Странник

Глава 1. Спасительница

Вечер накрыл город синим плащом и уличный шум стих. Весенний ветерок принес горький аромат черемухи из леса. Взошла луна и осветила черепичную крышу домишки, прилепившегося к крепостной стене. В одном из окон тускло горела свеча, а через приоткрытую створку доносился тихий разговор.

– Кто это? – спросил мужчина.

– Не знаю, я нашла его на болотах – ответила женщина шепотом.

– Я же запретил тебе!

– Тише! Он, кажется, очнулся – прервала его женщина.

Незнакомец, лежащий на кровати, попытался приподняться, но тело не слушалось. Голова болела до тошноты. Он дотронулся до виска и нащупал повязку.

Послышались легкие шаги, край полога кровати приоткрылся. Он увидел бледное лицо совсем еще юной девушки с огненно-рыжими непослушными волосами.

– Не двигайтесь и не говорите, вы ранены – сказала она твердым голосом и поправила подушку.

– Я позову стражу – бросил мужчина, вставая.

– Он даже встать не в состоянии! – возразила девушка, обернувшись.

– Хорошо, дождемся утра – согласился тот и вышел.

Девушка раскрыла резной ларец и приготовила лекарство, смешав в серебряной чаше снадобья из пузатых банок и бутылочек с притертыми пробками. Она дала его выпить раненому, сделала перевязку и вышла из комнаты, приказав служанке дежурить всю ночь и не позволять ему много пить.

Рано утром девушка вернулась проведать своего пациента. Она бесшумно подошла к кровати и с любопытством стала его рассматривать. Светлые пряди волос слиплись, повязка сползла на глаза, рука с длинными тонкими пальцами свесилась с кровати. Покрывало сбилось, открыв часть татуировки. Девушка с любопытством приподняла его край, но в этот момент незнакомец проснулся.

– Доброе утро! – смутилась она и выпустила из рук покрывало.

– Доброе! – ответил тот и показал руку. – Это дракон.

Девушка испуганно отшатнулась.

– Простите, ваше высочество! – с поклоном произнесла она.

Молодой человек не успел и рта раскрыть, как та выбежала, увлекая за собой заспанную служанку. За дверями послышался шум, со двора донесся удаляющийся топот лошадиных копыт.

Первые несколько минут он ждал, что кто-нибудь объяснит весь этот переполох, а не дождавшись, начал разглядывать комнату, пытаясь припомнить, как тут оказался.

Высокий сводчатый потолок напоминал паруса, а потемневшие деревянные балки – скелет животного. Солнечные лучи, пробиваясь через толстое оконное стекло, повторяли узоры витража на противоположной стене. Через щель доносился сладкий запах яблоневого цвета. Шмель гудел басом и бился о невидимую преграду, стремясь выбраться на волю.

На одной из стен висела небольшая картина в потемневшей раме. На ней была изображена молодая женщина. Она сидела, скромно опустив глаза и сложив руки. Волосы, гладко зачесанные назад и спрятанные под высокий головной убор, делали ее лицо еще уже. Рукава платья оставили открытыми лишь переплетенные тонкие пальцы с золотыми кольцами.

Незнакомец уже потерял счет времени, когда услышал шорох колес по гравию дорожки, потом размеренные шаги в коридоре. В комнату вошли двое. Первый, подтянутый пожилой мужчина с коротко стрижеными волосами и бородкой, второй – важный господин почтенного возраста с неподвижным лицом. Они молча сели на стулья с высокими спинками, придвинув их к кровати.

– Здравствуйте! Меня зовут Якоб Вейс. Я лекарь и хозяин этого дома, – заговорил первый, – а это – господин Ян ван Рей, советник правителя.

– Здравствуйте! Меня зовут… зовут. Не помню, – испугался пациент.

– Не волнуйтесь, это нормально при вашем ранении, – поспешил успокоить его Якоб и переглянулся с советником. – Разрешите, я осмотрю вас?

Он рассмотрел зрачки и белки его глаз, попросил последить за рукой, и, наконец, откинул одеяло, чтобы пощупать пульс. На руке, обвивая ее кольцами, красовался дракон с раскрытой пастью. Якоб снова переглянулся с господином Яном. Тот развернул старинный пергамент, который принес с собой, и долго сравнивал изображения на руке и в свитке. Помолчав, господин Ян отошел к окну и подозвал жестом хозяина дома.

– Сомнений нет, – вымолвил он.

– Что же теперь делать? – спросил Якоб.

– Займитесь его здоровьем, а я доложу правителю. И держите пока все в секрете.

Якоб кивнул и проводил высокого гостя до дверей.

– Что все это значит? – спросил нетерпеливый пациент, пытаясь подняться.

– Успокойтесь, ваше высочество, вам вредно волноваться, – сказал Якоб, укладывая его обратно на подушки.

– Конечно, о чем тут волноваться? Я всего лишь не помню, кто я и как тут оказался.

– Память вернется, – начал Якоб.

– Когда?

– Точно неизвестно – через день, неделю или месяц – терпеливо продолжил тот.

– Или никогда…

– Что за мрачные мысли?

– Хотя бы скажите, как я оказался в этом доме.

– Вы – везунчик. Если бы не моя дочь, мы бы с вами сейчас не разговаривали.

Услышав шорох за полуоткрытой дверью, Якоб обернулся и покачал головой. Он махнул рукой и позвал: «Заходи!».

Дверь отворилась и в комнату вошла рыжеволосая девушка. При дневном свете она уже не казалась странной и пугающей. Длинное зеленое платье тяжелого шелка с серебряным поясом на бедрах подчеркивало ее стройную мальчишескую фигуру. Непослушные локоны были туго заплетены в косу. Девушка тихо подошла и поклонилась.

– Это моя дочь Диана. Поговорите с ней, – представил девушку Якоб и удалился.

– Расскажите, что вам известно, – обратился к ней незнакомец.

– Конечно, ваше высочество.

– Какое еще высочество? – перебил он ее, – Почему все меня так называют?

– Все дело в изображении на вашей руке. Кажется, древнее пророчество сбывается.

– Пророчество?

– Это была моя любимая сказка в детстве. Жил-был… Лучше я вам почитаю, – сказала девушка и взяла с полки книгу.

Она села у изголовья кровати и начала читать.

Легенда об исчезнувшем принце

В давние времена, когда леса были полны тайн, а королевство изобиловало чудесами, жил один могущественный король. Желая испытать свою ловкость и мужество, отправился он на охоту. Копыта его коня высекали искры, когда погнался он за диким зверем. Тридцать знатных вельмож следовали за ним, стараясь не отставать. Тропинка становилась все уже, а лес – все гуще и гуще. Вдруг деревья расступились и открыли поляну. Посреди нее стояла девушка, окруженная сворой борзых. Никто никогда не видел таких красавиц – ее глаза светились как звезды, а волосы струились как золотые нити. Король, восхищенный ее обаянием, влюбился без памяти. Не успела кукушка прокуковать ему долгую жизнь, как он предложил ей руку, сердце и королевство. Несмотря на все уговоры мудрых советников, он женился на незнакомке, не ведая о том, что ее истинная природа скрыта за маской красоты.

В положенный срок королева родила сына, наследника престола. Король не помнил себя от счастья. Только вскоре пришла беда. Каждое полнолуние являлся кровожадный дракон, опустошая поля и деревни, сея страх среди подданных. Король отправил своих верных рыцарей сразиться с ним, но никто из них не вернулся.

В отчаянии король призвал к себе мага, обладающего тайными знаниями. Тот провел обряд и с дрожью в голосе объявил, что королева и есть кровожадное чудище. В доказательство он в точности описал изображение дракона на ее руке. Советники, полные страха и ярости, требовали казнить королеву и ее дитя, призывая короля к действию.

Со слезами на глазах король, разрываемый между долгом и любовью, приказал бросить жену и сына в темницу, а на рассвете – казнить. В последний миг своей жизни несчастная мать обратилась к Великому Змею, хранителю древних тайн, и тот, тронутый ее горем, отправил ее дитя в верхний мир. Прежде чем ее глаза сомкнулись навеки, она прокляла короля и предрекла, что беды и несчастья не покинут эту землю, пока принц не вернется. «Придет срок и он понадобится своей стране», – произнесла она и после этих слов Небесные врата остались открытыми, оставив лазейку в этот мир страшным и беспощадным тварям.

Король, охваченный страхом, запретил колдовство на веки вечные, а магов велел изгнать из королевства. Он женился вновь, но детей не дождался и его род угас, оставив только тень былого величия и проклятие, которое ждет, пока в мире появится тот, кто вернет утерянное.

Диана дочитала старинное предание и закрыла книгу.

– Красивая легенда, но как она объясняет мое появление здесь? – недоумевал молодой человек.

– Это не сказка, и дракон на вашей руке – доказательство.

– Как романтично! Уверен, по улице ходят сотни юношей с татуировками, но это не делает их принцами, – иронично заметил «его высочество».

– Если только у них есть запасная голова, – улыбнулась Диана, – татуировки запрещены под страхом смерти.

– Да, это усложняет дело.

– Я верю, что древнее пророчество сбылось, принц вернулся, и все будут спасены.

– Но как? Я ведь ничего не помню. Если я – ключ, то где замок?

– Мы с отцом сделаем все, чтобы память вернулась к вам, ваше высочество, – торжественно поклялась Диана.

– Нет, так не пойдет. Опять высочество? – возразил он. – Зовите меня, не знаю, Том.

– Это неподобающее имя для человека, путешествующего между мирами. С вашего разрешения я буду звать вас Стиг – Странник.

– Годится – согласился тот, – лишь бы не высочество.

– А сейчас, ваше выс…, то есть господин Стиг, отдыхайте, – сказала Диана и вышла из комнаты.

Весь день Диана провела в саду. Хотя это громко сказано. Клочок земли между домами – вот и весь сад. В нем росла старая яблоня, под которой стояла не менее старая, почерневшая от времени деревянная скамья. От дерева лучами расходились десять секторов-грядок, разделенных дорожками. Это был не обычный сад, а аптекарский огород. Амарант, анис, валериана, кориандр, лаванда, любисток, розмарин, тмин, укроп, чабрец и шалфей росли ровными рядами, снабженные аккуратными этикетками с названиями.

Сначала Диана разобрала принесенные с болот растения. Отделив корни от стеблей, она промыла их и оставила сушиться на террасе возле сарая. Сложенный из плитняка, крытый соломой, он был ее кабинетом и убежищем. Диана потянула за дверную петлю и вошла. Внутри было прохладно, пахло мятой и лавандой. Она с гордостью огляделась. Множество полочек были уставлены стеклянными и фарфоровыми банками и бутылками разных размеров и форм. С деревянной балки свисали пучки сухих трав. Диана села за дощатый стол возле единственного окна, раскрыла книгу и склонилась над своей энциклопедией лекарственных растений. К множеству страниц, исписанных мелким каллиграфическим почерком, добавилась еще одна, под названием «Аир болотный». На ней появился рисунок со стрелками, описаниями и рецептами.

Полюбовавшись своей работой, Диана уже хотела убрать перо и чернильницу в ящик, как вспомнила о заветной тетради – дневнике. Она сделала еще одну запись.

25 мая

Опыты лечения аиром оказались удачными, и мне понадобилась еще порция материала. Я знала, что отец никогда не отпустит меня одну на болота. Но что делать? Еще немного, и растения стали бы непригодны для сбора.Тогда исследования пришлось бы отложить на год. Рано утром, как только за отцом закрылась дверь, я оседлала свою любимицу и отправилась в лес. Было немного страшновато – все-таки граница Туманных земель, но я старалась не думать о плохом.

Через несколько часов показались заросли аира. Спешившись, я принялась выкапывать растения. Когда корзина почти наполнилась, я нашла шлем среди травы, а чуть поодаль и его обладателя. Рыцарь лежал без сознания с разбитой головой. Сначала я подумала, что это один из смельчаков, отправившихся на поиски Небесных врат, но доспехи на нем были какие-то невиданные. Коня рядом не было. Нащупав пульс, я поняла, что медлить некогда. Как Звездочка вынесла меня, незнакомца и тяжелую корзину, неизвестно, но она не жаловалась.

Вернулись мы затемно. Отец удивился, но помог мне уложить раненого в комнате наверху. Он был крайне недоволен – мало того, что я самовольно покинула дом, так еще и незнакомца подобрала. Из моей секретной экспедиции ничего не вышло.

Но самое интересное оказалось впереди. Утром я обнаружила изображение дракона на руке моего пациента. Неужели старая легенда – правда?

А он хорош собой – настоящий принц, правда, нетерпеливый и капризный, как принцесса.

Диана улыбнулась и задумалась, глядя в окно. Жирная капля упала с ее пера на бумагу. Она расстроилась, но потом присмотрелась и дорисовала силуэт головы дракона.

Крики служанки оторвали ее от работы. Диана толкнула раму и высунулась из окна.

– Что случилось, Марика?

– Их высочество отказываются принимать лекарство и требуют, чтобы ему вернули одежду, – ответила та.

– Иду! – крикнула Диана и добавила про себя: – Ох, уж эти принцы.

Войдя в дом, она увидела стопку книг и письмо.

– Кто был без меня? – спросила девушка.

– Помощник советника привез книги, а еще какой-то мальчишка принес письмо, – ответила служанка.

Диана посмотрела на печать и сунула письмо в карман фартука. Потом выбрала книгу поувесистее и поднялась по лестнице в комнату. Она еле сдержала смех, когда увидела Стига в тоге из одеяла и чалме из бинтов посреди комнаты.

– Ну, наконец-то! – недовольно воскликнул он, услышав шаги, обернулся и расплылся в улыбке.

В старом домашнем платьице с короткими рукавами и белом фартуке Диана казалась намного младше, а строгое выражение не шло к личику, сплошь покрытому веснушками, выступившими от долгого пребывания на солнышке.

– Попрошу вас вернуться в кровать, больной! – строго приказала девушка и невольно рассмеялась.

– Слушаюсь, госпожа лекарь! – шутливо ответил Стиг и лег.

– Так то лучше, – сказала Диана и дала ему лекарство.

– Я с ума сойду от скуки. Можно я встану? – начал канючить больной.

– Вам еще рано вставать. Обещаю завтра короткую прогулку. А сейчас займемся историей.

Диана раскрыла «Историю королевства». Однако не прочла она и страницы, как услышала сопение.

– Сон – лучшее лекарство, – прошептала она и вышла на цыпочках из комнаты.

Диана вернулась в сад и села на скамью под яблоней. Она достала из кармана письмо. В нем было всего несколько строк. Буквы складывались в слова, слова в предложения, но она никак не могла понять их смысла. От легкого дуновения ветерка поднялась лепестковая метель и засыпала Диану будто снегом.

Глава 2. Странник

Раны Стига затянулись, и Якоб позволил ему ненадолго вставать. Портной, присланный Советником, снял мерки и сшил костюм по всем правилам дворцового этикета, но Стиг нашел его вычурным и неудобным. Тогда Марика порылась в сундуках и отыскала кое-что. Рубашка с широкими рукавами, жилет и штаны из мягкой замши, высокие сапоги – все как будто было сшито для него.

Их прогулки с Дианой в саду за домом становились все дольше. Книги по истории и геральдике вернули Стигу прошлое. Ему казалось, что изображенные на их страницах люди и события оживают в его воспоминаниях.

Однажды Диана решила показать Стигу окрестности. Дом лекаря стоял на окраине, поэтому долго идти не пришлось. Немногочисленные прохожие по-разному реагировали на парочку. Мужчины кланялись или улыбались Диане, мальчишки оглядывались вслед, женщины же опускали глаза, а одна даже прошептала: «Ведьма!». Наконец, они добрались до городских ворот. По обе их стороны стояли крепкие ребята в доспехах – стражники.

– Привет, Тим! – смело обратилась Диана к одному из них. – Как жена?

– А, это вы, госпожа Диана! Вы просто волшебница! Уже здоровехонька.

– Как я рада! Можно? – спросила Диана и показала глазами наверх.

– Для вас все можно! – ответил стражник и посторонился.

Диана взяла Стига за руку, и они поднялись по крутым ступеням винтовой лестницы на самую вершину башни. Солнце палило по-летнему, но здесь, на высоте, гулял холодный ветер, развевая флаги. Казалось, еще немного, и Диана взлетит, если Стиг отпустит ее руку.

С городской стены как на ладони были видны ровные ряды садов, прямоугольники полей, деревушки, петляющая лента реки, крутящая колеса мельниц, буйная зелень лесов, синие горы. С другой стороны открывался не менее впечатляющий вид на Амигдалу – столицу Туманных земель. Небольшая речушка разделила город на две части, пробежав по нему змейкой и прыгнув вниз со скалы.

Давным-давно люди и маги жили в мире и согласии по разным берегам реки, пока волшебники не были изгнаны последним королем. Об этом напоминала архитектура. На левом берегу причудливые здания, словно выросшие из-под земли, бережно обходили старые раскидистые деревья. На правом строгие по форме и декору дома выстроились в ряд, как на параде. Этот контраст отражал не только различие вкусов, но и двух миров, когда-то связанных, а теперь разделенных невидимой стеной.

На островке посреди мозаики черепичных крыш возвышались, пытаясь проколоть небо своими шпилями, ратуша и дворец правителя.

– Какой красивый и веселый город! – воскликнул Стиг.

– Красивый – да, но почему веселый? – спросила Диана.

– Так много флюгеров и колокольчиков на крышах.

– Это не украшение, это – система оповещения.

– О чем же они оповещают?

– Сильный ветер приводит в движение туман и предвещает беду. Видите, часть кладки стены отличается?

– Да, теперь вижу, – сказал Стиг, приглядевшись.

– Это удар хвоста чудища, которое десять лет назад напало на город и унесло жизни сотен людей. И моей матери.

Дианы сжала губы, чтобы не расплакаться.

– Простите, что напомнил об этом.

– Самое ужасное, что я ее почти не помню. Если бы не портрет…

– Это же настоящий Рогир? – спросил Стиг.

– Да, кажется, отец называл это имя. Его написал один студент, когда останавливался у нас. Откуда вы знаете?

– Даже не представляю, – ответил тот.

Диана помолчала и переменила тему.

– Как память? Что-нибудь вспомнили?

– Пока нет, но обязательно вспомню!

Когда Стиг и Диана вернулись, их уже ждали. Посреди стола, накрытого белой вышитой скатертью, возвышались кувшины с вином и водой. На большом блюде рядами лежали запеченные овощи и зелень. Отдельно стоял нарезанный тонкими ломтиками сыр. Украшением стола была ваза с фруктами. Для обеда с принцем Марика достала парадный сервиз и серебряные приборы.

– Вот это да! – только и смог вымолвить Стиг.

– Что празднуем? – спросила Диана.

– Просто семейство собралось за обедом. Садитесь к столу, – пригласил Якоб.

Долго уговаривать их не пришлось. Марика принесла мясо, а хозяин дома налил в серебряные кубки красного вина со специями.

– М-м-м. Как вкусно! Вы знаете какой-то секрет? – поинтересовался Стиг у служанки.

– Не дразните ее, а то до вечера не переслушаете, – пошутил Якоб.

– О, прежде чем жарить мясо, нужно сделать надрезы, натереть его солью и перцем, полить медом и не забудьте про веточку розмарина, – начала Марика.

– Самый главный секрет – прогулка перед обедом! – рассмеялась Диана.

Когда тарелки и бокалы опустели, Якоб ушел в свой кабинет, а Стиг и Диана устроились на скамейке в саду.

– Что, голова? – спросила Диана, заметив, что ее пациента что-то мучает.

– Нет. Я все думаю – почему та женщина назвала вас ведьмой?

– Ах, это. Думаю, тут несколько причин. Во-первых, лекарственные растения – моя страсть. Как-нибудь я покажу вам свою энциклопедию. Во-вторых, я лечу людей, а дело женщины – заниматься домом и детьми, а не больными. В-третьих, цвет моей шевелюры слишком оригинален. Чем не ведьма?

– А мне нравится – как будто солнышко заблудилось в волосах. И потом, вы отлично справляетесь с пациентами, госпожа лекарь – подбодрил ее Стиг.

– Скажите это моему отцу, – грустно улыбнулась Диана, – он видит меня не лекарем, а женой военачальника. Мой жених тоже не одобряет моих увлечений.

– Вы любите его?

– Он молод, богат, умен и красив. Любая девушка умерла бы от счастья, став его невестой. И потом, отец считает, главное – что он любит меня.

– А вы?

– Что вы хотите от девушки, которая в детстве играла не куклами, а папиными инструментами, а вместо рукоделия препарировала лягушек? Почему я не родилась мальчишкой? Давно бы уже была компаньоном отца. Я оттягиваю помолвку под разными предлогами. Сейчас мой предлог – вы.

– Теперь мне и выздоравливать не хочется, – рассмеялся Стиг, подмигнул Диане и расправил плечи.

Диана тоже расхохоталась, глядя на него. На смех вышел Якоб и увел Стига в дом для осмотра. Солнце поднялось высоко, и даже в тени чувствовался его жар. Диана спряталась в своем убежище. Она достала дневник и, обмакнув перо в чернила, начала писать.

19 июня

На городской стене прошлое застигло меня врасплох. Я бы и рада забыть о дне, когда погибла моя мать, но не могу.

Помню, как сейчас, страшный нарастающий рев, от которого заложило уши. До сих пор вижу во сне, как над моей головой пролетает серебряная птица с распростертыми крыльями, закрыв собой полнеба. Как уцелел наш дом, когда она зацепилась когтями за крепостную стену? Чудище кувырком пролетело над городом и рухнуло со скалы, поливая огнем все вокруг. Черный дым закрыл солнце, и город погрузился в хаос.

Останься мама дома, была бы жива. Это не дает мне покоя. Я чуть не расплакалась. Хорош лекарь!

Кажется, я знаю способ помочь Стигу. Завтра же испробую его. Правда, он небезопасен.

Ниже Диана нарисовала зубцы крепостной стены и башню. Она так увлеклась, что не заметила, как вошла Марика и вздрогнула, когда та положила руку ей на плечо.

– Разве можно так подкрадываться?

– Вас вызывают во дворец, – сказала служанка, – Карета ждет. И хватит уже пачкать пальцы.

Диана спрятала тетрадь в щель между камнями и вышла на улицу через калитку. Петляя по узким улочкам, карета привезла ее ко дворцу. Слуги провели Диану в покои и оставили одну. Мраморные колонны, державшие своды, гляделись в зеркало отполированных плит. Мебель с ажурной резьбой, казалось, сейчас убежит в гобеленовые леса на своих львиных ножках.

– Кра! – резко каркнул ворон в золоченой клетке.

В комнату вошла, шурша шелком, высокая девушка с темными волосами. Она посмотрела на Диану надменным взглядом. Та склонилась в глубоком поклоне. Через секунду они кинулись в объятия друг другу и рассмеялись.

Селена и Диана дружили с детства, их судьбы были переплетены с самого начала. Обеих постигла одна и та же беда – они потеряли матерей, что навсегда изменило их жизни.

Отец Селены, стремясь вернуть утерянное счастье, женился вновь, и вскоре был избран правителем. Его новая жизнь полна обязанностей и забот, поэтому Селена часто чувствовала себя одинокой.

Отец Дианы остался верным памяти жены, не представляя рядом с собой другую женщину, и продолжал заниматься лекарством. Его преданность делу и семье делали их дом тихим и спокойным, но эта преданность стала бременем для Дианы.

Несмотря на разные пути, которые выбрали их семьи, дружба Селены и Дианы оставалась крепкой. Они поддерживали друг друга в трудные времена, делились своими страхами и мечтами, искали утешение в воспоминаниях.

– Совсем ты забыла свою подругу, – с напускной обидой сказала Селена.

– Как раз к тебе собиралась.

– У тебя новый поклонник? А меня, того и гляди, выдадут за какой-нибудь толстый кошелек.

– Мы обе знаем, что достаточно одного твоего взгляда…

– Тише, мы же договорились! – прервала ее Селена.

– Но мне, вернее одному человеку, очень нужна твоя помощь. Особенная, понимаешь? – упрашивала ее Диана.

– Тому симпатичному блондину? – игриво спросила подруга.

– А я думала, мне показалось, – сказала Диана и погрозила ворону пальцем.

– Я соскучилась. Хорошо, приводи завтра своего человека – согласилась Селена.

Подруги еще долго секретничали, а потом вышли в дворцовый парк.

– Наперегонки? – спросила Селена.

– Я первая! – крикнула Диана и рванула, подобрав юбки, по липовой аллее.

Обгоняя и отталкивая друг друга, они добежали до старого дуба, который помнил времена, когда дружба была их единственным сокровищем. Подруги сели на качели, подвешенные к толстой ветке. Раскачиваясь, они чувствовали, как все заботы и тревоги растворяются в воздухе, а радость вновь наполняют их души, раскручивая веревки времени и возвращая в беззаботное детство.

Диана вернулась домой только под вечер. Прежде чем войти, она проскользнула в свое убежище и дописала несколько строк при свете свечи.

Сегодня какой-то необычный день – все говорят о любви. Наверное, жара так влияет. Почему все так носятся с этой любовью? Я думаю, что ее значение сильно преувеличено.

Была у С. Она влюблена, но ее тайный возлюбленный не отвечает ей взаимностью. Весь день слушала рассказы о его достоинствах. Где она нашла такое чудо? Я не видела девушки привлекательнее, не говоря уже о ее приданом. И что этим мужчинам надо? Взять меня: худая, рыжая, конопатая, постоянно вожусь с больными, к тому же ничего не смыслю в хозяйстве. А Э. считает, что лучше меня не найти. Все девушки краснеют и вздыхают при его появлении, а фамильное колечко будет красоваться на моем пальчике. Теперь уж точно все будут считать меня ведьмой.

Диана нарисовала раскидистый дуб. Потом улыбнулась и дорисовала силуэт ведьмы на метле. Она спрятала тетрадь, задула свечу и ушла в дом.

Проснувшись с первыми лучами солнца, Диана поспешила в столовую, чтобы застать отца.

– Доброе утро! Как провела время во дворце? – спросил Якоб, намазывая горячую булочку маслом.

– Отлично! Тебе привет от Селены.

– Спасибо. Какие планы на сегодня?

– Хочу показать город Стигу. Можно?

– Только не долго.

После завтрака Якоб ушел к своим пациентам, а Диана дождалась Стига и между второй и третьей булочкой с вишневым вареньем объявила ему, что знает способ вернуть память.

– Правда, он непредсказуем и…

– Я согласен, – перебил ее Стиг, – Что нужно делать?

– Ничего особенного. Мы идем в гости к моей подруге.

По пути Диана показала Стигу городские достопримечательности. Они прошли мимо таверны «Пристанище», из дверей которой слышались разговоры и смех посетителей. Затем пересекли старый мост, связывающий правый берег речушки с островом. На площади они задержались у колоннады ратуши, слушая мерный бой часов, напоминающий о неумолимом течении времени.

Свернув в переулок, Стиг и Диана почувствовали, как городской шум стихает, уступая место уединению. Пройдя вдоль стены дворцового парка, Диана остановилась у калитки, скрытой от чужих взглядов зарослями дикого винограда. Она постучала, и та бесшумно отворилась. Старый слуга, с доброй улыбкой на морщинистом лице, провел их во дворец, воздух которого был пропитан ароматами цветов, а стены хранили множество секретов.

– Вы уверены, что хотите этого? – спросила Селена.

– Да, – коротко ответил Стиг.

Селена усадила его в кресло напротив, а подругу попросила подождать в другой комнате.

– Посмотрите мне в глаза, – приказала она.

Стиг взглянул на Селену. Сначала он просто любовался ее утонченной красотой, но через минуту ему показалось, что зрачки ее глаз с длинными, как копья, ресницами расширяются. Они затягивали его, как две черные воронки.

– Представьте, что время – это книга, а листы – дни. Переверните одну страницу назад. Что вы видите? – сказала Селена.

Тело Стига стало невесомым и, покачиваясь в такт убаюкивающему голосу, все глубже погружалось в темноту как в воду. Волны сомкнулись над его головой, а голос Селены звучал глухо, как через стену.

В луче света появилась книга. Стиг наблюдал со стороны, откуда-то сверху, как листает ее, но нисколько не удивился. В это время во тьме показалась светлая точка. Она все росла, пока яркая вспышка не ослепила его.

– Мы с Дианой на крепостной стене, – с удивлением обнаружил Стиг, оглядываясь вокруг.

– Листайте дальше. Где вы находитесь? – снова спросила Селена.

– В саду, на скамейке под яблоней.

– Еще. Где вы?

– Не знаю. Темно. Двое разговаривают. Не могу встать. Сильно болит голова.

– Еще!

– Ветер в лицо. Улицы. Улицы. Улицы. Что это? Нет! Удар. Я падаю. Падаю! А-а-а!

– Откройте глаза!

Стиг открыл глаза и видение исчезло. Тьма отступила, ощущение полета пропало, тело постепенно обрело вес и обмякло в кресле.

– Почему мы остановились?

– На сегодня хватит.

– Но я не вспомнил, – начал Стиг.

– В следующий раз, – отрезала девушка.

Стиг и Диана вернулись домой. На все расспросы Стиг отвечал, что ничего не помнит. Зато на следующий день рассказал Диане такой удивительный сон, что она даже записала его.

21 июня

Сон Стига

Ночь. Я несусь по городу на стальном коне с невообразимой скоростью. Слева и справа ровными рядами сами собой двигаются повозки. Светло как днем. Миллионы разноцветных огней отражаются в стеклянных башнях высотой до неба. Птица с дом величиной пролетела с ревом над ними, но никто даже внимания не обратил.

На улицах толпы людей в самых странных одеждах. Женщины одеты как мужчины. Некоторые разговаривают с плоскими пластинами.

Я разогнался еще сильнее. Вдруг дом на колесах преградил мне путь. Испуганные люди смотрели в окна. Я пытался остановить коня, чтобы избежать столкновения. Тот встал на дыбы и сбросил меня. Падение казалось бесконечным. Острая боль пронзила все тело. Я лежал посреди дороги в городе, полном чудес и опасностей, пока тьма не поглотила меня.

Ранним утром Диана со Стигом вышли за городские ворота и не торопясь зашагали по лесной тропинке. Диана мимоходом рассказывала о свойствах трав и цветов, попадающихся по пути. Одни из них можно было использовать для приготовления лекарств, другие – в кулинарии. Стиг слушал и восхищался ее знаниями.

В воздухе запахло водорослями, и вскоре они вышли к реке. Берега опрокинулись в ее глубокие воды, видно было, как в прозрачной воде лениво плавала рыба. Ее чешуя блестела в солнечных бликах как драгоценные камни. Стиг вдохнул свежий воздух и почувствовал, как все заботы и тревоги остались позади, в шумном городе. Диана присела на камень и продолжила рассказ о растениях и о том, что река полна жизни. Стиг слушал ее слова, но понимал, что этот момент больше, чем просто прогулка. Это время, когда они могли побыть наедине и наслаждаться простыми радостями жизни.

– Искупаемся? – предложил Стиг.

– Я не умею плавать. Кто будет вас спасать?

– Я не буду заплывать далеко.

Не дожидаясь возражений, он скинул сапоги и нырнул с разбега в воду. Диана бегала босиком по мелководью туда-сюда, подобрав подол платья, пока Стиг плавал на разные манеры и нырял. Наконец, он вышел на берег.

– Вы видели? Видели, как я умею?! – возбужденно кричал он.

Диана отвернулась и обиженно молчала, скрестив руки. Тогда он подхватил ее на руки и понес в воду. Она визжала и брыкалась, но потом сдалась и они плескались и дурачились, пока губы не посинели. Потом грелись на солнышке по разные стороны старой рыбацкой лодки, разложив на ней одежду. Диана смотрела на набегающие волны, а Стиг чертил что-то палкой на песке.

– А ведь я не весь сон рассказал – вдруг вымолвил он.

– Почему?

– Потому что я видел вас.

– Это из-за того, что вы меня каждый день видите.

– Ваше лицо – последнее, что я помню.

– Есть хочется – сказала девушка после недолгого молчания.

Они оделись, и Диана достала из мешка нехитрый провиант, который заботливо собрала Марика. К завтраку у них были половинка свежеиспеченного хлеба, кусок ветчины и немного молока в бутыли.

– А фантазия у вас хоть куда! Это ж надо – стеклянные башни – смеялась Диана, прихлебывая молоко.

– Ага, и птицы величиной с дом, – подхватил Стиг, отломив кусок хлеба.

– И дом на колесах!

– И железный конь! Хотя от коня я бы не отказался.

Закончив завтракать, они отправились обратно. Когда Стиг начал отставать, Диана настояла на отдыхе и свернула с тропы. Они лежали в высокой траве, слушали стрекотание кузнечиков и тыкали пальцем в небо, наперегонки угадывая, на что похожи проплывающие облака. Услышав шаги и сиплый голос, Стиг встал, загородив собой Диану.

– Смотри, брат, какая парочка! Прям голубки!

Перед ними стояли двое мужчин. Их возраст невозможно было определить по огрубевшим загорелым лицам. Высокий и крепкий детина в пыльном дорожном плаще держал увесистую дубинку на плече. Другой, в заплатанной одежде и дырявых башмаках, склонился как крючок под тяжестью мешка.

– Кто вы и что вам нужно? – спокойно спросил Стиг.

– А что вам не жалко? – ответил вопросом на вопрос здоровяк.

– У нас ничего нет, – сказал Стиг и бросил опустевший мешок к их ногам.

– Да, не густо, – подтвердил другой, развязав его.

– Мне кажется, дама желает подарить мне свои серьги, – нарочито вежливо сказал первый и шагнул вперед.

– А мне не помешают новые сапоги, – продолжил второй и угрожающе сдвинул брови.

– Они нам самим пригодятся, – твердо ответил Стиг, не обращая внимания на Диану, которая дергала его за рукав.

– Ну, пеняй на себя! – зло выкрикнул здоровяк и замахнулся дубиной.

Диана вдохнула поглубже, чтобы закричать, но так и осталась стоять с раскрытым ртом. Стиг шагнул в сторону, ловко уйдя от удара дубинкой. Верзила покачнулся, но устоял на ногах. Удар ногой в бок все же вывел его из равновесия. Он растянулся во весь рост. Дубинка улетела в кусты.

– Ах, так?! – не своим голосом завопил второй и бросил тяжелый мешок.

Блеснуло лезвие. Не дожидаясь нападения, Стиг смело шагнул ему навстречу, схватил за руку и вышиб нож.

– Пусти, больно! – завизжал разбойник.

– Убирайся! И дружка прихвати – сказал Стиг, выпустив руку.

Хромая и охая, незадачливые грабители скрылись в кустах.

– Вы видели? Как я их, а?! – кричал Стиг и прыгал вокруг Дианы.

– Вы целы? Где болит? – спрашивала она, бегая за ним и ощупывая руки и ноги.

Успокоившись, Стиг и Диана решили, что не будут никого беспокоить рассказами об этом происшествии, тем более что никто не пострадал. Они уже направились к тропе, как заметили мешок, брошенный грабителями посреди поляны. Стиг подошел и легонько пнул его. Послышался металлический звон. Диана потянула за веревку и на траву посыпались монеты, золотые и серебряные чаши и кубки. На самом дне они обнаружили еще пластины с непонятными иероглифами.

– Да тут целый клад! Как мы с ним поступим? – спросил Стиг.

– Решим дома, – ответила Диана.

Стиг кивнул, понимая, что лучше не торопиться с выводами.

Вернувшись, они спрятали мешок в сарае. Но прежде, как истинный ученый, Диана сделала опись его содержимого и сняла отпечатки с пластин. Потом написала несколько строк в дневнике.

26 июня

Опыт по возвращению памяти с помощью С. оказался успешным. Правда, первой вернулась телесная память. Стиг отлично развит физически, обладает бойцовскими навыками, как и подобает принцу.

После того, как он спас меня сегодня от разбойников, мне стыдно, что я называла его принцессой. Его храбрость и ловкость восхищают.

Если сны о стеклянном городе не фантазии, то мир за Небесными вратами удивителен. Вот бы там побывать!

На следующий день Диана осмотрела свои грядки и достала ножницы. Она аккуратно срезала веточки лаванды и складывала в корзину. Стиг сидел на скамье и читал. Вернее, делал вид, что читал, а на самом деле наблюдал за Дианой.

Перехватив его взгляд, она подошла и пощупала лоб. Запах лаванды от ее рук пробудил у Стига смутные воспоминания. Ослепительное солнце, звуки далекого прибоя, лавандовое поле и девичьи руки на его плечах. Он приложил руки Дианы к своему лицу. Она замерла и вдруг почувствовала его губы на своих ладонях.

Услышав шаги, девушка обернулась и отдернула руки. Перед ней стоял ее жених.

– Я вызываю вас на поединок! – крикнул он, еле сдерживаясь, и бросил Стигу перчатку.

Затем резко повернулся и зашагал к выходу. Диана побежала было за ним, но передумала и остановилась.

– Поединок, так поединок, – спокойно сказал Стиг и поднял перчатку.

Глава 3. Поединок

Зал Собраний – самая старая часть дворца. Балки двускатной кровли держат мощные грубо отесанные каменные столпы, а стены украшают потемневшие от времени рельефы, изображающие сцены из истории. Говорят, забытые короли и давно утихшие сражения оживают по ночам и тогда здесь слышны шаги, голоса, бряцанье оружия и ржание коней.

Генрих Бейли, правитель Туманных земель, сидел за массивным длинным столом и со скучающим видом слушал доклад советника. О его рассудительности и хитрости ходили легенды. Он единственный был переизбран четырежды и намеревался сделать это еще раз. Недаром ему дали прозвище Мудрый.

– Это все? – подозрительно тихо спросил он, когда советник умолк.

– Да, правитель, – с поклоном произнес тот, чувствуя напряжение в воздухе.

– Почему я узнаю об этом только сейчас?! И это накануне выборов! – взорвался Генрих.

Все помощники, сидящие за столом, встрепенулись, их взгляды метнулись к советнику, но его каменное лицо не изменило своего выражения.

– Волнения начались из-за нарушения границы. Оно, конечно, не сравнится с нападением десятилетней давности, но крестьяне ропщут, считая, что их бросили, – ответил советник.

– Что вы предлагаете? – спросил правитель, встал и начал мерить гулкими шагами зал Собраний.

– Послать туда армию.

– Как это повлияет на укрепление власти? Одни расходы! – раздраженно бросил Генрих.

– Тогда соберем отряд из добровольцев, – предложил советник.

– Вот это уже лучше – согласился тот, – и устроим турнир – и увеселение для народа, и силу покажем.

– Отличная идея, мой господин! – подхватил советник, – Что, если мы достанем свой козырь?

– Еще не время! – прервал его правитель, – Приготовьте указы о рыцарском турнире и отряде добровольцев.

Советник встал, поклонился и направился медленной раскачивающейся походкой к выходу. За ним засеменили многочисленные помощники как утята за уткой. Правитель позвонил в колокольчик, приказал появившемуся как из воздуха слуге подавать обед и важно зашагал по дворцовому коридору.

Молодой полководец вошел в обеденный зал, и все присутствующие мужчины невольно втянули животы и выпрямили спины, а женщины потупили глаза, чтобы никто не прочитал в них восхищения. Даже щеки дочери правителя зарделись, выдав ее волнение.

– А, Эрик! – воскликнул правитель, встал и сделал пару шагов навстречу.

– Приветствую вас, мой господин! – ответил полководец и подошел.

Генрих по-отечески обнял его и посадил по правую руку. Стол так был заставлен всевозможными блюдами, что парчовых узоров скатерти не было видно. Слуги бесшумно сновали между гостями, предупреждая малейшие их желания. От ярких костюмов из шелка и бархата рябило в глазах. Звенели серебряные кубки, полные вина.

– Передайте, пожалуйста, соус, – обратилась к Эрику Селена, и спросила тише: – Почему у вас такой суровый вид?

– Извините, – ответил Эрик, улыбнулся и передал соусницу.

Селена взяла ее и прикоснулась, как бы невзначай, к его руке. Она почувствовала одновременно твердость и смятение молодого военачальника. Эрик неловко отдернул руку, и кроваво-красный соус вылился на скатерть. Селена высыпала на пятно соль из солонки.

– Что вас тревожит?

В это время слуги вынесли запеченного кабана, собственноручно подстреленного правителем на охоте. Гости громко выражали восхищение ловкостью и меткостью Генриха, не умолкая несколько минут, а тот щурился от удовольствия, как кот.

– За Генриха! – выкрикнул Эрик и вскочил как распрямившаяся пружина.

Раздался звон кубков и зал огласился дружным «Ура!», отозвавшимся эхом в коридорах дворца.

Наконец, внесли произведение поварского искусства – пирог с фруктами и ягодами. Слуги торжественно водрузили его на стол и начали нарезать на куски. Все гости замерли и подались вперед. Вдруг, прямо из-под ножа, из пирога выпорхнули птицы. От неожиданности гости стали кричать и разбегаться. Генрих хохотал и хлопал в ладоши как ребенок, глядя, как женщины размахивали руками, а мужчины трусливо прятались за стулья. Только Эрик и Селена не замечали ничего вокруг. Взгляд девушки остановился, зрачки расширились, и, как по волшебству птичья стайка сделала круг над столом и вылетела вереницей в открытое окно.

Когда обед закончился и все разошлись, правитель пригласил Эрика в библиотеку. Он усадил его в кресло, сам же начал медленно ходить взад-вперед.

– Ты ведь знаешь, что я люблю тебя как родного? – начал он издалека, – И всегда помогу, чем смогу.

– Да, правитель! – коротко ответил Эрик.

– Тогда расскажи, что тебя мучает? Я хочу, чтобы мой полководец был спокоен и счастлив.

– Все в порядке, – сухо ответил тот.

– А когда на свадьбу позовешь? Вот уж погуляем!

Эрик вскочил и сжал руки в кулаки. Потом сел и откинулся в кресле. Генрих остановился и взял с полки книгу.

– Так вот в чем дело! Мне донесли, что у тебя появился соперник. А знаешь ли ты, кто он?

– Какой-то найденыш! – презрительно выкрикнул Эрик.

– Найденыш? – тихо спросил правитель, раскрыл книгу и подал ему, – Помнишь эту легенду?

– Мы сказки будем читать?

– Древнее предсказание сбылось – еще тише заговорил Генрих, – Мы бы уже готовились к коронации, если бы этот найденыш не потерял память.

– Я что, вызвал на поединок короля?!

– Ты видел корону у него на голове?

– Нет.

– Тогда ты всего лишь вызвал на поединок наглеца. Померяйся с ним силами на рыцарском турнире и покажи, что значит честь – посоветовал Генрих, – Ну, с этим все. А теперь займемся делом. Собирай отряд добровольцев и через неделю отправляйся в поход – чудовища снова бесчинствуют на наших землях.

– Да, господин! – с готовностью ответил Эрик, положил книгу и вышел, печатая шаг.

– Вот и ладно! – довольно улыбнулся Генрих, поставил древний фолиант на место и развалился в кресле.

На другой день, как только первый луч солнца коснулся шпиля ратуши, в дверь домика на окраине позвонили. Колокольчик заливался, но никто не открывал.

– Где это носит нашу Марику? – пробормотала Диана, зевая.

Она открыла дверь. На пороге стоял оруженосец Эрика с букетом белых лилий и улыбкой от уха до уха.

– Здравствуйте, госпожа Диана! Передайте это господину Стигу – отрапортовал он и протянул ей конверт.

– Всенепременно, – ответила она и улыбнулась, – Цветочки тоже ему?

– Никак нет! Господин просил вам передать – смутился тот и протянул букет.

Диана приняла цветы, сунула конверт в карман и закрыла двери. Она занялась приготовлением завтрака. Диана растопила очаг, нарезала тонкими ломтиками белый хлеб, принесла масло и варенье из погреба, сварила кофе. Все уже наслаждались завтраком, когда в двери столовой ворвалась запыхавшаяся Марика.

– Где ты была? Что случилось?! – выкрикнули вместе Якоб и Диана.

– Сейчас на площади объявили о рыцарском турнире и про поход! – выпалила служанка, – Эх, была бы я мужчиной…

– Хорошо, что ты не мужчина, – рассмеялся Якоб, – А то бы завтракать нам всегда подгорелыми тостами.

Стиг подавился и закашлялся, Диана покраснела, а Марика гневно посмотрела на хозяина. Тот сразу засобирался к больным.

– Какие дивные цветы! Жених приходил? – с умилением спросила служанка, разглядывая букет в центре стола.

Диана раскраснелась еще больше, а Стиг поджал губы и вышел в сад.

– Да что сегодня со всеми? Вы не простудились? – спросила Марика. – Заварю вам ромашки.

Служанка сделала чай. Диана взяла кружки и вышла в сад. Стиг сидел под яблоней.

– А он настойчивый, ваш жених, – сказал Стиг, взял кружку и отхлебнул из нее, – А-а-а, горячо!

– Не зря же он полководец, – улыбнулась Диана, – Только на этот раз ему нужны были вы.

От удивления Стиг опустил руку и снова обжегся.

– Оруженосец принес письмо, – ответила на его немой вопрос Диана, взяла кружку из его рук и вручила послание.

Стиг сломал печать, развернул лист и прочел несколько строк, написанных уверенным размашистым почерком.

– Где можно достать доспехи? – помолчав, спросил он.

– Что? – удивилась Диана и выронила кружку.

Она вырвала лист у Стига. Это был вызов на поединок. Эрик великодушно оставлял право выбора оружия за соперником и предоставлял ему коня.

– Да как он посмел? Я сей же час пойду к правителю!

– Не делайте этого, – спокойно сказал Стиг.

– Почему?

– Мужчина должен уметь постоять за себя.

– Вы ведь не с крестьянами будете сражаться, а с лучшим воином королевства.

– Вот значит какого вы мнения о моих бойцовских качествах?

– Я не прощу себе, если с вами что-нибудь случится. Как вы не понимаете, что в ваших руках судьба всего королевства?!

– Это вы не понимаете, что я не смогу защитить королевство, если не могу защитить даже себя!

– Будь по-вашему!

– Что? Так просто? – удивился Стиг, настроившийся на долгий спор.

Диана приволокла из сарая мешок, бросила к ногам Стига и рассказала, как найти оружейника. После его ухода девушка тоже ускользнула из дома.

Вернувшись через несколько часов, она вошла в свой кабинет. Диана вспомнила один способ успокоиться, которому научил ее отец, достала дневник и выплеснула свои переживания на его страницы.

15 июля

Что меня больше возмущает? Недоверие Э. или безрассудство С.? Почему я чувствую себя виноватой? Чем больше я об этом думаю, тем яснее понимаю, что меня волнует вовсе не спасение королевства. Почему так больно при одной только мысли о потере? Столько вопросов! И ни одного ответа.

Если С. думает, что я оставлю все на волю судьбы, то он жестоко ошибается. Если он узнает... Ну и пусть.

Диана задумалась и сидела неподвижно, пока служанка не позвала ее. Она быстро написала что-то на оторванном из тетради листе и поспешила в дом.

Вечер прошел тихо. Стиг поглядывал на девушку с опаской, но та была на удивление спокойна. Сославшись на усталость, она пожелала лечь пораньше. Проходя мимо Стига, Диана сунула ему в руку записку. Поднявшись к себе, он прочел: «Будьте завтра утром у калитки дворцового парка».

– Что она задумала? – вслух произнес он и улыбнулся. – Это свидание?

Утром Стиг проснулся раньше обычного и поспешил к назначенному месту. Оглядевшись по сторонам, он постучал в калитку. Его уже ждали. Старый слуга проводил его в дальний угол парка и оставил под дубом. Стигу показалось, что прошла целая вечность, когда он услышал шаги.

– Вы пришли! – обрадовался он и обернулся.

Улыбка сползла с его лица, когда он увидел перед собой пожилого мужчину. Тот оценивающе осматривал Стига. Его загорелое лицо было неподвижно, но черные глаза улыбались.

– Пришел – ответил он.

– Кто вы?

– Зовите меня Артур. Я ваш тренер.

– Я не просил об этом.

– Диана предупредила меня, что с вами будет нелегко. Не упрямьтесь и следуйте за мной. – сказал мужчина, повернулся и зашагал по дорожке.

После недолгой заминки Стиг отправился вслед за ним. Еловая аллея вывела их к конюшням. Главный конюх уже ждал их. Он вывел двух оседланных коней.

– Это Гром, – представил он вороного наезднику и передал уздечку, – Будьте осторожны, он кусается.

Стиг посмотрел в большие умные глаза Грома и запустил руку в его гриву. Конь фыркнул и поддел ее мордой. Тогда Стиг вставил ногу в стремя и легко вскочил в седло. Артур, все это время наблюдающий за ним, одобрительно кивнул и тоже оседлал своего гнедого. Сначала они прокатились рысцой по аллее, а когда она кончилась, прошмыгнули через потайной ход в лес и скакали галопом друг за другом, перемахивая через валежник, ручьи и овраги.

Вернувшись, Артур продолжил испытывать новичка. Он велел подать копье. Крепко зажав его под мышкой, разогнался и нанес такой мощный удар, что чучело крутилось на шесте как сумасшедшее. Остановив коня, Артур махнул рукой Стигу. Тот, в свою очередь получив копье, сжал его древко в руке, приложил к бедру и пришпорил Грома. Щит соломенного противника с грохотом упал от его удара. Всадники отдали копья оруженосцам и спешились.

– Неплохо, молодой человек! – похвалил тренер Стига и похлопал его по плечу.

Тот попрощался и вернулся в домик на окраине, чуть не падая от усталости. Там его уже ждали горячая ванна и ужин. За столом он клевал носом, так что Марика отвела его наверх.

Утром Стиг завтракал в одиночестве – лекарь с дочерью еще затемно уехали в соседнюю деревню. Он пришел в парк немного раньше и завернул к Грому, где Артур и нашел его, хрумкающего морковкой на пару с вороным другом. Оружейник доставил заказ, и они занялись примеркой и подгонкой доспехов. На длинную кольчугу Стиг надел панцирь, но понял, что слишком неповоротлив в них. Тогда он надел доспех поверх своей черной кожаной куртки, в которой его нашла Диана. Сначала Артур усомнился в его решении, но, внимательно разглядев куртку, с удивлением заметил, что она не так проста, как кажется. Двойная кожа и вставки на груди и спине делали ее прочнее. Артур помог затянуть ремни новенького сияющего панциря и надеть шлем. Затем подал меч и щит. Стиг переложил меч в левую руку. Артур пристально посмотрел на него. На деревянном щите, обтянутом черной яловой кожей, красовались серебряная звезда и вытесненный девиз: «Adaspera!» – «К звездам!».

– Почему вы выбрали своей эмблемой звезду? – спросил тренер.

– На моей куртке есть такая, поэтому, наверное.

– Это хороший знак – она будет охранять вас.

Оруженосец помог Артуру облачиться в доспехи, и началась тренировка. Сначала Стиг только отражал мощные удары меча, сыпавшиеся на него, но потом стал смелее. Более легкое снаряжение давало ему свободу для маневра. На звон мечей сбежались все помощники и конюхи. Они, не стесняясь делали ставки на то, сколько продержится новичок. Это разозлило Стига, и от защиты он перешел к нападению. Бросив тяжелый щит, он сжал меч двумя руками и нанес сокрушительный удар, от которого противник упал на спину. Затем приставил лезвие горлу, сжав его правой рукой.

– Сдавайтесь! – произнес Стиг в наступившей тишине.

– Сдаюсь, сдаюсь! – ответил Артур, бросил меч и расхохотался.

Разочарованные зрители молча разошлись. Стиг помог противнику подняться. Они сняли доспехи и сели в тени.

– Вы готовы к завтрашнему поединку. Советую сегодня хорошенько выспаться, – сказал Артур.

Стиг поблагодарил его и уже собрался уходить, но тренер остановил его.

– Вы напомнили мне одного моего ученика. Он тоже левша и совершает те же ошибки, что и вы, – сказал Артур.

– Кто же он?

– Эрик Марен.

Стиг удивился, но промолчал, потом попрощался и отправился домой. Он шел медленно, любуясь вечерним городом. Лучи заходящего солнца превратили черепицу в золото. Длинные тени перечеркнули узкие улочки. Высоко в розовом небе летали ласточки.

Диана вышла в сад и подошла к яблоне. Вдруг что-то блеснуло. Это была кружка. Глиняная в глазури, расписанная незабудками. «Надо же, целая. Вот бы и он вышел целым из этой истории», – загадала она, подняла кружку и села на скамью. Стукнула калитка. Диана даже не оглянулась.

– Посидите со мной, господин Стиг, – попросила она.

– Откуда вы знаете, что это я?

– Знаю и все.

– Надо же, целая, – удивился Стиг и взял кружку из рук Дианы.

– Завтра я не смогу этого сказать, поэтому скажу сейчас. Вернитесь целым как эта кружка! – выпалила она и убежала в дом.

Стиг не стал удерживать ее. Он сидел, сжимая кружку в руках и улыбаясь, пока не показалась первая звезда. Потом поднялся к себе и сразу уснул под тихий шелест листвы за окном.

Утром весь город пришел в движение. В уличном шуме невозможно было разобрать ни слова. Кареты в сопровождении отряда рыцарей во главе с полководцем плыли по людскому морю как ладьи, а за ними, мерно покачиваясь в седлах, – участники турнира. Толпа зевак приветствовала любимчиков.

– Кто это? Чей это герб со звездой? Смотрите, смотрите! Черный рыцарь! – выкрикивали в толпе, заметив незнакомца.

Рыцарь только ниже опустил капюшон своего плаща.

Турнир решено было провести недалеко от города, возле Королевской рощи. За несколько дней здесь построили трибуны и затянули их красным шелком, установили барьеры. Солнце поднялось высоко, когда прибыла процессия. Распорядители проводили зрителей на свои места. Якоб с Дианой были приглашены в королевскую ложу как почетные гости. Рыцари бросили жребий, и Генрих махнул рукой. Звуки труб тотчас возвестили о начале турнира.

Не одно копье было сломано, прежде чем объявили поединок Эрика Храбрейшего и Черного рыцаря. Трибуны взревели, когда на ристалище выехал полководец. Дамы забросали его цветами. Стиг сжал копье и встал напротив, слившись с Громом в черную скалу. По сигналу они пришпорили коней. Одновременно оба копья достигли цели и с треском разлетелись вдребезги. Рыцари спешились и продолжили поединок на мечах. Отбросив щиты, они схватились за мечи, замахнулись и рубанули сплеча. Сноп искр посыпался на противников. Со стороны казалось, что рыцари сражаются со своим зеркальным отражением.

Генрих подался вперед и с интересом следил за поединком. Диана так сильно сжала руку подруги, что та поморщилась. Селена взмахнула свободной рукой, и время будто остановилось. Над головами бушевавших зрителей медленно проплыл белый платок и плавно опустился на землю. Герольды тут же остановили поединок.

– По желанию прекрасных дам поединок прекращен! – объявил судья под недовольный гул трибун.

Генрих тоже был недоволен. Он одарил герольдов таким гневным взглядом, словно хотел испепелить их. Недовольны были и рыцари, их пришлось утихомирить силой. Когда они сняли, наконец, шлемы, толпа ахнула – невозможно было решить, кто из них прекрасней – молодой военачальник или незнакомец. Правитель скрыл свою досаду и наградил победителей золотыми лилиями. Бродячие артисты тут же раскинули шатер и зазывали публику, музыканты грянули польку и все закружилось.

Вечером на званом ужине правитель превозносил храбрость, верность и благородство рыцарей, вступивших в отряд добровольцев, обещал награды и вотчины. Столы ломились от яств, вино текло рекой, тосты во славу защитников отзывались многократным эхом в дворцовых сводах. Заметив, что дамы заскучали, Генрих махнул платком, и музыканты ударили по струнам.

– Повеселитесь! – сказал Генрих и вложил руку дочери в грубую ладонь Эрика.

Они смутились, но встали в круг.

– Хороша парочка? – спросил Генрих и подмигнул жене.

– Хороша! – ответила та, не отрывая взгляда от полководца.

Эрик и Селена молча кружились в танце, но их взгляды говорили громче слов.

– Зачем вы остановили поединок? – первым нарушил молчание Эрик.

– Подруга попросила меня об этом, – спокойно ответила она.

– Она боялась за его жизнь?

– Нет, я боялась за вашу! – выкрикнула Селена, отдернула руку и вышла из круга, несмотря на взгляды отца.

Эрик остался один посреди зала. Танцующие остановились, музыка стихла. Чтобы сгладить неловкость, Генрих велел продолжать веселье, а полководца и рыцарей попросил собраться на Совет. Он усадил Стига возле себя и что-то шепнул ему на ухо. Присутствующие переглянулись.

– Этот славный малый, что привлек столько внимания сегодня, – сын моего давнего друга. Несмотря на молодость, Стиг живет затворником, и я пригласил его немного развеяться, – сказал правитель и потрепал его по плечу.

Рыцари разразились одобрительными восклицаниями, а Эрик пожал руку своему противнику и пригласил участвовать в охоте на чудовищ. Тот согласился. Полководец назначил дату похода, и рыцари разъехались по домам.

Шагая по коридорам дворца, Эрик поймал себя на мысли, что проходит мимо одной и той же двери уже в третий раз и остановился. Не может быть, чтобы он заблудился здесь, где знает каждый закоулок с детства. Он толкнул дверь и вошел. В проеме окна он увидел женский силуэт. Незнакомка обернулась, и Эрик узнал дочь правителя. В тусклом свете луны сверкнул кринок. Полководец отреагировал молниеносно и схватил Селену за запястье. Он разглядел оружие в ее руке. Лезвие охотничьего ножа с желобом посредине и канавками напоминало перо птицы, рукоять была украшена серебряным плющом и драгоценными камнями.

– Это «Перо ворона», – сказала Селена.

– Красивый клинок, – похвалил его Эрик и выпустил руку девушки.

– Пусть он охраняет вас.

Селена вложила клинок в ножны с цепью и повесила на шею Эрика. Тот принял его с благодарностью. Когда полководец ушел, девушка встала у раскрытого окна и подставила лицо ночной прохладе.

В соседнем окне зажглась свеча. Ветер донес обрывки разговора и Селена узнала голоса отца и советника.

– Он что, заколдованный? Почему лучший воин королевства не справился с ним?

– Можно решить это дело иначе.

– Постарайтесь на этот раз не разочаровать меня.

Правитель вернулся к гостям, хлопнув дверью, а Советник вызвал помощника и долго еще секретничал с ним.

В домике на окраине, несмотря на позднее время, горел свет. Стиг вошел и увидел Диану, уснувшую за столом. Он сел напротив и залюбовался белыми ресницами, вздрагивающими во сне, полураскрытыми пухлыми губками и золотыми бликами в ее волосах. Потом осторожно, как стеклянную вазу, поднял на руки и отнес на кровать. Диана что-то прошептала.

– Что? – спросил Стиг и наклонился, чтобы расслышать.

– Это Вы?

– Да.

Диана обвила его шею руками и улыбнулась.

– Какой хороший сон, – сказала она, отвернулась и положила руки под голову, как ребенок.

Стиг накрыл ее покрывалом и тихо вышел. Его сердце так громко билось в груди, что не давало уснуть. Еле дождавшись рассвета, Стиг спустился вниз. Якоб завтракал в одиночестве. Марика поставила на стол еще одну чашку.

– Что случилось? – спросил он, заметив красные глаза служанки.

– Провожала свою любимицу – ответил за нее Якоб. – Правитель отправил семейство в дом у озера и пригласил Диану. Еще затемно уехала.

– Даже не попрощалась, – обиделся Стиг.

– Она попросила передать вам пожелание удачи.

Грустить было некогда. Стиг тоже приступил к сборам.

Глава 4. В поход!

Поутру городская площадь была полна народу. Любопытные, не поместившиеся на ратушной площади, торчали из окон и балконов, свешивались с крыш, рискуя сломать шею. Город провожал своих героев. Доспехи рыцарей, выстроившихся в ряд, слепили бликами, а кони нетерпеливо переступали.

Пока Генрих напутствовал участников отряда под одобрительный гул толпы, чуть поодаль господин Николас, походный повар, щурясь и покручивая ус в последний раз оглядывал припасы. На телеге еле уместились бочонки с водой, вином и солониной, мешки с сухарями, крупами и фасолью, связки сухой рыбы, корзины с овощами и особая его гордость – сушеные яблоки и груши, мед и пряности. Одобрительно кивнув, он приказал помощнику закрыть полог. Невысокий юноша с острыми плечами и непослушными рыжими волосами накрыл припасы холстиной и начал перевязывать веревкой, но тут раздалось очередное «Ура!», кони дрогнули, одна из корзин упала с телеги. Репа рассыпалась под ноги провожающих. Юноша кинулся собирать ее. Сердобольные дамы из толпы начали помогать, видя, как его глаза наполнились слезами. Вся эта возня вызвала хохот в толпе. Юноша покраснел, спрятал лицо под капюшоном плаща и водрузил корзину на место.

– И как только я позволил госпоже Селене уговорить себя? Ну, какой из тебя помощник?! – наконец разразился криком господин Николас, потерявший на время голос от возмущения. Он отвесил юноше подзатыльник и перевязал поклажу.

Генрих закончил свою речь, и пушечный выстрел оповестил о начале похода. Рыцари во главе с полководцем, а за ними обоз двинулись к главным воротам. Проехав через мост, отряд отправился в путь по виляющей вдоль реки пыльной дороге.

Через несколько часов показалась Королевская роща. Дубы кивали кудрявыми макушками и тихо перешептывались между собой. Мерно покачиваясь в седлах, всадники думали каждый о своем: кто-то об оставленных невестах и женах, кто-то предвкушал богатое вознаграждение, чтобы поправить состояние, а Стиг проклинал себя за излишнюю горячность. С непривычки у него разболелись спина и ноги, пот стекал струйками по лицу, а доспехи будто тяжелели час от часу. Всадник, ехавший рядом, поглядывал на соседа с ухмылкой, что еще больше злило Стига.

– Держите спину ровнее, господин, – посоветовал он. – Скоро отдохнем.

Стиг кивнул, обернулся назад и позавидовал стойкости и терпению рыцарей. Всадники не обращали никакого внимания ни на жару, ни на тяжесть доспехов. Как влитые сидели они в седлах, а их лица были похожи на маски. Позади всех в телеге тряслись господин Николас, сжимавший поводья, и его помощник. Голова юноши склонялась все больше от каждого толчка, и вскоре он уже спал, обнимая корзину. Рыжие вихры разметались, белые ресницы вздрагивали во сне, пухлые губы приоткрылись.

– Везет же некоторым! – подумал Стиг.

Светлая дубовая роща сменилась темным сосновым бором. Когда солнце наполовину спряталось за горизонт, Эрик скомандовал привал. Все заметно оживились. Слуги раскинули шатер и разожгли костер. Господин Николас начал колдовать над припасами, покрикивая время от времени на своего незадачливого помощника. Оруженосцы занялись доспехами и лошадьми. Эрик же собрал рыцарей в шатре и развернул карту.

– Вот здесь, у границы Туманных земель, последний раз было нападение, – сказал он и положил шишку на пергамент. – Можно пройти через Темный лес, вокруг болот, но быстрее всего добраться через Синие горы. Что думаете?

– А насколько быстрее? – спросил Стиг, потирая спину.

– Через неделю будем на месте, – ответил Эрик.

– Конечно через горы! – зашумели рыцари.

– А про горного духа забыли?

Все оглянулись на голос. Альдо, самый старший из рыцарей, сидел в углу шатра.

– Про какого еще духа? – спросил Стиг.

– Да сказки все это, не слушайте его! – загалдели остальные. – Давайте сократим путь!

– На том и порешим, – отрезал Эрик и свернул свиток. – А теперь отдыхайте.

Стиг поднялся со скамьи, но резкая боль усадила его обратно. Рядом подсел темноволосый молодой человек и протянул ему жестянку.

– Здесь рядом река. Советую искупаться, – сказал он, махнув рукой в сторону. – А потом разотрите больные места этим.

– Спасибо! Но почему вы так заботитесь обо мне?

– Завтра поблагодарите. Зовите меня Эйс. Я секретарь советника и походный лекарь.

Стиг заковылял по тропинке, сжимая в руке банку. Он вдохнул просмоленный воздух и расправил плечи. Высокие колонны лесного храма расступились, и показалась река. Солнце садилось за синие горы. Лесные великаны притихли, тревожно вглядываясь в кроваво-красную воду. Стиг тоже замер на обрыве, залюбовавшись необычным зрелищем. Услышав всплеск, он опустил взгляд и заметил мальчишку-помощника в зарослях камыша. Тот с удовольствием купался в прохладной воде. Рядом на валуне лежала аккуратно сложенная одежда.

– Как водичка? – крикнул Стиг.

Мальчишка вздрогнул и присел за камень.

– Отвернись! – крикнул он.

– Да не смотрю я! – уверил его Стиг, повернувшись к лесу, – И чего я там не видел? Как хоть тебя зовут?

– Диан… Дилан! – выкрикнул тот, по-быстрому натягивая рубашку. – А что?

– Помоги разоблачиться, – бросил Стиг.

Юноша подошел, послушно стянул с него кольчугу под оханья и аханья. Стиг рассмотрел его поближе. Мокрые рыжие волосы, острый вздернутый нос и веснушки показались ему знакомыми.

– Чего уставился? – дерзко спросил мальчишка.

– Ты мне напоминаешь одну… одного человека.

– Не выдумывай!

Стиг начал расстегивать рубашку и хотел еще что-то спросить у Дилана, но тот вдруг покраснел и засуетился.

– Меня ждет господин Николас! – опомнился он и начал карабкаться в гору, расплескивая воду из ведра.

Солнце село. В потемневшем небе появилась луна, и черная гладь реки засеребрилась бликами. Стиг скинул рубашку и вошел в воду. Речная прохлада как по волшебству сняла боль и придала сил измученному телу. Он нехотя вышел из воды, натерся мазью и бодро зашагал по тропинке к лагерю.

Ужинали при свете факелов. От голода бобовая похлебка с солониной показалась вкуснее любых деликатесов, а вино из погребов правителя сняло усталость и развязало языки. Рыцари хвастались победами и травили байки. Только Альдо молча перебирал струны лютни.

– Перестань нагонять тоску, сыграй что-нибудь повеселее, старый друг, – попросил Эрик.

Тот послушно сыграл несколько аккордов веселых куплетов, но вскоре снова затянул балладу.

– Расскажите о горном духе, – попросил Стиг.

– Извольте.

Все приготовились слушать. Только треск костра и писк комаров нарушали тишину.

Легенда о горном духе

В давние времена жил один юноша. Он был из старинного, но обедневшего рода. Поэтому пришлось ему наняться оруженосцем к богатому соседу, чье имя было известно во всей округе. У того была дочь столь прекрасная, что солнечные лучи, касаясь ее лица, казались тусклыми. Множество рыцарей сватались к ней, но она отвергала всех, потому что в ее сердце уже разгорелась любовь к юноше. Он был добрым и благородным, и сердце девы дрогнуло перед его искренностью.

Но, увы, она знала, что отец ни за что не согласится отдать ее в жены бедняку. И тогда девушка придумала хитроумный план. Она велела своему возлюбленному ждать ее в заброшенном замке, скрытом далеко в горах. Король уже много лет не наведывался туда, поэтому замок мог стать безопасным пристанищем для влюбленных. Сама же отпросилась у отца проведать тетку.

Однако отец ее был не так прост, как казался. Все слуги были подкуплены им. Он отправил своего оруженосца с поручением, заранее устроив засаду. Нанятые головорезы безжалостно убили юношу, а его тело бросили в ущелье, где оно навсегда осталось скрытым от глаз живых. В назначенный день, полная надежды, девушка готовилась к встрече с возлюбленным, но была схвачена слугами, верными приказу своего хозяина. Отец поведал ей о печальной судьбе несчастного юноши и приказал готовиться к свадьбе с тем, кого он выбрал для нее. Сердце девушки разрывалось от горя, и, не в силах вынести утрату, она выбросилась из окна высокой башни, разбившись о каменные плиты.

С тех пор по ночам, проходя мимо замка, люди видят белый силуэт женщины, скитающейся в его тени. А в горах бродит призрак рыцаря. Его душа не знает покоя, и он спрашивает у прохожих, не видали ли они его невесты. Не получив ответа, он сбрасывает их в ущелье, желая, чтобы и они познали ту же печаль, что постигла его. Так закончилась эта история, и лишь ветер шепчет о любви, что не знает преград.

Альдо умолк и закурил трубку. Рыцари сидели в оцепенении, не проронив ни слова.

– Сказки все это! – прервал молчание Эрик.

– Увидим, – возразил рассказчик.

Полководец назначил часовых и приказал готовиться к ночлегу. Лето подходило к концу и ночи стали холоднее, поэтому рыцари устроились возле костра, закутавшись в плащи. Стигу не спалось. Со стороны могло показаться, что он жадно вглядывается в ночное небо, чтобы не пропустить падающую звезду, которых в августе великое множество. Вскоре усталость взяла свое, и он задремал под крики и хохот неугомонных гуляк, которые играли в кости в шатре, подливая в серебряные кубки из пузатого кувшина.

В ту же секунду Стиг снова оказался в городе из сна. Снова летел он на железном коне навстречу ветру, а огни в окнах стеклянных башен сливались в одну светящуюся полосу. Снова дом на колесах преградил ему дорогу, а конь сбросил его, встав на дыбы. Если бы не доспехи, переломал бы себе все кости. Он лежал на спине с закрытыми глазами, не в силах пошевелиться. Капля дождя упала на его лицо. Потом другая, потом еще и еще. Он открыл глаза и увидел… Диану. Слезы текли по ее лицу.

Услышав крики, брань и ржание коней, Стиг хотел броситься на помощь, но лишь шевельнул пальцем. Когда он смог двигаться и вышел из укрытия, то не узнал лагерь. Порванный шатер накрыл перевернутый стол и скамьи. Его край тлел в костровище. Вокруг поблескивала разбитая посуда, вдавленная в мох. Лошади и повозка исчезли. В наступившей тишине слышны были стоны раненых. Убитые смотрели в небо стеклянными глазами.

Диана попросила Стига помочь перевязать раненых и рассказала, как проснулась от свиста, как недвижимых рыцарей разбойники связали и погрузили на телегу, а те, кто мог сопротивляться, бились как львы, но силы были не равны.

Потом она поискала, не осталось ли чего-нибудь съестного. Диана подобрала разбитые черепки кувшина и принюхалась.

– Вот оно что. Кто это мог сделать? – задумалась она. – А вы не очень-то удивлены.

– Я с первой секунды узнал эти рыжие вихры.

Диана посмотрела на Стига и прищурилась.

– Ладно, ладно, не сразу. Спасать меня вошло у вас в привычку, – усмехнулся тот.

– Два-один в мою пользу, – напомнила Диана. – Давайте лучше подумаем, что делать дальше. Раненые не смогут идти.

– Тогда нужно разделиться. Оставайтесь, а я пойду на выручку Эрику.

– Сначала посоветуемся.

– С кем?

Диана ничего не ответила, только дала знак молчать. Она отошла в сторону и хлопнула три раза в ладоши. Ничего не произошло.

– Может, хватит уже? Идем, – нетерпеливо позвал Стиг.

Диана только подняла палец кверху, требуя тишины. Вдруг, легко взмахивая крыльями, прилетел ворон и уселся на ветку напротив. Стиг мог поручиться, что они разговаривали. Девушка что-то рассказывала вполголоса, отчаянно жестикулируя, а ворон сначала поглядывал на нее черным блестящим глазом, потом вспорхнул и перелетел на другое дерево, как бы говоря: «За мной!»

– Нужно сделать вылазку, – сказала Диана, не принимая отказа.

Устроив раненых в палатке из остатков шатра, Стиг и Диана отправились за вороном. Мягко ступая по мху как по облакам, они шли и шли по пояс в резных листьях папоротника, прислушиваясь к хриплым призывам. Солнечные лучи едва пробивались сквозь густые кроны сосен, покачивающиеся от ветра. Выстукивал барабанную дробь дятел. Комары величиной с кулак не пищали, а угрожающе звенели над ухом. Поваленные необъятные стволы закрывали дорогу.

Диана устала продираться через лесные дебри, но не подавала виду. Стиг предложил отдохнуть, услышав ее частое, сбивающееся дыхание. Диана заспорила, но громкое, резкое карканье остановило ее.

– Воронье крыло все беды унесло! – тут же сказал Стиг.

Диана рассмеялась. Оглянувшись на звук, они увидели в просвете между соснами вершину горы. Через несколько часов Стиг и Диана вышли к скале, у подножия которой виднелся вход в пещеру. Это была не простая пещера, а древний храм. Высеченные в скале колонны держали свод с изображением дракона. Стиг и Диана услышали шум и пьяные крики – это разбойники делили добычу. Увидев пустую телегу возле пещеры, Стиг хотел тут же начать штурм, но Диана остановила его. Он нехотя согласился – несмотря на то, что разбойники были пьяны, ему бы не справиться с целой шайкой.

Тут из пещеры вышли, шатаясь, двое знакомцев.

– Эй, Ма-лыш, не ка-жется ли тебе, что нас об-делили? – икая, спросил своего товарища коротышка.

– Х-м-м, – только и мог ответить тот, едва держась на ногах.

– Нуж-но будет зап-росить выкуп по-больше.

– Х-м-м, – пробасил опять верзила.

– Три во-о-орона сиде-е-ели вряд и че-е-ерен был у них наря-я-яд – затянул коротышка.

– Хм-м-м-м, – подпевал Малыш.

Они обнялись и вернулись, спотыкаясь, под своды пещеры.

Убедившись, что их друзьям в ближайшее время ничего не грозит, Стиг и Диана решили дождаться, пока разбойники уснут. Услышав отдаленный шум воды, они прошли вдоль скалы. Небольшая речушка проторила себе путь в горах и, грохоча водопадом, образовала небольшое озерцо. Его берега густо заросли ивами. Стиг с Дианой решили скоротать время до вечера в их тени.

– Как вам только в голову пришло! – начал Стиг, но Диана не дала ему причитать.

– Не из-за упрямства или гордости присоединилась я к отряду. Выслушайте меня и не перебивайте. Во-первых, вам грозит опасность.

– Вот так открытие! Наш поход – одна сплошная опасность.

– Вы не понимаете. Вас хотят убить, чтобы обезвредить соперника. Кое-кто не хочет просто так лишиться власти.

– Откуда у вас такие сведения?

– Это не моя тайна.

– Почему вы просто не рассказали мне об этом?

– Зная вашу прямолинейность?

– Да, скрытность – не мой конек, – рассмеялся Стиг.

– К тому же я не знаю наверняка, кто предатель.

– Но зачем кое-кому своими руками уничтожать надежду на спасение?

– Как вы не понимаете? Тогда королевство обретет короля.

– И правитель окажется не у дел, – продолжил Стиг, – Только я не горю желанием становиться королем.

– Но кое-кто об этом не знает, поэтому предупреждаю вас, будьте настороже. Нападение разбойников – не случайность – в вино подмешали сон-траву.

– А что во-вторых?

– Во-вторых, я хочу, чтобы с чудовищами было покончено раз и навсегда!

– Обещайте, что вернетесь домой после того, как мы спасем товарищей – сказал Стиг с тревогой.

– Эрик все равно не оставит меня – успокоила его Диана.

Стиг снял с мешок с плеча и достал несколько сухарей, завернутые в платок, яблоко и фляжку с водой – все, что удалось найти в разгромленном лагере. Диана спустилась к зарослям камыша, нарвала стеблей и очистила от верхних слоев. Их белая, слегка сладковатая мякоть оказалась весьма недурной на вкус и заглушила голод.

– Жаль, костер нельзя развести, – сказала Диана, – А то бы потушили как картошку.

– И так неплохо.

Стиг и Диана прилегли отдохнуть в высокой траве. Шум воды убаюкивал, и усталые путники не заметили, как уснули. Ворон, расправив крылья, парил в вышине, охраняя их покой.

Диана проснулась первой. Приподнявшись на локте, она посмотрела на спящего рядом Стига. Грудь его мерно вздымалась. Раскрасневшееся лицо было безмятежно как у ребенка. Почти белые, выцветшие на солнце волосы разметал ветерок. Диана осторожно, чтобы не разбудить, убрала пряди волос с его лица и наклонилась ближе. Ее губы слегка коснулись его виска, там, где бьется жилка.

Было еще светло. Диана встала и осмотрелась, встав на цыпочки в зарослях тростника. Вокруг не было ни души. Ворона тоже не было видно. Тихо шелестели ивы, плескалась вода. Она решила искупаться на мелководье. Диана вошла в воду и встала под струи водопада. Вдруг она заметила солнечные блики по ту сторону водяной стены. Она протянула руку – пустота. Диана вышла на берег, оделась, разбудила Стига, и они пробрались по валунам к водопаду. Проскользнув за водную преграду, Стиг и Диана оказались в гроте. Когда их глаза привыкли к темноте, они увидели ход вглубь горы. Стиг, а за ним Диана вошли в выложенный грубо отесанными каменными плитами коридор, но через несколько десятков метров он закончился тупиком.

– Не может быть, чтобы это был путь в никуда! – сказал Стиг, ощупывая стену.

Диана тоже пошарила по влажным, поросшим мхом камням и обнаружила круглую металлическую ручку. Она потянула за нее и в стене со скрежетом открылась задвижка размером с человеческий глаз. Стиг с Дианой, отталкивая друг друга, прильнули к отверстию, пытаясь рассмотреть, что скрыто по ту сторону. Каково же было их удивление, когда они поняли, что ход ведет в пещеру разбойников. Те пировали посреди древнего храма, празднуя большую добычу. В углу в большой клетке под замком сидели и лежали их связанные товарищи.

– Поищем еще, – предложил Стиг, – наверняка есть еще рычаги или пружины.

– Откуда вы знаете? – засомневалась девушка, но послушно начала шарить по стене.

Внизу они нашли еще один рычаг, но Стиг остановил Диану от соблазна пустить его в ход.

– Дождемся, когда разбойники уснут, – предложил он, – тогда попробуем – вдруг это дверь?

Диана нашла его доводы дельными и согласилась. Они вернулись к водопаду. Ворон пропал и не откликался на зов. Девушка с тревогой вглядывалась в небо. Никогда еще день не казался ей таким длинным.

Насилу дождавшись, пока стемнеет, Стиг с Дианой вооружились мечом и дубинкой, вошли в потайной ход. За стеной было тихо, не считая храпа. Диана посмотрела в глазок. В свете костра она увидела уснувших вокруг него разбойников. Коротышка как ребенок подложил ладошки под голову. Верзила уснул сидя в обнимку с бочонком. Даже часовые спали, опираясь на копья.

– Кажется, пора, – прошептала Диана.

Они вместе потянули за большой рычаг и еле-еле сдвинули его с места. Что-то щелкнуло, и стена с грохотом опрокинулась внутрь пещеры. Стиг с Дианой свалились вместе с ней прямо в логово разбойников.

– Не двигаться! – выкрикнули они разом, лежа на каменной плите.

Но их приказ и так уже был выполнен. Разбойники были настолько пьяны, что даже не шевельнулись. Стигу ничего не стоило связать их сонными. Диана же нашла ключи и освободила рыцарей.

– В клетку их! – тут же взял командование на себя Эрик.

Переночевали в пещере. Диана, проснувшись с первыми солнечными лучами, с любопытством огляделась. Открытый проем оказался пастью дракона. Голова его, вытесанная из камня, некогда была раскрашена. Он угрожающе скалился, высунув язык-плиту. На месте одного из зрачков зияла дыра. Девушка вошла внутрь, закрыла потайной ход и вернулась по тропинке вдоль скалы, когда все уже встали.

– Как я мог не узнать ее?! – недоумевал Эрик под хохот товарищей.

– Никогда не забудем ваше эффектное появление, – снова прыснули рыцари, глядя на спасителей.

Стиг и Диана смутились, но тоже рассмеялись вместе со всеми.

– Сегодня же домой! – приказал невесте полководец.

Девушка умоляла оставить ее в отряде, но тот был непреклонен – никаких девиц в походе.

Как только раненых уложили на сено в телегу и погрузили остатки провизии, отправились обратно в лагерь. Невеселое это было возвращение. Когда полководец отправил домой невесту и обоз с ранеными под защитой нескольких рыцарей, на опушке леса остались несколько холмиков свежевырытой земли.

Глава 5. Горный дух

На границе королевства возвышаются холодные и неприступные Синие горы. Они такие высокие, что своими вершинами задевают облака. У их подножия раскинулась зеленая плодородная долина, а наверху – вечная зима со снежными буранами, бушующими неделями. В редкие дни, когда метель стихает, через горы можно пройти по лестнице, высеченной в скалах. Говорят, она ведет к древнему храму давно забытого божества. Сверху путникам грозят обвалы камней и снежных лавин, а снизу – бездонное ущелье с бурным потоком, перескакивающим через пороги. Этот путь не для слабых духом.

Десяток рыцарей стояли у подножия скал, задрав головы. Они оценивающе смотрели на извилистую узкую тропинку среди камней, уходящую ввысь.

– Удача на нашей стороне, небо ясное! – нарушил тишину Эрик, желая подбодрить приунывших товарищей.

– Если поторопиться, переночуем в заброшенном замке – сказал Альдо с надеждой в голосе.

Все согласились. Карабкаясь вверх по звериной тропе, путники рисковали сорваться вниз и разбиться об острые камни, или встретиться лоб в лоб со свирепым хищником. К вечеру вдали показались башни и зубчатые стены. Усталые путники повеселели и ускорили шаг. Из ущелья начал подниматься сырой туман. Как живой он извивался вдоль узкой тропинки. Небо заволокло тучами. В наступившей тишине каждый шаг отдавался гулким эхом. Вдруг совсем рядом послышались приглушенные хрипящие звуки. Эрик сделал знак остановиться.

– Что это? – шепотом спросил один из рыцарей.

– Вроде тихо. Идем! – приказал Эрик.

Не успели они сделать и шага, как прямо перед ними словно из-под земли вырос черный силуэт. В темноте сверкнули два огненных глаза. Раздался душераздирающий стон.

– Это призрак! Беги! – закричал кто-то.

– Стоять! – приказал Эрик и достал меч из ножен.

Пристыженные смельчаки встали за ним плечо к плечу. Они атаковали привидение и расправились с ним. Месяц выглянул из-за туч и перед рыцарями предстали останки призрака: деревянная крестовина, веревка, тыква, оплавленная свеча, воловий пузырь и старые лохмотья.

– Вот так призрак! – присвистнул Стиг.

Они стали подтрунивать друг над другом. Эхо многократно повторяло их дружный хохот.

– Довольно, пора устраиваться на ночлег! – скомандовал Эрик.

Рыцари двинулись к замку, но услышали топот копыт и остановились. На тропе возник темный силуэт.

– Да сколько их еще?! – возмутились рыцари, снова готовясь к атаке.

– Кто вы такие? Отвечайте!

– Айте-айте! – эхом отозвалось в ущелье.

– Мы – королевские рыцари, а ты кто такой?! – с вызовом спросил Эрик.

– Я – хозяин здешних мест, – произнес тот с легкой усмешкой, – Если хотите быть моими гостями – опустите оружие!

– Опустить оружие! – скомандовал Эрик и вложил меч в ножны.

Незнакомец спешился, легко, как кошка, спрыгнув с коня, и подошел к останкам «призрака».

– Это первый раз, когда мой страж повергнут, обычно все убегают, визжа как девчонки, – сказал он и рассмеялся. – Идем, я расположу вас на ночлег.

Рыцари переглянулись и зашагали за незнакомцем и его конем в замок.

То, что они увидели, замком назвать было сложно. Старые развалины знавали лучшие времена, когда здесь останавливался король со своей свитой, чтобы поохотиться на горных козлов. Через обвалившуюся черепицу видны были звезды. Из мебели остались только стол черного дерева через весь зал и дюжина стульев с высокими резными спинками. Ветер гулял по комнатам, но в камине, в котором можно было зажарить и быка, пылал огонь, наполняя воздух теплом и ароматом жареного мяса. Возле него лежали два пса по величине и лохматости не уступающие медведям. Они угрожающе зарычали и поднялись со своих лежанок при виде незваных гостей.

– Тише, тише, это друзья! – успокоил их незнакомец и снял плащ.

Псы послушно сели. Хозяин обернулся, и перед рыцарями предстал смуглый мальчишка лет пятнадцати. Его волосы были туго завязаны в хвост. Стройное тело обтягивала кожаная куртка. Высокие сапоги доставали до середины бедер.

– Располагайтесь, что же вы? – пригласил он.

– Кто вы, дитя? – спросил, Эрик.

– Меня зовут Уле. Мой отец жил отшельником, пока не нашел одним прекрасным утром пищащий сверток на пороге замка. Вчера он отправился в деревню, выменять шкуры добытых на охоте зверей на овощи и крупу. Завтра вернется.

– Вы здесь совсем один? Не боитесь? – спросил Стиг.

– Один. Мои щеночки и «призрак» надежно охраняют меня, – улыбнулся хозяин, – завтра починю бедолагу.

Он достал мясо с вертела и позвал всех к столу. Сухоядение надоело путникам, и они накинулись на жареную крольчатину с печеной в золе картошкой. Запив ужин родниковой водой, они улеглись вповалку у камина.

Ночью началась гроза. Молнии освещали холодным светом весь замок. От ударов грома он так дрожал, что того и гляди сорвется вниз с обрыва. Дождь хлестал через дырявую крышу.

Утром, когда гроза закончилась, заморосил мелкий дождь, больше похожий на туман. Такие же хмурые, как это утро, сидели рыцари за столом в каминном зале. После скромного завтрака, состоящего из сухарей и козьего молока, принесенного Уле, все начали собираться в дорогу.

– Куда вы сейчас? – спросил юноша.

– На восток, к границе Туманных земель, – ответил Эрик.

– Не советую идти через горы – начинается буря. Только посмотрите – вершин совсем не видно.

– Мы не можем ждать, – ответил полководец и встал из-за стола.

– Одни вы не дойдете. Мой отец знает Вардовы горы как свои пять пальцев. За скромное вознаграждение он проведет вас, – предложил Уле.

Посовещавшись, решили дождаться проводника. Эрик приказал рыцарям отдыхать, а сам засобирался на охоту – подстрелить что-нибудь к ужину. Стиг увязался за ним. Они выбрали по арбалету в хозяйской оружейной и зашагали по извилистой тропе.

Дождь все не переставал. Молча хлюпая тяжелыми размокшими сапогами, Эрик со Стигом подошли к ущелью. Из-за тумана дна его не было видно, но по доносящемуся шуму было понятно, что внизу с большой скоростью несется водный поток. Два берега соединял веревочный мост. Эрик без тени сомнения ступил на скользкие доски. Стиг услышал, как они заскрипели под ним. Он взялся за мокрую веревку и остановился в раздумье. Помедлив, он все же последовал за полководцем, чтобы не прослыть трусом. Он представил как тот будет веселиться, рассказывая за столом о храбреце. «Хватит и штурма пещеры», – подумал Стиг и смело шагнул веред». Еле передвигая дрожащими ногами и стиснув в руках веревки так, что костяшки побелели, он добрался до середины моста и остановился отдышаться. Это было ошибкой. Доска под ним со страшным треском разлетелась на куски, и его тело беспомощно повисло над бездной. Стиг пытался подтянуться, но веревки предательски выскальзывали из рук. Он уже был на волосок от падения, когда сильная рука схватила его за шиворот.

Добравшись до другого края, охотники упали на землю. Дождь прекратился. Два грифа взирали с уступа на распластавшиеся внизу фигуры людей в предвкушении добычи.

– Идем, нечего валяться! – сказал Эрик и встал.

– Спасибо! Еще чуть-чуть, и я…

– Что там говорить! Мы ведь напарники – сухо ответил тот.

Грифы разочарованно захлопали крыльями.

Пробираясь по звериной тропе, они заметили горного барана. Эрик подал знак затаиться. Быстрыми перебежками начали они подкрадываться к добыче. Когда Эрик уже готов был выстрелить, оказалось, что охотились не только они. Крупный матерый волк набросился с рыком на барана. Тот поддел хищника рогами и скинул вниз со скалы. Еще трое серых начали окружать его, рыча и скаля зубы. Один из них напал, но круторогий отразил его удар копытом. Тот отступил назад, мотая головой и поджав хвост.

– Чего ты ждешь, стреляй! – опомнился Эрик и выпустил стрелу.

Стиг тоже пустил свою. Одна стрела попала в шею барана, и тот скатился со скалы на уступ. Вторая прострелила лапу одному из волков. Охотничья стая ретировалась, скуля и прихрамывая. Победители привязали добычу к ветке и взвалили на плечи. С тяжелой ношей дорога заняла больше времени, и в замок они вернулись только к вечеру.

Когда пир был в самом разгаре в зал вошел мужчина с мешком за плечами. Лицо его было скрыто капюшоном старенького плаща, видавшие виды сапоги были заляпаны грязью. Собаки, повизгивая, подбежали к нему и начали ласкаться, чуть не сбив с ног.

– Отец! Ты вернулся! – обрадовался Уле. – У нас гости.

– Вижу, – буркнул тот, поставил мешок на пол и успокоил собак.

Пока юноша отлучился в кладовую, сгибаясь под тяжестью мешка, мужчина подсел к рыцарям и выслушал Эрика, окинув сидящих за столом оценивающим взглядом исподлобья.

– Зовите меня Гед. О своем решении я объявлю вам завтра, – процедил он и вышел.

Рыцари начали устраиваться на ночлег. В темноте каждый думал о своем. Эрик – об опасностях, ждущих впереди. Стиг перебирал имена товарищей в попытках угадать, кто из них предатель. Альдо силился вспомнить, кого напоминает ему суровый хозяин. Эйс сжимал амулет на груди. Другие уже видели сны.

Под утро, когда все уснули, в комнату тихонько вошел Гед и разбудил Альдо. Сделав знак молчать, он жестом позвал его. Тот вышел и отсутствовал несколько минут.

– Что он хотел? – прошептал Эйс, когда Альдо вернулся.

– Так, ничего, спи, – ответил тот и лег, накрывшись с головой плащом.

Утром все проснулись в хорошем настроении – вот что делает сытный ужин и теплая постель. Солнце пробилось на минуту сквозь серые тучи и осветило комнату, показав ее былое величие. На выцветших гобеленах скакали единороги, король охотился на оленей. Весело потрескивали поленья в камине за кованой решеткой. На столе, отполированном до блеска за несколько столетий, ждал завтрак. Уле весь светился, расставлял плошки. Не часто в их берлоге принимали гостей, и он радовался подвернувшемуся случаю как ребенок леденцу.

Завтрак прошел в напряженном молчании.

– Каков же будет ваш ответ? – не выдержал Эрик.

– Я проведу вас через горы, а дальше вы сами, – наконец ответил Гед.

Тут же договорились с оплатой. Все оживились и засобирались в дорогу. Уле упрашивал отца взять его с собой, но тот был непреклонен. Когда десяток рыцарей выстроились в ряд, проводник принялся за дело. Уле проводил их до моста и долго еще стоял, вглядываясь в туман.

Путники едва поспевали за проводником. Ему были нипочем горные тропинки, по которым он взбирался не хуже горного козла. К полудню вышли к Вардовой горе. Почти отвесная каменная стена уходила в облака. Гед усмехнулся, глядя на приунывших путешественников. Он приказал им ждать, а сам начал подниматься вверх с нечеловеческой ловкостью, цепляясь за неприметные выступы и подтягиваясь на пальцах. Вскоре лишь осыпающиеся камни, гулко падающие к подножию горы, напоминали о его присутствии. Путешественники уже потеряли счет времени, когда сверху донеслось: «Держи!» и к их ногам упал конец веревки.

– Поднимайтесь по одному! Обвяжитесь веревкой! – крикнул Гед.

Эрик пошел первым. Пройдя десяток метров, он оступился и повис в воздухе, однако, собравшись с силами, подтянулся и продолжил карабкаться по скале под напряженными взглядами товарищей. Спустя некоторое время он скинул веревку следующему и так на скалу поднялись еще девять путников. Последним шел Стиг. Прежде чем начать подниматься, он привязал к веревке мешок с припасами и оружие. Когда ему скинули веревку, он уверенно дошел до первого выступа. Вдруг послышался грохот, и сверху начали сыпаться сначала мелкие, а потом и крупные камни.

– Живой?! – крикнул Эрик, когда камнепад прекратился.

– Все хорошо! – уверил его Стиг, вцепившись мертвой хваткой за край выступа.

Оборванная веревка болталась метрах в двадцати от него. Пришлось идти без страховки. Руки немели от боли, пот заливал глаза. «Только не смотреть вниз! – твердил он себе». Стиг добрался до углубления в скале и поднялся на дрожащих ногах. Он поймал оборванную веревку и вскоре оказался наверху. Эрик с восхищением посмотрел на него, нехотя признавая его смелость и решимость.

С вершины скалы открывался удивительной красоты вид. Долина была скрыта густыми облаками, поэтому казалось, что сверкающие белизной горы висят в воздухе. Вдоль всего хребта, извиваясь, протянулась лестница, вырубленная в скале.

Небольшая тучка на горизонте быстро приближалась, увеличиваясь в размерах. Подул холодный ветер со снегом, поэтому отряд поспешил продолжить свой путь. Они шли несколько часов подряд и оказались у развалин горного храма на краю обрыва, во дворе которого росла старая корявая сосна. Их плащи покрылись коркой льда, пальцы рук не двигались. Перед спуском Гед предложил согреться. Он отломал несколько сухих веток от дерева у храма и разжег костер возле уцелевшей стены. Путники сели вокруг.

– Что это за храм? – спросил Стиг у проводника.

– Кто знает? – отмахнулся тот.

Стиг посмотрел на руины. Даже сейчас они вызывали восхищение стройными пропорциями и сохранившейся местами каменной резьбой. Он заглянул во внутренний дворик и представил, как люди приходили сюда поклониться духу горы.

Буря разыгралась не на шутку. Белая пелена отрезала отряд от остального мира. Снежинки, кружась, соединились в силуэт человека высотой с гору.

– Как посмели вы потревожить мой покой! – сквозь вой метели услышали они.

– Кто спрашивает?! – попытался перекричать шум ветра Эрик.

– Вард! – прогрохотал тот.

Прочитав ужас на лице Геда, Эрик скомандовал приготовиться, и рыцари встали спина к спине, вынув мечи из ножен.

– Не поможет! – бросил Гед обреченно. – Нужно договариваться.

– Что ты хочешь за беспокойство?! – крикнул Эрик.

В ответ он услышал хохот, от которого у всех мороз пошел по коже.

– Вы слишком ничтожны, чтобы тягаться со мной! Пусть один из вас сразится со стражем храма! – услышали путники, когда смех прекратился.

Каждый из рыцарей выставил свою кандидатуру, поэтому Эрик решил, что жребий рассудит их. Гед поднял с земли прутики, оставшиеся на костровище. Пока все вытягивали по одному, Стиг подумал: «Лучше мне, безвестному страннику сразиться со стражем. Никто не заплачет, если он погибнет. Разве что Диана. Диана. Хорошо, что она в безопасности». Он взял последний, самый короткий прутик. Все посмотрели на Эрика.

– Жребий есть жребий, – бросил тот, пожав плечами.

Все отошли, чтобы очистить площадку для поединка. Стиг сбросил плащ, встал в центре и обнажил меч.

– Я готов! – крикнул он.

– Хуффи, малыш, вставай! – позвал призрак.

Вдруг груда валунов, лежащая у края пропасти, ожила, и на глазах у всех превратилась в каменного великана. Стиг не подал вида, что испугался, только крепче сжал меч в ладонях. Он решил сражаться до конца.

Великан сделал несколько шагов, от которых дрогнули скалы, и попытался схватить рыцаря. Тот ловко увернулся и вонзил меч в каменную ладонь великана с такой силой, что высек сноп искр. Это только разозлило Хуффи. Стиг понял, что силой его не возьмешь.

– «Воюют уменьем, а не числом», – пронеслось вдруг в его голове.

Стиг огляделся вокруг и заметил трещину в скале возле обрыва. Призрачная надежда замаячила перед ним. Он решил пойти на хитрость. Отступая, заманил противника к краю пропасти, дождался, когда тот замахнется в очередной раз, и, проскочив у него между ног, нанес удар сзади. Великан потерял равновесие, зашатался и упал на колени. Под его тяжестью кусок скалы отломился, и противник с грохотом полетел вниз, увлекая за собой все больше камней. Стоя у обрыва, Стиг наблюдал за тем, как великан превратился в груду валунов на дне ущелья. Это случилось так быстро, что все только ахнули.

– Ты победил! Путь открыт, – нехотя признал Вард и растворился в воздухе.

Метель тут же прекратилась, ветер стих. Эрик приказал начать спуск. Гед привязал конец веревки к сосне, и один за другим все путешественники оказались внизу.

Решено было остановиться на ночлег, чтобы на следующий день с новыми силами продолжить путь. Гед развел костер. Рыцари улеглись вокруг.

– Альдо, прости, что не слушал тебя, – тихо сказал Эрик.

– На твоем месте и я бы не слушал, – зевая, ответил тот. – Кто у нас герой, так это Стиг. Без него мы не зашли бы так далеко.

– Ты прав, – признал Эрик. – Не видел никого удачливее.

Он окликнул Стига. Тот сделал вид, что спит и не откликался, чтобы не нарываться на комплименты.

– Уснул уже. Крепкие нервы у этого малого.

– Мне он тоже нравится, – ответил Альдо и снова зевнул.

– Давай спать! – закончил разговор Эрик и накрылся с головой плащом.

В наступившей тишине слышен был только треск поленьев догорающего костра.

Глава 6. Дом у озера

По лесной дороге ехала телега. Господин Николас спешил выполнить поручение полководца. Диана останавливала его всякий раз, как он погонял лошадей, чтобы не растрясти раненых. Возница поглядывал иногда вперед, но сопровождающих рыцарей скрывала темнота. Только мерный стук копыт напоминал об их присутствии.

– Ну, господин Николас! – прошептала Диана.

– Ни за что!

– Ну, пожалуйста!

– Что я скажу господину Эрику?

– Придумаете что-нибудь! – бросила Диана, спрыгнув с телеги. – Вы же такой умный!

– Эй! – окликнул он Диану, но та уже скрылась в придорожных кустах.

– Вот несносная девчонка! Что теперь будет? – причитал господин Николас, но не остановился.

Диана смело шла по лесу в темноте. В детстве она часто бывала здесь и знала каждое деревце в округе. Дом у озера – поместье, приобретенное Генрихом Бейли для уединения и отдыха от городской суеты. На самом деле он просто хотел иметь норку на случай беспорядков.

В просветах между деревьями заблестела вода, и Диана ускорила шаг. Вдруг она услышала какую-то возню в стороне от тропы. Она остановилась и прислушалась. Тихо. Потом снова что-то зашуршало.

– Кто там? – крикнула Диана.

Никто не ответил. Диана пошарила в сумке и вынула нож. Она смело шагнула в темноту и чуть не свалилась в волчью яму, чудом удержавшись на краю. На дне барахтался, пытаясь выпрыгнуть, кролик.

Диана склонила упругий ствол молодой березки и спустилась по нему в яму как по лестнице. Она подхватила кролика и вскоре оба были в безопасности. Диана погладила трусишку по мягкой серой с рыжими подпалинами шерстке и заглянула в желтые с вертикальным зрачком раскосые глаза. С вертикальным зрачком? Луна вышла из-за облаков. В ее холодном свете все преобразилось. Диана увидела, как сверкнули глаза кролика, и блеснула чешуя. Она выпустила его из рук. Тело кролика вытянулось и пошло кольцами.

– Ничего себе кролик! – выдохнула Диана.

– Да и ты не мальчишка! – прошипел тот в ответ.

Вместо кролика перед Дианой вырос змей величиной с хорошее бревно. Зеленая чешуя покрывала все его тело. Голова мерно покачивалась. Глаза горели как два уголька.

– Откуда ты… То есть, кто ты? – спросила Диана, с дрожью в голосе.

– Я Лаго, Хозяин озера, – ответил змей голосом, звучащим как шелест страниц. – Я хранитель тайн водной глади и вечного покоя. – Что привело тебя в эти края, смелая душа?

– Я иду в дом у озера, – ответила Диана, и добавила: – Няня пугала нас сказкой про Хозяина озера, чтобы мы не купались по ночам. Разве ты не змей, который может обернуться кем угодно?

– Это так, – прошелестел тот.

– Тогда почему ты не смог выбраться из ямы? – спросила она, искренне удивившись.

– Это все кипрей, – ответил змей и его голос помрачнел. – Охотники укрыли яму ветками иван-чая и поймали меня в ловушку.

Диана тут же подняла одну и вытянула перед собой, защищаясь.

– Не бойся! – прошипел змей. – Я не трону тебя и даже награжу за свое спасение.

Диана хотела спросить его еще, но увидела только хвост, мелькнувший среди деревьев. Она бежала и бежала вдоль берега, пока не увидела огонек. Окно второго этажа было открыто.

– Селена! – позвала Диана.

– Кто здесь? – донеслось сверху.

Диана назвалась. Послышался топот босых ног на лестнице. Служанка открыла дверь и проводила ее в комнату наверху. Селена обняла подругу, но тут же отпрянула.

– Фу! Тебе надо помыться!

– Еще бы! Я ведь не во дворце была! – рассмеялась Диана.

Служанка проводила ее в комнату напротив и принесла горячей воды с кухни. Нежась в теплой воде с лавандой, Диана рассказывала о своих приключениях. Селена слушала, сложив руки на краю купели, и то смеялась, то замирала от удивления. Потом позвала служанку. Та одела засыпающую Диану в чистую сорочку и уложила в постель.

Диана проснулась от того, что кто-то гладил ее по волосам. Селена сидела и улыбалась.

– Просыпайся, соня!

Диана зевнула и потянулась.

– Уже день?

– Уже второй! Вставай и спускайся, – сказала Селена и вышла из комнаты.

Диана села в кровати и огляделась. Ничего не изменилось. Та же мебель красного дерева, кисейный полог над кроватью, книжные полки. Она подошла к окну и открыла его, впустив в комнату влажный запах водорослей и свежести. Ветер гнал по небу облака и морщил озерную гладь. Водяные лилии качались на волнах. На спинке стула висело платье и ее дорожная сумка. Диана подошла к туалетному столику, налила в серебряную чашу воды из кувшина и добавила каплю розового масла. Умывшись, оделась и убрала волосы так, чтобы не было заметно, что они острижены. Потом открыла дорожную сумку. Она достала сверток и развернула его. На влажном платке лежал белый корень, похожий на маленького человечка. Диана осмотрела его, снова завернула и осторожно положила в сумку. Она уже хотела закрыть ее, но заметила клочок пергамента между гребнем и зеркальцем. Там была всего пара строк, написанных быстрым почерком, и подпись. Диана прочла их и покраснела.

Записка

Не знаю, чем закончится поход и останусь ли я в живых, но хочу, чтобы вы знали, что я люблю вас. Прошу, подумайте обо мне, как я всегда думаю вас.

С любовью и преданностью, С.

Она улыбалась, но в глазах стояли слезы. В комнате вдруг стало душно. Диана прижала записку к губам. Услышав стук в дверь, она спрятала ее обратно в сумку. Вошедшая служанка передала, что ее ждут во дворе.

На открытой площадке за домом, выходящей своими ступенями прямо к озеру, собралось семейство правителя. Мачеха Селены, розовощекая женщина с пышными формами, была всего на десять лет старше своей падчерицы. Мария была занята своим сыном, младшим Бейли, который уже сидел во главе стола и жадно откусывал мясо от окорока, вытирая сальные руки о скатерть. Селена подошла к Диане и обняла ее за плечи.

– А мы ждали тебя еще недели две назад, – сказала Мария и добавила, обернувшись к сыну. – Поздоровайся, Роберт!

Тот что-то пробурчал, не отвлекаясь от окорока. Хозяйка дома позвала Диану с Селеной к столу, накрытому под парчовым навесом. Почуяв запах жареного мяса, Диана поняла, как проголодалась. Расправившись с куриной ножкой, истекающей жиром, она потянулась за второй.

– Вот что значит здоровый аппетит! – похвалила ее Мария.

– Два дня ничего не ела! – рассмеялась, смутившись, Диана.

Слуги переменили блюда и принесли фрукты – красные яблоки и груши, прозрачные как янтарь. Диана взяла грушу и замерла, глядя на волны, набегающие на мраморные ступени. Роберт выхватил ее и надкусил. Сладкий сок потек по его подбородку. Мария погладила его по голове и утерла кружевным платком.

– Мы прогуляемся, – сказала Селена и встала из-за стола.

Подруги неспешно шли вдоль берега, крепко держась за руки как в беззаботные дни детства. Белый песок мягко хрустел под ногами. Шуршали камыши, покачиваясь от легкого бриза.

– Помнишь, ты передала мне скрижали? – спросила Селена.

– Да.

– Судя по всему, это Золотая книга Эола, утерянная много веков назад.

– А про что она?

– Книга зашифрована, но верховный маг писал явно не рецепты пирогов.

– Так надо узнать, у кого разбойники украли ее! Он наверняка знает секрет.

– Где их теперь искать? – махнула рукой Селена.

– Не нужно искать – они сейчас на пути в столичную тюрьму.

– Надо придумать, как выведать тайну, не привлекая внимания – многие хотели бы заполучить Золотую книгу.

Подруги подошли к деревянным мосткам и отвязали лодку. Селена села на весла. След от лодки разрезал ровную гладь озера. Тишину нарушал только скрип уключин и всплески воды, когда весла входили в воду. Чайки беспокойно закричали на небольшом островке, предупреждая о приближении людей. Диана наклонилась через бортик. Вода была такая прозрачная, что было видно дно. Меж длинных прядей изумрудных водорослей плавали мальки, солнечные блики играли на песчаных барханчиках.

– Что ты хочешь там увидеть? Дворец Хозяина озера? – спросила с улыбкой Селена.

Диана посмотрела на подругу и хитро прищурилась.

– Хочу попросить его об одолжении!

– Проси, но знай, что он всего лишь защитник озера и даром ничего не делает.

– Давай хоть попробуем!

Диана выпрямила спину и вынула из волос гребень, инкрустированный перламутром – единственное свое сокровище.

– О великий Лаго! Помоги нам прочесть Золотую книгу! – торжественно произнесла она и бросила дар за борт.

По воде пошли круги, и Диана замерла в испуге.

– Да это сом! – рассмеялась Селена.

Диана выдохнула с облегчением и тоже засмеялась. Селена вынула весла из воды и положила на бортики. Подруги легли, обнявшись, на дно лодки и позволили озеру качать их на волнах как в детстве. Они перешептывались, словно проплывающие в вышине облака могли подслушать девичьи секретики.

Селена с Дианой вернулись под вечер, когда солнце превратило воду в озере в расплавленное золото. После скромного ужина уставшие подруги разошлись по спальням. Диана уснула, как только ее голова коснулась подушки, и погрузилась в тревожный сон. Перед ней возникла змея, заполнившая собой все пространство комнаты. Куда ни глянь – извивающиеся кольца, сверкающие чешуей. Диана вскочила на кровати и прижалась к стене. От ужаса она не могла даже закричать. Вдруг змея пропала, а на ее месте появился старик с длинной белой бородой. Зеленый плащ переливался в свете месяца.

– Узнаешь ли ты меня? – спросил старик.

Диана покачала головой из стороны в сторону. Ее сердце замерло, когда она встретилась с ним взглядом.

– А Лаго не забыл о тебе и о своем обещании.

– Каком? – удивилась Диана.

– Наградить свою спасительницу, – усмехнулся тот, – К тому же награду ты уже выбрала.

Диана снова хотела задать вопрос, но Хозяин озера сделал знак молчать.

– Выслушай меня и не перебивай.

Лаго сел на стул возле стола и начал рассказ.

История Хозяина озера

Давно это было, когда люди и маги делили этот мир. На берегу моего озера поселился один человек. Уединение его было столь глубоким, что только звуки волн нарушали тишину его дней. Но однажды, в одну темную ночью в дверь его скоромного жилища постучали. Гость, что пришел к нему, остался лишь на миг, но оставил след в сердцах обоих. Когда он покинул дом, от берега отчалила лодка.

Мужчина, достигнув середины озера, остановился, словно задумавшись о чем-то важном. В его руках блеснула тайна, когда он вытащил из-за пазухи нечто, что было ему дорого. С трепетом и нерешительностью бросил он это в воду.

Я был еще молодым и любопытным духом, поэтому погрузился в пучину и отыскал на дне эту вещицу – золотую пластину, украшенную множеством отверстий, которые складывались в замысловатый узор.

Так шифровали свои письмена маги, и лишь тот, кто знает ключ, может постичь их тайны. Без этого ключа даже строчка не могла бы быть прочитана, только нужно знать, как его использовать.

С первыми лучами солнца этот человек собрал нехитрые пожитки и ушел. Больше я его не видел, но оставил память об этой встрече. Я хранил ключ, что он бросил в воду долгие столетия, а теперь, когда звезды светят особенно ярко, передаю тебе. Используй его с осторожностью, ибо он открывает тайны, которые людям знать не следует. Вода хранит секреты, и лишь избранным суждено постичь их.

Хозяин озера положил пластину на стол и растаял в утреннем тумане. Диана дернулась во сне и открыла глаза.

«– Это был всего лишь сон, – с сожалением подумала она».

Вдруг что-то блеснуло. Она взглянула на стол, куда Лаго из сна положил свой дар и не поверила своим глазам. Диана встала и осторожно взяла в руки тонкую, словно лист пергамента, слегка помятую и испачканную тиной золотую пластину, приподняв ее на уровень глаз. Свет, проникающий через круглые отверстия, ослепил ее.

– Откуда у тебя это?! – услышала она и обернулась.

– А, это ты.

Селена подошла ближе. Диана протянула ей пластину.

– Это то, о чем я подумала? – спросила Селена, с почтением взяв ее в руки.

– Да.

– Но как? – не понимала Селена.

– Хозяин озера выполнил мою просьбу, – ответила Диана.

– Не может быть! Что он потребовал взамен?

– Ничего, только просил быть осторожной.

Селена недоверчиво посмотрела на подругу. Потом принесла из своей комнаты скрижали и приложила пластину к первому листу. Она идеально подошла по размерам.

– Бери перо и пиши! – приказала Селена, не отрывая взгляда от сверкающей книги.

Подруга читала и тут же переводила. Диана послушно достала письменные принадлежности и записывала все, что та диктовала. Когда Селена замолчала, Диана перечитала вслух весь текст.

Золотая книга Эола

Существует всего семь миров. Верхний, средний и нижний – ключевые. Они как столп держат все остальные и лежат на вертикальной оси бытия.

Все миры соединяются вратами, пройти через которые могут лишь избранные. Ключ к вратам – кольцо. Мы, создатели и хранители врат, стоим на страже этой тайны. В разных мирах мы носим разные имена: атланты, маги, пришельцы, сами же мы именуем себя центурианцами.

Далее, о искатель истины, ты найдешь схему, показывающую связь миров, и список их названий с коими указаны цифры, обозначающие их сущность и порядок. Таково древнее учение, запечатленное на страницах Золотой книги.

Подруги молча сидели за столом, как зачарованные. В дверь тихонько постучали. Диана вздрогнула и убрала чернильницу и перо в ящик стола, а Селена сунула скрижали под подушку.

– Вы что, не ложились? – удивилась вошедшая служанка.

– Мы встали пораньше. Собери нам корзину для пикника! – приказала Селена.

Служанка вышла и застучала по лестнице деревянными башмаками, торопясь выполнить приказание.

– Пикника? – переспросила Диана, недоумевая.

– Пусть так думает мачеха. На Зеленом острове нам никто не помешает, – ответила Селена с хитрой улыбкой и добавила: – Собирайся!

Селена ушла, а Диана начала укладывать вещи. На дно сумки она положила скрижали и ключ, сверху несколько листов пергамента и стержни графита. Потом оделась и спустилась вниз. Селена уже ждала ее, нетерпеливо меряя шагами двор. У дверей стояли служанка с корзиной и слуга со свернутым ковром на плече. Они проводили подруг до мостков. Слуга собирался сесть в лодку, но Селена оттолкнула ее веслом и решительно сказала:

– Мы сами!

Подруги начали грести и фигуры слуг на берегу быстро уменьшались. Добравшись до острова, они обогнули его, а когда дно лодки заскребло по камням, вытащили ее на берег, подоткнув юбки.

Диана разостлала ковер в тени сосны и принесла корзину. Селена достала скрижали. Она прикладывала ключ к страницам и диктовала, а Диана послушно записывала каждое ее слово.

К полудню подруги проголодались и вспомнили о корзине. Диана откинула платок и с радостью обнаружила в ней копченый окорок, сваренные вкрутую яйца, четвертинку сыра, белый хлеб, сочные яблоки и бутылку красного вина. Отдельно лежали серебряные тарелки, вилки, ножи и кубки, поблескивая на солнце.

Пока Диана нарезала мясо и сыр тонкими ломтиками, давясь слюной, Селена с улыбкой откупорила бутылку и разлила вино в серебряные кубки, наполнив воздух виноградными запахами. Обед обещал быть не только вкусным, но и особенным, ведь у них была веская причина для торжества – не каждый день открываешь тайны бытия. Диана с Селеной расположились на ковре и не заметили, как за разговорами быстро опустели их тарелки и бокалы.

После сытного обеда дело пошло быстрее и подруги поняли, почему Золотую книгу так тщательно скрывали от людей. Они поклялись никогда никому не говорить о ней и закопали под сосной, став хранительницами древних знаний.

Когда солнце начало клониться к горизонту, подруги собрали вещи и отправились домой, усталые и полные новых знаний, которые навсегда изменили их представления о мире. Этот день еще больше укрепил их дружбу ответственностью за сохранение тайны.

На берегу мерцали два огонька – слуги уже ждали их. Дойдя до дома, подруги сразу поднялись наверх. Заметив, что Диана стала молчаливой и задумчивой, Селена не удержалась и спросила:

– Думаешь о том, как его предупредить?

– Да, – ответила Диана и нахмурилась, – Только как это сделать?

– Есть один способ, но…

– Что «но»? – встрепенулась Диана, готовая на все.

– Он опасен, и нужны сложные ингредиенты.

– Какие?

– Беладонну, валериану и лаванду я найду, но вот где взять женьшень?

Диана тут же вынула из дорожной сумки сверток и протянула Селене.

– Нашла в лесу у водопада, – пояснила Диана, заметив вопросительный взгляд подруги. – Хотела отцу подарок сделать.

– Отлично! – воскликнула Селена, – Но нужна еще его вещь…

– Вот! – Диана достала записку. – Подойдет?

– Вполне! – ответила та, прикоснувшись к ней с легким трепетом.

– Еще что-нибудь?

– Нет. Просто готовься ко сну. Я сейчас, – сказала Селена и вышла, оставив подругу в ожидании.

Диана переоделась и села на краю кровати. Она казалась спокойной, но ее руки дрожали, выдавая волнение. Из коридора донеслось какое-то бряцание. Подойдя к двери, Диана открыла ее и увидела Селену с чашей в одной руке и массивной бронзовой подставкой в другой. Диана подхватила чашу и помогла установить фимиамницу у кровати. Селена высыпала в нее измельченные в порошок травы, мелко нарезанный женьшень и кусочек пергамента, подожгла все и закрыла крышкой. Через отверстия начал струиться ароматный дымок.

– Чего же ты ждешь? Ложись! – скомандовала Селена.

Диана легла в кровать и накрылась покрывалом до подбородка.

– Запомни! У тебя будет не больше десяти минут. Когда увидишь дверь, смело заходи. Скажи ему место, время и цифры. Не забудь про кольцо. Когда позвоню в колокольчик, тут же возвращайся. Иначе можешь остаться во сне навсегда.

Диана кивнула. Зубы ее стучали от страха, но она была полна решимости помочь Стигу. Сладкий аромат дурманил и окутывал ее, словно облако, унося в мир грез. Диана почувствовала, как тело ее расслабилось, мысли стали легкими, и она не заметила, как погрузилась в сон.

В темноте прямо перед собой она увидела дверь. Из щели внизу пробивался свет. Диана смело взялась за ручку и потянула ее на себя. Свет ударил в глаза, и она зажмурилась, а когда глаза привыкли, увидела Стига. Он стоял у зеркала в полотенце на бедрах.

– Стиг! – радостно окликнула его Диана, но ее голос прозвучал как шепот.

Увидев ее отражение в зеркале, он улыбнулся и отложил бритву. Шрам на спине напомнил Диане о том, что когда-то жизнь Стига висела на волоске. Она подошла ближе и прикоснулась к затянувшейся ране губами, ощутив прилив жалости и нежности. По его телу пробежала дрожь.

– Что ты со мной делаешь? – спросил он, повернулся и притянул ее к себе.

Диана ощутила холодок кольца через тончайший батист. «Кольцо на месте, это хорошо – отметила она про себя».

– Постой! Мне нужно сказать тебе что-то важное!

– Что-то случилось? – в его глазах мелькнула тревога.

– Просто запомни: Драконий остров, голубая луна, 276-0-0. Повтори!

– Это игра такая?

– Просто повтори!

– Драконий остров, голубая луна, 276-0-0, – повторил Стиг, целуя ее всякий раз, как произносил слово.

Диана закрыла глаза, запахи лаванды и лимона пробудили воспоминания, и горячая волна захватила ее. Стиг подхватил ее на руки, и они оказались в кровати, в объятиях друг друга. Батистовая сорочка и полотенце остались у зеркала, словно символизируя их переход в мир, где не существовало никого, кроме них.

Стиг осыпал трепещущую Диану поцелуями, вызывая в ней волны нежности и страсти. Каждый поцелуй был как обещание любви, каждое прикосновение – как откровение. Их тела переплелись как две реки, встретившиеся у океана.

В этот момент они были не просто Стигом и Дианой, а единым существом. Оба чувствовали, как мир вокруг них исчезает, оставляя их одних на краю мироздания. Они растворились друг в друге, и нашли в этом радость и счастье.

Внезапно Диана услышала звук колокольчика, и сердце ее сжалось.

– Я должна идти, – прошептала она, высвобождаясь из его объятий.

– Не уходи! – просил Стиг, удерживая ее.

– Я не могу остаться! – ответила Диана, чувствуя, как ее тело становится легким, словно перышко. Она будто таяла в мягком теплом свете. Открыв глаза, Диана увидела Селену, склонившуюся над ней.

– Ты вернулась! – обрадовалась она и спросила: – Получилось?

Диана кивнула и закрыла лицо руками, не в силах сдержать эмоции. Ее сердце переполняли любовь и радость от того, что она сделала все возможное для Стига. Теперь оставалось лишь ждать, что будет дальше.

Глава 7. В пещере Барабара

– Нет! Не уходи! – крикнул Стиг и проснулся.

Лучи восходящего солнца, с трудом пробивающиеся сквозь кроны сосен, ослепили его. Лицо горело, несмотря на утреннюю прохладу, а сердце колотилось, словно дикий зверь, стремящийся вырваться на волю. Он повторял про себя как заклинание: «Драконий остров, голубая луна, 276-0-0».

– У кого-то была жаркая ночка! – рассмеялись рыцари, потягиваясь.

Стиг дернулся, чтобы забить смех обратно в их глотки, но Альдо остановил его порыв:

– Не обижайся! Это они от зависти.

– Вставайте, хватит валяться! – приказал Эрик, нахмурившись.

Рыцари принялись собираться в дорогу, а Стиг подошел к Геду.

– Вы хороший проводник, – начал он. – Не знаете ли, где находится Драконий остров?

– Советую вам отказаться от мысли о путешествии – остров расположен в самом сердце болот, – ответил Гед, – К тому же до него недели две пути.

– А что такое голубая луна? – продолжал расспросы Стиг.

– Ну и любопытный вы! Это пусть ученые мужи отвечают, а для меня нет разницы, какая там луна – голубая или красная.

– Голубая луна – редкое явление, – сказал Эйс, подслушав часть разговора. – Это когда полнолуние наступает дважды в месяц.

– А когда будет это редкое явление?

– Вам повезло, мы сможем полюбоваться голубой луной уже через неделю, – ответил Эйс.

– Через неделю… А что могут значить цифры 276-0-0?

– Откуда вы их взяли? – заинтересовался Эйс.

– Неважно…

Когда рыцари проверили оружие, облачились в доспехи и разделили по сумкам последние сухари, Гед подробно рассказал, как пройти в деревню на краю болот.

– А что, если будет уже поздно? – вдруг спросил Стиг. – Может, есть способ сократить дорогу?

– Вы уже один раз сократили. Если хотите, в одном дне пути отсюда есть подземный ход, который приведет прямо к топям Ваухана, – ответил Гед.

– Что же ты молчал?! – возмутился Эрик.

– По легенде он выкопан магами, а охраняет его невообразимое чудовище – Барабар.

– Помню, бабушка рассказывала мне страшилку про Барабара, – перебил Геда один из рыцарей.

– Им только детишек пугать, чтобы в пещеры не лезли, – добавил другой и рассмеялся, но смех его прозвучал неуверенно.

– Те, что повстречали Барабара и вернулись живыми, потеряли рассудок, – предостерег их Гед и спросил: – Кто из вас готов помериться силами с гигантским зверем, стерегущим подземный храм?

Все замолчали и опустили глаза.

– Я готов! – раздалось вдруг в наступившей тишине.

Рыцари оглянулись на голос. Стиг смотрел на Геда с вызовом. Тот только усмехнулся.

– Хватит с нас горного духа, – сказал Эрик тоном, не терпящим возражений. – Идем через лес!

– Давайте проголосуем, – не отступал Стиг.

– Согласен, – кивнул Эрик, чтобы не продолжать спор.

Он понял, что этот выбор может стать началом чего-то великого или же обернуться трагедией. Если бы не ответственность за успех всего дела и жизни товарищей, Эрик рискнул бы, но полководец в нем одержал верх над горячим воином.

Попрощавшись с проводником, рыцари зашагали по лесной дороге, оставляя позади Вардову гору. Здесь, в долине, царила тишина, нарушаемая только щебетом птиц, будто сама природа встала на защиту путников, не позволяя ни разбойникам, ни чудовищам, ни духам потревожить их покой. К концу дня рыцари достигли развилки и остановились на ночлег, оставив трудное решение на утро. С первыми лучами солнца Эрик устроил голосование.

– Кто за то, чтобы идти через лес? – спросил он.

Большинство рыцарей согласились со своим полководцем, доверяя его мудрости и чутью.

– Я пойду коротким путем! – заявил Стиг и обратился к товарищам: – Кто со мной? Кто не боится бросить вызов судьбе?

– Не боятся только дураки, – бросил с усмешкой Альдо, – Но я хочу посмотреть, к чему приведет это бесстрашие.

Эйс посмотрел на них и робко поднял руку. Стиг, Альдо и Эйс свернули налево и зашагали по тропе. Эрик лишь покачал головой, провожая их взглядом. Он обратился к оставшимся:

– Вперед, братья! Время не ждет! Обещаю по десять солидов каждому, если придем в деревню первыми!

Рыцари тут же построились в два ряда и пошли, печатая шаг, за своим командиром.

На закате Стиг, Альдо и Эйс подошли к холму, окруженному колючим терновником. У его подножия зиял вход в пещеру с острыми каменными краями, напоминающими пасть хищного зверя, готового поглотить все вокруг.

Рыцари остановились, всматриваясь в глубокую тьму, которая будто ждала их. Высеченные на стенах символы предупреждали о зле, затаившемся в глубине, сея сомнение в душах смельчаков.

– Начнем спуск утром! – придав голосу как можно больше уверенности, сказал Стиг. – А сейчас отдыхать!

Рыцари развели костер и улеглись вокруг, но мысли о завтрашнем дне, тяжелые как свинец, не давали уснуть. Холодок пронизывал их сердца, когда они представляли темные коридоры, уходящие вглубь.

Стиг проснулся первым и взобрался на холм. Отсюда видны были нескончаемые леса, зеленым морем раскинувшиеся внизу. В ясном небе не было ни облачка.

«– Почему вчера у нас было такое мрачное настроение? – недоумевал Стиг. – Пещера как пещера».

Он разбудил товарищей, и они принялись за дело. Наскоро смастерив факелы из толстых веток, обмотанных сухой травой, смоченной в сосновой смоле, рыцари вошли в пещеру. Пламя тускло горело в неподвижном затхлом воздухе, отбрасывая пляшущие тени на стены. Потревоженные светом нетопыри недовольно зашевелились под потолком. Каждый шаг гулким эхом разносился вокруг, словно предупреждая об опасности.

Чем дальше троица смельчаков удалялась от входа, тем шире и ровнее становились стены, обретая черты арок. Время будто остановилось и Стигу казалось, что прошло уже много дней. Разум его начал путать реальность и воображение, он слышал неясные звуки и шорохи, доносящиеся из глубины пещеры.

– Вы слышали? – тихо спросил Стиг.

Альдо и Эйс обменялись тревожными взглядами. Эхо разнесло по пещере неясный гул, который заставил их двигаться быстрее. Стены пещеры начали меняться: на них появились отполированные мраморные плиты, а под ногами застучали широкие просмоленные доски. Вскоре факелы вырвали из темноты мощные пилоны древнего храма, держащие полукруглые арки, под которыми расположились статуи древних богов и богинь.

Стиг замер, разглядывая бронзовые фигуры. Одна из богинь стояла среди золотых колосьев. Другая, воплощенная мудрость и красота, держала в руках раскрытую книгу. Еще одна статуя изображала могучего воина. Его бронзовое лицо было суровым и полным решимости. «Почему они кажутся мне знакомыми? Где я мог их видеть?» – спрашивал Стиг сам себя, но воспоминания ускользали от него как песок сквозь пальцы. Он подтянулся на руках, чтобы забраться на высокую мраморную ступень храма, но Альдо остановил его: «Помнишь про стража?»

Вдруг светильни, висящие на цепях под потолком, начали мерцать неясным светом. Земля задрожала, и раздался утробный рев. Воздух пришел в движение, и рыцари почувствовали на своих лицах чье-то дыхание. В темноте сверкнули горящие глаза.

Стиг положил факел на землю и обнажил меч, Альдо и Эйс встали за ним плечо к плечу. Они замерли как завороженные под взглядом трехглазого чудовища, но оглушительный рев вывел их из оцепенения.

– Ложись! – закричал вдруг Стиг.

Эйс послушно распластался на земле, а с Альдо пришлось побороться. Они упали, сцепившись, под ноги Барабару. Чудовище пронеслось над ними, высекая искры своими железными когтями.

Когда Барабар скрылся за поворотом с недовольным воем, рыцари еще долго лежали недвижимо, не веря в свое спасение. Потом Эйс и Альдо накинулись на Стига с расспросами о причинах его поступка.

– Сам не знаю – повторял тот, сбитый с толку.

– Нам повезло, что ваши инстинкты такие сильные, – сказал Альдо, все еще под впечатлением от пережитого ужаса.

– Признайтесь, вы знали? – спросил Эйс с недоверием и восхищением.

– Как бы то ни было, все живы, – ответил Стиг. – Идем! Сейчас не время гадать.

Рыцари подобрали мечи и факелы и поспешили убраться подальше от этого места. Удаляющееся глухое завывание подгоняло их, напоминая об опасности. Когда рыцари вновь увидели свет впереди, то не сразу поняли, что это не чудовище, а последние лучи заходящего солнца. Они вышли из пещеры и с облегчением вдохнули свежий воздух. Появившиеся на небе звезды будто приветствовали их возвращение на поверхность.

– Мы сделали это! – закричал Эйс, прыгая и обнимая Стига.

– Думаю, это не последнее испытание на нашем пути, – умерил его радость Стиг, едва устояв на ногах от такого натиска.

– Да, – согласился Альдо, – Но сейчас мы заслужили отдых.

Три товарища стояли, обнявшись, и вглядывались в небо с надеждой, что свет далеких звезд разгонит тьму их сомнений и страхов.

Спустя несколько дней рыцари вышли к дороге, ведущей в деревню. Чахлая растительность, влажный запах земли и гниющих растений говорили о близости болот. Топи Ваухана простирались до самой границы Туманных земель. Люди верили, что некогда на острове среди ржавой водицы и ядовитых испарений жил дракон, поэтому назвали болота его именем. Ни у одного живого существа, случайно забредшего сюда, не было надежды на спасение.

Выйдя на поляну, рыцари увидели небольшой домик, сложенный из толстых бревен. На пороге сидел старик, печально опустив голову. Услышав шаги, он встал, приветствуя их.

– Куда бы вы ни шли, путники, держитесь подальше от этих мест, – предостерег он.

– Почему? – спросил Стиг.

– Здесь было нападение и неизвестно, сколько еще чудовищ скрыто за болотным туманом.

– Мы прибыли, чтобы защитить вас. Живые еще есть?

– Немного. Одни ушли, а другие ютятся в землянках, – сказал он и махнул рукой в лес.

– Как выглядело чудовище? Где место нападения? – начал расспросы Стиг.

– Идите прямо и сами все увидите, – ответил тот и снова опустился на порог.

Рыцари переглянулись, но пошли в указанном направлении. Из-за запаха гари стало трудно дышать. Невозможно было смотреть без содрогания на то, что они увидели. Посреди пепелища и обломков лежал полуобгоревший труп чудовища. Оно не было похоже ни на одно животное, которые видели рыцари. Тело его было раздуто, уцелевшие куски шкуры блестели на солнце. На спине могучего зверя видны были два крыла, а позади – длинный хвост с шипом на конце. Стиг представил, как он, загребая воздух своими крыльями, с ревом напал на мирных ничего не подозревающих жителей.

– Судя по останкам, прилетел этот зверь со стороны болот, – размышлял вслух Альдо. – Значит поверье про Драконий остров – правда.

– Интересно, кто смог расправиться с ним? – ломал голову Стиг.

Вдруг кто-то коснулся его руки. Оглянувшись, Стиг увидел девушку. Выражение глубокой скорби, застывшее на ее лице, не соответствовало юному возрасту.

– Это случилось ночью, – начала она. – Услышав рев, от которого задрожала земля, все выбежали на улицу. Чудовище зависло над домами, будто высматривая добычу. Ветер, поднявшийся от его крыльев, прижимал нас к земле. Мой отец был лучшим охотником, и его копье настигло зверя. Все мы видели, как взметнулись в небо языки пламени, и чудовище упало вниз, испепеляя все вокруг, – закончила рассказ девушка и посмотрела на поверженного хищника с гордостью и печалью.

Стиг, слушая рассказ, чувствовал, как в его груди нарастает гнев.

– Мы защитим этот край от любых угроз! – поклялся он.

– Может, лучше дождаться Эрика? – спросил Эйс, озираясь по сторонам.

– В любом случае нам нужен проводник, чтобы попасть на Драконий остров, – сказал Альдо.

– Я знаю эти болота и могу провести вас, – предложила девушка.

– Ты еще слишком юна, – начал Альдо.

– Другого проводника вам все равно не найти, – настаивала она.

– Как зовут тебя, смелая девушка? – с восхищением спросил Стиг.

– Анна, – ответила та, прямо глядя ему в глаза.

– Отправляемся завтра на рассвете, Анна, – сказал Стиг.

Тут его внимание привлекла кровь, сочившаяся из раны на боку поверженного хищника. Прозрачная, с резким запахом жидкость вовсе не была похожа на кровь. Тоненькая струйка подступала к тлеющим головешкам.

– Бегите! – закричал Стиг, схватил девушку за руку и потянул за собой.

Альдо подхватил другую ее руку, и они рванули что есть мочи от этого места, догоняя Эйса, бегущего впереди во все лопатки. В тот же миг раздался оглушительный грохот, и мощная волна воздуха отшвырнула их в сторону. Когда все стихло, Стиг помог девушке подняться.

– Откуда вы знали, что так будет? – спросила она, отряхнув песок с платья.

– Мы уже не первый раз задаем ему этот вопрос, – нервно засмеялся Альдо, – Просто поверьте.

– Вот везунчик! – с завистью выкрикнул Эйс.

К вечеру прибыла группа Эрика. Резвые кони, не зная усталости, домчали их быстрее ветра.

– Эрик! Где вы их достали? – с нескрываемой радостью спросил Стиг, любуясь скакунами.

– Один добрый человек одолжил, когда узнал, куда мы направляемся, – ответил тот, подмигнул товарищам и потрепал своего коня по гриве.

Рыцари встали лагерем на краю леса, и Эрик собрал всех на совет. В трепетном пламени костра лица товарищей выглядели мрачными и суровыми. Они понимали, что стоят на пороге решающей битвы со злом. Стояла звенящая тишина, лишь изредка нарушаемая стонами и шорохами со стороны болот. Выглядывая из-за облаков, почти полная луна заливала все вокруг холодным таинственным светом.

Глава 8. Топи Ваухана

Когда рассвело, небольшой отряд начал готовиться к переходу через болота. Оставшиеся жители поделились с ними последним. Они собрали и принесли своим защитникам немного крупы, овощей и хлеба. Ребятишки обступили рыцарей и с любопытством разглядывали блестящие доспехи, с благоговением притрагиваясь к ним.

В этот момент появилась Анна, и все взгляды немедленно устремились на нее. Короткая кожаная куртка, обтягивающие штаны, заправленные в высокие сапоги, и заплечный мешок придавали ей мальчишеский вид, в то время как тяжелая коса до пояса и тонкая талия, перетянутая широким ремнем, подчеркивали ее женственность.

Анна вжилась в роль проводника, делясь знаниями о том, как облегчить себе жизнь в пути через топи. Забавно было наблюдать со стороны, как десяток суровых рыцарей, привыкших выполнять военные команды, слушают хрупкую девушку, будто она их мать, а они – мальчишки-проказники.

– И даже не думайте касаться чего-либо или поднимать упавшие вещи, если вам дорога ваша жизнь! – твердо сказала она напоследок.

Ее слова вызывали у них доверие и уважение, и каждый понимал, что следовать за Анной – значит быть в безопасности.

Рыцари построились, распределив поровну поклажу между собой, и шагнули в мутную воду. Они шли за своей проводницей след в след, опираясь на высокие колья. Отступив даже на шаг в сторону, каждый рисковал не только своей жизнью, но и товарищей. Эрик шел в середине цепочки, за ним – Альдо, а Стиг и Эйс – замыкали. Сначала, пока вода доставала лишь до щиколотки, идти было легко, и отряд быстро продвигался от одного островка до другого. Но потом, когда земля исчезла из виду, а болотная жижа поднялась выше колена, идти стало труднее. Мошкара облепила все лицо, каждый шаг требовал усилий, и вскоре рыцари почувствовали усталость и неуверенность. Но Анна шла и шла вперед, изредка оглядываясь, чтобы проверить, не отстал ли кто-нибудь. Ее спокойствие передавалось всем, и рыцари понимали, что их сила – в единстве.

Так они шли до вечера. Увидев впереди большой остров, рыцари заметно повеселели, но их ждало разочарование: остров оказался плавучим и непригодным для ночлега. Анна достала веревку из мешка и бросила им.

– Это еще зачем? – спросил Эрик, поймав ее.

– Чтобы выжить, – ответила та. – Обвяжитесь все, а если почувствуете петлю на ноге, не пугайтесь, а скажите, остальные же тяните что есть мочи. Если не поможет, режьте веревку.

– Что за петля? – спросил Эйс дрожащим голосом.

– То есть как «режьте»? – возмутился Альдо.

– Это хищные болота. Тут не зевай!

Товарищи переглянулись и без лишних вопросов обвязались покрепче. Сон как рукой сняло. Ночью над болотами стал подниматься туман, и у путников разыгралось воображение. Сразу вспомнились истории про дракона и заблудшие души. То тут, то там вспыхивали, и тут же гасли огоньки, будто кто-то ходит кругами во тьме и ждет, когда они ослабнут. Никогда еще Стиг не чувствовал себя таким одиноким и беспомощным.

– Как она ведет нас – не видно ни зги? – спросил Эйс у Стига.

– Тише, она услышит, – прошептал тот.

– По звездам, – ответила Анна, не оборачиваясь. – Видишь самую яркую звезду над горизонтом? На нее и идем.

– А если будет пасмурно? – не унимался Эйс.

– Покаркай мне еще! – отрезала Анна.

Эйс обиженно умолк, остальные тихонько рассмеялись.

– Надо продержаться до утра – там будет островок, – обнадежила проводница, и все захлюпали по пояс в воде, собрав волю в кулак.

Утром солнце прогнало туман и окрасило все в багровые тона. Казалось, путники идут по красному небу с двумя солнцами. Стиг залюбовался необычным зрелищем и оступился. В тот же миг он почувствовал, как что-то обвивает его ногу. Стиг дернулся, но петля только крепче затянулась.

– Петля! – крикнул он.

– Вдохни поглубже! – приказала Анна Стигу и другим: – Держи!

Что-то снизу дернуло с нечеловеческой силой и Стиг ушел под воду. Рыцари вцепились в веревку мертвой хваткой, но сил не хватало. Тогда Эрик вынул нож из ножен на цепи, болтающейся у него на шее.

– Ниже! – приказал он.

Рыцари уже мысленно попрощались со Стигом, но Эрик не стал резать веревку, а нырнул за ним. Он нащупал его ногу и перерезал петлю. Через несколько секунд, которые показались всем вечностью, их головы показались над водой. Товарищи подхватили их.

– Ты чуть не убил нас всех! – крикнула Анна Эрику, но потом смягчилась, – Не припомню никого отважнее и удачливее этой парочки.

– Что это было? – спросил Стиг, отплевываясь.

– Обычный Веревочник, – ответила Анна, – Его стебель крепкий, как веревка. Если наступить на него, затянет под воду.

– А что дальше?

– Пообедает тобой, – рассмеялась Анна. – И не подавится.

Отдышавшись, рыцари продолжили путь. Впереди показался довольно большой остров с зеленой травой и редким кустарником. Все обрадовались возможности отдохнуть перед последним переходом. Вылив воду из сапог и отжав рубахи, они улеглись, дрожа от холода, поближе друг к другу, чтобы хоть немного согреться. Проснувшись, достали подмокшие в болотной воде сухари и сели в круг. Один из них остался лежать. Альдо подошел и потрепал спящего по плечу, но тот не откликался.

– Отойди от него! – приказала Анна.

Альдо отошел к остальным, не понимая в чем дело. Анна достала из мешка полоски ткани. Одну повязала себе на лицо, оставив только глаза, другие дала рыцарям. Потом взяла один из кольев и перевернула спящего. Все увидели почерневшее лицо своего товарища.

– Рановато в этом году пошли грибы, – сказала Анна и добавила: – Не трогайте здесь ничего. Идем!

– Давайте хоть похороним его по-человечески! – сказал Альдо.

– Умереть торопитесь? К вечеру он сам превратится в пыль, а ветер разнесет ее по болоту. Некогда думать о мертвых, нужно думать о живых.

Когда отряд отошел на приличное расстояние от острова, Анна разрешила снять повязки.

– Что это за колдовство? – спросил Эрик.

– Это не колдовство, а «Черная смерть», – ответила проводница. – Если вдохнуть ядовитые семена, спасения нет.

– Есть в этом болоте хоть что-то, что не хотело бы нас убить?! – закричал Стиг и с яростью начал колотить по воде палкой.

– Не ищите, не найдете, – сказала Анна, когда он успокоился, и спросила: – Вы еще хотите попасть на Драконий остров?

Стиг кивнул. Анна, а за ней девять рыцарей снова пошли вперед, меряя дно кольями. Размокшие сапоги стали тяжелее гирь, руки и ноги онемели от холода, но они не сдавались, помня о своей миссии.

Солнце также ярко светило, блики также весело играли на воде, будто ничего не произошло. Впереди путники увидели целую колонию буйно разросшихся растений. Широкие, будто покрытые воском, листья плавали по поверхности, уходя жирными стеблями под воду. Почувствовав движение воды, со дна вынырнули бутоны и раскрыли свои ярко-красные лепестки. По воздуху разнесся приятный сладковатый аромат. Путники онемели от восторга, но Анна свернула, чтобы обойти эту красоту стороной.

Они уже почти минули заросли, но Альдо потянулся за цветком, представив, насколько красив он будет в волосах Анны. Не успел он схватиться за стебель, как Анна ударила его палкой по руке.

– Я же предупреждала ничего не трогать! – возмущалась она.

– Это же всего лишь цветок, – оправдывался Альдо, потирая ушибленную руку.

– Всего лишь цветок?!

Она достала из мешка картофелину и бросила в заросли. Что тут началось! Стебли, извиваясь как змеи, выскакивали из воды. Словно живые, они отталкивали друг друга, пытаясь поймать добычу и хватая воздух острыми, как лезвия лепестками. Все закончилось также быстро, как началось, и по воде поплыли тонко нарезанные кружочки картошки. Рыцари стояли в онемении от ужаса. Потом все оглянулись на Альдо.

– Все еще хотите подарить мне цветочек? – спросила его Анна.

– Для этого и жизни не жалко, – смог, наконец, вымолвить смущенный воздыхатель.

– Мне не нужны мертвые поклонники, – рассмеялась она и покраснела.

Дальше стало легче идти. Воды здесь было по колено, мошкара спряталась от палящих лучей солнца и к вечеру измотанные путники увидели вдали остров. Сначала они не поверили своим глазам, думая, что это болото их морочит, но Анна подтвердила, что это не мираж, а Драконий остров.

Выбравшись на сушу, рыцари упали в изнеможении на землю.

– Прежде чем отдыхать, осмотрите друг друга и избавьтесь от прилипал, – сказала Анна.

Альдо посмотрел на нее с улыбкой, но она отказалась от его услуг, и, предупредив его вопрос, ушла подальше в кусты.

Рыцари с удовольствием сняли мокрую одежду и ужаснулись. Все их тело было сплошь покрыто присосавшимися тварями, о которых предупреждала Анна. Они отковырнули их ножом и, осознав всю серьезность слов своей проводницы, еще раз осмотрели друг друга. Тут Эрик заметил синяк на спине Стига.

– Что это? – спросил он, разглядывая темное пятно.

– Ничего особенного, – уверил Стиг и почесался, закинув руку за спину.

– Анна! – позвал Альдо.

– Дай посмотрю. Давно это у тебя? – с беспокойством спросила она и подошла ближе.

– Вчера зачесалось, – ответил Стиг.

– Разведите костер, – приказала Анна.

Рыцари собрали хворост и развели костер. Анна достала охотничий нож и подержала его в пламени.

– Укус болотной мухи не так страшен, как ее личинки. Если бы мы промедлили еще хоть день, через неделю пришли бы на твои поминки, – сказала она, подходя к Стигу.

Стиг сел на камень и обхватил колени руками.

– Не стесняйся. Кричи, если хочешь, – сказал Альдо, заметив, как тот стиснул зубы.

Анна одним точным движением сделала небольшой надрез. Потом выдавила несколько белых шариков и прижгла рану раскаленным ножом. Она одобрительно посмотрела на Стига, не издавшего ни звука за все это время, и помогла ему одеться. Порывшись у себя в мешке, Анна нашла склянку и дала ему отпить из нее.

– Теперь будет не так больно.

После непродолжительного отдыха Эрик собрал отряд.

– Братья! – начал он торжественно, но потом вздохнул и продолжил просто, без воззваний к храбрости и обещаний наград: – Я знаю наверняка, что Небесные врата, источник всех наших бед, находятся здесь, на острове. Давайте сделаем то, зачем пришли – найдем их и закроем на веки вечные!

– Как их закрыть? Куда идти? А как они выглядят? – посыпались вопросы рыцарей.

Эрик достал из сумки свиток. Когда все притихли, он прочитал, что было написано в старом пергаменте.

История славного рыцаря Герольда из рода Меровингов

Историю эту поведал мне дед. Наш предок был отважным рыцарем. Имя Герольда прославилось в песнях бардов по всему королевству, поэтому король отправил его сразиться с драконом. Долго шел он среди темных лесов и высоких гор и, когда силы его были уже на исходе, услышал про остров среди болот, на котором живет кровожадный дракон.

Сражение было жестоким. Дракон, сверкая чешуей, изрыгал на рыцаря огонь и ярость, но он сражался со стойкостью, достойной легенд. Рыцарь уклонялся от огненных струй и наносил удары мечом, но дракон махнул хвостом и сбил его с ног. Лежа на холодной земле, Герольд понял, что дни его жизни сочтены, но вместо того, чтобы убить его, дракон заговорил человеческим голосом: «Я не враг, а страж Небесных врат. Только избранный может пройти через них и увидеть истинную мудрость». После этого дракон отпустил рыцаря.

Несмотря на тяжелое ранение, Герольд добрался до дома. Смерть его была печальной, но он передал слова дракона своему малолетнему сыну. Вдохновленный отвагой отца, тот вырос с мечтой найти Небесные врата и изменить судьбу королевства.

Эрик убрал пергамент обратно в сумку и посмотрел на товарищей. Ему казалось, что он слышит их мысли. Стиг, наверное, обдумывает, как будет сражаться с драконом; Альдо ищет тайный смысл в истории; Эйс прикидывает шансы выжить, а другие ждут его приказа.

– Обыщите весь остров, найдите врата! – скомандовал полководец.

Рыцари разделились и выбрали направления. Эрик, направляясь на запад с тремя товарищами, нисколько не удивился, увидев, как Стиг, Альдо и Эйс удаляются вглубь острова. Остальные пошли на восток. Анна осталась сидеть у костра. Она проводила рыцарей пристальным взглядом, стараясь не думать об ожидающих их опасностях.

Глава 9. Небесные врата

Буйная растительность острова, не знавшая недостатка во влаге, стояла стеной на страже его тайн. Когда заросли кустарников закончились, Стиг, Альдо и Эйс увидели бескрайнее море тростника, высотой с человеческий рост, над которым возвышалась гора камней. Валуны, похожие на ступени, словно приглашали подняться наверх.

Три товарища направились туда, прокладывая себе дорогу мечами. К вечеру они добрались, наконец, до вершины. Завороженные магией заходящего солнца, стояли они на ровной площадке, окруженной каменными глыбами-идолами. Последние лучи скользили по ним, словно пытаясь пробудить к жизни. Некоторые из идолов покосились, другие лежали среди камней, словно уставшие стражи. Те же, что сохранили первоначальный облик, стояли прямо, строго глядя на непрошенных гостей. На их суровых, грубо высеченных лицах застыли гримасы. Неуютно чувствовали себя рыцари под мрачными взглядами каменных идолов, которые ощущались даже со спины.

На ровной площадке внутри круга Альдо заметил символы, высеченные на плитах. Всего семь кругов. Шесть равномерно располагались вокруг седьмого, центрального. Три из них лежали на оси, если только это не была трещина.

– Я не силен в языке символов, – сказал Альдо с сожалением.

– Прямо хоть у идолов спрашивай! – раздраженно ответил Стиг, прикоснулся к ране на спине и поморщился.

– Вы правы, – согласился с ним Альдо и подошел к ним поближе.

Стиг присоединился к Альдо, а Эйс обошел один из валунов и встал в нерешительности, прислонившись спиной к холодному камню. Его лицо выражало душевную борьбу. Он крепко стиснул амулет, висевший у него на груди, затем раскрыл его половинки и высыпал содержимое во фляжку.

– Кажется, я знаю, что это за место, – сказал он, выйдя из тени.

– Ну, не тяни! – нетерпеливо спросил Стиг.

– Это древняя обсерватория магов.

– Откуда ты знаешь? – спросил Альдо.

– Я служу во дворце, – напомнил Эйс.

– И что? – спросил Стиг и облизнул сухие губы.

– На, глотни, – сказал Эйс, и протянул ему фляжку.

Стиг с жадностью отпил из нее.

– Я знаю немного, – продолжил Эйс. – Идолы соответствуют фазам луны. Видите – один совсем ребенок, другой юноша, следующий мужчина, дальше – старик с длинной бородой...

– Но их же семь, – засомневался Альдо.

– Восьмой лежит внизу, расколотый на части.

– А что означают круги?

– Это небесные тела.

– Как это все работает? – спросил Стиг, оглядывая всю площадку.

– Сейчас узнаем, – ответил Эйс и указал рукой в небо. – Вот и недостающий ингредиент – ваше редкое явление.

Стиг и Альдо подняли глаза и увидели Луну, выглянувшую из-за туч. Она сияла, заполняя собой все небо. У Стига вдруг закружилась голова, и если бы не Альдо, он бы не устоял на ногах.

– Эйс, помоги! – крикнул Альдо, но тот стоял как вкопанный.

Альдо уложил друга на краю площадки и приподнял его голову. Стига мутило, боль в голове не давала думать.

– Есть еще вода?! – крикнул Альдо, подзывая Эйса.

– Он выпил достаточно, чтобы встретиться с праотцами, – ответил тот.

– Что?! – подскочил к нему Альдо и вцепился предателю в горло.

Он задушил бы его, если бы не услышал слабый голос Стига.

– Он не стоит этого.

Альдо подбежал к другу, выпустив Эйса. Тот упал на четвереньки, задыхаясь.

– Ты жив! Это чудо! – повторял он, обнимая друга.

– Пусти, задушишь, – слабо улыбнулся Стиг, – Лучше помоги подняться.

Альдо поднял его и с презрением посмотрел на Эйса, стоящего на коленях.

– Я не жалею, – ответил тот на его немой вопрос. – Зачем я это сделал? Вам не понять. Вы родились среди богатства и роскоши, любые ваши желания тут же исполняются. А я не знаю своих родителей. Вырос в нужде и лишениях. Наука была единственной моей радостью. Я бы смирился со своей участью, если бы не Селена. Селена. Я не могу дышать, не видя ее. Ради нее я пошел против совести, и это будет преследовать меня до самой моей смерти. Я благодарен болотной сырости и этой выскочке Анне с ее настоем… Если бы не это, вы были бы мертвы, а я богат. И тогда у меня появилась бы надежда. Я был бы счастлив, но проклят навеки.

Эйс ударил кулаком по камням и слезы потекли по его щекам.

– Уходи, – тихо сказал Стиг.

Эйс встал с колен и медленно начал спускаться с горы, опустив голову.

– И вы его прощаете?! – возмутился Альдо.

– Его душа искалечена несчастной любовью, ответил Стиг, – Мы не знаем, какую боль он испытывает.

В это время земля под их ногами тихонько загудела, и друзья заметили, что один из кругов на плите начал мерцать в лунном свете.

– Это Небесные врата! Мы нашли их! – обрадовался Стиг.

Он уже хотел встать в круг и исполнить свою миссию, но вспомнил о Диане и остановился. Что, если он не увидит ее больше никогда? Что, если будет всю жизнь жалеть о несбывшейся любви и сходить с ума как Эйс? Стиг стоял в нерешительности, пока Альдо не вывел его из этого состояния.

– Это знак! Пора! – сказал он.

– Прощай, друг! – сказал Стиг, встал в светящийся круг и произнес какие-то цифры.

В следующий миг из кольца на его руке взметнулся вверх столп света и изумленный Альдо увидел, как его друг растворился в нем без следа. Он понял, что событие, которого ждали столько веков, произошло. Туманные земли не потревожит больше ни одно чудовище, но он никогда не увидит своего друга.

Стиг попал в мощный световой поток, который стремительно уносил его все дальше и дальше. Ему казалось, что он парит в воздухе. Вокруг был только белый свет, режущий глаза. Так продолжалось целую вечность, а когда свет не начал рассеваться, Стиг разглядел мягкие контуры. Белая комната. Белый потолок, белые стены, белая кровать. Не так он представлял себе мир за Небесными вратами.

– Сестра! Сестра! Он очнулся! – закричала женщина.

Ее крики эхом отдавались в голове. Прибежала девушка в белом халате и осмотрела его. Потом отключила аппарат, взяла кровь на анализ и позвала врача. Тот еще раз осмотрел пациента, задал несколько вопросов и принял решение о переводе его в общую палату. Он увел женщину в другой угол комнаты и долго разговаривал с ней о чем-то.

Пациент сделал попытку приподняться, но тело не слушалось. Голова болела до тошноты. Дотронувшись до виска, он нащупал повязку.

«– Кажется, это уже было, – подумал он».

Туманные земли, рыцарское братство, Диана – все будто удалялось дальше и дальше. За окном палаты реанимации тихо опадали клены.

– Мама! – эти слова сами сорвались с его губ, когда женщина вернулась.

– Игоречек! – кинулась она к нему со слезами. – Как ты нас напугал!

– Как я здесь оказался?

– Не помнишь? Ты попал в аварию!

Игоря словно молния пронзила. В его памяти всплыло ощущение полета, когда байк мчал его по ночному городу. Мокрый после дождя асфальт не дал ему увернуться, и он лежал, распластавшись на спине после удара, не в силах пошевелиться.

– На сегодня хватит, – сказала медсестра, внимательно посмотрев на больного.

– Я приду завтра, – пообещала мама и поцеловала его в висок, там, где бьется жилка.

Утром Игорь проснулся от резкого звука. Это медсестра приоткрыла окно, чтобы впустить в палату немного свежего воздуха. Ее рыжие кудряшки выбивались из-под шапочки.

– Диана! – обрадовался Игорь.

– Меня зовут Алена, – сказала та, обернувшись. – Сейчас принесу завтрак, а потом на процедуры, мальчики.

Она одернула коротенький халатик, улыбнулась и вышла.

– Ну и здоров же ты, парень, кричать! – сказал мужчина с соседней койки, зевая и потягиваясь.

– Что это за Диана такая? Прямо захотелось увидеть, кого это так боятся потерять, – рассмеялся юноша с перебинтованной как у Игоря головой, – Познакомишь?

Игорь смутился и промолчал. Завтракать он тоже не стал – едкие запахи лекарств, вид больничной еды и тошнота не прибавляли аппетита. Пришла Алена и увела Игоря на томографию. Сканирование заняло всего несколько минут, но ему они показались вечностью. Лежа неподвижно на столе, Игорь почувствовал, как тело его немеет. Пульсирующие звуки, издаваемые аппаратом, отзывались эхом в его голове как в пещере. Пещере Барабара. Волна страха накрыла его.

«– Что, если со мной что-то не так? – подумал он с тревогой. – Откуда у меня эти воспоминания?»

Алена помогла Игорю подняться и отвела на перевязку. Потом объяснила, как пройти в кабинет психолога.

– Дойдешь?

Он кивнул и медленно побрел в людском потоке, держась рукой за стену. Игорь заблудился в лабиринте больничных коридоров и сел, чтобы передохнуть. В кресле напротив он увидел пожилого подтянутого мужчину. Тот сидел, устало закрыв глаза. Его печальное лицо, короткие седые волосы и небольшая бородка показались Игорю знакомыми. Мужчина открыл глаза.

– А, Игорь, уже встаешь? Пришел к Диане? – спросил он и позвал: – Идем!

Игорь пошел за мужчиной, думая, что найдет, наконец, разгадку ночных видений. Войдя в палату, он увидел беспомощно лежащую на кровати девушку, опутанную проводками. Непослушные рыжие волосы разметались по подушке. Бледное узкое личико осунулось, на лбу пластырь. Глаза ее были закрыты, но он знал, что они серо-голубые, с озорными искорками.

– Диана! – позвал он ее, подойдя ближе.

Она не откликалась. Игоря душили слезы. Мужчина обнял его за плечи, и оба стояли, не в силах вымолвить ни слова. В этот момент Игорь вспомнил все. В ту ночь он был не один. За его спиной сидела она, прильнув к нему всем телом. Он поклялся себе, что вернет любимую. Но как? Он решил рассказать психологу все, ничего не скрывая. Пусть тот либо развеет его сомнения, либо даст волшебную пилюлю, чтобы его раздвоение прекратилось.

Доктор удивился яркости видений, но поспешил успокоить пациента – иногда так бывает – в состоянии комы люди видят сны, а средневековый флер скорее всего от его увлечения этой эпохой.

После пары уколов и послеобеденного сна Игорь почувствовал себя лучше, и Алена вернула ему телефон.

– Только на час, – предупредила она.

На Игоря сразу нахлынула волна пропущенных звонков и сообщений от родных, друзей и одногруппников, но он искал только одно – как вернуться в мир его видений. Он чуть не разбил телефон от злости, когда вдруг увидел черный экран.

– К вам посетитель, – сказала Алена из приоткрытой двери.

«– Вовремя! – подумал Игорь и вышел».

Заботливая мама принесла крепкий куриный бульон в термосе, самые спелые и сочные яблоки, какие только можно было найти на рынке, чай и любимое варенье сына. Еще она принесла ему зарядное устройство для телефона. Игорь никогда бы не подумал, что так обрадуется проводку.

Как только он вернулся в палату, тут же поставил телефон на зарядку, но безжалостная Алена забрала его.

– Что, так и не дозвонился своей? – посочувствовал сосед по койке. – Ну, не расстраивайся! Меня, кстати, Эдик зовут. А тебя?

– Игорь, – мрачно ответил он.

– А этот балабол в углу – Толик, – представил он третьего товарища по несчастью.

– Ага, – отозвался тот. – Давай, доставай, что там мамаша принесла, сразу повеселеешь.

Стиг послушно как робот поставил на тумбочку термос и пакеты. Потом равнодушно смотрел, как Толик разливает бульон по пластиковым стаканчикам и нарезает яблоки на салфетке.

– Ну, за знакомство! – сказал Эдик и поднял стакан.

Игорь и Толик тоже взяли свои. Эдик выпил горячий бульон залпом, крякнул и закусил яблоком. Толик рассмеялся так заразительно, что Игорь тоже улыбнулся.

– Вот видишь? Помогает! – подмигнул ему Толик.

– А что ты там видел? – спросил вдруг Эдик.

– Где там? – не понял Игорь.

– Ну, там, в коме, – пояснил он, приготовившись слушать.

– Если не хочешь, не рассказывай, – сказал Толик, но было понятно, что и ему любопытно.

Игорь сначала хотел послать их, но потом подумал: «А что я теряю?» и рассказал все новым знакомым.

– Да-а-а! – протянул Толик. – Тебе бы книжки писать!

– А я ему верю! – твердо сказал Эдик. – Вот был со мной случай… Есть у меня одна соседка. Красивая – страсть! Ей уж под тридцать, а никто не даст. Фигуристая такая блондиночка. Каблучками все цок да цок. Ну, решил я подкатить. Смотрю, стоит моя фея возле витрины, сумочку новую себе приглядывает. Я не будь дурак – подхожу: «Здрасьте, мадам, скучаем?». Только смотрю, а витрине отражается какая-то старая карга: седые патлы висят, кожа как у мумии, бельмо на глазу. Я аж опешил, а она возьми, да подмигни мне. Я – бежать, а она как захохочет. С тех пор охоту приударить за ней как рукой сняло.

– И сколько ты выпил в тот день? – издевался над ним Толик.

– Да не пил я! – уверял тот.

– Далеко ты живешь? – спросил вдруг Игорь.

– Ты что, поверил?! – удивился Толик.

– Да тут близко, всего пара остановок. Только как ты пойдешь в таком виде?

– И кто тебя отпустит?

Игорь посмотрел на свою больничную пижаму, на соседей по плате и хитро улыбнулся. Достать одежду было делом техники. Пока Толик с Эдиком отвлекали Алену чаем с вареньем, а другая сестра была занята, Игорь взял из стола в дежурке ключ от камеры хранения и забрал вещи. Повезло еще, что палата на первом этаже. Побег был назначен на 22.00.

После отбоя наступила тишина, нарушаемая лишь шорохом проезжающих машин. Алена выключила свет, поэтому Игорь оделся в призрачном свете фонарей, заглядывающих в окно, чтобы не привлекать внимания. Он придал одеялу форму спящего человека с помощью пижамы и пакетов, как показывают в фильмах.

– Адрес не забыл? – спросил Эдик.

– Нет.

– Если к утру не вернешься, тут такое начнется, – предупредил Толик, не одобряющий этого мероприятия.

– Смотри не усни! – рассмеялся Игорь, – А то кто мне окно откроет?

– Ну, ни пуха! – пожелал ему Эдик.

Игорь послал его к черту и выбрался наружу, ловко спрыгнув с цоколя. Заговорщики захлопнули окно и стояли в темноте, глядя на улицу. Игорь перебежал через дорогу и скрылся во дворах.

Здесь все было как описывал Эдик: садик посреди двора, липы, три старые девятиэтажки в ряд. Игорь подошел к последней и, вынырнув из-за кустов акации, с удивлением обнаружил, что его уже ждали. Женщина держала ногой дверь в подъезд, чтобы она не закрылась.

– Что так долго? – упрекнула она его, кутаясь в шаль. – Холодно же!

Она открыла двери шире и вошла внутрь, не оборачиваясь. Игорь проскользнул за ней в подъезд. Пока они поднимались в лифте, он внимательно рассмотрел ее. Эдик не обманул, перед ним и впрямь была красавица. Тонкие черты ее лица были словно списаны с полотен Ботичелли. Густые светлые пряди волной спускались по спине. Короткая юбка обтягивала соблазнительные изгибы ее бедер.

– Молодой человек, нельзя так смотреть на незнакомых женщин! – сказала она, когда они подошли к ее квартире, и погрозила ему пальчиком с кроваво-красным коготком.

– Откуда вы знали, что я приду? – спросил ее Игорь.

– Разве Эдик вам не рассказал? Я же ведьма! – усмехнулась она и скрылась в полумраке коридора, толкнув старую деревянную дверь с номером шестьдесят шесть.

Игорю показалось, что ее глаза в этот момент сверкнули зеленым. Он стоял на пороге у распахнутой настежь двери, не решаясь войти.

– Смелее, Стиг! – позвала она.

Все сомнения сразу отпали, и он шагнул внутрь. Пройдя по темному коридору, Игорь вошел в комнату. Обычная квартира, давно не знавшая ремонта. А что он ждал? Очаг и волшебные зелья в бутылочках с ярлыками? Из необычного – только антикварная мебель на кривых ножках и свечи. Много свечей.

– Садись и рассказывай, зачем явился, – сказала хозяйка и указала на место рядом с собой.

– Не напоила, не накормила, а спрашиваешь? – неловко пошутил он и подсел к ней на диван.

– А ты мне нравишься, – усмехнулась она.

Игорь расслабился и рассказал о цели своего визита.

– Ты уверен, что хочешь этого? – спросила хозяйка.

– Как никогда, – ответил Игорь.

– Тогда мне нужно знать дату, время и место перехода.

– Позавчера, в районе Университета, – начал он, а потом просто снял с руки и показал свои разбитые командирские часы, на которых застыло время: «00:00:00».

– Вот это да! Что называется повезло, так повезло – оказаться в таком месте, с такими числами, да еще на черную луну!

– Что все это значит?

– Ты открыл портал, только как ты смог им воспользоваться без ключа?

Она пристально посмотрела на него и принюхалась. Игорь поежился и застегнул замок куртки до подбородка.

– Не может быть! – произнесла она с придыханием и схватила его руку.

– Что?

– Пахнет древней магией, – сказала она, разглядывая кольцо, но не смея прикоснуться к нему. – Откуда?

– Купили с Дианой на блошином рынке. Это парные кольца.

– У Дианы кольца больше нет, – сказала хозяйка.

– И как быть?

– Есть один способ, но он тебе не понравится.

– Говори!

– Можно попробовать через подземный храм.

– Пещеру Барабара?

– И да и нет – через станцию метро «Площадь Революции».

– Вот почему мне показались знакомыми арки и скульптуры…

– Догадливый мальчик. А чудовища не показались знакомыми? – улыбнулась она.

– Неужели это…

– Самолеты, вертолеты и поезда, пропавшие бесследно в вашем мире.

– Это многое объясняет. Но вы сказали, что мне не понравится. Что именно?

– Как только вы вернетесь, исчезнет все – и ваши чувства, и то, что может напомнить вам друг о друге. Вы можете вовсе не встретиться больше.

– Согласен! Лишь бы вернуть ее.

– Приходи 15 марта, поговорим.

– Что? Но Диана в больнице, и по самым скромным подсчетам я вернусь за ней лет через пять в Туманные земли.

– Прошел всего день со дня затмения, и если сделать все сегодня, может получиться.

Игорь встал с дивана, готовый на все.

– Поехали!

Они сели в ретро-автомобиль, припаркованный возле дома, и понеслись по ночному городу со скоростью, которую невозможно было ожидать от этой развалины. Ровно в полночь они оказались на роковом перекрестке.

– Чего же ты ждешь? Давай! – поторопила она Игоря, пока светофор мигал.

Тот произнес заветные цифры, и яркий свет, вырвавшись из окон автомобиля, ослепил немногочисленных пешеходов. Кольцо перенесло Игоря в Туманные земли, оставив его тело на переднем сиденье старенького авто. Красотка за рулем хитро улыбнулась и дала по газам.

Глава 10. Сердечные тайны

Луна, отражаясь в темных водах озера, не давала Диане уснуть. Она села в кровати, обняв колени.

– «Воспоминания – вот все, что останется мне, – подумала она».

Чтобы прогнать рой печальных дум, она решила занять голову чужими мыслями. Диана встала, зажгла свечу и подошла к полкам с рядами книг. Ее взгляд скользнул по ним и остановился на одной, в кожаном переплете с золотым тиснением.

– Эта история всегда захватывала меня, – сказала она сама себе и потянула за корешок.

Диану унесли воспоминания о далеких днях детства, когда она впервые прочитала этот роман. Та девочка не знала, что приключения, описанные на ее страницах, не идут ни в какое сравнение с теми, что выпадут на ее долю, а книжная любовь сильно отличается от того чувства, что обжигает ее сердце сейчас.

Книга застряла и не поддавалась.

– Проклятая сырость! – прошептала Диана и поставила свечу на стол.

Она потянула за книгу двумя руками. Вдруг раздался легкий щелчок, и вся полка подалась вперед, а между ней и стеной появилась щель. Диана удивилась, взяла свечу и снова подошла к полкам, чтобы рассмотреть получше. Она почувствовала холодок, а пламя заплясало и, как живое, устремилось к щели. Тогда Диана потянула за край полки, и она плавно отодвинулась, словно дверь.

Она смело шагнула в темноту и оказалась в небольшой комнате без окон. В углах клоками свисала паутина. Сквозняк поднял пыль с пола, и дышать стало трудно. В затхлом воздухе пахло как в старой библиотеке. У стены стоял старый массивный стол, а рядом – кресло, обитое кожей, растрескавшейся от времени. На столе под толстым слоем пыли различимы были очертания книг и свитков пергамента. Подсвечник тускло поблескивал потемневшим серебром. По всему было видно, что сюда не заходили лет сто, если не больше. Диана чихнула и вышла из комнаты. Она закрыла полку-дверь, решив дождаться утра, чтобы исследовать ее вместе с Селеной.

«Две головы лучше одной, – рассудила она и улеглась в постель».

Очнувшись от тяжелого сна, Диана с замиранием сердца первым делом проверила потайную комнату, не наваждение ли это. Все было на месте: и стол, и кресло, и паутина, и книги, покрытые слоем пыли. Тогда она поделилась с Селеной своей находкой, с волнением открыв перед ней полку-дверь.

– Я так и знала, что папочка не просто так купил этот дом, – сказала она, заглянув внутрь.

Диана зажгла огарки свечей в подсвечнике и смахнула пыль со стола. Они с подругой посмотрели на годы издания книг и поняли, что комнатой не пользовались лет так пятьсот. В бронзовой чернильнице с давно высохшими чернилами теперь жили пауки, а перья почти рассыпались, напоминая о давно забытых письмах. В ящике стола они нашли тетрадь и серебряный медальон. Они вышли из душной комнаты. Селена предложила пойти на берег, и Диана с радостью согласилась, ведь скоро нужно было возвращаться в город. Подруги наслаждались последними деньками лета и спокойной неторопливой жизнью.

День был ясный, но прохладный. Ветер, в котором кувыркались первые опадающие листья, гнал волны к берегу. Сидя на перевернутой лодке и кутаясь в шали, Селена и Диана по очереди читали записи из найденной тетради под мерный плеск. Это был дневник женщины, жившей некогда в доме на озере со своим новорожденным сыном. Они были здесь совсем одни, не считая прислуги. Иногда к ним приезжал друг из столицы.

Ничего особенного в этих записях не было – обычная тихая жизнь. Судя по всему, женщина была молода, и изливала на страницы дневника свои воспоминания о недалеком прошлом, веселой и полной придворной суеты жизни. Она жаловалась, что ее наряды и драгоценности видят только служанки да Альдрик. Зато когда он навещал ее, появлялись записи об их долгих прогулках вдвоем, подарках для нее и сына, мечтах о совместном будущем. Все это перемежалось листочками с рецептами блюд, списками продуктов и счетами.

Подруги уже хотели вернуть дневник на место, но тут на глаза Дианы попал лист, написанный совершенно другим, ровным и размашистым почерком. Она вытащила его из всего этого вороха и начала читать.

Дорогая Изабелла!

С величайшей нежностью обращаюсь я к тебе, звезда моего сердца. В каждое мгновение, проведенное не с тобой, ощущаю я, как тьма окутывает мою душу. Ты как цветок, распустившийся под весенним солнцем, наполняешь мою жизнь радостью.

Как бы я хотел каждый день видеть твою улыбку и слышать смех нашего малыша, но важные дела не дают мне осуществить мои мечты.

К великому сожалению узнал я о кознях советника, которые могут угрожать не только тебе, но и нашему сыну. Прошу тебя, как только получишь письмо, покинь этот дом, пока не стало слишком поздно. Знай, что вы всегда в моих мыслях, и я сделаю все, чтобы защитить вас.

С любовью и преданностью, Альдрик, владыка Туманных земель

На подписи красовалась выцветшая от времени красная печать с короной. Диана положила лист обратно в дневник и задумалась.

– Альдрик, владыка Туманных земель, – повторила последние слова Селена. – Ты хоть понимаешь, что держишь в руках?

– Дневник, – ответила Диана с ощущением, словно заглянула в замочную скважину двери в прошлое.

– Это дневник фаворитки последнего короля.

– Не может быть! – засомневалась Диана.

– К тому же это свидетельство того, что род королей не прерван и был законный, ну, или почти законный наследник.

– Интересно, что случилось дальше? – задумалась Диана.

Подруги вспомнили о медальоне и внимательно рассмотрели его. На почерневшем серебре можно было различить вензель с буквой «А» и короной. Когда створки его раскрылись в руках Дианы, подруги увидели локон рыжеватых волос, свернутый колечком. Это было свидетельство давно забытой любви.

– Давай пока спрячем это, – сказала Селена, но ее голос звучал тише, чем обычно – А потом решим, что делать.

С ощущение того, что они прикоснулись к дворцовым тайнам, подруги вернулись в дом и спрятали дневник с кулоном в потайной комнате. Обе думали о том, что их открытие может круто изменить ход истории.

Подруги решили скоротать остаток дня вместе. Они сели за стол и занялись каждая своим любимым делом. Селена достала свое рукоделие, а Диана – грифель и принялась рисовать, но никак не могла выкинуть из головы письмо и первой нарушила молчание.

– Как ты думаешь, господин Томас может знать про эту историю?

– Наш управляющий? Откуда? – удивилась Селена.

– Катарина говорила, что их семья служит в этом доме уже несколько поколений.

– Когда это?

– Ты редко спускаешься в кухню, – улыбнулась Диана.

– Даже если это и так, надо придумать, как все разузнать, не привлекая внимания.

Диана согласилась. Она прервала свое занятие и подошла к Селене.

– Что за чудные узоры? – восхитилась она и взяла пяльцы из рук подруги, чтобы полюбоваться.

На красном переливающемся шелке появился вензель – тонко вышитые золотыми нитями буквы Э и М. Вокруг них причудливо переплелись зеленые ветви с маленькими птичками.

Селена покраснела, а Диана вернула рукоделие подруге и обняла ее.

– Ты ведь не хочешь, чтобы наши судьбы сложились так же печально, как у Изабеллы?

– Нет, – прошептала она и закрыла глаза.

– Тогда помоги мне и себе, – прошептала она ей на ухо, наклонившись.

– Но как? – не понимала Селена.

Диана отошла к окну и открыла его.

– Еще пару месяцев назад я бы послушно вышла замуж за кого укажет отец, но теперь я не могу этого сделать, – сказала она, глядя на воду.

Селена подошла к ней и встала рядом.

– Ты уверена? А если…

– Даже если никогда больше его не увижу, – ответила Диана, не задумываясь, и снова спросила: – Есть ли способ убедить моего жениха разорвать помолвку?

Селена кивнула.

– И ты до сих пор им не воспользовалась?! – спросила Диана, с восхищением глядя на нее.

– Ты же моя подруга…

Диана улыбнулась и вздохнула. Она еще раз убедилась в нерушимости их дружбы.

Рано утром раздался звон копыт, и к дому у озера подъехала карета. Генрих Бейли соскучился по своему семейству и желал видеть их как можно скорее. Прочитав послание, Мария охнула, всплеснула руками и приказала собирать вещи для переезда. Она покрикивала, подгоняя слуг и поминутно меняя свои указания. В доме поднялся переполох. Служанки сбились с ног, укладывая одежду, книги, зеркала, пудру, душистые масла, гребни и посуду. Вскоре у дверей выросла целая гора самых разных сундуков от больших, где могли бы поместиться несколько человек, если потеснится, до миниатюрных, обитых жестью и расписанных цветами. Слуги перевязывали их веревкой для прочности. Вдруг послышался звон разбитого стекла и в воздухе поплыли ароматы лаванды и жасмина. Тут же раздался женский вопль. Мария с искаженным от ярости лицом бранила неловких служанок, разбивших флакон ее любимых духов, а Роберт прыгал и махал руками, передразнивая ее.

Селена с Дианой не участвовали во всем этом хаосе. Они поняли, что другого случая может не представиться, и тихонько пробрались на кухню. Катарина с красным от волнения и печного жара лицом металась между кастрюль, шипящих сковородок и столом, уставленным овощами и фруктами. Она готовила ужин, но мысль о том, что нужно еще собрать корзину в дорогу не давала ей покоя.

– Помочь тебе? – спросила Селена, глядя на растерявшуюся кухарку.

– Да как же… Вы? – смутилась та и забыла на миг о своих заботах. – Правда?

– Конечно, правда! – усмехнулась Диана, надевая фартук – Что надо делать?

– Тогда я займусь мясом, а вы порежьте лук, морковь и капусту, – шутливо распорядилась Катарина, ободренная появлением нежданных помощниц. Ее голос стал более твердым, и она вернулась к очагу, уверенная, что теперь все успеет. В воздухе запахло жареным мясом и специями.

Селена с Дианой весело стучали ножами и перешептывались.

– Что у вас там за секреты? – спросила любопытная кухарка, вытирая жирные руки полотенцем.

– Я тут поспорила с Селеной, правда ли то, что рассказал Томас про этот дом и короля, – начала Диана и замолчала, увидев реакцию Катарины.

Ее круглое лицо побледнело и вытянулось, а глаза расширились от ужаса, словно она увидела привидение. Катарина стояла как столб, пока шипение сковороды не вывело ее из оцепенения.

– Тсс! Это большая тайна, и если не хотите неприятностей, никогда никому не говорите об этом! А Томасу я уже задам, чтобы не нес всякий бред!

Катарина отобрала ножи у подруг и строго посмотрела на них.

– Идите наверх, госпожа Мария, наверное, уже хватилась вас.

Подруги переглянулись и молча вышли из кухни.

– Наши подозрения оправдались, – сказала Диана, поднимаясь по лестнице. – А, может, оставим прошлое в прошлом?

– Ну, уж нет! Теперь я не отступлю, – не согласилась с ней Селена. В ее глазах загорелся озорной огонек, заразивший и Диану.

После ужина семейство Бейли и Диана отправились в столицу, устроившись на бархатных подушках в карете. На крыше каким-то чудом уместилась вся их поклажа. Томас и Катарина махали платками, стоя у ворот, пока карета, запряженная четверней, не скрылась за поворотом.

За окнами мелькали деревья с первыми желтыми прядями, напоминавшими о том, что лето прошло. Скрип кареты и фырканье лошадей не заглушали птичьего пения. Поля спелой пшеницы сменялись деревушками. Потянуло сладким дымком. Не успели они проехать и полпути, как Роберт проголодался. Мария достала из-под сиденья корзину, и в ход пошли куриные ножки в прозрачном желе, картошка в мундире и белый хлеб с луком. Она с нежностью смотрела, как он ест, причмокивая и облизывая пальцы. Ароматы еды наполнили карету.

– Вкусно, да, сынок? – спросила Мария, смеясь, когда он с удовольствием откусил очередной кусок, и добавила, глядя на задумчивых дев, – А вы не хотите?

Не дожидаясь ответа, Мария протянула им по ножке, и сама тут же принялась за свою. Она так добродушно улыбалась, что подруги не смогли устоять, и приняли участие в общем пире.

Мария не переставая хлопотала. Она то вытирала лицо и руки Роберту, то передавала белоснежные накрахмаленные салфетки, то чистила яйца, и все это делала, непрестанно болтая. Ее голос звучал как навязчивая мелодия. В этой суете Селена с Дианой не заметили, как прошло время за едой и разговорами. Еще солнце не село, а кони уже домчали их до города. Вдали показались крепостные стены и башни, сверкающие в лучах заката, словно стражи, приветствующие их возвращение после долгого отсутствия.

Когда карета въехала в городские ворота, уже стемнело. Спустившись по узкой улочке, кучер остановился возле маленького домишки. Диана вышла из кареты, тихо прикрыв дверь, чтобы не разбудить Марию и Роберта, и помахала Селене. Слуга спустил ее узелок с крыши. Кучер взмахнул хлыстом, и лошади, почувствовав дом, бодрее застучали копытами.

Когда карета скрылась за поворотом, Диана поправила сумку на плече, подхватила узелок и поднялась по ступенькам крыльца. Она позвонила в колокольчик, и окно на первом этаже осветил свет свечи. В проеме открывшейся двери появилось сонное лицо Марики.

– Кто здесь? – зевая, спросила она, – Лекаря нет.

– А где он? – спросила Диана и засмеялась, глядя, как меняется при виде ее лицо служанки.

– Госпожа Диана! – закричала она, расплывшись в улыбке. – Вот радость-то!

Марика выхватила узелок из ее рук и впустила Диану в дом. Здесь все было по-прежнему: старые, потемневшие от времени балки торчали из стен и замысловатым резным узором поднимались к потолку; неровные беленые стены почти не было видно из-за полок с книгами; широкий массивный стол, накрытый вышитой скатертью и занимающий полкомнаты, был завален свитками и тетрадями. Только Диана теперь была другая. Она, как чужая, оглядела комнату и подошла к столу.

Печаль на лице Дианы Марика списала на усталость и принялась хлопотать. Она развела огонь в очаге и вскипятила чайник, достала хлеб и варенье, рассказав мимоходом обо всех событиях, произошедших за время отсутствия хозяйки.

– Вам с каким вареньем? – спросила Марика, но не услышала ответа.

Она оглянулась и увидела, что Диана спала за столом, положив голову на руки. Служанка тихонько подняла ее и, сонную, отвела в кровать.

Утром вернулся Якоб. Диана вдруг поняла, как соскучилась. Она посмотрела на его высокий лоб с глубокими морщинами, нос с горбинкой, седые волосы, зачесанные назад, и ощутила, что он значит для нее. Не только как единственный родной человек, но и как учитель. Диана подошла к нему и обняла.

– Девочка моя! – Якоб нежно обнял ее в ответ и поцеловал в макушку, – Ради таких встреч надо чаще расставаться.

– Где ты был? Устал? – спросила она, помогая ему снять плащ. – Присядь.

– Помнишь мельника, мы с тобой месяца два назад были у него? Опять, как молоденький таскал тяжеленные мешки. Пришлось лечить его поясницу.

– Несладко ему, пять дочерей – может, и счастье, но помощи ждать неоткуда.

– За время, что тебя не было, я понял, что ты стоишь десяти наследников, – сказал вдруг Якоб.

– Теперь я дома, – улыбнулась Диана, но глаза ее стали влажными. «– Если бы ты только знал, папочка», – подумала она.

После завтрака Диана вышла в сад и села на скамье под яблоней. Яблоки созрели и с глухим стуком падали в траву от каждого дуновения ветра. Диана поежилась и направилась к сараю. Потянув за петлю, она вошла в свое убежище. Здесь было теплее. Пахло травами и яблоками. Диана села за стол и достала дневник из расщелины между камнями. Она долго сидела, собираясь с мыслями и глядя в окно. Наконец, открыла его начала писать.

5 сентября

Сегодня папочка оценил мои знания и рвение в лекарском деле, и у меня появилась надежда на то, что он поймет меня, когда я разорву помолвку. А может, и нет. В любом случае я решилась, и пути к отступлению нет.

Он еще не знает про мои переодевания. Хорошо, хоть волосы немного отросли. Сейчас я с ужасом вспоминаю об опасностях, что поджидали меня. Неужели это была я? Что придавало мне сил и мужества? Явно не штаны. Тогда что? Любовь? Наконец, я признала победу этого незнакомого чувства над собой. Я сдаюсь на милость победителя и смело вверяю ему свою судьбу. От этого делается страшно и весело. Где ты, мой странник?

Щеки Дианы стали розовыми, как бока яблок, лежащих на подоконнике. Она вздохнула, обмакнула перо в чернильницу и нарисовала пару голубков на ветке. Потом, смутившись, спрятала дневник. Диана надела фартук, взяла садовые ножницы и начала срезать мяту, шалфей и тимьян. Потом осмотрела заросли лопухов у забора и проредила их – корни пригодятся для мазей и настоев.

Марика вышла с корзиной в сад и, закрыв глаза ладонью от слепящего солнца, отыскала взглядом Диану.

– Госпожа Диана, не пора ли передохнуть? Хотите чаю с яблочным пирогом?

– Ты знаешь, чем можно выманить меня из сада! – усмехнулась та и подошла к ней.

– Тогда помогите мне нарезать яблоки.

– Ах, ты, хитрюга! Ладно, давай.

Они собрали опавшие яблоки и, устроившись на скамейке, нарезали их дольками. Потом ушли в дом. Диана почувствовала, что озябла и села у печи, вытянув руки к огню. Тесто уже подошло и Марика начала месить его. Раскатав тонким слоем, выложила на глиняный поднос, а сверху – яблочные дольки аккуратными рядами. Потом добавила щепотку корицы, полила медом и поставила пирог в печь. По дому разнеслись сладкие, кружащие голову, ароматы, объединившие семейство ожиданием угощения.

Не успела Диана надкусить пирог, как в дверь позвонили. Она вздрогнула и бросилась открывать, но остановилась, разочарованная. В проеме двери стоял дворцовый слуга. Он принес записку от Селены. Диана прочла ее и засобиралась в гости.

Она шла по улочкам Амигдалы, кутаясь в шаль, а за ней семенил старый слуга с узелком. Пройдя вдоль реки, мимо таверны и через площадь, Диана вспомнила их прогулку со Стигом.

«– Всего пара месяцев прошло с тех пор, как мы ходили к Селене, – подумала она, – А сколько всего произошло!»

Привычно проскользнув в калитку дворцового парка, она прошла по липовой аллее, легко вбежала по мраморным ступеням и обняла уже ожидающую ее Селену.

– Зачем звала? Нашла что-нибудь? – засыпала подругу вопросами Диана.

– Не так быстро! Давай по-порядку, – сказала Селена, но тут перед ней возник слуга с узелком.

Она повела носом и посмотрела на Диану.

– Это что, яблочный пирог Марики? – удивилась она.

– А то! Я не успела даже откусить, как он пришел, – рассмеялась Диана. – Хочешь?

– Все равно не устоять, – махнула рукой Селена и позвонила в колокольчик.

Она приказала подать чай и подруги устроились за небольшим столиком у окна, отодвинув стопку книг и свитков. Диана разлила чай из мелиссы по чашкам и подруги наслаждались обществом друг друга и яблочным пирогом. Селена рассказала Диане, как пробралась ночью в дворцовую канцелярию и отыскала опись писем последнего короля.

– И что? – взволнованно спросила Диана.

– Ничего, – остудила ее пыл Селена, – Зато я нашла копию письма к некому вельможе, в котором упоминается госпожа Изабелла д`Эст, на имя которой им был приобретен дом у озера.

– Это же наша Изабелла! – обрадовалась Диана. – Теперь мы можем разузнать о ее дальнейшей судьбе. Так?

– Так, да не так. Как мы объясним интерес к ее персоне?

– Да, тут надо подумать. А может, есть что-нибудь в книгах о земле или в хрониках?

– Ты права, – согласилась Селена, – Только я туда больше не пойду – не хочу попасться советнику – бродит по ночам, как привидение.

– Хочешь, пойдем вместе?

– Нет, я сама. Если и попадусь – что со мной сделают? Я же дочь правителя.

Диана напряженно о чем-то думала, глядя на Корбина, сидящего в клетке. Она вздрогнула, когда ворон каркнул и захлопал крыльями.

– Что тебя мучает? – спросила Селена.

– Ты знаешь…

– Они живы, – сказала Селена.

Подруга пообещала дать знать, если что-то еще узнает о судьбе Изабеллы, и они расстались.

Войдя в свой садик через калитку, Диана сразу прошмыгнула в сарай. Ей не с кем было поговорить о своих переживаниях, и она изливала их на страницы дневника.

Была сегодня у С. Она сказала, что он жив. Он жив! Жив! Тогда и я жива. По всем подсчетам они должны уже вернуться. Нет больше сил ждать.

Все думаю над судьбой бедной Изабеллы. Что-то с ней сталось? Если верить «Истории королевства», ничего хорошего. Но не стоит делать скоропалительных выводов. Подождем, что еще найдет С.

Диана нарисовала медальон в виде сердца с вензелем «А» в центре и небольшой короной. Она подняла голову и охнула: за окном уже почти стемнело. Быстро спрятав дневник, Диана побежала к дому.

– Вот неразлучные! – ворчал Якоб, посветив ей, когда она шла в свою комнату. – Ведь почти целое лето провели вместе!

– Прости, – извинилась Диана.

Якоб улыбнулся и тоже отправился спать.

Утром Диану разбудил шум. Закутавшись в одеяло, она подбежала к окну и увидела, что внизу собралась почти вся улица. Марика стояла в самом центре толпы и размахивала руками. Ноги замерзли на ледяном полу, и Диана оделась. Она знала, что Марика все равно настигнет ее с новостями, и поспешила спустилась вниз – та влетела в дом с радостными криками.

– Госпожа Диана! Госпожа Диана!

– Что там, Марика? – нехотя спросила заспанная Диана.

– Они вернулись!

– Кто вернулся? – не понимала та.

– Наши защитники! Бьянка, соседская кухарка, была на базаре, а там как раз объявили, так она…

Сон Дианы как рукой сняло. Она не слушала, о чем дальше рассказывала Марика, а замерла в оцепенении. В распахнутую дверь сквозило, сухие опавшие листья, кружась, залетали в дом. Запах свежеиспеченного хлеба привлек воробьев. Самый смелый из них запрыгнул на порог и влетел в дом.

– Кыш, кыш! – Марика бегала по дому с тряпкой, пока не выгнала непрошенного гостя, потом села и рассмеялась. – Воробей влетел – кто-то женится.

– Кто женится? – спросил Якоб, выглянув из кабинета.

– Защитники вернулись! Ждите жениха, – ответила Марика.

– Тогда приготовь обед получше, – приказал тот.

Марика кивнула и отправилась в кладовую. Диана поднялась к себе, кутаясь в шаль. Ее бил озноб, щеки горели. Следующие несколько дней Диана помнила смутно. Якоб не отходил от ее постели и не понимал причины странной лихорадки. Симптомы были похожи на простуду, но лекарства не действовали. Оставалось лишь одно – ждать.

На третий день Диана открыла глаза и увидела обеспокоенное лицо Селены. Подруга пришла навестить ее, узнав о болезни.

– Наконец, ты пришла в себя! – со слезами в голосе сказала она, и, отжав полотенце, вытерла пот с ее лба.

– Долго я так лежу? – слабым голосом спросила Диана.

– Третий день.

– Пить, – попросила она, облизав губы.

Селена взяла со стола кружку и поднесла ее к губам Дианы. Та сделала несколько глотков и прикрыла глаза.

– Скажи мне, я больше не выдержу, – попросила она.

– Вернулись не все, – начала Селена.

– Ну же!

– Он не вернулся.

Диана не открывала глаз. Слезы катились по ее щекам. Селена не знала, как помочь подруге и только гладила ее по руке.

– Надо провести обряд, пока Эрик не сделал предложение, – сказала вдруг Диана, взглянув на подругу опухшими глазами.

– Не думай об этом. Сейчас тебе нужно поправиться.

– Именно сейчас нужно это сделать, – настаивала Диана.

– Хорошо. Когда он придет, попроси его…, – и Селена рассказала подруге что нужно делать.

Через несколько дней Диане стало лучше, и Эрик пришел навестить свою невесту. Он не узнал ее. Диана словно стала меньше ростом, лицо побледнело и осунулось, под глазами пролегли тени.

– Расскажите мне, как погиб Стиг, – попросила она, когда он сел рядом с кроватью.

Эрик помрачнел, но взял себя в руки.

– Мы не знаем, погиб ли он, – начал он. – Альдо был рядом с ним у врат.

– Что произошло дальше?

– Стиг выполнил свою миссию. Небесные врата закрыты, но он исчез.

– Исчез?

– Так говорит Альдо.

– Дайте мне нож, – попросила Диана.

– Разрезать яблоко, – слабо улыбнулась она, перехватив его взгляд.

Эрик вынул нож из ножен на серебряной цепочке, и передал Диане. Она выбрала самое спелое яблоко из чаши и разрезала его пополам. Одну половинку дала Эрику. Тот взял ее из рук Дианы и надкусил.

– Сладкое.

Как только жених ушел, Диана встала с постели, покачиваясь, и достала из ящика стола красный шелковый мешочек. В нем была еще одна половина яблока. Она сложила обе половинки вместе и связала ленточкой в единое целое. Потом положила обратно в мешочек и накинула шаль.

– Куда вы? – забеспокоилась Марика, увидев ее на лестнице. – Вам еще рано вставать!

– Я посижу немного в саду, – успокоила ее Диана, – устала лежать.

Служанка проводила ее до скамейки и оставила одну. Диана достала мешочек из складок шали, взяла в сарае совок и выкопала небольшую ямку под старой яблоней. Она положила в нее мешочек и что-то прошептала. Затем засыпала его землей и притоптала.

«– Хоть кто-то будет счастлив в этой жизни, – подумала она».

Посидев еще, она медленно побрела к сараю. Положив совок на место, села к столу и достала дневник. Она написала всего несколько строк, но половину из них размыли крупные капли.

10 сентября

Все кончено. Он не вернется. Я рада одной только мысли о том, что он жив. Пусть в другом мире, но жив. Мне остались только печаль, воспоминания и слабая надежда.

Э. тоже потерян навсегда. Так решила я сама. Пусть он будет счастлив, ведь он заслуживает этого как никто другой. Я первая порадуюсь за них с С.

Диана убрала дневник и медленно побрела к дому.

Через пару недель она совсем оправилась, и Якоб успокоился. Эрик сначала приходил каждый день, потом через день, потом стал присылать записки или цветы. Якоб списывал это на его занятость, но Диана знала, что это значит. Она все больше времени проводила в своем сарае-кабинете среди трав, настоев и записей. Однажды, сидя за работой в своем убежище, она услышала стук. Подняв голову, Диана увидела ворона. Он стучал клювом по стеклу.

– Корбин! – обрадовалась она. – Что, есть новости?

Ворон посмотрел на нее через стекло черным блестящим глазом и вспорхнул.

Вскоре Диана, запахнув меховую накидку, шагала по знакомой дороге. Слуга провел ее до дверей, и она вошла в затемненную комнату. В кресле у приоткрытого окна сидела Селена. Казалось, она спала, откинув голову на высокую резную спинку. Золотая клетка была пуста. Диана подошла ближе. Она заметила перо в темных волосах Селены и достала его. Та открыла глаза.

– Ты звала меня? – спросила ее Диана.

– Наконец, ты пришла, – сказала Селена, вздохнув.

– Есть новости?

– Целых две. Во-первых, мне не спалось, и я случайно забрела в библиотеку, – усмехнулась она.

– Нашла что-нибудь?

– Найти то нашла, но этого больше нет.

– Это как?

– А вот как: порывшись в архивах, я отыскала документ о дарении и грамоту о владении на землю у озера. Потом по фамилии нашла родословную книгу и что ты думаешь? Изабелла там есть, а ее сына – нет. Как только я собралась уходить из библиотеки, услышала шаркающие шаги. Я спряталась за стопками книг и задула свечу. Угадай, кто это был?

– Советник?

– Да. Я думала, он, страдая бессонницей, пришел за книгой. Но я ошиблась. Он разыскал те же документы, что и я, вырвал из них страницы и унес с собой.

– Значит…

– Значит, он тоже разыскивает наследника, и раз он решил уничтожить бумаги, род последнего короля точно не прерван. Кто бы это ни был, ему грозит смертельная опасность – мой папочка и советник не намерены уходить на покой.

– Если это так, то мы с тобой тоже в опасности – теперь только у нас есть доказательство…

– Тсс! – у этих стен есть уши, – предостерегла ее Селена.

– А какая вторая новость?

– Я поздравила Эрика с победой и подарила платок, так он не находил слов для благодарности и рассыпался в комплиментах. Очень не похоже на него. И еще. Перед началом похода я дала ему оберег – «Перо ворона», а Эрик говорит, что он спас его друга. Странно.

– Ничего странного, он спас его от нежелательного брака – этим ножом я разрезала яблоко.

– Ты все-таки сделала это. Тогда не удивительно, что он был так мил со мной.

– Воспользуйся правильно этим подарком, – улыбнулась Диана.

– Ты не представляешь, что сделала для меня, – сказала растроганная Селена.

– Представляю.

– Вот возьми, – Селена передала подруге конверт.

– Что это?

– Приглашение. Завтра во дворце празднуют победу.

– Мне не до праздников, – сказала Диана и отдала приглашение назад.

– Там будут все рыцари. И Альдо, – многозначительно сказала Селена и снова протянула конверт.

Диана приняла приглашение и попрощалась с подругой. Всю дорогу до дома она думала о завтрашнем вечере и мысленно уже расспрашивала Альдо.

Следующий день Диана провела в сомненьях.

«– А надо ли мне знать о последних мгновениях Стига в этом мире? – думала она, – Иногда лучше не знать».

Она успокаивалась, решала никуда не ездить и убирала платье в сундук. Потом вдруг снова доставала его и вертелась перед зеркалом.

– Нет, нет. Я должна знать все, – шептала она.

Устав от метаний, она вышла в сад. Прохладный воздух остудил ее лицо, а медленное кружение опадающих листьев успокоило мысли. Диана подошла к старой яблоне и обняла ее ствол.

– Диана, пора! – позвал ее Якоб.

Она послушно пошла за ним и села в карету. В полном молчании доехали они до дворца. Пройдя по парковой аллее, освещенной факелами, Якоб с Дианой вошли во дворец.

Стены, окна и мебель дворцовых залов были задрапированы бордовым бархатом с золотыми узорами и кистями. Столы украшали букеты и гирлянды из хризантем, осенних листьев, колосьев спелой пшеницы и фруктов. В серебряных чашах, блюдах, тарелках и кувшинах отражалось множество свечей. В воздухе пахло корицей и гвоздикой.

Гости в пестрых нарядах из шелка и атласа с венками из цветов и листьев на головах восседали за столами, накрытыми парчовыми скатертями.

– Друзья мои! Сюда! – позвал Генрих Якоба с Дианой, когда они вошли.

Якоб сел с Эриком, а Диана – с Селеной. Диана словно замерла, ожидая удобного случая, чтобы поговорить с Альдо. Генрих встал и с кубком в руке начал хвалебную речь в честь героев, а Эрик остановил взгляд на своей невесте.

«– Что со мной не так? – думал он. – Нет больше стеснения в груди, когда я смотрю на нее. Где ее густые золотые локоны? В лице ни кровинки».

Потом он перевел взгляд на Селену. На ее щеках играл румянец, жемчужины, вплетенные в косы, отражали пожар ее красного шелкового платья.

«– Мы знаем друг друга с детства, но я не замечал раньше ее красоты» – пришло вдруг ему в голову.

Кто знает, до чего бы он еще додумался, но тут зазвучала музыка, и все встали в круг: женщины внутри, а мужчина снаружи. Пары менялись, и Диана едва дождалась, когда Альдо оказался напротив.

– А платье вам идет больше – улыбнулся он, – Вы красавица!

– Правда ли, что вы были рядом со Стигом, когда… – без лишних отступлений выпалила она.

– Правда.

– Как это было?

Альдо немного удивился ее вопросу, но, видя смятение Дианы, почему-то рассказал во всех подробностях, как они со Стигом нашли древнее капище с идолами и как он растворился в белом свете, произнеся какие-то цифры.

Тут произошла смена партнеров, и ошеломленная Диана не успела даже поблагодарить Альдо. Она поняла, что Стиг получил ее послание и снял проклятие, о котором говорилось в легенде. Только ей от этого было не легче.

Когда Эрик взял ее за руку и повел в танце, Диана вздрогнула.

– Диана, вы много раз откладывали нашу свадьбу, теперь моя очередь, – начал он, – Я хочу ее отложить.

– Я согласна. А может, вовсе отменить?

– Может.

– Я согласна.

Диана вышла из круга танцующих, и они с отцом вернулись домой. По дороге она рассказала Якобу о разрыве с женихом. Тот на удивление спокойно отнесся к этому.

– Я знал, что ничего из этого не выйдет, – успокаивал он дочь. – Не переживай. Найдется еще тот, кто будет мил твоему сердцу.

Диана обняла отца и тихо заплакала, зарывшись лицом в его плащ, а он гладил ее по голове. Так стояли они на пороге дома. Диана знала, что милый ее сердцу человек уже нашелся, но судьба распорядилась иначе. Она отдала бы все, что у нее есть, лишь бы еще хоть раз увидеть его. Диана посмотрела вверх, и ей показалось, что холодная луна лукаво улыбается, глядя сверху.

Глава 11. Возвращение короля

Свет тусклого зимнего солнца пробивался сквозь толстое стекло окна, отбрасывая на стены тень от причудливо переплетенных веток. Целую ночь шел снег, и земля стала белой и чистой, как лист хорошо выбеленного пергамента. Диана стояла у окна и смотрела на воробьев, нахохлившихся на скамейке в ожидании, когда Марика вынесет им крошки.

Вдруг она увидела, как садовая калитка отворилась, и в нее вошел мужчина. Дойдя до яблони, он остановился и снял капюшон.

«– Нет, не может быть, – подумала Диана и протерла глаза. – Это сон?»

Мужчина посмотрел на окно второго этажа и улыбнулся. Диана не помнила, как сбежала вниз по лестнице и распахнула настежь дверь кухни.

– Стиг! – позвала она его, боясь, что это лишь игра ее воображения.

Он подбежал к ней и обнял, укрыв плащом от холода.

– Это я! – смеялся он, когда Диана ощупывала его, чтобы убедиться в реальности происходящего.

Стиг взял ее руку и увидел белую полоску на безымянном пальце.

– Я твоя, – прошептала Диана краснея, пока он нежно целовал ее пальцы.

– Диана, закрой дверь! Весь дом заморо… – крикнула Марика и остановилась на полуслове, увидев Стига.

Диана увлекла его в дом и захлопнула дверь, словно боялась, что он снова исчезнет.

– И прямо к обеду! – улыбалась Марика, доставая из печи курицу.

Якоб пришел на запахи из своего кабинета, и все повторилось сначала: удивление, радость и расспросы.

– Вот вам доказательство, что не нужно верить слухам! – рассмеялся Стиг и подмигнул заговорщически Диане.

Когда все принялись за курицу, нахваливая Марику, в дверь позвонили.

– Кто бы это мог быть? – спросил Якоб.

Марика открыла, и вошел Альдо, отряхивая снег с сапог.

– Это вы? – спросила Диана, удивленно приподняв брови.

– В прошлый раз я забыл рассказать… – начал он, но остановился, словно увидел призрака.

В следующий миг Альдо бросился к Стигу и так сильно стиснул его в объятиях, что тот поморщился.

– Стиг! Но как? Я ведь видел… – пробормотал он.

– Это я, – ответил тот, освобождаясь из его сильных рук. – Нет ничего невозможного, старина.

– Нужно обрадовать Эрика, – сказал Альдо, схватив плащ.

– Давай сначала пообедаем, – остановил его Стиг.

Альдо согласился и подсел к столу. Марика поставила еще одну тарелку, Якоб достал бутыль с вином, и они провели приятный и веселый вечер вместе.

Потом Якоб ушел в свой кабинет, а Стиг и Альдо уединились в комнате наверху. Диане было любопытно, но она терпеливо ждала внизу, не зная, что и думать. Когда они спустились, она пыталась угадать по выражению их лиц, о чем шел разговор, но друзья были спокойны и молчаливы.

– Я даю тебе три дня, – напомнил Альдо, прощаясь.

– Что будет через три дня? – спросила Диана, едва дождавшись, когда за ним закроется дверь.

– Сначала я должен кое-что рассказать.

Диана села и приготовилась слушать. То, что она услышала, произвело на нее не меньшее впечатление, чем Золотая книга.

Стиг рассказал, что на самом деле они с Дианой из другого мира, скрытого за Небесными вратами. Если бы не случай, они никогда не узнали бы ни про какие Туманные земли, и им нужно вернуться, пока не поздно. Стиг показал Диане кольцо. Она рассмотрела его внимательно. Широкое серебряное кольцо. Ничего особенного, если бы не три капли, соединенные вертикальной прорезью.

– У тебя ведь тоже такое есть? – спросил с надеждой Стиг.

– Было когда-то, – ответила Диана, подумав.

– Жаль, что не сохранилось, но есть и другой способ вернуться. Ты согласна пойти со мной?

– Все это так странно.

– Ты мне не веришь? Тогда скажи, почему ты ничего не помнишь о своем детстве?

– Я всегда думала, что из-за нападения чудовища.

– Диана, чудовище – это механическое чудо нашего мира – самолет, ты видела авиакатастрофу.

– Пусть так, но мой отец…

– Он им и останется. Знала бы ты, как он переживает.

Диана молчала, ошеломленная.

«– Вот почему я всегда чувствовала себя не такой, как все, – подумала она».

Стиг не торопил ее, ожидая ответа.

– Что нам мешает остаться здесь и жить долго и счастливо? – спросила, наконец, она.

– Ты не понимаешь. Наши тела остались в другом мире, и никто не знает, сколько так еще может продолжаться.

– А что насчет трех дней? – напомнила Диана.

– Альдо видел мою татуировку и думает, как и ты, что я избранный и все такое. Через три дня он оповестит правителя о возвращении принца.

– Но ведь ты и вправду избранный, ты – наследник престола. Король должен вернуться и восстановить справедливость.

– Я прошу тебя, пойдем со мной, а справедливость как-нибудь и без меня восторжествует.

– Ты не понимаешь, народ ждет возвращения короля уже несколько столетий.

– Подождет еще.

– У меня тоже есть к тебе предложение, – твердо заявила Диана.

– От которого я не смогу отказаться? – пошутил Стиг, но ему не было весело.

– Да, если хочешь, чтобы я исполнила твою просьбу. Есть еще один наследник. Если ты поможешь ему вернуть трон, я пойду с тобой куда угодно.

– Это твое условие?

– Да.

– Тогда мне не остается ничего, кроме как найти его.

Через три дня Альдо, Стиг и Диана собрались вместе в доме лекаря. Стиг рассказал другу о планах по возвращению короля. Альдо немного удивился, но после недолгих размышлений согласился действовать с ними заодно.

– Теперь придется потрудиться, чтобы предъявить наследника, – пошутил он, – А я думал, что уже сегодня у нас вместо правителя будет молодой мудрый король.

– Извини, что не оправдал ожиданий, – рассмеялся Стиг, его голос звучал легкомысленно, но глаза были серьезными.

– Полдела уже сделано, – неожиданно сказала Диана.

– Как это?! – удивились друзья и переглянулись в недоумении.

Диана рассказала все, о чем они с Селеной узнали в доме у озера и в дворцовой библиотеке. Друзья с восхищением выслушали ее историю и долго сидели в раздумье, осознав ее важность.

– Теперь без советника нам не обойтись, – наконец сказал Альдо, – Нужно из врага превратить его в союзника. Я возьмусь за это.

– А мы займемся доказательствами, – сказал Стиг и обернулся к Диане: – Не прокатиться ли нам до озера?

– И как можно скорее, – добавил Альдо, заметив тень, мелькнувшую за окном.

В комнате воцарилась напряженная тишина. Обменявшись взглядами, друзья вдруг поняли, что теперь их объединяет опасная тайна, и дороги к отступлению нет.

Утром прибыл посыльный из дворца за лекарем для правителя. Якоб расспросил о симптомах его болезни и очень сокрушался, осматривая свои запасы, что у него кончилось средство от лихорадки. Диана вызвалась помочь, но он отказался – старый знахарь, у которого можно его достать, живет далеко, у озера. Однако оставить Генриха на кого-то еще он тоже не хотел. Услышав краем уха про озеро, Стиг вызвался проводить Диану, и Якоб вынужден был согласиться.

В морозный полдень троица заговорщиков встретилась на перекрестке. Они переговорили и разъехались в разные стороны. Быстрый как ветер Зефир унес Альдо прямо во дворец, а Стиг с Дианой укатили в легких санях в сторону городских ворот.

Проехав мост, они направились в белую тишину. Вороной конь легко бежал, поднимая копытами снежную пыль. Солнце превратило сугробы в сверкающее серебро. От каждого дуновения ветерка с сосен сходили целые лавины снега, и засыпали путешественников. Стиг лихо правил санями, крепко держа поводья и посвистывая, а Диана весело вскрикивала на ухабах, кутаясь в меховую накидку.

Зимнее солнце быстро скатилось к горизонту и окрасило снега в розовый цвет. Стиг с Дианой скользили в санях, словно по облакам. Запах дыма и далекий лай собак возвестили их о приближении к деревне. Не доезжая до нее, Стиг остановил сани возле маленького домика, похожего на сугроб. Если бы не тонкая струйка дыма, он бы и не заметил его. Стиг спешился и помог Диане выйти из саней. Они прошли к дому по глубокому нетронутому снегу и постучали в низкую дверь.

Послышались медленные шаги, и дверь со скрипом открылась. На пороге стоял седой старик с длинной бородой. Его лицо было изрыто глубокими морщинами, но взгляд больших глаз, брызнувших апрельской синевой, оставался детским и удивлял добротой. Он долго щурился, всматриваясь в лица путников.

«– Ему бы Деда Мороза играть! – подумал Стиг».

– Диана! – обрадовался он, узнав, наконец, ее. – Ты уже совсем взрослая. С кем это ты?

– Это Стиг, мой провожатый, а это – Эльдер, но все зовут его Медведем, – представила она их друг другу, поежившись от холода.

– Да что же это я? – засуетился Эльдер. – Проходите!

Стиг и Диана вошли в дом. Половину комнаты занимала печь, в которой жарко горел огонь. Из мебели был только дощатый стол возле окна, да лавки. На полу лежали медвежьи и волчьи шкуры, а все стены занимали полки с книгами, рядами многочисленных склянок, коробок и свертков. С потолочных балок свисали пучки сухих трав. Запах мелиссы и полыни смешивался с запахом мяса.

Стиг с Дианой прильнули к горячей печи, а Эльдер поставил котел с густой похлебкой на стол.

– Не побрезгуете поужинать со мной? – спросил он.

– Ой, Стиг, там корзина под сиденьем, – вспомнила Диана, взглянув на него.

Он кивнул и сбегал за гостинцами. Диана выложила на стол сверток с салом, хлеб и мешочки с сушеными яблоками и специями.

– А это – от Марики, – сказала Диана и развернула рубаху, украшенную по вороту и подолу вышивкой.

– Вот спасибо! Угодили старику, – радовался он как ребенок. – Чем же я отплачу?

Диана передала просьбу отца. Эльдер подошел к своим полкам и оглядел их.

– Где же это? А, вот! – он достал сверху мешочек и передал Диане.

Она поблагодарила его. Диана знала Медведя с детства, он был ей как дедушка, поэтому на правах почти родственницы она разлила похлебку по деревянным плошкам, нарезала хлеб и сало. Радушный хозяин заварил мелиссу с шалфеем и угостил Стига с Дианой чаем с медом. За окном стемнело и совсем не хотелось уходить из тепла, но нужно было еще заехать в дом у озера.

– Куда же вы на ночь глядя? Оставайтесь! – предложил Эльдер.

– Мы бы и рады, но надо торопиться, – с сожалением ответила Диана и встала.

– Ну, надо так надо.

Эльдер вышел с фонарем проводить гостей и долго стоял у дома как маяк, глядя на удаляющиеся сани.

Месяц осветил все вокруг белым светом, и таинственные тени легли на сверкающие снега. Легкие расписные санки пронеслись мимо деревни и устремились к озеру. Вдоль берега свистел ветер, гоняя по прозрачному льду поземку, и Диана до бровей закуталась шарфом. Вдали блеснул огонек, и вскоре замерзшие путники стояли на пороге дома у озера.

Старый Томас настороженно открыл дверь, но узнав Диану, с радостью впустил заснеженных путников. Катарина, всплеснув руками, помогла им раздеться и отвела в кухню. Она усадила их поближе к очагу и налила горячего чая.

– Как я рада! – щебетала она. – Все одна да одна, не видала ни души кроме Томаса уже несколько месяцев!

– А у меня для тебя подарок! – сказала Диана, вынув из сумки шаль.

Катарина ахнула, вытерла руки о фартук и развернула ее. Темно-бордовая, из тонкой шерсти, с ярким цветочным узором и кистями по краям, шаль была такая большая, что можно было закутаться в нее с головы до ног. Еле дыша, кухарка накинула ее на плечи.

– Ну как? – спросила она и покрутилась, хохоча.

– Чисто королева! – выдохнул Томас, войдя в кухню.

– Скажешь тоже!

Немного успокоившись, Катарина сняла шаль, аккуратно сложила и повесила на спинку стула.

– Госпожа Диана, какими судьбами, что дома? – сыпала вопросами Катарина и села, подперев рукой щеку, приготовившись слушать.

– Столько всего произошло! Даже не знаю с чего начать. А, вот. Наши герои вернулись из похода, – начала она.

– Да что вы? Значит, чудовища нам больше не страшны?

– Нет, – улыбнулась Диана, взглянув на Стига.

– А что во дворце? Как там госпожа Мария и Роберт?

– Здоровы, а вот Генрих болен, поэтому мы и приехали к Медведю, – ответила Диана и добавила, – И тебя решили навестить.

– Это вы хорошо придумали. Переночуете здесь?

– Нет, надо доставить лекарство к утру. Передохнем только немного.

Катарина проводила Диану со Стигом наверх и зажгла свечи. Оглядев комнату, Диана живо вспомнила свои летние денечки и переживания. Как только за служанкой закрылась дверь, она подошла к полке с книгами и потянула за ее край. К удивлению Стига полка открылась словно дверь. Диана вошла внутрь и открыла ящик стола. Она достала письмо и кулон, передала их Стигу и плотно прикрыла дверь в потайную комнату. Он спрятал кулон за пазуху и начал читать письмо. Но не успел дочитать до конца, как вдруг в глазах у него потемнело, и он упал лицом на стол.

Очнулся Стиг от того, что кто-то тряс его за плечи. Открыв глаза, он увидел Альдо.

– Как ты тут оказался? А где Диана? – спросил он, поглаживая затылок.

– Что ты помнишь последнее? – обеспокоенно спросил Альдо.

– Я читал письмо, – начал вспоминать Стиг. – Кстати, где оно?

Он огляделся по сторонам. В комнате был беспорядок: упавшие стулья, сдернутая со стола скатерть, книги, рассыпанные по полу. Письма не было ни на столе, ни под ним. Снизу доносился плач Катарины.

– Что вообще происходит?!

– Мне удалось переманить советника на нашу сторону, но он потребовал гарантии.

– Гарантии? – переспросил Стиг.

– Как я сразу не понял, что он имеет в виду заложника? Будь я сообразительнее, Диану бы не похитили, – ответил Альдо.

Стиг вскочил как ужаленный, осознав, наконец, что произошло.

– Поехали!

Друзья сбежали вниз по лестнице, наскоро попрощались с зареванной служанкой, и выбежали из дома.

Уже светало. Алая заря занималась над озером, закованным в лед. Порывы ветра кружили в воздухе редкие снежинки. Альдо разглядел отпечатки подков, ведущие в сторону леса. Друзья оседлали коней и поскакали в погоню.

Глава 12. Заложница

Низкое зимнее небо заволокло тучами. Мороз крепчал, и сосны потрескивали, сопротивляясь его натиску. Только карканье ворон, потревоженных всадниками, нарушало снежную тишину. Альдо и Стиг неслись вперед, погоняя своих коней.

«– Зачем я только согласился? – корил себя Стиг. – Не мог ее уговорить что ли?»

Его думы были такими же мрачными, как серый зимний день.

«– Что будет, если мы не найдем Диану? – думал Альдо. – Этот сорвиголова чего доброго, к советнику пойдет».

Альдо еле уговорил Стига остановиться, чтобы кони отдохнули. Белки, прекратив свою возню, с любопытством смотрели на них с высокой сосны своими глазками-бусинками. Альдо смахнул иней с морды Зефира и потрепал его по гриве. Стиг осмотрел своего скакуна, очистил подковы от застрявших шишек и обнял за шею.

«– Сейчас бы снегоход, – подумал он, слушая, как часто бьется сердце его четвероного друга».

Альдо поискал в своей сумке и достал краюшку хлеба. Он разломил ее пополам и протянул Стигу кусок.

– Не могу есть! – сказал Стиг и отдал хлеб коню, ткнувшемуся ему в руку мордой.

Оседлав коней, всадники снова понеслись вглубь леса, куда уводили их следы. Начало темнеть, снегопад усилился. Стиг все чаще пришпоривал своего коня, боясь, что следы заметет.

Вдруг послышался далекий вой. Кони фыркнули и заплясали под всадниками. Те обменялись взглядами, в которых были и страх, и решительность.

«–Только не это! Меч против стаи волков? – промелькнуло в голове у Стига».

– Выноси, родимый! – прошептал Альдо на ухо коню и крикнул Стигу: – Не отставай!

«–Что теперь будет с Дианой? – думал Стиг, погоняя коня».

Они мчались вперед не оглядываясь. Завывания становились все громче и вскоре три серые тени метались позади, а две пары красных глаз сверкали по бокам от дороги.

Расстояние между всадниками и волками сокращалось. Самый крупный и матерый подобрался к коню Стига, но тот, почуяв опасность, брыкнул и ударил его копытом в лоб. Волк взвыл и отстал, мотая головой. Тогда стая начала сужать кольцо.

– Не дай им окружить нас! – крикнул Альдо, вынимая меч из ножен.

«– Как глупо умереть вот так, когда выжил в стольких передрягах! – подумал Стиг и тоже обнажил меч».

Осмелевшие волки рычали и лязгали зубами уже возле стремени. Самый голодный в один прыжок оказался на крупе Зефира и если бы Стиг не вонзил в его шею меч, добрался бы до Альдо. Теплая кровь брызнула струей в лицо Стига, ослепив его на миг. Это только разозлило стаю и неизвестно, чем закончилась бы эта ночь, если бы в воздухе не запахло дымом, а вдалеке не показался догорающий костер, мигая красным глазом.

Волки отстали, но не прекратили преследовать всадников, и те добрались до спасительного костра. Спешившись, Альдо и Стиг взяли коней под узцы, чтобы они не убежали и встали за костром плечо к плечу. Альдо крепче стиснул в руке меч, а Стиг вынул горящее полено из костра.

– Держись рядом, не отходи от костра! – крикнул Альдо другу и приготовился отражать нападение волков, которые уже подбирались ближе.

– Ни за что! – ответил Стиг и начал отчаянно размахивать горящим поленом.

Волки уворачивались от разлетающихся искр, но продолжали подбираться к людям с глухим рычанием. Стоя в светлом круге костра, друзья понимали, что это слабая защита и настоящая битва только начинается.

«– Трое против двоих, – посчитал Стиг про себя, оглядываясь по сторонам. – Уже больше шансов».

Не успел он это подумать, как один из волков бросился прямо на него. Стиг со всей силы ударил его поленом по голове, и волк, заскулив, отскочил назад. В воздухе запахло паленой шерстью. Еще один попытался обойти Альдо и напасть на его коня, которого тот еле сдерживал, и тут же познакомился с его клинком. Поредевшая стая предприняла последнюю попытку и напала разом. Кони ржали и брыкались. Альдо орудовал мечом направо и налево. Один из волков повалил Стига на спину. Его оскаленная пасть оказалась у его лица. Почувствовав зловонное дыхание, Стиг сунул полено меж зубов и с силой отодвинул морду волка от лица. Вдруг настала тишина. Только угли шипели от снега в догорающем костре. Стиг оттолкнул обмякшую тушу волка. Альдо стоял, пошатываясь, и зажимал рукой рану. Стиг едва успел его подхватить. На белом снегу, забрызганном кровью, лежали два убитых волка. Еще один, поскуливая и хромая, уходил в лес. Все было кончено.

«– И как теперь без антибиотиков? – сокрушался Стиг про себя».

Он оторвал полоску ткани от подола рубахи, перевязал его руку и помог сесть в седло. Следов копыт уже не было видно под толстым слоем снега, но Стиг не унывал – дорога была одна. Судя по тлеющим угольям костра, далеко похитители не могли уйти. Метель утихла, и на востоке показалась розовая полоса как знак надежды.

«– На этот раз судьба была добра к нам, – с облегчением подумал Альдо и потрепал по гриве своего коня здоровой рукой».

– На этот раз судьба была добра к нам! – сказал Стиг, глядя на раскаленный диск восходящего солнца, словно прочитав мысли друга.

Проехав до развилки, Стиг и Альдо остановились в раздумье.

– Налево или направо? – спросил Альдо.

Стиг не отвечал, а смотрел по сторонам, будто силясь припомнить что-то.

– Почему это место кажется мне знакомым? – спросил, наконец, он.

– Как такое забыть! Вон там, в распадке мы стояли лагерем, – ответил Альдо.

– Я знаю, где мы можем отдохнуть, пока решим, что делать дальше!

– Тогда вперед!

Друзья свернули налево и вскоре в просветах между соснами показались горы с заснеженными вершинами. Стиг поежился.

– Что, Варда вспомнил? – спросил Альдо и улыбнулся.

– Нет, замерз, – нахмурился Стиг, но не сдержался и прыснул от смеха.

Альдо тоже засмеялся, но тут же поморщился и схватился за руку.

– Потерпи, немного осталось, – сказал Стиг, внимательно взглянув на него.

Глухую тишину разорвало воронье карканье. Они трещали так громко, словно переругиваясь между собой. Стиг сделал знак молчать, спешился и попросил Альдо подержать коня, а сам пошел вперед, стараясь не шуметь. Услышав треск сучьев впереди, Стиг остановился и пригнулся. Приглядевшись, он заметил знакомую фигуру среди деревьев.

Здоровый детина собирал хворост, напевая себе под нос. Собрав целую гору, он легко, будто это был пустой мешок, закинул вязанку на плечи и зашагал вниз по склону холма. Стиг вернулся к Альдо и рассказал о нежданной встрече.

– Как он тут оказался? – недоумевал Стиг. – Он же должен быть в тюрьме.

– Есть у меня одно предположение, – ответил Альдо и многозначительно посмотрел на Стига.

– Не хочешь ли ты сказать, что он и есть похититель?

– А может, и не один.

– Ах, да! Я забыл про его дружка.

– Что гадать? Сейчас все узнаем! – сказал Альдо, и друзья двинулись к горе.

По свету, льющемуся из пещеры, они поняли, что она обитаема. Привязав коней к сосне, они пешком спустились с холма. Подобравшись ближе, Альдо и Стиг услышали разговор.

– Что, если она умрет от голода? – спросил первый писклявым голосом. – Не ест же ничего!

– Нам больше достанется, – пробасил второй.

– Виселица нам достанется, вот что! – взвизгнул первый.

– Да плюнь ты! Махнем к Ворону, – успокаивал его второй, – и пусть ищут.

– Ладно, завтра решим!

– Нет, сегодня! – возразил Стиг, внезапно появившись в темном проеме. Альдо стоял за ним с мечом наготове.

– Опять ты?! – не своим голосом закричал коротышка и выпустил от неожиданности ложку из рук, которой помешивал что-то в котелке.

– Ох, – только и мог выдавить из себя верзила.

Альдо подошел и оттолкнул ногой меч и дубинку в дальний угол, пока разбойники не опомнились. Стиг подбросил хвороста в костер, у которого они сидели, и взметнувшееся пламя осветило пещеру. У стены на охапке сена он увидел Диану, связанную по рукам и ногам. Стиг подбежал к ней, перерезал веревки и вынул кляп изо рта.

– Я думала, не увижу тебя больше, – прошептала обессиленная Диана и упала ему на грудь.

– Мы не виноваты! – хором начали оправдываться храбрецы, перехватив взгляд Стига.

– Дайте, я угадаю, как было дело, – сказал Альдо. – Советник предложил вам выкрасть девушку и письмо в обмен на свободу?

Коротышка и верзила переглянулись и закивали.

– У нас к вам другое предложение, – начал Стиг, еле сдерживаясь, чтобы не вмазать им.

– Вы отдаете девушку и письмо, и мы вас не видели, – закончил за него Альдо.

– Советник обещал наградить нас, – вкрадчиво сказал первый.

Альдо вынул из сумки кошелек и бросил ему. Тот взвесил его в руке и расплылся в сальной улыбке.

– А уж как мы были с ней обходительны, – закатил глаза второй.

– По тюрьме соскучился? – ласково спросил его Стиг.

Верзила надулся, а коротышка сунул свернутый пергамент в руку Стига, и начал отступать к выходу, отвязав лошадей у входа и волоча дружка за собой.

– Может, мы… – начал Альдо, обернувшись к Стигу.

– Ни советник, ни мы их больше не увидим, – сказал тот и добавил про себя: – Я надеюсь.

Диана заметила кровь на руке Альдо и усадила его поближе к огню. Она сняла набухшую от крови повязку и осмотрела рану. То, что она увидела, очень обеспокоило ее.

– Рваная рана, – сказала она про себя и спросила у Альдо: – Волки?

– Все позади! – успокоил он Диану, глядя на ее побледневшее лицо.

Она осторожно промыла рану, потом завернула снег в платок, и приложила холодный компресс к руке, чтобы остановить кровь и дать Альдо хоть немного отдохнуть от боли, которую заметила в его глазах.

– У меня с собой ничего нет, – сказала Диана с сожалением, – Только это.

Она дала Альдо выпить хорошо настоявшегося чая с мелиссой.

– Спасибо, мне уже лучше, – сказал Альдо и слабо улыбнулся.

Стиг привел лошадей и устроил их в тепле. Они довольно фыркали, когда он напоил их и дал сена. Диана достала утонувшую ложку из котелка и стала помешивать пригоревшую было похлебку. Запах мяса и овощей заполнил пещеру, и друзья поняли, как голодны. Диана разлила ее по плошкам, посыпала сверху сухарями и передала Стигу и Альдо. Они накинулись на суп из солонины, словно ничего вкуснее не едали. После ужина Альдо предложил обсудить дальнейшие действия.

– Можем остаться здесь – разбойничьих припасов хватит на неделю, если не больше, предложил ему Стиг.

– Советник знает про это место, лучше не рисковать, – предостерег Альдо.

– Можно переждать у Медведя, – сказала Диана.

– Кто это – Медведь? – спросил ее Альдо.

– Один знахарь, он мне как дедушка.

– По-моему, неплохая идея, – согласился Альдо. – Тем более это ненадолго.

– По-моему тоже, – отозвался Стиг, вспомнив заснеженную берлогу старика.

– Значит, так тому и быть, а сейчас отдыхать, – закончил обсуждение Альдо.

– Я подежурю, – бросил Стиг, зевая.

– Лучше я, все равно рана не даст уснуть, – перебил его Альдо.

Долго уговаривать Стига не пришлось и вскоре они с Дианой крепко спали на мягком сене. Альдо всю ночь задумчиво сидел у костра, подбрасывая иногда хворост, и разбудил их, чуть забрезжил рассвет.

Трое друзей засобиралась в дорогу. Кони, проведя ночь в тепле и сытости, нетерпеливо переступали, когда Стиг седлал их. Диана затушила костер, убрала в мешок посуду и остатки припасов – может, пригодятся какому-нибудь неприкаянному путнику. Она бросала тревожные взгляды на Альдо, щеки которого пылали от жара, но утешала себя мыслью о том, что скоро они будут у Медведя и знахарь поможет ему.

Стиг вывел коней и предложил поменяться, заметив, что Зефир крупнее. Он помог Альдо сесть на своего коня, потом сам вскочил в седло и подал руку Диане. Она вставила ногу в стремя и легко запрыгнула ему за спину, обняв за талию. Стиг дал команду коням: «Вперед!» и те весело побежали по искрящемуся снегу навстречу восходящему солнцу по дороге к озеру.

Ощущая спиной крепкие объятия Дианы и слушая стук ее сердца, Стиг вспомнил злополучную ночь аварии. Точно также сидела она за его спиной, прижавшись всем телом, а ее золотые волосы развевались по ветру, выбившись из-под шлема. Капли дождя стекали по прозрачному щиту. Автомобиль впереди резко затормозил, и Стиг повернул влево, но мокрая от дождя дорога подвела его. Переднее колесо заклинило, он поднял свой байк на дыбы, но его занесло. Потом все было как в замедленной съемке. Мотоцикл завалился на бок и протащил их с Дианой по дороге. Стига спасла его броня, и он еще был в сознании, когда Диану отбросило в сторону. Он тянулся рукой к любимой, которая недвижимо лежала на обочине дороги. Последнее, что он помнил – сирена скорой. Стиг отогнал печальные воспоминания, и положил ладонь на руку Дианы, ощутив тепло ее присутствия. Она склонила голову ему на плечо и улыбнулась.

Доехав до костровища, всадники остановились. Кони нервно раздували ноздри и запрокидывали головы. Кровь и трупы волков прикрыло снегом, и место ночной баталии выглядело не так жутко. Чуть поодаль виднелся еще один снежный холмик. Стиг подъехал к нему, вынул свой меч и вложил его в пустые ножны.

Отдохнувшие кони скакали вперед без принуждения, и к вечеру путники были уже у озера. Ветер свистел, гоняя снег по темному льду, и заставлял всадников кутаться в плащи. Вскоре трое друзей стояли перед домом у озера. Вокруг не было никаких следов, в окнах царила темнота.

– Томас и Катарина – милейшие люди, но они могут невольно выдать нас, – предостерег друзей Альдо.

– Скажем, что не нашли Диану, – предложил Стиг. – Пусть так думает и советник, если узнает, что мы были тут.

– Катарина, наверное, переживает за меня, – тихо сказала Диана.

– Решай сам, – сказал Альдо, но было видно, что он недоволен.

Стиг спешился и приказал Диане ехать к Медведю и ждать их там. Он проследил за ней взглядом, и когда она скрылась среди сосен, подошел к дверям и постучал. В доме зажегся свет, послышались шаги на лестнице, и раздался заспанный голос Катарины: «Кому это не спится в такую ночь?».

Стиг назвался и двери распахнулись перед ним настежь.

– Мы ненадолго, – сразу предупредил Стиг.

Он помог Альдо спешиться, и друзья вошли в дом. На расспросы Катарины Стиг ответил, что они не нашли Диану и решили вернуться в столицу за подмогой. Расстроенная служанка разбудила Томаса, и он впряг коня в сани, пока Стиг и Альдо наскоро перекусили в ее теплой уютной кухне. Катарина проводила гостей и долго стояла с фонарем у порога, утирая слезы.

Уже совсем стемнело, когда Стиг и Альдо долетели на санях до домика знахаря. Зефир, почуя хозяина, заржал в сарае.

– Тише, тише, мальчик! – успокоил он его, выходя из саней.

Стиг постучал в низкую дверь, и она сразу открылась, словно кто-то ждал его у порога. Он встретился глазами с Дианой, светившейся от счастья, и улыбнулся ей, почувствовав тепло в груди. Стиг пропустил Альдо внутрь, а сам выпряг коня и устроил его рядом с Зефиром.

Войдя в дом, Стиг оказался в операционной. На столе стояли банки и бутылочки, а рядом на металлическом подносе лежала гора окровавленных бинтов. Медведь, склонившись над пациентом, обрабатывал рану, а Диана подавала ему толченые травы и настои. Стиг поймал себя на мысли, что он уже наблюдал эту сцену. Однажды он заехал за Дианой в больницу, чтобы забрать ее с практики. Заглянув в кабинет, он увидел, как она в белом халатике, шапочке и перчатках, вся такая серьезная и сосредоточенная, подавала инструменты и бинты врачу в перевязочной. В тот день он задумался, как мало знает о своей Диане, осознав, что она может быть не только нежной и ласковой, но еще уверенной и настойчивой, чего он никак не ожидал.

Медведь перевязал рану Альдо чистыми бинтами, и они с Дианой уложили его на лавку, укрыв шкурами.

– Почему вы мне сразу все не рассказали? – строго спросил Медведь, подойдя к Стигу.

– Что все? – переспросил он, переглянувшись с Дианой.

– Эх, молодо-зелено! – ворчал старик, забираясь по небольшой деревянной лестнице на печь.

В доме стало тихо, только ветер гудел в трубе, да ворочался и кашлял Медведь. Диана постелила Стигу, а сама села возле Альдо, у которого открылась горячка. Она дежурила возле него всю ночь, не позволяя усталости и сну одолеть себя. Стиг смотрел, как она заботливо склоняется над ним, меняя компрессы и протирая водой с уксусом, и в его душе возникло чувство, похожее на ревность. Он вспоминал дни, когда Диана была только его. Это напомнило ему об их уязвимости в этом мире, где каждый миг мог стать последним.

Медведь проснулся рано и сменил Диану, уложив ее поближе к печи. Лихорадка прошла, и Альдо спокойно спал, чему старик был очень рад. Он подбросил дрова в печь и разбудил Стига.

– Уже утро? – удивился тот.

– Тише, садись, – шепотом сказал Медведь и указал на стол.

Он достал из печи котел с кашей и поставил плошки.

– Альдо еще слаб, и я бы посоветовал ему полежать еще денек, – сказал он тихо.

– Поеду один, – согласился Стиг, обжигаясь овсянкой.

– Будь спокоен, я присмотрю за твоими друзьями, – уверил его Медведь и передал записку Дианы.

– Что это? – удивился Стиг.

– Инструкция, – улыбнулся старик и добавил, перехватив его взгляд в сторону лежанки. – Не буди ее, пусть спит.

– Я вернусь завтра, – пообещал Стиг, оделся и вышел из дома.

День был ясным, мороз смягчился, и конь быстро домчал Стига до города. Амигдала встретила его радушно. На улочках было полно народа, пахло дымом и свежеиспеченным хлебом. Стиг подъехал к дому лекаря и позвонил в дверь.

– Где вы пропадали? Почему так долго? – начала допытываться Марика.

– Где господин Якоб? – прервал ее Стиг.

– В кабинете, – ответила она и впустила наконец его в дом.

Стиг прошел, не раздеваясь, прямо в кабинет и передал Якобу сверток.

– Что случилось? – настороженно спросил он, принимая его. – Я ждал вас еще вчера.

– Все в порядке, просто не сразу получилось найти, – успокоил Якоба Стиг. – Как здоровье Генриха?

– Лучше, все оказалось не так страшно. Где Диана?

– Она просит вашего разрешения погостить в доме у озера.

– Вот непоседа! Всегда в поиске приключений! – рассмеялся Якоб, – Ладно, только недолго.

Марика пригласила Стига к столу. Он сел и достал из кармана записку Дианы. То, что он прочел, удивило его, но он выполнил в точности все, о чем она попросила. Стиг вышел в сад и прошел по протоптанной тропинке к сараю мимо яблони. Потянув за петлю, открыл дверь и вошел. В полумраке нащупал ручку ящика стола, открыл его и взял ленту. Потом вернулся к яблоне и повязал ее на ветку. Ворон, сидящий на самой верхушке, вспорхнул и улетел.

– Что я делаю? – усмехнулся про себя Стиг. – Я готов выполнить любое ее приказание, даже самое бредовое.

Он покачал головой и зашел в дом, где было тепло и пахло пирогами.

Ночью, уже лежа в постели, Стиг услышал стук в стекло. Он удивился – все-таки второй этаж, но подошел к окну. За окном он увидел ворона, а возле садовой калитки – человека, который словно ждал кого-то, шагая взад-вперед по скрипучему снегу.

Стиг догадался, что красная лента была знаком, и спустился вниз, стараясь не шуметь. Накинув плащ, он вышел в сад и подошел к калитке. Человек обернулся, и он узнал старого дворцового слугу. Завидев Стига, тот зашагал, не оглядываясь, вниз по улице. Стиг последовал за ним, не спрашивая ни о чем. Так дошли они до кареты, ждущей в переулке.

Слуга открыл дверцу, пропуская его. Стиг сел в карету не раздумывая. Человек, сидящий напротив, откинул капюшон черного плаща, и он узнал Селену.

– О какой помощи просит Диана? – спросила она, не тратя времени на любезности.

– Да, помощь нам не помешала бы, – согласился Стиг.

– Расскажите мне все.

Сначала Стиг колебался – рассказывать ли дочери правителя о приключениях трех заговорщиков в поисках наследника, но, видя ее неподдельную тревогу, рассказал о похищении Дианы и письма.

– Да как он посмел! – возмущалась Селена вероломности советника. – Теперь меня даже совесть не будет мучить, когда я отомщу ему!

– Для этого многого не надо, – начал Стиг.

– Что вам нужно? – перебила его Селена.

– Мы зашли в тупик и потеряли направление.

– Понятно…

Селена откинулась на подушки, закрыла глаза и замерла. Стиг сидел тихо и ловил каждое слово, когда она заговорила глухим низким голосом.

– Вижу горы с заснеженными вершинами. Заброшенный замок на уступе скалы. Мальчишка…

Внезапно раздался резкий звук хлопнувшей двери, Селена вздрогнула и открыла глаза.

– Что я сказала? – спросила она.

– Вы сказали все, что нужно, – заверил ее Стиг и вышел из кареты.

Слуга сел на козлы и дернул поводья. Четверня вороных резво тронулась с места и унесла Селену во дворец. Стиг вернулся в дом и поднялся наверх, но ее слова не давали ему покоя.

Поутру его разбудили звон посуды и голос Марики, которая спорила о чем-то с хозяином.

– Что за шум? – спросил Стиг, спускаясь по лестнице.

– Марика решила отправить своей любимице полдома! – смеялся Якоб.

– Смейтесь, смейтесь, а я все равно отправлю все, что собрала!

– Марика, ты забыла, что я верхом? – спросил ее Стиг, с улыбкой глядя на узлы и корзины.

Служанка нахмурилась и задумалась. Потом достала корзину побольше и уложила на дно одежду, а сверху – узелок с пирогами, хлебом, вареньем и маслом. Хорошенько укрыв корзину сверху платком, она вручила ее Стигу и рассмеялась, когда он согнулся от тяжести. Стиг понял, что спорить бесполезно, и отправился в путь, привязав корзину к седлу.

До ночи он успел вернуться к друзьям. Его подгоняли нетерпение поделиться с ними новостями и еще свежие воспоминания о схватке с волками.

– Как ты мог меня бросить! – накинулся на друга Альдо.

– Я смотрю, отдых пошел тебе на пользу, – ухмыльнулся он. – Ты бодр как никогда.

– А где Медведь? – спросил Стиг, оглядевшись.

– В деревне. Ты выполнил мое поручение? – нетерпеливо спросила Диана.

– Друзья мои, у меня для вас хорошие новости, – обнадежил их Стиг, – Но сначала – вот!

Стиг поставил тяжелую корзину на лавку, и Диана достала гостинцы Марики.

– То, что нужно! – радовалась она, выкладывая все на стол.

Диана разлила чай, и друзья по достоинству оценили кулинарные способности Марики. За ужином Стиг рассказал друзьям о встрече с Селеной.

– Как ты думаешь, Альдо, она говорила про Геда и его сына?

– Думаю, да, но нужно все проверить, – ответил Альдо.

– Возьмите меня… – начала Диана и замолчала, поймав взгляды Стига и Альдо, говорящие сами за себя.

– Снова подвергать тебя опасности? Что мы будем за мужчины после этого?! – возмутился Стиг.

– Ладно, ладно, останусь у Медведя, – согласилась Диана.

– Надолго? – спросил Эльдер, появившись в дверях.

– Думаю, на неделю, не меньше, – ответил Альдо.

Старик покачал головой, но было видно, что он рад тому, что Диана останется у него еще ненадолго.

Через три дня Стиг и Альдо стояли у подножия гор, задрав головы кверху, также как в первый раз, летом. Только теперь горы сверкали снежной белизной, а река в ущелье спокойно несла свои воды под толстой коркой льда.

– Некогда раздумывать, – сказал Стиг, – Другой дороги все равно нет.

– Это правда, – подтвердил Альдо и вздохнул.

Они спешились и повели коней в узде. Горная тропа становилась все уже. Альдо шел впереди. Его конь, привычный к походам, даже не дрогнул, когда его хозяин оступился и дернул поводья. Стиг старался не смотреть вниз на острые, словно клыки, скалы.

Дальше тропа шла по горному хребту, и он почувствовал себя увереннее. Однако здесь, на вершине, гулял холодный ветер, пронизывая путников до костей. Пальцы их рук и ног онемели. Кони склоняли шеи, а их длинные гривы летели по ветру.

К вечеру вдали показались заросли терновника и зубчатые силуэты замка.

– Дошли! – выдохнул Альдо, обернувшись к Стигу. – Скоро согреемся!

– Угу! – подтвердил тот, стуча зубами.

Тропа стала шире, и друзья оседлали коней. Те веселее переступали по глубокому снегу, почувствовав близость жилья. В ночном небе засияли звезды, освещая дорогу всадникам, подъезжающим к заброшенному замку.

«– Что, если там никого нет? – думал Стиг. – Тогда придется начинать все сначала».

Тревожные мысли не отпускали и Альдо, пока он не разглядел тусклый свет в одном из окон. Друзья переглянулись и постучали в дубовые, окованные железом ворота замка. Послышались тяжелые шаги, заскрипела задвижка, и они увидели в открывшемся окне мрачное лицо Геда.

– Кто тут бродит? Проваливай! – грубо крикнул он, и окно с визгом закрылось.

Друзья переглянулись. Альдо пожал плечами, а Стиг нервно рассмеялся.

«– Вот это гостеприимство! – подумал он, нахмурившись, и снова забарабанил в дверь».

– Гед! – окрикнул его Альдо.

– Альдо? Мой слух не ошибся? – спросил тот хриплым голосом.

– Давай, открывай, а то мы со Стигом замерзнем прямо у тебя под дверями!

В ночной тишине звон цепи и скрип дверей были подобны раскатам грома. На пороге появился Гед с факелом, пламя которого плясало на ветру. Не сказать, что он обрадовался встрече, но посветил гостям и провел в конюшню. Это было единственное помещение в замке, через крышу которого не видны были звезды. От камина в углу шло тепло. Стойло рядом с ним занимал конь Геда. Соседние были свободны и Альдо со Стигом разместили в них своих скакунов. За отдельной перегородкой на соломе лежали несколько белых коз.

– Животным в этом замке живется лучше людей! – рассмеялся Стиг.

– Они и есть лучше людей, – буркнул Гед и усмехнулся в усы, – Идем, теперь вас размещу.

Альдо и Стиг вошли вслед за Гедом в каминный зал. Здесь ничего не изменилось со времени их прошлого визита. В камине пылал огонь, отражаясь в отполированном временем столе, занимающем половину зала. Собаки также лежали, растянувшись, у камина и глухим рыком встретили гостей.

– Спокойно, это свои! – утихомирил их Гед и пригласил Альдо и Стига к столу.

В это время боковая дверь чуть приоткрылась, и в узкой щели показались любопытные черные глаза.

– Спи! – сказал Гед, прикрыв дверь, но, как только он отошел, она снова открылась.

Хозяин поставил на стол плошки, достал все, что осталось от ужина, а гости вынули из мешка припасенную для этого случая бутыль. Гед посмотрел на нее и поставил кружки.

– Вижу, вы хорошо подготовились, – начал он. – Выкладывайте, что на этот раз нужно.

– Сначала за встречу! – предложил Альдо, разливая вино.

Они выпили по одной, потом по второй, и Альдо решил, что можно перейти к делу.

– Мы не хотим никого обидеть, – начал Альдо, переглянувшись со Стигом, – Но правда ли, что Уле тебе не родной?

– Тут нет никакого секрета, – ответил Гед, – Все это знают.

– Не было ли при нем каких-либо вещей, когда ты… – начал Стиг и замялся.

– Когда я нашел его на пороге замка? – продолжил Гед, – Он был завернут в пеленку, а на шее висел медальон.

– В виде сердца? – спросил Стиг, наклонившись вперед.

– Да, – ответил Гед, не понимая, к чему тот ведет.

– Он сохранился? – спросил тихо Альдо, стараясь не выдать своего волнения.

– Сначала думал, безделица, но один торговец давал за него хорошие деньги, и я решил сохранить на черный день, – ответил Гед, – А что, хотите купить?

Альдо и Стиг рассказали Геду все, что знали и показали письмо. Гед помолчал и налил еще.

– Да здравствует король! – выкрикнул он и выпил залпом, – А теперь спать!

Когда в зале все стихло и послышалось сопение, боковая дверь тихонько открылась, и из нее вышел Уле. Он слышал лишь обрывки фраз, но и этого оказалось достаточно, чтобы разбудить его фантазию. Уле подошел к столу, на котором лежал пергамент. Он взял его в руки и долго всматривался в вензель с короной на печати. Потом осторожно положил письмо на место и на цыпочках вернулся к себе.

Утро прошло в молчании. В воздухе витало напряжение. Альдо и Стиг сидели за столом как на иголках в ожидании ответа.

– Уле! Напои коней, гости уезжают, – приказал Гед сыну и глянул на друзей исподлобья.

– Ты даже не узнаешь его мнение? – спросил Стиг, как только тот вышел.

– Нет.

– Почему?! – выкрикнул возмущенный Альдо.

– Я знаю, и ты знаешь, старый друг, что такое власть, – начал Гед.

– Но… – перебил его Альдо, и не успел что-либо возразить, как в дверях возник Уле.

– Отец, я не знаю, что такое власть, но хочу хотя бы попытаться изменить жизнь к лучшему, а не прятаться! – твердо сказал он.

Гед медленно подошел к сыну и посмотрел в его глаза.

– Ты прав, кто я такой, чтобы решать твою судьбу! – тихо сказал он и обнял его.

Альдо и Стиг переглянулись и выдохнули. Гед вышел, а когда вернулся, в руках у него был сверток.

– Здесь одежда и немного денег, – сказал он и вручил все Уле.

– Отец, разве ты не пойдешь со мной? – спросил тот, и его черные глаза заблестели.

– Я давно все решил для себя, теперь твое время, – ответил Гед, достал из кармана медальон и повесил ему на шею. Потом добавил, улыбнувшись, хотя голос его дрожал: – Ты всегда найдешь меня здесь.

Альдо и Стиг вышли во двор, чтобы не мешать их прощанию. Они оседлали коней и терпеливо ждали, вглядываясь в серое небо.

Вскоре к ним присоединились Гед и Уле. Гед вывел своего коня, подтянул подпругу и перекинул мешок через седло. Уле вставил ногу в стремя и легко запрыгнул на коня.

– Вперед! – скомандовал Гед, и кони двинулись вниз по дороге, а когда Альдо оглянулся, добавил: – Отвечаешь за него головой!

Три всадника отправились в путь, но к вечеру разыгралась метель, и было решено переждать ее в пещере. Сидя у костра и слушая вой ветра, каждый думал о своем. Уле, впервые оказавшийся так далеко от дома, умирал от страха, но изо всех сил старался не показывать этого. В ушах Альдо звучали слова Геда: «Отвечаешь за него головой!», и он склонялся все ниже, словно вся тяжесть мира легла ему на плечи. Стиг думал о том, что они с Дианой скоро будут дома. Он понимал, что сейчас творится в душе Уле, и потрепал его по плечу – нелегко тому, на кого возлагают столько надежд.

– Ложись спать, успеешь ее поволноваться, – улыбнулся Стиг и показал глазами на охапку сена.

Уле послушно лег, укрылся плащом и затих.

– Сегодня моя очередь, – сказал Стиг и налил себе чаю покрепче.

Альдо подошел к Уле и поправил плащ.

– Уже входишь в роль? – усмехнулся Стиг.

– Только посмотри на него, – прошептал Альдо, словно не слышал его, – Спит как ребенок.

– Он и есть ребенок, ему же всего пятнадцать.

– Жаль мне его. Может, прав был Гед…

– Еще не поздно все вернуть назад.

– Нет. Нет.

– Тогда раздели с ним бремя власти, стань советником. С твоим умом вы далеко пойдете.

– Это не мне решать.

Альдо улегся рядом с Уле, а Стиг сидел у костра, пока не рассвело.

Зимнее солнце вышло из-за туч, и снег заискрился, ослепляя трех всадников, пробирающихся по глубоким сугробам. Альдо, Стиг и Уле ехали друг за другом, не обращая внимания на холод и усталость. В доме Медведя они оказались уже затемно.

Диана с любопытством посмотрела на Уле, когда вся троица отогревалась у печи. Безусый юнец с черными глазами и длинными волосами, завязанными в тугой пучок, он был совсем не похож на короля.

– Не нужно и медальона, – сказала Диана, перехватив тяжелый взгляд Стига, – Фамильное сходство налицо.

– Я тоже заметил, – отозвался Альдо, растирая руки, – Копия портрета из библиотеки, если добавить усы и бороду.

Светлый квадрат от оконца домика, занесенного по самый подоконник, еще долго горел как фонарь, пока Медведь не задул свечу и не отправил полуночников спать.

Глава 13. Да здравствует король!

Солнечные лучи едва проникали сквозь узкие, как бойницы, окна дворцовой библиотеки, разгоняя полумрак и освещая ряды книг. Сонную тишину нарушали порывистые шаги.

– Наконец-то! – нетерпеливо воскликнул Генрих, когда в дверях появился советник.

– Я прибыл, как только…

– Садитесь! – перебил он его и указал на кресло.

Оба сели у окна, но волнение заставило правителя снова встать. Он начал ходить взад-вперед вдоль полок с книгами как раненый зверь.

– Позвольте спросить, что так взволновало вас? – не выдержал советник.

Вместо ответа Генрих сунул ему смятое письмо. Советник разгладил его, пробежал глазами и взглянул на правителя.

– И как это называется?! – закричал он, но потом взял себя в руки и продолжил более спокойно: – Вы же сказали, что все решено.

– Так и есть, – начал советник.

– Да как они посмели?! – продолжал возмущаться Генрих, ничего не слушая.

– У них нет никаких доказательств, – успокоил он его.

– Созовите Совет на завтра! – приказал правитель.

Он вышел из библиотеки с искаженным от гнева лицом, хлопнув дверью, которая тут же снова приоткрылась. Вошел Эйс и остановился в почтении.

– Подойди, – прошипел советник.

Эйс бесшумно подошел и склонился в ожидании.

– Ты уверен, что доказательства уничтожены? – спросил его советник.

– Да, мой господин, причин для тревоги нет, – ответил тот полушепотом, заискивающе глядя на него.

– Собери рыцарей на Совет, – велел он секретарю. – Завтра прибудет самозванец.

Эйс поклонился и вышел из библиотеки, мягко ступая, словно кот.

На следующий день Генрих Бейли, правитель Туманных земель, восседал во главе стола в зале Собраний. Справа от него стоял военачальник, слева – советник. Вокруг стола расположились рыцари, бряцая мечами и шпорами. Все замолчали в ожидании его слов. Генрих задыхался, чувствуя взгляды членов Совета и древних королей с мраморных рельефов и картин в потемневших рамах.

– Я позвал вас, чтобы обсудить претензию на трон, – наконец, смог выдавить он из себя.

Рыцари удивленно переглянулись и разом заговорили, но умолкли, как только встал советник. Он с каменным лицом зачитал письмо и сел на место.

– Пригласите претендента! – приказал правитель.

Высокие, украшенные резьбой с позолотой двери зала Собраний распахнулись, и вошел юноша, на полшага позади него шли Альдо и Стиг во все рыцарском облачении. Члены Совета невольно встали, почувствовав волнение, ведь черноглазый юноша словно сошел с портрета последнего короля. Его гордый профиль был отчеканен на каждой монете и знаком всей стране. Правитель злобно взглянул на него и кивнул советнику.

– Предъявите доказательства вашего права на трон! – подчеркнуто вежливо предложил тот и ухмыльнулся.

Уле подошел ближе и положил на стол пергамент и медальоны. Советник схватился за сердце, а правитель попытался выхватить письмо, однако Эрик не дал ему этого сделать. Он встал и зачитал его вслух всему Совету.

– И вы поверили этому проходимцу?! – взревел Генрих и ударил кулаком по столу.

– Печать короля говорит сама за себя, – спокойно сказал военачальник и добавил: – Перед вами законный наследник.

Эрик подошел к Уле и загородил его собой, положив руку на рукоять меча. Его отряд присоединился к нему. Правителю и советнику ничего не оставалось, как подчиниться и начать готовится к передаче власти и коронации.

Глашатаи объявили на площади о возвращении принца и коронации. Радостная весть разлетелась по городу и окрестностям со скоростью ветра, и на следующий день у ворот дворца бушевало людское море.

Гул толпы было слышно даже в зале Собраний. Здесь все было готово к коронации. На бархатной подушечке лежала, поблескивая золотом, корона. Трон, пустовавший несколько столетий, ожидал своего законного владельца. Вельможи, разодетые в шелка, затихли при появлении наследника. Принц в кроваво-красной мантии, отороченной мехом, вышел в сопровождении Альдо. Все понимающе переглянулись и склонились в поклоне.

– Сегодня мы собрались в этом зале, чтобы засвидетельствовать переход власти к законному наследнику, – начал правитель и посмотрел на Уле, стиснув зубы. Потом продолжил, собравшись с силами: – Я, Генрих Бейли, временный правитель, с полным осознанием ответственности и традиций королевства, провозглашаю Уле Грэя законным королем! Да здравствует король!

– Да здравствует король! – повторили все присутствующие, и эхо разнесло приветствие по дворцу.

Генрих дрожащими руками взял корону и водрузил на голову Уле. Молодой король почувствовал ее тяжесть. Все склонили перед ним колени, и Уле осознал, что имел в виду его отец, когда говорил о власти.

– Клянусь, что буду править мудро и справедливо! – громко произнес он, и рев толпы оглушил его.

Вечером во дворце был объявлен бал в честь короля. Стиг и Диана тоже были приглашены. Они сели вместе с Эриком и Селеной и от души радовались за Уле. Альдо входил в роль советника и важно сидел по правую руку от короля, то и дело склоняясь к нему, чтобы напомнить имена или переложить нож в другую руку. Генрих Бейли впервые сидел в конце стола со своим семейством. Он едва сдерживал себя, чтобы не взорваться под насмешливыми взглядами.

Веселье было в разгаре, когда полководец попросил слова. Уле кивнул, и он провозгласил тост в честь короля, а когда стихли радостные крики, объявил о своей помолвке с Селеной. Генрих одобрил брак дочери, поздравил молодых и развалился на стуле. «– Рано радовались! – подумал он, щурясь, – Я еще покажу вам всем!». Больше никто не смел смотреть на тестя полководца с ухмылкой.

Стиг поздравил друга и объявил, что они с Дианой тоже решили пожениться.

– Целых две пары! – радовался Альдо. – Это хороший знак!

– Не две, а три, – поправил его Стиг и шепнул на ухо: – Посмотри туда.

Альдо оглянулся и увидел посреди гостей Анну. Она нежно улыбалась ему. Ее тяжелая коса была уложена как корона, а шелковое голубое платье больше подходило к ее глазам, чем кожаная куртка. В этот момент весь мир, кроме нее, перестал существовать для Альдо. Эрик дал знак музыкантам и три пары встали в круг, чтобы начать танец. Гости невольно залюбовались ими. Невесты были прекраснее весенних цветов, а их женихи, словно могучие скалы готовы были стоять на страже любви.

В эту ночь, несмотря на мороз, весь город гулял до утра: во дворце, в тавернах, на улицах. Из-за света тысяч свечей, факелов и костров было видно словно днем. Музыка и песни стихли только под утро.

В домике на окраине тоже был праздник, но к радости примешивалась нотка грусти. Якоб и Марика поздравляли жениха и невесту, и собирали их в путешествие. Диана отправлялась навсегда на далекую родину Стига. Она решила не расстраивать еще больше отца, и не сказала ничего о других мирах и опасностях, поджидающих в пути.

На следующее утро в доме лекаря стало тесно. Все провожающие едва уместились в комнате внизу. Селена, обнимая Диану, смахивала слезинки. Эрик и Альдо не показывали своих чувств, но их шутки не вызывали хохота, как раньше. Якоб печально улыбался, сидя во главе стола. Марике некогда было грустить на кухне, но она опасалась, что все будет пересолено из-за ее рассеянности.

Когда к дому подъехали сани с пологом, запряженные двумя крепкими лошадьми, все вышли проводить жениха и невесту. Марика передала тяжелые корзины, вытирая фартуком лицо. Якоб в последний раз обнял дочь и дал знак возничему. Тот потянул поводья, и сани понеслись, оставляя позади дом, родных и друзей. Диана сжала руку Стига, словно опасаясь, что город притянет ее обратно.

Снег искрился под лучами солнца, кони весело мчались, подгоняемые свистом возницы. Позади слышен был топот копыт двух всадников. По бокам от дороги мелькали поля и деревеньки. Только тревожные мысли о разлуке и приближающемся переходе мешали Стигу и Диане наслаждаться приятным путешествием.

Они остановились только чтобы попрощаться с Медведем и Катариной. Диана подарила Эльдеру на память свою энциклопедию лекарственных растений, а Катарине – лавандовое масло. Ночевки в лесу были не страшны с провожатыми и теплыми одеялами из шкур, и спустя неделю путники увидели острые заснеженные вершины гор.

В памяти Стига живо всплыли воспоминания о походе через горы, встрече с Вардом и его схватке с Хуффи.

– Это было здесь? – спросила Диана, увидев, как Стиг схватился за рукоять меча.

– Да, – ответил он и успокоил ее, – Это в прошлом.

Сани свернули в лес и вскоре подъехали к холму, у подножия которого зиял темнотой на белом снегу ход в пещеру. Стиг и Диана попрощались с провожатыми и долго стояли у холма, глядя на удаляющихся всадников. Стиг зажег факел, взял Диану за руку, и они вошли под своды пещеры, словно в пасть чудовища. Тени плясали по стенам, испещренным знаками, нетопыри недовольно возились под потолком, непонятные шорохи и звуки доносились из-под земли, но ничто не могло остановить парочку на пути к цели.

Ход становился все шире, по стенам заблестел мрамор, под ногами гулко застучали просмоленные доски.

– Уже скоро! – сказал Стиг, заметив страх в глазах Дианы.

Не успела она ответить, как вдруг раздался утробный рев и впереди показались светящиеся глаза.

– Барарар! – закричала Диана и начала вырываться.

– Сюда! – скомандовал Стиг и потянул ее навстречу чудовищу, к нише в стене.

Стиг загородил Диану собой, и они стояли, прижавшись к стене, пока поезд метро не прошел мимо. Земля дрожала под ногами, ужасный скрежет резал уши. Диана стояла, ни жива, ни мертва, вцепившись в Стига и закрыв глаза.

– Откуда ты знал? – начала она, когда шум стих.

– Не спрашивай, – перебил ее Стиг и улыбнулся.

Они шли и шли по доскам. Мрачный тоннель казался бесконечным, и Стиг уже забеспокоился, что свернул не туда, как вдали показался древний храм.

– Что тут написано? – спросила Диана, заметив мраморную табличку с иероглифами.

– Площадь революции, – ответил Стиг.

– Революции? А что это?

– Название станции, – ответил он и добавил: – Нам сюда.

Стиг подсадил Диану на парапет и сам взобрался, подтянувшись на руках. Они шли вдоль полукруглых пилонов красного мрамора, у основания которых стояли статуи. Диана с любопытством разглядывала их. Она прикоснулась к колосьям у ног бронзовой женщины, заглянула в раскрытую книгу в руках другой и отшатнулась от сурового пограничника с собакой.

– Что теперь? – спросила она Стига.

– Пойдем наверх, – ответил он.

Они направились к крутой лестнице. Светильни, висевшие на цепях под потолком, начали мерцать. В их неровном свете дрожали тени, словно призраки. Они сновали взад и вперед, проходили сквозь них. Все нарастающий шум нарушил тишину храма. Стиг взял Диану за руку, и они начали подниматься вверх по лестнице. Призраки словно обретали телесность. Теперь они были больше похожи на людей. Диана разглядела женщину, держащую за руку маленького сына. Он замер и смотрел с удивлением прямо на нее.

– Мам, мам! Смотри! – громко закричал малыш, дергая ее за руку и показывая на Диану пальцем.

– Ну, что там? – раздраженно спросила она, оторвавшись от телефона, и посмотрела, куда тот указывал, но рыцарь и принцесса из сказки уже растворились в воздухе.

Глава 14. Выбор судьбы

Видение исчезло, и вода в чаше снова стала прозрачной. Эйс опустил в нее руку, словно надеясь найти на дне ответы на мучавшие его вопросы. Когда вода успокоилась, в ней отразилось его бледное лицо с горящими от ненависти глазами. Эйс отшатнулся и вышел из тесной комнатушки.

«– Тот, кого я ненавидел всей душой, на кого осмелился поднять руку, ушел, но на его месте появился другой. Сколько их еще? Хватит ли у меня сил? – думал он».

Эйс подошел к камину и нажал на потайной рычажок. Темный проем скрыла стена. Память вернула его в теплый август, когда за окном выла метель. Наблюдая за пляшущими языками пламени, Эйс снова переживал моменты, когда находился на грани жизни и смерти. И снова его душа была в смятении. Его враг стал его спасителем. Стиг спас его от чудовища в пещере и от возмездия после неудавшегося отравления. Мало этого, так он еще и пожалел его в минуту слабости. Это было обиднее всего. Эйс спрятал лицо в ладонях, но от себя не спрячешься.

Раздался стук в дверь. Он решил не открывать, но стук настойчиво повторился. Эйс щелкнул ключом и впустил в дом девушку. Она вошла твердой походкой, небрежно бросила меховую накидку на спинку кресла и села, протянув руки к огню. Ее густые белокурые локоны струились по спине, а большие выразительные глаза сияли, словно звезды. Таких красавиц еще поискать.

– Бабушка! Ты опять за свое?! – возмутился Эйс.

– Что, так лучше? – спросила она, проведя рукой по лицу.

В тот же миг юная красавица превратилась в дряхлую старуху. Спутанные пряди седых волос торчали во все стороны. Лицо изрезали глубокие морщины. На спине вырос горб.

– Делай что хочешь! – махнул рукой Эйс.

– Я – Виктория, я могу делать что хочу, – усмехнулась она, – Лучше скажи, когда ты сделаешь, что должен!

Эйс сжал ладони в кулаки, но потом вздохнул и повесил голову.

– Не знаю, хочу ли я этого, – прошептал он.

– Слизняк! Весь в свою мать, – сказала Виктория, презрительно взглянув на него. – Моя дочь была такой же мягкотелой и неуверенной. Твое рождение – единственное ее достижение.

– Не говори так о ней!

– А то что? – усмехнулась Виктория, развалившись в кресле.

– Тебе лучше уйти, – прошептал Эйс, сдерживая свою ярость.

– Я уйду, а ты вспомни, что означает твое имя. Ты – номер один, ты – туз в моем рукаве.

Виктория ушла. Эйс запер дверь и долго стоял, упершись в нее руками, словно кто-то хотел ворваться в комнату. Потом нашел в дальнем ящике стола книгу и вынул из нее кусок старого пергамента, сложенный вчетверо и исписанный быстрым неверным почерком. Эйс знал наизусть все его содержимое, но снова развернул лист, чтобы пробежать глазами по строчкам, написанным рукой самого родного человека.

Сыночек мой!

Ты – моя радость и моя печаль. Прости, что не увижу, как ты сделаешь первые шаги, не услышу твои первые слова. Так распорядилась судьба, но помни, что я всегда буду незримо охранять тебя.

Знай, мой родной, что ты – не простой мальчик, а надежда всего королевства. Ты – наследник древнего и доблестного рода королей. До поры до времени ты будешь скрыт ото всех, но настанет день, когда твое имя во всеуслышание произнесут с балкона дворца и народ упадет к твоим ногам.

Этот талисман принесет тебе удачу и убережет от несчастий. Когда тебе исполнится двадцать, …

Дальше ничего нельзя было разобрать. Строчки наползали одна на другую, путались и расползались от капель. Эйс спрятал письмо и сжал медальон под рубашкой.

– Может, я и туз, но не в твоем рукаве, бабуля! – сказал он вслух.

В этот момент за окном мелькнула тень и в щель под дверью просунули письмо.

– Кто здесь? – спросил Эйс, распахнув дверь настежь, но уже никого не было.

Первым его движением было сжечь непрошенное послание, но любопытство не дало это сделать. Печать была знакомая – скрещенные мечи.

– Тайное послание от советника? – ухмыльнулся Эйс. – Зачем это я понадобился бывшему патрону?

Он сломал печать и прочел:

Будь завтра вечером в таверне у восточных ворот.

– Что-то давно я не выбирался никуда, – снова заговорил Эйс сам с собой. – Не будет ничего плохого, если старые друзья выпьют вместе.

С этими словами он лег в кровать и уснул под песни ветра в трубе.

Весь следующий день Эйс провел во дворце. Он исправно ходил на службу, хоть это и доставляло ему боль. Боль потери и разочарования. Помолвка Селены разбила его сердце. Он думал, что не видеть ее будет спасением, но все оказалось совсем наоборот. Еще невыносимее для него было встречаться с Уле. Но теперь, когда у него перед глазами замаячила призрачная надежда вернуть утерянное, Эйс воспрял духом. Он больше не прятал глаза, в которых читались уверенность и сила.

Альдо не доверял помощнику, но нуждался в нем на первых порах. Это было на руку Эйсу и делало его важной фигурой в глазах бывших властителей. Он сидел, склонившись над бумагами, но мысли его были далеко.

Часы башни отмеряли часы, казавшиеся Эйсу годами. Хмурый зимний день медленно погружался в темноту вечера. Когда во дворце зажгли свечи, усталый помощник вышел из его дверей и зашагал по аллее, освещенной факелами.

Спрятав лицо под капюшоном плаща, Эйс прошел через шумную многолюдную площадь, освещенную множеством фонариков, и свернул в темный переулок. Цепные псы нарушили его безмолвие, возмущаясь наглости чужака. Ветер донес до его слуха крики и песни гуляк, и вскоре он вышел к таверне «Черный кот».

Эта таверна пользовалась дурной славой в городе. Говорят, ее настоящим владельцем был Ворон – главарь шайки лесных разбойников и здесь легко можно было расстаться не только с кошельком, но и с жизнью.

Эйс толкнул двери, вошел внутрь и едва не был сбит с ног. Здоровый детина вышвырнул на мороз двух забияк.

– И чтоб больше я вас сегодня не видел! – крикнул он в раскрытую дверь.

Купец достал толстый кошелек и попросил еще пива, не замечая недобрых взглядов оборванцев, сидящих за соседним столиком. Бродячий музыкант играл на скрипке, а худенькая девочка в грязном платьице пела тоненьким голоском и обходила столики с железной кружкой. В табачном тумане плавал запах дешевого пива и бобовой похлебки. Эйс почувствовал, что кто-то дергает его за рукав.

– Эй, господин, подайте нищему! – прошамкал попрошайка в лохмотьях, сидящий у дверей.

Эйс бросил ему мелкую монету, чтобы тот не гнусавил больше.

– Вам туда, – указал он на занавеску, ловко поймав на лету медяк.

Эйс проскользнул в комнату. В тесной комнатушке за столом сидели двое мужчин. Их лица скрывали широкие поля шляп. Пламя свечи отбрасывало на дощатые стены длинные тени.

– Проходи, мой мальчик, – тихо сказал один, наливая трясущейся рукой в глиняную кружку из кувшина.

Эйс узнал голос советника и сел к столу, но к пиву не притронулся. Так в молчании прошло несколько минут.

– Прежде чем я продолжу, скажи, помнишь ли ты кому присягнул служить?

– Помню, – коротко ответил Эйс.

– Все в порядке, господин, он верен вам, – сказал советник.

Второй мужчина снял шляпу, и помощник встал навытяжку, узнав бывшего правителя.

– Сядь, сейчас не до церемоний, – сказал Генрих и кивнул советнику.

– Пройдет не больше месяца, и про короля Уле все забудут, но нам нужен верный человек во дворце, – сказал он и вопросительно посмотрел на своего бывшего помощника.

– Вы преувеличиваете мои возможности, – ответил тот и встал, чтобы уйти.

– Жаль, но придется донести на тебя, – с напускным сочувствием сказал советник. – Колдовство у нас под запретом.

Эйс вздрогнул и замер на месте, словно статуя.

– Помоги нам, и я обещаю, что сделаю тебя своим зятем, – предложил правитель и посмотрел на Эйса исподлобья.

Тот молча кивнул, не в силах вымолвить ни слова.

– Вот и ладно, – выдохнул Генрих и отпил из кружки.

– Завтра я пришлю за тобой карету, – сказал советник, – А сейчас можешь быть свободен.

Эйс не помнил, как оказался на улице. Мороз остудил его пылающие щеки и привел мысли в порядок.

«– Мы еще посмотрим, кто кому поможет, – подумал он с усмешкой, которая не обещала правителю и советнику ничего хорошего».

Через день карета советника подъехала к дому Эйса. Он смело сел в нее, но смелость его быстро улетучилась, когда кучер начал петлять по узким улочкам, а потом выехал за городские ворота. Наконец, он остановил коней у одного из домов ремесленной слободы за крепостной стеной и открыл дверцу кареты.

Эйс вышел. Его встретил старый слуга с фонарем и проводил по лестнице наверх. Генрих с советником уже ждали его.

– Из старых книг мы знаем, что есть ритуал подчинения воли. Возможно ли это? – поинтересовался советник у своего помощника.

– Да, но для его проведения нужен давно утерянный артефакт, – отрезал Эйс.

– Вот этот? – спросил Генрих и откинул крышку шкатулки, стоящей на столе.

Внутри нее лежал кристалл, переливающийся всеми цветами радуги и в комнате стало светло как днем.

– Не может быть… – прошептал Эйс не в силах оторвать от него взгляда.

– Еще как может, – ухмыльнулся Генрих и захлопнул крышку.

– Что еще понадобится? – спросил советник и приготовился записывать.

– Остальное легко найти: черную курицу, свечи и так по малости, – начал Эйс, – Но самое главное – кристалл должен заряжаться целый месяц светом ночного светила.

– Тогда не будем медлить и начнем готовиться к ритуалу.

– И еще, нужна вещь человека, чью волю вы хотите подчинить своей.

– А это только ты можешь сделать, – сказал Генрих и прищурился. – Раздобудь вещь короля.

Эйс посмотрел на правителя и советника и понял, что спорить с ними бесполезно и даже опасно. Поэтому он согласился. Кучер доставил его домой.

«– Так тому и быть, раз судьба сама толкает меня на это, – думал Эйс, засыпая».

Утром пришла Виктория и принесла гуся, запеченного с яблоками, в знак примирения. Прозрачный жир превратился в желе, а запахи сводили с ума, но Эйс даже не притронулся к мясу, только ковырял вилкой сморщенное яблоко.

– Неужели ты решился, внучек? – спросила Виктория, пристально посмотрев на него.

Эйс кивнул.

– Ну, не буду тебя смущать, – заторопилась Виктория, сгребла гуся со стола вместе со скатертью и ушла.

– Одно хорошо – на месяц я избавлен от внезапных появлений бабули, – улыбнулся Эйс.

Молодой король принялся за исполнение своих обязанностей слишком рьяно, и работы хватало всем помощникам. Между делом Эйс обдумывал как бы ему проникнуть в королевские покои. В тот же день судьба подкинула ему такую возможность.

Альдо торопился на встречу и поручил Эйсу занести указ на подпись королю. Помощник поклонился и опустил глаза, чтобы новый советник не прочел в них его намерения.

Он шел по коридорам дворца с такой улыбкой, что слуг, что распахивали перед ним двери, передергивало. Наконец, Эйс подошел к покоям короля.

– Указ на подпись его величества! – четко произнес он и последние двери отворились.

Спальня короля больше напоминала приемную из-за количества людей вокруг. Эйс встал рядом с другими помощниками, ожидающими внимания короля. Несколько дам застилали кровать с балдахином под короной, словно совершали тайный обряд. Еще несколько вельмож крутились вокруг короля с полотенцами, гребнями и одеждой.

Уле стоял в длинной батистовой рубашке перед зеркалом, отражающим его с головы до ног, и не понимал, для чего весь этот переполох.

«– Разве для этого я здесь? – думал он и краснел, когда к нему прикасались».

Не выдержав, он вырвал гребень из рук изумленного барбера и наскоро причесавшись, велел удалиться всем прислуживающим. Переглянувшись, они не стали спорить, а вышли вереницей из покоев короля. Уле оделся, спрятавшись за ширмой и пригласил помощников к столу у окна.

Улучив момент, когда Уле склонился над бумагами, Эйс взял с туалетного столика кольцо из раскрытой шкатулки и незаметно спрятал в карман.

«– Надо запомнить этот момент, – подумал он. – Теперь пути назад нет».

Эйс подписал указ и вернулся в канцелярию. Он положил пергамент с печатью короля на стол советника и сел на свое место.

Целый месяц Эйс сидел на хлебе и воде, чтобы очистить тело и дух. Он так исхудал, что стал похож на выходца с того света. Его и без того бледное лицо стало белым, словно снег, щеки впали, но черные глаза горели огнем. Альдо, заметив эти перемены, отпустил его домой пораньше.

Прохожие шарахались от Эйса на улице, принимая его нетерпение за лихорадку.

– Все или ничего, – шептал он. – Сегодняшняя ночь все решит.

Войдя в дом, он остановился на минутку перевести дыхание. Полная луна заглядывала в окно, словно проверяя все ли готово к обряду. Черная курица в клетке подала голос. Эйс встрепенулся и начал действовать. Он начертил мелом круг посреди комнаты и сделал надписи на древнем языке магов. На стол-треногу поставил чашу и положил нож и кольцо. Зажег черные свечи по одной на каждую сторону света.

Ровно в двенадцать к нему присоединились правитель и советник. Генрих достал из шкатулки кристалл и дрожащей рукой передал Эйсу. Тот поставил его на стол. Как только свет луны достиг его, комната озарилась белым светом.

– Пора! – сказал Эйс и начал читать заклинание.

От его слов свет кристалла поменял цвет на зеленый. Тогда Эйс взял нож и одним верным движением отсек голову курицы. Кровь брызнула в чашу и в тот же миг перед ним возникла тень короля. Эйс продолжил обряд.

Генриха била дрожь, а советник едва дышал, когда они увидели, как тень стала единым целым с колдуном. Эйс взял кольцо и обмакнул его в кровь. Генрих протянул за ним руку, но колдун захохотал и одел кольцо на свой палец. В тот же миг вокруг него стали летать черные тени, пытаясь схватить. Круг не давал им этого сделать, и они метались по комнате, опрокидывая мебель. Правитель с советником в ужасе пытались спрятаться, но тени заметили их и разом накинулись, словно хищные звери. Крики отчаяния огласили комнату. Через минуту все было кончено. Только кучка пепла осталась на полу там, где они стояли. Тени исчезли, приняв жертву и Эйс вытянул руки вверх, чтобы закончить обряд. Еще миг, и король станет игрушкой в его руках.

Вдруг дверь с горохом раскололась и в комнату ворвались крепкие парни в доспехах, впустив внутрь холодный ветер, задувший свечи. Начальник стражи сорвал кольцо с пальца колдуна и скрутил ему руки.

На следующий день Эйса приговорили к пожизненному заключению в самой страшной тюрьме королевства, откуда никто еще не возвращался. Говорят, он помешался в рассудке, так что его пришлось заковать в кандалы. Соучастников преступления не могли сыскать, поэтому к дому Эйса приставили стражу.

Вечером у его дверей появилась красотка.

– Сюда нельзя! – остановили ее стражники, когда она попыталась войти.

– Почему? – невинно спросила та.

– Это место страшного преступления.

– Да ну? Ни разу не видела места преступления. Вот бы хоть одним глазком взглянуть!

Смазливое личико и широко распахнутые голубые глаза сделали свое дело. Стражники переглянулись и отодвинули одну из досок, которыми был забит вход.

– Я быстро! – сказала она и прошмыгнула в дом.

Она по-хозяйски подошла к камину. Щелчок и потайная дверь открыла тесную комнатушку без окон. Девица отодвинула один из кирпичей и достала кольцо. Обычное серебряное кольцо, если не считать семи капель, три из которых перечеркивала вертикальная щель.

– Как кстати это полнолуние!

Красотка надела кольцо на свой изящный пальчик и произнесла заклинание. Комната озарилась голубым светом.

Стражники вбежали в дом, но там уже никого не было.

Глава 15. Предчувствие

Игорь проснулся на широкой кровати с высокой резной спинкой. Тяжелые портьеры скрывали комнату от всего мира, а сладкие восточные ароматы обволакивали и убаюкивали. Со стен на него смотрели полуобнаженные рубенсовские красавицы. С хрустальной люстры свешивался кружевной лифчик размера пятого, не меньше. Его одежда, вперемежку с женскими чулками, юбкой и блузкой, была разбросана повсюду, словно взрывом. Заглянув под шелковые простыни, Игорь понял, что сегодняшняя ночь была горячей. Послышались легкие шаги босых ног, и в спальню вошла блондинка в коротком халатике, не скрывающем ее прелестей, с подносом в руке.

Запах кофе пробудил Игоря от арабской сказки. Он сел в кровати, силясь вспомнить ее имя.

– Доброе утро, любимый! – нежно проворковала блондинка.

Она поставила поднос на столик рядом с кроватью, наклонившись, чтобы показать соблазнительные изгибы бедер. Потом села рядом и обвила его шею рукой. Игорь уклонился от поцелуя.

– Что не так, любимый? – капризно спросила та.

– Все так, м-м-м, – начал Игорь.

– Вика, – подсказала она.

– Все так, Вика, но мне действительно пора, – сказал он и начал одеваться, наматывая круги по комнате в поисках одежды.

Виктория недовольно смотрела на него, потом откинулась на подушки, словно случайно распахнув халатик. Игорь даже не взглянул на тело, которому позавидовали бы иные богини, и выбежал из квартиры. Услышав хлопок двери, Виктория усмехнулась и взяла в руки телефон.

– Глупенький, думаешь, от меня так легко убежать? Сети уже расставлены – сказала она, набирая сообщение.

Давно Игорь так не бегал. За несколько минут он преодолел расстояние до больницы и постучал в окно своей палаты. Оно распахнулось, и товарищи втянули его внутрь. Услышав легкие шаги Алены по коридору, Игорь юркнул под одеяло.

– Уже встали? – удивилась она, – Завтракать и на процедуры!

Весь день Игорь не находил себе места и не отвечал ни на какие расспросы товарищей. Вечером Алена вернула ему телефон. Игорь схватил его как выигрышный билет и сразу открыл сообщение.

– Спасибо за чудесную ночь, любимый! Кажется, я стала зависимой от твоих ласк, – прочитал он сообщение от «единственной».

С аватарки на него смотрела роскошная блондинка.

«– Ребята обзавидовались бы, увидев мою «единственную», – думал Игорь. – Тогда почему я убежал от нее как от огня? Давно ли я стал таким неуверенным?»

– Что, со своей Дианой любезничаешь? – спросил Эдик, заметив волнение Игоря.

– С какой Дианой? – спросил он.

– Вот это поворот! – возмутился Эдик и обернулся, обратившись к Толику: – Дня не прошло, а он уже забыл о своей неземной любви.

– А кто не бабник? – рассмеялся тот.

«Еще Дианы не хватало! – думал Игорь, роясь в контактах».

Не найдя никого даже похожего, он немного успокоился, но тут раздался звонок. Узнав номер, он выдохнул.

– Привет, мам! Что звонишь?

– Здравствуй, сыночек, доктор сказал, что Диана очнулась.

– Кто это?

– Я говорю, Диана пришла в себя, – повторила она.

– И что?

– Когда ты успел поссориться? Она обвиняет тебя?

– В чем?

– Ну, вы же вместе в аварию попали.

– Мам, никто меня не обвиняет, все хорошо, – сказал Игорь и закончил разговор.

Он раздобыл у Алены лист бумаги и ручку и написал несколько строк, потом собрал свои вещи под непонимающими взглядами товарищей и зашагал по коридору. Остановившись у дверей с надписью «Главный врач», он постучал и вошел.

Через полчаса Игорь вышел из дверей больницы и вскоре оказался в своей квартире. Он забросил в стиралку одежду, пропахшую больницей, налил чаю и открыл почту. Если бы рядом были его товарищи по палате, они хохотали бы до упаду, глядя, как он прыгает по комнате в танце дикаря.

Месяц назад Игорь с согласия декана подал заявку на студенческий конкурс. Победители получали возможность участвовать в фестивале исторической реконструкции. Желающих бесплатно побывать в Европе и получить баллы для диплома было пруд пруди. Игорь, нажимая «отправить», втайне надеялся, что его опыт реконструкций и должность председателя университетского клуба историков помогут ему. Так оно и вышло – место на фестивале обеспечено, осталось только проявить себя. Звонок телефона вывел его из состояния эйфории. В деканате беспокоились, что состояние здоровья помешает Игорю участвовать в проекте, но он заверил секретаря, что уже выписался и с завтрашнего дня приступает к учебе.

Утром, до начала пары, Игорь прикрепил лист на доске объявлений у кафедры исторического факультета. Студенты тут же окружили его. Девушки хихикали и перешептывались, молодые люди доставали телефоны, и к концу дня у Игоря скопилось столько сообщений, что пришлось устраивать отбор в команду. Он придумал задания, назначил дату и опубликовал пост в студенческом блоге.

Всю неделю до начала отбора Игорь не находил себе места, ведь теперь перед ним замаячила новая цель – не только участвовать в фестивале, но и выиграть грант на исследование. Поэтому к выбору команды он подошел очень серьезно. Чтобы увеличить шансы проекта на успех, Игорь решил набрать ребят не только с исторического, но и с факультета искусства, медицинского и экономического. Тогда его проект сможет конкурировать с другими университетами.

В назначенный день Игорь с Лешей и Митей, друзьями из клуба сидели за столом в свободной аудитории, волнуясь не меньше соискателей. Ребята шумели и смеялись за дверями. Историков и экономистов выбрали сразу, а вот с художниками и медиками было сложнее. Студенты с медицинского посчитали, что для них важнее практика, а художники один за другим сыпались на вопросах по истории средних веков.

Игорь уже совсем отчаялся, как в дверях появилась Виктория. Она произвела на его друзей неизгладимое впечатление своим видом. Яркая блондинка была одета в черное платье с корсетом в стиле «Дарк Академия». Она подошла к столу и с милой улыбкой села напротив, положив ногу на ногу. Ребята не могли оторвать взгляда от ее стройных ног в чулках-сеточках и туфлях на высоченных каблуках.

– Вы на отбор? – спросил Игорь и строго посмотрел на друзей, расплывшихся лужицами.

– Да, – глубоким грудным голосом с придыханием ответила блондинка и провела рукой по волосам.

Игорь встал и вытолкал за двери упирающихся парней.

– Что ты творишь? – тихо спросил Игорь.

– Ты сам виноват, – оправдывалась Виктория, – Но я пришла не только ради тебя.

– А для чего еще?

– Я хочу участвовать в проекте – это хорошая возможность показать себя.

– Ты художница? – недоверчиво спросил он, едва сдерживая смех.

– Сомневаешься? – обиделась она.

– Так вот откуда у тебя копии Рубенса.

– Шутишь? – возмутилась Виктория. – Я копий не держу!

– Какой музей обокрала? – рассмеялся Игорь.

– Питер сам подарил их мне, как своей музе, – оправдывалась Виктория.

– Тебе сколько, лет, муза? – еще больше расхохотался Игорь.

– Неприлично спрашивать об этом у женщины, – улыбнулась в ответ Виктория, погрозив ему пальчиком с красным коготком, и добавила: – А он был такой же повернутый на истории, как и ты. И также любвиобилен.

– Ты принята! – сказал Игорь. – Твои театральные способности, искренность и юмор пригодятся нам.

– Не зря меня назвали Победа!

Виктория медленно подошла вплотную к Игорю и обняла его за шею, а он поцеловал ее в пухлые губы, размазав красную помаду. Головы Леши и Мити показались в дверях, но Игорь прикрыл ее ногой.

Позже, в столовой, они позвали его к своему столику.

– Что это было? Кто это? – наперебой спрашивали они.

– Это Виктория, теперь она в нашей команде, – ответил Игорь, поставив поднос.

– Я слышал о получении роли через постель, но не думал, что увижу это воочию, – сказал Леша и рассмеялся.

Игорь нахмурился, ковыряя вилкой в тарелке, и посмотрел на друзей так, что они перестали смеяться.

– А как же Диана? – спросил с упреком Митя.

– О ком вы говорите? – спросил Игорь и почувствовал, как внутри него закипает раздражение.

– Если вы поссорились, это еще не означает, что нужно бросаться в объятия первой попавшейся блондинке.

– Сам разберусь! – бросил Игорь и встал из-за стола.

Он шел к выходу, не замечая никого вокруг. Звон разбившейся посуды вывел его из этого состояния. Игорь бросился помогать девушке, поднос которой случайно задел локтем. Он чувствовал себя виноватым и предложил ей пообедать вместе.

Девушка согласилась. Игорь попросил ее занять столик у окна и встал в очередь. Иногда он бросал на нее взгляды. Маленькая, худенькая, с веснушками и рыжими волосами, она не была красавицей, но что-то в ней привлекало его. Он сам не понимал, что: то ли озорные искорки в ее глазах, то ли звонкий голосок. Выглянуло солнце и ее волосы засияли золотом.

Он взял ей все, чего лишил: салат, котлеты и компот, а себе – чай и булку. Когда он подсел к Диане, друзья за соседним столиком выдохнули.

– Не перевелись еще джентльмены на Руси, – смеялась девушка, хрумкая салатом.

– Извините еще раз, – смутился Игорь и обжегся, пролив чай: – Ай, горячо!

– Ожог третьей степени! – рассмеялась девушка, осмотрев его покрасневшую руку.

– Мы уже минут десять беседуем, а я даже не знаю вашего имени, – начал Игорь.

– Диана, – ответила та и рассмеялась, глядя на его реакцию.

Сказать, что Игорь удивился, значит, ничего не сказать. Это имя, преследующее его последнее время, принадлежало не фантому, а вполне реальной девушке, из плоти и крови, сидящей напротив.

– Вы как будто привидение увидели!

– Мне сейчас не привидение, а медик нужен, – опомнился Игорь.

– Ну, я медик. Не так все и страшно.

– А, нет, для проекта, – смутился он и спрятал руку в карман.

– Для проекта? – заинтересовалась она.

– Я приглашаю вас в свою команду. Хотите поехать во Францию на фестиваль?

– Хочу! Когда?

– Через месяц.

– А как же учеба?

– Я договорюсь, – улыбнулся Игорь и взял ее телефон.

У столика возник высокий широкоплечий парень с подносом. Он словно материализовался из воздуха, и вопросительно посмотрел на Диану. Она представила их друг другу.

– Саш, представляешь, Игорь предложил мне место в команде. Я могу поехать во Францию! Я так давно мечтала…

– Это все прекрасно, но где взять деньги? – спустил ее с небес Александр.

– В том то все и дело, что бесплатно! Не смотри так, – рассмеялась она, когда тот удивленно приподнял бровь: – на конкурс.

– А как же учеба? – нахмурился Александр.

– Это всего на неделю, а с деканом я договорюсь, – ответил за Диану Игорь.

Александр посмотрел на него так, словно вдруг заговорил стул. Игорь понял, что он тут лишний и откланялся. Уже на выходе из столовой Игорь оглянулся и увидел, как Александр что-то говорил Диане, держа ее за руку, а она кивала, улыбаясь. Ему вдруг захотелось вернуться, но он отогнал от себя эти мысли и зашагал по коридору.

Диана проводила взглядом нового знакомого. Она не понимала, почему ей хочется догнать его и идти рука об руку, куда бы тот ни шел. Вместо этого Диана согласилась пойти в кино, куда настойчиво приглашал ее Александр.

Вечером Диана вернулась в общежитие. Шагая по лестничным пролетам, она думала об Игоре, и сама себе удивлялась.

– Почему этот смазливый блондин вообще занимает меня? Что у нас может быть общего? – бормотала она.

Диана вошла в комнату с номером 350, и легла на кровать прямо в пальто, свернувшись калачиком. Лена и Вероника, подруги и соседки по комнате, переглянулись, заподозрив неладное.

– Что случилось? – спросила Лена, отложив книгу и глядя на подругу из-под очков.

– Зачет не сдала, что ли? – испугалась Вероника.

– Ничего не случилось. Зачет сдала, – успокоила их Диана и покраснела.

– Тут что-то нечисто! – переглянулись подруги. – Рассказывай!

– Ничего особенного, – ответила Диана, села в кровати и сняла, наконец, пальто, – Просто мы с Сашкой идем в кино.

– А у Игоря спросила? – рассмеялись девочки. – Он же у тебя Отелло!

– Почему я должна у него спрашивать? – не понимала Диана.

– Все поня-я-ятно, опять поссорились!

– Ни с кем я не ссорилась!

Стук в дверь прервал их разговор. Диана открыла, и на пороге появился Александр, сверкая белозубой улыбкой от уха до уха.

– Привет, девчонки! – поздоровался он.

– Привет, привет, – ответила Лена, исподлобья глядя на него. Вероника кивнула.

– Идем! – сказала Диана.

Александр взял пальто из рук Дианы и галантно помог ей одеться.

– Что это было? – удивилась Лена, когда за парочкой закрылась дверь.

– Не наше дело! Пусть сами разбираются! – сказала Вероника и открыла учебник.

Вечерний город засиял миллионами огней. Трассы, словно вены большого организма, светились фарами нескончаемого потока автомобилей. Запах бензина смешивался с запахом прелой листвы. В сквере возле общежития было тихо, только опавшие листья шуршали под ногами, нашептывая что-то припозднившейся парочке. Александр робко взял Диану за руку.

– Какая холодная рука, – тихо сказал он и поднес ее к губам, чтобы согреть дыханием.

– Пошли, а то опоздаем, – заторопила его Диана, отнимая руку.

Они повернули в аллею, в конце которой приветственно замаячила неоновыми огнями «Формула кино». В кинотеатре разносились запахи кофе, горелого попкорна и звуки музыки. Александр купил ее любимое фисташковое мороженое, и они вошли в кинозал. Когда свет погас, кто-то тяжело плюхнулся возле Дианы, толкнув ее.

– Осторожнее! – возмутилась она, достала из сумочки платок и начала вытирать мороженое с пальто.

– Извините! – сказал молодой человек, обернувшись к ней.

– Игорь? – удивилась Диана, узнав его.

– Диана? – не менее удивился он и улыбнулся. – Вот это встреча!

– Ну, что там? – недовольно спросила его спутница.

– Знакомых встретил, – объяснил он и представил ей Диану и Александра.

Виктория надула губки и отвернулась. Тут начался фильм, и Диана устремила взгляд на экран. Она хохотала над шутками героев, скромно опускала глаза, когда они целовались, и замирала, покусывая губы, в опасные моменты, хватая за руку Александра. Обернувшись невзначай, она встретилась глазами с Игорем. Он смотрел на нее с восхищением. Диана замерла, словно загипнотизированная его взглядом и их губы встретились. В этот миг оба почувствовали, что их притяжение не случайно, словно судьба дает им второй шанс.

Раздался резкий звук из колонок и Диана отпрянула, словно пробудившись ото сна, вскочила с кресла и начала пробираться к выходу.

– Куда ты? – забеспокоился Александр и пошел за ней, не услышав ответа.

Игорь тоже встал, но Виктория удержала его.

– Пусть идут, – зло прошипела она, схватив его руку мертвой хваткой.

Игорь послушно сел рядом, а Виктория прижалась к нему всем телом.

«– Эта девка явно не такая простушка, как кажется, – думала Виктория, поглаживая Игоря по руке и заглядывая ему в глаза, – Ну что ж, померяемся силами».

Игорь сидел, уставившись в экран, но его мысли были далеко, блуждая между образами Дианы и Виктории. Они были похожи как две полярные вселенные.

«– Чем привлекает меня Виктория понятно, но Диана? Мы ведь едва знакомы. И она совсем не в моем вкусе… – думал он. – Вот и не верь после этого в любовь с первого взгляда».

На экране мелькали кадры. Зал то хохотал, то замирал, и только одна пара на последнем ряду сидела, словно погруженная в свой мир, ничего не замечая вокруг.

Глава 16. Реконструкция мечты

Игорь запахнул плащ и поднялся по крутым ступеням каменной лестницы на крепостную стену. Отсюда как на ладони были видны ровные ряды садов и виноградников, прямоугольники полей, деревушки, петляющая лента реки.

С другой стороны открывался не менее впечатляющий вид на Каркассон. Лучи заходящего солнца позолотили черепичную мозаику крыш, шпили замка и базилики.

– Впечатляет, правда? – услышал он и обернулся.

В бойнице сидела, болтая ногами, Диана. Ветер трепал ее золотые волосы и платье, словно стяг. Она куталась в теплую шаль и ежилась от холода.

– Правда. Эти неприступные стены когда-то заставляли трепетать любого, – согласился он.

– Я не могу отделаться от мысли, что все это уже видела, – тихо сказала Диана, глядя на реку, разделившую город на верхний и нижний.

– Я тоже.

Они сидели и наблюдали, как солнце садится за горизонт.

– О чем задумалась? – спросил Игорь, глядя на притихшую Диану.

– О завтрашнем дне, – ответила она, безотрывно глядя вдаль, – Как мы выступим?

Игорь вспомнил слова завкафедрой на совещании и усмехнулся.

– Мы сделаем это незабываемо! Идем, становится холодно, не хочу, чтобы ты простудилась.

Игорь взял Диану за руку, они спустились по крутой лестнице и растворились в разноголосой толпе студентов в средневековых одеждах.

– Сфотографируй меня, пока свет ни ушел, – попросила Диана.

Игорь сделал несколько кадров. Глядя в объектив, он словно впервые увидел ее. Рыжие непослушные волосы горели в последних лучах солнца. Острый носик и веснушки придавали озорное выражение ее узкому личику. Зеленое платье тяжелого шелка подчеркивало стройную мальчишескую фигуру.

Уличные музыканты своей игрой на скрипке и волынке заставляли приплясывать прохожих. Диана бросила монетку в старую фетровую шляпу и остановилась послушать их. Скрипач с улыбкой подал ей бубен, и она с упоением отмеряла ритм, ударяя по нему ладонью.

Солнце скрылось, и улицы старого города засветились разноцветными фонариками. От реки несло сыростью, и Игорь поторопил Диану. Проходя мимо таверны, они заметили в окне своих товарищей. Игорь остановился и нахмурился.

– Этого еще не хватало! – возмутился он и вошел в двери, несмотря на попытки Дианы удержать его.

– А, Гаррик! – расплылся в улыбке Леша.

– Давай к нам! – позвал его Митя и сделал знак официанту.

– Вам что, мало приключений? – рассердился Игорь. – Сейчас же отправляйтесь в свой номер!

– Это еще пуркуа? – рассмеялся Митя, отхлебывая из большой глиняной кружки.

– Потому что я не хочу краснеть за вас завтра. Если подведете команду, вы мне больше не друзья!

– Да что ты так завелся? Выпей лучше.

– С меня хватит истории с паспортом!

– Подумаешь, паспорт забыл! С кем не бывает? Все же обошлось.

– На этот раз да, а ты подумай, что бы было, если бы ты не успел на рейс?

Леша покраснел и повесил голову. Митя позвал официанта, чтобы расплатиться.

– Успеем еще в гостиницу. Давайте перекусим, – предложила Диана и силой усадила Игоря за столик.

Подошел официант. Игорь заказал кассуле – рагу из белой фасоли и нескольких сортов мяса, приправленных ароматными травами – блюдо, которым славится местная кухня. Уютная атмосфера таверны сделала свое дело и вскоре друзья смеялись и шутили как раньше.

Наутро Игорь собрал команду у себя в номере.

– После репетиции девочки свободны. Я, Леша и Митя идут на фехтование, остальные – на мастер-классы, – объявил он.

– А вечером? – спросила Виктория.

– Вечером предлагаю еще порепетировать.

– Ребята из французской команды приглашают нас на вечеринку, – сказала Виктория и вопросительно посмотрела на Игоря.

– Ты ничего не путаешь? Нас или тебя? – усмехнулся он.

Виктория молча протянула ему приглашение.

– Что ж ты сразу не сказала, что это официальное мероприятие. Конечно, идем.

Игорь разослал расписание и ребята разошлись.

«– Завтра решающий день, но, похоже, один я переживаю за команду, – думал Игорь. – Лучше бы один поехал, как в прошлом году».

Он вздохнул и направился к мосту, где проходила тренировка. Игорь вошел в палатку, где его уже ждали Леша с Митей.

«– Вчерашний урок выучен, – подумал про себя Игорь и улыбнулся, глядя на серьезные лица друзей».

Облачившись в доспехи, они присоединились к остальным. Тут и тренер подошел. Игорь вздрогнул, увидев его. Пожилой мужчина оценивающе осмотрел собравшихся. Его загорелое лицо было неподвижно, но черные глаза улыбались. Он говорил на французском, а его помощник переводил.

– Сегодня я ваш тренер, – начал он. – Зовите меня Артур.

Через пару часов, когда все удары были отработаны, тренер предложил начать жеребьевку. Игорю выпало сразиться с Эриком из французской команды. Леша с Митей переглянулись. Эрик не проиграл ни одного поединка, а в битве на мечах ему не было равных. Игорь подошел к нему, и соперники обменялись дружескими приветствиями. Артур пригласил турнирщиков познакомиться с их боевыми конями.

– Это Гром, – перевел помощник слова конюха, – указывая Игорю на мощного тяжеловоза.

Он взглянул на коня и снова ощутил эффект дежавю, словно играет в хорошо отрепетированной пьесе. Игорь посмотрел в большие умные глаза Грома и запустил руку в его черную гриву. Конь фыркнул и поддел ее мордой. Тогда он вставил ногу в стремя и легко вскочил в седло. Артур, все это время наблюдающий за ним, одобрительно кивнул и предложил проехаться по ипподрому. Сначала Игорь проехал круг рысью, потом перешел на галоп. Конь слушался беспрекословно, а всадник сидел в седле как влитой. Почувствовав себя увереннее, Игорь взял несколько барьеров и подъехал к Артуру.

– Вы готовы к завтрашнему поединку, – сказал он через переводчика. – Советую хорошенько выспаться.

Игорь поблагодарил его и направился к выходу, где его уже ждали друзья.

– Ну как? Что он сказал? – наперебой спрашивали они.

– Все хорошо, не о чем переживать, – успокоил их Игорь. – А сейчас отдыхать!

Через час Игорь вышел из душа, распространяя ароматы лимона и бергамота. Горячая вода смыла усталость, и он чувствовал себя словно заново рожденным. Игорь поискал глазами халат и нашел его в руках Виктории, сидящей в кресле напротив зеркала, в котором он отражался во всей красе. Игорь шагнул за спинку кресла.

– Стесняшка. – улыбнулась Виктория. – Не это ищешь?

Она подала ему халат. Игорь запахнул его и сел напротив.

– Как ты сюда попала?

– Не через дымоход, – рассмеялась она, подошла и села к нему на колени.

– Давай встретимся позже, – предложил он, уклоняясь от ее ласк.

– Ну, позже, так позже, – обиделась она и вышла из номера, виляя бедрами.

Вечером Игорь спустился в бар. Его полумрак освещали разноцветные вспышки света, отмеряя музыкальный ритм. Веселье было в самом разгаре. Виктория танцевала в кругу французских красавчиков, Леша и Митя сидели за стойкой. Все как всегда. Никаких сюрпризов. Но тут его взгляд выхватил Диану. Она мило беседовала с Эриком, сидя за столиком в углу. Ноги сами привели его туда.

– Не помешаю? – спросил он.

– Конечно, нет! Садись, – сказала Диана и показала на стул рядом. – Эрик так интересно рассказывает. Представляешь, его род берет начало от первых поселенцев этого замка!

– Здравствуйте! Спасибо! До свидания! – выдал Эрик на ломаном русском и рассмеялся.

– Бонсуар, – ответил Игорь.

– О! – восхитился тот.

– Не надо апплодисментов, я тоже знаю только несколько слов, – улыбнулся Игорь и подозвал официанта.

Когда принесли заказ, они выпили за дружбу, потом за присутствующих дам, потом еще. Оказалось, Диана хорошо знает французский и помогла новым знакомым поддержать разговор.

Виктория, заприметив теплую компанию, нахмурилась. Потом подошла к диджею и пошепталась с ним. С первыми звуками старой баллады она пригласила Игоря на танцпол. Он недолго сопротивлялся, и вскоре они обнимались под Милену Фармер, которая пела про ламур.

Оглянувшись, Игорь заметил, что Диана и Эрик исчезли. Он не понимал, почему, но это вызвало у него беспокойство.

– Что ты так переживаешь? Предрекаю, что завтра ты выиграешь, – прошептала Виктория Игорю, слегка касаясь губами его уха.

Игорь остановился.

– Извини, мне нужно кое-что сделать!

– Конечно нужно, и я даже знаю что. Может, лучше поднимемся в номер?

– Прости, мне действительно нужно идти.

Игорь проводил Викторию к ее столику и вышел из душного бара на улицу. Он прошел вниз к реке и остановился, заметив парочку на берегу. В спокойных водах отражались разноцветные фонарики, растекаясь радужными пятнами. Ветер принес звуки музыки из бара и запах свежеиспеченных булочек из пекарни. Две тени на скамейке слились в одну под звездным небом.

Первым желанием Игоря было подойти и дать наглецу по морде, но он остановился и задумался.

«– Что со мной происходит? Почему это меня должно волновать? – спрашивал он сам себя и не находил ответов».

– Тоже решил прогуляться перед сном? – услышал он и обернулся на голос.

Перед ним стояла Диана.

– Да, – ответил Игорь и обрадовался сам не зная чему. – А где Эрик?

– Завтра же поединок, решил лечь пораньше. И тебе пора, – ответила Диана.

– Проводишь?

Диана кивнула и зашагала рядом. Игорь почувствовал себя так спокойно рядом с ней, словно она обладала тайным даром умиротворения. Он украдкой посматривал на нее и укрыл плащом, когда заметил, как она поежилась от холода. Они дошли в молчании до гостиницы и поднялись по лестнице. Как только они поравнялись с номером Игоря, дверь открылась и на пороге появилась Виктория в его рубашке.

– Что так долго? – спросила она.

– До завтра, – пролепетала Диана, опустив глаза, и проскользнула в соседний номер.

– Что ты творишь?! – спросил разъяренный Игорь, втолкнув Викторию в номер и захлопнув дверь.

– Сюрприз! – нагло улыбнулась та.

– Одевайся и вон отсюда!

– Ладно, ладно, не сердись, дорогой! – хохотала Виктория, собирая вещи.

Она вышла, застегивая на ходу блузку, и погрозила двери кулаком.

– Все равно ты будешь мой, дракон-полукровка! Никто мне не помешает!

Игорь был так зол, что долго еще не мог уснуть. Диане тоже не спалось в соседнем номере.

– И что я так расстроилась, словно застукала своего парня с другой? Пусть себе крутит любовь с кем хочет, – уговаривала она себя, а потом снова утирала слезы. И так по кругу.

Утро было такое же мрачное, как настроение Игоря. К переживаниям о поединке добавилось чувство вины. Он решил все объяснить Диане, как только увидит ее, но столкнувшись в коридоре, смог выдавить из себя лишь сухой привет.

«– Нужны ей мои оправдания! Я что, ее парень? – подумал он и зашагал к выходу, насвистывая».

У моста возле крепостной стены собрался весь город. Зрители заняли свои места на трибунах, участники фестиваля – в шатрах. Игорь облачился в доспехи и ждал своего выхода.

Звуки труб возвестили о начале турнира. Не одно копье было сломано, прежде чем объявили поединок Эрика Храбрейшего и Черного рыцаря. Игорь сжал копье в руке и слился с Громом в черную скалу. По сигналу оба рыцаря пришпорили коней. Одновременно копья достигли цели и с треском разлетелись вдребезги. Турнирщики спешились и продолжили поединок на мечах. Со стороны казалось, что Игорь знает все наперед. Он предвосхищал все удары Эрика. Отбросив щиты, они схватились за мечи, замахнулись и рубанули сплеча. Сноп искр посыпался на противников. В пылу драки Игорь не заметил, как его рукав обагрился кровью. Вдруг над головами изумленных зрителей медленно проплыл белый платок и плавно опустился на землю. Герольды тот час остановили поединок.

– По желанию прекрасных дам поединок прекращен! – объявил судья под недовольный гул трибун.

Разгоряченных противников пришлось утихомиривать силой. Эрик заметил кровь на рукаве Игоря и проводил его в шатер.

Диана, увидев их, побледнела, но тут же взяла себя в руки. Она усадила Игоря, закатала рукав и осмотрела руку. Рана оказалась неглубокой. Диана обработала ее и наложила повязку.

– До свадьбы заживет! – рассмеялась она, глядя на испуганные лица друзей. – Вот если бы они сражались острыми мечами, тогда пришлось бы швы накладывать, а так – через неделю и не вспомнит.

– Мон дье! – причитал Эрик, глядя на окровавленные бинты.

– Скорую! Скорее! – закричала Виктория, ворвавшись в шатер.

– А ля гер ком а ля гер – на войне как на войне, – сказала Диана и накапала ей валерианы в пластиковый стаканчик.

Виктория выхватила его и залпом выпила содержимое. Фанфары возвестили об окончании турнира, и все высыпали на площадку перед трибунами.

– Вторые?! – возмущался Леша, услышав результаты.

– Это тоже неплохо, – успокоил его Игорь, – Теперь дело за художниками.

– Я не подведу! – заверила его Виктория, одарив таким взглядом, что он покраснел.

Вечером сотни зрителей собрались в замке Каркассона на дефиле. Молодые дизайнеры, вдохновленные эпохой средневековья, представили коллекции одежды на подиуме. Игорь впервые видел Викторию такой взволнованной. Глаза ее горели зеленым огнем, острые как ножи ногти впились ладонь, сжимающую талисман на серебряной цепи. Он хотел подойти, чтобы приободрить ее, но тут привезли коллекцию, и Виктория преобразилась. Она давала указания визажистам и парикмахерам, злилась на моделей и переводчика и чуть не устроила скандал, заметив следы помады на одном из платьев.

Игорь вышел, чтобы наблюдать за этим действом из зала. Показы соперников произвели на жюри и зрителей впечатление, но, когда зазвучала музыка, подобранная Викторией и на подиум вышли модели в ее костюмах, зал сначала встал в едином порыве, а потом взорвал тишину громом апплодисментов. Готика в ее коллекции соединилась с русским авангардом с его графическими линиями, динамичным сочетанием черного, белого и красного, любимым Малевичем и Татлиным. В конце прохода как вишенка на торте вышла сама Виктория в свадебном готическом платье, и всем стало понятно, кого судьи объявят победительницей.

Вечером праздновали в ближайшем кафе. Игорь открыл его для себя в прошлый приезд. Каждый входящий моментально окунался в атмосферу рыцарского романа. Балки потемневшего от времени дерева держали свод, напоминающий паруса. Лучи заходящего солнца, проникая через толстые оконные стекла, пытались повторить узор витражей на противоположной стене. Теплый свет свечей, пусть и электрических, разгонял вечерний сумрак.

Виновница торжества, вернувшись с интервью в местной газете, сразу нашла своих товарищей за самым большим и шумным столиком в центре кафе. Она прижимала к сердцу приглашение на стажировку от известного французского модного дома в золоченой рамке, словно кто-то отважится отнять его.

– Ваши планы на будущее, мадмуазель Виктория? – шутливо спросил ее Митя, изображая журналиста.

– Напиться! – рассмеялась та и подняла серебряный кубок.

– За викторию Виктории! – поддержали ее друзья.

Через час, несмотря на мольбы, все лежали в кроватях в своих номерах.

– Как маленькие, ей богу! – прошептал, засыпая Игорь и передразнил Лешу: – «Ну, давай еще часок!»

В тот же миг он оказался на скамейке под старой яблоней возле маленького домишки, прилепившегося к крепостной стене. От дерева лучами расходились десять секторов-грядок, засаженных лекарственными травами и разделенных дорожками.

Солнце припекало, и даже тень яблони не спасала от жары, а приоткрытая дверь сарая, сложенного из плитняка и крытого соломой, звала в прохладу. Внутри пахло мятой и лавандой. Множество полочек были уставлены стеклянными и фарфоровыми банками и бутылками разных размеров и форм. С деревянной балки свисали пучки сухих трав.

За дощатым столом возле единственного окна сидела рыжеволосая девушка и писала, обмакивая иногда перо в чернильницу.

– Диана? Что ты здесь делаешь?

– Господин Стиг, вы опять встали без разрешения? – строго спросила Диана и проснулась.

Она села в кровати и зажгла лампу. Потом достала из тумбочки тетрадь и записала все, что только что видела. Сны о необыкновенных приключениях в Туманных землях не давали ей покоя с того дня, как она очнулась в больнице. По ее записям можно было фильм снять. Но только сегодня к ней пришло осознание, что Игорь и странник – одно лицо. Она выключила свет и легла.

«– Как такое возможно? – думала Диана, глядя в темноту. – Я познакомилась с ним совсем недавно, а сны мне начали сниться еще в больнице».

«– Как такое возможно? – думал Игорь, ворочаясь в постели в соседнем номере. – Опять тот же сон. И опять она».

Проснувшись утром, ни один из них и не вспомнил о ночных похождениях. Игорь хотел пойти на экскурсию по замку этим солнечным утром, но вспомнил, что сегодня важный день для Дианы – она защищает свой проект. Он захотел поддержать ее и после завтрака направился в конференц-зал.

Игорь бы приятно удивлен уровнем исследований студентов-медиков и с волнением ожидал выступления Дианы. Когда назвали ее имя, вперед вышла стройная девушка в деловом костюме и туфлях-лодочках. Он едва узнал ее. Непослушные рыжие вихры были гладко зачесаны назад и убраны в пучок. Глаза слегка подкрашены, капля блеска на губах. Очки в тонкой золотой оправе на носу.

Диана озвучила свою тему: «От бабушкиных рецептов до научных открытий. Новый взгляд на народную медицину» и эксперты подались вперед, поправив наушники с переводом. Игорь с гордостью наблюдал, какой интерес вызвала работа Дианы у комиссии и среди студентов. Ее увлеченность передавалась в зал, а энциклопедия лекарственных растений, начало которой положил еще ее прадед, уездный врач, поражала.

Пока комиссия работала, Игорь сбегал за цветами. И не зря. Исследованию Дианы заслуженно и единогласно присудили первое место. Декан Парижского университета медицины вручил ей главный приз – приглашение на конференцию с публикацией работы в научном журнале.

Игорь поздравил Диану и подарил цветы. Его восторженный взгляд говорил громче слов.

Войдя в свой номер, Диана поставила букет в бутылку из-под воды. Сиреневые астры в облаке из лаванды. Запах свежести заполнил комнату и унес ее в воспоминания. Крым, пляж и лавандовые поля.

«– Откуда он узнал, что я люблю лаванду? – подумала она, вдыхая ее травяной аромат».

Телефонный звонок вернул ее к действительности. Увидев имя, она помедлила, но все же ответила.

– Хочешь пойти на экскурсию? – спросил Игорь.

– Хочу, – ответила она не раздумывая.

– Выходи, я жду внизу.

Диана скинула чопорный костюм, нацепила старенькие джинсы и сбежала вниз по ступеням. Игорь уже ждал ее. Они прошли вдоль стен крепости, через мост, прямо в восточные ворота замка Комталь и оказались в средневековье.

Игорь, одержимый этим чудом военной архитектуры, рассказывал Диане о всех его секретах.

– Видишь квадратные отверстия? – спросил он, указав на стену. – Это для деревянной галереи…

– Дозорных, – перебила его Диана и сама удивилась.

– Откуда ты знаешь?

– Наверное, прочитала в буклете, – ответила Диана, хотя знала, откуда – из снов.

– А на месте церкви раньше была…

– Башня?

– Да, – удивился Игорь. – Может, лучше ты продолжишь?

– Запросто! – рассмеялась Диана. – Знаешь ли ты, что высота сторожевой башни – десять этажей и с ее крыши открывается великолепный вид! Посмотрим?

– Я бы не прочь, но от деревянных перекрытий и лестниц уже ничего не осталось...

Игорь пристально посмотрел на Диану. Она пожала плечами и зашагала вдоль стены.

– Ты далеко? – спросил Игорь, догнав ее.

– Разве ты не хочешь войти внутрь? Кстати, а где дерево?

– Какое дерево?

– Здесь во дворе росло дерево.

– Ага, может, скажешь, какое? – перевел все в шутку Игорь.

– Вяз.

– Почти поверил!

Дворик заполнила группа туристов и экскурсовод начал рассказ с того, что некогда здесь рос раскидистый вяз – символическое феодальное дерево. Игорю было уже не до смеха, но он скрыл свое замешательство и предложил войти в замок.

Пройдя по узким коридорам, они оказались в большом зале. Каменные колонны, державшие своды, гляделись в зеркало отполированных временем плит. Мебель с ажурной резьбой, казалось, сейчас убежит в гобеленовые леса на своих львиных ножках. Между узкими окнами-бойницами Диана разглядела портрет в почерневшей раме.

– Как на тебя похож! – удивилась она. – Прямо одно лицо…

– Просто здесь плохое освещение.

Гораздо больше Игоря удивило кольцо, лежащее в стеклянной витрине под портретом среди клинков и перчаток. Обычное широкое серебряное кольцо, если не считать семи капель, три из которых были прорезаны вертикальной щелью. Игорь вздрогнул и спрятал руку в карман.

– Ого! Нам пора! – заторопился он, посмотрев на каминные часы.

Они вышли из замка, и узкая улочка привела их к маленькому кафе, месту сбора всей команды. Леша с Митей переглянулись, увидев Игоря с Дианой, а Виктория нахмурилась.

– Завтра решающий день, – сказал Игорь, окинув взглядом друзей. – Поэтому…

– Нужно еще раз порепетировать. – договорил Митя.

– Нет, как следует отдохнуть! – рассмеялся Игорь.

– У меня что-то со слухом? – удивился Леша.

– Со слухом все в порядке, – уверил его Игорь и позвал официанта.

Лучи заходящего солнца манили последним теплом, и друзья решили выпить кофе на улице. Они сидели на скамейке под старой яблоней и весело болтали.

– Я схожу за заказом, – предложил Игорь и встал.

– Сиди, я принесу, – перебила его Виктория и скрылась за дверями кафе.

Через несколько минут она показалась с подносом. Диана потянулась за чашкой.

– Нет, это мой, с сиропом, а твой – вот этот, – сказала Виктория и подала Диане другую чашку.

Она поблагодарила ее и отпила глоток.

– То, что нужно!

Солнце скрылось и сразу похолодало. От реки подул пронизывающий ветер и прогнал веселую компанию с улицы.

Перед сном Диана подошла к окну. Полная луна улыбалась ей в вышине. Больше она ничего не помнила. Следующие несколько дней она провела в клинике. По словам врачей, она подхватила опасный вирус и несколько дней пролежала в горячке.

Уже потом, в Москве, друзья рассказали ей про финальное выступление их команды, про битву за Каркассон, про почетное третье место, экскурсию в Лувр и прощальную вечеринку, которые она пропустила.

Глава 17. Снова вместе

За окнами маленького уютного кафе, расписанных морозом, тихо падал снег. Приглушенный свет, мигание гирлянд на елке, ароматы хвои и кофе, тихая музыка сделали этот уголок спасением от городской суеты и стужи.

Посетители, поддавшись всеобщей праздничной атмосфере, отогревались перед новым путешествием в поисках подарков. Веселый хохот и шутки нарушили умиротворение и тишину этого места, когда стеклянные двери открылись, пропуская внутрь студентов. Они устроились возле окна и болтали, ожидая заказ. Компания друзей собралась после сдачи последнего зачета не в полном составе – Игорь, Диана и Вика обещали подойти позже.

– Предлагаю помочь немного судьбе, а то уже жалко на них смотреть, – заговорщическим тоном сказала Лена.

– А по-моему, пусть они сами разбираются, – бросил Митя.

– Ага, это ведь не ты слушаешь, как Ди в подушку плачет по ночам, думая, что никто не слышит, – сказала Ника и с укором посмотрела на Митю.

– Игорь тоже ходит как потерянный, – поддержал ее Леша.

– Ничего, Вика его быстро найдет, – пошутил Митя, но никто не засмеялся.

Тут принесли заказ, и горячая пицца с кофе сгладили неловкость.

– Я вовсе не против, – начал оправдываться Митя, – Но что мы можем?

– Много чего можем, – перебила его Лена. – Вот поедем на дачу, а там природа, елка, шампанское, романтика в общем.

– А как же Виктория? – спросил Леша.

– В этом то все и дело. Нужно ее отвлечь.

– Я возьму это на себя, – вызвался Митя.

Друзья засыпали его вопросами, но в этот момент в кафе вошли Игорь с Викторией и все замолчали.

– А вот и мы! – сказала Виктория и повисла на Игоре.

– Что замолчали? Нас обсуждали? – с улыбкой спросил он, освобождаясь от навязчивых объятий подруги.

– Вот еще! – осадил его Митя. – Планировали вечеринку.

– О! Я люблю вечеринки! – обрадовалась Виктория.

– Как всегда? У Лешки на даче? – спросил Игорь и отодвинул стул для Виктории.

Митя кивнул. Вика села и начала изучать меню. Друзья под разными благовидными предлогами покинули кафе, оставив парочку наедине.

– Догадливые у тебя друзья, – тихо сказала Виктория, проследив за ними взглядом.

Она придвинулась ближе к Игорю и начала о чем-то весело рассказывать, заглядывая ему в глаза. Игорь тоже пристально смотрел на нее, но мысли его были далеко. Он не мог выкинуть из головы образ рыжеволосой снегурочки.

Следующие несколько недель пронеслись как ураган. И вот, наконец, настало утро, оставившее все волнения позади. Сессия закрыта, зачетки подписаны, а впереди пара недель беззаботного отдыха – новогодние каникулы. Четверка заговорщиков приступила к воплощению своего плана. Пока Лена с Вероникой уговаривали Диану присоединиться к ним, Леша с Митей встретились с Игорем.

– У нас все готово, вечером встречаемся в Дубровицах. Если приедете раньше, ты знаешь, где ключ, – сказал Леша.

– Договорились. Может, что нужно? Ты только скажи.

– У меня к тебе просьба, замялся Митя, – захвати Диану.

– Диану? Ты же знаешь, как она действует на Вику.

– Ничего, потерпит пару часов, – пробурчал Митя.

– Давай, я лучше Митю возьму, – предложил Игорь, но поймав его взгляд, отказался от этой мысли.

– Я бы ее подхватил, но нужно одного знакомого подбросить, – завершил дискуссию Леша.

Друзья спустились в библиотеку. Посетителей почти не было, и они расположились на диване в углу.

– Ну что, получилось? – шепотом спросил Леша.

Митя кивнул и достал телефон из кармана.

– Там же пароль, – начал Леша, воровато оглядываясь по сторонам.

– Да какой там пароль! – рассмеялся Митя и нарисовал пальцем знак «Зорро» на экране.

Телефон приветственно засветился. Митя деловито начал набирать что-то, а Леша читал из-за его плеча.

– Не слишком ли жестоко? – спроси он, когда Митя закончил.

– В самый раз.

Друзья вышли из универа и зашагали в общагу, где их ждали девочки. Небо затянуло свинцовыми тучами. В воздухе закружили снежинки.

– Ну что? – с порога спросила Лена.

– Все в порядке, а у вас?

– Тоже. Только что ушла.

Леша с Митей разделись и вошли в комнату, где их уже ждал накрытый к празднику стол.

Виктория лежала в ванне, окутанная ароматами роз, и выбирала: поразить Игоря тяжелым люксом или предстать перед ним милой малышкой. Звук колокольчика прервал ее размышления. Она дотянулась до телефона и прочитала сообщение: «Давай встретим Новый год вместе. Только ты и я. Жду в «Национале» в 12.00».

– Неисправимый романтик! – закричала Виктория, – Любимый дракончик!

Диана уже порядком замерзла, стоя на остановке, когда рядом притормозила старенькая Тойота. Игорь вышел, взял тяжелую сумку из ее рук и открыл дверцу. Диана юркнула на заднее сиденье.

– Подождем Викторию, – сказал Игорь, глядя на нее в зеркало заднего вида.

Диана сидела как нахохлившийся воробушек. Красный от мороза нос, рыжие косички, торчащие из-под шапки.

«– И что я в ней нашел? – думал Игорь. – Почему всякий раз, когда она рядом, мне хочется, чтобы так было всегда?»

Снегопад становился все сильнее. Белая пелена окутала город. Игорь с тревогой смотрел на растущий сугроб на лобовом стекле. Он пошарил по карманам и чертыхнулся.

– Что случилось? – спросила с тревогой Диана.

– Кажется, я телефон посеял.

– Так возьми мой.

Не успела Диана передать ему телефон, как он зазвонил.

– Хорошо, я передам ему, – сказала она и посмотрела на Игоря.

– Что?

– Виктория звонила Леше и просила тебе передать, что сама доедет.

– Вот глупая! – рассердился Игорь.

– Я лучше пойду, – сказала Диана и открыла дверь.

– Сиди! Ты ни в чем не виновата, а если кто-то себе напридумывал – это его проблемы.

Игорь вышел, закрыл дверцу и смел сугроб. Вскоре поток автомобилей вынес их шумного города в белую тишину. Сосны, бегущие по бокам дороги, клонились от тяжести налипшего снега. Авторадио прервало передачу экстренным сообщением.

– Уважаемые водители! – начала бодрым голосом девушка. – Ожидается снежная буря, ухудшение видимости и заторы на дорогах. Будьте осторожны! По возможности откажитесь от поездок, а если находитесь в пути, убедитесь, что ваши фары включены, а дворники работают.

– А то мы сами не видим! – огрызнулся Игорь, с тревогой глядя на дворники, уже не справляющиеся с таким количеством снега.

Он едва не проглядел поворот на Дубровицы и снова выругался. Фары выхватывали из темноты заснеженные елки. Вдалеке засветилась оконцами деревня. Игорь уже выдохнул с облегчением, но на очередном повороте машина увязла в снегу и забуксовала. Он заглушил двигатель.

– Все! Приехали!

– Приехали? – переспросила Диана.

– Ага, выходи.

Она вышла и оказалась в сказке. Снег валил большими хлопьями. Диана запрокинула голову назад и ловила ртом снежинки.

– А где дом? – спросила она, оглядевшись по сторонам.

– Обидно, шагов триста осталось, – усмехнулся Игорь. – Если Леха уже приехал, мы быстро машину вытянем, а если нет – зайдем к дяде Саше.

Они пошли, увязая в снегу по колено. Игорь остановился у высокого забора. Тусклый фонарь со скрежетом болтался на ветру. Он забарабанил в калитку. Глухой лай возвестил хозяина о появлении чужаков.

– Тише, Шалай! Кто там? – выкрикнул в метель седой мужчина с бородкой, открыв дверь.

– Свои, дядь Саш!

Послышался скрип шагов, лязг задвижки, и калитка отворилась.

– Я уж думал, вы не приедете в такую метель, – сказал он и пригласил Игоря с Дианой в дом.

Дядя Саша поставил чайник и усадил их поближе к печке. Он жил затворником и был рад гостям. Лешу он знал с детства и радовался, что тот не продает прабабкин дом на слом.

– Ты грейся, дочка, – сказал он, укрывая Диану пледом, – Мы быстро.

Мужчины ушли вызволять Тойоту, а Диана рассматривала комнату, допивая чай. Прошлое в ней встретилось с настоящим. Старый буфет хранил свои сокровища, поблескивая толстыми стеклами, словно музейная витрина. Хрустальные стопки выстроились в ряд как на параде. Фарфоровые чашки с пышными розами смотрели свысока на толстостенное фаянсовое блюдо. На деревянных подоконниках за занавесками стояли горшки с геранью. Стена напротив была увешала фотографиями в рамках. Диана подошли и стала рассматривать их. На черно-белых фотографиях еще молодой дядя Саша то держал щуку чуть не в метр длиной, то сидел на завалинке с гармошкой. Вот он в армии, а вот с молодой женой. А тут с Лешей. Какой смешной был Лешка в детстве, белобрысый. На цветных фото Диана почти никого не знала. Она уже хотела вернуться на диван, как вдруг заметила странный снимок. На нем сосед запечатлел всю их компанию. Судя по дате, это было прошлой зимой. Все смотрели в объектив, а они с Игорем друг на друга. И было в этом взгляде что-то необъяснимо-притягательное, что сразу выделяло их среди друзей.

«– Странно, – подумала Диана, – Я совсем не помню этого».

Хлопнувшая дверь прервала ее мысли.

– Все в порядке? – спросила она, оглянувшись.

– Конечно, – ответил дядя Саша, снимая ключ с гвоздя.

Игорь с Дианой поблагодарили отзывчивого соседа и пошли к Лешкиному дому. Тойота ждала под окнами. Игорь повернул щеколду, но калитка не поддавалась – слишком много снега намело. Тогда он ловко перескочил через невысокий заборчик, выдернул черенок лопаты из сугроба и наскоро прочистил дорожку. Диана толкнула калитку и вошла. На дверях висел амбарный замок. Игорь поднялся на крыльцо и открыл его, звеня цепью.

Старый дом промерз насквозь и радостно потрескивал, когда Игорь развел огонь в печи.

– Ой, пропущенное сообщение, – удивилась Диана, посмотрев в телефон.

– Что там? – спросил Игорь.

– Мы застряли в пробке. Придется Новый год в машине встречать. Может, к утру приедем. Вику тоже не ждите, – прочитала она и растерянно посмотрела на Игоря.

«– Представляю, что она себе напридумывает, – обреченно подумал он и нахмурился».

Диана набрала Лену, но абонент был недоступен.

– И думать забудь, – сказал Игорь и махнул рукой, – Здесь не ловит.

Он накинул пуховик и сунул ноги в Лешкины валенки.

– Ты куда? – испугалась Диана.

– У меня в машине шашлык и шампанское. Война войной, а Новый год – по расписанию, – буркнул он и вышел.

Диана прильнула к окну, но в тусклом свете уличного фонаря ничего не могла разглядеть. Она задернула занавеску и тоже решила подготовиться. Новоявленная хозяйка подвязала фартук и засучила рукава свитера. Потом подошла к шкафу, мимоходом дернув за гирю ходиков. Доставая чашки, она заметила на нижней полке коробку с елочными игрушками. Завернутые в пожелтевшие салфетки, они поблескивали стеклянными боками. Диана склонилась над ними. Шары, снежинки, пингвины, орешки и клоуны вернули ее в далекое детство, когда она украшала елку с родителями. Она переложила эти сокровища в хрустальную вазу и поставила в центр стола, где они заиграли яркими бликами.

Диана завернула край половика и потянула за петлю, откинув крышку погреба. Она щелкнула выключателем и спустилась по деревянной лестнице. Стеклянные банки всех размеров и форм выстроились рядами на полках от пола до потолка. Глаза разбегались от обилия варений и солений, подписанных рукой Лешиной мамы. Диана набрала немного картошки в ведро, а сверху поставила банки с солеными огурцами и помидорами. Потом выбрала варенье и не забыла про заморскую икру.

Диана села к столу, ожидая возвращения Игоря. Когда он вошел, только руками развел, не находя слов. На столе, накрытом скатертью, дымилась картошечка, на блюде рядами лежали тонко нарезанные огурцы и поблескивали красными боками помидоры. Самовар, словно генерал перед баталией, свысока поглядывал на расписные фарфоровые чашки. Хрустальная вазочка с вишневым вареньем стояла на тонкой ножке как балерина перед прыжком. Игорь поставил блюдо с шашлыками на стол и по комнате разнеслись ароматы жареного мяса.

Глядя на раскрасневшуюся Диану в цветастом фартучке, Игорь подумал: «Вот бы так было всегда – я и она, одни на краю света».

Он посмотрел на часы. Их стрелки приближались к двенадцати. Игорь откупорил шампанское и наполнил бокалы.

– Желаю, чтобы все твои мечты сбылись, – торжественно произнес он.

– Все-все? – спросила Диана и лукаво прищурилась.

– Все-все, – с улыбкой повторил он.

В тот же миг раздался такой грохот, что разом залаяли все деревенские собаки. Диана вздрогнула и выронила бокал от неожиданности. Игорь прижал ее к себе.

Небо над Дубровицами расцвело фейерверками. Взрывы света озаряли снег под окнами красным, зелеными и желтым. Праздничная канонада закончилась, а Игорь и Диана все стояли, обнявшись. Диана ничего не слышала, кроме громких ударов его сердца, а Игорь готов был простоять всю жизнь на страже ее спокойствия. Его губы нашли дорогу к ее губам. Волшебная новогодняя ночь расставила все по своим местам.