Стажер Ли Су Джин - 3

Глава 1 Из жизни в Сеуле

Из жизни в Сеуле. [Часть 1]

Сеул. Вторник. Середина рабочего дня.

Район Каннам. Бутик «Jardin Privé».

Приглушённый свет мягко рассеивался по помещению. Воздух был напитан лёгким ароматом сандала.

Закрытый салон бутика «Жардан Приве», как и любой салон бренда, был доступен лишь избранным гостям. Он сочетал в себе европейскую средневековую эстетику и современный минимализм.

Посреди помещения были установлены стены оттенка пыльной розы, разделявшие пространство. Для гостей были расставлены бархатные диваны, а к каждому из них приставлены низкие столики из чёрного дерева с рельефной окантовкой граней.

Как раз за одним из них находилась, не совсем вписывающаяся в локацию девушка: серый костюм, очки, стянутый пучок волос, держащийся на карандаше, и ноутбук с наклейками из мультфильмов и дорам, который она держала у себя на коленях.

На столике перед ней были две фарфоровые чашки с кофе, одна из которых имела лёгкие следы губной помады. А свёртки коричневой бумаги от круассанов и крошка закрыли всю мозаику, которая представляла собой поверхность стола.

— Ащ-щ, вот же… — послышалось очередное ругательство госпожи Пак.

Прямо перед диваном, на котором сидела секретарша Чжи Юн, находилась полукруглая примерочная. Сейчас она была открыта, а тяжёлые шёлковые портьеры жемчужного цвета были сдвинуты в сторону.

Там же, стоя перед зеркалом с подсветкой в полный рост, её начальница нервно стучала каблуком по мягкому ковровому покрытию и недовольно поджимала губы, смотря с раздражением на мобильный телефон. А рядом, в двух шагах от неё, две девушки-консультанта, держащие в руках одежду, старались не подавать виду, что они вообще здесь существуют.

— Я считаю это совершенно неприемлемым! — не с вопросом, но убеждением, произнесла Джан Ди, констатируя сам факт своего недовольства.

Скрестив руки на груди, она посмотрела на свою помощницу, ожидая её ответа.

— Не уверена, — слегка протянула Чжи Юн, даже не взглянув на своего босса, и продолжила стучать пальцами по клавиатуре.

Заметив вялую реакцию, Джан Ди закатила глаза и скривила губы. После чего тяжело вздохнула и снова посмотрела на телефон.

Это длилось не больше минуты, пока Джан Ди размышляла о чём-то своём. Затем девушка обессиленно опустила руки, громко вздохнула и снова повернулась к зеркалу. Поправляя ярко-красный широкий ремень, опоясывающий белое приталенное платье, госпожа Пак несколько раз покрутилась перед зеркалом.

— Как вообще можно понять этих мужчин? — задумчиво произнесла она, размышляя вслух. — Они же ведут себя совсем нелогично. Да и эти отношения… Я уже и забыла, каково это.

Чжи Юн, услышав её, застыла с круассаном у рта и подняла взгляд на начальницу.

— ... — сначала промолчав, секретарь удивлённо поинтересовалась: — А у тебя были отношения?

— Как ты могла забыть, Чжи Юн? — с некой долей возмущения в голосе воскликнула госпожа Пак. — Ип Ён из параллельной группы. Мы с ним учились на параллельных потоках.

— А-а… — вспомнив, протянула Чжи Юн. — Ты до сих пор думаешь, что вы встречались.

— В смысле, думаю? — возмутилась Джан Ди. — А что это ещё было, по-твоему?

— Не знаю… Мы в группе так не считали.

— Мы встречались!

— Если ты так считаешь…

Чжи Юн несколько раз кивнула, а после, откусив круассан, положила его на пустую тарелку. Посчитав разговор оконченным, девушка снова вернулась к работе. Джан Ди же посверлила её прищуренным и недовольным взглядом и вновь повернулась к зеркалу.

— Между прочим, — слегка поправив платье и локон сбившихся темных волос, голос Джан Ди стал более мелодичным и спокойным. — Он был без ума от меня.

— Как скажешь, — послышался тихий голос Чжи Юн. — Целых два дня. Списывая у тебя подготовку к коллоквиуму...

— Чжи Юн, не завидуй! Вы все по нему сохли, но обратил внимание он именно на меня. Но... Главное, что у меня есть опыт, просто… — Джан Ди выдержала паузу. — Он небольшой.

— Как скажешь, — всё так же индифферентно и словно мантру повторила Чжи Юн.

— И вообще, — госпожа Пак снова обернулась в сторону своего секретаря. — Лучше бы помогла, раз так много всего знаешь.

— Знаю? — округлила та глаза, заметив новую веху в разговоре. — Я? — указала она на себя пальцем. — С чем я тебе помогу?

— С советом, — строго и подчеркнуто ответила она.

— С советом?

— Да, — согласилась Джан Ди.

— Тебе как подруге совет дать?

— Ну, конечно.

— Оу. Я с радостью, — Чжи Юн посмотрела на госпожу Пак с улыбкой. — Джан Ди, — проникновенно и тихо произнесла она, — вернись к работе и перестань насиловать мозг мне и Су Джину. Вот тебе мой совет.

— Пф. Я серьёзно, — отмахнулась Джан Ди, словно это была шутка.

— И я серьёзно. Если честно, я вообще не понимаю, зачем ты это всё устроила? Вся эта ситуация просто абсурд. Мало того что ты обманула свою семью, так ещё и взяла в качестве своего бойфренда такого же, как и ты.

— Ты о нашей внешности или высоком статусе? — искренне переспросила она. — Я не поняла.

— Я имею в виду вашу нулевую эмпатию к окружающим. Если тебе было так необходимо сделать вид, что у тебя есть парень, то могла бы найти его хотя бы… — Чжи Юн пыталась подобрать слова. — Хотя бы не школьника.

В этот момент одна из девушек-консультантов, стоящая с платьем, с удивлением окинула Джан Ди взглядом, но, тут же взяв себя в руки, потупила его в пол и продолжила отыгрывать манекен.

К её удаче ни госпожа Пак, ни её секретарь не заметили её реакции и продолжили разговор.

— Чжи Юн, ты в курсе моих обстоятельств, — сдержанно подметила Джан Ди и пожала плечами. — Я не виновата в том, что моя семья решила устроить мне разбор полётов из-за фейковых фотографий. Мне нужно было как-то выкручиваться, и отношения с Су Джином были первыми, что пришли мне в голову.

Подхватив у одной из девушек лёгкий шарф, она приложила его к пиджаку на стойке и, скривившись, отдала его обратно.

— Как бы то ни было, теперь наша пара должна выглядеть для них убедительно, — наставительно произнесла девушка. — И как ты знаешь, ко всем своим планам и делам я отношусь с полной ответственностью.

— Ну да, — со вздохом произнесла Чжи Юн, глядя то на отчёт в своём ноутбуке, то на свою подругу.

— Поэтому я всё должна сделать правильно, — продолжила Джан Ди. — Тем более Су Джин сам поставил условие о том, что я ему должна показать, как выглядят настоящие отношения.

«Нашёл кому предлагать», — подумала Чжи Юн, но благоразумно оставила свои мысли при себе.

— Ладно, а ему это вообще зачем? — поинтересовалась секретарь.

— Ну как же? — на лице Джан Ди отобразилось искреннее удивление. — Ты считаешь, что он нашёл бы кого-то лучше, если бы захотел попробовать?.. — девушка многозначительно посмотрела на свою секретаршу. — Парню просто повезло, что мои обстоятельства позволили мне согласиться.

— Про «лучший выбор» это он сам тебе так сказал?

— Конечно. Это почти прямая цитата, — голос Джан Ди звучал уверенно, но после паузы она тихо добавила: — А если не точная, то близко к смыслу.

— В любом случае, это абсурд.

— Мы с Су Джином встречаемся, и это уже решено, — отмахнулась госпожа Пак. — Я поняла, что с тобой это обсуждать бессмысленно.

— Как скажешь…

— Гю Ён!

Госпожа Пак повернулась в сторону двух девушек-консультантов. Как только она произнесла имя одной из них, та тут же подняла голову и с лёгкой улыбкой подошла к Джан Ди.

— Да, госпожа Пак? — руки девушки были сложены на животе. — Вам что-то пришлось по вкусу?

— Да, всё, что я мерила, отложите к покупкам, — кивнула Джан Ди и мельком вновь осмотрела платье из весенней коллекции, которое сейчас было на ней. — А к нему подберите бордовый платок, можно и из прошлого сезона. К слову, — вновь подняла взгляд на девушку. — Тот бежевый пиджак... — указала она пальцем на манекен. — У вас есть к нему брюки, а не юбка?

— С сапфировой крошкой на пуговицах, который вам приглянулся в прошлый раз? — догадавшись, уточнила она.

— Да, — действительно забыв, а теперь вспомнив, согласилась Джан Ди. — Его.

— Одну минуту, — девушка поклонилась и направилась в сторону одной из дверей помещения.

[Спустя десять минут]

Тишина, что так гармонично вписывалась в интерьер комнаты и которой наслаждалась Чжи Юн за продолжением работы, нарушается тихим размышлением Джан Ди вслух за плотной портьерой.

— Как считаешь, что я должна высказать Су Джину за то, что он мне ни разу за эти дни не ответил?

Чжи Юн бросает недовольный взгляд на начальницу, которая её отвлекала, и, не ответив, вернулась к работе.

— С другой стороны, — продолжала она мыслить вслух. — Возможно, он занят... Я слышала, в агентствах они занимаются по четырнадцать часов подряд. А ещё у него уроки…

Голос Джан Ди стал где-то даже заботливым при мыслях о своем стажере. А вот Чжи Юн с усталостью закатила глаза и вздохнула.

— В новостях говорили, что школьники в выпускных классах — это самые занятые люди в стране, — подтверждала свои собственные слова госпожа Пак.

— О боги, ты себя вообще слышишь? — простонав, не выдерживает Чжи Юн и запрокидывает голову к потолку.

В то время как две девушки-консультанты на секунду удивлённо переглянулись друг с другом.

— Но ко всему остальному, я еще и его прямая начальница, — проигнорировав слова своей секретарши, продолжает уже возмущённо Джан Ди. — Это вообще нормально, что мой секретарь даже не берёт трубку от своего босса?!

После этих слов следует пауза. А через несколько секунд, сквозь проём занавеси просачивается голова госпожи Пак с вопросом на совершенно другую тему.

— Может, у тебя есть идеи? — обращаясь к Чжи Юн, произносит Джан Ди. — Чем сейчас занимаются парочки, когда начинают встречаться?

Несмотря на то, что секретарю Сон этот разговор кажется всё ещё глупым и неуместным, она задумывается.

— Не знаю, — пожимает плечами. — Дарят друг другу парную одежду или брелки?

Госпожа Пак морщится:

— Мне сколько лет, по-твоему? Я же не школьница…

Чжи Юн на это молча и с иронией во взгляде всматривается в Джан Ди:

— А вот парень твой, как раз школьник. Могла бы теперь соответствовать.

— Я серьёзно спрашиваю, — отмахивается госпожа Пак. — Есть ещё идеи?

— Может, ходят в кино на задние ряды, ну или… — она уводит взгляд в сторону. — Выкупают целую кабинку на колесе обозрения?

Джан Ди поджала губы и вытянула их в тонкую линию.

— М-да… — протянула она, глядя на свою подругу. — Кажется, тебе нужно меньше смотреть романтических дорам.

После этих слов голова Джан Ди пропала за портьерой, а Чжи Юн, насупившись, скрестила руки на груди.

— Ну извините… — тихо пробубнила она.

Через несколько секунд занавес разъехался в стороны, а перед секретарём Сон на подиуме стояла госпожа Пак в белой блузке, тёмно-фиолетовых зауженных брюках и такого же цвета пиджаке, на нагрудной части которого висела миниатюрная брошь в форме стрекозы из рубинов.

— Может, — рассматривая себя в зеркало, произнесла госпожа Пак. — Ещё вариант?

— А мне кажется, тебе этот хорошо идёт, — отвечает Чжи Юн, окидывая взглядом костюм Джан Ди.

— Я не об этом, — госпожа Пак повернулась к подруге. — Что с Су Джином делать?

— А-а… Не знаю. Сделай ему подарок.

— Подарок? — Джан Ди задумалась. — Неплохая идея. А какой? Что любят парни его возраста?

— Подари ему что-то нужное, — Чжи Юн пожала плечами, вспоминая себя в его возрасте. — Тетради там, или хорошие ручки.

— Тетради или… ручки? — вскинув бровь, Джин Ди одарила свою помощницу странным взглядом.

— Можешь подарить ему прочный рюкзак…

Госпожа Пак понимала, что Чжи Юн говорит без иронии и с полной серьёзностью, и это заставило её сделать тяжёлый и обречённый вздох.

— Чжи Юн?

— М?

— Мне кажется, что тебе стоит найти себе кого-нибудь, — с сожалением в голосе произнесла госпожа Пак.

— ?

— Ты совсем не разбираешься в парнях. А в твоём возрасте, — грустный вздох, — тебе нужно задуматься об отношениях.

— …

И, может, совет был бы для Чжи Юн весьма дельным, но даже сейчас, выбравшись со своей начальницей по магазинам, она дописывала отчёт, который ей необходимо было сдать сегодня вечером. Поэтому единственный вопрос, который крутился у неё сейчас в голове, — это: «Да когда мне, чёрт тебя дери, выделить время ещё и на поиски парня?! И вообще… Кто бы говорил про отношения?!»

Однако Чжи Юн лишь молча наблюдала за госпожой Пак, пока та продолжала крутиться перед зеркалом, а секретарь Сон мечтала выбросить этот ноутбук к чёрту и пойти домой отсыпаться. Но, сдержав свои желания, она снова опустила взгляд на документ, который отображался на экране её монитора.

///

Из жизни в Сеуле. [Часть 2]

Вторник. Семь вечера.

— Слушаю, — выйдя из автобуса, я ответил на входящий звонок.

Высветилось, что звонила мне моя заместительница на должности руководителя команды дизайна Бон Сок.

— Господин Ли, вы просили позвонить вам, как только собрание руководителей команд будет закончено, — услышал я её голос из телефона.

— Я понял, спасибо, Бон Сок, — поблагодарил я девушку и, прикинув, что уже ничего не успею сделать, добавил: — Но если ничего серьезного у вас не произошло, то обо всём, что вы обсуждали, ты можешь сообщить мне и завтра. А сейчас иди домой отдыхать.

— Вообще-то, произошло, — произнесла она неопределенным тоном.

Вздохнув, я свернул, подошёл к автобусной остановке, на которой сейчас было пусто, положил на лавочку сумку и обозначил, что готов внимать новую информацию:

— Понял, рассказывай.

— Дело в том, что во время набора новых сотрудников для отдела разработки госпожа Ха Рин, кажется, немного перестаралась, — в голосе девушки странный смех. — Простите, это от нервов. И последнее я добавила от себя.

— Так что там всё-таки произошло?

— Насколько я поняла, госпожа Ан продолжала укомплектовывать и набирать новый штат, но сегодня её вызывал к себе глава отделов по разработке Тан Док, после чего наша начальница пришла на собрание вместе с личным ассистентом Тан Дока. Это, собственно, первая новость, — выделила она. — Эта девушка будет присматривать за нами на всех этапах разработки и реализации проекта.

«Ну, контроль со стороны — это, конечно, неприятно, но не смертельно», — подумал я.

— А есть и вторая?

— Да, — признала Бон Сок. — Вторую сообщила как раз наша новая надсмотрщица. По её словам, новых сотрудников компания больше не сможет нам выделить, но, понимая их важность, Тан Док распорядился просто присоединить к отделу Ха Рин ещё один.

«А вместе с новым отделом в комплекте автоматически прилагается и его начальник», — понял я, почему Бон Сок такая нервная.

— Ха Рин сильно ругалась? — с любопытством поинтересовался я.

— А по моему голосу не слышно? — грустно спросила меня девушка. — На самом деле, Ха Рин приняла новость спокойно. Но её спокойствие длилось ровно до того момента, когда нам не сказали, что объединение будет с отделом из первой десятки.

«Ладно, а это уже не весело», — мысленно сделал я вывод.

— Ха Рин должна теперь передать руководство над проектом?

— Нет, на самом деле, проект остался за ней, но... — она неуверенно замолчала. — Госпожа Ан не уверена, что это надолго.

— Я понял, спасибо, Бон Сок, больше новостей никаких нет?

— Нет, предполагалось, что первые задачи мы получим уже завтра, но с приходом ещё одного отдела вся реструктуризация офиса, которой занималась госпожа Ан, ушла в мусор. По темам собрания я сохранила отчёт, так что завтра вы можете всё посмотреть.

— Хорошо, спасибо, Бон Сок.

Чёрт, если я хотел хоть как-то повлиять на разработку смартфона, то присутствие ещё одного начальника, кроме Ха Рин, всё усложняло.

«С другой стороны...» — задумался я.

Под предлогом противостояния второму отделу я бы мог объединиться с Ха Рин, и моя роль в проекте, возможно, вырастет. Сисунг был максимально далёк от создания полноценного сенсорного смартфона. И это может быть удобным поводом, чтобы повлиять на Ха Рин или продавить некоторые решения.

Но это уже завтра.

Подняв сумку, я направился в сторону дома моей семьи.

///

Из жизни в Сеуле. [Часть 3]

Среда. Вечер.

Чёрный представительский микроавтобус, на котором меня когда-то забирали из больницы, бесшумно подкатил к главному входу в отель «Sia Grandeur». Его вывеска была выполнена из тёмной латуни и мягко подсвечена, а снизу виднелась эмблема холдинга «Сиа Груп».

Я вышел из машины вслед за своей семьёй. Ним Сок шёл первым с прямой спиной и привычным каменным выражением лица, периодически поправляя свой тёмно-серый пиджак. За ним следовала мама, оценивающе оглядывая фасад. Ну а Ми Ён шла рядом со мной.

Как только мы приблизились, двое швейцаров в ливреях сине-белого пошива, словно по команде, распахнули перед нами массивные стеклянные двери.

— Добро пожаловать, господин Ли, — произносит один из них, склоняясь в почтительном поклоне.

Дед лишь коротко кивает в ответ. Я же, проходя мимо, ловлю на себе их оценивающие взгляды. Взгляды, которые скользят по моей одежде — простой белой рубашке и зауженным чёрным джинсам — и задерживаются на кедах. В их глазах читается смесь любопытства и профессионального безразличия. Однако они теряют интерес сразу, как мы проходим внутрь, и молча возвращаются к своей работе.

Холл отеля встречает нас прохладой кондиционированного воздуха и тонким ароматом лилий и сандала. Широкое пространство с потолком высотой в три этажа; отполированным до зеркального блеска белоснежным полом, который опутывают змеевидные тёмно-серые нити, и свисающей люстрой в центре, похожей на замёрзший водопад из ледяных лепестков. Примерно в шести метрах от нас, вдоль противоположной стены, плавной дугой тянется стойка администрации, за которой виднеется, как минимум, четыре темноволосые девичьи макушки. А прямо за их спинами, в четверть стены, развернулась чёрная эмблема с названием отеля, контрастирующая на бледно-сером фоне.

Дизайн, как и во многих подобных местах, больше отдаёт современными европейскими мотивами, нежели традиционными азиатскими.

— Господин Ли, госпожа Ли, — к нам быстрым шагом приближается мужчина лет тридцати пяти в строгом костюме и с серой биркой, на которой указаны имя и должность: менеджер «Сиа Грандер». — Мы вас ждали, — поклонившись, с отточенной профессиональной улыбкой произносит он. — Всё практически готово. Прошу, следуйте за мной.

— Практически? — с недоверием и брезгливостью на лице уточнила Со Ён.

— Но до события... Осталась почти целая неделя, — менеджер на долю секунды замешкался. Но, несмотря на виноватую улыбку, он тут же собрался: — Осталось всего пару штрихов, госпожа Ли, — менеджер увёл правую руку, указывая в сторону одной из дверей. — Прошу.

Несмотря на то, что по лицу мамы и хмыку можно было сказать, что ответ её мало устроил, мы молча проследовали за ним. Пересекая холл под взглядами редких постояльцев, я иду чуть позади, наблюдая за своей семьёй.

Ним Сок шагает уверенно, словно является хозяином этого места. Мама скорее плывёт, будто по подиуму. Ну а Ми Ён с любопытством вертит головой.

Ресторан находился на первом этаже, в отдельном крыле. Нас проводили мимо основного зала, где персонал сервировал столы для постояльцев, к тяжёлой двери из тёмного дуба.

— Мы приготовили всё так, как вы и просили, — обращается менеджер к Со Ён и Ним Соку. — Но вы можете внести любые изменения.

Когда дверь открывается, мы попадаем во второй зал, рассчитанный на десять столов. Панорамные окна от пола до потолка выходят на небольшой, но утопающий в зелени внутренний дворик. В центре зала стоит большой круглый стол, уже накрытый на двадцать персон. Остальные столы поменьше расставлены по периметру.

В отличие от предыдущего зала, который мы прошли, этот был целиком оформлен в светлой пастельной гамме, где доминировали оттенки слоновой кости, шампанского и мягкого персика. Пространство укрыто волнообразными тканевыми драпировками под потолком, создавая куполообразный эффект шатра.

В центре потолка подвешена крупная круглая люстра, собранная из плотных гроздей розовых и голубых цветов. Она напоминала огромный букет, а встроенные светодиоды подсвечивали лепестки изнутри.

Круглые столы, расставленные по всему помещению, сделаны с зеркальной столешницей. Благодаря отражающей поверхности стол словно удваивал всё, что на нём стоит, усиливая эффект сияния. В их центре расположены высокие стеклянные вазы цилиндрической формы.

— Каждая из ваз будет украшена шаром из кремовых роз и нежно-розовых орхидей, — объяснял менеджер. — Ветви орхидей выглядят особенно красиво, когда свисают каскадом, создавая иллюзию течения. Наш флорист — иностранец родом из Франции. Пусть с корейским языком у него не так всё радужно, но свою работу он делает изумительно.

— Музыка, — вступает дед. Его голос звучит ровно и холодно. — Я распорядился насчёт живой классической музыки. Надеюсь, с этим проблем не возникло?

Только после его вопроса, в самом дальнем углу зала по правую сторону от себя, я заметил небольшую сцену, где сейчас стоял чёрный рояль.

— Никак нет, господин Ли. Музыканты прибудут в пятницу вечером, их номера находятся в этом же отеле, и они смогут к субботе всё настроить и как следует отрепетировать. Они начнут играть ровно в семь, как только соберутся все гости.

— Братик, — внезапно Ми Ён одергивает меня за рукав. — Смотри, — она указывает в сторону панорамного окна. — Отсюда есть выход во дворик. Пойдём посмотрим?

Даже не дожидаясь моего ответа, она тянет меня за собой. Я же позволяю ей это сделать, понимая, что участвовать в этом «контроле качества» мне нет смысла.

Мы выходим на небольшую террасу, вымощенную светлым камнем. Здесь ощущается запах влажной земли и цветов. В центре дворика, окружённого ухоженными кустами и карликовыми деревьями, журчит фонтанчик в виде чаши и размером чуть ниже моего роста, из которого льётся вода.

— Красиво, правда? — спрашивает Ми Ён, прислонившись к перилам.

— Угу, — киваю. — Очень… рентабельно.

— Чего? — сестра с недоумением смотрит на меня.

— Я говорю, очень хорошо продумано, — поясняю. — Создаёт ощущение уединения, отсекая от городского шума. Ну и, — я оценивающе огляделся по сторонам, убрав руки в карманы джинс. — Повышает средний чек за счёт создания эксклюзивной атмосферы.

— …

— ?

Сестра молчаливо и с недоумением смотрела на меня, в то время как я сделал то же самое, глядя на неё.

— Точно. Я и забыла…

— Что?

— Что ты неожиданно стал занудой.

— С чего бы?

— Ну, ты стал каким-то таким, — она морщится. — Серьёзным, что ли. Начал серьёзно разговаривать. Словно стал… — сестра задумалась, подбирая слова.

— Стал взрослым, — помог я ей.

— Да! То есть нет. Не совсем, — она нервно клацнула языком. — Ащщ. Ну, как сказать? В общем, ты всё больше начинаешь походить на нашего дедушку.

— Звучит как-то не очень, — признал я.

— Я вообще-то старше тебя, — хмыкнув, Ми Ён скрестила руки на груди. — Но при этом так не разговариваю и не веду себя.

— И я бы на твоём месте задумался, — кивок.

— … — Ми Ён надула щёки.

— Что? Уже задумалась?

— Ты! — воскликнула она, сверля меня яростным взглядом.

— Я… что?

Сестра ещё несколько секунд молча продолжала злиться, чем меня на самом деле забавляла.

Затем она наконец собралась с мыслями:

— Хочешь сказать, что раз я себя не веду, как ты, то всё ещё ребёнок? Несмотря на то что я твоя старшая сестра?

— Это не мои слова, — подметил я. — Но я понимаю, что в тебе говорит сознательность.

— Какая сознательность?! Я в универе учусь, в отличие от тебя, — хмыкнув, она отвернулась.

— Да я же не спорю, ты старшая, — сказал я, пожав плечами.

Наш диалог прервал голос мамы:

— Су Джин! Ми Ён! Идите сюда, нужно решить, как рассадить гостей.

Перед тем как снова пойти внутрь, сестра повернулась ко мне и подняла указательный палец перед моим носом.

— Мы не закончили, — с угрозой произнесла она и направилась внутрь, прежде чем я ей что-то ответил.

На такое мне было парировать нечем.

Когда мы вернулись в зал, Ним Сок и Со Ён стояли над большим планом рассадки, который им принёс менеджер.

— Главная ветвь, как и семья Пак, очевидно, должны сидеть ближе к нам, — произнёс дедушка, тыча пальцем в схему. — Семью Чхве посадим рядом с семьёй Ку. Ну а наших детей посадим…

— Подожди, — резко остановила его Со Ён. — Ты хочешь сказать, что Су Джин и Ми Ён не будут сидеть с нами?

— Зачем? — Ним Сок удивлённо изогнул бровь. — Какой смысл им общаться со старшими, если у них есть возможность наладить связи среди своих сверстников?

— Связи? Зачем им связи? — мама тяжело вздыхает. — Боги. Аппа! Может, хватит уже давить на детей? Это день рождения твоей жены, а не деловая встреча.

— Любое собрание такого уровня — это деловая встреча, — отрезает Ним Сок. — Поэтому Су Джин, — он переводит на меня свой тяжёлый взгляд, — должен будет сесть рядом с детьми семьи Пак и Ли. Они должны увидеть, что наследник младшей ветви — достойный конкурент, а не просто какой-то певец.

— Опять ты за старое?! Да сколько…

Со Ён не успевает договорить, как их спор прерывает появление ещё одного сотрудника — девушки в брючном костюме и чёрном жакете, администратора зала.

— Прошу прощения, господин Ли, — почтительно склонив голову, произнесла она. — Мы уточнили по поводу вин. Вы просили Шато Марго 92-го года. У нас в наличии есть только шесть бутылок. Этого будет достаточно для главного стола?

— Достаточно, — кивает Ним Сок. — Для остальных столов подайте Петрюс 90-го.

— Да, господин Ли.

— А что с десертом? — вмешивается мама. — Я просила, чтобы торт был не слишком сладким. Мама не любит приторные десерты с маслянистыми кремами…

— Кондитер уже работает над этим, госпожа Ли. Он приготовил несколько пробных вариантов с лёгким муссом на основе белого шоколада и ягод. Как вы и просили. Вы можете их оценить.

— Хорошо. Позже, — отмахивается она, а затем окидывает зал взглядом. — А, да. И освещение. Сделайте его более тёплым.

— Может, обратно вернёмся? — шепнул я на ухо сестре.

От этих разговоров у меня начинал в ушах стоять белый шум.

— Пойдём, — согласилась сестра, и мы стали потихоньку отступать в сторону веранды.

— …конечно, госпожа Ли, — девушка снова поклонилась. — Всё будет сделано.

После чего администратор направилась в сторону одной из дверей.

— Су Джин? — найдя меня взглядом на несколько шагов от того места, где я стоял, обратился ко мне дед. — Ты всё понял?

— Что именно? — уточняю.

— Своё место за столом, — его взгляд становится более пронзительным. — И желательно свою задачу.

— Сидеть, молчать и мило улыбаться, — перечисляю свои стандартные правила. — Вроде так?

Ми Ён фыркает в руку, едва сдерживая смешок. Мама же бросает недовольный взгляд на Ним Сока и цокает языком. А дед, не обращая внимания на свою дочь и внучку, кажется, доволен.

— Можешь не улыбаться, главное, что от тебя нужно, — это выглядеть достойно, — наставительно произносит он.

На что мать с сестрой только закатывают глаза.

Я же, осмотрев столы для гостей, задумался, что в эту субботу, по словам сестры, я встречусь с биологическим отцом своей шкурки.

А ещё мне срочно требовалось придумать хороший подарок для Со Дам.

Глава 2 Драма семьи Ли и попытки сделать из Су Джина гения

Дом семьи Ли. Поздний вечер. Комната Су Джина.

— Прикольно, — только и сказал я, не зная, что по этому поводу испытывать. — У нас есть папа.

Я перевёл взгляд на сестру, которая молча на меня смотрела и ожидала какой-то реакции.

— Сейчас должна прозвучать какая-то ужасная семейная тайна, которая раскроет множество скелетов в шкафу? — предположил я, потому что от одной единственной фразы моя жизнь никак не менялась, а новых вводных сестра выдавать не спешила.

— Меня дед попросил переговорить с тобой... — призналась Ми Ён. — Скоро старики начнут поднимать одну тему... — запнулась она на мысли. — Вернее, не они... — снова запнулась. А затем всколошматила себе волосы, зарывшись в них пальцами. — Арр... Как же сложно с твоей амнезией. И почему не попросить кого-то другого тебе всё рассказать?

— Если тебе сложно, попробуй изложить тезисами, — попытался я ей помочь, чтобы хоть как-то перейти к сути.

— В общем, мама развелась, и мы втроем ушли от отца, — сказала она и задумалась. — А ещё раньше, наш дед ушёл из семьи... Но мы с тобой тогда ещё не родились... И-и это всё связано, но сейчас к делу не относится. Я пришла сказать, чтобы ты был готов, что тебя скоро все подряд начнут женить... Готовься к этому, — выдала она то, что подразумевала под тезисами. — Ну-у, как-то так. Надеюсь, ты всё понял, а я пошла спать.

Вывалив всё это на меня, она действительно начала подниматься.

— Стоять! — ткнул я её пальцем в лоб, и та снова плюхнулась задницей на кровать.

— Что? — буркнула она, надувшись.

— Ми Ён, — я непроизвольно потёр переносицу. — Потрудись и преврати весь этот бардак из слов во что-то осмысленное. Мне семнадцать лет, какое, к черту, женить? На ком?

— Видишь, я же говорила, что объяснить будет сложно, — грустно сказала сестра.

— Ну теперь уж постарайся.

Скорчив гримасу, сестра одной рукой откинула волосы, которые ей мешались, и забралась на кровать поудобнее, вместе с ногами.

— Мать рассталась с отцом не на самой хорошей ноте... Это было лет двенадцать назад, так что ты это, скорее всего, плохо помнишь... — она нахмурилась от своих же слов. — Вернее, помнил. Я имею в виду до амнезии.

— Я понял, о чём ты, — кивнул я, чтобы она не сбивалась.

— Брак заключался как деловой союз двух семей, и инициаторами была старшая ветвь Ли. Насколько я слышала, главным инициатором был наш, тогда ещё живой, прадедушка, — продолжила Ми Ён. — Так что ни о какой любви между нашими родителями речи не шло... Ну, вернее, я так думаю. Возможно, в какой-то момент между абоджи и мамой появились чувства, но, насколько я знаю, мама познакомилась со своим будущим мужем за два месяца до свадьбы.

Моё внимание зацепилось за то, как небрежно она говорила об отце. Называя его официальным обращением, в её интонации сквозило безразличие.

— Потом... — задумавшись, она слегка вскинула голову. — Ну-у, родились мы. И хотя я была не на много старше тебя, но хорошо помню, как в какой-то момент Ко Хай стал всё реже появляться дома. Мы тогда жили в его особняке за городом. А затем, в какой-то момент, он вернулся домой с другой женщиной и их совместным ребенком.

— Вау, — на самом деле удивился я. — Ладно, измену я ещё могу понять, но зачем он её притащил?

— Не поверишь, — криво улыбнулась сестра. — Он хотел, чтобы мы жили все вместе. Насколько я поняла, он решил, что его статусу положен гарем, а не жена и любовница по отелям. Он даже ей и их дочери за неделю, как оказалось, подготовил по комнате в особняке.

— Не могу представить, чтобы она это стерпела, — озвучил я свои мысли вслух, вспомнив характер Со Ён.

— Наша мама... — грустно произнесла сестра с паузой. — Не хочу и вспоминать состояние, в котором она была. Ей потребовалось дня три, чтобы прийти в себя и всё переварить. Затем, конечно, послала к чертям своего супруга и его любовницу, забрала нас с тобой и уехала в этот дом к родителям.

Я всё ещё плохо понимал, какая здесь связь с моей женитьбой, но информации уже хватало, чтобы подумать.

— Так всё и закончилось?

— В какой-то степени да, — с неуверенностью подтвердила она. — Но это стало только новым витком других конфликтов. Ты же понял, что основным инициатором брака был наш прадедушка?

Я кивнул.

— Тогда его уже не стало, но семьи Ли и Су уже долгое время работали вместе, и развод выглядел как удар по их репутации. Тем более: «Где это видано?» — выдала она, явно кого-то пародируя. — «Чтобы жена уходила от мужа? Если не смогла удержать семью, то сама и виновата?»

— Это кто говорил?

— Да все подряд из нашей старшей семьи, — с раздражением произнесла она. — Я же мелкая тогда была, и мне никто ничего особо не рассказывал. Помню только, что приходили то одни, то другие родственники.

— А что дед с бабушкой? — мне стало интересно, какую они сторону занимали в то время.

— Так дед у нас сам бунтарь, — с весельем в голосе, словно похвасталась Ми Ён. — Пусть он и выглядит постоянно недовольным и всё ещё грезит мечтами сделать из тебя крутого наследника, но ради семьи он часто жертвовал своей работой и положением.

«Ним Сок — бунтарь?» — прикинул я это словосочетание у себя в голове, и, признаться, эти слова у меня сходились со скрипом.

— Ты же уже слышал, что наша семья имеет старшую и младшую ветви, где мы младшие? — спросила она.

— Угу, даже с братом уже знаком, — подтвердил я, вспомнив воздыхателя Джан Ди.

— Во-от, — протянула она. — И это в семьях-основателях большая редкость. По словам деда, таких семей всего три, вместе с нашей. Это как-то связано с распределением мест в совете компании. Чтобы они не множились с поколениями, обычно представителем выступает только наследник семьи.

— Звучит логично, — согласился я.

— Опять же, — произнесла сестра, нахмурившись, словно что-то вспоминает. — Я это всё слышала по обрывкам рассказов, и если тебе будут интересны подробности, лучше спроси сам... Но я точно знаю, что деда, пусть он был и вторым сыном, готовили на место наследника. А он, — теперь она гордо улыбалась. — Вместо договорного брака ушёл из семьи, чтобы жениться на нашей бабушке.

— Дед крутой, — подтвердил я, просто чтобы поддержать сестру в её настроении.

— Ага, — энергичный кивок был мне ответом. — Наша Хальмони была из обычной семьи, но, ну-у, очень крутой и красивой. Хотя она и из провинции, но закончила вуз в первой сотне. А, по словам мамы, за ней вся мужская часть университета бегала.

Эта часть разговора Ми Ён явно нравилась. Всем своим видом она показывала удовольствие от того, что может похвастаться своему брату об их семье.

— И как получилось, что мы снова стали семьёй основателей? — мне стало интересно.

— Мы просто не потеряли право, — вдумчиво произнесла она. — За подробностями тебе точно не ко мне. Из того, что я знаю, важным фактором послужило то, что дед тогда не занимал какой-то существенный пост, чтобы его потеря повлияла на статус. Но, чтобы показать серьёзность своих слов и готовность уйти из семьи, он вывел все активы и акции, которыми владел, как один из наследников. А мать, ну... Наша прабабушка, его поддержала и подарила им на свадьбу часть своих акций компании, ну, знаешь... Как её личное наследство, которого его могли лишить.

— На эти деньги он и купил сеть ювелирных магазинов? — догадался я.

— Тех денег ему хватило всего на один магазин, — пожала она плечами. — Но бери выше: он подарил его как выкуп нашей бабушке. Я слышала, как его друзья шутят: чтобы не выбирать кольцо на свадьбу, наш хмурый Ним Сок подарил своей жене целый бутик.

— Ещё и романтик, — с одобрением и улыбкой подхватил я.

— Ага, — согласилась она. — Наш прадед его, кстати, простил. Может, прабабушка надавила, а может, действительно из любви, но он инициировал голосование по принятию в конгломерат нового небольшого партнёра. Без этого наш ювелирный магазин недолго бы протянул, а деньги с акций могли пропасть. Но здесь ничего не поделаешь, это реалии корейской действительности — чеболи владеют всем, кроме мелких семейных закусочных.

Последнюю фразу она произнесла так, словно озвучила незыблемую истину. А я был наслышан об этом не только по своему прошлому миру. Джан Ди, совсем недавно рассказывая о своей семье, тоже упоминала, что их тоже могло ожидать поглощение, если бы они не влились в Сиа Групп.

— Слушай, — у меня в голове ячейки пазла стали не складываться. — А как так вышло, что дед, сам отказавшись от договорного брака, пошёл на это в случае с дочерью?

— Ну, вот так, — развела она руками. — Насколько я поняла, бабушка сама всеми силами старалась помирить деда с уже болеющим отцом и остальной семьёй. Ей могло казаться, что во всём этом конфликте виновата она.

Сестра замолчала и выглядела крайне задумчивой.

— Наверное, мнение мамы всё-таки спрашивали, но… Она была, может, на пару лет старше меня, и я не слышала, чтобы у неё в то время были отношения. Возможно, что она особо даже не спорила. А Су Ко Хай… — сестра замялась. — Хотя нам с тобой и говорят, что внешностью мы пошли в бабушку… Наследственность у нас и от отца неплохая, абоджи и сейчас выглядит неплохо. Да и статус…

— Ясно, — приблизительно я понял ситуацию.

— Понимаешь, Су Джин, тут проблема не в самом договорном браке, а в том, как её унизил Ко Хай, а затем и семья, — с возмущением произнесла Ми Ён. — Первый привёл домой любовницу и трёхлетнюю дочь, а вторые вместо того, чтобы поддержать, обвиняли её, будто она сама разрушила брак, не став вести себя как мудрая и терпеливая жена. Для них поведение Ко Хая было просто мужской блажью, которую можно было и перетерпеть.

Не найдя куда выплеснуть эмоции, она стукнула рукой мою подушку.

— Для деда это стало последней каплей. Наш семейный бизнес, к тому времени уже подрос до трёх бутиков, и он выставил обсуждение своего статуса на голосование: или мы становимся партнерами с «Сиа Групп» как полноценные акционеры, лишаясь наследственного статуса основателей, либо становимся младшей семьёй и ведём дела отдельно от основной ветви. С подробностями, опять же, к деду, но итог ты и так знаешь: нас сделали младшей ветвью…

Я только мог представить, какая драма тут творилась в это время.

— А сейчас сам можешь видеть последствия, — со смешком произнесла она. — Дед на маму боится криво посмотреть и только намеки бросает о том, чтобы погрузить тебя в дебри бизнеса. При этом последнее слово о нашем воспитании, или о том, чем мы должны заниматься, всегда остаётся за мамой… — а затем, чуть подумав, добавила: — Если, конечно, бабушку не учитывать.

— Весело, — с сарказмом сказал я, укладывая новую информацию о своей семье.

— Не то слово, — подхватила сестра. — Дед меня, скорее всего, и послал поговорить на эту тему, потому что она для всех остальных слишком чувствительная, — пожала она плечами. — Ним Сок винит себя за то, что пошел на поводу у семьи, заставив этим страдать свою дочь. Бабушка бросила все силы в бизнес, чтобы доказать окружающим и себе, что достойна. Ну а мама… Не думаю, что ей было бы комфортно об этом рассказывать.

— Так, ладно, — я собрался с мыслями и пришёл к выводу, что чего-то в её рассказе не хватает. — А женитьба-то моя при чём?

— А-а, это… — протянула сестра. — Тебе же скоро восемнадцать, так что в кругу семей основателей обязательно должен зайти разговор о твоей будущей невесте. А мы всем этим домом голову себе ломаем, как тебя об этом предупредить перед празднованием дня рождения бабушки.

— И дед послал тебя, чтобы погрузить в контекст?

— Угу, — кивнула она. — Смотрелось бы странно, если бы ты оставался без понимания на фоне каких событий эти разговоры ведутся.

— И кто мне будет подсовывать эту пару, наша семья, выбирая из претенденток?

— Да кто угодно, не знаю, — честно сказала она, пожав плечами. — Семьи основателей, даже несмотря на постоянные склоки, остаются одной из фракций в компании, при этом выступая за разные коалиции. Я думаю, что после всей этой драмы с нашей мамой дед оставит решение за тобой. Но это не значит, что кто-то из семей или акционеров не захочет укрепить значимость фракции или повысить свой статус через брачный союз с тобой.

— Подожди, — захотел уточнить я. — А тебя тогда почему не выдадут замуж?

— Я дочь из младшей семьи Ли, — весело сказала она. — От брака со мной ничего, кроме приданного, семья супруга не получит. Это небольшие издержки в том, что мы не основная ветвь. В общем, готовься, — встала она с кровати и направилась в сторону двери. — На твою тушку всё больше людей будут строить свои планы, а в довесок тебя ждёт и первое в жизни знакомство с отцом. Спокойной ночи, братишка.

///

Старшая школа Ханнам. Столовая.

Перемена после третьего урока.

Шум от подносов, запах еды и весёлые подростковые голоса разносились по всему помещению. Су Джин, его соседка по парте Хэ На и её подруга Джу Гён заняли дальний угловой столик.

— Я думаю, Ю Джин вылетит в следующем туре, — обхватив губами соломинку от пачки сока и сделав несколько глотков, произнесла шатенка с видом эксперта.

— И с чего такие мысли? — с некой брезгливостью уточнила Хэ На, сидя прямо напротив своей подруги. — Между прочим, его отец — шеф-повар ресторана с четырьмя гранями Этолен.

— Четырьмя гранями Этолен? — уточнил я.

За что получил от них удивлённые взгляды.

— Ты не знаешь, что такое система оценивания Этолен? — прохлопала глазами моя соседка по парте.

— Нет, — честно признал я. — Впервые слышу.

— Эм-м…

— Ну а что такого? — сразу подхватила разговор шатенка Джу Гён, отмахнувшись в сторону Хэ На. — Су Джину не обязательно это знать. Я, например, тоже долгое время не знала о Хангук Династи, — она хихикнула в руку. — Мне было так неловко на семейном ужине, когда я об этом спросила у отца.

— Хангук Династи? — я вскинул бровь, глядя на неё.

— …

В этот раз за меня никто заступаться не стал, и над нашим угловым столиком повисла тишина. Девушки смотрели на меня очень странно, хлопая глазами, будто видят впервые, и периодически поглядывая друг на друга.

— Этолен, — наконец первой не выдержала Хэ На, поправляя очки. — Это награды, которые ресторан получает в гастрономическом рейтинге…

— Угу, понял, — задумчиво кивнул я. — Не звёзды, а грани?

«Это у них что-то наподобие звёзд Мишлена», — пришёл я к выводу.

— Звёзды… Чего? — недоумённо уточнила у меня Хэ На.

Уже… Неважно.

— Неважно, — вторил я вслух своим мыслям и опустил взгляд на свой поднос.

В столовой я чаще всего выбирал токпокки, привык его есть после ужинов с бабушкой. Тем более в школе соус к нему менялся почти каждый день. Кимчи и рис шли здесь в комплекте по умолчанию.

А вот девушки снова вернулись к спору о том, кто «вылетит» в завтрашней серии реалити-шоу «Кулинарный класс звёзд».

— У твоей любимой И На ещё меньше шансов добраться до финала, — пожимает плечами Хэ На.

— Это ещё почему? — возмущается шатенка. — У неё опыт работы в ресторане больше, чем у всех остальных.

— Это ты про то, что она когда-то была официанткой? — усмешка.

— Не просто официанткой! Она и на кухне помогала, — девушка вскидывает подбородок, отстаивая честь своей любимицы. — Шеф-повар учил её необычным рецептам…

— Бо-оги, Джу Гён, — протягивает соседка. — Это тоже было частью шоу. Ты же не думаешь, что её все пять лет снимали, пока она работала за чаевые, чтобы теперь показать эти кадры во время кулинарного шоу? Это обычный сценарий.

— Кадры новые, я не спорю, но сюжет всё равно основан на её реальной жизни.

Хэ На удивлённо вскидывает бровь, смотря на свою подругу.

— Ты серьёзно?

— Конечно. С чего бы им это снимать, если это не правда…

Пока они продолжали говорить, я открыл минералку, чтобы сбить остроту еды. И как только мои губы коснулись бутылки, и я сделал глоток, девушки, заметив это, замолчали и снова странно посмотрели на меня.

— Эм, Су Джин? — после паузы произнесла Хэ На.

— М?

— Я давно хотела спросить… Зачем ты запиваешь кимчи водой?

— После острого пить хочется, — задумался я над тем, что здесь такого. — После кимчи хочется сбить остроту. А что?

— Для этого же есть рис. Разве нет?

Она опустила глаза на отделение в моём подносе, где лежала горка нетронутого белого риса.

— Оу! Точно, — внезапно вклинилась подруга соседки. — Я знаю, что так часто делают европейцы. Возможно, — она посмотрела на меня и улыбнулась. — Ты жил за границей?

— Правда? — Хэ На задумалась. — Это бы объяснило твой высокий балл по английскому…

— Не совсем…

— Верно-верно, — не дослушав, перебила меня Джу Гён. — Кстати, — она бросила взгляд на свою подругу. — Слышала, что Хи Кьян долгое время жил в Австралии. Возможно, у них с Су Джином больше общего, чем только внешность, — она снова повернулась ко мне. — Как думаешь?

Я вообще без понятия, о чём она говорит. Однако я даже не успел и рта открыть, как в кармане завибрировал мобильный.

Экран показывал, что звонили с неизвестного номера.

— Да?

[Французский] — Су Джин? — слышится на другом конце знакомый женский голос. — Это Клэр Лоран. Я тебя не отвлекаю?

[Французский] — Здравствуйте, мадам Клэр, — отвечаю ей. — Нет, всё нормально. Несколько секунд, и я буду свободен.

— Мне нужно ненадолго отойти, — предупредив двух девушек, я поднялся из-за стола и направился в сторону коридора, где шум толпы не помешал бы нашему разговору.

[За тем же столом, после ухода Су Джина]

Смотря в спину уходящему парню и удивлённо хлопая глазами, две девушки, что остались за столом, непонимающе переглянулись друг с другом, как только Су Джин скрылся за толпой школьников.

— Он говорил на французском?.. — сидя в недоумении, произнесла Джу Гён. — Или мне показалось?

— Нет, тебе не показалось, — медленно покачала головой Хэ На, хлопая глазами.

— А почему он не рассказывал, что знает французский? — Джу Гён бросила ещё раз взгляд в сторону выхода, а затем вновь повернулась к подруге и мечтательно вздохнула. — Су Джин действительно очень необычный.

— Угу, — задумчиво произнесла Хэ На. — Иногда даже слишком…

[Коридор школы]

— Здесь немного потише, я слушаю вас, госпожа Клэр, — продолжил я с ней разговор на французском.

— Моя протеже говорит, что добиться сотрудничества с тобой сложнее, чем с профессиональными моделями с обложки моего журнала. Ты действительно так занят, как ей говорят?

— Госпожа Клэр... — я даже не сразу нашёл, что ответить. — Не могли бы вы уточнить, о каком роде сотрудничества мы говорим и что означает «сложно добиться»?

Моя собеседница на несколько секунд замолчала.

— Хочешь сказать, ты даже об этом не в курсе? — спросила она. — Агентство, где ты работаешь, не сообщило тебе о том, что моя Агнесса связывалась с тобой через фотостудию?

— Фотостудию? — шепотом проговорил я, чтобы затянуть паузу и дать время подумать. — Госпожа Клэр, в разговоре со мной действительно упоминали о каком-то звонке, но ничего большего. Поймите правильно, в этом агентстве я ещё новичок, и мнение о моём участии в какой-либо деятельности...

— Никаких подробностей ты не знаешь, потому что мнение айдола-новичка там никого не волнует? — перебила она меня. — Я понимаю, что ты хочешь подобрать слова так, чтобы меня не обидеть, но я и сама осведомлена о некоторых особенностях ведения бизнеса в вашем регионе.

— Ваш профессионализм и осведомлённость многое упрощают, — сделал я ей непрямой комплимент и добавил: — Я действительно не знал, что со мной хотела ещё раз поработать ваша протеже. Агентство С9 сейчас с осторожностью относится к моему продвижению и рекламным контрактам.

— Ясно, твои обстоятельства мне понятны, — серьёзным тоном произнесла она и, спустя несколько секунд размышлений, добавила: — Как считаешь, если с ними свяжутся из моего офиса, дело можно будет сдвинуть с мёртвой точки?

Я действительно об этом задумался.

Если исполнительному директору позвонят из Шанель, это точно заставит его задёргаться. Игнорировать он это не сможет, но вот дальнейшие его действия я рассчитать не могу. Да и о форме сотрудничества я до сих пор ещё не был в курсе.

— А о каком роде деятельности вообще идёт речь? — всё-таки спросил я. — Ещё одна фотосессия или что-то другое?

— После показа Агнесса получила много положительных отзывов о своей коллекции, и я убедила акционеров сделать её бренд дочерним нашей компании. К тому же у неё в Корее появился партнёр. Это о её делах вкратце, — быстро пересказала она. — А вот тебя она хочет сделать лицом бренда.

— Я рад за госпожу Бочелли, — сдержанно сказал я.

— Но от предложения, я смотрю, не в восторге? — подметила она по моему тону.

— Я бы так не сказал, — произнес я. — Скорее, я сомневаюсь в своей компетенции в этой области.

А менее обтекаемыми словами: в данный момент это просто никак не входило в сферу моих интересов. Возможно, я бы и мог придумать, как воспользоваться этой возможностью и для чего, но не в моменте.

— Я понимаю, тебе нужно подумать, — она интерпретировала мои слова по-своему. — В любом случае, пока нет согласия от тебя, связываться с твоим агентством нет никакого смысла. Я дам тебе на подумать... — она взяла паузу, и я услышал в телефоне шуршание бумаги. — Пусть будет два дня. Набери меня и дай ответ в течение этого времени. Ну а если не позвонишь... Что ж, из этого я тоже смогу сделать выводы.

///

В офисе Ха Рин царила неразбериха.

Зайдя внутрь, я заметил, как кто-то переносил вещи, ещё несколько мужчин перетаскивали столы. Но при этом часть офиса вся эта суматоха как будто не трогала, и люди сидели за своими столами и работали.

Взгляд непроизвольно скользнул в сторону моего нового рабочего места.

«Ну хотя бы здесь без изменений», — пронеслось у меня в мыслях.

Этот островок безмятежности и скуки, над которым нависала пальма, казался непоколебимой гаванью стабильности в этом офисе.

— Такое впечатление, что они так и просидели здесь почти два дня, пока меня не было, — пробормотал я сам себе.

Подружки Сыль Бин и Гын Нэ сидели рядом и о чём-то шептались. Их бывшая руководительница, а теперь мой зам, Бон Сок, что-то рисовала в альбомной тетради. Си У и Ю Ни смотрели, уставившись в свои ноутбуки. А Ё Джун, самый старший в этой компании, разлёгся на офисном стуле, опрокинул голову и, кажется, спал.

— Любуешься? — послышалось у меня за спиной.

— Угу, — кивнул я и не без иронии добавил: — Орлы.

— Знаешь, Су Джин, — я обернулся к Ха Рин, которая стояла рядом. — Я в этой всей суматохе даже о тебе забыть успела, а теперь увидела, и у меня ещё сильнее голова разболелась.

Вот по кому точно можно было сказать, что человек без дела не сидит, так это по хозяйке этого офиса. Об этом говорили её мешки под глазами, которым позавидовала бы любая панда из зоопарка Джан Ди.

— Всё так плохо? — спросил я.

— Сложно сказать, — индифферентно произнесла она и с тихой задумчивостью осмотрела офис. — У меня столько сейчас забот и проблем, что о некоторых я на время даже забываю. Потом они снова появляются прямо передо мной, — она перевела на меня взгляд и с ног до головы осмотрела. — И не помнить о них уже невозможно.

— Угу, игнорировать проблемы нельзя, — с умным видом покивал я, поддерживая беседу. — О чём последнем вспомнили?

Не знаю, от моего любознательного тона или ещё от чего, но женщина с раздражением скривилась.

— Да так, — пожевав губу. — Не то чтобы дело именно в тебе, но знаешь... Твой вид напомнил мне, что по моему офису ходит семнадцатилетний школьник, который по совместительству начальник одного из моих отделов.

— Вопиющее безобразие, — искренне посочувствовал я бедной женщине.

— ... — Ха Рин сразу не ответила, но посмотрела на меня с таким видом, будто откусила лимон. — Как тебя Джан Ди вообще терпела?

На это я только пожал плечами.

— Ладно, хватай Бон Сок и тащи её вместе с собой в мой кабинет, будем решать, что с тобой делать. Скоро твоё здесь присутствие заметят не только люди из девятого отдела, а ещё и человек Тан Дока, — произнесла она и, не дожидаясь реакции, направилась в сторону своего места работы.

///

Поздоровавшись с командой дизайнеров и забрав свою заместительницу, я уже спустя несколько минут стоял в офисе госпожи Ан.

Ха Рин находилась здесь не одна. Кроме неё, на гостевом диване сидел мужчина лет пятидесяти, с залысиной и круглым животом. Одет он был в серые брюки и белую рубашку без пиджака, но с подтяжками.

— Знакомься, это О Сан Хун, он возглавляет команду инженеров и в моё отсутствие является моим заместителем, — произнесла хозяйка кабинета и кивнула в его сторону. — А это Су Джин... — снова взгляд на меня и пауза. — В связи с отчаянной чередой обстоятельств, руководитель команды дизайна.

— Приятно познакомиться, — неглубоко поклонился я, приветствуя мужчину.

— Госпожа Ан, — тот в свою очередь на любезность мне не ответил и, смерив взглядом, тут же обернулся к своей начальнице. — А вы уверены, что мы не можем всё переиграть?

Голос его был почти жалобным.

— Уже поздно, — припечатала она. — Имя Су Джина уже несколько раз попадалось на глаза Тан Дока, так что либо ты в нашей компании найдёшь его тёзку и однофамильца, либо мы перестаём отвлекаться и начинаем работать над проблемой.

— Он же ещё совсем школьник, госпожа Ан, — сокрушённо прикрыл он глаза рукой.

— Простите, — напомнил я о себе. — А не могли бы вы и меня просветить об этой «проблеме»? Что-то за вчерашний день изменилось?

— Молодой человек, — пронёсся по кабинету резкий возглас главы инженеров. — Не могли бы вы помолчать, пока взрослые люди решают...

— Прекрати, Сан Хун, — строго произнесла Ха Рин, останавливая его и перебивая. Следом она посмотрела на меня: — Тебе Бан Сок новости после собрания не рассказывала?

— Она мне звонила и сообщала, что к вашему отделу присоединят ещё один, а также о том, что глава офисов разработки, господин Тан Док, пришлёт наблюдателя, — пересказал я то, что вчера услышал.

— Не просто отдел, а отдел из первой десятки, и даже не десятый-тестовый, а девятый, — поправил мужчина, но больше ничего не сказал.

— Вот и сложи два плюс два, — кивнув в его сторону, она развела руками. — Как видишь, не все будут довольны тем, что рядом с ними, тем более на посту руководителя, работает семнадцатилетний мальчик, который приходит сюда после школы. И если своим людям я всегда найду что сказать, то вот что говорить персоналу из девятого отдела и новому смотрителю... — мысль она не закончила, вместо этого приложила руки к вискам и медленно их помассировала. — Короче, с этим нужно срочно что-то делать.

— Делать... Что? — с любопытством поинтересовался я.

— Делать из тебя гения! Пусть хотя бы по документам... — хлопнула она по столу и, скользнув по поверхности глазами, нашла и выхватила из кипы бумаг какой-то файл. — Скажем, что ты надежда всей Кореи на великое будущее дизайна — от современной техники и концептов машин до тюбиков зубных паст и зубочисток.

— Восхитительно, — подвел я итог услышанному.

А сам начинал понимать, что вокруг меня снова образуется какой-то бардак.

— Госпожа Ан, ну это же смешно, — простонал мужчина с дивана.

— Бон Сок! — не обратив на его нытье никакого внимания, Ха Рин обратилась к моей заместительнице. — Ты сделала то, что я тебя просила? Список всех возможных конкурсов, где Су Джин мог победить, захватила?

— Да, — справа от моего плеча послышался её голос, и девушка быстро подбежала к столу начальницы и положила на него изрисованную бумагу. — Вот! В части из них я сама участвовала, а про другие только слышала.

Я тоже подошел ближе к столу и, наклонив голову вбок, вчитался в бумагу.

— Конкурс инновационного дизайна «Пульс Метрополии», — прочитал я, выхватив глазами одно из названий. — Но меня же там даже не было. Что будет, если это проверят?

— Да кто в здравом уме вообще будет это проверять? — пробормотала она, переписывая эти названия в пустые строчки стандартного шаблона анкеты. — Тем более, по документам ты внешний консультант нашего отдела дизайна. Бон Сок, у тебя есть ещё идеи?

— Да, госпожа Ан, — с готовностью и волнением в голосе подтвердила девушка. — Я набросала их на обратной стороне.

Дальше всё свелось к заполнению пустых полей моего нового резюме. Так что, сев на пустующий стул, я слушал целый список незнакомых слов и названий.

— Наличие работ на площадке дизайнерских работ DesignHub Korea, финалист онлайн-конкурса концептов Artwave Asia, — довольно говорила Ха Рин. — Эти два особенно хорошо звучат, ещё и искать в интернете точно никто не станет.

— Можно ещё упомянуть о бесплатных программах по обучению, при Университете Ёнсе такие есть, — предложила Бон Сок, поймав волну настроения от Ха Рин. — Ещё я знаю об интенсиве по UI/UX в Центре цифрового искусства Ханминского университета.

— Какой же это абсурд, — послышалось со стороны дивана.

И в этот раз с этим тучным мужчиной я был солидарен.

— К завтрашнему дню мы должны представить девятому отделу гения, — строго сказала Ха Рин, не отвлекаясь. — И либо Сан Хун, ты нам сейчас помогаешь, либо… Просто сиди там и не мешай. А лучше запоминай, потому что в моё отсутствие именно ты будешь всем продавать эту историю о Су Джине.

[Спустя пять минут]

— Курс Корейской школы технологий — повышение квалификации по 3D-моделированию и инновационного проектирования интерфейсов, — читала Ха Рин очередное предложение моей заместительницы. — Почему перечеркнуто?

— Обычно по окончании таких курсов выдают сертификаты, а их у Су Джина, скорее всего, нет, — неуверенно ответила девушка. — Так что я это зачеркнула.

— Плохо, — признала Ха Рин. — У Су Джина точно нет никаких сертификатов?

— Нет, — спокойно ответил я.

Я откинулся на спинку неудобного кресла и мерно покачивал ногой, которую закинул на колено. К окружающей реальности я решил относиться с невозмутимостью философов-атараксонистов.

— И считаю должным сообщить сразу, — продолжил я. — Если меня кто-то спросит об этом творчестве, я честно скажу, что никакого отношения к этим надписям не имею.

— Молчи уже, — раздражённо шикнула на меня Ха Рин. — Хотя, стоп! А языки?

— Мм? — посмотрел я на неё с вопросом.

— В твоей анкете не написано ничего о языках, но я от Джан Ди слышала, что ты помогал ей с переводом французского, ещё и со мной говорил на английском, — быстро заговорила она и почти вскочила со своего кресла. — У тебя есть сертификаты за TOPIK? Какой у тебя уровень?

Что такое TOPIK, я не знал. И по атмосфере чувствовал, что это было не самое удачное время, чтобы спрашивать.

— У меня его нет, — ответил я, не вдаваясь в подробности.

— Ты выучил английский и французский на разговорном уровне, но даже не захотел сдать экзамен на профессиональное владение языком? — спросила она, выражая полное непонимание. — Что вообще с тобой не так?

— Я ещё в школе учусь, зачем мне?

— Для этого, — строго сказала она и ткнула в анкету пальцем.

— Ты правда говоришь на двух иностранных языках? — проявила любопытство Бан Сок, уже забыв об официальном стиле общения.

— Угу, — кивнул я. — Что-то вроде этого.

— Подожди, зачем мы вообще всей этой хернёй занимаемся, если можем представить тебя как полиглота? — с возмущением спросила она, посмотрев на всех в комнате.

— Госпожа Ан, я думаю, вы преувеличиваете, — с улыбкой в голосе произнес Сан Хун со стороны дивана. — Английский — это сложный для изучения язык, на его освоение люди тратят десятилетия или едут учиться заграницу. И тем более, владение ещё более экзотического языка — французского. Возможно, что госпожа Пак слегка приукрасила. Какой может быть уровень знаний у семнадцатилетнего парня? Люди моего возраста...

— Помолчи, Сан Хун, я думаю, — в который раз заткнула она мужчину, на что тот надулся и бросил раздражённый взгляд в мою сторону.

Её взгляд медленно переместился на меня. Глаза были прищурены. Лицо наполовину любопытное, наполовину зловещее.

— А немецкий знаешь? — вкрадчиво спросила она меня.

— Госпожа Ан, — у меня у самого появился вполне логичный вопрос, потому что я перестал понимать, что в её голове происходит. — Какое вообще имеет значение, сколько языков я знаю, если моя должность этого никак не подразумевает?

После моего вопроса обе девушки ошарашенно уставились на меня. И даже от Сан Хуна послышался какой-то странный гортанный звук.

— Владение английским является знаком элитного образования, — словно на автомате, отчеканила Бан Сок, не сдержавшись.

— А ты точно кореец? — Ха Рин окинула меня взглядом, будто видит впервые. Затем продолжила с интонацией строгой учительницы в голосе: — Первое, что любой адекватный человек пишет в своем резюме, — это знание иностранного языка!

— У нас здесь даже в вакансиях доставщика еды вставляют фразу: «Предпочтительно знание английского на уровне собеседования».

— Так, — поменяла позу Ха Рин и села поудобней. — Ну, допустим, английский на средний балл ты вытянешь, французский, надеюсь, тоже, — задумчиво и вслух размышляла она. — Разговорный уровень английского у тебя точно есть, а что с грамматикой? — спросила Ха Рин.

— С ней тоже неплохо, но это же отдел дизайна... — я снова захотел уточнить.

— Да всем будет наплевать, в каких ты школьных конкурсах побеждал или на каких курсах учился, если в твоей анкете будет стоять профессиональное знание английского хотя бы третьего или второго уровня, с приложенным сертификатом, — она всплеснула руками. — Единственное, что нам нужно показать, что с нами работает не обычный школьник, а гений.

— Третий или второй, — со смехом в голосе повторил он Сан Хун.

— Признавайся, ты знаешь немецкий? — не обращая на него внимания, с хищным интересом спросила Ха Рин.

— Ладно, я понял, о чём вы, но почему сразу немецкий?

— Тогда китайский?

Я прикрыл глаза и потёр левой рукой переносицу.

— Допустим, знаю, — не стал я делать тайну.

— Секунду, — после моего ответа она тут же взяла телефон со стола и набрала какой-то номер.

Бон Сок при этом разговоре из-под копны своих волос хлопала глазами и выражала крайнюю степень недоверия.

— Срочно скажи что-то по-китайски! — потребовала она, сразу как ей ответили. — Я переключаю на громкую связь.

[Китайский] — Займись делом, женщина, или найди себе мужа и выноси мозг ему, — услышал я голос Джан Ди, говорящий на мандарине.

— Что она сейчас сказала? — внимательно за мной наблюдая, спросила Ха Рин.

— Если в мягкой форме... то пожелала вам счастливой семейной жизни и продуктивной работы, — сформулировал я разговор моих двух начальниц по-своему.

— А если не в мягкой... Подожди, это голос Су Джина? — послышалось возмущение из телефона. — Скажи, чтобы срочно перестал игнори...

Голос Джан Ди прервался, так как Ха Рин сбросила вызов и довольно произнесла: — Замечательно, китайский тоже запишем.

— Она даже не подтвердила, что он правильно перевёл, — подметил Сан Хун. — Какое может быть профессиональное знание трёх языков у семнадцатилетнего ребёнка? Нас же Вон Иль со всем своим девятым отделом засмеёт, если мы об этом напишем.

— Главное, что вообще ответил. Английский он хотя бы на средний уровень вытянет, с французским посмотрим, а в китайском главное, чтобы баллов хватило на любой сертификат, — принялась она разрабатывать план на ходу. — А ты пока что придумай, как затерять анкету Су Джина хотя бы на неделю, — произнеся распоряжение, Ха Рин нажала на кнопку интеркома, связавшись с секретарём. — Узнай расписание тестов TOPIK по английскому, французскому и китайскому языкам... — девушка прервалась и посмотрела на меня. — Ты так и не сказал, что у тебя с немецким?

«Что у неё за заскок на немцах?» — задумался я, ничего не отвечая.

— Су Джин, отвечай давай, сколько языков ты знаешь? — не унималась она.

///

Двадцать пятый этаж.

На месте руководителя мне так посидеть и не удалось. Джан Ди после звонка обрушила серию вызовов как на мой телефон, так и на мобильный Ха Рин. Так что после собрания меня отправили не бездельничать к дизайнерам, а к Джан Ди с указанием ее наконец угомонить. Поздоровавшись с отделом логистики, которые провожали меня почему-то грустным взглядом, я потянул на себя ручку двери кабинета.

Внутри — тишина.

Чжи Юн, сгорбившись над открытой папкой, что-то внимательно и досконально изучала. В то время как госпожа Пак, делая вид, что не заметила моего прихода, сверлила взглядом потолок, слегка покручиваясь в своем кресле.

— Здравствуйте, — решил я начать с приветственного поклона секретарю Сон.

Та чуть вздрогнула и наконец-то подняла на меня взгляд.

— О, Су Джин, — она на мгновение покосилась в сторону своей начальницы, а затем, снова посмотрев на меня, слегка улыбнулась. — Привет.

Я прошёл вглубь кабинета, заметив краем глаза, как Чжи Юн внимательно сопроводила меня взглядом.

— Здравствуйте, госпожа Пак, — остановившись перед письменным столом начальницы, поклонился я. — Вызывали?

— Угу, — даже не посмотрев на меня, Джан Ди указала рукой на свободный стул. — Присаживайся.

Я кивнул и занял предложенное место.

Секунда, вторая, третья…

— Вы хотели о чём-то поговорить? — уточняю.

— Да, хотела, — соизволили мне с ответом.

Снова пауза.

От этого странного разговора чувствую, как у меня слегка дёргается веко.

— О чём-то важном? — снова прерываю первым тишину.

— Да, — наконец Джан Ди смотрит на меня косым и слегка прищуренным взглядом, в котором читается недовольство. — О твоих обязанностях.

— О моих обязанностях? — удивляюсь. — А что с ними?

— Что с ними… — вздох, после которого начальница полностью поворачивается ко мне, придвигается ближе к столу и, переплетая пальцы между собой, кладёт руки на столешницу прямо перед собой. — Не расскажешь, что ты делал в последние несколько дней?

— Вам полным списком озвучить?

— Желательно.

— ... — я задумался. — В понедельник я встал примерно в семь утра. Сначала умылся, а потом…

— Су Джин! — грубо осекла меня Джан Ди.

— Что? — я недоумённо похлопал глазами.

— Ащщ, я не говорила тебе пересказывать каждый свой шаг, — нахмурилась девушка. — Где ты был вчера?

— Сначала дома, потом в школе, потом в агентстве и снова дома.

— Я звонила и писала тебе. Почему ты не отвечал?

— Даже не знаю, их было, — чтобы не соврать, я достал телефон из кармана и посмотрел в уведомления. — Двести тридцать пять. Полагаю, мне чисто физически не хватило бы времени ответить на каждое.

— Ну я же тебе за то же время их как-то написала? — возмущённо фыркнула Джан Ди.

— Справедливо, — пришлось мне признать. — И я могу только восхититься вашей выносливостью и упорством.

Однако по выражению лица госпожи Пак мой комплимент адресату не понравился.

— Снова издеваешься? — она прищурила опасно глаза. — Вместо того, чтобы ёрничать, лучше бы научился сначала элементарным нормам приличия.

— Элементарные нормы приличия, я так полагаю, предусматривают, чтобы я сразу отвечал на все ваши звонки и сообщения?

— На звонки ты и так обязан отвечать, ты мой стажёр, — она вздёрнула подбородок. — А насчёт сообщений… Если ты согласился играть в отношения, то как любой приличный кореец, который с уважением относится к своей девушке, конечно, ты должен сразу на них отвечать. И ответ должен приходить в течение пяти минут.

— ...

К её словам я отнёсся с сомнением и вкрадчиво к ней присмотрелся, пытаясь понять, врут мне или нет.

— Это относится ко всем корейским парням, не только ко мне? — всё-таки спросил я.

Джан Ди нахмурилась.

— Это база для всех отношений, которая даже не обсуждается. Просто прими это и следуй правилам.

Нет, я, конечно, хотел разобраться с тем, как тут всё устроено с отношениями в плане традиций. Но должен же быть и здравый смысл... Эти правила банально не умещаются во временные рамки любого занятого человека.

Я скрестил руки и задумался.

— Послушай, Су Джин, — выдержав паузу, произнесла уже более спокойно госпожа Пак. — Меня на самом деле не особо волнуют все эти партнёрские обязанности…

В этот момент секретарь Сон, которая наблюдала всё это время за нами, переводя взгляд то на меня, то на Джан Ди, слегка поперхнулась. Отчего привлекла уже наше внимание. Мы синхронно обернулись в её сторону.

— Прошу прощения, — неловко отмахнулась она, сделав пару глотков из кружки.

Выдержав паузу, госпожа Пак продолжила:

— Просто фактически ты сейчас встречаешься со мной, и такое поведение… — она скривила губы и посмотрела на меня. — Пусть и ненастоящего моего парня, но показывает ко мне пренебрежение. И я этого терпеть не намерена, — под конец фразы в её тоне снова послышалось возмущение.

В этот момент я замолчал и задумался про себя.

Ну, в чём-то её можно понять. Наверное. Так что стоило хотя бы дать шанс аргументам госпожи Пак.

Пока я думал над ними, Джан Ди явно высматривала на моём лице какую-то реакцию. В то время как боковым зрением я заметил новый нарастающий интерес, который исходил от секретаря Чжи Юн. Девушка сидела за своим столом и с любопытством молча наблюдала за нами.

— Хорошо, — наконец, после нескольких минут тишины, произнёс я. — Увеличить количество часов в сутках я не могу, но у меня есть предложение. Как насчёт графика? — госпожа Пак на это удивлённо изогнула бровь. — Например… Два сообщения в день и время ответа на звонок до получаса.

— Пф… Я не собираюсь с тобой торговаться! — фыркнула госпожа Пак, закатив глаза. — Это часть нашей культуры, так что...

— Тогда как насчёт...

— Двадцать.

— ?

Она же не собиралась торговаться...

— Три.

— Десять, и два от тебя с пожеланиями хорошего дня и доброй ночи.

— Пять, и дополнительно…

Пока мы пытались достигнуть компромисса в вопросе обычных сообщений, я заметил, как зрачки Чжи Юн перепрыгивают от меня к Джан Ди и обратно, словно мячик от пинг-понга.

— Семь и два от тебя. Это моё последнее предложение!

— Хорошо, семь ответов и два сообщения от меня с пожеланиями хорошего дня и доброй ночи, — согласился я, решив, что это вполне приемлемый компромисс.

— Вот и договорились! — победоносно произнесла Джан Ди, после чего у меня сложилось внутреннее впечатление, что она была готова согласиться и на меньшее.

— Это всё? — уточнил я.

— Ага, можешь идти дальше офис Ха Рин терроризировать, — с ленью в голосе ответила девушка.

Поднявшись со стула, я уже сделал шаг к двери, как госпожа Пак, что-то вспомнив, меня остановила:

— Я чуть не забыла…

Я замер, обернувшись на свою начальницу.

— Завтра мы идём на свидание, — сказала она голосом, не терпящим возражений. — Так получилось, что некоторые мои подруги уже в курсе некоторых обстоятельств, так что я обязана им тебя показать.

— Но завтра же... — начал было я, но Джан Ди меня перебила.

— И заметь, здесь не идёт речь о знакомстве с семьёй, и я по твоему же договору не обязана предупреждать тебя о таких встречах за неделю. Ужин с друзьями подкрепит достоверность нашей легенды. Так что будь готов к вечерней поездке в ресторан.

— Ладно, — с лёгкостью согласился я.

— Эмм, — Джан Ди, по выражению лица, слегка растерялась. — Так просто?

В тоне её вопроса выражалось подозрение.

— Почему нет? — пожал я плечами. — Теперь я могу идти?

— Да, — медленно кивнула Джан Ди, не отрывая взгляда. — Иди.

Я поклонился сначала ей, потом секретарю Чжи Юн и вышел из кабинета.

[Спустя минуту в кабинете госпожи Пак, после того как Су Джин вышел за дверь]

— Ха-ха. Пловец, спортсмен, модель, пфф, — фыркнула куда-то в пустоту Джан Ди. Она не отводила взгляда с входной двери, за которой минуту назад скрылся Су Джин. — Посмотрим, что Ан Ги и Бо Ра скажут, когда я приведу с собой айдола.

На фоне слышится тяжёлый вздох Чжи Юн, которая закрывает голову руками.

— Почему мы не можем просто спокойно работать, ну за что мне все это? — тихо шепчет девушка, так чтобы её никто не услышал.

Глава 3 Су Джин портит настроение властным боссам и выбор подарка

К концу дня я наконец-то добрался к рабочему креслу, которое в своём качестве всё ещё оставляло желать лучшего.

— Скучаете? — обратился я к неполному составу своих подопечных.

Представителя редкого, вымирающего вида Су У я за столом не заметил.

К их чести, они хотя бы немного, но подсобрались, когда я подошёл. И больше не напоминали сонных азиатских туристов в Турции, отдыхающих под пальмой.

«Кстати, пальму нужно полить», — вспомнил я о том, что её сохранность тоже входит в зону нашей ответственности.

— Господин Ли, — первой на мой вопрос отозвалась Сыль Бин, одна из двух подружек, которые постоянно ходили и болтали вместе. — От госпожи Ан ещё не поступало никаких заданий нашему отделу.

— Это понятно, у неё сейчас и своих дел полно, — кивнул я.

Затем я положил локти на стол, сложил пальцы в замок и с улыбкой и любопытством посмотрел на своих первых в этом мире подчинённых.

— А что с дизайнами телефонов из нашего ближайшего и не столь будущего? — спокойно поинтересовался я. — Уже всё сделали и отдыхаете? Или ваш томный и скучающий вид можно расценивать как первые попытки робкого саботажа?

Ещё в прошлый раз я дал им задание, чтобы посмотреть, как местные представляют себе будущее мобильных телефонов, да и вообще захотелось проверить, как у моих новых подчинённых с фантазией.

— Я не успела, — скромно, словно признаваясь в провале, ответила малышка Ю Ни, как любили называть её мой дед с матерью. — Но я могу показать ту часть работы, которую уже выполнила... Там пока что только...

— Подожди, Ю Ни. Я понял, — я выставил руки в успокаивающем жесте, слыша сквозь её голос, как она нервничает и запинается. — Тебе не нужно спешить, я не говорил о сроках выполнения задания. Затягивать тоже не стоит, но меня вполне устраивает, что ты отнеслась к вопросу ответственно. Тем более ты стажёр, от тебя и спросу меньше...

Успокоив, как мог, девушку, я уже хотел спросить, как дела у остальных, но в паузу вклинился самый старший из моей команды и единственный мужчина, сидевший передо мной, Ё Джун:

— Тво... — начал он, но сразу же запнулся, на лице мелькнуло лёгкое недовольство. Взяв себя в руки, он продолжил. — Господин Ли, ваше задание до некоторого времени было единственным спасением здесь от скуки. Но, к сожалению...

— Кабель, — возмущенно произнесла Гын Нэ, на что я с удивлением обернулся.

Нет, то, что девушке надоело слушать медленные объяснения Ё Джуна, я понял, но при чем здесь кабель?

— Наши соседи перетаскивали стол и порвали кабель от интернета, — продолжила она и бросила недовольный взгляд на пустой стол, который в метрах пяти стоял от нас с кучей картонных коробок сверху. — Телефон IT-отдела постоянно занят, а без доступа к корпоративной локальной сети большая часть наших программ не работает.

— Да и в интернете хотелось бы что-то найти для вдохновения, — поддержала свою подругу Сыль Бин.

— Принято, — произнес я, подводя итоги с расследованием. — Версию с саботажем считаем несостоятельной, а задержку в выполнении задания списываем на непредвиденные обстоятельства. Если кабель до конца дня не заменят, то я попрошу…

«А у кого тут просить?» — задумался я.

То, что в IT-отделах даже больших компаний может твориться бардак, я не удивился. Там месяцами может не быть работы, а потом завал на неделю.

Не к Ха Рин же по каждому пустяку бегать? С другой стороны, на противоположной стороне зала сидел её пухлый заместитель О Сан Хун, с которым я сегодня познакомился. Могу его подоставать.

— …в общем, кабель до конца дня починят, — закончил я мысль и вернулся к основной теме. — В остальном, по заданию, может, есть вопросы?

В ответ три девушки помотали головами, один мужчина простодушно пожал плечами, а вот их бывшая руководительница Бон Сок уставилась на меня, поджав губы.

— Бон Сок? — поддержал я её, чтобы девушка не молчала.

— Я, наверное, пока что не смогу его выполнить, — хмуро сказала она.

— Причина? — с нейтральной интонацией спросил я.

— Я на вчерашнем заседании видела наш проект, по которому мы будем работать, — хмуро ответила моя заместительница.

— И что там? — тут же с энтузиазмом спросила Гын Нэ.

— Всё так плохо? — голосом, словно уже и так был готов к неприятностям, спросил Ё Джун.

— Я… Просто когда я сегодня утром продолжила работать с заданием, моя фантазия дала сбой, — с раздражением призналась Бон Сок, не обращая внимания на вопросы и всё ещё смотря на меня. — Я здесь единственная, кто видела часть рисунков проекта, над которым мы будем работать, и… Я не понимаю, к нам не позвали того, кто этот проект разработал!

— Ты видела рисунки проекта, но не знаешь, кто их автор? — меня такая постановка вопроса удивила.

— Не успела посмотреть, — повела она плечами. — Скорее всего, госпожа Ан принесла рисунки проекта для демонстрации, но на собрание пришёл человек Тан Дока, и тема разговора сменилась на объединение двух отделов. Так что я уже, когда всё закончилось, попросила у нашей начальницы взглянуть на то, что было в папках. У меня было всего минут пять времени.

— И как тебе? — с интересом спросил я.

— Я не понял, всё плохо или всё хорошо? — тоже с интересом, но и нетерпением спросил Ё Джун.

По его виду, мужчина явно хотел разобраться, чего ему ожидать в будущем.

— Ну, с какой стороны посмотреть, — пожала она плечами. — Теперь... Не знаю. Все мои идеи с боковыми кнопками управления и джойстиком кажутся вторичными, а мысли сводятся не к чему-то новому, а к тому, как оформить иконки приложений или... Вчера, когда ложилась спать, представила, каким образом можно перенести управление компьютерной игры на сенсорный экран. Но... Это уже не моя идея, а работа с чужой архитектурой.

— Получается, тебе понравилось? — уточнила Сыль Бин.

— Угу, — кивнула она, и её растрёпанные волосы качнулись. — Теперь я хочу познакомиться с тем, кто это всё спроектировал и нарисовал. Хочу спросить, где он брал вдохновение и сколько на этот проект у него ушло времени.

Бон Сок говорила всё это с таким мечтательным взглядом, что мне стало даже как-то некомфортно.

— Так что там такого? — не понял что-то Ё Джун. — Я уже слышал, что мы будем работать с сенсорным экраном, но на рынке смартфонов с сенсорным экраном и так хватает, чему ты там так удивилась?

— Внешнему виду? — риторическим вопросом ответила она. — Тому, как органично устроена внешняя среда и пространство? Учёт эргономики в смартфоне с огромным дисплеем и всего лишь с одной кноп...

— Бон Сок, — прервал я девушку. — Я, конечно, рад вашему энтузиазму. Но давайте позволим госпоже Ан, как она и планировала, самостоятельно ознакомить нас с проектом, над которым мы будем работать.

— Да, — сказала она и, бросив на меня взгляд, коротко кивнула. — Наверное, вы правы.

Бон Сок явно была не от мира сего.

Пышная копна чистых, но не расчёсанных тёмных волос. Безразмерная чёрная кофта под горло, которая где-то на грани вписывалась в нормы аккуратности корпоративного дресс-кода. И разноцветный рюкзак с кучей нашивок, который всегда был рядом и сейчас висел на спинке её стула.

Если я поначалу воспринимал её где-то как один из вариантов характера «творческая личность», которая сама по себе олицетворяла фразу «творческий бардак», то сейчас моё восприятие девушки медленно менялось на...

Ну, скажем так: моя заместительница выглядела очень домашней.

И не в смысле домашней как домохозяйка. А в смысле девушки, живущей с родителями и играющей в игры, которую по какой-то нелепой случайности получилось уговорить пойти на работу.

Вот она и сидит тут и ждёт, пока закончатся рабочие часы, чтобы свалить отсюда и поиграть в компьютере или за приставкой.

И как бы... Люди бывают разными. Я не находил в её поведении ничего плохого, да и внешность у неё была своеобразно приятной.

Но меня искренне удивлял тот факт, что с таким характером она получила должность руководителя. Тот же Ё Джун десять раз, по идее, мог бы её подвинуть.

— Получается, подробностей о проекте не будет? — грустно спросила Сыль Бин.

— Не будет, — отрезал я, снова вспомнив о пальме, продолжил. — Кстати, где пропадает наш редкий вымирающий вид?

Я указал подбородком на пустующий стул.

— Если вы о Си У? — с вопросительной интонацией начала Ю Ни и, увидев, что я кивнул, продолжила. — Он сказал, что пойдёт к деду.

— Угу, и давно?

— Как только вы ушли к госпоже Пак.

— Значит, давно, — принял я информацию к сведению. — У кого-то есть его номер?

— У меня есть, — отозвалась Бон Сок. — Могу вам его продиктовать или на телефон скинуть. Ваш номер у меня есть.

[Две минуты спустя]

— А зачем вам Си У? — спросила Бон Сок.

— Пальма не полита, — просто ответил я.

Отходить я никуда не стал ради звонка. А заняться моим подчинённым было нечем. Вот они и наблюдали за тем, чем я занимаюсь.

— Это кто? — услышал я молодой голос парня из раскладушки.

— Твой руководитель, — добродушно ответил я. — Запиши, кстати, мой номер.

— Су Джин? — удивился он. — Слушай, я сейчас не могу говорить. У вас там в офисе всё равно нечем заняться, ещё и интернета нет. Я сейчас в кабинете моего деда, так что...

Его голос прервался из-за шума проезжающей рядом машины.

— Мне не важно, где ты, Си У, — всё тем же спокойным голосом перебил я его объяснения. — Как ты и сказал, у нашей команды действительно сейчас нет никакой работы, так что гуляй где хочешь, но у тебя есть задание: до конца рабочего дня ты должен полить пальму.

— В смысле?.. Какую ещё пальму? — спросил он растерянно и явно без всякого осознания, что я от него хочу.

— Так, — тихо пробормотал я, делая для себя новые выводы. — Кажется, я переоценил когнитивные способности одного из своих сотрудников.

— Кого переоценить?

Я скривился.

— Смотри, Си У, объясняю, чтобы даже ты понял, – вкрадчиво стал я доносить информацию. — Пальма — это такое растение, которое без очевидной нам с тобой причины сажают для красоты в вазон. Многие путают его с деревом, но это сейчас не важно. Точные его характеристики внешнего вида я пропущу, если позволишь. Это псевдо-дерево возле нашего стола одно, слава богам, поэтому не перепутаешь. А теперь само задание...

— Су Джин, ты сейчас?.. — услышал я его возмущённый голос.

— Не нужно перебивать, Си У, ты лучше записывай, чтобы не забыть, — не дал я себя перебить. — Я понимаю, что тебе это может быть сложно, но я сейчас всё объясню: берёшь пустую ёмкость на 500–700 миллилитров, альтернативой которой может быть три-пять кофейных стаканчиков, затем набираешь туда воды из-под крана...

Я посмотрел на пальму, затем на стекло кабинета Ха Рин.

«Да чёрт её знает, насколько ей эта пальма важна…»

— Команду «из-под крана» отменяем, — передумал я. — Лучше фильтрованной. Затем переносишь её к вазону с псевдо-деревом и выливаешь содержимое тары в вазон. Всё понятно?

— Ты закончил? — услышал я его злой и раздражённый голос подростка.

— Да, теперь можешь дальше отдыхать. Главное, не забудь о задании, — сказав, что хотел, я закрыл раскладушку и убрал её обратно в карман.

— Что? — спросил я у людей за столом, потому что они как-то странно на меня сейчас смотрели.

— Господин Ли, — как-то тихо и задумчиво спросила Бон Сок. — Вы в шаге от того, чтобы на ближайшие пять минут и в пределах этого стола стать моим кумиром, но... У вас не будет потом проблем с его дедом?

— Достал, да? — спросил я.

Она сразу поняла, что я имею в виду, и моментально кивнула.

— Точно не знаю, — пожал я плечами. — Но, насколько я могу оценить ситуацию, проблем возникнуть не должно.

Проблем у меня не возникло: служба безопасности и даже спецназ в офис не врывались, молния не поразила здание офиса, и даже небо на улице оставалось светлым.

Только телефон завибрировал из-за звонка с незнакомого номера.

— Слушаю.

— Добрый день, это Су Джин? — услышал я мелодичный женский голос.

— Всё так.

— Я личный секретарь господина Чо, исполняющего обязанности руководителя второго отдела рыночной аналитики, — представилась она.

— Господин Чо Мён Гук? — уточнил я, потому что понятия не имел, кто, кроме деда и моего прогуливающего подчиненного, ещё работает здесь из семьи Чо.

Услышав имя, мои подчиненные тут же встрепенулись, а скука и сонливость снова исчезла с их лиц.

— Да, — подтвердила она. — Господин Чо просит срочно зайти к нему в кабинет.

— Срочно? — снова уточнил я.

— Да, он просил передать, что освободил время для встречи с вами и уже ожидает.

— Угу, я понял, — лениво ответил я.

В отличие от моих коллег, спать мне всё ещё хотелось.

— Но у меня... Позвольте уточнить, вас как зовут?

— Моё имя Ча Гын, а фамилия...

— У вас замечательное имя, Ча Гын, — сделал я ей комплимент. — Я понимаю, что вы не справочная и не отдел кадров, но... Позвольте уточнить?

— Да, — как-то растерялась девушка, имя которой переводилось как «маленькая» или «миниатюрная».

Так что я даже не врал, по-корейски это могло звучать очень даже мило.

— Я хотел узнать, господин Чо, возможно, как-то связан с работой дизайнеров нашего офиса?

— Простите, но насколько я проинформирована, он не имеет с этим ничего общего.

— А с отделом разработок смартфонов? — продолжал спрашивать я. — Или, может, напрямую с двенадцатым отделом госпожи Ан?

— Нет, — уверенно и словно убеждая, ответила девушка. — Как я и говорила, он исполняющий обязанности руководителя второго отдела рыночной аналитики. Ничего общего с дизайнерами или разработкой смартфонов он не имеет.

— Я понял, спасибо и извините, что донимаю расспросами, я не займу больше вашего драгоценного времени, — поблагодарил я девушку, которая была со мной такой терпеливой. — Передайте, пожалуйста, господину Чо, что если я ему понадобился, он всегда может навестить меня... — хотел было сказать по привычке «в моём кабинете», но споткнулся взглядом об окружение: передо мной был стол с моими «орлами», я сидел под пальмой, а в пяти метрах от меня лежала груда картонных коробок. — На моём рабочем месте. Возможно, будет нелегко, но для беседы с господином Чо я тоже постараюсь выделить свободное время в своём расписании.

— Я... — совсем растерялась девушка и сделала длинную паузу, прежде чем найтись с ответом. — Передам ваши слова.

И положила трубку.

— Господин Ли, — спросила Сыль Бин с какой-то опаской в голосе. — А кто ваши родители?

— Мама актриса, а с отцом в конце недели познакомлюсь, — ответил я правду.

На ответ каждый отреагировал по-разному, но все девушки, за исключением Бон Сок, восприняли это как шутку и улыбнулись.

— И вы не боитесь, что у вас будут проблемы с дедом Си У? — спросила моя заместительница Бон Сок.

— И кому он пожалуется? — вопросом на вопрос ответил я. — Ха Рин? Так она его пошлёт, притом если он позвонит сегодня, то матом. Руководству? Ну так он не мой начальник, и я полностью был в своём праве. Тем более говорил я всё это не ему, а его секретарше и личных оскорблений не нанёс. В остальном... Да пусть он делает что хочет.

«Хотя деду может позвонить», — задумался я, скривившись.

Будет неприятно, но с Си У в любом случае нужно что-то делать. Мне нафиг не нужен был этот представитель исчезающего вида в своей команде, если мне по поводу и без, будет звонить его дед.

Сейчас я ясно дал понять, что не хочу и слышать о каких-то там особых пожеланиях в сторону особых условий работы для его дорогого внука. И в дальнейших попытках он только снова потеряет лицо.

«Если что-то не нравится, то пусть его забирает, в чём проблема?» — мысленно подвёл я итог и выбросил эту семью из своих мыслей.

— Так, кому бы ещё настроение испортить? — тихо пробормотал я одними губами.

Понимая, что дальше просто так сидеть мне будет скучно, я стал осматривать офис в поисках одного особого здесь человека.

Отношения с ним, мне тоже требовалось поправить. К тому-же, можно попробовать воспользоваться еще и плюсами моего возраста.

///

— Господин О, а вы же по образованию инженер? — главного инженера в офисе и заместителя Ха Рин я выловил у кофейного автомата.

Мужчина забрал стакан с кофе и посмотрел на меня взглядом, который явно давал понять, что моей компанией он совсем недоволен.

— И?

— И в подчинении у вас есть целая команда людей с образованием инженера? — задал я новый вопрос.

— Угу, — кивнул он и осторожно отпил из стаканчика.

— Тогда не могли бы вы выделить кого-то из них, чтобы они заменили нам интернет-кабель? — всё-таки озвучил я свою просьбу. — Я выдал своим подчинённым задание, но без подключения к корпоративному серверу они даже не могут зайти в программу для работы.

— Мои люди не электрики, они занимаются совсем другой работой, — хмуро и наставительно ответил он. — Позвони в IT-отдел.

Было заметно, что если бы его стол сейчас тоже не передвигали, он бы точно сослался на какую-то работу и свалил от меня подальше.

— У них занято, — сказал я и тут же вернулся к первоначальной теме. — Вы имеете в виду их профессиональную квалификацию?

— Можно и так сказать, — не особо вкладываясь в разговор, буркнул он.

— Я понимаю, — простодушно, словно со знанием дела, покивал я. — Тогда, возможно, что у вас больше инженерной квалификации, чем у них? И вы сможете уделить нам немного свободного времени и сами всё починить?

— Слушай... — уже было с раздражением вздохнул он.

— Или это как с программистами? Знаете, у моего деда есть друг-программист, — выдумывал я на ходу. — И в разговоре с ним тоже оказывается, что он многое не умеет...

Таким образом, всего через двадцать минут к столу команды дизайна усилиями одного добровольца из инженерного отдела, присланного в знак вечной дружбы между командами 12-го отдела, наконец провели интернет. А Су Джину вновь стало нечего делать, так что остаток рабочего дня он потратил на написание новых глав книги. Пусть китайская классика до сих пор никого особо и не впечатлила.

///

Дом семьи Ли, комната Су Джина.

В комнате было светло и тихо. Молодой парень, подперев левой рукой подбородок, смотрел в экран монитора, а правой медленно скролил колесиком мышки, перелистывая текст.

— Сколько же здесь всякого мусора, — вслух сказал я, после чего закрыл страницу и перешёл по новой ссылке.

Сегодняшний ужин проходил немногословно и закончился быстро. Да что уж там, за столом только бабушка и дед перекинулись несколько раз фразами. А причина этого была очень простой: коршун Со Дам снова расправила крылья, и вся семья, прикинувшись сурикатами, сразу же разбежалась по своим комнатам, как только их отпустили из-за стола.

Чем ближе подходила дата дня рождения бабушки, тем хуже становилось её настроение. Дело было в сотрудничестве с Dior, продукцию которых долгое время представляли три из пяти наших магазинов как основную, делая на них фокус и отдавая под их товар главные стенды.

За одним из ужинов мне рассказали, что Сиа Груп из-за каких-то там внутренних интриг сделала крупную подставу, сократив рекламную поддержку этого бренда именно у наших магазинов, после чего Dior отказали бабушке в продлении лицензии на продажу.

Товар отозвали, закупочные деньги вернули, однако все издержки за хранение, перевозку и остальную логистику легли на плечи нашей семьи.

Все эти проблемы усугублялись тем, что замены Dior как ведущего бренда для бутиков так и не нашли, а все контракты с крупными брендами приходили из Сиа Груп. И неизвестно, когда новый контракт вообще появится.

Полки, которые в обычное время заполняли новые коллекции, а иногда и эксклюзивная продукция Dior, теперь были завалены пусть и не дешевой, но обычной бижутерией с общего рынка.

В обычных условиях такое сотрудничество с крупным конгломератом было бы как раз плюсом, так как небольшие дочерние компании пользовались налаженной структурой крупного конгломерата. Но в нашем случае именно эта зависимость играла против нас.

Подводя итог, можно процитировать слова бабушки за сегодняшним ужином, которые она буркнула в сторону Ним Сока: «Бутик без элитного бренда, на который делается фокус, — это уже не бутик, а обычная ювелирка».

Так что, пока менеджеры Сиа Груп только изображали бурную деятельность в поисках нового крупного поставщика, бабушка решила взять дело в свои руки и начала искать самостоятельно.

Что, собственно, не особо исправило ситуацию. Неудачи в этих поисках только больше её угнетали, а гнетущая атмосфера вокруг этой «нестареющей ведьмы» только усилилась.

— Но это всё проблемы взрослых, — пробормотал я, листая очередную статью.

У меня тут и своя есть — празднование дня рождения Со Дам уже в субботу, а я так и не придумал, что подарить.

Самым очевидным решением было подарить песню.

— Ага, и подойти к ней со словами: «Смотри, ба, я сделаль-ь» — с кривой улыбкой тихо произнёс я.

Вот только нахрена она ей? Что она с ней будет делать?

Нет, я, конечно, могу предположить, что от внука и открытка будет приятной. Но... Да пусть я даже выберу что-то ультрапопулярное из своего прошлого мира. До того как оно популярным не станет, это где-то как открытка и будет.

С тем же успехом можно ещё на стульчик встать и выдуманный стишок рассказать.

А может, всё-таки песню?

— Я бы мог, если не спеть, то хотя бы сыграть, — вслух раздумывал я. — Выбрать что-то драматичное или классику... А ей вообще нравится классика?

Консультация у Ми Ён в этот раз не принесла результатов. Девушка сама ничего об этом не знала, вспомнив только о том, что в машине Со Дам слушает всё подряд и под настроение.

Короче, все идеи, которые приходили на ум, мне не нравились, а мысли сделали полный оборот и шли уже по второму кругу.

Так что, как житель моего прошлого мира, который познал радость безлимитного интернета двадцатых годов, искать решение проблемы я стал в сети.

Вот только тут с развитием интернета всё было не так радужно.

Интернет, как и всё техническое развитие, здесь был где-то на уровне 2005–2007 года. А правило «если ты чего-то не нашёл в Гугле, то точно найдёшь на Ютубе» тут не работало. Просто потому, что о Ютубе даже в Корее ещё слышали далеко не все — сайту всего год как исполнилось.

Платформа только набирала популярность, и я сам понятия не имел, станет ли она тем гегемоном видеохостинга, который я помню.

Сейчас основной платформой как для обмена сообщениями, так и хранения видео, был Сасао — социальная сеть, созданная корейцами для корейцев.

Кроме функций обычной соцсети с личными блогами, тут были и торговая площадка, и раздел самиздата для манхв с ранобэ, и чёрт знает что ещё.

Но с Сасао мне только предстояло разобраться, так как там была моя личная страничка на пароле, который я не знал.

Сейчас же я погрузился в дебри блогов на тему подарков.

И если мягко говоря... Нихрена здесь полезного не было.

Корейцы не спешили делиться секретами, что дарят своим бабушкам или хотя бы мамам. По всей видимости, эта тема оказалась слишком интимной для местных жителей.

Однако статьи и личные блоги от парней-пикаперов и девушек-советчиц заполнили всю страницу моего поисковика.

Первые рассказывали о том, как выбирать подарок, чтобы из дома ты вышел с презервативами, а вернулся без них.

А вторые убеждали в важности обмениваться дарами во имя любви и будущего семейного счастья четырнадцатого числа каждого месяца.

Ну или где-то так... Я понятия не имею.

Все эти статьи я закрывал, прочитав максимум несколько первых абзацев. После чего продолжал поиски чего-то более подходящего к моей ситуации.

В конечном итоге моё путешествие по интернету вышло за пределы Кореи и привело в блог какого-то американца, который описывал в целом свою жизнь в Корее.

Он сюда с семьёй переехал по работе отца и прожил в Корее два года, после чего уехал обратно к себе в Америку и завёл блог.

В разделе «Что меня больше всего удивило» он как раз и затронул тему подарков.

«Я очень удивился, когда в Новый год к нам пришли гости с работы отца и подарили говядину.

Как оказалось, в Корее у этого мяса целый культ. И подарить набор хорошей вырезки — это способ показать уважение, статус и щедрость. Особенно если это мясо породы Хану. (Сразу говорю, что понятия не имею, что это означает, но мне так сказали.)

Ну знаете, это как у нас подарить дорогой алкоголь или крутой чай в Японии. Если в Японии вообще дарят чай, к сожалению, я там ещё не был.

В общем, я хочу сказать, что в Корее коровье мясо — это престижный, дорогой и универсальный подарок, который дарят практически на любой праздник и всем подряд…»

— Итак, говядина, песня, открытка или стих, встав на стульчик? — вслух пробормотал я и снова посмотрел в сторону блога.

Затем, чтобы всё-таки проверить, что я не прочитал сейчас лютую чушь, я вбил название этого самого мяса и действительно, почти сразу, наткнулся на рекламу подарочных наборов говядины, полученной «только от корейских коров породы «Хану», выращенных внутри страны».

Ну, по крайней мере, так говорилось в рекламе, а следом шел список мест, где я могу купить эти подарочные наборы в Сеуле.

«Итак, Су Джин, ты сейчас решил подарить своей бабушке на день рождения кусок мяса?» — этот вывод я не захотел говорить даже вслух. Но мысленно пришлось самому себе в этом признаться.

— Нет, ну кто я такой, чтобы спорить с традициями? — вздохнув, я откинулся на спинку кресла и уставился в потолок.

«Вот Со Дам обрадуется... У неё и так с магазинами проблемы, ещё и внук на день рождения принесёт кусок мёртвой коровы», — задумался я.

Мысли неожиданно перепрыгнули вообще в другую сторону и я вспомнил, что нужно не забыть позвонить Клэр Лоран, чтобы на словах отказаться от её предложения, а не проигно... Так, стоп, а почему я сразу об этом не подумал?

— И... — вслух задумался я. - Это вообще, в обход агентства возможно?

Затем, развернувшись на кресле, открыл нишу стола, и достал копию моего контракта айдола.

[Спустя пять минут]

— Су Джин, если ты звонишь, чтобы пожелать мне спокойной ночи, то мог бы написать это и в сообщении, — в моём телефоне раздался весёлый и надменный голос Джан Ди. — И вообще, сейчас только полвосьмого. Не считаешь, что ещё довольно рано, чтобы...

— Госпожа Пак, — с вежливой, но деловой интонацией прервал я её монолог. — Я по делу. Мне нужно ещё раз связаться с вашим семейным юристом, это возможно?

— Тебе срочно? — к чести начальницы, услышав мой голос, Джан Ди сразу прекратила кривляния и перешла к делу.

— Мм... — я задумался. — Скорее да, чем нет.

— Встреча или разговор?

— Телефонного разговора было бы достаточно.

— Вообще-то, он только от нашей семьи берёт трубки круглосуточно, — задумалась она. — Но ещё не очень поздно, так что можешь звонить. Скажешь ему, что я сама разрешила тебе воспользоваться его консультацией.

[Спустя двадцать минут]

Закончив разговор с юристом семьи пак я мысленно прикинул, что во Франции сейчас середина рабочего дня и следом набрал Клэр Лоран.

— Здравствуй, Су Джин, ты позвонил обрадовать меня тем, что согласен стать лицом бренда моей подопечной? — услышал я её бархатный голос, которым говорят только француженки на своём родном языке.

Как ни странно, но...

— Да, госпожа Клер, но, как всегда, есть нюансы, — произнёс я.

— Без них было бы скучно, рассказывай, — услышал я её весёлый голос в ответ.

[Спустя время]

— Получается, ты хочешь помочь своей бабушке в обход агентства и Сиа Груп?

— Да, поскольку я несовершеннолетний, контракт не запрещает мне участвовать в публичной деятельности, если она связана с коммерцией моей семьи, — отвечал я. — Есть в этом решении, конечно, как плюсы, так и минусы. Очевидный плюс — вам не придётся договариваться и платить моему агентству, которое и так не факт, что согласится даже после вашего звонка. Из минусов — в таком варианте я стану моделью магазинов Со Дам, и, заключив контракт с ней, любая реклама должна будет иметь отношение к одному из бутиков. Ну и, конечно... — затрагивал я главный пункт. — Наши магазины станут представителем вашего бренда.

— О деньгах мог бы и умолчать, дело не в этом, — задумчиво произнесла француженка.

— Вас беспокоит последний пункт и что съёмки будут происходить только в магазинах? — предложил я.

— Совсем нет, — с лёгкостью сказала она. — Им всё равно нужно где-то продаваться, не у вас так у других... Дело в тебе, Су Джин, ты, кажется, кое-что не понимаешь. Я не могу сделать ваши магазины представителями Шанель.

Она замолчала, а я не перебивал, желая, чтобы она сама всё объяснила.

— Диор, которые отозвали лицензию, — продолжила она, — Не стали бы отдавать на продажу эксклюзивы или ограниченные коллекции в обычный бутик, для этого существуют официальные салоны. Такой есть как у нас, так и у Диор в Сеуле. Из твоих слов я поняла, что в бутики твоей семьи попадали максимум новые коллекции, а эксклюзивы поступали из дочерних компаний. Как раз от таких же протеже, как моя Агнесса.

— Я очень даже могу ошибаться в таких нюансах, — справедливо признавал я свою некомпетентность в этом вопросе. — Возможно, перед вашим звонком мне следовало бы сначала договориться обо всём с Со Дам?

— Ну почему же? — с улыбкой в голосе переспросила госпожа Клэр. — Ты же хочешь таким образом сделать подарок на день рождения своей бабушке?

«Угу, а ещё подарить кусок коровы», — промелькнуло у меня в мыслях.

- План был в этом, - признал сказал я.

— А подарки должны быть сюрпризом, — с лёгкостью в интонациях говорила она. — Давай сделаем так: ты составишь с кем-нибудь свой контракт на себя в роли модели, а сверху в подарок приложишь рамочное соглашение, которое составят мои юристы и пришлют тебе завтра. Дальше она сама решит, что с этим делать. И поверь, даже если эта сделка её почему-то не устроит, твоя бабушка точно оценит такой подарок от внука, — убеждённо и твёрдо произнесла она последнее предложение. — Я бы оценила.

Глава 4 Свидание... Или попойка?

Сеул. Вечер. Восточная часть Гангнама. Автобусная остановка у жилого комплекса.

Посещение школы ничем особым мне не запомнилось. Как, впрочем, и агентство. Единственным светлым пятном в череде тренировок по танцам и вокалу вместе с трейни из C9 были два покемона — и то лишь потому, что постоянно крутились рядом.

«А вот вечером должен стать особенным…» — размышлял я у дороги возле общежития. Сходив в душ и переодевшись, я стоял сейчас в ожидании своей «девушки», чтобы попасть на первое в моей жизни свидание.

///

С гулким рыком красный спортивный автомобиль проносится по вечерним улицам Сеула. Его глянцевый кузов отражает огни вывесок ресторанов, рекламные баннеры, светофоры. Машина плавно останавливается на перекрёстке так, что двое — парень и девушка, сидящие внутри — даже не замечают торможения.

— У меня вопрос.

— Задавай, — держа руки на руле, произнесла госпожа Пак.

— Мне нужно что-то знать о твоих подругах до того, как мы приедем? — спросил я.

— Нет. Ничего особенного, — отрезает она. — Веди себя так же, как и на приёме в прошлый раз. Ты там хорошо справлялся, — девушка задумывается. — Ну... И не груби никому.

Последняя фраза меня удивила.

— Ты так говоришь, будто я когда-то это делал…

— Ты вывел из себя моего ухажёра при первой же встрече и не впустил моего отца ко мне в офис, — напомнила она мне о прошлом. — После чего виноватой оказалась я.

— И в каждом из этих случаев я оставался в пределах вежливости и в рамках своих обязанностей, — подметил я.

На это девушка прищурила глаза, косо посмотрела в мою сторону, тяжело вздохнула, но всё же промолчала. После чего снова направила взгляд в лобовое стекло и надавила на «газ».

[Спустя десять минут]

Остановились мы напротив входа в полукруглое здание. Выйдя из машины, осматриваю фасад из выбеленного бетона и тёмного стекла. Над крышей четырёхэтажного строения возвышается подсвеченная ярким золотистым светом надпись: «MYEONG». Подойдя к центральному входу и придержав дверь госпоже Пак, получаю от неё благодарную улыбку с хитрым прищуром. Кажется, её забавляло такое моё поведение.

Оказались мы в широком холле здания, где под высокими потолками вдоль гладких светло-серых стен вывешены полотна картин, освещённые холодным, бледно-голубым светом.

— Это... — осматриваясь по сторонам, — ...картинная галерея?

— Совмещённая с рестораном азиатской кухни на верхних этажах, — добавляет моя спутница. — Отец Ан Ги — один из крупнейших инвесторов в Южной Корее. К тому же, очень любит свою дочь. Поэтому выполняет все её прихоти, и это место, — она обводит взглядом зал, — стало одной из них.

После этого Джан Ди направляется в сторону центрального стеклянного лифта. Я следую за ней. Слыша цоканье её вбивающихся в пол каблуков, продолжаю осматривать картины, под которыми свисают таблички с именами авторов и их названиями.

Лифт с прозрачными стенами приезжает быстро, так как здание было невысоким. Да и людей здесь было немного. На первом этаже, не считая нас, я заметил всего пятерых. Из-за этого помещение кажется немного пустым.

— Азиатская кухня, да? — уже внутри кабинки произношу я, увидев вывеску. — Довольно… Оригинально.

— Тебя что-то удивляет? — уточняет госпожа Пак.

— Не то чтобы... — действительно пытаюсь вспомнить количество азиатских ресторанов, в которых бывал в Корее. — Насколько я знаю, обычно рестораны такого размаха специализируются на европейской кухне. Приглашают поваров из Италии или Франции, а затем делают на этом акцент, — после моего ответа получаю презрительный взгляд от Джан Ди. — Или я не прав?

Девушка с некой брезгливостью издала «фырк».

— Не думай, что всё высшее общество Сеула привыкло к европейским стандартам и кухне, — поясняет она, а затем хмурится своим же словам. — Нет, с какой-то стороны так можно сказать. Этот бизнес для семьи Ан Ги не то чтобы прибыльный... Да и деловую встречу или приём здесь не организуешь... Но она любит это место. Ан Ги нравится китайская и корейская кухня... Да и вообще всё корейское. Ты же заметил таблички под картинами?

— Ты имеешь в виду, что большинство из них с корейскими именами?

— Да, — она задумалась. — Но не только. Ан Ги покупает картины у малоизвестных художников Южной Кореи и Китая. А затем проводит выставки, которые отражают азиатскую культуру. Даже её спа-салон, который отец купил ей в Швейцарии, сделан с чимчильбаном.

— Малоизвестных? — спросил я, хотя меня больше удивило, что её подруга поддерживала одновременно и корейских, и китайских художников.

По своему опыту из прошлой жизни я как-то не замечал за корейцами особой любви к своим соседям...

Вернее, не так. Правильнее сказать, что обе эти страны не слишком ладили, когда речь заходила об их культурном наследии. Без перегибов, но за то, кто первый придумал какую-то там чашку или технологию создания черепицы, они были готовы спорить часами. Несколько раз мне приходилось наблюдать подобное лично. Мы тогда подписывали целую череду контрактов о сотрудничестве корейцев в Китае.

И вот на попойках, после подписания, начинался весь этот дебош каждый раз.

«Хотя... Возможно, это еще и от людей зависит?»

— Она считает, что стоит помогать нераскрывшимся талантам попробовать обрести популярность, — продолжала моя спутница.

— Звучит благородно, — нейтрально высказался я, предпочитая не затрагивать другие темы. — Значит, твоя знакомая жила за границей? — вспомнив слова Джан Ди, уточнил я.

— Училась. В Канаде. Но всего два года, затем вернулась обратно.

— Всего два года? Ей страна не понравилась или...

— Скорее, она устала, — перебила меня Джан Ди.

— От чего?

— Ан Ги не из тех людей, которые готовы сидеть на месте и зубрить книжки. Она постоянно должна быть в движении. Поэтому и решила вести несколько малых бизнесов здесь, которые подарил ей отец.

— А спа-салон в Швейцарии? — вспомнил я ещё один из фактов её биографии.

— Она там не жила. Это просто приятный бонус...

Наш разговор прервал тихий звонок. Лифт плавно остановился на четвёртом этаже, а как только двери разъехались, нас тут же с улыбкой встретила девушка с прямым и ровным каре, лет двадцати пяти на вид.

— Джан Ди, — радостно произнесла она. — Заметила тебя у входа и решила встретить, — незнакомка протянула руки для того, чтобы обнять госпожу Пак. — Как же давно мы не виделись!

Джан Ди ответила ей улыбкой и объятиями. Но из-за того, что девушка была чуть ниже, госпоже Пак пришлось немного наклониться к ней. А затем, выпрямившись, поправить свой белый пиджак, который свисал у неё с плеч.

— Я тоже рада, что мы наконец-то смогли собраться, — произнесла мягко Джан Ди. — Бо Ра уже приехала?

— Ты же её знаешь, — слегка отмахнулась девушка. — Она как обычно опаздывает. А это… — её взгляд переметнулся в мою сторону, а после она снова посмотрела на Джан Ди и чуть тише, почти заговорчески, спросила: — Это тот секретарь, о котором ты рассказывала?

Госпожа Пак прочистила горло и слегка повела плечами.

— Познакомься, Ан Ги, — Джан Ди провела ладонью в мою сторону. — Это Су Джин, мой секретарь и помощник.

— Рада познакомиться, — не убирая лёгкой улыбки с лица, произнесла Ан Ги и слегка поклонилась.

— Взаимно, — ответил я глубоким поклоном.

Наступило неловкое молчание, во время которого Ан Ги с живым интересом осмотрела меня с ног до головы, затем прищурилась и скосила глаза на свою подругу. Джан Ди же сделала вид, что не заметила этого, полностью проигнорировав взгляд Ан Ги.

— Не будем стоять на месте, — наконец произнесла девушка. — Проходите, — она повела рукой в сторону коридора, в конце которого виднелись края столиков из блестящего лакированного дерева. — Мне нужно кое-что ещё сделать, а вы пока располагайтесь.

Мы с Джан Ди кивнули и прошли в сторону зала.

Помещение было вытянуто, будто один длинный коридор, в котором могло уместиться по меньшей мере пять человек в ширину. Низкие столики, тянущиеся вдоль стен, застелены циновками.

Тёплый янтарный свет мягко ложился на стены, отчего светлое дерево казалось более насыщенным.

«Дорого, уютно, но... Как и сказала Джан Ди, важных гостей сюда не приведёшь», — сделал я вывод.

На каждом из столиков одинаковая расстановка: свёрнутые в плотные трубочки салфетки, красные подложки, тёмные палочки. От стен, украшенных ярким текстильным панно, исходил запах охры и корицы.

Сам зал был пустым и тихим.

По левую сторону от нас открывался вид из панорамных окон. Но выходили они не на улицу, а на площадку несколькими этажами ниже, где были вывешены картины.

— Ну и, — обращается ко мне Джан Ди, — как тебе?

— Очень даже неплохо, — признал я, потому что атмосфера действительно была уютной.

— Неплохо? — в её голосе слышится ехидная усмешка. — Ты только при ней этого не скажи. Ан Ги очень трепетно относится к этому месту.

— Буду иметь в виду.

Пока мы не спеша шли вдоль зала, осматриваясь, я заметил краем глаза, как Ан Ги подошла к какому-то парню, на вид её возраста. Несмотря на классический чёрно-белый костюм, взгляд привлекали выкрашенные в красный цвет волосы. На секунду мне даже это кое-кого напомнило.

— Это Ху Бэ, — заметив мой заинтересованный взгляд, пояснила Джан Ди, скрестив руки на груди. — Помощник Ан Ги. Кстати, насчёт этого…

Пока госпожа Пак на мгновение замолчала, я обернулся к ней.

— Пока мы будем здесь с моими подругами, тебе нужно снова обращаться ко мне на «вы».

Я задумался. Что-то не сходилось.

— Разве мы не на свидании?

— На нём, — кивнула она. — Просто я ещё не рассказала, что ты мой парень. Я не буду делать из этого тайну… Вернее, я не буду делать тайну из всей этой истории с фальшивыми отношениями. Всё же им можно доверять, — её взгляд на секунду упал на Ан Ги, а после снова вернулся в мою сторону. — Но до этого лучше, чтобы ты говорил со мной как обычно.

Больше я ничего уточнить не успел, потому что лифт, от которого мы только недавно отошли, снова звякнул, информируя о прибытии нового гостя.

Как и в прошлый раз, Ан Ги пошла встречать гостя, и уже через минуту в нашу сторону шли четверо людей.

Ан Ги с её красноволосым помощником и два новых действующих лица.

Одной была девушка, одетая практически так же, как и Джан Ди: юбка-карандаш, блузка и пиджак в руках. Только, в отличие от госпожи Пак, пиджак и юбка были не белыми, а чёрными. Словно она была цветовой противоположностью Джан Ди. Чёрные волосы девушки, стянутые в тугой конский хвост, доходили ей до самой поясницы.

Сопровождал её парень с нехарактерным для корейцев загаром. Ростом чуть выше меня, с растрёпанными мелированными волосами, которые торчали во все стороны, но не качались.

— Джан Ди, — первой поздоровалась девушка с хвостом, как только подошла к нам. — Ты наконец-то смогла выбраться из своей рутины и одарить нас своим присутствием?

Когда девушки сравнялись, я заметил, что сходства были не только в одежде. Девушки были ещё и одного роста, чему способствовали одинакового размера каблуки, в отличие от их невысокой подруги.

— Ну да, — с хитрой улыбкой ответила госпожа Пак. — Ну а у тебя, я смотрю, ничего не меняется. Как обычно, приходишь последняя.

— Зато всегда успеваю в самый разгар веселья, — отмахнулась девушка и посмотрела на меня. Задержав на мне заинтересованный взгляд, она сделала паузу. Затем снова посмотрела на госпожу Пак и произнесла: — А это, я так понимаю, твой помощник, о котором ты хвасталась?

В отличие от Ан Ги, эта девушка казалась более свободной в выборе слов, отчего получила от Джан Ди и хозяйки этого места молчаливые и немного осуждающие взгляды. Но та просто сделала вид, что не заметила этого.

— Да, познакомься, это Су Джин, — госпожа Пак указала ладонью в мою сторону. — А это моя подруга Бо Ра.

— Очень рад с вами познакомиться, — доброжелательно улыбнувшись, я поклонился девушке.

— Очень миленько, — промурлыкала Бо Ра, когда я к ней обратился. А после поклона прикрыла ладонью свои пухлые губы. — Ещё такой вежливый. И кажется, совсем молоденьким. Сколько тебе, Су Джин?

— Семнадцать…

— Правда? — послышался синхронный вопрос подруг Джан Ди.

Даже парни двух девушек слегка изменились в лице, удивлённо похлопав глазами.

Та же, на удивление, держалась довольно спокойно и холодно.

— Да, — в голосе Джан Ди послышалась гордость. — И, несмотря на столь юный возраст, он не просто мой секретарь, но ещё айдол. Кроме того, Ха Рин выпросила его на время в свой отдел поработать с командой по дизайну.

— Ты работаешь дизайнером? — теперь интерес проявила уже Ан Ги. — Серьёзно? — она посмотрела сначала на Джан Ди, которая молчаливо кивнула, а после на меня. — И чем конкретно ты занимаешься?

— Если не вдаваться в подробности… — делаю паузу, чтобы как-то объяснить свою деятельность в офисе Ха Рин. — Рисую на бумаге проекты, которые в будущем, возможно, будет производить компания.

— Получается, ты занимаешься конструированием? — в глазах Ан Ги зажёгся ещё больший огонёк интереса. — Ты работаешь чертежами?

— Можно и так сказать.

— Ого, это же здорово! — с восхищением воскликнула она. — Когда-то мне тоже приходилось это освоить, чтобы понимать хотя бы основу планировок, — она обвела ладонью зал ресторана. — И вот, кажется, мои усилия не прошли даром.

— Думаю, вы отлично постарались, — кивнул я.

— Правда? Ты так считаешь? — она посмотрела на меня и улыбнулась. — Спасибо. Кстати, — она подняла палец вверх, словно что-то вспомнила. — А ты где-то этому тоже учился? Проходил курсы?

— Не совсем, — поправил я. — Скорее самоучка.

— Ого. Нечасто встретишь парня твоего возраста, который интересуется чем-то подобным…

Пока мы разговаривали, я заметил довольно возмущённый взгляд, направленный в мою сторону. Как ни странно, исходил он от парня с красными волосами, что стоял прямо за спиной Ан Ги.

В какой-то момент наш разговор прервал сдержанный кашель Джан Ди.

— Может, мы уже приступим к ужину? — её голос был пропитан небольшим раздражением.

Она глубоко вздохнула и пыталась держать свой непроницаемый вид. Но я заметил, как она недовольно поджала губы.

— Да, ты права, — оторвавшись от разговора со мной, кивнула Ан Ги, затем осмотрела нас с двумя остальными парнями. — Парни, вы же не против дать нам возможность немного поболтать? — с тёплой улыбкой спросила девушка и указала на банкетный закрытый столик у панорамного окна. — Там уже всё накрыто для вас, а мы с подругами немного поболтаем. Вы же не возражаете?

Парни явно не возражали и явно были привычны к такой просьбе.

Ан Ги вместе с Бо Ра пошли к другому закрытому столу, а вот Джан Ди задержалась.

— Не забудь о манерах и веди себя прилично, — прошептала она мне, наклонившись.

— Это ты меня на свидания с ними сюда привела?

— Мы потом сходим на ещё одно, — не оправдывалась она, но явно хотела как-то ситуацию сгладить. — Это мои лучшие подруги, мне нужно им сначала рассказать всю ситуацию, прежде чем представлять тебя как парня.

— Ну так сделали бы это по телефону, а ещё лучше без меня, — я бросил взгляд в сторону ушедших парней, которые больше напоминали японских хостес, чем помощников. — Вы правда считаете, что мне интересно сидеть весь вечер с ними?

— Я же говорю, что мне нужно время, чтобы всё объяснить подругам, — нахмурилась Джан Ди. — Да и нормальные они парни. Просто посидишь за компанию в хорошем ресторане и поешь бесплатно, что тебя не устраивает?

— Мне это тезисно изложить или списком на корпоративную почту? — серьёзно спросил я.

На это Джан Ди с недовольством закатила глаза.

— Ладно, я буду тебе должна, — вздохнула девушка. — И это считая нормального свидания. Я всего-то прошу посидеть здесь несколько часов и отдохнуть. Сиди, развлекайся, вкусно поужинай. Тебе это всё равно ничего не будет стоить.

[Спустя пять минут]

На столе действительно было много закусок и еды, которая сочетала в себе разные кухни Азии. Были и традиционные китайские цзяоцзы, и привычные уже мне корейские токпокки, а в меню, которое тоже принесли, я увидел даже вьетнамский суп бун ча в одном из разделов.

Основным блюдом был пульгоги — тонко нарезанное маринованное мясо, которое нужно было самостоятельно жарить на жаровне, установленной в середине стола.

Единственное, чего я не нашёл, — это японскую кухню. Вообще ни одного блюда оттуда. Это показалось мне немного странным, однако сильного значения этому не придал. Ведь атмосфера, которая витала над столиком, смущала меня больше, чем отсутствие суши и васаби.

Блондин и красноволосый сидели прямо напротив меня. Один из них делал вид, что не замечает нас, и всё время смотрел в окно, где расстилался выставочный зал. Второй же уставился на меня, словно на врага народа.

— Значит, Су Джин, да? — наконец звенящую тишину между нами прервал красноволосый, скрестив руки на груди. — И ты… айдол?

— Здесь я в качестве секретаря, — наклонив голову вбок и разглядывая еду, уточнил я. — Но в целом ты не ошибся.

— В группе?

— Угу.

— И что за группа, в которой ты танцуешь?

— Я пока не танцую, — честно признался я.

— Не танцуешь? — удивился он, но после задумался и кивнул. — Хорошо. В которой ты… поёшь?

— И этого пока не делаю, — пожал плечами.

— …

В этот момент красноволосый словно впал в ступор. Он молча смотрел на меня, хлопая глазами. А затем прищурился, будто не доверял моим словам.

— И что это за группа, которая берёт айдола, который не танцует и не поёт в ней?

— Отчаянная, — вздохнул я.

Его лицо вытянулось ещё сильнее от удивления. Но спустя несколько секунд на нём появилось раздражение.

— В смысле? Это такая шутка? — продолжал не понимать красноволосый.

Но не успел я ответить, как слово за меня взял блондин:

— В каком-то смысле он не шутит, — пояснил он, не оборачиваясь в нашу сторону. — Он новенький из «Вортекс», — наконец, блондин одарил нас косым взглядом. — Я же прав?

Я молча кивнул.

— Ну вот, — повёл плечами блондин и снова уткнулся в окно.

— Ну вот… Что? — не унимался красноволосый, уже обращаясь к блондину. — Я никогда не слышал о такой группе.

— Ты не слышал про «Вортекс»? — теперь настала очередь блондина удивляться. Да ещё так искренне, что он отвернулся от панорамного вида на выставку и уставился на второго.

— Нет, — пожал плечами красноволосый. — Я слушаю только «Мунвёрс».

— «Мунвёрс»? — нахмурился он. — Они распались уже десять лет как.

— Но группа всё равно хорошая…

Пока они переключились друг на друга, я сосредоточился на столе, положив ломтик сырого мяса на жаровню.

Кроме мяса я попробовал китайский баоцзы, запив его апельсиновым йон-хо, налитым в прозрачный стакан.

В какой-то момент снова стало тихо, и я поднял глаза, чтобы проверить, чем они заняты.

А парни... Даже ничего не ели и наслаждались чаем.

Затянувшаяся пауза прерывается блондином, который, сделав несколько глотков чая, с наслаждением протягивает:

— М-м. Это лучшее за сегодня…

Я прищуриваю глаза и с интересом наблюдаю за ними. Парни открывались с какой-то новой для меня стороны и требовали дальнейшего изучения.

— И не поспоришь, — подхватывает красноволосый. — Специально выбрал именно его, — он поднимает чашку перед собой и внимательно осматривает её. — Настоящий жасминовый чай из провинции Фуцзянь.

— Правда? Прямо из Фуцзянь? — хлопает глазами блондин, глядя на второго, а затем с видом знатока кивает несколько раз и снова опускает взгляд на свою кружку. — Читал, что в нём много антиоксидантов. Для кожи, для метаболизма… И самое главное — для того, чтобы оставаться молодым, — он заговорчески улыбнулся. — Для модели это особенно ценно.

— Если честно, я не слышал про антиоксиданты, но, знаешь, — красноволосый оборачивается в сторону блондина. — После тренировок — это лучшее средство, чтобы восстановить организм, но при этом… — он проводит рукой вдоль своей шеи. — Не добавить ни грамма лишнего веса.

У меня дёрнулось веко.

— А знаешь… — блондин так же обернулся в сторону красноволосого. — В модельном бизнесе после двадцати пяти ты уже практически старик. Однако… — он вытягивает перед собой руку, сгибая её в локте, и демонстрируя предплечье своему собеседнику, который с интересом слушает всё это. — Посмотри на мою кожу. Видишь, какая она гладкая и сияющая? Словно у подростка.

Красноволосый внимательно рассматривает руку блондина, и его губы вытягиваются в букве «О».

«Нет, ну с какой-то стороны, они даже забавные», — признавал я, наблюдая за ними, словно за обезьянками в зоопарке.

Мне же уже хочется хлопнуть себя по лицу. Но я держусь.

Блондин с улыбкой продолжил:

— Это всё правильное питание и включение в рацион именно чая, — он наконец убрал руку от заинтересованных глаз своего собеседника и коснулся пальцами своего лица. — Иногда я даже говорю, что мне двадцать один, — он хихикнул. — И мне верят.

— Ты, действительно, выглядишь гораздо моложе, — похвалил блондина красноволосый. — Но, знаешь… — он поднимает руку, отдернув рукав футболки, и демонстрирует бицепс. — Видишь?

— Ого. Хён, — протягивает он, внимательно посмотрев на его руку. — У тебя действительно очень подтянутая фигура, — обводит он взглядом всё тело собеседника. — Даже без ретуши… — он сделал паузу. — Ты делал пластику?

— В том-то и дело, что нет! — отмахнулся красноволосый. Он поднимает палец и говорил так, словно хочет рассказать секрет тибетских монахов. — Зелёный чай по утрам, жасминовый — после тренировок, и хризантемовый — перед сном. Вот в чём мой секрет!

Взгляд блондина округлился.

Я же просто сидел в немом афиге.

Но слушал.

Ел мясо и слушал.

Было интересно.

— Правда? И всё? — похлопал глазами. — И даже никакой липосакции?

— Конечно, нет, — снова отмахнулся красноволосый. — Я же спортсмен…

В какой-то момент у меня появилась идея последовать совету Джан Ди.

Так что, предупредив, что отойду в уборную, я поднялся со стула.

Спустя пять минут за ширму снова возвращается Су Джин. Вид у парня довольный, а за его плечом стоит официантка с подносом.

— Ну что, пацаны, по пиву? — весело произношу я и сажусь за стол.

В одной руке у меня было две больших бутылки соджу, в другой — бокал с пышной пеной, а официантка начала расставлять пиво.

— Это что, алкоголь?

— Ну да, — пожимаю я плечами. — Вы пили когда-нибудь сомэк?

— Нет… в смысле… — запнулся красноволосый. — Зачем ты это всё заказал?

— Вам же сказали отдохнуть, тем более на столе мясо, — отвечал я, как будто он спрашивал что-то очень странное.

Красноволосый усмехнулся и выпрямился.

— С чего ты взял, что мы вообще притронемся к этому? — указал он недовольным взглядом на бутылки, затем снова посмотрел на меня.

— Разве вы не придерживаетесь традиций?

— Ты о чём вообще?

— Ну… — я задумался. — Насколько я знаю, в корейском обществе при знакомстве и встрече принято пить напитки гораздо крепче, особенно мужчинам.

Блондин усмехнулся.

— По-твоему, я похож на какого-то сотрудника из замшелого офиса? Я востребованная модель, — он отложил в сторону свою чашку и провёл пальцами по острой скуле. — Как ты себе представляешь, чтобы это лицо подверглось утренней опухлости?

— Вот-вот, — подхватил его красноволосый, кивнув несколько раз. — К тому же, похмелье с утра, — он сморщился. — А у меня тренировка, да и соревнования скоро.

— Действительно, как-то не подумал об этом, — я увёл взгляд в сторону. — Вы же не такие, как госпожа Пак и её подруги…

— ?

— ?

Краем глаза, заметив их недоумённые взгляды, я продолжил:

— Они же всё-таки ваши начальницы. А значит, априори, будут лучше вас во всём. Да и могут себе позволить больше… — разочарованно вздохнул. — Ну что ж. Жаль вас, парни…

После этого я уже потянулся руками в сторону бутылок, но их тут же перегородила рука красноволосого.

— Что ты имеешь в виду? — он спрашивал это, стиснув зубы. — По-твоему, мы хуже каких-то женщин?!

— Вот-вот, — голос блондина стал аж на тон выше, а сам он выпрямился и сложил руки на груди. — Как ты вообще смеешь… — он замолчал, прочистив горло. — Точнее. Ты считаешь нас жалкими? — прищурился.

— Это не я придумал, что по-настоящему пить умеют только мужчины, — вспоминал я бессмысленные фразы из корпоративных пьянок с корейцами в прошлом. — Нет, если вы считаете, что в вашем случае роли несколько поменялись местами, то кто я такой, чтобы судить. Девочки за соседним столиком явно не с соком сидят.

— …

— …

Пацики задумались.

А блондин, спустя несколько секунд размышлений, высунул голову за шторку, чтобы посмотреть, чем заняты три властных босса в юбках.

И да, они сейчас пили вино.

— Да ладно вам, если считаете, что пить могут только корпоративные пьяницы и две ваших госпожи, то я ничего не имею против, — спокойно произнес я, положив в рот ломтик мяса и запив из бокала, который принес для себя. — Скорее всего, у вас есть какие-то свои барьеры и ограничения. Я лишь пересказывал то, что слышал, и констатировал сам факт, не более.

— Констатировал факт… — взгляд красноволосого стал более яростным, как и его голос.

— Да, и госпожа Пак всегда говорила, — я задумчиво увёл взгляд в сторону и слегка наклонил голову вбок, проигнорировав выпады красноволосого. — Что подчинённые её подруг очень сдержанные и дисциплинированные. Да и между собой они называли вас по телефону хорошими мальчиками... Пока сидел с вами, даже забыл об этом, — снова взгляд на два покрасневших от злости лица. — Прошу прощения, — я не полностью поклонился. — Это моя вина, что…

Внезапно мою речь прерывает громкий шлепок ладони по столу от красноволосого.

— Сдержанные подчинённые... Хорошие мальчики..? — он бормочет эти фразы, после чего вытягивает указательный палец вперёд и начинает им трясти перед моим носом. — Как ты вообще можешь такое говорить?

— Вот именно! — подхватывает его блондин. — Мы не какие-то мальчики на побегушках…

«Я, не совсем это сказал, но допустим…»

— Мы всегда будем превосходить этих женщин, — снова взял на себя слово красноволосый. — Что бы они ни говорили, мы лучше их.

«Уже лучше. Продолжайте…» — наблюдал я за сменой их настроений.

— Да, — вновь взял слово блондин. — Мы можем доказать, что они просто болтливые курицы, которые даже не знают, как ухаживать за своим телом…

«Ну... Здесь уже перебор... Но тенденция мне нравится.»

— Именно!

— Правда? — уловил момент, я потянулся в сторону бутылок. — Ну так что, будете сомэк?

— Давай! — воскликнул первый.

— А что это? — поинтересовался второй.

Уже спустя минуту парни смотрели, как самый молодой из них раскрутил бутылку соджу так, что в ней появился вихрь. Затем одним движением сбил с резьбы пробку и разлил прозрачный напиток в бокалы.

Затем настал черед пива, но вместо того чтобы его открыть, он пробил крышку железной палочкой для еды, а затем взболтал всю бутылку и вытащил импровизированную затычку.

Фонтан пива ударил в подготовленные стаканы, и соджу с пивом смешались.

Отсутствие постоянной практики он брал энтузиазмом, а две пары глаз, которые вообще видели это впервые, смотрели на это все с ошарашенными глазами.

[Спустя двадцать минут]

Как и предполагалось, вечер действительно оказался занимательным.

Я узнал, что парни до этого момента никогда не пили алкоголь. Во всяком случае, это то, что я смог разобрать из их пьяного диалога. Как, впрочем, и то, что своими партнёршами они были явно недовольны.

— А я ведь ради Ан Ги даже отказался от лучшего тренера Кореи, — жалобно произнёс красноволосый, склонившись над столом и держа в руке рюмку. Его лицо сейчас было цветом с его причёску.

— Почему? — искренне поинтересовался я.

— Потому что «она же женщина, как ты можешь ходить в плавках при других», — кривляясь и явно изображая госпожу Ан Ги, произнёс красноволосый.

«Бедняга», — мысленно посочувствовал я, одновременно удивляясь его образу жизни.

— Понимаю тебя, Ху Бэ, — блондин сочувственно похлопал по плечу «друга по несчастью». — Госпожа Бо Ра тоже ограничивает меня, хотя видит во мне просто… просто… — он поджал губы и увёл взгляд в сторону. — Просто свою игрушку. Она видит во мне просто красивое личико. А ведь у меня тоже есть чувства. Я хочу быть для неё мужчиной.

Я молча наблюдал за стенаниями двух корейских парней, всеми силами стараясь не улыбаться, а в нужные моменты кивал в поддержку их жизненной драме.

— И я… — вздохнул красноволосый. — Но они этого не понимают. Как бы я ни пытался показать Ан Ги, что она мне нравится, она игнорировала все мои попытки. Просто…

— Угу, — поддержал блондин.

— Просто чёрствые женщины. Глупые и холодные.

— Но чертовски красивые.

— Невыносимо…

Слов не было — сижу и хлопаю глазами.

После этого они ещё несколько минут пообсуждали свои проблемы. Как оказалось, блондин, Сок Джин, страдает от неразделённой любви к Бо Ра, которая, в свою очередь, является «недоступной и ледяной королевой». А красноволосый Ху Бэ пытается добиться понимания от Ан Ги, которая только использует его, запрещая всё, что для него важно.

— Кстати, Су Джин, — наконец обратился ко мне Ху Бэ. — А у тебя что с Джан Ди? Она тоже несправедливо обращается с тобой?

— Оуу… — я задумался. — Не сказал бы. Она забавная.

— Тогда, может, она тебе тоже нравится? — вступил в диалог блондин. — И не разделяет этого?

— Скорее нет, чем да, — думаю, как это выразить. — Всё же мы встречаемся.

— Вы встречаетесь?! — ошарашенно и синхронно подскочили они.

— Ну да, — киваю и пожимаю плечами. — Так вышло.

— Это как «так вышло»? Она из семьи Пак, а ты… — Ху Бэ скривился. — Простой школьник.

— Даже не знаю. Это долгая история.

— Расскажи, — загорелся больше всего блондин. — Я тоже так хочу…

Я не успел ему ответить, как меня перебил женский голос:

— Это как же ты хочешь?

Подняв головы, мы сталкиваемся взглядом с тремя недовольными девушками, которые подошли к нашему столу. И если Джан Ди оставалась просто хмурой, то Бо Ра и Ан Ги, заметив на лицах своих «кавалеров» глупые, расплывающиеся улыбки и принюхавшись, заметно скривились.

— Вы что пили?! — ошарашенно уточняет Бо Ра, глядя на несколько пустых бутылок. — Но…

— Ху Бэ, тебе же нельзя пить, ты же спортсмен. У тебя соревнования скоро! — воскликнула Ан Ги.

— Сок Джин, ты же тоже… — поддержала её Бо Ра.

Однако самое интересное произошло потом, когда Ху Бэ, пошатываясь, встал, посмотрел на свою госпожу, насупился, а затем ударил со всей силы ладонью по столу, отчего девушки аж вздрогнули от неожиданности.

— Молчать, женщины! Теперь мы сами будем принимать решение, что нам делать. Ведь мы мужчины, а вы… Вы… — изрёк он поистине революционную фразу, продолжая пытаться удержать равновесие и додумать свою мысль.

— Женщины! — помог блондин, поднимаясь вслед за ним.

«Может, и своих ребят из группы напоить?» — я с восхищением наблюдал за этими революционерами и уже представлял, что могут натворить в агентстве сразу четыре таких тела с волосами разных цветов.

На моём лице непроизвольно расползлась улыбка.

Пока Ан Ги и Бо Ра пытались выяснить, что вообще происходит и что случилось с их парнями, Джан Ди подошла ко мне и склонилась так, что её тень почти полностью перекрыла меня.

Я посмотрел на Джан Ди.

Та смотрела на меня с прищуром.

И, недолго подумав, пришла к какому-то для себя выводу.

— Это ты их споил? — сразу же, найдя главного организатора подпольной революционной ячейки, перешла она к делу.

— Как вы себе это представляете, госпожа Па...

— Обращайся по обычному, — перебила она меня.

— Джан Ди, по-твоему, семнадцатилетний стажёр может споить двух взрослых мужчин? — удивлённо и почти обиженно спросил я и снова отпил из бокала.

— О-о, зная тебя, я это отлично представляю, — покивала она. — И, кстати, о твоём возрасте, ты что, пьешь пиво?!

— Нет, обычная газировка, — пожал я плечами. — Кто мне тут в здравом уме вообще продаст алкоголь? Я же несовершеннолетний.

— Точно? — не поверив, она взяла у меня бокал и понюхала. — Пахнет фруктами.

///

[Спустя время. Картинная галерея Мийонг. Первый этаж.]

Девушка в круглых очках и с небрежным пучком на голове внимательно рассматривала картину «Чарующая красота Пусана». На ней была изображена обычная женщина-торговка, держащая в руках плетёную корзинку с рыбой. Однако, если присмотреться и не обращать внимания на её потрёпанную годами одежду, лицо женщины с полотна притягивало, манило и заставляло застыть на месте. Несмотря на явное отсутствие пластики и косметики, её лицо было идеальным. Оно напоминало девушке её любимую актрису.

Чу Хён. Да. Это была именно она.

Острый треугольный подбородок. Белоснежная гладкая кожа. Слегка вздёрнутый нос. Чуть пухлые розоватые щёки. И большие карие глаза, на которые небрежно опускаются чёрные локоны волос, выбившиеся из-под белого платка, которым покрыта её голова. Неаккуратно, но так естественно и гармонично.

Девушка, смотрящая на картину сквозь толстые линзы своих очков, прикрывает веки. Она представляет себе некие образы в голове. На её лице появляется лёгкая улыбка, которая тут же меркнет, прерываемая телефонной вибрацией в кармане сумки.

Девушка открывает глаза, тяжело вздыхает и, нащупав в кармане телефон, достаёт его. Нажимает кнопку вызова.

— Да? — несмотря на то, что посетителей в зале мало, она прикрывает ладонью рот и говорит тихо.

— Ёль Ги, где тебя черти носят?! — доносится грубый женский голос из динамика.

— Я на выставке в…

— Снова дурью маешься? — не дав договорить, собеседник на другой стороне тяжело вздыхает. — Сколько раз тебе напоминать. У нас выходят все сроки. Я итак договорилась с домом Флёр, чтобы они отложили аукцион… Они пошли нам навстречу. Ты это понимаешь?

— Понимаю, менеджер Ву, — девушка поджала губы. — Простите. Просто…

— Послушай, Ёль Ги, я понимаю, что ты творческий человек. Прекрасно понимаю, что ты можешь испытывать кризис. Но нам срочно нужно выставить хоть какой-то лот. Иначе… — снова вздох. — Я не хочу тебе снова говорить о последствиях. Даю тебе неделю. Если картины у меня не будет за это время, можешь искать себе другого менеджера. Ну или найти другую работу.

— Я поняла вас, менеджер Ву, — опустив взгляд в пол, кивнула девушка. — Я постараюсь…

Она не успела договорить фразу, как на другом конце послышались короткие гудки.

— …вас не подвести, — договорила Ёль Ги, глядя на экран телефона.

Она снова испустила вздох и убрала мобильный в сумку. Уже развернувшись в сторону выхода и готовая уйти, внезапно остановилась.

Двери в галерею открылись. На пороге появились двое: женщина в белом костюме, идущая уверенно, ровно, и за ней юноша с тёмными волосами, правильными чертами лица, фарфоровой кожей. А главное — глаза. Они необычные: серо-голубые, словно блестят.

За ними шли ещё четверо. И от вида этой компании у девушки не только распахнулись глаза, но и рот.

Две девушки, одна из которых была хозяйкой этого места, тащили на себе двух пьяных парней. Парни этому были совсем не рады, выкрикивая протесты и недовольства.

Как художник-портретист, Ёль Ги привыкла видеть мир по-другому и находить вдохновение и смысл в самых разных лицах и сценах. Но сейчас ее глаза метались между двумя совсем разными образами.

Муза, которая уже давно не посещала девушку, сейчас просто кричала, что это должно быть отображено на холсте.

«Вот только что же выбрать?» — метались её мысли и взгляд.

Сдержанный парень с девушкой, которые словно плыли по этому залу. Или... Непосредственность настоящей жизни, с которой сталкиваются все: склоки, ругань влюбленных и терпение...

- Ты сама предложила мне повеселиться, - разведя руками произнес парень идущий мимо художницы.

- Я не это имела в виду! - возмущенно произнесла его спутница, обернувшись на компанию за ней.

Но об этом она подумает позже, сейчас она должна сделать хотя бы несколько зарисовок.

Глава 5 Выбор будущей жены для Су Джина и покупка подарков

Дом семьи Ли. Вечер.

В то время как Су Джин уехал на первое в своей новой жизни свидание, Со Ён и Ми Ён помогали Со Дам накрывать стол.

Глава дома, Ним Сок, уже сидел на своём привычном месте. Мужчина облокотился о столешницу, сцепил руки перед собой и задумчиво разглядывал пустоту. Казалось, он полностью погрузился в свои мысли. Однако, как только из кухни вышла его жена, брови Ним Сока дрогнули, и мужчина покосился в её сторону.

Со Дам была явно не в духе, на что указывала её тяжёлая походка и гора еды, уже расставленной на столе. Последней точкой в её грозном образе послужил чёрный горшок с горячим кимчха, который она с грохотом поставила в центр стола, а затем, отодвинув стул, села около Ним Сока.

От таких небрежных действий несколько тарелок слегка подскочили, издав глухой звон. А вместе с ними содрогнулись и Со Ён с Ми Ён. Вздрогнув, обе девушки перевели испуганный взгляд на бабушку, а затем, переглянувшись, благоразумно пришли к молчаливому согласию сделать вид, будто ничего особенного не произошло, и, последовав примеру хозяйки этого дома, заняли свои места за столом.

Ним Сок, который всё это время молча наблюдал за своей женой, вздохнул и потянулся к тарелке с поджаренными осьминогами.

— Может, тебе стоит съездить на Чеджудо после праздника? — произнёс спокойно Ним Сок, не оборачиваясь к своей жене. — Рядом с нашим магазином там недавно открыли новый спа-курорт. Очень помогает расслабиться.

— Я тоже слышала об этом месте, — посчитав идею хорошей, подключилась к разговору Со Ён. — Говорят, что на кухне у них работает специально приглашённый шеф-повар из Италии.

— Правда? — несколько раз хлопнув глазами, встрепенулась Ми Ён. — Может, тоже туда съездить? — задумалась. — Всегда хотела попробовать настоящую итальянскую пиццу.

Со Ён слегка прищурилась и покосилась на дочь.

— Это стереотип.

— ?

— Считать, что итальянцы славятся только своей пиццей, то же самое, что… — она сделала паузу. — Что и корейцы великолепно готовят один только рис.

— Не только, — повела плечами Ми Ён. — Но готовят же. К тому же, я недавно наткнулась на один блог итальянца, который как раз рассказывал о том, как в Италии трепетно относятся к своей кухне. Пицца, по числу возмущений, была у него на первом месте.

Со Ён лишь фыркнула.

— Ну что? — скривила губы Ми Ён.

— Тогда, как знающий человек, — она сделала акцент на слове «знающий», — могла подметить, например, их пасту…

— То есть это, по-твоему, не стереотип? — дочь усмехнулась и с хитрым прищуром посмотрела на свою мать.

Та, в свою очередь, просто закатила глаза и вздохнула.

— В любом случае, уверена, что кухня и обслуживание будут на высоте, — продолжила Со Ён, перестав обращать внимание на Ми Ён и перевела взгляд на хальмони, которая всё это время молчала, уперев взгляд в свою пустую тарелку. — Прекрасное обслуживание, вкусная еда, природа… Я уверена, что если ты съездишь расслабиться туда на пару дней, то точ…

— Нет, — резко отрезала Со Дам, даже не взглянув на дочь.

Этого хватило, чтобы Со Ён замолкла, поджав губы.

— Тебе нужен отдых, — вновь подключился Ним Сок.

— Нет, не нужен, — парировала Со Дам.

— Нет, нужен.

От настойчивости Ним Сока хальмони цыкнула и подняла раздражённый взгляд на мужа.

— Нет, не нужен, — её тон стал более суровым. — И закрыли тему. У меня и так хватает здесь дел. Кто будет заниматься этим бардаком, если я уеду? М? Может, она? Или… — её ястребиный взгляд метнулся от дочери к внучке. — Ми Ён, например?

Услышав своё имя, самая младшая подняла глаза, застыв с палочками у рта, и с глупым выражением лица несколько раз моргнула.

Даже сидящие за столом не смогли разобрать, кривлялась она или действительно опешила от такого.

— Омма, — миролюбиво произнесла Со Ён. — Мне кажется, ты преувеличиваешь. За пару дней отдыха небо не упадёт, и даже наши магазины не развалятся.

— Преувеличиваю? — хальмони фыркнула, иронично ухмыльнувшись. — О, нет. Я не преувеличиваю. А просто смотрю в глаза реальности. Мой бизнес, который я создавала своими руками, — она продемонстрировала свои ладони для большего эффекта. — Идёт под откос и рушится. А госпожа Ок Со Хва…

— Айгу-у, — перебила её Со Ён, снова закатив глаза. — Опять ты про свою мудан.

— Да, и что? — не отступала Со Дам. — Между прочим, именно госпожа Ок Со Хва предсказала мне эти проблемы. Сказала, что я сейчас в тёмной воде, — голос хальмони стал звучать слегка заговорчески, передавая магическую атмосферу своей мудан. — Но не потому, что я слабая, а потому что мой поток перекрыт. Много недоброжелателей хотят, чтобы эта вода полностью поглотила меня. Но если я не сдамся и продолжу бороться, то рука помощи всемилостивого Будды найдёт мою ладонь.

На мгновение за столом застыла тишина. Все три недоумённых пары глаз направились в сторону Со Дам. Та же спокойно снова взяла в руки палочки, проигнорировав своих домочадцев.

— Поэтому мне нельзя сейчас тратить время на курорты, — заключила хальмони.

— Так может, — осторожно вклинилась в разговор Ми Ён, уже отойдя от шока. — Этот «всемилостивый Будда» хочет, чтобы ты сначала отдохнула?

— Ну, как бы да, — бормоча и разглядывая свою маму, Со Ён кивнула несколько раз. — Отдых тебе правда не помешает, и Будда против не будет…

Ним Сок и Ми Ён покосились молча в сторону мамы Со Ён. Та посмотрела на них в ответ и пожала плечами:

— Ну а что? Я не права?

— Ладно, неважно, — отмахнулся дед и снова бросил взгляд на жену, возвращаясь при этом к своему ужину. — Не хочешь отдыхать — твоё дело. Однако у тебя скоро праздник…

— И? — Со Дам спокойно положила в рот лист капусты кале.

— И ты решила сидеть там с таким лицом и всех запугивать?

— А что если даже так? — прожевав, ответила хальмони мужу. — Как будто я должна там перед всеми сидеть, улыбаться, тогда как из-за трети из них у нас как раз и появились все эти проблемы, — она повела плечами. — Мне же придется их терпеть. Вот пусть и они…

— Омма… — перебила её Со Ён. — Ну, правда…

— Что? Хочешь сказать, что это не так? — хальмони с прищуром подняла взгляд на свою дочь и тут же перевела тему, не дождавшись ответа Со Ён: — Вместо того, чтобы переживать за меня, ты лучше вон… — она кивнула на пустующий стул рядом с внучкой. — Скажи, где своего сына потеряла? Я только и услышала от тебя, что он не успевает на ужин.

— О! На этот вопрос я могу ответить, — Ми Ён потянула руку, словно школьница. — Властная хозяйка Пак призвала своего служителя кофемашин, чтобы он покорил ужасные офисные принтеры, которые без него устроили промышленный переворот.

— …

— …

Ми Ён хихикнула в руку, в то время как Со Дам и Ним Сок удивлённо вскинули брови. Со Ён же тяжело вздохнула и уже подняла со стола ладонь.

— Нинада! — вскрикнула Ми Ён и резко отодвинула свою задницу, насколько это позволяли сделать размеры стула. — Я всё поняла, больше за столом не кривляюсь.

— Су Джин звонил час назад, — проигнорировав дочь, спокойно пояснила Со Ён. — Сказал, что будет сопровождать госпожу Пак на какую-то встречу сразу после агентства. Поэтому на ужин он не успеет.

Ним Сок, выслушав объяснение, понимающе кивнул и вернулся к ужину. А вот Со Дам, услышав ответ, скривила губы и недовольно цокнула языком.

— Не нравится мне всё это, — качнула она головой. — Су Джин, конечно, молод, но сколько можно на нём ездить? У него и так нет времени на свою личную жизнь. Агентство, школа, ещё и на работу вызывают в свободные часы. Так и с ума сойти можно.

— Думаешь, мне это нравится? — согласилась Со Ён, испытывая полную солидарность. — Если бы я могла на это хоть как-то повлиять, то…

— Но ты не можешь, — строго заметил Ним Сок. — И никто не может, потому что это дела Су Джина. И делает он всё правильно.

— Кто бы сомневался, — иронично подметила она.

— Да, — кивнув, дед поднял взгляд на дочь. — Я считаю, что он движется в правильном направлении. Ему посчастливилось работать рядом с семьёй Пак, и эту удачу нужно держать двумя руками, а не профукивать шанс.

— Абоджи! — Со Ён нахмурилась. — Что значит, профукивать шанс? Омма правильно подметила, что у него даже свободного времени нет, чтобы расслабиться с такой нагрузкой.

— Ну и кто в этом виноват? — Ним Сок прищурился. — Ты сама захотела, чтобы он плясал и кривлялся на сцене. Вот пусть там и расслабляется.

— Ты слишком черствый, — хмыкнула в ответ дочь. — Для тренировок тоже нужны силы и…

— И что? — возмущённо спросил Ним Сок. — Су Джин даже на дополнительные занятия не ходит, а ему поступать в этом году. Парень несколько часов в неделю носит кофе и получает опыт в одной из лучших компаний в мире. Да за такой шанс многие его сверстники с радостью руку бы отдали. Не говоря о том, что старались бы воспользоваться этой возможностью, а не довольствовались тем, что есть, и тут же бежали на свои тренировки по танцам! Я, конечно, рад, что он вообще не против помочь своей руководительнице в свободное время, но мог бы и инициативу проявить, чтобы поучаствовать хоть в чём-то, кроме работы сопровождения или посыльного, — Ним Сок пренебрежительно фыркнул. — А ведь я в его возрасте...

Со Ён тут же закатила глаза, почувствовав, куда подул ветер, и, сложив руки на груди, тяжело вздохнула:

— Ну началось, — пробормотала она.

— Да-да, именно, — глава семейства направил указательный палец в сторону дочери и потряс им. — Я, когда был в его годы, стажировался так, что времени даже на сон не хватало. Впахивал по шестнадцать часов в сутки, а в выходные иногда вообще не спал, сидя за учебниками. И времени ни на какие танцульки не было…

— Это не просто «танцульки», а такая же ра…

— Ну конечно, — отмахнулся Ним Сок, не дослушав Со Ён. — Знаю, знаю. Работа, — он пренебрежительно усмехнулся. — Только вот нас на работе заставляли, действительно, работать, — он сделал особый акцент на слове «работать». — Не просто: «принеси, подай», а заполнять бланки, писать отчёты, а иногда даже допускали до участия в крупных проектах и новых разработках…

Ним Сок с каждой новой фразой, словно погружался в собственные воспоминания и смаковал ими. В то время как Ми Ён, которая возила палочками по рису, подпёрла одной рукой свою щёку и с иронией тихо прошептала:

— Да, да, дедушка, а в двенадцать тебе уже было тридцать два, — улыбалась девушка сама себе.

Её тихий голос услышала только сидящая рядом Со Ён, которая невольно улыбнулась. Но тут же нахмурилась на поведение дочери и, чтобы та не умничала, шлёпнула её по бедру.

— Ащщ, — не успев в этот раз увернуться, скривилась она и потёрла свою ногу.

А Ним Сок всё продолжал.

— Да успокойся уже, — наконец, не выдержав, остановила мужа Со Дам. — Мы поняли, что тебе было тяжело. Нам всем было тяжело. Но тогда и время другое было. Сейчас молодым тоже нелегко, особенно со всеми этими экзаменами, стрессами… Ты хоть знаешь, сколько школьников не выдерживают нагрузки и… — она внезапно поджала губы и замолчала. Словно что-то вспомнив, взгляд Со Дам слегка притупился.

— Это всё расхлябанность нынешнего поколения, — не дождавшись продолжения, лишь отмахнулся Ним Сок. — Слишком уж наше правительство, как и родители, жалеют детишек. Вот и вырастают нюни и слабаки, которые жалуются на то, что их просто попросили пять минут у ксерокса постоять.

— Но у твоего внука действительно большая нагрузка, — настаивала Со Дам. — А я напомню, что ему скоро восемнадцать. И в его возрасте хорошо бы хотя бы девушку завести. Но из-за этих «обязанностей», что вы на него навалили, — хальмони обвела взглядом Ним Сока и свою дочь, которая от удивления округлила глаза, поняв, что её за компанию сделали виноватой. — Неизвестно, когда он вообще хоть с кем-то познакомится.

— Не драматизируй, — хмыкнул мужчина. — Мы же как-то раньше знакомились? И ничего. Не вымерли, — он усмехнулся. — А сейчас молодёжи доступно больше, чем нам. Вон, — Ним Сок достал из кармана свой телефон и продемонстрировал его остальным. — Одна вот эта коробка чего стоит. Там и общаться, и даже знакомиться можно.

Со Дам нахмурилась, а вот Ми Ён заметно повеселела.

— Не, ну так-то дедушка прав, — пожала плечами девушка. — Было бы забавно посмотреть, как Су Джин сидит на сайте знакомств, — она улыбнулась, представив это.

— Думаешь, я позволю своему сыну знакомиться непонятно с кем? — подключилась Со Ён. — И вообще, не забывай, что он айдол и…

— И что? Как будто они ни с кем не встречаются, когда захотят. По новостям одни скандалы на эту тему, — кивнул он подбородком в сторону выключенного телевизора. — Да и в договоре не указано, что ему запрещено сидеть на сайтах знакомств. А если даже запретят, то пусть укажет другое имя.

— А по фотографии никто не поймёт, кто это на самом деле? — иронично спросила Со Ён. — Ты и сама понимаешь, насколько это глупо, так что не говори ерунды.

— А жаль, — вздохнула театрально Ми Ён. — Я бы хотела посмотреть на лица фанатов, которые находят своего биаса на сайте, — она мечтательно отвела взгляд. — А можно было бы ещё и за деньги с ними встречаться, тогда…

— Так, — резко прервала её фантазии мама. — Никаких денег. Су Джин должен познакомиться со своей будущей женой естественным образом.

Внезапно над столом нависла тишина, и все посмотрели на Со Ён.

— Что? — непонимающе похлопала она глазами. — Ты сама сказала, что Су Джину скоро восемнадцать, а значит, стоит подумать и о семье.

— Я не совсем это имела в виду, — мотнула головой Со Дам, к которой обращалась Со Ён. — Я просто подчеркнула, что ему стоит хотя бы попробовать завести отношения.

— От отношений до брака не так далеко, — пожала плечами Со Ён, а после, как ни в чём не бывало, потянулась палочками к вяленому мясу. — К тому же я не против уже и внуков понянчить.

Все снова молча посмотрели на Со Ён, но в этот раз она проигнорировала затяжную паузу.

— Ого, ну нифига себе, — многозначительно кивнула Ми Ён. — А не слишком ли быстро мы пришли от «Су Джину нужно больше свободного времени» к «Су Джину пора уже заводить детей»?

— Это всё взаимосвязано. Я же не говорю, что ему это нужно делать прямо сейчас и срочно. Нет, конечно. Он взрослый мальчик, и сам разберётся, но… — спокойно ответила мама и вздохнула. — Я не вижу в этом ничего страшного. В любом случае это когда-то произойдёт. Не сейчас, так чуть позже. Так что, обсудить это, я считаю, в самый раз, — она покосилась на дочь. — И раз уж мы заговорили об этом. Разве ты сама не хотела бы быть тётей?

— Я о таком говорила? — удивилась она, а затем с ещё большим удивлением задала новый вопрос. — Подожди, ты что, взаправду принимаешь всё, что я говорю?

На такую постановку вопроса Су Ен крыть было нечем, и та теперь сама уставилась на свою дочь, не понимая, как реагировать.

— И вообще, я старше него, так что замуж я должна выйти раньше! — наставительно произнесла девушка.

— А есть кандидаты? — с любопытством спросила Со Дам.

— Кандидатов нет, — грустно вздохнула она и всем своим видом поникла.

Но уже через несколько секунд девушка посчитала, что её роль отыграна, и, сбросив образ, спокойно потянулась к жареным овощам и с аппетитом стала их поглощать, заедая рисом.

Пока Со Ён переваривала диалог, а Со Дам качала головой, слово взял Ним Сок:

— Зато у Су Джина скоро от кандидаток отбоя не будет, — произнёс он и, словно вспомнив что-то, посмотрел на внучку. — Ты же всё объяснила брату?

— Ам-гам, — жуя, кивнула Ми Ён. — К рассказу о нашем прошлом он отнёсся спокойно, а от будущих перспектив вообще в восторге. Готов отбиваться от кандидаток всеми частями тела.

Все сидящие за столом неловко замолчали, поняв, какой именно разговор был у сестры с братом. Но, несмотря на невнятный ответ и кривляния, она ясно дала понять, что в целом всё прошло неплохо.

А уточнять и поднимать неудобную тему никто так и не решился.

— Только вот качество этих кандидаток… — скривилась Со Дам, вернувшись к основной теме их разговора. — И ещё раз говорю, что рано ему искать жену, пусть сначала нагуляется.

— Так никто не спорит, — хмыкнул Ним Сок и насмешливо посмотрел в сторону дочери. — Только как айдолу, ему что свадьба, что отношения с девушкой, всё равно придётся скрываться.

— Да многие так делают, — отмахнулась она, словно не видела в этом проблему.

— Ага, а потом выходят на пенсию в тридцать пять, а у них по два развода и по ребёнку от кучи любовниц, — с лёгкостью в голосе добавила Ми Ён и потянулась за добавкой кимчи.

— Мой сын не такой, — убеждённо произнесла Со Ён своей дочери, на что та просто пожала плечами, показывая, что как бы и не спорит.

— Но в чём-то Со Ён права, — кинув самому себе, продолжил Ним Сок. — Ему в любом случае нужно стать продолжателем нашего рода, так что в самый раз… — дедушка делает паузу, сдержанно прочистив горло, после чего его тон смягчился: — Если уж вы решили это действительно обсудить.

— Обсудить это, конечно, хорошо, — подметила Со Дам серьёзным тоном. — Но для начала стоило бы вернуться к источнику проблемы, а именно: к недостатку времени в расписании Су Джина. Как ему знакомиться с кем-то и вести общение? М? И не надо мне говорить снова про телефон. На него тоже нужно время, если уж на то пошло.

— Ну так пусть с кандидатками этими и знакомится на празднике, — предложила самая мелкая в комнате. — Они сами не старше Су Джина, и о свадьбе они только на словах мечтают.

— Пф, — фыркнула в ответ Со Дам. — Вот ещё. С кем ему там знакомиться? В этом змеином болоте даже подходящей партии нет, — она слегка выпрямилась.

— Ну, почему же? — задумчиво вступился Ним Сок. — А как же семья Хванбо? — предложил он. — Насколько я знаю, их дочь Ра Он произвела на тебя впечатление на недавнем вечере.

— Это просто была формальная вежливость, — отмахнулась Со Дам. — Да, девочка, действительно, хорошая. Умница, красавица и даже музыкальную школу окончила, но…

Замолчала она, и Ми Ён сразу взяла слово:

— Вот, значит, у них с Су Джином уже много общего.

— Да там не в ней проблема, а в её матери, — отмахнулась Со Дам.

— А что с ней не так?

— Слишком… — Со Дам поморщилась. — Высокомерна. Только и лепечет про свою гениальную дочурку. В такой атмосфере девочка вырастет слишком нарциссической.

— Может, ты просто слишком предвзята? — скорее не споря, а рассуждая, спросила Со Ён. — Все матери любят своих детей, поэтому…

— Поэтому не должны их залюбливать до такой степени, чтобы те росли с розовыми очками вместо глаз, — хальмони демонстративно показала очки пальцами, прислонив их к глазам. — Все родители любят своих детей, но нельзя отрицать реальность. Не хочу, чтобы рядом с моим внуком была какая-то высокомерная девица.

Со Ён молча переглянулась с Ми Ён. Затем обе снова вернулись к ужину.

[Несколько минут спустя]

— А почему мы не рассматриваем нашу милашку из семьи Ку? — вспомнив о соседях, внесла своё предложение Со Ён. — Мне эта девочка очень нравится.

— Ю Ни? — уточнил дед и, дождавшись кивка, продолжил: — Её дед до сих пор считает её ребёнком. Вряд ли он одобрит это.

— Но ведь она ровесница Су Джина, разве нет? — удивлённо вскинула бровь Со Ён. — Не может же он всю жизнь считать её ребёнком.

— Согласен, — кивнул Ним Сок. — Только ты сама попробуй это ему объяснить, — он усмехнулся. — Старик Ин Хве до сих пор дарит ей мягкие игрушки на день рождения и нанимает аниматоров. А уж про то, что у неё может появиться парень, и слышать не хочет. Что говорить о женитьбе.

— Жаль, — с горьким вздохом отметила Со Ён. — Всё-таки они с Су Джином с детства знакомы. Даже ходили в один садик…

— О! Кстати, о детстве, — словно что-то внезапно вспомнив, воскликнула Ми Ён. — А что насчёт семьи Сео? Они приглашены?

Девушка подняла глаза на свою семью, которая встретила её неоднозначными взглядами.

— Конечно, — осторожно произнёс дед. — Как и все остальные семьи основателей. А что?

— Ну так у них же есть Юнь Соль, с которой Су Джин постоянно гулял в средней шко...

Девушка, став замечать по лицам деда и бабушки что-то неладное, говорила всё тише, а затем на половине слова совсем замолчала.

— Ми Ён, просто помолчи, — дала своей внучке совет бабушка. — Я тебя не буду защищать от твоей мамы, если ты продолжишь.

— Не обращай внимания на слова бабушки, ты продолжай, — послышался лилейный голос сбоку от неё, и дочь повернула голову, чтобы встретиться с лилейной улыбкой своей мамы. — Что там Юнь Соль?

— Ничего, — быстро поняв, что забрела явно не туда, замотала она головой. — Я уже даже забыла, кто это такая!

— Что? Там? Юнь Соль? — выразительно переспросила она, выделяя каждое слово.

— Я только хотела сказать, что слышала о том, что скоро она возвращается в Корею, — сдавленно проговорила Ми Ён, запоздало вспомнив, как мать не любит упоминания этой девушки.

— Значит, эта... распутная девочка возвращается домой, — покивала Со Ен, вслух размышляя. — Милая, ты же не будешь упоминать её имя при Су Джине?

Дочь тут же замотала головой так, что все её волосы растрепались.

— Вот и хорошо, — кивнула Со Ён и ласково пригладила волосы своей девочке.

///

Остаток недели превратился в сплошную рутину, без каких-либо запоминающихся событий.

В школе приближались ежемесячные тестирования, которые будут сопровождаться составлением нового рейтинга и обязательным родительским собранием.

Так что мои одноклассники, да и вообще вся параллель, попритихла, и подростки стали заботиться о своих оценках больше, чем о сплетнях на перемене или о чём-либо ещё. Даже Джу Гён и Хэ На тащились за мной в столовую скорее по привычке, чем из желания побыть в совместной компании, а сидя за столом, все разговоры так или иначе сводились к урокам или к предполагаемой экзекуции от родителей, если их чада не оправдают возложенных ожиданий.

Офис тоже не мог похвастаться чем-то новым, и по скуке он обгонял даже школу.

По словам Ха Рин, реорганизацию она почти закончила, но полноценно работать мы начнем только со следующей недели. Так что единственным её распоряжением нашей команде было расслабляться под пальмой и вовремя её поливать. Но последнюю задачу я с первого дня делегировал на Си У, а сам вернулся к написанию художественной классики о смелой китайской девочке по имени Мулан.

Ну и агентство… С впечатлениями от его посещения там была уже другая история — запомнилось многое, но вот выделить что-то конкретное оказалось сложнее. Тренировки по танцам в общей группе с трейни слились в череду выкриков и команд от нашей госпожи Чан, где единственным светлым пятном стали покемоны, да и то лишь потому, что постоянно вертелись вокруг меня и мелькали перед глазами.

Парни из группы тоже резко оказались заняты: по указанию исполнительного директора им назначили индивидуальную занятость.

И даже Ю На угомонилась со своей критикой титульной песни и нового музыкального продюсера. Позвонив всего пару раз, чтобы пожаловаться, девушка переключила всё своё внимание на подготовку к камбэку вместе с подругами. Его дата как раз совпадала с празднованием дня рождения моей хальмони.

А вот я сейчас стоял в, не побоюсь этого слова, бутике и рассматривал, как за стеклянной витриной, у которой даже ручки были с позолотой, на таком же позолоченном блюде прокручивался, словно в музыкальной шкатулке, кусок говядины.

— Добрый день, вам чем-то помочь? — послышалось из-за спины, и, обернувшись, я встретился глазами с молодой девушкой в безупречном наряде продавца-консультанта.

Синяя юбка, заканчивающаяся у бедра, колготки с красными стрелками, которые я заметил в отражении стекла, кристально белая рубашка и пиджак в цвет юбки. Исключительность её образа дополняли белые велюровые перчатки. А в целом, её общий вид и то, как она держалась, давал огромную фору всем консультантам, которых я встречал в новой жизни.

На моей памяти, конкуренцию ей бы составили, возможно, только девушки из ресепшена в одном из отелей Дубая. Там местные тоже любили производить впечатление сразу с порога.

Но здесь она... Просто продавец мяса.

— Да, — был мой ответ, так как в помощи я явно нуждался. — Это цена за все стадо коров или просто чей-то номер телефона?

Ситуацию с цифрами здесь усугубляли корейские воны, курс которых был один к тысяче, если сравнивать с долларом.

— Я часто слышу здесь похожие шутки, — улыбнулась девушка, ничуть не смутившись. — Это цена за килограмм, а на витрине лежит только демонстрационная вырезка Люси, чтобы вы могли оценить её текстуру и плотность. Хотя при желании мы можем взвесить и продать вам и этот образец среза, если он вам приглянулся. Витрины продуваются холодным воздухом, и их температура соответствует всем нужным стандартам хранения.

— ... — я даже на несколько секунд подвис. — А Люси — это?..

Словив себя на мысли, что даже не хочу произносить это вслух, я просто с немым вопросом на лице указал рукой на витрину.

— Люси — это корова, — произнесла она таким тоном, будто озвучивает очевидное. — Мы очень ею гордимся, и, если хотите, я могу показать вам её журнал достижений, в котором есть копии всех её грамот, сертификатов качества и наград с нескольких национальных выставок. Она, к слову, призёр, и если вы решитесь на покупку её мяса, мы также обязательно приложим вам копию всех вышеперечисленных документов, а также заверенную у юриста гарантию её родословной.

— ...

Из магазина я выходил молча, находясь в глубокой задумчивости. В руках у меня была большая коробка с целой кучей льда внутри и... Люси. Вернее, её частью. Возможно, даже лучшей.

Думал я сразу о многом: о том, как странно устроен мир, о людях, о коровах, да и вообще о своей жизни и о том, как до всего этого докатился.

— Брр, — помотав головой, я собрал мысли в кучу, отбросив ненужное и найдя глазами такси, направился в его сторону.

К вечеру мне ещё многое нужно было сделать.

[Спустя десять минут]

— Что делаешь? — бодро спросила меня Ю На, как только я ответил на телефонный звонок.

Услышав вопрос, я перевёл взгляд на коробку, которая лежала рядом со мной на заднем сиденье машины.

— Еду вместе с Люси к юристу, — ответил я правду.

— Эм, а Люси — это кто? — почему-то именно этим поинтересовалась девушка.

— Ю На, поверь, лучше тебе не знать, — грустно произнес я. — Но по документам, которые у меня есть на руках, это крайне впечатляющая личность.

— Поня-ятно, — произнесла она тоном, в котором было ясно, что ей совершенно ничего не понятно. Но затем её голос снова стал бодрым. — Я звоню напомнить, что в семь вечера состоится премьера нашего клипа. Ты обязан его посмотреть!

— Что-то не слышу в твоём тоне привычного негодования, — подметил я. — Уже смирилась?

— Скорее забегалась, — ответила мне девушка, и в её голосе проступила искренняя усталость. — Зато я с уверенностью могу сказать, что мы с девочками выложились на полную и сделали всё, что могли.

— Значит, вы молодцы, — похвалил я их. — Но премьеру клипа я посмотреть не смогу, на сегодняшний вечер у меня планы.

— С Люси? — с какой-то странной интонацией спросила она.

— Эм… — я даже растерялся, и мой взгляд снова невольно упал на коробку. — Нет, ну технически… — начал было я, но понял, что даже у меня в голове это звучит по-идиотски, и объяснил нормально. — У моей бабушки день рождения, так что вечером мы едем его отмечать в ресторане отеля.

— Оу, так вы с семьёй заказали столик? — поняла она это по-своему.

— Ну, можно и так сказать, — не стал я объяснять, что там не столик был снят, а забронирован почти целый этаж для корпоративных встреч на несколько дней.

Дед в один из вечеров только упомянул об этой возможности, а вот Со Ён, видя, сколько проблем от Сиа Групп у её мамы, приняла эту опцию как прямой призыв к действию. Так что несколько дней она кошмарила ни в чём не повинный персонал, который работал за счёт компании и переделывал все её хотелки. На одну из таких встреч она ещё и нас всех потащила.

— Я, скорее всего, ближе к ночи смогу посмотреть, если совсем не умотаюсь на празднике, — добавил я, потому что мне и самому было интересно, что они сняли. — А что по хотелкам? В какой-то конкретный чарт хочешь попасть или просто много славы и денег?

— В вечернее шоу господина Кима, — хмыкнув, произнесла она. — Но это из области фантастики. Если он и будет обозревать наш клип, то в лучшем случае через неделю.

Понятия не имею, что она имеет в виду, но сегодня я явно об этом узнать не успею...

— Мне нужно отключаться, Ю На, я уже приехал, — сказал я, когда машина остановилась и таксист на меня обернулся. — Успешного твоей группе камбэка.

— Угу, файтинг, Су Джин!

— Файтинг, — улыбнувшись, ответил я ей и сбросил вызов.

Теперь мне осталось только забрать все свои документы и контракт с протеже госпожи Клэр у юристов и заехать в ближайший торговый центр, чтобы всё это упаковать в подарочную бумагу.

А вот вечер обещал быть интересным. Кроме Люси, которую я собирался подарить бабушке, в моей жизни должен был появиться отец.

И я даже сам не понимал, какие эмоции по этому поводу испытываю. Но ощущение, что вокруг снова будет твориться бардак, меня не покидало.