Сточные воды

Глава 1 – Всё началось давным-давно…

Гулким эхом звук шагов разносился по темным витиеватым тоннелям. Стальные сапоги с характерным звуком шлепали по мутной воде. Ржавчина, в свете фонарей, представала во всем своем рыжем великолепии. Отряд медленно пробирался вглубь лабиринта труб, стараясь услышать любой необычный звук раньше, чем его источник услышит их.

У шедшего впереди мужчины загорелся небольшой прибор, расположенный на запястье. Синий свет назойливо мерцал, прося обратить на экран внимание. Все безмолвно остановились, увидев жест от их командира. Он снял шлем и взглянул на дисплей, а тем временем отряд встал в оборонительную позицию, чтобы никто не смог неожиданно напасть из тьмы.

Прикосновением пальца мужчина принял новое сообщение из поселения. Белые яркие буквы появлялись одна за другой, составляя краткое послание от НИО.

"Осторожно. Сигнал. Поворот. Ч?"

Командир слегка цокнул, прочитав предостережение. Они, как разведотряд "Ракушка", были профессионалами по вылазкам в неизведанные сектора Трубопровода. На их счету уже было с дюжину удачных ходок, но сложенных голов было больше. Никогда не знаешь что тебя поджидает за изгибом злосчастной трубы, из-за чего было пролито слишком много ненужной крови.

Мужчина вновь надел свой шлем и взялся за энерговинтовку, на которой было высечено гордое имя "Волыня". Отряд вновь выстроился в позицию для передвижения и, слегка нервничая, приближался к источнику сигнала.

Муть под ногами предательски скрывала потенциальные следы пребывания врага, да еще и волны рассекречивали их местоположение, ведь отряду уже доводилось встречаться с тварью, которая могла определять по волнам расстояние до источника.

Дисплей вновь зажегся, показывая примерное местоположение сигнала. "Ну, была не была," - подумал командир и заглянул во тьму. Ничего необычного не было, та же труба, та же вода и та же ржавчина, лишь сбоку обнаружилось аварийное помещение, с приоткрытой железной дверью. Бойцы заняли позиции, освещая каждую ветку тоннеля, чтобы не пропустить атаку со спины. Осторожно, дабы не создавать лишний шум, дверь была открыта. В темном помещении пахло просто отвратно. Запах испражнений и тухлой рыбы пробрался сквозь респираторы, хотя, быть может, все это представил сам мозг.

– Человек? – шепотом задал вопрос капитан во тьму. Включать фонари было слишком опасно, вдруг здесь спит какая-нибудь тварь.

Ответом на вопрос стал лишь ослабленный стон из угла комнаты. Капитан наощупь подобрался к нему и включил сканер на левой руке. Фото, выведенное на экран, показало, что это и вправду человек. Маленький мальчик, которому на вид не дашь больше двенадцати. Один из бойцов осторожно подобрал на руки исхудавшее маленькое тельце.

Одна из самых ценных находок в Трубопроводе должна быть доставлена в поселение, как можно скорее и целее. Немедленно группа повернула назад, проходя тем же путем, что и пришла сюда. Отметки на стали не давали заблудиться в этом бесконечном, сыром и мрачном лабиринте.

– Кто в-вы? – еле слышно, кряхтя и покашливая, спросил мальчик.

– Тише, мальчонка, скоро ты будешь в безопасности, – басисто, но заботливо ответил капитан.

Путь назад был весьма легок, но судьба не была бы собой, если не подкинула злую шутку. Где-то вдали, а именно в конце длинного тоннеля, раздался лязгающий шум. Люди резко остановились, всматриваясь во тьму. Капли падали сверху, собираясь в небольшие лужицы, так как постоянного потока воды здесь не было, который взял бы их под свою опеку.

Ещё один звук, который был похож на клацанье зубов. Бойцы сразу поняли, что это один из обитателей Трубопровода. Винтовка и несколько пистолетов чикнули в ответ незнакомому оппоненту. Командир зарядил свое оружие, вскинув ствол со всеми. Обе стороны ждали следующего хода противника. Лишь капли бесцеремонно продолжали падать вниз.

Враг не выдержал проверки терпением и рванул с места. Во тьме разжигались яркие жёлтые искры при каждом прикосновении врага. Дикий роботизированный вой оглушительно разнесся по трубам и вот, войдя в свет фонарей, показалось устрашающее тело зверюги. Стальные пластины и гидравлика, сросшиеся с кусками будто приклеенного не ахти как мяса. Собачья морда, со вставленными мертвенными светящимися глазами-имплантами, ощерилась, готовая рвать и метать.

– Огонь по Хаунду! – скомандовал глава отряда.

Град выстрелов тут же пошёл в противоборство собаке. Каждый знал слабые точки врага и метил именно в них. Искрами пули отбивались от прочных частей, куда ненароком попадали выстрелы, из-за большой скорости гончей. Звон пуль и грохот выстрелов из раза в раз били по ушам, но громче всех прозвучал энергетический заряд. "Волыня" высвободила заряд, который изжарил куски плоти на шее и нижней челюсти Хаунда. Металл прожегся, оголив внутренности.

Синеватая жидкость хлестнула на ржавую сталь трубы. Подбитого врага тут же прикончили меткие выстрелы из винтовки. Медленно все движения прекратились и тело застыло, как простая куча металлолома со зловонными кусками плоти сверху.

– Второй, собери. Четвертый и Пятый, взять, – быстро распорядился предводитель, но кое-что ещё было уготовано злодейкой. Десерт на пиру у Смерти - Потоп.

У всех дисплеи разом загорелись, сигнализируя об угрозе. Одно дело было сражаться с врагом, которого берут пули, и совсем другое с многотонным потоком воды. Издалека, позади отряда, доносился сильный шум. Нужно было найти укрытие, как можно скорее, а иначе всех их раздавит волна.

Бойцы помчались вперед на всех парах. Они осматривали стены на наличие служебных помещений или просто хоть каких-нибудь закрытых закутков. Только белые разводы и грубый металл попадались на глаза, но нельзя было останавливаться, иначе тут же станешь пищей для водной стихии.

Казалось, будто удача улыбнулась им, поставив большую жёлтую дверь в ответвлении тоннеля, по которому шли люди. Командир тут же распорядился бежать именно туда, ведь запах соли стал гораздо сильнее. С минуты на минуту поток захлестнет их, поэтому даже такие подозрительные подарки приходится принимать.

Один из бойцов открыл дверь в помещение и быстренько подсветил фонариком. В ответ ему подсветили три пары красных глаз. Существа выпрыгнул из тени, словно яростные тигры, сидевшие долгое время в засаде, и вцепились в мужчину. Хаунды никак не могли укусить человека сквозь броню, поэтому получали выстрелы из пистолета в морду.

– Первый, спасайте ребят, я сдержу их! – выпалил надрывно он, расчехлив свой небольшой топорик. Со всего маху боец ударил по уродливой роже. Кровь, смывая небольшую кучку личинок, потекла по лезвию. Четвероногое тут же отпрыгнуло, издав железный скрежет.

Главе отряда пришлось принять столь ужасное решение. Поток воды уже было отчётливо слышен, из-за чего все звуки битвы утопали в стремительном потоке. Ржавую дверь удалось закрыть с большим трудом, после чего по ней сильно ударила волна, забрав с собой жизни бойца и трех псов. Сталь стонала от большого напора воды, но не сдавалась. "Трубопровод ни за что не посмеет забрать еще человеческих жизней," – думал командир, закуривая свою последнюю в эти три месяца сигарету.

– Это за тебя, Третий.

***

С превеликим трудом удалось продрать грязные, слипшиеся глаза. Затхлый запах мха и плесени, который уборщики почему-то все никак не могут вывести, говорили заезженное "Доброе утро!". Кости ломило от сна на старом матрасе, на котором уже увековечилась фигура молодого парня.

Он лениво зевнул, сел на край, повернулся из стороны в сторону, хрустя позвонками, и, наконец, встал. В разбитом зеркале вновь отражалась грязная голова, на мытье которой банально не хватало чистящих средств. Коричневые волосы закрывали глаза, отчего их приходилось порой смахивать, но те, как противные соседи, продолжали донимать жильцов снизу.

Быстренько умывшись, парень подошёл к своей старенькой кухоньке, достал из крупного округлого холодильника рыбу и сварганил из неё что-то удобоваримое, что хоть как-то не было похоже на осточертевшее склизское животное. На часах пробило восемь, а значит время для почты. По пневмотрубе уже мчалась капсула с утренними новостями. Газета, сделанная чуть-ли не из туалетной бумаги, так и кричала о новых событиях в жизни Трубопровода.

Невероятные достижения НИО в изучении фауны и флоры, открытие отдела по благоустройству жизни вне городов, статистика смертности среди боевых отрядов, свободные вакансии и анекдоты, которые были пресными до жути.

Неожиданно по почте пришёл небольшой конверт, который помещался целиком на ладони. Парень не ждал ни от кого писем, ведь дешевле было просто лично донести какое-то сообщение. Осторожно изъяв послание, парень зачитал его.

"С днем рождения, Сол! Надеюсь у тебя все отл. Сч, зд и уд." - Первый.

Удивительно, но не столичному военному хватило денег, чтобы целиком написать более пяти слов. Сол был польщен, ведь его поздравил единственный родственник парня, хоть и не кровный. Именно благодаря нему, тот смог дорасти до своих девятнадцати лет, ну или хотя бы столько ему исполняется по документам. Вот к чему ему снилось вновь то воспоминание. Дата его первой встречи с людьми и спасение из темных закоулков труб. Это событие навсегда отпечаталось в памяти парня.

Хоть сегодня и праздник, но права отлынивать от работы ему никто не давал. Жизнь в поселении вне больших городов крайне сложна, ведь сюда доходит все позже остальных, даже Потоп опаздывал на сбор новых жертв. Относительно недавно ребята из НИО привезли некоторые вещи, что сделало жизнь тут чуть-более сносной. Почта, электричество, новые гермодвери и местный разведотряд, который получил броское имя "Нарвал". Благодаря им и их находкам поселение выбило себе место в торговых отношениях, что было просто великолепно.

Прикончив свой рыбный завтрак, Сол вышел из своего жилого блока. Кое-как освещенные тоннели приветствовали его, отдавая честь жужжанием ламп. Парень был одним из первых кто шел на работу в столь ранний час. Обычно жильцы находятся в своих блоках и носа в трубу не кажут, ведь вдруг что-то пойдёт не так, например мощный Потоп вырвет дверь с куском стены, и в последнюю минуту перед смертью эти люди будут не со своими семьями. Сол был один с тех самых пор, как его нашли, поэтому ему не было смысла прятаться за семью замками, вжавшись в своих родные четыре стены.

– Гребаные желуди… – ругался себе под нос местный трубочист, ковыряя лопатой образование на стенке.

– Андрей Евпатьевич, Вам помочь? – вежливо обратился Сол.

– Ох, Сол, рад тебя видеть! – утерев пот с морщинистого лба и протянув руку, радостно проговорил пожилой мужчина, – Поможешь мне с этой мерзопакостью?

– Конечно, – пожав руку, ответил парень.

– Сил у тебя, молодого, будет поболее моих.

Сол взял в руки лопату и принялся ковыряться ей. Морской жёлудь сопротивлялся, но все-таки сдался, шмякнувшись на пол. Старик тут же положил его к себе в контейнер для отходов, которой стоял на тележке, чтобы было проще его переносить.

– Спасибо большое, внучек! Чтобы я без тебя и твоей недюжинной силы делал? В миг соскоблил эту гадость.

– Да ладно Вам. Мне было совсем не трудно. Обращайтесь за помощью в любой момент.

На этом они распрощались, ведь каждому нужно было выполнить дневную квоту работы, а точить лясы не входило в список обязанностей. В этом мире все было сурово и лишний раз лезть на рожон не особо хотелось. Отлынивание от работы каралось крайне жестоко. Не хватало ещё умереть от рук своих, когда и так вокруг смертоносных вещей навалом.

Тем не менее, будучи дамси, Сол получил легкую работенку, под стать своим необыкновенным физическим силам. Все-таки государство приняло правильное решение о том, чтобы самолично распределять найденных в Трубопроводе детей. Их было не так уж и много, но все-таки дамси становились мгновенной рабочей силой с повышенными навыками в какой-нибудь сфере.

Жилой круглый тоннель закончился, уступив место большому сливу. В это огромное прямоугольное помещение попадала вода с местных тоннелей, где фильтровалась, обрабатывалась, упаковывалась и так далее. Одним словом – это индустриальный район. Рук здесь постоянно не хватало, поэтому Сол был почти тут же нанят, как только он достиг рабочего возраста в восемь лет.

Парень быстренько спустился по крепко приваренной лестнице и направился к красному бетонному строению – главному блоку. На нижних этажах, которые делились укрепленным бетоном, как пирог, уже вовсю работали инженеры с их роботами, чьи топорные шаги было невозможно спутать с чем-либо ещё. По пути, проходя мимо техномедблока, Сол подобрал несколько свежеизготовленных металлических конечностей, запчастей, крепежных деталей и прочего хлама, который точно пригодится на верхнем уровне "пирога".

– Опять нам возится с ихними пукалками! – негодовал чей-то старческий голос за дверью красного здания.

– Альберт Ерофеич, ну чего Вы так? Поможем мы америкосам в очередной разок, ну и что? Они нам ведь заплатят.

– Цыц, зелень, они только на первый взгляд такие добренькие, но почему-то после их походов от нас, русских! только шкурки остаются.

Сол вошёл в двери, громыхая металлом в ящиках, и посмотрел на присутствующих. Человек двадцать сидело перед своеобразной сценой, где распинался пожилой мужчина с бледной, как и у большинства людей, кожей. Его запавшие маленькие глаза тут же, словно соколиные, впились со злостью в парня.

– Опять опоздал, чёртов дамси. Не даром вас головастые так прозвали, как бабы долго собираетесь. Дуй на место, пока на девятый уровень не переслал.

От шутки старика-начальника несколько человек рассмеялась, с презрением взглянув на Сола. Сообщество недолюбливало дамси по многим причинам: еда, жилье, сверхсилы. Жители Трубопровода и так ходят по кончику ножа, в особенности все те, кто обитают вне столицы, поэтому делится с найденным каким-то там ребенком едой и кровом не желали. Уж больно острие колко.

– Итак, для тех кто все прогулял повторю, американские псы вновь просят у нас помощи. Им нужны несколько человек в экспедиционный отряд. Выбирать припруться сами, так что сильно не разбредайтесь, а то нам опять линию какая-то китайская железяка разорвала. Всё, ноги в руки и за работу!

Надев свои каски, все быстренько разбежались по своим рабочим местам. Рабочая зона вновь зашумела станками и плазменными резаками. Со старых ободранных плакатов гордо взирали предки. Красные лозунги кричали ободрительные фразы, а молодые парнишки, с повязанными алыми галстуками, отдавали гордо честь. Один такой плакат в разы лучше зажигал желание работать, чем с десяток понапеханных по всем углам голограмм. Жаль, что плакаты порой уносит Потоп, но экспедиции всегда приносят с собой новые.

Несколькими этажами ниже нашлась работа и для Сола. Один из ботов сварщиков никак не мог поставить новую дверь в недавно отстроенный отдел. Пришлось подержать зелёный кусок металла, пока глуповатый робот закончит свое дело. В заводской зоне таких вот рабочих было немного, в связи с их глуповатостью, но относительно простые задачи выполнять они могли. Конечно же их уровень развития отставал от столичных, но хоть какая-то помощь от них была.

Далее, по короткой линии связался с Солом его друг с восьмого уровня, где находился горячий цех. Из-за ужасной духоты там было практически нечем дышать, а вентиляция порой забивалась настолько сильно копотью, что очищалась только сильным напором воды. В этот раз нужно было помочь с изготовлением и переноской барьеров, чтобы Потоп не унёс за собой новенький магнитно-гидравлический пресс.

– Внимание, рабочие! Говорит Альберт Ерофеич. Прибыли американские силы. Прошу, остановить станки и подняться в ГБ, – раздался из динамиков искаженный и трескучий голос начальника.

Спустя какое-то время блок заполонили люди, некоторые из которых уже успели почернеть от пыли, грязи и копоти на своих рабочих местах. Кое-как толпа расселась перед сценой, где стоял старик-начальник и вооруженные военные. В их руках находились довольно серьёзные пушки, которые явно стоили не одного десятка жизней, потерянных в экспедициях. Сол смекнул, что придётся идти с ними в крайне опасное место, ведь даже численность отряда в восемь человек о чем-то, да говорила.

– Итак, успокоились, – начал вещать пожилой мужчина, – Сие молодые люди будут отбирать самых сильных работяг, чтобы помочь достать некий груз из американского сектора. Кто-нибудь сам хочет отправиться с ними?

Никто ничего не ответил. Лишь пара человек ещё раз вытянули шеи, чтобы получше посмотреть на иносекторцев. Один из крепких на вид мужчин сделал несколько шагов вперед, поравнявшись со стариком, и громко заговорил на русском с ужасным акцентом.

– Амэрэканский народ трэбуэт вашэй помосчи! Вы нэ останэтэсь бэз награды. Проэвитэ пэтриотисм и вступитэ в наш отрад!

Лёгкий смешок пробежался по рядам, но никого эта ломаная речь не сподвигла на патриотические подвиги, поэтому пришлось набирать в случайном порядке людей, а особенно сильных, кем и являлся Сол. Он встал рядом с несколькими своими коллегами, на чьих лицах застыла недовольная гримаса, будто их поведут сейчас на плаху. Хотя, вне поселений в любой момент можно расстаться с жизнью, ведь таков суровый быт в Трубопроводе.

Глава 2 – Ненависть

Наконец экспедиционная группа была сформирована из восьми американских солдат, троих работяг из, ко всеобщему удивлению, отряда "Ракушка". На выходе из индустриального района они присоединились без лишних разговоров. Видимо, такое слияние отрядов было уже согласовано и, дабы не сеять панику от количества вооружённых сил, они ожидали снаружи.

Путешествие по поселению шло в кромешной тишине. Лишь иногда кто-нибудь слегка покашливал или отплевывался от приставучей металлической пыли. Примечательным было то, что и вся вода будто куда-то исчезла. Завсегдашний ручей, который бежал по одному из перекрестков, также пропал, оставив небольшие влажные следы.

На руках военных тут же замерцали небольшие приборы – нерометры. Их выдавали только экспедиционным отрядам, чтобы они могли самостоятельно засечь Потоп. Городская сирена также завыла, оповещая обычных людей об опасности. Американские военные тут же всполошились, устремив свои взгляды то на нерометры, то на непроглядную впереди мглу.

– Гдэ блисшайшээ убэсшище?! – испуганно спросил вояка.

– Ох, ну вот и прорезались орлы, – выдохнув ответил Первый, – Не боись, бравый солдат, мы пешком до КППшного убежища дойдём.

– Ви что шутитэ?! Бэдствие! Flood is coming! Нужна уносит ноги.

– Не шумите. Сюда вода долго будет идти, так что просто ступайте за мной.

Теперь атмосфера стала куда более напряженной. Грозовые тучи витали над головами обеспокоенных солдат, когда как Первый со своими ребятами неспешно, словно на прогулке, шли впереди. Буквально за парой резких поворотов уже стало видно здание КПП. Оно располагалось на окраине поселения, чтобы предотвращать нападения диких существ, людей или того, что ещё может породить столь коварное место.

Массивные монолитные двери, отлитые чуть ли не из целикового куска металла, были открыты нараспашку. Солоноватый запах понемногу начал щекотать нос, так что все быстренько забежал внутрь убежища. Двери медленно закрывались пневмопоршнями, так как человеческих сил просто не хватило бы на такую тяжеленную стальную пластину. Полупустое помещение освещалось желто-оранжевыми старыми лампами, стекло которых защищалось заржавевшими решеточками. Несколько больших ящиков аккуратно были пристроены к углу помещения. Под потолком висела небольшая паутина. Убирать ее никто бы не осмелился, ведь пауков, а в особенности не напичканных металлом, осталось невероятно мало в мире.

С облегчением все выдохнули и присели на расставленные койки. Первый устроился напротив командира американских сил и с явным намеком посмотрел ему в глаза. Он не моргал, пытаясь выцепить информацию о их миссии самостоятельно.

– Харашо, йа расскажу про нашэ задание, – не выдержав напора, разговорился мужчина.

Суть состояла в том, что отсюда нужно было добраться до американского сектора через столицу и, отправившись через одну из новых веток Трубопровода, провести исследование аномального места. По данным, полученным от научных работников, внизу, метрах в пяти, обитает неизвестное существо, которое изрыгает из себя полезные материалы: пластик, стекло, бумагу и так далее. Обычные трудяги нужны же будут для переноса оборудования и выноса некоторых неизвестных механизмов, которые лежат рядом с существом.

Описать насколько же это дело выглядело опасно было просто невозможно. Именно из-за таких вот маниакально-исследовательских порывов у американцев не осталось родных промышленных рабочих. Они загоняли их с собой в неизведанные сектора Трубопровода, где обитали новые виды пласматов или в простонародье тварей.

– Так значит мы для вас просто расходный материал? – с усмешкой спросил Первый, – Своё мясо уже отдали тварям, а теперь решили у других взять? Политика СССР конечно же направлена на помощь всем и вся, но кидаться в объятья смерти мы не станем. Если нужно, то я брошу вас лично в ту дырень, чтобы сохранить жизни моих ребят, – на пониженном тоне закончил говорить мужчина. Он посмотрел в глаза американцам, насладившись их подбитой гордостью. Они хотели что-то возразить, но против правды не попрешь.

– Мы отряд "Ninth wave" никагда нэ станэм жертвовать своими. Йа даю Вам слово, как кэпитан Нил Блэйк.

– Ладно, я сегодня в хорошем настроении, так что пойду у Вас на поводу, Нил, – протягивая руку ответил ему мужчина, – Моё имя Первый. Будем знакомы.

Двери убежища с грохотом открылись, означая конец бедствия. Теперь можно было отправляться в путь. Собранные местными солдатами припасы хранились на КПП специально для длительных походов в другие сектора, так что трудяги взялись нести их на своих плечах. Солу достался самый тяжелый ящик, хоть его веса он и вовсе не почувствовал.

Шли вперёд спокойно, ведь путь до столицы проходил по хорошо изученному маршруту. К сожалению, совсем безопасным его назвать было нельзя, так как из-за его размеров он все время наводнялся разными пласматами, которые ловили одиноких людей и утаскивали во тьму.

– Хей, Сол, – подошёл к парню Первый, – Прости, что тебе приходится участвовать в этом в твой день рождения. Да и в целом я бы не хотел чтобы ты ходил в экспедиции. Слишком опасное это дело.

– Всё в порядке, отец, не извиняйся. Все-таки не ты же выбирал тех, кто пойдет с вами. Да и я уже взрослый, так что мне самому интересно повидать мир. Мои затхлые четыре стены уже давно не могут поведать мне чего-то интересного. Я изголодался по простору и свободе!

– Поверь, везде все одинаковое. Разве что где-то трупов больше, а где-то их лучше прячут. В целом пейзаж один – труба.

– Я понимаю, как сильно ты беспокоишься за меня, но одно дело слушать рассказы про другие места, а другое посмотреть на них своими глазами.

Первый в ответ лишь вздохнул и посмотрел на парня с улыбкой, которую редко можно было увидеть на его лице. Сол нечасто виделся со своим названным отцом, так как отряд базируется в другом городе и часто ходит в экспедиции. Возможно, это маленькое путешествие поможет ему насладиться временем вместе с близким человеком. Лучше подарка на день рождения и не придумаешь.

***

Спустя несколько часов отряд устроил привал. Решено было остановиться в одном из помещений, чтобы немного отдохнуть. Портативная зажигательная таблетка, которая была одной из незаменимых вещей в длительных переходах, давала свет и тепло в мрачном и сыром помещении. Живая плесень запищала при виде огня и забилась в щель между бетонными плитами. Сол удивился при виде такого необычного существа. Мысленно он поблагодарил Создателя за то, что его домашняя плесень не умеет разговаривать и двигаться.

За поеданием пищевых рационов отряд получше узнал друг друга. Во время крайне увлекательной беседы у Второго загорелся дисплей нерометра. Он проморгал пару секунд, а затем затих. Такое же случилось и у Сэма Финчера, который от такой странности побледнел ещё больше. Главы отрядов сразу поняли, что дело плохо, ведь такое поведение приборов могло лишь предвещать появление одного из самых опасных существ Трубопровода.

– Полый, – в унисон произнесли Нил и Первый. Как можно скорее огонь был потушен, а двери закрыты насколько возможно плотнее. Остальная группа впала в ступор и хотела знать ответы на всплывшие в голове вопросы, но шиканье ветеранов в их сторону тут же поумерило любопытство.

Дисплеи начали сбоить и у других. Свет не переставая бил в глаза, отчего решено было выключить нерометры. Время в темноте текло медленно и неохотно. Глаза Сола слегка привыкли к мраку пока он не смотрел на вспышки, поэтому ему осталось лишь молча озираться по сторонам. Его компаньоны напряженно смотрели на дверь.

Что-то приближалось к месту их отдыха. Размеренные, тяжелые шаги понемногу наполняли сердце страхом. Казалось, будто с каждым шагом мерзкий скрежещущий звук возникал не где-то там вдали, а прямо в голове. Сердце замедлило ход, по спине побежал холодный пот, дыхание словно и вовсе остановилось. Тяжелая поступь будто выворачивала все изнутри.

Резко наступила тишина. Бах! Бах! Кто-то постучал в стальную дверь. Два сильных удара заставили вздрогнуть каждого члена группы. Ни один пласмат на памяти Сола не мог стучать в дверь. Нервы уже были на пределе. Хотелось выбежать сломя голову из этой темной и сырой комнаты.

– Ес-ср-рть к-кто? – раздался снаружи ужасающий хрипло-электронный голос. Скрежет когтей по двери впился в голову, выедая остатки самообладания. Сол опустил руки на пол и потихоньку, стараясь не издавать ни малейшего шороха, пополз назад. Липкие от пота руки приставали к бетону, собирая всю дрянь, которая накопилась здесь за время.

– А-а-а! – вскрикнул один из работяг, вскакивая с места. Было видно, как он тычет фонариком в плесень, которая подползла к нему во тьме.

Дверь с ужасающий силой была выдрана целиком из своего родного места. Фонари, прикрепленные к винтовкам американцев, одновременно направились на существо. Высокая фигура с огромными гипертрофированными частями тела стояла в проходе. Длинная овальная голова, с застывшей свирепой улыбкой, разделились на несколько частей. Стальные спицы, словно паучьи лапы, зашевелились и беспорядочно засвистели в воздухе. Искры от ударов по бетону высвечивали огромные когтистые руки и ноги чудовища. Пыльно-серое чудовище вступило в комнату.

Теперь оставалось лишь стрелять. Пули градом полетели в худую серокожую тушу. Леденящий кровь безумный хохот вырывался откуда-то из-под смертоносных спиц. Первым же делом тварь всадила их в того мужчину, по чей вине им приходится сейчас вырывать свои жизни из лап смерти. Десятки колотых ран по всему телу не оставили ни малейшего шанса на спасение бедолаги. Несмотря на непрекращающуюся стрельбу, монстр спокойно подошел к своей следующей цели. Второй сполз по стенке, крича что-то невнятное. Когтистой рукой он был вбит в потолок с такой силой, что его бездыханное тело застряло в бетоне.

Сол смотрел на ужасающую тонкую фигуру. Длинные окровавленные когти скоблили по стенке. Шаг за шагом этот выродок приближался к парню. Сол взглянул на отца, который неразборчиво кричал, заряжая свою энерговинтовку. В его глазах не читался страх, лишь желание убить монстра и спасти большую часть группы. Возможно, именно такой настрой дал сил Солу, чтобы собраться и дать отпор неприятелю.

Дальше отступать было нельзя. Спина уперлась в холодный бетон. Ужасающая улыбка нависла прямо над головой парня. Лапа медленно, словно пытаясь нащупать тонкую ниточку между жизнью и смертью, приближалась к побледневшему от страха лицу. Смех чудовища резонировал в голове, смешавшись со свистом пуль и выстрелами винтовки.

Момент для атаки настал! Резко вскочив на ноги, он схватил тонкую ручищу за предплечье. Далее, с яростным криком Сол пнул тварь. Со скрежетом и оглушающим визгом, лапа была оторвана от тела. Монстр тут же набросился на своего обидчика, но подоспевшие бойцы схватили его за ноги. Туша повернула свое тело к ним, перемалывая кости внутри себя. Спицы попадали по рукам и спинам двух вояк, но они не собирались отпускать Полого.

Сол вдохнул поглубже и, вкладывая все силы в свой захват, обеими руками вцепился в уродливую голову врага. Крича от злости и боли, он вырвал её с потрохами. Тело все еще продолжало извиваться на полу, но постепенно оно замерло, излив последние капли крови на пол.

Сердце билось в груди, как двигатель машины. Глаза перемещались безостановочно с одного трупа на другой. Адреналин так и бил по всему телу. Слезы стекали по забрызганным кровью щекам. Казалось, будто Сол сейчас не в своём теле, а смотрит на него со стороны. Он видит все: как компаньоны обступают его, хлопают по плечу, как отец садится на бетон и закуривает, как Нил выходит наружу, утирая глаза грязным рукавом.

Труп пласмата было решено пустить в расход и свинтить все самое полезное и не тяжелое. Тела погибших людей сожгли в этой же комнате. Нельзя чтобы их истерзанные тела стали топливом для хаундов или ингов. Входную дверь приложили ко входу и нацарапали имена павших. Несколько прощальных слов о их жертве добавили ниже. Нил Блэйк не знал о чем можно было написать про бойца чужого отряда, но выразил свою скорбь тремя буквами - R.I.P. Времени на минуту молчания не было, поэтому отряд отправился дальше в путь.

– Пэрвый, – обратился вдруг Нил, – Мощно задат одын вопрос?

– Ты уже задал, – слегка хмыкнув, ответил ему мужчина, – Чего тебе?

– Почэму Ваши brothers in arms назэваются числами?

– Все меня рано или поздно об этом спрашивают, поэтому отвечу кратко. Жизнь военного в этом мире слишком коротка и может оборваться в любую секунду. Мне, как лидеру всей группы, невыносимо тяжело видеть смерть моих товарищей. До сих пор мне снятся кошмары, где живьем съедают одного из них. Позывные дают мне, да и всем в целом, убежать от этих мыслей. Давая имя кому-то или чему-то, ты как бы вкладываешь в него частичку себя и своих чувств. Когда ты видишь смерть своих друзей и знакомых в очередной раз, то начинаешь и сам понемногу умирать где-то изнутри. Числа же на самом деле просто числа. Холодные, бездушные и обезличенные. С ними легче переносить весь этот ужас.

Все продолжили идти молча вперёд. Сол никогда раньше не задумывался о том, что эти позывные даны не просто так. Сердце сжалось от воспоминаний об убитых. Гнев и сожаление текли неистовым потоком сквозь мысли молодого парня. Его стали терзать вопросы о том почему же все так? Почему существует столько ужасный мир в котором бродят такие хладнокровные машины смерти? Он сжал ладонь на груди в кулак. Еле-еле Сол сдерживал крик своей души за зубами. Он поклялся своей ненавистью, что положит конец тирании этих тварей и самолично уничтожит их всех.

Глава 3 – Альбион

Дорога была крайне долгой, но и весьма прибыльной на металлолом и прочие интересные вещи. Трубопровод всегда полон сюрпризов, ведь он не состоит только из одних канализационных структур. Нередко случалось обнаружить совершенно непонятное помещение за обычной с виду дверью. Такие комнаты назывались среди экспедиционных групп ошибками. Именно с этим ассоциировалась необыкновенная находка, ведь все они были заполнены странными вещами: кривыми зеркалами, длинными столами с перевернутыми стульями на них, коврами на стенах, древним транспортом и так далее. В дополнении ко всему прочему, появиться они могли за уже открытыми дверями, но, по неизвестной причине, никогда внутри поселений людей.

Так отряд дошёл до комнаты-развилки, где им нужно было свернуть, на общий с китайским регионом путь до столицы. К сожалению, проход вел в совершенно иное место. Оно напоминало огромный кабинет, где сплошь и рядом было все красного цвета: ламинат, ковер, длинный объемный стол, флаг СССР, обои и странные тряпки рядом с квадратными окнами. Решено было осмотреть тщательно это место, чтобы китайцам не достались какие-либо ценности.

Внимание Сола привлек высокий стеллаж с книгами. Его палец проскользил по пыльным корешкам и остановился на названии "Мы". Достав книгу, мальчишка осмотрел её в руках. Он никогда в жизни не видел такого количества бумаги в одном месте. Открыв произведение на середине и сев поудобнее в скрипучее кресло, парень решил что-нибудь вычитать.

Будучи с головой утянутым в книгу, он и не заметил, как весь остальной отряд уже выпотрошил все возможные и невозможные места для хранения вещей. Полки стола лежали на полу, из тумбочки вынуты какие-то старые жёлтые газеты, стеклянные рюмки свиснуты, а ковер перемещен в другую часть комнаты, чтобы прошерстить и пространство под ним. Клептоманы были довольны своей работой и распехивали добро по карманам.

Сол решил взять несколько книг с собой, так как уж больно сильно они ему запали в душу.

– Первый, смотрите, тут какой-то сейф за картиной, – сказал Четвертый, снимая портрет с усатым дядькой со стены за столом.

– Ого! Неужто ещё что-то интересное? Ну-ка, разойтись!

Глава отряда зарядил свою "Волыню" и выстрелил в уголок дверцы. Металл расплавился в месте попадания и ларчик сам открылся. Внутри хранились несколько папок со старыми бумагами, пачка пятитысячных купюр и древняя курительная трубка. Первый тут же попросил отвернуться американцев, как только увидел все это. Они запротестовали на английском, пытаясь подсмотреть в листы бумаги. Сол подошёл к голдящей толпе с вопросительным выражением лица. Первый осторожно показал ему один из документов под названием "Проект Эдем".

Ценная информация была спрятана за пазуху командира и группа вышла из необычного кабинета. Вновь они брели по сырым железным трубам. Сол почувствовал, что где-то внутри начало нарастать ощущение тошноты от однообразия его жизни. Мир в той книге показался ему более реальным, чем жизнь по уши в дефекациях.

Тошнотворные трубы, которые бесконечно тянули свои ржавые кости во все стороны. Ужасная, отвратительная жизнь в гниющих клетках, где ты вынужден изо дня в день готовить рыбу. Это не жизнь - это кома, разве что ты все еще можешь двигаться.

– Эй, Сол, чего приуныл? – повернув голову на парня, спросил Первый.

– Задумался о смысле жизни. Почему мы так живём? Ведь не первое поколение людей уже обитает в этой помойке. Неужто НИО не нашли способов сбежать отсюда?

– Увы, не нашли. Приходится жить в этом месте, да уповать на естественный конец жизни.

– Малчэк, – встрял в разговор Нил Блэйк, – Нэ стоит слишком убэватся по поводу этого. Ты молэд, а как гэворат в Амэрикэ: if you want something done right, do it yourself. Стэрайся сделать свэю жизн лучшэ сам. Амэрэканская мэчта живьот в кэждтом из нас.

– Согласен, Нил, все-таки никто не сможет изменить твою судьбу, кроме как ты сам. Борись с этим миром или стань его частью и дай дорогу другим. Мы, военные, именно та часть всеобщего колеса жизни. Всего-лишь даем шанс другим искоренить этот кошмар.

Спустя несколько километров ландшафт несколько изменился. Труба резко превратилась в кирпичную кладку! Челюсть Сола отвалилась от удивления, ведь он не знал о том, что Трубопровод состоит не только из однообразных железяк. Красные кирпичи стояли ровными рядами и поднимались вверх, образуя проход в виде арки. В стенах были решетчатые отверстия из которых стекали небольшие ручейки рыжеватой воды и впадали в центральный поток. Нил, различие в материалах тем, что Трубопровод в разных регионах свой. НИО исследовали это и на данный момент существует кирпичный вариант, железный, замшело-каменный, бетонный и смешанный.

Долгое время парнишка смотрел на отсыревшие кирпичи и все плохие мысли как-то сами собой ушли. Он ещё молод и не пережил достаточно, чтобы судить Трубопровод. Может в этом мире все не так плохо, как ему представляется. Просто нужно чуть больше времени для освоения и привыкания к тяжёлым условиям жизни, ведь и на заводе работать было сначала не легко, но со временем стало в разы проще.

Издали стали слышаться людские голоса. В животе заиграли импульсы от волнения. Улыбка на молодом лице сама собой растянулась до ушей. Нескончаемые вопросы посыпались на голову. Если бы Сол был хаундом, то его хвост сейчас просто отвалился от нескончаемых покачиваний из стороны в сторону. Первый слегка усмехнулся, увидев, как сын чуть ли не лопается от возбуждения.

Мужчина повесил оружие на спину, положил руку на плечо Солу и пошёл с ним впереди. Ему хотелось, чтобы этот момент парнишка запомнил на всю свою жизнь. Да пусть же вместе они узрят величественную красоту столицы, которой дали гордое имя – Альбион!

Огромный по численности город, который находится посреди гигантского колодца. Десятки шлюзов не позволяют Потопу затопить это место. Ярко-оранжевый свет от десятков тысяч огней и ламп. Безмерное количество мелких труб возносятся к самому верху, сдерживал в себе дым и пар от костров и котельных. Люди, которые издали становились похожими на песчинки, толпами прогуливались по неисчисляемому количеству улиц, закоулков, надземным переходам. Роботы курьеры жужжали в воздухе, разнося различные товары и посылки. Спутанные провода, словно рыбьи потроха, висели кучами на зданиях. Каждый такой пучок был соединён с центром города – Сердцем.

Высшая степень разработок НИО на данный момент. Титаническая башня, тянущаяся от нулевого этажа до двухтысячного. Расстояние между этажами восемьдесят метров, где умещаются различные строения для работы, жизни и развлечений. Сердце выполняет все жизненно необходимые функции города: очистка воды, выработка электричества, создание тепла, охранная система и престижность. Управляется все это самым развитым ИИ "Мимир".

Сол дочитал прицепленный к лифту буклет для новоприбывших и снова прилип к стеклу. Его сердце было покорено столь грандиозным строением. Он до этого даже не слышал, что где-то существует хоть что-то подобное, ведь жителям его родного городка на окраине просто чхать на существование других. Они лишь беспокоятся о своей шкуре.

Медленно лифт опускался, а в противовес ему поднималось чувство восторга Сола. Едва двери распахнулась, как паренек полной грудью вдохнул столичный запах. Дым и железо. По узкой улице шагало огромное количество людей, одежда которых кардинально отличалась от той, которую носили в родном поселении. Куртки из шкуры шики и алюминиевыми рогами на плечах, голорубашки, которые меняли цвет и изображение на них, чёрные штаны с ремнем-ассистентом, позволяющим использовать его вместо второй пары рук и прочие очень дорогие костюмы. Конечно, не все были одеты именно так, но внимание сраженного наповал парня уже было не вернуть.

– Ну, как тебе? – спросил Первый, радостно улыбаясь.

– Я восхищён, – кратко ответил Сол.

От созерцания великолепия города пришлось оторваться, ведь дежурный робот, который встречал всех людей, спускающихся на отведенном ему лифте, подошёл к Солу. Его блестящее хромированное тело согнулось в уважительном поклоне. Далее он выпрямился и направил свой взор прямо на парня. Было слегка неуютно находится под наблюдением у андроида, которого было очень сложно отличить от человека.

– Приветствую Вас в Альбионе. Я не нашёл Ваше лицо и биометрические данные в базе, поэтому настоятельно прошу пройти в регистрационную для создания идентификатора. Вы согласны?

– Эм… – замялся парень, повернув голову к своей группе, – Да, согласен, – ответил он, увидев одобрительные кивки.

– Отлично. Вас сопроводит Аники и станет Вашим личным ассистентом во время первого пребывания в городе. Желаю приятно провести время, уважаемый.

Андроид вновь поклонился и ушел на свой пост. Первый быстро обрисовал дальнейшие действия группы. Сейчас Сол будет должен пройти регистрацию, а все остальные направятся к Штабу Интернациональных Вооруженных Сил, где отчитаются перед начальством. В это время парень сможет прогуляться и посмотреть на жизнь в Альбионе.

Едва план был оговорен, к отряду подошла девушка-андроид. Она не вмешивалась в разговор, а терпеливо ожидала, когда можно будет начать самой. Пожав друг другу руки, группа разделилась, оставив Сола с поставленной задачей и новой спутницей. Андроид была меньше похожа на человека, но от этого становилась гораздо привлекательнее и не создавала эффекта зловещей долины.

Её корпус состоял из сегментированных частей белого и розового цвета. Минималистичные черты лица, большие зелёные глаза, короткая стрижка и иероглиф на плече давали понять, что она – разработка Китая. Хотя, все андроиды были созданы в Китае, а потом перестроенные на свой лад в других странах.

– Здравствуйте. Меня зовут Аники. Сегодня я буду Вашей опорой в путешествии по Альбиону. Итак, с чего бы Вы хотели начать?

– Ну, стоит в первую очередь зарегистрироваться, Аники, – слегка смущённо ответил мальчишка. Его смутило то, что впервые за свою жизнь с ним общается девушка, хоть и не совсем человек. В народе ходила молча, мол, если с дамси поведешься, то проблем не оберешься. Для женщин такое "проклятье" ознаменовало бездетность, кражу красоты и долголетия, венец безбрачия и сломанные ногти.

– Я Вас поняла. Тогда пойдемте вместе со мной.

Она ловко и мягко взялась за руку парня и указала пальцем в нужную сторону. Они шли вдвоём по светлым улочкам столицы. Люди абсолютно не обращали на них внимания, ведь им не впервой приходилось видеть такие "парочки". Сол же напротив, озирался вовсю, пытаясь рассмотреть каждого человека, вывеску, здание, камень под ногами. Атмосфера жизни буквально захлестывала разум. Он не один в этом мире. Вот здесь есть люди. Здесь сохранилась жизнь!

Глава 4 – Опасность за углом

Сол и Аники добрались до места их назначения. Первый этаж одного из зданий был переоборудован под офисное помещение. Над дверью висела скромная неоновая вывеска белого цвета: "Документы". Вдвоем они зашли внутрь. Душный воздух, затопленный запахом бумаги, вылетел на улицу, обдав лицо парня. Синевато-белые стены и серый зернистый пол сразу бросались в глаза. Квадратные потолочные лампы слепили своей яркостью. Кое-как, зажмуренными, слезящимися глазами, парень разглядел длинную стойку. За ней стояла женщина в голубом пиджаке и обычных черных штанах. Её волнистые, коричневые волосы, которые, казалось, были под напряжением и, выстреливая во все стороны, образовывали пышный круг.

– Здравствуйте, чем я могу Вам помочь? – обратилась она к Солу, как только тот подошел ближе .

– Здравствуйте, мне бы создать идентификатор. Прибыл только сегодня в Альбион.

– Тогда идите по коридору до конца и заходите в пятый кабинет.

– Спасибо.

Парень направился в указанную сторону. Андроид не отставала и молча шла рядом. Стулья напротив кабинета были пусты, поэтому Сол сразу же постучался в дверь. Мужской голос разрешил войти.

Интерьер помещения существенно отличался от того, что было в коридоре. Мягкие тона обоев, пола и мебели. У стен стояли шкафы, забитые папками, а также какие-то неизвестные устройства. Посредине находилась большая железная установка с небольшим стульчиком около нее.

– Итак, Вы за идентификатором? – спросил рыжеволосый мужчина, встав из-за своего стола, – Присаживайтесь тогда. Аллергий нет на метафиры? Ваша религия не выступает против аугментации и всего подобного? Тогда начнем.

От металлического корпуса махины тянуло холодом, поэтому по рукам пробежали мурашки. Непонятное устройство было похоже на токарный станок старого образца. Однако, большей ясности о том, что делать это не давало. Просто сидеть и смотреть на стальную коробку было малоэффективным занятием.

– Итак, процедура эта безболезненная и на все сто безопасная, – заговорил врач, как предположил по халату Сол, – Вам всего-то нужно не двигать рукой.

Рыжеволосый мужчина открыл боковую панель механизма и вытащил из него пустой бак. Ёмкость осталась стоять на полу, а на смену ей была установлена такая же, но уже с оранжевой жидкостью внутри. Далее, врач попросил поставить локоть на подложку и откалибровал высоту под рост парня, чтобы ему не приходилось напрягать конечность.

– Готовы? – задал риторический вопрос врач и запустил аппарат.

Двигатель внутри этого зверя зажужжал. Из-под подложки выдвинулись ещё несколько опор и сами встали под руку. Из левой части устройства выдвинулся большой блок с отверстиями. Он горизонтально развернулся и медленно пополз, неприятно пища. Из края аппарата вылезла небольшая клешня с иглой. К ней была присоединена трубка с той самой оранжевой жидкостью. Осторожно игла вошла в вену и понемногу вкачала вещество.

На лице Сола проступил пот. Резко стало невероятно жарко, будто температура подскочила до пятидесяти градусов. Мышцы в теле, казалось, кто-то хорошенько размял, отчего они изнывали от боли. Неприятное ощущение растеклось по телу, кроме руки в аппарате. Она полностью онемела и стала, казалось бы, не родной.

Блок с отверстиями навис над ладонью и провел по ней красным сканером. После короткого бикающего сигнала из отверстий вылезли еще иглы, но с более толстыми кончиками. Они приблизились к ладони с разных её частей и впились в кожу. Никакой боли и крови не было, лишь по коже поползли небольшие чёрные линии. Они обвили ладонь, прошлись по всем линиям и перебрались к запястью. Буквально на глазах из кучки песчинок, появились необычные по дизайну наручные часы.

После этого аппарат еще раз бикнул и собрался в изначальное состояние.

– Ну, вот и все. Ваш имплант-идентификатор готов. Осталось немного настроить его, ввести некоторые данные и будете свободны.

***

– Я никогда не думал, что такие аппараты существуют, – сказал Сол врачу, расписываясь в документе, – Как так получилось, что только здесь есть подобные технологии?

– Ну, деньги правят миром, что ещё тут думать. Куда чаще наведываются короли, там и возводят золотые троны. Согласись, что никто, с точки зрения экономики, не станет переводить все ресурсы в поселение на четыре домика. Ты же как раз из такого, верно?

– Да, лучше мой родной городок и не опишешь.

– То-то я заметил в твоих глазах не уходящее удивление. Ничего, день-другой и привыкнешь к новой жизни. А, как тебя зовут, кстати?

– Сол, – с некоторой тревогой ответил парень. Ему нравилось болтать с рыжим доктором и не хотелось прерываться из-за повсеместного расизма.

– Эскулап, приятно познакомится.

– Стоп, ты дамси?! – фальцетом выкрикнул парень.

– Да, ровным счётом, как и ты, друг, – широко улыбаясь, ответил он.

– Ты первый мною встреченный дамси. Не представляешь насколько я рад, что не один являюсь таким в этом мире. Ты же не против быть моим другом по несчастью?

– Я только за! Кстати, раз уж мы одной породы, то не мешало бы сразу кое-что подправить в твоём идентификаторе.

Эскулап взял отвёртку и снял с часов небольшую панельку с левого боку. Далее, своим идентификатором, он подсветил внутреннее убранство механизма, ткнул инструментом пару раз и закрыл все обратно.

– Итак, теперь у тебя есть доступ к подсети дамси. Нас не так уж и много, но мы довольно дружны, а в этом городе важнее связей, лишь связка из купюр. Если зайдешь в мессенджер, то увидишь первым контактом меня, а затем общий чат. Пиши в любое время, если будут вопросы и не свети лишний раз часиками, а то будет потом нагоняй всем нам.

Поблагодарив за все врача, Сол вышел в коридор. Аники все также покорно ожидала своего хозяина. Парень сел на стул перед кабинетом и пригласил присесть андроида рядом. Двумя тычками в часы на руке, неандерталец, от мира техники, разблокировал их. Идентификатор спроецировал экран поиска зарегистрированных в сети контактов по нажатию на соответствующую иконку. Найти Первого было легко, ведь он единственный был активным пользователем среди других одноименных контактов.

***

Необычный воздух на улицах и атмосфера доминирования технологий завораживали молодого человека. Он восторгался этими видами, особенно дронам, ведь только здесь их потенциал раскрывался в полной мере. Вместе со своей спутницей, он направлялся в одно место, где можно было поесть в компании.

Небольшой домик с красной черепитчатой крышей, походившей по форме на треугольник, но с плоской верхушкой, манил к себе изголодавшихся людей. Из здания выходил чудесный аромат жареной рыбы и чего-то еще, что сельскому парню не дано было ранее попробовать. Над входом висела вывеска на китайском, которую Аники перевела как "Потерянный рай". Зайдя вовнутрь, Сол поразился большому количеству деревянных вещей, тарелок, явств и клиентов. Древесина выглядела правда как-то необычно: зеленая снаружи и белая внутри.

Первый заметил парочку и махнул им рукой. Вот, уже снова полным составом, они принялись за еду. Восхищало то, что рыба, которая была чуть ли не единственным мясным продуктом в мире, совсем не отторгалась. За годы жизни в Трубопроводе ее вид и запах уже отбивал хоть какое-то желание есть. Однако, невероятно искусно приготовленное блюдо хотелось проглотить в миг, но так будет не прилично, да и все наслаждение быстро исчезнет, поэтому ужин был долгий.

– Итак, раз уж мы набили животы, – начал говорить Первый, похлопывая себя по пузу, – Самое время и о планах подумать. Сол, так как ты теперь с айдишником, то и имеешь право бессрочно пребывать в городе. Нам же придётся уйти на экстренную миссию по спасению какого-то учёного, так что ты остаешься здесь.

– Что?! Но почему? Я хочу с вами! – возражал парень.

– Понимаешь, обстоятельства таковы, что только уже обученные солдаты могут туда направится. Только мы и американские ребята подходят под критерии, поэтому вам придется здесь остаться. Мы вернёмся быстро. Обещаю, – с улыбкой закончил он.

***

Позднее этим же днем, когда Сол уже попрощался с боевой группой, Аники заявила о том, что следует подыскать место для ночлега. Она самостоятельно нашла недорогой отель, который располагался вдали от Сердца, но по отзывам был не хуже других. В этот момент парень подумал о том, что наверняка бы заблудился в этом лабиринте улочек без такого полезного помощника.

Они шли по маршруту, пока город понемногу пустел. Реже стали встречаться люди, из-под люков вылезли мохнатые крысоиды, из баров выкатывались пьянчуги и кутилы, напевая спиртные песни. В окнах жилых домов гас свет, а значит люди уже ложились спать. Мальчишка же вообще не чувствовал никакого намека на усталость, ведь работал и по ночам, чтобы заработать денег, репутации и трудовых очков, за которые давали весьма ценные вещицы.

Внимание Сола привлек странный шум, доносившийся из темного переулка. Лёгкое шипение, походившее даже больше на обычный ветер, будоражило чувство азарта и приключений. Аники прислушалась к шуму и заявила то, что это голос группы людей. Парню стало интересно, чем могут заниматься люди в такое время, да ещё и в тёмном переулке. Конечно, инстинкт самосохранения резко ударил своим свинцовым кулаком по азартным порывам, поэтому пришлось взять в руки железяку, волявшуюся на земле и придавить это чувство, а затем отправиться в неизвестность.

Постепенно, ступая все глубже в тревожную мглу, нервишки вздрагивали, в такт каким-нибудь звукам ночного города. На ладонях проступил пот, когда еле слышный шум, превратился в более-менее разборчивый заунывный вой. Грязь с железки неприятно налипала на влажные руки, раздражая и покалывая их. Аники шла чуть позади, стараясь не шуметь и слегка подсвечивая дорогу под ногами.

Вдвоём они подобрались достаточно близко, чтобы уже слышать отчетливо голоса. Тот вой оказался некой песней, слова которой были то ли на другом языке, то ли произносились чересчур невнятно. Пять человек сидело вокруг пурпурного огня. Они были одеты в длинные рясы, на спинах висело по длинному кабелю, лица были закрыты черепами хаундов, надетыми так, словно это был повседневный головной убор для этих людей.

– Господин, – прошептала андроид прямо на ухо, – Это секта "Коготь". Нам стоит доложить об их присутствии на верхних этажах в полицию. Могу я отправить заявку?

– Конечно отправляй. От фанатиков добра ждать не стоит, – распорядился парень, взглянув на спутницу.

Когда он вновь повернулся посмотреть на причудливых людей, то они все пропали. Костер по-прежнему горел, но вот вокруг никого не было. Сердце забилось чаще в десятки раз. Куда могло пропасть пять человек? Как они скрылись, если ни одного шага не было слышно.

Сол сжал свое орудие покрепче и чуть дальше выглянул за угол. Никого не было, лишь огонь напоминал о том, что все это был не мираж. Мальчишка осторожно вышел из-за своего укрытия, смотря на все подозрительное окружение, и подошёл к костру. Необычное пламя озарило любопытного парнишку. Что-то казалось таким притягательным в нем и его случайных, диких и непоследовательных движениях.

– Тебе нравится, мальчик? – прошипел чей-то голос прямо над ухом. Мурашки побежали по спине от холодного, будто бы мертвенного, дыхания.

– Ты чувствуешь его зов? – спросил второй голос за спиной. Их взгляды сверлили спину Сола, что отчетливо ощущалось.

Развернувшись к ним, любопытный парень встретился лицом к лицу с, наверно, своим новым ночным кошмаром. Пять высоких фигур возвышались над ним, смотря своими красными, блестящими стекляшками из пустых глазниц хаундовских черепов. Из-под балахонов виднелись синеватые пупырчатые участки тел. Длинные жёлтые ногти на руках имели зазубрины и наверняка могли перерезать кому-нибудь горло. По ногам стекал гной и то, что осталось от крови в жилах этих нелюдей.

– Не бойся, мальчик, Великий Апис принимает к себе всех верующих. Стань единым с нами, ведь только у бестий этого мира есть шанс выжить!

– Н-нет, я о-отказываюсь, – дрожащим голос ответил он, – Мне не интересна ваша… группа.

– Хм, тогда, прости, но ничего личного. Наши доктрины не разрешают нам убивать без причины, но ты потревожил наш ритуал и теперь, дабы не ввести в немилость нашего Великого, мы вынуждены насытить землю кровью.

Их длинные руки выползли наружу. Против пятерых не было и шанса на победу, поэтому придётся бежать. Со всей своей силы, Сол рванул с места, расталкивая фанатиков. От добротного толчка один из них повалился на землю. Остальные побежали вслед за жертвой любопытства. К сожалению, одна из длинных лапищ схватила парня за правое плечо. Чтобы освободиться от мерзкой руки, Сол прокрутился через левое и со всего маху влупил по конечности железкой. Гнилистая кожа слезла рваным пластом, разбрызгивая густую, темно-бордовую кровь.

– Бежим, Аники! – хватая андроида за руку, прокричал мальчишка.

Она тут же среагировала и послушно помчалась вслед. Сектанты продолжали погоню. Каждый их шаг сопровождался клацаньем челюстей черепов. Безумные алые огни следили за убегающей парочкой. Казалось, будто красные глаза стали ещё злее и краснее, нагоняя тем самым страх.

– Защитный модуль: активирован. Хозяин, я сделаю все возможное, чтобы защитить Вас.

Рука андроида разделилась на части. Огромное дуло направилось прямо на одного из преследователей. В эту же секунду прогремел выстрел, сопровождаемый хлюпающими звуками летящей во все стороны плоти. Сектанты опешили и остановились на месте. Переулок закончился, а значит и закончилась погоня.

Радоваться, конечно, было рано. Полиция прибыла как раз вовремя, встретив выбегающую парочку. Двое офицеров подбежали к ним, достав оружие. Они направили свои пистолеты на Сола и Аники. На их лицах выражалась тревога смешанная со страхом, видимо эту секту бояться не только любопытные детишки.

– Стоять! Предъявите идентификаторы! – приказал один из полицейских.

Их требование было исполнено без пререканий. Пробитие по базе Сола и сканер модели Аники не заняли больше минуты, после чего офицеры несколько успокоились. Они утерли пот с лица и кое-как состряпали дружелюбную физиономию. Парочку попросили подождать приезда еще одного сотрудника правоохранительных органов, а про сектантов можно было просто забыть, ведь их все равно не поймать, что пытались сделать множество раз.

Через десять минут прибыла ещё одна машина, но белого цвета, нежели синего у полицейских. Из транспорта вышел лысоватый мужчина в деловом костюме. Его небритое лицо не несло на себе никакой радостной эмоции, лишь раздражительность и нежелание работать. Мужчина бросил взгляд на переулок, что-то пробормотал под нос, как сварливый дед, и подошёл ко всем.

– Отец Витол прибыл по вызову полиции. Добрый вечер, я Ваш раб божий и бла-бла-бла.

– Здравствуйте, отец, – ответил полицейский, – Здесь правда был "Коготь", так что можете снять с лица маску раздражительности. Наконец-то, кажется, они промахнулись, сделав шаг по лезвию ножа.

– Чудесные новости! Давайте тогда скорее приступим, господа. Ты, дитя, как тебя зовут? – резко оживился священник, достав сигарету из-за уха.

– Сол.

– Так ты дамси? Вот так повезло-повезло. Надеюсь, они тебя там не поранили, а то я мало с собой медикаментов взял. Кто-то из прихожан опять у меня своровал медицинский спирт. Что ж, пойдём смотреть на последствия вашей стычки, – выдохнув дым и положив руку на плечо парня, направился вместе с ним в злосчастный переулок.

Глава 5 – Спуск к Богу

Священник сел на корточки рядом с разорванным от выстрела телом. Он что-то внимательно разглядывал в останках, иногда пуская дым от сигареты в воздух. Полицейские же отправились прочесать территорию на предмет самих участников секты, ведь мало ли они скрываются где-то поблизости и захотят напасть еще раз.

– Сол, скажи мне, – вытирая руки тряпочкой, обратился священник, – Ты давно в городе?

– Нет, только сегодня прибыл, а что?

– Да вот в этом и проблема. Зачем ты полез туда, куда не следовало? Ты же законов и правил здешних не знаешь даже. Повезло хоть с тем, что ты силовой дамси, а андроид твоя хорошо укомплектована.

Хотя, можешь вину на себя не брать целиком. "Когтю" не разрешено быть на этажах от двадцатого до первого. Нарушили правила и поплатились.

– А что за огонь у них такой горел там? Какой-то он необычный был, как мне показалось, – ткнув пальцем во тьму, спросил парень.

– Праздное пламя. Его дым вызывает небольшое чувство влечения и галлюцинации. По календарю у них сегодня красный день, так что, видимо, они чего-то там приняли и примчались сюда зажигать. Видишь? Гной течет беспрестанно.

– Ужасное зрелище. Не думал я, что в первый день попаду в такую передрягу, – выдохнув и сев на грязную землю, произнес парень, – Меня посадят за убийство?

– Хах! Чушь это, а не убийство. Мы за вынесенный мусор не сажаем. Все равно эти падшие душонки у нас всех в печенках сидят. Мне, как священнослужителю, не пристало так говорить, но эти маньяки уже давно должны запекаться на сковородках. Уж больно много людей и тварей от них погибло. Кстати, меня Витол Вольфович зовут.

– Приятно познакомиться, – ответил мальчишка, не понимая как ему реагировать на все это. Вроде, перед ним находился представитель церкви, но по поведению это был будто один из заводских работников. Разве что не матерился, но это пока что. Такой противоречивый персонаж встречался ему впервые, от этого, быть может, экстраординарная личность чем-то цепляла.

Решено было перевезти тело в церковный морг, где его будет легче очистить от "нечестивой дряни", как выразился святой отец. Сола же отпустили на все четыре стороны, так как по ночам шастать юнцам не пристало. Витол дал свой контакт, чтобы с ним можно было связаться в случае чего и настоятельно порекомендовал сходить в его церковь на следующий день. На этой ноте ночная встреча была окончена.

***

Огромное здание возвышались над относительно небольшими домиками подле него. Крупная надпись "Hotel Virginia" висела над входом и ослепительно ярко пестрила красным и белым цветом, попеременно меняя их между собой. За стеклами, на многочисленных этажах, мерцали зеленые, синие, фиолетовые и жёлтые цвета. Видимо, этот отель пользовался весьма большим спросом, так как около входа стояло огромное количество транспорта, весомую часть которого даже в книгах Сол не видел.

Внутри здание выглядело гораздо спокойнее: легкий персиковый оттенок стен, мягкий свет, синтетическихлопковые ковры и роботы-прислуга, оснащенные подавителями шума. Находиться внутри было приятно и комфортно, поэтому хотелось поскорее познакомиться с номером.

– Приветствую Вас в отеле "Вирджиния"! Меня зовут Тревор. Надеюсь, мой языковой имплант правильно подобрал Ваш родной язык.

– Здравствуйте, все подобрано верно. Меня зовут Сол, а это моя спутница Аники. Мы бы хотели…

Дальше парень продолжать не стал. На лице администратора вылезла кислая мина. Сразу стало ясно, что он один из открытых ненавистников дамси. Его рука раздраженно задергалась под стойкой, пока взгляд ни на секунду не сходил с дамси перед ним.

– Грязных тварей не обслуживаем, – сквозь зубы прошипел он, – Выметайтесь!

– Но уже поздно и нам…

– На выход, – наставив пистолет, сказал он.

Делать было нечего, поэтому парочка беспрекословно ушла. Улицы города без лишних вопросов приняли их, подарив чудесный вид на Сердце Альбиона. Сол и раньше получал удары судьбы и кулаков своих соседей из-за его происхождения. Возможно, ненависть и есть причина того, что плесень в его комнате до сих пор никуда не пропала. Уборочный отряд просто не хотел лишний раз связываться с подкидышем. Дополняло плачевность ситуации еще и то, что сам дамси не знал причин ненависти к его расе. Вроде, дышит также, ходит на работу, радуется радостями и грустит от грустного, разве что чуть сильнее обычного человека и все.

Под гнетом тяжелых мыслей он не заметил, как дошел до какого-то подобия места для отдыха. Лавочка, мусорка, голографическое яркое дерево и вид на большой аквариум с искусственными аниматронными рыбками кои. Этот день ужасно вымотал парня эмоционально и физически, поэтому хотелось присесть, а лучше прилечь на кровать, даже если та будет куском пластика. Лавка скрипнула и Сол закрыл глаза, откинувшись назад.

– Хозяин, не расстраивайтесь. Я могу найти новое место для ночлега, – предложила андроид свою помощь.

Странно, но мальчишка полностью забыл о ней, пока был погружен в свои мысли. Хоть она и машина, но разве это запрещает ей чувствовать обиду на того, кто не замечает ее? Пусть эмоции будут симуляцией, но наша человечность не станет от этого менее реальной. Обижая робота мы все-таки проявляем свою собственную жестокость по отношению к другим.

Аники не дождалась ответа, поэтому просто обняла своего хозяина. Прохладный металл понемногу отрезвлял, позволяя несколько отсраниться от мыслей в голове. Такое положение вещей несколько смущало парня, ведь за всю жизнь никто не проявлял к нему такой нежности, пусть даже и искусственной.

– Извини, Аники. Я был глуп и не уделял тебе внимания. Из-за меня мы не попали туда. Тебе ведь сто процентов тоже нужен отдых. Я, видимо, не из тех хозяев, которые способны постоять для начала за себя. Нельзя мне быть чьим-то господином, иначе на слуг упадет тяжелый кулак расизма.

– Не вините себя. Давайте просто отправимся в место, где нас смогут принять.

– Где мне искать такое? Хотя, кажется, я знаю кто поможет.

Надежда была лишь на Эскулапа. "Раз он и сам дамси, то, возможно, поможет в беде" – подумал Сол, написав сообщение врачу. Ответ пришел почти сразу, что удивило парня. Все-таки такой способ общения куда лучше, чем обмен письмами по пневмотрубам.

– Доброй ночи, Сол. Чем могу помочь?

– Прости за беспокойство, но у тебя не найдётся на примете места, где смогут переночевать такие как мы? Меня и Аники не пустили в отель и выпроводили с оружием в руках.

Через пару долгих минут Эскулап ответил тем, что сможет приютить их только у себя, поэтому придется ещё прогуляться. Огромный камень из горечи свалился с сердца, так что до места назначения добралась парочка быстро. Высокий угловатый дом выглядел менее помпезно, чем отель, но это было не важно. Все равно где спать, лишь бы не среди каратоканов.

Аники нажала на нужный номер этажа в лифте и стальная коробка поползла наверх. С каждым этажом становилось все тяжелее и тяжелее смотреть вниз. Ноги подкашивались, а сердце болезненно стукалось о ребра. Полные ладони скользили по стальным стенам. Доселе Сол не испытывал ничего подобного, поэтому вцепился в пол, нервно ожидая конца подъема.

– О, а вот и вы, – радостно сказал Эскулап, встречая гостей на выходе из лифта, – Следуйте за мной.

Место проживания врача было наибогатейшими хоромами по сравнению с комнаткой Сола. Большое панорамное окно, длинные черный диван со столиком перед ним, встроенный в стену гардероб, ванная комната и множество разных вещей. Вдобавок к этому для сна была целая отдельная комната!

– Вы можете остаться здесь, а я в гостиной на диване посплю. Все-таки для гостей удобства придуманы. Сол, не думаю, что сейчас ты настроен на разговоры, потому наутро все обсудим. Споки.

Так и закончился первый день в новом месте. Приключений было хоть отбавляй, а дел на завтра уже сейчас хватало. "Интересно, а всех новоприбывших Альбион захватывает в свой круговорот неожиданных встреч и знакомств?" – думал парень, укладываясь на белую кровать. Аники тихонечко пристроилась в углу, подключившись к розетке, и ушла в спящий режим, не забыв пожелать доброй ночи. Все пространство вокруг облепила тьма, а по телу разлилось чувство заслуженного отдыха.

***

Утро началось крайне энергично. В соседней комнате громыхала музыка, которой парень никогда не слышал. В его глуши из инструментов были только вилки и ложки, да и те покарежены так, что выдавали тупое бряканье. Здесь же играло нечто иное: тяжелое, звонкое и заряженное какой-то агрессивной тоской. Любопытство заставило поскорее ознакомиться поближе с музыкальной композицией.

Открыв дверь, парень увидел интересную картину: Эскулап прыгал посреди комнаты с закрытыми глазами и делали непонятные движениями руками. Качая головой в такт музыке, он выкрикивал некоторые слова из песни, но припев почему-то исполнял полностью:

«Когда придет смерть городам:

Нас примут звезды – я буду там!»

Когда придет смерть городам:

Уходим к звездам! Я буду там!

– Доброе утро, Эскулап! – пытаясь перекричать музыку, надрывался Сол.

Рыжий мужчина ошалело открыл глаза и впопыхах выключил аудиоплеер. Его лицо покраснело так, словно он стал кирпичным тоннелем перед входом в Альбион. Повисла неловкая пауза, но почему-то Сола пробило на смех. Видимо, вид смущенного взрослого мужчины как-то не клеился с образом старших, который был вдохновлен поведением и действиями Первого.

– Ты ничего не видел, дружище, – почесав затылок, произнес мужчина.

За рыбным завтраком все-таки эта тема всплыла, так как музыки подобного вида Сол не слышал, поэтому ему хотелось побольше узнать обо всем. Из разговора стало ясно, что это раритетные треки, созданные предками. Огромное количество информации было запаковано в гигантский архив на несколько петабайт информации. Еле-еле их удалось расковырять, ведь Альбиона тогда не было в нынешнем его состоянии, но, по какой-то причине, часть данных была удалена или повреждена. Люди получили в наследство только пару гигабайт музыки, документов, книг и в единичных экземплярах фото и видео. Странным было и то, что все эти файлы были будто бы отобраны кем-то по определённым темам: выживание, строительство, чуть-чуть науки и немного творчества. Никаких изображений предков и вещей о которых те писали, к сожалению, не сохранилось.

– А что такое звезды? – задал вопрос любознательный парнишка.

– Хм, на сколько я знаю – это люди, которые очень популярны, но вряд-ли это так. Теперь замечаешь несостыковку? В песне поется о звездах и уходу к ним после разрушения городов, но как они могут остаться звездами без людей вокруг? От их популярности не будет толку никакого! Наверняка есть еще множество таких несостыковок в значениях слов и прочем.

– Звучит… безумно.

– Еще как. Ну, не будем нагружать голову с утра пораньше, так что расскажи лучше о твоих вчерашних приключениях.

***

История с отелем крайне возмутила врача. Он немедленно заявил о том, что того администратора накажут за расистские высказывания и угрозу для жизни человека, поэтому Сол может не беспокоиться и справедливость восторжествует. После завтрака они немного посидели под ультрафиолетовыми лампами, дабы подзарядиться витамином D. Далее, Эскулап отправился на работу, а Солу предстояло путешествие к священнику.

Вместе с Аники они отправились к Сердцу, где можно было воспользоваться лифтом. Церковь находилась на пятнадцатом уровне, а значит приключения в незнакомом городе продолжаются. Мысли о предстоящей встрече с экстравагантным священником наполняли сердце ликующим любопытством.

– Вау! – восхищенно воскликнул парень, когда добрался до Сердца.

Из далека невозможно было точно оценить размеры этой конструкции: высокая. Ну и что? Но теперь, стоя прямо около неё, нутром ощущалось ее величие. Отполированное железо сверкало в лучах электрических ламп, дроны влетали и вылетали из отверстий, многочисленные узлы проводов передавали электричество от дома к дому, от здания к зданию.

По нажатию кнопки приехал большой вместительный лифт. На вид он был гораздо крепче и чище, чем уже знакомые Солу. При движении стальная коробка не тряслась так, словно тросы сейчас лопнут и вся кабина со свистом полетит в самый низ на двухтысячный этаж. Из минусов же можно было выделить только его относительную медлительность.

Чтобы не терять зря время, парень решил покопаться в общем для дамси чате на идентификаторе. Увидел он, конечно, не то, что ожидал: Эскулап сильно ругался на администратора отеля. Остальные участники поддерживали его обидные уколы в сторону "расистской инговой турбины". "Столько негатива из-за небольшой стычки между незнакомыми им людьми" – подумал Сол, посмотрев на цифру пятнадцать над дверью.

Механизм остановился и раздался не громкий сигнал. Двери распахнулись, означая, что спуск окончен. Парочка ступила на земли пятнадцатого этажа. Окружение было совершенно иным: меньшее количество высотных зданий, в разы больше светящихся вывесок, на бетонном полу лежали местами пакеты и прочий мусор, а сверху находилось огромное плато, которое было полом этажа выше. Однако, это все не так цепляло взгляд, как массивная белокаменная церковь. Она располагалась четко на линии взора, как только ты выходишь из лифта, поэтому маршрут к цели был проложен сразу – только вперед!

Глава 6 – Вскрытие

Религия в Трубопроводе занимала отнюдь не последнее место. В столь опасном и жестоком мире, где зачастую даже в боевой группе остаешься один, приходится уповать лишь на себя и Бога. Люди молятся о спасении, о здоровье и, конечно же, об упокоении душ усопших. Проблема была лишь в том, что приходилось падать ниц на грязный пол своих комнатушек, так как ресурсов на строительство храмов попросту не было.

Однако другое дело Альбион. Огромная церковь была выстроена посреди одного из этажей. Выглядела она словно замок. Неприступная крепость во славу Господа. Ее белые стены и неоновые купола, по котором змеей колесила желтая полоса света, привлекали внимание. Узкие оконца, словно вручную выдолбленные в стенах, крепкая стальная дверь с огромным кельтским крестом на ней и колокол на самой высокой башне. Чуть слева, поодаль от основной конструкции, стоял высоченные минарет, который в данное время суток пустовал.

Сол не хотел заявляться без предупреждения, поэтому быстренько отписал о своем прибытии Витолу. Он сел на лавочку вместе с Аники. Она робко положила свою голову на плечо парня. Кровь прилипла к щекам и ушам, сделав их алыми, словно тонкие губы девушки.

– Ты чего, Аники? Тебе нехорошо?

– Я – андроид и мне не может быть плохо, – с тихим смешком произнесла она, – Вы уже привыкли ко мне настолько, что считаете человеком?

– Э-э, ну… – придумывал ответ смущенный мальчишка, – Почему бы андроидам не быть людьми, если вы способны быть похожими на нас? Искусственный интеллект тоже интеллект, да и твой вид и речь вполне делают тебя человеком в моих глазах.

– Мне приятно это слышать, – улыбнулась она, взглянув на своего хозяина, – Прилегла я для того, чтобы сделать Вас чуть счастливее. Заботиться о Вас, Сол, мой долг.

Из дверей храма высунулся святой отец и прокричал что-то вроде "Эй, молодежь!" Парочка поспешила ко входу. Святой отец радостно приветствовал их, поцеловал в лоб и повел вглубь здания.

Залитые светом свечей фрески наблюдали за новыми прихожанами. В храме сочеталось множество религиозных изображений, которые относились к разным периодам времени, что было видно по их состоянию. На старых фресках давным-давно иссохла краска, которая кусочками свисала с потолков, и стиль их написания отличался от современных работ.. Новомодные иконы и настенные рисунки состояли из флуоресцентной краски, которая давала мягкое светящиеся изображение во тьме. На иконостасе, к которому их подвел Витол, в самом центре изображался мессия. Его трехликое тело было распято в центре, а слева и справа держал некие книги.

– Это Элохим – триумвират святости, – ответил сразу Витол, – В его образе собрались три главные персоны старых мировых религий. Скорее ты, Сол, распознаешь здесь только Иисуса, ведь он центральная фигура христианства, но тут изображены также не менее важные персоны. Мухаммед и Яхве располагаются по бокам от Сына Божьего. В нашем мире нельзя устраивать пустые войны, поэтому, исходя из ошибок предков, было решено объединить религии, но сохранить все то, что их отличает. К сожалению, нам, в тайне от других, приходится нарушать святые писания, но переполнять чашу грехов тоже мы не вправе. Если вы согласны взять на себя один грех, то пройдемте за мной.

Священник провел их за иконостас в небольшое помещение – алтарь. Тусклый свет свечей освещал старую, местами истертую, побелку. Тени от вымпелов и тканей скакали по белесым стенам и заигрывали с вошедшими. Вдоль стены стоял шкаф с забитыми напрочь полками, которые уже немного прогибались под тяжестью церковных атрибутов. Кадило и бутылочки масел стояли в самом низу, когда как иконы и пергаменты наверху или на уровне взгляда.

Витол поправил свой стихарь, засучил рукава и засунул руки в два отверстия в стене. После тихого писка стена располовинилась и въехала вовнутрь, подняв серое облако пыли и грязи. Тайный проход вел к какой-то лестнице, уходившей в глубь здания. Оттуда сочился странный мертвенный холод и синий свет, поэтому по коже пробежали мурашки. Как только священник обернулся, на его лице на секунду промелькнула нотка некой задумчивости, но почти сразу исчезла.

– Что ж, пройдемте в нашу церковную костницу. Только не пугайтесь, дети Божьи.

Спуск по грязным черным ступеням сопровождался гулким мрачным эхо. Шаг за шагом давление росло, а сердце билось все чаще и чаще, словно предчувствуя нечто нехорошее. Голубой свет стелился по нижним ступеням, как могильная дымка над сырой кладбищенской землей.

Кости. Огромное количество костей. На полках вдоль стен стояли разноразмерные черепа людей. Люстры, висящие на сцепленных тазовых костях, держали небольшие свечки в вырезанных из черепов подсвечниках. Кости ног и рук проходили сквозь отверстия в грудной кости и туго связывались проводами. Из костей рук и ключиц собирались молочно-белые цветы, которые стояли в вазочках из лопаток. Зубы составляли рельефный коврик, который лежал посреди зала на каменном полу. Позвонки были надеты на стальной штырь так, словно это была пирамида. К ним по бокам крепились берцовые кости, а поверх клали череп со свечой на макушке.

– Что за… – тихо прошептал Сол, схватившись за лоб и ошарашено выпучив глаза.

– К сожалению, мы не можем правильно захоронить погибших, поэтому отделяем плоть от костей, оставляя сами останки здесь. Мясо же отправляем на нижние уровни для переработки. Понимаю, данное зрелище вас шокировало, но в этом нет ничего страшного. Все мы состоим из костей, поэтому можете считать это монументом человеческой природы. Форма без бренной оболочки, – закуривая сигарету произнес священник.

– Разве их души упокоены, отец Витол? Они здесь же висят единой кучей, да ещё и в виде… подсвечников. Я не понимаю…

– Тише, дитя. В этом месте есть и плюсы. Вот, взгляни, – подозвал он к себе шатающегося побледневшего юношу, – Это череп моего отца. Именно в этом месте я могу вновь взглянуть на него и пообщаться с ним, вспомнить что-нибудь из наших приключений минувших дней. Только в костнице ты сможешь взглянуть на своих предков и на себя будущего одновременно. Разве это не чудо?

Докурив, священник завел их в соседнюю комнату. Там располагались железные столы, большие лампы, различные инструменты и холодильные камеры. Юноша сразу понял, что это морг, так как видел его пару раз и у себя в родном поселении. Витол открыл одну из камер, где покоилось тело одного из сектантов "Когтя". Аники подбежала и помогла перенести тело на стол.

–Итак, теперь суть того, что я бы хотел тебя попросить сделать. Видишь ли, так как ты физический дамси, то у тебя есть небольшая чувствительность к имплантам, которые даже мои приборы не в силах засечь. Думаю, тебе уже доводилось заглядываться с невероятным интересом на некоторых людей. Вот у них и есть импланты, которые излучают волны, а ты их улавливаешь.

– Но откуда Вы узнали о такой особенности? Мы знакомы не так уж и много, чтобы я рассказывал о своих приключениях.

– У нас раньше работал дамси твоего типа, но он погиб при операции по нахождению имплантов. Вторая цель в твоей помощи мне, так это добыча некоторых желез и органов, чтобы мы могли создать противоядие. Видишь ли, "Коготь" настолько почитает животных, что сами создают звероподобные импланты для своих тел. Их когти, рост, глаза и прочее соответствуют живности вне города, но из-за несовершенства технологий происходит кое-что плохое. В медицине это называется некротическая аугментация или некроментация. К их гниющем телам во время этого процесса добавляется некий яд, при смешении их появляется новый, который убивает людей. Нам нужно изучить состав отравы, а для этого придется найти его источник, иначе погибнут люди.

Стало сразу понятно, что придется изрядно испачкать руки. Такая перспектива была крайне не желательна и парнишка попытался отказаться, но мысль о том, что есть люди, которые отравились неизвестным ядом и могут умереть не давала покоя. Так или иначе Сол согласился, ведомый своей по-детски альтруистичной натурой.

Он надел перчатки, защитные очки, халат, который явно был сшит из разных лоскутков всего того, что было под рукой. Труп смирно лежал на столе и, по ране на его руке, парень узнал одного из нападавших. Отец Витол взял хирургические ржавенькие инструменты, вставил старенькую иголку с трубкой в вену (на его лице читалось сомнение, ведь черт знает где у этих фанатиков вены). Священник нажал со своей стороны на какую-то кнопку под столом и тот зажужжал. Луч света от сканирующей дорожки поехал от головы трупа до конца его гнилистых ног. В конце процесса прозвучал громкий жидкий удар и тело содрогнулось. В спину, ноги и руки вонзилось несколько ножей, которые вскрыли тело, чтобы избавиться от крови внутри. Солу досталась великая честь запустить машину по выталкиванию свернувшейся жидкости воздухом. Из иглы вырвался поток, который продул артерии и вены.

Вот, когда все приготовления завершились, Витол принялся вскрывать грудную клетку. Тонкая синюшная кожа с легкостью разрезалась, а вот усиленная металлом грудная клетка лишь ехидно насмехалась над потугами священника. Сол взял хирургический молоток и, ударив прямо в грудину своей недюжинной силой, разломал препятствие. По всем правилам торакотомии на место разреза был поставлен расширитель грудной клетки. Мерзкий запах заставлял слезиться глаза , а полуиздохшие биоимпланты все еще двигались внутри, словно грязные склизкие пузыри из коричнево-охровой гнили.

Сола вырвало в ведерко, которое всегда стояло под рукой для таких случаев. Зрелище было не из приятных, но нужно продолжать трудиться. Витол подметил то, что органы взяты с различных животных Трубопровода. Ему уже доводилось видеть тела хаундов, ингов и прочих на операционном столе. Потихоньку работа шла и импланты вырезались. Аники не захотела стоять в стороне и помогала их вытаскивать, так как некоторые детали были очень туго сцеплены с костями, внутренними полостями и другими органами.

После вырезки всего потенциально полезного, Сол начал внимательно прислушиваться к своему чутью, чтобы найти генератор яда. Священник называл предполагаемые места, где они могли располагаться, но никаких изменений в своем чутье парень не ощущал.

– Исходя из бестиария, – подключилась к мозговому штурму андроид, – я могу провести параллель лишь с выработкой яда у серпео, раганео и арано. Если исходить из идеологии секты по созданию из своих тел пласматов, то причиной выработки яда может быть железа позади глазных яблок или они чем-то питаются, после чего оно перерабатывается в яд.

– Второй вариант исключен, так как мы полностью знаем их рацион, – ответил Витол, – Все-таки я лично общался с лидером их секты. Тогда, Сол, попробуй проверить его глаза.

Хаундовских череп, который служил маской, сросся с головой сектанта, поэтому пришлось распиливать стальные прутки и задубевшую плоть. Искры и ошметки летели во все стороны, словно красно-синий фейерверк с самым дрянным на свете порохом.

Под маской скрывались красные глазные импланты, которые были модульно собраны из остатков глазных яблок и старых нейроПНВ. Видимо, так сектанты хотели вживить себе ночное зрение, но получилось у них невероятно отвратно. Вытащить такой глаз было сложно, так как при попытке его аккуратно достать специальной ложкой, он брызгал гноем во все стороны и мерзопакостно сжимался. Пришлось кое-как справиться с этим , чтобы взглянуть на место хранения ока.

Сол почувствовал очень слабую волну энергии из того места. В маленьком мешочке, который состоял из желто-оранжевой материи, лежало устройство. Оно было соединено с венами небольшими трубками. Священник осторожно взял долгожданный артефакт и положил в контейнер, который не пропускал ядовитых испарений и всего того, что могло навредить людям вокруг.

– Фух, – вытирая пот со лба, выдохнул Витол, – тяжелая была операция. Ну, благодаря тебе наша церковь наконец сможет изучить этот яд и изготовить антидот. Во всяком случае тебе полагается награда.

Мужчина нажал несколько кнопок на своем идентификаторе и, в этот же момент, устройство Сола завибрировало на руке. На дисплеи высветилось системное сообщение с тем, что банковский счет был пополнен на весьма приятную сумму.

– Дитя, я буду держать тебя в курсе этого дела, так что как только мы что-то обнаружим, то оповестим. Ну, а пока, да хранит тебя Бог и твоя дорога будет озарена его доброй волей. Аминь!

***

Выйдя наружу, парень был очень счастлив. Во-первых, чистый воздух ощущался в миллион раз чище и он просто жадно глотал его, закрыв глаза. Во-вторых, на душе стало очень приятно, так как это грязное дельце может в будущем спасти жизни людям, потому что нападения этой секты очень редко обходятся без трупов, как раз таки из-за их яда. Сол гордился собой и своей новой особенностью по обнаружению имплантов, которая оказалась крайне полезной в его подвиге, однако как это вяжется с его сверхсилой не ясно.

"Сын, мы уже пересели на рельсы, так что скоро будем в Альбионе" – пришло сообщение от Первого, тем самым приумножив радость в душе парня. Аники разделила его ликование и предложила привести себя в порядок перед встречей, так как в волосах и на одежде остались небольшие кусочки гниющего мяса и капли гноя, да и сама андроид-медсестра испачкалась во время вскрытия, отчего белые части её корпуса потеряли свой металлически-белесый блеск.

Для этого они отправились обратно в квартирку Эскулапа. На этот раз на пути не встали никакие преграды, поэтому спустя пару часов они уже были готовы к встрече.

Глава 7 – Новый враг?

Парнишке крайне хотелось похвастаться своими приключениями в Альбионе и своим первым заработком, поэтому до Сердца от квартиры Эскулапа он решил проехаться на местном транспорте. Цена на проезд не кусалась, так что сильно по кошельку такая пустая трата не ударила.

Выйдя на улицу, Сола вновь посетила одна мысль, которая давно его беспокоила – внешний вид. Ходить в обносках, которые достались от присланного когда-то давным-давно снабжения, не хотелось. До магазина одежды было рукой подать, поэтому вместе со своей верной спутницей он направился туда.

Яркий и пестрый. Именно так и выглядел магазинчик снаружи и внутри. Цветастая вывеска "Dead Anarchist" трубила вовсю о том, что именно здесь одеваются все ценители моды, ну, или так интерпретировал он слова Аники, которая любезно посмотрела отзывы.

Внутри все смотрелось ровным счетом также вычурно, хотя и придерживаюсь некоторого интересного стиля: цвет стен градиентно переходил от одного к другому, а поверх ложилась крупная капля контрастного оттенка, которая смазывалась на следующую волну краски, чтобы сделать резкий переход. Пол и потолок были глянцево-черные с небольшими крапинками белого. В зале располагалось множество вешалок и держателей для одежды, которая свисала вниз, словно сцепленные вместе разноцветные лампы.

– Йоу, добро пожаловать, – пробулькал молодой парень, стоявший за кассой. На его голове петляли растрепанные коричневые волосы, собираясь в свисающую по виску челку. Худощавое тело продавец даже не пытался скрыть под одеждой, а наоборот сидел с расстегнутой напрочь черной рубашкой. В его руках лежала книга в красном переплете с названием "Guns N' Roses".

– Здравствуйте, я бы хотел что-нибудь купить, но совершенно не знаю что... – выдавливал из себя слова парень, потому как с каждым разом взгляд продавца становился все круглее и круглее.

– Чувак, ты ща реально? Че за речь манерная такая в нашем районе-то? Не местный что ли, – усмехнулся продавец, переведя весь взгляд на интересного покупателя.

– Ну, да... Я прибыл совсем недавно, так что не освоился еще, да и подумал над тем чтобы подобрать себе одежду поновее.

– Знаешь что? Только в этом магазине будут рады новоприбывшим, поэтому я с радостью помогу тебе подобрать прикид.

Примерка за примеркой и Сол вошёл во вкус. Он уяснил для себя то, что ему не хватало всю жизнь такого вот разнообразия в одежде. Надев что-то новое, парнишка увидел себя с совершенно другого ракурса. Разноцветные футболки и штаны с невероятно огромным количеством разных рисунков. От геометрические фигур, до черепов, вид которых на секунду уколол сердце, напомнив о вчерашнем.

– Йоу, а тебе весьма идет вот это, – отойдя на шаг от парня и приценивающесь взглянув на него, заявил продавец.

Сол стоял перед зеркалом в черном мужском жакете с поясом, темных штанах и крепких ботинках с высокой подошвой на ременной застежке. Парню самому нравился его нынешний наряд, так как вызывал некоторое чувство пафоса, будто его брутальность увеличилась раз в пятьдесят. Аники также подтвердила, что Солу крайне идет новый образ, поэтому решено было купить именно все это.

***

Уже будучи на улице Сол услышал в догонку слова о том, чтобы он заходил в магазинчик еще. Мысленно парень поклялся, что точно так и сделает, как только закончит со всеми делами. Вызвать такси оказалось совсем не сложно, так как идентификатор был весьма удобен в использовании и интуитивно понятен. Пара нажатий и транспорт уже в пути.

Ждать пришлось не долго, что порадовало парня, так как ему уже не терпелось похвастать новым образом перед отцом. Машина особо не впечатлила Сола, так как в книгах, да и на улицах он успел на них насмотреться. Разве что внутреннее убранство было очень интересным: различные мерцающие трубки, которые питали внешние приводы шестилапого стального монстра, большой дисплей с графиками на которых было видно состояние транспорта, компактный плеер для музыки и много всяческих подвесных фигурок, которые чем только не пахли, аж тошно становилось.

–Куда ползем? – спросил водитель у пассажиров.

– К Сердцу, – тут же ответила Аники, заметив то, как Сол восхищенно пускает слюни на настекольную голограмму с картой этажа, видимо она-таки сумела впечатлить его.

Лапы под машиной удлинились и подняли кабину на полметра над землей. Такой высоты вполне было достаточно, чтобы доползти до места назначений за пару минут, так что можно ни о чем не беспокоиться.

***

Уже на площади перед Сердцем, где и была назначена встреча, парнишка взглядом пытался найти Первого среди толпы. В этот день гуляла через чур много людей, поэтому пришлось нырять в этот водоворот счастливых лиц. Сталкиваясь плечом с парочками и с боем отбирая Аники из цепких лап встречного течения, они вдвоем пробирались. Лишь сердце вело его к своей родне и путь был верен, так как между тел ему уже удалось заприметить Первого.

– Здравствуйте, сер, – басистым голосом проговорил Сол за спиной у Первого. Он на все двести процентов был уверен в том, что это именно нужный человек, так как спутать единственного родственника было бы позорно.

– Да? Чем могу… Сол! Как я рад тебя видеть! – с улыбкой из под выросших усов, проговорил Первый. Его пепельное лицо заявляло о нехватке витаминов в крови и достаточно сильных переживаниях, которые были в их спасательный миссии.

Уже втроем они выбрались на край площади, сели на скамейку и затянули долгий разговор. Теперь парень узнал все то, что произошло на задании. Всей боевой группой они направились на точку, где последний раз был сигнал от ученого и других людей. По прибытию оказалось, что неизвестный вид пласматов изничтожил всю технику, утилизировал добытые металлические части тварей, которые были встречены по пути и аккуратно выгрыз всю электронику, которая находилась на телах людей. К сожалению, существо не было равнодушно к плоти, поэтому от всей группы остался один главный учёный, которого довели в целости и сохранности.

– Теперь этот черт хочет увидеться с тобой. Я бы с радостью ему глаза выколол, чтобы сразу же перехотел, - нелестно отозвался о спасенном Первый.

– Отец, но почему так жестоко? Он сделал что-то плохое?

– Дело даже не в его поступках и гнилом характере, а в роде деятельности. Он специалист по дамси и пласматам, а так как ты в городе новенький, то сразу же хотел приняться за какие-то исследования по неизвестным причинам. Мне противна мысль о том, что тебя будут использовать другие только из-за того, что ты дамси.

– Но разве это плохо? Может я могу спасти других из-за своей особенности! Если я дамси, то это никак не меняет моего желания помочь другим.

– Я не говорю того, что это плохо. Разница лишь в причине использования. Хвалю за то что ты смог найти применение своим силам и успел заработать на одежду, но этот учёный хочет что-то исследовать и мне не нравится ни он ни риск, который точно будет сопровождать это действо. Ну, не сердись, Сол. Я все равно не вправе тебя отговаривать от твоих планов, так что просто считай это моим мнением и не более. Пойдем в НИО, а то нас уже заждались наверняка.

***

Научно-Исследовательское Отделение располагалось прямо в Сердце, а основные залы для экспериментов и прочего между этажами Альбиона. Таким образом решалась проблема с размещением весьма места затратного предприятия по изучению всего в мире. Все комнаты и коридоры были вычищены до блеска, поэтому в белых стенах можно увидеть себя. В целом весь комплекс так и отдавал четкой дисциплиной и строгим торжеством разума, видимо от этого и воздух здесь казался холоднее.

На входе пришлось предъявлять документы и получать пропуска, чтобы самостоятельно открывать двери общего пользования. С Аники поступили крайне жестоко: ей поставили модуль контроля памяти. Теперь, как она сама объяснила позже, в некоторых местах НИО у неё перед глазами белый шум, а в речах сотрудников нет никакого смысла, так как слова просто заменены писком.

Идеальные округлые коридоры вызывали некоторые неопределенные чувства внутри Сола, ведь с одной стороны он поражался их чистоте и форме, а с другой это все отталкивало. Ощущался какой-то фальш во всем этом. Идущие на встречу работники не выражали каких-либо чувств. Чем дальше они проходили внутрь комплекса, тем больше все вокруг становились похожими на роботов.

Благо идти долго не пришлось. Конференц зал находился не так уж и далеко от входа. Крупная дверь цвета слоновой кости со стеклянными вставками открылась тут же, не дав себя разглядеть получше. На диванах по разным углам сидели уже знакомые члены отряда. Все радостно махнули рукой, как только увидели молодого парня. Он ответил им тем же и подсел к американским друзьям.

– Рад снова тэбя видеть, парень, – радушно приветствовал Нил Блэйк.

– И я Вас! Замечательно, вы вернулись без потерь. Такое случается довольно редко.

– Успеем наговориться о наших прэключениях. Лучше расскажи как ты провьел время в Альбионе?

Вещал Сол долго, ведь ему и вправду было чем поделиться с остальными. Все свои эмоции и чувства он выражали так, что чудом не ударял руками в лица сидящих по бокам вояк. Настроение слушателей менялось под стать событиям о которых говорил парень. В конце истории у всех был шок, так как никто не думал насколько может оказаться жестоким город для обычного человека без военного статуса.

Первый хотел что-то сказать после завершения отчёта от Сола, но не смог. Быстро и громко кто-то зашел в комнату. Какой-то научный сотрудник с черными тонкими усишками, прилизанными волосами и злобно зыркающими глазами ворвался без предупреждения.

– Господа! – напыщенно воскликнул он, встав прямо за спиной у Сола, – Почему дамси все еще не в моем отделении?! Вы хотите устроить нам тут хаос, обезьяны с гранатами!?

От такого нахальства у Сола отвисла челюсть. Он посмотрел на лица своих товарищей. Все восприняли это так, будто не первый раз о них отзывается этот тип в таком ключе. Даже Первый сдерживался, хотя его бровь нервно задергалась, а на виске проступила пульсирующая вена.

– Чего молчим? Вы даже говорить разучились? Я уж думал хоть в моем бесценном обществе вы чему-то научитесь, а оказалось вот так! Кучка полипов!

По своей дурости, а может и хорошо что так получилось, парень не выдержал издевательств над его друзьями и со всего маху, словно профессиональный боец, влепил нахальному ученому в челюсть. Его тело, как скомканный лист бумаги, улетело в стоящую у дверей мусорку. Со звоном все ее содержимое высыпалось прямо на грудь мужчины. Из-за чересчур сильного удара, как предположил Сол, нос жертвы тоже не выдержал и из него сейчас текли струйки горячей крови.

– Сол! – воскликнул Первый, – Нельзя так делать! Он же учёный!

– Копчёный! Как он смеет так говорить о вас?! Вы спасли этого неблагодарного упыря не для того, чтобы терпеть такие унижения. Вам не позволяет ударить статус, но я могу это сделать всегда.

Мраморное лицо исказилось в окровавленной улыбке. Медленно, дрожа всеми конечностями, ученый встал, капая красным на пол. Тяжелое сопение раздавалось из разбитого носа, а изо рта вырвался хриплый смех, как у пыльной игрушки-пищалки.

– А вот и ты-ы… Знал, что сразу так себя проявишь, кха-кха. Не сердись ты так. Я не со зла наговорил.

Он достал из кармана шприц с зеленоватой жидкостью и с маху вонзил его себе в шею так, что чуть не пробил её насквозь. От впрыска все его мышцы будто разорвались изнутри и содрогнули тело. Чудесным образом, с неприятным громким хрустом, все раны залечились, оставив после себя лишь кровь на коже.

– Приятно познакомиться! Я Фридрих Аустерлиц, – радостно протягивая руку, сказал он.

Сол изрядно так удивился резкой перемене настроения, да и в целом всему тому, что произошло за эти пару минут. Он отупело смотрел на вытянутую руку и переваривал произошедшее. Затем, словно в тумане, протянул руку и сам. Это было сделано уже машинально, так как тело просто перешло в автоматический режим пока мозг занимался обработкой данных.

– Сол… – последовал сухой ответ.

– Итак, Сол, через десять минут заходи в мое отделение. Один.

Белый халат зашуршал и скрылся за входной дверью. Мысль в голове вертелась лишь одна: что? За столом тоже никто ничего не понимал и молча смотрел на давно закрывшуюся дверь. Эта пауза длилась не долго, так как Нил первым нашел что сказать.

– Харошей удар.

– Нил! – воскликнул тут же Первый, – Не поощряй нападения на людей. Это беззаконно, опрометчиво, глупо и аморально. Хоть у тебя и была веская причина, но все-таки нужно было сдержаться. Однако удар и вправду отличный.

– Как вообще можно было терпеть это безобразие? Как давно он общается с вами в такой манере? – возмущенно спрашивал парень, – Только не говорите, что разрешили ему подтереться вашей гордостью!

– Положение такое. Не можем мы перечить высшим в иерархии! – несколько огорченно ответил Первый и ударил кулаком по столу.

– Отец, теперь я понимаю твоё беспокойство. Добровольно пойти к этому чудику… Как-то не горю этим желанием от слова совсем. Но придётся идти. Ничего не попишешь.

Неохотно парень расстался с компанией, крепко обнял Первого и вышел в коридор. По указателям на стенах было не сложно найти верный путь, поэтому одинокое странствие в по ледяному белым тоннелям началось.

Эти коридоры чем-то отдаленно напоминали лабиринты труб вне города о которых Сол уже позабыл. Сердце странно завыло вспоминая родной дом. Хоть там и не было ничего того, что успел уже повстречать молодой парень здесь. Мозг противился сентиментальным порывам сердца и не разделял его привязанности к дому. Холодный и расчетливый хозяин черепушки напомнил об обещании истребить всех тварей, которые снуют по трубам и выгрызают души из тел. Ярость захлестнула руки и ноги, щеки воспылали праведным огнем, а из глаз полетели злобные искорки.

Именно в таком состоянии он и подошел к нужному месту. Над отделом висела вывеска с белым текстом на черном фоне: Отдел Исследования Мимикрии и Эволюции. Название не сулило ничего хорошего для дамси, но идти назад уже было нельзя, да и в целом отступать перед лицом неизвестности не было отличительной чертой Сола.

После открытия дверей его тут же поприветствовали очень интересные декорации этого отдела. По бокам, через некоторые промежутки, стояли разноразмерные статуи тварей. При более детальном рассмотрении можно было заметить, что все они были расположены в порядке эволюции. От самых старых моделей до новейших, которые сейчас и населяют Трубопровод. Получался этакий музей, где каждый сможет "насладиться" лицезрением порождений этого мира.

Проходя мимо этой армии тьмы, становилось весьма не спокойно. Казалось, что вот-вот кто-то из них окажется настоящим и перегрызет горло своими скрипящими стальными челюстями. Ближе к концу ряда хаундов нашлось кое-что любопытное. Сол никогда не замечал эту деталь, но даже эти твари весьма существенно изменились за годы жизни парня. Первый раз он встретил их в тот же день, когда повстречал своего будущего отца. Эта модель была крайне плоха и состояла их гнилой плоти на стальных костях, а сейчас выглядит в разы лучше. Хотя, радоваться все равно было нечему.

Перед входом в личные покои Фридриха Аустерлица парень сглотнул. Он тупо смотрел на дверь и чувствовал, как склизкое и колкое нечто обволакивало его сердце и горло. Впервые ему довелось боятся того, что какой-то там человек что-то там сделает с ним. Закрадывались мысли о том, как ученый парализует его и сделает статую перед входом. Единственный способ узнать что же произойдет – это войти внутрь. Поэтому, как бы тело не сопротивлялось, выбор был сделан давно и Сол тихонечко постучал.

Глава 8 – Горячая кровь

Дверь с жужжанием открылась. Посредине большого круглого зала находился рабочий стол. За ним усердно что-то писал и перепроверял по бумагам Аустерлиц и совершенно не обращал внимания на вошедшего гостя.

Сол помялся на входе пару секунд, надеясь хоть на какой-то знак внимания со стороны ученого, но все было тщетно. Видимо, работа его настолько увлекла, что даже слух был направлен в рабочее русло. Пришлось собраться с духом и самому войти в чертоги Доктора Зло.

Парень перешагнул через порог и открыл рот, чтобы произнести хоть какое-то приветствие, однако случилось непредвиденное. Множество единовременных хлопков прогремело над головой и со спины. Юноша успел только почувствовать, как острая боль, словно от резкого укола шприцом, пронзает его голову, спину и плечи. Тело мгновенно обмякло, став невероятно тяжелым, словно вместо мяса и мышц был металл. Перед глазами все плыло и летало, фокусировка взгляда стала невозможной задачей. Глаза просто не слушались и своевольно плавали в глазницах. Каждая мышца в теле просто перестала отвечать на нервные импульсы. Перед потерей сознания Сол увидел лишь злобную, довольную оскалину Аустерлица.

***

Никогда еще пробуждение не было настолько тяжелым. Любая попытка двинуть хоть чем-то не приводила к должному результату. Кожа даже не чувствовала температуры воздуха вокруг, поэтому и тело, казалось, не существовало. Чтобы вновь не потерять сознание, пришлось усиленно думать о чем угодно. Борьба оказалась весьма результативной и, с превеликим усилием, немного удалось восстановить слух, что уже было хоть каким-то доказательством его жизнеспособности, а не пребыванию в мире ином.

– Ох, как невероятно… Ничего себе…Неужели это так работает… – различался чей-то озабоченный голос. Кто-то мельтешил то справа, то слева и о чём-то постоянно бубнил. Разобрать хоть какие-то слова было трудно, так как все звуки доносились будто из-под воды. В голове странным образом все это смешивалось периодически в одну смесь, которая медленно и лениво перетекала по мозгу, давая стимул обмякшей кучке нервов подумать.

Через пару минут начали возвращаться некоторые ощущения: пальцы ног слегка упирались в еще не разношенные ботинки, затылок пробивала тупая боль, а также где-то в витало странное ощущение, которое будто было оторвано от тела, но все равно оставалось его частью, словно душа витала над бесчувственной оболочкой.

Минут через двадцать или пятнадцать от предыдущего значительного улучшения самочувствия появилась возможность приоткрыть глаз. Веки раньше просто походили на свинцовые стены, которые невозможно было поднять, но теперь их вес значительно упал. Торжественно юноша приоткрыл свое правое око.

Лучше бы он этого не делал. Через расфокусированное зрение ему все равно удалось увидеть огромное количество красных холмов и нитей. Его грудь была вывернута наизнанку и ребра, окутанные кровавой вуалью, торчали наружу. Склизкое мясо поблескивало в свете хирургической лампы. Переведя взгляд чуть вправо он узрел то, что его рука также была оголена. Куча мышц лежала на стальной подложке, успевшей измазаться уже запекшейся бордовой кровью. Самым страшным было совсем не это, а подвешенное сердце, которое было соединено с телом непонятными трубками.

Оно участило свой ход и стало биться об удерживающие его клещи. Каждый толчок отзывался той самой отстраненной болью, что он чувствовал ранее. Образовавшаяся слеза полностью перекрыла взор.

– Так быстро снял эффект нейроблокиратора? А тебя явно сделали лучше, – задумчиво сказал в воздух Аустерлиц. Да, его манеру речи невозможно было спутать. Именно он сейчас провел пальцем по горячему сердцу и вколол в аорту какое-то вещество.

Оно подействовало быстро и сердцебиение уменьшилось. В голове все мысли будто взорвались, словно быстрый поезд врезался в очень медленный состав впереди. Однако эта каша рассосалась весьма быстро, да и ощущения стали более живыми. Язык и левый глаз уже вполне могли функционировать, правда говорить бы все равно не получилось: челюсть не поддавалась и неумолимо удерживала разговорную мышцу в заложниках.

И вот, когда все нужное в теле наконец могло функционировать, Сол открыл глаза. Вид, который он представлял после расфокусированного пейзажа, оказался в реальности куда отвратней. Он буквально видел свои органы со стороны, содранную кожу с рук и сердце. Ему хотелось закричать, но мозг будто блокировал эти порывы.

– В-вы-ы… – выдавил он из себя шепотом медленно и сухо.

– Доброе утро, Сол. Надеюсь, ты выспался, – наотмашь ответил злодей, словно показывая насколько он занят.

Аустерлиц взял огромные ножницы для металла и просунул куда-то внутрь грудной полости. Осторожно прицеливаясь, закрыв один глаз, ученый что-то вымерял. Затем, не убирая огромные страшные скрещенные лезвия, взял маркер и сделал линию внутри, что можно было предположить по движению руки. И вот, собрав все силы, Аустерлиц налег на свой инструмент. Ужасный скрежет и хруст прогремели, казалось, на весь комплекс. Вкупе с этим забрызгала во все стороны кровь, которая уже успела окропить лицо хирурга-маньяка.

– Поверь – это не то, чем кажется со стороны. Я хочу тебе помочь, но выходит пока не очень. Хотя, в общем-то мне плевать на то сдохнешь ты или нет. Мне интересно посмотреть на новую модель изнутри… Ну, и кое-что отключить, а то умирать из-за новенького дамси не хочу.

Сунув руку в место перекушеной кости, он состряпал радостное лицо, будто нашел очень ценный клад. Громко выдохнув и натужно потянув на себя, ему удалось выдернуть какое-то маленькое устройство прямо из недр Сола. В голове жертвы в этот момент будто бы прозвенел колокол, а вместе с этим изменилось что-то внутри, хотя с таким днем открытых дверей не удивительно, что что-то внутри изменилось.

Фридрих Аустерлиц радостно положил находку на стоящий рядом столик и вышел из поля зрения. Судя по звукам ему нужно было помыть руки. Сол ощутил, что все тело начало изнывать от боли, но это было терпимо. Зрение вернулось почти на максимум, поэтому пришлось повернуть голову на бок, а то видеть свой внутренний мир было невероятно жутко, даже под какими-то препаратами из-за которых сама боль смогла исчезнуть полностью!

Рука выглядела чуть лучше всего остального, но и тут хватало странностей: под слоем мяса, окружая кость, шла крупная металлическая прослойка. Такой технологии парень ещё нигде не видел, но понимал, что ей здесь не место. Откуда внутри тела оказался механизм? Да ещё и то, что вытащил маньяк явно было частью этой роботической оболочки!

Надрываясь и бурля горлом, он смог заглянуть внутрь. Тут его мир перевернулся напрочь. Все органы и кости были окружены высокотехнологичными панелями по жилам которых бежал светло-голубой свет. Они сжимались и разжимались вместе с движением легких, прогоняли кровь по трубкам меж собой и пытались очень лениво и медленно залатать мелкие раны, окутывая их неким подобием сетки из серо-угольного металла.

– Интересно? – спросил вернувшийся Фридрих, – Не видел никогда такого, да? Ну, наслаждайся правдой о себе. Ты – монстр, ха-ха!

– Ч-чт-то-о в-вы…

– Я? Это сделал не я. Сам же видишь, что технологии явно не нашего времени. Мы такого производить не можем, хотя почему-то на некоторых деталях русские аббревиатуры. Ты родился с этим, ну, или тебя кто-то создал, тут уж мне не известно ничего. Видишь теперь откуда у тебя берется сила? Вот! Ты – монстр, дамси. За это вас и ненавидят, так как больше походите на пласматов, чем на людей.

Вот так свалилась на голову юноши истина. Ни от родных или знакомых, а на хирургическом столе в виде выпотрошенной рыбы. Ему хотелось заплакать, но препараты не давали ни злиться, ни грустить, однако одна скупая слеза проступила раньше, но, видимо, лимит был исчерпан. Он бездумно уставился на свое подвешенное сердце и просто лежал, как мертвый. Вокруг него на минуту все исчезло. Остался лишь мрак, сердце и он. Захотелось уйти навсегда из этого города, а может и еще хуже…

Странным было и то, что причину такого состояния ему никак не удавалось подобрать. Все события смешались в одну кучу, поэтому он просто закрыл глаза и прокручивал воспоминания. Особенно резануло сердце обещание истребить всех тварей. Неужели ему и себя придется убить? А Эскулапа? Он же тоже дамси…

– Чего-то ты больно подавленный. Я тебе жизнь спас, а ты даже не благодаришь. Вот эта штучка, которая крепились к твоему продолговатому мозгу через очень длинный провод, – рассказывал ученый, вертя тем самым "кладом" в руке – могла погубить всех нас. Это ретранслятор, который усиливал сигнал принимаемый и отдаваемый тобой. К сожалению, мне неизвестно куда он уходил, но, может быть, с новой его версией получится "наладить контакт".

После монолога он принялся собирать Сола по кусками обратно и зашивать. Под конец процесса уже стала чувствоваться острая боль от каждого прикосновения, а во всем теле гуляло чувство какой-то пустоты, будто органы не прижались достаточно плотно или так место себе искала душа…

– Так значит из-за этого все ненавидят дамси? – тоскливо вопрошал юноша сидя на краю операционного стола, – Все мы внутри напичканы железом с самого рождения?

– Верно, да еще каким! – восхищенно воскликнул ученый из дальней части помещения, – Давненько не появлялось новеньких моделей, так что мне очень повезло с тобой. Новый, да еще и силовой! Препарировать интеллектуальных дамси смысла нет никакого, так как у них просто в головах усиленные процессоры встроены.

– Я не человек? – положив холодную ладонь на грудь, задал вопрос в воздух опустошенный парнишка.

– Ага. Я придерживаюсь того, что дамси – это пласматы, но гуманоидного типа, – ответил Фридрих и еще больше расстроил бывшего пациента, – Не делай только самоубийства, как мой пятый пациент. Мне будет очень жаль потерянного времени и материалов внутри тебя. Хотя, если будешь помирать, то делай сразу тут, а то искать еще твое тело в морге такая морока.

***

Бездумно Сол брел по коридору. Его одежда не аккуратно висела на нем также, как и растрепанные грязные волосы на голове. Его шаркающие шаги заполняли тишину коридоров. В глазах стояла пустота, а мысли никак не клеились во что-то конкретное. Он даже не понимал, что сильнее впечатлило его: вскрытие или правда о дамси.

Единственное решение, которое удалось-таки принять, заключалась в долгом сне на мягкой кровати и, возможно, алкоголя, так как есть ближайшие пару дней вряд-ли захочется после такого зрелища.

– Сол! Ты как? – поймав на выходе, обеспокоенно спросил Первый. Отрешенный взгляд сказал о состоянии больше, чем парень мог бы передать словами. Военный отдал приказ вызвать транспорт и приготовить место для Сола в казармах, где проживал он сам и все остальные друзья юноши. Аники вызвалась поехать со всеми, так как желала хотя бы находиться рядом в трудную минуту.

Шок не хотел никуда пропадать, но в голове понемногу заскрипели шестеренки, обрабатывая неподъемную информацию. Холодные металлические руки Аники грели душу. Именно эти руки помогли немного отвлечься от произошедшего.

Сол обдумывал, что ему делать, если теперь он ненавидит самого себя настолько сильно, что готов убить. Гнетущее чувство разрывало на куски охваченное тьмой сердце, изрыгая на него всю горечь. Руки бросало в дрожь от мысли о том, что он стальная кукла в мясной оболочке. Хотелось вырвать металл со всеми страданиями и слезами и, словно Данко, поднять их высоко к шпилю Сердца, да прокричать: " Я человек!"

Он яростно сжал кулак и оскалил зубы. Вены проступили на белесой коже, гневно пульсируя. "Нет, если я и набит металлом, то не становлюсь от этого диким монстром, как те твари за городом! Я обязан узнать откуда появились все дамси. Не могут же люди рожать роботов!" – пролетали в голове у него пламенные речи. В глазах сверкали искры и, на какое-то мгновение, лицо исказилось, став гротескной, угловатой хаундовской мордой.

– Отец, – со скрипом, проглатывая языки пламени, окликнул Первого Сол, – что там с нашей миссией?

Он повернулся чтобы что-то ответить, но его слова просто застряли в горле, так как звериные глаза некогда простого парнишки вгоняли в некоторый ступор. Прокашлявшись, Первый четко ответил:

– Завтра будем выдвигаться. Нас снарядят лучшим оборудованием и выдадут примерную карту, так как все метки наверняка уже стерты или заделаны Сидирами. Отправимся тем же составом.

Сол благодарственно кивнул Первому и вновь уткнулся в окно. "Незачем нюни распускать. Соберись!" – подбадривал он себя, смотря на свое отражение. Незаметно для себя, в его руке оказалась ладонь девушки-андроида, которая уже с меньшей обеспокоенностью смотрела на хозяина. Да, она не могла практически ничего и не играла существенной роли в судьбах людей, но это и отличало ее от остальных, ведь люди сами избирают свои пути. Али через пропасть, али по отшлифованной дороге: все едино, ведь человек научился создавать и использовать мир вокруг, а Аники один из инструментов.

Она улыбнулась и положила голову на плечо пылающего ненавистью мстителя. Мгновенно весь тот адский огонь превратился в мягкий жар смущения, которое присуще молодым юношам. Словно нагретый до бела клинок, характер Сола только что приобрел закалку в масле из чувств, хоть это и была симпатия к машине, но сердцу не прикажешь. Теперь ярость не расплескивалась вокруг, а нашла место в теле юноши, где копилась, чтобы в нужный момент взорваться ударом мести пока что неизвестному врагу.

За долгими размышлениями Сол и не заметил, как высокие светящиеся дома сменились на маленькие зеленые палатки, которые стояли вокруг большого квадратного бетонного здания в середине. Местность, мягко говоря, выглядела жухленько, но, быть может, в этом и заключалась суть солдатской жизни. Зачем тебе роскошь и красоты, когда война или нападение может произойти в любой момент? Вряд-ли дом из золота пойдет за тебя сражаться.

Ступив на землю, парень понял, что его ноги ужасно сильно трясутся. Не в силах больше стоять ровно, он шмякнулся на колени, неприятно ударившись ими. Моральные и физические силы настолько исчерпались, что тело отказывалось функционировать, подняв белый флаг и отдавшись воле случая.

Первый подхватил изможденного мальчишку и кое-как поднял его. Он оперся на своего отца, хрипло выдохнул и выпрямился. На лице заиграла бойкая улыбка, которая присуща только людям, которые уже прошли через многое и готовы все равно продолжать путь.

***

После оформление некоторых бумаг Солу выдали личную палатку со всеми нужными принадлежностями. Важнейшей из них была она – кровать. С превеликим наслаждением парень грохнулся на каменный матрас, который был постиран десятки тысяч раз, что сделало из него какую-то неньютоновскую жидкость. И все же это было кроватью, а значит большего и не нужно.

В полной темноте, глядя на потолок, Сол размышлял о завтрашнем дне. Уже вот-вот ему удастся выбраться наружу по которой тот успел соскучится, хоть и не настолько сильно, чтобы с криками "Ура!" прыгать по зловонным ручьям. Однако вдохнуть вновь всю эту сырость очень хотелось. Даже встреча с пласматом принесла бы хоть какое-то развлечение. В городе, конечно, было здорово, но его гигантизм как-то давил на и без того низкого парня, так что хотелось вернуться туда, где была проведена вся жизнь.

Закрыв глаза, Сол почувствовал огромный весь усталости. Жесткая кровать не давала пошевелить ни одной мышцей, а впрочем это было и не нужно, так как из этой ловушки выбраться было все равно невозможно. Так, плавно и нежно, наступил долгожданный покой.

Глава 9 – Если ангелы где-то и обитают, то это место и есть их дом

О-о, вставай боец!

Некогда считать овец.

Готовься в бой,

Заплати кровавою ценой!

Не думай о плохом

Идём отрядом напролом!

Наш тяжелый шаг

Грознее вражьих шпаг!

Кричи, рази, стреляй

Людей ты защищай!

Пробуждение от громких армейских пассажей никак не радовало и так измученного жизнью Сола. На улице вовсю, торжественно и лихо, маршировали солдатики, обходя центральное здание вокруг. Их громогласные трели и вправду работали, так как к ним присоединялось все больше и больше бойцов, вставая в конец строя.

Когда все выползли из своих теплых спальных мест, на площадь вышел, как понял по погонам Сол, кто-то очень важный. Солдаты выстроились в шеренгу прямо перед ним и единогласно выкрикнули "Здравия желаем…", отдав честь. Далее, пошла перекличка и оказалось, что один боец все еще спит(наверняка он умер, раз не пробудился от такого шума и гама). Любителя поспать быстренько выпотрошили из одеяла и доставили к ногам "очень важного человека".

Дальше Сол не стал смотреть, так как для зрелищ нужен хлеб, как говорили предки, поэтому ему обязательно нужен был проводник по этому месту, а именно Первый. Аниики была переправлена в Блок сбережения, где хранились андроиды на время ухода из города владельцев, поэтому единственным навигатором остался отец. Открыв идентификатор, юноша обнаружил, что в чате для дамси происходит какая-то ахинея: сообщения не переставали пребывать и состояли из неизвестных символов. Дабы насытить свое любопытство (из-за которого частенько приходится получать тумаки) он открыл чат.

Ситуация понятнее не стала, так как месиво из бессвязных цифр, букв, знаков препинания и прочего не прекращало пополняется ни на секунду. И так этот бессвязный, загадочный диалог продолжался более нескольких часов, так как подобного вида сообщения начались еще с вечера прошлого дня.

Когда Сол уже собрался закрыть диалог, туда отправили фотографию со страницей виртуальной газеты. Среди методов дедов по увеличению радиуса действия радиоволн, нашелся заголовок гласивший: " Очередное убийство. Пласматы среди нас!". Громкое название привлекло молодого читателя, поэтому он бегло ознакомился с содержанием.

Если кратко, то вчера, пока над телом Сола бесчинствовали, группа неизвестных ворвалась в дом некого ресепшиониста из отеля. По описанию жертвы, юноша смекнул, что это тот самый мужчина, который выгнал его и Аники в приступе расизма. Полиция нашла его тело висящим на отопительный трубе, которая шла под потолком прямо у окна. На груди был вырезан крест, а на спине обнаружены буквы и символы, подобные тем, что появлялись в чате. Руки жертвы походили на отбивную, которую переживала стая хаундов.

Закрыв статью, парень побледнел, осознав во что вляпался. Ему должно было с самого начала показаться странным скрытие канала связи дамси. Им же не запрещено общаться между собой! По глупости и детской наивности он попал в клуб маньяков-террористов, которые за любое грубое слово готовы на все, ради "святой мести".

Повезло с тем, что сегодня он убирается из города, а значит дальнейшее расследование и прикрытие лавочки не затронет невиновного парня. Даже если и затронет, то за время его отсутствия все забудут о каком-то там дамси из канальи.

***

– Как тебе? – спросил Первый, уплетая свой завтрак за обе щеки. Поражала в этом мужчине его непонятная любовь к парню. Вроде и подобрал чужого мальчонку в какой-то там задрипанной комнатушке, а возится так, словно родной сын. Конечно, Солу нравилось это, ведь наверняка не многим повезло с такими спасителями.

– Неплохо, – ответил юноша, попивая свой питательный коктейль из воды, рыбы и, возможно, устриц, хотя военные не стали бы такую роскошь за бесплатно отдавать.

– У тебя эта, ну, все хорошо? – смущенно спрашивал мужчина. Его потуги быть милым и добродушным отцом забавляли, ведь столько лет службы навсегда изрезали характер, а запекшаяся каменная кровь закрыла раны. Его жесткость чувствовалась в одном лишь только взгляде, однако, где-то там внутри, прятались хорошие черты, что он и показывал в общении один на один.

– Не переживай. Если живой, то все чудесно. Беспокойся за свою жизнь, так как смерть за вами, военными, всегда следует по пятам.

***

Через полчаса, сытые и довольные, семейка пришла к КСиБР (Корпус Снабжения и Боевого Развертывания). Бетонная перестройка ничем не отличалась от основного здания, разве что имела длинную желтую металлическую вывеску с полным названием корпуса. Время и ржавчина уже давно надругались над частью букв, так что получалась какая-то мешанина вместо наименования.

На месте выдачи поставок, за решетчатой заслонкой, скрывался грубоватый, как необработанный лист металла, мужчина с расстегнутой военной формой на нем. Он посмотрел своими усталым глазами на посетителей и, удивленно подняв грузные брови, отдал честь.

– Здравия желаю, капитан Первый!

– Вольно, Найджел, – строго ответил тот, – Все доставили?

– Так точно! Сейчас достану.

Уйдя в глубь корпуса, где из тьмы слегка вылезли очертания железных стеллажей забитых хламом, он сказал, что скоро вернётся. Загремели металлические изделия, зашуршали коробки и, тяжело кряхтя, мужчина вышел на свет. В его руках находился большой зеленый ящик из алюминия. На нем красовался неказистый рисунок какого-то животного, но из-за повторных использований контейнера, картинка стала едва различимой.

– Вот, прошу, – с грохотом поставил он груз на специальную разгрузочную платформу.

Первый провел ревизию по списку и, к счастью, все лежало на местах. После извещения через идентификатор, к корпусу сию минуту подошли все участники экспедиции. Неожиданностью для всех стало то, что пока сокомандники примеряли бронежилеты и калибровали оружие, из-за за угла появился Фридрих Аустерлиц.

Сол крепко сжал кулаки, сверкнул глазами, но не поддался желанию отомстить. Все-таки любопытство брало верх и хотелось, по возможности вежливо, узнать чего этот "тип" тут забыл.

– Глава ОИМиЭ Фридрих Аустерлиц, – предъявляя свой идентификатор мужчине на складе, как-то грустно произнес ученый.

Он получил небольшую коробочку и приблизился к боевому отряду.

– Господа, вы, я так понимаю, наружу? – обратился он к военным.

– Да, но Ва-ам какое дэло? – в ответ спросил Нил, уже снаряженный всем, что было выделено для него.

– Теперь я зачислен в ваш отряд Высшим Руководством. Можете сверить обновленные списки и цели нашего путешествия. ИИ Сердца обязан был все переписать еще минут десять назад.

Первый быстренько открыл нужный документ и бегло ознакомился глазами. Теперь, когда с группой идет научный сотрудник, его жизнь ценнее всех остальных, потому защита V.I.P.-сотрудника первостепенная задача. Основной целью экспедиции становится подробное изучение того района, а не просто добыча материалов, как было заявлено ранее.

– Если возникают вопросы почему, да как, то отвечу сразу: присоединение к вам было моей инициативой и я просто отправил запрос, который оперативно одобрили, – ненавязчиво говорил ученый.

– И по какой причине Вам, ракам из лабораторий, захотелось вылезти из уютной ямы? – гневно вопрошал Первый, – Неужто захотели умереть героем?

– Всему виной мои исследования и добытые недавно новые интересные данные, которые неким образом связаны с тем местом, поэтому не стоит злиться на рака живущего в яме, ведь нам куда проще выжить под водой, – на пониженой ноте закончил он свои объяснения и, демонстративно достав кольт, не глядя попал в мишень на стрельбище неподалеку.

Грозно рыкнув, Первый повернулся к Нилу и жестом показал надобность переговорить наедине. Вдвоем они отошли за угол, а остальные продолжили экипировываться.

Солу достался подержанный ПМ, который уже ни раз получал боевые ранения. На его корпусе виднелись следы когтей и челюстей. Парень никогда не стрелял, поэтому отправился на стрельбище, чтобы чутка привыкнуть к пистолету. Кости в пальцах задребезжали от первого же выстрела, да и с ушами приключилась какая-то беда, наверно, стоило все-таки надеть наушники, лежавшие неподалеку. Как оказалось, прицел был сбит и косил чуть левее цели, так что пришлось просить помощи у членов отряда по калибровке.

– Итак, парни, – сердито начал Первый, вернувшись после переговоров, – расклад у нас такой. Берем стандартное построение "многоугольник". Нил впереди, ученый в центре, а я замыкающий. Винтовки ближе к центру. Объяснять, думаю, не стоит стратегию. Не первый раз ведь идем, так что шагом марш к лифтам!

***

С громким клокотанием задребезжали шестерни и поршни. Массивная железно-серая дверь открывалась, сотрясая выход из города. С неистовым воем, она начала раскрываться, сметая слой грязи у основания. Запах тошнотворной воды и окисленного металла ударил в нос сильным порывом ветра. Дальнобойные прожекторы мгновенно включились, чтобы проверить опасность впереди длинного туннеля. Все было чисто вплоть до поворота, куда лучи уже физически не могли добраться.

Жестом был отдан приказ идти вперед и, ровным построением, все направились в глубины Трубопровода. Снова по лужам зашлепали тяжелые боевые берцы, которые позволяли защитить ноги от потенциальной угрозы под мутной водой. С грохотом дверь в город закрылась, оставив роту наедине с их фонарями, которые еле-еле разъедали вязкую, как гнилая плоть, тьму.

На перекрестках приходилось сверяться с картой, если пометок на стенах не осталось. Видимо, большая часть трудов предыдущей группы была давным-давно заделана пласматами, так что карта почти не уходила из рук.

Лёгкое волнение сдавливало горло в окружении красных кирпичный стен. Монотонные стальные трубы были куда роднее, чем американские или европейские версии. От неровностей на поверхности кирпичей бросало в дрожь, так как тут и там мерещились страшные лица, да еще и вдобавок криво уложенный шамот давал большие угловатые тени, будто вылезающая чья-то голова!

К счастью, дорога была весьма спокойна и Сол позволил себе немного расслабиться спустя пару часов. Постоянное напряжение сказалось на руках, так что они довольно скоро устали и безжизненно опустились вниз. Так в группе отлынивало двое: Сол и Аустерлиц. Ученый шел вперед и, как показалось, с самого выхода из города не подавал никаких признаков волнения. Будто все это являлось обычной прогулкой, а не выход наружу, где живут разнообразные твари.

– Первый, – шепотом обратился один из бойцов, – Нил передает то, что впереди виднеется аномальная дверь. Будем смотреть или обойдем?

– Смотрим. Вдруг удастся найти там место для отдыха.

Дверь и вправду выглядела странно. Вся ее поверхность состояла из странных волокнистых зеленых трубочек, которые переплетались между собой. На некоторых проступали небольшие шипы такого же цвета. Чуть выше центра двери располагалась идеально круглая плитка с выгравированным на ней изображением какой-то палочки с каплевидным нечто на кончике.

– Слишком подозрительно, а, Нил? – спросил Первый.

– Да, согласен с тобой. Внутри может быть опасно, так что лучше пойдем вперед. Ноги потэрпят. Мы же не маленькие, чтобы упасть посреди пути и заплакать от кэкои-то там устэлости!

Любопытство, конечно, обуяло Солом и ему всеми фибрами души хотелось заглянуть в комнату Пандоры, но приказ есть приказ. Пришлось идти со всеми, да злобно сверлить затылок гадкого ученого. Глазами парень вырисовывал мишень на затылки Доктора Зло. Тот, почувствовав взгляд, слегка обернулся и, улыбнувшись, взглянул на вчерашний предмет исследований.

Холодной взгляд в искаженной улыбкой лицом отторгал. Сол пожелал скорой смерти воплощению ночных кошмаров и его слова были услышаны. Ну, как минимум на половину. Знакомый соленый воздух неприятно ударил в нос, отчего парень чихнул. Приборы угрожающе замигали на запястьях военных. В этом секторе Потоп был куда страшнее, так как имел невероятную скорость и мощь.

–Бегом! Обратно к двери! – выкрикнули синхронно главы отряда.

На всех парах, скользя на грязных и мокрых кирпичах, они пулей рванули к спасительной двери. Всепоглощающая гигантская волна била о земь и сотрясала Трубопровод. Голодные булькающие звуки угрожающе громыхала за спиной. Ветер подбивал бежать еще быстрее, шлепая по прибывающей воде под ногами. Грязь попадала в глаза и рот, неприятно корежа глотку.

При виде той аномальной двери на сердце стало чуть легче, но сбавлять темп ни в коем случае было нельзя. Первый схватился за самую крепкую на вид трубку у двери и дернул на себя. Шипы вцепились в ладонь, пробив плотные синтетические перчатки. Кровь смешалась с дикой водой внизу. Забегать внутрь было тяжело, так как под ногами образовался довольно сильный ручей. Один из бойцов, прямо у самого входа, поскользнулся, пролетев вглубь наклонного тоннеля на пару метров. На его лице застыл ужас, а в раскрытый рот попадали соленые и каменистые капли воды. Первый попытался подать руку, но расстояние было слишком большим. Руки мужчины скользили по мокрому кирпичу. Содранные ногти уносило сверепеюшим с каждой секундой потоком.

Волна ударила из-за поворота. С горечью в душе пришлось оставить одного из сослуживцев Первого. Тяжело было бросать друзей, которые не заслужили своей участи. Дверь закрылась, а изломанное от напора воды тело уносило в глубины Трубопровода.

– Прощай, Иосиф, – промолвил шепотом командир.

Контрастируя с тем, что сейчас произошло снаружи, комната оказалась чем-то мифическим и невероятным, что могло быть только сказочкой для детишек.

Посреди гигантского, полусферического помещения, состоявшего из серого бетона, росло исполинское дерево, крона которого почти касалась потолка. Оно было размером, наверно, с три этажа Альбиона, если не больше. Салатово-зеленые листья пропускали сквозь себя яркий белый свет, исходивший из огромной дыры в потолке. На земле росла невысокая ухоженная травка. Сочные зеленые листики стояли плотно друг другу, слегка покачиваясь из-за дребезжания волн снаружи.

Вокруг этой живописной лужайки располагались необычные сооружения из того же пресловутого бетона. На подставке около метра, которая образовывала как бы кольцо с вырезом напротив входа в помещение, стояли большие арки. Они перетекали из одной в другую через равные промежутки, добавляя некой мистичности этому месту. Мягкий свет с потолка освещал небольшую их часть, показывая небольшие царапинки на поверхности.

– Что это? – изумленно задал вопрос юноша.

– Это… Настоящее дерево, – не веря своим словам, ответил Первый.

Живые деревья, которые были во владении у предков, никогда не встречались в Трубопроводе. Экспедиции находили только изделия из него или разломанные на части куски. Конечно, редко и получалось что-то добыть в больших объемах, но и тогда материал стоил десятки тысяч. Тут же, прямо посреди бетонной залы, произрастало гигантское дерево. Эту находку сто процентов нужно было показать остальным людям, ведь из этого дерева можно сделать столько полезных вещей. Вокруг него даже воздух казался каким-то другим! В голову сразу закралась мысль о магических способностях растения, ведь только чудом оно могло произрасти здесь, да еще и до таких размеров.

Также поражал и свет, который бил из потолка. Он не был похож на на излучение от ламп, так как имел совсем другой оттенок, вид и выглядел куда приятнее. Чарующая красота не давала двигаться ни рукам, ни ногам, ни губам. Сол пустил слезу то ли от горя из-за смерти человека, который прошел с ним весь путь до сюда, то ли от удивительной красоты этого неописуемого места.

Это и есть Рай?

Глава 10 – Ложный Рай

Словно малые дети, взрослые мужчины побежали к гигантскому древу, применая сочную зеленую травку. Своими грязными трясущимися руками они прикоснулись к коричневой жесткой коре. Резко проведя ладонью по ней, некоторым довелось засодить занозы.

Без промедления, лагерь был расположен прямо под деревом. Костер разожгли из имеющихся в экспедиционном комплекте материалов, так что дерево не пострадало. Хотя, его калечить никто и не собирался, ведь нанесение вреда этому раритету можно было расценить, как преступление против человечества.

Ботинки и часть верхней одежды сушились напротив яркого радушного пламени. Потихоньку, слово за словом, пошли разговоры о насущном. Сол пересказывал свои приключения в городе, Нил травил американские анекдоты, которые относились к бородатым годам, когда его народ отбивался от пласматов люками, а Аустерлиц постоянно обходил дерево вокруг, что-то трогал, замерял своими портативными устройствами, да садился к огню, чтобы понудеть себе под нос о каких-то научных вещах.

– Сол, – подозвал парня Первый через час.

Молча, с вопросительным выражением лица, юноша подошел к отцу. Тот махнул головой в сторону, как бы намекая о том, что нужно отойти подальше. Шагали в безмятежном молчании. Вдвоем они встали на краю поляны, где уже начинался бетон.

– Сын, ты знаешь в чем предназначение имени? – неожиданно он заговорил.

– Ну, чтобы иметь представление об определенном человеке, когда говоришь о ком-то, наверно, – замявшись на секунду, ответил юноша.

– Это, конечно, да, но имена имеют гораздо более обширный смысл в нашей жизни. Самое время поучить тебя жизни, – усмехнулся мужчина и в его улыбке сверкнули зубы, – У каждого человека есть имя и оно дает нам представление о нем. Давая имя чему-то, ты как бы вселяешь душу в это и привязываешься. Например, у моей энерговинтовки есть имя, которое я дал ей пройдя сквозь огонь и воду. Мне известны каждые тонкости ее работы и также склонность бить током по рукам после окунания в воду. Волыня служит мне верой и правдой уже более пяти лет, а это, как ты знаешь, весьма внушительный срок.

Первый присел у основания бетонных арок и пригласил присесть рядом Сола. Сформировав мысль в голове, он вновь заговорил:

– Понимаешь, когда я нашел тебя, то во мне пробудилось какое-то чувство, которое в тот момент куда-то ускользнуло. Моя боевая закалка сразу их оттеснила, так как на враждебной территории нельзя было расслабляться. После прихода в город, ты тут же уснул, как попал в лазарет, так что не знаешь происходившего далее. Меня вызвали в штаб, чтобы определить твою судьбу и тут, из ниоткуда, вновь появилось это колкое чувство, которое перегнало все ужасные воспоминания. Даже смерть моих родителей…

Мужчина ненадолго замолчал. Он смотрел вверх и будто пытался разглядеть что-то среди тысяч листиков на древе. Его взгляд переключился на свет, бивший из потолка и раздался небольшой смешок.

– Мой отец рассказывал, что ему удалось умыкнуть одну интересную фотографию документа, которая была в совершенно ужасном качестве. Еле читаемая мешанина из пикселей, да и только. Прочесть все-таки удалось совсем немного, что якобы предки жили под светом некого огромного золотого шара, который именовался Солнцем и дарил им тепло. Я решил дать тебе именно такое имя, так как после твоего появления в своей душе я почувствовал некое тепло. Может, это было эгоистично, да и вовсе не по-взрослому, но желание стать для тебя приемным отцом, ну, хотя бы в кавычках, стало для меня стимулом жить и возвращаться из всех этих чертовых экспедиций.

Юноша положил руку на плечо Первому и крепко сжал. Этого жеста хватило, чтобы выразить все чувства, которые встали комом в горле.

– Мне было боязно за твою судьбу, так как дамси в обществе служили просто расходным материалом. Ваши имена походили на простые позывные, как у меня и моих бойцов. Относились к вам точно также: отправляли в темные глубины Трубопровода, обезличивали, считая простыми рабами, да и не принимали за людей вовсе. Мало кто знает, но именно дамси строили Альбион с самых низов. Их спускали туда насильно и клали этаж за этажом на трупах. Я боялся, что с тобой сделают также, поэтому оставил подальше от большого города, хотя штаб предлагал забрать тебя сюда, как бы устроить на работу получше. Надеюсь, ты не злишься.

Свет в отверстии стал сменять свой цвет на более оранжевый. Огненные лучики пробивались сквозь тонкие листики, обдавая последним теплом этого дня, чтобы заснуть где-то там вдали на долгое время. Мрак потихоньку овладевал помещением, а бетон становился чуть холоднее.

– Ну-с, что-то мы засиделись. Надо бы подвести к какой-то веселой ноте. Видишь ли, когда поступаешь в армию нашей страны, то боец обязан потерять свое имя, чтобы всем жилось легче. В документах их сразу заменяют на какое-то число, а идентификаторы выдают специальные случайные коды. Я против такого, так что, через тайные источники, знаю имена каждого бойца, так как хоронить их в Трубопроводе – дело командира, а просто написать цифры поверх совсем не правильно. Мое боевое чутье подсказывает, что осталось и мне недолго, – встав с земли и чуть отряхнувшись, произнес он, – так что хотелось наконец познакомиться с тобой, как подобает. Меня зовут Антон Волков, Сол.

Его лицо выдало угрюмую, но честную улыбку. Протянутая вперед ладонь слегка подрагивала от волнения. Юноша поднялся и потянул свою руку в ответ. На глазах навернулись слезы, но парень не давал им спуску.

***

На бойцов напала сонливость и ужасная усталость. Не понятно было почему профессиональные бойцы вдруг почувствовали критическую потребность во сне, хотя давным-давно привыкли не спать по нескольку дней, будучи окруженными пласматами. Скинули это на умиротворяющую обстановку этого места, которое дарило внутренний покой.

Хоть сонливость затронул всех, но поставить часовых было чуть ли не одним из главнейших правил. Жребий выпал одному из американских парней. Он устроился повыше, забравшись на дерево. В его стволе нашлась глубоковатая выемка, куда и сел часовой. Все остальные легли вокруг костра, чтобы не замерзнуть. Сол наблюдал за тем, как над его головой беззаботно двигаются ноги часового и постепенно засыпал.

В удивительном месте рождаются и удивительные сны. Яркие разноцветные круги, выстроенные друг за другом, летели где-то среди кромешной тьмы. Они сталкивались и хаотично уносились в даль. Со временем их стало настолько много, что все пространство буквально перекрасилось в разноцветную мешанину. Раздался какой-то звук откуда-то сзади и все замедлилось.

Хаотичная картина превратилась в абстрактную тягучую зарисовку. Появились определенные контуру цветов, которые, словно лава, наползали друг на друга, но не смешивались. Краски стали чуть подрагивать в такт сердцебиению. Хотя, может так казалось.

Вместе с неожиданным громким шорохом, цвета тоже пространство исчезло, став плотной тьмой. Под ногами, шаг за шагом, вырисовывалась вороная дорога, покрытая чем-то на вид липким. От поверхности отражался свет фонарей.

Сол поднял голову вверх. Электропровода свисали откуда-то сверху, где даже свет не помогает разбить тьму. Оттуда, прямо на лицо парня, упала капля. Затем ещё одна. И после вовсе они падали не переставая, заливая и дорогу и фонари. Юноша взглянул на руку под светом. Она была измазана бордовой гладкой дрянью, которая залезала под одежду.

Что-то ещё было не так с этим всем. Как правило, во снах нет запахов, но вокруг буквально все воняло чем-то неприятным. Чем-то очень неуловимым и неожиданным для такого места. Запах металла… кровь. Это точно был запах крови! Панически Сол ещё раз посмотрел на свою руку. Она, как густая смола, пузырясь и булькая, превращалась в бордовую жижу и стекала с костей. Вся рука превращалась в эту мерзопакость. Хотелось кричать, но и из горла вырвалось одно бульканье. Резко, ноги растворились и оставили парня лететь лицом прямо в кровавое месиво.

В ужасе юноша открыл глаза. Сон закончился, а значит началась ужасающая реальность. Прямо перед лицом парня, на месте, где сидел часовой, находился изрезанный труп. Разодранная одежда, высеченная изуверски грудь, выдранные глаза и свисающий ломоть кожи лица. Все это находилось в руках у огромной твари. Пласмат не был похож ни на одного, которого встречали ранее. Длинное извивающееся тело, четырехстворчатая голова, которая в данный момент присосалась к трупу, большое количество острых тонких ног и два передних боевых серпа.

Существо вгрызалось в истерзанное тело из которого фонтанировала кровь. Некогда коричневый ствол дерева окрасился в темно-бордовый цвет. Уже алая трава на земле, примятая чудовищем, поблескивала в свету небольших тусклых ламп на теле пласмата.

Сол осторожно, не сводя глаз с трапезничающего порождения Трубопровода, отползал к хоть кому-то из своей группы, чтобы разбудить. Ладони то и дело проскальзывали по забрызганной кровью траве и каждый такой шорох заставлял сердце подступать к горлу все сильнее. Назад смотреть не хватало решимости, так как страх перед таким чудовищем сковывал все тело. Только на силе воли парню удавалось куда-то ползти.

Рука, встретившись с чем-то, резко отдернулась, как от огня. Пришлось побороть неистовую дрожь и вновь прикоснуться к находке. Это было тело человека. Нащупав плечо и чуть потолкав из стороны в сторону, пришел ответ. Без единого звука, прямо под рукой задергалась одежда. Кто-то передавал таким образом послание используя азбуку Морзе, но Сол не знал ни одного значения, а лишь улавливал некий повторяющийся сегмент.

Видимо, неизвестный и сам понял, что такой метод бесполезен и, крайне осторожно, чтобы вдруг не испугать юношу, положил свою руку поверх. Это немного сбавило напряжение и позволило обернуться. Этим человеком был Аустерлиц. Он лежал с открытыми глазами и взирал прямо на пласмата. Его напряженная физиономия говорила о процессе проработки плана, так как в тупую атаковать противника было плохой идеей.

Еле ощутимым движением, Фридрих ткнул в бок Сола. Глаза ученого метнулись вниз к карману его штанов. Одними губами он сказал что-то похожее на "Возьми". Тремор все никак не отпускал, но, пачкая одежду ученого, из кармана был изъят маленький черный шар. Вес в нем было около килограмма, так что парень сразу подумал, что это некое научное устройство. Аустерлиц осторожно взял шарик, покрутил его и вновь отдал юноше. В зазорах засветился мягкий голубой свет, осветивший запачканную землю.

По указанию Фридриха, Сол понял, что эту вещь нужно кинуть как можно сильнее прямо в пласмата. Что это могло бы дать в голову не приходило, но раз так говорит единственный его напарник, то лучше так и поступить. Все равно хуже не станет. Прицелившись и замахнувшись, снаряд полетел прямиком в стальную тушу. Шарик преодолел все расстояние за секунду и впечатался в металл. Не успело Сол моргнуть, как голубой свет ослепительно вспыхнул, а затем прогремел взрыв. Искры молний и жгучий треск пробили скрежещущего монстра.

Сол, как груза металла, упал на колени не в силах стоять. Грудь и руки стали неподъемно тяжелыми. На секунду весь мир пропал и осталась только тьма. Благо это прошло быстро и перед юношей предстал совершенно иная картина.

Перед ним лежало обездвиженное тело пласмата, бетонные арки превратились в плотные блоки из чёрных ящиков с кучей светящихся точек и соединенных проводами в виде арки, потолок стал каким-то подобием мониторов, как у компьютеров, но без четкой рамки, место, откуда предположительно бил свет, обратилось в большую лампу. Главным изменением стало дерево. Теперь оно походило на большое скопление арматурен и проводов вверху, где недавно красовалась кустистая крона.

Вскочив с места, Аустерлиц грубо побежал будить всех. Вокруг замычали сонные вояки, но при виде огромной махины и луж крови, встрепенулись. Они подхватили свое оружие и обступили тварь.

Сол почувствовал, как тело стало легче и отошел подальше от чудовища. Металлический вой задребезжал из-под корпуса, а в ногах снова заискрила жизнь. Пласмат не успел привстать, как вдруг был обстрелян со всех сторон. Пистолеты и винтовки продолжали громыхать, но прочный металл совсем не хотел поддаваться.

Тварь резко ударила своим серпом, чтобы попытаться остановить пальбу. Не успев увернуться, кто-то лишился винтовки и второй половины тела. Хлюпая, они части соскользнули друг с друга и, чавкающе изливая кровь, плюхнулись на землю. Ни крика, ни плача не вырвалось из уст усопшего, лишь застывшее недоумение осталось на лице.

Бой продолжался. Разящие удары проносились мимо голов, так что Сол уже успел повидаться с лезвием в слишком близком смысле. С щеки стекала кровь, но не о таких мелочах нужно было сейчас думать. Как убить эту тварь?

– Дамси, – подбежал из тьмы Аустерлиц, – есть план. Нужно увести эту махину к аркам.

Так, обежав всех сражающихся, он скомандовал единовременно бежать в сторону арок. Дикое чудовище погнались вслед и успело раскроить череп еще одному бедолаге.

– Солх, лезьх наверх, – запыхавшись тараторил ученый, – как увидишь сигнал, сразу кидай в эту штуку это.

В руку парню снова попало странное устройство, но уже другой формы. Оно походило на черный цилиндр, который был весьма тяжелым и неприятно щипал кожу.

Времени разглядывать диковинку не было поэтому, с помощью соратников, мигом залез на бетонные стены. Сверху было видно поле боя и то, как Аустерлиц бегает прямо под стальными лезвиями пласмата. Он ежесекундно был вынужден уворачиваться от смертельных прикосновений острого металла.

С невероятной прытью ему удалось забраться на вихляющуюся голову твари. Трепыхания усилились, явно свидетельствуя о нежелании иметь на спине наездника. Однако, Фридриху и не нужно было быть им. Он с силой вонзил что-то в металл и встал, чтобы подать сигнал.

Многотонный удар пришёлся прямо на хрупкую спину ученого и его тельце, словно легкая пушинка, стрелой вонзилось слева от Сола. Изломанная и окровавленная груда мяса кряхтела и булькала. Из последних сил, трясясь и изливая кровь, поднялась рука, подавая сигнал. Ошарашенный Сол не мог оторвать взгляд, но нужно было действовать.

Чёрный цилиндр покинул будто бы ошпаренные руки парня. Со звуком бьющегося стекла, оболочка рассыпалась на миллиарды мелких песчинок, которые намертво приклеились к корпусу пласмата. Они оживились и помчались в место, где Фридрих наносил удар. Постепенно песчинки полностью исчезли где-то внутри монстра, который начал вести себя как-то чудно.

Глава 11 – Кровавая дань

Окровавленная трава поблескивала в ярком свете лучей. Багровые капли стекали по листкам, впитываясь в коричневую почву. По стволу дерева бегали мелкие букашки-пласматы, собирая не успевшие засохнуть следы бойни. Истерзанное тело лежало у корней, обмотанное лоскутами одежды. Открытые раны гноились и неприятно воняли, но с этим ничего нельзя было поделать. Операция мертвому потенциально обойдется жизнью живого.

Понемногу все очнулись от ночного кошмара и с подозрением озирались по сторонам. Первое устройство, которое приказал кинуть Фридрих, было электромагнитной гранатой, что вырубила всю технику в радиусе действия. От этого голографические иллюзии развеялись, показав, что все вокруг лишь наваждение. Второй вещью была граната-дефрагментатор, которая по своей сути являлась портативной кучкой искусственных пласматов и они были запрограммированы поедать своих собратьев. Эта маленькая колония являлась единственной такой и требовала тестов, так что, как показал бой, все работало на ура.

– Так все это обман? – злобно озирался Нил, – Это была ловюшка?

Его вопросы не получили ответа вслух, так как и так было понятно, что да – это место обычная западня для людей. Трубопровод всегда питался кровью и костями, так с чего бы ему вдруг подавать такое прекрасное убежище бесплатно. Урожай собран, а земля обильно полита кровью.

В растрепанныех чувствах отряд собирался продолжать свой путь. Потоп давно прошел, и по тоннелю одиноко струился ручеек от той сокрушительной стихии. Влажный, грязный воздух уже по привычке полез обнимать лицо, налипая тяжелой взвесью кирпичной пыли на лоб и щеки. От этого кожа жутко чесалась, но с годами привыкаешь к такой проблеме и просто принимаешь это.

В безмолвии, слегка перегруппировавшись, бойцы двинулись к цели. Оставалась не такая уж и большая часть пути, но не менее опасная. За приблизительные восемь или десять часов быстрого шага, можно повстречать с десяток тварей, которые играют в догонялки друг за другом. Чем дальше от населенных пунктов, тем больше становилось таких вот бродячих по сути без дела пласматов. Они в основном и являлись причиной смерти других боевых групп, так как встречу с ними невозможно предугадать. Бродяжки просто бегают на своей территории, так как это их дом.

Этот поход стал опаснее в разы, когда оказалось, что маршрут пролегал через пониженные этажи, а не на основном уровне. Суть в том, что весь Трубопровод, грубо говоря, можно поделить на слои, а чем ниже, тем меньше изученность и, следовательно, обитатели там могут отличаться. Если брать нынешний слой за ноль, то спустить нужно было на минус десятый.

Посередь тоннеля располагался ржавый, замызганный грязью и кровью люк, который сверху уже истерся напрочь. Чтобы его поднять, пришлось поднапрячься и погнуть один нож из закаленной стали. Блевотный дымок вырвался из недр адской скважины. Запах трупов был тяжелее воздуха, поэтому просачивался сквозь щели нулевого уровня, оседая на нижних этажах. Из-за этой напасти боевые группы были оснащены противогазами.

Бранясь на скверный запах, сквозь набежавшие слезы, пришлось-таки надеть тугие маски. Гадкая резина цеплялась за волосы и обтягивала кожу, да так, словно хотела стать одним целым с ней. Не успев надеть противогаз, уже хотелось поскорее снять его, но нужно терпеть и надеяться, что первоначальные расчеты не верны и до цели всего пара метров. Отряд переглянулся и начал свой спуск вниз.

С оранжевого от ржавчины металла слетала окисленная дымка и налипала на большие стекла маски. Эта пыль проносилось в свете фонаря, напрочь убивая дальность освещения. Местами даже бетон не выдержал такой концентрации газов и просто начал отслаиваться, показывая холодные и безжизненный арматурные внутренности Трубопровода.

В конце спуска ожидала некоторая смена локации. На этом уровне уже не было водных каналов, а скорее все походило на некоторые катакомбы, где можно было бы пережить Потоп или нападение пласматов. Узенькие проходы, где едва поперёк пролезала "Волыня", бесконечно далеко тянулись, как длинные провода.

Возможность появления в этом месте кого-то из пласматов равнялась почти нулю, поэтому напряжение немного убавилось, но гниющие тела, которые встречались за каждым поворотом и в каждой более-менее просторной комнате, всаживали иголки в рассудок. Тут и там виднелось отслоившееся черно-зеленое мясо, которое просто лежало на полу, источая мерзостную вонь. Почему их так много?

***

И вот путь закончился. В большой комнате стояли различные вещи принадлежащие предыдущей группе исследователей. В глаза бросались сразу ящики, контейнеры, большие светильники и обесточенный генератор, который уже изголодался по хоть какому-нибудь топливу.

Подкованные в электронике и технике вояки, кое-как запустили все оборудование, которое потенциально могло помочь. Фридрих обошёл по кромке огромную дыру, которая тянулась на несколько этажей вниз и была настолько черной, что дальше пяти этажей фонари просто не могли высветить что-то конкретное. Лишь какая-то склизкая муть, да и только. Ученый хотел было бросить туда камень или еще чего, но получил жесткий выговор, так как внизу могла спать какая-нибудь тварь.

Проведя ревизию оборудования, топлива, экипировки и прочих вещей вся группа собралась обсудить план действий. Им обязательно нужно было спуститься вниз дыры и забрать что-то оттуда, однако в той тьме делать это будет очень опасно. Велика вероятность упасть сквозь разрушенный пол и остаться среди местных мертвецов.

Так как здесь банально не было очень длинного и прочного провода, который не повредился бы при трении об обломанный бетон, решили поступить радикально: спустить генератор вместе с прожектором вниз под контролем спускающейся в неизвестность группы.

Самые смелые были выбраны для спуска во тьму при поддержке их собственных фонарей. Двое бойцов закрепил тросы и осторожно, как на учениях, поехали в объятья неизвестности. Склизкая гуща будто бы клокотала внизу, но это были лишь звуки троса, который красной сплошной линией мельтешил перед глазами.

Спускались долго. В один момент показалось, что дна не будет и вовсе, но обошлось. Ноги уперлись во что-то гадкое. В свете фонаря пол оказался измазанным какой-то смольной дрянью. От неё веяло еле ощутимым запахом бензина с какой-то железной ноткой. Противогазы, видимо, не могли защитить от столь сильного запаха.

Бойцы помахали фонарями, дав сигнал о безопасности внизу. За первопроходцами полез следующий мужчина. Он спускался вместе с прожектором и контролировал его, чтобы не разбить лампы о бетон. Вниз съехали в целости, разве что немного нервишки пошалили от каких-то звуков из глубины одного этажа.

Тяжеленный генератор было не так-то просто поднять, а уж удержать на весу в яме совсем проблематично. Решили отправить вниз сразу же Аустерлица, Сола, Нила и еще одного вояку. Остальные остались наверху, удерживая тросы.

Со скрежетом в зубах и скользящей цементной пылью под ногами, процесс пошёл. Всё бы ничего, но странный звук, который был слышен ранее, будто бы усилился. Он стал ближе и уже располагался на нескольких этажах. Нил подсветил фонарем один из пролетов. Вдали поблескивала черная жижа, которая была той же, что и внизу. Она будто бы слегка подрагивала, но, может быть, так казалось из-за постоянного дерганого движения вниз.

С тяжелым бульком генератор шлепнулся в мерзопакость. Вслед за этим сверху раздались ужасающие крики, панические выстрелы, звон гильз и крошащийся бетон. Оранжевые отсветы сверкали на серых стенах. Затем, со свистом, обивая ноги и руки о неровные края этажей, вниз полетел Первый. Он спускал с собой одного уцелевшего парнишку, который потерял сознание по всей видимости. Двое из тех, кто первыми очутились внизу, спохватились и подсветили землю фонарями. Нил, Сол и Фридрих готовы были поймать сокомандников в случае чего.

С громогласным грохотом и свистом из пролета вылетела чёрная, липкая и гадкая щупальца. Она обвилась вокруг головы спасенного бойца и, словно вытаскивая вилку из розетки, сорвала её с приличным куском шеи. Горячая кровь фонтанировала из открытых артерий. Красные капли смешивались со скопившейся грязью и чернели. Другое щупальце ухватилось за туловище и располовинило мёртвое тело. Потроха посыпались в руки тех, кто ожидал внизу.

Трос был также перерезан хищным существом. Первый свободно пролетел еще два этажа и рухнул в руки остатков команды. Минута молчания сопровождалась липким хлюпаньем где-то во тьме и щелчками падающих капель крови. Лишь боевая сноровка не дала впасть в панику оставшимся крохам отряда. "И не такое видали" - подумал Первый и вскочил на ноги. Он выхватил свою "Волыню" и толчками погнал всех по тоннелю.

– Давайте! Шевелитесь, а не то мы все тут поляжем! – скомандовал он, замыкая эту скудную колонну. Света едва хватало, чтобы замечать препятствия под ногами в виде щупалец. Они извивались и кидались на бегущих. Потолок и стены трещали, хрустели и крошились от оживившихся частей пласмата.

Энерговинтовка пискнула и тут же Первый дал залп. Синий луч концентрированной плазмы с завыванием вылетел из дула. Его свет озарил всю ту поросль, которая заразила этот тоннель. Пласмат ассимилировал это место и свободно отращивал тут свои щупальца, пасти и какое-то подобие глаз. Все это появлялось позади и, видимо, вскоре нагнало бы отряд, как и огромная ротовая полость, закрывшая путь назад. Металлические обломки и куски пережеванного оборудования торчали так, словно были зубами этой твари.

Не прошло и секунды, как заряд плазмы соприкоснулся с телом твари. Взрыв прожег чудовищную пасть, разметав зубы и черную мерзость. Оранжево-огненный круг красовался прямо в центре рта, но что-то было не так. Тонкие жгутики стали закрывать зияющую дыру.

– Твою мать! – надавил вновь на курок Первый. Разогретая плазма счастливо покидала обойму и вновь и вновь попадала чудовище. К сожалению, регенеративные навыки этого монстра были на чересчур высоком уровне. Попадания практически не помогали, а лишь раззадоривали существо. Тонкие, совсем новые отростки, стали больно хлестать по рукам, ногам, спинам и шеям бойцов.

– А-а-а! – закричал один из тех, кто бежал впереди. Его лодыжку выкрутило на сто восемьдесят градусов он свалился на землю. Он попытался вытянуть ногу из цепких оков, но тут же его шею перекусила новоиспеченная челюсть.

– Фридрих! – завопил Сол, – У тебя еще есть те гранаты?

– Нет! Все мои прототипы ушли на того пласмата, да и сам видишь как он регенерирует!

– Тогда у нас совсем нет шансов на спасение?!

– На бегу сложно придумать что-то вообще-то! Хотя, я бы мог сделать пару вещей, но мне нужен сильный источник энергии и несколько наномашин, которые есть только у пласматов, а все их тела в Сердце Альбиона!

– Сердце… – прошептал про себя парень. Перед глазами мгновенно промелькнули воспоминания о том ужасном открытии своей истинной натуры. То сердце, которое бьется у него в груди сто процентов подошло в качестве источника энергии, а наноботы есть во всех пласматах, как и у Сола.

– Фридрих!

– Да я сам догадался! Скорее, нужно найти укрытие и задержать эту тварь!

Силы были на исходе, хоть адреналин с невероятной силой бил из надпочечников. Глаза рыскали в поисках места для остановки. Хоть что-нибудь: щель, дыра, провал, проем, да пусть даже котлован!

– Первый, пали в потолок! – скомандовал Нил, который тоже услышал разговор об укрытии.

Заряд плазмы ударил в крошащийся потолок, который кишил весь этой гнусью. Взрыв поднял густую взвесь бетона, чёрной дряни, которая обильными, липкими кусками шлепалась о земь, искр и непонятного хлама, который был на этаж выше. Потолок рушился и стремительно выстраивал преграду между монстром и людьми.

Наступила тишина. Только тяжелое дыхание нарушало идиллию молчания. Первый сполз по стене и крепко обнимал свою винтовку. Он отцепил обойму, потыкал в дисплей и заявил:

– Осталось на два или три выстрела. Много эта тварь впитала.

– Нам хватит, – заявил ученый, – Теперь нужно её модифицировать. Сол, ложись на землю, остальные, подсвечивайте.

Куски камней впились в оголенную спину парня. Фридрих извлёк свой портативный медицинский набор с парой скальпелей и прочих инструментов, которые можно было легко унести. Все-таки иметь потайной отсек в собственной ноге было скорее полезно, чем странно. Без анестезии, прямо на живую, доктор сделал разрез. Сол терпел, но жалобный писк вырывался из него под аккомпанемент проносящихся воспоминаний на операционном столе.

Фридрих мастерски вскрыл "Волыню" и вытащил несколько проводов. Винтовка лежала на животе Сола пока ученый что-то сваривал раскаленный в плазме арматуриной. Несколько самодельных зажимов зацепили рану, чтобы наноботы не стали экстренно залечивать разрез.

– Пусть думают, что ты на реальной операции и не лезут пока что, – спокойной пояснил Аустерлиц.

Хоть он был и весьма циничным человеком, но его навыки невозможно было недооценивать. Наспех он переоборудовал встроенный аккумулятор в блок питания с подзарядкой от биосинтеза белка. Звучало бредово, но понемногу энергия стала восполняться в оружии. Вскоре, встроенные модули спасения жизни заметили потерю энергии и стали вырабатывать еще больше одновременно выискивать проблему, что позволило за пару минут полностью восполнить запасы заряда.

– Итак, теперь мы сделаем плазменную бомбу из этой винтовки, чтобы полностью зачистить огнем тоннель, что должно убить пласмата. К сожалению, придётся кому-то остаться. Лучше всего произвести взрыв прямо внутри монстра, что повысит шансы полного уничтожения.

– Я останусь, – хрипло ответил Первый, – Мои ноги уже не позволят мне бежать, а прорезанный бок…

Только сейчас все заметили жуткую рану, которую ранее закрывала одежда. По всей видимости, одна из щупалец сумела пройти вскользь и сильно распороть бок. Разрез обильно кровоточил и шанса на спасение уже не было.

– Отец… – посмотрел на умирающего мужчину Сол.

– Найди того, кто сделал нашу жизнь такой, сын. Я люблю тебя, – он улыбнулся сквозь боль. Фридрих положил на израненные дрожащие ноги самодельную бомбу, щелкнул парой тумблеров, подкрутил что-то скальпелем, так как отвертки не было, и похлопал по плечу Первого. Нил отдал честь и пообещал вернуть Сола в целости и сохранности в Альбион.

Не мешкая ни секундой более, они побежали прочь от места будущего взрыва. Нужно как можно скорее было найти укрытие. Впереди показался люк, который с одной половины прибило бетонной плитой. Из последних сил они смогли отодвинуть мешающийся кусок потолка и где-то вдали, со стороны откуда они прибежали, раздался грохот.

Все обернулись. Пласмат сумел пробиться сквозь завал через верх и вовсю бил своими щупальцами по стенам. Его туша потихоньку сочилась сквозь отверстия, а по бетону шли огромные трещины.

– Скорее! Лезем вниз, – приказал Нил.

Фридрих первым вцепился в проржавевший металл и спешно погрузился во тьму. Стуку шагов вторило сердце Сола. Его отправили вслед за учёным. К потным ладоням липла грязь и старые куски краски, успевшие почернеть. Лестница была очень длинной, так как внизу маячила макушка Аустерлица.

Раздался грохот от обрушившегося потолка тоннеля. Все-таки пласмат сумел пробиться, но сделал это быстрее, чем планировалось. Один из бойцов успел только ступить на пару ступеней вниз, как сверхъяркая вспышка пронеслась по поверхности. Звук пришёл с опозданием и повредил уши. Кровь потекла по челюсти и шее Сола. Сплошной писк разрывал голову. Парень посмотрел наверх и увидел, как обугленная половина тела летит прямо ему в лицо.

Глава 12 – Мученик

Боль. Сплошная тупая боль во всех частях тела. Казалось, будто ноги и руки пропустили сквозь многотонный пресс. Отвратительный запах витал вокруг носа. Что-то гнилое и что-то изжаренное до угольков валялось рядом. Может, и не валялось, так как вокруг было черным-черно. Завершающей частью этой композиции безнадеги становилось и давящее чувство на груди. Что-то тяжелое намеревалось раздавить ребра и мешало вдохнуть побольше воздуха.

– Какого черта? – возмущался голос, который принадлежал Фридриху, – Икар ты, а не Сол. Свалился с обгорелым куском, да еще и фонарь выбил.

Последовавшие после этого щелчки и удары с раздраженным пыхтением, заставили лучики света озарить пространство вокруг. Измазанные чем-то, что успело сто раз перегнить, стены давили своей близостью. Узкий коридор был сплошь залит какой-то чертовщиной, что даже конкретного описания для такого не найти. На груди Сола валялась нижняя часть тела кого-то из отряда.

"Кругом лишь смерть," – подумал он и спихнул с себя чужие ноги. Его руки уже давно были испачканы кровью. За все путешествие на глаза парня убили столько человек, что хотелось кричать и биться головой об пол из-за такой жизни. Однако, сил хватало только на то, чтобы смотреть на дрожащие грязные ладони.

– Теперь ты все понял, – усмехаясь сказал ученый, – Все твои действия ничего не изменят. Мы умрем и точка. Завтра, сегодня, да какая разница. Убиваться по этому поводу нет смысла, так что и извлекать мораль незачем. Ты же тоже умрешь. Просто живи и делай то, что нравится.

Сол с трудом поднялся на ноги. Дрожь все никак не унималась, а боль в теле нарастала. При падении вниз он крепко ударился о каждую ступеньку, так что такое лечение даже наноботы могут произвести лишь за пару часов. Стекло противогаза раскололось, поэтому Сол стянул давящую маску и постарался не думать о дурмане смерти. Через минуту его все равно вырвало.

– Идти можешь? – неожиданно поинтересовался некогда холодный и циничный ученый, достав что-то из кармана.

– Тебе-то какое дело, – сплевывая огрызнулся парень в ответ.

– Да никакого. Просто проявляю вежливость, – щелкая кнопками на неизвестном устройстве ответил он.

– Твоя вежливость мне не вернёт никого. Позади меня горы трупов, а впереди твоя рожа. Мне осточертел этот мир! Вся эта… эта грязь и… и дерьмо! Кругом одна смерть. Даже пласматы выглядят, словно ходячие трупы! Я так больше не могу.

– Поздравляю с первым экзистенциальным кризисом. Ура-ура, – безэмоционально откликнулся Фридрих, – Можешь оставаться тут или пойдёшь со мной и получишь все ответы.

– Что? Какие ответы? На что?!

– Ну, на все.

Без промедлений Аустерлиц побрел вперед. Единственный источник света отдалялся, как и желание жить Сола. Ему больше некуда идти. Альбион разочаровал тем, что является утопией на костях, а сейчас там, скорее всего, революция. До родного края ему в одиночку не дойти, да и жизнью там он сыт по горло. Первый погиб. Нил, который стал хорошим другом, погиб. Аники уже наверняка передана другому клиенту или разобрана повстанцами. Трубопровод – это Трубопровод.

Сол оперся на стену и встал. Еле волоча ноги, которые крайне негативно относились к желаниям парня двигается, предательски дрожали. Изнывающие кости будто бы съезжались и разъезжались внутри, хотя, так и было на самом деле. Голова чертовски болела. Все было настолько плохо, что тело само захотело уйти отсюда. Уйти, найти ответы и уничтожить это проклятое место.

– Стой! – крикнул еле идущий Сол.

Фридрих остановился. Казалось, что он в любой момент просто начнет идти дальше, но нет. Было видно, как его голова повернулась, а из уст вылетел смешок.

– Другое дело.

***

Мрак тоннелей начинал сводить с ума. Бесконечная пустота, которую кое-как испепелял фонарик, все тянулась и тянулась в вечность. Казалось, что вот-вот что-то изменится и появится хоть какая-нибудь дыра в полу, закрытая дверь, труп пласмата, но ничего. Только бетон.

Тело Сола полностью вылечилось, но после всего хотелось что-нибудь съесть. Фридрих не отказался от небольшого привала. Хладнокровность ученого избавила их от голодной смерти. Аустерлиц, пока Сол лежал в отключке, обобрал трупы и взял провизию, которая уцелела.

– Так куда мы? – спросил мальчишка.

– Туда, – ткнул собеседник во тьму, – Больше некуда, да и цель моего назначения там.

– Мы же за оборудованием сюда приходили отрядом. Мы давно ушли от цели, – несколько неуверенно утверждал парень.

– Ваша задача меня ни капли не интересовала. Серьёзно думаешь, что мне не плевать на группку погибших здесь "профанов"? Если они не учли опасности этого места, то их проблема. Идем же мы сейчас туда, откуда ты родом. Вскрытия дамси, а по большей части тебя, дали мне возможность отследить странный сигнал, так что мы охотимся за величайшим злом, а не потерянным имуществом.

– Ясно. Другого и не ожидал от тебя.

Путь продолжился. Сол на автомате брел за Фридрихом и не мог ни о чем думать. Любая мысль просто отклеивалась от мозгового центра и падала в общую мешанину. Хотелось было подумать о смертях знакомых, но ничего не выходило. Вместе с руками опускалось и желание смотреть по сторонам. Грязные ботинки были единственной радостью, которая осталась.

Вот он наступает на бетон, на кирпич, перешагивает через труп неизвестного иссохшего человека, шлепает по кровавым лужам, звук камня под ногами сменяется на шарканье по истертым булыжникам, под ногами что-то трескается, а над головой будто бы проносится электрический свет. "Свет?" – встрепенулся парень.

Он посмотрел вперёд и зажмурился. На стенах висели старые поношенные электрические лампы, которые излучали мягкий оранжевый свет. Тусклое освещение нагоняло жути, а следы крови на полу и подавно превращали это место в логово какого-нибудь маньяка.

Поворот привёл этот несколько напряженный дуэт в большую залу. Круглая комната имела свободное пространство в центре, а затем расходилось на кучу колец. Отсюда выхода дальше не было, но имелось какое-то непрозрачное стекло на другом конце комнаты.

– Строение схожее с амфитеатром, – озираясь по сторонам, говорил Фридрих.

Они вдвоем прошли в центр. Постройка напомнила ту комнату с деревом. Обида и горечь кольнули сердце. Сол сжал кулаки, чтобы не дать себе снова раскиснуть и погрузиться в неприятные мысли.

Везде была идеальная чистота, что даже немного тревожило. Ни пыли, ни грязи, а лишь надраенный до блеска плоские поверхности. Человек такое построить не смог бы без оставленных следов инструментов. “Неужели где-то тут обитают роботы механики?” – задумался парень.

Стояла мертвая тишина. Только лампочки чуть жужжали и потрескивали. Но неожиданно из под пола раздался тяжёлый металлический скрежет, словно гигантская ржавая стальная дверь решила открыться. Два глухих удара и земля ушла из под ног.

С криками и визами Сол летел прямиком в тёмную пучину. Не было не видно ни стен ни земли. Казалось, будто падение уже длится вечность, но снизу включились лампы и осветили землю. Там не было ничего, кроме жесткого бетона измазанного кровью. Сол заметил людей с ножами и трубами в руках. Они внимательно следили за летящими к ним.

Сол уже мысленно готов был отправиться к Первому, но спасительный синий луч ударил в него и Фридриха в самый последний момент. В одно мгновение они будто полностью потеряли массу и легонечко ткнулись в бетон. Повторный выстрел вернул им массу и гравитация дала под дых.

– Взять их, – скомандовал высокий мужчина с острым подбородком.

К новоприбывшим подбежал толпа. Солу что-то вкололи и тело почти сразу обмякло. Дальше была лишь тьма.

***

Во рту стояла ужасная сухость. Горло будто состояло из наждачки и каждый вдох доставлял боль. В глазах была сплошная муть, через которую пробивался свет ламп и чего-то ещё. Через минуту мозг привык к такому и кое-как сфокусировал зрение. Сильных отличий не было, но хотя бы кружиться все перестало.

Осторожно Сол повернул голову направо, затем налево и обнаружил своего компаньона. Он уже тоже понемногу приходил в себя, но состояние его была куда хуже. Из уголков рта стекали алые ручейки и пачкали его одежду. Из-под закрытых век стекала грязно-жёлтая мерзость. Цвет кожи стал еще более бедным, чем был до этого.

– Вы уверены, патриарх? Они не похоже на спасителей. Может просто съедим их?

– Тише, брат мой, Великий Омикрон велел нам сохранить им жизни. Ты волен идти против Повелителя, брат?

– Нет, да я бы никогда! Великий для меня все, как и для всей нашей коммуны. Если Вы уверены в них на все сто, то я не смею стоять на Вашем пути.

В поле зрения вошёл высокий мужчина одетый в длинную рясу. Он почесал свой острый подбородок и пальцами примерила размеры Сола. Его лицо толком нельзя было разглядеть, но сейчас явно колебался и как-то нервно разводил руками делая странные жесты.

– Приступим, – проговорил он, вытряхнув из головы ересь, – Начинайте строительство. Вот бумага с примерными цифрами, так что к завтрашнему дню чтобы было готово.

Его "брат" смиренно поклонился и ушел восвояси. Патриарх обошёл вокруг заключённых и сел на табурет перед ними. Он молча вскинул руки к потолку, воскликнул что-то на неизвестном языке, достал глубокую чашу и выхватил кинжал. Его губы коснулись острого лезвия, оставив небольшой порез. Пара капель багрянца упала в чашу.

– Да будет эта кровь благословенна Великим Отцом и Защитником Омикроном! Благодарим тебя, о Могущественный, за дарованную нам жизнь, еду и воду. Ниспошли нам, сынам твоим, частицу твоей благодетели. Используй мои соки для ретрансляции твоего могущества. Program "Harvest" start.

Медленно, будто наслаждаясь каждой секундой этого извращенного дела, патриарх прорезал на ладонях Сола линии. Они шли от основания кисти до каждого кончика пальцев. Раны ужасно кровоточили и болели, но сил кричать не было. Агония нарастала внутри и никак не могла найти выход.

Патриарх собрал стекающую жидкость и заунывно запел на том же самом неизвестном языке. Одновременно с этим его кинжал продолжал наносить увечья. Запах крови, пота и рвоты, которая стекала по уголками рта было невозможно терпеть.

– Лишь мучения докажут истинную твою сущность, но я безоговорочно верю в твою святость, о Сын. Знаю, что тебе больно. Такова плата за вознесение. Твой апостол не будет тронут, так что не стоит тратить силы на беспокойство о нем. Доверьтесь мне, вашей святости и Великому Омикрону.

***

В какой-то момент Сол заметил, что потерял сознание от боли. Вокруг была сплошная тьма. Она стояла перед самыми глазами и молчаливо вглядывалась в душу парня. Бесчувственная, словно машина, Тьма желала познать насколько велики страдания человека. Что вообще такое "страдания"? Чем они отличаются от обычной боли? Что вообще такое "боль"?

Тьма не могла найти ответы на это у всех, кто попадал к ней случайно, принудительно или по собственной воле. Она старалась принять всех гостей, но они ускользали, растворялись в ней самой. Редко кто-то попадал дважды, но все равно их лица навсегда обращались в ничто рано или поздно.

Сол не стал исключением. Она видела уже его. Не запомнила черты лица, фигуру, да хоть какую деталь. Но этот взгляд. Взгляд, как у неё самой. Пустой взгляд с первого попадания сюда. Тьма сама задавалась вопросом о происхождении этого мальчика, но никаких ответов не было. Лишь его тело без сознания. “Может, его и не должно было существовать?” – спросила она себя тогда, но этот вопрос ушел вместе с тем мальчиком в вечность.

Боль. Боль и мерзкая сырость. Кожу стягивало на лице, груди, животе и вообще везде! Все его тело будто вымазали клеем и оставили высыхать. Но этот тошнотворный запах металла выедал ворсинки в носу. Сотни голосов кричали что-то, но язык был не родной. Энергия в их голоса буквально прошивала жаждой крови. Жаждой увидеть чудо. Чудо, которое изменит их жизни.

Сол открыл веки. Его мутный взор запеленала кровавая дымка. По ресницам стекали небольшие капельки алой жидкости. Он посмотрел направо. Рука намертво была прибита к дереву. Огромной стальной болт был ввинчен сквозь ладонь. С левой рукой также, но из раны торчали несколько гвоздей. Увидеть, что с его телом внизу стало невозможно из-за проклятой пелены.

– Тише, моя семья! – с радостной ноткой воскликнул патриарх, – Наш спаситель добровольно согласился освободить наши души. Он готов лично сказать Все Отцу, что его паства выросла и готова к самостоятельной жизни!

– Ура-а-а! – восторженно кричала толпа.

– Я провел обряд, как было предначертано. Добрался до Эдемского яблока и надкусил его своим Дамокловым мечом! Вы и сами видите, как наш спаситель остаётся жив даже после такого! Помолимся за его Дух и за милость Великого!

Эхом раздавалась страшная молитва. Непонятный гул, который невозможно разобрать. Он проникал в уши, мозг, сердце Сола и, конечно же, кожу Трубопровода. Сверху что-то громыхало и оттуда валились камни. Хотелось оборвать свою жизнь на этом моменте.

Со страшным треском и чавкающим звуком в котором утопали стоны, с неба свалился робот. Стальная машина раздавила тело патриарха. Его кровь окропила паству и Сола. Дергающиеся конечности шлепали по алой луже. Молитва затихла и воцарилась тишина.

Машина повернулась к Солу и их её глаз ударил свет. Он прошелся сверху вниз по телу парня и потух. Робот отвернулся и внутри него что-то заскрипело, засвистело и разорвалось громким дребезгом.

– Исполнение команды, – произнесла машина и из ее корпуса высунулись большие круглые лезвия с зазубринами. Они неистово завертелись с устрашающим ревом. Металл рассекал пару секунд рассекал воздух, а затем принялся за людей.

Зал наполнился суматохой, криками и безжалостным стальным натиском. Чувствовалось, как машина без труда разделяет людей надвое и топчет мёртвые тела. Кровь заливала пол и корпус безжалостного жнеца. Тех, кто был достаточно далеко, она подцепляла выстрелом гарпунов и медленно, будто наслаждаясь страданиями, тащила к себе.

В живых остались только двое: Сол и Фридрих. Они пришли в себя и молча смотрели на успокоившегося жнеца. Красные капли стекали по металлу и монотонно капали на багровый пол. Резня завершилась полной победой холодной стали. Перекошенные в ужасе тела еще дергались, но им её суждено уже было встать, начать говорить…

– Следуйте за мной, – заявил жнец и побрел в неизвестном направлении, кромсая трупы своими тяжёлыми шагами.

– Что это? – поинтересовался Сол.

– Правая рука Создателя. Кара для одних и спасение для других. Всё как у настоящего Бога.

– Мы последуем за ней?

– Другого выхода нет, да и если умирать, то зная, что сам избрал свою судьбу, а не был прибит к кресту.

Коридор по которому их вела машина значительно отличался от других. Высокие потолки, электрический свет, чистота и ухоженность. Все было вылизано настолько, насколько хватало сил. Чем дальше шли, тем больше появлялось надписей, зарисовок, ритуальных подношений и прочих атрибутов церкви. Сол заинтересовано вглядывался в слова и кое-как смог вытянуть немного информации из них.

Сей коридор означал некий святой путь по которому к людям пришёл Омикрон. Он явил им чудеса технологий и дал стимул жить. Раз в несколько дней из коридора выходили твари и жители были вынуждены проводить "ритуал единения". Существо получало людскую кровь, запах и отправлялось в дикую природу. Причём всегда выходили новые твари и со временем задержка стала не в пару дней, а несколько недель, месяцев.

Создатель порой навещал лично паству и говорил наедине с нынешним патриархом. Затем, избирались люди, которые заслужили вознесение. Такими считались лишь те, кто жил строго по тем правилам, что были вынесены Великим. После этого выдавались новые указания и так цикл продолжался множество лет.

Понемногу Сол начинал понимать что-то, но не хватало нескольких нитей. Теперь ему точно нужно было узнать, что же здесь происходит.

– Расслабься, парень, – произнес Фридрих и похлопал компаньона по плечу, – Мы уже у дверей в святую обитель.