Страхи Бромвелля

Глава 1. Бромвелль

Сумерки медленно погружали окрестности, когда, разрезая наступающую темноту, стали видны фонари приближающегося поезда. Он неспешно начал останавливаться у небольшой железнодорожной станции города Бромвелль. Будучи столицей одноимённого штата, он славился своими лесопилками, обеспечивая древесиной весь север страны, а горные хребты заманивали скалолазов и туристов своими видами, обеспечивая очень хорошую туристическую прибыль. Однако, даже при всем этом, Бромвелль все равно считался крайне маленьким и незаметным штатом для Америки.

Выйдя из поезда на бетонный перрон, высокий мужчина, крепче сжимая дорожную сумку в руках, огляделся. Ветер поздней осени нес с собой подступающие холода и ощущения первого снега, который еще не решался выпасть на землю. Приподняв воротник черного драпового пальто, чтобы спрятаться от непогоды, он невольно нахмурился, ощущая, что дрема в поезде была лишней и затекшие мышцы шеи это подтверждали. Прекрасно понимая, что встречающий его, как всегда опаздывает, этим грешили почти все, мужчина направился в сторону здания вокзала и уже переступил его порог, когда чуть не врезался в незнакомца.

— Агент Миллер?

— Да, — ответил он, смотря на мужчину перед собой.

— Шериф Бромвелля Макс Донохью. Приятно познакомиться, — он протянул широкую ладонь и Миллер ее пожал. — Добро пожаловать к нам.

Шериф был афроамериканцем невысокого роста, широкой, в области живота комплекции, и в длинной темно-зеленой куртке с эмблемой местной полиции на левом предплечье. Его темно-карие глаза довольно смотрели на агента ФБР, но в них читалась усталость и тревога, придавая лицу лишние года.

Миллер кивнул, отпуская руку и заходя в здание вокзала, где было значительно теплее.

— Приятно познакомиться.

— Взаимно. Вас поселили в гостинице "Серебряный водопад". Это на другом конце города, но оттуда открывается потрясающий вид на хребет Монтегю и русло реки Вихо. Вам понравится, я уверен, — следуя за мужчиной, счастливо произнес шериф, будто сейчас продал самый дорогой тур по городу. — Любите горы?

— Да, — легко ответил агент ФБР, бросив взгляд светлых глаз на кирпичные стены, где устало светилось табло расписание поездов.

Под ногами была плитка, сделанная под грубый камень, разнося эхом шаги мужчин, которые, врезаясь в большие окна по обеим сторонам, разносили звук по пустому железнодорожному вокзалу, где все магазинчик с прессой и небольшое кафе в дальнем углу пустовали.

— А бывали ли у нас раньше? — спросил Донохью, тоже осмотревшись вокруг, словно раньше тут ни разу не был.

— В соседнем штате, в городе Стритфилд, прошлой зимой, — Миллер неспешно направился к выходу, чувствуя, как с каждым шагом бодрость начинает будить тело, отгоняя глупую дрему. — Мне сказали, что дело касается сатанистов.

— Так вы тот самый агент ФБР, который посадил Фишеров и нашел малышку Джейн? - чуть останавливаясь, воскликнул шериф, но тут же прибавил шаг, стараясь успеть за гостем.

— Себя она нашла сама, но в общем, да…

— Помню, как мы искали ее всем штатом. Я еще тогда говорил, что она жива и все будет хорошо. Был прав, как и всегда.

Покосившись на шерифа, Миллер усмехнулся выходя из здания вокзала, ощущая, как ветер бьет по щекам, готовый проникнуть под одежду и охладить пыл любого.

На парковке стоял новенький Шевроле, на который, кажется, даже не успела сесть городская пыль и в свете фонарей, что окружали станцию, он блестел, как новенький цент и лишь эмблема полиции штата была матовым пятном на автомобиле.

— А знаете, мы много о вас слышали. Такие рассказы, как в детективных романах, — продолжил Донохью, подходя к машине. — Но, если честно, я думал, вы постарше… Значительно постарше…

Сев в автомобиль, Миллер невольно покосился на шерифа, но промолчал, чувствуя, как тепло, приятно обволакивает.

Когда они тронулись с места, за окнами стали мелькать леса, которые не пускали свет фонарей дальше пары метров.

— Вы, наверное хотите сначала отдохнуть и…

— Я хочу приступит к делу, — сразу ответил Миллер, смотря на собеседника. — Сатанисты.

— Да, сатанисты, — промолчав немного, Донохью тяжело вздохнул. — Они появились пару недель назад. Как раз после того, как нашли тело Хелен Филдс.

— Кто она?

— Та, кого убили тридцать пять лет назад.

Последние слова он сказал с горечью и усталостью, интригуя еще сильнее. В голове рождалось все больше вопрос, но шериф, погрузившись в свои думы, не собирался продолжать, уверенно ведя машину, разрезая светом фар дымку тумана, что начинал медленно окутывать дорогу.

Лес сменили небольшие домики, окружая их путь, пока они не въехали на территорию, где, с одной стороны, на каждом шагу пестрили вывески магазинчиков и лавок. С другой же, судя по очертаниям в фонарях, был парк полукруглой формы, который им пришлось объехать и, наконец остановится напротив полицейского участка.

— У нас красиво, правда? — спросил Донохью, выходя из автомобиля и аккуратно хлопаю дверью. — Из-за тумана вам не особо было видно, но, поверьте, вам понравится. Правда, туманы у нас часто явление, так что…Но и они у нас красивые!

Миллер скрыл улыбку, ощущая едкий холод, который хотел отравить каждого и замечая, как мутная пелена начиная скрывать окружающие очертания домов, фонарей, улиц.

Полицейский участок был одноэтажным домом с широким холлом, встречая приходящего массивным столом дежурного, за которым сидела миниатюрная девушка и разгадывала кроссворд. Заметив мужчин, она подскочила на месте, поправив очки в широкой чёрной оправе и выпрямила спину так сильно, что, кажется был слышен треск несчастных костей.

— Шериф Донохью, во время моего дежурства происшествий не было. Обращений тоже. Все спокойно и тихо, сэр, — громко произнесла она поставленным голос, словно военный, на чьи плечи возложена тяжелая миссия.

— Спасибо, офицер Лэмпти, — кивнул шериф, сам испугавшись такого напора и пару раз махнул рукой, явно успокаивая свою подчинённую. — Можно говорить это потише. Успокойся.

— Простите, сэр.

— Ничего страшного. Кстати, — мужчина показал на человека рядом с собой. — Это агент ФБР Миллер. Из Вашингтона, — а потом добавил чуть тише. — Тот самый, что расследовал убийства в Стритфилде.

Девушка, огруглив до того большие глаза, затаила дыхание, не веря в то, что услышала.

— О Боже…Сэр, огромная честь с вами познакомиться! — она протянула ему руку и Миллер пожал ее, чувствуя, с каким рвением она сжимает ладонь, ощущая неприятную боль и не только в ушах от ее тонкого голоска. — Безумного рада! Я много слышала о вашей работе и методах. С превеликим удовольствием буду наблюдать за вашим расследований здесь, в Бромвелле.

— Спасибо, — спокойно ответил мужчина, прекращая рукопожатие и замечая, как Донохью доволен полученным эффектом.

— Если что, мы в моем кабинете.

— Хорошо, сэр! — снова крикнув, ответила Лэмпти.

Морщаясь от такой громкости, шериф направился по длинному коридору, на стенах которого были развешаны картины гор в рамках, а заканчивался он большой дверью темно-красного цвета с табличкой, где золотыми буквами было написано: “Шериф Бромвелля М. Донохью”.

— Племянница знакомой. Хочет стать шерифом, — произнес мужчина, подходя к своему кабинету.

— С таким рвением, у вас очень опасный конкурент, — заметил Миллер, бросив взгляд на картину с заснеженными вершинами.

Усмехнувшись, Донохью открыл дверь, впуская агента ФБР вперед. Это была большая комната с металлическим шкафом в одном углу и с диваном в другом, со стенами облицованные искусственым камнем, с множеством картин гор и мягким ковром на ламинате. Казалось, не хватало лишь камина для еще более уютной обстановки. Но вместо него стоял дубовый стол с резными ножками, на одной стороне которого располагалась раритетная пишущая машинка, а на другой — ноутбук, за которым, на широком офисном кресле сидел мужчина.

— Макс! — радостно крикнул он, выпрыгивая с места и поправляя жилетку темно-синего цвета. — Я уже начал переживать и беспокоиться, не заблудились ли вы, отойдя дальше пары метров от своего кабинета. Но! Я рад, что ошибся.

Он довольно улыбнулся, смотря с хитрым прищуром темно-серых глаз на вошедших и убирая с лица светлые локоны, которые создавали довольно странную причёску.

— Во-первых, для вас я шериф Донохью, мистер Питерс, — начал хозяин кабинета, подходя к нему ближе. — Во-вторых, вы не имели право быть здесь, в моем кабинете, и без меня.

Сняв куртку и повесив ее на позолоченный крючок на стене, шериф, с нескрываемым наслаждением, сел в своем кресло.

— И, в-третьих, что вы тут делаете?

— Я? Ждал вас, это же логично, разве нет? — усмехнулся Питерс и присел на край стола, под недовольный взгляд Донохью. — А если серьёзно, я берусь за дело о сатанистах! Это же просто “бомба”!

— Питерс, к вашему сожалению, — откинувшись на спинку кресла, вымолвил шериф, смакуя этот момент. — Вы опоздали.

— Опоздал?

— Да. Агент Миллер из ФБР приехал к нам, чтобы во всем разобраться, — он указал на гостя, который молчаливо наблюдал за всем этим.

Повернув голову, Питерс внимательно осмотрел Миллера с ног до головы, а потом, вскочив, тут же оказался рядом с агентом ФБР, протягивая ему руку.

— Ничего себе! Вы тот самый Миллер, который в прошлом году был в Стритфилде? Алекс Питерс, частный детектив.

Он был выше его на целую голову и агент ФБР задумчиво пожал ему руку, вспоминая, где мог слышать это имя прежде.

— Рад познакомиться с человеком, который помог Джейнни вернуться домой. Надеюсь у вас есть чувства юмора и мы с вами сработаемся, в этой дыре, — последние слова он сказал намного тише.

После чего повернулся к хозяину кабинета.

— Миллер не против работать со мной. Мы договорились.

Тяжело вздохнув, Донохью только хотел открыть рот и что-то сказать, когда его остановили.

— Неужели вам не интересно, кто убил бедняжку Хелен Филдс и что творится в городе? — вернувшись к столу, произнес Питерс. — Неужели вы противитесь судьбе, которая посылает вам двух потрясающих детективов, которые смогут разобраться со всем? И…Неужели вы будете каждое утро заезжать за Миллером в гостиницу, которая находится на другом конце города, покидая свой кабинет и это мягкое и удобное кресло? А Эндрю…Помощник шерифа Кост на больничном и вам придется делать все самому, потому что страшно представить, если с агентом ФБР что-то случится. Да еще и в Бромвелле! Какое пятно на репутации города!

Смотря на оратора, шериф поджал губы, а потом устало кивнул.

— Вы не пожалеете, Макс, обещаю! — радостно воскликнул Питерс и, взяв свою куртку с дивана, направился к выходу. — Жду вас на улице, Миллер.

— Простите за это, — произнес Донохью, как только дверь закрылась. — В его оправдание могу сказать, что парень он неплохой и сообразительный.

— Я заметил, — произнес агент ФБР, присаживаясь на стул, крайне неудобный, напротив хозяина кабинета. — Вы сказали, что сатанисты появились, когда нашли тело Хелен Филдс, верно?

— Слушайте агент Миллер, а давайте вы поедите в гостиницу и отдохнёте, а мы обсудим все завтра, на здоровую голову? — спросил Донохью и тут же встретился со взглядом собеседника, понимая, что спорить глупо. — Хорошо. Вы слышали о Лесорубе?

— Маньяке? Он убивал женщин, отрубая им головы топором. Его поймали и посадили.

— Да, это он. В общем, — шериф выпрямил спину и глубоко вздохнул. — Когда Хелен исчезла, мы сначала думали, что она сбежала, оставив своего несовершеннолетнего сына. Хотя в это было сложно поверить. Потом, пошли слухи, что рядом с границей штата нашли тело очередной жертвы. Это была не Хелен, но мы все решили, что и она пострадала от этого маньяка.

Миллер внимательно слушал каждое слово, смотря на реакцию собеседника.

— Когда этого нелюдя поймали, он никогда не отрицал, но и не подтверждал ее убийство. Просто молчал, — пройдясь пальцами по краю стола, Донохью явно собирался с силами. — А почти месяц назад, когда начали копать котлавам для торгового центра, мы нашли скелет женщины с отрубленной головой. Экспертиза подтвердила, что это Хелен. Спустя тридцать пять лет она наконец была найдена.

— И в это же время появились сатанисты?

— Местные стали находить их алтари. Один за другим, в лесах. И… — тяжелый вздох. — Они были облиты кровью. Не человеческой, к счастью, но…От этого не легче.

Замолчав, шериф взглянул на пишущую машинку, потом на Миллера, ожидая его реакции.

— Но почему сейчас? — старался понять связь агент ФБР. — Она…Хелен Филдс была как-то с ними связана?

— Понимаете…Она приехала к нам и очень быстро влилась в жизнь города, что мало кто интересовался ее прошлым, но…После ее исчезновения ходили слухи, что Хелен с сыном сбежали из секты сатанистов и прятались от них по всей стране.

— И вы думаете, что они ее настигли и сейчас мстят городу за то, что тело было найдено? — задумчиво спросил Миллер, откинувшись, до ужаса, на неудобную спинку стула.

— Вероятнее всего. Я не знаю…До этого…До нахождение тела все было спокойно, а теперь… — Донохью развел руки в стороны, показывая свою беспомощность. — Я боюсь, что скоро кровь будет не свинная или коровья, а человеческая, понимаете?

Интуитивно кивнув, Миллер обдумывал услышанное, стараясь разложить всю полученную информацию у себя в голове.

— Думаю, на сегодня хватит, — резко сказал шериф, вставая. — Не будем заставлять Питерса ждать дольше. А то он заскучает, начнет думать и придумает мне проблем еще больше.

Придя в себя, агент ФБР поднялся с места, беря в руки сумку, крепче ее сжимая.

— Надеюсь, вам понравятся наши горы, — как можно доброжелательно произнес Донохью, провожая гостя взглядом. — И я рад, что вы приехали к нам на помощь…

Закрыв за собой дверь, мужчина прошёл по коридору к выходу, где офицер Лэмпти уже приступила к разгадыванию нового кроссворда.

— До завтра, сэр, – проговорила девушка, заметив его и сразу встав на ноги.

— До завтра, — не глядя на нее, ответил Миллер, покидая полицейский участок.

На улице туман все больше “поедал” части улицы: фонари, чей свет стал более размазанным, как блеклое пятно на холсте окружения; дома, очертания которых почти не стало видно, как деревьев, в чьих ветвях можно было бы и запутаться из-за отсутствия какого-либо обозначения их нахождения. Холод же придавал этой картине еще более мрачные оттенки.

Питерс стоял, прислонившись к темно-синей, спортивного вида, машине и задумчивого смотрел куда-то вдаль, где пелена непогоды уже скрывала очертания чего-либо. Заметив Миллера, он кивнул, обходя машину и садясь за руль. Теплый и удобный салон встретил пассажиров какой-то тихой и медлительной музыкой, раздающейся с приборной панели.

— Я бы хотел извиниться за тот цирк, что устроил в кабинете Макса, — произнес Питерс, заводя машину.

— Театральный кружок?

— Главные роли.

— Это заметно, — усмехнулся Миллер, когда машина тронулась с места.

— Просто Макс любит, когда его упрашивают, уговаривают, угрожают… Он был хорошим копом, пока не стал шерифом.

За окном стал мелькать блеклый свет фонарей, окруженный густой дымкой.

— Я на самом деле хочу вам помочь, Миллер. Это дело еще тогда мне казалось крайне интересным и запутанным.

— И такой шанс вы не можете упустить.

— Верно. Обещаю, что буду только помогать и не мешать.

Агент ФБР заметил огни вывесок ресторанов и кафе, пробивающихся через туман, а также фары машин, которые ехали им навстречу.

— Что вам рассказал Макс о сатанистах?

— Что они появились после нахождения тела жертвы, как все думали, маньяка.

Кивая, Питерс свернул на узкую улочку, где было абсолютно тихо и почти темно.

— Он много что рассказал, но еще больше промолчал.

Они остановились и водитель посмотрел на агента ФБР.

— А вы умный…Люблю умных людей - на их фоне казаться глупым не так обидно. Гостиница “Серебряный водопад”. Ночного администратора зовут Грег. Я заеду утром. Хорошего вечера.

Попрощавшись, Миллер скрылся от темноты и непогоды в холле гостиницы, которая больше походила на берлогу дикого зверя: со всех сторон на тебя смотрели головы диких зверей, наблюдая за каждым шагом своими мертвыми глазами. Стойка администрации выглядела, как огромный валун, из которого была выбита столешница, полки и ящики. Довольно улыбаясь, мужчину встретил полноватый парень с легкой щетиной и печальными зелеными глазами. Отдав, по его словам, лучший из лучших номеров, он вручил ему ключ, обещая невероятный отдых, незабываемые приключения и всю остальную чушь, созданную специально для туристов.

Поднявшись на нужный этаж и открыв дверь номера, он бросил сумку на глубокое и широкое кресло у самого входа. Номер был сделан в стиле охотничьего убежища: широкая и громоздкая кровать с красивым и резным изголовьем, перед которой лежал ковёр с густым ворсом изображая шкуру кого-то убитого животного, скорей всего медведя, грубые камень стен и потолка, а также картины гор. Очень много картин гор.

Глубоко вздохнув, Миллер подошел к окну, отодвигая шторы и наблюдая, как туман все сильнее окутывал город, теряя хоть какие-то очертания окружающей природа. В голове рождалось очень много вопрос и ощущение, что самого главного ему так и не рассказали.

Глава 2. Шмидт

Солнце едва ли могло пробиться через густую пеленой тумана, взяв город под свою власть.

В полицейском участке царила тишина и покой. Казалось, что там никого не было. Но сонная фигура, сложив свои руки на столе дежурного, пряча в них лицо, опровергла данный факт. Прислонив пальцы к губам, показывая Миллеру тишину, Питерс аккуратно присел на край стола так, чтобы не задеть спящую, а потом довольно громко стукнул рукой по поверхности стола. Офицер Лэмпти резко подскочила на месте и испуганно стала озираться по сторонам, не понимая, что случилось.

— Эх, Сара, Сара…Спать на посту плохо. Очень плохо, — наигранно обеспокоенно произнес мужчина, поднимаясь на ноги. — А вдруг сатанисты, пока ты спишь, вынесли бы весь участок и самого шерифа! Правда, не думаю, что они бы его смогли далеко унести, но все же!

Осознав происходящее, девушка недовольно поджала тонкие губы и скрестила руки на груди.

— Не дуйся, Сара, а то лопнешь, — легко ответил Питерс и ловким движением пальцев забрал со стола ключ. — Мы будем располагать в кабинете помощника шерифа, так что приглашай всех наших поклонниц туда.

Он уверенной походкой обошел стол, исчезая в коридоре.

— Доброе утро, агент Миллер, — без особого энтузиазма сказала девушка, встретившись взглядом с Миллером.

— Доброе.

Нужная дверь, со следами потертой краски, находилась справа от кабинета шерифа и уже была открыта. Небольшая комната с узким, слегка кривым столом, подпирающий, явно, чтобы он не упал, низкими, но широкими ящиками с делами, а так же одинокая лампочка на потолке, создавали непередаваемый уют.

— Угнетение помощников шерифов в северных штатах на лицо, — произнес Миллер, заметив, как Питерс садится за стол. — Месть всем правоохранительным органам за детскую травму?

— Скоро все сами узнаете, — заинтригованно ответил Питерс, бросив взгляд на полку с чашками и банкой кофе.

Агент ФБР же, сняв пальто, подошел к столу, заметив на нем одну единственную папку, довольно тонкую на вид.

— Дело Хелен Филдс, — ответил частный детектив, поднимаясь на ноги и подходя к полке. — Макс решил, что вам будет интересно.

Открыв ее, Миллер сел на стул, очень напоминающий тот, что был в кабинете шерифа.

— Ортопедические, — произнес Питерс, слушая возню агента ФБР и делая кофе. — Для здоровье спины.

— Или ее смерти, — прошептал Миллер, выбрав, наконец, удобное положение и начиная читать дело.

Поставив чашку рядом с ним, частный детектив замолчал, давая время все изучить, пока сам стал задумчиво смотреть на единственный источник света, в окно, находившиеся позади него. Агент ФБР вчитывался в каждое слово, рисую в свое голове картину случившегося, делая пометки странных обстоятельств или фактов.

— Интересно? — спросил Питерс, попивая уже третью чашку бодрящего напитка, заметив, что Миллер перестал читать.

— Увлекательно и странно, — протянул он, задумчиво смотря на собеседника. — По словам сына Хелен Филдс, Майкла, она исчезла в ночь с 30 апреля на 1 мая. Не сказав никому ни слова, она просто растворилась, бросив своего пятнадцатилетнего сына одного дома. Он несколько раз приходил в полицию, но те отправляли его домой ждать мать там. Почему?

— Да, почему? Ребенок оставался один почти на неделю.

— Поиски начались только 5 мая и не дали результатов, — продолжил агент ФБР, стараясь сам понять, что случилось.

— Они сослались на сильный туман в те дни.

— Пока полицейские города Олдридж не нашли тело тридцатилетней женщины без головы. Это был Лесоруб… — Миллер остановился. — Насколько помню я, он никогда не прятал тела, оставляя их в лесах и чащах чуть ли не на краю дороги, тем самым пугая окружающих своей жестокостью.

— О, да, — протянул Питерс, делая глоток горячего напитка. — Он был тем еще “показушником”.

— И после этого поиски были официально остановлены, потому что полиция решила, что Хелен Филдс стала очередной жертвой маньяка. И даже после его поимки и полного отсутствия информации от Лесоруба о ней, поиски не возобновились…

— Ну, была бы она дочерью помощника мэра, то, гляди, искали бы они ее лучше.

Хмыкнув, Миллер нахмурился, понимая, что все оказалось куда страннее и запутаннее, чем казалось с первого взгляда.

— А что насчет сатанистов? Донохью сказал, что они появились после нахождения ее тела.

— Да, но, — Питерс придвинулся ближе. — По сути, их никто не видел. Как понял я, они проводят свои обряды ночью, а на следующий день люди находят их алтари, облитые кровью. Зрелище, скажу вам, не для слабонервных.

Встав, проклиная стул, Миллер подошел к двери.

— Где морг?

— Первый поворот направо, вниз, в подвал. В холод, темноту и смерть…Судмедэксперта зовут доктор Шмидт.

Считая, что получил исчерпывающий ответ, мужчина вышел из кабинета и, сделав два шага вперед, заметил небольшой закутов, который очень резко переходил в лестницу.

Внизу было на самом деле холодно и темно. Даже свет, который пробивался из-под двери, не вселял хоть какого-нибудь тепла.

Сам же морг ослеплял своей белизной: белая плитка скрипела от чистоты при каждом шаге, разнося звук по всему помещению, ограниченному такого же цвета стенами. Столы патологоанатома располагались в центре комнаты, граница со шкафами, забитыми банками с разными жидкостями, расположенные по размеру и цвету. Везде был порядок и чистота, что мужчина чувствовал себя в нем, как грязное пятно в стирильном месте.

Доктора Шмидт он нашел в дальнем углу: это была женщина средней комплекции, в идеально выглаженном белом халате и с седыми пряди, уложенными, волосок к волоску, в короткую стрижку. Она, облокотившись на стену, смотрела в ряд узких окон почти у самого потолка, медленно перебирая звения на тонкой серебристой цепочки у себя на шеи.

— Доктор Шмидт?

Повернувшись, она пару раз моргнула карими глазами, пытаясь вспомнить, кто перед ней стоит, пока не выпрямила спину и ненатянула дежурную улыбку.

— Агент ФБР из Вашингтона? Миллер, правильно? — спросила женщина приятным голос, который был единственным согревающим элементом в этом месте.

— Правильно. Я бы хотел взглянуть на тело.

Кивнув два раза, она немного замялась, после чего подошла к одному столу патологоанатома, находившемуся в стороне и прикрытым белой тканью. Аккуратно ее убрав, доктор отвернулась.

— Мы собрали ее всю, — сказала Шмидт и тяжело вздохнула. — Это было сделать сложно…

Вернувшись к рабочему столу, женщина взяла в руки планшет с документами и передала его Миллеру.

— Здесь есть вся информация по трупу. Если в общем, то она умерла по причине обезглавливания. Очень напоминает работу Лесоруба, — её голос был тихим, прямым, но в нем чувствовалось нотки нервозности и беспокойства.

— Вы были с ней знакомы? — спросил мужчина, просматривая документы.

— Да, мы…дружили.

Миллер внимательно на нее посмотрел.

— Хелен появилась в сложный момент моей жизни, — доктор приобняла себя за плечи. — Моя мама как раз умерла и я осталась одна в доме. Мне было тяжело…Больно…И сложно. А она как раз с сыном искала себе приют. Вот я и предложила пожить у меня. Мы подружились. Она очень сильно поддерживала меня, особенно когда я познакомилась с Полом, моим мужем.

Ее рука взмыла вверх, к цепочке, на которой виднелось кольцо.

— Мы уже начали жить с ним вместе и я хотела подарить ей дом, чтобы они с Майклом спокойно жили, но не успела…

Голос дрогнул и в глазах стали видны слезы, которые она пыталась скрыть, отвернувшись.

— Вы надеялись, что она жива?

— Надежда на лучшее всегда есть. Это главное качество людей - верить в лучшее. Самое лучшее качество, как я считаю.

Взяв себя в руки, доктор Шмидт выпрямилась и повернулась к агенту ФБР.

— Все что вам нужно - в документах. Я считаю, что сделала исчерпывающий отчет. Если хотите, то можете сами осмотреть останки, но не думаю, что вы найдете что-то интересное.

— Шериф сказал, что экспертиза подтвердила, что это Хелен Филдс, — спросил Миллер, понимаю, что она ждет, когда он уйдет, но сделал вид, что не понял намека. — Как я понимаю, проводили ДНК тест с сыном.

— Да.

— Вы так быстро его нашли?

— Его и не нужно было искать, — легко ответила Шмидт. — Майкл Филдс директор местной библиотеки. Лучшей в штате.

Слыша знакомые нотки, которая она явно взяла взаймы у Донохью, мужчина тяжело вздохнул и снова взглянул на доктора.

— Можете забрать документы с собой. У меня есть копия. А теперь, извините, у меня много дел.

Бросив взгляд на останки, потом на доктора, которая явно ждала его уходу, Миллер направился к выходу, задумчиво смотря себе под ноги. Поднявшись наверх он прошел мимо двери кабинета помощника шерифа, которая была открыта.

— Мимо, — крикнул ему Питерс, сидя за столом.

Усмехнувшись, агент ФБР постучался в дверь и тут же зашел в кабинет шерифа, который сидел и что-то печатал на пишущей машинке.

— Миллер! Проходите!

Он сразу отодвинулся от раритетной вещицы, подъезжая на кресле ближе к столу.

— Я был в морге, — начал мужчина и, взглянув на очередной стул с ортопедической спинкой, остался стоять на месте.

— О, и как вам? У нас современная техника и… — начал шериф, но тут же замолчал. — Вы ее видели.

— Да и получил доклад от доктора Шмидт, — Миллер показал планшет в своей руке.

— Она настоящий профессионал.

— Я не сомневаюсь в ее профессионализме, но вот ее психическое здоровье.

Тяжело вздохнув, Донохью откинулся на спинку кресла.

— Понимаете, Тереза…Доктор Шмидт полгода назад потеряла мужа, а с Хелен они дружили. Думаю для нее это тяжело морально.

— И я об этом же. Эти факторы могут сбить, затуманить разум и…— Миллер на секунду замолчал. — Отвлечь. А нам нужен холодный расчет. Потому что если убийца не Лесоруб, то кто? И скольких он еще убил здесь, в Бромвелле? И, возможно убивает до сих пор…

Донохью нахмурился, обдумывая его слова, пока агент ФБР внимательно наблюдал за его мыслительным процессом.

— Что вы предлагаете?

— Дать доктору Шмидт несколько выходных: пусть отдохнет, поправит свое психическое здоровье.

— Да, но…Как мы будем без судмедэксперта? А вдруг сатанисты снова появятся и кого-нибудь убьют? — наклонившись к столу, спросил Донохью. — Пока вы выберете нужного специалиста и пока он приедет к нам из Вашингтона - может случиться все, что угодно!

— Не переживайте. Нужный специалист намного ближе, чем вы думаете. Завтра он уже будет здесь.

И, повернувшись, Миллер покинул кабинет, чувствуя задумчивый взгляд на своей спине.

В соседнем кабинете Питерс спокойно читал дело о пропаже Хелен Филдс, когда на стол лег еще один документ. Агент ФБР все же сел на крайне неудобный стул, начиная вчитываться в отчет судмедэксперта, когда услышал шаги от кабинета шерифа, вниз, в морг.

— В цель… – прошептал мужчина, скрывая довольную усмешку.

— А я погляжу, Миллер, вы очень быстро все “схватываете на лету” и ориентируетесь в новых местах, — с нескрываемым восхищением отметил частный детектив.

— Благодарю за комплимент. Кстати, доктор Шмидт сказала, что Майкл Филдс все еще живет здесь и работает в библиотеке.

— О, да, — довольно протянул Питерс и улыбнулся.

Миллер чуть вопросительно приподнял брови.

— Уверен, вам понравится, — продолжил он, интригуя все сильнее.

Глава 3. Библиотека Дюбуа

Перечитав отчет судмедэксперта и дело о пропаже много раз, очень много раз, стараясь понять логику действий полиции, Миллер вернулся в гостиницу только вечером. Но сон его совсем не успокоил и не расслабил. Всю ночь он пробивался сквозь туман, среди высоких деревьев, чувствуя под ногами вязкую субстанция, очень похожую на кровь, которая затягивала его, как зыбучие пески.

Стоя утром у полицейской участка, он наблюдая, как молочная пелена начинает потихоньку таять под моросящим дождём, и тяжело вздохнув, поднял воротник пальто, чтобы спрятаться от холодного ветра, гоняющие мелкие капли по своему желанию.

Из транса его вывел звук автомобиля, который притормозил прямо напротив участка. Форд с эмблемой полиции явно попал под весьма сильный дождь, пачкаясь со всех сторон.

— Агент Миллер! — воскликнул знакомый голос, принося на улицу хоть какой-то звук.

— Доктор Аарон, — довольно произнёс агент ФБР пожимая протянутую руку. — Рад, что вы согласились мне помочь.

— Рад, что вспомнили обо мне, — счастливо заметил мужчина, улыбаясь.

Он был гладко выбрит, с аккуратной прической, а куртка, похожая на плащ, очень хорошо скрывала несовершенство фигуры судмедэксперта.

— Какие эмоции…Я сейчас заплачу… — голос раздался после захлопнувшейся двери со стороны водителя.

— Маккензи.

— Миллер.

Они пожали друг другу руки и улыбнулись.

— Как город под руководством нового шерифа?

— Спокойно, — усмехнулся Маккензи, доставая пачку сигарет и прикуривая. — Даже слишком, да Дэвид?

Аарон кивнул, соглашаясь.

— А как вы? Как Бромвелль?

— Теплее, чем Стритфилд, — стараясь быть как можно серьёзнее, ответил Миллер.

— А шериф Донохью не продал вам еще никакой тур в горы?

— Пока нет, но он явно не теряет надежды. Его больше расстроил тот факт, что я молод. Очень молод по его меркам.

Шериф Маккензи и доктор Аарон переглянулись, явно не ожидая такого поворота.

— А знаете, Миллер, — задумавшись, проговорил Маккензи, — Отрастите бороду! А что? Говорят она делает вид более внушительнее и влиятельнее.

Наступила тишина. Все смотрели друг на друга. Первым не выдержал Аарон начиная смеяться, а за ним и остальные.

— А если серьезно, — продолжил он, выпуская сизый дым изо рта. — Не обращайте внимания на Макса. Для него все, кто моложе него лет на пять, уже считают некомпетентны и слишком молоды для расследования. Такие вот принципы.

— Учту, — сказал агент ФБР, чувствуя, как дождь потихоньку начинает усиливаться. — Мне интересно другое: что такого вы рассказали о моей работе в Стритфилде, что здесь меня считают знаменитостью и великим сыщиком.

— Ничего такого, верно?

— Мы рассказывали правду, — поддержал доктор, пряча руки в карманы от холодного ветра.

— Только ее. Как вы сражались на световых мечах, догоняли преступников на бешеных скоростях и прыгали в жерло вулкана, чтобы спасти наш город. Типичные приключения в стиле Бондианы.

— Я так и понял. И это многое объясняет.

— Понимаете, Миллер, — шериф подошел к нему ближе. — Бромвелль не Стритфилд. Здесь люди любят выделяться тем, что они тут родились, живут и умрут черт знает в каком поколении. Они считают это чем-то настолько особенным, что сами не могут это объяснить. Расслабиться. Они всегда такими были.

— Томми Маккензи! — послышался сзади мужской голос и агент ФБР отошел чуть в сторону, пропуская его владельца вперёд.

— Алекс Питерс! Ничего себе! А мы думали, куда ветер тебя унёс!

Они быстро пожали друг другу руки.

— Как видишь, недалеко.

— Видимо, было безветрие.

Легкий смех окружил их компанию.

— Как Стритфилд? — спросил Питерс, не обращая внимания на дождь, чьи капли стали значительнее крупнее. — Как троюродная сестра? Замуж еще не вышла?

— Нет. Сейчас борется с новым священником из-за витражей восстановленной церкви. Мы уже делаем ставки, как она его “уничтожит”: морально или физически.

— Ставлю на первое, — подал голос Аарон. — Но горючие мы от нее прячем. На всякий случай.

— Маккензи.

Рядом с ними появился шериф Донохью, прячась от непогоды за большим черным зонтом.

— Донохью.

— Приехали, чтобы поглумиться над нашей проблемой? — с вызовом спросил мужчина, поправляя воротник куртки.

— Привез вам судмедэксперта. Ваш, как я понял, сломался.

Бросив взгляд на Аарона, шериф тяжело вздохнул и снова взглянул на Маккензи.

— Думаю, мне пора, — сказал он, встречаясь с тяжелым взглядом темно-карих глаз, и подходя к машине. — А то, вдруг, подцеплю горный бронхит или туристический грипп.

Передав дорожную сумку доктору, он сел за руль и, махнув на прощание, тронулся с места, быстро исчезая из виду под крупными каплями дождя, готовые в любой момент перейти в ливень.

— Передавай привет сестре! — крикнул ему вслед Питерс, а потом заметил, что остался на улице один.

Миллер с Аароном спустились в морг, где было тихо, лишь звук капель, бьющийся об землю, проникал через окна, создавая усыпляющую мелодию.

— Ого…Как чисто! Как в больнице, — протянул доктор, осматриваясь по сторонам, а потом заметил дальний стол патологоанатома, что скрывался под тканью. — Тело?

— Да, — ответил агент ФБР, проследив за его взглядом. — На рабочем столе лежит отчет доктора Шмидт. Она уже осматрела останки и все там описала.

Задумавшись, Аарон повернулся к Миллеру.

— Тогда зачем тут я?

— Вы здесь, доктор Аарон, чтобы обследовать тело и предельно точно и скрупулезно понять причину смерти, чтобы мы нашли настоящего убийцу, — спокойно ответил агент ФБР смотря в его глаза с непоколебимой уверенностью. — Доктор Шмидт могла что-то пропустить, но такой специалист, как вы, определенно найдет все.

Он молча смотрел на него, а потом, устало вздохнув, одобрительно кивнул.

— Я верю в вас, доктор. У вас два дня. Донохью смог отвлечь вашу коллегу лишь на столько.

Развернувшись, Миллер сделал пару шагов к выходу, когда снова повернулся к мужчине.

— Кстати, как дела с Эрин? Она была не против, что я пригласил вас сюда?

— Ей все равно, — безэмоционально ответил Аарон, снимая куртку и вешая ее на металлический крючок. — Знаете, Миллер, сложно добиваться девушки, которая сама не знает, хочет ли она, чтобы ее добивались или нет.

— Мне жаль.

— Мне тоже… — прошептал доктор, беря в руки отчет о вскрытие тела. — Насчет девушек…Одна очаровательная особа передавала вам огненный привет и просила напомнить, цитирую: “Если, вдруг, станет слишком темно, то вы знаете, где искать путеводную звезду”.

Скрывая улыбку, Миллер покинул морг, поднимаясь к кабинету помощника шерифа, где уже сидел Питерс и пил кофе, чей аромат заполнял всю комнату.

— Библиотека далеко отсюда?

— Недалеко от гостиницы, — ответил мужчина, делая глоток с огромным удовольствием. — Но на улице ливень. А портить себе еще и настроение по такой погоде - не самое лучшее занятие.

— Не думал, что смелые частные детективы боятся непогоды.

Он покосился на Миллера, после чего поставил чашку на стол и поднялся на ноги.

— Я вас предупреждал.

Покинув участок, быстро спрятавшись в машину, они поехали по той самой дороге, огибая парк, которая вела в гостиницу. Дождь, крупными каплями падал вниз, заполняя улицы лужами, делая воздух еще сырее и холоднее.

Библиотека была высоким, двухэтажным зданием в неоклассическом стиле: статные колонны тянулись от основания вверх, исчезая под треугольной крышей, но лишь в одном из длинных вертикальных окон можно было заметить блик одинокой лампы, подтверждая, что она не закрыта. Миллер и Питерс перепрыгнули через две мокрые каменные ступеньки, прячась под козырёк, заметив надпись над своими головами: "Библиотека Клода Дюбуа".

Мраморный пол вел к широким деревянным дверям, на которых гордо висела табличка: “Читальный зал”.

Открыв их, мужчины оказались в просторной комнате с высокими потолками и длинным балконом второго этажа, где деревянные перила переплетались в интересный рисунок. Пройдя по проходу вдоль рядов со столами и лампами с зелеными абажурами, каждая из которых была выключена, они оказались у высокой кафедры из красного дерева, своей мощью, кажется нависшая над всем залом.

— Эффективно, — вымолвил Миллер, осматриваясь.

— Это только начало, — без особого энтузиазма ответил Питерс, начиная оглядываться в поисках еще одной живой души.

— Сейчас иду, — раздался неподалёку женский голос и через несколько секунд к ним навстречу шла женщина. — А…Это вы, мистер Питерс. Пришли снова отвлекать порядочный людей?

Она встала напротив, даже не заходя за кафедру. Это была низкого роста, худощавая женщина с седыми волосами, убранными в идеальный пучок, с большими, выпуклыми, как у рыбы глазами и с таким высокомерным взглядом, словно к ней пришли просить милостыню парочка бездомных.

— И вам доброе утро, мисс Лэмпти, — как можно жизнерадостнее произнес частный детектив.

— Оно не доброе, потому что вы тут. Решили снова загнать себя в нелепое положение, показывая “сильные” стороны своей глупости? — ее голос был тихим, но тонким до такой степени, что звук ногтями по доске в сравнение с этим звучал, как приятная симфония.

— Вообще-то, мы…

— Да вы еще и не один, — перебив его, мисс Лэмпти перевела взгляд на Миллера, оглядев его с головы до ног, взором такого превосходства, словно не он, а именно женщина была выше него на две головы. — Привели с собой еще одного тунеядца, решая, что если моноспектакль не сработал, то дует пойдет на “ура”? Вы глупее, чем я думала.

— Вообще-то, мы…

— Мне все равно, что вы там надумали. Уходите. В этом храме знаний, таким, как вы, делать нечего.

— Вообще-то, мы с агентом Миллером пришли не к вам, дрожащий цербер сего места, — наконец проговорил Питерс. — А к мистеру Филдсу.

— Агент Миллер? — переспросила женщина, состроив при этом такое выражение лица, словно произнесла что-то постыдное и грязное.

— Агент Миллер. ФБР, — повторил уже сам мужчина. — Я приехал из Вашингтона расследование преступление связано с сатанистами.

— А документ подтверждающий личность у агента ФБР есть?

Миллер, ловким движением пальцем, достал из внутреннего кармана пальто кожаный чехол и, открыв его, показал мисс Лэмпти свое удостоверение, которая, чуть сощурила глаза, вчитываясь в написанное там.

— Марк Миллер…Ну, агент ФБР Марк Миллер, жаль, но мистер Филдс сейчас очень занят и не может вам ничем помочь. Хотя, если честно, я даже не знаю, чем он вообще мог бы вам помочь, если дело связано с сатанистами. Бред какой-то…Я…

— Эмма, вы случайно не видели энциклопедию северных птиц? Я нигде не могу ее найти, — на балконе второго этажа появился мужчина. — Что-то случилось? Здравствуйте, мистер Питерс.

— Доброе утро.

— Ничего, мистер Филдс, — затараторила Лэмпти, делая шаг вперед, желая скрыть мужчин за собой. — Все нормально. Не отвлекайтесь. Работайте. Я сама во всем разберусь.

— Мистер Филдс, я агент Миллер, ФБР. Мне нужно с вами поговорить по поводу сатанистов и смерти вашей матери, — произнес Миллер и тут же ощутил на себе взгляд такой ненависти, что холод, невольно, прошелся по спине.

— Да, конечно. Я сейчас спущусь.

Лэмпти все так же бросала на него недовольный взор, но агент ФБР, не обращал на это внимания, слыша шаги, идущие от лестнице, правее кафедры.

— Поговорим в моем кабинете, — произнес Филдс, спустившись к ним и направляясь вглубь стеллажей с книгами.

— А я предупреждал, — прошептал Питерс, ровняясь с Миллером, и следуя за директором библиотеки.

Его кабинет находился в самом дальнем углу, спрятанный за стеллажами и полками, и представлял очень небольшую и уютную комнату: два стеклянных шкафа у одной стены, закрытых на ключ, граничили с простым деревянным столом с палированной поверхностью, я рядом находились мягкие кресла для гостей и самого хозяина.

— Простите Эмму, она меня оберегает. Особенно после того, что стало происходит в последнее время. Хотите кофе? Чай?

— Нет, спасибо, — быстро ответил Миллер, сев в кресла. — Мои соболезнования по поводу вашей матери.

— Спасибо, спасибо, — произнес Филдс, присев за стол и, сняв тонкую оправу очков, потер переносицу. — Знаете, я уже смирился со смертью матери и…Нахождения ее тела было очень неожиданным и…Взбередила старые раны.

Смотря на него, агент ФБР явственно чувствовал, что в его виде было что-то “неправильное”: темные волосы, с проглядывающейся сединой, были убраны в современную прическу которая ему шла, приятные черты лица, которые уже начали подрисовывать морщинами возраст, а также открытый, с теплотой взгляд, делал Майкла Филдс приятным человеком. Но все равно, было что-то не так с его образом. Но вот что?

— Я читал дело о поисках вашей матери и мне было кое-что непонятно: она пропала в ночь на 1 мая, но ее поиски начались лишь 5. Почему?

— Мне тоже это интересно, агент Миллер, — он подпер рукой подбородок, прислонив локоть на подлокотник кресла. — Понимаете, весной здесь, правда, бывают сильные туманы. Вот они и ждали, когда погода станет лучше. Это с одной стороны, а с другой…Анализируя все то, что случилось, будучи уже взрослым человеком, я думаю, они решили, что мама сбежала с каким-то своим любовником и скоро вернётся.

— У них были основания об этом думать? — спросил Питерс, явно заинтересовавшись этой частью дела.

— Не знаю. Мне ничего об этом не известно. Не думаю, что она бы делилась такими вещами своей жизни с пятнадцатилетним сыном. Мал еще был, — улыбнулся хозяин кабинета, но почти тут же перестал.

— Но поиски были и продлились до того момента, пока неподалёку не нашли тело женщины.

— Да. В Олдридже. Было много шума и страха. Все подумали, раз он в соседнем штате, то в любой момент может оказаться и здесь.

— И тогда поиски прекратились, — произнес Миллер, вспоминая записи из дела.

— Полиция подумала, что и мама стала жертвой этого маньяка и они остановили все поиски, — устало сказал Филдс, тяжело вздыхая.

— Но почему? — удивился Питерс, чуть не подпрыгивая на своем месте.

— Честно? Кто знает? Помню, я тогда был так зол и недоволен этим, но что мог сделать подросток в мире взрослых? Ничего. Тогда даже не было интернета, где я бы мог получить поддержку, и все осталось так, как было.

— Но вы же подозреваете почему, верно? — поинтересовался агент ФБР, заметив легкую недосказанность.

— Да, подозреваю. Это правда. Понимаете, агент Миллер, Бромвелль хороший город и тут живут приятные люди, но любой приезжий для них - чужак. Спросите мистера Питерса. Он это подтвердит.

Краем глаза Миллер заметил, как детектив кивнул в знак согласия.

— Они относились к нам хорошо, но мы все равно были для них чужими. Именно поэтому они и перестали искать маму. Я, если честно удивился, когда они поставили ей надгробия на местном кладбище. То ли хотели замолить свои грехи, то ли так оправдаться - без понятия.

— А что насчет разговоров, что ваша мать сбежала из секты сатанистов и они ее преследовали?

— Ох, вы об этом… — Филдс снова потер переносицу и надел очки на место. — Это слухи, которые распустили какие-то идиоты, уж простите. Моя мать была доброй и хорошей женщиной. Я не представляю, чтобы такая, как она могла связаться с людьми, кто приносит жертвоприношения и тому подобное. Это нелепо.

— И все же?

— И все же, — голос его стал куда более жёстким. — Если бы это была правдой, то мне она неизвестна. Я либо еще тогда не родился, либо был слишком мал, чтобы это помнить.

Еще раз внимательно осмотрев мужчину, все сильнее удостоверившись в своем чувстве чего-то неправильного, Миллер поднялся на ноги, а за ним и Питерс.

— Спасибо, что уделили нам время, мистер Филдс. Еще раз приносим вам свои извинения и соболезнования.

— Спасибо большое.

Покинув кабинет и вернувшись в главный зал, где за кафедрой уже стояла мисс Лэмпти и перебирала бумажки, поглядывая на них из-под тяжелых век, они вышли на улице, когда дождь уже закончился, придавая прохладному ветру промозглую сырость, царапая кожу лица.

— Ну и как вам тётушка нашего бравого дежурного? — спросил Питерс, подходя к машине.

— Похожа на мою учительницу историю. Даже фразы были идентичны тем, что она говорила, когда я забыл реферат по гражданской войне, — ответил Миллер смотря по сторонам, обращая внимания на дома рядом в идентичном стиле, делая эту часть города крайне помпезной. — Отвезите меня в гостиницу.

— А я предупреждал, что портить настроение по такой погоде, хуже всего, — назидательно проговорил детектив, садясь за руль.

Салон машины встретил их теплом и все той же тихой, успокаивающей музыкой.

— Дело не в настроении, — задумчиво ответил Миллер, смотря в окно.

Они тронулись с места, обливая безлюдный тротуар лужей, в которой стояли.

— Что будем делать дальше? Какие планы?

— Во-первых, нужно дождаться результатов работы доктора Аарона. У него есть сегодняшний и завтрашний день, — агент ФБР задумался, заметив впереди вывеску гостиницы. — Во-вторых, Филдс сказал, что местные сделали надгробие его матери на местном кладбище. Я хочу на него посмотреть.

— Я там был много раз и скажу честно, что ничего особенного в нем нет - такое же, как и все остальные. Но после дождя там, как зыбучие пески.

— Тогда подождем, — Миллер почувствовал, что они остановились и увидел двери гостиницы.

— А в-третьих? — повернувшись, спросил Питерс.

— ФБР в разное время проверяло все секты, включая сатанинские. В архивах осталось много информации по этому поводу.

— Вы думаете, что Филдс нас обманул?

— Знаете, какое первое правило агентов ФБР?

— Быть умным?

— Никому не верить.

— Да, но…Слушайте, Миллер, Филдс, в отличии от всей серой массы живущих здесь и считающих себя избранными, вполне себе нормальный: культурный интеллигентный, спокойный.

— Особенно после вопроса о сатанистах.

— Ну, если бы моих родителях заподозрили в участии компании психов, которые поклоняются Дьяволу, то я бы отреагировал так же.

— Возможно, — Миллер открыл дверцу машины. — А возможно он знает куда больше, чем нам говорит.

Закрыв за собой дверь, он поднял воротник пальто, ощущая, как сырой холод так и норовит проникнуть под одежду, обжигаю кожу.

— А что делать мне?

Повернувшись, агент ФБР чуть наклонился к окну.

— Можете составить компанию доктору Аарону и помочь ему. Уверен, что он от этого не откажется, — и, усмехнувшись, направился в гостиницу, слыша недовольное ворчание.

— Только судмедэксперту я еще не помогал.

Глава 4. Земля Уинслоу

Проведя всю ночь в телефонных разговорах с начальством и офисом архивов, мужчина устало наблюдал за рассветом, пробивающимся через тяжелые облака.

Спустившись в вестибюль гостиницы и отдав ночному администратору Грегу, который еще не покинул свое рабочее место, ключ от номера, Миллер только вышел на улицу, смотря на густой туман, когда подъехала знакомая машина, чудом не облив его из ближайшей лужи.

— Вы вовремя, — сказал Питерс, как только агент ФБР открыл дверь.

— Только не говорите, что работа с доктором Аароном вас так вдохновила, — усмехнулся Миллер, заметив еще более взъерошенный вид детектива.

— Не его, а сатанистов, которые сегодня ночью отлично “повеселились”.

После этих слов автомобиль с остервенением сорвался с места, погружаясь в глубину молочной пелены от которой, казалось, нет спасения.

— Мне звонил Макс и сказал срочно вас доставить на место нового алтаря. По его интонации я понял, что ему страшно.

Они свернули с дороги, ведущую в центр города и направились по тому пути откуда приехал Миллер со станции. Дорога, окруженная деревьями, не могла устоять перед густым туманом, проникающим между толстыми стволами, овладевая все большей территорией.

— Все так плохо? — спросил Миллер, понимая, что детектив ведет автомобиль на ощупь.

— Для Макса, все, что происходит в городе неправильно, всегда страшно, — усмехнулся Питерс, аккуратно поворачивая и углубляясь все дальше в дымку.

Они ехали около двадцати минут, когда остановились у обочины, прямо рядом с другими машинами полицейских.

— Да он собрал тут целый город, — произнес детектив, выходя на сырую траву.

Миллер же, покидая теплый салон, оказался в чуть проглядной пелене, скрывая из виду макушки высоких деревьев, окружающих их, как охранники этих мест.

— Идите за мной, — сказал Питерс, доставая из кармана плаща пачку арахиса и вполне уверенно углубляясь в рощу.

Под ногами было месиво из пожухлой травы и сырой листы, не успевшей подсохнуть после вчерашнего дождя, пачкая носки ботинков и создавая неприятное ощущение после каждого шага. Начиная медленно подниматься по небольшому холму, мужчина вдыхал прохладный воздух, становившийся все морознее, обжигая кончики пальцев и носа.

— Это национальный парк? — спросил Миллер, обратив внимание, что в этих местах нет ни намека на хоть какое-то творение человека.

— Местные называют это “Землей Уинслоу”, — ответил детектив, закидывая арахис в рот. — В свое время тут жил отшельник — Кларк Уинслоу. Его одинокая фигура могла бродить по этим лесам сутками. Говорят, что он был колдуном. Или беглым каторжникам. Не знаю. Они так и не договорились, кем он был на самом деле. В любом случае, после его смерти, этот “лакомый кусочек” хотели забрать под новый район, но сколько бы раз они не пытались это сделать - у них не получалось: то каркасы построек горели, то фундамент был уничтожен до основания, а как–то, после очень сильного дождя, исчезли все инструменты и техника для строительства. Говорят, что старик Уинслоу никому не хотел отдавать эти места и портит любые попытки хоть как-то их облагородить. Так тут и остались лишь леса, холмы и дикая природа. Кстати, я слышал, что многие пытались найти дом старика, но он будто исчез под землю, пряча все самые сокровенные тайны.

— Красивая легенда.

— Знаете, Миллер, — остановившись, произнёс Питерс. — Я могу судить по себе, что легенды просто так не появляются.

— Они нужны для того, чтобы что-то спрятать, — ответил агент ФБР, двигаясь вперед, слыша разговор людей совсем близко.

— Хм…Логично.

Пройдя несколько шагов, они увидели кучки полицейских, которые обступили что-то впереди себя.

— Всем доброе утро, дорогие коллеги! — громко поздоровался Питерс, привлекая к себе внимание окружающих. — Что на завтрак?

Миллер, обойдя его и еще парочку, что стояла и курила, стараясь смотреть куда угодно, только не вперёд, увидел то, ради чего приехал: огороженный несколькими валунами, окружённый гнилыми яблоками, посреди грязной травы стоял череп, по всей видимости, козла. Он, казалось, возвышался посреди всего этого схематического сооружения, смотря пустыми глазницами на собравшихся.

— Агент Миллер, — к нему подбежал шериф и, взглянув на все это, перекрестился. — Вот об этом я и говорил…Об этом…Это они…Сатанисты…

Покосившись на мужчину, агент ФБР собирался войти во внутрь этого алтаря, когда почувствовал на своем плече тяжелую ладонь.

— Не надо…

Не обратив на это внимание, Миллер перешагнул камень и подошел ближе к черепу. Все вокруг застыли на месте, боясь пошевелиться.

— Ну и как на той стороне мироздания? — как можно веселее спросил Питерс, заметив реакцию окружающих.

— Грязнее, чем везде, — ответил агент ФБР, ощущая под ногами неприятную скользоту и гнилые листья. — Возможно, что здесь была кровь.

Подойдя почти к самому центру, где и находились останки животного, он осмотрелся по сторонам и достал кожаные перчатки из кармана. После чего наклонился и буквально перед собой, в грязи, нашел небольшую, но толстую кость.

— Она человеческая? — спросил кто-то из полицейских, явно не веря своим глазам.

— Не думаю, — проговорил Миллер, кладя ее на землю и выпрямляясь, внимательно оглядываясь по сторонам. — Шесть камней, шесть яблок и шесть костей.

— Получает восемнадцать, — заметил Донохью.

— 666 - число зверя, — поправил его Питерс, нервно бросая орехи в рот.

Агент ФБР, наконец, подошел к черепу козла и, осмотрев его со всех сторон, поднял за рога, обнаружив секрет, который он скрывал.

— Господи… — пробормотал шериф, увидев в руках Миллера сердце.

Все присутствующие потеряли дар речи, просто смотря на находку.

— Оно…

— Нет. Очень похоже на коровье, — ответил Миллер, подходя ближе к полицейским. — Но судмедэксперт скажет точнее, как и про кости.

Остановившись, мужчина стал смотреть на них, явно чего-то ожидая.

— Дайте ему уже пакет для улик, куда он мог бы положить это сердце, — не выдержав, крикнул Питерс, пробуждая своим голосом присутствующих.

Через несколько секунд высокий полицейский принес полиэтиленовый пакет с застежкой-струной, куда агент ФБР аккуратно поместил его и тут же запечатал.

— Такого раньше не было, — наконец подал голос Донохью. — Ни разу. Были свечи, яблоки, камни и кровь, но кости и…Сердце - это впервые! А что будет дальше? Они начнут убивать местных?! Кошмар…

Миллер, не слушая его, отошел подальше от алтаря, к месту, где холм заканчивается крутым обрывом и где взору, сквозь туман и деревья, виднелись очертания хребта Монтегю.

— Если так и будет, то у меня для них есть парочка кандидатур.

— Питерс!

— Да ладно, Макс, это шутка. Шутка и только.

— Нашли время для них… — шериф, тяжело вздохнув, посмотрел на агента ФБР, молча наблюдающего за красотой природы. — И что будет дальше?

Резко повернувшись, Миллер снял перчатки и положил их в карман.

— Этот алтарь признан больше напугать, чем для поклонения Дьявола, Сатаны или Люцифера, — сказал он, подходя ближе к валунам. — Яблоки отсылают к искушению Евы, кости - к жертвоприношению, а череп козла - к символу Бафомету, который часто используют сатанисты. Если поискать, то еще останется след от краски, которой чертили перевернутую пентаграмму. Все, что известно любому, у кого есть интернет.

Покосившись на остальных, агент ФБР тяжело вздохнул.

— Это больше “пугалка” для окружающих, чем что-то серьёзное. А кто нашел алтарь?

— Эван, когда гулял с собаками, — ответил Донохью, наблюдая, как двое смельчаков зашли за камни и стали собирать кости в пакет для улик. — Как увидел, сразу сообщил нам.

— Все собрано, сэр, — сказал один из полицейских, демонстрируя пакет с костями, разных размеров и толщины.

— Молодцы…

— Мы с Питерсон заберем их и сердце, и сами передадим доктору Аарону. Мы все равно как раз едим к нему, верно?

Встретившись взглядом с мужчиной, частный детектив утвердительно кивнул. И в награду за это получил мешок с сердцем. Миллер же сам взял кости, едва заметно бросив на них взгляд.

— Доктор Шмидт вернётся завтра?

— Да, — проговорил шериф, отводя взгляд от алтаря. — Мне жаль, что я не мог задержать ее больше и…

Он не успел договорить, видя спины удаляющихся мужчин.

— Мы едим в участок? — спросил Питерс, чувствуя дискомфорт рядом с сердце, не имея понятия кому оно принадлежит: корове или нет…

— Нам нужно успеть все узнать, до появления доктора Шмидт.

— Вы ей не верите?

Остановившись, Миллер взглянул на собеседника.

— Я помню, что вы никому не верите, но я не вижу смысла ей врать.

— Она не врет, — он снова тронулся, неспешно спускаясь с холма, погружаясь сильнее в месиво грязи и листвы. — Но она не беспристрастна. И может скрывать то, что нам важно.

Положив улики в багажник, они неспешно ехали в сторону города, заметив, что дымка медленно стала опускаться ближе к земле.

— Всегда удивлялся, как при таких туманах, это место могло стать туристическим, — произнес детектив, аккуратно въезжая в город.

— Кому-то нравятся туманы.

— Да, англичанам. Но, подозреваю, этого и у них в стране достаточно.

Предмет их разговора, кажется, окутывал каждый предмет на улице: будь то фонарь или забор парка, и, забрав в плен, не отпускал, сливаясь в единое, непроглядное зрелище.

Остановившись у участка, Миллер достал пакеты с уликами и направился в морг.

— Доброе утро, агент Миллер! — крикнула дежурная Лэмпти, завидев мужчину у входа и резко встав на ноги. — Полицейский участок пуст. Шериф уехал.

— Знаю, видел его у нового алтаря, — пройдя мимо нее, он исчез в коридоре.

— Появился еще один? — удивленно спросила девушка, смотря ему вслед.

В морге царил полумрак и тишина. Лишь в стороне, где стоял рабочий стол судмедэксперта слышалось легкое бормотание. Доктор Аарон, удобно расположившись на стуле, откинувшись на его спинку и скрестив руки на груди, сонно лепетал себе что-то под нос, иногда причмокивая. Остановившись напротив, Миллер тяжело вздохнул, понимая, что придётся разрушить эту картину и, как можно громче, уронил на стол пакеты с сердце и костями. От шума, Аарон недовольно хмыкнул и открыл глаза.

— Опоздали, — лениво произнёс он, вытягивая руки вверх, разминая затекшие мышцы. — Я ждал вас раньше.

— Извините, был занят сатанистами и их ритуальным алтарём, — агент ФБР кивнул на поверхность стола.

— Ого, — явно воодушевившись, доктор дотянулся до улик и стал их осматривать. — Вы же знаете, что это не человеческие?

— Подозреваю.

— Скорей всего - коровьи, но нужно проверить. Потом. А вот то, что вы просили, — Аарон пододвинул ему планшет с документами, которых явно было больше, чем раньше. — Я провёл всю ночь с удивительной Хелен Филдс и думаю, что не зря.

— Уверен, — произнес Миллер, начиная просматривать исписанные листки. — Значит ее, правда, обезглавили.

— Не все и сразу, агент Миллер.

Встав из-за стола, доктор Аарон неспешно подошел к останкам тела, аккуратно снимая верхнюю ткань.

— Начну сначала: я прочитал отчет доктора Шмидт и он мне показался очень профессиональным, но потом я обратил внимание, что ее зоркий глаз пропустил кое-что весьма интересное.

— В отличии от вашего, — сказал агент ФБР, становясь рядом и смотря на тело.

— Я скромен, но…Да.

Аарон потянулся к одной из костей и очень осторожно взял ее в руки.

— Я обнаружил сросшийся перелом левой кисти. И, скажу честно, весьма неправильно, поэтому при жизни рука могла болеть.

Вернув кость на место, он пододвинулся к черепу и подозвал Миллера поближе.

— Насчет причины смерти - это на самом деле обезглавливание. Но! — доктор указал на шейные позвонки. — Ударов было несколько. Около пяти. Поэтому шейные отделы пострадали. Насколько я успел прочитать про этого Лесоруба, он, уж простите за нелепость, был на самом деле лесорубом и очень ловко умел обращаться с топором. Потому у всех его жертв обезглавливание происходило за один удар. Но не за пять.

Смотря на тело, потом на Аарона, агент ФБР нахмурился, начиная пририсовывать к убийце все больше новых элементов.

— Тот, кто ее убил, был слишком плох в физическом плане и с точностью удара. Да, после первого она уже была мертва. Однако, убийца очень сильно хотел подставить самого Лесоруба, поэтому нужно было женщину обезглавить до конца.

— Он хотел, чтобы все думали, что она была жертвой Лесоруба.

— Именно. Но и это не самое интересное.

Обойдя Миллера, доктор подошел к концу стола патологоанатома, там, где лежали кости ног.

— Перед смертью она сломала ногу, — его ладонь указала на малоберцовую кость. — Возможно, за ней кто-то бежал, она оступилась и упав, сломала лодыжки. А так же, — Аарон грациозно вернулся к черепу, — сильно ударилось виском, а точнее птерионом: соединением любовой, темминой, височной и клиновидных долях. Случился перелом, повреждая артерию и кровь стала наполнять мозг.

— Получается, что…

— …она бы все равно умерла. Да, — тяжело вздохнув, мужчина спрятал руки в карманы белого халата. — Без оказания медицинской помощи, летальный исход был бы велик.

Пробежав взглядом по останкам, Миллер взглянул на доктора.

— Но убийца этого не знал. И решил своими руками прибавить жертву Лесорубу. Какая разница, все равно маньяк.

Аарон согласно кивнул.

— Отличная работа, доктор. Вы оправдали мои надежды, — повернувшись, агент ФБР направился к выходу из морга, крепче сжимая очет о вскрытие в руке. — Скажу Питерсу, чтобы он заселил вас в гостиницу.

— Я не еду назад, в Стритфилд?

— Пока рано.

Кабинет помощника шерифа встретил его ароматом бодрящего напитка, который опьянел иллюзией бодрости.

— Позвоните в гостиницу и заселите доктора Аарона, — сказал Миллер, кладя документы на стол, рядом со старым отчетом и делом о поисках, и, с явным нежеланием сел на неудобный стул.

— Он остается? Шмидт будет недовольна, — проговорил детектив, подходя к полке с банками и начиная наводить кофе агенту ФБР.

— Он нам нужен. Таких профессионалов, как он, сложно найти.

— Уверен, что дело не в его рабочих качествах, — поставив чашку рядом с Миллером, Питерс сел напротив, внимательно глядя на собеседника. — Вы что-то задумали, верно?

— Возможно, — сделав глоток, ощущая приятную горечь и жар жидкости, обволакивающее горло, мужчина задумчиво посмотрел в окно. — Возможно...Кладбище далеко отсюда?

— Рядом со станцией, — нехотя ответил детектив. — Ну хоть там не будет Лэмпти. Я надеюсь.

Глава 5. Монтегю

Доехав до развилки, которая вела к железнодорожной станции, они свернули налево, где не было ни одного обозначения. Дорога была пустой и вдоль нее с одной стороны тянулись длинные ряды деревьев, на которых почти не осталось листьев, а те, что держались, цеплялись за ветки из последних сил. С другой же растянулись небольшие холмы, покрытые травой и листвой, перемешанной с грязью.

Они повернули направо и остановились у огромных черных ворот, преграждающих путь. Сверху был незамысловатый рисунок из металлических прутьев, а на правой опоре, сквозь мох, съедающий камень, виднелась табличка: “Кладбище Монтегю”.

— Я бы сказал “добро пожаловать”, но думаю, что это не в тему, — заметил Питерс, выходя из машины.

Миллер наступил на мокрые листья, покидая теплый салон автомобиля и поднимая воротник пальто, осматриваясь. Легкая молочная пелена уже начала неспешно осваивать эти места, но даже через нее были видны холмы, на которых возвышались мокрые камни надгробий и окутанные гнилой травой мавзолеи, угнетая атмосферу еще сильнее.

Ворота были открыты и мужчины с легкостью переступили порог, погружаясь в безмолвную тишину, что таили в себе толстые стволы деревьев, окружающих их со всех сторон.

— Монтегю, — произнес Миллер, уступая дорогу Питерсу, знающему путь.

— Если вас интересует, тот же ли этот парень, в честь которого назвали хребет, то да, это он.

— Основатель города?

— Один из трех. Угадайте, кто были остальными? — усмехнулся детектив, обходя одну из могил и начиная подниматься по грязи наверх.

— Клод Дюбуа?

— Точно в цель.

Ноги потихоньку разъезжались в стороны, но Миллер упрямо шёл вперед.

— Жак Монтегю, Клод Дюбуа и…Август Маккензи.

Агент ФБР чуть остановился и вопросительно приподнял брови.

— Чувствую ваше удивление, Миллер, — улыбаясь и смотря вперед, произнес Питерс, поднявшись на холм и лицезрения ряды надгробий. — Но это так. Бойд Маккензи был основателем Стритфилда, а его кузен Август, вместе со своими друзьями, ушел чуть восточнее и южнее и обосновался на этих землях.

Рядом с ним встал Миллер, наблюдая за таким мрачным и обреченным пейзажем.

— Побыл тут несколько лет, а потом вернулся в Шотландию. Там спился и умер. Дюбуа и Монтегю остались, обзавелись семьями, но их кланы довольно быстро вымерли, в отличии от Маккензи в Стритфилде.

Глубоко вздохнув, детектив пошел вперед, неспешно спускаясь с холма, чтобы не поскользнуться и не упасть, обходя при этом надгробия.

— Бромвелль остался “сиротой”, в то время, как Маккензи помогали Стритфилду пережить все: гражданскую войну, сухой закон, биржевой крах, великую депрессию…Они вкладывали такие средства в город, что он выдержал все. Пока Бромвелль медленно пытался выбраться из своих проблем сам. Не скажу, что у них плохо получилось, но после этого они стали теми, кем стали: фанатично любящие это место, словно оно рай на земле. Хотя на самом деле это не так.

Обойдя дерево, им пришлось снова подниматься на очередной холм, едва не скользя по мокрой листве.

— Поэтому они не любят чужих. Они же не такие “избранные”, как жители Бромвелля. Странные ребята. Очень странные.

— Получается, Бромвелль не любит Стритфилд? Странно, потому что Донохью рассказывал, что, когда пропала Джейн Фишер, весь штат ее искал.

— Они создали такую поисковую бригаду, что мы реально стали пугаться их инициативе. Они облазили каждый клочок земли, чтобы ее найти. И уверен, не будь она в это время на другом континенте, они бы ее нашли. Для чего?

— Чтобы доказать превосходство своего города над Стритфилдом, — ответил Миллер, цепляясь за каменный крест, чтобы не упасть.

— Метко стреляете, сэр, — усмехнулся Питерс, тяжело вздыхая. — Это во-первых, а во-вторых, чтобы, наконец, поставить предателей на место. Больше Стритфилда, они не любят Маккензи. Каждого из их рода, будь то старики, женщины или дети. Никого. Потому что они их предали и оставили. И плевать, что эта ветка их семьи перестала существовать несколько веков назад. Именно поэтому напоминая об этой семье в этом городе вы сможете найти, пожалуй, только в библиотеке и то по большому везению, — он остановился и с его губ сорвалась струя воздуха, превращаясь моментально в пар, разрезая холодный воздух. — Мы на месте.

Перед ними, почти у самого обрыва находилось одинокое надгробие, над которым склонил ветки засохший дуб. Миллер подошел поближе, рассматривая в засохшей, запутавшейся траве, среди мха надпись на темном камне.

— Хелен Филдс. Всегда в наших сердцах…

— Лицемерно, не находите? — спросил детектив, достав из кармана пакетик с арахисом. — С учетом того, что они почти ее не искали.

— И вдали от всех, — агент ФБР бросил взгляд назад, на остальные могилы позади себя.

— Зато вид красивый.

Перед ними, окутанный туманом, открылся пейзаж на череду холмов всех размеров и высот, а возвышался над ним горный хребет Монтегю, чья верхушка выглядывала из-за молочной пелены.

— Я же говорил, что тут ничего интересного нет. Могила пуста, обычное надгробие…Одинокое и заброшенное.

Осознавая правоту его слов, Миллер, тяжело вздохнув, опустил голову, будто отдавая последнюю дань уважения женщине, чью убийцу он должен найти, когда заметил что-то странное недалеко от носков своих ботинков. Присев, он опустил руку в мертвую траву и, нащупав твердую поверхность, ловко подцепил неизвестный предмет пальцами, поднимая его вверх. Питерс, бросив горсть орехов в рот, увидел еще один череп козла, который смотрел на него пустыми глазницами.

— Надеюсь, в этот раз без сердца?

— Без, — уверенно ответил агент ФБР, бросив взгляд в траву, а потом поднимаясь на ноги, крепко держа в руке свою находку.

— Они были здесь.

— Были, — согласился Миллер, прокручивая череп и рассматривая его. — И знали, что мы придем сюда.

— Оу…Как “мило” с их стороны оставлять нам такие…Эм…”Интересные подарки". Но зачем? Могила же пустая.

— Чтобы испугать.

Выдохнув, агент ФБР осмотрелся, но больше ничего не нашел, задумчиво бросив взгляд на горную вершину.

— Нас или…

— Всех, — Миллер взглянул на детектива. — И подтвердить догадку, что именно они убили ее.

— А вы в это не верите?

Посмотрев на холодный камень надгробия, потом опять на горы, вдали, агент ФБР ничего не ответил, все так же держа в руках череп козла. Он сам не знал ответ на этот вопрос. Пока что.

— Не хочу рушить вашу медитацию, но начинает темнеть, а туман - сгущаться. Еще чуть-чуть и мы с вами отсюда не выберемся. Мне, если честно, не особо льстит провести ночь на кладбище, даже с вами, Миллер, — сказал Питерс, пряча пустую упаковку орехов в карман.

— Аналогично, — согласился мужчина и, бросив прощальный взгляд на природу, повернулся, начиная неспешно удаляться.

— Его берем с собой? — детектив, догоняя его, указал на череп.

— Да. Сувенир.

Питерс, покосившись на Миллер, поджал губы, решая промолчать.

Дымка начала неспешно оседать на землю, пока сумерки медленно подступали к границе города. Добравшись до машины, Миллер сел в теплый салон, положив череп на колени, под пристальный взгляд детектива, но никто не обронил ни слова.

Дорога все больше начала затягиваться туманом, который, казалось, с каждым километром все сильнее давил на окружающие деревья и дома, утягивая их в неизвестность. И даже свора уличных фонарей, появившийся недалеко от полицейского участка, не спасала ни от молочный пелены, ни от холодной ночи, нависшей над городом.

Переступив порог участка, Миллер заметил, что стол дежурного пуст.

— Заходи, кто хочет, бери что хочешь, — констатировал Питерс, обходя его и направляясь по коридору.

— В морг, — приказным тоном произнес агент ФБР, едва детектив подошел к двери кабинета помощника шерифа.

Спускаясь вниз, на последней ступеньки, он встретил офицера Лэмпти, которая довольно улыбнулась ему, быстро поднимаясь наверх и выслушав по дороге ехидный комментарий Питерс.

Аарон спокойно сидел за столом, поедая пончики, запивая его ароматным кофе, когда на стол опустился череп козла.

— Доктор Аарон, Алекс Питерс - частный детектив и наш помощник.

Они друг другу кивнули, а потом взгляд судмедэксперта опустился на новый элемент в кабинете.

— А это…

— Йорик. Наш новый друг, — усмехнулся Питерс.

— Отличная у вас компания, я посмотрю, — произнес Аарон, ставя чашку на гладкую поверхность стола и бросив взгляд на Миллера. — Но вы вовремя. Я осмотрел кости и был прав: это предплечьи передних ног коровы. Как и сердце, которое было заморожено. Вероятнее всего он купил его в магазине и вместо готовки “подарил” его вам.

— Щедрые сатанисты.

— Еще как! А это…

— Нашли на могиле Хелен Филдс. Явно ждал нас, — сказал агент ФБР, пряча руки в карманы пальто и задумчиво смотря на стол, где лежали кости.

— Хотите я могу…

— Не стоит…

Развернувшись, Миллер направился к выходу.

— Собирайтесь, доктор.

— Я возвращаюсь в Стритфилд?

— Пока рано. Питерс отвезет нас в гостиницу.

Аарон взглянул на частного детектива, который пожал плечами, заставляя его задуматься.

— Соглашайтесь. Выбора все равно нет.

Глава 6. Четыре глаза

Удивительно, но на следующее утро выглянула солнце, разрезая своими лучами остаток тумана, не успевшим рассеяться после ночи. Оно светило холодным светом на тяжелом, сером небе, готовое в любой момент исчезнуть так же внезапно, как и появилось.

— Фантастика! Первый солнечный день за целый месяц, — радовался Питерс, везя агента ФБР и доктора Аарона в полицейский участок.

Тяжелый вздох разнесся по всему салону машины от сидевшего сзади доктора, пока Миллер задумчиво вглядывался в виды за окном, проезжая мимо закрытых летних веранд, а также кафе, где устало светились вывески, готовые в любой момент побороться с туманом за право светить в любую погоду.

В полицейском участке было тихо, лишь скрежет ручки по бумаге, заполняя очередной пробел кроссворда был музыкой этих мест. Офицер Лэмпти, задумавшись над следующим словом, не сразу заметила прибывших и только спустя несколько секунд снова встала в свою стойку, набрав в легкие воздух, чтобы крикнуть, когда заметила среди мужчин Аарона.

— Доктор? Вы снова тут? — удивленно спросила она, хлопая своими большими глазами. — Но доктор Шмидт вернулась…

— И? — спросил Питерс, явно не ожидая такого вопроса. — Вы что-то имеете против доктора Аарона, Сара?

Все вопросительно посмотрели на нее, из-за чего дежурная немного смутилась, а потом, взяв себя в руки, кивнула.

— Нет. Доброе утро доктор Аарон и агент Миллер.

— И только? — усмехнулся частный детектив.

— Обойдетесь, — прошептала Лэмпти и села обратно на место, продолжая свои дела.

— Жестко вы с ней, — произнес Аарон, проходя в коридор, где эхом разносились странные металлические щелчки.

— Оправдано, поверьте мне, — ответил Питерс, первым спускаясь в морг.

Там было настолько тихо, что казалось, холод из холодильных камер медленно опускается на пол, аккуратно, чтобы не испачкать белоснежную плитку, окутывает все помещение, в ожидании какой-нибудь жертвы. Как, впрочем и его хозяйка, что, с воинственным видом сидела за рабочим столом, с предвкушением смотря на входную дверь.

— Доброе утро, док! — воскликнул детектив, входя первым. — Сегодня выглянуло солнце, удивительно, правда?

Шмидт, явно не слушая его, бросила взгляд на Миллера и Аарона, что шли следом и встречая их недобрым взглядом.

— Отдохнули, доктор Шмидт? — спросил агент ФБР, подходя к ее столу.

— Не стройте из себя, Миллер… — прошептала она, но тут же глубоко вздохнула и продолжила куда более ровным и спокойным голосом. — Думаете я не знаю, что это вы меня отправили “отдыхать”, пока ваш судмедэксперт снова осмотрит все останки. Только для чего? И, если я вам так мешаю, почему бы меня сразу не отстранить от дела? Так же проще? Или боитесь, что я помешаю вашей работе?

— Зачем мне отстранять такого профессионала, как вы, доктор Шмидт? — как можно более удивленно спросил агент ФБР и заметил, как ее брови вопросительно приподнялись. — Вы, как и доктор Аарон, специалисты в своем деле, но у вас разная точка зрения на осмотр и вскрытие тел. И мне важно каждое мнение при расследование этого дела. Поэтому я и пригласил доктора Аарона, чтобы узнать, что он видит.

Шмидт задумчиво нахмурилась и покосилась на коллегу, стоящего позади всех.

— Вы нужны мне оба. Поэтому я вас не отстраняют от дела, а даю вам профессионального помощника, у которого с вами миллионы общих дел. Мы же не знаем, что сатанисты задумали еще, верно?

— Ну…Да… — протянула женщина, понимая, что в его словах есть зерно истины.

— Вам будет веселее и легче. Ведь четыре глаза видят лучше, чем два, верно?

Тяжело вздохнув, доктор кивнула, молча отодвигаясь от стола, чтобы у ее коллеги было больше места.

Довольный результатом, Миллер повернулся и, заметив растерянного Аарона, подошел к нему и положил свою ладонь на его плечо.

— Держитесь. Вы справитесь, — прошептал мужчина и направился к выходу под восхищенный взгляд частного детектива.

— Знаете, Миллер, — начал он, как только дверь морга закрылась и они стали подниматься наверх. — Если вы, вдруг, неясно по какой причине, решите перебраться в Бромвелль, вы тут явно не пропадете. Как вы будете спать, зная, что оставили бедняжку дока со Шмидт, одних, в морге?!

— Среди множества картин и фотографий гор, вероятнее всего, — ответил агент ФБР, подходя к кабинету помощника шерифа и снова слыша металлический скрежет. — Что это?

— Пишущая машинка Донохью. Его антистресс. Лучше бы сходил в спортзал.

— Или ел арахис, — заметил Миллер, заходя в кабинет.

— Я бросаю курить, а в умных книжках пишут, что нужна замена этой вредной привычке. Вот я и выбрал арахис - вкусно и полезно!

Питерс сел на свое место, пока агент ФБР, облокотившись на стол двумя руками, бросив при этом ненавистный взгляд на стул, внимательно просматривал, в очередной раз, дело о пропажи.

— Думаете, если прочтете это в сотый раз, то что-нибудь изменится или станет понятным?

— Возможно… — прошептал Миллер и взглянул на Питерса. — Кем была Хелен Филдс?

— Кем?

— Да. Кем работала? Чем увлекалась? Были ли у нее друзья? Кто она такая?

— Ну… — протянул детектив, собираясь делать кофе. — Что было “до” ее приезда мы не знаем и не думаю, что узнаем. А вот “после”... Она работала в библиотеке и у нее был книжный клуб, где собирались дамы в возрасте и обсуждали какие мужчины в викторианских романах были потрясающими, не то, что сейчас.

На стол поставили чашку с кофе, которая разносила свой аромат по всему кабинету.

— Старуха Бейтс, бывшая директриса библиотеки уже больше двух десятков лет на том свете, — продолжил Питерс, возвращаясь на свое место. — Все члены клуба или, так же, умерли, или разъехались из этого “рая на земле”. Лэмпти, которая тогда только начинала работать - это мимо. Допрашивать ее…Легче сразу лечь и помереть.

Миллер взял кофе и сделал глоток, ощущая, как тепло обволакивают его уставшее горло.

— Если так покопаться, то Филдс общалась со всеми и в тоже время - ни с кем, — с горечью на будущие перспективы, произнес детектив, смотря в окно. — Осталась только Шмидт. Они жили какое-то время вместе и были, я думаю на самом деле настоящими подругами, поэтому…

Питерс, остановившись, взглянул на Миллера и, щелкнув пальцами, показал на него.

— Ооо…Я понял…Я понял! Поэтому вы оставили дока со Шмидт, да? Чтобы он с ней сдружился и она все ему рассказала, верно? Боже, Миллер, а вы хитрец!

— Шмидт очень болезненно переносит потерю мужа, а также подруги из прошлого. Просто так ее разговорить будет сложно, даже частному детективу или агенту ФБР, а вот коллеги, который сможет понять ее боль утраты - вполне.

— Браво! Восхищаюсь вашей задумкой, но Аарона все равно жалко. Хороший был парень, — произнес Питерс, делая глоток, под недовольный взгляд Миллера. — Падет смертью храбрых…

— Здесь есть рядом место, где можно перекусить?

— Напротив, прямо через дорогу продают пончики и кофе.

— Как удобно, — заметил агент ФБР, ставя чашку на стол и выпрямляя спину.

— Очень. Я угощаю.

Покинув участок под пристальный, почти как у ее тетки, взгляд офицера Лэмпти, они сильнее укутались, стараясь спрятаться от сильного ветра, что бил в лицо своим напором. Через дорогу, напротив полицейского участка, расположилась небольшая пекарня, работающая только “на вынос”, где принимали заказы в небольшое окошко, из которого шел потрясающий аромат свежей выпечки. Заказав целую коробку с ассорти, Питерс, взяв пачку салфеток, задумчиво смотрел вдаль.

Дождавшись заказа, он, крепко держа коробку в руках, указал на парк рядом. Тот был огорожен невысоким металлическим забором, из которого выглядывали сонные фонари.

Они неспешно вошли туда, наступая на тротуарную плитку, которая тянулись тонкими паутинками во все стороны, создавая подобия лабиринта.

— Здесь хорошо, когда нет людей, — заметил частный детектив, выуживая из коробки пончик в шоколадной глазури, чей аромат ванили просто сшибал с ног.

— Вы забыли о Майкле Филдсе, — произнес Миллер, беря в руки салфетку и с ее помощью поддевая выпечку в белой глазури. — Он тоже может многое рассказать о своей матери.

— Да, но явно не нам. Кого подошлем к нему? Опять дока? Или выпишем из Стритфилда кого-то другого?

— Он явно что-то не договаривает, — пережевывая, агент ФБР ощутил приятный вкус сливочной помадки сверху. — Но у нас есть преимущество: он до сих пор не может простить полиции поиски своей матери. А мы не полиция.

— Это да, — они неспешно подошли к фонтану из белого камня, явно закрытого из-за сезона года, где над широкой чашей возвышалась миниатюрная девушка, делающая балетное па. — Но я не уверен, что он что-то знает. Честно. Откуда подростку знать секреты матери, когда у него своих была куча, успевай только запоминать.

— Знает, — задумчиво протянул Миллер, вытирая салфеткой испачканные губы. — Что-то он знает, я уверен. А пока будет рассчитывать на доктора Шмидт и Аарона.

Повернувшись, взяв еще по пончику, они направились назад, замечая собранные по кучкам на пожухлом газоне листья, уже начинающие гнить.

Зайдя в кабинет помощника шерифа, мужчины встретили доктора Аарона, сидящего за столом и спокойно пьющего кофе.

— По всей видимости, побег от Шмидт прошёл успешно, — усмехнулся Питерс, привлекая к себе внимание. — Здравствуйте, доктор.

Аарон кивнул и тут же перевел взгляд на Миллера, который уже подошел к столу.

— Зачем вы оставили меня тут? — спросил он, пододвигаясь поближе и ставя чашку на стол. — В Бромвелле. С доктором Шмидт.

— Я же сказал, что...

— ... Четыре глаза видят лучше, чем два. Я помню. Но это же неправда, верно?

Агент ФБР неоднозначно помотал головой.

— Вы оставили меня здесь, чтобы я подружился с ней и выяснил что-то о Хелен Филдс, верно?

Снова неоднозначный кивок.

— Закрою я лучше дверь, — произнёс Питерс, решая, что все сказанное здесь, должно не покидать пределов комнаты.

— Но, при этом, сделали так, что я лишил ее работы.

— Вы не лишили ее работы. Вы ей помогаете, — легко ответил Миллер, и услышав звук захлопнувшейся двери, продолжил. — Доктор Аарон, мне нужно узнать все, что можно о Хелен Филдс, потому что именно она причина всего, что тут творится. Половина уехали, другая умерла. А доктор Шмидт знает намного больше, чем говорит. Вы сможете ее разговорить и мы все узнаем.

— Да, но... – Аарон замялся. — Она меня раскусит! Вы же раскусили!

— Я агент ФБР, но она - нет.

— Она судмедэксперт.

— Но не будет же она вас скрывать, — проговорил Питерс, смотря на доктора. — Хотя...

— Вы справитесь, я уверен, — бросив недовольный взгляд на детектива, Миллер уверенно посмотрел на Аарона. — У вас же проблемы с Эрин, правда? Попросите совета у доктора Шмидт. Она же женщина и лучше понимает их натуру, чем мы. О! И расскажите, как Маккензи заставили вас вступить в клан анархистов, принуждая помогать им с трупами.

— Ей это понравится, — согласился Питерс.

— Определенно.

— Да, но я же сам... Хотя, — Аарон задумчиво потер подбородок. — Это может и сработать.

— Конечно сработает. Вы же всем нравитесь. Даже в том месте, где не любят любого жителя Стритфилда, вы сумели очаровать всех.

— Мы все от вас в восторге, — поддержал детектив.

Поднявшись на ноги и обойдя стол, Аарон подошел к Миллеру, все еще неуверенно смотря на присутствующих.

— Хорошо... Но, если я паду смертью храбрых...

— Мы устроим вам ужасно помпезные похороны, док, — прервав его, Питерс приобнял доктора за плечи. — Даже у самых лучших губернаторов не будет таких похорон, как у вас.

— Обещаете?

— Клянусь, — ответил детектив, открывая дверь и подталкивая Аарона к выходу из кабинета. — Лично этим займусь. А сейчас - на службу. Страна должна гордиться вами.

И, не дослушав ответ, закрыл дверь.

— А я говорил, что будет сложно. Говорил же? — поинтересовался Питерс, когда дверь снова открылась и Аарон, довольно ловка забрал у мужчины коробку с пончиками.

— Моральная компенсация, — ответил он на немой вопрос и скрылся из виду.

— Кто бы знал, как тяжело найти преступника после убийства тридцати пяти летней давности. Если он, конечно, жив еще, — снова закрыв дверь, произнес детектив.

Миллер молча пил остывший кофе, искоса поглядывая на дело о поиске.

Глава 7. Версия

К вечеру тучи сгустились сильнее, не пропуская ни закатных лучей солнца, ни холодный блеск звезд. Лишь туман, который явно ждал своего времени, начал неспешно заполнять улочки Бромвелля, готовый к ночи захватить весь город.

Машина Питерса, высадив агента ФБР и Аарона у гостиницы, скрылась из виду. Пропустив доктора вперед, мужчина только собирался переступить порог гостиницы, уже чувствуя подступающее тепло, когда услышал, что его зовут.

— Агент Миллер.

Повернув голову направо, он заметил на ступеньках, облокотившегося на английский зонт-трость знакомую фигуру.

— Мистер Филдс.

— Добрый вечер, — он подошел ближе и тяжело вздохнув, огляделся. — Мы можем поговорить? Наедине?

Указав на дверь гостиницы, Филдс отрицательно закивал головой.

— Не хочу, чтобы кто-то нас услышал. Прогуляемся?

Согласившись, агент ФБР поднял воротник пальто, прячась от ветра, который в скором времени принесет с собой дождь.

Они неспешно спустились по ступенькам и пошли по узкому тротуару, пропуская вперед людей, которые быстрее хотели скрыться от непогоды.

— Я бы хотел извиниться за поведение в библиотеке. Понимаете, — произнес Филдс, повесив зонтик себе на руку. — Эмма, моя дражайшая подруга и я ей всецело доверяю.

— Но…

— Но она очень любит сплетни. Как, пожалуй, и все в этом городе. Я бы не хотел, чтобы она что-то услышала или узнала.

— Даже у стен есть уши, — заметил Миллер, неспешно идя по каменной кладке, ощущая, как лицо начинало неметь от свежести, что нес с собой ветер.

— Да. Вы потом уедете и все забудете, а мне еще здесь жить. И надеюсь долго.

Покосившись на мужчину, агент ФБР молча спрятал руки в карманы, чувствуя хоть какое-то подобие тепла.

— В общем, те слухи про маму и сатанистов…Они не были такими уж слухами, — продолжил Филдс, останавливаясь у уже закрытого магазинчика с книгами. — Мне было десять, когда она, взяв меня в охапку, убежала из их секты, боясь, что когда-нибудь они ее найдут. Мы переезжали с места на места, все время опасаясь, что кто-то узнает о нашем прошлом и…

Миллер внимательно смотрел на своего собеседника, ожидая, когда он соберёт с силами.

— Бромвелль не был первой и, поверьте мне, последней точкой на карте наших переездов. Если бы не ее смерть, я думаю, мы бы еще дальше бежали от всего того, что, казалось, нам страшным или подозрительным.

Снова осмотревшись, словно боясь, что за ними следят или подслушивают, Филдс продолжил прогулку, начиная подниматься по небольшому холму, где фонари окружали каждый шаг, начиная кутаться в пелене тумана.

— Я предвижу ваш вопрос и скажу сразу: я не помню, где находилась эта секта. Честно, со временем все эти годы там, среди тех людей, просто стерлись из моей памяти, как будто их и не было вообще. Я помню, как мы были в Сан-Франциско, в тот год, когда лето было безумно жарким, помню холодную зиму в Чикаго. Но те десять лет…Они исчезли из моей памяти, как бы я сам не старался их воскресить.

Миллер, идя с ним рядом, заметил впереди очертания знакомого фасада библиотеки.

— Я читал, что наш мозг - точный и самый сильный компьютер в мире. И он, защищая нас самих от себя же, блокирует больные воспоминания, чтобы мы не могли сойти с ума. Думаю, что нам там было очень плохо и именно поэтому я ничего не помню. Именно поэтому мама забрала меня и убежала.

Выйдя на ровную дорогу, Филдс остановился, облокотившись на зонт-трость, чтобы чуть отдышаться, посмотрел на агента ФБР, который слушал его молча и очень внимательно.

— Когда мама не вернулась вечером с работы, я думал, что она зашла к Терезе Шмидт и вот-вот вернётся. Я ее ждал. Долго. Казалось, что время, как назло, тянулось очень медленно. Я помню, в доме, где мы тогда жили, стояли старые часы. Я уже дремал, когда они со всей мощи простучали двенадцать раз. И тогда, проснувшись, я резко осознал - она не вернётся. Мамы больше нет.

Повернув голову в сторону библиотеки, что была в нескольких метрах от них, мужчина устало прикрыл глаза, стараясь успокоить вихрь эмоций и чувств, что вновь проснулись в нем.

— Почему ваша мать оказалась в секте сатанистов? — наконец спросил Миллер, ощущая, как ветер продувает его насквозь.

— Не знаю, — с горечью ответил Филдс, снова смотря на собеседника. — Во всяком случае, правды. Я пытался у нее спросить, несколько раз, почему мы бежим и от кого, но…Каждый раз она говорила: “малышу Майки еще рано знать это. Скоро ты вырастешь и сам все поймёшь .” Я вырос, но так ничего и не понял.

— Вы не верили, что ее убил Лесоруб.

— Никогда. Я…Когда пошли слухи о сатанистах, я до сих пор не знаю, кто их распустил, я знал, что это правда. Знал, что это сделали они. Но версия, что она стала жертвой маньяка…По правде сказать, это делала ее смерть более…Более благородной, как бы ужасно это не звучало. Лучше быть той, кому “не повезло”, чем тем, кого настигли ошибки прошлого.

Хмыкнув, агент ФБР задумчиво посмотрел себе под ноги.

— Остальное вы и так знаете из дела. Я…

— Вы боитесь, что они придут за вами? — вдруг спросил Миллер, поднимая на него глаза. — Как пришли за вашей матерью.

— Нет, — легко произнес мужчина, переводя взгляд на зонт. — Если бы они хотели, то давно бы меня нашли.

Его голос лишь на секунду изменился, приобретая странные, непонятные нотки. Усталости? Горечи? Неосознанного страха? Агент ФБР этого не понял.

— Я просто подумал, — продолжил он, переводя взгляд на фонарь, который постепенно стал пробиваться через дымку тумана. — У меня было достаточно времени все осознать и понять…Мы столько бегали и прятались от сатанистов, но поймали они нас только тут. Почему? Бромвелль не самый заметный штат и город в стране, но именно здесь это произошло. Почему?

— Потому что они…

— Да, — перебил его Филдс и врезался тяжелым взглядом в Миллера. — Они здесь. Сатанисты в Бромвелли. Были и есть. Так они узнали, что мы тут. Так они нашли маму. И именно так они узнали, что тело найдено.

Нахмурившись, агент ФБР понимал логику его умозаключений, задумавшись еще сильнее.

— Спасибо, что выслушали меня. Приятного вечера.

Кивнув на прощание, Майкл Филдс повернулся и направился в сторону библиотеки, оставив своего собеседника одиноко стоять на улице, которую начал окутывать туман. Простояв так несколько минут и осознав, что лицо окончательно онемело от холода, Миллер, тем же путем, вернулся в гостиницу, где в вестибюле его ждал недовольной Аарон и испуганный ночной администратор Грег

— Миллер, наконец-то! - воскликнул доктор, подходя к мужчине. — Мы уже думали, что вы потерялись. Только были здесь, а потом пропали.

— Мы рады, что вы нашлись, — произнес Грег, с нескрываемым облегчением.

— Я решил погулять перед сном, — ответил Миллер, забирая ключ от номера и начиная подниматься по лестнице.

— По такой погоде? В незнакомом городе? — удивился Аарон, следуя за ним. — Это опасно.

— У меня был компаньон, который хорошо знает эти места.

— Кто?

Молча добравшись до номера, под ожидающий взгляд доктора, агент ФБР открыл дверь,

— Майкл Филдс, — ответил он, пропуская доктора вперед.

— Сын убитой? Но зачем?

— Чтобы поговорить так, чтобы нас никто не слышал, — ответил Миллер, закрывая за собой дверь и начиная потихоньку согреваться. — Он рассказал мне о своей матери. Она на самом деле была в секте сатанистов. Взяв своего десятилетнего сына, она сбежала от них и все время пряталась, меняя штаты и города.

— Но они все равно ее нашли, — протянул Аарон, тяжело вздыхая. — Печально. Получается он знал, что убийца не Лесоруб?

— Знал. Но меня больше интересует другое.

— Почему захотел рассказать вам все наедине?

— Поверьте, зная, кто работает в библиотеке, вы бы тоже решили встретиться в другом месте и все рассказать наедине, — Миллер прошел мимо гостя и подошел к окну, замечая, что туман полностью охватил хребет Монтегю, поглощая его далекий силуэт. — Нет.

Он повернулся к доктору.

— Она были в разных городах, но сумели найти их в Бромвелле. Найти и убить его мать.

— Почему? — удивился Аарон, а потом открыл рот от удивления. — Потому что они здесь! Сатанисты здесь! В этом городе!

— Он тоже так сказал, — не разделяя энтузиазма, проговорил Миллер, облокачиваясь на небольшой подоконник.

— Хм…Ну, это вполне логично, разве нет? Они же знали ее в лицо, знали, что есть сын. Увидели их в городе, сообщили своим и те приехали и…Ну…Вы поняли. Да?

Машинально кивнув, агент ФБР безэмоционально уставился на ковер, что был под ногами доктора.

— Но вам не нравится это версия, да? Миллер?

— Она логична, это точно.

— Тогда нам нужно будет искать убийцу здесь, в городе. Тот, кто сатанист или работает на них. Он или она, или они тут, в Бромвелле, — Аарон пытался поймать взгляд собеседника, но все было тщетно.

— Убийца и так тут… — прошептал Миллер, а потом все же взглянул на гостя. — Версия логичная, но…

— Но?

— Зачем им нужна была Хелен Филдс? Для чего? Если бы она сбежала и потом ходила бы по ток-шоу и всем рассказывала что было в секте, выдавая все секреты, тогда можно было бы понять их недовольства. Но она просто сбежала с сыном и все. Сколько таких, как она это делает? Но сатанисты ее искали. И нашли. И убили. Зачем? Почему она от них бегала? Почему они убили только ее, а сына не тронули?

Стараясь уловить логические цепочки, доктор сел в кресло, думая.

— А правда, зачем?

— Пока не ясно. Филдс тоже этого не знает. Его мать хотела ему все рассказать позже, но не успела.

— Вы ему не верите?

— Нет оснований ему не верить.

— Как и верить…Расскажем все Питерсу?

— Да. Но не Донохью. Кстати, — агента ФБР чуть вопросительно поднял брови. — Как доктор Шмидт?

— Холодна, как лед. И игнорирует меня. Но, — Аарон поднялся на ноги. — Я думаю, у меня есть все шансы ее разговорить. Пара идей есть. Главное, чтобы ее корни не шептали о том, что что наши предки делали друг с другом несколько десятилетий назад.

Усмехнувшись, Миллер тяжело вздохнул, ощущая, что узнал что-то стоящее сегодня, но пока не мог понять что именно.

— Знаете, Миллер, когда я узнал, что дело касается сатанистом, я кое-что посмотрел в интернете и…У них много сект и они все разные, — доктор открыл дверь, собираясь уходить. — Возможно ее искали только потому что они думали, что Хелен принадлежит только им и больше никому. Доброй ночи.

— Возможно… — дверь захлопнулась, оставляя ее хозяина в тишине и в глубине собственных мыслей. — Возможно…

Глава 8. Шериф

— Это бред! Настоящий бред!

Питерс, не скрывая своего возмущения, прошёл мимо удивленной Сары, которая встречала их привычной стойкой, но не могла ничего сказать, потому что никто и не обратил на нее внимания.

— Сущий бред! И как такое могли придумать?! — восклицал частный детектив, заходя в кабинет помощника шерифа.

Миллер и Аарон, идя за ним следом, переглянулись, после чего последний ушел в сторону морга.

— Чушь!

Бросив свою куртку на стул, мужчина взглянул на агента ФБР, который закрывал дверь за собой.

— Если бы я знал, что вы так отреагируете, то ничего бы не рассказывал, — заметил тот, снимая пальто и собираясь делать кофе.

— И вы в это поверили?

— Я…

— Вы поверили в то, что в таком Богом забытом месте, как Бромвелль, есть сатанисты?

— Я…

— Я удивлен, Миллер, честно, — разочарованно протянул Питерс, устала падая на стул. — Я думал, вы умнее.

Поставив чашку кофе рядом с детективом, агент ФБР встал напротив него, недовольно смотря на стул.

— Вы удивляетесь больше тому, что сатанисты могут быть здесь или тому, что я в это поверил? — спросил он, делая глоток бодрящего напитка. — Почему они не могут быть в Бромвелле? Потому что вам не нравится этот город?

Питерс взял чашку в руку и молча смотрел на Миллера.

— Или потому что считаете, что они всегда живут в больших городах? Да, там больше людей и затеряться куда проще. Но, вы не думали, что хоть кто-то будет искать сатанистов в таком месте, как это? У кого-нибудь появиться мысль, что тут может быть кто-то, кто поклоняется Дьяволу среди туманов и лесов, куда добраться еще нужно суметь?

Открыв рот чтобы что-то возразить, детектив тут же его закрыл, а потом стал пить кофе, обдумывая все сказанное.

— Хорошо…Получается, что Хелен Филдс убили сатанисты?

— Пока это все, что у нас есть, — ответил Миллер, все же сев на стул под усмехающий взгляд Питерса, который слышал его ворчание.

— Тогда нам нужно знать всех тех, кто жил здесь тридцать пять лет назад и остался по сей день и в городе, и в живых, — детектив, вскочив с места, очень рьяно подошел к двери. — Думаю это будет долгим и нудным занятием, но Сара с этим справится. Какая разница, где ей просиживать полицейские штаны.

Целенаправленно покинув кабинет, Питерс даже не закрыл за собой дверь, воодушевленный новым витком расследования. Миллер, проводив его взглядом, спокойно пил кофе, снова поглядывая на дело о пропаже Филдс, когда по комнате, эхом, разнёсся уже знакомый металлический скрежет. Поставив чашку на стол, он взял документы и, наконец, освободился от этого дьявольского стула.

Донохью сидел в своем кабинете и, щелкая пальцами по клавиатуре пишущей машинки, что-то напевал себе под нос, полностью увлеченный этим делом, что даже не с первого раза услышал, что его зовут. Подняв взгляд темно-карих глаз, он удивленно взглянул на гостя и тут же опомнился.

— Миллер! Я…Вы давно тут стоите?

— Нет. Пишите мемуары?

— Это? — шериф указал на почти закончившийся лист в машинке. — Нет. Я…Я люблю детективы-загадки. Знаете, такие книги, в которых нет ответа на вопрос: кто преступник. Или он есть, но в другой книге. И ты думаешь, гадаешь, перечитываешь, ищешь улики, пытаешься понять что и кто…Вот, решил попробовать себя в этом. Не знаю, получится или нет, но, знаете, затягивает.

— Увлекательно, — без особого энтузиазма произнес агент ФБР и положил на стол папку. — Я ознакомился с делом и…

— У вас есть вопросы, да? — устало проговорил шериф, отодвинувшись от машинки.

— Да.

— Хорошо, потому что я даже знаю какие, — откинувшись на высокую спинку кресла, Донохью уверенно начал. — Утром, 1 мая, пятнадцатилетний Майкл Филдс прибежал в полицейский участок и сообщил, что его мать, Хелен Филдс, не вернулась домой вчера вечером, а значит - пропала. Вы же знаете законы и все такое. К тому же, в ту неделю были ужасные туманы и мы вообще удивились, как он сумел добраться до нас. Мы подождали какое-то время, потому что думали, что она уехала, не одна, и должна была скоро вернуться. К тому же погода препятствовала поискам.

— Вы, правда, думали, что она могла просто уехать с кем-то на несколько дней?

— Миллер, — шериф тяжело вздохнул. — Вы же знаете, что по закону…

— Я знаю законы, но вы решили, что мать могла бросить своего несовершеннолетнего сына одного дома, никого не предупредив и уехать в “романтическое путешествие”?

— Почему нет? Она была молодой и незамужней женщиной и явно не собиралась в монастырь.

— Вы о чем? — удивленно спросил агент ФБР.

— Я…Я тогда работал дежурным, как Сара. И как она мечтал стать шерифом. Как видите, мечты все же сбываются, — чуть довольно протянул Донохью, но тут же продолжил очень серьёзно. — Я видел все. Не слышал, но видел. Хелен Филдс очень часто приходила к шерифу Хосту и всегда выглядела очень опрятно и…По женский привлекательной.

— Шериф Хост…Кто вел ее поиски, — Миллер, кажется, выучил каждую букву в этом деле.

— Верно. Я не знаю был у них роман или нет. Но, скажем так, вариант того, что она уехала с кем-то в “романтическое путешествие” мог быть реальностью. После того, как туман рассеялся мы начали проводить поисковые операции. Осмотрели все: леса, заброшенные дома, каждый склон, если, вдруг, она оступилась и упала. Все, что можно и нельзя. Но, ничего. Волонтеры, мне казалось, поднимали даже мох с камней, чтобы ее найти. Через несколько недель до нас дошли новости о теле в Олдридже. Тогда шериф распустил волонтеров и прекратил поиски. Майкл…Он очень сильно переживал, а когда все закончилось, то…Он был вне себя от отчаяния и ужаса. Пока его не отправили в приют.

— Он был в приюте?

— Да. Потом поступил в колледж и после этого вернулся сюда. Представляете? Устроился в библиотеку и сделал ее одной из лучших в северных штатах! — нотки гордости стали заполнять комнату, но агент ФБР не обращал на это внимание.

— А как же его отец? Тетки или родители Филдс? У него никого не было, кроме матери?

— Насколько мне известно, то нет. Может быть и были, но… — он пододвинулся к столу впритык и стал говорить куда тише. — Он сам не знал никого, кроме матери. По его словам, она ничего не рассказывали ни про отца, ни про своих родителей. Мы делали запросы, но ничего не было. Я тогда еще подумал, что до приезда сюда их, словно, не существовало.

Миллер внимательно слушал, обдумывая сказанные слова и все сильнее вырисовывая как и образ жертвы, так и ее сына.

— В общем, — Донохью положил ладони на стол и чуть откатился назад. — Мы прекратили поиски, а он уехал в приют. Потому что ничего не было. Потом пошли слухи, что она с сыном сбежала из секты сатанистов. Когда поймали Лесоруба, то он ничего не рассказывал про Бромвелль и Хелен. Совсем. Так что, до момента нахождения ее останков, мы и не знала, что с ней стало: то ли она на самом деле сбежала с кем-то, то ли стала жертвой маньяка, а может и сатанистов.

Он указал на дело на столе.

— Мы все сделали про протоколу, как и должно было быть. Мы не виноваты, что не нашли ее.

Тяжело вздохнув, агент ФБР, взглянул на пишущую машинку, потом на шерифа, явно недовольный услышанным и отсутствием еще больших фактов, которые он ожидал.

— Но, — Донохью положил руки на стол, готовый в любой момент вернуться к своему занятию, от которого его отвлекли. — Если вы хотите узнать еще больше подробностей, то можете спросить лично Хоста. Он все еще жив и здоров. Правда, не думаю, что вы услышите что-то новое от него, но попробуйте. Он живёт недалеко отсюда.

Резко развернувшись, под сосредоточенный взгляд шерифа, Миллер покинул кабинет, быстро вернувшись за пальто, а потом идя в сторону знакомого голоса.

— Поняла? — спросил Питерс, ставя пустую чашку из-под кофе на стол дежурного, за которым сидела недовольная Сара и что-то записывала в блокнот. — Знаю, что сложно, но это нужно для дела.

— Едим к шерифу, — сказал агент ФБР, проходя мимо этой парочки к выходу.

— Так он же в той стороне, — усмехнулся детектив, указывая на коридор.

— К другому, — ответил Миллер, выходя из участка и ощущая промозглую свежесть, которая снова сулила дождь.

Он подошел к машине, когда к ней подлетел Питерс, запыхавшись, и тут же выключил сигнализацию.

— Так куда мы едем? — спросил детектив, садясь в салон машины и заводя ее.

— К шерифу Хосту, — произнес агент ФБР, вслушаваясь в тихую мелодию, что стала наполнять автомобиль.

— Ого…Мы едим к легенде.

— Вы его знаете?

— Вполне.

Они тронулись с места, выезжая за пределы города, проезжая мимо земли Уинслоу, где деревья растеряли свои последние листья, неспешно погружаясь в зимнюю спячку.

— Хост здесь настоящая легенда. Он бывший военный, приехал сюда и навел порядок в городе. Настоящий суровый мужик. Он одним лишь взглядом мог выбить признание из преступников. И, если в городе что-то случилось, то тут же приезжал и выяснял все лично. Не то что Макс, — сказал Питерс, уверенно ведя машину, которую на этот раз не скрывал туман.

Проехав мрачный лес, они увидели вдали, на вершине холма разбросанные небольшие дома, чьи крыши виднелись из-за голых кустарников и пожухлой травы. Свернув налево, их встретила узкая дорога, по которой они неспешно проехали и остановились у первого же одноэтажного коттеджа из красного кирпича, скрывающегося за небольшим, кривым забор, чья белоснежная краска потрескалась с течением времени.

— Только аккуратнее, Миллер. У него крутой нрав, — предупредил детектив, выходя из автомобиля и осматривая позади себя пустые холмы, где господствовал ветер, желающий вырвать пожелтевшую траву прямо с корнем.

Они подошли к забору и заметили вдали, справа от дома фигуру, убирающую листву.

— Шериф Хост! — крикнул Питерс, открывая незапертую калитку, которая неприятно скрипнула. — Шериф Хост!

Фигура остановилась, выпрямилась и повернулась к ним.

— Алекс?!

— Да, сэр, — сказал детектив и подойдя к мужчине протянул руку.

Шериф Хост пожал ее в ответ. Он был чуть ниже Питерса, с кудрявыми седыми волосами, которые выглядывали из-за темно-синей кепки.

— Рад видеть тебя. Какими судьбами? Нужен совет или помощь? — спросил Хост спокойным, глубоким голосом с легкими нотками надежды.

— И да, и нет. Нужно поговорить, — ответил частный детектив и глубоко вдохнул холодный воздух. — У нас с агентом Миллером есть к вам парочку вопросов.

После этих слов мужчина выпрямился, становясь чуть выше и бросил взгляд на второго гостя, начиная его без зазрения совести изучать.

— Шериф Хост, я агент ФБР Миллер. Из Вашингтона. Приехал расследовать дело о сатанистах и убийство Хелен Филдс, — проговорил Миллер, чувствуя, как осматривают каждый дюйм его роста, ощущая что-то знакомое в этом.

— Все написано в деле о ее поисках, — бросил Хост, резко переведя свой взор на кучу листьев, которые он только что убрал. — Мы следовали протоколу и сделали все, что возможно. Мне нечего больше добавить.

— Вы ждали пять дней, прежде чем начать ее поиски.

— Вы же агент ФБР и вам прекрасно знакомы законы. К тому же, посмотрел бы я, как бы вы искали человека в густом тумане.

— Шериф Донохью рассказал, что Хелен Филдс часто заходила к вам…В участок. Для чего?

Питерс удивленно взглянул на Хоста, когда тот усмехнулся.

— Ох, Макс…Он тогда только начал свою карьеру в полиции. — шериф взглянул на гостей. — Сидел за столом дежурных и все видел. А мы, порой, вообще, забывали о его существовании…Да, она приходила ко мне. Я, по глупости, вступил в ее книжный клуб, но так и ни разу не посетил их собрания. Она приходила, приносила книги, просила приходить к ним и обсуждать прочитанное, говоря, что шериф такого города должен подавать всем пример. Пыталась затащить меня всеми силами, но у нее ничего не вышло. Я думаю, что поступил неправильно, обманывая ее обещаниями. А потом ей надоело и она прекратила эти попытки. Это было запрещено законом?

— Ну, конечно… — прошептал Миллер едва слышно.

Как казалось ему. Через секунду перед ним выросла фигура бывшего шерифа, который нависла над ним, врезаясь взглядом с такой мощью, что, казалось, вот-вот снесет куда-то назад, в Вашингтон. Он молча стоял перед ним, сверля взором в одну точку, выше переносицы и агент ФБР внимательно посмотрел на его лицо: волевой подбородок, острые скулы и прямой нос пусть и полностью покрытые паутиной морщин не могли скрыть правильный и красивых черт лица, но его внимание приковали глаза. А точнее их цвет. Правый был темно-голубым, а вот левый — карим, с легкими вкраплениями зеленых точек у самого зрачка.

— Вы не верите мне, агент ФБР? — прошептал он хриплым голосом, который не то что требовал, а приказывал дать ответ.

— Я здесь не для того, чтобы верить или не верить, шериф Хост, — спокойно ответил Миллер, не двигаясь с места и вполне уверенно говоря. — Я расследую убийство, повлекшее за собой череду странных событий, который пугают и подвергают опасности весь город. Мне нужны ответы на вопросы, а не вера в чьи либо слова.

Смотря на него еще несколько секунд, бывший шериф сделал два шага назад под недоумевающий взгляд Питерса.

— Все, что вам нужно — есть в деле. Сухие факты, как вы и хотите. Мне добавить нечего.

И, развернувшись, он направился в сторону дома.

— Почему после обнаружения трупа в Олдридже, вы перестали искать ее? — не двигаясь с места, продолжил Миллер. — Вы знали, что она уже мертва?

— Если хотите что-то узнать, — ответил Хост, переступая две ступеньки и открывая дверь в дом. — Читайте лучше. Рад был видеть тебя, Алекс.

Звук захлопнувшейся двери разнося по местности, как предупредительный выстрел, после которого следовало уходить.

— И…Что это было?

Миллер перевел взгляд на детектива, потом на дом и устало посмотрел на пустые холмы.

— То, что шериф Хост знает намного больше, чем говорит. И столько же скрывает.

Выйдя за пределы забора, агент ФБР сильнее укутался в пальто и бросил взгляд на дом.

— Впервые видел его таким, — произнес детектив, вынимая из кармана куртки пачку арахиса. — Он всегда сдержан и рад был помочь.

Миллер вопросительно посмотрел на него.

— Когда Хост ушел в отставку, а на его место сел Макс, работы у меня прибавилось. И, если мне нужен был совет, я всегда ездил к Хосту. Он подсказывал, наводил на путь решение загадки. А сегодня…

— Сегодня ему есть что скрывать, — сказал агент ФБР, садясь в машину, прячась от холода. — И, видимо, что-то очень серьёзное.

Закинув горсть орехов в рот, Питерс убрал пачку и сел за руль.

Глава 9. Агнец

Всю дорогу Миллер молча смотрел в окно, наблюдая, как мимо проносятся сухие, темные деревья, пока ветер поднимал веер опавших листьев, неся их в неизвестном направлении, а потом уже и на уставшие вывески заведений, успевшие потухнуть в дневном свете. Питерс поглядывал на него, но так ничего и не сказал, явно давая агенту ФБР погрузиться в свои мысли без лишней болтовни.

Стол дежурного в полицейском участке пустовал, создавая невидимую тишину, которая больше угнетала, чем сулила что-то хорошее.

— Ну хоть кто-то в этом месте работает, — произнес детектив, подойдя поближе и смотря на брошенный, почти разгаданный кроссворд.

Миллер, пройдя мимо него, направился в кабинет шерифа, который все так же печатал на машинке, чей скрежет начинал уже раздражать. Постучав для приличия лишь раз, агент ФБР открыл дверь и, подойдя к столу, взял папку с делом.

— Как съездили? — спросил Донохью, отвлекаясь и получая в ответ лишь звук захлопнувшейся двери.

Вернувшись в кабинет помощника шерифа и сняв пальто, он снова открыл дело о пропаже Филдс и, облокотившись на руки, сжатые в кулаки, стал вчитываться в каждое слово. Питерс, аккуратно, явно боясь попасть под праведный гнев, зашел следом и начал делать кофе. После чего поставил чашку рядом с Миллером и, сев напротив, стал наблюдать за ним.

Спустя не один десяток раз прочтения дело о пропаже и оба документа об осмотре останков, мужчина выпрямил спину и устало потер переносицу.

— Может вам отдохнуть?

Открыв глаза, он увидел Аарона,который сидел рядом с Питерсом и пил кофе, обеспокоенно смотря на него. Он даже не заметил, как тот пришел.

— Шериф Хост сказал, что все ответы в деле, но их там нет. Все сделано про протоколу, но ни одного ответа на вопросы там нет, — прошептал Миллер, закрывая папку и тяжело вздыхая. — Он все знает, но молчит. Почему?

— Может он и есть один из сатанистов? — спросил доктор, делая глоток горячего напитка.

— Не в его характере, — ответил Питерс, потирая подбородок. — Я его незащищаю, но не думаю, что такой человек как он, мог примкнуть к сатанистам.

— Он знал Филдс, поэтому она к нему ходила.

— Ну, во-первых, напоминаю вам, Миллер, это небольшой городок и здесь все почти друг друга знают. Во-вторых, он, возможно и не обманывал о книжном клубе, который, как мы знаем, она и организовала.

— Поэтому он так отреагировал на правду? — поинтересовался агент ФБР, выпивая залпом холодный кофе.

Пожав плечами, Питерс ничего не ответил на вопрос.

— Я могу узнать об этом у Шмидт. Но позже, — проговорил Аарон и тут же почувствовал на себе взгляды окружающих. — Я работаю. И пусть, результаты пока не слишком радостные, но я стараюсь.

— Давайте я отвезу вас в гостиницу и вы отдохнёте, — сказал детектив, поднимаясь на ноги, давая всем команду покинуть кабинет.

— Почему он все время стоял? Так, на самом деле, лучше думается? — тихо спросил доктор за спиной Миллера.

— Ему не нравится стул, — прошептал Питерс, закрывая дверь.

На улице шел мелкий дождь, на который, мужчины и не обратили внимание. Он пачкал лобой стекло, пока дворники монотонно убирали их раз за разом, лениво обнажая проезжающих мимо машин и людей, что старались спрятаться от дождя под зонтами.

— Советую принять душ и лечь спать, выключив мозг на несколько часов. Всегда помогает, — сказал Питерс, когда двери за мужчинами захлопнулись.

В вестибюле было тихо и даже ночной администратор Грег, подперев рукой подбородок, сладко дремал, пока не услышал шаги. Отдав гостям ключи от номеров, он продолжил свое занятия без зазрения совести, погружаясь в сновидения.

— Питерс прав - вам нужно отдохнуть, — произнес Аарон, когда они поднимались по лестнице. — А завтра, с новыми силами, вернуться к делу.

Миллер ничего не ответил, задумчиво смотря на доктора.

— Я постараюсь разговорить Шмидт как можно быстрее. Обещаю.

Кивнув, агент ФБР вошел в свой номер, снимая пальто и, бросив его в кресло, подошел к окну, за которым хребет Монтегю выглядел как огромный валун темного цвета, чьи контуры размазал усилившийся дождь. Тяжело вздохнув, Миллер последовал совету частного детектива и, приняв душ, решил отдохнуть. Но мысли, превратившиеся в кошмары, не дали этого сделать: он медленно утопал в жиже грязи и крови, стараясь выбраться наружу, но ноги утягивали его все глубже, все дальше. Казалось, она готова была поглотить его целиком, если бы он не проснулся.

Стоя утром у гостиницы, ожидая приезда Питерса, Миллер все еще чувствовал остатки липкого и неприятного кошмара на своей коже, когда Аарон обеспокоенно стал смотреть по сторонам в поисках машины.

— Может, он забыл о нас?

Как только это было произнессено, через дымку тумана, что снова гостила на улицах города, показался знакомый автомобиль. Он остановился перед ними довольно аккуратно, чтобы не испачкать присутствующих брызгами из луж.

— Мы думали, вы о нас забыли, — сказал доктор, садясь на заднее сидения, радуясь тому, что в салоне было сухо и тепло. — Доброе утро.

— Знали бы вы, что произошло ночью, не считали, что утро доброе, — вполне серьезно ответил детектив и рванул с места, когда дверь за Миллером захлопнулась.

— Сатанисты?

— Макс сказал, что в этот раз есть жертвы, — Питерс прибавил скорость и машина просто разрезала туман, выезжая за территорию города и направляясь в сторону кладбища.

Проехав мимо него, они устремились вперед, где белоснежная дымка уже поглотила верхушки деревьев, медленно опускаясь вниз. Высоты деревьев сменились лугами с пожухлой и гнилой травой и где-то впереди стали видны очертания патрульных машин. Подъехав к ним ближе, автомобиль остановился, выпуская троих мужчин на холодный, абсолютно безветренный воздух, наполненный влажным туманом. Детектив пошел вперед, путаясь ногами в высокой серой траве, стараясь не застрять в грязи после дождя.

— Он был очень краток и требовал привести вас как можно быстрее, — произнес Питерс, вынимая из кармана орехи.

Аарон покосился на Миллера, который молча шел следом, подняв воротник пальто, ощущая неприятное прикосновения воздуха к лицу. Они неспешно подходили к двум большим деревьям, что были единственными на всю округу, напоминая маяк среди океана. Их ветки свисали низко, почти к земле, наклоняясь друг к другу своими тонкими прутиками, лишившимися листьев, представляю картину крайне мрачной. Чем ближе они были к ним, тем отчетливее виднелись полицейские. Заметив их, Донохью помахал рукой, словно направляя по нужному пути.

— Как будто мы его не видим, — прошептал детектив, бросая арахис в рот.

Но, осознав, что этого мало, он быстро направился к ним, встретившись через несколько метров.

— Почему так долго? — спросил шериф, переводя дыхание.

Не ответив на его вопрос, агент ФБР обошел Донохью, и направился вперед, к месту, рядом с которым кучковались полицейские, а также доктор Шмидт, стоящая в стороне и нервно перебирая пальцами цепочку на шеи.

Сделав несколько шагов к деревьям, он понял о чем говорил шериф: у стволов деревьев, насаженный на какую-то палку, висел череп козла, похожего на тех, что они уже видели. Опустив взгляд вниз, Миллер увидел жертву: белый, маленький ягненок лежал на земле и был проткнут этой самой палкой.

— Господи… — прошептал Питерс, увидев эту картину.

— Боже мой… — вторил ему Аарон, открыв рот от удивления.

Ягненка окружали потухшие черные свечи, через которые агент ФБР легко переступил и подошел к животному. На его белоснежном боку была нарисована перевернутая пентаграмма чем-то красным, по всей видимости, кровью. Тяжело вздохнув, он проследил взглядом от начала палки, до ее погружения в тело, а потом достал перчатки, снял череп козла, под абсолютное тишину окружающих. После чего прошелся пальцами по гладкой деревянной поверхности и, наклонившись, резко схватил ее у самой шерсти ягненка и потянул вверх. Тело чуть колыхнулась, выпуская орудия убийства на волю.

— Это вилы? — спросил кто-то из присутствующих.

— Были вилами, — сказал Миллер, осматривая свою находку и видя на них кровь. — Но один зубец срезан, чтобы сделать трезубец.

— Трезубец? — переспросил Донохью.

— Тем, чем пытают людей в аду черти, — ответил Питерс, не желая подходить ближе.

— О, Боже…

— Ягненок - это агнец божий, символ чистоты, непорочности и доброты. И заколат он трезубцем, принесшим ему смерть.

— Зло победило добро, — произнес честный детектив, доставая вторую пачку орехов.

Осмотревшись и не найдя ничего более, Миллер положил вилы рядом с животным и вышел из круга.

— Нужно забрать животное на вскрытие и узнать причину смерти. А также взять отпечатки пальцев на черенке. Если они есть, — произнес он, подходя к полиции, которая и с места не тронулась.

— Какой кошмар, — прошептал шериф и взглянул на агента ФБР. — Только запугать? Вы серьёзно?! Сначала кровь, потом кости и сердце, сейчас животное! Что дальше? По нарастающей?

— Возможно.

— Вы серьезно?

— Вполне, — легко ответил Миллер, снимая перчатки и пряча их в карман пальто. — Сами говорите про нарастающее.

— Что вам сказал Хост? — стараясь держать себя в руках, спросил Донохью, но голос предательски стал громче.

— Что все было сделано по протоколу и что большего он не знает.

— Как я вам и говорил. Хорошо…А что нам делать с этим? — он указал на алтарь, к которому уже подошел Аарон, готовый забрать животное.

Доктор Шмидт, придя в себя, уже шла ему помогать.

— С этим?

— Да. С этим.

— А вы посмотрите, что об этом сказано в протоколе и действуйте согласно ему, — спокойно сказал Миллер и, повернувшись, стал уходить. — Возможно, там есть и графа “Что делать, когда город пугают сатанисты”.

— Грубо. Но метко, — заметил Питерс, доедая остатки арахиса и, пряча пустую упаковку в карман, последовал за агентом ФБР.

Догнал он его только у машины, где тот стоял и наблюдал за туманом, что уже стер из поля зрения почти весь лес вдали.

— И…Какие у нас планы?

Тяжелый вздох был ему ответом.

— Как я понимаю, душ и сон не помогли?

Он встретился с очень красноречивым взглядом Миллера.

— Я понял.

Простояв в молчании пару минут, агент ФБР открыл дверь автомобиля.

— Едим в библиотеку. Узнаем про этот книжный клуб.

— Как я хотел, чтобы вы выбрали другой пункт назначения, — прошептал Питерс, садясь за руль. — Ненавижу это место…

Глава 10. Книжный клуб

Всю дорогу до библиотеки Дюбуа Миллер молча смотрел, как туман стирает с лица земли все очертания окружающих деревьев, фонарей и домов. Питерс же тихо бурчал себе под нос, как он ненавидит библиотеку, как не хочет туда ехать и, если с его ментальным здоровьем после этого визита что-то случится, то ФБР обязано оплатить лечение у самого лучшего психолога страны.

Когда машина остановилась, детектив крепче сжал руль и закрыл глаза.

— Я сильный. Я справлюсь, — сказал он, когда дверь захлопнулась.

Миллер быстро поднялся по ступенькам и ждал Питерса у входа. Тот, нехотя покинул автомобиль и неспешно подошел к нему.

— Вы отвлечете Лэмпти, а я пока поговорю с Филдсом, — произнес агент ФБР, смотря на него.

— Вы меня бросаете, как ягненка на растерзание львице. Пусть и старой, но все равно прожорливой. Вам меня не жалко? — с какой-то надеждой спросил детектив.

— Если вы умрете, то “мы устроим вам ужасно помпезные похороны”, — процитировал он его же словами, чем вызвал недовольное выражение лица.

— Проследите, чтобы мое тело доставили в Стритфилд. Хочу хоть после смерти быть дома, — ответил Питерс открывая дверь.

Библиотека была пустой и неяркий свет шел со стороны кафедры, за которой, склонившись над какими-то документами, стояла Эмма Лэмпти и ее силуэт бросал причудливые тени на весь зал.

— Мне страшно, — прошептал детектив, чем ближе они подходили к ней, но тут же остановился, когда библиотекарь подняла на них глаза.

Тяжелый вздох пронзил всю комнату, не предвещая ничего хорошего.

— Опять…Вы… — наконец, сказала женщина, не сводя с них взор.

— Не опять, а снова, мисс Лэмпти. К тому же, кто еще может прийти в библиотеку по такой погоде, кроме нас?

— Ваша беспардонность и бестактность, которая растет с каждым днем, уже не пугает меня, а лишь раздражает.

— Аналогично.

Миллер поднял голову и стал осматриваться, в поисках директора библиотеки.

— Мистер Филдс занят, — заметив это, произнесла Лэмпти с гордым видом. — Очень занят. Он не сможет с вами поговорить.

— Это мы еще посмотрим, — прошептал агент ФБР, а потом добавил значительнее громче: — Мистер Филдс!

Его голос эхом разнесся по всей библиотеке, чем вызвало неописуемый ужас на лице у женщины.

— Мистер Филдс! Мистер Филдс!

— Да как вы… — наконец, вернув к себе дар речи, проговорила Лэмпти, выходя из своего укрытия.

— Смею. Еще как. Мистер Филдс!

— Немедленно замолчите, — прошипела она таким голос, готовая в любой момент отправить его на тот свет.

— Агент Миллер? — послышалось сверху у самого входа в читальный зал.

На них, со второго этажа, облокотившись на перила, смотрел директор библиотеки.

— Нужно поговорить, — ответил агент ФБР, смотря на мужчину и чувствуя леденящие дыхание позади себя.

— Конечно. В моем кабинете?

Кивнув, Миллер не обратил внимания на Лэмпти, которая собиралась идти следом за ним, начиная читать нотации о поведении и этикете, пока ей не перегородил путь Питерс, героически выслушивая все. Пройдя в глубь библиотеки, между стеллажами с книгами, он подошел к двери кабинета Филдса, оказавшегося уже там.

— Что-то случилось? — спросил он, открывая дверь и пропуская гостя вперед.

— Мне сказали, что ваша мать работала в этой библиотеке и создала книжный клуб.

— Да, это правда, — ответил Филдс, подходя к своему столу. — Она любила говорить о книгах и тех чувствах, что они в ней вызывают.

— У вас не остался список его членов?

Задумавшись, хозяин кабинета взял со стола ключи и, подойдя к одному из стеклянных шкафов, начал глазами что-то искать.

— Насколько мне известно, после того, как мама пропала, они еще несколько раз собирались, — Филдс открыл крайнюю правую дверцу и достал с полки тонкую папку, начиная просматривать ее содержимое. — Но, как я подозреваю, не для того, чтобы обсудить “Грозовой перевал”, а чтобы посплетничать о маме…И о том, что с ней случилось.

Вынув обычный листок чуть пожелтевшей бумаги, он вернул папку на место и, закрыв шкаф, подошел к Миллеру, протягивая свою находку.

— Думаете, это поможет в поисках…

— Возможно, — проговорил агент ФБР, смотря на лист, где изящным почерком была выписана каждая буква, изучая глазами все фамилии и находя уже знакомую. — Он точный?

— Да. Мама всегда вела документы с предельной точностью. Чтобы самой было удобно. Вы можете забрать этот список себе. Он сейчас больше похож на реликвию, чем на что-то нужное.

— Спасибо.

Свернув лист пополам и спрятав его во внутренний карман пальто, Миллер взглянул на мужчину, снова ощущая что-то “неправильное” в его образе. Но вот что?

— Что-то еще?

— Мне сказали, что после смерти матери вы попали в приют.

— Не в приют, а в частную школу для мальчиков, — поправил его Филдс, облокотившись на спинку кресла для гостей. — Я попал туда по программе для сирот. Думаю, что это мало чем отличалось от приюта, но, во всяком случае, там неплохо кормили и преподавали литературу.

— Кроме матери у вас не было родственников?

— Может и были, но я их не знал, — мужчина тяжело вздохнул. — Мама никогда про них не рассказывала. Как и про отца: кто он, кем был, почему он нас бросил…Даже, если у меня и были родственники, то после ее смерти я оказался им не нужен.

В комнате воцарилась тяжелая тишина, делая воздух вокруг холоднее на несколько градусов. Филдс взглянул на свой стол, явно справляясь с эмоциями, когда в дверь постучали и, не дождавшись ответа, открыли ее.

— Мистер Филдс, извините, я не хотела, чтобы эти люди вас тревожили, — затараторила Лэмпти, не забывая бросать ненавистные взгляды в сторону агента ФБР. — У вас и так много работы, а они вам мешают и…

— Все нормально, — ответил хозяин кабинета, стараясь успокоить женщину. — Агент Миллер мне не помешал и…Я рад помочь ему разобраться с этим делом и, наконец, узнать, что на самом деле случилось с моей мамой.

Не веря своим ушам, она в ответ лишь поджала губы, но не собираясь менять ни своего взгляда, ни объекта, кому он направлен.

— Спасибо за помощь, мистер Филдс, — сказал Миллер и, кивнув на прощание, прошел мимо Лэмпти, которая с трудом сдерживалась, чтобы его прямо тут не убить.

Питерса он нашел в читательном зале, прислонившегося к кафедре и с остервенением поедающего орехи.

— Меня чуть не убили.

— Верю.

Они неспешно пошли к выходу и их шаги эхом раздавались по всей комнате, делая это место куда зловещее, чем могло казаться.

— Надеюсь, моя жертва была оправдана? — спросил Питерс, выходя на холодную улицу, где едва ли различались очертания домов и дороги.

— Вполне, — ответил Миллер, показывая ему листок со списком членов книжного клуба.

— Значит Хост нам не врал, — он нашел нужную фамилию и вернул бумажку. — Вы ошиблись.

— Разве?

— Да. Он же состоял в этом клубе, а значит, Филдс приходила к нему по причине, которую он озвучил.

Агент ФБР подошел к машине, открывая ее.

— Да, но это не значит, что он ничего не скрывает. К тому же книжный клуб мог быть прикрытием.

— Чему? Анонимному сообществу любитель читать ночью и портить себе зрение? — усмехнулся детектив, пряча орехи в карман куртки и садясь за руль.

— Тому, что их отношения были более серьёзными, чем обсуждения литературы, — сев рядом, Миллер закрыл за собой дверь, наконец чувствуя тепло.

— Вы думаете…

— Возможно.

— Хм…Получается, будучи любовниками, они поругались и Хост, в порыве ярости ее убил.

— Это объяснила бы сломанную ладошку и разбитый висок, — произнес агент ФБР, наблюдая, как люди ходили по узким улочкам города появляясь из тумана, как по волшебству и растворяясь в нем, словно в фильмах ужасов.

— В принципе, да. А, будучи полицейским, он знал, как действовал маньяк, которого в это время искали и решил “приписать” ему еще одну жертву. После чего лениво вел поиски своей бывшей и при любом удобном случае остановил их и спокойно жил больше тридцати лет, занимаясь всем, чем хотел.

В салоне машина стало тихо на минуту, лишь успокаивающая,приятная мелодия едва слышно доносилась со стороны приборной панели.

— О, как… — наконец сказал Питерс, понимая, что его теория не совсем лишила смысла. — Правда это не совсем в характере Хоста, но…Едим его арестовывать?

— У нас нет улик против него, — устало протянул Миллер, переводя взгляд с окна на водителя. — Он мог на самом деле общаться с Филдс, как с надоедливым организатор клуба, в который он случайно вступил.

— Но вы же сказали, что он что-то скрывает.

— Да, скрывает.

— Но… — детектив недовольно нахмурился. — Я не понимаю.

— Он может скрывать что-то, как мужчина, который встречался с Филдс. Или как полицейский, который искал ее.

— Ааа…Ясно…Хорошо! Что мы будем делать дальше? Куда поедем? — спросил Питерс и заметил задумчивый взгляд Миллера в туманную даль. — В полицейский участок, где вы будете в миллионный раз перечитываю дело Филдс, пока вокруг вас будет бегать Макс и причитать о том, “как вы могли допустить убийство несчастного ягненка”, которого еще не успели вскрыть Аарон и Шмидт? Или отвезти вас в гостиницу, чтобы вы расхаживали среди сотни фотографий и рисунков гор, прославляющих туризм Бромвелля?

Он замолчал, давая агенту ФБР обдумать ответ, но тот лишь молча смотрел, как белоснежная дымка растворяет в себе дальний фонарь.

— А хотя… — сказал детектив, заводя машину. — Я знаю, куда мы поедим. Нам нужно отдохнуть.

Они тронулись с места, пробиваясь через туман, направляясь в ту сторону, откуда Миллер приехал с железнодорожной станции.

— Не боитесь, что я решил вас похитить? — усмехнулся Питерс, когда они проехали мимо вокзала, углубляясь в густые чаще высоких деревьев, чьи пустые ветки тянулись вверх, надеясь хоть там найти солнечные свет.

— Нет. Потому что вы будете первым и единственным подозреваемым в похищение, — усмехнувшись, произнес агент ФБР, замечая, что чем дальше они уезжаю от города, тем туман начинает отступать, оставляя после себя едва заметный след.

— Не единственный. После вашего крика в библиотеке и явного пренебрежения другими правилами поведения, мисс Эмма Лэмпти можно столкнуть меня с пьедестала вашего похитителя.

— Больше поверю, что она похитит вас, чем меня.

— И будет пытать своим голосом и нравоучениями, — прошептал детектив и мотнул головой, стараясь выбросить из мыслей этот кошмар.

Проехав мимо красочной вывески с изображением, по всей видимости хребта Монтегю, на котором было написано: “Вы покидаете штат Бромвелль. Мы будет по вам скучать”, от тумана ничего не осталось, давая взору наблюдать деревья темного цвета, разбросанных с обеих сторон дороги.

— Я вспомнил, где уже слышал ваше имя, — сказал Миллер, начиная понимать, куда они едут.

— Определено, ФБР знает мое имя: я крайне видный частный детектив с хорошими перспективами стать великим!

— Джейн Фишер рассказывала, что была у вас на вечеринке, когда ее мать убили.

— А, вы об этом… — улыбка исчезла с его губ, а взгляд стал абсолютно серьёзным. — Мы учились с ней в одном классе и вместе были в театральном кружке. Хорошо знали друг друга…После ее побега я думал, что, найди я тогда обезболивающее, все было бы по-другому. Возможно ее жизнь, как и моя сложились бы иначе…

— Поэтому вы уехали из Стритфилда?

— Это…Это была одна из причин, скажем так, — ответил Питерс и больше не проронил ни слова, погружаясь в свои мысли.

Проезжая мимо железнодорожной станции, Миллер понял, что его догадки оказались верны: они в Стритфилде. Сбросив скорость, видимо, чтобы насладиться знакомыми и родными пейзажами, детектив довольно улыбнулся, когда их взору предстала табличками сгоревшей в прошлом году мебельной фабрики Принстона. На ее месте все так же стояли обугленные брусья, которые можно было заметить в высокой, сухой траве.

Чем ближе они приближались к самому городу, тем небо становилось все темнее, готовая вот-вот пролить на всех дождь. Они остановились напротив уже знакомого здания с розовой вывеской “У Бена”.

— Мама, я дома! — радостно произнес Питерс, выходя из автомобиля и разводя в сторону руки, делая глубокий вдох. — Дома!

Миллер на это усмехнулся, осматриваясь и, пожалуй, чувствуя себя куда увереннее, чем раньше: туман не скрывал ни дороги, ни дома и деревья, давая хоть какую-то иллюзию определенности.

— Если хотите, мы можем навестить ваших родителей. Я могу подождать в машине, — сказал агент ФБР, подходя к кафе.

— Не стоит. Они еще месяца три будут в кругосветном путешествии, — ответил детектив, открывая дверь и пропуская его вперед. — Если соскучатся, то сами приедут.

В заведение все было, как и раньше: те же столы, диванчики и спокойная музыка, наполняющая все помещение и имея единственного конкурента в виде аромата свежей выпечки и готовящихся блюд, которые чувствовался у самого входа.

— Шикарно… — проговорил Питерс делая несколько шагов вперед, когда к нему навстречу вышла официантка. — Ничего себе! Старушка Эрин! Ты все еще здесь?!

— Ужасно бесцеремонный и крайне харизматичный Алекс Питерс! Это ты? — в той же манере, явно передразнивая, сказала Эрин и тут же оказалась в крепких объятиях.

— Я такой один, — довольно произнес детектив, крепче ее сжимая, но, понимая, что переборщил, почти тут же отпустил. — Рад тебя видеть!

— Аналогично, — усмехнулась девушка, поправляя свою форму и смотря вперед. — Здравствуйте, агент Миллер.

— Добрый день, Эрин, — сказал агент ФБР, стоя позади Питерса. — Как дядя?

— Отлично. Я передам ему привет от вас. А… — она явно хотела что-то сказать, но тут же прикусила язык, переводя разговор на другую тему. — Мы, кстати, вас ждали.

— Мы?

— Присаживайтесь, — официанта указала на ближайший столик и скрылась из виду на кухне.

Питерс, стянув с себя куртку, сел на ближайший диванчик, пока Миллер, сняв пальто, расположился напротив него, аккуратно положив верхнюю одежду рядом, заметив, что кафе почти пустое, если не считать парочку подростков у самой дальней стены, которая обсуждала какой-то новый сериал.

— Как хорошо вернуться домой… — прошептал детектив, откинувшись на спинку дивана и вдыхая приятный аромат еды.

— Так почему вы уехали? Вы же так любите Стритфилд.

— Ну… — он замялся на несколько секунд. — После того, как Джейн сбежала, я очень переживал за нее. Мы дружили в школе и…

Где-то рядом послышался легкий смех.

— Короче, я был удивлен этим. А потом, на ее похоронах я…Я же плакал на них…

Смех стал громче.

— Я понял, что жизнь скоротечна и с ней надо что-то делать. Что-то, чтобы прожив ее, ты понял, что это не зря. Чтобы мной гордились родители и она…

Теперь кто-то уже заливисто и очень мелодично смеялся так громко, что Миллер понял, что это совсем рядом с ним.

— Не красиво подслушивать чужие разговоры, — как можно громче и с нотками нравоучения сказал Питерс, уверенный, что его услышат.

— А не красиво обманывать людей, которые совсем тебя не знают, — в той же манере послышался ответ довольно знакомым голосом.

Повернув голову назад, агент ФБР увидел ее: рыжие волосы, собранные в тугой хвост, голубые глаза с легкой хитрецой, что смотрели сейчас на мужчин и веселая улыбка. Джейн Фишер, облокотившись локтями на спинку дивана, где сидел Миллер, довольно наблюдала за ними.

— Джейнни Фишер! — воскликнул детектив, начиная улыбаться. — С ума сойти! Отлично выглядишь для той, которая была мертва.

— Спасибо. А ты все такой же очаровательно неугомонный Алекс Питерс…Ой, простите, частный детектив Питерс.

Мужчина довольно засмеялся, явно забыв и о Бромвелли и о библиотеке, смотря на свою подругу.

— С возвращением в Стритфилд, агент Миллер, — сказала Джейн, поворачиваясь голову и смотря уже на агента ФБР, протягивая свою руку.

— Рад вас видеть, мисс Маккензи, — он аккуратно пожал ее.

— Взаимно.

— Так ты теперь Маккензи? — спросил Питерс, явно расслабляясь в привычной для себя атмосфере. — Или все же Фишер?

— Можно и так, и так. Не ошибёшься. Как вам Бромвелль, Миллер? Теплее, чем у нас? — усмехнулась девушка, не сводя взгляд с мужчины рядом.

— Можешь не стараться. Я уже рассказал ему про любовный треугольник “Стритфилд, Бромвелль, Маккензи”.

— Вредина, — ответила Джейн, показывая детективу язык и получив такой же ответ.

— Много туманов, — сказал Миллер честно. — И гор. Вы там были?

— Да. Еще в детстве. У них был горнолыжный комплекс и мы часто с родителями там бывали. Я слышала, что его закрыли.

Питерс кивнул.

— Но зато теперь у них есть туры в горы. Поэтому ты туда сбежал, да, Алекс? - ехидно спросила девушка.

— Сбежал? — удивленно переспросил Миллер, смотря на детектива, который тут же стал недовольным.

— О, да… Смысл жизни? Чушь! Он закрутил роман с дочкой шерифа Митчелла, а тот был суровым и справедливым и решил его женить на ней. Алекс об этом узнал и, собрав вещи, исчез на следующий же день.

— Я…Я…Вообще-то, я…— начал Питерс, стараясь придумать ответ на ходу, но получалось крайне плохо. — Подожди! Откуда ты знаешь…Томми - болтушка!

Джейн засмеялась, наполняя помещение звонким смехом.

— Он мне все рассказал и, признаю, это было весело. Даже очень.

Питерс перевел взгляд на агента ФБР для поддержки, но тот даже и не думал скрывать веселую ухмылку смотря на него.

— Предатели, — пробурчал мужчина, тяжело вздыхая. — Везде предатели… Но! Я честно плакал на твоих похоронах!

— Не ужели?

— Да! В тот день, когда ты пропала, я заказал нам столик в ресторане тети Розы, чтобы хоть как-то тебя взбодрить. Заплатил двадцатку за бронь. Но не успел тебя пригласить …Деньги мне так и не вернули…

— Какое горе, — как можно серьёзнее произнесла Джейн, чем вызвала еще большую улыбку у Миллера.

На столе появилось три чашки с кофе и корзинка со свежей выпечкой.

— Сейчас вернусь, — произнесла Эрин, ставя сахарницу и уходя к ребятам, что сидели у дальней стены.

— В общем, ты можешь возвращаться домой, в Стритфилд. Барбара вышла замуж и, взяв с собой отца, уехала во Флориду. Больше никто не заставит тебя жениться, — произнесла девушка, дотянувшись до чашки и крепко сжала ее в руках, словно грея об нее ладони.

— Я подумаю над этим. Но пока у нас с Миллером дело и целый Бромвелль на меня рассчитывает.

— Кстати! — воскликнула Джейн, смотря на агент ФБР. — Мы вас как раз и ждали по этому поводу! И, если честно, значительно раньше.

— Раньше?

— Вы нас ждали? — поинтересовался Миллер, делая глоток бодрящего напитка.

— Пф…Конечно! Без нас вам это дело не расследовать.

Агент ФБР вопросительно взглянул на Питерса, который едва слышно прошептал:

— Моя самооценка сегодня совершает прыжок веры с хребта Монтегю.

— Вы слышала о пропаже Хелен Филдс? — спросил Миллер, явно заинтригованный.

— Естественно! Это было самое загадочное дело в северных штатах.

— До твоего побега и появления анархистов, я полагаю, — усмехнулся детектив, а потом тяжело вздохнул. — “Клуб любителей детективов”. Наши прекрасные дамы, начитавшись Нэнси Дрю, решили, что и они смогут разгадывать разные загадки. Помню это.

— Не трогай Нэнси Дрю! — воскликнула Джейн, указывая на Питерса. — У нее было миллион дел и все она удачно расследовала, находя преступников. Это заслуживает уважения. А ты можешь таким похвастаться, Алекс?

Тот поднял руки, показывая, что сдается, пока агент ФБР сделал глоток, скрывая свой тихий смех.

— Но, в общем, да. Мы с клубом пытались разгадать эту загадку. И я, если честно, рада, что останки Хелен, наконец-то нашли. Помню, мы с Эрин соврали родителям, что идем в школу, а сами, взяв все свои карманные деньги, сели в автобус и приехали в Бромвелль, — ее голос стал тихим и наполненным такой приятной ностальгией. — Мы были в библиотеке и познакомились с ее сыном Майклом. Потом съездили на могилу, а затем и в полицейский участок. Шерифа звали, по-моему, Хастингс или как-то так…

— Хост, — поправил ее Миллер, внимательно слушая рассказ.

— Точно. Мы поговорили с ним. Он был крайне любезен и, помню, купил нам мороженое и, рассказав все, что знает, посадил нас на автобус в Стритфилд. Было весело.

— Жаль, что с нами он не был таким, — заметил Питерс, начиная пить кофе.

— И что он вам рассказывал? — спросил агент ФБР, заметив, как к ним идет Эрин.

— Все, я освободилась, — сказала она, ставя свою чашку с кофе и, присаживаясь рядом с детективом. — Ты сказала, что мы их ждали и что без нас они не справятся?

Джейн утвердительно кивнула.

— Тогда начнем?

Она положила на стол серую папку на которой большими буквами было написано “Дело №5”.

Глава 11. Дело №5

— Вау… — произнес Питерс, смотря на папку, которая была внушительной толщины. — Дело №5. А четыре первых были поиски соседских кошек миссис Джонс?

Девушки с нескрываемым осуждением на него посмотрели.

— Молчу.

— А вы знаете, Миллер, что мы предлагали Алексу вступить в наш клуб, — Джейн перевела взгляд с одного мужчины на другого. — Но он брезгливо отверг приглашения и выбрал играть в театральном кружке с Софи, потому что там была сцена с поцелуем…Которую потом убрали.

— Какой промах, — прошептала Эрин, делая глоток кофе.

— Потому что ваш “Детективный клуб” был похож на цирк: они ходили, что-то записывали, лезли куда не надо и всех “допрашивали”, — хоть как-то пытался оправдаться Питерс.

— Интересно, а чем сейчас занимаешься ты, частный детектив?

Миллер с веселой усмешкой смотрел на это, ощущая лёгкую и какую-то уютную, домашнюю атмосферу, которая всегда присуще тем людям, знающих друг друга очень хорошо.

— Ладно, хватит издеваться над Алексом, — сказала Эрин, осматривая пустое кафе.

— Спасибо, единственный мой друг.

— А то он сейчас заплачет.

— Надо было оставаться в Бромвелле, — пробурчал Питерс, тяжело вздыхая. — Там хоть одна меня унижала, а не все и сразу.

— В общем, — продолжила девушка, кладя свою руку на папку. — Здесь описано все наше расследование. Скажу сразу - мы не нашли виновников ее смерти.

— Но, я считаю, мы были близки к этому, — заметила Джейн, взяв одну из булочек.

— Точно. Если вкратце: Хелен Филдс пропала в ночь с 30 апреля на 1 мая. И это интересно, потому что эту ночь называют Вальпургиевой.

— Что?

— Вальпургиева ночь - ночь, когда нечистая сила веселиться, а ведьмы устраивают шабаш и вызывают души усопших на этот свет, — ответил Миллер и получил довольный взгляд обеих девушек.

— Так что, возможно, она стала жертвой сектантов, которые и отмечали этот праздник, — задумчиво протянула Эрин, но тут же продолжила более серьёзным голосом. — Но, пока отвлекаться не будет. Утром, 1 мая Майкл, сын Хелен Филдс, пришел в полицейский участок и сообщил о пропаже матери. Шериф, имя которого я не помню….

— Хост, — одновременно сказали все.

— Спасибо. Шериф Хост сообщил ему, что сможет принять заявление о пропаже лишь спустя 72 часа, по закону. А потом отвез мальчика домой, боясь, что он может потеряться, потому что на улице стоял очень густой туман. Будучи в их доме, он внимательно все осмотрел, но женщины там не было.

— Этого нет в отчете, — заметил агент ФБР, начиная слушать очень внимательно. — Я читал дело о пропаже Филдс не один десяток раз, но нигде не говорилось, что шериф был у них дома на утро после ее исчезновения…Почему?

— Это интересно…Может вы и правы, — сказал Питерс, обводя контур чашки пальцами. — Миллер считает, что шериф Хост и Филдс были любовниками и он причастен к ее убийству.

— Серьёзно? — в унисон послышались женские голоса.

— Хотя…Может это и имеет смысл, — продолжила Джейн, обдумывая услышанное. — Это бы объяснило, почему он не стал писать в отчете о своем посещение предположительного места убийства и резком прекращении поисков Хелен.

— Да, но…Предположительном месте убийства? — переспросил Миллер и удивленно взглянул на девушку.

— Почему нет?

— В любом случае, он там был, — продолжила Эрин, допивая кофе. — Это подтверждают и слова Майкла, и слова самого Хоста. Итак. После окончания 72 часов и отсутствия Филдс, которая так и не вернулась домой, полиции пришлось ждать еще сутки, пока туман окончательно не рассеяться, потому что проводить поисковые мероприятия было довольно опасно. После того, как погода нормализовалась, вся полиция города плюс волонтеры обыскали всю окрестность. Шериф Хост рассказал, что группа туристов, которая собиралась в горы, осмотрела весь хребет Монтегю, надеясь найти Филдс. Но все безрезультатно. Поиски шли, но не приносили результата: не было найдено ни ее следов, ни, даже кусочков одежды или обуви. Абсолютно ничего. Спустя пять недель недалеко от границы штата Бромвелль и Олдриджа было найдено тело тридцатилетней Августы Соейр. Ее обезглавили чуть ли не на дороге, которая вела в город. Все улики вели к Лесорубу, который, после поимки признался в этом убийстве. Шериф и полиция решили, что Филдс тоже стала жертвой маньяка и прекратила поиски.

— А потом ее нашли спустя тридцать пять лет недалеко от земли Уинслоу… — прошептал Питерс, устало смотря на корзину с выпечкой.

— А кто пустил слух, что Хелен Филдс была в секте сатанистов? — агент ФБР отодвинув от себя пустую чашку.

— Не знаем.

— А вот это интересно, — прожевав булочку, проговорила Джейн. — Мы спрашивали у всех, откуда они узнали, что Хелен была с сатанистами, но никто не ответил на этот вопрос: они просто не помнили от кого слышали, но, почему-то, сразу поверили в это.

— Кучка сплетников, которые ненавидят чужаков, — резюмировал частный детектив. — Они всегда такими были, есть и будут.

— Сомневаюсь, что это правда, — ответила Эрин, поглаживая корешок папки. — Просто красивая легенда, которую решили приукрасить загадочную историю

— Это правда. Майкл Филдс сам рассказал, что до десяти лет он с матерью на самом деле был в секте сатанистов, пока они не сбежали.

Официантка удивленно посмотрела на подругу, которая задумчиво поглядела на агента ФБР.

— Тогда…Слух пустил тот, кто знал, что это правда…

— Это сделал тот, кто знал про сатанистов, кто был в этом уверен и кто уже ее видел среди них, — проговорил Миллер, задумчиво смотря в окно, за которым пошел дождь.

— Значит теория о том, что в Бромвелле есть сатанисты - правда? — удивился Питерс, видимо, до сих пор в это не веря. — Они увидели ее, вспомнили, позвали “своих” и убили бедняжку, а потом, когда нашли ее останки, то стали пугать город, чтобы они не лезли в это? Чудеса, ей Богу…

— Но зачем им убивать Хелен? — спросила Джейн, заметив, как усилился ветер, пачкая окно кафе мокрыми разводами. — Должна же быть какая-то причина.

Все резко замолчали, начиная думать над этим, стараясь найти ответ на этот вопрос. Весьма безуспешно, потому что время шло, но тишину никто так и не прервал. Пока не раздался звонкий писк, повторяющийся раз за разом.

— Я сейчас, — сказал детектив, беря в руки свой телефон и, вылезая из-за стола, чтобы ответить на звонок.

Эрин, поднявшись на ноги, выпуская мужчину, решила отнести пустые чашки из-под кофе на кухню, чтобы не мешались.

— Как дела у мистера Маккензи? — спросил Миллер, поняв, что остался с Джейн наедине.

— Хорошо. Собирается на охоту и дал понять, что никакие разговоры о несчастных зверушка и очередной просмотр “Бэмби” его не остановит. Я попытаюсь придумать что-нибудь другое.

— Передайте ему привет от меня.

— Обязательно.

— Макс нас потерял, — произнес Питерс, возвращаясь к столику. — Он зол и недоволен. Поэтому нам нужно возвращаться.

Эрин, тоже к ним присоединившись, пододвинула папку на середину стола с многозначительным видом.

— Здесь все, о чем я уже говорила и не только. Все, что мы смогли найти, узнать, разгадать.

— Она даже без наклеек и рисунков, как вы всегда любили делать. Ничего себе, — усмехнулся детектив смотря на белизну обложки.

— Мы очень профессионально и серьезно относились к каждому делу, Алекс, — ответила ему Джейн, а потом тяжело вздохнула. — Отдай все Миллеру. Из них двоих он единственный взрослый мальчик.

Соглашаясь, Эрин пододвинула папку с делом к нему ближе и агент ФБР очень уверенно взял ее в руки.

— Спасибо за доверие, — абсолютно серьезно произнес он, понимая, что по весу и толщине, она куда больше, чем официальные документы полиции.

А потом на стол легла флешка черного цвета.

— Я оцифровала все записи наших разговор со всеми кто был причастен к делу о пропаже Филдс. Мы записывали на диктофон и основная информация есть в папке, — официантка отдала и ее агенту ФБР. — Но, вдруг, мы что-то пропустили и не заметили, а вам это будет нужно.

— Спасибо.

— Ну, дамы, нам пора, — сказал Питерс, надевая куртку и смотря на непогоду за окном. — Рад был вас видеть, дамы. Возможно, приеду через пару-тройку месяцев и расскажу, как я…С Миллером разгадал эту загадку.

— Скоро увидимся, Алекс, — уверенно произнесла Джейн, словно что-то зная. — Миллер. Передайте привет доктору Аарону.

— Мисс Маккензи, Эрин, спасибо за помощь.

Накинув на себя пальто и, крепче держа в руках папку, он, следом за детективом, покинул кафе и быстро сел в машину, чтобы не промокнуть под сильным дождем.

— С девчонками никогда не соскучишься, — сказал Питерс, когда они проезжали мимо бывшей фабрики Принстона.

— Я заметил, — не обращая внимания на дорогу, агент ФБР стал просматривать напечатанные листы в папке.

— Вы, правда, будете изучать записки двух тринадцатилеток, которые решили поиграть в Нэнси Дрю?

— Во-первых, Джейн права: она всегда разгадывала все загадки, — Миллер взглянул на водителя, что тихо засмеялся. — Во-вторых, порой энтузиазм работает намного эффективнее, чем протоколы и правила. Вам ли не знать об этом.

Они свернули в сторону железнодорожной станции Стритфилда, где парковка пустовала, медленно наполняясь лужами.

— А, в-третьих, у них есть огромное преимущество. Даже два.

— Неужели?

— Да. Они были детьми и мало кто воспринимал их и это увлечение всерьез, а значит не нужно было придумать сложную ложь или избегать каких-то вопросов. И их расследование проводилось куда раньше, чем наше. Они застали тех, кто уехал или уже умер и кого мы опросить не сможем.

Решая, что спорить с этими фактами бессмысленно, детектив кивнул, ведя машину предель аккуратно, потому что дождь, своими крупными капля застелил весь путь: он прогнал как туман, от которого не осталось ни следа, так и скрыл из виду табличку, привествующую всех, кто заезжал в Бромвелль.

Чем ближе они были к участку, тем сильнее он становился, превращаясь в ливень, который все громче барабанил по крыше машины.

— Макс испугался, что нас поймали сатанисты и мы следующие жертвы, — сказал Питерс, останавливаясь у полицейского участка, замечая, как фонари стали зажигаться один за другим, пытаясь светом разрезать наступившую темноту и стать маяком в непроглядной стене ливня. — И, как я понял, Шмидт и Аарон уже вскрыли бедного ягнёнка.

— Вовремя.

Выйдя из машины, они добежали до заветной двери, пачкая ботинки в грязи луж. За столом дежурного, который в этот раз был занят разными папками и бумаги, никого не было.

— Полагаю, это то, что я просил, — Питерс подошел ближе, оценивая масштаб будущей работы.

— Уверен, что только начало, — сказал Миллер, обходя его и двигаясь в сторону коридора.

— Да уж…

Не дойдя до кабинета помощника шерифа, он свернул налево начиная спускать вниз.

В морге было тихо и капли дождя разносились в полумраке комнаты, создавая печальную мелодию. Судмедэксперты сидели за столом и что-то тихо обсуждали, проверя какие-то документы.

— Агент Миллер! — крикнул Аарон, заметив позднего гостя. — Мы вас ждали раньше. Как и Донохью, который вас искал.

— Мы ездили в Стритфилд, — ответил он, указывая на папку в своих руках. — Джейн передала вам привет.

— Только она? — с толикой надежды спросил доктор и можно было заметить сочувствующий взгляд Шмидт на него.

— Да. Мне сказали, что вы уже вскрыли ягненка.

— Именно, — женщина вышла из-за стола и, пройдя мимо агента, подошла к самому крайнему столу патологоанатома.

Убрав ткань, их взору предстало маленькое животное, на белой шерсти которого все еще виднелась кровавая пентаграмма.

— Причина смерти были не вилы, а удушение, — Шмидт показала на горла ягненка. — Малыша сначала накормили, а потом, когда он уснул, подошли и удушили с огромной силой и жестокостью. Это свидетельствует переломанные шейные позвонки.

— А потом, его уже привезли на место и проткнули вилами, — произнес Аарон, подходя к ним с другой стороны. — Это свидетельствует частицы земли в ране, когда вы вынимали их. А так ему троткнули легкие насквозь, когда он был уже мертв. Мы собрали анализы и отправили в лабораторию на наличие каких-нибудь ядом или снотворного.

— Хорошо.

— Агнец божий проколот дьявольским трезубцем, — прошептала женщина, тяжело вздыхая. — Очень похоже на тех, кто величает темные силы.

— Они хотят, чтобы все так и думали, — ответил Миллер, поворачивая и направляясь к выходу. — Жду вас, доктор Аарон.

Поднявшись, он встретил Питерса, закрывающего кабинет помощника шерифа.

— Я завтра возьму с собой планшет и мы послушаем аудиоверсию нашего любимого “Детективного клуба”.

— Миллер! Питерс!

Они резко обернулись и взглянули на шерифа Донохью, стоящего в дверном проеме собственного кабинета.

— Где вы были?! Я уже начал переживать, что что-то случилось!

— Мы расследуем дело о пропаже Хелен Филдс и алтарях сатанистов, шериф, — легко ответил Миллер.

— Чтобы больше не один ягненок не пострадал, — поддержал его Питерс.

— А что-то еще случилось, шериф?

— Что?! Нет. Я просто переживал. Если с агентом ФБР что-то случится, да еще и в Бромвелле, мне же несдобровать!

— У нас все отлично, Макс. Хорошего вечера, — сказал детектив, махнув рукой на прощание.

— Только аккуратнее, прошу вас, — прошептал Донохью, с надеждой смотря на Миллера.

Тот лишь кивнул в ответ, следуя за Питерсом.

Выйдя из участка, они быстро, пробиваясь через капли дождя, которые так и норовили их намочить и проникнуть за шиворот, обжигая своим холодом кожу, сели в машину.

— Бедняга, Макс…Сколько проблем и обязанностей. И какой страх, что с вами что-то случится и ему “будет конец”.

— Они все об этом переживают, — произнес агент ФБР, смотря в папку.

Дверь машины открылась и в нее сел Аарон, тяжело дыша.

— Ну и погодка…Как Стритфилд? Узнали что-то интересное?

— Вполне… — на лице Миллера появилась легкая ухмылка.

Глава 12. Запись

— Как прошла ночь? Бурно? — усмехнулся Питерс, когда они, на следующее утро подъехали к полицейскому участку.

Дождь за всю ночь и утро так и не прекратился, медленно погружая город в воду. Его холодные капли создавали лужи на каждом шагу, а ручьи неспешно бежали с холмов на дороги, собираясь в небольшие озерца на тротуарах.

— Весьма.

Аарон первым покинул машину, добегая до участка, пытаясь не испачкать обувь. За ним последовали частный детектив, с сумкой на перевес, и Миллер, перепрыгивая лужи и все равно попадая под нескончаемый дождь.

В самом участке было тепло, сухо и тихо. Ни щелчков пишущей машинки, ни скрипа ручки по бумаге кроссвордов. Ничего. Словно там никого и не было. Их встретил стол дежурного, на котором, с вечера прошлого дня, увеличилось количество папок раза в два.

— Если меня не убьет Лэмпти, то они - точно, — произнес Питерс, смотря на это все.

— Агент Миллер? — послышался голос где-то за этими документами, а через пару секунд, выглядывая из-за папок, показалась уже знакомая фигура. — Доброе утро, сэр! И спасибо большое за подарок! Мне очень приятно…

На ее бледном лице появилось подобие румянца. Агент ФБР вопросительно взглянул на детектива, но тот лишь пожал плечами, однако не скрывал ехидного взгляда от окружающих.

— Полагаю, это то, о чем я думаю? — спросил Питерс, смотря на кучу бумаг и стараясь не унывать.

— Да. То, что вы просили, — с усталостью в голосе проговорила Сара, явно давая понять, что это далось ей нелегко.

— Мы посмотрим это позже.

— Донохью вчера искал вас весь день. Где вы были?

— Там где живут красивые девушки, — с толикой удовольствия чуть ли не пропел детектив, направляясь по коридору. — В Стритфилде.

Хмыкнув, офицер Лэмпти вернулась на место, скрываясь за папками и, по всей видимости, продолжая решать кроссворды.

— Когда результаты придут, я сообщу, — сказал Аарон, направляясь в морг.

Миллер кивнул и, подойдя к открытой двери кабинета помощник шерифа, увидел, как Питерс уже готовит для них кофе.

— Подарок? — спросил он, переступая порог кабинета и сразу понял о чем идет речь. — Вы поменяли мой стул на ее?

— Больше не мог смотреть, как вы мучаетесь. А Саре все равно на чем сидеть и ничего не делать, — легко ответил детектив и поставил чашки с ароматным напитком на стол.

— Спасибо.

— Пожалуйста…Итак, что вы вычитали в рассказе фанаток? — усмехнулся Питерс, присаживаясь на свое место и вопросительно смотря на агента ФБР.

— Зря вы так о них, — ответил он, кладя папку с “Делом №5” на стол, с другими документами и садясь на самый обычный стул, чувствуя, как это приятно. — Они, кстати, проделали блестящую работу: опросили Хоста, Майкла Филдса, соседей Хелен Филдс и, даже, Эмму Лэмпти.

— Вот тут согласен, — детектив взял в руки кофе. — Нам с вами сделать это почти нереально.

— Именно. Поэтому это заслуживает уважения.

— Хорошо. Мы уважаем двух девчонок-детективов, но…Узнали ли вы что-то новое из их расследования?

— Честно говоря, — начал Миллер, доставая из кармана пальто флешку. — Не особо. Соседи Филдс говорили, что она была хорошей, приятной женщиной и они бы в жизни не подумали, что та когда-либо была в секте сатанистов. И, больше ничего, чего бы мы уже не знали.

— Получается, бессонная ночь за чтением этого “творения” прошла впустую?

— Бывало и хуже. Но у нас есть шанс все послушать.

Щелкнув пальцами, Питерс достал из сумки планшет и, взяв флешку, легко вставил ее в разъем.

— Думаете, что тут может быть что-то интересное?

— Эрин сказала, что выписала из разговоров все, что они посчитали нужным. Возможно, им могло показаться, что это какая-то глупость, а на самом деле - ценная информация.

Тяжело вздохнув, Питерс взглянул на планшет и его глаза непроизвольно округлились.

— Пять часов?! Они наговорили пять часов?! С ума сойти…

— Зато у нас будет достаточно информации, которую можно использовать для расследования, — усмехнулся Миллер под недовольный взгляд детектива.

— Тогда поехали….

Пошла первая запись. За ней вторая, третья…

Спустя несколько часов доктор Аарон постучался в дверь кабинета помощника шерифа, когда услышал звонкий смех.

— Можно? — спросил он, открывая дверь и видя, как частный детектив утирает слезы.

— Проходите, док! Вы как раз вовремя, потому что еще чуть-чуть и я умру от смеха!

Аарон, переступив порог кабинета, непонимающе взглянул на улыбающегося Миллера.

— Все хорошо? — обеспокоенно поинтересовался доктор, явно не понимая, что происходит.

— Конечно! Просто две наши девочки-детектива умеет поднять настроение, да, Миллер?

Агент ФБР едва заметно кивнул, замечая в руках судмедэксперта документы.

— Пришли анализы крови ягненка?

— Да. Все чисто. Никакого яда или снотворного. Его просто задушили, — ответил доктор, протягивая планшет с результатами.

— Бедный малыш…Пал жертвой чертовых сектантов, — успокоившись, произнес Питерс, смотря на экран планшета.

— Кстати, пентаграмма, сделанная на его шерсти…Это не кровь, а обычная красная краска. Думаю, это было сделано для того, чтобы…

—...напугать, — Миллер задумчиво вчитывался в отчет, но ничего интересного в нем не находил. — Полагаю ягнёнка украли у местного фермера и никто не знает, кто это сделал?

— В точку!

— А вы нашли что-то интересное? — доктор подошел к столу, на котором, среди документов, лежал планшет. — Они нашли что-то стоящее?

— Нет, — легко ответил Питерс, поднимаясь на ноги, и собираясь сделать Аарону кофе.

— Я бы так не сказал, — откладывая документа, произнес агент ФБР, смотря на исписанный им листок бумаги. — Мы получили краткое описание Хелен Филдс: начитанная, улыбчивая, порядочная, всегда здоровалась с соседями, а также, если была возможность, всегда встречала сына из школы.

— Наверное, боялась, что сатанисты его украдут, — усмехнулся детектив, отдавая горячую чашку кофе доктору и возвращаясь на место. — Присоединитесь, док? Сейчас будет интересная часть.

Немного задумавшись, Аарон кивнул, пододвигая небольшой стул без спинки к столу.

— “Э. Лэмпти”. Я уже в предвкушении! — не скрывая восторга, Питерс нажал на новую запись.

“Я Джейн Фишер и веду допрос мисс Эммы Лэмпти библиотекаря библиотеки Клода Дюбуа в Бромвелле“, — по комнате раздался звонкий девичий голос, который они слышали уже не раз.

“Допрос? А мистер Филдс разрешил вам устраивать допросы в библиотеке?“ — голос Лэмпти был менее тонким, чем сейчас, но весьма узнаваемым.

“Конечно. Мы спросили разрешение и он нам его дал. Он рад, что хоть кто-то начал расследовать исчезновение его матери…”

“Ага…Две девочки-подростка…”

“Главное не возраст, мисс Лэмпти. А правда и справедливость!”

Запись остановили, потому что кабинет наполнился веселым смехом Питерса.

— Это настоящий шедевр!

Аарон и Миллер довольно усмехнулись таким речевым оборотам.

— Очаровательно, — произнес доктор делая глоток кофе.

“Итак, первый вопрос: вы помните день, когда исчезла Хелен Филдс? Было ли что-то странное в ее поведении?”

“Я помню, но не могу сказать, что случилось что-то странное или необычное. Она открыла библиотеку, принимала и выдавала книги. Все, как обычно. Правда…Мне казалось, что в какой-то момент она стала крайне нервной и раздражительной. Чуть ли не приказала сегодня мне закрыть библиотеку, но это и так входило в мои обязанности. Я не удивилась, потому что с ней порой такое было. Вероятнее всего резкая смена климата или усталость. Ничего особенного.”

“Она ушла раньше конца рабочего дня или нет?”

“Да. Минут за пять, потому что стремилась быстрее вернуться домой и “обнять сына”, как она сама говорила.”

Миллер неспешно записывал полученную информацию, краем глаза заметив, как Аарон немного нахмурился.

“Больше вы ее не видели?”

“Нет. Но, если честно, я не удивлюсь, что она сбежала с кем-то, бросив все на свете. Характер такой у нее был.”

“Какой? Опишите ее, мисс Лэмпти. Какой была Хелен Филдс?”

“Она была начитанное. Именно начитанной, но не умной. Она парой цитировала целые страницы из Остин или Уайльда, потому что заучивала их наизусть. Я видела, как она стояла с книгой между стеллажей и читала одну страницу раз сто. Думаю, что она пыталась понять смысл слов, но не могла, поэтому читала и читала, раз за разом.”

“Вы сказали, что вас не удивит, если она сбежала с кем-то, бросив сына. Почему?”

“Потому что я видела, как она флиртовала с читателями библиотеки, а также в кафе на обеде. Это недопустимо. Но мужчинам это нравилось. Они сразу обращали на нее внимание, хотя, если честно, смотреть там было не на что. Да и к тому же она была неврастеничкой.“

“Прощу прощения, это как?”

“Она думала, что ее преследуют. Что ее хотят убить. Ее и Майкла…Мистера Филдса. Она резко могла испугаться и спрятаться между стеллажей, а потом выйти и сделать вид, что все нормально. Или я могла ее найти, читающую какой-нибудь книгу…Это не было странно для меня. Потому что она просто не хотела работать так, как ей следовало. И чем больше она была здесь, в библиотеке, тем чаще такое можно было наблюдать. А в последнее время, перед ее исчезновение, такое “неподобающее поведение” было почти через день. Особенно, если в библиотеке были приемущественно мужчины. Вы, понимаете меня? Хотя, вы еще маленькая…”

— Остановите, — резко произнес доктор, ставя чашку на стол.

Питерс нажал на паузу и они с Миллером вопросительно взглянули на Аарона.

— Это может быть интересно. Даже очень…

— То, что Лэмпти неприятно отзывается о Филдс из-за ее общительности? Так это вполне в ее характере, — Питерс явно не понимал, что доктор нашел в этом диалоге.

— Изначально, я думал, что у Хелен Филдс биполярное расстройство, потому что резкая смена настроения и фазы колебаний…Но чтения одной страницы… — доктор тяжело вздохнул. — У Хелен Филдс был синдром обсессии.

Питерс взглянул на агента ФБР, который внимательно слушал Аарон, готовый в любой момент записать все это в свой листок.

— ОКР? – Миллер задумчиво смотрел на доктора.

— ОКР — это обсессивно-компульсивное расстройство, расстройство психики, которое приносит с собой не только навязчивые или пугающие мысли, но и так же навязчивое желание от них избавиться, повторяя одни и те же действия раз за разом. Например постоянное мытьё рук. Порой до состояния ран на коже. А у Хелен, скорей всего, была просто обсессия: когда в голове появляются страшные, навязчивые мысли, что тебя преследуют или хотят убить. Она не могла их контролировать, но, по всей видимости, у нее получилось перенаправить работу мозга на что-то другое.

— Чтение, — сказал агент ФБР, хмурясь еще сильнее.

— Да. Она не пыталась понять смысл слов из-за своей глупости. Она пыталась успокоить себя. Я думаю, у нее, как-то раз это получилось и она решила использовать это постоянно. Не с первого, но раза с пятого-десятого ее навязчивость начинала угасать и она возвращалась к работе, — Аарон постучал пальцами по столу. — Возможно, дома она делала что-то другое, если были приступы, но мы этого не узнаем…

— Лэмпти могла и приукрасить все это, — вдруг сказал Питерс, присоединяясь к разговору. – С нее не убудет, я думаю…

— Доктор Шмидт говорила, что какое-то время она жила с Хелен и ее сыном. Соседка могла заметить странности в ее поведении? — Миллер наклонился к доктору ближе.

— Вполне. Я могу узнать об этом. К тому же, как я могу судить “лед тронулся”. Она начала жалеть меня и мои безответные чувства к Эрин. Так что, разговаривать ее насчет подруги шансы есть.

— Напоминаю вам, что Лэмпти может и соврать! — детектив поставил чашку на стол значительно громче, чем раньше.

— Мы узнаем, правда это или нет. Как и причины ее приступов.

— Мисс Лэмпти сказала, что в последнее время, до ее исчезновения, состояния стало усугубляться и эти мысли преследовали ее чуть ли не каждый день, — проговорил Аарон, смотря на пустую чашку из-под кофе. — Тут два варианта: или появился триггер, который их запускал - например человек в городе, которого она боялась.

— Сатанисты?

— Возможно. Или постоянное нервное состояние, которое и запускала процесс обсессии.

— Мы должны об этом узнать.

— И у кого спросим? У Филдса? — весело спросил частный детектив и в ответ получил утвердительный взгляд светлых глаз. — И как вы это представляете, Миллер? Спросить у него, все ли было хорошо с головой у его матери? Была ли она психически уравновешенной или нет? Я не думаю, что он ответит нам на этот вопрос.

— А я думаю, что ответит, — агент Миллер откинулся на удобную спинку стула. — Спасибо за помощь, доктор Аарон. Я рад, что пригласил вас сюда.

— Рад помочь, — довольно проговорил судмедэксперт и улыбнулся.

— Опять эта чертова библиотека… — прошептал Питерс, допивая холодное кофе.

Глава 13. Болезнь

Прослушав повтор нескольких записей еще раз специально для доктора Аарона, который все больше уверился в правоте своего диагноза и медленно впал в уныние, слыша голос Эрин, мужчины не заметили, как на улице стемнело и туман полностью поглотил город.

— Нужно как-нибудь подбодрить дока, — заметил Питерс, когда они приехали к гостинице и Аарон уже вышел из машины.

— Доктор Шмидт сможет это сделать лучше нас, — ответил Миллер, закрывая за собой дверцу и тут же чувствуя, как холодный и влажный воздух касается кожи лица.

Ночной администратор Грег лениво кивнул им при встрече, вручая ключи от номеров, явно, намереваясь вернуться к своему любимому занятию: дремать у стойки.

Неспешно поднявшись по лестнице, агент ФБР почти дошел до своего номера, когда услышал:

— Миллер, будьте аккуратнее…

Он повернулся и вопросительно взглянул на доктора.

— Я знаю и понимаю, что вы хотите спросить у Майкла Филдса про его мать, но…Я представляю, какая у него будет реакция на этот вопрос. Он потерял мать, остался сиротой, а теперь его допрашивают по поводу ее психического здоровья. К тому же, есть вероятность, что и он сам болен…Поэтому, Миллер, будь аккуратны, пожалуйста.

Хмыкнув, агент ФБР нехотя кивнул и зашел в свой номер, ощущая хоть какое-то подобие тепла. Которое полностью растворилось, как только он задремал. Туман, казалось, проникший к нему под кожу, разносил холод по всему телу, сковывая каждое движение. Он едва ли мог переступать ногами по засохшей, грязной траве, пачкая одежду кровавыми разводами. Каждый шаг давался с трудом, а могучие деревья, тянущиеся вверх, в бесконечную высь, молча за этим наблюдали, словно понимая, что это конец.

Покидая гостиницу, все еще ощущая этот липкий холод по телу, который не сулил ничего хорошего, Миллер сел в машину к детективу и, подождав, пока они отвезут Аарона в участок, вернулись к библиотеке.

— Я уже говорил, что ненавижу это место? — спросил Питерс, останавливая машину и тяжело вздыхая.

— Сегодня еще нет.

— Я ненавижу это место.

Выйдя из машины, Миллер поднял воротник пальто, прячась от холодного ветра, что гонял тяжелые тучи по небу, намекая на приближение дождя.

— Ненавижу, — повторить свои слова частный детектив, открывая двери библиотеки.

В ней было спокойно и почти беззвучно, если не считать тихого разговора двух людей за кафедрой. Тусклый свет одинокой лампы рядом с ними и к которому стремились мужчины, очень напоминал пламя, к которому стремятся мотыльки на смерть.

— Ненавижу, — прошептал Питерс, подходя к кафедре и видя мистера Филдса и Эмму Лэмпти, обсуждающих какой-то документ.

— Потом… — произнес директор библиотеки и, заметив гостей, приветственно улыбнулся. — Агент Миллер. Мистер Питерс. Рад вас видеть. Новые вопросы? Или появилась хоть какая-то информация про маму или сатанистов?

— Пока рады…Да, есть кое какая информация, мистер Филдс, — начал детектив, явно стараясь подобрать правильные слова. — И у нас есть к вам вопросы…

— Тогда может поговорим в моем кабинете?

— Не стоит, — ответил Миллер, переводя взгляд на библиотекаря, которая с привычной ненавистью смотрела на него. — Это касается и мисс Лэмпти.

Женщина чуть вопросительно приподняла брови.

— К нам попали записи ваших допросов по поводу исчезновения Хелен Филдс.

— Допросов? — переспросил директор библиотеки, задумавшись. — Полиция почти меня не допрашивала и…Вы про Эрин и Джейн? Очаровательные леди. Они вели свое “расследование” и всех “допрашивали”. Хотели найти ответ на загадку. Это был интересный опыт. Кто же знал, что через два года такое случится с Джейн…А потом она сделает это с родным городом…Кошмар. Надеюсь, у нее все хорошо сейчас?

— Вполне, — ответил агент ФБР, не сводя взгляда с Филдса. — Да. Мы прочитали все, что они тогда нашли и услышали то, что они записали. Вы знали, что у вашей матери были проблемы с психикой?

Питерс стремительно взглянул на Миллера, всем своим видом показывая, что тот неправильно начал разговор.

— Прошу прощения?

— В разговоре с мисс Лэмпти, она сказала, что ваша мать страдала неврастенией.

Филдс невольно покосился на женщину, в чьих глазах читался ужас и страх.

— Но сопоставив симптомы, которые она озвучила, это больше похоже на синдром обсессии.

— Это шутка такая?

— Вы замечали у вашей материки проблемы? Замечали, что она резко становилась пугливой, нервной, боялась того, чего не было на самом деле?

— Вы серьезно, агент Миллер? — спросил директор библиотеки, не понимая, что происходит. — Вы сейчас, правда, спрашиваете, не была ли моя мать психически больной?

Агент ФБР молча и серьезно смотрел на Филдса, ожидая его ответа.

— Потрясающе… — он тихо засмеялся и, сняв очки, потер переносицу. — Мою мать убила кучка психопатов, а вы меня спрашиваете, в своем ли уме она была? Серьёзно? Вам не стыдно?!

Открыв рот, Питерс хотел что-то сказать, но не смог подобрать слова.

— Нет, — спокойно ответил Миллер. — Мне не стыдно узнать правду о деле, которое я расследую.

— Я же вам помогаю всем, чем могу!

— Так помогите нам сейчас. В чем проблема?

Начиная краснеть от злости, Филдс повернулся к Лэмпти, которая начинала белеть от ужаса происходящего, готовая вот-вот слиться с цветом своего свитера.

— Эмма, как вы…Как вы могли такое сказать о маме?

— Мистер Филдс…Я…Я…Я не это имела ввиду. Честно! — ее скорбный голос эхом разнесся по всему залу. — Я сказала, что…

— Моя мама не была святой, признаю, — произнес он, поворачиваясь к Миллеру. — Но она не была сумасшедшей неврастеничкой. Разговор окончен.

Отвернувшись, Филдс, кажется, забыв обо всем, включая свои очки и документы, вышел из-за кафедры, собираясь уходить.

— Мы ведь все равно об этом узнаем, — произнес ему вслед агент ФБР. — Не от вас, так от других, но узнаем. Это дело времени.

Очередной взгляд Питерса, красноречиво говорящий, чтобы он замолчал, был снова проигнорирован.

Остановившись, директор библиотеки тяжело вздохнув, повернулся к ним и уверенной походкой подошёл к Миллеру, будучи с ним почти одного роста.

— Как вы смеете так говорить со мной?! Как вы смеете обвинять мою мать в каких-то выдуманных непонятно кем психических болезнях!

— Я не обвиняю, а констатирую факт.

— Вы ее сломанного ногтя не стоите, — голос мужчины стал тише и злее, кого-то напоминая. — Вы обязаны ее уважать!

— Я? — с вызовом спросил Миллер, смотря внимательно на лицо Филдса и, наконец, находя ответ на один из мучивших его вопросов. — Или вы?

Казалось, еще пару секунд и он просто накинется на агента ФБР, если бы не Питерс, аккуратно, но все же ловко встав перед ними.

— Мне кажется, — начал он, стараясь успокоить директора библиотеки перед собой. — Разговор окончен. Да?

Ничего не ответив, Филдс развернулся и ушел, скрываясь за книжными стеллажи. И лишь хлопок дверью стал ответом на вопрос.

— Что вы творите? — прошептал детектив, поворачиваясь к Миллеру.

— Пошли вон! — словно проснувшись, властным голосом, который показался, как гром в летний зной, проговорила Лэмпти. — Оба!

Молча выйдя из библиотеки, под испепеляющий взгляд женщины, Питерс достал из кармана куртки пачку орехов и глубоко вздохнул.

— Вы настоящий дьявол, Миллер, — сказал он, видя, как агент ФБР стоит на ступеньках и смотрит на белоснежную дымку, закрывающую взору почти все, включая соседние дома. — Если к вам ночью, в отель, проберется Лэмпти и задушит подушкой, я виноват не буду.

Усмехнувшись, мужчина бросил задумчивый взгляд на машину.

— Неужели нельзя было спросить как-то иначе? Более…Нежно?

— Зачем?

— Чтобы узнать то, что нам нужно!

— Я и так это узнал, — легко ответил Миллер, подходя к детективу. — Даже больше, чем нужно.

— Да? — удивился Питерс, пережевывая орехи. — И как? Посмотрели на его реакцию?

— На его лицо.

— Лицо?

— Когда вы разговариваете с человеком, куда вы смотрите?

— Ну… — задумчиво протянул детектив. — Смотря какого пола собеседник.

— Глаза - это зеркало души. Но и отличный показатель всех эмоций и чувств, даже если человек хочет что-то скрыть, — улыбнулся агент ФБР, спускаясь к машине. — А иногда они показывают то, что хотела скрыть сама природа, но не получилось.

— И вы все это увидели в глазах Филдса? — спрятав пачку арахиса, Питерс подошел к автомобилю.

— Да. Но нужно проверить. Поэтому едим в участок.

Сев за руль, детектив задумчиво нахмурил брови, бросая взгляды на Миллера, стараясь самому понять, что такого он увидел в мужчине, чего сам не замечал ни разу. Вел он машину чуть ли не на ощупь. Туман застелал всю дорогу. Лишь проезжая мимо фонарей или домов, можно было рассмотреть их очертания.

— Я скоро вернусь, — произнес агент ФБР, как только машина остановилась у полицейского участка.

Пройдя мимо офицера Лэмпти, не обращая внимания на то, что она его зовет, Миллер прошел по коридору и спустился вниз. Морг встретил его приглушенным светом и ароматом кофе, витающим по всему помещению. Аарон и Шмидт сидели за столом, наслаждаясь бодрящим напитком и что-то обсуждали с серьезными лицами. Подойдя к ним ближе и, будучи незамеченным, мужчина сделал два шага вперед намного громче обычного, привлекая внимание к себе.

— Агент Миллер? Как погода? Не заблудились в тумане? — усмехнулась Шмидт, делая глоток кофе.

— Пока нет. У меня к вам вопрос: глаза разного цвета. Один тёмно-голубой, другой - карий.

— Гетерохромия, — сразу, даже не задумываясь, ответил Аарон.

— Это случается, когда мелонин, природный пигмент, нарушен и распределяется по-разному в радужных оболочках глаз. Где-то сильнее, где-то слабее, — обьяснила женщина, размешивая ложкой остатки напитка.

— А она передается по наследству?

— Вполне, — сказал Аарон, откинувшись на спинку стула. — Это самое распространённое ее явление. Есть приобретённая гетерохромия, но это уже симптом более серьезного заболевания.

— Спасибо.

И, развернувшись, под удивленный и явно непонимающий взгляды, мужчина покинул морг, снова проходя мимо Лэмпти.

— Агент Миллер, сэр, — как скороговорку произнесла она, вскочив на ноги. — Шериф хотел вас видеть. Срочно. Очень срочно.

Резко остановившись он, тяжело вздохнув, повернулся и направился обратно. По коридору снова разносились металлические щелчки пишущей машинки, начиная раздражать. Постучавшись в дверь, Миллер открыл ее. Свет лампы, казалось, должен был отпугивать туман на улицы, но получалось у него плохо: яркость неприятно била по глазам, чуть ли не ослепляя.

— Агент Миллер! Я вас искал, — сразу обратив внимание на гостя, Донохью пододвинул к краю стола увесистую папку. — Сегодня утром пришло из Вашингтона. Я распечатал и все собрал. Не читал. Вдруг - секретная информация.

Голос шерифа был спокойным, но нотки таинственности не скрылись от агента ФБР.

— Это архивные документы о сектах сатанистов за последние шестьдесят лет, которые я просил у начальства, — ответил Миллер, начиная листать документы, в поисках нужной информации.

— ФБР этим занималась?

— Да и не только. Чтобы исключить экстремистские группировки и различные теракты…

— Там есть и фамилии сектантов? — спросил Донахью, чуть приподнимаясь со стула, чтобы посмотреть.

— Возможно… — переворачивая страницы, задумчиво протянул Миллер. — Спасибо.

— Мне не спокойно. Честно, — сказал шериф, возвращаясь на место. — В городе творится кошмар и я…

Но услышал звук захлопнувшейся двери, оставшись в кабинете один. Пройдя дежурную, мужчина, не поднимая глаз, вчитывался в каждую строчку дел, внимательно всматриваясь в фамилии тех, кто вёл их и где были расположены секты. Не заметив, как сухой и теплый воздух участка сменился влажным туманом, окружающий его, как заложника, он вернулся в машину.

— Я почти скучал, — усмехнулся Питерс, убирая пустую пачку орехов в карман. — Ого! Новое дело? В городе объявились не только сатанисты, но и полтергейст?

Ничего не ответив, Миллер задержался на старом отчете, очень чаятельно вчитываясь в каждое слово, пока на его губах не появилась тень довольной улыбки.

— Все хорошо?

— Даже лучше, — ответил агент ФБР закрывая папку и смотря на детектива.

— А это…

— Архивные дела ФБР про секты сатанистов. Нам нужно поговорить с шерифом.

Понимая, что шутка тут лишняя, Питерс завел машину, зная, что путь будет долгим и сложным.

Глава 14. Алиса

Туман, как кислота, разъедал все вокруг, оставляя лишь очертания домов, деревьев, фонарей, дорог. Он не щадил ничего, прожорлива убирая все вокруг: землю Уинслоу, высокие деревья леса, а также безграничные холмы и вид небольших домиков впереди.

Они ехали молча и Миллер понимал, что Питерс ведет машину “на ощупь”, ориентируясь больше на память и знание местности, чем на саму дорогу и знаки по обеим ее сторонам.

Повернув налево, они остановились у первого дома, разглядев в дымке лишь очертания забора.

— Подождите меня здесь, — сказал агент ФБР, вынимая из папки один лист и выходя из машины.

— А можно мне… — детектив указал на документы, которые он оставил. — Меня потом не убьют за эту информацию?

— А вы рискните, — усмехнулся Миллер, направляясь в сторону калитки.

Та раздражающе скрипнула, открываясь. В пелене тумана можно было рассмотреть очертания одноэтажного дома, окруженного со всех сторон голыми деревьями, а также листьями, собранными в небольшие кучки по всей лужайке. Осмотревшись, стараясь найти живую душу, мужчина поднялся на ступеньку из того же красного кирпича, что был сделан дом, начинающаюся рушится под влиянием времени и погоды. Громко постучав в деревянную дверь темного цвета, окрашенную совсем недавно, Миллер стал ждать. Тишина вокруг оглушила своим бездействием, отдаваясь неприятными ударами по нервам. Снова постучав, агент ФБР прислушался, стараясь поймать хоть что-то, хоть один из звуков, означающих, что хозяин дома.

Резкий щелчок замка и дверь перед ним распахнулась.

— Алекс? — сразу спросил Хост, но тут же разочарован добавил: — Это вы…

— Агент Миллер, шериф, — сказал агент ФБР, видя недовольное лицо мужчины напротив, которое уже не прикрывал козырек кепки. — Нам надо поговорить.

— Мне не о чем с вами разговаривать, — дверь начала медленно закрывать. — Все что мне известно об этом деле есть в отчете. Читайте лучше.

— В дело не написано, что Майкл Филдс ваш сын.

Он явно придержал дверь, оставляя небольшую щель, впуская на улицу тусклый свет.

— У вас - гетерохромия. Как и у него. Это могло быть совпадением, но я в них не верю. Поэтому попросил поискать в архивах ФБР дела о сектах сатанистов, приблизительно в тот период времени, перед рождением сына Хелен Филдс. И вы не поверите, чью фамилию я нашел в этих отчетах.

Дверь снова открылась, впуская Миллера.

Переступив порог дома, мужчина оказался в холодном коридоре, где под ногами лежал старых потертый коврик, а у стены из красного кирпича светила одиноко лампа.

— А вы упрямый, — пробурчал хозяин дома, обходя его и направляясь в кухню.

Миллер последовал за ним, проходя мимо полупустой гостиной, где стоял лишь диван и телевизор, показывающий какой-то старый детективный сериал. Кухня тоже не была слишком приметной: две кухонные тумбы темного цвета, сделанные под дерево, продолжение которой была плита и полукруглый столик с двумя стульями, стоящие у панорамного окна, показывающие густоту тумана. Хост молча поставил на плиту обычный чайник со свистком и сел на один из стульев, показывая жестом гостю расположиться напротив.

— Как?

— Просто, — ответил Миллер, сняв пальто и сев за стол. — Питерс сказал, что вы бывший военный, но у них другая выправка. Мой дед был военным и я знаю это. К тому же ваш взгляд профессионально осмотрел меня при нашей первой встречи: рост, вес, наличие оружия, словно вы готовы защищаться, оценивая своего противника. Это сложно стереть даже годами.

— Это точно, — мужчина тяжело вздохнул.

— Что случилось с агентом Хостом?

— Тоже, что и с другими мужчинами…Он встретил женщину.

Миллер, откинувшись на спинку стула, внимательно на него посмотрел.

— В то время все эти сатанисты с их сектами повылезали из всех щелей. Агентство сначало не обращало на это внимание, а после очередного инцидента, забило тревогу. И начало отправлять нас работать под прикрытием в разные секты. В основном они все были одинаковые: кучка фанатиков, которые верят в потусторонние силы, что их благословляют и даруют неясно какие силы. Ничего нового. Все до ужаса примитивно. Но начальство было спокойно, считая, что так контролирует опасные слои населения.

— Но это было не так?

— Не знаю, — ответил Хост, поднимаясь и подходя к плите, где начал громко свистеть чайник. — Кофе? Чай?

— Чай без сахара.

Хмыкнув, хозяин дома открыл единственный верхний ящик, доставая оттуда две чашки.

— Меня направили в одну из сект сатанистов у западного побережья. Недалеко от Сан-Франциско. Они жили, как дикари-хиппи: минимум одежды, максимум - углубления в собственное самопознание с помощью различных мистификаций.

Перед Миллером появилась чашка с приятным ароматом чая.

— У них был алтарь - два валуна, стоящих рядом, куда они приносили жертвы Дьяволу: тушки несчастных животных, которые они покупали у ближайших фермеров. Те, почему-то, принимали это спокойно. Странные были времена. — Хост сел напротив, делая глоток горячего кофе. — А потом, на этой крови устраивали оргии, считая, что так восхваляют своего Господина. Ничего необычного. Все, как у всех.

— И там вы встретили Хелен Филдс.

— Тогда она называла себя Алиса Бауман. Конечно, это было ее ненастоящие имя. Настоящее я так и не узнал.

— Какой она была?

— Она была красивой, — хозяин дома перел взгляд на окно и его голос смягчился. — Слишком молодой, слишком легкой. Слишком…Слишком. Она не походила на всех этих фанатиком с их глупыми фантазиями и безрассудной преданностью непонятно чему. Нет. Она была очень сообразительной, любознательной. Ей было интересно все на свете. Когда она узнала, что я объездил всю страну, то готова была слушать меня часами о том, как холодно в северных штатах и как жарко - в южных. Какие красивые горы на западе и какие большие здание на востоке. Мне тогда казалось, что она попала в секту совершенно случайно. Будто убежала от кого-то или чего-то и не нашла ничего лучше, чем это место.

Отвернувшись, хозяин дома тяжело вздохнул, смотря на свою чашку, крепко сжимая ее ладонью.

— Я решил, что эти люди не должны ее сломать и начал опекать эту девушку. А потом понял, что влюбился в нее…У вас было такое, что во время работы вы встречаете человека и понимаете, что вам все равно придется уехать, покинуть его, но вы не хотите этого? Что вы хотите остаться с ним, хотите узнать его лучше, больше? Хотите остаться с ним?

Не сводя взгляда с мужчины, Миллер едва заметно вздохнул.

— Нет.

— Значит сейчас агентов ФБР учат значительно лучше, чем в мое время, — с горечью в голосе сказал Хост. — Я не хотел с ней расставаться и предлагал сбежать со мной. Вернуться в нормальный мир. Я бы о ней позаботился.

— Но она отказалась.

— Да. Думаю, что испугалась, что ее не отпустят. А может у нее были проблемы с законом. Я не знаю. Она никогда ничего не рассказывала о своем прошлом, всегда говорила, что ее никогда никто не любил. Но я любил…

В комнате повисла тяжелая тишина, опустившаяся на плечи Хоста. По его лицу было видно, как тяжело он переживает свои воспоминания и как он жалеет о многих решениях в своей жизни.

— Когда задание было окончено, я ушел из секты. Один. Но все время думал о ней. Вернуться туда я смог только через два года, но кроме двух камней я ничего не нашел. Местные говорили, что они переехали и я старался по своим связям их найти. Пытался по базе ФБР обнаружить Алису Бауман, но, как вы понимаете, ничего не нашел. Проработав еще немного, я ушел в отставку и уехал в тихий, небольшой городок, где самое ужасное преступление - это кража печений в магазине. Я устал от этих опасностей и постоянных путешествий. Решил начать спокойную жизнь. Устроился в полицию шерифом. Всем сказал, что был военным и все поверили. Кроме вас, агент.

— А потом вы встретил ее? — поинтересовался Миллер, допивая свой чай.

— Она просто шла мне на встречу, на улице, — усталая усмешка коснулась старого лица. — Я сначала не поверил своим глазам: она была старше, чем в нашу последнюю встречу, но все такая же красивая и легкая. Она была тут, в Бромвелле. Работала в библиотеке и я решил, что это мой второй шанс.

— Вы знали, что Майкл ваш сын?

— При первом же взгляде на него. И она не скрывала этого. Но предупредила сразу, что теперь у нее новая жизнь: новое имя, новая работа и новая любовь.

Миллер вопросительно на него посмотрел.

— Да. Она называла его ББ. Видимо, специально, чтобы я не знал, кто это и не поговорил с ним серьёзно. Ха…Она думала, что я полезу за нее драться. Хотя, думаю, тогда я бы мог.

— Вы так и не узнали, кто он?

— Нет. Насколько я понял, он был из Стритфилда или откуда-то оттуда. Больше ничего.

— Поэтому вы не стали ее искать, верно? Думали, что она убежала с ним? — агент ФБР отодвинул от себя пустую чашку.

— Честно говоря, да. В последнее время, — Хост глубоко вздохнул. — В последнее время, перед ее исчезновением, она очень часто приходила ко мне. И…Майкл был сложным подростком и ей все тяжелее удавалось с ним справляться. Я старался ей помочь. Я говорил с ним, но как шериф. Давал ей деньги, чтобы хоть как-то облегчить их жизнь и они ни в чем не нуждались. Но все было тщетно. Он пропадал по ночам, гулял с ребятами, разбивал уличные фонари…Типичные подростки в маленьком городке, которым скучно. Я пытался сказать это Алисе….Хелен. Но она безумно сильно переживала за него. За себя. За все сразу. Она становилась крайне нервозной и с ней было ни капли не легче, чем с Майклом. Поэтому, когда я увидел его утром, 1 мая, испуганным и говорящим, что его мать пропала, я, если честно, подумал, что она не выдержала и убежала с этим парнем, ББ, оставив сына мне.

— Вы думали, что она на такое способна?

— В том состоянии, в котором она тогда была - да. Она была подавленная, усталая, разбитая. Я думал, что она вернётся через несколько недель. Поэтому я отвез Майкла домой и все осмотрел - думал, что найду где-нибудь записку для меня, но ничего не было. Даже когда из Олдриджа пришли новости об очередной жертве Лесоруба, я был уверен, что она жива и просто…уехала от всего этого. А потом ее нашли…

Заметив скорбь в его глазах, агент ФБР тяжело вздохнул, переводя взгляд на густую пелену за окном.

— Это вы отправили Майкла в частную школу для мальчиков?

— Да. Я оплатил обучение, чтобы он всегда был под присмотром и чтобы у него было будущее. А потом он вернулся сюда. Устроился в библиотеку. Для меня это было странно…

— Он знает…

— Что я его отец? Не думаю. Хелен ему не говорила, а он…Может и догадался, а может и нет… Наше общение тогда было очень напряжённым, а сейчас и вовсе сведено к минимуму. А точнее его нет. Может, оно и к лучшему. А то я бы был виноват не только, как шериф полиции, который не нашёл его мать, но и как отец, который им не занимался.

Миллер взглянул на мужчину перед собой, смотрящего на дно пустой чашки и почувствовал еще больших холод вокруг.

— Я слышал, что у Хелен Филдс были проблемы с психическим здоровьем. Вы ничего тогда не замечали?

Сначала бросив на него недовольный взор, Хост через секунду нахмурил свой морщинистый лоб, словно что-то вспоминая.

— Ничего такого я не заметил. Там все были странные. Кто-то больше, кто-то меньше…Единственное, что я заметил…Она ходила кругами вокруг деревьев, словно в трансе, смотря себе под ноги. И то, это бывало редко. Думаю, где-то перед каждой церемонии жертвоприношение. Мне тогда казалось, что это был страх. Его проявление.

Замолчав, хозяин дома посмотрел на агента ФБР, давая ему время осознать услышанное и разложить по местам полученную информацию. Так прошла минута. Вторая. Пока Миллер не поднялся на ноги, надевая пальто.

— Я никому не расскажу про ваше прошлое и про Майкла Филдса, — сказал он, поправляя воротник. — Не думаю, что это сможет помочь расследованию.

Хост с какой-то благодарственной усталостью кивнул ему, вставая и покидая кухню, провожая гостя. Они вернулись в коридор и подошли к двери, единственной преградой между холодом и туманом.

— Интересно, — агент ФБР прикоснулся к ручке дверцы и посмотрел на хозяина дома. — Кто мог, кроме вас, знать, что она была в секте сатанистов?

— Хотите спросить, кто разнес об этом слухи? – спросил Хост, тяжело вздыхая. — Не знаю. Мне тоже это было интересно. Но я всегда считал, что это сделала она сама, чтобы ее никто не искал после побега.

Миллер задумчиво нахмурился, открывая дверь и впуская сырой воздух в дом.

— Вы думаете, ее убили сатанисты?

Переступив порог, агент ФБР приподнял воротник пальто, чтобы как-то согреться.

— Возможно. Но я не вижу причину.

— Вы знали, что кроме жертвоприношений и оргий, сатанисты использовали целый ворох запрещённых веществ.

— Вот как…

— Что-то покупали, что-то готовили сами…Она могла узнать что-то, что стоило ей жизни.

Бросив задумчивый взгляд на Хоста, Миллер, кивнув на прощание, прошел по узкой тропинке из разбитого бетона в сторону забора.

Салон автомобиля встретил его приятным теплом, щеплящим кожу лица и тихим мычанием ее владельца, подпевающей мелодии и листающим документы.

— Нашли что-то интересное? — спросил агент ФБР, начиная согреваться.

— Скажу одно - до моего рождения люди умели находить себе приключения на…Ну, вы поняли, — произнес Питерс, закрывая папку и отдавая ее Миллеру. – Что сказал Хост?

— Все, что нам было нужно…Даже больше.

Посмотрев на пустые поля, растворяющиеся в тумане, мужчина чувствовал, как холод усталости, боли и разочарования медленно отступает.

— Не расскажите?

— Потом. В Стритфилд ехать уже поздно?

— Да. И я не уверен, что смогу доехать до границы штата по такой погоде, — серьезно ответил детектив, смотря на окружающую их пелену, через которую пробивались вечерние сумерки. — Хотите вернуть нашим сыщицам их вещи?

— И дать им задание.

Глава 15. Алтарь

Сильный дождь, подгоняемый ветром, сносил все со своего пути. Он, крупными каплями, растворял грязь под ногами, превращая ее в болото. Но это не остановило трёх мужчин, прячущих за большими черными зонтами. Они шли по земле Уинслоу, по противоположной стороне, где нашли один из алтарей. Эта ее часть была ещё более холмистая и ноги, из-за грязи, скользили в разные стороны, делая путь ещё труднее.

— Он просто сказал: “Вези их сюда, срочно”? — спросил доктор Аарон, тяжело дыша, стараясь не упасть.

— Да. Без каких-либо разъяснений, — ответил Питерс, держась за ствол дерево, мимо которого проходил, боясь поскользнуться и съехать вниз.

— Полагаю, Филдс вам ничего не рассказал про болезнь матери?

— Верно, док. Мистер агент ФБР не дал ему возможности раскрыть свою душу перед нами, задавая вопрос прямо в лоб, из-за чего мы получили только ещё одного врага здесь.

Аарон бросил взгляд на Миллера, идущего впереди крайне аккуратно и молчаливо.

— Однако, при всем этом, — продолжил детектив, поскользнувшись, но удержал равновесие, не упав. — Он крайне доволен проделанной работой. Я ничего не понимаю, если честно. Но меня радует, что теперь не я один самый ненавистный гость библиотеки.

Они поднялись на невысокий холм, стараясь цепляться за сухие стволы кустарников, выдержгивая некоторые, чуть ли не с корнями, чтобы удержаться на ногах. На вершине кучковались стайки полицейских, которые выглядел ещё более взъерошенными и нервными.

— Почему, черт возьми, так долго?! — крикнул Донохью, как только они преодолели препятствия и оказались на месте.

Он подошёл к ним, прячась от дождя за зонтом и в его глазах можно было увидеть страх. Настоящий страх, сковывающий душу, леденящий кожу.

— Погода не летная, Макс. Сами видите, — съязвил Питерс, останавливаясь и стараясь отдышаться.

Доктор кивнул, соглашаясь, пока агент ФБР, обойдя шерифа, сделал лишь пару шагов вперёд и замер.

— Господи, Боже мой… — прошептал детектив, увидев причину их приезда.

Перед ними, посреди холма, стоял перевернутый крест. На нем, распятый вниз головой, висел голый мужчина. Капли дождя, стекая по израненной бледной коже, смешиваясь с остатками крови, падали вниз, исчезая в грязной листве. С первого взгляда можно было рассмотреть огромную дыру у него в груди и явное отсутствие сердца на привычном месте.

— Только пугают? — произнес шериф и в его голосе страх смешался со злостью. — По-вашему, это так пугают?

Он указал на мертвеца.

— До вашего приезда, было значительно спокойнее! Но, вы приехали и стали появляться сердца и трупы!

— Так всегда, — спокойно произнес Миллер, подходя ближе. — Уже опознали убитого?

— Это Сэм Эванс, местный, — ответил кто-то из полицейских, не смотря на саму жертву

— Тот, кто нашел один из алтарей?

— Да, — прорычал Донохью, подходя к агенту ФБР. — Миллер, нужно что-то делать! Они уже начали убивать! Страшно представить, что будет, если люди об этом узнают, а они узнают! Это будет сущий ад!

Он покосился на шерифа, видя весь спектр предстоящего кошмара в его лице.

— Их надо остановить! В конце-концов, вы же агент ФБР! Сделайте хоть что-нибудь!

Последние слова перешли чуть ли не в ультразвук, больно давя на уши, из-за чего Миллер невольно поежился. Ничего не сказав, он подошёл к алтарю ближе, начиная рассматривать распятого внимательно.

— Его пытали перед смертью, — произнес агент ФБР, заметив на теле царапины, окружённые синяками. — И сердце нет…

На лице убитого так и застыла гримаса боли и ужаса, отпечатались, кажется, в памяти у каждого.

— Перевернутый крест - символ Святого Петра, которого так и распяли. Но со временем, именно сатанисты стали его использовать для своих обрядов, — Миллер осмотрел все под крестом, в поисках ещё одного “подарка”, и обнаружил очередной череп.

Спокойно подняв его, он оглядел местность, прекрасно понимая, что навряд ли кто-то мог что-то тут увидеть. Крепче держа зонт одной рукой, второй - череп, мужчина стал медленно уходить от алтаря.

— И это все?! — удивился шериф, когда агент ФБР прошел мимо него. — Все, что вы можете мне сказать?

— Зачем вам мои слова? У вас же есть протокол. Ему и следуйте, — ответил Миллер, подходя к доктору Аарону, стоящему рядом со Шмидт. — Осмотрите тело тщательно. Не думаю, что причина смерти - вырезанное сердце.

Они оба кивнули и направились к трупу, который начали снимать полицейские.

— Я не закончил! Миллер! — крикнул Донохью, становясь все злее.

— А я - да.

Подойдя к Питерсу, стоящему в стороне, он заметил, как тот докуривает сигарету.

— Я думал, вы бросаете?

— Не сегодня, — ответил детектив, кидая окурок под ноги и тот моментально стал мокрым. — Дело обостряется.

— Значит, мы близки к разгадке. Полагаю, в Стритфилд ехать сейчас проблематично?

— Миллер! — все ещё кричал шериф, начиная неспешно приближаться к нему, чтобы сильно не испачкаться.

— Да. Нас может занести на ближайшем повороте.

— Миллер!

— Тогда возвращаемся в участок, — не обращая внимания на крики, агент ФБР спокойно начал спускаться с холма, стараясь находить точку опоры, чтобы не упасть.

— Что он себе позволяет… — зло прошипел Донохью, подходя к Питерсу. — У нас проблемы, а он…

— Старается решить их, как можно быстрее, — проговорил детектив, идя следом, под недовольный взгляд шерифа.

Они неспешно направлялись к машине, ощущая, как каждый шаг даётся с трудом, как ноги разъезжаются в разные стороны и равновесие стремительно теряется.

— Ещё чуть-чуть и я реально поверю, что тут живут сатанисты, — произнес Питерс, сбрасывая с носка ботинка куски грязи.

Остановившись, Миллер тяжело вздохнул, осматривая мокрые и почерневшие стволы деревьев, которые выглядели такими же грязными, как и трава под ногами.

— Только не говорите, что расстроились из-за слов Макса, — подойдя к нему, детектив устало взглянул вперёд, где уже виднелась очертания машины.

Но агент ФБР ничего не сказал, продолжая путь к автомобилю, желая быстрее оказаться в месте, где намного чище и суше.

Сев в салон машины, он наблюдал, как дождь заливает лобовое стекло, как его капли шумят по крыше, создавая сонную и ленивую мелодию. Питерс, заметив его состояние, молча сел за руль, заводя автомобиль и всю дорогу поглядывая на Миллера и на его хмурое лицо.

В полицейском участке было тихо и спокойно. Стол дежурного, на удивление, был чист: ни папок, ни кроссворда, ни даже чашки кофе. Сама же офицер Лэмпти сидела в полоборота и как-то испуганно поглядывала в глубину коридора.

— Не дремишь, Сара? Похвально, — заметил детектив, скидывая с плеч остатки дождя.

Повернувшись к ним, девушка кивнула, но так и не поднялась с места.

— Мы пришли и нет ни возгласа, ни привычной стойки? Я неприятно удивлен.

— Шериф Хост пришел в участок и.. — она явно подбирала слова. — Расположился в кабинете шерифа. Полагаю он ждёт.

Питерс взглянул на агента ФБР, ожидая его реакции, но тот прошел мимо них, направляясь в кабинет помощника шерифа. Положив ладонь на ручку двери, он услышал скрип.

— Алекс…Миллер… — произнес Хост, появляясь в дверном проеме и тут же исчезая в кабинете.

— Макса хватит удар,— произнес Питерс, заходя в комнату и тут же останавливаясь, видя, как небольшой стол полностью завален теми же папками, что были у дежурного. — А меня убьет это.

Сняв пальто, Миллер сел за стол, безразлично смотря на документы, положив поверх них череп, и задумчиво бросая взгляд в окно, где господствовал дождь. Детектив, сделав кофе, поставил чашку напротив агента ФБР и расположился на своем месте, удручённо смотря на предстоящую работу, а потом уже на мужчину.

— Миллер, честно, я так больше не могу, — признался он, делая глоток бодрящего напитка. — Вы уже больше часа молчите. И меня это пугает! Что с вами? Вы шокированы убийством? Или поведением Макса? А, может, погодой?

— Меня больше шокировала, что убили только сейчас, — наконец произнес агент ФБР, переводя взгляд с окна на собеседника. — Я думал, что это будет раньше.

Питерс недовольно нахмурился.

— То, что говорит и делает шериф Донохью - это ожидаемое чувство страха и отсутствие возможности что-либо контролировать, — он сделал глоток кофе. — А погода довольна привычна в такое время года.

— Тогда почему вы выглядите так, что вам плохо? Я же переживаю.

— Не стоит… — Миллер снова задумчиво взглянул в окно. — Я сегодня узнал что-то стоящее, но никак не могу понять,что именно. Что-то проскользнула мимо. Что-то важное..

— Надеюсь, это не Хост. Хотя, хочу заметить, после вашего с ним разговора, он стал…Дружелюбнее к вам.

Но агент ФБР снова молчал, вспоминая все события этого утра, стараясь понять, что же стоящее он узнал.

Глава 16. ББ

К вечеру дождь стих, а вывеска кафе “У Бена” светила в ночной темноте ярче обычного. Заведение, из которого доносились ароматы еды и выпечки, откуда лилась тихая джазовая мелодия, было почти пустым. Лишь одинокая фигура сидела за дальним столиком, положив свою голову на стол и, кажется, дремала.

— Никогда бы не подумал, что богатые и знаменитые тоже устают, — заметил Питерс, садясь напротив.

Рыжая макушка тяжело вздохнула.

— Никогда бы не подумала, что твое чувство юмора я когда-то считала обворожительным.

Джейн Фишер подняла голову, выпрямилась и, положив ладонь под щеку, сначала взглянула на детектива, потом на Миллера, что присел рядом с ней.

— Удивлена, что вы тут. Я думала, будете сидеть и ждать, пока Дэвид не проведет вскрытия трупа на кресте.

— Откуда ты…

— Слухи очень быстро расходятся, — заметила Джейн, усмехаясь. — Особенно, когда твой родственник - шериф.

— Томми болтушка, — сказал детектив и увидел, как девушка хитро улыбается. — Хорошо. Что ещё ты знаешь?

— Что была права и вам понадобится наша помощь.

— Кстати! — воскликнул Питерс, осматриваясь. — А где второй член команды: “Неугомонные дамочки”?

— Дома. Отдыхает после дневной смены и скучает по своему судмедэксперту, но никогда в этом не признается.

Миллер покосился на Джейн и едва заметно улыбнулся.

— А ты отдыхаешь здесь?

— Жду болтушку для семейного ужина, — девушка повернулась к агенту ФБР. — И так, зачем вы здесь, заблудшие странники?

— Честно говоря - без понятия, — теперь и детектив взглянул на Миллера.

— Вчера я поговорил с шерифом Хостом и узнал, что он является отцом Майкла Филдса.

— Что?! — не мог поверить в услышанное Питерс. — Как? Я…Что? Почему?

— Хост был агентом ФБР и попал в секту, в которой была Филдс. Тогда она себя называла Алиса Бауман. Они влюбились друг в друга, но потом дело закончилось, он ушел из секты, а она осталась.

Джейн спокойно слушала рассказ, пока детектив пытался успокоиться от полученной информации.

— У них обоих гетерохромия - разный цвет глаз. Поэтому мне нужна была именно такая реакция от Филдса.

— Ого…

— Она к нему приехала в Бромвелль? — спросила девушка, убирая надоедливую прядь волос с лица.

— Нет. Во всяком случае он так говорит. Это была случайная встреча, но он хотел быть с ней. А она нет, — теперь уже Миллер повернулся к Джейн. — Он рассказал, что до исчезновения, она встречалась с неким ББ.

— С кем?

— Он не знает его имени, потому что Хелен Филдс называла его ББ. И, по всей видимости, он отсюда, из Стритфилда. Возможно, вы его знаете? Или знали?

Нахмурившись, Джейн явно начала вспоминать, неспешно постукивая пальцами по столу.

— Что-то я не помню никого с такими инициалами, — хмыкнул Питерс, смотря на тусклый свет фонарей, пробивающийся сквозь ночную темноту. — ББ… ББ… В голове нет ни одного варианта. Подождите…Хост знал,что у нее кто-то есть и поэтому не искал Филдс?

— В последнее время у нее были трудности с сыном. Она постоянно нервничала и, возможно, это могло усилить приступы обсессии.

— Или кто-то знакомый из сатанистов. Нельзя это исключать. Хотя, в это вериться с трудом, — детектив посмотрел на стол. — Я бы был не против выпить кофе.

После этих слов, Джейн стукнула ладонью по столу и, чуть не столкнув агента ФБР со своего места, поспешила на кухню.

— Я могу подождать! — крикнул ей вслед Питерс, явно не понимая,что происходит. — Странный сегодня день.

Миллер проводил ее взглядом, тоже ничего не понимая.

— Значит, Хост думал, что Филдс устала и убежала с любовником? Бросив при этом сына?

— Да. Он даже искал записку в ее доме после исчезновения, где она бы все объяснила.

— Но ничего не было…Странно это все…А Майкл знает?

— Подозреваю, что нет, — сказал агент ФБР, уловив звук шагов.

— Агент Миллер!

К столику подошёл Бен, владелец кофе, поправляя свой поварской китель и радостно улыбаясь. Он протянул руку и Миллер довольно ее пожал.

— Рад вас снова здесь видеть! Я слышал, что вы расследует новое дело неподалеку. Бромвелль?

Он кивнул.

— И помогает вам наш беглец, да? — владелец кафе хитро сощурил глаза и посмотрел на Питерса. — Ну здравствуйте, неугомонный ребенок.

— Привет, Бен.

— Ты не представляешь, сколько Барбара выплакала слез по тебе…Всем городом ее успокаивали…

Детектив стыдливо опустил голову, смотря на свои колени.

— Ладно! Что прошло, то прошло. Я вас сейчас накормлю так вкусно, что вы не захотите вернуться обратно, в этот Бромвелль, — улыбаясь, Бен уже хотел уйти на кухню, когда Джейн перегородила ему дорогу.

— Подожди, Бенжамин Брукс, — произнесла она, смотря на лёгкое недоумение мужчины.

— Бенжамин Брукс?

— ББ…— проговорил Миллер, смотря на хозяина кафе. — Вы и есть ББ?

Мужчина тут же помрачнел и даже сгорбился, давая своему возрасту показать себя.

— Меня уже тридцать пять лет никто так не называл…И я думал, что не назовет…

Все троя проследили, как Бен сел за стол, рядом с Питерсом, как тяжело вздохнул, и спрятал свое лицо в ладони. Они молчали пару минут, давая ему прийти в себя.

— Я…Страшно представить, как давно это было, — он, наконец, подал голос, смотря на агента ФБР. — Вы здесь из-за нее? Из-за Хелли?

Миллер кивнул в ответ, наблюдая, как Джейн положила ладонь на плечо Бена, поддерживая его.

— Я слышал, что ее тело нашли и… — очередной вздох, тяжёлый, болезненный, словно вся ноша жизни сейчас легла ему на грудь. — Вы хотите все знать, верно? Думаете, что это поможет найти ее убийцу?

— Да…Если тебе не сложно, — ответила девушка, сильнее сжимая мужское плечо.

— Хорошо… — лёгкий кашель, а потом взгляд в окно, где снова начался дождь. — Мне было тогда немного за сорок. Я уже был разведен и моя бывшая жена, Рейчел, увезла сыновей из Стритфилда в Новую Англию. Я был подавлен и, если честно, никогда больше не хотел заводить романов. Хватит! Женщины - крайне опасные люди, поверьте мне!

Джейн молча поджала губы, стараясь не обращать на это заявление внимания.

— Было начало зимы и такое странное - тепло и постоянно дожди, прямо, как осенью. Я дремал у стойки, когда в кафе зашла она - вся такая утонченная, женственная, эх…Я влюбился почти с первого взгляда, — в его глазах загорелись искорки тех незабываемых эмоций. — Она испугалась ехать по такому дождю и решила переждать его здесь. И…Мы проболтали допоздна. Говорили обо всем: книги, история, путешествия…Она знала, кажется, абсолютно все - всю страну, всю английскую литературу, историю нашей страны…В такую было сложно не влюбиться.

На лице Питерса появилась легкая усмешка.

— Мы начали встречаться. Тайком. Она не хотела расстраивать своего сына, как я понял. Сначала хотела его подготовить, а уже потом…Я приезжал к ней в библиотеку, брал книги…Потом она ко мне…Это было и удивительно,и так волнительно…Как с первой влюбленностью в юности…Со мной давно такого не было…Я влюбился, как мальчишка и ничего не мог с собой поделать.

Его лицо выровнялось от морщин, будто он помолодел на все тридцать пять лет, что прошли с тех пор. Он с такой теплотой смотрел на крупные капли дождя, пачкающие стекло кафе, словно его возлюбленная снова здесь, снова рядом.

— Я был счастлив. Впервые, после развода, я был счастлив с кем-то. И я знал, что это взаимно. Что это все настоящее.

Тяжело вздохнув, Бен перевел взгляд на Миллера.

— Надеюсь, что и вам так повезёт, встретить того, с кем бы вы были так же счастливы.

Потом посмотрел на Питерс, что молча наблюдал за ним, затем на Джейн, все так же державшие ладонь на его плече, и улыбнулся.

— Всем вам. Это потрясающее чувство лёгкости, теплоты и сладости…Оно ни с чем не сравнится. Никогда. И ни с чем.

Прикрыв глаза, мужчина на секунду замолчал, пытаясь насладиться следом этих волнительных воспоминаний ещё на миг, согреться в этих лучах давно погасшего солнца, ощутить то, что бесследно растворилось.

— А потом она исчезла… Испарилась… Словно ее никогда не было. Как летний сон в самый зной. Я пытался с ней связаться, но ничего. А когда узнал, что она пропала, то записался в волонтеры и искал ее. Долго. Но ничего. Так как про наши отношения никто не знал, полиция ко мне не заходила. Да и что я им бы сказал? Я сам ничего не знал.

Возраст, как отпечаток прожитых лет, снова появился на лице мужчины, возвращая его обратно во времени.

— Я сразу подумал про этого маньяка…Лесоруба. И был прав…Чертов псих поубивал столько женщин! Кошмар. Я даже своей младшей сестре, Дафне, не разрешал ездить в одиночку. Все время боялся, что он появится здесь, в Стритфилде. Она была тогда еще очень молодой, красивой…К счастью его поймали и посадили. Так ему и надо! Этому монстру! — от переизбытка эмоций, Бен даже стукнул кулаком по столу с такой силой, что подпрыгнул даже менаж. — Ее я уберег, но не Хелли…Не ее…

— Вы хотели с ней убежать? — тихо спросила Джейн, боясь, казалось, испугать воспоминания хозяина кафе.

— Она хотела. Я был не против, если честно. Ради нее я готов был на все. Особенно в последнее время.

— В последнее время? — переспросил Питерс, покосившись на агента ФБР, что внимательно слушал мужчину.

— Да. В последнее время она стала крайне нервной и ее фраза: “Давай все бросим и убежим вдвоем” все чаще всплывала в наших разговорах. Я спрашивал про сына, как же он останется один, а она отвечала, что за ним есть кому присмотреть. Я так и не понял, о ком она это говорила, но с каждой нашей встречей она все больше и сильнее не хотела возвращаться в Бромвелль, к себе домой. Мне, даже, показалось, что она кого-то там боится. Я предлагал ей помощь, чтобы во всем разобраться, но она всегда отказывала. Возможно и зря…

Теперь уже многозначительный взгляд полетел в сторону Миллера.

— Если бы мы все же убежали, то все было бы иначе. Даже, если бы мы не остались вместе, она бы все равно осталась бы жива, — Бен устало закрыл лицо ладонями, пока девушка нежно гладила его плечо, стараясь успокоить. — Все было бы иначе.

А потом он резко убрал руки и глубоко вздохнул, набирая в лёгких как можно больше воздуха.

— Об этом никто не знал. Я никому ничего не рассказывал. Кроме вас. Надеюсь, что хоть так я помогу Хелли, раз не смог ее уберечь от смерти.

— Мы никому не расскажем, верно? — спросила Джейн и получила одобрительный кивок от детектива и почти машинальный от агента ФБР.

— Это уже не имеет значения. Жизнь прожита…

— А вы знали, что она была в секте сатанистов? — вдруг спросил Питерс, нахмурившись. — Она рассказывала об этом?

— Мы ничего не скрывали друг о друге. Она знала, что у меня два сына и я в разводе. А я знал, что она воспитывает одна сына и что в молодости она связалась с “неправильными людьми”. Хелли как-то говорила, что ей было сложно ужиться с новым мужем ее матери и она, сбежав из дома, встретила их, сатанистов. Они ее поддержали, дали ей еду и кров. Она не сразу поняла, кто они такие, а потом была поздно. Я понял, по ее рассказам, что она с трудом от них сбежала. Почему? Я не знаю. Ей было тяжело об этом говорить и я менял тему.

Очередной взгляд на агента ФБР от детектива не заставил себя ждать. Но тот, казалось, не обращал на это внимание.

— Даже если это так - для меня это не имело значения. Никогда. Не знаю, как бы я поступил в такой ситуации. А она справилась.

Посмотрев в окно, за которым текли ручьи по дорогам, хозяин кафе взглянул на Миллера.

— Соболезную вашей утрате, Бен, — наконец произнес агент ФБР.

— Спасибо, агент Миллер. Спасибо… — он нервно поправил стопку салфеток на столе. — Забавно. Я почти забыл, как Хелли любила их рвать на мелкие кусочки. Брала одну и, разорвав ее попалам, повторяла это с каждой половиной. А потом снова и снова, пока от салфетки не останется чуть ли не снег - настолько кусочки были малы. Постоянно приходилось запасаться ими, особенно перед ее приходом.

Ещё один многословный взгляд Питерса в сторону Миллера, который заметил, как глаза Бена начали мутнеть, с трудом сдерживая слезы.

— Ну и дождь! — в кафе раздался знакомый голос и шаги. — Фантастика! У них там убийство, в Бромвелле, а они сидят здесь, в Стритфилде! Хорошая идея!

Шериф Маккензи подошёл к их столу, оставляя после себя мокрые следы на полу и капли дождя, стекающие с куртки. Его прихода, по-видимому, и ждал Бен, поднявшись на ноги и направляясь, как можно быстрее, на кухню, протирая свои глаза от наступающих слез.

— Я не вовремя? — спросил Маккензи у окружающих.

— Не думаю, — ответила Джейн, печально смотря в сторону, куда ушел хозяин кафе.

— Нам пора, — сказал Миллер, выходя из-за стола и надевая пальто. — Передавайте привет Биллу.

Выйдя на улицу, где господствовала темнота и дождь, агента ФБР не чувствовал привычный холод влажного ветра, гоняющего капли в разные стороны.

— Интересно получается, — произнес Питерс, подбегая к машине и запрыгивая в ее салон. — Хост думал, что Филдс сбежала с любовником. Ее сын думал, что ее убили сатанисты, а Бен - что она стала жертвой маньяка. А по итогу ее убили и непонятно кто…И что нам теперь делать?

Миллер, сев рядом, задумчиво смотрел, как дождь заливает улицы Стритфилда, все ещё ощущая такую приятную теплую печаль, греющую его где-то там, внутри.

Глава 17. Подруга

— И это все, что делает шериф? Серьезно?

Хост, сидя за столом шерифа, свысока смотрел на присутствующих в кабинете: Донохью стоял ближе всех к нему, опустив голову и выглядел, как школьник, проваливший итоговый тест, о котором узнали родители и сейчас ругают его за это. За этим наблюдали, расположившись у дальней стены, поближе к двери, Питерс и Миллер. И, если первый с нескрываемым любопытство наблюдал за этим всем, то второй явно ожидал окончание лекции и возвращения к делам, рассчитывая, что за ночь судмедэксперты уже провели вскрытия. И, если бы не частный детектив, который увел его сюда, то он уже давно бы все узнал.

— Сэр, я…

— Ты что творишь, Макс? — голос бывшего шерифа был тихим и весьма спокойным, но нотки злости невозможно было скрыть. — Мало того, что ты позволил в городе появится сатанистам, так они ещё начали убивать. Убийство, Макс. Это не шутка.

— Я стараюсь во всем разобраться, сэр. Честно, — произнес потерянным голосом Донохью, превращаясь из шерифа города в обычного офицера полиции.

— Это незаметно.

— Миллер и Питерс…

— А что они? — вдруг спросил Хост, поднимаясь на ноги и, обойдя стол, подошёл к мужчине. — Что они? Один - частный детектив и не является частью полиции. Он - одиночка и делает всё, что ему заблагорассудится.

После этих слов Питерс самодовольно улыбнулся.

— А второй - агент ФБР. Сегодня он тут, а завтра - на другом конце страны. И, скорей всего, больше никогда здесь не появится.

Миллер же устало вздохнул и с нескрываемой надеждой смотрел на дверь, желая как можно быстрее покинуть эту компанию.

— А ты шериф, Макс. Ты гордость этого города. Пример для подражания. Честь и доблесть. И что же мы видим? Напуганного мальчишку, который доверил свою работу двум юнцам, которые только вчера открыли глаза, — Хост бросил взгляд на двух мужчин, которым явно не понравились его слова. — Ты должен быть примером!

Донохью виновато опустил голову, сгорбился и даже не мог ничего сказать.

— Раз ты допустил это, — продолжил бывший шериф, вернувшись за стол, — то я постараюсь разобраться со всем. Сам. Свободны.

Миллер и Питерс подошли к двери, когда услышали.

— И ты, Донохью.

— Добро пожаловать в команду: “Отверженных юнцов”, — усмехнулся детектив, закрывая за ними дверь кабинета шерифа. — Не расстраивайтесь, Макс. Вам у нас понравится.

Мужчина, тяжело вздохнув, нахмурился, пока Миллер, легко их обойдя, направился в морг. Там было тихо и довольно темно. Лишь дальняя лампа у холодильных камер тускло светила, едва донося свет до рабочего стола, за которым кто-то сидел и, кажется дремал. Не успел мужчина подойти поближе, как увидел доктора Аарона, сразу показав палец у губ и показывая в сторону стола. Понимая, что он не хочет будить Шмидт, агент ФБР подошёл к одну из столов патологоанатома, на котором и лежало тело убитого.

— Его ударили по голове, — тихо произнес Аарон, указывая на затылок. — Он потерял сознание. Потом его пытали. Долго и мучительно. Он почти откусил себе язык от боли.

— Причина смерти? — прошептал Миллер, покосившись на спящую судмедэксперта.

— Боль, — ответил доктор, протягивая ему документы. — Травматический шок. Если осмотреть все его тело, то можно найти очень много ранений от трезубца. Одно из них попала в бедренную артерию, что привело к сильной потери крови. Сделали они это намеренно или случайно - неизвестно.

— А сердце?

Аарон стянул простынь до пустой грудной клетки.

— Его вынули уже после смерти. Скажу сразу - сделали они это очень непрофессионально. И, как мне кажется, рубили ребра топором, — он посмотрел на Миллера. — Возможно, тем самым, что и убили Филдс. Потому что столько осколков внутри… Кошмар.

— Это было сложно - перенести тело, поместить его на крест, — сказал агент ФБР, задумчиво смотря на тело.

— И, поверьте мне, они справились с этим не с первого раза, — доктор снова закрыл тело. — Внутри были не только осколки, но и грязь, листва и мелкие ветки. По всей видимости, его пару раз уронили, перед тем, как все сделать.

— Но они все же сделали…

Посмотрев по сторонам, Аарон подошел к мужчине ближе.

— Мы можем поговорить? Наедине?

Крепче сжав рукой бумаги, агент ФБР кивнул.

— Жду вас на улице, — сказал Миллер, поворачиваясь и, как можно тише, идя к выходу.

Войдя в кабинет помощника шерифа, он увидел, как Питерс и Донохью спокойно пьют кофе, сидя рядом с друг другом и что-то обсуждают.

— Составите компанию? — спросил детектив, готовый в любой момент подняться на ноги и сделать ещё одну чашечку ароматного напитка.

— Позже, — ответил Миллер, кладя документы о трупе поверх остальных и уходя.

На улице снова был густой туман, несущий с собой холодную сырость, касающуюся лица и рук, оставляя отпечаток, разъедающей кожу морозом. Подняв воротник пальто, Миллер осмотрелся по сторонам, видя перед собой лишь густую, молочную дымку, которая начинала его уже раздражать.

— Опять туман? — с нескрываемым разочарования проговорил доктор, подходя к агенту ФБР.

— Снова.

— Я поговорил с доктором Шмидт,— начал Аарон, заметив, что собеседник стал переходить дорогу, последовал за ним. — Знаю, что на это ушло куда больше времени, чем вы рассчитывали, но я, правда, старался.

Заказав в пекарне, напротив участка два кофе и коробка пончиков-ассорти, они неспешно направились в парк, едва ли его разглядев в непогоду.

— В общем, начну с самого начала. Насчёт обсессии я был прав - Тереза…Доктор Шмидт тоже это замечала. К сожалению, она не стала расспрашивать об этом подругу, боясь ее обидеть, — доктор сделал глоток горячего напитка и от наслаждения чуть прикрыл глаза. — Но, обратила внимание, что за пару недель до своего исчезновения Филдс стало хуже и она с трудом могла контролировать приступы. С чем это было связано - она тоже не знает. Возможно, и со знакомым сатанистом, которого она видела в городе.

Миллер шел рядом по узкой дорожке, молча слушая Аарона.

— Насчёт личной жизни Филдс - у нее был возлюбленный. Она называла его ББ. Он, кстати из Стритфилда, что интересно. Она ездила к нему раз в неделю точно. Порой и чаще.

— Это Бенжамин Брукс, владелец кафе “У Бена”, — ответил агент ФБР, грея руки о стаканчик с кофе.

— Ого…Наш Бен?! Я знал, что мир тесен, но не настолько…Подождите. Вы это уже знаете?

— Да.

Они подошли к пустому фонтану, на дне которого уже скопились грязные листья и лужи вчерашнего дождя, делая его похожим на болото.

— А про симпатию бывшего шерифа Хоста к Филдс? Они часто о чем-то говорили и встречались.

— Он бывший агент ФБР, который проверял секты сатанистов. И Майкл Филдс его сын.

— Что? Вы… — доктор потерял дар речи то ли от удивления, то ли от возмущение. — Вы и это знаете? Но…Как? То есть…Получается, что мой мужественный поступок по выяснению информации у Шмидт был бессмысленным?

Взяв у Миллера коробку с пончиками, Аарон с остервенением съел три подряд, явно заедая свою обиду.

— Мне жаль, доктор, — легко ответил агент ФБР, поворачиваясь и идя к выходу из парка.

— Хорошо, — прожевав, судмедэксперт догнал собеседника. — И про подругу вы знаете?

— Подругу? — остановившись, Миллер вопросительно посмотрел на мужчину.

— О, ну наконец-то, вы хоть что-то не знаете! Да, подругу. У Филдс была подруга по переписки из Англии. Некая Шарлотта. Фамилию Шмидт не помнит, а имя запомнила, потому что ее бабушку так звали. Хелен пару раз просила Терезу занести на почту письма и почти всегда одно было адресовано этой Шарлотте. Как она рассказывала, с ней они познакомились в одной из “компаний друзей” и поддерживали связь до смерти самой Филдс. Я подозреваю, что это была за компания друзей.

— Думаете, что эта Шарлотта тоже была из секты сатанистов?

— Почему нет? И, она знала, где Филдс жила. Возможно, она могла сдать ее “старым друзьям”.

Дойдя до участка, Аарон протянул коробку с пончиками Миллеру, но тот отрицательно мотнул головой, задумавшись.

— Филдс пишет письма подруги. Та сообщает ее адрес сатанистам, от которых она сбежала. Они приезжают в Бромвелль. Хелен Филдс их видит, начинает нервничать, обостряется ее синдром обсессии, она просит Бена сбежать с ней, но не успевает и ее убивают, — произнес агент ФБР, смотря на эмблему полицейского участка, на фасаде, которая неспешно растворяется в тумане.

— Звучит логично. Разве нет?

— Да, вполне…

Открыв дверь, он пропускает доктора вперёд.

— Но вам это не нравится, верно?

— Убийца все ещё здесь, — переступив порог, Миллер чувствует приятное тепло. — И он прекрасно осведомлен, что происходит вокруг.

Заметив офицера Лэмпти, мужчины кивают ей в знак приветствия, больше не обращая внимания на ее слова и идут по коридору, где ужасно тихо без привычного и знакомого скрежета пишущей машинки.

— Значит, вы думаете, это не Шарлотта причастна к убийству Филдс? — спросил Аарон, собираясь спускаться в морг

— Возможно нет. Но, уверен, что в ее письмах подруги есть много чего интересного и ответы на многие вопросы.

— Не думаю, что они сохранились, — печально проговорил доктор, тяжело вздыхая и начиная спускаться по лестнице.

— Я тоже.

— Спасибо за пончики.

Проводив его взглядом, Миллер вошёл в кабинет помощника шерифа, заметив, что больше папок спустилось на пол, а парочка сейчас находилась в руках Питерса и Донохью.

— Присоединяйтесь, мистер агент ФБР? — усмехнулся детектив, перелистывая страницы.

Сняв пальто, Миллер сделал кофе себе и остальным, заметив, что два черепа теперь стоят на полке с банками,словно охранники и, сев на свое место, взял документы, начиная их просматривать.

— Что сказал док? — не отвлекаясь от чтения, поинтересовался Питерс.

— Что у Филдс была подруга в Англии с именем Шарлотта. Они много переписывались.

— Думаете…

— Возможно, — перебил он Донохью, поднимая свой взгляд на мужчин. — Он считает, что именно Шарлотта предала подругу и рассказала все сатанистам, к которым, скорей всего, тоже принадлежала.

— Хорошая версия, — согласился шериф.

— Вполне, — поддержал его Питерс.

— Да, — Миллер откинулся на спинку стула. — Но мне она не нравится.

Глава 18. Хелен

Прочитав несколько папок с документами о местных жителях, Миллер закрыл очередную и, откинувшись на спинку стула, устало потер глаза. За окном было уже темно и туман скрывал все: от очертания фонаря до его света, который так и не пробился через молочную пелену.

— А если обратиться на почту и попросить у них поискать адрес этой Шарлотты? — спросил Питерс, поднимаясь на ноги и беря в руки пустую чашку из-под кофе. — Связаться с ней и узнать все, что нас интересует.

— Неплохая идея, — устало согласился Донохью, откладывая очередную стопку документов.

— Попросим это сделать Сару. Все согласятся, что в поисках нужных документов она стала профи, — усмехнулся детектив, подходя к полке с кофе и начиная его наводить всем, медленно наполняя кабинет приятным ароматом, иллюзорно даруя бодрость.

— Полагаю, что мстить ей за поведение ее тётушки ты планируешь ещё долго?

— О, да, — довольно протянул детектив и поставил готовый напиток рядом с Миллером.

Тот машинально кивнул в знак благодарности, устало переведя взгляд на черепа козлов, спокойно покоящиеся на полке рядом с банками для кофе и сахара.

— Но эта идея не нравится нашему другу из столицы, верно? — усмехнулся Питерс, вернувшись на свое место.

— Шарлотта могла умереть, переехать, изменить имя, как сделала сама Филдс, — ответил агент ФБР, тяжело вздыхая. — Но я бы почитал их переписку. Уверен, что мы бы нашли там массу ответов на интересующие нас вопросы.

— Кто бы не хотел.

— А что предлагаете вы, Миллер? — поинтересовался Донохью, беря в руки чашку и вдыхая бодрящий аромат напитка. — Кроме того, чтобы следовать протоколу, конечно же.

Переведя взгляд на шерифа, Миллер незаметно усмехнулся такому ответу.

— Предлагаю собрать воедино все,что у нас есть про Хелен Филдс, — проговорил он, делая глоток кофе. — Все, что нам про нее известно, а потом посмотреть, что мы ещё не знаем и постараться узнать.

— Звучит просто, но на деле…— Питерс сел поудобнее, готовый все внимательно слушать.

— Итак, — начал агент ФБР, ставя чашку на стол. — Что нам известно о Хелен Филдс?

— Думаете, что ее убийцу нужно искать в прошлом? — Донохью расслабленно сел на стуле. — Может просто стечение обстоятельств? А иначе он бы убил и Майкла, разве нет?

— Если тот был ребенком, то он ничего не знал. Какой смысл? — спросил детектив, смотря на Миллера.

— Насколько мне стало известно, сатанисты использовали очень много запрещенных веществ, некоторые из которых готовили сами. Возможно, она видела то, что не должна и…

—...должна была унести эти знание с собой, в могилу, — зловеще продолжил Питерс и встретился с двумя парами недовольных глаз. — Почему нет? Звучит очень правдоподобно.

— Да, я считаю, что убийцу Хелен Филдс нужно искать в ее прошлом, — ответил Миллер, задумчиво смотря в окно. — Бену она рассказала, что не поладила с отчимом и сбежала из дома. Потом встретила сатанистов и жила с ними неподалеку от Сан-Франциско. Познакомилась там с отцом своего сына, после чего сбежала из секты, когда тому было десять. Долго переезжала с места на место, поменяла имя и остановилась здесь, в Бромвелле. Устроилась работать в библиотеку, открыла книжный клуб, стала встречаться с Беном…

— А потом ее убили, — произнес детектив, хмыкая. — Да уж…

— А может это сделал отец ее сына? — вдруг спросил шериф, начиная стучать пальцами по поверхности стола.

Питерс с Миллером переглянулись.

— Он же тоже был в секте, правильно? Вдруг, он захотел вернуть ребенка себе и все закончилось убийством. — Донохью сначала посмотрел на одного мужчину, потом на другого, ожидая от них реакции.

— Ну, как вариант, конечно, но…

— Или, вы думаете, что шериф не смог бы убить и сделать вид, что это сделал маньяк или сатанисты?

— Мы думаем, что…Секундочку! — воскликнул детектив и взглянул на Донохью. — Вы знаете, что Хост отец Майкла? Но как?!

— Знаю. И довольно давно. Когда оба были помоложе, то безумно были похожи друг на друга, — с триумфов ответил мужчина, довольно улыбаясь. — А вы думали, как я стал из дежурного шерифом, м? Я вижу, анализирую и слышу все. Я замечал, как Хост смотрел на Филдс, слышал обрывки их разговора. Плюс у обоих разного цвета глаза, а это в большей степени передается по наследству. Оставалось все сложить в единую картину и ответ был готов.

Питерс, с нескрываемым удивлением смотрел на него.

— Я умный, да.

— А почему вы нам раньше не сказали?!

— Потому что это были лишь мои догадки. Нужно было, чтобы он сам признался в этом. К тому же, я намекнул Миллеру и тот понял все сам, верно?

Усмехнувшись, агент ФБР сделал глоток бодрящего напитка.

— Ну, Макс…Вы… — улыбаясь, Питерс закатил глаза.

— И все же, — продолжил Донохью. — Мог ли Хост ее убить?

— Он решил, что она сбежала с Беном и даже искал записку, где она бы все объяснила в то утром, после ее исчезновения.

— Но мотив у него был?

— То, что его любимая с другим? — Питерс одним глоток выпил всю чашку кофе. — Попахивает Шекспиром.

— Скорее он убил бы Бена, чем Филдс. В таком случае, — заметил Миллер, задумавшись. — Она пропала. Майкл Филдс прибежал в полицейский участок, Хост его отвёз домой, осмотрел все, ничего подозрительного не нашел. Спустя пять дней начались поиски. Бен был волонтером.

— Тогда пошли слухи про сатанистов, — напомнил детектив.

— Да…Слухи…Которые никто не знает, кто пустил…

— Видимо тот, кто знал о ней правду, — проговорил шериф, тоже допивая свой кофе. — Кто знал, кем она была.

— Тот кто ее убил, — произнес агент ФБР, смотря на собеседников.

— Но зачем? Это же…Глупо.

— Не совсем. Это испугало людей, заставило их бояться каждого, показало уровень угрозы, — Миллер поставил свою чашку и чашку Питерса друг напротив друга. — С одной стороны маньяк, Лесоруб, чью очередную жертву нашли совсем рядом. С другой - сатанисты, что рыщут по лесам города и никто не знает, будет ли очередная жертва и кто она. Везде опасность и страх.

— Зачем им выдавать себя? Для страха?

Откинувшись на спинку стула, Миллер усмехнулся, но так и не ответил на этот вопрос.

— Получается, — начал Донохью, наклоняясь ближе к столу, — сатанисты ее убили, распространили слухи, напугав всех и затихли? Ждали, когда найдут ее тело?

Наступила тишина, которая красноречиво говорила за всех.

— Чем больше мы узнаем о том, что было, тем больше вопросов у нас появляется, вы не находите? — спросил, наконец-то, Питерс, смотря на свою пустую чашку.

— Что будем делать дальше?

— Поедем в гостиницу спать, — ответил шерифу доктор Аарон, заходя в кабинет. — Вы уж простите меня, но работать на анархистов было куда проще, чем на вас. Там хоть давали возможность отдохнуть не на рабочем месте.

Он закрыл за собой дверь и взглянул на стол и около него, где лежало множество папок.

— Нашли что-то?

— Только ещё больше вопросов и пока ни одного ответа, — проговорил детектив, вставая из-за стола и подавляя зевок. — Док прав, пора спать. Завтра или уже сегодня будет новый день и новые победы.

Явно не вдохновившись такой речью, мужчины все же начали покидать кабинет один за другим. Проходя мимо спящий Лэмпти тихо и аккуратно, чтобы ее не разбудить, Питерс, Миллер и Аарон сели в машину, которая встретила их непривычной прохладой.

— Не думал, что Макс окажется в нашей компании, — заметил детектив, заводя автомобиль.

— Выбора у него нет, — ответил агент ФБР, наблюдая, как Донохью садиться в рабочую машину. — Он должен доказать Хосту, что не зря носить жетон шерифа.

— Ну, или усадить его в тюрьму, — усмехнулся Питерс, трогаясь с места.

По дороге до гостиницы, которая была абсолютно пустой и едва ли можно было рассмотреть очертания домов и фонарей, растворившихся в бесконечной дымке тумана, Миллер смотрел в окно, улавливая сонное сопение доктора и стараясь найти ответы на вопросы, что сегодня были озвучены.

— Мы на месте, — с толикой облегчение произнес детектив, когда они остановились напротив входа в “Серебристый дождь”.

Аарон, чью дрёму побеспокоили громки словами, лениво открыл глаза и неспешно покинул машину.

— Когда утром отвезете доктора, подъезжайте к библиотеке. Я буду вас ждать, — сказал Миллер открывая дверь и впуская в салон сырой воздух.

— Вам совсем меня не жалко… — простонал Питерс, вкладывая всю свою боль.

Получив ключи и пожелав хорошей ночи Аарону, который устало кивнул в ответ, агент ФБР вошёл в свой номер. Сняв пальто, кинув его в кресло, он подошёл к окну, в очередной раз не увидев знаменитую достопримечательность из-за погоды. Она просто растворилась в густом тумане, не оставляя после себя ни следа. Вздохнув и опустив голову вниз, едва ли замечая пустую улицу, мужчина закрыл глаза.

Глава 19. Книга

Холод, как иголки, пронзал кожу, оставляя раны. Каждый шаг погружал все сильнее в болото, где грязные листья, смешиваясь с землей, тянули тебя вниз. Сковывая движения, не давая двигаться дальше, Миллер хотел вырваться из этого, отталкиваясь руках, прорывая себе путь, ощущая, как пачкает пальцы. Опустив взгляд вниз, он увидел ярко-красные капли на своей бледной коже, а потом тень, нависшую над ним и медленно поглощающую любой источник света, превращая его в туман.

С трудом открыв глаза он все ещё ощущал это чувство абсолютной безысходности. Оно не исчезало, а как холодная дымка, что окружала город который день, легла на плечи, давя вниз.

Агент ФБР поднял воротник пальто и ждал знакомую машину, изредка поглядывая на здание библиотеки, чью крышу уже поглотил туман. Он устало открывал и закрывал глаза, когда заметил, как рядом с ним притормозил автомобиль. Из него, явно нехотя, вышел водитель и, пару раз чертыхнувшись, подошёл к мужчине.

— Это утро определённо не доброе, — сказал Питерс, тяжело вдыхая прохладный воздух.

— Могло быть и хуже, — отметил Миллер, начиная подниматься по ступенькам. — Вы могли пойти туда один.

— Не расстраивайте меня ещё больше, молю.

Войдя в библиотеку и подойдя к двери в “Читальный зал”, их взору предстало объявление: “Частным детективам и агентам ФБР вход запрещен”.

— Они борются, как могут, — произнес детектив, открывая дверь.

Их шаги эхом раздавались по мрачному залу, где абсолютно никого не было и ни единая лампа не светила, создавая крайне мрачную атмосферу.

— Я, как в склепе, хотя ни разу там не был.

— Точное сравнение, — согласился Миллер, осматриваясь. — Я там был…

— Мало того, что вы бестактны, так ещё и малограмотные, — послышался до ужаса знакомый голос.

Они повернулись и увидели у кафедры Эмму Лэмпти, которая смотрели на них с нескрываемой агрессии.

— Вам вход запрещен, если вы не поняли, — произнесла женщина, скрестив руки на груди. — Уходите.

— Отличный совет, — прошептал Питерс, мечтательно косясь на дверь.

— Мне нужно поговорить с мистером Филдсом, — голос Миллера был весьма спокойным.

— А ему нет. После вашего последнего разговора, он, не то, чтобы говорить, он вас видеть не хочет. Вы устроили гадкое выступления, опозорив в большей степени себя, чем нас. Вы осквернили это место своими глупыми догадками и ложью и сейчас хотите с ним поговорить? Серьезно?! Вы глупее, чем даже он, — Лэмпти указала на Питерса, который устало вздохнул. — Пошли вон! И больше сюда не приходите.

— Ещё одна отличная идея и…

— Мисс Лэмпти, вы, надеюсь, понимаете, что я веду расследования? — спросил агент ФБР и заметил, как женщина лишь безразличного бросила на него взгляд, собираясь уходить. — А вы мне мешает его вести. А значит, вы вполне являетесь соучастником преступлений, что творятся в городе.

— Неужели? — с вызовом спросила она, останавливаясь.

— Да. А значит я имею полное право вас арестовать.

Лэмпти, словно коршун, увидевший добычу, подлетела к Миллеру и, вытаращив свои глаза, как у рыбы, смотрели на него, задирая голову, как могла.

— Вы не имеете…

— Имею. Ещё как имею, — спокойно ответил он, чуть опустив голову. — Я имею полное право вас арестовоть до официального окончание расследования. И, не ваша племянница, ни связи с шерифом меня не остановят. А потом организую проверку вашей библиотеки на уровне штата.

Ее ноздри расширились, а ладони сжались в кулаки, словно она готова была лезть в драку.

— Мне нужен мистер Филдс, — повторил Миллер, смотря в сторону его кабинета. — И долго ждать я не собираюсь.

Поджав от обиды губы, не сказав больше ни слова, Лэмпти развернулась и направилась к книжным стеллажам, явно бурча что-то нечленораздельное себе под нос, но этот звук сливался с шумом ее шагов, так что сложно было разобрать хоть слово.

Вздохнув, агент ФБР взглянул на Питерса, который с нескрываемым восхищением на него смотрел, а потом и начал аплодировать.

— Браво! Вы мой герой, — произнес детектив, когда заметил директора библиотеки.

Он, не подходя к гостям, встал за кафедру, словно та могла его спасти от назойливых посетителей и их надоедливых вопросах.

— Чем могу помочь? — спокойно, с налетом безразличие, спросил мистер Филдс.

— И вам туманного утра, — проговорил Питерс, ощущая на себе ненавистный взгляд одной дамочки.

— Мы узнали, что у вашей матери была подруга. Шарлотта. И жила она в то время в Англии. Вам что-то об этом известно? — Миллер подошел ближе, краем глаза заметив на поверхности кафедры одиноко лежащую книгу в розовой обложке.

Челюсть Филдса напряглась, показывая все отношения к этому вопросу, но голос был тихим и уверенным.

— Мне ничего об этом неизвестно. Я не интересовался личной жизнью своей матери.

— Это мы уже поняли, — усмехнулся детектив, из-за чего получил взгляд прожженной ненависти в ответ.

— Я не знаю, кто такая Шарлотта, — продолжил директор библиотеки и, опустив взор на кафедру, увидел книгу.

Его взгляд замер на ней, словно он видел ее впервые, словно ее тут не должно было быть. И это не скрылось от внимания агента ФБР.

— О, простите, мистер Филд, — затараторила Лэмпти. — Миссис Эванс принесла ее сегодня к самому открытию. Нашла у своего ныне покойного мужа. Она из нашей библиотеке и, что самое интересное, была взята более тридцати лет назад, представляете? Я ещё не посчитала размер штрафа, но чувствую, он будет очень большим.

Казалось, директор библиотеки совсем ее не слушал, а как загипнотизированный, смотрел на книгу, боясь даже моргнуть. Его руки уже потянулись к ней, когда, ловким движением, она оказалась в ладонях Миллера.

— “У меня есть голос” Т.Б.Маркус, — прочитал он, а потом передал ее детективу. — Вам это нужно. Запишите ее на мистера Питерса.

— Но… — начала женщина, но встретившись со взглядом агента ФБР, через силу кивнула, доставая формуляр и начиная в нем что-то записывать.

Детектив, держа в руках книгу, осмотрел ее, вчитываясь в белые буквы на цветной обложке, стараясь понять, что задумал Миллер, но решая его не останавливать.

— Она ещё и в суперобложке…Вау! Как мне повезло, — с наигранным энтузиазмом сказал Питерс, прижимая ее к себе, на случай, если кто-то решит ее отобрать.

Филдс, пораженный таким поступком, смотрел на агента ФБР с примесью удивление и озлобленностью, явно не веря тому, что произошло.

— Вы же не против? — поинтересовался Миллер и три пары глаз уставились на директора библиотеки, ожидая его реакции.

— Нет, конечно, — произнес он, приходя в себя и приветливо улыбаясь. — Если это поможет мистеру Питерсу, то я буду очень рад. Если это все, то у меня много дел. Выход вы знаете где.

И, не дождавшись ответа, Филдс вышел из-за кафедры и направился вглубь книжных стеллажей, скрываясь в своем кабинете. Проводив его взглядом, агент ФБР посмотрел на Лэмпти.

— Все готово.

— Благодарю

Развернувшись, Миллер пошел к выходу, а за ним поспешил и Питерс, не собираясь оставаться здесь ни на минуту.

Улица встретила их холодным, туманным воздухом, в котором, казалось, вот-вот должен был появиться снег, но он все никак не решался пойти.

— Ну и зачем она мне? — спросил детектив, спускаясь по лестнице к машине. — Думаете, это поможет мне с Лэмпти?

— Она явно заинтересовала Филдса. Почему-то, — произнес агент ФБР, пряча руки в карманы пальто и задумываясь. — И вы узнаете почему. А сейчас отправляемся в участок.

Сев в автомобиль, пытаясь хоть там спрятаться от вездесущей молочной пелены, они неспешно ехала, замечая, как не видно ни вывесок магазинов и кафе, проигравших войну непогоде, как растворяются едва заметные силуэты машин, двигающиеся навстречу им, а жители города, кажется, совсем исчезли, делая это место до ужаса безлюдным и страшным.

Сары не было на ее привычном месте, но она оставила после себя лишь неразгаданный кроссворд и остывший кофе. В кабинете же помощника шерифа уже сидел Донохью и раскладывал папки с документами, наводя хоть какой-то порядок.

— Полагаю, — произнес Питерс, заходя в комнату, — Сару отправили на почту?

— Да. Пусть попробует узнать адрес этой Шарлотты, — шериф перемистил кипу папок на стол и тяжело вздохнул. — Нам осталось немного.

Он указал на документы перед собой и печально покачал головой.

— Пока мы будем их изучать, Питерс прочитает книгу, которую взял из библиотеки, — Миллер снял пальто и стал готовить всем кофе. — Внимательно читайте и обращайте внимание на поля: может там есть отметки или заметки.

— Хорошо, сэр, — удручённо ответил детектив, беря чашку с ароматным напитком и присаживаясь на свое место.

— Книга?

— Да. Миллер решил, что мой голос никто не слышит и решил это исправить, — Питерс указал на обложку предмета обсуждения. — Вдруг поможет.

Донохью вопросительно посмотрел на агента ФБР.

— Эксперимент, — ответил Миллер, забирая сверху папку и открывая ее. — Возможно, удачный.

Последовав его примеру, шериф тоже начал вчитываться в документы. Комнату погрузилась в удрученную тишину, лишь шелест переворачиваемых страниц ее изредка прерывал.

— Я почти забыл, как утомительна бумажная работа, — сказал Донохью спустя несколько часов.

Миллер, отбросив предпоследнюю папку, устало потер переносицу и взглянул на мужчину напротив себя.

— Питерс.

Детектив, облокотившись на свою ладонь, сладко дремал, но все так же крепко держал книгу в своих руках.

— Очень увлекательно… — пробормотал он, не открывая глаз. — Интересно…

Шериф и агент ФБР переглянулись, но не стали его будить.

— Так что в этой книге?

— Не знаю, — честно ответил Миллер, поднимаясь и собираясь приготовить новую порцию панацею ото сна. — Но она заинтересовала Филдса. Он на нее так смотрел, словно мечтал получить ее всю жизнь. Мне стало интересно, что в ней такого.

— Думаете, он хочет, чтобы его голос стал “громче?”

— Думаю, что он что-то скрывает, — агент ФБР поставил рядом с ним чашку с горячим напитком. — И о своем прошлом. И о прошлом своей матери. Он знает больше, чем говорит.

— Может не хочет, чтобы кто-то осквернил память о его матери ещё больше? — предположил Донохью и сделал глоток кофе. — Или покрывает своего биологического отца.

— Как только Хост занял ваш кабинет, вы рьяно начали его обвинять в убийстве Хелен Филдс, — на лице Миллера появилась тень улыбки.

— Думаете, я так пытаюсь ему отомстить за то, что он незаконно захватил мой кабинет и мое кресло?

— Да.

— Возможно, со стороны это так и выглядит, — шериф взял очередную папку с документами. — Но, поверьте мне, Миллер, я знаю Хоста лучше, чем вы или Питерс. Он способен на убийство.

И, опустив взгляд на бумаги, Донохью не увидел усмехающего взгляда своего собеседника.

Глава 20. Майкл

Разобравшись окончательно со всеми документами, они дождались, когда Питерс проснется. Дав наказание детективу, дочитать книгу до конца, внимательно изучив каждую страницу, Миллер, позвав Аарона, поехал в гостиницу “Серебряный водопад”, вместе с шерифом.

— Теперь у нас есть свыше десятка имен тех, кто жил во времена Хелен Филдс и остался на сегодняшний день в живых и в городе. Что будем делать дальше?

Вождение Донохью отличалось спокойствием и неторопливостью. Со стороны казалось, что никакого тумана, застелающего дорогу и не было.

— Приставим полицию за ними наблюдать, — Миллер смотрел в окно, где белая пелена скрывала от его взора абсолютно все.

— Думаете, что сатанисты свяжутся с ними для создания нового алтаря? — шериф остановил машину и повернулся к агенту ФБР. — Мне кажется, вы не верите в сатанистов и ищите что-то другое.

Аарон на заднем сиденье придвинулся ближе, чтобы услышать ответ.

— Я не верил и в анархистов, а они свергли власть в Стритфилде, — ответил Миллер, открывая дверь.

— Но это другое, верно?

Холодный воздух неприятно ударил по лицу, гоняя прохожих побыстрее вернуться в теплые помещения.

— Вот кто знает намного больше, чем говорит, — произнес Донохью, провожая взглядом мужчин и трогаясь с места.

— Он ведь прав, верно? — спросил доктор, как только они переступили порог вестибюля. — Вы не верите в сатанистов и их алтари?

Миллер лишь пожал плечами, забирая ключи от номера и направляясь к лестнице.

— Или вы это делаете, потому что так хочет полиция? — никак не успокаивался доктор, идя следом. — Вы делаете все по протоколу, чтобы успокоить их и сбить настоящего убийцу со следа?

Дойдя до своего номера мужчина повернул голову и посмотрел на судмедэксперта.

— Все может быть…Отдохните, доктор.

Хмыкнув на такой ответ, Аарон, что-то пробубнив себе под нос, пошел в противоположную сторону. Войдя же в номер, Миллер и сам решил последовать своему совету, но получилось весьма плохо. Он все больше утопал в грязевой листве и гнили, не имея и шанса из нее выбраться, пока тень окончательно не накрыла его, лишая не только хоть какого света, но и воздуха. Все исчезло. Везде тьма.

Открыв глаза, слыша за окном, как барабанит дождь, Миллер глубоко вздохнул, стараясь успокоиться после очередного кошмара, что преследовали его все это время. Но этот липкий страх, проникший в самые потаённые уголки души не хотел исчезать. Ни после встречи с Аароном, ждущим его у выхода гостиницы, ни после ощущения холодных крупных капель дождя, неперестающих падать с неба, порой касающихся лица мужчины.

Донохью, заехавший за ними, был суровее обычного, по дороге ни сказав не слова, будто чувствовал, что сегодня их ждет очередная проблема. Пустой стол дежурного полицейского участка был тому подтверждения. Пройдя по коридору, они увидели Сару Лэмпти, стоящую у закрытой двери кабинета шерифа, нервно грызя ногти. Рядом с ней стоял Питерс, который, увидев мужчин, махнул рукой, а потом приложил палец к губам, показывая, чтобы не шумели. Было слышно эхо голосов, один из которых Миллер прекрасно знал.

— Что случилось? — прошептал Аарон, прислушиваясь.

— Наш любимый библиотекарь пришел выяснять отношения, — так же тихо ответил детектив, смотря на Сару. — Я прав?

Девушка молча грызла ногти, нервно смотря на каждого присутствующего, явно не зная что сказать.

— 72 часа. Таков закон, — раздался голос Хост, когда дверь открылась и появилась Эмма Лэмпти.

Она была настолько зла и недовольна, что все сделали шаг назад, пропуская ее, не желая быть убитым этим ненавистным взглядом.

— О! Вот и они! Все в сборе! — произнесла она и ее большие глаза испепелили каждого. — Вы довольны? Счастливы? Из-за вас жизни может лишиться прекрасный и достойный человек! А вы? Бездари! Гнусные завистники и глупцы!

Ее лицо от злости стало покрываться багровыми пятнами, а ноздри расширяться, впитывая воздух, как губку, больше напоминая обезумевшего дракона из книжек.

— Вы о чем, милейшая? — как можно слаще поинтересовался Питерс, увеличивая, на всякий случай, между ними дистанцию.

— Майкл Филдс пропал!

Аарон, Донохью и детектив взглянули на Миллера, который смотрел на женщину.

— Пропал?

— Именно, — Лэмпти уверенно сделала два шага к агенту ФБР, словно найдя подходящую жертву. — И в этом виноваты только вы, агент Марк Миллер!

Она ткнула пальцем ему в грудь, готовая, кажется, проколоть его насквозь.

— Именно вы виноваты в его исчезновение! Именно вы задавали настолько глупые, непристойные вопросы о его матери, тревожа тонкую и ранимую душу человека! Именно вы его обвиняли в каких-то несусветных глупостях!

— Тетя, прошу… — тонкий голосок Сары, наполненный страхом, едва можно было услышать.

— Именно вы, вместо расследования, ходили и тревожили его, не понимая, как ему плохо! Именно на ваших руках будет его кровь!

Миллер молча и, даже с толикой любопытства, наблюдал за Эммой Лэмпти, думая о том, что случилось и о причине происходящего.

— Эмма, успокойся, — за ее спиной появился Хост. — От начало рабочего дня прошло всего полчаса. Майкл мог просто опоздать на работу.

— Мистер Филдс никогда не опаздывает! Его поймали и убили, а виноваты вы! Все вы! — крикнула в ответ женщина и, обдав агента ФБР таким злобным взглядом, обошла его, направляясь к выходу.

За ней следом побежала Сара, пока Хост посмотрел на Миллера, словно ожидая его реакции.

— Майкл Филдс пропал? — спросил Аарон, стараясь понять, что происходит.

— Не явился на работу. Эмма прибежала сюда и начала требовать начать его поиски, — ответил бывший шериф, все еще смотря на агента ФБР и в его взгляде была видна тень беспокойства.

— Мы не можем… — начал Донохью, но его тут же прервали.

— Не можем, да…Макс, скажи ребятам, чтобы посмотрели землю Уинслоу, леса и поля в поисках нового алтаря, — тяжело вздохнул Хост, исчезая в кабинета.

— Да, сэр, — только и сказал шериф, заходя за ним следом в кабинет.

Питерс и доктор, оставшись в коридоре, не сводили взор с Миллера, который все это время не проронил ни слова.

— Неожиданный поворот, — наконец произнёс детектив. — Или нет?

— Или нет… — повторив его слова, агент ФБР открыл дверь в кабинет помощника шерифа и, сняв пальто, подошел к полке с кофе.

— Вы знали, что его похитят и убьют, но ничего не сделали? — удивленно спросил доктор, заходя следом.

— Но почему? — закрыв за собой дверь, Питерс явно был в недоумении.

— Я и не знал, — ответил Миллер, отдавая чашку сначала одному мужчине, потом другому. — Потому что в его похищении и убийстве нет смысла.

— Но тогда…

— Почему нет смысла? — вдыхая аромат напитка, стараясь взбодриться, спросил детектив.

— Потому что все что хотел он нам уже рассказал, — прислонившись к столу, ответил агент ФБР. — Его, тогда, должны были убить вместо ягнёнка или Эванса.

— А, может, он что-то вспомнил, шел рассказывать вам, но его схватили сатанисты — делая глоток кофе, предположил Аарон.

— Тогда наш убийца и сатанист Эмма Лэмпти.

Питерс после этих слов даже подавился, едва сдерживая смех.

— Почему она?

— Она могла после работы проследить за ним до дома, схватить и убить. Но тогда зачем ей приходить в участок и устраивать этот концерт?

— Потому что это Лэмпти…

— Чтобы убрать от себя подозрения, разве нет?

— Тогда какой мотив был у Эммы Лэмпти убивать Хелен Филдс? — спросил Миллер, делая глоток ароматного напитка. — А потом и ее сына?

Аарон и детектив переглянулись.

— Более реальна версия Донохью о Хосте.

— Он убил любимую женщину, потому что она предпочла ему другого? — задумчиво протянул Питерс. — А сына, потому что тот что-то знал и готов был вам рассказать?

— Вы думаете он такой монстр? — с самомнением спросил доктор. — Сомневаюсь.

— Больше всего подходит версия про шантаж, — Миллер с удовольствием пил кофе, наслаждаясь его ароматом. — Майкл Филдс узнал, кто убил его мать и стал их шантажировать.

— А шантажисты долго не живут, — подавив зевок, сказал Питерс. — Но это странно, потому что мне показалось, что он любил свою мать. Зачем ему это?

Все задумчиво замолчали, пока детектив не щелкнул пальцами.

— Кстати, насчет странного! Я дочитал эту книгу и, скажу честно, не тратьте на нее свое время. Редкостная чушь! Но! Между страниц я нашел кое-что интересное. Думаю, вам понравится.

Из внутреннего кармана жилетки он достал сложенный пополам листок бумаги и протянул его агенту ФБР под любопытный взгляд доктора. Взяв находку, Миллер развернул ее и увидел уже знакомый почерк.

“Дорогая Лотти

Прости, что долго не писала. Никак не могла найти время. Весна в Бромвелли ужасно холодная и туманная, как и осень. По этой погоде на душе становится так тяжело и одиноко. Знаешь, я все чаще вспоминаю, как мы сидели с тобой у костра и говорили обо всем на свете. Я скучаю по таким моментам. Мне все больше кажется, что я совершила ошибку. Большую. И каждый раз, когда я его вижу, я это чувствую.,

Счастлива ли я сейчас? Я не знаю. В последнее время я не могу успокоиться. Я устала. Я безумно устала. Я люблю его. Должна. Но не могу.” — прочитал вслух агент ФБР и взглянул на окружающих.

— Полагаю, это одно из писем Хелен Шарлотте.

— Да. Лотти - это сокращение от Шарлотты. И оно недописанное.

— По всей видимости, она его начала писать потом ее отвлекли, она спрятала его в книгу и забыла, — задумавшись, проговорил Аарон. — Знать бы точно, что это ее почерк и тогда можно было бы сказать, что нам повезло.

Наклонившись к своему пальто, Миллер достал из кармана список членов книжного клуба. Положив оба листка на стол, он внимательно их осмотрел.

— Это её почерк.

— О, наконец-то нам повезло, потому что Сара так и не нашла на почте адрес этой Шарлотты. Оказывается, архив почты в Бромвелле, рассчитан на двадцать лет, а потом он исчезает, — с горечью произнес Питерс. — Идиотский город…

— Интересно, а о ком писала Филдс? — глядя на письмо, спросил доктор. — Смотря на кого, она чувствовала, что совершила ошибку?

— На того, кого должна любить, но не могла, — устало проговорил детектив, присаживаясь на свое место. — Видимо, Макс все же прав: Хост убийца.

Аарон перевел взгляд на Миллера. Тот посмотрел на Питерс и тяжело вздохнул.

— Видимо, да.

Глава 21. Сердце

Его нашли на следующее утро.

Алтарь стоял посреди поле, окруженный густым туманом и спрятанным в пожелтевшей траве.

Вокруг находились потухшие черные свечи, изображая перевернутую пентаграмму, а в середине был череп козла. Хост, стоящий рядом с ним, устало смотрел на него, но никак не решался коснуться. Подойдя ближе, пробираясь через толпу полицейских, Миллер кивнул ему в знак приветствия и, натянув перчатки на руки, взял череп, сразу заметив, что он скрывал. В глубокой и широкой глиняной чаше лежало человеческое сердце. Оно, было наполовину погруженное в кровь, из-за чего имело серый оттенок.

— Полагаю, это принадлежало Эвансу, — послышался голос бывшего шерифа.

— Думаю, что да, — ответил агент ФБР, наклоняясь и внимательно всматриваясь в чашу, задумываясь. — Но не все.

Выпрямившись, он, не выпуская из рук останки козла, нашел взглядом доктора Аарона и Шмидт, стоящих неподалёку и что-то тихо обсуждающих между собой.

— Сделайте тест ДНК сердца и крови, — сказал Миллер, отходя от алтаря. — И как можно быстрее.

— Думаете, они разные? — спросил Аарон, пропуская вперед коллегу. — Принадлежат разным людям?

— Уверен.

Доктор кивнул, направляясь к алтарю, пока агент ФБР, через туман, неспешно шел обратно, к машине, краем глаза видя, как за ним идут.

— Вернемся в участок и…

— Арестуем Хоста?

Миллер остановился и, обернувшись, увидел рядом с собой бывшего шерифа.

— Все думают, что убийца я, верно?

— Многие, да.

Мужчина сделал шаг вперед, вырывая свою фигуру из молочной дымке.

— А что думает агент ФБР об этом?

— Вы ведь еще на свободе, верно?

— Пока еще, — заметил Хост, бросив взгляд в непроглядную даль.

— Я не думаю, что вы убийца, — произнес Миллер, снимая перчатки, но не выпуская из рук череп.

— Почему? Думаете, я не мог убить свою любимую женщину и единственного сына?

— Смогли бы, но сделали это куда бы лучше.

Хост тихо и хрипло засмеялся и взглянул на собеседника.

— Спрятали бы тело так, чтобы его никто не нашел и избавились бы от Майкла куда раньше, чем сейчас, — продолжил агент ФБР, смотря на него. — Вам же было интересно знать, что я думаю.

— Вы рассматривали мою кандидатуру в роли убийцы.

— Как и всех. Не мне вам рассказывать о принципах и правилах нашей работы.

— Никому нельзя верить.

— Да.

— И все же вы не считаете меня убийцей, — заметил Хост, вдыхая прохладный воздух. — Тогда кто?

— Сатанисты - очевидный ответ для многих, — Миллер поднял череп чуть выше, показывая его мужчине.

— Но, как я вижу, вы в это не верите.

Опустив руку, агент ФБР устало вздохнул.

— Хелен Филдс переписывалась с некой Шарлоттой. Вы, случайно, ее не помните?

— Шарлотта… — повторил Хост, нахмурившись сильнее. — Нет, не помню…Их было много…Девушек там. Я помнил только ее…

Они молча стояли минуту, со стороны наблюдая друг за другом, в поисках ответа на свои вопросы, когда Хост, наконец, спросил:

— И что мы будем делать дальше?

— Вы - отбиваться от наподок обезумевшей Эммы Лэмпти, а я - ждать результатов теста ДНК.

— Вам будет легче.

Миллер едва заметно усмехнулся, замечая, что к ним кто-то подошёл. Как и бывший шериф, который, развернувшись, увидел знакомую фигуру, тихо крадущуюся к ним.

— Алекс.

— Хост, — сказал частный детектив, подходя ближе. — Макс вас искал.

— Как обычно.

Он почти скрылся в тумане, когда до них донесся его голос.

— Если вы правы, Миллер, то это ещё страшнее…Вместо кучки фанатиков всего один человек, не уступающим им в жестокости и сумасшествие…

Проводив его взглядом, Питерс посмотрел на Миллера.

— Мы его не арестуем?

— На основании того, что есть письмо 35 летней давности, где нет о нем ни слова?

— Ну, да…Плохое доказательство.

Кивнув, Миллер продолжил путь к машине, слыша открывающуюся упаковку арахиса и шаги рядом.

— Предположу, что сердце принадлежит бедняги Эвансу, а кровь - потеряшки Майклу. Я прав?

— Вероятнее всего. А иначе почему кровь оказалась в чаше?

— Чтобы мы точно знали, что она Филдса! — довольно произнес Питерс, пережевывая орехи.

— Да. Раньше кровь была разлита повсюду и проверить чья она мы не имели возможности. В этот раз они упростили нам задачу, — ответил агент ФБР, ступая аккуратно, чтобы не запутаться в пожухлой траве. — И показали, что он у них.

— Живой?

Подойдя к машине, Миллер остановился, смотря в глубь тумана.

— Вероятнее всего, да. Потому что вместо крови, был бы он сам.

— Они нас пугают? Но зачем? — спрятав пачку арахиса, детектив открыл дверь автомобиля.

— Чтобы мы боялись, — Миллер сел в машину, стараясь укрыться от погоды. — И чтобы мы точно уверовали в них.

Вернувшись в участок, они, переступив его порог, услышали адские крики истерики, доносящиеся эхом по всему зданию. Сары не было на месте и мужчины спокойно прошли по коридору, откуда шум доносился все громче.

— Не хочу ее видеть, — произнес Питерс, быстро исчезая в кабинете помощника шерифа.

Однако Миллер не последовал его примеру. Он открыл дверь кабинета шерифа, где обнаружил Эмму Лэмпти, сидящую на диванчике, а рядом с ней ее племянницу, которая старалась ее успокоить.

— Макс, ты…— сквозь слёзы произнесла женщина, поднимая голову и видя гостя. — Это вы!

Через секунду она оказалась перед мужчиной, готовая, кажется, убить его на месте.

— Как вы смеете сюда входить! — крикнула Лэмпти и стукнула его по груди своим маленьким кулачком с такой силой, что Миллер даже не дёрнулся. — Он мертв! И все из-за вас! Вы его убили! Вы!

— Тетя, прошу тебя, — взмолила Сара, стараясь уже не успокоить ее, а просто увести от агента ФБР. — Не надо…

— Он его убил, Сара! Он! Как и Эванса! Он убийца!

— То, что он мертв - не факт, — заметил мужчина и увидел заплаканное женское лицо. — Кровь можно взять и у живого.

Лэмпти замолчала, шмыгая носом и взглянула на племянницу.

— Хотите сказать, что…

— Я хочу узнать, что случилось после того, как мы с Питерсом вчера ушли? Что произошло в библиотеке потом, до того, как Филдс ушел с работы и исчез?

— Я не должна…

— Должны, а иначе я решу, что вы причастны к его исчезновению и, возможно, к убийству.

— Что? Да как вы…

— Смею, мисс Лэмпти, — спокойно сказал Миллер, проходя мимо нее к столу. — Вы последняя видели его живым, а так же нелицеприятно говорили о его убитой матери. Если поискать, то и мотив убийства Хелен Филдс можно найти. Вы же работали и с ней. И с ним. Я считаю это очень подозрительным.

Прислонившись к столу, агент ФБР посмотрел на женщину, чьи глаза уже прояснились от слез и сейчас в них отчетливо виднелась злость и страх.

— Агент Миллер, моя тетя…

— Мистер Филдс ушел в свой кабинет еще до того, как вы соблаговолили покинуть библиотеку, — голос Лэмпти был спокойным, но в нем слышались нотки пренебрежения, которая она и не пыталась скрыть. — После вашего ухода я пыталась поговорить с ним и обсудить штраф миссис Эванс за столь долгое отсутствие книги в библиотеке, но он не открыл мне, сказав через дверь, что все обсудит завтра, а сейчас он очень занят. И до окончания моего рабочего дня он не выходил из кабинета. Так что, можно сказать, что и вы были последними, кто его видел.

Миллер слушал ее внимательно, не обращая внимания на колкости в свой адрес, стараясь уловить хронологию событий.

— Вы ушли, а он остался в библиотеке?

— Да. Я крикнула, что ухожу, а он пожелал мне приятного вечера, как и всегда, — голос дрогнул и из глаз снова полились слезы. — Он всегда был таким обходительным и вежливым.

Сара обняла свою тетю, стараясь ее успокоить, а так же одним взглядом извиниться за ее поведение. Тяжело вздохнув, Миллер оттолкнулся от стола, собираясь покинуть кабинет, когда дверь открылась и в нее вошли Хост и Донохью.

— Эмма, Сара, что вы… — бывший шериф посмотрел на агента ФБР, явно не понимая, что тут происходит.

— Мисс Лэмпти сказала, что до самого вечера Майкл Филдс сидел в своем кабинете. Его нужно весь осмотреть на наличие следов крови, — ответил Миллер, обходя их и выходя из кабинета.

Соседняя дверь было приоткрыта и из нее шел приятный аромат кофе. Питерс, сидя за столом, задумчиво смотрел на, уже третий, череп козла, что лежал поверх всех документов.

— Вы живы, — задумчиво протянул он, переводя взгляд на гостя. — А я уже обдумывал ваши похороны.

— Надеюсь, они будут таким же грандиозными, как вы обещали доктору Аарону, — усмехнулся, агент ФБР, присаживаясь напротив и беря в руки чашку с горячим напитком. — У Эммы Лэмпти удар намного слабее, чем я думал.

— Ха! Буду знать… — сделав глоток, детектив устало вздохнул. — Будем ждать?

— Другого пока ничего не остаётся.

Глава 22. Дождь

— Получается, Майкл Филдс мертв? — Эрин вопросительно взглянула на Миллера, сидевшего напротив нее неспешно делая глоток кофе.

За окном кафе “У Бена” шел сильный дождь, гонимый с такой же силой ветром, пачкая окна заведения.

— Пф…Это ничего не значит, — ответила Джейн, откусывая кусок кекса и задумчиво смотря на мокрые разводы.

В заведение было тепло и тихо. Жители Стритфилда предпочли остаться дома, не желая ощущать странного, но приятного уюта в виде аромата горячего кофе, тихой мелодии из аппарата в углу и запаха приготовленных блюд, идущих из кухни.

— Формально, я умирала… — девушка задумчиво подняла голову вверх. — Трижды!

— И это доказывает, что после смерти есть жизнь, — усмехнулся Питерс, сидя между Эрин и шерифом Маккензи, поедая свой сэндвич с курицей.

— Это доказывает, что инсценировать свою смерть не так уж и сложно. Было бы желание.

Агент ФБР покосился на нее, прекрасно понимая правоту слов.

— Миллера тоже считает, что Майкл еще жив.

Джейн повернула голову налево и встретилась взглядом с мужчиной, который кивнул в знак согласия.

— Как и то, что Хост - не убийца, — продолжил детектив, делая глоток ароматного напитка.

— Бывший шериф Хост и не убийца. Глупо считать, что это так.

Все посмотрели на Маккензи.

— Я неплохо его знаю и могу с уверенностью сказать, что, пусть он и суровый, но всегда выполнял свою работу на отлично, — продолжил шериф, допивая кофе. — В отличии от Донохью, он знал, как работать и что должен делать шериф в городе. К тому же, как я понял, он любил Хелен Филдс и Майкл был его сыном. Какой смысл ему их убивать? Или всех агентов ФБР учат избавляться от своих бывших пассий?

— Не всех, — ответил Миллер весьма серьёзно.

— А я согласна с Томми - Хост не убийца, — произнесла Джейн, откинувшись на спинку дивана. — Какой смысл было убивать Майкла сейчас? Почему это не сделать еще тогда? Сразу убить Хелен и его?

Питерс вопросительно взглянул на агента ФБР, который глядел на Фишер, явно ища ответ на вопрос в своей голове.

— Тогда кто? — разрушив тишину, поинтересовалась Эрин. — Кто их убил?

— Нужно узнать зачем и сразу поймем кто, — произнёс Миллер, тоже обращая внимание на непогоду за окном.

— Зачем кому-то убивать женщину с ребенком в небольшом городке? — тяжело вздохнул Маккензи, смотря на окружающих. — Либо любовный интерес, либо тайны ее прошлого, а, как я уже слышал, их у нее было очень много.

— Хелен Филдс долгое время была в секте сатанистов, пока не сбежала, — сказал агент ФБР, стараясь понять, что он мог упустить. — Хост рассказывал, что в этих сектах использовали запрещённые вещества. Она могла что-то узнать.

— Да, но тогда она бы навряд ли сбежала из секты. Ей бы просто не дали это сделать, — проговорила Джейн, сжимая ладонями горячую чашку и встречаясь со взглядом Миллера. — Зачем выпускать на волю потенциальную угрозу?

— Дженни права, — согласился Маккензи и довольно улыбнулся родственнице.

— А если они не знали, что она знала?

— Ладно, тогда они, спустя время нашли ее, убили, тело спрятали и…Какой смысл им возвращаться снова в Бромвелль, спустя 35 лет, и пугать его жителей?

— Два ноль в пользу рыжей бестии, — усмехнулся Питерс, явно начиная получать удовольствие от происходящего.

Бросив недовольный взгляд на частного детектива, Миллер снова взглянул на девушку, которая с вызов смотрела на него.

— Я же права, — улыбаясь, произнесла Джейн.

— Я знаю.

— Как и то, что вы не верите в сатанистов, Миллер. Вы же знаете, что это лишь занавес, за которым прячет настоящее представление.

Улыбнувшись, агент ФБР, взглянул на остальных, которые внимательно за ними наблюдали.

— Значит это не секреты прошлого, — более серьезно продолжил он. — Любовный интерес в виде Хоста, который не убийца тоже не подходит. Тогда остается…ББ.

Он взглянул на Эрин, неспешно поедающую кекс из корзинки на столе.

— Мы слышали, что он ее любил и готов был принять и Майкла. Каков мотив ему ее убивать?

— Три ноль. Миллер, Нэнси Дрю вас растоптала, — едва сдерживая смех, сказал Питерс.

Тяжело вздохнув, Миллер откинул на спинку дивана.

— Тогда у нас остаётся лишь Эмма Лэмпти. Она работала и с Хелен Филдс, и с ее сыном. Но, она до ужаса влюблена и предана была Майклу, что я сомневаюсь, что она могла его убить.

— Ставлю на нее, — улыбаясь, проговорил детектив, но потом добавил куда серьёзнее: — У нас тупик.

Все молча стали думать, пока Джейн бросала печальные взгляды на обоих мужчин, стараясь хоть что-то придумать, чтобы им помочь.

— Странно, что вы так быстро отвергли кандидатуру Хоста, — сказала Эрин, выстраивая уже пустые чашки в странную фигуру. — Мне кажется, он идеально подходит на роль убийцы: он знал Хелен до Бромвелля, знал, что она была в секте сатанистов и поэтому мог легко распустить слух, что они ее убили. А потом, подстроив все под Лесоруба, спрятать тело. Своей подруге она писала, что должна его была любит, как отца своего ребенка, но любовь прошла. Все же подходит!

— А Майкл?

— Лишний свидетель. Отправив его в школу, он не думал, что тот вернется. А он вернулся. И, возможно, расследования Миллера дало его памяти толчок и он что-то вспомнил. Пришел к Хосту, чтобы узнать правду, а тот его и убил!

Довольная собой, Эрин посматривала на окружающих, видя в их глазах понимание, что ее теория не лишена смысла.

— Никогда не понимала, почему он вернулся, — тихо проговорила Джейн, переведя свой взгляд на окно, где с новой силой лил дождь. — Зачем возвращаться туда, где ты пережил столько боли и страданий…

— Но ты же вернулась, — заметил Питерс, наблюдая за ней.

— Я вернулась из-за Билла и Томми. Это моя семья и я нужна им, как и они мне, — она посмотрела на детектива. — Если бы их не было, я бы не вернулась в Стритфилд.

— Рад, что я одна из причин воссоединение семьи, — улыбаясь, сказал Маккензи.

— Но не понимаю, почему это сделал Майкл? Он же мог уехать куда угодно и никто бы его не осудил.

— А может, он знал, что Хост его отец и решил вернуться к нему? — спросила Эрин у подруги. — Может, он захотел воссоединение семьи, но не получилось.

Миллер молча слушал их разговор, смотря то на одну девушку, то на другую, пока его взгляд не остановился на Джейн.

— У Хелен Филдс были с ним проблемы. Потом она умирает. Хост отправляет его в школу, а затем он возвращается, — произнес Миллер, а потом резко вскочил с места и, взяв пальто, начал его одевать. — Нам нужно в Бромвелль. Срочно!

— Уверены? Здесь отличная компания и… — сказал Питерс и заметил, как агент ФБР рванул к выходу из кафе. — Ну, ладно…

Добежав до машины под проливным и холодным дождем, мужчины сели в теплый салон.

— Что случилось? — спросил детектив, заводя автомобиль.

— Я понял, кто распустил слухи о сатанистах после исчезновения Хелен Филдс, — ответил Миллер, наблюдая, как крупные капли пачкают лобовое стекло.

Глава 23. Координаты

— Вы уверены, Миллер? — обеспокоенно спросил Донохью, сидя за своим рабочим столом.

— Вполне, — ответил агент ФБР, прислонившись к стене рядом.

— А если не получиться? — спросил доктор Аарон, сидя на одном из неудобных стульев, напротив Шмидт.

— Получится.

В дверь постучали и через секунду в кабинете появилась Сара Лэмпти. Кивнув присутствующим, она явно смутилась такому количеству людей.

— Простите, сэр, — сказала она, явно не зная к кому обращаться. — Вы меня звали?

— Да, подожди секунду, — ответил Донохью и посмотрел на Аарона. — Продолжайте, доктор.

— Ну, в общем, получается, что сердце принадлежало, как мы и думали, Эвансу. А вот кровь - Майклу Филдсу. Вероятнее всего, он уже мертв.

— Мы предполагаем, что эту кровь взяли незадолго до его убийства. Слишком повышен адреналин в крови. Возможно, в тот момент его пытали, — поддержала коллегу доктор Шмидт.

— Вы считаете, что его уже убили? — уточнил шериф.

— Да, — в один голос ответили судмедэксперты.

— Вы все слышали, Миллер.

Агент ФБР тяжело вздохнул и кивнул, соглашаясь. А потом поднял взгляд на Сару, стоящую у двери и внимательно слушая каждое слово.

— Офицер Лэмпти, а где шериф Хост?

Чуть дернувшись от неожиданности, девушка посмотрела на Миллера.

— Сэр?

— Куда он исчез? Когда мы вернулись в участок, его не было в кабинете, — он сделал к ней пару шагов. — Где он?

— Я…Я не знаю. Он был здесь, а потом…Я отходила сделать кофе. Возможно… — она наблюдала за агентом ФБР. — Возможно, он ушел домой?

— Хост?! Миллер, вы же не думаете, что…

— Это он? Без сомнения. У него был мотив и возможность убить, как и Хелен Филдс, так и ее сына. И, подозреваю, что он понял, что его скоро раскроют.

— Сэр, я…

— Главное, чтобы он не успел покинуть границы штата, — агент ФБР посмотрел на Донохью. — Сообщите всем офицерам, чтобы оцепили все дороги, ведущие из штата.

Кивнув, шериф потянулся к телефону.

— Офицер Лэмпти, — теперь он взглянул на нее. — Свяжитесь с патрульными и скажите, чтобы они перекрыли дороги из города. Будем надеяться, что Хост ещё где-то здесь.

Кивнув, девушка почти покинула кабинет, когда услышала:

— И да, Сара, после этого на сегодня ты свободна.

— Хорошо, сэр.

Дверь закрылась, погружая кабинет в тишину, пусть и не продолжительную. Ее прервали весьма тихие аплодисменты.

— Браво. Прекрасно сыграно, господа, — подал голос Питерс, сидевший на диванчике. — Я впечатлен. И очень. Отличная работа.

— Благодарю, — скромно произнес Аарон и улыбнулся.

— Миллер…Потрясающе сыграно.

— Спасибо, знаю.

— Но как…

— Не вы один посещали театральный кружок в школе, — ответил агент ФБР, заметив улыбку детектива. — Вы всех предупредили, шериф?

— Да, но я не думаю, что…

— Зря, — ответил Миллер, направляясь к выходу. — Питерс отправит вам координаты. И возьмите с собой доктора Аарона и Шмидт. Возможно, понадобиться их помощь. И скажите шерифу Маккензи, что мы готовы.

Выйдя из кабинета шерифа, он прошел мимо уже знакомой двери и, три раза постучав ладонью по ее поверхности, мужчина последовал дальше.

— Да. Конец связи, — произнесла Сара, сидя за столом дежурного, кладя на его поверхность рацию. — Все сделано, сэр.

— Хорошо, — ответил Миллер, поправляя воротник пальто и ожидая Питерса, который шел за ним следом. — Вы свободны, офицер Лэмпти.

— Да, сэр. И…Желаю удачи.

— Спасибо.

— Поехали наказывать преступников, — присвистнув, пропел детектив, выходя из участка.

На улице было уже темно и туман медленно начала пробираться на улицы города, снова демонстрируя свой неуёмный аппетит.

Они сели в машину, которая тут же завелась и через секунду тронулась с места.

— Ваша уверенность, Миллер, меня поражает и пугает. А если вы ошиблись? — спросил Питерс, ведя автомобиль по уже знакомому пути.

— Не ошибся.

Покосившись на собеседника, детектив лишь тяжело вздохнул. Проехав мимо гостиницы, они остановились чуть дальше, не доезжая поворота и потушили фары.

— До закрытие еще двадцать минут, — заметил Питерс, смотря на экран телефона. — Придется ждать.

— Думаю, что не долго, — протянул Миллер, заметив в тусклом свете фонаря фигуру, что спускалась по ступенькам библиотеки.

Она поспешила к старенькому Фиату и тот спустя несколько секунд с остервенением сорвался с места.

— Сможете проследить за ним не вызывая подозрений?

— Конечно, — с энтузиазмом ответил детектив, нажимая педаль газа. — Господи, скажи мне за кем будет моя первая автослежка, я бы умер в истерическом смехе.

Усмехнувшись, Миллер стал внимательно следить за машиной впереди. Питерс вел аккуратно, не включая при этом фар, медленно погружаясь в молочную пелену, но не теряя автомобиль из вида. Они свернули в сторону земли Уинслоу и ехали аккуратно, потому что туман стал сильнее окутывать окружающие деревья, со стороны кажущиеся еще мрачнее, чем днем.

Когда Фиат остановился немного дальше места, где был найден первый алтарь, съезжая с обочины и останавливаясь у ближайшего дерева, Питерс неспешно притормозил машину намного позади.

— Я отправил Максу координаты, — сказал детектив, пряча телефон в карман куртки.

— Хорошо. Надеюсь вы неплохо видите в темноте, — произнес Миллер, покидая автомобиль.

— Нет, — с досадой ответил он.

В темноте и грязи после дождя, они неспешно направились вперед, замечая впереди тусклый огонек фонаря того, за кем они следили.

— Нам бы тоже фонарь не помешал, — заметил Питерс, держась за ствол дерева рядом, чувствуя, как ноги разъезжаются в месиве опавших листьев и травы.

— Тогда нас заметят, — прошептал агент ФБР, едва не падая на колени, но в последний момент сумев найти баланс.

— Черт…

Они шли минут двадцать, когда впереди заметили едва видный среди кустарников и деревьев свет. И он явно исходил не от фонарика.

— Какого черта… — тяжело дыша, произнес детектив.

— Полагаю, это и есть дом Кларка Уинслоу, — ответил Миллер, стараясь в тумане и темноте рассмотреть хоть что-то.

Блеск фонаря исчез и округу огласил едва слышный скрип. Мужчины подошли чуть ближе и остановились.

— Надеюсь, они нас найдут, — прошептал Питерс, снова отправляя их координаты.

— Найдут.

Облокотившись на два ближайших дерева, они стали ждать, поглядывая на то места, где был расположен дом. Спустя несколько минут послышался характерный треск зажигалки.

— Без комментариев, прошу, — сказал детектив, выпуская сигаретный дым в холодный воздух. — Лучше расскажите, как вы поняли, что Сара “сливает” информацию?

— На самом деле, это было не так сложно. Первый алтарь появился, когда приехал доктор Аарон. Первая угроза. Второй - после поездки к Хосту, который мог многое рассказать о следствии 35 летней давности. Третий появился после нашей поездки в Стритфилд и папки с делом №5. И последний после обнаружения книги. Все это помогло делу, а значит…

— Являлось угрозой для убийцы, — затянувшись, Питерс бросил окурок под ноги и затушил носком ботинка. — Думаете, она знала, что…

— Нет, — ответил Миллер, сильнее кутаясь в пальто, в надежде хоть как-то укрыться от сырости и холода. — Хост правильно сказал, что “дежурные все видят и слышат, а мы, порой, забываем об их существование”. Сара все видела и слышала и просто рассказывала все своей тётушке, не понимая, что помогает убийце.

— Да уж…

Прошло еще несколько минут, но ничего не происходило. Тишина вокруг оглушала своей пустотой и страхом воображение, которое рисовала причудливые тени вокруг.

— Наверное, я вернусь в Стритфилд после этого дела, — вдруг задумчиво произнёс Питерс.

— Поняли, как скучали по дому?

— Да. К тому же, после всего этого, чувствуя я, мне будут не особо рады тут.

— Возможно наоборот, вы станете героем, — ответил агент ФБР, натягивая перчатки на замерзшие руки.

— Думаете? Хотелось бы.

И тут на его плечо легла рука. Чудом не закричав, Питерс медленно повернулся и лишь темнота скрывала его испуганное лицо.

— Не замерзли еще?

— Макс… — с трудом выговорил детектив, гладя руку на грудь, где было сердце. — Я чуть не умер на месте.

— Вот как, — усмехнулся Донохью, подходя ближе и держась за плечо мужчины. — Запомню, как легко можно избавиться от частного детектива. Давно там?

— Около получаса, — ответил Миллер, начиная прислушиваться.

— Готовятся к побегу?

— Вероятнее всего. Все на месте?

— Да и..

Снова знакомый скрип и очень тихое бормотание. Мужчины замолчали, боясь не то что двинуться с места, но и дышать, слушая.

— Все готова. Надеюсь, у вас получится.

— Получиться. Есть старая дорога на севере. Она почти вся заросла и о ней все забыли. По ней я и смогу выбраться отсюда.

Пройдя мимо них, парочка направились в сторону дороги, не обращая ни на кого внимания. Тронув шерифа и Питерса за плечи, Миллер указал идти следом, создавая как можно меньше шума. Детектив пошел первым, неспешно двигаясь, боясь как упасть, так и раньше времени привлечь внимание.

Дойдя до, если верить очертания, Фиата, они почти открыли багажник, когда тишину леса разорвал знакомый голос:

— Ну и ну! Не я один люблю ночные прогулки, верно?

Замер на несколько секунд, парочка медленно повернулась, увидев рядом с собой Питерса.

— Вот эта встреча!

Глава 24. Сатанисты

— Питерс…

— Миллер, смотрите, кого я нашел, — произнес детектив, довольно улыбаясь.

К нему подошел агент ФБР, включая фонарь и свет озарил присутствующих.

— Какая встреча…Мистер Филдс.

Майкл Филдс, явно удивленный произошедшему, испуганно смотрел на мужчин, а потом подбежал к ним, чуть ли не падая.

— Агент Миллер! Мистер Питерс! Слава Богу, что я вас встретил, — взмолил он, переводя дыхание. — Вы не представляете, что я пережил за эти дни!

Детектив взглянул на агента ФБР, который внимательно слушал директора библиотеки.

— Они…Они…Они похитили меня! И пытали! — он поднял рукав плаща и показал порезы на предплечье. — Они монстры!

— Кто, мистер Филдс?

— Кто?! Сатанисты конечно же! Я с трудом сбежал от них! Если бы не Эмма, я бы умер!

Мужчины взглянули на мисс Лэмпти, стоящую у Фиата, которая была растеряна и напугана.

— Если бы не она…Это был сущий кошмар! Но он закончился, — Филдс устало опустил голову. — Наконец, это все кончилось…

Миллер и Питерс переглянулись, когда по округе раздался женский крик. Эмма Лэмпти, округлив глаза, смотрела на дорогу, откуда, из тумана, появилось три фигуры в темных болохонах, капюшоны которых скрывали лица. Майкл Филдс от удивления открыл рот, не веря собственным глазам.

— О, Боже…

Они неспешно двигались к ним, не проронив ни слова.

— Это они! Это сатанисты! Хост! Он там! — крикнул мужчина, показывая на них. — Это он! Остановите их! Остановите!

Тут же свет озарил место, где они стояли. Он шёл от фар полицейского машины, а рядом стоял бывший шериф Хост. С другой стороны на них смотрели Аарон и Шмидт.

— Что? Что здесь происходит? — удивлённо спросил Филдс, смотря на всех.

— Это вы нам скажите, — произнес Миллер, выключая фонарик и кивая людям в балахонах, которые остановились.

— Сказать, что? Что вы творите?! Что, черт возьми здесь происходит?! — директор библиотеки стал медленно пятится назад, отходя от мужчин, к которым присоединился и Донохью. — Что вы устроили?!

— Тоже, что и вы, чтобы скрыть убийство своей матери, — ответил агент ФБР, выдыхая холодный воздух. — Это же вы убили Хелен Филдс.

— Что? — произнесла Лэмпти, не веря в услышанное.

— Вы убили ее, спрятали тело и всем сказали, что это сделали сатанисты. Мне было интересно, кто распространил слухи о том, что она была в секте сатанистов и зачем? — Миллер спрятал руки в карманы пальто. — Это вы всем рассказали, пугая людей еще больше.

— Какой бред! — не выдержала Эмма Лэмпти. — Какую чушь вы несете!

— Вы пугали их, чтобы они не нашли тело, чтобы боялись, теряясь в догадках, что случилось с ней: ее убил Лесоруб или сатанисты?

— Как вы смеете такое говорить!

— Вы специально встретились со мной у гостиницы, чтобы я уверовал в сатанистов и испугался их. Чтобы у меня не было сомнений, что это сделали они, — продолжил Миллер, смотря на безэмоциональное лицо Филдса. — Но их тут не было. Сатанистов никогда не было в Бромвелли. Они, как и земля Уинслоу: лишь красивая легенда, за которой пряталась правда.

— Замолчите! — закричала Лэмпти. — Как вы можете обвинять человека….

— Заткнись, Эмма! — крикнул Майкл Филдс со всей злобы, на которую был способен. — Надоела!

Женщина, пораженная таким обращением, лишь сильнее выпучила глаза и открыла рот, не в силах что-либо сказать. Сам же директор библиотеки тихо засмеялся и, отойдя к машине, прислонился к ее багажнику, достал пачку сигарет и закурил.

— Неплохая работа, агент Миллер, — сказал он, выпуская сизый дым изо рта. — Очень даже.

Агент ФБР молча смотрел на него.

— Вы и понятия не имеете, как я устал играть несчастного Майкла, потерявшего мать и до сих пор скорбящего по ней…Это чертовски сложно, знаете ли…

Он затянулся и поднял голову к небу, который скрывал густой туман.

— Она была такой тварью…Вы и представить себе не можете. И крайне нестабильна всю свою жизнь, — мужчина устало улыбнулся, смотря на мужчин перед собой. — Знаете, как она оказалась в секте? Она пыталась убить своего отчима. Проткнула ему глаз ручкой. Ее мамаша, боясь за свою жизнь, отправила ее в психушку. Пролежав там пару лет, она сбежала и нашла себе “общество по интересам”. Секту сатанистов, где может наслаждаться жестокостью и похотью во всей красе. Там и встретила моего папашу.

Он стряхнул пепел с сигарету и глубоко вздохнул.

— Уверен, что и он был тем еще психопатом.

Питерс и Миллер покосились на Хоста, который с трудом держался на ногах, сильнее прислоняясь к машине.

— Потом родился я и я с детства чувствовал, что был ей не нужен. Зачем? Ведь у нее были оргии, ритуалы и наркотики. Мне повезло, что детей в то время сатанисты имели много. Мы рано поняли, что мы - лишь случайность, которая произошла с нашими родителями. И это нас объединило. Мы играли, учились, веселились. Мы были счастливы друг с другом. Наконец-то, счастливы. Я осознал, что мне никто не нужен, кроме таких же брошенных и ненужных детей, как и я. А потом все кончилось.

Выбросив окурок под ноги, Майкл вдохнул туманный воздух.

— Эта психопатка решили, что секта сатанистов опасна для ребенка. Представляете?! Спустя тринадцать лет она это поняла. Видимо, вовремя очередной оргии она хорошо приложилась об камень и это мысли родилась у нее в больном сознании. И она, забрав меня, уехала оттуда. Бросила все и отправилась в чертово приключение! Не спросив меня, не понимая, что там была моя семья! Мое счастье! Нет! Ей было плевать! Абсолютно! “Это опасно, Майкл!”. “Они могут тебя обидеть!”. Где, черт возьми она была раньше?

Его крик пронзил воздух леса, делая тот еще холоднее и тяжелее, из-за чего Донохью невольно дернул плечами.

— Мы переезжали с места на место, чтобы она, наконец, нашла себя. И она нашла. Здесь! В этой чертовой дыре! В Бромвелли, мать его! В этом холодном, грязном, туманном городишке! И ей здесь понравилось. Тихо, спокойно и никто не помешает ей воспитывать сына. А я ненавидел это место! Терпеть не мог! Каждый раз чувствовать себя грязью под ногами в глазах людей, только потому что ты не родился на этой чертовой земле! Смотреть на этих тупых, бестолковых людишек, которые видят в тебе чужака!

Эмма Лэмпти едва скрывала слёзы в своих глазах.

— Мне здесь настолько не нравилось, что с каждым днем я все больше и больше ненавидел как Броивелль, так и свою мать. Я пытался сбежать. Пытался найти свою семью, где меня слушали, любили, где обо мне заботились. А она меня останавливала каждый чертов раз. Контролировала. Даже просила шерифа Хоста со мной поговорить, чтобы я слушал свою маму. А кто слушал меня?! Кто?

— Поэтому перед смертью у нее обострился синдром обсессии, — произнес спокойно Миллер.

— Так она всегда была неуравновешенной психопаткой, которая руководствовалась тем, что взбредёт ей в голову! — усмехнулся Филдс, снова закуривая. — Но да, перед своей смертью она стала менее контролируемой. Рассказывала, что, если я сбегу от нее, то Лесоруб меня найдет и убьет. И именно тогда я понял, что нужно сделать.

Затянувшись, мужчина выпустил большое облако дыма, которое медленно растворилось в тумане.

— Я больше не мог терпеть ее выходок. Ее срывов. Ее саму. И я убил ее. Мне повезло, что в тот момент Лесоруб был на пике своей “популярности”. И я решил его подставить.

— Доктор Аарон сказал, что она сопротивлялась.

— Да и чуть все не испортила. Дура…Но я все равно ее догнал и отрубил ей голову, — его голос даже не дрогнул, оставаясь ровным и спокойным. — Скажу честно - это было тяжело. Лесоруб ужасно сильный, так орудовать топором. Но у меня получилось. Пусть и не с первого раза, но получилось. Пожалуй, сложнее было только убрать кровь в доме, но и это у меня получилось. Потом я спрятал тело и стал ждать, когда его найдут.

— Но его не нашли.

— Проблема была в том, агент Миллер, что в те дни был очень густой туман и я сам потерял то место, где спрятал свою дрожащую мамашу. Я очень сильно надеялся, что ее найдут, увидят отрезанную голову и решат, что это Лесоруб. Его найдут, арестует и, даже, если он не признается в ее убийстве, кто поверит маньяку?

— Но они ее не нашли…

— Нет. И это была моя вторая проблема.

— Первая, полагаю, заключалась в Шарлотте? — спросил агент ФБР, заметив, как Питерс мнет пачку арахиса в кармане куртке.

— Она постоянно с ней переписывалась и жаловалась на меня. В каждом чертовом письме. А это Шарлотта все ей советовала отправить меня к психологу. Еще одна дура…Поэтому, после ее убийства, я сжег все письма с огромном удовольствием. Все, кроме одного, — он выбросил еще один окурок, смотря на него с полным безразличием. — Я видел, как она положила недописанное письмо в книгу, но не заметил, в какую. А ведь именно оно могло привести полицию к Шарлотте, а потом и ко мне.

— Поэтому вы вернулись сюда.

— Мне нужно было найти чертову книгу и это проклятое письмо…Я пытался это сделать после убийства, но меня отправили в частную школу. Там было не лучше, чем здесь, поверьте мне. После выпуска я пытался найти свою семью, разыскать эту чертову секту и, возможно встретить тех, кого мне так не хватало… — он замолчал, смотря куда-то вдаль, в туман между стволов деревьев. — Но их там не было. Секта распалась и они разбежались. Все, кого я так ждал и искал просто исчезли.

Филдс снова посмотрел на Миллера.

— Я вернулся в эту помойку с именем Бромвелль.

— Вы боялись, что в книге найдут письмо и вас вычислят.

— С каждым днем я все больше этого страшился. Мне каждую ночь это снилось: как мне показывают письмо и говорят, что я виновен. Этот кошмар разъедал мой мозг, пока я не приехал сюда. Пришлось устроиться в библиотеку и искать эту книгу. Я просмотрел каждую в этом нудном, глупом месте. Каждую книгу, каждую страницу. И ничего. Абсолютно ничего. Кто же знал, что Эванс все это время держал книгу у себя?! Идиот…

По щекам Лэмпти потекли слезы.

— А год назад Джейн Фишер вернулась в Стритфилд и вдохновила вас, — произнес агент ФБР, внимательно смотря на Филдса.

— О! — усмехнулся он, доставая очередную сигарету. — Я ещё тогда понял, что эта девчонка крайне смышлёная и даже начал подозревать, что она меня раскусила. Но, то, что она сделала со Стритфилдом! Это гениально. Держать весь город в страхе анархистов - потрясающая идея! Но это был не первый раз, когда она мне помогла.

Закурив, директор библиотеки бросил взгляд на Хоста.

— Когда она сбежала из дома, доблестный шериф Хост решил показать всю мощь и силу этого проклятого места и, собрав волонтеров, приказал прочесать все земли Бромвелля в ее поисках. Чтобы не выделяться на фоне остальных, а вы знаете, как здесь этого не любят, я присоединился к ним. И тогда нашел знаменитый и потерянный дом Кларка Уинслоу. Я решил никому об этом не рассказывать, чувствуя, что он еще пригодится. И был прав.

Стряхнув пепел под свои ноги, он тихо засмеялся.

— Я знал, что тело несчастной Хелен Филдс когда-нибудь найдут. И нашли. Спустя 35 лет, но нашли!

— И тогда появились сатанисты.

— Держать город в страхе было очень забавно. К сожалению, я не знал ни одного их ритуала и поэтому искал все в интернете, а также экспериментировал. Они должны были знать и чувствовать, что опасность где-то рядом. Совсем близко. К тому же, все вспомнили слухи, что она была в секте сатанистов. Эти идиоты мне даже помогли! А потом приехали вы и убедить вас в их существовании оказалось не так сложно. Как я думал. Все стали бояться, что будет дальше…

Из его рта вырвались клубы сигаретного дыма.

— Я ничего не боялся, потому что рядом всегда была верная шафка - Эмма Лэмпти, — мужчина указал на женщину, недалеко от него, — которая не подпустит никого чужого и плохого, чтобы он не обидел предмет ее обожания. Ведь я такой внимательный, хороший, добрый, трудолюбивый. Идеал до омерзения.

Щеки Лэмпти покрылись слезами и она не могла их остановить.

— Сначала один череп козла туда. Потом другой - сюда. Один пришлось оставить на могиле матери, чтобы никто не сомневался, что сатанисты здесь из-за нее. Смешно, что эти болваны даже следили ей надгробия. Пусть и вдали ото всех. Даже после смерти она все равно была чужой.

— А затем вы убили Эванса.

— Он заметил, когда гулял с собаками, как я нес предметы для алтаря из дома Уинслоу. Пришлось его убить. Я не мог так рисковать, — Филдс выбросил окурок к остальным и тяжело вздохнул. — А потом его тупая вдова вернула ту единственную книгу, которой не было в библиотеке все эти чертовы года и я понял, что с этим надо заканчивать. Нужно уничтожить идеального Майкла Филдса раз и навсегда. Пришлось исчезнуть и оставить свою кровь, чтобы не было подозрений.

— И вам было на руку, что Сара, племянница мисс Лэмпти, работает в полиции и делиться с ней рассказами про расследования, — Миллер взглянул на женщину, которая с трудом стояла на ногах от эмоций, что ее переполняли.

— Они две дуры, которые не могут держать язык за зубами. Сара рассказывала Эмме, а та - мне. Как не поделиться историей расследования убийства твоей матери?! Она же предана, как собачка! И именно поэтому я связался с ней и рассказал, что жив. Попросил устроить концерт в кабинете шерифа, чтобы все точно поняли, что я мертв.

— И у нее почти получилось. Только женщины в истерики бьют куда сильнее своего обидчика.

— Ты даже здесь недоиграла, — с упрёком произнес Филдс, смотря на Лэмпти. — Сначала сдала мою мать с ее болезнью, теперь меня. Ты реально никчёмная дура.

Прикусив губы, библиотекарь сдержала свой истерический крик.

— Ох…Этот город полон идиоток и кретинов…

Хмыкнув, агент ФБР достал из кармана свернутый пополам лист бумаги. Развернув его, он показал это Майклу Филдсу.

— Письмо вашей матери Шарлотте. То, которое вы искали последние 35 лет.

Мужчина испуганно смотрел на него, не моргая.

— Вы так боялись, что оно вас раскроет…Но на самом деле здесь нет вашего имени. Лишь пару фраз. “Я устала. Я безумно устала. Я люблю его. Должна любить. Но не люблю”.

Легкий смех сорвался с губ.

— Ха…Смешно…

— Майкл Филдс вы арестованы за убийство собственной матери Хелен Филдс. А так же Сэма Эванса, — спокойно произнес Миллер, когда с обеих сторон директора библиотеке появились полицейские, заковывая его руки в наручники.

— Она забрала мою жизнь, а я - ее. Это было честно! — крикнул он, чувствуя, как запястья сковывает холодный металл.

— И, кстати, — продолжил агент ФБР, отдавая лист бумаги Донохью. — Ваша мать повредила висок во время борьбы с вами. Она бы все равно умерла, даже без обезглавливания.

Громкий и звонкий смех пронзил эти места.

— Чертова дрянь! Даже здесь меня подставила!

Наблюдая, как Филдса уводят в машину полиции, Миллер услышал рядом с собой характерный шум.

— Если сдержался, — произнес Питерс, набивая свой рот арахисом и, заметив, что на него смотрят, протянул упаковку мужчине. — Угощайтесь.

Отрицательно покачав головой, агент ФБР направился к автомобилю, где горели фары.

— Мне жаль, сэр, — произнес он, подойдя к бывшему шерифу.

— Мне тоже, — ответил Хост, становясь мрачнее обычного.

Три фигуры в балахонах, опустив колпаки, что-то обсуждали между собой.

— Спасибо за помощь, — сказал Миллер, приближаясь к ним.

— Мало того, что теперь можно говорить, что я была не только анархисткой, но и сатанисткой, но и мы помогли раскрыть одну из самый старых и страшных тайн этих мест, — довольно проговорила Эрин, поправляя свои светлые волосы и невольно косясь на Аарона, стоящего поодаль.

— Отличная работа, Миллер, — заметил шериф Маккензи, стягивая с себя балахон. — Но…

— Без вас я бы все равно не справился, — перебил его агент ФБР, усмехаясь. — Я помню.

Он перевел взгляд на Джейн, стоящую к нему ближе всех и наблюдающую, как Филдса сажают в машину и медленно увозят.

— Порой я не рада, что оказываюсь права, — прошептала девушка, устало закрывая глаза.

Глава 25. Зима

Пасмурное небо нависала над кучками людей, столпившихся на кладбище Монтегю. В воздухе чувствовалась морозная свежесть, которая разогнала туман и сковывала своим дуновением лица окружающих.

Миллер стоял и наблюдал, как останки Хелен Филдс закапывают в ее могилу, пока местный священник тихо читал молитву. Он повернул голову налево, где, чуть дальше надгробия стоял Бен Брукс, которого за руку держала его племянница Эрин, а рядом был доктор Аарон, склонив голову. Поодаль от них находились Джейн Фишер, сжимая в руках букет белых лилий и шериф Маккензи, молча куря и задумчиво смотря куда-то вдаль. По правую руку от агента ФБР стоял Хост, прикрыв глаза и слушая священника, а по обе стороны от него были шериф Донохью, доктор Шмидт, крепко сжимая в руках платок, и Алекс Питерс, которые спрятал руки в карманы куртки и печально смотрел на старое надгробия. Дальше всех находились Эмма и Сара Лэмпти, которая приобняла свою тетю, вытирающую слезы.

Все они молчи смотрели, как, наконец, женщина обретает свой покой спустя столько лет.

Покосившись на Джейн, Миллер заметил, как девушка подняла голову к небу, словно увидела что-то интересное. Маленькая снежинка, паря в воздухе, тихо опустилась на один из лепестков цветка и почти тут же растаяла. За ней последовала ещё одна и еще. Первый снег стал неспешно спускаться на землю мелкими крупинками оседая на одежду присутствующих.

— Аминь, — произнес священник, закрыв Библию.

— Аминь, — вторили ему окружающие, начиная медленно расходится.

Агент ФБР глубоко вздохнул, когда увидел протянутую руку в кожаной перчатки.

— Спасибо, Миллер, — произнес Донохью, чувствуя рукопожатие в ответ. — Спасибо за помощь.

Хост, стоящий за ним лишь кивнул и они вдвоем неспешно направились к выходу с кладбища, что-то тихо обсуждающая.

— Получилось, неплохо, верно? — спросил Питерс, доставая арахис. — Вы молодец.

— Вы тоже, — заметил агент ФБР, провожая взглядом мужчин, когда к ним подошли Эрин и Бен.

— Спасибо, агент Миллер. Наконец, она обрела покой, — проговорил Брукс, глядя на свежую могилу. — Жаль, что ничего нельзя вернуть назад. Очень жаль.

Эрин, стоящая рядом, погладила мужчину по плечу и они неспешно пошли вдаль. За ними последовала и доктор Шмидт, печально опустив голову, смотря себе под ноги.

— Если я молодец, значит ли это, что я могу получить хвалебное письмо от ФБР? — весело спросил Питерс, закидывая орехи в рот.

— Не льсте себе, — проговорил шериф Маккензи, оказавшись позади него.

— Помечтать-то можно, — усмехнулся детектив, оборачиваясь к нему. — К тому же, согласен, что больше всех, почти что своей жизнью рисковал не я, а док. Надеюсь, дама сердца это оценит.

Аарон, стоящий рядом с шерифом, усмехнулся.

— Или уже оценила…

— Джентльмены не распространяются о таких вещах, — загадочно улыбаясь, судмедэксперт повернулся и пошел вслед за остальными.

— Да ладно вам, док! — проговорил Питерс, идя за ним. — Мы же стали, как родные! Мы переживаем за вас!

— Рад был вас видеть, Миллер, — произнес Маккензи, протягивая руку. — Не пропадайте надолго.

— Постараюсь, — агент ФБР пожал его ладонь и бросил взгляд на девушку, стоящую рядом с надгробием.

Мужчина, заметив это, улыбнулся и поспешил догнать остальных.

Джейн положила на свежую могилу букет белых лилий и, склонив голову, отдавая последнюю дань уважение, тяжело вздохнула.

— Интересно, — сказала она, услышав шаги рядом. — Какой она была на самом деле: усталой женщиной, которая хотела просто все бросить и любить, какой ее видел Бен? Или психически нездоровой, потерявшаяся в себе и непонимающей как справится со своими демонами, как рассказывал ее сын?

— Теперь мы этого никогда не узнаем, — ответил Миллер и поймал взгляд голубых глаз. — К сожалению.

Кивнув, соглашаясь, девушка подошла к нему и они стали спускаться с холма.

— Полагаю, мисс Лэмпти не будут придьявлены обвинения? — спросила Джейн, видя впереди два знакомых силуэта.

— Донохью решил, что она сама не знала, что происходит и просто хотела помочь тому, кого любила. Филдс сказал, что только она могла ему помочь, а она поверила.

— Жизнь интересная штука, правда? Кто-то готов отдать все, чтобы его мать была жива, а кто-то убивает ее, чтобы все это получить.

Бросив понимающий взгляд на девушка, Миллер тяжело вздохнул. Они спустились с одного холма и поднялись на другой, остановившись на его вершине. Джейн повернулась и взглянула вперед, где увидела хребет Монтегю, который нескрывал туман.

— И всё-таки здесь красиво, — прошептала она, уткнувшись в меховый воротник пальто.

Агент ФБР, наблюдающий за этой картиной, не мог не согласиться, чувствая глупую печаль по поводу отъезда.

— Кстати, — произнес он, поворачиваясь и начиная спускать вниз, разбрасывая носком ботинка замершую листву. — Чтобы потом не пошло слухов, которые здесь обрастаю очень интересными подробностями, о неблагодарной натуре агентов ФБР, я выражаю искреннюю благодарность детективному клубу за помощь в расследование.

— Прямо искреннюю? — поинтересовалась Фишер, неспешно идя с ним рядом.

— Конечно, — как можно серьёзнее проговорил Миллер. — Хотя, с другой стороны, как моя путеводная звезда не могла помочь мне. Верно?

Он покосился на девушка, которая в ответ лишь хмыкнула, но не смогла сдержать улыбку.

— Тогда она не была бы вашей.

— Я тоже так думаю.

Впереди показались ворота, за которыми стояло несколько машин, две из которых были полицейскими, но с разными эмбелами двух штатов.

— Как и то, что я задолжал вам чашку кофе. Конечно, оно не такое, как в Стритфилде…

— Ну, конечно…

— Но с пончиками.

— Хотите соблазнить меня, агент Миллер? — усмехнулась Джейн, смотря на него.

— Ну, конечно…

Они подошли к воротам, где их уже ждал Питерс и Маккензи.

— Пончики и кофе? — весело спросил он, видя одобрительные улыбки окружающих.

Снег неспешно падал на землю, образуя белоснежное сукно, скрывая за собой все следы непогоды. В Бромвелль пришла зима.

Конец