"Стерва" для Ледяного Дракона

Пролог

«Стерва»

- Как ты думаешь, Стерва наша очухается? – слышу голос как будто из ниоткуда, - Вот так, когда работаешь не как человек, а лошадь, - наконец-то вижу картинку перед собой – стоят шушукаются мои сотрудники.

- А вы знали, что «стерва» - это труп? – противным голосом всезнайки заявляет маленькая пигалица из бухгалтерии.

- Ты чего несешь? – тут же испугались рядом стоящие парни из отдела снабжения, - Услышит тебя, не поймет юмора!

- Какой юмор? Я не о нашей начальнице. Я о слове вообще! Вы ей прилепили прозвище, а оно значит труп. Там долго рассказывать… - хотела было блеснуть своей никому не нужной информацией Карина, но ее перебили парни.

Странный способ выделиться в мужской компании, видимо, потому что больше блистать нечем. Вообще меня всегда она забавляла, но это потому, что не сталкивалась с ее цинизмом до этого момента. А теперь посмотрела на сотрудницу другими глазами. Хотела хмыкнуть, но не стала. Коллеги так мило беседовали, могла спугнуть. Не то чтобы я много нового узнала в этот момент. Но было интересно наблюдать за ними.

То, что мои сотрудники за глаза называют меня Стервой, я узнала давно. И сильно с этим не боролась. В конце концов, главное на работе – работу свою выполнять. И с этим они справлялись.

- Смотри, пытаются сердце запустить! – сказал один из парней, указывая куда-то вперед себя.

На полу кто-то лежал. Вокруг этого человека скопилось много народа. В основном это руководящий состав моей фирмы, а так же многочисленные медицинские работники. Они принесли с собой большие чемоданчики разного цвета и функциональности. И расставили их так же вокруг лежащего на полу человека. Тем самым закрыли окончательно мне обзор.

- Какое там сердце? Зря тратят время! – хмыкнула Карина, сложив на груди руки и скривив губы так, будто съела что-то неприятное, - Оно у нее и не билось никогда! И кровь застыла в жилах, поэтому ходила и другим кровь сворачивала. У Ледяной королевы нет чувств, нет и сердца.

- Почему? – возразил новенький сотрудник, интересный светловолосый парень, - Сердце было, но ледяное. У ледяной королевы – ледяное сердце. И почему вы ее называете Ледяной? По мне, так знойная чикса, - ляпнул он, чем сильно меня повеселил.

С тех пор, как я начала свой путь в бизнесе, ко мне так никто не обращался. И даже за глаза не называл, насколько мне это было известно. Я гордо несла свою фамилию – Ледяная, и оправдывала ожидания людей.

- Ха, - рассмеялись парни, что работали на меня давно, - Это же фамилия нашей Стефании Гейдаровны – Ледяная. Поэтому и королева она Ледяная.

- А «Стерва» от Стефании? – переспросил парень.

- А Стерва - от характера и отношения к людям. Баба с гнильцой! – осекла романтичного и разговорчивого парня Карина, чем еще больше утвердила меня в том, что человек она не очень, и надо приглядеться как к сотруднику, мало ли.

- Да, ладно, - махнул парень, - начальница, она и в Африке начальница. Если будет нюни и панибратство разводить, то бизнес не построит! – окончательно вызвал глубокую эмпатию к себе новенький коллега.

- Ну, не скажи, - не унималась пигалица из бухгалтерии, - на Руси зря фамилии не давали! Вот … - судьба была не на стороне Карины, так как ее опять перебили.

- Скажите, она выживет? – услышала голос своего зама, который был неподдельно встревожен.

- Я вам говорю, вызывайте полицию, оформляем труп! Какие могут быть еще разговоры? – нервозно снимая медицинские перчатки, ответил сотрудник скорой помощи.

- Зачем полицию? – еще больше заволновался мой зам.

- Ну, как? Молодая, красивая женщина, и умерла. Положено так! Понимаете? Но, скорее всего, криминала нет. Сердце остановилось. Подробнее, конечно, скажут после вскрытия! – посмотрел устало на мужчину врач.

А мне стало тревожно - кого угораздило помереть в моем офисе? «Только еще проблем с полицией мне не хватало!» - мелькнула в голове фраза.

- Вот, холодное сердце остановилось! – скрипнула сарказмом Карина, - Теперь ее прозвище полностью соответствует действительности! Мертвая Стерва, хотя… это уже тавтология, – не удержалась и добавила она с приторным смехом.

Чем окончательно взбесила меня, хотела подойти ближе и отчитать мелкую ехидну. Но тут с другого ракурса, после того, как часть людей отошли от лежащей на полу девушки, я увидела саму себя.

«Что?» - закричала я, но никто не обернулся, и не отреагировал на мой крик. Я стала продвигаться к лежащему на полу телу, расталкивая людей, но руки проваливались, проходили сквозь тела сотрудников. Я перемещалась в пространстве медленно. И чем ближе я становилась, тем было холоднее, и сложнее перемещаться. И когда до тела мне оставалось несколько метров, что-то очень сильное, невероятное, стало засасывать куда-то. Я кричала, пыталась сопротивляться, хваталась за тела, стоящих коллег. Но ничего не помогало. Я провалилась во тьму, которая все сильнее и сильнее меня засасывала. Я будто летела кубарем с обрыва, меня мотало, кружило, било об что-то твердое. Тело начало ломить. Кричать уже не было сил. И я закрыла глаза от усталости. Просто отдаваясь этому немыслимому полету. И он вскоре прекратился.

Я ощутила страшную ломоту во всем теле, кожу саднило. Голова кружилась, даже с закрытыми глазами.

- Что б Вас! Что б Вас! – раздался рядом незнакомый молодой мужской голос.

Человек явно запыхался, будто бежал куда-то или за кем-то.

- Я же говорил, говорил, не надо ее пугать! Ну, дурочка, и что? Чего к ней прицепились?! Мать убьёт меня! – продолжались стенания молодого мужчины.

- Негорад, Негорад! Она, она! – мужчина, обладавший вторым голосом, был еще более взволнован, я бы сказала, что находился в истерии.

- Заткнись! Помоги мне! – первый парень стал приближаться, так как голос стал громче.

- Негорад, она мертва, мертва! – завизжал почти женским голоском второй мужчина.

«Надеюсь, это не ко мне относится», - промелькнула мысль, - «Умереть дважды за один день – перебор».

***

«Стерва»

- Вот скажи, откуда она у вас такая взялась? Подкинули? – вклинился в разговор третий парень.

- Почему подкинули? Ее мать родила! – первый голос почти в ухо мне проговорил.

- Ты такой бедовый, искатель приключений. И она… - третий голос продолжал что-то выпытывать у первого.

- Для женщины надо такой быть. Рассудительной. Чтобы семья была под присмотром, - стал нерешительно бормотать первый парень.

- Что? У нее семья? Это кто же решит на ней жениться? – третий парень рассмеялся.

- А что такого? – вдруг явно стала прослеживаться агрессия у первого мужчины.

- Да, она любого мужика своими советами изведет. Она же блаженная! – подключился к разговору второй парень.

- Сами вы блаженные. А будете еще и дурачками. Мать вас скалкой по голове огреет, и все ваши шутки, все ваши остроты, все ваши умные мысли вылетят. И понесутся кубарем, как это только что делала Стехана. Ох, - тяжело вздохнул парень, и я тут же почувствовала, что меня кто-то пытается перевернуть.

С лица, будто бетонная плита исчезла. Перед глазами стало светлее, хотя веки так и были опущены.

- Стехана, - звучал мужской голос, и меня кто-то настойчиво трепал за плечо.

- Стехана! – непонятное имя еще громче произнес второй парень.

- Может быть, ее водой польем? – предложил третий.

- А если ей и так плохо, еще и замерзнет. Помогите мне поднять ее. – странные касания моего тела не прекращались.

Создавалось впечатление, что кто-то меня пытается поднять. Но у него не получается. С большим трудом попробовала поднять веки и оглядеться. Почему-то казалось, что это будет трудно сделать. Но по факту оказалось, что это довольно просто. Только резкий свет ударил по глазам и заставил обратно прищуриться.

- Смотрите, смотрите! Живая! Стехана, ты слышишь? Это я твой брат Негорад! Открой глаза! – заволновался первый голос.

«Господи, кто такие имена-то дал этим бедным людям? Как можно с ними жить?», - подумала я, и полна решимости, увидеть бедную девушку с таким именем, открыла глаза и стала вглядываться в окружение. Вокруг меня столпились три симпатичных парня, с встревоженными взглядами,

- Стехана, - произнес один из парней, тот, что отличался пышной светлой шевелюрой, - вот и хорошо, что ты очнулась, - произнес блондин, глядя мне в глаза, - Ты прости, мы не хотели тебе зла, просто… - замялся говорящий.

- Просто ты надоела со своим занудством и вечным рассказом о том, что нам не интересно. Зачем на каждую нашу фразу ты выдаешь нам рассказ об интересном случае или рассказываешь постулаты, которые и без тебя понятны. Но не всегда интересны.

- Прекрати, Кареслав! Ей и так досталось! Потом выскажешь свое негодование.

- Она умничает только с тобой! – вклинился второй парень, что был так же светлокожий, даже белесый, как и другие парни, а волосы были русые, - Вот влюбит тебя в себя разговорами о великом, - рассмеялся говорящий, - Ты же ей не безразличен, об этом вся деревня знает.

- Она умная, и поэтому понимает, что у нас с ней ничего не получится, - спокойно, я бы сказала надменно, высказался Кареслав, встал с корточек и отошел подальше от друзей.

- Это почему же? – вдруг взвился Негорад.

- Ему нравятся красивые! – пытался успокоить друга второй парень.

- А Стехана? – указал в мою сторону пальцем блондин.

- А что Стехана? Ты же сам все видишь. Чего спрашиваешь? Да, она твоя сестра. Но я-то тебе друг! Ты мне чего желаешь?

Мне почему-то стало так обидно за эту Стехану, что захотелось на нее посмотреть, приголубить, поговорить. Успокоить. Эти чувства стали настолько острыми, что заглушили желание узнать, что же происходило вокруг, и как я из офиса попала в какой-то странный зимний лес. Может мне смерть моя приснилась, а на самом деле у нас корпоратив на свежем воздухе и я упала и стукнулась головой?

- Не крутись, Стеха! Мало ли, может, стукнулась ты сильно. Я тебя до дома доведу и спать положу. А сам еще с ребятами немного порезвлюсь, - обратился ко мне блондин.

К этому времени голос немного прорезался, и я попробовала спросить. Рот открылся непривычно, но речь была связной и это уже радовало.

- Извините, а это вы ко мне обращаетесь?

- Конечно к тебе. У меня одна сестра. И та только что чуть голову себе не сломала. Я думал, сердце выскочит, пока смотрел, как ты по склону кубарем катишься. Как ни в одну сосну не врезалась, удивительно.

- Я ваша сестра? – все происходящее всё больше начало походить на сон.

- О-о-о, Негорад. Головой она действительно ударилась.

- О, Великий Радигост! Что я матери скажу? – сильно огорчился светловолосый молодой человек.

- Не произноси его имя, а то вдруг накличешь! Что ты ему объяснять тогда будешь? Ты же знаешь, какой он дотошный?

И тут над нами мелькнула очень крупная тень. Я даже еще больше испугалась.

- Ну, вот! – произнес с видом и тоном великого всезнайки Кареслав.

- Вроде пронесло его над нами и не заинтересовало ничего. Для острастки летает. Но Стехана, пошли домой!

- Кто такая Стехана, и что вы ее все зовете? - спросила сердито я.

И тут парни встают в одну линию, немного приосаниваются, но смотрят на меня с большой осторожностью.

- Это же ты! – говорят хором и замирают, разглядывая мою реакцию.

- Какая же я Стехана? – нервозно завопила я.

- Обыкновенная, девятнадцать лет прошло с дня твоего рождения ? Так что пока молодая Стехана.

Я вертела головой и не верила своим ушам, еще меньше доверяла глазам, которые показывали просто невероятную реальность.

Пролог

Радигост

- В этом году у соседей неурожай, - как всегда, между прочим, кинул реплику мой дядя – бастард моего деда.

- Я знаю, к чему ты это? – не поворачиваясь к нему, уточнил цель и суть разговора, который он начал.

- Нам может не хватить средств, чтобы обеспечить всех жителей нужными ресурсами! – обеспокоенно, вставая со своего места, включился в разговор дядя.

- Я не вижу пока дефицита! – все так же смотря в окно своего замка, продолжил я.

- Это пока. Еще только начался период межсезонья в землях соседних анклавов. У Огненых пополнение. Они приняли в свои земли беженцев из дальних территорий. У Водяных из-за их междоусобиц наводнение. Им нечем торговать с нами. Самим бы хватило. – тревожно затараторил родственник.

- Ты, как всегда, нагнетаешь! – постарался успокоить тревожного советника, но сам был не менее взволнован этими фактами.

- А ты как всегда слишком хладнокровен.

- Я Ледяной Дракон! Мне чужды твои чувства. – постарался напомнить дяде о его происхождении. Порыв несвойственных нам эмоций толкнул деда на связь с беженкой из дальних земель. И теперь в нем две сущности – земная и драконья. И хотя он и был драконом, умел обращаться, летать и владел магией, его беспокойство – наследство земной женщины, сильно раздражало, так как мы, Ледяные Драконы, отличаемся спокойствием и рассудительностью.

- Я про чувства и не говорю. Бес толку с тобой говорить, у тебя ледяное сердце, оно не чувствует. Я к разуму твоему призываю.

- Что ты хочешь от моего разума? Я решаю проблемы, когда они есть, а не когда о них волнуется мой дядя! – хоть мы достаточно сдержанны в эмоциях, но раздражение испытывать умеем.

- Тебе надо жениться! – вылепил родственник, видимо, сократив свой монолог до минимума.

- Это слишком сильное сокращение, постарайся все же объяснить, как провизия для моего народа зависит от еще одного рта в моем замке?

- Напрямую! Тебе надо породниться с родом Земляных, с юга! У них в этом году хороший урожай. Но ты сам знаешь, сколько вокруг претендентов на него.

- С чего ты взял? Что Айтар отдаст свою Гуащахан мне? – удивился плану советника.

- А кто тебе сказал, что ее? – замялся он, - Он носится со своей средней дочерью, как с сокровищем.

- Вот именно. Хотя там носится вообще не с чем. Она не красивая, совсем.

- По их меркам, - вздохнул родственник, - там еще хоть что-то есть, к чему глазу прильнуть.

- Их мерки очень специфичные. И выполнять все заскоки сумасшедшего отца я не намерен за горстку провианта. Я лучше с Волками постараюсь договориться. Пусть поставляют больше скота.

- На одном мясе долго не смогут люди, да и знать привыкла жить, ни в чем себе не отказывая.

- У Айтара легче будет попросить лишний пуд пшеницы. Чем его любимую дочь.

- А ты нелюбимую проси! – воодушевился Леонорий.

- Зиману? – взревел я.

- Да, - стушевался дядя.

- Ты с ума сошел? Зачем мне эта уродина? Один год люди поголодают, ничего! Знать в узду возьму. – стал тут же придумывать тысячи оправданий чтобы не брать в жены страшненькую дочь соседа.

- Я тебя не узнаю, - включил ментора советник, - Ты всегда радел за своих людей. А тут… Тебе все равно надо жениться. Срок подходит. У тебя последний год на выбор суженной. А так продовольственные связи будут укреплены на века!

- Правитель я и мне решать судьбу Земель. Разговор окончен! – завершил беседу с дядей и отправился в свою комнату.

По дороге в спальню встретил Кремлину. Статная, властная женщина двигалась плавно, уверенно. Она проверяла, как убрались ее подчиненные. Заметив меня, учтиво склонилась передо мной. И смиренно ждала, пока я пройду. Зайдя в комнату, не смог найти там себе места. Внутри что-то переворачивалось. Так бывало уже, и тогда в будущем происходило что-то неприятное.

- Неужели разговор о женитьбе воротит нутро? – усмехнулся сам себе.

Вышел на балкон. Уже вечерело. Скоро замок почти опустеет. Люди разойдутся по своим домам в деревушке около поместья. И тут что-то сильнее побеспокоило меня. Вспомнилась Кремлина.

- Да, - спохватился я, - днем же ее детей я видел в лесу. Они валяли ее дочь по снегу. Странные у людей игры. Но надо сказать ей, чтобы поберегла девушку. Люди часто болеют. Рожают. Мне пока прирост населения ни к чему.

Вышел в галерею. Но женщина уже ушла.

- Надо поговорить с ней, - сделал себе пометку в памяти, и отправился на вечерний облет земель.

Глава 1

«Стерва»

Проснулась от приятного чувства – выспалась. Я не испытывала это состояние довольно давно. Все приключения, что произошли со мной до того момента, как я оказалась в мягкой теплой постели и закрыла глаза, мне казались дурным сном. Но…

Как только я открыла свои ясные очи, тут же их и закрыла. Потому что вокруг был все тот же, что и до сна, чужой и непонятный мир. Сердце в груди опять бешено заколотилось. Внутри поднялась волна паники. И чтобы хоть как-то унять эмоции, постаралась глубоко дышать, пока еще с закрытыми глазами, чтобы окружающая меня реальность не смущала.

- Мам, я не виноват, что она такая дурная! – услышала голос первого парня, который нашел меня в этом мире, как поняла, это был брат той девушки, в чьем теле я очутилась.

- Это ты, Кареслав и даже вместе с вами и Лесьяр докатились до идиотизма. Как ты можешь? Она сестра твоя! И, между прочим, твое состояние! А ты так к ней относишься! Вот возьмет, и уйдет в пустыни Нагов жить, что делать будешь? А? – несла какую-то бессмыслицу женщина.

Из всего происходящего до меня только дошло то, что ко мне в комнату пришли двое: Негорад и какая-то женщина, имеющая право называть его сыном, раз он называет ее матерью. А еще я осознала, что, несмотря, на то, что речь вокруг незнакомая, я ее отлично понимаю. И из небольшого диалога перед сном стало ясно, что и сама говорю неплохо, раз брат девушки, в чьем теле я нахожусь, меня понимал. Непонятно было, как я попала сюда, и зачем мне идти в пустыню? Кто такие Наги, и какая беда от этого моему брату?

- Зачем ей в пустыню? Там Кареслава нет! – засмеялся парень.

- Там есть Наги, которым твой Кареслав и в подметки не годится. А еще не забывай, какая слава ходит про них, и какая про твоего Кареслава! А если бы она сломала себе что-нибудь? Или совсем обезножила или слегла? Как можно? – не переставала браниться женщина.

- Мам, она пришла сама, своими ногами. Головой только ударилась и забыла все! Но это к лучшему! Понимаешь, от ее ума уже всем тошно. А так, глядишь, Кареслава забудет и свои нелепые факты, которыми она сыпала. А такую мы ее быстрее замуж пристроим! – весело затараторил братец.

- Ты вообще бесчувственный? Я поражаюсь тебе. Ты не дракон, спешу тебе напомнить, ты человек. У тебя есть сердце. И оно горячее! А еще спешу напомнить, что вот это твоя родная сестра. Родная. А ты уже год только и грезишь, как ее замуж отдать! Может, хватит? – рассердилась женщина.

- Я тоже жениться хочу. А она будто нарочно делает все так, чтобы от нас с ней отвадить всех. – обидчиво заявил юноша.

- Не грезил бы ты ее замужеством. Еще не известно, как ее падение на ней скажется, - вздохнула женщина.

На какое-то мгновение стало в комнате тихо. Я, было подумала, что все ушли, оставив меня с моими мыслями наедине. Но через небольшое количество времени кровать около меня промялась. Кто-то рядом лёг.

- Стехана, Стехана! Дорогая моя! – зажурчал совсем близко приятный женский голос, - моих волос коснулась чья-то теплая нежная рука, - Я так мало тебе уделяю времени. Но ты уже большая, а мне надо работать! Замок Великого Радигоста поистине велик. И я пропадаю там все время. Я так желаю тебе счастья.

От искренности, мягкости и всеобъемлющей любви, которая чувствовалась от этой женщины, мне захотелось рыдать. Как давно мне никто не говорил, что любит, что желает счастья, не гладил по голове. А я, оказывается, в этом так нуждалась.

- Я поговорю с Властителем, и очень попрошу его излечить тебя. Чтобы к тебе вернулась память. И ты опять могла жить обычной жизнью. Только он очень занят. И придется подождать, - не прекращала поглаживать меня по голове женщина.

И тут я ойкнула.

- Что? – встревожилась мать Негорада.

Я открыла глаза от боли. Тут же кожу головы стало пощипывать. Встретилась взглядом с красивой светловолосой женщиной чем-то похожей на меня, только сильно старше. Она с ужасом разглядывала свою руку. На кончиках пальцев алела кровь.

- Доченька! – прошептала она.

От ее реакции и мне стало жутко и невыносимо жалко себя. На глаза навернулись непрошенные слезы.

- Негорад! Ах, ты подлец! Ты почему сразу не пошел за мной! Ей нужна помощь, - закричала она в открытую дверь.

Очень скоро в проеме появился взъерошенный и слегка напуганный юноша. Он так же, как и его мать, очень странно смотрел на руки женщины. И по мере того, как до него доходило, в чем они испачканы, его глаза расширялись, и в них читался ужас.

Радигост

На облете Земель, какая-то неведомая сила заставила меня чуть снизиться в том месте, где располагался дом Кремлины. И мне тут же бросилась в глаза растрепанная фигура женщины, которая выбежала из двери и побежала в сторону замка. Завис над ней. Тень и вихревые потоки воздуха заставили ее остановиться и поднять голову.

- О Великий Радигост, - крикнула она, и только потому, что в обличии дракона у меня очень чуткий слух, я услышал ее.

Я подождал еще чуть-чуть, не продолжая облет. Обычно люди, видя меня, любили выразить свое почтение. Но в этот раз было что-то другое. Я начал снижаться, а Кремлина упала на колени и сложила руки в молитвенном жесте.

- Великий Властитель Ледяных Земель, - задыхаясь от волнения, заговорила со мной женщина, не вставая с колен, - Я прошу вас, спасите Стехану! Она упала на прогулке, потеряла память. Пока я была у вас в услужении, она спала дома. И когда я вернулась и узнала обо всем, хотела попросить вашего целителя вернуть ей воспоминания, но у нее рана! – зарыдала встревоженная мать, - Я обнаружила ее только что. Если ее не исцелить, то она умрет. И я прошу вас, умоляю, излечите мою дочь!

- Если я уврачую ее рану, то целитель долгое время не сможет помочь ей с памятью, - напомнил о правилах врачевания в наших Землях я, чтобы безутешная мать вспомнила, что за чудодейственной силой можно обратиться несколько раз в год и с большими перерывами по времени.

- Если вы не закроете рану, то может пойти воспаление, горячка, и смерть. Ей память уже будет не нужна, - взмолилась Кремелина и поползла ко мне на коленях.

- Хорошо! Я сам излечу ее. А память вам придется восстанавливать самим, - дал свое согласие, протягивая женщине руку, чтобы та поднялась с колен.

Кремелина не воспользовалась моим жестом, сама подскочила на ноги и побежала в сторону своего дома, причитая по дороге, что убьет этого балагура Негорада и его друзей. Мне ничего не оставалось, как последовать за ней. Я и не знал тогда, что иду навстречу судьбе.

«Стерва»

- Негорад! Негорад! Выходи, негодяй! Судьба к нам милостива! – кричала с порога мать парня.

- Что такое? – вышел навстречу ей он.

- Сам Властитель услышал мои мольбы и спустился с неба! Понимаешь? Он услышал меня и согласен помочь! – говорила какие-то немыслимые слова женщина.

- Когда? – встрепенулся юноша.

- Сейчас! – услышала я вдалеке невероятный мужской голос, от которого каждая клеточка моего организма встрепенулась, и будто затаилась в ожидании чуда.

Я никогда не испытывала таких чувств. И не реагировала на мужчин подобным образом. Поэтому было сложно соображать здраво. Да, и вообще все то, что происходило со мной в последние сутки, нельзя было здравым рассудком оценить и уж точно принять! Поэтому я поддалась инстинктам и делала то, что требовало мое женское нутро. А оно заставило подорваться с постели и заметаться по комнате в поисках зеркала. И пока где-то в глубине дома Негорад оправдывался перед хозяином невероятного голоса в том, как так получилось, что я лежу в своей комнате с пробитой головой, я нашла отражающую поверхность и посмотрелась в нее. И в этот миг мне захотелось зарыдать! Сколько, вы говорите, лет отсчитал мне при нашей первой встрече братец? Девятнадцать? Ничего подобного. На меня смотрела то ли школьница начала пубертатного периода, то ли неухоженная женщина сорока лет, но никак не девушка в расцвете сил. Вздохнула поглубже. Распустила ужасные косички. Расчесала брови. Взлохматила красиво волосы. Приглушила свет, накинув на источник освещения какую-то тряпку. Сбросила с себя непонятные толстые лохмотья и залезла под одеяло, невинно оголив одно плечико

- Ох, Стехана! – вошла в комнату первой мать, - Ты, когда успела раздеться, и зачем прикрыла светоч?

- Мне было сложно дышать, - придумала я на ходу, так как реально было не продохнуть с непривычки в корсете, который не получилось снять самостоятельно, - а свет бьет по глазам.

- Милая! Что же теперь делать! – засуетилась женщина, поднимая с пола мое платье, которое я так старательно «небрежно» кидала.

В этот самый момент в комнату вошел мужчина. Он был значительно выше, чем Негорад. Широкий в плечах, спокойный и излучающий силу брюнет будто заполнил все пространство комнаты.

- Простите, Властитель! Она, она… - растеряно сминая мое платье в руках, не находила что сказать женщина.

- Она тронулась умом, потеряла память и расшибла голову, - встрял братец, за что его хотелось тут же придушить.

- Странно! – сдвигая брови к переносице, произнес своим волшебным голосом невероятно красивый и безумно притягательный мужчина.

- Стехана, Властитель согласен тебя излечить! Но… - опять перевела взгляд на платье в руках мать.

- Никаких но, - произнес он и подошел ближе к кровати, где продолжала, недоумевая лежать, я.

И в этот момент я на самом деле забыла, как дышать. Или, может, потеряла на какое-то время сознание. Потому что, совершенно не соображая, что происходит, я смотрела завороженная в его глаза. И не могла оторваться. В голове стало совсем пусто. И только сердце отстукивало ритм, отзываясь во всем теле. Мне показалось, что я стала одним большим сердцем и глазами, которые не могла оторвать от странного, нереального Властителя.

Дарите, ставьте звездочки. Вам бесплатно и легко, а автору приятно. Не жалейте добра.

Глава 2

Радигост

Первым, что я ощутил, была тревога. Как только моя нога оказалась за порогом комнаты юной девушки, внутри что-то подорвалось. Так обычно я ощущал присутствие смерти. Поэтому слегка ускорился. Чтобы быстрее помочь девушке.

- Что с тобой случилось? – большими шагами пересекая небольшое пространство небогатого дома своей работницы, спросил больную, тут же пытаясь найти травмированное место в копне светлых волос, которые хаотично спадали по плечам.

- Голова болит! – слабым голосом ответила девушка.

Для того, чтобы разглядеть лучше рану, наклонился, давая понять, чтобы Стехана тоже последовала моему примеру и наклонилась навстречу. Но вместо этого, девушка откинулась на спинку кровати, запрокинула голову к потолку, а потом медленно стала наклонять ее в бок, прикрыв глаза. Слабое раздражение от непокорности резануло по нервам. Но тут же взял себя в руки, так как дочь моей работницы показалась такой беззащитной, бледной и слабеющей на глазах.

- Кремлина, покажи, где рана! – решил ускорить поиски и обратился к матери больной.

- Ох, - всплеснула руками хозяйка дома, подбежала к кровати дочери с противоположной от меня стороны и стала подбираться на коленях к девушке. От этого кровать стала проминаться, девушка раскачивалась и, наконец, наклонилась в мою сторону, так сильно, что пришлось ее ловить. Лбом она уткнулась в мою грудь. Пришлось коленом упереться в ложе, - вот, вот кровь, - не замечая ничего вокруг, добралась до дочери Кремлина.

Женщина быстро перебирала пальцами в светлых волосах и, наконец, моему взору открылась ужасная, глубокая рана.

- Как? – вырвалось мое удивление от увиденного, - Она не должна была выжить!

- Зачем вы так? – вскликнула женщина, взмахнула руками, и я впервые увидел, как сдержанная, стабильная Кремлина заплакала, - Она еще так молода!

Не стал пояснять свои реплики, так как никогда не оправдывался и не собирался начинать. А так же решил, что надо поспешить. А то мало ли …

- Отойдите от дочери, а то могу вас задеть, - обратился к, вытирающей слезы, матери.

Кремлина быстро слезла с кровати и отошла на приличное, насколько это было возможно в небольшой девичей комнате, расстояние. Я же сосредоточился на исцелении. Но мысли никак не сходились в одну точку. Почему-то постоянно лезли в голову размышления о странностях, которые были буквально во всем.

- А зачем так много книг, полок, шкафчиков с замками? – не выдержал и поинтересовался у хозяев, чтобы хоть как-то унять любопытство.

- Что? – с нескрываемым недоумением отреагировала моя работница, - Стехане плохо! Я отвечу на все вопросы в замке, завтра! А сейчас, умоляю, Ваше Владычество, исцелите ее.

- Да, конечно, - слегка расстроился, так как собрать мысли в одном месте так и не получалось.

- Она просто зануда и зазнайка, а еще сумасшедшая, которая считает, что информация, которую она собирает обо всем на свете, кому-то кроме нее нужна, - выкрикнул с порога брат, видимо высказываясь о наболевшем.

Хотя бы небольшая доля любопытства получила свою порцию неполной, и совершенно бесполезной, но все же информации. И я тут же сфокусировался на девушке, чтобы не растерять свое внимание. Огромная мощь, зародившаяся во мне, стала перетекать в Стехану. Девушка в этот момент испугалась, и стала выглядеть так, будто никогда о таком не слышала, не знала, что вообще такое возможно. И это сильно привлекло мое внимание, так сильно, что чуть не утратил фокус внимания и не сорвал исцеление.

- Я не понимаю! – проронил я, неотрывно глядя на Стехану, которая вбирала энергию как в бездонную прорву.

В моей голове не укладывалось происходящее. Все драконы в нашем роду, а так же целители и маги в наших Землях знали, что воскресить нельзя, можно только исцелить. Поэтому неопытные целители никогда не брались за исцеления людей в бессознательном состоянии. Так как в уже мертвое тело энергия уходит бесконечно, и бывали случаи, что открывалось окно в потусторонний мир, и разорвать связь между телом и целителем было уже не возможно. Энергия уходила из мага в тот мир, о котором никто не знал, и это длилось до тех пор, пока обладатель целительной силы не падал без чувств. Мертвец не оживал, а вот мага могли и не привести в чувства. И вот, зная всё про исцеление и воскрешение, я смотрел в глаза Стехане и чувствовал, что энергия проваливается в мертвое тело. В целях безопасности я должен был прервать процесс энергопередачи. Но глаза видели живую девушку перед собой и зарождались сомнения.

«Стерва»

Красавчик, который потревожил мой покой, причем, не только ворвавшись в комнату, но и заставив мои женские чувства встрепенуться, вместо того, чтобы разговаривать со мной, стал крутить головой. Потом задавал непонятные вопросы. Как это зачем девушке книги? Да и то, что запираются шкафы, учитывая многолюдность в комнате, тоже не удивительно. Секретики никто не отменял. Как большие, так и маленькие. И никогда не знаешь, какой секретик большой, а какой маленький. Иногда на твой взгляд совершенно незначительная информация могла развернуть ход сделки совершенно в противоположную от намеченной сторону. Я это знала по своему жизненному опыту. А тут ворвались в комнату три человека без стука, без спроса и еще про замки на полках спрашивают.

А вот когда в руках мужчины возник сгусток непонятной энергии синего цвета, я думала, онемею и провалюсь в бессознательное состояние. Падать мне было некуда, и так в постели лежала. Но никак не отреагировать на такое я не могла. А когда этот Властитель стал направлять синее нечто в мое тело, я испугалась так, что сердце в пятки ушло и остановилось. Но чем дольше это длилось, тем спокойнее мне было. Так как я ничего не чувствовала. И вообще поймала себя на мысли о том, что ощущения в теле, котором я прибывала, были очень незначительными. Я больше испытывала собственные эмоции, причем казалось, что физически чувствовала их. А вот тело было словно ватным. Все говорили, что у меня пробита голова. Я чувствовала руками сворачивающуюся кровь на коже головы, но боли в самой голове не испытывала.

- Милостивый Властитель? – запричитала женщина, которая называлась моей матерью, - Что, что с моей дочкой?

- Я не понимаю, - сквозь зубы процедил мужчина-фокусник.

- Почему вы не исцелите ее? – уже плакала хозяйка дома.

- Я не понимаю, - наклонился ко мне ближе и заглянул в мои глаза.

От близости его к моему лицу, от теплого дыхания на коже, от безумно красивых карих глаз во мне что-то перевернулось. И в этот самый момент я испытала невероятную головную боль. Следом за ней слабость. Я даже вскрикнула, а потом жалобно застонала, так как слабость была такой, что мне показалось, что я умираю во второй раз. Мне стало сложно фокусироваться взглядом на странном мужчине. Все плыло, и я прикрыла на минутку глаза. И в этот самый момент наступило облегчение. Будто кто-то очень сильный, добрый, теплый и родной взял меня на руки и стал убаюкивать. По телу разлилась истома. Стало хорошо. Головная боль постепенно проходила. И, наконец, прошла. Я почувствовала легкость. Избавление от всех проблем. Хотелось прижиматься и прижиматься к тому, кто держал меня на руках. Мне хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось. Но так же внезапно, как началось, так же стремительно это закончилось. И я будто провалилась опять в небытие. Будто опять куда-то полетела, как тогда, после моей смерти в офисе. Только я уже не так быстро перемещалась. И не вперед, а просто раскачивалась из стороны в сторону.

Радигост

Стехана исцелилась. Я еще никогда так не радовался от того, что спас человека. Я не был привязан ни к кому из смертных людей. Да и не знал привязанности ни к кому и ни к чему. Во мне жил долг. И я следовал закону. Но в тот момент, когда ослабевшая девушка смотрела мне в глаза с невероятной теплотой, надеждой, восторгом, почему-то вспомнил деда. И этот взгляд что-то шевельнул в груди.

- Она проспит, не знаю сколько. Рана была очень серьезной. Сил ушло много. Надо сказать, что сегодня она должна была умереть. Но что-то в ее судьбе изменилось, - поделился информацией с родственниками исцеляемой.

Тогда я еще не знал, что был очень близок к правде.

- Следи за ней, - строго приказал своей работнице, - Она гуляет с твоим сыном и его друзьями, но так нельзя! Девушек надо беречь! – еще строже заговорил, чтобы донести мысль до Кремлины, - Ты же понимаешь, что обладаешь достоянием? И это не просто твоя дочь? Но в этом году она должна восстановиться. Никаких браков и детей! – вообще не понимая, что несу, приказал я.

- Что-о-о? – завопил сын Кремлины, - Она и так скоро будет некондиция! Кто ее возьмет? А там двадцать исполнится. И кому она будет нужна? Начнут цену сбрасывать претенденты!

- Негорад! – вступилась мать, - Замолчи!

- Что замолчи? Я тоже жениться хочу! – причитал избалованный парень.

- А что мешает? Ты молод, выбирай невесту, будь лучше остальных претендентов и женись! – стал сердиться, что несвойственно мне вообще по такому поводу.

- А как же выкуп? Знаете, как задрали цены на невест? Грядет голод. И все семьи, у кого есть дочери, перестраховываются.

- Значит, иди работать! Матери поможешь, и себе на свадьбу скопишь! Не маленький! – скомандовал парню, что давно бы мог помогать матери, но все еще скачет по лесам с друзьями.

- Я еще молод! Успею. Вот Стехану выдадим замуж, возьмем побольше! Можно в земли соседние даже, Земляных, к примеру. И заживем!

От слов парня меня застряло. Видимо из-за разговора с дядей. Была какая-то параллель между мной и этой девушкой в том, что нам предстоит связать свою жизнь в ближайшее время с родом Земляных, но не потому, что это наше решение, а потому что это кому-то выгодно.

Глава 3

«Стерва»

Сколько я проспала после визита странного, но безусловно притягательного мужчины, я не знаю. Проснулась слегка разбитой. И тело было ватным. Голова шла кругом. Но стало приходить понимание, что всё, что происходит вокруг – не сон. Новая реальность страшила, была непонятной, но чем-то манила, пробуждала интерес.

Если после падения я ощущала легкость, а точнее почти не ощущала свое тело, то после пробуждения я его ощутила полностью. Слабое, астеничное тельце, с неразвитой мускулатурой, одеревенелыми связками, и странной слабостью и тяжестью в каждом органе.

- Интересно, чем занималась эта Стехана? – пробубнила, потягиваясь на кровати.

- Мам, проснулась! – завизжал парень, которого все окружающие называли моим братом, сунув голову в проем между косяком и дверью.

- Стучаться надо! Ты к даме в комнату заглядываешь! – недовольно одернула нахала, таким тоном, которым разговаривала со своими подчиненными в офисе.

- Ма-а-м, - растеряно потянул парень, и раскрыл дверь полностью, - Она, она- стал подбирать слова невоспитанный визитер.

- Пошел вон! – закричала и кинула в него одну из подушек, - И впредь ко мне в комнату только после стука заходить! Я могу быть голой!

- Зачем? – растерялся братец.

- Захочется! – сказала я, откидывая теплое одеяло и какую-то большую шкуру.

Тут же попыталась встать, но невольно ойкнула, так как полы оказались настолько холодными, что мне показалось, я встала босыми ногами на снег. Засунула ноги опять в укрытие из нескольких слоев и осмотрела пространство вокруг кровати. Там были обычные струганные доски. Никаких признаков наледи или снега не обнаружила. Тут же взгляд сфокусировался на фигуре брата. Он стоял в комнате, но одет был так, будто собрался идти на улицу. На нем были кожаные штаны с коротким, едва различимым издалека, мехом, высокая обувь по типу северных унтов, кафтан из плотной грубой ткани, а поверх кожаная куртка на шнурках, которые начинались под самым подбородком и спускались чуть ниже талии, скрепляя полы. Не хватало только шапки и варежек.

- Ты собрался куда-то!? Вот и иди. Нечего тут слоняться без дела! – скомандовала я.

- Я только встал. Еще не завтракал. Вот поем и пойду к друзьям. Ты бы тоже надела что на себя, да пошла за стол.

- А чего тогда верхнюю одежду не снял? – продолжала попытки понять, почему мой брат стоит посреди моей комнаты в куртке и уличной обуви.

- Это ты сумасшедшая, головой тронулась - в межсезонье собралась голая ходить. А мне здоровье дорого. К колдуну можно раз сходить, максимум два, в год. Ты вот уже один свой шанс на исцеление использовала. Так что не посоветую голышом скакать. Здоровье угробишь, а своего Кареслава не удивишь. Нечем! – развел с ухмылкой руками парень, потом фыркнул и вышел, наконец, из моей комнаты.

Я опять предприняла попытку выбраться из-под одеяла. Но теперь перед тем, как ставить ноги на ледяной пол, осмотрелась и приглядела неподалеку от кровати пушистые меховые тапочки по типу чунь. Дотянулась до них и тут же юркнула туда стопами. Встав в полный рост, чуть пошатнулась. Так как закружилась голова. Но длилось это недолго, так как я тут же пришла в себя от холода, который был вокруг. И находиться в таком температурном режиме в одной нижней рубашке было бодряще холодно. Открыла шкаф и накинула на себя длинное кожаное пальто, чем-то похожее на одежду брата. Нашла зеркало и, заглянув в него, отшатнулась. Во-первых, на меня непривычно взирало чужое лицо, во-вторых, очень неухоженное лицо. Кожа была сухая, болезненно бледная, брови заросшие, будто никогда их не выщипывали и форму они свою не знают вообще. Так же на лице были замины от долгого лежания, покраснения, видимо, от обветривания, а про волосы и говорить не приходилось. Создавалось впечатление, что за ними никто не ухаживал никогда.

- Надо же! И что же я буду с тобой делать? – все-таки пытаясь наметить фронт предстоящих работ, вглядывалась в свое отражение я.

Нашла на столике возле зеркала гребень.

- Хоть это есть, - осматривая очень грубой работы деревянный предмет, добавила - что-то мне здесь все меньше и меньше нравится.

Принялась расчесываться, да не тут-то было. Волосы спутались так, что стали похожи на воронье гнездо. Из-за того, что дерево было не шлифованное, гребень цеплялся и путался в прядях.

- Ох, милая! Ты так долго спала, и так много ворочалась. Я переживала, как бы горячка не приключилась с тобой! Все лоб твой трогала. Но ты не пылала. Просто металась по кровати, что-то бормотала. Знаешь, я постараюсь больше бывать дома. Ведь тебе понадобиться помощь. – в этот момент женщина, что звалась моей матерью, перехватила гребень и стала расчесывать меня сама, разделяя волосы на прядки.

- Как долго я спала? – спросила осипшим, видимо спросонья, голосом, а может из-за холода, что окружал меня.

- Ох, семь дней! – всплеснула руками женщина, - Я все равно ходила на услужение в замок, с тобой был Негорад. Но теперь я попрошу его Величайшее Высочество дать мне выходные.

- Странно! – вымолвила я.

- Что именно, милая? – женщина была очень добра ко мне, причем чувствовалась искренность.

- Что этот Негодяй не учудил за то время, что я лежу, что-то еще и не добил меня.

- Негорад любит тебя! Он шалопай, но хороший мальчик. Просто жениться хочет. Вот и бесится.

Я сразу поняла, что именно бесится и в каком месте у моего брата. И даже чуть посочувствовала. Ведь я хоть и была женщиной строгой и холодной на работе, но женские радости были мне не чужды, и в плане чувственных удовольствий была очень жадна.

- Ну, пусть пойдет и женится! – не понимала проблемы, если есть такой настрой и желание, - Или пусть найдет себе женщину для половой жизни.

- Какой жизни? – искренне не поняла меня «мать».

- Чтобы спать с ней. Придаваться плотским утехам, - пояснила ей.

- Ох, - женщина покраснела, и закрыла лицо руками, гребень выпал из ее рук.

- А что такого? – подняла предмет, прошлась им еще раз по волосам, понимая, что так дело не пойдет, надо с ними что-то делать.

- Дорогая! У нас связи до брака строго воспрещены. Дети вне брака не выживут. А придаваться возлежанию без рождения детей не получается. Поэтому на законодательном уровне это запрещено.

- Господи, вот это я попала. И что будет, если узнают, что я сплю с мужчинами без брака? – задала серьезно вопрос, мне надо было разобраться в достаточно важной проблеме, которая только что обозначилась.

- Тебя отвергнут и выселят из деревни. Если никто не вступится, конечно, и не женится на тебе. Вдовец какой с детьми или калика, у которого денег на жену нет. Но судьба таких женщин не завидна.

- А мужчине что будет? – уже интересовал вопрос о брате, зачем так мучится.

- Да, ничего не будет. Ему-то что? – развела руками мама.

- А вы дома не пробовали собрать для таких женщин. Ну, чтобы им было хорошо. Удовлетворяли свои потребности, и мужчинам хорошо, женщин не портить других?

- А детей куда? – удивилась мать.

- Да! Это проблема. – забыла, что контрацепции тут нет.

- Зачем тебе такое думать? Ты красивая, из семьи хорошей. Мы тебя замуж выдадим, дорого возьмем. Ты ведь умная какая!

- А если я замуж не хочу? – запротестовала я, потому как внутри поднималась, ужасающая даже меня, волна протеста.

- Как? – всплеснула руками мать.

- Так! Если ты о внуках переживаешь, то пусть Негодяй твой женится и внуков строгает. Ему как раз неймётся. А я пока огляжусь и подумаю.

- Ты что говоришь, Стехана! Негорад тогда, как женится?

- А в чем проблема? Он разве не старше меня? Или надо именно девушку первой отдать замуж?

- Благословенна та семья, где родилась дочь. Женщин рождается очень мало. И каждая девушка – достояние наших Земель. Наш род повыше стоит в иерархии. Мы можем просить выкуп большой. А Негорад возьмет пониже себе девушку происхождением, он приглядел уже. Выкуп там будет меньше. Ты уйдешь в дом жениха. А Негорад приведет жену сюда. На разницу выкупов и будут жить.

- В смысле? А ты? Я понимаю, если тебе деньги достанутся. Ты меня рожала, воспитывала, кормила, одевала. Я понимаю, что надо старость обеспечить. А Негорад-то тут причем? Что за ерунда?

- Стехана, я работаю. Не пропаду. Не переживай, доченька, - погладила по волосам меня мать.

- А Негорад?

- Что Негорад? Зачем ему работать, если ты своим рождением обеспечила его?

- Ха, - усмехнулась я, - Тогда можешь его огорчить. Я замуж не выйду. Может свои хотелки завязать узлом.

- Стехана! Что ты? – женщина впала в ужас, - а как же Кареслав? Ты же любишь его до беспамятства!

- Только не говори, что я обручена! – тут же насторожилась я, - Хотя, даже если обручена, все равно. Помолвку можно и расторгнуть.

- Нет, ты не обручена. Но ведь любишь… - замялась мать.

- Вот, значит, обязательств нет, а любовь… - задумалась над своей прошлой жизнью и теми отношениями, которые я с трудом пережила, собирая себя по кускам, - это блажь. Ее нет, мама. Вам ли не знать?

- Я очень любила твоего отца, и он меня, - стала мечтательной женщина.

- А где он сейчас? – вдруг поняла, что видела все это время только Негодяя и эту женщину.

- Умер. Он был старше меня. И умер пять кругов назад.

- Каких кругов? – не поняла я.

- Ну, смены сезонов.

- Год, - поправила я.

- Что?

- Называется год. Не обращай внимание. Ты была не кондицией? – удивилась, вглядываясь в женщину, которая была в возрасте, но даже так в ней читалась стать, красота природная, сила.

- Кем?

- Ну, той женщиной, на которой никто не хочет жениться, только старые и убогие согласны?

- Что ты! Нет, конечно! Я была одной из самый красивых женщин, а он был знатным, богатым. Он заплатил самый большой выкуп за всю историю женитьб. И я стала его женой.

- А где тогда его состояние?

- Мы его проели, прожили. Пришлось продать его дело, и дом сменить на меньший. И работать пойти в дворец Радигоста.

- Почему? – удивилась я.

- Так я же женщина. А вы дети были. С нами бы никто дел не имел. Поэтому и получилось так. Но к нам милостивы Вышние силы. У меня есть ты.

- Я не выйду замуж, мама!

- Что-о-о! - из дверного проема послышался голос братца.

Глава 4

«Стерва»

- Негорад, успокойся! Стехана слаба, она только очнулась. Ничего не помнит! Успокойся! – встала между мной и парнем женщина.

- Что ты несешь? – со злостью кричал брат.

- Я говорю тебе то, что считаю нужным. Дорогой братец, я не выйду замуж, можешь не рассчитывать на то, что сможешь решить свои проблемы с размножением за мой счет.

- Она рехнулась! – кричал одуревший от услышанного родственник, - Просто сошла с ума!

- Ха-ха-ха, - от этой ситуации мне стало очень смешно. Реакция взрослого, красивого, сильного парня меня поражала. – Может быть, я, наоборот, прозрела и стала умнее? Такие мысли в твою светлую и бедовую голову не приходили?

- Ее надо срочно отвести к целителю! В нее кто-то вселился! – верещал, не слушая меня парень.

- Негорад, ты забыл, что сказал Великий Властитель? – шёпотом произнесла мать.

- Так нельзя оставлять, понимаешь? Нельзя! Представляешь, каких дел она натворит в таком состоянии?

- А не ты ли, и такие же как ты - недалекие дети-переростки, в этом виноваты? – вдруг представила, чтобы было с этой женщиной и с этим нелепым олухом, если бы моя душа не заблудилась и не вселилась в это тело. Ведь раз я тут. То Стеханы уже давно тут нет. Она умерла от рук этих недоумков. – Скажи мне, милый брат, что происходит в этих Владениях с теми, кто убивает?

В этот момент глаза женщины, что так нежно относилась ко мне, сделались особенно выразительными, большими и в них расплескался страх. А вот Негодяй сник. Парень задумался, опустил голову, расчесал пальцами свою небольшую бородку и резко посмотрел на меня исподлобья.

- Что? Я не думаю, что за смерть невинной девы вас бы всем селом на руках носили. Или я ошибаюсь? – посмотрела на брата, у которого лицо изменилось.

В моей комнате воцарилось молчание. Все собравшиеся смотрели друг на друга. А мне вдруг нестерпимо стало жалко красивую, умную, и судя по тому, что происходило до этого разговора и в эту самую минуту, очень добрую женщину. Она боролась за жизнь дочери не потому, что могла потерять выкуп за свадьбу, не потому что, если бы она умерла, то ее второго ребенка никто бы по головке не погладил. Она просто любила Стехану и боролась за нее, как боролась бы любая нормальная мать.

- Это была случайность, - наконец обрел голос брат, - Ты сама виновата. Мы говорили тебе, не иди за нами. Вообще, что за дурная привычка таскаться за парнями? Тебе не восемь кругов. Ты взрослая девушка, а мы взрослые парни. Ладно, когда ты была ребенком, ты кружилась со мной в моей компании, но сейчас-то!?

- И поэтому надо было меня убить? – впала в раздражение!

Бедная Стехана была вечным лишним звеном в компании старшего брата. И не любила она этого Кареслава. Сто процентов. Просто она знала его с детства, просто она других парней не видела. Придумала себе любовь и верила в нее. А они ее убили!

Разговаривать было уже бесполезно, и так понятно все стало. Но один вопрос все равно интересовал:

- Так что было бы вам, если бы не тот мужик в моей спальне, который приходил до того, как я отключилась?

- Это наш Властитель Земель. Великий и добрый Радигост! – пояснила мне мать.

Я не придала тогда значения слову «великий», да и не уточнила почему «Властитель»? Я и понятия не имела, что все эти слова употреблялись в прямом значении.

- Не суть! – отмахнулась от уточнений, - что было бы с этими шалопаями?

- Был бы суд. Судил бы Леонорий, так как это родственное дело, и не является делом государственной важности, - стала серьезной женщина и посмотрела на сына.

- А кто такой Леонорий? – надо потихоньку входить в суть дел в этом мире, раз я тут задержалась.

- Это брат Радигоста, - выпалил брат.

- Господи, в школу ведь ходил, - подошла и отвесила легкий подзатыльник женщина Негодяю, - Чем ты там занимался? Леонорий – дядя Радигоста. Младший брат отца Властителя. Он был внебрачным ребенком, и поэтому не мог претендовать на трон. Но он является главным советником, и влияет на дела в наших Землях.

- Бастард, значит? – усмехнулась. Времена, миры меняются, а во власти все та же чехарда.

- Кто? – не поняла женщина.

- Не обращай внимание. И так, к чему бы приговорил моего братца Леонорий? Что бы его ждало?

- Тут все зависит от него. Было бы разбирательство. И если у Радигоста нет сердца, то Леонорий сын простой женщины, поэтому, поговаривают, что он не лишен чувств. Надавили бы на жалость. Присудили бы им плети, работы исправительные. И не женились бы они. Негорад из-за того, что не было бы выкупа, да, и ему, и остальным после такого запретили бы.

- Она жива, что об этом думать? – взвился братец.

- Молчи! – осекла его строго, как разговаривала с провинившимися работниками в другом мире, от чего у брата округлились глаза и он притих, - А если бы судил Властитель? – не сразу вспомнила его сложное имя, - Что было бы с ними?

- Да нужна ты властителю? – ощетинился брат, - у него государственных дел полно. Будет он еще с тобой возиться.

- Но излечить пришел ведь! – напомнила ситуацию не таких далеких дней, - Повторяю вопрос, что было бы с ними?

- Их бы в войска забрали. Всех, кто впадает в немилость или совершает плохие дела, забирают в войска. Причем не платят за это, как другим воинам, кто добровольно идет защищать нашу землю, - спокойно рассказала мать, но судя по взгляду на разбитного сына, она начинала тревожиться.

- А если бы он не справился со службой, или не захотел идти туда?

- То изгнали бы из земель без права вернуться, - с нервом сообщил брат.

- Значит так. Я выжила, но это не значит, что забыла твою выходку, дорогой родственник! Я не буду больше таскаться с тобой и с твоими недоумками. Я больше не хочу видеть в этом доме твоих друзей. И больше слышать о замужестве тоже не хочу, - выдала на одном дыхании.

Негодяй изумился, рассердился и вылетел из моей комнаты, а после и из дома. Мать стояла притихшей, но ничего не говорила, ни за кого не заступалась, только покачала очень неоднозначно головой, потом молча взяла в руки гребень, подошла ко мне и, надавив на ключицу, принудила меня сесть на пуф, покрытый шкурой с длинной шерстью.

Я ждала, что она начнет мирить нас. Рассказывать, что мы родственники, что должны прощать друг друга, успокаивать. Но она просто молчала и шустро перебирала тонкими прохладными пальцами волосы у меня на голове.

- Мы не распутаем, - грустно заявила женщина, - кровь засохла. Придется выстригать.

- Зачем? – вынырнула из своих мыслей я, не сразу сообразив, зачем меня решили еще и волос лишить.

- Все засохло. – подергала меня за волосы женщина.

- Значит, надо отмочить. За одно, рану обработать, - спохватилась я.

- Раны нет, ведь сам Радигост тебя лечил. А вот остатки крови, придется срезать. Раз ты замуж не собираешься, то это не сильно тебе повредит. Походишь в платке.

- Не надо применять свои манипуляции к моему замужеству. Ты вдова, но не похожа на метлу у входа. Ухаживаешь за собой. Для себя, - стала раздражаться, и исследовать кожу головы пальцами, чтобы найти рану и понять, как мыть голову.

Раны на голове я так и не нашла, как и говорила женщина, и это меня поразило. Но тут же я взяла себя в руки и решила, что так даже проще. Мыть голову с нарушениями кожного покрова опасно. Тем более, не имея возможности посетить врача, который бы мог помочь в случае, если что-то пошло не так. А тут оставалась только маленькая часть проблемы – смыть запёкшуюся кровь.

- Я от природы красивая. Но и древние хитрости рода, конечно, использую. Я и тебе хотела передать, но ты отказалась, - с какой-то обидой сказала мать.

- Например? – стало мне интересно.

- Ну, вот брови, - провела она по тому леску, что готов был срастись у меня на переносице, - их можно сделать красивее.

- Делай! – тут же выпалила я, просто ликуя от восторга, что хоть немного мое отражение будет становиться лучше.

Мать ушла из моей комнаты, и быстро вернулась обратно, держа в руке какое-то хитрое сплетение из нитей. И я тут вспомнила ролики в интернете, где восточные женщины при помощи ниток вырывали себе волоски из бровей.

- Потрясающе. - откинула голову на кресле, куда пересела с пуфа. Мать быстро справлялась со своей работой, было понятно, что она мастер своего дела.

- Вот, смотрись! – поднесла она мне зеркало на длинной ручке.

- Спасибо! – улыбнулась себе в зеркале, - Спасибо, - убрала стекло и обратилась уже к матери.

- Я очень рада, что ты стала подпускать меня к себе, - мягко ответила женщина.

- Я буду очень рада, если ты поможешь следить мне за бровями. А теперь помоги, пожалуйста, мне еще и помыться. Я слаба, но убрать кровь и просто смыть с себя остатки болезни очень хочется!

- Что надо сделать? – удивилась мать, - Так Зима! – подняла она палец вверх.

- И что? – теперь удивилась и я.

- Река замёрзла, и ждать до ее быстрого хода очень долго. Так что… - в руках у женщины сверкнули ножницы.

Глава 5

«Стерва»

- Так, давай поедим! – подняла руки в примирительном и успокоительном, за одно, жесте.

- Ох, да! Ты после долгого сна, наверное, такая голодная! Пойдем к столу, - оставила ножницы на столике у зеркала женщина и засеменила в сторону двери.

Выдохнула, от избавления от стрижки. А сама подумала, что очень мало уделяла внимания народным способам ухода за собой. И теперь поняла, что очень зря. Найти тут яйцо, скорее всего можно, а вот всякие вещества, хотя бы даже простой вазелин – вряд ли получится.

В комнате, где стоял огромный стол, было тепло. От такой разницы температур плечи сами по себе дернулись.

- Замерзла, милая? Ты еще и голодная, слабая, и зима на дворе. Ох, не вовремя все. Как не вовремя, - суетилась женщина, расставляя на поверхности стола приборы.

- А почему во всем доме так холодно, а тут тепло? – спросила очевидные вещи, но мне надо было понять ход мысли местных жителей.

- Я готовила еду, топила печь, а в твоей комнате была дверь закрыта, вот тепло и не дошло. Да и самая дальняя она.

- А почему я так далеко от печки нахожусь?

- Так ты же женщина? – выдала совсем непонятные мне, но очевидные для матери слова.

- И что?

- Как что? Тебя тепло только портит! Чем дальше от тепла, тем сохраннее твоя красота и молодость. Почему женщины наших земель такие красивые?

- Почему?

- Потому что у нас Ледяные Земли. Холодно. Всегда! – с чувством уважения, даже восторга сообщила мне женщина.

- В смысле всегда? – удивилась я.

- Значит, практически всегда. Есть лето, когда снег тает, но так жарко, как у Нагов в их землях, у нас не бывает. Даже так, как у земляных драконов, тоже.

- У Земляных кого? – переспросила, услышав пугающее слово.

- Драконов! – пояснила спокойно женщина, - Они злятся, так как зима наступила очень рано. И реки у нас замерзли. К ним не доходит вода. Они не могут поливать свои растения, и поэтому распространяется голод во всех землях. Особенно у нас.

- А мы чем хуже? – удивилась я.

- Так как же? Мы ничего не выращиваем, не охотимся. У нас весь провиант привозной. А это значит, мы зависим от соседей.

- А в чем они зависят от нас? Ну, кроме красивых женщин? Что у нас есть? – во мне включился бизнсмен.

- Красивых женщин мы никому не отдаем. Да и очереди нет. Ведь красивые мы, гордые, и алчные, как считают в чужих землях.

- А что мы отдаем?

- Лед, вода, но это только весной и летом, деревья, драгоценные металлы и камни – всего этого у нас в избытке.

- Отлично! – хлопнула в ладоши.

Теперь мне было не так тревожно за новую жизнь. «Если есть ресурсы, то я обязательно найду, чем заняться» - подумала я перед тем, как мать поставила передо мной «завтрак».

- Что это? – сморщив нос, я смотрела в тарелку, где плавал жир, куски мяса, кости и что-то еще.

- Еда, дорогая! – спокойно ответила женщина, - Тебе надо много сил, чтобы восстановиться.

- А есть что-то менее калорийное? – куски жира, кости и какая-то дрожащая жижа не пробуждали аппетит.

- Какое? – не поняла мать.

- Овощи, злаки? Я согласна даже на хлеб с молоком, - стала перечислять простые продукты, которые приходили в голову.

- Я не знаю, о чем ты. Овощи большая редкость в наших землях. Наги не могут поставлять их. Земляные Драконы тоже борются с неурожаем. Поэтому пока выручают Волчьи земли.

В голове кружилась информация и плохо усваивалась. Наги, Волки, Драконы…

Желудок издал жалобный скрип. Видимо долгое бессознательное состояние требовало восстановления, несмотря на мои вкусовые пристрастия. Зачерпнула максимально небольшой кусочек мяса. В голове пульсировало одно слово – волки. Мясо оказалось чуть сладковатым, с легким привкусом, нежным, видимо разваренным, но совершенно не соленым. Специй мой утонченный вкус тоже не отследил. Проглотила, тщательно пережёвывая, кусочек. Потом еще и еще один.

- М-м, не знала, что волчатина такая интересная на вкус, - выдала свое экспертное мнение.

- Что, милая? Какая волчатина? Ты смотри такое не скажи никому! Волки тебя разорвут! – с испугом сообщила мне женщина, - Волки очень сильные. И очень гордые. Они никогда не позволят людям съесть кого-то из своей стаи. Это повод для войны.

- А что это тогда? ТЫ же сказала! – недоумевала я.

- Я сказала, что они снабжают нас провиантом. А единственное, что они выращивают – овцы. Да и не они. Люда на их Землях. А они им обеспечивают безопасность.

- То есть, это баранина? – переспросила, чтобы наверняка убедиться.

- Не знаю, о чем ты опять, это овца, - пояснила, как смогла женщина.

- А это что? – подцепила нечто ложкой в своей тарелке.

- Мозг овцы, ты же головой стукнулась, тебе надо поправить свои силы! – радостно затараторила мать.

В голове мелькнула мысль, что только что мой мозг сравнили с мозгом овцы. Но эта мысль быстро улетучилась, так как к горлу подступила тошнота. Я заметалась в поисках выхода из дома. Мне срочно было нужно выйти на улицу. И я таки нашла дверь. Бежала, зажав рот руками, чтобы оказаться подальше от крыльца и никого не смущать своим позывом. Но бегство длилось недолго. Я врезалась во что-то твердое головой, отскочила, как мячик от стены, зашаталась, и чуть было не упала. Но сильные руки удержали меня за предплечья. Вздернула голову и встретилась с изучающим взглядом карих, почти черных глаз умопомрачительно красивого мужчины, чьи черты мне казались знакомы. Чуть передернула плечами, так как во мне происходило сразу очень много противоречивых процессов. С одной стороны меня охватил восторг от красоты, предстоящего передо мной человека, с другой, от холода, что начал пробирать до костей, утих, вынудивший покинуть дом, позыв, и опять кружилась голова от столкновения с чешуйчатой металлической одеждой, что красиво блестела на груди мужчины, удерживающего меня от падения.

- Вы совершенно безрассудны, - прозвучал властный, но такой пленительный голос, - голову надо беречь. Она вам может пригодиться.

- Стехана! – послышался со спины голос матери, - Дочка. Куда же ты! Да еще и раздетая. О, мой Господин! – уже было обращение не ко мне.

Опять вскинула взгляд на мужчину. На его лице не дрогнула ни одна мышца от такого, на мой взгляд, одиозно-гротескного обращения. Меня еще раз передернуло.

- Кремлина, она дрожит! – обратился к матери ее работодатель.

- Простите, Великий Повелитель, я недоглядела. Я прошу вас, пойдемте в дом, - стала оправдываться женщина.

Я не поняла, почему она это делает. Ведь сейчас она не на работе, и ее семья – это только ее дело. Умру я или останусь жить, какое дело этому мужчине?

- Господи, дочка, что же с тобой? – как только мы оказались внутри дома, мне на плечи легла тяжелая и теплая шкура с очень длинным и мягким ворсом.

- Кремлина, я настаиваю, чтобы ты лучше смотрела за ней, - уже не обращая никакого внимания на меня, по- хозяйски вел себя мужчина.

- Простите. Я не ожидала, что она выбежит. Я буду смотреть за ней тщательнее. Прошу, не гневайтесь, мой Повелитель, - продолжала достаточно достойно говорить мать, но все же такими словами, от которых у меня переворачивалось все внутри.

- Я опять спасаю ее, а у меня есть другие дела! – никак не мог унять свое тщеславие бесспорно красивый, но порядком, на мой взгляд, зарвавшийся мужик.

- Сейчас в чем спасение? Что я об вас ударилась головой? – постаралась максимально, как мне казалось на тот момент, вежливо поставить гостя на место.

Лицо матери вытянулось и стало бледным. А глаза ее расширились, и выражали великую растерянность.

- Ели бы ты не разгуливала по морозу голая и смотрела куда бежишь, то не тукнулась, хотя не известно, что для тебя лучше, стукнуться невменяемой головой, чтобы мысли встали обратно, или бежать без оглядки по морозу и застыть.

- Я не ожидала, что вблизи нашего дома будет находиться кто-то незваный и нежданный, - продолжила препираться.

- Стехана! – завопила истерично мать, - Ваше Великолепие, мы вам безмерно рады. Вы наш самый желанный гость. Вы наш Властитель.

- На колени не упасть и головой об пол не надо биться? – не выдержала и съязвила я.

- Надо будет, и упадем, - прошипела на меня женщина.

- В твоем случае, ты и так головой больная! – усмехнулся мужчина, явно прибывая в неизгладимом шоке.

Я хотела сказать еще хоть что-то, потому что внутри бушевал ураган эмоций. Меня просто затрясло от негодования. Но в этот момент я почувствовала, как меня с невероятной силой тащат по коридору в мою комнату.

- Простите, - в этот момент выкрикивала мать, - Я прошу вас, не слушайте ее. Она пока не в себе. Она только очнулась. И пока слаба умом.

От последних слов я совсем впала в ярость. И стала вырываться из рук странной женщины. Но та была очень сильна. Толчок. И перед моей дверью захлопнулась дверь. И как я не пыталась ее открыть, у меня ничего не получалось. Поэтому только и оставалось пытаться расслышать что-то за толстым деревянным полотном. Но это было практически невозможно. Когда голоса стихли, дверь легко поддалась мне. И я вышла обратно к людям. Но в комнате с большим столом сидела только Кремлина.

- Что это было? – с претензией спросила у нее.

- Это я должна спрашивать! – прибывая в ярости, причем не меньшей, чем я некоторое время назад, спросила женщина.

- Почему ты так перед ним приклоняешься? Где твое достоинство? – спросила на той же ноте.

- Потому что это наш Повелитель! Потому что мы принадлежим ему! Всё здесь принадлежит ему! – заорала на меня она.

- В смысле принадлежим? – как громом пронзила меня информация.

- В каком смысле еще могут принадлежать люди, рожденные, опекаемые, оберегаемые, живущие на землях Дракона? Всецело, Стехана! Мы принадлежим ему ВСЕЦЕЛО. Ты – достояние его земель. И он забоится о тебе. Он потратил очень, слышишь, очень много сил, чтобы исцелить тебя. Он три дня не мог перевоплотиться и летать! Он затратил на тебя самое ценное, что есть у Дракона – энергию. И да, он имеет право после этого поинтересоваться как ты, он заинтересован, чтобы ты была жива, и чтобы ты была способна к размножению. Потому что это возможность увеличить количество людей на его земле. И я молила все силы: Вышние и Низшие, чтобы ты не брякнула ему про Нагов, про то, что ты не будешь выходить замуж, и все то, что ты сказала нам с братом.

У меня в голове плохо усваивалась информация. Но я твердо поняла одно – я принадлежу этому мужчине, как его меч или другой предмет, я отношусь к нему, как любая вещь из его обихода. Я по иерархии наравне со стулом или той шкурой, что лежала у меня на плечах. И от этого мне хотелось выть, волчицей выть от отчаянья и боли.

Глава 6

Радигост

«Что это было?» - только и крутилось у меня в голове, пока я возвращался в свой замок от Кремлины. Шел я быстро, хотя хотелось бежать. Внутри что-то сворачивалось, разворачивалось, кипело, болело, разрывалось и металось. И все из-за какой-то умалишённой. Мне хотелось дышать огнем, как могли огненные драконы. Но я, к сожалению, был ледяным, и если бы обернулся тогда и полетел над Землями, то точно что-то заморозил бы. Потому что эти непонятные волнения в груди было сложно сдержать, их хотелось выдохнуть. Чтобы облегчилась грудь.

Когда я еще летел в сторону своей работницы, то чувствовал, что делаю что-то не то. Было какое-то неумолимое предчувствие, если можно было выразиться так тому, кто не умеет чувствовать, неспособен переживать острые эмоции. Хотя в тот самый момент я не мог полностью ручаться за себя, что не умею чувствовать. Как, если не острые чувства, назвать происходящее в тот момент со мной. И я мог этого избежать, если бы послушал в тот день свою интуицию, и не полетел к Кремлине.

Мы договаривались с моей работницей о том, что ей потребуются выходные, чтобы ухаживать за дочерью, помочь ей вспомнить всё, как только та проснется. Мы условились, что в тот день, когда Кремлина не выйдет на работу, не появится у меня в замке, я буду знать, что Стехана очнулась и требует ухода и заботы. Так и случилось. В одно утро, я не обнаружил воды на своем столике, домашняя обувь не была согрета грелками, вчерашняя одежда не была собрана с пола, а свежая, предназначенная для нового дня, не была аккуратно развешена на перекладине.

- Очнулась, - несмотря на неудобства, с которых началось мое утро в тот день, я был рад за свою работницу и ее дочь. - Почему я не радуюсь холоду в человеческом обличии так же, как в зверином? – бубнил я, недовольно вставляя ноги в несогретые домашние ботинки.

Холодный ворс густого меха щекотал и студил стопу. От этого внутри зародилась какая-то нервная дрожь. Это было только началом щекотания моих нервов в этот день. Дальше день был еще острее и необычнее по своим событиям и ощущениям. А финал превзошел все ожидания и предположения.

- Что это за девчонка? – уже почти бежал по лесу я.

Внутри почему-то появился страх. Я, Властитель, бесстрашный воин, достойный потомок своих воинствующих предков, никогда не сомневался, не боялся, а тут. Почему-то моя интуиция мне говорила, что этот визит был решающим для исторического течения предстоящих событий. Что теперь будет какой-то очень резкий поворот. А неприятностей, сложностей и новостей хватало и без того в этом круге. Чтобы как-то переключить мысли и утихомирить себя, все-таки обернулся и взлетел. Первое время сдерживал себя, чтобы не заморозить что-то. Лишние проблемы мне были не нужны. Да и не юнец, научился обращаться со своей мощью. Долго кружил над своими Землями. Сердце с каждым кругом над владеньями билось спокойнее, бесстрастнее.

Приземлился на балкон своей спальни. Там все так же лежали вещи, оставленные мной вчера. И это опять напомнило мне о Кремлине и тут же, сердце опять встрепенулось. Я запомнил момент, с чего все началось, откуда взялось странное сердцебиение. Так трепетать оно начало в тот момент, как я схватился за девушку, а она посмотрела в мои глаза. Так никогда и никто не смотрел на меня. Было что-то необычное, чужеродное во взгляде. Смелое, сильное, решительное, что совершенно не свойственно людям в моих землях. Что не свойственно женщинам, и даже драконицам в соседних землях. Этот взгляд был такой отличный от всех, что невозможно было оторваться. Любопытство захватывало ум.

Но тут же меня постигло разочарование, когда я увидел, что она совершенно не бережет себя. Не ценит то, что я дал ей – вторую жизнь. Такое безрассудство. Такая неблагодарность огорчала. А ее дерзость просто не вмещалась в никакие рамки и понятия о милосердии. Хотелось разорвать ее и одновременно укутать потеплее, замотать ей рот чем-нибудь и заботится, оберегать, хранить и защищать. Совершенно невероятные чувства смешивались и взрывали разум, противореча друг другу.

- Просто она слишком много израсходовала моей энергии, - объяснил себе странное отношение к человеческому существу, - Чем дороже тебе обходится что-то, тем больше ты это ценишь! – постановил про себя я, и это немного облегчило общее состояние.

Привело ум в порядок. Прояснило ситуацию.

«Стерва»

- Пойми, Стехана, - уже добрее и тише заговорила Крмлина, нажимая на мои плечи, чтобы я села за стол, - Тебе надо приходить в себя. Надо вспоминать все, или сидеть в комнате и не высовываться. В наших Землях не самое легкое время, вокруг назревают бури. Война никому не нужна, все люди ослаблены, но в то же время раздражение так велико, что кажется, что она неминуема. У наших земель только два Дракона. А вот у Земляных три. Это не считая Дракониц. Они, конечно, вряд ли будут вступать в схватку. А как знать, все может быть. У огненных – тоже два Дракона, но там сама понимаешь, огонь! – женщина вытаращила глаза и подняла указательный палец кверху.

Я ровным счетом ничего не понимала. Я прибывала в панике, ужасе и истерике одновременно. Мне казалось, что Кремлина сумасшедшая, потому что так спокойно и всерьез рассказывать о летающих драконах, просто немыслимо. Но с другой стороны сам факт того, что я ее слушаю, дышу, живу, ем, злюсь, вместо того, чтобы лежать в городском морге в холодильнике, уже заставлял усомниться в моих догмах и постулатах устройства мира.

- Так, давай постепенно. Войны еще нет, и неизвестно будет ли. Чего считать и обсуждать чего пока нет. Ты и я ничем помочь не сможем, если что. Ни ты, ни я летать не умеем. Поэтому ответь мне, чем ты подперла, да так быстро дверь? Я осмотрела со стороны коридора нет замка, нет щеколды и не нашла ничего, чем можно заблокировать дверь. Ты часто меня запирала?

- Я не запирала тебя никогда! Ты сама любила уединение, а мы и не навязывались. Дверь я не трогала, только прикрыла. Это мог Радигост своей волшебной силой придержать дверь, чтобы ты не наломала дров. Он очень, понимаешь, очень мудрый, и очень рачительный о своих людях, - прибывая в восторге, тараторила мать.

- Волшебством? – все еще не могла поверить этим словам я.

- Стехана! – закатила глаза мать.

- Так, ладно. Давай найдем еще более животрепещущую тему для разговора. Я очень тебя прошу, не называй меня Стеханой. Я с ума так сойду. Каждый раз передергивает.

- А как тебя называть? – мать окончательно озадачилась и напряглась.

- Стеша, Стефочка, Стефа, - стала перечислять я.

У Кремлины в это время глаза были настолько удивленными, что стало даже забавно.

- Мы что, не сокращаем имена и не делаем их ласковее? – уточнила еще один повседневный вопрос.

- Я не понимаю тебя, - растерла лицо руками женщина и тяжело вздохнула.

- Не надо меня понимать, просто делай то, что я очень прошу. В конце концов, не тебе надо меня понимать, а мне тебя, чтобы вернуть обратно разум и память. Так ведь? – попыталась наладить контакт я.

- Как ты хочешь, чтобы я тебя звала? – устало произнесла мать.

- Да, любым из трех имен…

- Просто скажи, как тебя называть, - властно и жестко, как я не ожидала от нее, прервала меня устало женщина.

- Стефа, - брякнула первое, что пришло в голову.

- Хорошо, - устало проговорила она, - пусть будет так. Мы остановились с тобой на том, что надо остричь волосы, - вспомнила мое пробуждение и разговор в комнате Кремлина.

- Да, - тут же и я пришла в рабочий тонус, - волосы. Я не готова расстаться с ними. Раны на голове нет, и это облегчает задачу. Нам надо просто привести их в порядок. Чем ты моешь голову? Где я могу помыться? - решила еще раз задать этот вопрос, в надежде, что не правильно поняла про реки и лето.

- Мы моемся в реке. Я тебя не поведу. Там лед, - стала говорить со мной, как с ненормальной женщина.

- То есть, даже элементарной бани нет? – это было очень сложный для принятия пункт современного быта.

- Стефа! – женщина схватилась за голову, - прав был твой брат. Твои знания и умение читать тебя и губят. Как можно помнить то, что написано в бесконечных книгах, и забыть все то, что тебя окружало всю жизнь?

- Очень просто! – бубнила себе под нос я, - Особенно, если тебя сейчас окружает то, что даже в самой нелепой книге я не читала. Так, - сказала я уже громче и разборчивее, - давай греть воду, искать яйца, масла, жир и золу.

- Зачем? – уже с раздражением спросила Кремлина, явно не собираясь делать ничего из этого списка.

- Будем наводить красоту, и давай приведем, - подмигнула я ей, - мои брови в порядок.

Хозяйка дома очень нехотя собирала со мной все то, что я просила. Она скептически смотрела на меня, на таз с водой, что кипел на каменной плите. А когда я стала смешивать растопленный курдючный жир и золу, то даже насторожено отступила от меня.

- Не переживай, меня не сожгут на площади за колдовство, и никто не согреется на моих углях. Это все для красоты! – успокаивала женщину.

Потом мы втирали в волосы интересное приятно пахнущее масло. От этого высохшая кровь стала немного пластичнее. Уже не было такого калтуна на голове, матери удалось расчесать меня тем заусенчетым гребнем. По маслу даже он скользил прекрасно. Кремлина от каждой процедуры приходила просто в восторг. Она ахала, и больше расслаблялась. Когда волосы были промазаны маслом и расчесаны, попросила женщину приняться за брови. Масло втерли и в них. Весь процесс строго контролировала я сама. Чтобы все было так как нужно и ничего лишнего. Когда было закончено с бровями, попросила втереть в волосы яичный желток. На этот раз Кремлина покорно выполнила просьбу. Мне показалось, что ее разбирает любопытство.

- А как ты свои волосы промываешь? Ведь они у тебя длинные, не так ли? – спросила у женщины я.

- Летом мы завариваем травы, ягоды, полощем в этом волосы, потом смываем на реке.

- А сейчас?

- Сейчас мы носим очень тугие косы, чтобы волосы не пачкались и не мешались.

Посмотрела на очень туго заплетенную прическу и поняла, что она чуть растрепалась, но все равно выглядела достойно.

- А как вы боретесь с растительностью в нежелательных местах? – спросила волнующий меня момент.

- Это где? – искренне недоумевала Кремлина.

- Подмышки, - подняла я руку и указала на прилично отросшие пеньки, - в зоне бикини, - хотела задрать юбку для наглядности.

- Я поняла! – остановила меня мать, будто боясь увидеть что-то удивительное и невероятное, что никогда не видела, - мы это не трогаем!

- А в чем же тогда слава женщин этих земель? Какая красота, если ухода за собой никакого? – засомневалась в истинности заявлений.

Я работала плотно с рекламными компаниями, и хорошо понимала, что такое маркетинговый ход. Я понимала, что убедить можно в чем угодно, и кого угодно, главный вопрос - сколько будет задействовано ресурсов и времени.

- А воск есть? – без надежды на ответ спросила я.

И о Боги! Он был у Кремлины. Когда я стала демонстрировать то, как им пользоваться, мать впала в ступор. Но так как она обещала заботиться и помогать, причем даже не мне, а Властителю, то ей пришлось обучится быстрым курсом, как делать восковую эпиляцию зоны бикини. И надо сказать, она была просто потрясающей, способной ученицей. Когда я привела в порядок стратегически важные места, а еще надо мной перестала висеть, как дамоклов меч, принудительная стрижка волос, жизнь перестала казаться такой ужасной. Мы нашли самую большую емкость, куда я смогла встать двумя ногами. Намазываясь смесью жира и золы, поняла, что рецепт надо будет доработать, но в общем и целом, это рабочий вариант. Ведь у меня получилось смыть с себя не только усталость, но и большое количество грязи. Волосы тоже отмылись. А я почувствовала себя полноценным человеком, и захотелось жить и что-то делать.

Когда мы завершили все процедуры, я закуталась в рубаху до пола из плотной ткани, волосы завернула отрезом из такого же материала, накинула на плечи шкуру, которой меня пытались отогреть после недолгой прогулки после завтрака, и захотелось продолжить СПА процедуры.

- Вот, теперь бы чай с медом или вареньем! – мечтательно произнесла я.

- После всего, что я увидела, и любуясь тем, что получилось в итоге, я даже без всякого пренебрежения спрошу, что такое чай? - с любопытством, по-доброму, обратилась ко мне мать.

И я почувствовала, что уже проникаюсь к ней теплыми чувствами.

- Это отвар такой, точнее настой на травах, сушеных ягодах. Ты насушила с лета?

Женщина смотрела на меня с непониманием и любопытством. И по ее лицу я поняла, что она меня вообще не понимает. Пришлось встать из-за стола и пройтись по всей комнате, что была в этом доме кухней. Я нашла небольшие букетики, которые висели почти под потолком. Один веник очень вкусно пах чабрецом, другой иван-чаем.

- Вот же, - указала на находку я, - Для чего ты их высушила?

- От нечистой силы, как говорят в народе, а на самом деле, как по мне, так они запах приятный создают, мне нравится.

Залезла и надергала из вязанок веточек. Вскипятила воду и прямо в ковшике заварила травы. Мы подождали какое-то время и разлили полученную жидкость по стаканам. Аромат в это время в доме витал необыкновенный. В этот момент входная дверь в доме опять скрипнула.

- Кого еще там принесло? – не выдержала и обронила слова я.

Глава 7

«Стерва»

- Мам, ты дома? – от входной двери послышался недовольный голос братца.

- Негорад, к нам нельзя, тут Стехана… - мать не успела заполошно проговорить предостережение брату, тот уже стоял на пороге кухни.

Негорад оглядывал помещение, при этом заметно принюхивался. Он недоумевал. А из-за его плеча выглядывал его друг. Тот самый, что вел себя высокомерно в тот день, когда с девушкой, в чьем теле я прибывала, случилась беда.

- Негорад, да еще и Кареслав! – всплеснула руками мать и стала показывать на себе, чтобы я натянула мех.

К тому моменту чай уже согрел меня, и я чуть приспустила толстую и тяжелую шкуру с плеч.

- Что ты так суетишься? – не поняла ее телодвижений я, - Так, чего стоите у двери? Мать вам не прислуга. Ей забот и на работе хватает. Давай, сам налей чай себе и другу! – командным тоном обратилась к брату, который с выпученными глазами, онемев, стоял у порога.

- Что налить? – переспросил Кареслав, еще больше протискиваясь в кухню, удерживаемый братом, что раскорячился в проеме двери.

- Господи, невежды и шалопаи, - встала из-за стола я, направляясь к печке, где на подставке стоял ковш с отваром трав.

- Стехана! – строго, но с ноткой истерики произнесла мать, - Немедленно иди в свою комнату!

- Я не поняла? – повернулась к женщине, в одной руке держа кружку, в другой ковшик, - Что опять-то? Я могу чай допить? Или опять какие-то ритуалы?

- Ты голая! – пропищал братец.

Оглядела себя. Рубаха сурового полотна достигала пола, на шее в виде бантика красовалась завязка, крой был свободный, никаких вытачек или чего другого, что могло подчеркнуть фигуру, не прослеживалось.

- Так, давайте за стол. И прекратите истерить. На мне не просто рубаха, а самый настоящий асексуальный костюм девственницы. Так что ничего страшного эти два обалдуя не увидят.

Разлила остатки отвара по кружкам, поставила их на столе. Сама набрала в горсть сушеные ягоды, что лежали рядом с печкой. С чаем они были просто превосходны. Рассыпала ягоды на центре стола и села напротив матери.

- Стехана, грудь! – еле слышно простонала она, и закатила глаза к потолку.

Посмотрела на себя придирчивее и заметила, что ткань оставалась слегка мокрой от волос, и грудь слегка отреагировала на мокрую ткань, выпирая горошинками. Ничего пошлого или откровенного на мой взгляд, но брат и мать были в шоке, а незванный гость только и смотрел в эту сторону.

- Так, матери я сказала, - решила сменить тему разговора, попутно накидывая мех обратно на себя, - теперь меня зовут не Стехана, а Стеша, Стефа. Кто будет звать старым именем, будет получать в глаз, - посмотрела строго на брата и его друга.

- А старое-то чем не угодило? – отхлебывая, осторожно спросил разочарованный гость.

- Какая тебе разница, сказано, что новое, вот и постарайся своей пустой головой запомнить это, - огрызнулась, тяготясь его присутствием.

- Ты полегче с гостем! – тут же вступился за друга брат.

- Это не гость, а неудавшийся преступник, как и ты, - я не собиралась спускать с рук провинность, в которой были виноваты оба, - Пей чай, говори, чего хотели и идите дальше резвитесь, как малые дети.

- А ты такая взрослая? – скривился гость.

- А я такая умная, что могу тебя уморить, или как ты тогда отбрыкивался от моих чувств, в то время, как я чуть с жизнью не простилась? – вспомнила реплики, доносящиеся до сознания сквозь вату забытья.

Кареслав сконфузился. Отпил еще чай, потом еще. Было видно, что отвар ему в новинку, но вкус нравился. С интересом посмотрел в сторону ковша, потом на хозяйку дома. Мать заметила метания гостя и пояснила.

- Это Стеша нас угостила, она откуда-то узнала, видимо из многочисленных книг и бумаг, этот рецепт.

Кареслав мотнул каким-то своим мыслям, и опять отпил из кружки.

- Что ты молчишь? – занервничал брат, обращаясь к другу.

Мы с матерью напряглись и уставились на гостя.

- Я не знаю, как сказать, - пробубнил парень.

- А что тут говорить? Ты согласен взять в жены Стехану…

Не успел договорить брат, в него прилетела ложка, которую бросила я.

- Стеша! – поправила я брата, - запомни и передай другому! И я, по-моему, уже доходчиво сказала тебе, что замуж не пойду.

- Мама, что ей еще надо? Он одумался, загладить свою вину хочет. Она мечтала об этом. Вот, получи! – завопил брат!

Кремлина потупила взор. Было видно, что в ней борется много чувств.

- А я тебе сказала, что замуж не хочу. И если и выйду, то за выкуп вдвое больше того, что был уплачен за мать! – встала из-за стола и хлопнула ладонью по нему.

У Кареслава округлились глаза. Брат выскочил из-за стола и заметался по кухне. Его лицо стало красным, глаза – огромными, было видно, что он в ярости.

- Ну, что? Сбил цену? Я тебе говорил, что поступаешь как урод. А ты отмахивался. Ты думал, что она по тебе всю жизнь сохнуть будет? Вот, - указал он на меня двумя руками, - один удар головой и все, тебя выбило от туда как пробку, и больше ты над ней не властен. Сэкономил? Дождался?

Кареслав опустил глаза. А вот моя мать, как раз пристально на него посмотрела. Открыла и закрыла рот. Потом встала из-за стола и стала метаться по кухне наперегонки с сыном.

- Вот и прекрасно. Теперь все точки над I поставлены. Все в курсе всего. Каждый займется своей жизнью без ожиданий и нелепых надежд.

Мне было очень смешно в этой ситуации. Но я понимала, что это только мне, всем остальным участникам разговора совсем не до смеха. И чтобы не испортить все окончательно, ушла в свою комнату.

Я еще не успела дойти до двери, как входная дверь хлопнула. Думала, что это гость ушел, но оказалось - брат, и Кареслав тут же появился в кухонном проеме. Он смотрел мне в след с тоской и детской обидой. А я кое-как сдержалась от истерического смеха, скрываясь за дверью своей комнаты.

Когда удалось отгородиться дверью от приставучих женихов и жаждущего моей свадьбы брата, принялась осматриваться в комнате. Тут же появилось чувство вины перед Стеханой. Так как комната принадлежала не мне, и все, что было в ней, принадлежало, как бы, не мне. Да, даже тело, которое я приводила в порядок, принадлежало не мне.

- Почему я перенеслась только мозгом, а не всем телом? Только своё тело в порядок привела: лазерная эпиляция, чистка лица, ламинированние волос, гель-лак, филлеры, виниры, фитнес, массаж. Все впустую. Теперь это все съедят черви. А тут все с начала! Ужас. Да и возможностей тут куда меньше. Воском и яйцами я великих изменений не сделаю, - проходясь по комнате бубнила я, - И что мне со всем этим делать? – чужие вещи раздражали.

Подошла к шкафу, в котором, как я думала, должны были находиться наряды. Так как это был самый большой в комнате шкаф. Открыла створки, а там… Были книги, свитки, непонятные предметы, назначение которых я не сразу определила.

- Так, а где тогда платья? Раз Кремлина с такой гордостью говорила о красоте здешних женщин, значит, это ценится не только за границами земель. Тут тоже на это внимание обращают. И красивым людям везде почет и уважение. А что я буду делать, если у меня нет никакого гардероба? – стала открывать все ящики во всех шкафах.

Хоть там и были встроены замочки, но все они были открыты. Кроме одного выдвижного ящика. В котором, судя по его маленьким размерам, не мог находиться гардероб юной девушки на выданье.

- Да, чтоб тебя! Где же вся одежда? – начала злиться я.

- Дорогая, - послышался голос матери.

- Мама, я взрослая женщина, почему никто не стучится в мою дверь? – вспылила на родственницу.

Кремлина стояла ошарашеная. Видимо тут не было заведено стучаться в двери. Ну, или это не было заведено именно в этом доме

- Стучаться в двери должны только вы с Негорадом. Вы дети, я мать! Это мой дом. И только когда Негорад женится и приведет сюда свою жену, обзаведется потомством, он станет тут главным.

- А ты куда денешься?

- Никуда, останусь доживать свой век с сыном.

- На каких правах?

- На правах пожилой матери.

- И что это значит?

- То, что значило всё это время, - стало заметно, что эта тема мать сильно беспокоит, но она старается о ней не говорить.

- То есть, только потому, что твой сын, который вырос в этом доме, был выкормлен тобой, обут и одет, и был сосватан лишь потому, что опять-таки Ты родила дочь и за нее дали выкуп, приведет в дом жену, ты потеряешь власть?

- Так происходит из рода в род.

- А отец? Отец поступил так же?

- Нет. У отца было много братьев. Он много работал, чтобы помочь им жениться, и сам добился больших высот. Он сам построил себе дом, куда и привел меня.

- Хорошо, а почему наш Негодяй не шевелится в этом направлении?

- Так у него есть сестра! – изумилась мать.

- И что? Самому вообще делать ничего не надо? А я ведь могла умереть! Понимаешь? Я могу заболеть! Ведь меня теперь никто лечить не будет? Правильно я поняла? Что тогда будет с этим прожигателем жизни?

- Не говори такие слова. У меня до сих пор сердце ухает, когда я думаю об этом. Я столько ночей провела у твоей постели, и каждый раз боялась, что ты можешь не проснуться. Я не переживу такой утраты.

- А почему ты не вышла повторно замуж?

- За кого? – глаза матери округлились и стали немыслимых размеров.

- Неужели нет вдовцов, просто холостяков? Ты потрясающе красивая женщина.

- А как же вы? Вас надо пристроить. Да и мужчины в наших землях не приемлят отношений с женщинами, у кого был мужчина. Это считается ниже мужского достоинства.

- А если получается так, что девушка уже была с парнем, и после свадьбы это вскрывается? То, что будет? – стала сомневаться в своем перевоплощении. Что если какие-то элементы прошлой жизни отразились в новом теле? Да и я не знала, как жила Стехана до меня. Что у них было с этим противным Кареславом?

- Ее возвращали в дом, на родителей и её саму накладывается позор. Она уже не выйдет замуж.

- И какая жизнь ее ждет?

- Нянька у братьев. Или у пожилых родителей.

- Потрясающие обычаи. А что с тем, кто ее испортил?

- Ничего! – развела удивленно мать руками.

- С – справедливость.

- Почему ты спрашиваешь такие вещи? Стехана… - мать запнулась, - прости, Стеша, ты что-то натворила?

- Я интересовалась твоей жизнью. И мне странно, что такая красивая, сильная, добрая, умная женщина одна.

- Спасибо, милая. Но мое женское счастье закончилось. И я рада, что оно вообще было. И очень хочу, чтобы и ты была счастлива. Чтобы ты вспомнила Кареслава, твою любовь к нему. Чтобы ты согласилась на брак и познала удовольствие быть женщиной с любимым мужчиной, - в этот момент щеки матери запылали, она потупила взгляд.

- Если и будет то, о чем ты говоришь, то явно не с Кареславом. Он противный.

- Что? Что ты, милая. Он самый красивый парень во всех землях. Его родители очень гордятся им, все девушки хотят с ним встречаться, любая бы с ума сошла от счастья, если бы он пришел с таким же визитом, как к тебе. Все родители хотят видеть его рядом со своими дочерями.

- Значит родители и эти дочки слепые и глупые. Мама не расстраивай меня. Ты умная женщина, ну как ты не видишь?

- Ты же любила его! – оправдалась мать.

- Разлюбила! – сухо отрезала я, - Удар по голове многое расставил в ней по местам. Вылечил от серьезного недуга в лице Кареслава. И зародил новые цели. Где мои платья? – перевела тему на действительно интересную для меня тему.

Визуализация

Красавчик Кареслав

Негорад

Кремлина

Немного о героях. Не только Радигост и Стеша, но и другие персонажи имеют лица.

Как вам вариант?

Глава 8

«Стерва»

- Вот, - мать растеряно подошла к небольшому сундуку в углу комнаты и открыла его.

- Это все? Я же барышня на выданье или я что-то не то говорю? – рассердилась почему-то на мать я.

Потом пришло понимание, что разговариваю с вдовой, которая одна тянет двух взрослых детей, которые не работают. И вообще непонятно чем занимаются.

- Я училась где-то? – оглядела комнату, где было полно книг.

- Нет, ты женщина, - устало отозвалась родительница, - тебе не положено. Но… - она посмотрела на меня с большим обожанием, - у тебя такой настырный характер, что школу ты закончила. Ходила вместе с Кареславом. Училась в его классе. Можно сказать за него и всех его друзей, - махнула рукой мать.

- А дальше? Дальше, почему не пошла?

- А куда ты пойдешь? У нас есть только для мальчиков образование: военное дело, управление деревней, торговое дело. Для женщин нет профессий.

- Как это? Военное дело – не спорю. Но вот торговое дело? Почему я не пошла туда?

- Потому что это тяжелый и мужской труд.

- Я не согласна! – сложила руки на груди.

- Как и тогда, так и сейчас это никого не волнует. Ты платья смотреть будешь?

- Буду! – согласилась сменить тему, тем более не самое время идти против системы. Для того чтобы сломать что-то, сначала это надо изучить.

Мать стала доставать наряды, которые было сложно назвать нарядными. Серость, безвкусный крой – основная черта каждого платья. И выбрать оказалось очень сложно, да и выбора не было совсем. Три верхних платья, пять нижних, два головных убора, трое пар варежек – весь гардероб молодой девушки.

- Не густо! – хмурила брови я.

- Ты всегда говорила, что не в красоте дело, и что не надо тебе этого.

- Чего этого?

- Внимания со стороны парней, что это отвлекает от твоей цели.

- И что была у меня за цель? – решила на всякий случай поинтересоваться, вдруг там что-то грандиозное.

- А вот этого мы никто не знаем, ты не поясняла.

- Так, раз я женщина, и при том молодая, красивая, что бесспорно большая удача, то будем менять тактику и средства достижения этой цели.

- А что за цель? – поинтересовалась с большим уважением и интересом мать.

- Я пока не вспомнила, - серьезно и уважительно ответила я.

Кремлина тяжело вздохнула. Но давить не стала. Она понимала, что бесполезно.

- Мне не нравятся эти платья. Надо перешить. У вас в селении есть портные? И есть ли у нас деньги, чтобы воспользоваться их услугой? – в конце опомнилась, ведь теперь ни я распоряжаюсь и добываю деньги, а мать.

- Портные есть. Но они шьют на мужчин. Так как это мужчины. А для женщин есть лавка, где продают готовые платья. Ты можешь выбрать по размеру, и только.

- А как же индивидуальность, красота, особенности фигуры?

- Крой для всех один. А красота должна быть природная. Твоя собственная.

- Подожди, но ты ходишь в других платьях! – тут же высказала свои заметки.

- Эти платья заказал сам Радигост. Он любит красоту, если так можно сказать. Он не терпит около себя чего-то некрасивого. Поэтому одежда прислуги была одобрена им самим и сшита портными замка. Я очень аккуратно к ней отношусь. И по ней нас сразу видно в селении. Люди нас отличают и выказывают почтение.

- Ты хочешь сказать, что купить я могу только точно такое же платье? – провела руками по одинаковым трем верхним платьям и двум видам нижнего платья. Отличались они тканью. Были варианты из более плотной ткани , как то, что было на мне, и из тонкой, нежной, видимо летнего типа.

- Да, такое платье ты можешь купить. И летнее или зимнее нижнее, - подтвердило мои догадки мать.

- Так дело не пойдет, - скуксила я свой симпатичный, без ложной скромности, носик.

- А что нам остается? – развела руками мать.

- Брать все в свои руки. Они у тебя же мастеровые, не так ли? – уточнила на всякий случай, а то было бы опрометчиво пускаться в авантюру с человеком, который не может помочь.

- Я не понимаю тебя.

- Ты умеешь шить?

- Конечно, и иголка есть в доме, - с гордостью произнесла Кремлина.

- А это не достояние каждого дома?

- Нет, во-первых, она очень дорогая, а во-вторых, многие ее боятся, так как колется.

- Иголка одна? – моему удивлению не было предела.

- Нет, две. Только ты не умеешь шить!

- Умею.

- Не умеешь, - стала злиться родительница, - я тебя не учила.

- Сама научилась. Неси все ленты, тесьму, камни, бисер и все красивое, что есть в доме. И Две, слышишь, две иголки. Мы будем делать моду.

- Что будем? – удивилась, и заволновалась Кремлина.

- Будем создавать моду. Сейчас поймешь. А когда увидишь результат, просто офанареешь от восторга.

- Что сделаю? – смотрела уже как на умалишённую мать.

- Восторгаться будешь, радоваться и гордиться дочерью.

- Я и так очень тебя люблю, горжусь тобой и радуюсь, что ты у меня есть.

- А это еще больше будешь. Твоя дочь будет родоначальницей женской моды.

Мы провозились с матерью весь день. Платьев было мало, да и прикладного материала тоже. Но мы старались выжить из имеющегося максимум. К вечеру три верхних платья и два головных убора были готовы. Нижние мы не трогали, так как их все равно кроме меня больше не увидит никто. Пока что. Подумала о здешних законах и загрустила.

- Боже мой, это восхитительно, - умилялась над самым сдержанным, как бы совсем повседневным, платьем Кремлина.

- Да, неплохо. Пока пусть будет так. Теперь, давай глянем, что у нас есть в арсенале ухода за волосами.

Я разложила платья на кресле, чтобы те не измялись окончательно, решив, что чуть позже решу проблему с вешалками и хранением гардероба. А пока мы с матерью подошли к столику, где лежали какие-то приспособления.

- Вот, - провела женщина в воздухе рукой, - это все для плетения волос.

- А для укладки? Что есть для красивой укладки?

- Укладки чего? – поинтересовалась озадачено мать.

- Волос.

- Укладки их в плетение?

- Нет, чтобы они красиво лежали в распущенном виде, - устала от постоянных пояснений.

- Так ходить нельзя. С распущенными волосами ходят лентяйки и заморажки.

- Понятно. Если тут моются только раз в году – летом, то понятно, - недовольно пробубнила я, - А какая самая частая прическа?

- Вот, - мать тряхнула своей головой, и две тугие косы колыхнулись.

Я скривила лицо. Возвращаться в детство, когда бабушка заплетала мне две косы с подбором так, что глаза закрывались с трудом, я не горела желанием.

- Тогда будем экспериментировать, пробовать и вносить новшества и тут.

Я взяла какой-то пуф, с трудом дотащила до столика, села на него и стала объяснять, как я хочу, чтобы меня заплела Кремлина. Женщина была очень понятливой. Она тут же подхватила идею, и под конец уже совсем ловко плела из моих светлых волос корзиночку с убегающей дорожкой к тонкой шее и заканчивающуюся хвостом, который по-хорошему, надо было бы завить большой волной.

- Ох, доченька! – всплеснула руками мать.

- Да, совсем молоденькая, - оглядела себя во что-то наподобие зеркала я.

- Так тебе и лет-то, совсем чуть-чуть.

Я еще раз осмотрела свое отражение, и поняла, что сморю на Стехану, а пытаюсь разглядеть себя. Я вижу свое отражение, которое могло бы быть. Тряхнула головой и вгляделась еще раз в отражение. На меня смотрела молоденькая, почти с девичьим лицом, девушка. Благодаря всем стараниям того дня, выглядела она куда лучше, чем утром. Мне стало грустно. Нестерпимо грустно, что все, что я достигла, что я смогла, что сделала, теперь кануло в лету. И как бы я своим воображением не рисовала себе себя прежнюю. Я стала другой. Совершенно не похожей ни одной чертой лица на ту Стефанию, что умерла совсем недавно в другом мире.

- Тебе плохо? Устала? – тут же почувствовала изменения во мне Кремлина.

- Нет, просто, видимо дома засиделась. Мне надо воздухом подышать.

- Ты только с владений не уходи. Чтобы не заблудилась.

- А у нас большие владения? – спросила с удивлением.

- Конечно. Я продала только дом и лавку отца. Он стоял на углу земель. Построила в глубине этот дом, и стала жить.

- А кроме земли и этого дома еще что-то есть?

- Конечно. Были еще рабочие помещения. Они закрыты очень давно. Но ваш отец строил хорошо, с душой, так что они сохранились.

- А далеко до них?

- Нет, если выйти и пойти прямо, ты в них упрешься.

- А ключ?

- Что?

- Как я их открою?

- Там дверь есть. Она слегка покосилась, но еще поддается.

- А замОк?

- А причем тут зАмок?

- Как я открою закрытую дверь?

- У нас на дверях нет запоров.

- Как это?

- А зачем?

- Чтобы никто ничего не украл.

- Не понимаю.

- Ну, чтобы не взял твоё кто-то, кому ты не разрешала, пока тебя нет.

- Это невозможно. За это Властитель подвергает карам. У нас давно никто ничего не брал.

Я впала в ступор. Вокруг меня Мир, где нет женщин, точнее их очень мало, нет воровства, лечатся волшебством, и вокруг летают Драконы. Чем меня еще могли удивить жители этих Земель?

Глава 9

Радигост

Я привычно вылетел на вечерний облет своих владений. Но день был непривычным. И вечер тоже оказался с заковыркой. Меня тянуло к дому Кремлины. Я не понимал, что я забыл там, зачем мне туда лететь, ведь я уже был там. И мой визит можно смело назвать странным. И я долго маялся в небе, пытаясь найти поводы лететь в другую сторону. Но вспомнил тот день, когда Стехана попала в беду. И тогда мои предчувствия оправдались. Вот и сейчас все-таки свернул к их угодьям. Издалека увидел маленькую женскую фигуру. Она двигалась очень быстро в сторону хозяйственных построек. Которые, насколько я знал, стояли без дела с тех пор, как умер муж Кремлины. Девушка стойко сражалась с осевшими дверями, и все-таки попала внутрь помещения.

- Вот, все у них хорошо! Зря переживал, - сказал сам себе внутренним голосом.

Развернулся и полетел дальше. Но в голове крутилась мысль: «Что юная девушка забыла в помещениях отца?». И чем дальше я отлетал от места, где теперь хозяйничала строптивая Стехана, тем больше вопросов у меня рождалось, тем больше мне хотелось унять свое разыгравшееся любопытство.

Но я не стал поддаваться странным порывам. Переключился на дела Земель. И все же, завершая свой облет, решил пронестись над знакомым наделом. Издалека заметил задумчивую девушку, что брела по заснеженным тропинкам. Она смотрела себе под ноги, и, наверное, о чем-то усиленно думала. Но тут она вскинула голову, и стала вглядываться в небо. Не знаю, что она увидела, но явно что-то страшное. Так как было отчетливо понятно, что она перепугана, мечется и визжит. Пришлось снизиться и обратиться.

- Ох, как чувствовал, что будет какая-то беда, - бубнил себе под нос, уже вышагивая к девушке с широко распахнутыми, удивительно красивыми глазами.

«Стерва»

- А-а-а, - голосила, будто не я сама, а кто-то другой, так как никогда не слышала такого голоса из своего горла, за все время пребывания здесь.

- Что опять у тебя случилось? – послышался требовательный мужской голос.

Мне было очень сложно взять себя в руки и как-то отреагировать на вопрос. Внутри меня бушевала паника. Казалось, что еще немного и меня просто разорвёт изнутри. И это чувство не давало покоя телу. Нужно было куда-то его деть, как-то унять, будто вечный двигатель поместили в меня и включили на полную мощность. Я нарезала круги по снегу, визжала, взмахивала руками, будто собираюсь куда-то лететь. И в одну минуту это прекратилось. По внутренним ощущениям это было сродни тому, что я с размаху на полном ходу врезалась в бетонную стену. Внутри от резко остановленной паники все оборвалось. Вскинула голову и уперлась взглядом в лицо Властителя. «Что-то зачистил Повелитель к нам», - тут же родилась мысль в голове. «Не к добру» - стандартная осторожность, что выработалась за годы работы наемным сотрудником в больших корпорациях, гласила – чем дальше и увлеченнее своим делом начальство, тем лучше, а если часто стали пересекаться – жди беды.

- Какая опять беда с тобой приключилась? – как у недоумка или человека с явными физическими или умственными отклонениями поинтересовался Радигост.

- Д, д, др, - только и могла вымолвить я.

- Что еще за др – пыр? Говори яснее! Я не могу тут весь вечер провести.

- Д-д-д-дракон, - кое- как выговорила это слово, которое звучит не так страшно, как выглядит наяву.

И если бы хоть кто-то еще месяц назад сказал мне, что я своими собственными глазами увижу настоящего дракона в небе, пролетающим надо мной, то этот человек бы сейчас лежал, ну, или уж точно стоял на учете в психоневрологическом диспансере.

- Я тебя слушаю, говори уже, что случилось?

- Дракон, - указала на небо и повторила еще раз причину моего ужаса.

- Приходи в себя, и нормально сформулируй, что ты хочешь, и можно без обращений, раз ты на нем застреваешь.

Я не поняла, о чем говорил мужчина.

- Дракон! – повторила еще раз и указала пальцем на небо у нас над головами.

- Да, я Дракон, и слушаю тебя. Что опять стряслось с тобой и почему ты в ужасе? Кто обидел?

- В каком смысле ты дракон? – выпучила глаза и уставилась, не мигая, на человека напротив, - Я только что, вот в этом самом небе, этими глазами видела, как надо мной пролетал настоящий, самый, что не наесть, живой и огромный дракон.

- Да? – с какой-то то ли усмешкой, то ли покровительственной осторожностью проговорил Властитель, - И какой он был?

- Я говорю правду! Я видела его! – понимая, что это звучит странно, но ни капли не сомневалась в том, что мне это не привиделось.

- Я не сомневаюсь в зоркости твоих глаз. Вот и спрашиваю, хорошо ли ты его рассмотрела? Какой он? – спокойно, с достоинством и величием поинтересовался Радигост.

- То есть… - стала понимать его слова, - Для вас не новость, что где-то в округе живет дракон?

- Что ты! Конечно не новость! Я тебе больше скажу, - наклонился ближе ко мне мужчина и от него странным образом вместо тепла от дыхания и естественной температуры тела, повеяло легким холодком, - здесь, в окрестностях живет не один, а целых Два, - выделил число, но тут же замялся, почесал подбородок, будто что-то соображая, а потом продолжил, - ну или если быть точным, то полтора Дракона. А еще есть Драконы у соседей. Поэтому, я и спрашиваю, как выглядел Дракон.

Информация, которая так спокойно была выдана мне, окатила холодной волной изнутри мое тело. И да, я видела дракона, но оставалась еще очень призрачная надежда, что мне все показалось. И этот человек мог как раз развеять страх, заверив, что это все мое совершенно нездоровое, разыгравшееся воображение. Но он сообщил, что дракон не один, а какое-то странное число, да еще и у соседей они есть. Воспоминания о разговоре с Кремлиной стали тоже всплывать в голове. Но я тогда не предавала значения ее словам. Видимо не веря им.

- Вы хотите понять, местный ли это Дракон развлекается или залетный? – поинтересовалась, зачем ему описание увиденного зверя, чтобы правильнее подать информацию.

Радигост нахмурил свои идеальные брови. И я залюбовалась ими.

- Вам Кремлина брови делает? – поинтересовалась зачем-то, не подумав, я.

- Что? – с раздражением и разочарованием рыкнул, каким-то нечеловеческим басом Властитель.

- Простите, просто брови у вас идеальные. От паники мысли скачут.

- Так что с Драконом? – уже без особого интереса, больше для порядка, призвал меня к ответу мужчина.

- Ох, дракон! Он был очень большим. Я бы сказала, огромным, - начала повествование я.

- Внушительных размеров, солидный Дракон? – переспросил с небольшой долей гордости, будто он испытывал причастность и радость, что такого рода животное живет у него на земле.

- Солидный? – не поняла, как можно к страшилищу применить такого рода эпитеты, - обычная страшная, чешуйчатая, огромная рептилия с крыльями. Я даже не могу сказать точно, что больше переполняет при встрече: отвращение или страх. – остановилась в повествовании. Пытаясь для себя самой разобраться в этом вопросе, - Хотя, знаете, наверное, паника – это как раз симбиоз этих двух чувств.

Мужчина изменился в лице, чуть отстранился от меня, выпрямляя спину и приподнимая подбородок.

- И что же, позвольте узнать, в этом благородном, сильном, красивом животном противного?

- Что? Да, все! Это же чешуйчатое, наверняка, склизкое, клыкастое, когтистое нечто. Да еще и огнем может сжечь.

- Огнем? Тут пролетал огненный дракон? – засуетился Радигост.

- А разве они не все огнедышащие? – вспомнила Змея Горыныча, так как на этом все мои познания в этой сфере заканчивались.

- Нет, конечно! Есть ледяные, огнедышащие, а еще земляные, водяные, но у нас поблизости их нет. Редкость.

- Это невозможно! – только и смогла выговорить.

- Очень даже возможно. Ну, так какого из них ты видела?

- Я не знаю. Надо мной пролетал серого, почти голубого цвета, большой, с мощными крыльями, степенным темпом полета, достаточно длинной шеей, и крупной выразительной головой дракон.

- Это Ледяной Дракон! – с обидой и неким пренебрежением кинул мне мужчина и развернулся, чтобы уйти от меня.

- Это значит наш? Ну, то есть, - пыталась сформулировать нормальный вопрос, но не получалось, - местный дракон?

- Ну, - посмотрел еще раз на меня Радигост, - можно и так сказать. Дракон свободное животное, и говорить, что он твой, по меньшей мере, неуважительно.

- А мне его надо уважать?

- А как ты думаешь? Как надо относиться к тем, кто тебя сильнее, могущественнее и старше?

- Может быть, есть какое-то правило, которое гласит, как надо себя вести в присутствии или в момент встречи с ним?

Радигост чуть-чуть замялся, а потом сказал:

- Конечно, - с легким прищуром произнес Властитель, - если ты в небе видишь, что Дракон облетает земли и заметил тебя, то опускайся на колени и склоняй голову.

- Это обязательно? – возмутилась я.

- Да, и Сама пойми, со склизким, клыкастым, когтистым громилой лучше не ругаться! – как-то опять самодовольно произнес Радигост и направился прочь от того места, где мы только что беседовали.

Конечно, спорить и мериться силами с огромным драконом, было бы очень нелепо и небезопасно. Но и традиция вставать на колени мне категорически не нравилась.

- Надо записать в блокнот для будущих дел – исправление этой нелепой традиции. Пришло время реформ. Надо приручать дракона, чтобы он был не наш, а мой, - тихо шепнула себе под нос. Надеясь, что меня никто не услышит.

Визуализация

Как вам Радигост в другом обличии? Какой нравится больше? Узнали бы красавчика?

Не забывайте подписываться на мою страницу, добавлять в библиотеку и комментировать, это поможет вам не потерять роман, и мне понять, что вам нравится.

Глава 10

«Стерва»

После всеобъемлющего страха пришло возмущение. Внутри прямо закипало все при мысли, что надо вставать на колени перед какой-то непонятной и для меня мифической тварью. Я еще немного прогулялась на свежем воздухе, чтобы уложить в голове все, что сегодня произошло. А укладывать было что. Один Дракон чего только стоил.

- Интересно, как его зовут? Или все к нему так и обращаются: «Дракон»?

Я не успела договорить, как очень низко надо мной пронесся огромный чешуйчатый зверь. От ветра, что образовывался от взмахов его крыльев, гнулись верхушки деревьев. Он летел низко и, как мне показалось, медленно. По крайней мере, когда я увидела его в первый раз, он передвигался куда быстрее.

- Устал что ли? – произнесла тихо я, прижимаясь к дереву спиной, так как стоять на ногах без поддержки не было никаких сил.

И в этот самый момент дракон обернулся, посмотрел прямо в глаза, и в голове пронеслась мысль о том, что на меня уже кто-то так смотрел. Но обдумать мысль я не смогла. Так как в этот момент зверь изрыгнул из себя какое-то странное голубое сияние, и тут же одно дерево оледенело. Дракон задел макушку когтистой лапой, и дерево раскрошилось, как крошится ледяная статуэтка.

- Оу, - только и смогла вымолвить я.

И когда уже мое личное открытие этих земель скрылось из зоны видимости, я вспомнила слова Радигоста о том, как надо вести себя при встрече с драконом.

- Интересно, это как-то отразиться на мне или матери? – спросила сама себя, не зная ответа, и не решаясь при этом спросить кого-то другого, чтобы не быть причиной паники.

- Стеша, - послышался голос матери, - дочка, замерзнешь. Пойдем в дом. Там Негорад вернулся.

При упоминании брата, сразу вспомнила о том, о чем размышляла в мастерских отца. И это было куда важнее для меня в тот момент, чем мифический зверь, пролетающий мимо. Стало понятно, что он теперь неотъемлемая часть мира, который стал моим, и надо будет как-то адаптироваться. Но дракон или скорее Дракон, для меня что-то далекое, если не сказать высокое, а вот хлеб насущный – близкое и ежедневное.

- Это прекрасно. Скажи ему, пусть идет ко мне в мастерскую. Я буду его там ждать, - обратилась к матери, и направилась в помещение, где лежали инструменты, - и пусть возьмет с собой свет. А то уже смеркается.

- Милая, отдохни. Нельзя так напрягаться, тем более после болезни. Завтра все обсудите. Это же не так важно.

- Как это не важно? Нам надо на что-то жить, как-то зарабатывать. И чем раньше начнем, тем лучше.

- Я побуду неделю дома, и опять выйду к Властителю на службу.

- Вот именно, нам надо за неделю наметить дела, начать их развивать и обдумать их перспективность и рентабельность. Чтобы ты вышла не на работу, а просто уволиться и отработать положенный при увольнении срок.

- Стехана! – удивилась, немного разозлилась и стала строгой мать, - Я все понимаю, ты не здорова. Но давай, думай немного о том, что говоришь.

- Я говорю дело! Зови братца, жду его.

Я не хотела препираться с матерью. Поэтому пошла к большому помещению с огромными окнами. Видимо тут со светом не очень хорошо. Поэтому и старались для работы добыть его максимально много природным способом. Благодаря большим окнам в помещении было не так темно, как могло бы быть в то время суток, что я там оказалась. А вот тепла там явно не хватало. Стекла стояли в слегка рассохшейся раме, поэтому в щели задувал ветер. Из-за отсутствия защиты от внешней среды находиться в помещении было некомфортно. Нашла в углу печку, она была похожа на камин, только закрывалась сеткой, была меньше, а труба отходила как от старой буржуйки. Попробовала ее затопить. Это оказалось несложно. Огниво, бумага и небольшое количество дров лежало рядом.

Взяла компактную скамеечку и придвинулась к источнику тепла и света. Протянула к камину-печке озябшие руки. И только в тот момент, когда небольшое покалывание стало расходиться по тонким пальчикам, я поняла, что руки просто окоченели. Осмотрела их. Кожа покраснела фрагментами, а какими-то местами наоборот стала бледной. Иссушение верхнего слоя был на лицо.

- Так, - тут же коснулась и кожи на лице, будто на ощупь я могла понять степень иссушения.

- Что ты делаешь? – окликнул меня молодой мужской голос.

Вздрогнула. Последнее время мужчины не говорят мне ничего приятного или выгодного.

- Я жду своего брата. А он долго идет. Вот, пришлось и печь самой растопить. Чтобы не окоченеть пока жду тебя.

- А зачем тут топить? Мать дома натопила, еду приготовила, нас ждет.

- Здесь без печки очень холодно. А перед тем, как пойти есть, надо поработать.

- Кто? – растерялся парень.

- Ты! – спокойно пояснила я, - и Я, конечно же. Распишем задачи на ближайшее время. И завтра утром уже приступим к их решению.

- Я не собираюсь работать!

- Тогда ты не женишься.

- Это еще почему?

- У тебя не будет выкупа.

- Стехана! – взвился братец.

- Нет, я Стеша, это раз, от громких звуков у меня болит голова, два. Запомни, чтобы я не сердилась, не зверствовала, надо чтобы я чувствовала себя хорошо – это три.

- Тебя сосватал Кареслав! И скоро свадьба! – процедил Негорад.

- Да? Я не заметила. Без меня меня женили? Ты видимо оглох. Я пойду только за того, кто даст выкуп вдове больше, чем за мать в свое время отдал отец. Твой друг готов?

- Прекрати дурить! – опять закричал парень, - Ты мечтала!

- Перемечтала. Представляешь! Вот ударилась головой, и сразу стало все понятно. Как жить, что делать, и куда бежать.

- Он ведь на коленях ползать не будет.

- А мне пресмыкающиеся и не нужны! Ну, разве что Дракон! – мечтательно проговорила свои самые амбициозные мысли, что с какой-то детской легкостью и игривостью влетели в мою голову, - Я бы полетала на нем.

- Ты чокнутая!

- Да, и заметь, ты со своим дружком в этим мне помогли. Так что давай, помогай сестре и в нормальных делах. А то пойду с глазами в кучке, растрепанными волосами по деревне и всем буду говорить, что сошла с ума. А помогли мне в этом брат и друг брата – Карислав.

- Ты не сделаешь так!

- Почему? Я замуж не хочу. И раз ты не хочешь зарабатывать на выкуп для себя, то и ты жениться, по всей видимости, не собираешься. Можно куролесить, приключения себе искать, сколько пожелаешь. Ты ведь пока только этим и занимаешься? А почему мне нельзя? Я тоже хочу. Вот смеху будет. Все вместе повеселимся.

- Я хочу жениться!

- Тогда надо начинать работать! А то тебе дом надо строить, деньги на выкуп зарабатывать.

- Как дом строить?

- Да, для начала на бане потренируешься! А потом и дом себе смастеришь. Но это все планы на будущее. Сейчас надо отшлифовать вот этот гребень так, чтобы он был гладким, как ледяная пластина.

- И все?

- Нет, конечно! Потом обсудим завтрашние дела. Ты читать-то умеешь?

- Конечно! – с обидой ответил брат.

- Ну, вот. Ты шлифуешь гребень, я пишу тебе задачи. Потом обсуждаем.

Было видно, что брат в душе психовал так, что готов был разнести в пух и прах всю мастерскую, но вместо этого пытался перебирать инструменты в поисках подходящих.

- Ты здесь бывал?

- Конечно! Я же парень. Отец меня еще совсем мальцом сюда принес. И я рос у его ног, играл в молотки. Потом сам мастерил себе игрушки.

- Прекрасно! Что с гребнем?

- Сейчас сделаю, - вытащил большой камень, небольшие напильнички и какие-то грубые тряпочки из большого ящика Негорад.

Честно, не ожидала, что этот повеса сможет разобраться в инструментах и что-то сделать руками. Приятно удивилась этому. И даже мелькнула гордость, как за настоящего брата, который превзошёл ожидания, возложенные на него. Но долго размышлять об этом не стала, взяла лист бумаги, карандаш и стала накидывать список дел на завтра.

- Держи! – как раз, когда я закончила список, протянул мне гребень брат.

- Неплохо, - привычно не нахваливая, приняла работу, - а у тебя руки тем концом вставлены, - осмотрев хорошо предмет, констатировала я, - Почему применять их не хотел?

- Я и сейчас не хочу. Это ты заставила.

- Вот и зря, дело, которое ты делаешь, любить надо, гореть им.

- Я этим делом не занимаюсь! – продолжал стоять на своем брат.

- Не занимался! – поправила настойчиво, - Раньше, когда ты был беспечен, неопытен и глуп, ты не занимался своим делом, не развивал его и не пытался встать на ноги. Но сейчас, когда в дом постучалась беда, ты прозрел и стал подумывать о своей жизни здраво и серьезно.

- Что ты говоришь? Какая беда?

- Обычная. Самая обычная беда в моем лице. И деваться некуда. Придется засучить рукава. И вот для чего: подбить окна тут, замазать все щели и трещины, перебрать инструменты - сделать перепись для чего нужны, в каком состоянии, подмести, убрать пыль, прочистить дымоход, чувствуешь, печь дымит. В общем, подготовиться к труду самим и помещение привести в рабочее состояние. Кстати, у тебя нет друзей, кто хотел бы поработать?

- Нашла дураков!? Кто же хочет работать?

- Вот видишь, какие друзья у тебя. Не друзья, а так, одна видимость. Подумай, нужны ли они.

- Совсем спятила? Мы с рождения дружим!

- У тебя теперь времени не будет на ерунду.

- Кто тебе сказал, что я буду помогать?

- Я сказала. И не помогать, а работать.

На этой неприятной для брата теме я встала, погасила печь, и пошла к выходу, прихватив гребень.

- Рукастый, засранец, - пробубнила себе под нос, разглядывая работу.

В доме нас уже ждала мать. Она тут же подбежала ко мне, стоило только зайти.

- Что? Где Негорад?

- Съела его! – почему-то огрызнулась я.

Женщина посмотрела на меня укоризненно. Помотала головой и пошла в помещение, что принято было называть кухней. Я поплелась за ней.

- Вот, - положила на кухонный стол гребень, - ты можешь гордиться своим сыном, даром что недоумок, мог бы быть толковым мастером.

- Стефа! – рассердилась мать, - нельзя быть такой высокомерной, грубой и категоричной.

- Женщинам наших земель не престало быть такими? – спросила с обидой и претензией.

- Вообще, любому человеку, в любом месте и в любое время не престало быть таким, - поставила на край стола тарелку с чем-то хозяйка и отошла от стола, скрестив руки на груди.

- Ты его защищаешь, - с раздражением бросила я.

- Конечно! Он мой сын.

- А я?

- А ты не сын, ты дочь, а ведешь себя как отец.

- Гены проснулись от удара по голове, - решила объяснить перемены в моем поведении, что так пугали мать.

- Не лучшее, что могло произойти.

- Откуда ты знаешь? Ты даже не знаешь, что будет дальше. А уже расстраиваешься. Ты научилась заваривать чай, в твоем сыне обнаружились таланты, а твои золотые руки завтра обретут славу. И это всего за один день. То ли еще будет! – потерла руки в задорном предвкушении я.

Мать в это время разглядывала гребень, гладила его. Расчесывала кончик своей косы.

- Мам, а в кого мы с Негодяем такие светлые? – обратила внимание на ее красивые волосы, но все же темнее, чем у нас с братом.

- Ты решила называться иначе, но Негорад ни о чем подобном не просил, так что будь добра, - пожурила меня женщина, а светлые вы в отца. Он был почти белым.

- От седины? – вспомнила, что он был старше.

- Нет, просто волос был такой светлый, что от солнца светился. Вот и вы унаследовали. Зачем ты брата напрягала? – помотала гребнем Кремлина.

- Не сломается, не переживай. Гребень нужен завтра будет, чтобы волосы хорошо расчесать, потому что не получится мыть их и маслом мазать. Сушить долго. А нам на рынок надо. Или где там у нас все покупают? Сегодня заплетешь меня специальным образом? Сладкое что-то есть у нас?

Дальше мы спокойно поужинали. А точнее поели в гробовой тишине, так как вернулся Негорад и всячески пытался продемонстрировать свое несогласие, усталость, обиду и много других негативных эмоций по поводу моих затей. Кремлина поначалу тоже вздыхала и сочувствовала, а к концу, видимо, устала. И после окончания трапезы отправила в приказном порядке старшего ребенка спать, будто ему мало лет и он неразумен.

- Когда вы будете жить мирно? – вздохнула женщина, завивая на веревочки мои пшеничные волосы, - и зачем мы устраиваем на твоей голове бардак?

- Это не бардак, это маркетинговый ход. Завтра ты будешь набирать заказы на гребни. Или край – послезавтра.

- Но гребни и так продаются.

- Да, но теми гребнями только волосы выдирать. А этим можно расчесаться.

- Твоя правда. Он очень удобным стал. Но пока не понимаю, как твои веревки в волосах помогут нам продавать гребни?

- Завтра, моя дорогая мамочка, все будет завтра! А сейчас спать! Я безумно устала, - поймала руку женщины и поцеловала, прижимая к щеке, ловя ее нежный и в то же время растерянный взгляд в зеркале.

Уснула я тогда быстро. Можно сказать, провалилась в сон.

Глава 11

Радигост

- Властитель, - вошел ко мне в кабинет дядя.

Я точно знал, что сейчас пойдет речь о том, о чем я бы не хотел говорить. Мой старший родственник делал так всегда. Для начала пытался расположить меня к себе, выказать максимальное почтение и согласие с моим статусом, с тем, что в этих Землях принимаю решения только я по праву рождения. Но только он всегда не учитывал тот факт, что такое работало только с нашими соседями. Это они, так же как и мой дядя имели чувства, в их груди билось горячее пылкое сердце, которое зачастую затмевало разум. А вот со мной это плохо работало. Разве что на заре моей юности.

- Ты опять забыл, Леонорий, что я – не ты. У меня нет мании величия, - начал было я привычный ответ на его подхалимство.

Но в этот самый момент вспомнился прошлый вечер, когда Стехана испугалась меня в обличии дракона. «Что это было, если не тщеславие?» - мелькнула мысль. «Надо встать на колени» - вспомнились слова, что я сказал девушке. А ведь никто не вставал никогда передо мной на колени. Зачем мне это от нее?

- Она есть у всех, даже у тех, у кого сердце спит. Когда-нибудь оно у тебя проснется. Как у твоего деда. Да и отец твой под конец своей жизни тоже был не так холоден. Ты думаешь, как они погибли с твоей матерью?

- Я чего-то не знаю? – удивился, и тут же переключил внимание от несносной девчонки к собственным родственникам.

- Да, я бастард. И если бы твоя мать не узнала, что твой отец пошел по стопам твоего деда, и не воспылала гневом, то у тебя тоже мог быть брат не совсем Ледяной дракон, ну или сестра.

- Ты хочешь сказать, что отец изменил матери?

- Твой отец тоже смог полюбить.

- Мать узнала?

- Да, и решила расправиться с соперницей, обратилась в дракона, и…- запнулся рассказчик.

- Слушай, если ты решил поведать мне историю, то говори нормально, не заставляй меня выуживать у тебя все по фрагментам.

- Твой отец почувствовал неладное, отправился к любимой и застал твою мать как раз за расправой. Ярость и боль затмили его разум. Он сцепился в серьезном бое в небе с твоей матерью-драконицей. Силы были равны. И они оба погибли.

- Но, - тут уже запнулся я, - а как же история про вторжение иноземных драконов? Они погибли, защищая наши Земли! – начал кричать на Леонория.

- Это легенда для всех. Чтобы не было паники. И так в соседних Землях говорят о том, что род Ледяных Драконов проклят. И это проклятие перенеслось на все Земли, и даже на соседей, поэтому такой кризис сейчас везде.

- Кто говорит? – заорал что есть мочи.

- Народ, соседи, да Все.

- И в чем же проклятие?

- Не знаю. Никто не может точно сказать. Но согласись, есть закономерность.

- Какая?

- Как только ваше сердце оттаивает, как только в нем поселяется любовь, так Дракон умирает. Род твоей матери прерван, род твоего отца тоже.

- Он не прерван! Я! Слышишь, есть я!

- Ты единственный Дракон. Это слишком мало.

- А ты?

- Я бастард.

- И что? Ты тоже дракон.

- Наполовину.

- Нет, ты на половину Ледяной. Но то, что ты Дракон неоспоримо.

- Я не продолжу род, - в голосе дяди сквозила боль и отчаяние.

- Это еще почему?

- Я бастард, бастард, - орал так, что стены тряслись в каменном замке.

Пыл и удаль моего родственника каждый раз утверждали безоговорочную драконью сущность. Но я понимал, что Ледяные Драконы остались в прошлом, а кланы других Драконов слишком тщеславны, чтобы родниться с бастардом. Он не сможет официально взять в жены Драконицу.

- Пришло время определяться. И ты должен понимать, что не только твое счастье зависит от брака, но и судьба рода, твоих Земель.

- У меня еще есть время! Я не готов.

- Ты должен спасти от голода своих людей, продолжить род и укрепить границы. Женитьба на Зимане будет спасением.

- Чьим? – опять заорал, что есть мочи, так как подобные перспективы злили меня и ввергали в отчаяние.

- Это будет выгодно всем.

- Я так не считаю.

Чтобы закончить разговор, решил выйти на балкон. Внутри бушевало странное чувство. Я понимал, что приближается время выбора своей супруги. Но был к этому не готов. Я совершенно не представлял, как может существовать рядом со мной кто-то женского пола. И что эта кто-то будет еще и некрасивой. Мы, Ледяные Драконы, были обделены чувствами, нам не были свойственны пылкость, влюбленность, страсть, но разум, расчетливость, выгода, чувство прекрасного были развиты в нас хорошо. И если я не люблю свою избранницу, то хотя бы чувство восхищения я должен испытывать.

- Что происходит? – обратился я к дяде, который, как и всегда, не хотел отступать от намеченного, и вышел на балкон вслед за мной, но стоял поодаль.

- Народ волнуется. Я говорю, время очень опасное. Нужны кардинальные меры. Подготовка к свадьбе, ожидание наследников – все это развеселит людей, вселит в них надежду на будущее. Они будут уверенны в своем Господине. Будут знать, что власть его незыблема. Что род продолжается.

- Грядет голод, а ты про свадьбу говоришь! Пир во время голода? С ума сошел?

- Это государственное событие. Радость, а на нее не жалко людям ничего. Вот увидишь, как преобразятся наши люди, когда будут готовиться к торжеству.

- Это исключено. В голодный год такое устраивать я не буду. Вот решим проблемы с продовольствием, и буду думать о себе.

- Ты только о себе и думаешь! Так Властитель себя вести не должен, - взвился дядя.

- Я все сказал. Ты знаешь, что мое слово непоколебимо. Узнай, что происходит в деревне. И доложи мне. Живо! – нашел, чем занять родственника, чтобы отвлечь от моей личной жизни.

«Стерва»

Утром, проснувшись достаточно рано, начала приводить себя в тот порядок, который считала нужным. Надела на себя нарядное, благодаря вчерашним стараниям матери и моим идеям, платье. Уложила брови, подвела их коричневым мелком похожим на восковой. Он нашелся на столике с зеркалом, который я очень тщательно исследовала в то утро. Постаралась распушить ресницы. Распустила волосы, уложила их красивыми волнами, чуть прихватила каким-то грубым гребешком.

- Вот и расчёска пригодится, - положила отшлифованный гребень в карман.

В зеркале отражалась очень интересная девушка. И оценивая ее целиком, можно было честно и прямо казать, что она была красоткой.

- Кто устоит? Никто. А кто захочет быть такой же? Самые умные, а чуть погодя и остальные подтянутся, - подмигнула самой себе в зеркале.

Я постепенно стала привыкать, что эта молодая, красивая, но еще не до конца сформировавшаяся как женщина, девушка – я.

- Дочка, - в дверном проеме появилась мать, - ты проснулась? Завтрак готов. Можем поесть и выдвигаться.

- Да, надо раньше закончить дело с базаром, потому что на сегодня у меня много дел.

- Давай, помогу тебе заплестись! – прошла внутрь комнаты женщина.

- Я уже все сделала! – спокойно, но максимально уверенно оповестила я.

- Как же? – Кремлина разглядывала с недоумением мои локоны.

- Это моя прическа. Так я пойду сегодня на базар.

- Так не подобает ходить!

- Почему же?

- Так не принято!

- Кем?

- Не принято, и все тут, - стала настаивать женщина.

- Вот у кого не принято, те пусть и не ходят. Я голодна, и тороплюсь. Давай не будем припираться. Просто посмотри на меня не предвзято. Красиво же?

Кремлина осмотрела меня, обошла вокруг. Отошла подальше, приблизилась, потрогала волосы, потом пригляделась к бровям.

- Ты выглядишь, как иноземка.

- Ничего. Пусть привыкают, - улыбнулась мягко женщине и направилась в кухню.

Там я быстро позавтракала. Удивительно, но завтрак сегодня был куда более приятным, а главное традиционным – яйца. Перекусили с матерью и отправились на базар.

Как и обещала взрослая родственница, было максимальное внимание моей персоне. Меня разве что руками не трогали, чтобы разобраться, живая я и не мерещится ли им это.

- Я говорила, что люди будут взволнованы.

- Ничего, пусть поволнуются. Это не вредно, - доставая из кармана гребень, стала чуть приводить в порядок волосы.

Молодые красавицы, как завороженные следили за моей рукой с гребнем. Они поражались, что он не застревает у меня в волосах, а расчёсывает их. Затем мы зашли в просторный павильон. Там очень приятно пахло древесиной и льном. На длинных прилавках лежали ткани, тесьма, всякие ленточки. На стене весели, как халаты на крючке платья нижние и верхние. Все они были одного фасона, цвета и качества материала, из чего были сшиты все изделия.

Молодые девушки, которые находились в здании не сразу обратили на меня внимание. Поэтому пришлось снять шкуру, которая была накинута поверх платья, над которым трудились мы с Кремлиной.

- Ах, - послышался, наконец, первый восторженный вздох.

- Стефа, - обратилась ко мне шепотом мать, - Что нам надо здесь?

- Это не нам, дорогая мама надо, это нужно этим молодым девушкам, - почти сквозь зубы процедила я и опять достала гребень.

- Смотри, - самые смелые стали говорить друг с другом громче, - у нее волосы как у лошади грива, блестят, - не самые лестные для меня комментарии начались, но что поделаешь, если ассоциации такие рождаются у потенциального клиента.

- И не застревают в гребешке, - отозвалась подружка тихо.

- Ох, а на голове, видишь?

- Вижу.

- Ох, мама! – театрально и очень громко начала представление я, - Что там у меня с волосами? Что на голове? Посмотри! Если там кто-то сидит, то пощади, сними с меня молча, ты же знаешь, как я боюсь мелких гадов.

- Дочка, у тебя все в порядке, - непонимающе отреагировала Кремлина.

- Но я слышала, точно слышала, что кто-то шептался из присутствующих о моей голове.

- Не обращай внимание! Я… - хотела, видимо, напомнить мне мать о том, что выходить так из дома не стоило, но ее прервали.

- Простите. Мы просто не сдержали восхищения, - первые самые смелые и честные девушки подошли и начали разговор.

От того, что они сделали этот шаг, признались, осознали свои чувства и не затаили их, а решили удовлетворить любопытство, мне они стали симпатичны.

- Мной? – удивилась как можно натуральнее я.

- Ваши волосы, одежда такие потрясающие! Мы не можем оторвать глаз от вас.

- Спасибо, дорогие девушки. Но тут нет ничего особенного. Просто надо стараться следить за собой. Хотя бы расчёсывать волосы.

- Но они цепляются. Рвутся, - тут же стали выдвигать аргументы собеседницы.

- А вот если попробовать этим? – вложила в руку одной из девушек гребень и провела ее же рукой с гребнем по моим волосам.

Глаза девушки округлились. Она была готова визжать от восторга, наблюдая, как расчёска спокойно проходится по волосам.

- Я хочу такой же, - прижала руку с гребнем к сердцу и обхватила другой рукой.

- Тогда приходи завтра, ты же знаешь, где живет Кремлина? Я ее дочь Стеша! – силой вытащила гребень из рук девушки.

- Да, знаю! Конечно, приду.

- Только имей в виду, что гребень стоит денег! – сразу обозначила вопрос с деньгами.

В этот момент моя собеседница сникла.

- А сколько стоит он?

- Сколько стоит обычный гребень на рынке? - наклонилась в уху Кремлины и спросила важную для меня информацию.

Женщина сказала стоимость одного гребня, я ее умножила в уме на три, и назвала цену, за сколько готова их продавать, девушке.

- Дорого! – тут же вступила в диалог подружка.

- Я не заставляю брать. – положила гребень в карман, и сделала вид, что выбираю ленты.

Кремлина затихла и наблюдала за тем, что происходит. Как только девушки ушли, за ними потянулись и другие молодые красавицы к выходу. Они оглядывались на меня, шушукались. Когда павильон опустел, поинтересовалась у матери:

- Где можно купить гребни? И попроси хозяина оповещать о поступлении товара. Как только завезут ленты и другую красоту, чтобы он сообщил.

- Зачем?

- Чтобы красивые и новые ленты были только у нас. А пока пошли за гребнем! Нам его еще Негораду отдавать на доработку.

- Ты думаешь, что они придут? За такую цену не купят! – уверенно и спокойно ответила мать.

- Я не буду спорить, но они придут, и купят, и еще радоваться будут. Так что давай купим два гребня, да домой поспешим, а то их еще обработать надо, а это время. Да и Негорад неизвестно в каком настроении, а то вдруг ещё умолять придется.

Кремлина посмотрела на меня скептически, но не стала переубеждать. Просто повела домой, но по пути зашли в одну лавку и купили два гребня, по количеству смелых подруг, что стали только началом нового красивого Мира в этих Землях.

Глава 12

«Стерва»

Как только мы дошли до дома, была сильно удивлена, так как Негорад был в мастерской. Он перебирал и переписывал инвентарь.

- Окна починил? – спокойно поинтересовалась у парня.

- И тебе добрый день, сестренка, - так же спокойно отозвался брат.

- Добрый день. Ты не убрался, окна не починил! – включила строгую начальницу.

- Да, потому что я взялся за то, что ты выполнить не можешь, так как не знаешь какой инструмент для чего и в каком виде он должен быть. А вот уборка, починка окон вполне по плечу девушке. Я старший, я мужчина, и я не буду парнем на побегушках у тебя, если ты так думаешь, то пошла вон из мужской обители! Будь ты тысячу раз умнее, никто законы наших Земель не отменял.

- Проснулся хозяин в тебе? Странно, что же он спал до этого момента? Мастерская скоро рухнет от того, что никто в нее не заходил и ничего не делал.

- Я все сказал Стехана! Или мы на равных, или уходи! Это мужское дело, оно по женской линии не передается.

Разговор с братом сильно резанул по самолюбию. Я не привыкла к партнерству. Привыкла к полному подчинению мне, рассчитывать только на себя и все непрестанно контролировать.

- Вот два гребня! – положила покупку на стол, - Завтра за ними придут девушки. Я их им продам.

Парень встал со стула, на котором перебирал инструменты, обтер руки об какую-то ветошь, и нагнулся над столом. Долго вглядывался в гребни, и заявил мне.

- Ты завтра отдашь только один гребень.

- Как это? Нужно два. Один гребень в день – слишком маленькая продуктивность, ты на свадьбу долго копить будешь.

- Я ценю свой труд и не хочу позориться. Будет готов только один гребень. А этот, - Негорад взял один из гребней и выбросил в ведро со сломанными инструментами, - брак. Из него можно только щепу для печки сделать.

Я посмотрела на ведро, тут же взяла оттуда материал, признанный браком. Очень расстроилась. Ведь уже с самого начала пошли повышенные расходы.

- Так, раз ты тоже не дурак, и вон как в бизнес семейный втянулся, будем работать вместе и стратегию строить, - подвинула еще один стул к большому деревянному столу, где брат разложил инструменты.

Негорад был очень серьезен, но больше не пылил, не пытался воевать.

- Я материал не выкидываю, - положила на стол бракованный гребень, - это образец ошибки, и надо его отработать. А потом он пойдет на щепу, раз только на это годен, но ресурсы мы используем максимально.

- Из-за вот этих сучков, - показал ребром гребень брат, и я сразу заметила, что он идет волной, из основания выпирает коричневый бугорочек, зубчики топорщатся, - гребень неровный. И ничего ты с ним не сделаешь. Волосы рвать он будет из-за расстояния, которое разное между зубьев, и его не выправишь.

- Я вижу, - мотнула головой в сторону гребня в руках брата.

Взяла хороший, поднесла его к плохому и сравнила. Это было как небо и земля. Хотелось стукнуться головой об стол. Как я могла так опростоволоситься. Где была моя деловая хватка?

- Не расстраивайся! – нежно сжал мою свободнолежащую руку на столе брат, - все знать и уметь просто невозможно.

- Так заметно? – тут же поинтересовалась, насколько у меня получалось держать лицо.

Этим навыком в прошлой жизни я владела в совершенстве, а здесь, видимо, утратила эту способность.

- Заметно, но это тебе даже на руку. Хоть что-то женское в тебе все же есть.

- Кремлина сказала, что в этом мире не имеют дел с женщиной. Зачем мне культивировать женское?

- Дурная, хоть и умная, - пожурил меня брат, - парнем ты не станешь, для этого есть я, а есть сферы, где только женщина может устроить дела. И только женским поведением.

Я сразу сравнила свой мир с этим и провела параллель с ведением бизнеса через пастель, и уже было хотела взорваться. Но брат меня опередил.

- Как ты нашла девушек, которые должны прийти завтра?

- Показала им, что быть красивой просто и очень приятно.

- Вот, - протянул мне испорченный гребень брат, - Я так трясти волосами и восхищать не смогу. И честно, никогда не думал, что и ты можешь. Ты всегда была серой, нелюдимой, я и не замечал, какая ты красивая. Просто невероятно. Правильно, не нужен тебе бабник Кареслав. Хоть и друг он мне. Такой умнице и невероятной красавице нужен такой, как наш отец.

- А почему он умер?

Брат пожал плечами. А потом задумался и напрягся.

- У нас эта тема не так уж популярна в семье. Мать не говорит об этом.

- Тайна? - с заговорческой интонацией спросила у брата.

- Видимо! – согласился со мной он.

- Интересно! Очень люблю разгадывать тайны. А ты?

- Я не очень, - осторожно поведал мне парень, - бывает так, что чем меньше знаешь, тем лучше спишь.

- Какой ты скучный, - хлопнула по столу, и загорелась энтузиазмом разузнать о смерти отца.

- Больше не покупай заготовки сама. Я буду покупать, - сообщил мне брат, - Ты в древесине не разбираешься.

- Надо договориться, с поставщиками древесины. И самим делать все циклы изготовления гребня.

- У нас нет инструментов для этого, - пнул ведро со сломанными железками брат.

- Ух, - посмотрела под ноги, - путь будет медленный. Но придется пройти его.

- Ты всегда была такой торопыгой, - обнял меня нежно брат, - тебе все надо было быстро, немедленно.

- Я хочу, чтобы мать ушла от Радигоста. Не надо ей работать у него.

- Почему?

- Не нравится мне это. Пусть лучше нам помогает.

- Работа у Властителя выделяет людей из прочих сельчан. Дает статус, если хочешь. И дает дополнительную защиту. Мать не уйдет с работы. Она одна, ее некому защитить. А Дракон очень трепетно относится к своим людям, кто работает в замке. Если бы мать не служила ему, Дракон не пришел бы тебя исцелять, а волшебник не справился бы. Тебя бы не спасли. Понимаешь? – с ужасом и огромной любовью в глазах обратился ко мне брат.

- Делов-то, - отмахнулась от нахлынувших странных чувств, - никто бы тебя сейчас работать тогда не заставлял. И нашел бы все равно как женилку свою пристроить.

Брат меня нежно обнял, поцеловал в макушку.

- Ты хоть и заноза знатная, но я тебя очень люблю, сестричка, - проговорил Негорад, зажимая меня сильнее.

Подступили слезы, и от сдавливающих движений брата, вырвались наружу. Шмыгнула носом. Внутри стало так тепло, радостно, и захотелось рыдать и смеяться. Поняла, что в своем мире я таких эмоций не испытывала, но очень в них нуждалась. И то ли душа сроднилась так с телом, то ли все события породили во мне эти чувства, но я призналась в том, что было и у меня на душе.

- Ты тоже не подарок, но я вас с мамой очень люблю. Мы с вами таких дел наворотим!

- О-о-о, не сомневаюсь, - рассмеялся Негорад.

- Подожди, а как меня исцелял Дракон, я только помню Радигоста? – дошли с опозданием все слова брата.

Парень хлопнул себя по лицу рукой, и взвыл.

- Откуда у матери столько терпения с тобой? Я не могу объяснять тебе очевидные вещи. Радигост – Дракон. Он Властитель земель. Есть еще его дядя – Леонорий. Он тоже дракон, но какой-то не такой. Ну, или так говорят, по мне так очень даже нормальный огромный дракон.

- Значит Радигост и есть та огромная ящерица с крыльями, извергающая синее сияние?

- Да, - непонимающе уставился на меня брат.

- И вы когда видите его в небе встаете на колени и склоняете голову? – уточнила церемонию приветствия.

- Нет, ты чего? Радигост очень мудрый правитель. Он такой ерундой не занимается. Я слышал, что в землях Огненных Драконов или Земляных, не помню точно, так заведено, но в роду Радигоста таким не страдали. Он каждый вечер облетает владения, или это делает Леонорий. Они контролируют свой народ. Но мы уже и не обращаем на Дракона в небе внимания.

- Ах, вот оно что! – внутри закипала лава, и если бы Ледяной Дракон в этот момент попался мне под руку, то выплеснула бы ее на него, превратив из льда в мокрую лужицу, - Видимо у Радигоста чувство юмора специфическое, - процедила я сквозь зубы.

- Нет, у него нет чувств. Он же Ледяной. Сердце ледяное. Чувства замороженные.

- Видимо не только сердце, но и мозг.

- Что? – не понял меня брат.

- Не важно, спасибо тебе, что поясняешь совершенно обыденные вещи, я тебе благодарна, - обняла парня, в знак признательности и терпения.

- Ну, наконец-то, - радостный голос матери застал нас врасплох, - мое сердце сейчас лопнет от счастья.

«А мое от негодования по поводу вашего Дракона», - чуть было не вырвалась мысль. Но вместо разговоров, Кремлина подошла ближе. Ее глаза блестели слезами, а на губах играла очаровательная улыбка. Тут же переключила внимание на момент, в котором находилась. И притянула женщину к нам в объятья. Было так здорово. Так тепло. Кремлина и Негорад смеялись, и я отвлеклась от мыслей о Драконе, но не забыла.

Радигост

После разговора с Леонорием окунулся в дела. Это отвлекало от мыслей о женитьбе, но они фоновым режимом обдумывались в моей голове. Что-то внутри сильно противилось, но мозг все же стал соглашаться с тем, что дядя не так глуп и его стратегия имеет под собой логическое обоснование.

- Драконы до смерти способны дать потомство. Не опоздаю. А традиция, заведенная в роду, не факт, что очень продуктивная, раз мы с дядей единственные его продолжатели, - все-таки пришел к выводу я, - голова куда продуктивнее того, что между ног болтается в решении проблем. Будем искать решение головой.

Только я себя успокоил. На пороге появился тот, кто это беспокойство посеял – дядя.

- Уговариваешь себя? – печально произнес он.

- Я не хочу создавать новые проблемы вдогонку к старым, вот решим проблему, буду выбирать себе жену.

Дядя погрустнел, потом взял себя в руки и продолжил.

- Ты просил узнать причину волнений. Некая Стехания взволновала женскую часть населения своим видом.

- Что? Что она такого сделала?

- Не знаю, не успел увидеть, но все молодые сельчанки болтают без умолку, крутят мозг своим мужчинам, отцам по поводу каких-то новых способов ухода за собой.

- Этого еще не хватало! – стукнул себе по лбу я, - мало было нам проблем, еще эта заноза вылезла!

- Ты знаешь ее? – удивился Леонорий.

- Это дочь Кремлины. Я ее исцелил. Она вон видишь, как вернулась к жизни!

- Может, - выдохнул родственник, - это даже к лучшему, отвлечет народ от настоящих проблем. Будут заниматься ерундой, не заметят, что есть нечего.

- Не смешно!

- Какой смех? Скоро только и останется, что плакать.

- Мяса у нас в избытке. И с овощами решим.

- Ну, ты правитель, ты и решай.

Глава 13

«Стерва»

Весь оставшийся день Негорад занимался инструментами, я заделывала окна, мама помогала нам с мусором. Дымоход брат почистил еще утром, когда мы были на базаре, поэтому в мастерской было к вечеру чисто, тепло и уютно.

- Давай теперь решим, что будем продавать! – взяла листок бумаги и карандаш, чтобы записывать идеи.

- Может, в дом пойдем? И так весь день провели в мастерской, - предложила Кремлина.

- Нет, - в один голос отозвались мы с братом, - на рабочем месте лучше думается о работе, - пояснила я.

- Силы Волшебные, какие вы стали вдруг деловые, - усмехнулась мать и все-таки вышла из мастерской.

- И так, накидываем бизнес план, - с энтузиазмом взялась за карандаш я.

- Давай, но для начала, может, определимся, что умею я, и что умеешь ты? – выдвинул здравое предложение брат.

- Я умею продавать, вести бюджет, создавать и вести проекты, быть красивой, - начала бодро перечислять я.

- Красивой быть для брака полезно, а ты уперлась, - перебил меня парень.

- Почему это только для брака? – возмутилась тут же я, - Ты ошибаешься. Я могу быть лицом нашей компании. Вот завтра придут девушки, почему? Уж явно не потому, что я замуж собралась. А потому, что я была просто умопомрачительно хороша.

- Кстати! – тут же включился брат, - ты просила два гребня, а один в печи дотлевает. Что делать будем?

- Ничего. Завтра придут две девушки, а получит гребень одна.

- Вторая обидится.

- Ничего подобного. Договаривалась одна со мной. Просто я знаю, что придут обе. Но получит та, что договаривалась. А вторая почувствует дефицит. И больше ценить будет. Мы ее в очередь запишем.

- Куда? -удивился брат, - в очередь за гребнем?

- Да их в лавке куча лежит. Какая очередь?

- Лежит, конечно, лежит, да пользоваться ими не возможно. Без волос останешься.

- Ничего, я чешу, нормально.

- У тебя длина маленькая, да волосы жирные. Их даже маслом не надо мазать, чтобы расчесать.

- Нормально у меня всё! – возмутился брат.

- Ага! – подмигнула я парню, а у самой зародился план.

Всю ночь я мастерила мыло, дорабатывала рецепт, чтобы он получился мылким. Добавляла взвары и масла, чтобы было еще и ароматным. Утром ни свет, ни заря растолкала брата.

- Ты чего так рано встала? – бурчал недовольный Негорад.

- Я еще не ложилась!

- Ты с ума сошла? После болезни и спать отказываешься! Мать знает? – стал еще и отчитывать меня.

- Тебе не кажется, что мы переросли возраст, когда мамке друг на друга жалуются? Я пока лежала после исцеления, выспалась на год вперед. Да и скоро покупатели придут. Надо подготовиться! – указала на стол, заставленный всевозможными склянками, банками с непонятными жидкостями.

В печи закипал котелок с водой для чая. Рядом стояли пустые ведра, их я опорожнила за ночь, пока занималась изготовлением масок для волос и мыла.

- Что это? – удивился парень, протирая спросонья глаза.

- Это еще товар, которым будем торговать. Ведь волосы требуют тщательного ухода, а не просто расчесывания. И вот остальным, кто придет за гребнем без договоренности, это мы и продадим. А ты пока пойди воды принеси. Нам тебе потом голову смывать, - указала на ведра взглядом.

- Что делать с головой? – не понял братец.

- Мазать, стричь и вымывать. А еще и бороду сделаем шикарной. Я ножницы нашла! – меня взял такой азарт, что сама себя стала опасаться, но виду парню не подала.

- А ты умеешь? – стал сомневаться в моей затее Негорад.

- Конечно! – заверила его.

А сама подумала о том, что когда-то все не умеют, но потом попробуют и понимают, что и как делается, так и учатся. Но брату об этом знать было не обязательно. Ему завтра не под венец, так что ничего плохого не случится.

- Не нервничай! Сейчас аккуратно подровняем, - успокаивала брата, который ерзал на стуле и очень нервничал в то время, как я орудовала ножницами у его лица.

Оказалось, что стричь бороду и волосы так, чтобы это выглядело презентабельно и захотелось так же, очень сложно. Вспомнила парикмахеров, с которыми постоянно ругалась из-за финального ценника. И признала, что тут есть за что заплатить. И учиться есть чему. Но обратной дороги не было. Мне надо было закончить и, желательно, так, чтобы меня не убил Негорад, а девушки, что придут покупать гребень пищали от восторга.

- Мне кажется, что ты не умеешь! – вдруг дошла истина до мозга моего брата.

Вообще не понимала, как он мог сесть и отдать свое лицо в руки сестры, которая все время была у него на глазах, и я не думаю, что он видел ее с ножницами в руках? Эх, доверчивые мужчины. Но сегодня мне это было на руку.

- Красота требует жертв! – выдала привычную для своего мира поговорку.

- Чьих, - почти женским голосом завизжал парень и стал еще больше дергаться.

- Прекрати мне мешать и истерить! Иначе, - пощелкала перед носом зловеще лезвиями ножниц, - жертва будет твоя!

- Мы так не договаривались! – зарычал низким басом Негорад.

«Интересно, он умеет петь?» - зачем-то подумала я. И ничего не отвечая, продолжала то дело, что опрометчиво начала. Было очень сложно. Но потом и даже своей кровью, так как порезала нечаянно свой палец, я завершила работу над преображением брата.

- Вот! – выдохнула с облегчением, чем дальше и больше я смотрела на него, тем больше мне нравился результат.

- Силы Всевышние! – удивилась мама, когда вошла в кухню и увидела то безобразие, что мы там творили.

В какой-то момент мы стушевались. Будто дети, нашкодившие, и ожидающие своего наказания.

- А, - обошла своего сына женщина, - Ты знаешь, тебя не узнать. Я думала только Стехана у нас красивая, а ты тоже очень даже хорош собой.

- Вот! Накопишь выкуп, да еще внешностью очаруешь, и первая красавица села сдаст свои бастионы, - похлопала по плечу брата.

- Ты шутишь? Она никогда за меня не пойдет, - с печалью ответил брат, и я поняла, что как раз хотелось бы ему именно этого.

- А что ей помешает? – сделала вид, что не особо интересно, но все-таки спросила.

- Она сохнет по Кареславу, как и все девчонки села. У Кареслава отец состоятельный, сам парень красив, залихватский, вон какой. Дом у родителей большой. Пока Кареслав не женится, все девочки будут сидеть и ждать. Никто не даст согласия.

- Даже так? – рассмеялась так, что чуть не лопнула, - значит, ты хотел двух зайцев убить! – не спрашивала, а констатировала я.

- Каких еще зайцев? Зачем мне эти бестолковые звери? – стал злиться брат.

- Не такие и бестолковые. Их шкурки выгодно подчеркивают свежесть и молодость юного лица молодой девушки. Особенно белый мех. Серый уже не так, - усаживая брата обратно на стул, начала я, - Разве не шьют шапки и варежки из этого меха? – поглаживала по плечам, чтобы он расслабился и отвлекся, - вот еще одна идея. Мама, ты умеешь кроить мех?

Женщина только мотнула головой.

- Вот, сколько месяцев у нас зима?

- Почти все время, лето кроткое, - отозвалась Кремлина.

Хозяйке явно не нравилось, что без ее ведома, что-то творилось в ее вотчине. Она стала сдвигать бутылочки к краю стола, взяла в руки миски, где оставались остатки масок и мыла.

- Это что? – протянула она их мне.

- Это для брата! – зачерпнула много жижи из яиц и масел рукой и тут же втерла в макушку Негорада.

- Эй, ты что делаешь! – завопил он.

- Я, разрабатываю план твоей женитьбы, причем более жизнеспособный, чем за дешево сбагрить умную сестру за красивого друга. Мы из тебя сделаем красавца, а другие будут завидовать и покупать эти средства, что принесет нам еще и богатство. И уже не Кареслав будет выбирать невесту, а ты. И дом тебе отдельный построим. Вон сколько земли у нас. Разведем кроликов, построим дом. Жене твоей будет вольготно. Что лучше, жить с родителями мужа, пусть и в большом доме, или отдельно по соседству, чтобы мать помогала с детьми?

Лица Кремлины и Негорада вытянулись. Они обдумывали мои слова и их глаза зажигались каким-то ненормальным восторгом. А мне было на руку, что в этом доме, эти люди в меня верят и поддерживают. Значит, будет все хорошо. Значит, все получится. Построим, разовьем, все осилим.

- Только для начала мне отдельный дом построим, а то ты на радостях женитьбы будешь занят не моими проблемами. Так что, для начала дом для меня. Потом уже тебе. А то я знаю счастливых людей, ничего потом не дождусь.

- Стеша, дочка! Почему ты не хочешь замуж? Тебе не нужен дом. Тебя муж заберет, - стала максимально ласково со мной разговаривать мать.

- Я не сумасшедшая, не надо таким тоном, - скуксила лицо, демонстрируя свое недовольство, - Не нужен мне никто, любви нет, и все остальное глупости. На себя надо рассчитывать, для себя жить! И тогда все будет хорошо.

- Это ты из-за Кареслава так? – удивился брат.

- Вот еще! – весьма правдоподобно ухмыльнулась.

Да и правдой было это. Кареслав был не причем. Всему виной была моя прошлая жизнь, где мне доходчиво объяснили, что сердцем жить нельзя. Его сломают, искалечат, потом не соберешь. Хотя… сломать можно только раз. Вот теперь мне и ломать нечего. Уже все сломано. Значит, и бояться нечего.

В доме повисло гробовое молчание. Никто не решался его нарушить. Так и находились все в кухне. Мама начала что-то готовить, Негорад сидел намазанный всем, чем только было можно. А я просто ждала время, когда надо будет все это смыть.

- Извините, - послышался женский голос с порога.

- Заходи, - прокричала в ответ с кухни.

Я ждала ту девушку, что в базарный день подходила к нам с матерью. Но вместо нее на пороге кухни стояла другая гостья. Эта была надменная, на лицо прекрасная, но явно, гадкая внутри девушка. Светлые волосы туго были сплетены в косы. Брови были от природы красивой формы, но коррекция явно не мешала. Губы были тонкие, но чем-то подведены, поэтому сразу бросались в глаза. Заметила краем глаза, что Негорад засуетился и хотел подскочить со стула. Я надавила ему на плечо, и он вернулся на свое место.

- Здравствуйте, милая девушка, какими судьбами? – спросила ее я.

Было трудно говорить, так как приходилось держать брата, что пытался уйти из комнаты.

- Так за гребнем! – с претензией произнесла она.

- За гребнем? – так театрально удивилась, что сама поверила себе, - Мы с тобой не договаривались.

- Мне сказали, что тут можно купить волшебный гребень.

- Тебя обманули! Никакого волшебства тут нет. Просто гребень, который в волосах не путается, волосы расчесывает, а не выдирает.

- Но твои волосы! – указала обиженно девушка пальцем.

- Что сними? – погладила себя по голове, волосы были не в самом лучшем виде, но по сравнению с ее грязными сальными косами, выгодно выделялись.

- Мне надо чтобы у меня такие были! Я самая красивая девушка в этом селе! – уже начала демонстрировать свой норов гостья.

- Да? – опять театрально отреагировала я.

На самом деле я догадалась по поведению Негорада и по тому, как притихла с усмешкой мать, как только на пороге появилась не милая особа, что это и есть та самая первая красавица, не дающая покоя брату. Неприятных, гнилых, подлых особ я чувствовала сразу. А тут еще она сама себя обозначила высокомерием. Поэтому и ответ не заставил себя долго ждать.

- Я думаю, что ты заблуждаешься. Я красивее тебя, и та девушка, что договаривалась со мной тоже очень милая. А если к ней применить эти маски и мыло, то она засияет как бриллиант.

- Какие еще маски, какие мыла? – завизжала она.

- Ну, которыми я пользуюсь, вот же, - указала на брата, - Негорад тоже приобщился. Смотри, какой красавец. Нам некогда, смывать надо. И завтракать еще. Если у тебя нет дел к нам, то иди домой.

- Как это домой? – топнула ногой гостья.

В этот момент вздрогнула и скривилась Кремлина.

- Так, как пришла сюда, так и обратно иди. Гребень я обещала другой девушке. Он один. И я его отдам той, с кем договорилась. А все остальные, если хотят, должны записаться в очередь. Негорад не железный, делает их по одному в день.

Наконец-то гостья перевела взгляд на брата. Тот стушевался. Да еще и намазан был не самыми красивыми жидкостями. Девушка не смогла скрыть брезгливости и неприязни. Плечи парня поникли.

- Иди, мы будем смывать. А то завтрак уже почти готов. - взяла таз, поставила перед братом, и начала поливать его голову водой.

Гостья очень удивилась, а когда я вылила на него остатки из миски с мылом, и через какое-то время на волосах и бороде появилась пена, глаза девушки стали особенно большими.

Хорошо промыв волосы брата, промокнула полотенцем. Взяла свой гребень и легко без малейших усилий причесала его. Выглядеть парень стал очень опрятно.

- Вот, а высохнешь, вообще засияешь! – похлопала по плечу Негорада.

Девушка не уходила. Следила за всем очень пристально.

- Ты чего домой не идешь? – подключилась к разговору мать.

- Мне надо волшебные жидкости, от которых ваш сын так преобразился! – топнула ногой девушка.

- А ты чего все топаешь? – начала злиться я, видя, как мать коробит от каждого ее притопа.

- Потому что вы не даете мне то, зачем я пришла.

- Гребень не дам, а маски… - специально замолчала, чтобы накалить ее любопытство и раздуть желание.

- Маски дам. И мыло тоже. Вот, - стала набирать по одной бутылочке каждого средства.

- Нет, я все заберу! – начала злиться гостья.

- С чего бы? – поставила руки на пояс Кремлина.

- Чтобы больше никому не досталось, - наивно выдала нам покупательница.

- Я еще сделаю. И больше чем один флакон не продам. Завтра это уже испортится, - потрясла флаконами с масками.

Все они были без консервантов на натуральном сырье. Их надо было употребить сразу. Иначе могло быть не безопасно. Я и по поводу мыла сомневалась, но его срок годности придется узнавать опытным путем.

- Брать будешь? – уже не так гостеприимно заговорила Кремлина, - Если нет, то иди домой.

- Буду, - процедила позеленевшая от собственного яда девушка, отсчитала озвученную сумму, забрала баночки и ушла, хлопнув дверью.

- Ты записываться на гребень будешь? – выбежал вдогонку Негорад.

- Простудишься, - загнала обратно брата с мокрой головой.

Девушка сделала пару решительных шагов, увидела двух подруг, что в нерешительности, а может запуганные ей, стояли у порога, и вернулась.

- Записывай! – как бы делая нам всем одолжение, прошипела она.

- Придешь за гребнем через три дня! – вперед нас с Негорадом, произнесла Кремлина.

Мы с братом оглянулись непонимающе на нее, потом друг на друга посмотрели, как бы спрашивая друг у друга, понимает кто-то что происходит или нет. Девушка, не прощаясь, вышла и опять хлопнула дверью.

- Мне надо прийти в себя. Видеть ее каждый день у себя дома я не готова! Пусть через три дня приходит, - пояснила свое поведение мать.

Я только пожала плечами. То, как развивалось мое дело, меня устраивало. Компаньоны оказались очень хорошие.

Выглянула за дверь и позвала девушек в дом. Одна из гостий была так рада, что я не отдала ее гребень нахалке, что я порадовалась своей стойкости. Потом она с большим любопытством слушала про маски, как их наносить, в какой последовательности, про мыло тоже слушала внимательно, задавала вопросы. Ее подружка была рада записаться на гребень, и девочки забрали все банки с масками и мылом для своих подруг. А завтра обещали прийти за гребнем и еще записали девушек, кто стеснялись обратиться ко мне за чудо вещью. Когда гостьи ушли, я подсчитала деньги, и осталась очень довольна результатом.

- И так, начало положено. Завтра надо намесить еще маски, мыло, на, - протянула брату деньги на заготовки, - ты начинай шлифовать гребни, закупи их сам, чтобы точно знать, что они хорошие. А это за ингредиенты, что сегодня утром я использовала, - отсчитала наугад монеты, так как не понимала, сколько стоят продукты в этом мире, - и вот, - протянула отдельно стоимость двух гребней, что вчера купили матери.

Кремлина была в растерянности.

- Бери, это деньги, они любят счет. Сколько стоят продукты точно, подсчитаем завтра, когда буду готовить вторую партию. А пока столько возьми, - настаивала я, когда мать хотела отказаться от денег.

- А это? – тут же указал на приличную горку монет брат.

- А это бюджет предприятия, им буду распоряжаться я, - гордо сообщила всем. - Зарплата будет в конце месяца.

- Чего? – уточнил брат.

- Ну, ваш круг делится на какие-то отрезки?

- Конечно. Полушки. Четыре четверти и в ней по три полушки.

- Вот, будете получать получку в конце полушки! – расхохоталась от каламбура я.

- А почему ты?

- Потому что я все придумала, и если бы не я, то ты так и бегал бы за Кареславом, и все пытался бы меня пристроить. Может, - догадалась я, - и цель дружбы в этом?

Брат отвернулся от меня, а я и не настаивала.

После завтрака накатила усталость. Нестерпимо захотелось спать. И так как все важное, что я планировала на этот день, было сделано, то спокойно отдалась во власть Морфея.

Глава 14

«Стерва»

Сон был томительным. Перед тем, как лечь в постель, меня стала терзать мысль: "Почему я здесь? Почему не опустилась в ад, или… я, конечно, сомневаюсь, что это было возможно по всем канонам религий, что были в моем мире, но и в рай было бы неплохо попасть. Почему другой мир? Что я тут забыла? И есть ли рай, ад, о которых так много спорят, рассуждают и дают советы религиозные мужи? Как я попала сюда? И где настоящая Стехана?".

«А вдруг она очнулась в моем теле?» - появилась мысль прямо перед тем, как мне закрыть глаза. «Тогда моему бизнесу придет конец» - начались рассуждения. Прекратила их. Так как знала – сон важнейшее, что есть на свете для делового человека, да, еще и недавно умиравшего. Очистила сознание от мыслей по поводу тех дел, которые изменить я не могу. Постаралась подумать о прекрасном, чтобы сны были спокойными и плодотворными. И в этот самый момент в памяти всплыло лицо Радигоста.

- Тьфу, ты, Господи! – открыла тут же глаза шире и помахала перед лицом, будто это поможет прогнать образ заносчивого Властителя местных земель, - Тебя еще тут не хватало.

Но как бы я не боролась с наваждением. Только в этот дневной сон Дракон с невероятно красивым человеческим обличием все равно много раз возвращался в мой мозг, и почему-то сильно волновал. Я, конечно же, не выспалась так, как собиралась. А после пробуждения вообще начала вертелась в голове одна и та же мысль: «Должна свершиться судьба». И это было как навязчивая идея. Вот только что за судьба, и для кого именно, было непонятно.

После пробуждения я не ждала гостей. Поэтому волосы как-то невероятно не укладывала. Просто привела в порядок после взаимодействия с подушкой, вплела в них красивую ленту. Накинула платье попроще, мех не такой вычурный и отправилась искать родню.

- Проснулась? – с улыбкой встретила меня мать, привычно уже для меня суетящаяся на кухне.

- Ты опять готовишь? – слегка укоризненно спросила ее.

Я не привыкла к такой заботе, да и неудобно было напрягать женщину такими хлопотами. Внутри меня постоянно трепыхались разные чувства. Я не могла сказать, что у меня невероятная дочерняя любовь к Кремлине, но и теплотой к ней я однозначно прониклась. Очень трудно остаться равнодушной к такой доброте и заботе.

- Вам надо есть, вы молодые. Да и вечер уже. Это ты спала, а Негорад в мастерской кружился.

- Да? – обрадовалась рвению брата.

- Как только ты ушла спать, он отправился к торговцу галантереей и принес от него гребни, и даже какие-то булавки для волос.

- Как хорошо. Вот видишь, твой сын возмужал.

- Я даже дышать на вас боюсь, - села на стул Кремлина, облокотилась на стол и запрокинула голову, чтобы слезы не катились по ее щекам.

Подошла и обняла женщину, прижала к себе, погладила по спине, дала её эмоциям выйти.

- Ты не думай, - как только немного ее отпустило, стала оправдываться она, - это я от счастья. Даже представить себе не могу, если бы Радигост мимо не пролетал. Чтобы было, если бы тебя не успели исцелить. Чтобы было со мной, с Негорадом. А теперь… - обняла меня крепко-крепко, - Я думаю, что нет худа без добра. Вы никогда не были такими дружными, ты была молчаливой, а Негорад таким несерьезным. А теперь вы разговариваете, обсуждаете, приходите к общему мнению. Мастерская опять обрела жизнь. Это ли не чудо?

- После черной полосы всегда приходит белая! – только и смогла ответить я.

- Это какая-то мудрость из книг твоих? – посмотрела с интересом мать.

- Да, после горя приходит радость, всегда, главное дождаться, - улыбнулась женщине и поспешила в мастерскую, чтобы проконтролировать брата.

Пока шла от дома до мастерской почувствовала странное присутствие. Начала крутить головой, никого не обнаружив, вскинула голову кверху. А там, как и в прошлый раз, кружил огромный дракон. Только теперь он уже не вызывал той бури эмоций, как в первую встречу. Возможно, это потому, что я знала, как выглядит эта ужасная тварь в человеческом обличии. А еще, видимо, потому, что высокомерие этого существа с двумя личинами было настолько велико, что даже его грандиозные размеры в личине огромной рептилии не могли сравниться и превзойти его. А я не терпела высокомерия по отношению к себе. Поэтому злость, кипящая внутри, заглушала страх.

Проследив спокойно траекторию полета, проводила взглядом Дракона, и пошла прямиком к мастерской. Но, чуть не дойдя, подпрыгнула от неожиданности, так как со спины меня окрикнул мужской знакомый голос.

- Стехана! – требовательный, властный.

По спине пробежали мурашки. «Как он бесшумно приземлился? И как обращается в человека? Очень интересно» - забегали мысли в голове одна за другой. Остановилась, но не спешила оборачиваться. Только спину выпрямила так, что казалось, еще чуть-чуть и позвонки повыпрыгивают со своих мест. Прислушалась к тишине, что последовала за окриком. Плавно, с грациозностью царицы, стала оборачиваться, чтобы убедиться, что мне не померещился голос Радигоста.

- Ваше … - замялась в обращении.

Если бы я была в своем мире, то оно понятно: «Господин, гражданин» - традиционные обращения, а тут? «Величество?» - больше подходит для царей средневековья. «Высочество?» - подошло бы, если брать в расчет высоту его полета. Из моих раздумий меня вырвал собеседник. Он с насмешкой сокращал расстояние между нами. А я так и застряла в неглубоком реверансе, не находя нужного обращения к правителю этих Земель.

- Для начала мне желают здоровья, примерно так: «Доброго здравия, Властитель», можно заменить на «Правитель», или «Великий Дракон», есть вариант – «Могущественный Радигост».

- Доброго здравия, Великий Радигост! – наконец-то завершила начатое и разогнула затекшие коленки.

- Ты невыносима, Стехана. Даже в поклоне ты умудряешься быть высокомерной.

- Я? – удивилась так сильно, что аж взвизгнула, - Это я высокомерная? – продолжила визжать, потом взяла себя в руки и понизила тон голоса, - Может быть, это я наплела с три короба про обычаи Земель приветствовать Дракона? Это я хочу, чтобы больной, недавно вернувшийся с того света человек вставал передо мной на колени и преклонял голову?

- Так ты этого не сделала все равно! – стал оправдываться Властитель, все больше сокращая между нами расстояние.

- Конечно, я же не одна в лесу живу. Есть люди, кто объяснил мне процедуру приветствия. И там ничего не говорилось о том, о чем поведали мне Вы, - ткнула пальцем в металлический панцирь на груди Радигоста.

От сильного и быстрого столкновения с железом палец пронзила резка боль. Замотала рукой. И со злостью посмотрела в красивые глаза, стоящего передо мной, мужчины.

- Если вы так всемогущи, велики и несравненны, то зачем этот панцирь? Зачем защита?

- Я непобедим и неуязвим только в обличии дракона. Как человек – я уязвим, - спокойно поведал мне Правитель, с интересом вглядываясь в мое лицо, - Ты и правда, очень красивая, Стехана.

- А вы не верили? Не видели, когда исцеляли? – удивилась открытию, которое сделал для себя собеседник.

Радигост ничего не ответил. Только продолжал разглядывать мое лицо, которое было достаточно близко от него.

- А в облике дракона вы совсем-совсем не уязвимы? – меня стал мучить интерес.

- А ты решила меня извести? – приподнял вверх черную бровь мужчина, тем самым став еще более красивым.

- Зачем же? А защищать нас, кто будет? Я переживаю, насколько безопасно тут жить. Я ведь свое дело открываю. Мне нужны гарантии!

- О, какая ты деловая! А разрешение ты спросила?

Тут же стушевалась. Ведь я начала так рьяно свое дело, но даже не вникла в то, какие тут законы, порядок согласования, налоги, разрешения…

- Ой, а нужно было? – сделала максимально кукольное лицо с растерянным взглядом максимально распахнутых глаз.

- Ты неподражаема, - навис надо мной, еще с большим интересом разглядывая лицо, волосы, шею, и… эй, грудь.

- Я пользуюсь землями родителей, мастерской отца. Какие надо оформить документы, получить разрешения? – включила деловую женщину, раз невинная девица не справилась со своей ролью.

- Так как вы дети Кремлины, то - никакие. Она замечательная работница. И я ценю ее. И готов помочь ее сыну.

- Почему только сыну? – тут же выцепила важный момент в разговоре, - а Я?

- Ты женщина. И с тобой не будут вести дела серьезные торговцы. Ты должна думать о браке, детях.

- А если я не хочу? - теперь расстояние сократила я, и последнее слово просто выдохнула в лицо Радигосту.

Мне казалось, что я настолько впала в бешенство, что извергала пламя, только его никто не видел.

- А тебя никто не спрашивает, - еще сократил расстояние мужчина.

От такой невероятной близости стало не по себе, почему-то вылетели мысли, угас пожар, который вырывался из меня и готовился испепелить Ледяного Дракона. Он в свою очередь тоже поумерил пыл и замер, все так же с интересом рассматривая меня, только теперь все чаще останавливая взгляд на губах.

- Я буду вести дела с несерьезными торговцами, - шепотом произнесла я.

- Тогда твое дело прогорит, - так же еле слышно произнес Радигост.

- Значит, это будет мой опыт. Я учту ошибки и начну заново!

-Даже не сомневаюсь, - наклонился так низко, почти коснулся моих губ своими, мужчина, но в последний момент отвернул лицо в сторону, а после и сам отошел подальше.

Предлагаю вашему вниманию летние завершенные книги:

"Нам было отпущено лето..." - легкий, но со смыслом курортный роман с ХЭ - https://author.today/reader/298473/2714281

"Таежные приключения с боссом, или Роман с комарами" - авантюрная романтическая комедия, с красивыми описаниями природы и чувств героев -https://author.today/reader/206837/1799495

"Потому что я хочу..." - коротая история с глубоким смыслом, жаркими сценами и ярким ХЭ. читается на одном дыхании, помнится долго, стоит недорого - https://author.today/reader/238514

"Из-под одеяла" - это сборник эротических рассказов, каждый из них написан по-разному, про разных героев, но один мотив - одиночество, проходит через все истории и раскрывается разными гранями. Рассказы эмоциональные, не оставят вас равнодушными - https://author.today/reader/213493/3326093

И напоминаю про серии книг, которые также завершены, интересны и эмоциональны. Выбирайте на любой вкус, есть и бесплатные произведения в разных жанрах -https://author.today/u/adakotik/works