала ему верить. Меня накрывала истерика от его слов, когда он провоцировал, в то время как сам он был спокоен. Как будто был прав. Мне казалось, что он прав, а я уже схожу с ума.

Никогда не называл меня своей девушкой. А когда я вдруг спросила, почему так, то он сказал, что я себе всё придумала. Мы дружим по учёбе. И всё. Но разве друзья целуются взасос?

Я словно себе всё нафантазировала. Дурочка какая-то.

Он продолжал просить с меня помощь, а когда я вдруг перестала давать, то начал сравнивать с другими, мол, они-то больше дают, а я ломаюсь. Причём ломаюсь не только в плане учёбы, но и отношений — я ударила его по рукам, когда он в школе схватил меня за задницу. Утверждал, что если мы с ним сблизимся, то смогу быть его девушкой. Оказались у него дома, он стал говорить, что очень меня хочет сейчас, а я испугалась его напористости и сбежала. Он стал прилюдно высмеивать из-за этого. Издевался в личных сообщениях и потом говорил, что ничего такого не имел в виду. Оскорблял и прикрывался шутками. Утверждал, что я просто не так его понимаю, принимаю всё близко к сердцу.

Постоянно были эмоциональные качели. От этого выделялось много гормонов счастья. Я подсела на них, и было сложно выбраться. По итогу, я впала в депрессию — не выдержала больше. Приходилось видеть его каждый день и терпеть-терпеть-терпеть…

Затем я переехала — мама настояла. Не выдерживала моих срывов. Думала, что другая обстановка поможет быстрее вылечиться. Бывший продолжал писать мне девятнадцатого числа, напоминая о себе, при том, что уже нашёл другую. Я со страхом ждала каждое девятнадцатое число месяца. Он специально выработал у меня привычку: ждать от него смс в определённые дни. Так что я и не могла о нём забыть.

И не могла понять, почему мне настолько плохо. Он не бил меня, но как же я себя ничтожно чувствовала! Мне просто хотелось умереть, но я не понимала из-за чего. Он умел быть милым, романтичным… Глаза открываются только спустя время, когда уже не варишься во всём этом. Мне помогла случайно попавшаяся статья про психологическое насилие.

В Редхилле я встретила тебя. Ты напомнил мне его своими подкатами. И из-за сильной травмы я долго не могла доказать самой себе, что ты — ни разу не он.

Ты порядочный. Не обманываешь. Не издеваешься. Готов бескорыстно помочь. Не занимаешься пустым флиртом на глазах у девушки. Не рисуешься. Ты ответственный. Главное — ты честный. Майкл, ты очень хороший.

Мне жаль, что из-за травмы я так долго тебя отталкивала. Не хотелось на те же грабли… Прости меня. Я тебя обидела.

Я тебя очень сильно люблю».

«25 января

Долгое время я не помнила почти всё своё детство. И только на приёме у психотерапевта стала вспоминать. Папа задевал меня своими поступками, в детстве я была уже более чувствительной из-за этого.

Я не доверяла мужчинам: папе, бывшему.

Но почему-то доверилась тебе. Это было интуитивно. Знала почему-то, что могу тебе доверять.

Скучаю по нашим разговорам, по объятьям. Жаль, что этого больше нет. Я люблю тебя, но ты это так и не услышал. Потому что страшно в таком признаваться. Чем глубже чувства, тем легче ранить, обидеть, оставить большой шрам на сердце.

Майкл, я так зла на тебя!

Ты решил жить дальше без меня. А ты подумал, каково мне теперь? Раньше не хотела заводить романтические отношения с парнями, потому что боялась обжечься в очередной раз, а теперь из-за тебя. Как после тебя быть с кем-то?

Ведь никто и близко не ты. Ты идеален для меня, и я не знаю, как дальше строить с кем-то отношения. Я просто не хочу. Не хочу другого в своей жизни. Да, у нас не всё было гладко, но мы бы смогли всё уладить!

Я хочу быть с тобой. И тебя нет. Ты ушёл. Как же я зла из-за этого! Каждый день мне лишь хуже, не хочу с этим смиряться. Тебя тяжело прощать. Хотя знаю, что ты неплохой и желал мне добра.

Тяжело прощать, потому что ты разрушил мои мечты о счастливом будущем».

«14 февраля

Что, Майкл, весело тебе там? Девушек имеешь, да? Развлекаешься? Уехал в Балтимор без меня?

Да я тебя ненавижу!

Ты меня раздавил своим поступком! Я только подумала, что всё хорошо, как ты воткнул нож в спину!

Как лучше хотел, да? А почему меня очередной месяц обида душит?! Я плачу, не могу с этим справиться!

Надеюсь, тебе там хорошо живётся, потому что мне нет! Постоянно думаю о тебе, какой ты замечательный! И как ты меня оставил!

Что, устал от моего нытья? Извини. По традиции, после выплёскивания обиды надо тебя простить в письме.

Майкл, я тебя прощаю. Ты психологически взрослый и порвал до того момента, в котором нам обоим было бы больнее и тяжелее. Ты молодец. И я однажды это приму.

Ещё и благодарности по традиции. Майкл, я ценю твоё отношение ко мне. Ценю, что ты не давил на меня. Та девушка, что однажды станет твоей женой — счастливица.

Потому что я мечтаю быть твоей женой (зачёркнуто).

Спасибо, Майкл, за нашу историю. Она многому меня учила и, в некоторым смысле, исцелила. Ты своим отношением ко мне помогал выздороветь, причём в ускоренном темпе.

Спасибо, Майкл, за то, что было между нами».

Глава 55. Любя тебя

Эмбер

Майкл молчал. День. Второй. Третий.

Ничего не написал после той встречи в парке. Я с пожирающей душу тоской смотрела на нашу переписку. Вроде не так много ему писем отдала, особо эмоциональные оставила дома, чтобы не напугать Майкла истериками (а иногда надо было выплеснуть чёрные депрессивные чувства на бумаге).

Горло сдавливало страхом от того, что я отпугнула Майкла вот таким образом. Призналась ему в любви, показала, что слаба… А теперь как быть? Лора сказала, что я молодец и что Майклу нужно время всё обдумать. Но я же с ума сойду, прошло уже три дня! А вдруг он так и не напишет? Может, от меня первого шага ждал?

Но ведь теперь шаг должен был делать он!

Гордость не позволяла мне первой сделать шаг навстречу…. И я переступила через своё самолюбие. Взяла смартфон и попросила Майкла о встрече. На этот раз он сразу же ответил. Мы договорились встретиться сегодня же.

Мне стало плохо от собственных эмоций — страха от неизвестности и тлеющей надежды на наше воссоединение. И что мне ждать на этот раз?

***

Старательно красилась, впервые за последнее время. Нарисовала аккуратные стрелки, воспользовалась тушью, осторожно нанесла лишь немного теней цвета кофе, накрасила губы алым. Майклу когда-то это нравилось. С щемящей болью в сердце взглянула в отражение: у меня были огромные синяки под глазами. Вот беда, бессонные ночи и частые слёзы отразились на лице. Поправила яркую футболку и джинсы. Вздохнула. Затем ещё раз. Выдохнула. Досчитала до пяти. Восстанавливала участившееся сердцебиение.

Всё будет хорошо. Должно же быть что-то хорошо у меня! И раз Майкл молчал, не значило же, что он без слов собрался меня слить…

Я утешала себя позитивными мыслями, хотя и окончательный разрыв не отрицала. Но на всякий случай помылась и побрилась, мало ли что! У меня вообще не было идей, как мы поговорим и во что всё выльется. Тревожность шептала, что всё пройдёт ужасно, но сердце убеждало, что надо просто чуть помочь Майклу, чтобы, наконец, мы были вместе.

Конечно, я могла бы послать Майкла раз он не извинился, писал моей подруге и ныл ей, а не пробовал поговорить со мной, раз он игнорировал мои сообщения, раз после прочтения моих писем молчал как партизан… Могла бы. В какой-нибудь альтернативной вселенной, где сильно не любила бы его.

До парка добиралась, вся нервничая и обливаясь по́том. Ещё и так жарко было на улице, что я поправляла макияж в автобусе. На этот раз Майкл пришёл раньше меня — да ладно?!

Я осторожно подошла к нему со спины, и он мгновенно обернулся и окинул меня взглядом.

— Привет, — дрожащим голосом сказала я, прикусывая губу. Завела нервную привычку и обдирала потом до крови. Губы постоянно были в болячках из-за этого: раны не успевали заживать.

— Привет, Эмбер, — дежурно ответил Майкл, при этом тяжело вздохнув.

Я посмотрела в сторону — молодая парочка готовилась к пикнику: корзинка, плед и счастливые улыбки на лицах. Вот же завидовала им…

— Ты… прочитал? — нервно продолжила я.

— Прочитал.

У меня дрожь пошла по телу, я не сводила взгляда с парочки: они раскладывали тарелки по покрывалу и хохотали. Майкл больше ничего не добавил. Мне становилось всё хуже: сердцебиение участилось, ладони потели.

— И?

Всё, я готова была с ума сойти. Переступала с ноги на ногу и заметила, что Майкл посмотрел туда, куда и я. Он долго молчал, чем доводил меня до паники. Я почувствовала лёгкую радость, когда парочка поцеловалась. Хоть что-то хорошее.

— Всё ещё не понимаю, почему, когда я пришёл к тебе, надо было морозиться, — пробурчал он.

«Любить — значит смотреть вместе в одном направлении»

Вспомнила цитату Антуана де Сент-Экзюпери, и сердце сжалось. Не сразу осознала, что Майкл имел в виду.

— Извини. Виновата. Оказалось, что немного обижалась на тебя. — Я пожала плечами, наблюдая, как девушка смеялась, надкусывая сэндвич. Какой же контраст эмоций — им так весело, а я сейчас готова была умереть от неловкости.

— Извинения приняты.

Я резко повернулась к Майклу и расширила глаза. В груди закипало негодование.

— А ты извиниться не хочешь?!

— За что? — Он нахмурился.

Мне захотелось взять его за грудки и потрясти.

— За то, что бросил меня!

Майкл отвёл взгляд и вновь посмотрел на милующуюся парочку. Вот наглец! Молчал, зараза! Неужели не чувствовал себя виноватым? Или, наоборот, ему слишком стыдно?! Как сложно!

— Что делать будем? — произнесла я после продолжительной паузы. Голову немного нагрело, а тело всё вспотело.

— У них всё только начинается. Беззаботно так, — вдруг тихо произнёс Майкл. — Это видно. Он даже не решается до неё дотронуться лишний раз. Когда серьёзное чувство, так и происходит.

— Майкл, — прорычала я. Как же он меня злил сейчас! — Ты о нас поговорить не хочешь?

— А что говорить-то? — пробурчал он то, что вывело меня из себя.

— Я тебе в любви призналась — ты ничего на это не хочешь сказать? — выплюнула я слова, сжимая челюсти от злости.

— Не ожидал этого. — Майкл повёл головой в сторону. Сердце каждый раз будто сжимали стальной хваткой. Я сдерживалась от истерики. Стояла и моргала, чтобы не заплакать. Что это всё такое?! Неужели нельзя всё нормально сказать?!

— Я тебя люблю, Майкл, — прохрипела я, всё-таки разрыдавшись. — И делай теперь с этим, что хочешь! Если тебе не нужны мои чувства, так и скажи!

— Не надо плакать. — Всё-таки взял меня за руку, подушечками пальцев вытер слёзы с лица. Как предусмотрительно с моей стороны, что я воспользовалась водостойкой тушью! — Моя ромовая девочка, всё же хорошо.

Да, я надушилась его любимыми духами с ромом.

— Давай пройдёмся. — Он повёл меня за руку, а затем отпустил. — Расскажи, что как вообще.

Я сдвинула брови, недоумевая. Классно тему перевёл!

— Майкл, ты спрашиваешь, как у меня дела в целом?

— Да, Эмбер. Расскажи мне.

Тяжело сглотнула и зашагала чуть быстрее Майкла. Что это всё? Возникало чувство, что Майкл пытался сделать так, будто мы и не расставались.

И, честно говоря, я была в шоке. Невольно вспоминала того Майкла-павлина, с которым встретилась в лесу и впоследствии в школе… А сейчас смотрела на Майкла, который то и дело прятал глаза, уводил тему в нейтральную и вёл себя максимально закрыто.

— Учусь. Мне нравится изучать литературу. Много пишу эссе и сочинений. Лечусь у психолога. К психотерапевту пока не надо, уже пропила витамины. Душевно чувствую себя лучше. С Лорой часто вижусь. Это моя лучшая подруга… Вот. Сериалы смотрю в свободное время, — перечисляла я, оглядываясь на Майкла — вдруг он совсем отстал. Приходилось останавливаться, а то он передвигал ногами, как черепаха.

— Охренеть у тебя вид сзади.

Я поперхнулась слюной и посмотрела на Майкла. Тот был серьёзен. Прежний Майкл до сих пор на месте! Всё не так плохо!

— Спортом продолжаешь заниматься, как я понимаю?

— Да…. — с недоверием смотрела я на Майкла, словно он чушь какую-то порол.

— У тебя раньше не было такой накаченной задницы.

— Майкл! — возмутилась я, при этом оглядываясь по сторонам. Хотелось истерически смеяться: о делах мы поговорим, задницу похвалим, но о чувствах… Нет-нет, о таком рассуждать не будем!

— А что? — Он развёл руки в стороны. — Говорю, как есть. Я же честный. Ты меня за это любишь. — Майкл подмигнул. — Я оценил твои старания. — Он вдруг обхватил мою талию руками, и у меня тотчас закружилась голова. — Ты молодец, Эмбер. А я себя распустил совсем. Всё в жир ушло.

Я рассмеялась и прижалась к нему ближе.

— А как же эндорфины? Откуда ты их берёшь, раз спорта нет?

— Радуюсь, когда что-то удаётся починить, — пробормотал он, дыша мне в нос.

— Это дофамин, Майкл. Радость от достижений. — Осторожно дотронулась до его губ своими. Майкл сжал мою щёку и углубил поцелуй так, что у меня ноги стали подкашиваться. На мгновение я распахнула веки и увидела, как Майкл с закрытыми глазами меня целовал и при этом у него было довольное лицо. Я вдруг рассмеялась и оторвалась от Майкла.

— Что такое?

— Ты милый.

— Вот оно что. — Он кивнул, поражённый. — Ладно.

У меня, похоже, переживания трансформировались в немного гипертрофированную радость. На нервной почве.

— А у тебя как дела? — пропела я, обняв Майкла за шею. — Рассказывай. Может, у тебя есть невеста уже!

— Ага, есть… — проворчал Майкл, чем удивил. — Эмбер, я круглые сутки занят. Сплю по пять часов.

Тем не менее, на встречу со мной сразу же время нашёл!

— Почему? — Ласково проводила пальцами по его шее, любовно оглядывая лицо.

— Деньги зарабатываю.

— И как прогресс? — прошептала я, ощущая, как Майкл крепко меня обнял. Я понимала, что он больше расслаблялся, когда не нужно было выяснять отношения. Хорошо, значит, будем по-другому общаться!

— Отлично. Эмбер, я… — Майкл вдруг замялся и наклонился к губам. Я ответила на поцелуй, и в этот раз у меня уже начал тянуть низ живота.

Что ж, Майкл, давай общаться на другом языке. Да и я всё-таки соскучилась по его прикосновениям.

— Майкл, пойдём ко мне? Секс не предлагаю, — тихо проговорила я, оглядываясь на идущих мимо людей. Не хотела, чтобы они пялились: сегодня особо многолюдно было.

— Мне ты нужна, а не секс. — Поцеловал меня за ухом, вызывая мурашки, я ближе прижала Майкла к себе за затылок, изнывая по нему. Сказанные слова меня успокоили — хоть так Майкл выразил чувства ко мне.

Взяла его за руку, и мы вместе пошли к автобусу, при этом болтая о всякой ерунде, как будто и не было недавно чувственных поцелуев, что лишали меня здравого рассудка.

***

Я открыла дверь, впуская Майкла. Мы сняли обувь, и я внимательно взглянула на Майкла.

— Майкл, не стой на пороге. — Я усмехнулась, удивляясь его робости. Он почти не смотрел на меня. — Ты же понимаешь, зачем я сюда тебя привела. — Прикоснулась к его руке и обхватила. Майкл вздрогнул. — Коснись меня.

Майкл в ответ накрыл другую мою руку своей и прижал ближе к себе.

— Пойдём, — прошептала я, ощущая, как всё тело воспрянуло. Майкл лишь коснулся моей руки… Что со мной?! — Неужели ты с каждой девушкой так спишь? — рассмеялась я, на что он резко вскинул голову. — Поверить не могу.

— Ты не каждая. Ты моя лучшая девочка. — Поцеловал в мочку уха, отчего у меня ещё больше низ живота затянул.

Поняв, что от Майкла никакой инициативы не будет, я сама повела его в спальню. Присела на постель, утянув Майкла за собой. Он глубже поцеловал меня, задирая футболку, и я прогнулась, желая оказаться ближе.

— У тебя же… есть презерватив? — Я оторвалась от его губ. Майкл сильно нахмурился.

— Что?

— А что ж ты тогда пришёл ко мне? — рассмеялась, поглаживая его скулы кончиками пальцев.

— Я же сказал, что не из-за секса, а ты всё издеваешься надо мной, — фыркнул Майкл. — Не думал об этом. Правда. Кажется, впервые в жизни.

Мы оба улыбнулись. Бедный Майкл — о сексе перестал думать. Меня безумно радовало, что Майкл всё так же воспринимал меня, прежде всего, как человека, а не объект сексуального желания.

— Эмбер. — Он всё ещё касался моего живота, вынуждая постоянно быть в напряжении. — У тебя был кто-нибудь?

— В смысле, был ли у меня секс? — интерпретировала я его слова, прикусив губу от прикосновений. — Нет. Да и никого у меня не было больше. Если тебя именно это интересует, конечно…

— Подожди. — Майкл перестал трогать меня. — То есть ты привела меня… Чтобы я стал первым?

— Я люблю тебя. Доверяю тебе. И тебе хочется же… И… Так ты точно поверишь, что я тебя люблю.

— Ох, Эмбер, — горько рассмеялся он, прижавшись ко мне лбом. — Я и без того тебе верю. Это ты… из-за него так?

«Утверждал, что если мы с ним сблизимся, то смогу быть его девушкой. Оказались у него дома, он стал говорить, что очень меня хочет сейчас, а я испугалась его напористости и сбежала».

Я опустила взгляд. Разговор ушёл явно не туда.

— Ладно, это неважно сейчас, — прошептал он.

Майкл поспешно поцеловал меня.

— Хочешь поговорить об этом? — выдохнула ему в губы, всё ещё испытывая огромную неловкость. — Ты же… прочитал в письме про него…

— Я не знаю, что говорить. — Майкл провёл рукой по моим волосам. — Нет у меня в мыслях ничего другого, кроме как желания дать ему в морду. И по рёбрам. И, чтобы не смел больше ни к кому лезть, отрезать ему яй… Так, ладно, ты поняла, в общем.

Я рассматривала покрывало, пока Майкл гладил меня по голове.

— Эмбер, он один раз домогался или больше? Тот случай дома ты описала. А ещё было? Давай не утаивай, как обычно.

— Похожий случай был на вечеринке у его друга. И того два. Всё. Мелочь. Он просто тогда очень пьяный был, — отмахнулась я, притянув Майкла за шею к себе. Он ответил на поцелуй.

— Я всё гадал раньше, что за третий лишний затесался между нами, — пробормотал он, целуя меня в шею. — Карл, Мэтт…. Гейб… Кто же? А оказался этот. Эмбер, тебе не было страшно… Ну, когда ты легла со мной, пьяным, в кровать. Помнишь?

« — Ложись. — Майкл указал головой на место подле себя. Я перелезла через его ноги и оказалась рядом. Легла, а Майкл повернулся и поместил голову мне на плечо».

— Хочешь знать, не было ли триггеров? Почему-то не было. И я не боялась. Знала, что ты ничего плохого не сделаешь. Как раз тогда поняла, что излечиваюсь от травмы благодаря тебе.

«— Я… не боюсь, — тяжело выдохнула я. — Я его люблю. — Не ожидала, что это будет столь нелегко произносить, но самое трудное было признаться в этом самой себе. — Он злился из-за того, что я увидела его слабым, а я… я словно увидела его обнажённую душу, и мне так хорошо от этого. Давно не боюсь, что он меня сильно обидит, он не может этого сделать. Майкл не такой. Слишком долго я считала его плохим, но теперь не могу. Я ему доверяю, Лора, иначе бы не осталась с ним пьяным и не легла с ним на кровать. И, наверное, то, что я ему доверяю — это самый лучший комплимент. Кажется, я излечиваюсь от травмы».

— Вот как… Знаешь, при разговоре с твоей мамой я заявил, что не обидел бы тебя. Она, конечно, мне не поверила. — Майкл гладил мой затылок, отчего было сильно приятно. — Но ведь всё так.

— Майкл… Точно ли дело было лишь в том, что наговорила моя мама, и в том, что я не рассказала о прошлых отношениях? Или ещё повод был? Ну… моя нерешительность, — добавила я, пока Майкл хмурился, опираясь руками по обе стороны от меня.

— О да, я увидел всю твою нерешительность на Хэллоуине. Недотроги себя так не ведут. Ай-яй-ай, Эмбер! — вдруг расхохотался он, на что я ударила его кулаком по спине.

— Мне до сих пор стыдно! — казалось, что я и правда покраснела. — Ужасный вечер.

— Ну… в нём было кое-что приятное, хотя плохого больше. Эмбер, помнишь, что я сказал, когда мы только начали встречаться? Я предложил без секса. Разве, если бы мне это капец как нужно было, я бы такое сказал? Да не в жизнь! Так что расслабься.

— И ты типа согласен ждать? — Я подняла взгляд, тяжело дыша при этом.

— Ну… Учитывая, что сегодня ты сама повела меня к постели и намекала на секс, то ожидание сильно сокращается. — Он улыбнулся.

— Извини, что всё так. — Я прижалась к нему, совсем расстроенная. — И я на голову больная, ещё и секс непонятно когда будет.

— Ох да… Бедный я, бедный. — Майкл усмехнулся. — Мне не привыкать. Заговорили о бывшем — и ты вся скисла, а я уж подумал, что ты меня силой возьмёшь. Весь настрой сбился!

Я закатила глаза, откинувшись на подушку.

— Чувствуешь к нему что-нибудь до сих пор?

— Желание прибить, — хмыкнула я. — А люблю тебя.

Майкл расплылся в улыбке.

— Всё, отматываем все разговорчики о неприятном — а то твоя мама и бывший залезли сейчас к нам в постель.

Я опять закатила глаза.

— Фу. Звучит страшно.

— Да вообще ужасно!

— Вот как знала, что в постели ты будешь разговорчивее, — пробурчала я, смеясь. Казалось, это уже был истерический смех. Нужно было как-то разрядить напряжение. — А то и слова лишнего не вытянешь….

— Значит, это был твой хитрый план по разбалтыванию… Выведыванию секретной информации. У тебя получается, умница! Шпионка-Эмбер!

— Да прекрати уже! — Я опять толкнула его. — Я сейчас со смеха умру!

Майкл хитро улыбнулся и замолчал, но начал гладить меня по животу. Лучше бы этого не делал. Мы оба молчали, уже без улыбок. Я не приподнимала уголки губ, потому что всё больше возбуждалась.

— Откат назад в разговоре. — Он наклонился ближе. — Начнём с того места, что у тебя никого не было.

— Видимо, тебе это понравилось. — Я заметила по его лицу. Майкл молчал и наклонился ближе.

— Ты сводишь меня с ума, — пробормотал он, сжимая мою грудь, отчего я тихо застонала. — Своей нетронутостью.

— Столько болтать — нормально? — Я закинула на него ноги, прижимая ближе к себе и начиная двигаться. Как будто нарочно оттягивал! Хотя кто знает…

— Ну, я же не ради твоего тела пришёл. Соскучился по твоей душе. — Провёл пальцами по ключицам. — Хочу разговаривать.

— А, кстати. — Я двинула бёдрами, а Майкл удивительно хорошо держался — не отвечал мне. — Было у меня кое-что. Конкурент у тебя.

— Что?! — Майкл резко дёрнулся, хватая меня за бёдра и останавливая.

— Одеяло, — расхохоталась я, наблюдая за вытянувшись лицом Майкла.

— Вот как, значит! — Он поджал губы. — Ну, ты хотя бы обо мне думала, да?

— О тебе. — Я прижала его за шею ближе к себе. — И одеяло порой ничем не хуже тебя.

Майкл резко отодвинулся, на что я рассмеялась. Обиделся! А когда-то ведь сам мне рекомендовал!

«— Кстати, читал, что мастурбация помогает при боли во время месячных. Не только же тебе случайные статьи в интернете читать.

— Да Майкл, опять ты мне о той статье напоминаешь! — жутко разозлилась я из-за неловкости.

— Ладно, шучу, мне это Анабель рассказывала. Так что попробуй как-нибудь. Что делать теперь знаешь. — Он погладил меня по щеке. Казалось, я залилась краской от такого предложения. «Теперь знаешь» — ну, да…»

— Не хочу сегодня так. — Схватил меня за ноги чуть выше колена и раздвинул. — Хочу тебя увидеть.

— Чего ты хочешь? — переспросила я. Мозги плыли.

— Превзойти одеяло, — пробормотал Майкл, приподняв уголки губ, на что я издала смешок.

— Всё не как у людей! Я с твоей правой рукой не собиралась соревноваться, если что!

Майкл наклонился ко мне с лёгкой улыбкой на губах.

— Эмбер, я впервые так много смеюсь в прелюдии. Хватит уже меня смешить!

А это прелюдия? Ничего себе! Я постаралась сделать спокойное лицо, но радость вперемешку с возбуждением меня выдавала.

Не понимала, чего Майкл захотел именно сегодня. Мне было слишком хорошо, чтобы думать. Он аккуратно снял с меня футболку, расстегнул бюстгальтер, лаская языком кожу, на что я прикрыла глаза, заходясь в сладкой дрожи. Прижался ко мне тазом, двигаясь и сводя с ума.

Мозг совсем отключался. Виной тому постоянные фантазии о том, как мы с Майклом однажды будем вместе. И теперь всё наяву происходило. Я постоянно сжимала ноги, желая получить разрядку, но Майкл продолжал удерживать их.

Он скользнул языком по животу и ниже, расстегнул мои джинсы и спустил их. Да, так далеко мы раньше не заходили.

— Видимо, хорошо тебя одеяло развратило. — Он улыбнулся, возвращаясь к моему уху и при этом лаская между ног. — У тебя тело ещё чувствительнее стало. Эмбер, что же ты делаешь со мной, — бормотал Майкл, продолжая раздевать меня. — Не бойся. Видишь, я же полностью одет, — шептал он, раздвигая мне ноги. — Стесняешься? Ты очень красивая. — Обдавал ухо тёплым дыханием, сжимая мою грудь.

Я забывалась, и именно это помогало преодолеть стыд от осознания того, что Майкл меня полностью раздел.

Мне было неловко от того, что я не могла прекратить двигать бёдрами — Майкл одной рукой продолжал крепко держать ногу, останавливая меня, а другой ласкал грудь. Он губами дошёл до талии, затем поцеловал в бедро и внутреннюю его сторону. Я изогнулась от наслаждения, казалось, ещё немного, и я испытаю маленькую смерть.

***

Я проснулась от шума на кухне. В теле была слабость. Сначала не вспомнила, что произошло, а потом…. Вау. И тут я восстановила в памяти то, от чего сердце остановилось не один раз и даже не два.

«По сравнению с недавними, я испытала очень сильный оргазм. Словила яркую вспышку под веками, ощущая истому во всём теле. Мне стало неловко от того, что я впервые так быстро испытала оргазм от поцелуев Майкла. И чуть позже его губы оказались около моего уха.

— Хочу, чтобы ты была только моей. Чтобы касался только я. Эмбер, будь моей.

— Что? — пробормотала я, слишком медленно соображая.

— Будь моей женой».

Я вскочила на постели, понимая, что надо найти халат. Одежда вся разбросана, а я в полотенце после душа так и уснула. Оделась и прошла на кухню.

«— М-Майкл? — заикнулась я. Сердце бешено колотилось, в горле было ужасно сухо.

Он промолчал. Я легла на бок, пытаясь успокоиться, и почувствовала, как Майкл рисовал узоры на моей спине.

Оргазм, потом это… Как теперь привести себя в порядок? Я потащила покрывало на грудь, и Майкл тотчас помог мне укрыться.

Долгое время слышала лишь стук сердца, причём и его тоже — Майкл прижимался ко мне со спины. Он ничего не говорил. Поняла, что не успокоюсь без душа, и поэтому вскочила. Оглянулась на Майкла — он лежал с закрытыми глазами.

В душе вообще мыслей не было. Я понимала, что слишком утомлена произошедшим, эмоций чересчур много. Вернулась в кровать на ватных ногах. Ладно, пришлось признаться, что Майкл лучше одеяла. Недооценила свою усталость — провалилась в сон».

Майкл приготовил яичницу и взглянул на меня. Всё внутри перевернулось. Как же я по нему соскучилась за всё это время… Майкл был без футболки — он и правда поправился, но меня это не волновало.

— Майкл, по поводу недавно случившегося… — неловко начала я и присела за стол.

— У меня до сих пор голова раскалывается после того, как ты сжала её ногами!

— Извини. — Я потупила взгляд. — Просто…. У меня же не было такого, и…

— У меня тоже не было, — вдруг выдал Майкл. — Можешь поздравить с первым разом! Но такое делать буду нечасто, учти. Я сторонник традиционного секса.

Я чуть не подавилась слюной. Ну да, Майкл, кому ты рассказал… Той, с кем ты старательно делал всё, кроме традиционного секса. Вот попал парень! Ладно, подыграю ему.

— Так это взятка была, Майкл? — Я вдруг улыбнулась. — Анабель тоже такое делал?

Майкл словно оскорбился.

— Конечно нет! Зачем?!

— А мне зачем?

Тишина. Я сидела и подавляла улыбку. Майкл мало смотрел в мою сторону.

— Сейчас остынет. Ешь. — Он подвинул тарелку с слишком аппетитно пахнущей яичницей. Я схватила вилку.

— Сколько я спала? А ты разве не спал?

— Два часа. Нет, я только подремал немного.

— Ого. — Я поджала губы, вилкой цепляя кусочек жареной ветчины. — Вау, прямо, как раньше.

Я часто засыпала после оргазма, и сон был крепким. Видимо, Майкл запомнил, сколько я сплю, и вот решил порадовать едой. Приятно. Пока я улыбалась, Майкл стоял, как готовый вешаться. Что с ним? О чём он там думал эти два часа?

— Майкл… Ты серьёзно по поводу… Ну, что ты потом предложил? — Я взглянула на него из-под полуопущенных ресниц. Майкл невидяще смотрел перед собой. Заметила, как у него дрогнула рука, которой он держался за стол. — Слушай, я всё понимаю, но как потом детям рассказывать о том, как папа сделал маме предложение? После того, как довёл до оргазма?! Ты момент получше не мог выбрать? — решила я разрядить обстановку.

Он пожал плечами и не поддержал шутку.

— Ты не ответила.

Я вспомнила, что никак не дала своё одобрение на это предложение тогда в постели, потому что была в шоке.

— Знаешь, Майкл, не допущу, чтобы ты снова страдал из-за моей неопределённости. — Я встала из-за стола и обняла Майкла. — Я тебя люблю, и я согласна. Очень хочу быть твоей женой. Ты сделал для меня слишком много. И я безумно тебе благодарна. Ты столько пережил из-за меня, — прослезилась я, прижимаясь к его крепкой груди.

— Эмбер. — Он поцеловал меня в лоб. Я заметила, как он рылся рукой в кармане и вытащил бархатную коробочку. Говорят, при влюблённости словно бабочки в животе порхают. Прямо сейчас эти бабочки порхали у меня в горле, мешая сделать вздох. — Это наше фамильное кольцо. От бабушки досталось. — Он мягко отстранился от меня и привстал на одно колено. — Почему ты плачешь? Я что-то не так делаю?

— Да от счастья, — отмахнулась я. Майкл раскрыл коробочку, представляя взору кольцо с маленьким зелёненьким камушком. Я поспешно выхватила кольцо, чтобы надеть на палец, не веря глазам. Взглянула на Майкла, у которого горел взгляд, впервые за последнее время.

— Ты же хотела уверенности в будущем. Вот оно, — говорил он, пока я примеряла кольцо. Удивительно, но почти подошло. Неужели я скоро примерю не только помолвочное кольцо, но и обручальное?! — Я подкопил денег за это время, пока работал. Теперь не будешь думать, что я просто играюсь с тобой?

— Но ты ещё не сказал, что любишь меня.

— А я-то думал, что предложение — это лучший способ сказать о любви.

Я вновь взглянула на Майкла и переплела пальцы с его.

— Ты прав, это самый лучший способ. Это не пустые слова. Готовность взять ответственность — вот что ценно.

— Я… тебя сильно люблю, Эмбер, — робко сказал он, не поднимая взгляда. Я вновь кинулась в объятия будущего мужа, слушая, как громко стучало его сердце.

Мы долгое время молчали.

— А насчёт «что детям говорить»… Эмбер, я бы не смог сделать, как правильно. Не моё это. Не умею в романтику, — неожиданно произнёс Майкл.

— Ты сделал всё, как надо. — Погладила его по голове, не в силах перестать улыбаться. — Знаешь, хочу тихую церемонию, — заявила я. Сидела у Майкла на коленях, перебирая его волосы, пока он гладил меня по спине. — Вообще, хочу, чтобы были только ты и я, но потом вспомнила, как будет негодовать Лора… — пробормотала я.

— Тихую церемонию? — с недоверием переспросил он.

— Чтобы никто не знал! Только самые близкие. Ни мой папа, ни моя мама! — с жаром говорила я, сильнее сжимая волосы Майкла. — Узнают они позже! И тогда уж точно не смогут нам запретить!

Он рассмеялся.

— А ты авантюристка, я смотрю. А как же белое подвенечное платье? Фотографии?

— Платье напрокат возьмём. Лора пофоткает. Ма-а-айкл, я всё придумаю, — смеялась я, как последняя сумасшедшая. Когда в последний раз я была так счастлива?!

— А я… мотоцикл продал, — вдруг произнёс Майкл, чем обескуражил меня.

— Почему?

— Ну… чтобы денег больше было. Я же не знал, какую церемонию ты захочешь! Может, решила бы весь Редхилл пригласить!

— И ты бы исполнил моё желание? — Я широко улыбнулась.

Майкл посмотрел в сторону и тяжело вздохнул.

— Бедный. — Я поцеловала его в щёку, а затем чмокнула в губы. — Мне вся эта показуха не нужна. Так что тебе со мной повезло! А на свадьбе я у мамы уже погуляла. Все нажрались, и… А ты знаешь, не люблю я пьяные лица. — Я закатила глаза и тут же вспомнила Майкла на выпускном. Осеклась, а Майкл поджал губы: видимо, тоже самое вспомнил. — Кстати…. Майкл, ты всерьёз не воспринял, что мне противен? Я это не из-за того, что ты пьяный был… — Погладила по его щекам. — Страшно обижалась на тебя из-за расставания — поэтому. А так можешь пить.

— Ну спасибо, — фыркнул он. — Я из-за тебя напился. Не мог вынести мысли, что отказался от такой девочки. — Наклонился к моим губам. — Знаешь, как меня сомнения раздирали… Не хотел, чтобы кто-то другой тебя любил.

— Майкл. — Крепко прижалась к нему. — Неужели так всё надо было?

— Зато теперь я уверен в своём выборе. Ты, я думаю, тоже.

Нечего было возразить. Любимый притянул ещё ближе, и я ощутила счастье, которое теперь постоянно было со мной.

Я вспомнила, как боялась писать Майклу утром. Порой проигрыш — это победа. Вот что было бы, если бы я не настояла?! Так и ходил бы Майкл вокруг меня, не решаясь зайти дальше темы «как твои дела»?!

Я могла бы требовать от него извинений, но, видимо, ему легче это было сделать другим способом, чем сказать: «Извини меня, Эмбер». Что ж, оргазм и предложение выйти замуж меня устраивали.

Глава 56. Тоскуя по тебе

Майкл

В колледже было просто учиться: можно было прогуливать, домашнее задание не делать, долги потом досдавать. Поэтому я часто пропускал занятия. Да и впоследствии руководство вошло в моё положение. Я сначала походил на пары, а потом стал забивать. Главное — это потом как-то экзамены сдать.

Попал на программу по машиностроению. Из всех предложенных она была мне ближе всего. Ну не быть мне однозначно биологом или философом, так что устроюсь потом на какой-нибудь завод, и жизнь заиграет новыми красками. Наверное. По крайней мере, мама верила, что образование очень поможет мне в жизни.

А пока я ходил по объявлениям. В Редхилле и то легче на работу брали. Ну хоть удалось устроиться в шиномонтаж за гроши, и на том спасибо. Фрэнк предлагал подогнать работу, но я отблагодарил и сказал, что лучше сам найду. А то опять какие-нибудь грузы везти, и не пойми что там. Всё бы хорошо, но загреметь в тюрьму не было желания. Я мельком слышал, что друзья Фрэнка в Балтиморе нечисты на руку, и решил себя обезопасить.

Сидя на парах, я обычно играл в телефон (не лекции же слушать), а одногруппники гоготали. Девочки так вообще странно развлекались: в этот раз одна другой в рот линейку засовывала, отмеряя. Я сдвинул брови, на что одна из девушек расхохоталась.

— Чего уставился, Уокер?

— Да так. — Я встряхнул головой. Наверняка там присутствовало какое-то непошлое объяснение.

— Ника хочет узнать, какая длина в горло войдёт. — Она вынула линейку, а я шире распахнул глаза, не веря услышанному.

— Тренировки по глубокому горлу. — Ника подмигнула мне. Казалось, я начинал краснеть. — Тебе минет не делали, что ли?

— Какая разница?!

Девушки переглянулись, хихикая. Куда я попал?! Дно пробито! Думал, что Редхилл — дыра, а оказалось, что вполне на уровне! Если делала минет, то хоть не ори об этом на каждом шагу. Да и у мужчин складывается определённое мнение о тех, кто делает минет кому попало.

Вдруг вспомнил Анабель. Где она сейчас, что с ней? Она мне ни разу не писала — это странно. И я с ней не связывался. Надеялся, что с ней всё в порядке. По крайней мере, в социальной сети сохранялась картинка её идеальной жизни.

— Уокер — невинность. Он к нам ни разу не приходил. — Блондинка вдруг тыкнула меня в бок этой же линейкой.

— Некогда. Я работаю, — честно высказал я. Да и хватило мне пьянок в Редхилле, если честно.

— Да-да. Приходи на вечеринку-то! — Ника широко улыбнулась мне. Имя её подруги всё не мог запомнить. — Хочешь глубокое горло?

Они вновь захохотали, а я уже закипал.

— Вместо членов в горло, лучше бы себе мозги в черепную коробку попытались запихнуть!

— Какой ты грубый! — Ника надула губы. — Теперь мы тебе не рады.

— Зато я рад, — прошипел я и уткнулся в тетрадь. И что я так разозлился? Сам не знал. Кстати, да, на вписки я очень давно не ходил.

Ещё и сосед по комнате «подходящий» оказался. У него была развязная девушка, с которой они постоянно трахались. Когда они практически занимались сексом у меня на глазах, то я уходил из комнаты в коридор, а затем и в другое крыло, чтобы не слышать, как кровать скрипела.

Дэн всё звал меня на вписки, при отказах приговаривая, что я скучный. Однако я понял одну вещь: мне больше ничего никому не нужно было доказывать. Огромным плюсом было то, что в Балтиморе никто не знал, каким я был. В Редхилле чувствовал огромное давление — мне необходимо было подняться в чужих глазах: вот я больше не тот никчёмный мальчик, которому бы никто не дал или который пить не умел. Я подстраивался под окружающих и их модель поведения, чтобы выжить. А теперь решил, что больше так не могу. Мне не нравились вписки, и я туда ходить не буду. Да, мне нравилось выпить, чтобы расслабиться, но не каждый же вечер! И мне по душе абсолютно другой тип девушек — и обычно они на вписки не приходили.

Секса не хватало, конечно, но что ж теперь. Со случайным я завязал, оставив его в прошлом. Мне нужно было что-то большее, но к этому я не был готов. Отношений мне совсем не хотелось. Забот выше крыши. Я, правда, много работал, стараясь накопить хотя бы на съёмное жильё. Мне очень хотелось жить отдельно.

В общежитии часто что-то ломалось, и меня просили починить, прослышав про то, что я вполне сносно могу это сделать. Один раз меня позвала девочка из соседнего общежития. Я починил кран, за что получил шоколадку. Ну хоть что-то, я не требовательный. Так и побирался, как придурок. И потом эта девочка меня задёргала. У неё там постоянно что-то ломалось. Как я понял, она вызвалась быть старостой и помогала следить за порядком. В общем, очень активная девушка.

Один раз мы остались наедине, и она ко мне пристала. Просто сюжет порно, так сказать, поблагодарить захотела. Я порывался сблагородничать, а потом подумал — зачем? Так и переспали.

Оказалось, что я ей давно сильно нравился, она за мной ходила хвостом, а я не замечал, и потом стала намеренно звать меня к себе.

У нас случилось ещё пару раз, Дэн радовался за мою сексуальную жизнь — казалось бы, какое ему дело? Кэрол была довольно симпатичной девушкой. Но её портил нос с большой горбинкой и тонкие губы. Порой я вспоминал лицо Эмбер — оно у неё идеальное, и нос с небольшой горбиной только добавлял изюминку.

Я бы хотел сказать, что вот всё и наладилось в личной жизни, но нет. Я слишком сильно помнил Эмбер. Из всех девушек, что у меня были, я любил именно её. Добивался её. Анабель и Кэрол за меня всё сделали, и это было неинтересно.

Как-то раз достал обручальное кольцо, и сердце болезненно сжалось. Я бы мог на Эмбер жениться. И эта мысль не покидала меня, изводя. Я ведь сам отказался от Эмбер! Думал, что смогу без неё! Что девушек вокруг полно! Но почему же я тогда её никак из головы не мог выкинуть? Не видел её, не общался с ней уже долгое время, но она сидела в моих мыслях. Говорят, что мужчина выбирает ту девушку, что рядом, и мне была приятна забота Кэрол, но выветрить воспоминания о Эмбер не удавалось.

Я противен Эмбер — она сама мне сказала, поэтому я заглушал мысли о возможном возобновлении отношений. Как мне было после такого ей писать? А вдруг у неё новый парень? Свадьба какая-нибудь? А ведь это вполне вероятно, учитывая, какая она прекрасная девушка! Днём с огнём не сыщешь. Я схватился за голову, потому что она раскалывалась.

С Кэрол я, короче, расстался, рассказав, что не смог забыть бывшую. Так и было. Я скучал по Эмбер. Страшно скучал. Просто хотел её увидеть, услышать от неё, прочитать смс, но это было нереально. Жаждал узнать, что и как у неё в жизни.

С Кэрол я пытался строить отношения — даже дарил ей цветы. Видел, что ей интересна романтика, дальнейшее развитие, а мне это не надо было. Секс мне нравился, но за него оказалась дорога плата. И чтобы не увязнуть в том, что мне не надо было, оборвал всё.

Слухи о моих руках разнеслись, и один раз молодой преподаватель в колледже спросил, где я работаю. Ответил, что в шиномонтаже, а преподаватель предложил мне подработку за деньги получше. Пара его знакомых нуждались в мастере по дому. Я постепенно научился всему, что требовалось. Зарплата была вполне сносная, единственный минус — это наработка клиентуры и репутации, а ещё непостоянный заработок.

В свободное время почитывал обучающие издания, стараясь заполнить пробелы в знаниях. Один раз душ сказали проверить, а я почему-то не понимал, в чём проблема, — и это побудило меня вникнуть. Мне нравилось копаться в технике. Работа всё больше становилась смыслом существования.

Однако насовсем не смогла меня отвлечь. Всё-таки я не выдержал и написал Лоре — подруге Эмбер. Миссис Уинтер тогда при разговоре мне сказала, что Эмбер ей открывается. Я правда хотел слышать, что у Эмбер всё было в порядке: что она не в больнице, не в депрессии, что спокойно училась, наслаждалась жизнью. Лора меня отбрила в начале, что было ожидаемо, но свой ответ я получил.

И даже не понял, как получилось, что я стабильно раз в месяц писал Лоре, потому что скучал по Эмбер. Но вспоминал о ней явно не раз в месяц… Казалось, что хоть так я «соприкоснусь» с миром Эмбер — узнаю, как она живёт. Это был такой суррогат общения с ней. Боялся думать о том, чтобы написать непосредственно ей. Наверняка она там меня проклинала. И даже перспектива того, что Лора расскажет Эмбер о моих смс, не столько пугала, как мысль, что Эмбер меня пошлёт раз и навсегда.

Судьба подкинула мне случайную встречу с Кэти — мы столкнулись с ней в супермаркете. И она была с огромным животом. Я выпучил глаза, а затем попытался сделать безразличное лицо. Беременность — ничего сверхъестественного.

Она вдруг мне улыбнулась. Давненько такого не было. Раньше всё злилась, что я мешал им с Нейтаном. Я поздоровался с ней и спросил, как жизнь, а она рассмеялась.

— Ты наверняка хочешь спросить про мой живот.

— Ну… И про это тоже. Кто папа? Нейтан?

Кэти тяжело вздохнула. Я понял, что ковырнул больную тему.

— Стоило этого ожидать, учитывая, как он ненавидел пользоваться резинкой. От него уже три месяца никаких вестей. Ты был прав во всём, Майкл. Мне жаль, что я была такой глупой. Сама виновата.

Я с сочувствием посмотрел на её усталое лицо.

— Мама запретила делать аборт — религия не позволяет. Сказала, раз уж Бог послал ребёнка, то буду рожать. Нейтан не дал денег на аборт. Сказал, что на мели.

— Тяжко… Может, это и к лучшему? — пытался я её поддержать, но совершенно не знал, как это сделать.

— Может. В последний год мы с ним страшно ругались. Я уходила во все тяжкие, с другом ему немного отомстила, и он этого не простил. А мне какого было видеть его похождения! На постоянной основе! А потом вот залетела, и пришлось уже по-другому себя вести. Завязала с курением, травкой и прочим. Теперь вот мамочка-одиночка. Такие дела. Мать сказала — Бог вернул меня на путь истинный. А я просто проклинаю свою жизнь.

Вот это новости. Не знал, что говорить. Явно не ожидал такого. Я, конечно, предсказывал, что Нейтан её кинет, но… Жестоко как-то. Кэти предстояло рожать через месяц. Я спросил, почему она не вернётся в Редхилл — там ведь и не надо будет платить за жильё, и мама поддержит. Кэти рассказала, что папа вообще слышать о ней не хочет и они сильно разругались. Так что некоторое время она желает пожить сама, а мама будет приезжать помогать. А потом уже папа остынет, пожалеет её и разрешит жить вместе.

Я забрал её с роддома, потому что её мама слегла с температурой не вовремя, а ещё Кэти плакалась — вот даже встретить некому! Ну, её можно понять — вокруг радостные женщины, мужья которых очень ждали ребёнка….

— Спасибо, Майкл, — застенчиво проговорила она. — Никогда бы не подумала, что жизнь обернётся вот так! И ладно ещё ребёнок в двадцать лет, но из всех людей помогаешь по итогу именно ты!

Я и сам усмехнулся на это — вот так жизненный твист. Помог с вещами, пока Кэти укладывала дочь спать. Но это явно было ненадолго — девочка была слишком орущая.

— Остаться не хочешь? Как тебя отблагодарить-то? Может, заплатить?

— Ой нет, никак не надо, — отмахнулся я. — Знаешь, ты мне когда-то нравилась. А теперь…

— А теперь я совсем скатилась. Да-да, — невесело усмехнулась она.

— Я не то хотел сказать.

— Майкл, ты своим благородством меня всегда раздражал, скажу честно. Выглядишь слишком хорошим. Я сама хотела быть такой, но ничего не вышло. Не оправдала ожидания родителей. Испортила себе всё будущее. Вдобавок брошенка. Теперь с прицепом.

— Ну, ты сама видела, что я не совсем хороший, — сдавленно произнёс я, вспоминая всё, что было. А потом вспомнил, что она уже закончила школу, когда я пошёл вразнос.

— О да, даже дрался из-за того, что кто-то кого-то обидел. — Кэти расплылась в улыбке. — Знаешь, Майкл, извини, что я тогда так к тебе отнеслась. Не оценила твоей помощи. И теперь жизнь надо мной так посмеялась. Мне приходится принимать твою помощь, потому что больше не от кого… Даже с роддома было некому забрать. Мама сильно заболела, а папа и знать меня не желает теперь. Нейтан… сам понимаешь — ему на хрен ребёнок не сдался.

Не знал, как её утешить — она заплакала. Мы с ней никогда не были близки. Общались, потому что наши матери дружили.

— Я хотел сказать, что люблю другую девушку, и всё, — попытался я как-то всё сгладить. — А насчёт помощи: ты ещё звони, если вдруг нужно что-то привезти или с Роуз посидеть. Я, конечно, сомневаюсь, что из меня выйдет нянька, но могу попытаться. Я знаю, каково это — когда некому помочь.

Кэти ещё больше разрыдалась, хотя я ожидал другой реакции.

— Я так виновата перед тобой!

Надо было как-то уходить, а то неловко.

— Всё в порядке, ты ничего плохого мне не сделала. Меня Нейтан прессовал, а не ты. Кэти, всё хорошо.

У меня не было злорадства по поводу того, что я оказался прав и Нейтан правда её бросил, как я и думал. И на ребёнке отыгрываться не было желания. Малышка-то вообще ни в чём не виновата. Ну да, батя у неё мудак редкостный, но Кэти, хоть ненадолго и свернула не туда, вполне нормальная. Может, было и неправильно так рассуждать, но, возможно, ребёнок — это единственное, что могло бы спасти Кэти. Как сказала бы мама: пути Господни неисповедимы.

Ребёнок в раннем возрасте — не такая уж трагедия. У Кэти живы родителей, которые смогут ей помочь, когда она вернётся в Редхилл. Она молода, ребёнок подрастёт немного, и Кэти сможет снова строить личную жизнь. Сколько историй слышал, когда девушки потом выходили замуж уже с детьми.

— Той девушке очень повезло! — сквозь слёзы продолжала Кэти.

— Что?

— Той девушке, которую ты любишь. Ты бы её не бросил беременную!

С тяжестью на сердце вспомнил Эмбер. Интересно, считала ли она, что ей «повезло»? Да вряд ли. С каждым днём я только больше убеждался в том, что ошибся. Нельзя было рвать с Эмбер. Если бы она встретилась чуть позже, когда я не был столь сильно ущемлён своим жалким существованием, то всё было бы по-другому!

— Нейтан поступил подло с тобой. Я пойду. Если нужна помощь, то пиши.

Я быстро свернул разговор и вышел на улицу. Гадко на душе стало от всего этого. От Нейтана я другого и не ожидал: заделал ребёнка — и в кусты.

Я пару раз отвозил Кэти продукты, когда она не могла выйти из дома, и ещё пару раз сидел с её дочкой — то ещё приключение было, конечно. У меня болели уши после ора, мне пришлось стирать футболки, потому что Роуз рвало прямо на меня. Паниковал, не зная, как успокаивать такого маленького ребёнка, и проблема была в том, что Кэти тоже не знала. Поэтому приходилось звонить маме и расспрашивать. Но отвращения к ребёнку не чувствовал, хоть и дико уставал. Пелёнки я менял только один раз, к большому счастью, в остальные случаи успевала вернуться Кэти и сделать это сама.

Вскоре она переехала в Редхилл к родителям, потому что самой справляться с младенцем — кошмар. И я долго не мог сидеть с Роуз. Моя мама приняла эстафету и стала помогать Кэти в Редхилле.

Я, конечно, не сдержался от едкого замечания о том, что они-то не помогали нам, когда мама лежала с тяжёлой депрессией. Не желал вслух произносить, но это сидело в моих мыслях. Мама напомнила, что у них тогда был второй ребёнок-инвалид и потом он умер. Я сразу же заткнулся. М-да, та ещё судьба у мамы Кэти — один ребёнок умер, а старшая дочь залетела.

Признался маме, что совершенно не таил обиду на их семью, наоборот, мне Кэти очень жаль. Она сказала, что чувствовала то же самое. И, пока могли, решили поддерживать их. Стала расспрашивать, как я согласился сидеть с младенцем. Сам в шоке. Похвалила меня, что мне было очень приятно, и в очередной раз спросила, с кем я встречался. И я прекрасно знал, на что она намекала, но напрямую не решилась заговорить: а ты с Эмбер не связывался?

Тем временем я всё больше думал над тем, что было бы, если бы я на Эмбер женился. Шёл как-то мимо детской площадки, а там ребёнок играл с родителями рядом. Девушка — красивая, счастливая, на Эмбер похожа. У меня тотчас сердце сжалось. Я тоже такого хотел. Да, в девятнадцать лет ребёнок — не лучшая идея, да и через год-два тоже, но потом-то… Потом вполне можно. Я остановился и смотрел, как молодой парень поднимал малышку на руках и смеялся.

Брак меня не пугал, как раньше. Из Эмбер вышла бы отличная жена. Верная, преданная… Я тяжело выдохнул. И вот что я всё испортил? Почесал в затылке. Что ж я мучился-то сколько месяцев без неё!

«Только не боишься, что взвоешь без неё однажды?»

Разозлился, вспомнив слова мамы. И вновь она была права. С каждым днём тоска всё больше овладевала сердцем, а должно было быть наоборот! Я несколько раз за день заходил к Эмбер на страницы в социальных сетях — фотки она выкладывала редко, но на них была довольная, и это главное. Каждый раз боялся зайти и увидеть какого-нибудь упыря рядом с ней.

«Знаешь, если вам суждено быть вместе, то значит, так и будет. Либо ты, наконец, будешь уверен, что хочешь именно с ней быть и даже жениться, либо она…»

В обычный августовский день я пришёл с работы, Дэн где-то шлялся со своей подружкой, я же вытащил коробочку из ящика стола — специально запихнул её подальше. Сверлил взглядом кольцо, и оно меня в ответ, как в ковбойских фильмах перед схваткой.

Я был уверен. Уверен, что хотел этого! Хотел быть с Эмбер! Написал Лоре, и надежда во мне не угасала. Я оживился, поверил в чудо. И когда увидел Эмбер, то сразу же испугался. Она выглядела совсем незаинтересованной. Коробочка в кармане словно жгла мне бедро, и с каждой секундой всё больше осознавал, что Эмбер я больше на хрен не нужен. Что я ошибся. Да с какого фига я вообще думал, что она разделяла мои чувства?!

Весь озлобленный вышел от неё. Я ведь даже курить бросил! Пару месяцев назад обдумал, что на сигареты много трачусь, да и обещал когда-то бросить, вот и взялся. Тем более, что стаж у меня всего четыре года — а это немного. Пока не поздно. Постоянно леденцы сосал, чтобы как-то ослабить тягу, но она становилась лишь больше. Ходил злой как собака из-за этого. Вот думал, Эмбер меня похвалит, что я смог бросить, а ей вообще пофиг!

Порывался сначала кольцо в урну кинуть, заходясь в гневе, но потом чуть успокоился. Кольцо продам. Сегодня же и продам. По хрен, что фамильное, мне есть нужно было и из общаги однажды выбраться, снять жильё.

Я уже ехал в метро, когда пришло сообщение от Эмбер. Она серьёзно? Какая встреча? С чего? Стал перебирать варианты. Может, ей Лора всё-таки сказала, что я каждый месяц писал? Только жалости мне не надо, обойдусь! Эмбер, иди-ка ты лесом!

Приехал к ломбарду, а Эмбер написала, что передаст мне кое-что. Я закатил глаза. Да хватит сердце рвать уже! Сил моих не осталось уже. Ломбард оказался сегодня закрыт. Я плюнул в урну от злости и ответил Эмбер, что встречусь с ней, перед этим выдержав паузу — не хотелось какую-нибудь гадость ей настроить.

Намеренно опоздал к ней на встречу. Она передала мне письма — удивительно. Почерк было не всегда удобно считывать. Я сел на кровати в общаге и взял первое. Дэн говорил какую-то ерунду, мешая мне. Я на него сорвался и вышел на улицу. Кто-то курил, а я стоял рядом, вдыхая знакомый запах, что немного меня успокаивал.

Оказывается, Эмбер меня любила и скучала всё это время. Прочитал письма залпом в тот же день и места себе не мог найти. Почувствовал себя жутко виноватым перед ней. Дэн неудачно шутил, часы громко тикали, девочки неуместно ржали — меня всё бесило. Я себя ненавидел, что так больно Эмбер сделал. И этот бывший урод ещё…. Мудак, который потрепал Эмбер нервы и мне вдобавок. Приставал к ней бухой, а я, со своими неуместными пошлыми замечаниями, наверное, ещё больше пугал Эмбер.

Рад был, что она всё-таки нашла различия между мной и ним. Я не хотел быть плохим.

И теперь не знал, что делать. Нужно было как-то маякнуть Эмбер, что я всё прочитал, но трусил. Наверное, нужно было извиниться, что я тогда так оборвал с ней, что сделал больно своими случайными связями… Но как это можно было сделать?!

Она мне сама написала пару дней спустя и предложила встретиться. Чувствовал себя жутко неуютно, но и извиниться не мог. Тупо не мог. Просто извиняться в мелочах, но в таком…. Невозможно. Но обнадёживало то, что Эмбер сама делала шаги к нашему воссоединению.

Она затащила меня домой, ещё и на секс стала намекать, а я впал в ступор. Понял, что так сильно возбуждён, что сейчас же и кончу. Эмбер наверняка в шоке будет. Нет, не лучшая идея. Да и тем более — я правда не брал презервативы! Они мне уже более полгода не нужны! Я же ни с кем не спал после Кэрол. Да я даже не думал о сексе с Эмбер! А она не поверила… Нет, конечно, можно было бы старым добрым способом предохраниться, но в эти мгновения я бы вряд ли себя достаточно контролировал. Я совсем запутался, хотела ли Эмбер на самом деле или просто проверяла меня, но это и неважно было.

У меня снесло крышу, когда узнал, что Эмбер до сих пор девственница и ни с кем не была. В отличие от меня ни с кем не успела сойтись за то время, пока мы не были вместе. Захотелось сделать ей сильно приятно и так, как я ещё никому не делал.

В те моменты остро осознавал, что жаждал быть только с ней. За эти годы мне вполне хватило случайных девушек, пьянок и прочего. Раньше то казалось запретным плодом, а потом наскучило. Мама была права, когда выбрала тактику вседозволенности: делай что хочешь. И я делал, но оказалось, что случайные связи были для меня больше как способ самоутвердиться, а теперь необходимость в этом пропала. Не о чем было жалеть, потому что попробовал то, что мог.

Эмбер лучшее, что со мной случилось за это время. И я желал, чтобы она была только моей! Однозначно только моей! И никто её больше не тронет, и буду с ней только я!

Предложение я собирался делать, как все нормальные люди. Но плана не было. Не знал, как это сделать, чтобы красиво было. Я вспомнил ту зачёркнутую строчку в письме, которую еле разобрал. Конечно же Эмбер хотела за меня замуж! Осталось решиться позвать её!

Видел Эмбер, изнывающую от желания, всю слишком чувствительную, ласковую и мою, и просто не смог удержаться, чтобы не сделать ей приятно. Заметил, как она вдруг замерла и протяжно выдохнула, расслабив бёдра. Голова загудела от того, как она меня сжала сейчас. Ну и хватка у неё.

Знаешь, Эмбер, после того, что я сейчас сделал, ты обязана за меня выйти!

***

После выкладывания совместной фотографии, я поменял статус в социальной сети на «женат». Офигеть. Звучало страшно. На следующий день я получил неприятный звонок, что пошатнул мир. Я с силой сжимал смартфон, и при этом в висках пульсировало.

— Майкл, что с тобой? — Эмбер провела по моим волосам. — Кстати, Анабель не проявляла себя? Ну, отреагировала как-нибудь на то, что мы вместе?

— Плохо отреагировала. — Я потёр переносицу, тяжело дыша. — Мне Карл позвонил. Её положили в больницу после того, как откачали. Теперь предстоит долгое восстановление. Съезжу к ней разок.

Эмбер приоткрыла рот, а я вспомнил слова Карла несколько минут назад:

«— Да чтобы ты в аду сгорел, чёртов Уокер! Довёл Анабель до такого! Ублюдок конченый!»

А ведь он был сам мистер интеллигентность… Видимо, накипело. Когда перед палатой я встретился с Карлом, то он желал испепелить меня взглядом, но сдержался. Сказал лишь, что Анабель пожелала меня видеть. Я отворил дверь и прошёл вперёд — в идеально чистую и аккуратную комнату, с кучей цветов в вазах, плюшевых игрушек, воздушных шаров и плакатов «Выздоравливай, Анабель». Я неловко переступил с ноги на ногу и положил на тумбочку рядом с постелью букет из орхидей. Анабель их обожала, и стоили они прилично. Я ей никогда их не покупал.

— Хах. — Она ухмыльнулась, переводя взгляд с букета на меня. — Неужели?

Я мог додумать продолжение фразы: «Неужели стоило попасть в больницу, чтобы ты хоть раз в жизни подарил мне любимые цветы?..»

— Анабель. — Я потупил взгляд. Не знал вообще, что говорить и делать. Подняв глаза, всё-таки понял, куда она смотрела — на мою левую руку с кольцом.

— Ты и правда на ней женился… — безразлично проговорила Анабель. — С самой первой встречи я не могла понять, чем же меня так бесит эта Эмбер. Но я чувствовала — всё-таки у меня хорошая интуиция.

— Анабель, почему ты это сделала? Мы же не общались, причём тут я?

Я вспомнил наезд Карла — он утверждал, что сестра оказалась в больнице из-за меня.

— Ты причём?! Увидела, что вы поженились, и у меня истерика случилась. Я рыдала, себя не помнила, — шептала она. — Даже не помню, как вколола себе…

— Анабель, — прервал я её. — Неужели ты стала колоться? Я же просил тебя, твою же мать, Анабель! Я просил тебя не принимать даже экстази!

Меня трясло от негодования. Я вспомнил, как убеждал её не пробовать, не покупать травку… Делал всё, чтобы она не подсела!

— Ты переживаешь за меня. — Анабель довольно улыбнулась. — Это всё ещё приятно. Нет, Майкл, это были не наркотики. Дело в том, что в последнее время мне стали колоть успокоительное, и вот недавно я сама ввела слишком много…

У меня от сердца отлегло. Нет, это ужасно, конечно, что она намеренно решила отравить себя большой дозой успокоительного, но хотя бы не наркотики!

— Не переживай, Майкл. Знаю, о чём ты думаешь. Я буду жить дальше. Меня уже немного отпустило за этот год. Просто срыв произошёл. Не буду больше вам мешать. Я тебя люблю, Майкл, — произнесла она после большой паузы.

— Я ценю, что ты была рядом со мной. — Сжал её бледную слабую руку с покусанными ногтями. Было так странно, что от Анабель теперь пахло не сладкими духами, а лекарствами. — Анабель, мне жаль. То, что было между нами, — больше похоже на зависимость. Я тогда был болен после смерти отца. Но ты помогла мне это пережить. — Я поглаживал её пальцы, при этом испытывая острую боль в груди. Не смогу себе простить, если Анабель загубит свою жизнь из-за меня. Из-за моих подростковых ошибок. — Лисёнок, не убивай себя. Мне будет очень больно, если ты что-то с собой сделаешь.

— Уходи, Майкл, — вдруг проговорила Анабель со слезами на глазах. — Прошу тебя.

Я кивнул, затем вышел из палаты и тотчас наткнулся на Фрэнка. Несколько секунд хватило для осознания — я внезапно вспомнил моменты в прошлом, которым не придавал значения. Вспомнил, как Фрэнк назвал Эмбер моей девушкой, когда я ещё встречался с Анабель (тогда Эмбер наткнулась на нас в лесу); как смотрел на неё, как часто при разговоре забывал, что она — моя.

Я не замечал, что она нравилась Фрэнку. Похоже, что сильно.

— Помоги ей выздороветь, — на выходе произнёс я. В груди было так тесно. — Она талантливая и целеустремлённая девушка. И у неё всё ещё будет хорошо.

Получил кивок в ответ и отправился домой. Там Эмбер уже ждала меня с расспросами. Моя любимая жена.

Анабель наконец осталась лишь в прошлом. Она не та, кого я любил, просто стала близким человеком в определённый период времени. А Эмбер я сильно любил. И рад, что у Анабель хватило сил принять это. Пускай даже временно.

Глава 57. Выходя за тебя замуж

Эмбер

— Так! Новобрачные! Вы ближе станьте друг к другу, а то как не знаю кто! — кричала Лора, взмахивая рукой. Майкл тихо рассмеялся и с силой прижал к себе за талию. — Страшно завидую вам, да! Только улыбайтесь шире!

У меня уже скулы сводило от постоянных улыбок. Но в этот день просто не могло быть по-другому.

На мне было пышное белое платье, что мы нашли напрокат подешевле на окраине города. Майкл одолжил фрак у однокурсника. Но это не влияло негативно на моё настроение. Даже наоборот — мне нравилось, что, экономя на церемонии, мы потом сможем снять квартиру без помощи папы.

«— Эмбер. — Майкл поправил волосы и быстро взглянул на меня. — Ты не обижаешься, что всё так?

— Майкл, я же сказала, что хочу сломать все эти традиции с самым дорогим платьем, кучей гостей и прочим. — Я притянула его к себе за шею. — Серьёзно, Майкл. Деньги лучше на квартиру потратим!»

На данный момент мы жили у меня, пока нас мой папа не выгнал. Он ведь ещё не знал, что Майкл ко мне переехал. На следующий день, как он сделал мне предложение, мы поехали в администрацию получать лицензию на брак. Через месяц, по разрешению властей штата, уже можно было жениться. И мы не стали тянуть. Свадьба в сентябре — почему бы и нет.

Я была безумно счастлива весь тот месяц. Не верила, что всё так хорошо стало в жизни.

Тем временем Лора передала мне смартфон, позволяя просмотреть получившиеся фотографии. Я остановилась на последней, где мы с Майклом обнимались. Неужели это наша свадьба? Он такой красивый в костюме… А мне шло приталенное платье с большой атласной лентой и открытыми плечами! Муж пошутил, что с этим бантом я выглядела, как подарочек. Муж? До сих пор было странно его так называть.

Я дошла до селфи, радуясь нашим безумно счастливым лицам, и пошла выкладывать в социальную сеть. Сделала подпись:

«Теперь ещё одна Уокер».

— А ты в соцсети сидишь в наш день! — Майкл легонько ущипнул меня за бок, отчего я подалась в сторону, смеясь.

— Я наше фото выложила! — притворно разозлилась я. — И ты тоже выложи! А то будут думать, что ты свободен!

— Я даже статус поменяю, не переживай, — пробормотал он мне в губы.

— На «в активном поиске»? — продолжала я шутить, ощущая тепло в груди.

— Да. В активном поиске Эмбер Уокер.

Мы оба замерли. Я затаила дыхание от того, как красиво прозвучала моя новая фамилия вместе с именем.

Лора не отпустила нас просто так и устроила мини развлекательную программу, где заставила потанцевать и поучаствовать в её смешных конкурсах. Мегабюджетная свадьба! Но я была рада, что годы спустя мы сможем просматривать видео и фотографии с такого важного дня.

Через несколько часов я получила сообщение от бывшего. И в этот раз сердце не замирало и не было никакого страха. И тогда я поняла, что наконец-то свободна от бывшего!

«Ты вышла замуж?!»

«Да. Спасибо за всё. Спасибо за то, что мне теперь есть с кем сравнить и понять, какой у меня охренительный муж».

Я визжала после того, как ответила. Меня совсем отпустило прошлое в виде бывшего. Даже Майклу об этом рассказала.

— Так, а он тоже в Балтиморе?

— Да… А зачем ты спрашиваешь? Бить морду не надо! — сразу же протараторила я.

— Жаль… А то он как третий лишний в наших отношениях был, хоть и незримо. Нет, ты скучная, Эмбер! Я же провинциальный парень, решаю проблемы кулаками, а ты кайф обломала.

Я закатила глаза, только представив, как муж «решил» бы эту «проблему». Хотя… В принципе, бывший заслужил. Но не будем мстить.

***

На следующей же день мы с Майклом отправились в Редхилл. Проснуться рано после первой брачной ночи было тяжело, но я справилась. Свиделась с мамой Майкла — она была счастливая и довольная, услышав новости о свадьбе, просила посмотреть фотографии.

Свою маму я решила навестить в тот же день. У неё широко раскрылся рот, когда она увидела кольцо у меня на безымянном пальце.

— «Так мама тебя однозначно одобрит, — приговаривала я, обдумывая, как мама отреагирует на наш брак.

— И бывший будет кусать локти!

Майклу тоже нравилась эта немного садистическая мысль».

— Эмбер… — прошептала она, вдруг схватив меня за внутреннюю поверхность ладони. — Мне это снится?

Рассказала ей вкратце, и мама мгновенно вцепилась рукой в близстоящий стол. Затем встряхнула головой и позвала меня на кухню. Видимо, из-за переезда мама вчера не зашла в социальную сеть, а так бы уже узнала эту новость сама.

— Как же? Ты не предупредила даже? — Она носилась по кухне, приготавливая всё для чаепития. — Сказали бы заранее, может, мы бы две свадьбы разом сыграли. Наплевать, что нашу пришлось отложить надолго. Эмбер…

Она ещё много говорила, коря себя, хватаясь за голову. Со стороны могло бы выглядеть забавно, если не помнить, сколько раз она меня от Майкла отгоняла.

— Он замечательный, мам. Жаль, что ты этого так и не поняла.

В её глазах читалась вина. Маме ничего не оставалось, кроме как сокрушаться. Майкл рассказал, что она хотела тогда при разговоре отпугнуть браком, а вот он взял — и женился. И аргументов у мамы теперь не осталось. Майкл безответственный? Молодой, ветер в голове? Он женился практически сразу — шах и мат.

Я рассказала вдобавок, что Майкл мотоцикл продал, чтобы хватило денег на свадьбу. Желала ещё больше доказать ей, что она была неправа. К счастью, ей хватило сил признать это:

— После того, что он сделал, я поняла, что слишком сильно ошибалась в нём. Пригласи Майкла к нам. Мне нужно перед ним извиниться.

Назначили встречу на завтра. Я жутко переживала, зная, какие натянутые были отношения мамы и мужа. Однако надеялась на лучшее.

Мама приподняла уголки губ, приветствуя Майкла. Видела, как они оба дико нервничали. Она вдруг повела нас не в дом, а в гараж.

— Я знаю, ты будешь отказываться от подарка, но… Майкл, прими это, пожалуйста, как мои искренние извинения!

Видела, как муж подался назад, еле устояв на ногах. Под брезентом оказался новый мотоцикл. Я в них не разбиралась, поэтому не могла предсказать реакцию Майкла.

— Знаю, что это может быть не то, что тебе понравится. Но, в любом случае, ты сможешь его продать за хорошие деньги… — запинаясь, проговорила мама. Майкл тотчас тепло на неё посмотрел.

— Нет, что Вы, миссис Уинтер! Это то, о чём я не мог мечтать! Вы меня просто дважды одарили. — Он широко улыбнулся, прижав меня к себе. — Спасибо.

Пока гостили в Редхилле, узнали, как у кого дела. Мама теперь жила с мистером Рейганом у него. Собралась продавать дом, где мы жили. Я вот как раз и застала её, когда она упаковывала последние вещи в коробки — всё остальное уже увезли. На прощание в последний раз оглядела комнату, где оставила столько переживаний и слёз. Где были встречи с Майклом. Где хранилась часть моей жизни, столь важная, что забыть про неё будет невозможно.

Гейб уехал поступать в полицейскую академию. Тони всё ещё доучивался в выпускном классе. Джесси поступила на журналистику (как я ей и пророчила), продолжала встречаться с Карлом, а тот пошёл на менеджмент. С Джесси мы порой виделись в Балтиморе, когда выпадали свободные деньки. А вот Анабель… Она мне недавно написала и попросила о встрече, уже когда я была в Балтиморе. И сказала Майклу не говорить. Я сдержала обещание, совсем не понимая, что Анабель от меня захотела.

Исхудавшая, с осунувшимся личиком, но горящими глазами Анабель вышла из внедорожника и быстро подскочила ко мне.

— Поздравляю, Эмбер. — Она улыбнулась, как мне показалось, без фальши. — Майкл, наверное, рассказывал, что приходил ко мне в больницу.

— Да… — замялась я. — Анабель, я очень хочу, чтобы тебе лучше стало. Правда. Я искренне. — Не решалась на неё взглянуть.

— Я всегда буду помнить Майкла. — Анабель тяжело выдохнула. — Он слишком важен для меня. Эмбер, вот вам свадебный подарок.

Я с недоумением приняла сумку из её рук.

— Эмбер, знаю, что Майкл не примет деньги, но придумай что-нибудь, откуда их достала.

Я хлопала глазами, взглянув в сумку, и чуть её не выронила.

— Анабель. — У меня дрогнул голос. — Зачем так много?

— Большую часть я перевела тебе на счёт. Не удивляйся, откуда знаю. Джесси всё та же болтушка, — посмеялась Анабель. Я резко вытащила телефон из кармана и зашла проверить счёт. У меня чуть земля из-под ног не ушла.

— Тут же…. Семьдесят… пять тысяч, — бормотала я.

— Ага. А в сумке пять. И того восемьдесят. На хорошую квартиру в центре вам вряд ли хватит, но на чуть подальше вполне. Я посмотрела объявления — есть вполне приличные варианты. Сами выберете, что понравится. Пускай это будет ваше первое гнёздышко, а потом наверняка сможете купить себе что-то получше.

Я осознала, что заплакала, когда дотронулась ладонью до щеки. Восемьдесят тысяч долларов.

— Ты знаешь, как это было проблемно?! — причитала Анабель, как будто ничего не произошло. — Я много часов просидела в банке! Там был такой противный тип… Наверное, я ему слишком понравилась, раз создавал проблемы на пустом месте! Хотел со мной больше общаться!

В ушах был шум, я прижимала руку ко рту, слёзы застилали глаза.

— Анабель, зачем так много? Это шутка какая-нибудь?

— Да с чего бы? Такими деньгами не шутят. Считай, это вам обоим за моральный ущерб от меня. Сколько можно враждовать? Мне родители после восемнадцати перевели круглую сумму, я вот решила распорядиться деньгами по-своему. Это часть моей терапии. Так я прощаю и отпускаю вас. Как-то раз Майкл сказал мне, что моя любовь эгоистична — и это оказалось правдой. Я на самом деле эгоистка. И пускай это будет мой неэгоистичный поступок. Майкла ведь наверняка заботит вопрос жилья, я же знаю его. Он от меня и сто долларов бы не принял, а восемьдесят тысяч-то… Знаю, он захочет вернуть. Но пускай вернёт, если вдруг разбогатеет, а не будет круглосуточно работать, как он это любит делать. Мои родители не совсем честным путём заработали эти деньги, так что я, можно сказать, Робин Гуд. Майкл считает это подачкой и унижением его достоинства. Но хоть ты пойми меня. Я делаю это с другой целью.

— Ты практически купила нам квартиру на окраине. — Я прижимала кулак к губам, не в силах восстановить дыхание.

— А надо было в центре? Да я подумала, если вдруг дам больше — Майкл там с ума сойдёт от ущемления самолюбия. Он когда-то и костюм не разрешил ему купить, — вдруг рассмеялась Анабель и поймала мой слезливый взгляд. — Эмбер, чего ревёшь-то?

— Анабель, я не могу передать словами свою благодарность.

Я накинулась на неё с объятиями, сказала «спасибо» за психиатра, за всё случившееся и за деньги.

Внезапно Анабель кто-то окликнул с машины, и она ответила:

— Да, Фрэнк, я уже иду! — Она оглянулась на автомобиль. Фрэнк, точно. Я вспомнила первую с ним встречу, когда наткнулась на банду.

Как потом рассказала Джесси, Анабель подалась в актрисы. Я смотрела ей вслед, сжимая сумку, так что костяшки побелели.

Она ведь наверняка даже не понимала, насколько это крупная для нас с Майклом сумма. Мы из разных миров.

И без сомнения — это был подарок именно Майклу. Анабель прекрасно знала и про его самолюбие, и про то, что он не любил сидеть у других на шее. Он на самом деле в последнее время был загруженный из-за того, что у нас мало денег. На свадебное путешествие тоже нужны были определённые затраты, а я не работала из-за учебной нагрузки. Пока везло, потому что отец оплачивал съёмное жильё и давал мне денег на еду — это позволяло откладывать заработную плату Майкла. Однако скопленных денег всё ещё не хватало на покупку своего жилья.

Долго не могла прийти в себя после поступка Анабель. Майкл, скорее всего, расценит это как стремление унизить его — мол, он сам не смог заработать. Однако я, казалось, поняла, что сделала Анабель. Раньше она никак не могла отпустить его — мешала нам, перетягивала внимание и заставляла о себе заботиться. Теперь же она и не пыталась как-то встретиться с Майклом или написать ему. Анабель что-то сказала про терапию… Похоже, что тоже лечилась. И как лучше отпустить человека, кроме как дать ему быть счастливым именно так, как он желал?

***

Соврала Майклу, что это папа дал нам столько денег. Он вроде как поверил. Пока муж работал, у меня было достаточно времени подумать — помимо жилья меня беспокоило кое-что ещё. И сегодня я решила: всё, пора заняться сексом. У меня был достаточно боевой настрой — у нас ведь ещё не было.

Вспомнила разговоры с Лорой:

«— Он сделал мне предложение.

— Надеется, что ты хотя бы после свадьбы ему дашь! Бедный парень!

— Ой, как смешно!»

Думала, что мы сблизимся с ним, а в итоге он постоянно работал и учился. Как-то я зашла на кухню и обнаружила, что Майкл заснул крепким сном прямо рядом с недоеденной едой. Бедняга. Видимо, было настолько невкусно.

«— Эмбер, а что вы делали-то в первую брачную ночь?! — воскликнула Лора, а я ближе прижала телефон к уху и рассмеялась.

— Мы… играли в приставку.

И не соврала. Нам было так весело. Причём играли в стрелялки, убивали там всех. Только потом занялись петтингом, причём голыми, но об этом никому знать не надо.

— Да когда, мать вашу, у вас будет брачная ночь? Я уже сама терпеть не могу! — орала мне Лора в трубку. — И я не реагировала бы так, не издевайся ты над Майклом столько времени! Пожалей его!

Адвокат Майкла снова в действии. Да я и сама всё прекрасно понимала. Вспомнила, как всё было в ту ночь.

Я переоделась в платье попроще и сидела вместе с Майклом на диване. Лора нас отпустила уставшими. Я посмотрела на мужа, что включил приставку, и тихо произнесла:

— Теперь мы должны заняться любовью?

— Должны или хотим? — переспросил Майкл, повернувшись ко мне. Отложил геймпад.

Я потупила взгляд, тяжело выдохнув.

— Эмбер, я помню те строчки в твоём письме… Что он пытался принудить тебя к сексу. Наверняка для тебя это больная тема. Сейчас я стараюсь быть более чутким к тебе… Всё-таки это должно быть и твоё желание тоже. И, в общем, меня всё устраивает.

— Майкл… Ну, не знаю… Типа брачная ночь… И… люди все спят до свадьбы…

— Да какая к чёрту разница! — выпалил он. — Хоть в первую секунду встречи пускай трахаются. Это их дело. Ты сама хотела послать все условности, вот мы и посылаем. Плевать на других. Есть мы с тобой, и никто в нашу постель лезть не должен. Играем в первую брачную ночь в приставку. И что с того? Нравится нам!

Я рассмеялась от его эмоциональной речи. Надо признаться, что он меня утешил.

— Вот ты сейчас хочешь секса? Лично я не очень. Я достаточно выпил, чтобы вскоре просто заснуть. Да и правда играть весело.

— Честно, я тоже не хочу сейчас.

Майкл мне улыбнулся.

— Вот и славно. Доиграем.

С Майклом было забавно всех убивать, но я не успокаивалась. Тема секса меня тревожила.

— Ну как-то… не знаю, у нормальных людей до свадьбы происходит.

— А ты не поняла ещё, что мы странненькие с тобой? — расхохотался Майкл, но потом осёкся. — Окей…

Он вскочил с дивана, отбросив геймпад в мою сторону. Я не понимала, чего он вскочил. Вернулся в комнату с мусорным ведром, тетрадкой и ручкой. Вытащил из кармана зажигалку.

— Эм, Майкл?

— Да не курю я, а зажигалка осталась.

— Я не про это… Что происходит?

Муж раскрыл тетрадь и начал там что-то писать.

— Вот, смотри! — Он выдернул листок. — Это секс до свадьбы!

Майкл начал поджигать листок, а потом бросил его в мусорное ведро. Я похлопала глазами.

— Дальше: это лишение девственности в первую брачную ночь. — Он опять что-то чиркал в тетради и выбросил в мусорное ведро, когда листок загорелся.

Я схватилась за голову, раздираемая хохотом.

— Ты что делаешь?!

— Жгу стереотипы! — заумно произнёс Майкл, весь красный.

— В следующий раз не дам тебе столько пить, — расхохоталась я.

— Мне сегодня можно, я вообще-то женился, если ты не знала. Дальше: секс на первом свидании.

— А у тебя он был?

— Не хочу тебя расстраивать.

— Ах был, значит? А, ну да, — вспомнила я все эти вписки.

— Ещё: секс на третьем свидании. Правило пикаперов: раз не даст, то потом уж точно не даст!

Я похлопала в ладони. Муж выглядел так смешно, но в то же время мне нравилось.

— Спорим, что такого ни у кого не было в брачную ночь? — Майкл указал на ведро, где догорали стереотипы.

— Лучший!

— Ещё что-нибудь в мыслях есть?

Майкл сел обратно, когда я помотала головой.

— Мне нравится твоя неопытность. Как вспомню… Ты же не умела целоваться толком. Столько слюней…

— Эй! Что?! Ты мне раньше о таком не говорил!

Я вспомнила единственный случай, но разве так было каждый раз?!

«Внутри меня всё ликовало, когда Майкл губами коснулся моего лица, чмокнув место возле губ, а затем поцеловал. И это был первый раз, когда мы поцеловались с языком. Мне казалось, что я ему в рот слюней напустила, и покраснела».

— Всему-то тебя учить надо!

— Сейчас я тебя научу! — разозлилась я и ухватилась за его ремень.

— Женщина, спокойно. Дай доиграть.

Я выдернула у него геймпад из рук, когда он не ожидал.

— Ты меня обидел, между прочим! Я думала, что нормально целуюсь!

— После упражнений со мной — нормально. — Он хитро улыбнулся. — Сейчас ты чего хочешь-то? Злишься так. Ты прямо скажи. Я ведь уже говорил, что не против медленного развития. Ты всё больше раскрепощаешься, и мне это безумно нравится. И поскольку ты уже будешь знать, как тебе приятнее, у нас будет охренительный секс.

— Майкл, — смягчилась я, понимая, что повела себя не слишком адекватно. Да, не надо было столько рома пить! — Я очень ценю твоё отношение ко мне. И всё случится намного раньше, чем ты думаешь. А пока… Я хочу сделать тебе приятное. Изучить тебя.

— Ну блин… Мне опять игру на паузу ставить?! — возмущённо воскликнул Майкл, всплеснув руками».

Я надела длинное платье, новое бельё, ужин приготовила, красное вино купила и свечи. Чувствовала себя, как Джесси! Хотела, чтобы, как в кино, всё хорошо прошло!

Усталый Майкл вернулся домой и раскрыл рот, увидев накрытый стол.

— Ничего себе! Ещё и винишко? Вау. — Он присел. — А повод какой? Празднуем нашу новую квартиру? Я согласен. — Муж налетел на индейку. Видела, как он усердно жевал, и меня смех разбирал. Ждала, пока муж наестся. А ел он явно много. Мне становилось скучно, я подложила руку под голову. — Ух, спасибо, Эмбер. — Он вытер губы, которые блестели от жира. — Я наелся как никогда. Ты уже лучше запекаешь в духовке, умничка!

— Майкл, я вообще-то не ради празднования квартиры это устроила. Вернее, не только ради этого, — неловко ответила я и отвела взгляд.

— А ради чего? — Майкл сильно нахмурился.

— Ещё неделю назад… мы… должны были сблизиться, Майкл, — бормотала я, а затем набралась смелости под конец.

— А в смысле… Мы же близки. — Он развёл руки в стороны. — Порой даже слишком.

— Да Майкл! — Я хлопнула рукой по столу. — Я не про душевную близость! Ты же всё прекрасно понимаешь! Но ведёшь себя, как будто тебе это больше не нужно! Мне, что ли, орать надо: «возьми меня», чтобы дошло?!

— Куда взять? — Муж вёл себя, как испуганный зверь. — Ты про наше отложенное свадебное путешествие? Так мы с тобой ведь на следующей неделе поедем…

— Да Майкл! — Я вновь оперлась головой на руку. — Про секс я.

Муж раскрыл рот.

— Про секс?! Ты и про секс говоришь?

Мне захотелось его убить на месте. Он издевался!

— Да, я тоже могу хотеть! — вскрикнула я. — И, знаешь ли, мы уже женаты! Супружеский долг!

— Так тебе же страшно было? — Майкл спародировал мои движения.

— Мне страшно было не из-за самого секса, а из-за того, что мы потом расстанемся! В принципе, что и случилось… Я боялась отсутствия совместного будущего! — на эмоциях орала я. — А не именно секса, Майкл! По-моему, ты уже надо мной издеваешься! Ты неделю игнорировал мои намёки!

Он наклонился вперёд.

— Технически, мы с тобой вместе только два месяца и полторы недели, если складывать, как встречались весной и потом сошлись в августе. Не рановато ли для секса?

Я схватила чистую ложку и швырнула в Майкла, тот увернулся и рассмеялся. Неужели, правда, мы вместе только два месяца с лишним? Действительно… Это если опустить страдания длиной в два года.

— Эмбер, ты чего такая злая-то?

— Какой же ты засранец, Уокер! — негодовала я.

Похоже, у меня накипело. Я ведь пыталась намекнуть ему, что готова, ставила подходящие фильмы, но он это игнорировал! Причём это было сразу же после брачной ночи! Я ведь сказала ему, что всё случится раньше, чем он мог подумать, а муж вот так взялся поступать! Но ничего, раз обходными путями не получилось, решила прямо заявить!

— И ты за мной замужем! — Майкл выглядел весёлым.

— Мстишь мне, да?

— Знаешь, мне в детстве два года обещали купить велосипед, и, когда его купили, я был безумно счастлив! Вот примерно как сейчас… — мечтательно говорил он.

— Ты сравниваешь меня с велосипедом!

— Эмбер, я захотел секса с тобой в первую нашу встречу. В первую, — выделил он слово интонационно. — И потом терпел практически год. Затем расстались. Я вновь терпел. Сошлись. Я вновь ждал тебя. Поженились. Эмбер, ты думаешь, после такого ожидания, я ещё не подожду? Вот знаешь. — Он прищурился. — Я тебя столько ждал. Теперь и ты меня столько жди!

— Что?! — Я чуть не упала со стула, но вовремя схватилась за стол. — Я всё равно тебя соблазню, ты меня понял! — Подошла к нему, желая побить.

Прожгла его взглядом. Мы оба знали, что Майкл долго не протянет.

— Эмбер Уокер уламывает меня на секс! Да это же рай. Сижу кайфую! — Он причмокнул, явно довольный собой.

— Со стояком кайфуешь?

— Враньё! — отмахнулся он. — Я вот сейчас не хочу — наелся, мне и так хорошо. Давай как-нибудь в один из дней ты придёшь с универа, я с работы, захотим друг друга и переспим. Не будем всем этим заморачиваться. — Майкл оглянулся на стол. — Хотя… Давай ты всё же этим будешь заморачиваться. Я люблю поесть.

Я хмыкнула, но, казалось, поняла, что он имел в виду — не делать из первого секса что-то немыслимое и чересчур торжественное. Наверняка Майкл думал, что по этой причине я только больше разнервничаюсь. В принципе, он прав.

— Ты же сказал, что теперь будешь оттягивать. — Я села к нему на колени. Майкл улыбнулся мне.

— Сейчас тебе всё равно страшно, знаю, а как распробуешь — будешь меня умолять… — Он выдохнул мне в губы. — В принципе, ты уже умоляешь!

По блеску в глазах мужа понимала, что он и правда надо мной издевался — мне не показалось.

— Радуйся пока, что я добрый. А то я всё-таки столько уже намечтал себе… За столько-то времени! Ты мне за всё ответишь, Эмбер! За всё ожидание! И не пожалеешь, что столько занималась фитнесом и растяжкой… Без этого бы не выдержала.

Я рассмеялась. Секс-гигант прям.

— Как хорошо, что мы поженились, — произнёс Майкл после паузы. — После свадьбы можно и детей делать.

— Не хочу я ребёнка в двадцать! — встрепенулась я. С чего вдруг эта тема?!

— А в двадцать один?

— Тоже нет.

— Раз так, тогда ты ответственная за предохранение, раз не хочешь так сильно. — Майкл усмехнулся под конец фразы. — А я, в принципе, не против. Страшно, конечно, но не расстроюсь.

Мы вновь замолчали. Так вот чего он поднял тему детей! Классно скинул ответственность на меня!

— Слушай, Эмбер, я тебя кое о чём спросить хотел. — Муж посмотрел мне в глаза. — Виделся с твоим отцом сегодня. Это не он дал денег. А кто?

Я слезла с Майкла и прошлась до своего места.

— Анабель. Знала, что ты не примешь, попросила через меня. Сказала, что это часть её терапии. Она раскаивается, Майкл.

Он поджал губы и прижал руку ко рту.

— Такая большая сумма.

— Да… Тебя это задевает?

— Нет конечно. Хотел сам денег заработать, но…

— Твои скопленные деньги нам не помешают, — пыталась я его подбодрить. — Тем более что у нас ещё траты на свадебное путешествие.

— Не думал, что Анабель на такое способна, — продолжил Майкл тихо говорить. — Переступила через свою обиду. Как там Анабель вообще?

Кратко пересказала нашу с ней встречу. Муж стал смурной. Но согласился не идти отдавать Анабель деньги обратно, хотя порывался.

Я немного поела, поскольку аппетита не было, и убрала всё недоеденное в холодильник.

— Кстати, а как встреча с отцом? О чём вы говорили? — Я повернулась к Майклу, пока он, грустный, всё ещё сидел за столом.

— Если я тебя обижу, он найдёт и закопает меня. И в бизнес не собирается брать. Я сказал, что обойдусь и сам достаточно зарабатываю. И, если он тебя обидит, я закопаю его. В общем, поговорили мы достаточно мирно и нашли общий язык.

Я застыла на месте, ощущая волны холода по всему телу. И это мирный разговор?! Может, Майкл пошутил? Однако муж выглядел достаточно серьёзно, и, зная своего папу, я уже представила эту беседу.

Удивительно, что мама нашла силы смириться с моим выбором, а вот папа — нет.

— Затем я добавил, чтобы он забрал свою подачку, и выяснилось, что это были не его деньги.

Я кивнула.

— Другого и не ждала от него.

— Ты расстроилась. Я не хотел рассказывать, но… Новость об Анабель… Я как-то… — Майкл замялся и не договорил.

— В жизни не бывает всё хорошо.

— Да твой папа ещё злится, что не узнал о свадьбе раньше.

Вместе с мужем села у телевизора, собираясь во что-нибудь поиграть. Мне хотелось переключиться на другое, чтобы избавиться от негативных эмоций.

— Всё равно ты скоро сломаешься, — вдруг заявила я, когда Майкл протянул мне геймпад. Муж рассмеялся.

Да не выдержит Майкл долго, готова была зуб дать! Девственность! Майкл ловко так всё перевернул, словно это я сильнее нашей физической близости желала… Вот управленец! Но ничего! Я его всё равно заполучу!

Муж тепло улыбнулся, заправив прядку мне за ухо.

— Моя ромовая девочка, я так тебя люблю.

Я прижалась к нему, слушая, как билось его сердце, а на фоне включался Mortal Kombat, где мы намеревались друг друга побить. Я в игре всё вымещу!

Майкл чувственно меня поцеловал и прошептал на ухо:

— Наконец и ты этого хочешь.

Невольно вспомнила все те сомнения, тревоги. Как в начале боялась даже признаться себе в том, что Майкл меня привлекал, как страшно было понять, что влюблена в него, а ещё хуже признаться себе, что полюбила его. Как пугало и одновременно манило сближение с ним… И как это того стоило.

Вместе с тем восстановила в памяти сеансы у психотерапевта и психолога — как я говорила о том, что дал мне Майкл, как спас меня.

И поняла, что лучшего исцеления мне было не найти.

Бонусная глава

Эмбер

Я потянулась, когда села на диване, пытаясь размяться. Всё не могла привыкнуть, что спала не в постели. Потому что кто-то эту кровать сломал и не починил!

Взглянула на Майкла, что сладко спал на полу. Мужа, похоже, всё устраивало.

Неожиданно я вспомнила, что уже завтра будет встреча выпускников в моей школе…. Вообще, эта встреча должна состояться через пять лет, а не через два года, но кого это волновало! Майкл, конечно, посмеялся, что моя школа пошла против традиций. Встреча выпускников в Редхилле будет только через три года, как и положено.

А у нас сменился директор, который шёл на поводу у кого попало. И я подозревала, что мои одноклассники только и искали причины выпить в компании, поэтому могли собираться хоть каждый год! И дело тут было не в огромной ностальгии по школьной поре.

В общем, на встрече будет бывший. Мне нужно блистать, а ещё мне нужен муж! Майкл, конечно, немного загорелся идеей дать ему в морду, но я сразу его успокоила. Мы же цивилизованные люди. Просто будем широко улыбаться и уничтожать свысока своим превосходством. Звучит нарциссически, но разве бывший не заслужил? Тем более, что он наверняка придёт со своей новой любовью, которая явно лучше, чем я…

Фух, заморочилась. Открыла немного старую рану, которая успела затянуться.

— Доброе утречко, — спросонья сказал Майкл, рассматривая меня.

— Доброе утречко будет, когда ты починишь нашу кровать! — фыркнула я, резко скинув одеяло в сторону.

— Проще новую купить, — пробурчал Майкл. — Там старая изначально была разваленная. Ты купила с рук какую-то дичь!

От злости я кинула в него подушкой. Ещё хотела придушить мужа, но сдержалась. Он мне всё-таки понадобится! По крайней мере, на завтра.

— Бе-бе, она выглядела нормально.

Я вскочила с дивана и стала его заправлять. Предстояло сделать завтрак, а потом отправиться на пары. Я уже планировала, как завтра эффектно появлюсь и утру бывшему нос!

Нарезала помидоры и представляла его лицо — вот такая я добрая!

— Будет очень страшно, если я опоздаю на эту встречу? — произнёс Майкл за моей спиной. — У меня просто капризная клиентка, я не знаю, когда доделаю ей этот несчастный стол.

Я, ощутив укол ревности, повернулась к нему с ножом в руке.

— Ты смотри там. — Я покрутила предметом в руке, вызвав у мужа смешок. — А то я же девушка темпераментная, могу и в глаз засадить.

— Ух как страшно! — Он притворно нахмурился, стащив с доски пару кусочков помидоров.

Научиться доверять было сложно. Я всё время подозревала мужа в неверности из-за старой травмы.

Тем более, что Майкл ходил по домам… Всяких. Лучше мне было ограничиться этим словом. И женщины там встречались разные. Однако со временем я перестала выискивать «доказательства его вины».

Уживаться вместе тоже оказалось непросто — у каждого сохранялись свои привычки, и нам предстояло «притираться». Были лишь лёгкие ссоры, но всё удавалось быстро загладить. Спустя год я не жалела о своём выборе. И очень рада, что всё сложилось именно так. Да я даже рада тому нашему разрыву и перерыву. У Майкла было время посмотреть на других женщин и выбрать меня.

Именно это и успокаивало. Я — его выбор. И у него правда был выбор. Он красив и молод.

Больше всего меня тревожило, что его будет доставать Анабель, но она затихла. Я следила за ней посредством социальной сети и видела, что у Анабель всё отлично — это главное. Активная социальная жизнь, тусовки, кусочки видео с актёрских репетиций.

Майкл отошёл в душ, а я готовила яичницу. Вскоре он уйдёт выполнять заказы, а я уже давно подумывала о подработке. Конечно, мужу было легче совмещать колледж и работу — просто в его учебном заведении не такие высокие требования, как у меня. Но мне казалось, что я справлюсь.

Майкл незаметно подкрался сзади, напугав меня, пока я наблюдала за скворчащей ветчиной. Выругавшись себе под нос, я повернулась к нему и подняла тему работы.

— Если сможешь найти подработку, которую сможешь совмещать с универом, то пожалуйста. Только не официанткой. Щипать и шлёпать твою задницу могу только я.

— Ясно-о… — протянула я, закатывая глаза. — А то я уже присмотрела себе местечко официанткой…

— Нечего с твоими мозгами быть официанткой, — фыркнул он.

Майкл был сейчас такой красивый после душа — я невольно вспомнила, как увидела его впервые в одном полотенце — реакция оказалась красноречивой:

«Вышла из ванной комнаты, как вдруг увидела Майкла.

Майкла. В одном полотенце. Я просто застыла. У Майкла было невероятно красивое накаченное тело. Вот ведь жаловались подростки, что смотрели сериалы, там все слишком спортивные, а в жизни — совсем по-другому. А здесь вот живой пример: накаченные руки, кубики пресса, и на них ещё видны капельки воды. Подняла взгляд наверх и словила себя на мысли, что пожелала дотронуться до немного спутанных влажных волос. Видимо, Майкл недавно был в душе».

Сейчас его тело уже не было таким накаченным, но это и неважно. Хотя руки у мужа стали ещё лучше — сказывалось то, что он иногда подрабатывал грузчиком. «Лучшая профессия в мире — и работаешь, и качаешься» — этими словами он вызвал у меня улыбку. Я не стала напоминать ему, как он раньше себя доводил постоянными подработками и потянул спину…

Майкл принюхался и выключил газ позади меня.

— Мне кажется, уже готово. У прелестной студентки же есть свободные пятнадцать минут? — тихо сказал он, обняв за талию.

— Даже не знаю, — хмыкнула я, ощутив его губы на своей шее. — Но только пятнадцать.

***

И снова мы на диване — я опять с укором посмотрела на мужа, который не собирался чинить нашу кровать!

— Теперь я в душ. — Я улыбнулась ему. — А ты иди на работу. — Я легонько толкнула его в грудь, когда поняла, что он собрался идти со мной. — Иначе я вообще никогда из дома не выйду.

С улыбкой я вспомнила, как Майкла было не остановить во время «медового месяца» — это я так условно называла начало моей половой жизни. Муж дорвался наконец-то.

« — Эмбер, я захотел секса с тобой в первую нашу встречу. В первую, — выделил он слово интонационно. — И потом терпел практически год. Затем расстались. Я вновь терпел. Сошлись. Я вновь ждал тебя. Поженились. Эмбер, ты думаешь, после такого ожидания, я ещё не подожду? Вот знаешь. — Он прищурился. — Я тебя столько ждал. Теперь и ты меня столько жди!»

В итоге Майкла хватило на два дня вредничения. На третий он сдался. Ну, кто бы сомневался?

Предохранение легло на мои хрупкие плечи — в переносном смысле, разумеется. Муж совсем расслабился. Ответственность улетучилась. Раньше вот тревожился, как бы случайной девке дитя не заделать, а теперь ему стало пофиг. Замечательно! Но я-то детей не хотела! Поэтому каждая задержка для меня как начало смертной казни. В двадцать лет, когда я ещё не закончила университет и не устроилась на работу, только детей не хватало!

Тем более я вот только нашла время на своё хобби — написание рассказов. Возможно, когда-нибудь напишу нашу с Майклом историю, но в сильно изменённом виде, разумеется. Временами придумывала план детектива, а пока занималась историей, полной психологии — там про психолога и его пациентку. Из-за того, что во время самолечения я долго искала то, что мне поможет, я углубилась в предмет и теперь неплохо в нём разбиралась, именно поэтому и могла об этом писать.

Майкл не против моего хобби, но читать не любил — и я его не заставляла. Поэтому не боялась записывать наши с ним прикольчики — отличный материал, которым я вдохновлялась!

Перед универом я ещё долго думала, что надену на мероприятие. И морально готовилась ко всему, что принесёт завтрашний вечер.

***

Майкл всё-таки задержался на работе, поэтому я поехала к Лоре, а потом мы вместе с ней направились в школу. Я прислала мужу адрес, чтобы он подъехал. Лора тепло улыбалась мне, но я знала, что она переживала.

Мы подъехали, а на улице был сильный ливень — надеялась, что причёску не испорчу. К счастью, до козырька мы добежали быстро, а затем уже вошли в холл — там стояла парочка наших знакомых.

Я улыбнулась Лоре, и та легонько приподняла уголки губ в ответ. Я знала, что ей было тяжело — многие люди напоминали ей о Луке — парне, с которым она встречалась ещё в школе. Они были великолепной парой — и стали королём и королевой бала.

Я вспомнила, как Лора утешала меня, а я хотела отдалиться от неё, предполагая, что у неё безоблачная жизнь… Но это была неправда. Лора просто тот человек, что держит идеальный образ перед другими людьми. Она всегда помогала, но не грузила своими проблемами. Однако это не значило, что у неё всегда всё хорошо.

« — Эмбер, ты и правда думаешь, у меня безоблачная жизнь? Может, потому что я не рассказываю о плохих моментах и стараюсь притворяться, что ничего не было? Что родители контролируют каждый мой шаг, а Лука в очередной раз флиртовал с официанткой. Это ты считаешь «хорошо»? Как там это называется в психологии, кстати?»

Её парень сам по себе был довольно игривым, и Лора вроде как со временем с этим смирилась. Однако не все флиртуют с другими прямо на глазах у любимой — и это был тревожный звоночек. Хотя Лора и начала убеждать себя, что это он так будоражил её ревностью.

Позже выяснилось, что он ей изменил. И это было не один раз. Помолвка оказалась сорвана. Помню, как утешала Лору, испытывая вину — я столько раз ей завидовала… Завидовала её отношениям…. А теперь я замужем, а она одна после четырёх лет отношений с «хорошим парнем».

Вот так всё и происходит в жизни. Нет никакой таблички с надписью «и жили они долго и счастливо». И нет справедливости. Хотя для меня кое-какая справедливость всё же свершилась. Но Лора такого не заслужила. Однако я уверена, что Лука ушёл из её жизни, чтобы освободить место для кого-то получше — иначе быть не могло!

А пока Лора неловко оглядывалась, ожидая встретить Луку на мероприятии.

Я погладила юбку платья — оно подчёркивало достоинства фигуры. Я долго красилась, стараясь выглядеть наиболее лучшим образом. Месть — штука такая. С замиранием сердца я ждала бывшего, но его нигде не было видно. Это меня немного успокаивало, но всё же в груди грохотало.

Видя старых знакомых, я вспоминала все прошлые моменты, от которых то накатывала тёплая ностальгия, то хотелось укрыться где-то в уголке и плакать. Но это было необходимо для меня — что-то вроде экспозиции в когнитивно-поведенческой психотерапии — когда тебе приходится столкнуться со страхом лицом к лицу. Маленькими шажочками увеличивать нагрузку так, чтобы происходящее не оказалось огромным стрессом. Вот и я сначала тренировалась дома, долго лечилась и готова встретиться со своим главным страхом. Без Майкла это лечение не было бы полноценным.

Он своим хорошим отношением вылечил меня. Да, он неидеальный, со своими недостатками, но для меня — то, что нужно. Майкл дал мне то, что было необходимо.

Мы с Лорой шагнули вперёд, и она заметила своего бывшего в обнимку с новой девушкой, хотя прошло всего три месяца с их расставания. Подруга схватила меня под руку, и я почувствовала нервозность Лоры. Готова была поддержать её в столь непростые моменты. Была на её месте когда-то…

— Может, пойдём, поздороваемся с учителями? — быстро нашла я, что предложить, и увела Лору в сторону.

Не видя бывшего в толпе, я успокаивалась, хотя голосок тревоги было заглушить сложно. Лора отвлеклась на благодарности учителям, да и я сама переключилась на что-то позитивное.

— Миссис Мэттсон, спасибо за все уроки, — послышался знакомый хриплый голос позади меня. Я почувствовала холодок на загривке. Бывший за моей спиной…

Учительница что-то ответила ему, но я не услышала. Шум в ушах заглушил абсолютно всё. Побелевшая, я повернулась к нему — уверенно стоящему рядом с похожей на меня шатенкой.

— Айзек, так в каком ты колледже сейчас? — продолжала учительница. Боже, как давно я не слышала его имени…. Как давно я его не произносила… Его имя было табу.

Обольстительно улыбнувшись, бывший ответил. Я, как завороженная, рассматривала его — он стал выглядеть хуже, как Лора и говорила. Сильно поправился, не следилза собой. Только выражение лица по-прежнему наглое.

— Я украду Эмбер на минутку? — обратился он к учительнице, и Лора уже возмутилась — я заметила по приподнятой верхней губе. Но взглядом дала понять, что всё в порядке. Этот разговор нужен был.

Я отпустила её руку и отошла в сторону. Айзек подвёл меня к статуе — здесь мы с ним раньше часто останавливались обсудить дальнейшие планы на день. И… Он часто спрашивал, не помогу ли я с домашкой.

— Привет, малышка Эмбер. — Улыбка с его лица спала, и он пристально всмотрелся в меня так, что у меня мурашки пошли по коже. — Так давно не виделись… Два года, да?

— Три, — исправила я его, злясь. Но почему у меня такая яркая реакция? Нужно ведь быть поспокойнее…

— Но не писал я тебе два года, да? — самоуверенно продолжал он. — Не ожидал, что ты так быстро выскочишь замуж!

— Любовь — штука такая, — хмыкнула я, ощутив прилив сил. Вот оно моё оружие — востребованность.

— Ага… Надеюсь, это не было опрометчивым решением. Слышал, что твой отец довольно успешен. Вовремя Уокер женился на тебе. Успел.

Он произнёс это столь язвительно, что по спине пробежал холодок. Это что бывший сейчас выдал — что Майкл женился ради денег на мне?!

— Как много ты знаешь, — таким же тоном ответила я. — Но владеешь не всей информацией, так что выводы твои неправильные.

Я оскалилась, а бывший тотчас поменял ход беседы:

— Выглядишь потрясающе.

Я нахмурилась. Он мне никогда такого раньше не говорил…

— Ага, спасибо.

Я еле удержалась, чтобы не сказать: а ты выглядишь теперь, как дерьмо. Как-то некультурно было бы.

Что-то заметив боковым зрением, я повернулась в сторону Лоры — к ней подскочил запыхавшийся Майкл. У меня от сердца отлегло. Любимый приехал. Подруга указала в нашу с Айзеком сторону, и муж тотчас двинулся к нам.

Боже, неужели это свершится?!

Раз, два, три…

— Эмбер! — громко произнёс Майкл. Возможно, даже слишком. Я неловко улыбнулась. Муж моментально взглянул на моего собеседника.

— Я Майкл. — Протянул руку.

— Айзек. — Быстро отреагировал он и пожал её.

Как всё красиво-то.

— Наверное, Эмбер обо мне много рассказывала. — Бывший ухмыльнулся, пристально разглядывая его.

Майкл притворно нахмурился.

— Нет, она о тебе ничего не рассказывала.

— Совсем ничего? — недовольно переспросил бывший.

— Совсем-совсем. А ты с ней на одни предметы ходил, да?

— Да… И она мне много помогала, — довольно произнёс он. Меня чуть не откинуло обратно в воспоминания.

— А, ну Эмбер очень отзывчивая. — Майкл улыбнулся, сжав мою руку. Я взглянула на наши переплетённые пальцы и ощутила волны тепла в груди. — И очень добрая девушка. А ты, Айзек, чем занимаешься?

— Инженерная сантехника, — горделиво ответил он, вызвав у Майкла смешок.

— Это красивое название для починки унитазов?

— Нет, это бытовая сантехника. А я чиню трубы. — Бывший вскинул подбородок. Петух, блин. — А ты чем занимаешься?

— А я чиню кровати. Но нашу восстановить не удалось — уж слишком раздолбали, — с тяжёлым вздохом произнёс Майкл.

— Она изначально была с браком, — вмешалась я.

— Да. — Майкл посмотрел на меня, а я на него. Мы, похоже, оба вспомнили, как каркас провалился во время секса.

— Да. — Я решительно кивнула, сдерживая смех. Я тогда упала и не могла выбраться из образовавшейся дыры, а муж хохотал. — Весёлая была ночь. Ой, я вслух сказала?

Майкл хмыкнул и вновь посмотрел на Айзека, который явно чувствовал себя лишним в разговоре.

— Тебе, наверное, пора. — Майкл посмотрел в сторону, где шатенка уже давно ждала Айзека. Он кивнул и ретировался.

Я прыснула и ударила легонько мужа по плечу. Он протянул мне руку:

— Потанцуешь со мной, детка Эмбер?

И вновь воспоминания — наш первый танец…

«— Ты не рада видеть меня, детка Эмбер? — Он усмехнулся, оглядев меня. Заиграла новая песня. — Потанцуешь со мной?

— С девушкой своей танцуй, — огрызнулась я.

— Какая ты вредная! — Он схватил меня за руку, но совсем не грубо, осторожно касаясь пальцами запястья.

— Один танец, и отстанешь?

Майкл кивнул, осторожно улыбаясь. Я взялась использовать ту же тактику болтовни. Только вот с Майклом всё становилось намного сложнее. Мне слишком понравился его цитрусовый парфюм, так что у меня на пару секунд рассудок помутился. Его руки на моей талии тоже не приносили спокойствия. Его взгляд на меня — так вообще. Похоже, мне нужна была экстренная помощь».

Как и прежде, я наслаждалась внешним видом Майкла.

— Ты же понял, кто это был, да? — тихо спросила я, когда Майкл обвил мою талию руками.

— Я понял, когда увидел вас — ещё до слов Лоры, — приглушённо ответил он, ведя в танце. — Не думал, что он такой страшный…

Я рассмеялась.

— Куда ж ему до тебя…

— Не знал, что ты таких страшных умеешь любить…

— То была не любовь, а любовная зависимость, — фыркнула я. — Так что не переживай. Люблю я только своего красавчика.

Муж чмокнул меня в лоб. Я расплылась в улыбке.

Наткнулась на Лору взглядом и поняла, что стоило её поддержать — она как раз разговаривала с Лукой и парочкой одноклассников. Мы с мужем подошли к ним, и Майкл сразу взял Лору под одну руку, а меня под другую.

— Я побуду белой вороной среди вас, — рассмеялся он. — Но послушать байки другой школы всегда рад.

Лука тотчас посмотрел на его руку, а затем на мою, и со спокойствием выдохнул — это мой муж, а не Лоры. По лицу подруги я поняла, как она рада, что мы стояли рядом с ней — порой даже присутствие способно поддержать.

Я в очередной раз взглянула на Луку — парня греческого происхождения. С него хоть картину пиши, настолько красивый… Но, к сожалению, неверный.

Когда Майкл отошёл в уборную, я приблизилась к фуршетному столу. Немного лаймада (прим. автора: разновидность лимонада, которая готовится из сока лайма) будет как раз кстати, а то я вся вспотела от переживаний. Айзек тотчас оказался рядом, но молчал — и это нервировало.

Когда я уже собиралась отойти, он вдруг оказался совсем близко:

— Эмбер, я ведь тебя любил.

— Я тебя тоже. Но это давно в прошлом и уже не имеет никакого значения, — холодно ответила я после нескольких секунд молчания. — Ты ничего для меня не делал и только брал. Так что грош твоей «любви», а моя любовь была всего лишь привязанностью неопытной девочки.

Его глаза потемнели. Я содрогнулась, но продолжила:

— Спасибо за всё, что ты сделал. Именно это и привело меня к счастью — моему мужу. И я ни за что его не оставлю — однажды попробовав шоколад, к дерьму возвращаться не хочется, — всё-таки я это сказала, но приглушённо.

— Дерьму, значит? — злобно расхохотался он. — А ты святая, я смотрю. Как будто никогда не просилась стать моей девушкой!

Всё внутри заледенело, и я даже не заметила, как вернулся Майкл.

— Что происходит?

— Да Эмбер вспоминает, как бегала за мной в школе и была моей рабыней. Счастливые времена. — Он улыбнулся, а Майкл плотно сжал губы. Я мгновенно схватила его за руку, чтобы он не сделал ничего опрометчивого.

Вовремя нас позвали на прослушивание речи директора. Все направились к сцене, включая Айзека. Я сказала мужу, что выйду подышать свежим воздухом.

Дождь прошёл, в нос разом ударил запах свежей травы. Я присела на ступеньку и обняла себя за плечи.

— Настолько не любишь директора? — насмешливо спросил Майкл за моей спиной.

— Зря я назвала его дерьмом. Просто… Оно как-то вырвалось, — отчаянно произнесла я, опуская лицо в ладони.

— Да ладно, — беззаботно произнёс Майкл и присел рядом. — Тебе же полегчало?

— Удивительно, но да. Важно выговариваться… — Я посмотрела в небо — оно было чистое и тёмное. Практически никаких облаков. — А насчёт его слов… Я не бегала…

— Я помню твои письма. — Майкл обнял меня за плечи. — Можешь не мусолить эту тему больше.

Я со спокойствием выдохнула.

— Я так тебя люблю, Майкл… Спасибо, что ты рядом.

Ощущала, как в груди радостно билось сердце. Меня накрыло умиротворение. Это действительно было то, что мне нужно.

— Спасибо тебе. — Муж поцеловал меня в нос. — Детка Эмбер.

— Да хватит! — заворчала я. — Сказала же так не называть.

Майкл улыбнулся и посмотрел вперёд — на парковке целовалась какая-то парочка.

— Я хочу всё записать. Нашу историю. — Я прижалась к мужу — он был такой тёплый.

— Измени имена, вот прошу тебя. Пускай будут совсем не похожие, — недовольно проговорил он.

— Хорошо. — Я усмехнулась.

— И не пиши про мой триппер.

— У тебя есть триппер?! — заорала я так, что целующаяся парочка почти упала с капота. Майкл расхохотался.

— Да я шучу.

— Я тебе теперь не верю! — Отодвинулась от него, на что Майкл обвил меня и вновь притянул к себе. Я закатила глаза, только вот муж всё равно этого не увидел.

— Возвращаться-то собираешься? — прошептал он мне на ухо. — Или сорвёмся и сбежим?

— Нет, я Лору не оставлю. Ей нужна моральная поддержка.

— Какая ты хорошая подруга. А тебе самой-то не нужна поддержка?

— Майкл. — Я дотронулась до его подбородка, сильно запрокинув голову. — Я ощущаю полное освобождение от травмы. Благодаря тебе. Так что теперь лишь буду свысока смотреть на придурка, по которому когда-то долго страдала.

— Вот и умница. И не на придурка, а на инженера унитазов! — шутливо исправил он.

Майкл помог мне подняться. Я взяла его за руку и взглянула в глаза — его душа была такой прекрасной.

— А как историю-то назовёшь? — пробормотал Майкл, возвращаясь со мной в зал. Уже больше людей напилось и громко разговаривало — ради этого они и собирались, я не сомневалась.

— Что-нибудь связанное с желанием. Однозначно. Но нетривиальное, — раздумывала я.

— Что-то типа «желая тебя»? — расплылся Майкл в улыбке, массируя мою ладонь. Он подсмотрел мои наброски касательно названия… Даже злиться на него не буду!

— Страстно желая тебя.

От автора

Я хотела написать эту бонус-главу в подходящий период своей жизни. Как я уже говорила, «Craving for you» достаточно личная работа. И, наконец, этот нужный момент настал. Это торжество моего освобождения.

И что я желаю сказать – как ни лечи душевные раны, но обязательно нужен человек, который в этом поможет. Обязательно необходим тот, кто будет ценить Вас и относиться достойно. Я со спокойной душой заканчиваю эту историю и покидаю героев. Впереди у них ещё много трудностей (в голове у меня даже возникло продолжение их семейной жизни), но всё это – за кадром. Оставим идиотиков наслаждаться друг другом)

Бонус написался очень быстро - практически за один день. Я даже не ожидала, как сильно соскучилась по героям и как мне легко о них писать… Они слишком родные.

Я счастлива и желаю счастья вам. Люблю своих читателей!