Стажёр

Первый день.

Игорь стоял на перекрёстке в отглаженной форме. Ему казалось, что слишком долго горит красный сигнал светофора. Волнение всё нарастало — сегодня его первый рабочий день. Мало того что он проспал, так ещё и умудрился зацепиться парадным кителем за дверную ручку и порвать его. Чтобы не опозориться, он решил пойти в повседневной форме.

Игорь почувствовал, как что-то капнуло ему на плечо. Несколько секунд он ещё надеялся, что это начинается дождь. Он поднял голову: на ветке дерева сидел голубь, прямо над ним сквозь листву проглядывалось ясное небо.

— Твою мать! — воскликнул Игорь, скашивая взгляд на плечо.

Конечно, это был не дождь. Его суеверная матушка сейчас сказала бы ему, что это к деньгам. Игорь не был суеверным, да и какие деньги — он только закончил институт МВД и по распределению попал помощником участкового в трёхстах с лишним километрах от дома. Ему ещё повезло: многих судьба закинула куда дальше от малой родины, чем его.

Загорелся зелёный сигнал светофора, и новоиспечённый помощник участкового направился быстрым шагом через дорогу. Он уже приметил чуть в стороне киоск, хотя с его везением сегодня там может не оказаться влажных салфеток.

— Чего надо? — спросила продавщица, даже не оторвав взгляда от телефона.

— Извините, у вас есть салфетки? — неловко спросил Игорь.

— Двадцать рублей, — взгляд продавщицы скользнул по нему, она хихикнула и потянулась рукой под прилавок.

Игорь протянул пятьдесят рублей, забрал сдачу и салфетки и поблагодарив продавщицу, направился к выходу.

— Хорошего дня, начальник, — явно смеясь, попрощалась сотрудница.

Игорь стоял перед металлической дверью с облезшей краской и выцветшей табличкой: "Участковый пункт полиции №17. График работы...". Часы работы можно было только угадать, тут табличка была почти бесцветна. Его сердце бешено колотилось — он всё-таки опоздал. День начинался с неудач: порванный китель, голубиная "метка" на плече, и вот теперь закрытая дверь.

Он уже готовился постучаться, когда услышал за спиной шаги. Обернувшись, Игорь увидел уставшего мужчину в форме участкового. Этот человек был высоким и худощавым, сутулость выдавала его возраст и усталость. Его форма была слегка помята и местами запачкана. Лицо мужчины выражало недовольство, как будто его только что разбудили среди ночи. Его глаза были полуприкрыты, под ними залегли тёмные круги. Густые брови, сдвинутые к переносице, создавали впечатление вечного раздражения. Волосы на голове были коротко острижены, но седина всё равно пробивалась сквозь них, особенно заметная над висками.

— Ты кто? — спросил мужчина, даже не пытаясь скрыть раздражение. Его голос был хриплым и грубым, словно он много курил или часто кричал.

— Я… я новый помощник, — ответил Игорь, стараясь сохранить уверенность в голосе. — Меня зовут Игорь.

— А, ты это... — мужчина вздохнул и достал ключи из кармана. — Ну, проходи, что ли.

Дверь со скрипом открылась, и они вошли внутрь. Участковый пункт был небольшим и слегка запущенным. На стенах висели старые карты района, а столы были завалены бумагами.

— Садись, — сказал начальник, указывая на стул. — Пока будешь осваиваться, тебе нужно пройти по адресам, где поступили жалобы. Вон там список. — Он протянул Игорю несколько листков бумаги.

Игорь быстро просмотрел список. Жалобы были разные: от шумных соседей до подозрительных личностей, замеченных в районе. Ему стало немного не по себе.

— А вы?

— А я, кстати, не представился, капитан Самойлов Максим Фёдорович, если без посторонних, то можешь просто звать Макс, — представился участковый, — я буду заниматься важными делами, для начала поправлю здоровье.

Капитан достал из стола бутылку дешёвого пива. Игорю стало понятно, от чего у его коллеги такой потрёпанный вид. Он решил не спорить, тем более в первый день, со своим начальником, да и оставаться в этом помещении не было желания. «Может, на этом невезение закончится», — подумал он и пошёл выполнять поставленную задачу.

День был солнечный, на улице было гораздо приятнее, чем оставаться в той затхлой коморке. Игорь направился к первому адресу. Список жалоб был на удивление разнообразным, но начал он с самой необычной — старушки, которая утверждала, что её сосед облучает её микроволновой печью.

Дом, где жила старушка, оказался довольно старым, с облупившейся краской на стенах и скрипучими ступенями. Игорь поднялся на третий этаж и постучал в дверь квартиры №12. Через несколько секунд ему открыла маленькая пожилая женщина с острым взглядом.

— Здравствуйте, я помощник участкового, — представился Игорь. — Вы вызывали?

— Ой, наконец-то! — воскликнула бабушка, приглашая его войти. — Этот сосед сверху меня просто замучил! Каждый день включает свою микроволновку, а я чувствую, как меня облучают!

Игорь вошёл в квартиру и осмотрелся. Всё было аккуратно и чисто, но вот мебель явно была из прошлого века. Бабушка провела его на кухню, где показала потолок.

— Вот видите, — сказала она, указывая на потолок, — каждый раз, когда он включает свою микроволновку, я чувствую это! Меня просто трясёт!

Игорь попытался сохранить серьёзное выражение лица, хотя внутри уже зарождалась улыбка.

— А вы уверены, что это именно микроволновка? Может быть, это просто совпадение?

— Совпадение? — возмутилась старушка. — Я всё знаю! У меня есть научный подход. Я даже купила себе специальный прибор для измерения радиации, вот!

Она достала из шкафа старый газоанализатор, который, судя по всему, давно уже не работал. Игорь решил не спорить.

— Хорошо, я поговорю с вашим соседом, — сказал он, стараясь звучать уверенно. — Возможно, мы найдём решение.

Бабушка успокоилась, и Игорь покинул квартиру, еле сдерживая смех. Он поднялся на этаж выше и постучался в дверь, находящуюся над старушкой, так чтобы та услышала. Игорь видел, что она осталась стоять у приоткрытой двери.

— Чего вам? – открылась дверь, и из неё высунулась голова молодого парня, скорее всего студента.

— Здравствуйте, лейтенант Зырянов, я помощник участкового, на вас поступила жалоба, — ответил Игорь, приложил палец к губам и указал вниз и шёпотом продолжил: — Подыграйте, а то не отстанет ведь.

Парень кивнул.

— Можно ваши документы и сертификат на микроволновую печь, — еле сдерживая смех, попросил Игорь, — паспорт и правда можете показать, — добавил шёпотом.

Парень прикрыл дверь, послышались шаги, через время он вернулся и протянул паспорт.

— Так, гражданин Петров, — помощник участкового старался сделать максимально серьёзный голос, — у микроволновки то сертификат просрочен. Вам срочно необходимо приобрести новую микроволновку и принести сертификат к нам для проверки.

— Да, конечно, — ответил парень, во всю улыбаясь, — сегодня же приобрету, а эту выкину, не уследил.

— Старой микроволновкой не пользуйтесь! Всего вам доброго.

— До свидания!

Игорь спустился обратно к старушке.

— С соседом вашим беседу провёл, проконтролируем, вы были правы, микроволновка то старая!

— Ой, спасибо вам огромное, пришли и сразу решили вопрос, но вы только проконтролируйте! А то я сколько раз писала, а Максим Фёдорович всё мне говорил, что мне лечиться надо, — ответила довольная старушка, — вы если кушать хотите, заходите, чаем вас напою.

— Спасибо вам, но некогда — служба! Всего вам доброго.

Следующим пунктом была детская площадка, где молодая мать жаловалась на подростков, распивающих алкоголь. Когда Игорь пришёл туда, он увидел группу ребят, которые действительно пили пиво и громко смеялись. Они сразу же заметили его и разбежались.

Игорь ринулся за ними, но те забежали за угол дома, а когда он его достиг, их уже след простыл. Пришлось вернуться во двор и искать подъезд и квартиру, жительница которой подала жалобу. Найдя, он позвонил в звонок, послышались шаги.

— Кто там? — послышался голос молодой женщины из-за двери.

— Добрый день, помощник участкового, жалоба от вас поступила на хулиганов.

— Здравствуйте, да они уже достали, — женщина приоткрыла дверь и жаловалась, — с самого утра сидят на площадке, пьют, матом ругаются и мусорят, мы их уже всем двором гоняем, а они нас не боятся, а если мужей просим, то хулиганы эти сразу убегают как только видят их.

— От меня тоже удрали, попросим ППС, чтобы почаще в ваш двор заезжали.

— Надеюсь, поможет, сил уже моих нет. — ответила женщина и закрыла дверь.

Новоиспечённый помощник участкового развернулся и пошёл по следующему адресу.

Игорь стоял перед дверью квартиры, откуда поступила жалоба на шум. Ещё приближаясь к этому адресу, он начал чувствовать волнение, которое сейчас перерастало в панику. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, и постучал в дверь.

Она оказалась приоткрытой. Внутри царила зловещая тишина. Игорь медленно вошёл, стараясь не издавать ни звука. Его глаза привыкли к полумраку, и он увидел страшную картину: окровавленные тела мужчины, женщины и ребёнка лежали на полу. Ему стало плохо от увиденного.

Внезапно из другой комнаты выскочил человек, весь в крови. Он рванул мимо Игоря и бросился бежать. Не раздумывая, Игорь помчался за ним. На лестничной клетке он заметил мужчину, который поднимался с пола, видимо, его столкнул тот самый беглец. Мужчина закричал:

— Я из полиции! Остановитесь!

Но Игорь не обратил на это внимания и продолжил погоню. Сбегающий был невероятно быстр, хотя Игорь всегда был одним из лучших бегунов на учёбе. Разрыв между ними увеличивался, но Игорь не собирался сдаваться.

Когда беглец завернул за угол и оказался в тупике, Игорь понял, что это его шанс. Он сделал предупредительный выстрел в воздух, но беглец не остановился. Наоборот, он попытался атаковать Игоря. Тот сделал несколько выстрелов в нападающего, но те лишь на мгновение отбросили его назад. Нападающий словно не замечал ранений и резким рывком прыгнул на Игоря, выбив пистолет из его рук.

Борьба была яростной. Нападающий был намного сильнее, и Игорь почувствовал, как вместо рук в него уже впиваются когти. Лицо этого человека стало меняться прямо на глазах — оно удлинялось, покрываясь густой шерстью, зубы стали длиннее и острее. Глаза нападающего горели звериным блеском. Это было существо, которое больше всего напоминало волка, но с человеческими чертами лица.

Когда существо попыталось укусить его, Игорь сумел отклониться, но потерял равновесие и упал на землю. Его руки были в крови, ногти впились в плоть, и боль была невыносимой. Но Игорь не сдавался. Он отчаянно старался сдержать нападающего, который, казалось, обладал невероятной силой.

— Что ты такое?! — закричал Игорь, когда существо прижало его к стене.

Игорь закрыл глаза, ожидая худшего, но услышал звук удара и почувствовал, как тело нападающего обмякло, и Игорь, скинув его с себя, увидел мужчину, которого встретил на лестничной клетке — высокий, с коротко стриженными волосами и глубокими карими глазами.

— Ты как? — спросил мужчина, переводя дыхание.

— Живой, — ответил Игорь, всё ещё находясь в состоянии шока. — Ты знаешь, что это такое? — спросил он, указывая на тело.

— Конечно, — ответил Вячеслав, — это волкодлак. Не каждый может догнать такого, даже когда тот в человеческом обличии, ты к нам перевестись не хочешь?

— К вам? А вы кто?

— Лично я, Вячеслав, — ответил мужчина, — а вообще, как и ты, полиция, только отдел не совсем обычный.

Игорь посмотрел на лежащее рядом с ним тело. Оно было полностью человеческим, без следов шерсти или острых зубов. Только в спине торчал нож с резной рукояткой. Игоря начало мутить.

— Да, поначалу не привычно, — сказал Вячеслав, — да и пули их не берут.

— Я заметил, это что, взаправду? — трясущимся голосом спросил Игорь.

— Да вполне, ты иди домой, а о моём предложении подумай, — сказал новый знакомый и протянул визитку.

— А я не стану таким как этот? – указал на лежащее тело парень, - он меня поцарапал.

— Если только бешенством заболеешь, такими от укуса не становятся.

— Вот это первый денёк на работе, — без сил сказал Игорь, — не уверен, что готов буду к такому, но подумаю над вашим предложением.

Уставший и весь помятый, помощник участкового отправился к своему начальнику, бока болели от царапин, вся форма была в клочья порвана. Надо отчитаться о проделанной работе. «Интересно, а Максим Фёдорович в курсе, что тут происходит», — промелькнуло в мыслях.

Максим Фёдорович.

Новый день встретил меня лучами солнца, которые светили мне прямо в лицо. Надо будет купить шторы. Бока болели, в голове всплыла вчерашняя схватка с тем существом. Как его там назвал Вячеслав? Волкодлак? Чёрт, мало того, что бока болят, так ещё и голова кругом.

Я открыл холодильник, странно, точно помню, что вчера покупал колбасу. Просмотрев все полки в холодильнике, проверил на столе, и на всякий случай на подоконнике. Колбасы не было. Махнул рукой на всё это и поставил чайник. Попью кофе и пойду расспрашивать Максима Фёдоровича. Он вчера намекнул, что ему есть что мне рассказать, после того как увидел мой внешний вид, после чего отправил меня домой отсыпаться.

Пожилая женщина, увидев меня выходящего из подъезда преградила мне путь.

- Здравствуйте, это наверно вы – новый помощник участкового? – с ходу набросилась она на меня.

- Утро доброе, а откуда вы знаете?

- Так не сложно догадаться, люди говорят, что появился новый участковый, а вы в форме, да и не жили тут раньше.

- От вас ничего не утаишь гражданка, – усмехнулся я.

- Вы если что-то надо, вы у меня спрашивайте, меня если что Мария Петровна зовут, я с пятой квартиры. Так-то двор у нас хороший, все ладят и живут дружно. Только вот к Нинке с седьмого дома, молодая которая, не Нина Николаевна, к ней постоянно мужики ходют. Вы бы проверили, вдруг она… это… А в нашем доме, с 25 квартиры запахи странные доносятся. Хотя там Валерка живёт, вроде приличный парень, всегда здоровается, но больно уж он на крутой машине ездит, может он там наркотики варит? Вы бы записали, а то забудете. – не давая мне пройти вывалила на меня кучу информации женщина.

- Обязательно проверим, мне на службу надо идти, тороплюсь, Максим Фёдорович ругаться будет если опоздаю.

- Ой да, конечно, - сказала она, пропуская меня, - чуть не забыла, вы только дядю Митю не гоняйте, он хоть и пьёт с утра до вечера, но ничего плохого не делает, если не ссориться с ним… Он наверно колдун, вы бы знали, что со мной приключилось, когда я с ним поругалась.

Меня слегка передёрнуло после слова «колдун». Я посмотрел в сторону куда указала Мария Петровна, на ней сидел мужичок, явно нетрезвый, и просто смотрел по сторонам. Надо будет на всякий случай с ним пообщаться, тем более, как выяснилось, что есть существа, которые умеют менять обличия с человеческого на… На то, которое я вчера видел.

Поблагодарив старушку, быстрым шагом направился в пункт полиции, который на ближайшее время должен стать моим рабочим местом. Если я не соглашусь на предложение Вячеслава.

Путь до работы прошёл в размышлениях. Мне, кто никогда не верил ни во что сверхъестественное, стало невыносимо интересно, получается, это всё не сказки? Или сказки, но не всё? Надо срочно поговорить со знающим человеком. Может быть, участковый что-то знает, ну или в крайнем случае позвонить Вячеславу, он же дал свою визитку.

Дверь была открыта, я вошёл.

- Утро доброе, Игорь, ну что, как самочувствие? Отошёл от вчерашнего? – поприветствовал меня участковый, голос был серьёзен.

- Здравия желаю, бока побаливают немного, да голова кругом, не укладывается в ней всё это, - ответил я.

- Ты присаживайся, да подробнее расскажи, что вчера произошло, – спросил Максим.

Я уселся на стул напротив Максима Фёдоровича, чувствуя, как напряжение в моих плечах постепенно ослабевало. Я был уверен, что мой рассказ прозвучит как бред, но молчать не имело смысла.

— С чего начать… Вчера я пошёл по адресам с жалобами, всё было вполне обычно, пока не дошёл до квартиры, где жаловались на шум. Дверь была приоткрыта, я заглянул внутрь и…

Я в подробностях рассказал произошедшее вчера, а Максим Фёдорович молча слушал, не перебивая, только медленно потянулся к ящику стола и достал пачку сигарет. Закурил и периодически поднимая бровь, когда выпускал дым продолжал слушать. Я закончил рассказ, не забыв упомянуть о предложенной работе, как раз к тому моменту, когда участковый докуривал третью сигарету, он затушил сигарету и тяжело вздохнул.

— Ты вот что, парнишка, не суйся туда, — сказал он после паузы.

— Почему?

— Потому что я уже сталкивался с этими делами, — его голос стал хрипловатым. — Лет пятнадцать назад, молодым считай совсем был. Тоже не верил во всю эту чушь… Пока не столкнулся с русалкой.

Игорь удивлённо замер.

— С кем?

Максим Фёдорович хмыкнул, вспоминая события пятнадцатилетней давности. Он достал из ящика стола бутылку воды, сделал глоток и улыбнулся, словно готовясь рассказать анекдот.

— Ладно, слушай. Это сейчас я такой серьёзный капитан, а тогда… тогда я был молодым да глупым. Всё началось с исчезновения животных на набережной. Народ шептался, что кто-то их в воду кто-то утаскивает. Я-то, конечно, думал, что это какие-нибудь алкаши-изобретатели ловят кошек на суп.

— Прямо детектив века, — усмехнулся Игорь.

— Вот и я так думал, пока на месте не появился Вячеслав. Этот тип сразу сказал, что мы имеем дело с "водной нечистью". Ну, я подумал — дурачок. Но, знаешь, он так уверенно говорил, что я аж засомневался. В общем, он предложил нам проверить одну версию: будто бы в реке живёт русалка, и она охотится на животных, потому что ещё не осмеливается на людей. Ну я и согласился помочь её выследить, может заодно и найду того бомжа, который таскает живность, а вдвоём как никак веселее.

— И как же вы её выслеживали?

Максим Фёдорович усмехнулся.

— Операция "Русалка" началась с гениального плана: взять приманку.

— Рыбу?

— Нет, кота.

— Что?!

— Да, Вячеслав сказал, что молодой русалке как раз интересны коты да мелкие собаки. Короче, мы отправились искать бездомного кота. Думаешь, в городе их полно? Хрен там! Стоит только начать искать — и хоть ты тресни, ни одной пушистой морды не найдёшь.

— И что вы сделали?

— Искали. Часа два бродили по дворам, пока не наткнулись на одно крайне злобное и пушистое создание.

Максим Фёдорович закатил глаза, вспоминая тот вечер.

— Сидит такой полосатый засранец на мусорке, шипит на нас, глаза злые, как у настоящего демона.

— И вы его взяли?

— Ну конечно! — фыркнул капитан. — Только это было не так-то просто. Кот сначала орал, потом кинулся на Вячеслава, чуть ему нос не отгрыз. Потом решил, что я — его главный враг. Короче, я предложил его задобрить сосиской, купленной в ближайшем ларьке.

— Сработало?

— Почти. В тот момент, когда я сунул ему сосиску, это мохнатое существо схватила её лапами, а потом, вместо того чтобы жрать, полезло ко мне на плечо и начало рвать мою фуражку.

Игорь не сдержался и рассмеялся.

— Я клянусь, у него была личная вендетта против головных уборов! — воскликнул Максим Фёдорович. — Я стою, ору, машу руками, кот крутится у меня на голове, когтями дерёт фуражку, а Вячеслав стоит рядом и ухмыляется!

— А вы не могли просто его… ну… снять?

— Ага, попробуй сними! Он вцепился так, что я думал, у меня теперь новая меховая шапка. В общем, кое-как его отодрали, запихнули в коробку и пошли на набережную.

— И как это должно было сработать?

— Мы посадили кота ближе к воде и начали ждать.

Игорь покачал головой, едва сдерживая улыбку.

— И что, кот просто сидел и ждал, пока его схватит русалка?

— Ага, конечно, — усмехнулся капитан. — Этот гад сначала тихо сидел, облизываясь после сосиски, а потом внезапно понял, что у него есть когти и свобода действий. Он сначала шипел на воду, потом на нас, а потом просто решил сбежать.

— И вам пришлось ловить его снова?

— Бегали за ним по всей набережной, как два идиота! — фыркнул Максим Фёдорович. — Народ уже глазел на нас, думали, что два полицейских гоняются за бешеным котом ради развлечения.

— Но вы его поймали?

— Вячеслав поймал. Короче, кое-как мы его удержали, посадили ближе к воде и стали ждать. Вячеслав сказал, что, если русалка есть, она скоро появится.

— Ну и?

— Мы ждали ещё три часа, уже стемнело. Уже начали думать, что зря старались, как вдруг…

Максим Фёдорович замолчал, лицо стало серьёзным.

— Мы уже начали думать, что зря старались, когда первым это почувствовал кот. Он выгнул спину дугой, шерсть стала дыбом, глаза расширились, а потом он внезапно взревел и бросился на край коробки. И тут в воде появились круги. И вдруг…

Он замолчал, его глаза потемнели.

— Мы увидели её.

— Русалку?

— Да. Она выглядела… невероятно. Необыкновенной красоты, кожа светлая, волосы длинные, почти светящиеся в лунном свете. Она улыбнулась… и тогда я увидел её зубы.

Игорь нахмурился.

— Острые?

— Как у акулы. В её взгляде читался голод, она очень шустро поплыла в сторону кота. Но когда поняла, что есть кое-кто покрупнее, попыталась схватить меня. Прыгнула прямо из воды, чуть не дотянулась. Я сначала бросился наутёк, но смотрю, кот то в коробке сидит и сделать ничего не может, мы его нормально так упаковали после того, как он убежал. Жалко стало этого обормота, самому страшно, а я уворачиваюсь от русалки и бегу спасать кота. Вячеслав тогда сделал что-то странное… Достал из сумки сеть, вот только сумки при нём весь день не было, да и сеть была не маленькой, что-то над ней побормотал… мне показалось что сеть стала еле светиться бледно-голубым, после чего кинул её на русалку. Он так ловко и быстро это делал, я только добрался до кота, а он уже накинул сеть. Русалка издала душераздирающий вопль, потом замерла.

— Магия?

— Чёрт его знает. Но это сработало. Потом приехала газелька, люди в ОЗК погрузили русалку в машину и уехали.

— И после этого ты поверил?

Максим Фёдорович усмехнулся.

— Я бы сказал, что перестал не верить.

Я задумался.

— И ты не думал потом пойти в этот отдел?

Максим Фёдорович посмотрел на него долгим взглядом, а затем сказал:

— Очень хотел, да мест там не было. Я начал искать необычные случаи… ты не поверишь сколько их. В общем, погрузился в мистику с головой. А потом увидел такое, после чего решил, что не моё это…

— Что же такое могло произойти?

— Давай в другой раз, не готов сейчас вспоминать, — участковый опустил взгляд на стол и быстро убрал сигарету в пепельницу, словно боялся, что дрожащая рука его выдаст. — Да и работать надо, вон сколько поступило обращений.

Домовёнок Моа

- Пум-пу-рум-пу-рум-пурум-пу – напевал я себе под нос мотив из детского мультика – Винни-Пух, очень уж он мне нравился, доставая из стиральной машинки один носок и пряча его в карман.

В коридоре послышались шаги, похоже это хозяйка решила достать бельё. Я ловко запрыгнул на стиральную машинку, затем на раковину, а с неё скользнул в вентиляцию. Заняло это от силы 5 секунд, все движения были уже выверены. Будет забавно как хозяйка квартиры сначала удивится, почему не хватает одного носка, затем начнёт его искать в стиральной машине, а в итоге заругает мужа и обвинит его в том, что он разбрасывает носки по дому и потом их не найти.

А хозяин дома будет праведно возмущаться, ведь он то помнит, что складывал носки в одно место, а не разбрасывал их по квартире. Они ведь не знают, что у меня не так уж много развлечений. Да, бывает иногда получится посмотреть мультики, которые некоторые жители подъезда включают своим детям. Но последнее время им включают эти мультики на плоской дощечке, которую упорно называют планшетом, а в ней показывают обычно неинтересные, для меня мультфильмы.

Я довольно хмыкнул, достал носок из кармана, ещё раз разглядел свой трофей, и уже было собрался задремать, когда меня окликнули:

— Моа! Опять носки тягаешь? Ну, молодёжь пошла, никакой фантазии…

Я вздрогнул и быстро повернулся на голос. Прямо напротив, из вентиляционной решётки торчала знакомая седая борода, огромные косматые брови и хитрые, чуть насмешливые глаза. Это был Федя, домовой из соседнего дома. И ему было лет шестьсот, а может и все восемьсот. Точный возраст Федя никогда не называл, лишь хитро усмехался и ворчал: «Родился я при Иване Третьем. А может, при Втором. Старый уже, память не та».

Я невольно заёрзал. Федя был для меня практически наставником. Сам он любил пакостить ничуть не меньше моего, просто подходил к этому более тщательно и хитро. Его розыгрыши отличались элегантностью, тонкостью исполнения. Если я мог просто стащить пульт от телевизора и заставить хозяев поссориться, то Федя делал так, что люди начинали сомневаться в своём здравом уме. Уж слишком он аккуратный и хитрый был. Профессионал, одним словом!

— Здрасьте, дядь Федь, — неохотно протянул я, пытаясь незаметно спрятать носок обратно в карман.

— Не прячь, видел я уже. Зачем тебе опять этот носок, Моа? Вот раньше были времена: сапоги крали, ложки серебряные. Даже украшения иногда, ежели хозяева вредные попадались. А теперь? Носки да конфеты под ковром. Мелко плаваешь, малыш.

Я фыркнул и проворчал, скрывая досаду:

— Не умею я как ты. Было б как раньше, так вообще б не занимался ерундой этой. Раньше и молоко в блюдечках ставили, и кашу сладкую. А теперь? Если что найдёшь случайно – уже праздник. Что заслужили, то и получают!

Федя погладил бороду, и глаза его хитро блеснули:

— Оно конечно. Совсем забыли люди про нас. Но, знаешь ли, Моа, уметь надо напоминать. Вот взять, к примеру, мой последний шедевр…

Я оживился. Федины истории я всегда любил слушать. Уж больно он их интересно рассказывал:

— Что ты опять натворил?

Федя важно покашлял и начал рассказывать:

— А вот значит, решил я напомнить людям о старых традициях. В квартире номер сорок два живут молодые — оба занятые, всё бегают туда-сюда. Я возьми, да и переставь ночью всю мебель на пять сантиметров влево.

Я разочарованно вздохнул:

— Ну и что? Не заметили же!

— Не заметили? — усмехнулся Федя, закатив глаза. — Да муж хозяйский трижды за вечер на подлокотник дивана усаживался! Вроде ничего не поменялось, а всё неудобно. А жена в спальне об угол шкаф три раза ударилась, прежде чем решила, что пора к глазному врачу записываться! Вот это уровень, малыш. Вроде мелочь, а сколько сомнений в собственной адекватности порождает!

Я с уважением кивнул:

— Эх, мастер вы, дядь Федь…

— Ничего, Моа, у тебя ещё всё впереди. Только не ленись, будь креативнее. Вот носок утащил? Так ты его не просто спрячь. Сделай так, чтобы носок в неожиданный момент вернулся. В кармане пиджака хозяйского, который он достанет только через неделю. Или, лучше, в кастрюле с борщом.

Я захихикал от одной только мысли о таком розыгрыше:

— А разве так можно?

— Ещё как можно! Главное – аккуратно и со вкусом. А то сейчас люди стали какие-то странные. Будь очень аккуратен! А то поймают тебя и в банку посадят.

Я передёрнулся. Домовёнок в банке — звучит как страшная сказка для домовых:

— Ладно, пошёл я. У меня сегодня в квартире номер пятнадцать великое дело — пельмени буду перепрятывать. В морозилке.

— Так вы их едите, небось?

— Ну а кто ж от пельменей откажется? – хитро улыбнулся Федя и исчез в темноте шахты.

Федя исчез, оставив меня задумчиво крутить носок в руках. Старый домовой, конечно, прав: времена уже не те. Люди стали скучными, невнимательными. Не замечают они нас, не верят в существование мелкой домашней нечисти. А ведь зря. Домовой, обиженный равнодушием людей, — существо не злое, но крайне изобретательное.

В животе тихо забурчало, напоминая, что утром я съел только полконфеты и немного печенья, случайно забытого на столе. Я быстро спрятал носок в карман и решил отправиться на кухню в пятую квартиру — авось хозяйка чего-то вкусного не доглядела.

Скользнув по вентиляционной шахте, я спрыгнул прямо за холодильником. Обойдя его, я слегка приоткрыл дверцу и заглянул внутрь.

На полке сиротливо лежал кусок сыра, рядом приютились две котлетки, оставшиеся от ужина, и баночка с чем-то зелёным и подозрительным. Я аккуратно взял котлету, как вдруг рядом прозвучал громкий, крайне возмущённый голос:

— Мяяяяяяу!

От неожиданности я чуть не свалился. На столе сидела кошка и, прищурившись, смотрела на меня так, словно поймала преступника с поличным.

— Тихо ты, — зашипел я, — разбудишь ведь всех!

Кошка презрительно махнула хвостом, словно говоря: «Не мои проблемы».

— Слушай, — зашептал я примирительно, — давай договоримся? Ты никому не скажешь, что видела меня, а я тебе дам половину котлеты.

Кошка замерла и задумалась, склонив голову набок. Внезапно зашипела и молнией кинулась на меня. От неожиданности я отскочил назад и врезался спиной в дверцу холодильника. По полу звонко покатились крышки от банок, с грохотом упала кастрюля. Вот и договорился! А кошка, между тем, продолжала наступать. Её глаза яростно блестели, шерсть встала дыбом, и выглядела она так, будто собиралась меня сожрать, даже не жуя.

— Стой! Ты чего! — попытался я возмутиться и одновременно успокоить её, выставив перед собой котлету как щит.

Кошка снова угрожающе зашипела. В этот момент в коридоре раздались шаги хозяйки квартиры. Я испугался и, забыв про кошку, бросился под кухонный шкаф. Котлета, увы, осталась лежать на полу, сиротливо ожидая своей участи.

— Что тут происходит? — хрипло проговорила пожилая женщина, заходя на кухню. — Муся! Это что такое?

Я тихо прислушивался, сжавшись под шкафом и надеясь, что меня не обнаружат. Хозяйка тяжело вздохнула и пробормотала:

— Совсем кошка озверела. Котлеты ворует! Вот ведь зверюга.

Муся возмущённо мяукнула и бросилась прочь от гневной старушки. Шаги удалились в сторону спальни, дверь закрылась, и я облегчённо выдохнул. Выбравшись из своего укрытия, я оглядел кухню и хотел было вернуться за валявшейся на полу котлетой, но вновь послышались шаги: кажется, хозяйка возвращается, чтобы прибраться.

— Вот и поужинал, — расстроенно пробормотал я и быстро побежал обратно к вентиляции.

Вернувшись в вентиляцию, я снова почувствовал предательский голод. Кошка Муся своим нападением лишила меня не только ужина, но и уверенности в собственной ловкости. Надо же — чуть не попался! А ещё Федя говорил: «Профессионализм приходит с опытом». Ну, не знаю. Видимо, опыта у меня пока маловато, всего-то девяносто лет…

От голода мысли мои становились всё более отчаянными. Порывшись в карманах, я обнаружил лишь тот несчастный носок и немного крошек от печенья. Этим не наешься. Надо было срочно что-то придумать.

И тут я вспомнил, что недавно на лестничной площадке поселился новый жилец. Возможно, на кухне у него много всего вкусного. Недолго думая, я отправился в соседнюю квартиру. Остановился у вентиляционной решётки, прислушался. Тихо. Значит, хозяин либо спит, либо на работе.

Выскользнув на кухню, я быстро осмотрелся. Ну, типичная холостяцкая берлога: кружка с засохшим кофе, тарелка с объедками, на полу одинокая тапка. Я без труда добрался до холодильника и, слегка приоткрыв дверцу, заглянул внутрь. Пусто… Ну как так-то.

Из коридора донёсся звук поворачиваемого ключа в замочной скважине. Сердце ёкнуло. Я быстро спрятался за холодильник.

— Твою мать, что за день то такой… Форму порвал, голубь нагадил, ещё и нечисть эта… — ворчал хозяин квартиры, входя в прихожую.

Послышались шаги, я аккуратно выглянул из-за холодильника. В кухню зашёл молодой парень, весь взъерошенный, в разодранной грязной форме и расцарапанный. Он быстро закинул продукты из пакета в холодильник и ушёл в спальню.

Немного подождав, когда парень уснёт, я вернулся к холодильнику. Слегка приоткрыв дверцу, заглянул внутрь. И тут глаза мои заблестели от счастья: на верхней полке лежала красивая, ароматная палка колбасы. Настоящая удача! Я уже представил, как буду её уплетать у себя в вентиляции, запивая чаем, который тоже, кстати, позаимствовал в какой-то из квартир. С колбасой подмышкой я аккуратно захлопнул холодильник и вернулся в вентиляцию. Ну всё, теперь можно устроить пир.

Плотно поев, я сладко уснул. Всю ночь мне снилось как я гоняю кошку по квартире, затем она пыталась откупиться от меня котлетами. Сошлись на том, что каждый день она должна мне приносить котлету и молоко, чтобы я её не беспокоил. Разбудило меня растерянное бормотание:

— Странно… Точно помню, что вчера покупал колбасу. Может, в сумке забыл? На подоконнике?

Я довольно захихикал, откусывая кусочек добытой вчера колбасы. Нет, парень, не забыл ты ничего. Просто ты теперь живёшь в доме, где за колбасу и носки отвечает домовёнок Моа!

Юля.

Утро наступило неожиданно и не совсем приятно: Игорь проснулся с ощущением, будто всю ночь разгружал вагоны. Некоторое время он неподвижно смотрел в потолок, затем нехотя сел на кровати, потирая виски и пытаясь прийти в себя. В голове мелькнула лениво-вялая мысль: «Выходной нужен. Или хотя бы выспаться нормально».

Потянувшись, он встал и пошёл на кухню. Там его уже ждал потрёпанный чайник, старая, доставшаяся от бывших жильцов кружка и полупустой холодильник. Пока кофе варился, он решил проверить стиральную машину — вчерашняя стирка должна была давно закончиться. Он достал вещи и начал раскладывать их на сушилке, как вдруг заметил, что одного носка не хватает.

— Да чтоб тебя… — раздражённо пробормотал Игорь, заглянув в барабан. Носка не было. Он обыскал ванную, посмотрел под машинкой — тщетно.

Махнув рукой на поиски, Игорь вернулся на кухню, налил себе крепкий кофе и открыл холодильник, чтобы взять что-нибудь перекусить. Каково же было его удивление, когда среди почти пустых полок он увидел свой потерянный носок. Игорь уставился на него, пытаясь осмыслить увиденное.

— Это что, я вчера настолько устал, что вещи в холодильник складывал? – усмехнулся он себе под нос и с сомнением посмотрел на кофе в кружке. — Похоже, пора отдыхать от этой работы…

Игорь неспешно пил кофе, с аппетитом доедая бутерброд с колбасой, которую всё-таки успел вчера докупить после загадочного исчезновения предыдущей палки. За окном по-весеннему ярко и задорно сияло солнце, освещая двор и спешащих куда-то людей. Молодая женщина с ребёнком шла в сторону садика, мужчина в строгом костюме нервно смотрел на часы, явно кого-то ожидая, а во дворе пожилой сосед увлечённо что-то рассказывал дворнику. Из открытой форточки тянуло свежестью и ароматом пробуждающегося города. Пожалуй, день обещал быть неплохим, даже несмотря на происшествие с носком.

Он надел постиранную и наспех заштопанную форму, поправил волосы перед зеркалом и вышел из квартиры.

В подъезде было темновато, кажется снова перегорела лампочка. Игорь сделал шаг вниз по лестнице и тут же налетел на кого-то, стремительно взбегающего наверх. От неожиданности он едва удержал равновесие, а незнакомка, громко ойкнув, выронила пакеты, наполненные апельсинами, которые с громким стуком покатились вниз по лестнице.

— Ой, извините! — одновременно воскликнули оба.

Перед ним стояла симпатичная молодая девушка с рыжими кудрявыми волосами и очень милыми веснушками. Её глаза блестели от смущения и смеха одновременно.

— Я не специально, правда, — быстро проговорил Игорь и начал ловить сбегающие вниз апельсины. Девушка присоединилась к погоне за фруктами, и через пару минут, когда все беглецы были пойманы, они снова встретились взглядом.

— Надеюсь, вы не сильно пострадали? — поинтересовалась она, улыбаясь.

— Да всё в порядке, что вы, — усмехнулся Игорь. — У вас то всё в порядке?

— Всё хорошо. — сказала девушка с улыбкой, — Я, кстати, Лиза, из тринадцатой. Вы, наверное, наш новый сосед?

— Игорь, да, недавно переехал.

Лиза звонко рассмеялась:

— Мария Петровна из пятой квартиры уже сообщила нам, что в доме поселился "строгий милиционер".

Игорь тоже улыбнулся:

— Ага, она мне уже дала список подозрительных личностей.

— Ой, вам наверно нужно спешить на службу, а я вас тут отвлекаю. Всё, я побежала, хорошего вам дня.

— И вам! — ответил Игорь.

После этой встречи настроение у Игоря окончательно улучшилось, и он направился на работу.

Рабочий день прошёл на удивление спокойно. Он сделал обход нескольких адресов, разрулил бытовой конфликт между соседями, помог найти потерявшегося котёнка. Вся эта рутина казалась ему теперь даже приятной после мистических приключений предыдущих дней.

К вечеру Максим Фёдорович позвал его к себе в кабинет и молча налил им обоим крепкий чай.

Максим Фёдорович закурил сигарету, сделал глубокую затяжку и, глядя куда-то мимо Игоря, тяжело заговорил:

— Это случилось примерно двенадцать лет назад. Знаешь, я многое видел уже, но вот такое… В общем, началось всё с того, что ко мне пришла семейная пара, родители девчонки по имени Юля. Их дочь недавно поступила в наш местный институт, на филологический. Мать Юли плакала, а отец едва мог говорить от волнения — их дочь бесследно пропала.

Он сделал ещё одну затяжку, стряхнул пепел в пепельницу и продолжил:

— Я начал расспрашивать родителей, выяснять обстоятельства. Девчонка была обычная, ничем не примечательная. Ну, почти. Родители рассказали, что она очень любила мистику. Знаешь, эти передачи вроде «Битвы экстрасенсов» смотрела запоем. Мать её тогда причитала: «Вот до чего доводят эти ваши экстрасенсы с этими бесконечными маятниками и фото в конвертах!». Они думали, что это просто подростковое увлечение, перебесится и пройдёт. В школе Юля вроде не была изгоем, но и популярностью особой не пользовалась. Как говорится, ни то, ни сё.

Максим Фёдорович снова замолчал, вздохнул, и добавил с грустной иронией:

— В общем, идеальная жертва для тех, кто ищет одиночек с нетипичными увлечениями.

Игорь внимательно слушал, стараясь не перебивать.

— Родители сказали, что с момента поступления в институт у неё появилась новая подруга, Оксана. Девушка странная и таинственная. Как позже выяснилось, никто про эту Оксану ничего толком не знал: ни адреса, ни телефона, ни где она жила до института. Полная загадка. Но именно с ней Юля стала проводить всё свободное время.

— И никто не заподозрил неладное?

— Да кто ж знал… Студенты как студенты, — пожал плечами Максим Фёдорович. — Только один её одногруппник вспомнил, что накануне исчезновения приглашал Юлю на свидание. Она сказала, что не сможет — якобы день рождения Оксаны праздновать едут, на дачу, но адрес она не назвала.

Максим сделал очередную затяжку и продолжил с едва заметным волнением в голосе:

— Я начал копать дальше, опрашивал всех друзей Юли и знакомых по институту. Никто ничего не говорил. То ли боялись, то ли правда не знали ничего полезного. Пока случайно один парень не вспомнил разговор с подругой, Алёной её звали. Она проговорилась, что их «кружок» — так она выразилась, — поедет на выходные в деревню Седёлкино.

— «Кружок»? — переспросил Игорь.

Максим кивнул:

— Именно. У этих девиц был кружок любителей оккультизма. Юля туда вступила как раз после знакомства с Оксаной. Они проводили ритуалы, игрались с приворотами, заклинаниями. Для Юли это было просто игрой. Она и сама не замечала, как всерьёз втягивается в это дело. Родители потом говорили, что Юля даже хвасталась им, мол, у неё память улучшилась от заклинаний, которые она практиковала. Но кто ж всерьёз поверит…

Максим Фёдорович замолчал, и его взгляд помрачнел.

— Когда мы поняли, куда ехать, я сообщил дежурному и отправился в Седёлкино. В деревне той домов раз-два и обчёлся, остальные — давно пустуют, покосились, разрушены. Я обходил каждый дом, спрашивал местных, но никто ничего не видел, не слышал. Уже под вечер добрался до одного дома на окраине. Постучал в дверь — она сама открылась, незапертая была…

Максим Фёдорович запнулся, словно преодолевая внутренний барьер. Затушил сигарету и тихо произнёс:

— Я такое и в кошмарах не видел. Запах был такой, что меня едва не вырвало на пороге. Вся комната была залита кровью, будто там скот забивали. Посреди комнаты был круг с непонятным символом и надписями, каких я в жизни не видел. Вокруг круга, Игорь… лежали тела десяти девушек. Изуродованные. Мне показалось, что это просто дурной сон…

Он тяжело вздохнул, уставившись в одну точку, словно снова видя перед собой ту страшную картину:

— Я выбежал наружу, звоню Вячеславу. Оказалось, он тоже занимался этим делом и узнал про Седёлкино, по своим каналам, и как раз направлялся сюда. Приехал он не один — с ним была женщина в чёрном плаще и двое парней, вооружённых до зубов, с автоматами, не видел таких, чем-то похожи на АКСУ, но всё же другие. У каждого на поясе ножи, с рукоятками в узорах. Зашли мы снова в дом. Я думал, хуже уже не будет, но тут вдруг услышал хрип…

Максим Фёдорович сделал паузу, будто собираясь с силами:

— Одна из девушек была ещё жива. Это была Юля. Женщина в чёрном что-то дала ей выпить и сразу вызвала скорую. Как я потом узнал, Оксана была потомственной ведьмой. Ей исполнилось восемнадцать, и в этот день ей нужен был обряд, чтобы получить полную силу. Для этого ей надо было забрать жизни девушек, лучше всего таких же, увлечённых магией. Именно поэтому она втягивала в свои игры подруг по институту.

— А Юля?

— Юле повезло… Что-то пошло не так, Оксану спугнули, и обряд прервался. Юля выжила, хотя её едва спасли врачи. Юля сразу после выписки из больницы переехала и говорят, ушла в монастырь. Я даже ездил туда, пытался с ней поговорить, но она отказалась меня видеть. Видимо, то, что она увидела там такое, напрочь отбило у неё желание общаться с внешним миром.

Максим Фёдорович снова замолчал и поднял взгляд на Игоря:

— С тех пор я решил: хватит с меня мистики. Не готов я на такое смотреть… Мне и обычных преступлений хватает. А если что-то происходит, хотя бы с намёком на мистику, я сразу Вячеславу звоню.

В кабинете повисла тяжёлая тишина. Игорь понимал, что эта история изменила не только жизнь Юли, но и самого Максима Фёдоровича.

— А что с Оксаной потом стало? — спросил Игорь.

Максим Фёдорович нахмурился и ответил нехотя:

— Этого я не знаю. Вячеслав сказал, что вряд ли она появится в нашем городе снова. Но я всё равно… не сплю спокойно, парень.

Игорь молчал, погружённый в раздумья. Похоже, его жизнь уже никогда не будет прежней.

Максим Фёдорович вздохнул и сказал напоследок:

— Ты вот что… будь осторожен. Если решишь пойти к Вячеславу — не забывай, что у всего есть цена.

Игорь молча кивнул и вышел на улицу. Солнце уже скрылось за горизонтом, и город начал постепенно тонуть в сумерках. Слова Максима Фёдоровича будто эхом отдавались в голове, заставляя раз за разом вспоминать мрачные детали истории, от которых становилось не по себе.

Он медленно двинулся домой, задумчиво шагая по пустеющим улицам. В голове всё смешалось: бытовые неурядицы, загадочные события и этот ужасный рассказ, который он услышал.

«Как теперь жить, зная обо всём этом?» — размышлял Игорь, невольно оглядываясь по сторонам, будто ожидая увидеть что-то необычное. В груди поднималось неприятное, щемящее чувство тревоги. Казалось, обычная жизнь, к которой он привык, безвозвратно изменилась, приоткрыв перед ним другую сторону реальности, скрытую от большинства.

Подойдя к своему подъезду, он посмотрел вверх, на окна дома. Свет горел почти везде, обычный вечер, ничего странного. Но Игорь уже не мог воспринимать мир так, как раньше.

Открыв дверь своей квартиры, Игорь зашёл внутрь и сразу же запер её на ключ. Некоторое время он стоял в коридоре, прислушиваясь к звукам собственного дыхания. Потом медленно прошёл в комнату и тяжело опустился на диван. Усталость навалилась с новой силой, но вместе с ней пришло и осознание того, что обратной дороги уже нет.

Он глубоко вздохнул и достал телефон. Некоторое время раздумывал, глядя на визитку Вячеслава, потом решительно набрал номер.

После нескольких гудков раздался уверенный голос:

— Я знал, что ты позвонишь, Игорь.

Вячеслав.

На следующее утро Игорь чувствовал себя более-менее бодрым. Он взглянул на часы и вспомнил о предстоящей встрече с Вячеславом, о которой вчера договорился по телефону. Глядя на визитку с написанным от руки адресом, он быстро оделся и отправился на назначенную встречу.

Кафе на набережной оказалось небольшим, тихим заведением. От него пахло свежесваренным кофе, корицей и только что испечёнными булочками. Сидя за одним из столиков на улице, Вячеслав поднял руку, давая понять, что заметил Игоря.

— Приветствую, — коротко сказал он, протягивая Игорю руку.

— Здравствуйте, — ответил Игорь, усаживаясь напротив. — Спасибо, что нашли время.

— Да не за что. Я же понимаю, что у тебя голова кругом, вопросов полно. Готов поспорить, ты всю ночь не спал.

Игорь усмехнулся:

— Почти. А это всегда так? Много таких… случаев?

Вячеслав улыбнулся уголками губ, сделав заказ подошедшей официантке.

— Смотря что считать «много». На самом деле вся эта нечисть, волкодлаки и прочие, не так уж часто докучают людям. В большинстве случаев они сами стараются избегать столкновений, но, конечно, есть исключения.

— А вы как с ними боретесь? Это что-то типа магии?

— И да, и нет, — уклончиво ответил Вячеслав. — У каждого случая свой подход. Иногда помогает просто побеседовать, иногда нужно и оружие применить, особое, конечно. А бывает, что и магию приходится использовать, хотя я сам ей не владею.

Игорь слегка нахмурился, пытаясь переварить услышанное.

— А вообще нечисти много? Они все опасные?

— Игорь, — улыбнулся Вячеслав, — я понимаю твоё любопытство, но всему своё время. Если решишь работать с нами, сам всё увидишь. Могу лишь сказать, что мир устроен гораздо сложнее, чем ты думаешь. Ты вот даже не представляешь, сколько мифов и легенд оказываются правдой, а сколько, наоборот, лишь выдумкой.

Игорь замолчал, задумавшись.

— А как вы сами оказались в этом… отделе? Случайность?

Вячеслав слегка помрачнел, сделал глоток кофе, собираясь с мыслями.

— Не совсем. Когда-то я был примерно таким же, как ты — молодой, любопытный, да ещё и скептик. Но потом столкнулся с кое-чем, после чего просто не мог жить, как прежде. Один случай — довольно неприятный — заставил меня переосмыслить своё отношение к реальности. Тогда я впервые увидел, как нечто необъяснимое унесло жизни нескольких невинных людей. Понял, что не хочу больше стоять в стороне и делать вид, что ничего не происходит. Вот и оказался здесь.

Он ненадолго замолчал, глядя куда-то в сторону, будто возвращаясь мыслями в прошлое.

Игорь тоже промолчал, решив пока не спрашивать подробностей, заметив, что для Вячеслава это неприятная тема.

Вячеслав же, вернувшись в настоящее, продолжил:

— В общем, подумай. Я не буду тебя торопить, решение должно быть только твоим. Но если увидишь что-то странное — сразу звони. Да и мы к тебе будем иногда обращаться, если что-то нетрудное и безопасное. Ты так постепенно и узнаешь, как устроен этот мир. А потом уже сделаешь свой выбор.

— Хорошо, — серьёзно ответил Игорь. — Мне кажется, я уже и так слишком много увидел.

Закончив разговор, они вышли из кафе и распрощались, разойдясь каждый в свою сторону.

Игорь, возвращаясь домой, вдруг вспомнил про отсутствие штор. Свернув по дороге в хозяйственный магазин, он выбрал подходящий цвет, даже не задумавшись о размере. Уже дома, распаковывая покупку, он с ужасом понял, что шторы были невероятно длинными.

— Вот же черт, — пробормотал он раздражённо.

Собравшись с силами, он вышел из квартиры, собираясь вернуть шторы обратно в магазин. На лестничной клетке неожиданно встретил Лизу.

— Привет! Куда это ты такой расстроенный? — улыбнулась она приветливо.

Игорь неловко поднял пакет со шторами:

— Да вот, купил шторы, а ими пол квартиры можно укутать. Теперь опять в магазин идти.

Лиза взяла у него пакет и заглянула внутрь:

— Зачем тебе снова бегать? У меня машинка есть, я тебе их за пять минут подошью. Пойдём ко мне, заодно чай попьём, поговорим. Соглашайся, соседи ведь!

Игорь на мгновение замешкался, взглянув на её открытое лицо и тёплые глаза, затем улыбнулся:

— Тогда с удовольствием.

Оказавшись у Лизы в квартире, он ощутил уют, которого давно не испытывал: яркие занавески, фотографии в рамках на полках, аккуратно расставленные цветы в горшках. Лиза быстро достала швейную машинку и принялась за работу, а Игорь сидел за небольшим кухонным столом, задумчиво крутя чашку чая в руках.

— Спасибо тебе огромное, — сказал он тихо. — Без тебя бы ещё часа два потратил.

— Да пустяки, — улыбнулась Лиза, поднимая на него взгляд от работы. — Знаешь, мне приятно помочь новому соседу.

Игорь почувствовал, что её улыбка заставляет его слегка волноваться. Он неловко отхлебнул чаю, пытаясь продолжить беседу:

— Представляешь, у меня на днях колбаса исчезла прямо из холодильника, — вдруг вспомнил Игорь, усмехнувшись.

Лиза засмеялась, не отрываясь от штор:

— О, у меня такое регулярно происходит. Бабушка говорила, что это домовой шалит. Она меня учила: надо ставить ему блюдце с молоком и печеньем на ночь. Вот только я постоянно забываю. Хотя, конечно, это всё глупости, правда?

Игорь посмеялся вместе с ней, но мысль неожиданно засела в голове:

— Знаешь, а вдруг и правда? — произнёс он слегка серьёзнее. —Давай я сегодня попробую поставить ему молоко с печеньем. Хуже точно не будет.

Лиза удивлённо посмотрела на него, улыбнулась и кивнула:

— Попробуй. А потом расскажешь, сработало или нет.

Когда шторы были готовы, они ещё немного поговорили, допили чай, после чего Игорь поблагодарил её за помощь и направился к выходу.

— Приходи ещё, — мягко сказала Лиза, когда он уже выходил.

— Обязательно, — улыбнулся он, возвращаясь к себе.

Шторы оказались идеальными по размеру, и Игорь удовлетворённо вздохнул.

Перед сном он вспомнил о разговоре с Лизой. Пожав плечами, поставил на кухне блюдце с молоком и положил пару печений.

— Ну, вот тебе угощение, домовёнок, — пробормотал он полушутливо, — только верни мою колбасу.

После чего отправился спать, ещё не зная, что домовёнок Моа, уже с любопытством наблюдавший из вентиляции, давно был готов воспользоваться щедростью нового жильца.

Не успел Игорь лечь в кровать, как зазвонил телефон. На экране светилось имя: «Вячеслав».

— Да? — ответил он с удивлением, не ожидая звонка так скоро.

— Игорь, ты сильно занят? — раздался спокойный голос Вячеслава.

— Нет, не очень. А что случилось?

— Ничего серьёзного, — мягко сказал Вячеслав. — Но нужна небольшая помощь. Сможешь подъехать к центральному парку?

Игорь взглянул на часы, усталость уступила место любопытству:

— Сейчас буду.

Возле парка Вячеслав уже ждал его, опершись на столб у входа. Увидев Игоря, он коротко кивнул:

— Молодец, что быстро приехал. Смотри, дело такое: в парке завелась мавка. Это лесной дух, обычно вполне безобидный и даже доброжелательный. Только эта решила слегка похулиганить.

Игорь нахмурился, пытаясь понять:

— Мавка? Это что-то опасное?

Вячеслав усмехнулся, покачав головой:

— Да нет. Внешне даже симпатичная. Но очень уж любит завлекать детей. Голосом мамы или друга позовёт ребёнка, тот пойдёт на звук и потеряется. Парк небольшой, конечно, ничего страшного не происходит. Но дети пугаются, родители в панике. Надо её вежливо попросить прекратить такие игры.

— И как мы это сделаем? — спросил Игорь с ноткой недоверия.

Вячеслав улыбнулся и достал из кармана мешочек с разноцветными конфетами:

— Просто. Эти существа сладости обожают. Положим конфеты под дерево, отойдём и подождём. Ну что, готов?

Игорь кивнул, и они отправились вглубь парка.

Найдя подходящее место возле большой, раскидистой берёзы, они разложили конфеты на траве. Отойдя на несколько метров, затаились за кустами, всматриваясь в ночную темноту.

Прошло минут пятнадцать, и Игорь уже хотел спросить, долго ли ещё ждать, как заметил слабое движение возле берёзы. Из-за ствола осторожно вышло маленькое существо, ростом сантиметров сорок. Оно двигалось легко и грациозно, почти бесшумно, будто плывя по воздуху.

— Ничего себе… — прошептал поражённый Игорь.

Мавка оказалась похожей на девочку, только совсем крошечную. Её кожа светилась лёгким голубоватым светом, длинные волосы были словно сотканы из тонкой серебристо-зелёной травы, а глаза — огромные, глубокие, с тёмными, влажными зрачками. На ней было лёгкое платьице, похожее на сшитое из лепестков и листьев. Она осторожно, оглядываясь по сторонам, начала вытаскивать из пакета конфеты.

Игорь так увлёкся наблюдением, что даже вздрогнул, когда Вячеслав молниеносно поднялся и в одно мгновение оказался рядом с существом, накинув на него сетку, появившуюся будто из воздуха.

Мавка испуганно пискнула и стала вырываться, но сеть оказалась крепкой.

— Ну-ка, подойди, — спокойно позвал Вячеслав Игоря, который, всё ещё удивлённый, поспешил к ним.

Подойдя ближе, Игорь присел рядом и с любопытством рассмотрел мавку подробнее. Теперь он ясно видел её милое лицо с тонкими, изящными чертами, слегка заострёнными ушками и трепещущими ресницами, за которыми блестели напуганные глаза. В уголках глаз даже появились слёзы.

— Отпустите, пожалуйста, — прошептала она тоненьким, звенящим голосом. — Я больше не буду.

Вячеслав нахмурился и строго, но без злости сказал:

— Нельзя зазывать детей в лес. Ты пугаешь их и родителей. Им страшно, понимаешь?

Мавка опустила глаза и виновато зашмыгала носом:

— Я не хотела никого пугать. Мне просто скучно… Совсем никто не приходит, никто не играет со мной.

Игорь вдруг почувствовал жалость к этому маленькому существу и неожиданно для себя сказал:

— А если я иногда буду приходить сюда по выходным и приносить тебе конфеты? Ты перестанешь пугать детей?

Мавка быстро подняла глаза, в которых теперь появился робкий восторг:

— Правда?

— Правда, — подтвердил Игорь, улыбнувшись.

Вячеслав удовлетворённо кивнул и снял сеть. Мавка осторожно встала, отряхнула своё платьице, и нерешительно посмотрела на конфеты:

— А можно я эти конфеты… с собой заберу?

Игорь переглянулся с Вячеславом, и оба тихо засмеялись:

— Конечно, забирай, — ответил Вячеслав добродушно.

Существо просияло, быстро сгребло конфеты в охапку, и, помахав им ручкой, стремительно исчезло среди деревьев.

Игорь, улыбаясь, проводил мавку взглядом:

— Никогда бы не подумал, что увижу что-то подобное.

Вячеслав одобрительно похлопал его по плечу:

— Вот видишь, не всегда проблемы решаются оружием и силой. Порой нужно просто спокойно поговорить и угостить конфетами.

— Ну всё, езжай отдыхать, — добавил Вячеслав. — И спасибо, что откликнулся.

— Всегда пожалуйста, — искренне ответил Игорь.

Они пожали друг другу руки и разошлись.

Возвращаясь домой, Игорь ощутил странное чувство спокойствия и удовлетворения.

Неупокоенный⁠⁠

Я жил на четвёртом этаже, в угловой двухкомнатной. В сталинке, из тех, что строили на совесть: со стенами в полметра, высокими потолками и трубами, которые шуршат так, будто по ним кто-то ползает. Четыре этажа, первый подъезд, снаружи — облупленный кирпич, а внутри — стены, покрашенные раз этак на пятнадцать.

Адрес простой: улица Варшавская, дом четырнадцать. Район — не сказать, чтобы центр, но и не окраина. Серая зона, где время забуксовало между перестройкой и современностью.

Когда я был жив — был ворчлив. Людей не любил. К котам относился с подозрением. После смерти всё осталось так же. Только котов теперь боюсь — шипят на меня, гады, будто видят.

Поначалу даже не понял, что умер. Просто стало холодно. А потом — скучно. Бродил, проходил сквозь стены, наблюдал, как старики смотрят телевизор, как дети играют, как соседи ругаются из-за громкой музыки. Ничего интересного. Просто ты — бесплотный наблюдатель за миром, в котором тебя больше нет.

Долгие годы моя квартира пустовала. О, какое это было блаженство! Тишина, только ветер в вентиляции да тараканы, которым всё равно, жив ты или мёртв.

Но два месяца назад всё изменилось.

Приехала пожилая пара из деревни. Сын им, видите ли, квартиру купил. У меня! В МОЕЙ квартире! В МОЕЙ крепости забвения!

Её звали Анна Ивановна, а его — Василий Петрович. Жена с вечным выражением недовольства, будто ей не только мир, но и сама Вселенная осталась должна. Муж — с усами, которые жили собственной жизнью и пытались сбежать. Притащили ковёр, который вонял на всю квартиру, и уродливую вазу. Вот вазу я особенно возненавидел.

Я наблюдал, как Анна поставила её на комод, любовно протирая тряпочкой. Во мне всё кипело. Я так разозлился, что махнул рукой — и ваза упала.

УПАЛА!

Я замер. Годы бесплотного существования и вот… Сила. Возможность!

С тех пор началась весёлая жизнь.

Сначала мелочи: падали ложки, исчезала зубная щётка, сам собой включался телевизор. Особенно весело было, когда я переключал канал на «Давай поженимся» каждый раз, как только Василий Петрович садился смотреть новости.

Потом — больше. Открывал окна в три часа ночи, когда на улице минус пятнадцать. Переставлял тапки, чтобы о них каждое утро спотыкались. Однажды я спрятал очки Анны Ивановны в морозилку — сколько крику-то было, когда она нашла их среди пельменей!

Один раз включил чайник ночью. Хозяева подумали, короткое замыкание. Анна Ивановна даже перекрестилась, Василий Петрович реалист — купил стабилизатор напряжения. Ха-ха.

Но главный смех случился позже.

Кристина Петровна, соседка с третьего, женщина с мозгом, пропитанным эфиром канала ТНТ, решила, что в доме нечисть. Удивительно, насколько близко она была к правде.

Она вырезала объявление из газеты:

«Чёрный маг и колдун, Бессмертный чародей Владлен, поможет в личной жизни, изгонит нечисть, наложит порчу, улучшит потенцию.»

И вот приезжает он. Владлен.

Макияж, чёрные губы, глаза подведены, как у подростка-гота из 2007-го. Плащ на голый торс, который он снял, как только вошёл в квартиру. Кожаные штаны — как у него ничего не сварилось-то? ТАТУИРОВКИ! На груди — перевёрнутая пентаграмма, на шее — глаз, а на спине, кажется, карта метро Москвы.

Он медленно и пафосно ходил по квартире, размахивал руками и бормотал что-то типа: — О, я чувствую сильное астральное загрязнение... Ох, сильное! Вот здесь, вот здесь особенно!

Особенно «загрязнённым» оказался шкаф с украшениями.

Потом он начал «обряд очищения». Велел Кристине взять яйцо, поднять над головой и закрыть глаза. Та покорно встала посреди комнаты с яйцом в руках, как статуя Свободы, только яйцо вместо факела. Владлен замахал руками, завёл глаза под лоб и начал нести тарабарщину:

— Мумбо-юмбо-лямбо! Очищаю, заклинаю, именем князя тьмы повелеваю! Мумбо-тумбо!

Пока Кристина вдохновлённо стояла с яйцом над головой, «чародей» аккуратно стащил серёжки и кольцо из шкатулки, приговаривая: — Очень сильная порча, ой сильная... надо уносить от вас негатив, я возьму его с собой, чтоб очистить...

Потом отвёл хозяйку в ванную и стал поливать её из душа, торжественно и пафосно вещая: — Смоем сглаз, порчу, и пробки в ушах... Буль-буль, буль-буль!

Кристина не видела, как он тихо смеялся, обрызгивая её водой. Тут-то я и взбесился.

Я не любил Кристину. Никого не любил. Но обокрасть старую дуру и глумиться над ней?!

Я почувствовал ярость, схватил шарлатана за горло, прижал к стене так сильно, что его ноги дёрнулись в воздухе. Лейка полетела на пол, вода хлынула на плитку. Владлен дёргался, выпучил глаза, хрипел, багровел, хватал воздух руками, отчаянно пытаясь оторвать от шеи мои бесплотные пальцы.

— П-помогите… — прохрипел он, мотая головой, словно рыба, вытащенная из воды.

— А-а-а! — завопила Кристина, открыв глаза и уронив яйцо на пол.

Адреналин, азарт, чувство всевластия… Никогда не думал, что быть мёртвым может быть так приятно.

Внезапно раздался шум. Сосед, услышав крик, вбежал в незапертую дверь. Я на секунду отвлёкся. Хватка исчезла.

Владлен рухнул на пол, судорожно вдохнул и, даже не подняв ботинок, вылетел из квартиры, вопя и матерясь. Больше его не видели.

Неделю после этого я продолжал пакостить. Но мысли возвращались к тому моменту, когда я решал, жить человеку или нет.

И вот сегодня, блуждая по лестничной клетке, скользя по плитке, которая всё ещё хранит запах старой краски, я вдруг почувствовал его.

Чужой. Сильный.

Он вошёл в подъезд неспешно, как хозяин. Высокий, в длинном пальто, тёмные глаза смотрели прямо на меня. А ведь я — невидимка.

Он остановился напротив, чуть склонив голову и спокойно произнёс:

— Здравствуй. Не хочешь поработать на меня?

Незнакомец

Утро для Игоря началось подозрительно хорошо. Он проснулся в прекрасном расположении духа, не ощущая привычной утренней сонливости. Слегка прищурившись, парень посмотрел в сторону кухни и улыбнулся, вспомнив вчерашний эксперимент с блюдцем молока и печеньем для домового.

— Всё на месте. Похоже, подействовало, — усмехнулся он, проверяя холодильник и с удовлетворением обнаруживая колбасу там, где и оставил её вчера вечером…

Игорь неспешно оделся и вышел из квартиры. В голове прокручивался вчерашний разговор с Лизой. Её образ всплывал в памяти, вызывая улыбку и лёгкое волнение где-то в груди.

У подъезда он почти налетел на неё, так неожиданно и приятно оказавшуюся прямо перед ним.

— Ой, привет, — улыбнулась Лиза, слегка краснея. — Ну как твои дела с пропажей колбасы?

— Представляешь, вроде помогло, — с улыбкой ответил Игорь. — Кажется, домовой удовлетворился печеньем.

Лиза тихо засмеялась, поправляя непослушную прядь рыжих волос:

— Видишь, бабушкины методы работают.

На мгновение повисла пауза. Лиза нерешительно посмотрела на Игоря, затем слегка стесняясь спросила:

— Ты сегодня вечером свободен? Может… погуляем немного?

Сердце Игоря предательски забилось сильнее.

— Да, конечно. Очень даже за, — он улыбнулся, стараясь не выдать волнения. — До вечера, тогда.

— До вечера, — тихо ответила Лиза, улыбаясь и быстро направившись по своим делам.

День прошёл удивительно обычно. Игорь начал утро с обхода — на этот раз список жалоб был типичным: кто-то шумит, кто-то паркуется «не там», у кого-то в подъезде опять кто-то курит, и все уверены, что это «вот тот, с четвёртого».

Он уже собирался вычёркивать последний адрес, как вдруг заметил нечто весьма занятное: две бабушки, явно ветераны дворовых баталий, стояли напротив друг друга у скамейки, излучая взаимное недовольство с такой интенсивностью, что мимо пролетающие голуби предпочитали облететь площадку стороной.

— Я вам говорю, Валентина Григорьевна, вы каждый день занимаете солнечную сторону скамейки, хотя знаете, что у меня спина больная! — возмущалась бабушка в сиреневом платке. — Мне врач сказал: сидеть больше на утреннем солнце. А вы специально с семи утра тут как штык!

— Ой, не надо мне тут про спину! — с вызовом отвечала вторая, облачённая в пальто цвета зелёного чая. — У меня, между прочим, давление! И сахар! И вообще, скамейка общая, а не ваша семейная реликвия!

Увидев приближающегося Игоря, обе синхронно повернулись к нему с выражением абсолютной правоты на лице.

— Вот, молодой человек, вы же при исполнении! — почти в унисон сказали они, словно репетировали.

— Кто из нас прав? — добавила Валентина Григорьевна.

Игорь на секунду пожалел, что не взял с собой табуретку и попкорн — накал страстей был не хуже, чем в любом шоу на федеральных каналах.

Он медленно осмотрел скамейку. Действительно, одна половина в тени, вторая — на солнышке. И две бабушки — как две державы, не способные поделить её между собой.

— Предлагаю дипломатическое решение, — с серьёзным видом начал Игорь. — Скамейка длинная, делим её пополам. Каждый день вы занимаете солнечную сторону по очереди: в понедельник солнце — вам, тень — вам, во вторник — меняемся. Устроит?

Бабушки обменялись подозрительными взглядами.

— А если она нарушит договор? — уточнила та, что в зелёном пальто.

— Нарушение — штраф в виде принесённой булочки соседке. С изюмом. Или маком — по договорённости.

На секунду воцарилась тишина, затем обе фыркнули, и, как ни странно, каждая села на свою половину.

— Ладно уж, — буркнула одна.

— Посмотрим, как вы правила соблюдаете, — добавила вторая.

— Главное — без эскалации, — усмехнулся Игорь и пошёл дальше, слыша за спиной ворчливо-довольный диалог:

— А ты что, правда с изюмом любишь?

— Мне вообще-то с маком больше нравится. Но если нарушишь, приноси обе.

Такие мелочи, странным образом, делали день Игоря приятным. Он чувствовал себя не просто участковым, а… дипломатом. Может, не при ООН, но хотя бы при доме №17.Под вечер Игорь с лёгкой усталостью переоделся, отправился домой и быстро привёл себя в порядок перед прогулкой.

Они встретились у подъезда. В воздухе пахло весной, вечерний город постепенно погружался в тёплые оттенки заката.

— Может, кофе с собой возьмём? — предложил Игорь.

— Отличная идея, — с улыбкой поддержала Лиза.

Зайдя в кофейню, они быстро заказали кофе и, прихватив бумажные стаканчики, медленно пошли по улице, легко разговаривая о самых разных вещах.

В ходе прогулки Игорь узнал, что Лиза работает библиотекарем в местной школе и с нежностью говорит о учениках и любимых книгах.

— Иногда я думаю, что знаю каждого ребёнка лучше, чем их родители, — засмеялась она. — Дети часто приходят в библиотеку просто поговорить, рассказать что-то, поделиться секретами.

— Ты прекрасный слушатель, наверное, — сказал Игорь, глядя на неё с восхищением.

— Просто люблю их, и книги тоже люблю. Мир книг — особенный. Он помогает нам становиться лучше.

— Согласен, в детстве тоже любил читать, а сейчас времени всё нет.

— Тут случай забавный был недавно, — Лиза засмеялась. — помогала одному третьекласснику писать шпаргалки к контрольной по географии. Он сначала на пол листа накатал, потом переживал, что учительница заметит — переписал поменьше, потом ещё раз, уже совсем мелким шрифтом… В итоге забыл их у меня в библиотеке. После контрольной заходит, довольный, а я спрашиваю: «Ну как же ты без шпаргалок-то?». А он такой серьёзный: «Так я их пока переписывал три раза — всё и выучил». Вот тебе и сила повторения.

— Бывают же случаи, — усмехнулся Игорь. — Понимаю, у нас в институте с подготовкой тоже, бывало, весело. Экзамен сдавали — почти у всех шпаргалки. Один парень вообще учебник под пиджак засунул, подглядывает. Сидит, листает страницы и шепчет: «Да где же блин?». Преподаватель подошёл, строго так: «Молодой человек, может вам оглавление показать?». А он, не моргнув, отвечает: «Ой, да, спасибо». Аудитория смеялась минут десять, а парень долго не понимал, почему.

Лиза звонко засмеялась:

— И как потом его экзамен?

— Тройку поставили за оригинальность подхода.

Незаметно они оказались на набережной. Закат окрасил небо в невероятные оттенки алого и золотого. Остановившись, они смотрели на эту красоту, внезапно возникла уютная тишина.

Игорь повернулся к Лизе, в его глазах читалось то, что он не мог выразить словами. Девушка слегка смущенно смотрела на него, словно тоже ожидала чего-то важного.

Когда их губы уже почти соприкоснулись, вдруг раздался отчаянный крик, эхом пронёсшийся по ближайшему двору:

— Помогите!

Игорь тут же развернулся.

— Подожди меня здесь, — крикнул он Лизе, уже срываясь с места на звук крика.

Когда он забежал в полутёмный двор, освещённый лишь бледным фонарём, первым, что увидел Игорь, был мужчина в чёрной одежде, склонившийся над лежащим на земле человеком.

— Стоять, полиция! — крикнул Игорь, потянувшись за оружием, с ужасом вспомнив, что оставил его в участке.

Незнакомец резко поднял голову, и, увидев Игоря, резко побежал в глубину двора. Пробегая мимо лежащего человека, Игорь заметил страшное, иссохшее лицо, похожее на мумию.

Не останавливаясь, продолжил погоню. Свернув за угол дома, он неожиданно наткнулся прямо на незнакомца, замерев лицом к лицу.

Тот быстро прошептал низким и уверенным голосом, глядя Игорю в глаза:

— Я видел тебя, когда ты гнался за волкодлаком, видел и тех, с кем ты потом был, этот чёртов отдел. Не лезь в это, парень, ты им ничем не поможешь!

С его руки сорвался тёмный сгусток и резко ударил Игорю в лицо. Тьма проникла в глаза, дыхание оборвалось. Игорь пытался закрыться, но уже ничего не видел и не мог вдохнуть…

Когда Игорь уже думал, что это конец, темнота исчезла, и он рухнул на колени, жадно хватая ртом воздух. Над ним склонилась плачущая Лиза:

— Игорь! Господи, я так испугалась, нужно срочно в больницу!

Незнакомца и след простыл.

— Всё… хорошо, — прохрипел Игорь, поднимаясь на ноги. — Он ушёл.

Вернувшись к телу жертвы, они вызвали Вячеслава, который быстро прибыл на место вместе с людьми в защитных костюмах. Тело погрузили в газель, и Вячеслав, отозвав Игоря в сторону, кратко объяснил ситуацию:

— В городе появился колдун. Он высасывает жизни. Возможно, для ритуала. Вам лучше домой, с этим мы разберёмся сами.

Игорь и Лиза молча вернулись домой. Подъезд, обычно казавшийся уютным, в этот раз был наполнен странной тишиной, как будто даже стены затаили дыхание.

— Ты точно в порядке? — Лиза остановилась у своей двери, глядя на Игоря с тревогой. — То, что случилось… Это ведь было ненормально, да?

— Всё нормально, правда, — мягко ответил он, стараясь улыбнуться. — Просто… немного неожиданно. И страшновато, если честно. Но я в порядке.

Лиза чуть нахмурилась, сжав пальцы на ручке своей сумки.

— Я просто… испугалась за тебя. Когда ты упал, не двигался… Я не знала, что делать. А потом этот мужчина исчез… Он ведь... забрал жизнь у того человека?

Игорь кивнул. Лиза замерла, на мгновение отвела взгляд.

— Такой вечер… — прошептала она. — Был такой хороший вечер. Я… даже не помню, когда в последний раз чувствовала себя настолько легко и спокойно. И вдруг всё... — она не договорила, но взгляд сказал больше слов.

— Прости, — прошептал Игорь.

— Это не твоя вина, — качнула она головой.

Они стояли в тишине, словно не желая, чтобы эта ночь закончилась именно так. Лиза быстро и неловко поцеловала Игоря в губы.

— Я за тебя очень испугалась, — прошептала Лиза, после чего быстро убежала на свой этаж.

Послышалось как захлопнулась дверь.

Он остался стоять в подъезде на секунду дольше, чем нужно. В ушах ещё звенела тишина, а на губах ощущалось её короткое прикосновение.

Дома, чувствуя странное волнение, Игорь не выдержал и набрал Вячеслава:

— Я хочу помочь с этим делом.

Вячеслав коротко помолчал, потом вздохнул:

— Нет, Игорь. Ты ещё не готов.

В трубке послышались короткие гудки. Игорь медленно опустил телефон, смотря на мерцающий в окне город.

Сомнения

Игорь ворочался на продавленном матрасе, чувствуя каждую пружину, сквозь тонкий слой поролона. Каждое движение причиняло ему неудобство, но как бы он не пытался найти более удобное положение, сон не приходил. На кухне капала вода из плохо закрытого крана, каждая капля звучала словно стук молотка. Во дворе поскрипывали качели, звук в ночной тишине казался зловещим, где-то за окнами громко спорили два человека, без всякой заботы о том, что вокруг ночь.

Он пытался закрыть глаза, но мысли не отпускали. Их было слишком много. Люди погибали, а он стоял в стороне, бессильно наблюдая. Его работа, с её неизведанным и опасным миром волкодлаков, колдунов и тёмных существ, перевернула его жизнь, он до сих пор не мог привыкнуть к этому. Он не был готов. Но что ещё оставалось? Он не мог оставить всё это в стороне. Даже если бы мог, это не решило бы проблемы. Но пока он не знал, что делать. Понимание этого только усиливало его бессонницу.

В голове снова всплыл момент с колдуном, его слова и взгляд. Игорь пытался отбросить эти мысли, но образ иссохшего человека не давал покоя. Старая, почти мертвенная кожа, словно время само высосало из него всю жизнь. Что если эта встреча была не случайна? Игорь вздохнул, в голове замелькали обрывки прошедшей недели, но мысли снова перешли к Лизе. Поцелуй. Он почувствовал тепло где-то внутри, как только вспомнил её лицо. Этот поцелуй был нежным, но одновременно и тревожным. Он до сих пор не мог понять, что он чувствует, и что этот момент значил для неё. Может, она сейчас тоже думает об этом? Может, она не спит, как и он? Он даже подумывал подняться к ней. Но что-то его удерживало. Он покачал головой. Не стоило торопить события.

Где-то на улице взвыла сигнализация машины. В подъезде хлопнула дверь. Он замер, прислушиваясь. Тишина. Лишь его сердце, как барабан, гулко отбивало тяжёлые удары в груди.

Его пальцы нервно теребили край дешёвого синтетического пледа, который слегка электризовался при каждом движении. Мысли продолжали метаться в голове.

Под потолком, кажется из вентиляции, послышался едва уловимый шорох, похожий на чьи-то осторожные шаги. Игорь невольно поежился. Надо будет как-нибудь спросить у Вячеслава про домовых... Может, они действительно существуют? Если да, то опасны ли?

Внезапно, где-то вдалеке послышался крик, эхом пронёсшийся по ближайшему двору: "Помогите!"

Этот крик моментально выбил его из состояния полудремы. Он резко сел на кровати, глядя на дверь. Что это было? Приснилось?! Игорь прислушался, на улице было тихо.

Он проворочался до самого утра, так и не сомкнув глаз.

Резкий звон будильника разорвал тишину комнаты — 7:00. Игорь не спешил вставать. Он просто лежал, глядя в потолок, пытаясь собрать себя в кучу. Тело будто не слушалось, словно оно было связано невидимыми нитями с постелью. Несколько минут он лежал, думая, что вот-вот провалится в сон, но вместо этого лишь ощущал тяжесть в каждом суставе.

Наконец, преодолевая эту невидимую тяжесть, он поднялся с кровати. Каждое движение давалось с трудом — мышцы будто налились свинцом. С трудом потянувшись, он пошел на кухню, еще не полностью проснувшись. По привычке плеснул в чашку кофе, но, находясь в полусонном состоянии, вместо молока налил туда масло. Первый же глоток заставил его скривиться — противное ощущение жира, окутывающее рот, вызвало приступ тошноты. "Да чтоб тебя!" — пробормотал он, выплевывая содержимое в раковину.

Он быстро налил свежий кофе и достал из холодильника бутерброд с колбасой. Уже собирался насладиться завтраком, как телефон завибрировал на столе. Отвлекшись на экран, Игорь случайно задел кружку, и горячий кофе выплеснулся прямо на него. "МЧС предупреждает: сегодня ожидаются сильные порывы ветра до 20 м/с. Будьте осторожны!" — высветилось на телефоне. "Вот же день начинается!" — выругался он, чувствуя, как боль от ожога добавляется к общему дискомфорту. Тоска и раздражение, словно глухая тяжесть, накатывали, но времени жаловаться не было.

Переодевшись в спешке и на автомате жуя бутерброд, он наконец вышел из квартиры. За дверью царила прохлада, которая хоть и немного, но привела его в чувство. У подъезда стоял дядя Митя — тот самый, о котором рассказывала соседка. Высокий мужчина с осунувшимся лицом и потухшим взглядом, словно потерявший всякую надежду. Его некогда дорогая одежда уже поизносилась, но все еще выдавала в нем ранее успешного человека. Он стоял, прислонившись к стене, но, заметив Игоря, сразу выпрямился и шагнул навстречу.

— Ты ведь новый помощник участкового? — начал дядя Митя, нервно оглядываясь по сторонам, словно пытаясь убедиться, что их не подслушивают. — Я тебя несколько раз во дворе видел.

— Да, я Игорь, — ответил Игорь, машинально поправляя воротник рубашки. — А что случилось? Вы ведь Дмитрий, если я не ошибаюсь?

— Послушайте… Вчера я видел тень… — Митя замялся, явно сомневаясь, стоит ли говорить дальше, его голос стал тише, а взгляд нервным. — Я их часто замечаю, они немного пакостят людям, а я гоняю их... — продолжил он после паузы.

Игорь напрягся, понимая, что сейчас услышит что-то, что выходило за пределы обычных разговоров.

— Она гналась за кошкой. Но она была… другая... — голос Мити стал напряжённым. Он снова огляделся по сторонам, словно что-то подслушивало их разговор.

— Она меня заметила. Поняла, что я её вижу. И сказала мне, что она Навий... — Митя сглотнул, и Игорь заметил, как его лицо побледнело. — Они никогда не говорили со мной. А потом она ушла. Но я уверен — она вернётся.

— Зачем ей кошка? — осторожно спросил Игорь, пытаясь понять, что именно произошло.

— Не могу точно сказать. Сейчас она появляется возле двора, но не заходит… — Митя нервно сглотнул. — Последние три дня я наблюдаю за ней. Она явно чего-то ждёт или кого-то высматривает.

Дядя Митя снова огляделся, как будто пытался убедиться, что никто не подслушивает их разговор. В его голосе звучало напряжение, почти паника.

— Только никому не говори, что я тебе это рассказывал. Подумают — совсем спятил... — Он замолчал на секунду, будто сам не знал, как лучше поступить.

— Надо передать эту информацию нужным людям, — серьёзно сказал Игорь, понимая, что дело серьёзное.

— Да, но… — Митя волнительно провёл рукой по волосам. — Только не говори, что это я тебе рассказал. Люди и так считают меня странным.

— Если что-то ещё заметите, сразу сообщайте мне, — сказал Игорь, доставая листок и быстро написав свой номер телефона. Он передал его дяде Мите. — Не стесняйтесь.

Дядя Митя пару секунд рассматривал листок, будто не до конца осознавая, что ему поверили. Затем, быстро сунув бумажку в карман, он обернулся и зашагал в сторону двора, оглядываясь через плечо.

Игорь стоял еще несколько секунд, переводя взгляд с пустого двора на уходящего дядю Митю, прежде чем отправиться на службу. Что-то в этом разговоре не давало ему покоя. Тень, Навий… По пути он обдумывал полученную информацию.

В участке Игорь сразу рассказал начальнике обо всём, что произошло за последние два дня, включая встречу с колдуном и сегодняшний разговор с дядей Митей.

Максим Фёдорович сидел за своим столом, внимательно слушая, время от времени хмурясь, потирая подбородок и слегка наклоняя голову. Его глаза не отрывались от Игоря, и напряжение в воздухе становилось всё более ощутимым.

– Раз Вячеслав сказал не лезть к этому колдуну, то и правда не стоит, – сказал он, когда Игорь закончил. – Он, скорее всего, очень опасен.

Игорь кивнул, но что-то в его взгляде выдавало сомнение.

– Я понимаю, просто сложно оставить всё это так, когда увидел этот ужас, – добавил он.

Максим Фёдорович нахмурился. Он выглядел сосредоточенным, словно анализировал каждое слово Игоря.

– Если вдруг наткнёшься на него вновь, сообщай Вячеславу и мне на всякий случай, – произнёс он, откидываясь на спинку кресла. Его голос стал более решительным. – Ладно, с колдуном мы позже разберемся. А что насчёт Мити? Ты ему веришь?

Игорь невольно вздохнул, вспомнив странного мужчину, стоящего на пороге его подъезда.

– Он кажется немного… не в себе, но я не думаю, что он просто выдумывает. Что-то в его словах было убедительным. – Игорь посмотрел в сторону, как будто пытаясь найти точку опоры для своих мыслей.

Максим Фёдорович некоторое время молчал, его взгляд становился всё более задумчивым. Он теребил ручку и слегка покачивал головой.

– Навий… Ммм. Это что за зверь ещё? – его голос звучал устало и настороженно, как будто он размышлял, вспоминая что-то важное. Он помолчал ещё несколько секунд, а потом, внезапно приняв более решительный вид, сказал: – Передай информацию Вячеславу. Такие вещи лучше не оставлять без его внимания.

Игорь кивнул и достал телефон. Он набрал номер Вячеслава. Тот взял трубку почти сразу.

– Я слушаю, Игорь, – голос Вячеслава был спокойным, как всегда, но в нём уже слышалась лёгкая напряжённость.

– Вячеслав, тут у меня интересный разговор произошёл с утра. Я поговорил с одним человеком, дядей Митей, он заметил нечто странное. – Игорь кратко пересказал рассказ Мити, стараясь не упустить важные моменты.

– Понял, – ответил Вячеслав, но его голос немного изменился. – Хорошо, я пришлю специалиста к вечеру. Пусть проверит, что за чёртовщина там происходит.

– Ты о таком слышал? – осторожно спросил Игорь, сжимая телефон в руке.

– Я тоже не всё знаю, Игорь, но такие вещи требуют внимания. И если ты заметишь что-то или узнаешь новое, сразу дай знать. Нам нужно быть готовыми ко всему. В таких делах нет мелочей.

Игорь почувствовал, как напряжение немного спадает, но чувство тревоги не покидало его.

– Понял, Вячеслав. Буду держать тебя в курсе. – Он отключился и вернулся к Максиму Фёдоровичу.

– Что сказал Вячеслав? – спросил тот, не отрывая взгляда от стопки бумаг, которую он перемещал на столе.

– Специалист будет вечером, – ответил Игорь, облегчённо выдыхая.

Максим Фёдорович кивнул и отложил бумаги.

– Ладно, Игорь, ты молодец. Сегодня особо жалоб не поступало, так что можешь немного отдохнуть. Можешь просто пройтись по району, осмотрись. Мало ли что.

Игорь поднялся с места, ощущая, как напряжение в его теле начинает ослабевать.

Он прошёлся по району, стараясь немного отвлечься от тревожных мыслей. Утро выдалось ясным, но с порывами ветра, как предсказывалось в предупреждении от МЧС. Ветер был довольно сильным, свистел в переулках и гнул деревья, но сам день оставался тёплым. По мере того, как Игорь двигался по знакомым улицам, ощущение городской суеты приносило ему временное облегчение. Машины проезжали мимо, прохожие спешили по делам, дети с криками гонялись за мячом на площадке. Казалось, что жизнь идёт своим чередом.

Ситуация с колдуном не давала ему покоя. Особенно слова Вячеслава о том, чтобы держаться подальше от колдуна и не вмешиваться. Игорь до сих пор не мог забыть произошедшее вчера. Вячеслав был прав — такие люди опасны. Но Игорь не мог просто закрыть на это глаза. Это было не в его природе. Он не мог оставить без внимания то, что происходило вокруг.

С этими мыслями он подошёл к скамейке в парке, где решил немного отдохнуть. Солнце приятно грело лицо, холодный лимонад освежал.

– Хороший день, неправда? – раздался голос рядом.

Игорь повернулся.

На скамейке, чуть в стороне, сидел тот самый колдун. Спокойный, уверенный, но с каким-то неуловимым напряжением в глазах. Он не выглядел таким опасным, как в ту ночь, но что-то в его взгляде заставляло Игоря насторожиться.

– Ты Игорь, да? – продолжил он, не скрывая лёгкой усмешки. – Не лезь в это. Ты хороший человек. А вот этому вашему «особому отделу»… Не верь им. И Вячеславу в том числе.

Игорь молчал, стараясь не выдать волнения. Эти слова звучали как угроза, но он знал, что нужно сохранять спокойствие. В конце концов, колдун не просто странный человек, он несёт угрозу, неизвестно на что он вообще способен.

Колдун продолжил:

– Когда-то мне понадобилась их помощь. Я пришёл к ним с горем, с болью. Они мне не помогли. Просто сказали: «Это невозможно». – В его голосе появилась явная горечь. – Но я нашёл способ. Я всегда находил способ.

Игорь почувствовал, как его интерес возрастает. Всё это начинало напоминать что-то большее, чем просто случайный конфликт. Этот человек был не просто обижен. Он явно пережил что-то трагическое. Игорь не мог не задуматься: если «особый отдел» когда-то отвернулся от человека, которому нужна была помощь… Может это и правда было не в их силах?

– Способ для чего? – спросил он, пытаясь выудить больше информации.

Колдун отвёл взгляд и замолчал. Его лицо стало без выражения, как будто он скрывал нечто важное.

В этот момент послышался шум справа. Велосипедист едва не сбил старушку, еле успел свернуть. Игорь на мгновение отвлёкся, но когда снова перевёл взгляд на собеседника…

Колдун исчез.

Игорь резко встал, его сердце забилось быстрее. Вокруг было пусто. Он огляделся, но ничего не заметил. Как будто его и не было здесь. Он сжал бутылку лимонада в руке.

Игорь достал телефон, чтобы набрать Вячеславу. Но передумал. Сначала надо разобраться в прошлом этого колдуна.

Игорь вернулся в свою квартиру, погружённый в мысли. Все, что происходило в последнее время, не выходило у него из головы. С каждым часом он всё больше ощущал, что в этом деле есть что-то, что нельзя просто оставить без внимания. Он снял куртку и прошёл на кухню, стараясь немного расслабиться.

Зайдя на кухню, Игорь поставил сумку на стол и налил в стакан воды. Он не заметил, как начал нервно барабанить пальцами по краю стола. Вдруг в тишине кухни послышался тихий кашель.

Игорь замер и перевёл взгляд на холодильник, откуда донёсся звук. Сначала он не поверил своим глазам. На верхней полке, среди кастрюль и коробок, сидело маленькое существо. Оно было меньше полуметра в высоту, с ушками на макушке и маленькими глазками, полными нескрываемого любопытства. Существо выглядело почти комично, но в его глазах была странная настороженность.

– Дяденька Игорь, – тихо произнесло оно, – вы меня извините за колбасу и спасибо за угощение. Я больше вам пакостить не буду. Меня Моа зовут.

Игорь не мог поверить своим ушам. Он пытался привыкнуть к тому, что происходило вокруг, но это явно выходило за рамки всего привычного.

– Моа? Ну, будем знакомы, – сказал Игорь, чуть не теряя дар речи. – А ты кто будешь, домовой?

Моа покачал головой, будто решая, стоит ли рассказывать всё сразу.

– Вы правы, домовой. Мне кажется, Навий опасный, – его голос стал тише, почти тревожным. – Я слышал ваш разговор с дядей Митей. Он правду сказал.

Игорь с трудом переварил услышанное.

– Ты слышал? – Игорь по-прежнему не мог привыкнуть к тому, что с ним разговаривает маленькое существо. – Навий?

Моа кивнул и поднялся с полки.

– Я передал информацию в особый отдел, – продолжил Игорь, – они должны прислать специалиста.

– Это хорошо, – сказал Моа, но его выражение стало беспокойным. – Но я немного боюсь особый отдел… вдруг они и меня…

Моа поёжился и потёр свои маленькие ушки.

– Вы там скажите, что я добрый, – произнес он, пытаясь убедить Игоря.

– Обязательно скажу, – Игорь улыбнулся.

В этот момент раздался звонок в дверь.

Моа исчез так быстро, что казалось, его унесло ветром. Игорь даже не успел заметить, как это произошло.

– Ну вот и специалист пришёл, – сказал Игорь.

Он направился к двери и открыл её. На пороге стояла Лиза. Она сразу обняла его, и Игорь, хотя был удивлён, почувствовал облегчение.

– К тебе можно? – спросила она с улыбкой, глядя на него глазами, полными искреннего интереса.

– Лиза? – Игорь был рад, но всё-таки удивлён. Он не ожидал её появления, особенно в такой момент. – Конечно, заходи.

Вечерние разговоры

На кухне было тепло и уютно. От чайника поднимался пар, медленно растворяясь в воздухе. За стеклом постепенно сгущались сумерки, а по влажному асфальту проносились машины, оставляя за собой едва слышный шум шин. Недавно прошедший дождь оставил после себя лёгкую прохладу и свежий запах мокрых листьев.

Игорь сидел за столом напротив Лизы, чуть откинувшись на спинку стула, с полупустой чашкой в руке. Он улыбался, слушая её рассказ — голос у неё был живой, приятный.

— ...и вот, представляешь, эти две старушки до сих пор делят ту скамейку! Сегодня утром Валентина Григорьевна мне пожаловалась, что соседка «сознательно провоцирует её, не оставляя достаточно места, чтобы расположить ноги». Ты теперь, кажется, главный дипломат нашего города!

Игорь рассмеялся и отхлебнул чай. Он был горячий, но очень вкусный, ароматный.

— Я просто предложил им меняться сторонами через день, ну и пообещал штраф в виде булочек с маком за нарушение условий.

Лиза хихикнула, покачивая головой. Она выглядела расслабленной: волосы слегка растрёпаны, уютный домашний свитер, ноги поджаты под себя. Она обхватила кружку двумя руками, будто стараясь согреться от её тепла, хотя в комнате и так было довольно тепло.

— Ты просто находка для местных бабушек. Тебе бы премию выдать за миротворчество.

— Если булочками с маком, то я готов, — отозвался Игорь с притворной серьёзностью.

Они ещё немного посмеялись. Было тепло — не столько физически, сколько внутренне. Простая домашняя атмосфера, тёплый свет, смешные истории, чай. Разговор постепенно стих. Наступила тишина, и Лиза вдруг стала задумчивой, она сидела, крутя в руках чайную ложечку и не поднимая глаз от кружки.

Игорь внимательно посмотрел на неё, заметив перемену настроения:

— Что-то случилось?

Лиза медленно подняла глаза и, слегка смутившись, осторожно спросила:

— Слушай, Игорь… А вчера вечером… Ну, то, что произошло… это же было что-то странное, правда? Я не знаю даже, как это сказать… Что-то вроде мистики?

В её голосе прозвучали нотки тревоги, и она внимательно смотрела на Игоря, будто боясь услышать подтверждение своих мыслей.

Игорь на мгновение замолчал, собираясь с мыслями. Он был готов рассказать ей всю правду, но не знал, как сделать это так, чтобы она не испугалась ещё больше.

— Лиз, это правда не так просто объяснить… — начал он осторожно. — Я сам до сих пор не до конца понимаю, что это было.

Вдруг он замолчал, услышав звонок в дверь.

Игорь и Лиза одновременно посмотрели в сторону прихожей.

— Ты кого-то ждёшь? — тихо спросила Лиза, слегка настороженно.

— Да, — нахмурился Игорь, вставая со стула. — кажется, коллеги по цеху пришли. Подожди меня тут.

Игорь подошёл к двери и посмотрел в глазок. В полумраке лестничной клетки, где тусклая лампочка надрывно мигала, стояла, чуть вполоборота, женщина в тёмной одежде, ростом немного ниже Игоря, волосы тёмные, собраны в хвост. Её лицо было приятным, даже можно сказать, симпатичным, но выражение глаз заставило его насторожиться. Они были сосредоточенными, но сквозь эту собранность пробивалась тень усталости или, возможно, тревоги. Казалось, будто она давно привыкла решать проблемы других людей, но редко позволяла себе отдых. Пальцы её нервно постукивали по ремешку сумки, а сама она периодически переводила взгляд с двери на лестничные перила, словно что-то обдумывая. Игорь приоткрыл дверь.

— Добрый вечер, — поздоровалась незнакомка, бегло оглядев Игоря. — Вы Игорь?

— Вечер добрый, да, я.

— Вячеслав должен был предупредить вас. Я Кристина, специалист по духам из особого отдела. Мне передали что у вас тут произошло что-то странное.

Она говорила внятно, не слишком громко, но слова звучали отчётливо.

Игорь посмотрел через плечо в сторону кухни, где осталась Лиза.

— Нам не обязательно общаться в квартире, — поняла его замешательство девушка, — можем и здесь поговорить.

— Да, у нас тут во дворе есть житель, который утверждает, что видит тени… — начал рассказывать Игорь.

— Удивительно что их видит только он, у вас тут двор полон теней, и как вы живёте здесь?

— Дядя Митя утверждает, что уже много лет гоняет их. Научился с ними справляться. Но тут был другой случай.

Игорь пересказал разговор с дядей Митей.

— Вот как? — Кристина удивлённо подняла бровь, — хотелось бы с ним познакомиться.

— Он почти всегда сидит на скамейке во дворе, может быть и сейчас, пойдёмте посмотрим. — ответил Игорь и прикрыл за собой дверь.

Свет на лестнице был тусклым, лампа мигала. Кристина шагала уверенно, не глядя под ноги, и двигалась с какой-то странной плавностью.

Они вышли во двор. Стояла прохлада, вечер медленно сгущал сумерки, а двор освещался редкими фонарями, вокруг которых уже кружилась мошкара. Двор, несмотря на вечер, не был полностью пустынным — где-то в углу играли дети, уже почти в темноте, один подросток катался на скрипучем самокате, из открытого окна на первом этаже доносился глухой гул телевизора. Дядя Митя, не изменяя привычке сидел на скамейке, задумчиво рассматривая что-то вдалеке.

— Дмитрий, добрый вечер, — негромко поприветствовал его Игорь, подходя ближе.

— Приветствую, вас, Игорь. — отозвался дядя Митя, медленно вставая.

— Вот хочу познакомить вас с Кристиной. Она специалист в нужной нам области, приехала помочь разобраться с нашим случаем, — пояснил помощник участкового.

Кристина сделала лёгкий кивок не улыбаясь, глядя на Митю. Она оценивающе посмотрела на мужчину, затем на скамейку, на окружающее пространство.

— Очень приятно, Дмитрий Михайлович, можно просто Митя, — представился дядя Митя.

— Мне сказали вы уже давно справляетесь с местными тенями, вы молодец, — похвалила его Кристина. — Можете подробнее рассказать про случай с Навием? А вы Игорь, можете идти, мы тут сами справимся, если что позовём вас.

Игорь уже собирался вернуться в квартиру, но вдруг вспомнил о просьбе домового:

— Да, чуть не забыл, Кристина. Тут… наш домовой просил передать, что он хороший и просит его не трогать.

— Передайте вашему домовому, что хороших мы не трогаем, — сдержанно улыбнулась Кристина и добавила более серьёзно, — но, если начнёт шалить… — она строго покачала пальцем.

Игорь улыбнулся, попрощался и направился домой.

Он вернулся в квартиру и тихо закрыл за собой дверь, снял куртку, повесил её на крючок в прихожей и, прошёл на кухню. Лиза сидела почти в той же позе, как он её оставил: плечи чуть напряжены, руки обхватывают кружку, взгляд направлен в одну точку, но мысли — где-то далеко. Услышав шаги, она подняла глаза.

— Ну что? — спросила она, подняв глаза. Голос звучал спокойно, но глаза выдавали тревогу. — Кто это был?

Игорь сел напротив неё, на мгновение задумавшись. Затем тихо ответил:

— Это была Кристина. Она работает в особом отделе. У них есть специалисты, которые занимаются необычными вещами.

— Какими именно? — тихо уточнила Лиза.

— Тенями, духами, колдунами, волкодлаками, домовыми… вообще всем тем, о чём мы раньше читали только в сказках, — с лёгкой улыбкой произнёс Игорь, пытаясь немного разрядить обстановку.

Лиза недоверчиво прищурилась:

— Домовым? Ты сейчас серьёзно?

Игорь улыбнулся чуть шире и кивнул:

— Да, более чем серьёзно. У нас дома живёт вполне настоящий домовой по имени Моа. Он недавно даже выходил знакомиться.

Лиза слегка побледнела и тихо охнула:

— Боже, кажется, мне надо выпить чего-нибудь покрепче чая...

Игорь поспешил успокоить её, мягко накрыв своей ладонью её руку:

— Лиз, я сам вначале думал, что схожу с ума.

Помощник участкового коротко рассказал обо всём что приключилось с ним за неделю службы. Он говорил спокойно, почти шепотом. И про схватку с волкодлаком и про безобидную мавку. Про то, что оказывается дядя Митя не просто алкаш, поймавший белочку, а и впрямь тени, которые он видит существуют. Рассказал, что вчерашнее происшествие вечером связано с колдуном. И про особый отдел.

Лиза задумчиво посмотрела на него, тревожно покачивая головой:

— Но это ведь опасно? Может быть, тебе не стоит во всё это лезть?

Игорь серьёзно посмотрел ей в глаза и с грустной улыбкой ответил:

— Если бы это можно было так легко оставить, я бы уже это сделал. Но теперь я точно не смогу жить спокойно, зная, что всё это есть рядом и что кому-то нужна помощь.

Она тяжело вздохнула и поджала губы, снова задумавшись.

За окном послышался тихий шум голосов. Игорь и Лиза одновременно выглянули в окно. В свете фонарей были видны фигуры Кристины и дяди Мити, которые аккуратно что-то рисовали на асфальте и поджигали небольшие веточки.

— Интересно, что это они там делают? — удивлённо пробормотала Лиза.

— Похоже, проводят какой-то ритуал, — предположил Игорь, улыбнувшись уголками губ. — Надеюсь, хотя бы асфальт после них останется целым.

Лиза тихо засмеялась, слегка расслабившись.

— Ну, если люди с этим справляются, может не стоит мне паниковать.

Игорь улыбнулся и кивнул.

— Вот это правильный подход.

На кухне вновь наступила тишина. Лиза задумчиво разглядывала свои ладони, потом вдруг подняла глаза и спросила:

— Слушай, а домовой… ну, этот твой Моа… он правда настоящий? Ты же не шутишь сейчас?

Игорь улыбнулся и пожал плечами:

— Абсолютно настоящий. Более того, очень общительный и, я бы сказал, вежливый. Но вот где он сейчас, я не...

Игорь не успел договорить. Сверху раздался тихий скрежет, затем послышался шорох. Лиза удивлённо взглянула на вентиляционную решётку под потолком.

— Ты это слышал? — тревожно спросила она.

— Думаю, это именно он и есть, — чуть усмехнулся Игорь.

В тот же миг вентиляционная решётка слегка приоткрылась, и из вентиляции на холодильник осторожно и аккуратно выбрался маленький лохматый домовёнок. Моа поправил свою шерсть, пригладил мохнатые ушки и, вежливо поклонившись, сказал с лёгкой улыбкой:

— Добрый вечер! Извините, если помешал, но я услышал вы тут про меня говорите. Лиза, очень приятно познакомиться.

Лиза резко вскочила со стула и тихо ойкнула, прижав ладонь ко рту. Несколько секунд она просто молча и широко открытыми глазами смотрела на домовёнка, потом неуверенно улыбнулась:

— Ты… тот самый Моа?

— Именно он, собственной персоной, — торжественно подтвердил домовёнок, гордо расправив плечики. Затем его взгляд упал на стол, где лежали печенья. Он деликатно кашлянул в кулачок и смущённо спросил: — Вы не возражаете, если я немного погрызу ваши печеньки? Просто сегодня столько переживаний…

Игорь улыбнулся, кивнул и подтолкнул тарелку ближе:

— Конечно, угощайся.

Домовёнок радостно спрыгнул с холодильника, ловко забрался на стол и, взяв в лапки печенье, начал с аппетитом хрустеть. Лиза, наконец, осмелела, вновь села за стол и с искренним любопытством стала разглядывать Моа.

— Простите за нескромный вопрос, а вы… все домовые такие вот… милые? — нерешительно поинтересовалась она.

— О, что вы! — взмахнул лапкой домовёнок, театрально закатывая глаза. — Я, конечно, образцовый представитель своего вида, но есть и менее приятные ребята. Хотя, в основном, мы добрые и безобидные. Ну, разве что иногда шалим немного…

— Немного? — насмешливо перебил Игорь. — Мне кажется, носки исчезают не просто так?

— Ох, Игорь, — вздохнул Моа, с трагическим видом закатывая глаза, — вам бы всё о носках переживать! А между прочим, их воруют исключительно злые духи стиральных машин. Мы, домовые, выше таких мелких шалостей!

Домовой наигранно вскинул голову.

— Вот вы говорите — шалим, — начал он, жуя с удовольствием. — А ведь, по сути, это культурные традиции. Ну не может же домовой просто сидеть и молчать всё время? Это скучно. Да и вы расслабитесь. А расслабленные жильцы — это… хаос. Вот, например, у меня был случай…

Он уселся поудобнее, лапками прижал к себе подушку со стула, как будто собирался поведать древнюю сагу.

— Жил в одной квартире парень, снимал её. Хозяйственный как свин – чем больше грязи, тем лучше. Мусор копил неделями. Мешки складировал у двери, как будто строил себе форт из пластика и гнилых яблок. А мне, этим дышать! Аромат как в колдовском супе, который прокис ещё до варки. Так могут же ещё тараканы завестись. А тараканы, это главный враг домовых.

Моа даже поёжился после упоминания тараканов.

— Ну и стал я то мусор к кровати притаскивать, то гнилое яблоко возвращать обратно в холодильник. Парень очень удивлялся, но его это не остановило. Тогда пришлось прибегать к крайним мерам. Однажды ночью, я залез в мусорный пакет, взял в лапы консервные банки и начал бродить по квартире, завывать и бить жестянками друг об друга. Парень вскочил с кровати, спросонья не мог ничего понять. Я упорно продолжал изображать оживший мусор. Он заперся в туалете и кричал чтобы я уходил. Я побродил так ещё минут двадцать, после чего спрятался в вентиляции и стал наблюдать. С утра он вынес весь мусор, но ещё неделю не мог уснуть. После чего съехал с квартиры.

Лиза засмеялась, и напряжение окончательно спало. Разговор стал лёгким и непринуждённым, и вскоре они втроём весело болтали о разных забавных случаях, рассказанных домовёнком, пока за окном окончательно не стемнело.

Постепенно голоса становились всё тише, и незаметно для себя они начали клевать носами, чувствуя приятную усталость после насыщенного дня.

Игорь проснулся отдохнувшим и выспавшимся. Он потянулся, вспоминая вчерашний вечер, а затем повернул голову и заметил, что рядом с ним мирно спит Лиза.

На мгновение он удивился, но тут же вспомнил, как они поздно ночью, еле переставляя ноги от усталости, перешли из кухни в комнату и, рухнув на кровать, уснули почти сразу же.

Лиза тихо и спокойно дышала во сне, слегка улыбаясь, и от этого у Игоря возникло тёплое чувство, которого он раньше не испытывал. Он осторожно поднялся на локте, внимательно посмотрел на неё и почувствовал, как сердце сжалось от нежности и неловкости одновременно. В груди словно расцветала маленькая, робкая надежда на что-то хорошее и настоящее.

Осторожно, стараясь не потревожить Лизу, Игорь поднялся с кровати и тихо прошёл на кухню. Там его встретил довольный домовёнок Моа, который уже успел устроиться на подоконнике и внимательно разглядывал прохожих во дворе.

— Доброе утро, Игорь, — тихо поприветствовал его Моа, зевая так, что его острые ушки чуть не коснулись друг друга. Потягиваясь, он лениво размял свои миниатюрные пальчики. — Как спалось?

— Хорошо, — ответил Игорь, подходя к кофеварке. Голос его звучал сонно, но в глазах уже пробивалась привычная сосредоточенность. — А ты тут что ли ночевал? — Он улыбнулся, доставая любимую чашку с облупившимся краем. — Кстати, а где ты вообще обычно спишь?

Моа пожал плечиками и улыбнулся:

— Да обычно где-нибудь в вентиляции, там тепло и уютно. Иногда, если хозяев нет дома, могу на их кресле прикорнуть. А сегодня вот на кухонном стуле поспал. Мягонький такой стул нашёл, прямо как раз для меня!

— Может тебе лежанку купить, как для кошек или собак? — предложил Игорь.

— Я же не домашнее животное, — слегка обиделся Моа.

— Это правда, извини, — улыбнулся Игорь, задумчиво ставя чашку под кофемашину. — Что там, кстати, с Кристиной и дядей Митей? Всё закончилось благополучно?

— Вполне, — кивнул домовёнок, — кажется, они даже договорились о каком-то сотрудничестве. Я если что-то узнаю, сразу тебе сообщу.

— Отлично, — выдохнул Игорь, глядя, как в чашку тонкой струйкой льётся горячий кофе.

В этот момент в дверях кухни появилась сонная Лиза. Её рыжие волосы, слегка растрёпанные после сна, мягко обрамляли лицо, на котором даже сейчас, в утренней расслабленности, проступали милые веснушки. Сонно щурясь, она прикрывала ладонью рот, зевая так, что уголки её глаз чуть сморщились, а на щеках появились очаровательные ямочки. Потирая глаза другой рукой, она сделала пару шагов вперёд, и тонкие лучи утреннего света, пробивающиеся сквозь занавески, легли на её лицо, подчёркивая лёгкий румянец на щеках.

— Ох, доброе утро всем, — зевая, пробормотала она.

— Доброе утро, Лиза, — с улыбкой хором ответили Игорь и домовёнок.

Лиза взглянула на домовёнка и засмеялась:

— Надеюсь, ты сегодня не будешь без спроса таскать мои вещи?

— Сегодня нет, — засмеялся в ответ Моа.

Игорь, улыбаясь, подал Лизе кофе.

Поиски

Игорь шёл по улице, машинально шагая по знакомому маршруту, но мыслями был где-то далеко — в недавних событиях, которые всё никак не укладывались в голове. Он чувствовал, как в нём нарастает тревожное нетерпение: колдун, загадочное прошлое, жертвы… Всё это словно клубок из дымки и намёков. Ни имени. Ни адреса. Ни даже убедительного мотива, кроме какой-то фанатичной одержимости. Всё, что у него было, — это его интерес.

Лиза, наверное, посмеялась бы и сказала: «Звучит как классика жанра. Тебе осталось только фонарик взять и по коридорам ходить». Игорь бы усмехнулся. Но сейчас ему было не до улыбок. Его собственное расследование застопорилось и с чего начать – непонятно.

Он сверил адрес первой на сегодня жалобы с адресом на доме — кажется, пришёл.

Двор был обычным: потрёпанные лавочки, сломанные качели, металлическая горка ведущая в лужу. Едва Игорь поднялся на нужный этаж и хотел постучать, как дверь распахнулась сама — и на него буквально налетела бабушка в цветастом халате и с тревожными глазами.

— Товарищ полицейский! — выкрикнула она и немедленно вцепилась в рукав его кителя, будто он мог взлететь и оставить её на произвол судьбы. — Вы должны меня выслушать! Этот гад из семнадцатой опять подсыпает соль мне в кофе!

— Простите... кто? — Игорь заморгал. — И как он... это делает?

— По ночам! — бабушка постучала тростью по плитке на стене с такой силой, что посыпалась крошка бетона. — Он лазит через вентиляцию! Я слышу — шуршит там! Лезет, гад! Подсыпает соль мне в питьё! А у меня давление! Давление, понимаете?

Игорь кивнул с выражением сочувствия, какое он только мог изобразить. Пообещал, что передаст информацию «куда следует», и, освободившись от хватки старушки, поспешил покинуть зону повышенного риска.

Он выдохнул, только когда вышел из подъезда. Поправил форму и посмотрел адрес следующей жалобы. В заявлении значилась кража. Никаких подробностей. Пока шёл, мысли вновь вернулись к колдуну. Где искать? Архивы? А кто ему просто так даст доступ? Особый отдел — сказали не вмешиваться. Всё, что он может, — да пока ничего, только гадать.

Дом, куда он пришёл, оказался панельной многоэтажкой из тех, где одинаково пахнет кошками, супом и чем-то кислым. Во дворе — пусто, только старые качели покачиваются от ветра. Квартира — первый этаж. Открыла женщина средних лет с хмурым лицом, будто именно Игорь был причиной всех её несчастий.

— Помощник участкового, — представился Игорь, — Что у вас произошло? Что украли?

— У меня швабру украли! — строго сообщила она. — Новую! С металлической, складной ручкой!

— Понимаю... Когда вы её последний раз видели?

— Вчера вечером. Стояла в углу, как штык! А утром — бац! — и пусто!

— Есть подозреваемые?

— Петровна с третьего этажа! У неё такую же с утра видела, только раньше не было! А теперь появилась. И что она мне говорит? Купила, мол. Давайте, разбирайтесь.

Игорь кивнул, достал блокнот и уже собирался записать приметы пропажи — хотя внутри отчётливо чувствовал, что это дело не раскроет и сам Шерлок, — как вдруг зазвонил телефон. Спасительный звонок.

— Игорь, — раздался в трубке голос Максима Фёдоровича, усталый, но деловитый. — Сгоняй-ка в НИИ на Пушкинской. Там ночью сработала сигнализация, дверь в старый кабинет была взломана. Наряд уже всё осмотрел, но у охранника нужно взять показания. Тебе как раз по пути.

— Принято, — быстро ответил Игорь. Он убрал блокнот, попрощался с хозяйкой и вышел на улицу.

НИИ на Пушкинской выглядел именно так, как и должен был выглядеть старый, почти забытый научный институт: облупленные стены с пятнами вечной сырости, облупленные же буквы на табличке с трудом складывались в название: «НИИ прикладной теоретической физики (НИИ ПТФ)», а над входом торчал покосившийся козырёк, обмотанный проводами и кусками старого скотча. Под самой крышей висела антенна, которую, судя по её размеру, пытались использовать либо для приёма сигнала с другого континента, либо для связи с орбитой. Над входной дверью виднелись следы от некогда гордой эмблемы — теперь только силуэт и пара заржавевших креплений.

Вахтёрская стойка — крепость из стекла и фанеры — торжественно охраняла путь в коридоры научного прошлого. Игоря встретил мужчина лет под шестьдесят, в форменной рубашке, который выглядел так, будто он охранял этот НИИ ещё при царе и очень этим гордился.

— А, вы по поводу взлома? — лениво спросил охранник, поднимаясь со стула.

— Да, я по поводу взлома, — подтвердил Игорь, доставая бланк для принятия показаний. — Можете рассказать подробнее? Что именно произошло?

Охранник шумно втянул воздух, как будто собирался с мыслями, и тяжело опёрся на стойку.

— Где-то в районе двух ночи сработал датчик движения — он у нас ещё с тех времён, когда бюджет на охрану был. Запиликал сигнал на пульте — я сразу глянул на монитор: ничего. Камера у того коридора чёрно-белая, старенькая, но видно, что дверь как будто дёрнулась. Сразу вызвал наряд. Пока приехали, минут пятнадцать прошло.

— А вы сразу к кабинету не пошли?

— Ну, знаете ли, у нас тут народ разный бывает. У меня-то из оружия и нет ничего, только вон, термосом могу усмирить, — он хмыкнул. — Подождал ребят, потом вместе поднялись.

— И что увидели?

— Дверь была не взломана. То есть визуально — цела. Замок не повреждён. Но при этом она была... приоткрыта. Самой щёлки хватило, чтобы понять: что-то не так. Мы зашли, внутри пыль поднята, будто её только что подняло ветром. Хотя там лет пятнадцать никто не был, я уж точно знаю. Столы сдвинуты, на полу будто след от тяжёлого ящика или оборудования, словно его тащили.

— И больше ничего?

— Ну... один из парней сказал, что чувствовал вонь, как от перегоревшей проводки. Но я ничего не унюхал.

— Кто последний раз туда заходил, вы не помните?

— Не скажу точно. Но кабинет давно не используется.

— Можно взглянуть? — спросил Игорь.

— Конечно. Пойдём, я открою, — охранник потянулся за связкой ключей и жестом пригласил за собой.

Они двинулись по длинному коридору, в котором время, кажется, остановилось лет десять назад. Линолеум местами вспух, лампы мигали вяло, как уставшие глаза, а стены украшали пожелтевшие объявления и листы с распорядком пожарных учений.

Они прошли мимо таблички «Лабораторный корпус №2», и охранник вдруг, не оборачиваясь, сказал:

— А ведь когда-то здесь всё кипело. Этот НИИ был, можно сказать, гордостью области. Не то что сейчас...

Он на мгновение замолчал, как будто пытался вспомнить запах тех времён.

— Я сюда пришёл ещё в восемьдесят шестом — хорошие времена были. Тогда и вахта была не в будке, а нормальный пост с охраной, два человека на смене, журнал с печатями, — он усмехнулся. — Молодёжь шла работать, не потому что "больше негде", а потому что престижно. Очки, халат и допуск к электромагнитному блоку — это вам не абы-что.

Он остановился у облупившегося стенда с планом эвакуации.

— Тогда и здание свежее было. Не текло, не скрипело. По коридорам люди ходили — кто с чертежами, кто с какими-то антеннами под мышкой, кто просто шёл обсуждать новую идею по пути в столовку. А столовая — ух! Котлеты с макарошками, кофе, ватрушки, запах от которых разносился по всему зданию. Не то что сейчас.

— Финансирование было, — продолжил он, — лаборатории строили, аппаратуру закупали. Из столицы присылали всякое: спектрометры, какие-то установки для моделирования чего-то там — я до сих пор не знаю, что это было, но выглядело круто. Даже экспериментальную секретную установку тут однажды пытались запустить, правда, неудачно. Официально — «нецелесообразно». Неофициально — кто-то перебрал с напряжением и выжег к чёртям полкоридора.

Он усмехнулся и кивнул на потолок.

— Видите вот эту латочку? — Игорь поднял глаза. — Это с тех времён.

— Потом всё потихоньку заглохло. Перестройка, развал, финансирование порезали. Люди начали уходить. Кто в бизнес, кто за границу, кто просто… пить. А здание осталось. Пустело понемногу. Лет десять назад закрыли большую часть лабораторий. Сейчас вот три кабинета работают, остальные — под архив да под склады. Жалко, конечно.

Он вздохнул.

— А раньше мы тут каждый Новый год на вахте отмечали. Учёные приносили шампанское, кто-то даже с баяном приходил. Были времена…

Он помолчал, провёл ладонью по стене, будто гладя старого знакомого.

— Сейчас вот… хожу, проверяю, чтобы крыша не провалилась, и чтобы никто не лазил. Хотя кто сюда пойдёт? Разве что какой студент-романтик да вот такие как вы, по долгу службы.

Он замолчал. Потом вздохнул, словно вернулся из других лет.

— Тут, кстати, как раз в этом кабинете, лет пятнадцать назад, хотя может чуть больше, работал один молодой учёный. Перспективный, умный, всё про какие-то теории пространства писал. Тихий был, но не чудак, как некоторые. Говорили, у него даже какая-то награда была, за публикации. А потом несчастье случилось — невеста у него погибла. Как, чего — не знаю точно. Все только шептались. Он после этого с работы пропал, просто… исчез. Никто толком и не понял — в отпуск ли ушёл, уволился, сбежал. Расследование какое-то было, но дальше замяли. Нового человека на его место так и не назначили. Зарплаты тогда уже были никакие, да и лаборатория свернулась. Так кабинет и остался — закрытым.

Охранник повозился с ключом, замок щёлкнул, и дверь нехотя приоткрылась. В нос ударил слабый, чуть затхлый запах — смесь бумаги, металла и времени.

— С тех пор никто сюда не заходил, — пробормотал он. — Только вот после вчерашнего... вы, конечно, сами посмотрите.

Кабинет встречал тишиной. Не той, городской, в которой где-то за окном бормочет кондиционер или гудит машина. Здесь была тишина настоящая, плотная, вязкая.

Игорь сделал шаг внутрь. Половица под ногой издала глухой хруст — и этот звук показался неестественно громким, как будто он нарушил покой, который годами оставался нетронутым.

Он постоял у порога, давая глазам привыкнуть к полумраку, на потолке горела только одна лампочка. Комната была большой, вытянутой, с одним узким окном, затянутым полупрозрачной тканью. Свет едва пробивался внутрь, рассыпаясь серыми пятнами по пыльному полу.

Обстановка говорила сама за себя: это был кабинет не просто заброшенный, а забытый. Как будто тот, кто здесь работал, ушёл однажды — и никто даже не попытался навести порядок после него.

У стены — массивный металлический стеллаж. На нижних полках — стопки бумаг, некоторые с обрывками серых обложек, другие — просто в беспорядке. Папки с маркировкой потемнели от времени. Одна лежала наполовину раскрытая, страницы вспухли от сырости. На одной из них виднелись уравнения, написанные от руки — неразборчиво, но с математической яростью.

Рядом с окном — массивный прибор. То ли генератор, то ли измерительная установка. Панель с переключателями, сломанный тумблер, висящие провода. Он был отключён, покрыт слоем пыли.

Игорь провёл пальцем по столу. Пыль прилипла к коже. Он вытер руку о штаны и пошёл вдоль стены. На полу — вмятины. От чего-то тяжёлого. Следы тянулись к углу, где стоял стол — единственный предмет в кабинете, который казался недавно сдвинутым. У стены — отпечаток от ножек, а на полу — плоская полоса, будто что-то волокли.

Он подошёл ближе. Стол был старый, из тех, что делали ещё в советские времена: тяжёлый, с толстым покрытием и металлическими уголками. На его поверхности лежало несколько пустых папок, старая чернильница с засохшим содержимым, и... фоторамка.

Игорь замер. Сначала он не понял, что именно его остановило. Просто взгляд зацепился. Он наклонился — и понял.

Фотография.

Обычная, на первый взгляд, слегка выцветшая от времени. Молодой человек лет двадцати пяти — в очках, с лёгкой небритостью и честными глазами. Рядом — девушка. Светлые волосы, мягкая улыбка. Она держала его под руку, а он будто пытался сдержать смех. Что-то в этом снимке было удивительно тёплым. Живым.

Он медленно поднял рамку, чтобы рассмотреть получше. В углу отпечатаны инициалы: «Костров С.О.»

Игорь почувствовал, как у него внутри всё на секунду замерло. Он не знал этого имени. Не знал лица. Но... было в нём что-то знакомое. Что-то в линии скул, в форме подбородка. Он мог бы поклясться, что где-то видел похожие черты. Только старше. Жестче.

Он долго стоял с фотографией в руках, всматриваясь в лица. Казалось бы, ничего необычного — просто молодой человек, улыбающийся, с чуть неловкой уверенностью в глазах. Но чем дольше Игорь смотрел, тем настойчивее что-то внутри начинало шевелиться. Он прищурился. Представил, как бы этот человек выглядел сейчас. Волосы — поредевшие, с сединой у висков. Взгляд — холоднее, жёстче. Челюсть — резче очерчена. Словно наложил один образ на другой — и внутри что-то щёлкнуло.

Похож.

Сомнений почти не осталось. Вот он – колдун.

Он аккуратно поставил рамку на место. Взял телефон, сделал снимок, а потом, немного помедлив, повернулся к охраннику:

— А кто на фото? — тихо спросил он.

Охранник подошёл ближе, прищурился, всмотрелся в снимок.

— А... это ж он и есть. Тот самый. Костров... Сергей... — он нахмурился, напрягая память. — Олегович, что ли? Или... чёрт его знает, вылетело. Но точно он. Учёный. Умный был, тихий, даже вежливый.

Он на секунду замолчал, глядя на девушку с фотографии.

— Такая пара была... видно, любили друг друга. Она светилась как лучик солнца. Всегда с улыбкой, здороваться не забывала, даже со мной. Молодая, жизнерадостная. А потом — раз, и нет её. Он после этого будто сгорел. Пару недель ходил как тень, а потом исчез.

Охранник отвёл взгляд и вздохнул:

— Жалко их.

Игорь стоял неподвижно, глядя в тусклое грязное стекло окна, и чувствовал, как в груди разгорается смесь азарта и радости. Он нашёл. Имя. Лицо. Первую настоящую зацепку. Костров Сергей Олегович. Это был он. Колдун.

Взгляд вновь зацепился за пол возле стола. Вмятины. Узкая полоса, будто от чего-то тяжёлого, что тащили волоком. Стол сдвинут — это было очевидно. У стены — отпечаток от ножек, пыль смазана. Игорь замер на секунду. Он видел это уже при первом осмотре, но тогда не придал значения.

Значит, колдун не просто пришёл. Он что-то искал. Или знал, за чем идёт.

Что здесь могло понадобиться колдуну спустя столько лет?

— Скажите, — повернулся он к охраннику, — вы говорили, что у него невеста погибла. Может, помните какие-то подробности?

— Да нам толком ничего не рассказывали, — развёл руками тот. — Слухи ходили разные. Говорили, напали где-то в парке. Жуткое дело. Он выжил, а она — нет. И всё. Он и сам быстро исчез. Может, уехал, может, ещё чего.

Игорь кивнул.

— Понимаю. Спасибо.

Он бросил последний взгляд на кабинет. Больше здесь делать было нечего. Охранник проводил его до выхода, они попрощались.

Оставшийся рабочий день Игорь провёл в участковом пункте, заполняя бумаги и отчитываясь перед Максимом Фёдоровичем о проделанной работе. Настроение у него улучшилось.

Он шёл домой не спеша. Не было смысла торопиться. В голове уже выстраивались вопросы, гипотезы, планы. Он свернул в небольшой сквер по пути, обогнул лужу, в которой отражалось серое небо, присел на скамейку — и достал телефон.

Он чуть поколебался — не из-за того, что сомневался, а потому что вдруг почувствовал, как важно стало просто услышать её голос.

Нажал «вызов».

— Алло? — ответила Лиза почти сразу.

— Привет, — сказал он. — Это я. Слушай, ты сегодня вечером занята?

— Ого, ты предлагаешь свидание? — тут же отозвалась Лиза с лёгкой усмешкой.

— Просто вечер хороший. И я подумал, что с тобой он может стать ещё лучше.

На том конце повисла пауза, потом Лиза хихикнула, мягко, тепло:

— Ммм… август щедр на поэтичных полицейских. Через час у подъезда?

— Договорились.

Говорящий кот

Игорь сидел за своим столом, который всё больше напоминал свалку бумажного апокалипсиса. Папки с заявками, протоколами и непонятными ксерокопиями лежали в три слоя. Старый вентилятор на подоконнике лениво крутил лопастями и гонял тёплый воздух по участковому пункту полиции. Он больше шумел, чем охлаждал. На улице стоял жаркий день, яркое солнце било по окнам, и узкие косые лучи проникали в кабинет, будто пытаясь рассечь пространство, придавая помещению почти уютную атмосферу.

Игорь вздохнул и потянулся, хрустнув спиной. Он отложил в сторону одну пухлую папку и, как настоящий герой трудового фронта, взялся за следующую. Его рука машинально открыла первую страницу, но глаза вдруг непроизвольно закрылись — буквально на секунду. Просто дать им отдохнуть. Просто...

В этот момент вернулся Максим Фёдорович, в слегка мятой форме и без церемоний положил перед Игорем новый список жалоб.

— Хватит в кабинете сидеть, иди пройдись по адресам, — приказал начальник. — Заодно воздухом подышишь.

Игорь не стал спорить. Он быстро встал, глотнул остывший чай и отправился по указанным адресам.

Путь до первого адреса занял всего пятнадцать минут, но за это время Игорь успел пожалеть, что не остался в душном кабинете. Там хотя бы солнце так не палило. И какой-никакой ветерок был от вентилятора.

Город плавился. Асфальт под ногами был липким и отдавал жаром, словно кто-то включил под ним адскую конфорку. Воздух дрожал, колебался над дорогой, превращая дальние объекты в миражи. Дворники лениво двигали метлами по пыльным тротуарам, больше создавая эффект занятости, чем порядок.

Солнце било в затылок, как молот. Пот стекал по спине под рубашкой, и липкая ткань всё плотнее прилипала к телу. У Игоря было ощущение, что даже удостоверение в кармане нагрелось до температуры плавления.

Он миновал старый киоск с мороженым, но даже там не было покупателей — в такую жару все прятались под кондиционерами. Продавщица, уткнувшись лбом в вентилятор, мельком взглянула на Игоря и отвернулась.

Проходя мимо детской площадки, Игорь заметил, что даже самые стойкие бабушки-сторожи ушли в подполье — лавочки пустовали, песочница выглядела так, будто в ней можно выпекать булочки. В кустах раздалось ленивое «мяу»: коты, обычно бойкие и шумные, теперь распластались как коврики, перегретые и апатичные.

Игорь на секунду остановился в тени тополя — возможно, самого старого дерева в этом городе. Под ним было на пару градусов прохладнее, и этот факт казался почти даром небес. Он достал из внутреннего кармана список адресов, убедился, что идёт правильно, и пошёл дальше.

Игорь постучал в квартиру сорок девять.

— Открыто, входите! — послышался из-за двери мелодичный, почти певучий голос.

Вместо тесной прихожей с ковриком и вешалкой, он шагнул в просторный зал, удивительно напоминающий гостиничный холл добротного отеля. Потолки — высокие, с лепниной и стеклянной люстрой, из которой мягко струился свет. Стены были отделаны светлым деревом и увешаны картинами — пейзажи, морские волны, чайки в полёте. В воздухе стоял едва уловимый аромат водорослей и мятного мыла, будто кто-то только что покинул ванную после долгого купания.

В центре зала журчал изящный каменный фонтан с чашей, украшенной мозаикой из лазурной плитки. Вода в нём переливалась, стекала тонкими струйками по изогнутым бокам, создавая мелодичный, расслабляющий звук.

И в этом фонтане — не за фонтаном, не рядом, а прямо в нём — сидела девушка. По пояс торча из воды, она, казалось, устроилась вполне комфортно, будто это не фонтан, а её личная купальня. На ней был лёгкий купальник с блестящими вставками, которые мерцали под светом люстры. Влажные волосы, чуть волнистые, свисали по плечам. Она лениво откинулась назад, опираясь на камень, и, услышав шаги, повернула голову.

На первый взгляд — обычная молодая женщина. Загорелая кожа, выразительные глаза, на лице — недовольство.

— Вы из полиции? Ну наконец-то! Вы только посмотрите, что этот наглый кот натворил! — она приподняла из фонтана хвост, — Вломился ко мне в квартиру и как вцепится когтями!

Игорь остолбенел. Его мозг ещё пытался подсовывать рациональные объяснения — костюм, розыгрыш, киношная съёмка — но глаза отчётливо видели другое: из фонтана, среди сверкающих капель и голубоватых струй, на него смотрела самая настоящая русалка.

Не девушка в костюме и не участница уличного перформанса — а существо из старинных сказок и детских энциклопедий по мифологии. Вместо ног — длинный, покрытый серебристо-зелёной чешуёй хвост, с изящным раздвоенным плавником. Он слегка вздрагивал, будто подчёркивая своё существование.

— Так… давайте по порядку. Кто вломился? Где он? — пытаясь собраться с мыслями спросил помощник участкового.

И тут за фонтаном послышалось громкое «мр-р-ряу!»

Из-за мраморного бортика, с достоинством царя, возвращающегося с охоты, вышел… кот.

Полосатый, широкогрудый, с гладкой шёрсткой и каким-то удивительно самоуверенным видом. Он был заметно крупнее обычных уличных котов — не огромный, но такой, что его вполне можно было бы перепутать с рысью-подростком. Усы — длинные, как у старого мудреца. Хвост — пушистый.

Шёл он неспешно, вразвалочку, как будто пришёл на приём к стоматологу, которого он лично презирает. Заметив Игоря, кот остановился, грациозно сел, подогнув лапки, и лениво оглядел русалку, затем — полицейского.

Русалка моментально вскинулась и, ткнув в него пальцем с длинным, блестящим ногтем, почти закричала:

— Вот он, преступник!

Кот слегка вздёрнул хвост и нахмурился — насколько вообще может нахмуриться кот. Затем, неожиданно для всех присутствующих, он заговорил. Глубоким, бархатистым, абсолютно человеческим голосом.

— Преступник?! — кот обиженно поднял хвост. — Да я ж не специально, в темноте не разглядел, думал это диван, а это хвост её. — промурчал он совершенно по-человечески и покосился на Игоря. — А она сразу «полицию», «нарушитель»!

Челюсть у Игоря уже свисала до пола. Кот говорил человеческим голосом и вёл себя так, словно все коты умеют беседовать с людьми. В голову закрались сомнения о психическом здоровье. Хотя, что тут странного? Максим Фёдорович ведь рассказывал, что русалки существуют. А говорящий кот, пожалуй, даже менее удивителен, чем существо наполовину рыба, наполовину обворожительная блондинка. Помощник участкового взял себя в руки и достал листок для получения объяснений у обоих сторон.

— Кхм… ваше имя, фамилия, отчество, если конечно всё это есть? — спросил он у кота.

— Конечно есть! — возмутился кот, — я из благородной семьи, меня зовут Климентьев Филимон Осипович, у меня и документы есть, но, к сожалению, не с собой. — гордо представился кот.

— Вы признаёте, что причинили телесные увечья гражданке… — Игорь вопросительно посмотрел на русалку.

— Карпова Анжела Викторовна. — подсказала ему девушка.

— Что причинили телесные увечья гражданке Карповой Анжеле Викторовне?

— Да говорю же, не специально я, темно тут было, как в склепе у Парамоныча ей богу, даже мне с моим зрением толком ничего не разглядеть. А хвост то её на ощупь холодный, плотный, я и подумал, что это диван и решил на него взобраться. — начал оправдываться кот.

— А как вы сюда попали и с какой целью? — продолжил расспрашивать Игорь.

— Так курьер я, доставить надо было кой-чего ей, а двери у неё всегда открыты. Я устал, решил отдохнуть немного на диване.

— Где ты у меня тут диван то видел? Зачем он мне? — удивлённо спросила Анжела.

— Ну вдруг для гостей… — внезапно кот зашипел, выгнув спину глядя за спину Игорю.

Игорь обернулся, позади него стояло лохматое существо на двух лапах, с мордой волка — волкодлак, похож на того, за которым помощник участкового когда-то гнался, но всё же другой. Игорь потянулся к пистолету.

— Товарищ полицейский, — прозвучал грубый голос, — Этот кот меня обокрал! — продолжал говорить волкодлак, каждая буква «р» была протяжной, он словно рычал.

— Клевета! Я гордый кот! У меня есть работа! Зачем мне обкрадывать эту шавку?! — сказал кот, всем видом показывая, на сколько оскорбительны такие слова в его адрес.

Игорь совсем не понимал, что тут происходит. Но раз есть жалоба, значит надо её отработать!

— Представьтесь, гражданин и расскажите подробнее, что у вас произошло.

— Волков Артур Николаевич меня зовут, — представился волкодлак, — понимаете, у меня сегодня гости должны приехать, родственники, а на улице погода вон прекраснейшая стоит, вот я и хотел, понимаете ли… шашлычки сделать, ну и пошёл на рынок, немножко человечинки купить, но всё строго по закону, как положено у меня и разрешение есть. И вот пока я ходил выбирал, этот наглец выхватил мой кошелёк, — указал он на полосатого, — я всего лишь на секунду отвлёкся, а он схватил и убежал!

В стороне раздалось робкое, но настойчивое покашливание — тонкое, сиплое, как будто кто-то прочищал горло не из смущения, а по привычке.

Игорь обернулся — и сначала никого не увидел. Лишь через пару секунд из-за цветочного кашпо, стоявшего у стены, выглянул маленький человечек. Он был очень похож на Моа, только старше, морщинистее и с заметным изгибом в спине.

Существо кашлянуло снова и заговорило сиплым, но уверенным голосом, чуть картавя:

— Кхм… товарищ полицейский, — начал он, прижимая ладони к животу. — Я тут... по делу. Важному.

Он указал крючковатым пальцем в сторону кота, который тут же сделал вид, что занят своей лапой.

— Этот хвостатый негодник… — старичок прищурился. — Украл у нас веник. Наш веник! А нам без веника, сами понимаете… тяжко. Ни убраться, ни мышей погонять. — он тяжело вздохнул, — Я уж не говорю, что веник был ритуальный, семейный… С ручкой из можжевельника и косой из хвоща болотного. Старинный. А этот… пушистый вандал вломился, схватил и — в окно!

— А у меня котелок он спёр! — сказала женщина, вдруг появившаяся рядом с русалкой. — Мне теперь в чём зелья варить? А он, между прочим, уже три поколения передавался от матери к дочери! Какая я теперь без него ведьма?

— А меня он постоянно приходит и пугает, — произнесла полупрозрачная фигура молодого человека с неестественно выгнутой шеей, — шипит, банками гремит!

— Он вломился ко мне в офис и порвал важные документы! — произнёс солидный мужчина в бордовом пиджаке, белой рубашкой и красным галстуком, ниже пояса одежды не было, зато были копыта, — А у меня отчёт горит, если не сдам — всё, премии лишат! А я уже жене пообещал в отпуск в Адлер в июле, там говорят настоящий ад в это время!

Все вокруг шумели, галдели и наперебой обвиняли кота, а тот отчаянно оправдывался, уверяя, что не имеет к этому никакого отношения. В зале царил хаос. Игорь застыл посреди происходящего, наблюдая, как появляются всё новые и новые участники этого странного происшествия.

— Игорь, иди ты уже домой и ляг поспи! — послышался голос.

Игорь медленно повернул голову на голос — и замер.

У него на плече, удобно устроившись прямо на погонах, сидел… гриб.

Самый обыкновенный с виду подосиновик — круглая, оранжевая шляпка, крепкая ножка, чуть шероховатая. Но только на первый взгляд.

Гриб моргнул. Один глаз располагался чуть выше середины шляпки, другой — сбоку. Рот — тонкая извилистая линия — дрогнул, и он снова заговорил, скрипучим голосом, с ворчливыми интонациями старого дачника:

— Давай вставай и домой иди!

Всё вокруг вдруг задрожало — сперва едва уловимо, как будто где-то вдалеке проехал тяжёлый грузовик. Но дрожь нарастала, становясь всё ощутимее, переходя в гул, а потом — в грохот.

Игорь почувствовал, как пол под ногами начал вибрировать. Он сделал шаг назад, но потерял равновесие — комната качнулась, словно палуба в шторм.

Фонтан с русалкой пошёл трещинами, вода взвилась вверх, как гейзер. Шторы, которых не было секунду назад, затрепетали от несуществующего ветра. Потолок будто потемнел, а люстра замигала.

Пол под ногами начал ломаться — не просто трескаться, а буквально уходить вниз кусками. Словно мир решил сложиться сам в себя.

Игорь инстинктивно постарался за что-нибудь ухватиться, чтобы удержаться, но его рука ухватила лишь воздух. Он качнулся, оступился, попытался сделать шаг — и тут же провалился одной ногой в зияющую трещину.

— Что за… — выдохнул он, но даже не успел договорить.

— Игорь! Вставай давай! Я домой ухожу, и ты иди! — послышался голос участкового.

Игорь моргнул. Один раз — беспомощно, второй — уже осознанно. Мир перед глазами становился резче, приобретал очертания. Потолок. Лампа. Запах пыли и чернил. Шорох бумаги под щекой.

Он открыл глаза окончательно и резко выпрямился. На мгновение в голове всё ещё витал мелодичный голос русалки, всплеск воды и голос гриба... но нет — перед ним лежала стопка бумаг, слипшихся на углу от капли слюны.

Кажется, он уснул прямо на рабочем столе. На груде протоколов, рапортов и неразобранных жалоб.

Он приподнялся, растирая лицо ладонями, и подумал, что сон был настолько ярким, он пах — морем, мятой и шерстью. А теперь... только кофе, пыль и неприятно ватная голова

— Максим Фёдорович, прошу прощения!

— Да ладно тебе, с этими бумагами пока сидишь постоянно в сон клонит. Собирайся давай, рабочий день закончился уже.

Уже на улице, когда дверь участка хлопнула за спиной, Игорь наконец почувствовал, как остатки сна окончательно отпустили его. Тело ещё было чуть ватным, движения — будто в лёгком сиропе, но голова постепенно прояснялась. Он глубоко вдохнул — тёплый вечерний воздух, с примесью пыли, асфальта и далёкого дыма от чьих-то шашлыков, оказался неожиданно живительным.

Сон растворился, как туман на рассвете. Но странное послевкусие всё ещё оставалось — обрывки фраз, плеск воды в фонтане, блестящая чешуя, говорящий кот с важным видом... Всё это мелькало перед глазами, как кадры из абсурдного фильма.

А ведь неудивительно, что он уснул.

Вчера после смены он встретился с Лизой — просто погулять, без цели. Они долго шли по тихим улицам, медленно петляя между домами. А потом сидели на скамейке у подъезда. Говорили о чём-то незначительном: о музыке, о детстве, о любимой еде. Смеялись. Молчали. Лёгкий ветер трепал волосы Лизы, а Игорь всё ловил себя на мысли, что не хочет, чтобы вечер заканчивался. Что-то тёплое, спокойное жило в этих разговорах — как будто впервые за долгое время он мог дышать свободно, без ощущений преследования и мистики на каждом углу.

Когда они распрощались, уже после полуночи, Игорь не лёг спать. Вернувшись домой, он прошёл прямо к старому дорожному чемодану, стоявшему в углу. Он не открывал его с самого переезда в этот город. Игорь откинул крышку. Поверх аккуратно сложенных вещей лежал его старенький ноутбук — надёжный, но видавший виды. Он вытащил его, стряхнул пыль ладонью, словно будил дремлющего помощника, и включил. Тот загудел кулером, мигнул, ожил.

Игорь ушёл с головой в интернет. Его не отпускала мысль о Кострове Сергее Олеговиче — том самом человеке с фотографии в архиве НИИ, которого он, похоже, видел недавно живым, хотя официально тот исчез много лет назад.

Он искал всё, что мог найти: старые статьи, записи, фотографии, блоги. Искал имя невесты Кострова, перебирал местные форумы о паранормальных явлениях, просматривал мутные архивные фотографии, всё бестолку. Пытался найти хоть что-то — любую зацепку. Хоть тень намёка, что произошло с колдуном в прошлом.

Ночь прошла в полутишине, с чашками кофе и постепенно слипающимися глазами. Он уснул не в постели, а сидя на кухонном табурете, положив голову на ладони.

Он отогнал воспоминания, вздохнул, поправил китель и шагнул прочь от участкового пункта полиции.

Впереди был вечер. Настоящий, тёплый, без говорящих котов.

По крайней мере, он на это надеялся.

Невеста учёного

Игорь шёл домой, наслаждаясь наконец-то наступившей прохладой. После душного рабочего дня особенно приятно было ощущать, как лёгкий ветерок ласково касается разгорячённого лица, принося с собой свежесть и умиротворение.

Во дворе оказалось на удивление тихо и уютно — словно время здесь текло по-своему, неспешно и размеренно. Дети, увлечённые игрой в футбол, носились по площадке, поднимая клубы пыли и заливисто смеясь. Бабушки, как всегда, занимали свои привычные места на скамейках, неспешно переговариваясь и наблюдая за внуками. Из открытых окон доносились приглушённые звуки телевизора и весёлый смех, создавая неповторимый городской колорит, который так характерен для летнего вечера.

На одной из лавочек он заметил дядю Митю, но не сразу узнал. Тот сидел в свежей рубашке, при галстуке и разговаривал по телефону, активно жестикулируя и улыбаясь. Сильно он преобразился.

— Игорь! Привет! — дядя Митя заметил его и помахал рукой. — Подходи, поговорим!

Митя сказал в трубку что перезвонит, сбросил звонок и повернулся в сторону Игоря с улыбкой.

Игорь медленно подошёл к скамейке, всё ещё с трудом веря своим глазам.

— Выглядите… по-новому, — осторожно заметил Игорь, пожимая протянутую руку.

— Да уж, — усмехнулся дядя Митя, — решил, что пора менять имидж.

Помощник участкового присел рядом, и дядя Митя с энтузиазмом рассказал, что после обряда, который они проводили с Кристиной во дворе стало спокойно. Тени больше не беспокоят людей, и он наконец-то смог собраться с мыслями.

— Знаешь, я ведь не всегда был… алкашом, — усмехнулся он, поправляя галстук. — У меня была своя фирма, дела шли в гору. А потом… а в общем, неважно. Спасибо тебе! Теперь я снова могу взять себя в руки и привести дела в порядок.

— Да мне то за что? — удивился Игорь.

— За то, что поверил мне и позвал Кристину на помощь. Другие бы могли махнуть рукой на алкаша, а ты не прошёл мимо!

— Я рад, что смог хоть чем-то помочь, — искренне улыбнулся полицейский. — А чем теперь займётесь?

— Решил в бизнес вернуться, — гордо заявил дядя Митя. — У меня ещё остались связи, да и опыт никуда не делся. Дачу только наверно придётся продать, кредит мне сейчас вряд ли дадут.

В этот момент во двор зашла Лиза с пакетами из магазина. Увидев преображённого дядю Митю, она удивлённо остановилась:

— Дмитрий Михайлович? Это вы?

— Здравствуйте, Елизавета, — улыбнулся дядя Митя. — Да, вот, решил начать новую жизнь.

Игорь, увидев пакеты в руках Лизы, встал со скамейки:

— Лиз, тебе помочь с пакетами? — предложил он, подходя к ней.

— Спасибо, — улыбнулась она, передавая ему часть покупок. — Зайдёшь ко мне, я как раз собиралась чай пить.

Они направились к её квартире, а дядя Митя, махнув им на прощание, вернулся к своему телефону.

Игорь с Лизой ещё только разувались в коридоре, как из кухни донёсся знакомый скрежет — Моа уже выглядывал из вентиляции, поправляя свою причёску.

— Вечер добрый! — весело поприветствовал их домовёнок. — Лиза, а я тут немного прибрался пока тебя не было. — явно ожидая похвалы сказал он.

Лиза улыбнулась, глядя на старательного Моа:

— Какой же ты молодец, Моа! А что именно ты убрал?

— Да вот, — домовёнок важно расправил плечи, — пыль протёр, крошки собрал, даже за холодильником прибрался. Правда, там немного застрял, но справился!

— Ты просто сокровище! — похвалила Лиза, доставая из пакета печенье. — Вот, держи угощение за труды.

Моа радостно схватил печенье, но тут же смущённо добавил:

— Да что вы, мне не сложно. Я же домовой, должен следить за порядком.

Игорь, наблюдая за этой сценой, не мог сдержать улыбки:

— А ведь совсем недавно, ты больше походил на вредителя, чем на помощника, носки мои прятал.

— Ну что вы, — возмутился Моа, — я всегда был ответственным работником! Просто иногда позволял себе немного пошалить.

Лиза поставила чайник. Моа, примостившись на столе, с интересом наблюдал за её действиями.

— Ой, представляете, — начала Лиза, усаживаясь на краешек стула и озорно сверкая глазами, — была у нас сегодня викторина, в нашем читательском кружке. Всё чинно, культурно: дети сидят, думают, ручки грызут. И тут я задаю вопрос: «В каком произведении А.С. Пушкин написал: “Любви все возрасты покорны…”?»

— И вот один семиклассник, такой серьёзный, весь из себя начитанный, в очках, не дожидаясь времени на обсуждение, сразу с места:

— Евгений Онегин!

Тут же рядом его сосед — такой с выражением вселенской мудрости на лице — морщится и говорит:

— Да нет же! Вопрос про Пушкина же!

А этот не сдаётся:

— Ну да, я и говорю — Евгений Онегин.

— Но в вопросе же чётко сказано: в каком произведении А.С. Пушкина — настаивает второй, уже возмущённо. — А ты какого-то Онегина называешь!

— И вот они начинают спорить уже почти в полный голос, — продолжила Лиза, утирая слезу от смеха. — Один упирается: «Ну Евгений Онегин — это же классика!», а второй всё никак не может ему объяснить, что это произведение, а не автор.

Моа прыснул, уронив кусочек печенья себе на живот, а Игорь расхохотался:

— Он ещё, наверное, думает, что "Анна Каренина" — тоже писатель, просто очень трагичный.

— Вот-вот! — Лиза кивнула. — Я потом с трудом ему объясняла, что это Пушкин написал произведение «Евгений Онегин». А мальчишка всё бубнил: “Ну ладно, но у Онегина явно был писательский талант…”

Чайник закипел, хозяйка квартиры налила всем чай и достала блюдца. Моа разложил печенье всем, но себе положил на пару печенюшек больше.

— Вот у Марьи Петровны, из пятой квартиры, такое вкусное варенье… вы бы знали, — проговорил домовёнок, закатив глаза, — только оно всё закончилось быстро.

— Так это ты наверно помог, — усмехнулся Игорь.

— Да я что, я так, чуть-чуть, с чайком. Правда первые пару банок слопал вообще не заметив. Пока Марьи Петровны не было дома, я решил немножечко попробовать, ну а чего? У неё там пятнадцать банок, а я кушать хочу, куда ей одной?! — искренне удивился Моа, — Ну вот я и открыл баночку аккуратно, попробовал ложечку, малиновое, вкусное, — он закатил глаза, — а когда в себя пришёл, смотрю, банка то уже пустая. Ну а раз я одну банку уже слопал, то всё равно заметит. Ну я и утащил вторую банку к себе в вентиляцию. Пусть гадает куда пропали банки.

— А говоришь ответственный и всего лишь шалишь, — прищурившись и укоризненно сказала Лиза и потрясла пальцем. — Игорь, а ты чего хмурый такой?

Помощник участкового сидел с задумчивым видом.

— Да вчера по службе был в НИИ старом, — ответил он, думая рассказывать или нет, — там кабинет заброшенный кто-то взломал. А в кабинете том наткнулся на фотографию, учёного, который раньше работал там. Он, конечно, молодой на фото, но очень похож на того колдуна, с которым мы недавно столкнулись

Лиза ойкнула, а Моа приподнял бровь.

— У нас в городе появился колдун? — удивленно спросил домовой, — Вы с этим осторожнее, я не сталкивался сам с такими, но поговаривают они не очень приятные люди. Могут быть очень опасными.

— Да и не просто появился, как минимум одна жертва на его счету, а может больше. — ответил Игорь.

— И что ты собираешься делать? — спросила хозяйка квартиры.

— Охранник говорит, что с его невестой приключилась беда, вроде как убили её, после чего Сергей Костров, так зовут учёного, исчез. А кабинет его забросили и больше не использовали. А теперь появляется колдун и кто-то вламывается в тот кабинет. Думаю, он что-то там искал, но так и не понял что.

— Ну убийства случаются, — опуская печенье в чай сказал Моа, — а то, что кабинет заброшенный вскрыли, да мало ли кто туда мог залезть, может алкаши искали чего сдать в металлолом.

— В том то и дело, охранник говорит, что толком про убийство ничего не известно, дело затихло. А если бы это алкаши залезли, то не оставили бы там столько оборудования, в котором кроме драгоценной для них меди наверно ещё и золото с платиной есть.

Домовой задумчиво почесал за ухом.

— А когда это было то? Ну, несчастье с невестой.

— Охранник говорит лет пятнадцать назад, — ответил Игорь домовому.

Все трое сидели задумавшись.

— Игорь, наверно, надо поехать туда, где он жил, может он вообще в своей же квартире сейчас. А если и нет, то там наверняка есть те, кто что-то знает о тех событиях. Старушки у подъездов всегда знают больше остальных, тебе ли об этом не знать? — предложила идею Лиза и разлила всем ещё чаю.

— Классная идея, Лиз. Спасибо тебе! — радостно воскликнул полицейский, — Я что-то со всеми этими событиями совсем соображать плохо стал. Только вот адрес то я не знаю и не спросил у охранника. Надо будет туда ещё раз сходить.

— Я попробую поспрашивать через наших, — проговорил Моа, — мы, конечно, не особо общаемся с домовыми из других дворов, но колдунов у нас все недолюбливают. Так что помогут с этим делом.

— А чего домовые колдунов не любят? — удивлённо спросила Лиза.

— Так они всегда пытаются либо убить для своих обрядов, либо подчинить для грязных делишек. И это не только домовые не любят, но и других духоземцев.

— Духоземцев? — спросил Игорь.

— Ну нечисть, мистических существ, полуночный народ, вы люди по-разному называете таких как мы.

Игорь задумался, какая-то мысль появилась в его голове, но никак не хотела формироваться. Казалось вот-вот сможет эту мысль поймать, но она ускользала от него.

— Спасибо вам! — поблагодарил Игорь Лизу и Моа. — Давайте дела оставим на завтра, а пока просто посидим попьём чай, а то взял загрузил вас.

Через пару минут они уже и забыли думать о колдуне. Моа рассказывал, как однажды зацепился за крючок удочки и никак не мог отцепиться, но вернулись хозяева и он так с удочкой убежал в ванну. Жена подумала, что муж сошёл с ума и начал рыбачить в ванне. Лиза рассказывала забавные истории из школьной библиотеки.

Было тепло и уютно. Они казались одной семьёй, немного странной, конечно, не у всех в семье есть домовые. Игорь приобнял Лизу, она обняла его в ответ.

— Ну я, пожалуй, пойду, кошку потренирую. — быстро доев последнюю печененку, домовёнок ловко и быстро забрался в вентиляцию, обернувшись и помахав рукой.

— Пока, Моа! — одновременно попрощались с ним Лиза и Игорь.

Игорь проснулся от будильника. На его лице лежала мягкая рыжая прядь волос. Лиза спала, уютно устроившись в его объятиях, доверчиво прижавшись к нему всем телом. Её обнажённая грудь слегка приподнималась и опускалась от спокойного дыхания. На его лице отразилась улыбка, в памяти пронеслись события вчерашней ночи. Осторожно, стараясь не разбудить Лизу, он высвободился из её объятий и поднялся с кровати.

В ванной комнате он включил душ, наслаждаясь тем, как прохладные струи воды освежают его разгорячённое лицо. Мысли о вчерашнем вечере кружились в голове, смешиваясь с планами на день. Сегодня предстоит важное дело — узнать домашний адрес учёного.

Выйдя из душа, он прошёл в спальню, Лизы не было. Из кухни донеслись скворчащие звуки и аромат яичницы. Игорь быстро оделся и отправился на кухню.

Лиза стояла у плиты в футболке, которая доходила ей почти до колен, создавая забавный и в то же время невероятно привлекательный образ. Её волосы были собраны в небрежный пучок, несколько непослушных прядей обрамляли лицо.

— Доброе утро! — немного краснее сказала Лиза.

— И тебе доброе! — сказал Игорь и подойдя поцеловал её в губы.

— Через пять минут будет готов завтрак, — улыбаясь сказала девушка.

Они сели за стол, и Лиза поставила перед Игорем тарелку с дымящейся яичницей, поджаренным хлебом и чашку горячего чая. Разговор поначалу был немного неловким, но вскоре они оба расслабились, обмениваясь шутками и вспоминая забавные моменты из прошлого. Оба светились от счастья.

— Кажется я немного опаздываю, — сказал Игорь, посмотрев на часы.

Лиза проводила его до двери и поцеловала.

— Хорошего тебе дня! И аккуратнее там! — напутствовала она его.

— И тебе хорошего дня! — Игорь поцеловал её ещё раз и отправился на службу.

Быстро закончив всю бумажную работу, которая осталась со вчера, Игорь отправился обходить район, но перед этим заскочил в НИИ.

— Добрый день, — поприветствовал его охранник, — у вас появились какие-то новости по взлому?

— Новости? А, нет пока новостей нет, я хотел уточнить, а вы случайно не знаете адрес, где жил тот учёный, который работал в том кабинете?

— Да знаю конечно, — удивлённо ответил охранник, — вы что, думаете это он взломал свой кабинет? Так его ж никто не видел давным-давно.

— Может и не он, но возможно, там что-то искали что принадлежало тому учёному, а если они тут не нашли, вдруг решили поискать в его квартире?

— Ааа, ну да, логично. Да он вот, здесь кварталом выше жил, на Пушкинской 10, квартира, кажется 13. Там жильё всем учёным давали, которые тут работали.

— Спасибо огромное!

Игорь записал адрес и отправился опрашивать всех бабушек того двора.

Игорь подошёл к скамейке у первого подъезда, где сидели две пожилые женщины. Они увлечённо обсуждали что-то, но при виде полицейского прервались.

— Здравствуйте, — вежливо начал Игорь. — Не могли бы вы мне помочь? Меня интересует один человек — Костров Сергей Олегович.

— Ой, да конечно знаем! — всплеснула руками одна из бабушек. — Такой вежливый молодой человек был! Всегда здоровался, помогал сумки донести.

— Да-да, — подхватила вторая, — и невеста у него была замечательная, такая пара красивая!

Внезапно их лица омрачились, и первая бабушка продолжила уже тише:

— Только несчастье с ними случилось. Убили его невесту, бедняжку.

— А сам Сергей как будто с ума сошёл от горя, — добавила вторая. — Ходил как тень, ничего не ел, всё плакал.

— Полиция приходила много раз, — продолжила первая, — всё спрашивали да спрашивали, но так ничего и не нашли.

— А потом он и сам пропал, — вздохнула вторая. — Никто не видел, как он куда-то уезжал, но квартира его пустует с тех пор.

— А не появлялся ли он случайно недавно? — спросил Игорь.

Бабушки переглянулись и синхронно покачали головами:

— Нет, не видать было никого всё это время.

— А что же произошло с девушкой? — осторожно спросил Игорь.

— Да кто ж знает-то толком, — пожала плечами первая бабушка. — Только хоронили её в закрытом гробу. Говорят, какой-то сумасшедший с ножом напал и исполосовал её всю.

— Страсть-то какая, — перекрестилась вторая. — До сих пор мурашки по коже, как вспомню.

— Спасибо вам большое, — сказал Игорь. — Если вдруг увидите его или что-то о нём узнаете, пожалуйста, сообщите мне. — и протянул бумажку со своим номером.

Побродив ещё по двору, поспрашивал других жильцов. Многие знали учёного, но ничего толком не было известно про то, что случилось с его невестой. Игорь на всякий случай поднялся до квартиры Кострова, квартира была закрыта. Он на всякий случай постучал в неё, прислушался, тишина.

Оставшийся день прошёл в раздумьях. Сделал обход по жалобам, всё, как всегда, странные пожилые люди, мамаши ругающиеся что соседи делают ремонт, в магазине на Павловской алкаш взял водку и убежал не заплатив. Игорь на автомате выполнял свою работу. Мысль, которая появилась после того, как Моа рассказал, что колдунов недолюбливают не только домовые, но и другие духоземцы, крутилась в его голове. Но он никак не мог понять, что же его зацепило в словах домового.

— Точно! — вслух воскликнул Игорь, от чего женщина, идущая рядом, от него отпрянула.

Он резко развернулся и направился в сторону парка, по дороге зашёл в магазин и прикупил конфет.

Помощник участкового сидел на скамейке в парке и ждал пока стемнеет. Как он раньше не вспомнил о своей новой знакомой. Она же явно живёт в этом парке давно. А судя по тому, что сказал охранник НИИ на невесту Кострова напали тут.

Солнце уже почти зашло за горизонт, Игорь поднялся со скамейки и прошёл в глубь небольшого лесочка, достал пакетик с конфетами. Развязал его и поставил рядом с деревом. Не прошло и двух минут, как появилась мавка.

— Приветствую тебя, Игорь! — улыбнулась маленькое существо, — спасибо что держишь своё обещание!

— Привет, да если честно я по делу одному…

— Хм… — задумчиво проговорила мавка и с улыбкой добавила, — Ничего страшного, главное, что пришёл. Какое у тебя дело?

— Говорят, тут лет пятнадцать назад, произошло убийство одной девушки. Она была с молодым человеком, Костров его фамилия, на них кто-то напал, он выжил, а она нет… Я подозреваю, что это было не простое убийство, а… ну… мистическое.

Мавка на пару минут задумалась.

— Да, кажется, был такой случай. Как раз лет пятнадцать назад на парочку в этом парке напал изгнанный волкодлак…

— Изгнанный?

— Ты присядь, разговор явно небыстрый. Постараюсь тебе рассказать всё что знаю.

Изгнанные

Игорь уселся на корягу, ещё тёплую после жаркого дня. Мавка, словно светлячок, устроилась напротив, поглаживая ладошкой гладкий берёзовый ствол. На мгновение показалось, будто дерево отвечает лёгким шорохом. Вечерний свет пробивался сквозь листву, отбрасывая длинные тени, и всё вокруг замирало.

— Видишь ли, — начала мавка, перебирая травинки, — даже у нежити и духоземцев есть свои правила. Странно, да? Вам, людям, кажется, что мы — хаос и беззаконие. Но это не так.

Игорь кивнул, но тут же спросил:

— Правила? Законы? Кто их устанавливает?

— Ну, не парламентом, конечно, — усмехнулась она. — У каждого рода, у каждой стаи — свои договорённости. Некоторые древнее ваших государств. Есть то, что можно, и то, за что... — она на секунду замялась, — за что перестают звать по имени.

— Изгнание?

— Да. Или отречение. Это не просто «провинился — и всё». Это... как если бы тебя вычеркнули из книги жизни. Ни помощи, ни еды, ни защиты от других. Иногда даже имя стирается.

— Жестоко, — тихо сказал Игорь.

Мавка пожала плечами:

— Это не про жестокость. Это про выживание. Если кто-то нарушает равновесие — страдают все. А в наших мирах смерть — штука прилипчивая. Один отпущенный грех может утащить за собой десятки душ. Поэтому законы держат крепко.

Игорь наморщил лоб.

— А за что изгоняют? Ну, то есть... что надо сделать, чтобы тебя выгнали даже твои?

Мавка посмотрела в сторону, будто проверяя, не подслушивает ли кто.

— Есть разное. Например, если волкодлак начнёт питаться без нужды. Просто ради удовольствия. Или если домовой вместо привычных пакостей начнёт людям физически вредить…

— И этот волкодлак... — начал Игорь.

— Он был изгнан. За что именно — не знаю. Он стал голодным, злым, и... однажды вышел из-под леса в этот мир.

Она замолчала.

— Тогда его не сразу нашли. Он напал на ту пару. После этого волкодлака уничтожили. Наши. Не особый отдел.

Игорь нахмурился:

— То есть... выходит, этот Костров стал жертвой?

Мавка слегка покачалась на пятках, смахивая соринку с подола своего травяного платья. Её глаза, обычно весёлые, стали задумчивыми, будто она пыталась вспомнить что-то давно забытое, или наоборот — не хотела помнить.

— Что было дальше, — протянула она, — не знаю. Девушка умерла, это верно. А он… выжил. Больше мне неведомо. Мы, духоземцы, редко следим за судьбой живых.

Игорь провёл рукой по коре дерева, шершавой и тёплой.

— Но сейчас он отбирает жизни. — Он взглянул ей в глаза, в которых отражался ещё светлеющий небосвод. — Я видел. Он высасывает из людей силы, сушит их, как старые листья. Зачем?

Мавка сжала в кулачке пригоршню травы и медленно растёрла, выпуская терпкий аромат.

— Я мало знаю о делах колдунов, — призналась она. — Не любят духи с ними дело иметь. Опасные они. Легко им жизнь оборвать и дух связать. Даже малому чёрту не по нутру с колдуном водиться.

— Но ты что-то слышала? — Игорь подался вперёд, чувствуя, как всё внутри сжимается от того, что слышит.

Мавка кивнула:

— Говорят, бывает, собирают души на обряд. Великий, страшный. Собранные жизни — плата. За силу неведомую, за путь туда, куда и солнце не заглядывает. — Она замолчала, потом добавила тихо, — За проход в Навь.

Игорь почувствовал, как по спине прошёл холодок.

— В Навь? Это… подземный мир?

— Не совсем. Навь — место мёртвых, да. Но не просто подземелье. Это место, где сны и смерть сплетаются. Где нет времени. Там те, кто ушёл. А река Смородина — граница. Через неё и мёртвый не каждый раз переберётся, не то что живой. А уж чтобы живым туда попасть — нужна сила большая. Души — она и есть.

— Он хочет туда попасть? — Игорь вглядывался в её лицо, пытаясь угадать, не врёт ли, не догадывается ли о большем.

— Может, и хочет. Может, и не сам. — Мавка пожала плечами. — У колдунов своя причина. Но души… они для многого сгодятся. И проход купить, и тьму прикликать, и себя вечно в теле держать.

— А как же ваши законы? — неожиданно спросил Игорь.

— Бывает, что изгнанными становятся по своей воле, — ответила она. — Бывает, плюнут на всё: ни законов, ни памяти, ни клятв не держат. Колдунам плевать на наши законы.

На мгновение повисла тишина. Где-то вдали скрипнул сучок.

Игорь выдохнул.

— Спасибо, — тихо сказал Игорь и встал.

Солнце уже скрылось за горизонтом.

Мавка растворилась в ночном лесу, словно её никогда здесь и не было, оставив после себя лишь лёгкий запах свежескошенной травы. Игорь ещё пару секунд смотрел туда, где только что светилось её крохотное тело, потом, глубоко вздохнув, двинулся в сторону выхода из парка. Под ногами негромко хрустели ветки, а воздух, нагретый за день, быстро остывал, заставляя кожу покрываться мурашками.

Он уже почти вышел за пределы парка, когда за спиной вдруг негромко, но отчётливо прозвучал голос:

— Я же говорил тебе не мешать мне.

Игорь замер, как вкопанный. Голос доносился отовсюду и ниоткуда одновременно, словно отражаясь от деревьев и ограды парка. Он резко обернулся и увидел силуэт мужчины, стоящего у забора. Свет ближайшего фонаря выхватил из темноты фигуру в длинном чёрном плаще — это был Костров.

Колдун сделал пару шагов вперёд, уверенно и неторопливо, будто знал, что Игорю некуда деться.

— Ты думаешь, я не заметил, как ты крутишься возле меня? — голос Кострова звучал ровно, почти без эмоций, но от этого становилось только страшнее.

Игорь чувствовал, как внутри поднимается паника. Перед глазами вспыхнула картина того вечера, когда тьма, выпущенная колдуном, пронзила его насквозь, лишая сил и воли. Сейчас с собой у него не было ничего, что могло бы защитить от подобного нападения. В голове лихорадочно метались мысли, пытаясь ухватиться хоть за какой-то способ выбраться отсюда целым.

— Я не хочу мешать, — осторожно начал Игорь, стараясь сохранить спокойствие в голосе. — Я хочу помочь тебе.

Костров остановился, слегка наклонив голову набок. Его глаза холодно блестели в полумраке, как два кусочка льда.

— Помочь? Ты? — он коротко, почти презрительно усмехнулся. — Серьёзно? Чем ты можешь помочь?

— Я знаю, почему ты это делаешь, — осторожно продолжил Игорь, чувствуя, как голос предательски дрожит. — Я знаю про твою невесту. Про то, что случилось в этом парке пятнадцать лет назад.

Костров на секунду застыл, и в воздухе будто возникла невидимая струна, натянувшаяся до предела. Его взгляд стал чуть мягче, но тут же снова застыл в прежней безжалостной отстранённости.

— Раз знаешь, зачем спрашиваешь? — спросил он тихо.

— Потому что это не вернёт её, Сергей, — произнёс Игорь твёрже. — Ты убиваешь невинных людей, но её это не вернёт.

Колдун медленно покачал головой, словно слушал надоедливого ребёнка.

— Ты говоришь прямо как они, — усмехнулся он горько. — Эти моралисты из вашего «Особого» отдела. Всё одно и то же: «невинные люди», «не вернуть умерших». Скучно, Игорь. Слишком скучно для тебя.

Он сделал шаг ближе, и в воздухе потянуло лёгким запахом грозы. Игорь почувствовал, как дыхание сбивается.

— А кто тебе сказал, что эти люди невинны? — произнёс Костров, пристально глядя в глаза. — Невинных среди живых почти не осталось. У каждого свои скелеты. Я вижу их насквозь. Тех, кого я забираю, не жалко — они уже и так пусты, лишь оболочка. Жизнь их не больше, чем бумажная купюра в руках вора. А для меня это шанс. Шанс исправить то, что не смог исправить никто другой.

Он умолк, глядя на Игоря взглядом, полным вызова и скрытой боли. На мгновение между ними снова повисла тяжёлая тишина. Игорь осторожно сделал вдох, чувствуя, как напряжение отпускает грудь.

— Даже если ты сможешь её вернуть, — произнёс он медленно, словно опасаясь спугнуть, — ты уверен, что это будет она? Уверен, что её устроит такая цена её возвращения?

На лице колдуна мелькнула резкая боль, словно Игорь только что ударил его в самую глубокую рану. Он отвернулся, сделав несколько шагов назад, и холодно, почти равнодушно бросил через плечо:

— Это уже не твоё дело.

Колдун взмахнул рукой, и рядом с ним, словно из тени, выступила фигура. Игорь мгновенно похолодел, кровь в жилах будто перестала течь. Существо, явно когда-то бывшее человеком, теперь, казалось, сотканным из ночной тьмы и плотного дыма. Впалые щёки обтягивали острые кости черепа, вместо глаз зияли чёрные провалы, в которых не было ни боли, ни злости — только вечная, голодная пустота.

Тварь раскрыла рот, и раздался визг, от которого в голове Игоря словно взорвалась тысяча иголок. Виски сдавило, сердце пропустило удар, а ноги превратились в вату. Тело сковал первобытный ужас — такой, от которого ни спрятаться, ни убежать. Игорь хотел закричать, но не смог даже вдохнуть.

— Я его, кстати, тут неподалёку подобрал, — спокойно сказал Костров, чуть насмешливо глядя на оцепеневшего Игоря. — Хиленький совсем был, но я его откормил. Кажется, сегодня он станет ещё чуточку сильнее. Благодаря тебе.

Колдун коротко засмеялся, сделал шаг назад и растаял в воздухе, будто его никогда и не было. Игорь ещё мгновение смотрел туда, где только что стоял Костров, но тут же его внимание захватило нечто более страшное — призрак рванулся к нему с невероятной скоростью.

Оцепенение спало, сменившись отчаянной паникой. Игорь, пошатываясь, развернулся и бросился прочь по плохо освещённой улице. В голове металась одна мысль, злая и почти беспомощная:

«Какого, собственно, хрена я никого не спросил, как защищаться от подобного? Как я вообще собирался разобраться с колдуном — пистолетом, что ли?!»

Призрак настигал его с каждым шагом. Игорь чувствовал ледяное дыхание за спиной, слышал хриплый, прерывистый вой. Ещё пара шагов — и он ощутил холодный, липкий ужас, как раз в тот момент, когда нога попала на расколотую тротуарную плитку и неестественно подвернулась. Он рухнул вперёд, инстинктивно выставив руки, и ободрал ладони о бетон.

Не успел он подняться, как в спину вонзились ледяные когти. Игорь закричал от боли и ужаса, перекатился на спину и увидел нависшую над ним черноту, от которой тошнотворно пахло сырой землёй и могильным холодом. Рука призрака рассекая воздух когтями летела прямо в грудь, и Игорь, собрав последние силы, резко оттолкнулся ногами. В последний миг удар пришёлся не в сердце, а в живот, когти с жутким, тошнотворным хрустом вошли в плоть.

Мир вокруг завертелся, мутный и далёкий, будто Игорь проваливался в глубокую яму. Сил кричать уже не было, кровь горячей волной залила одежду, и сознание начало уплывать, цепляясь за последние огрызки ощущений.

Перед глазами мелькнула яркая белая вспышка. В ушах зашумело, звуки стали далёкими и глухими, словно доносились из-под воды.

— Вроде живой, — прозвучал едва знакомый женский голос, холодный и встревоженный одновременно.

Чьи-то руки осторожно коснулись его, проверяя пульс. Игорь попытался открыть глаза, но веки казались налитыми свинцом.

— Не послушал, дурак, — сквозь туман раздражённо сказал голос, в котором Игорь узнал Вячеслава. — Везите к нам в больницу, подлатаем его.

Игоря осторожно приподняли. Он с трудом уловил тяжёлый вздох Вячеслава и короткое, почти бессильное:

— А колдуна опять упустили…

Сознание окончательно соскользнуло в темноту, и последним, что почувствовал Игорь, был запах нагретого асфальта и чьих-то духов — холодных, словно зимний ветер.

Игорь очнулся в просторной светлой палате, полной дневного света, щедро льющегося сквозь широкие окна. Первым, что он ощутил, был запах больницы — резкий, стерильный, заставляющий внутренности неприятно сжиматься. Игорь поморщился, чувствуя, как в голове начинают вспыхивать воспоминания о том, что произошло: парк, колдун, призрак, пронизывающая тело ледяная боль от когтей…

Он попытался приподняться, но тело отзывалось неохотно, словно принадлежало кому-то другому. Руками захотелось нащупать живот, проверить, действительно ли раны так страшны, как кажется, но пальцы плохо слушались, а перед глазами всё снова поплыло. Комната мягко завертелась, заставляя его откинуться обратно на подушку.

С тихим щелчком открылась дверь палаты, и на пороге появилась женщина. На вид ей было лет сорок пять, блондинка, небольшого роста, стройная, с мягкими чертами лица и удивительно весёлыми, живыми глазами. Несмотря на возраст, выглядела она очень привлекательно, в молодости у неё явно не было отбоя от ухажёров, да и сейчас явно немало.

— Не торопитесь, Игорь, вы ещё слабы, — голос женщины звучал тепло, слегка насмешливо, но заботливо.

Игорь нахмурился, пытаясь рассмотреть её лучше, но комната снова поплыла, а голос прозвучал глухо, словно издалека:

— Насколько всё плохо?

Женщина негромко рассмеялась, её смех прозвенел в тишине палаты неожиданно звонко и приятно.

— Ну, умирать вам пока рановато, — спокойно произнесла она, подходя ближе и поправляя край его одеяла. — Поверьте, бывало и хуже. Ничего серьёзного, быстро подлатаем. Через пару часиков уже на ногах будете.

Игорь попытался улыбнуться, но получилось это не очень уверенно, скорее в виде болезненной гримасы. Он осторожно повернул голову в её сторону:

— А сколько времени я тут?

— Да часов шесть от силы, — женщина присела на край кровати, изучая его взглядом. — Я обработала раны, зашила, напоила вас восстанавливающим зельем. Сейчас ещё одну порцию примете и будете как новенький. Ну, почти как новенький, — она улыбнулась, поправляя ему подушку.

Игорь на мгновение замер, ошарашенно глядя на неё, затем спросил с недоверием, которое даже сильная слабость не смогла стереть из его голоса:

— Зелье?

Женщина снова засмеялась, теперь чуть громче и веселее, словно он только что рассказал отличную шутку.

— Серьёзно? — усмехнулась она, глядя на него с искренним удивлением. — То есть призрак, который напал на вас посреди города, вас не смущает, а вот лечебное зелье вдруг вызвало вопросы?

Игорь невольно улыбнулся в ответ, чувствуя, как напряжение понемногу уходит. Больничная атмосфера уже не казалась такой холодной и чужой, а женщина рядом излучала спокойную уверенность, заставляющую верить — всё действительно будет хорошо.

— Что ж, зелье так зелье, — пробормотал он, окончательно расслабляясь. — Меня теперь уже мало что удивит.

Женщина понимающе кивнула и поднялась:

— Это правильно. С такими вещами всегда так: удивляешься только в первый раз. Потом просто пьёшь зелье и радуешься, что вообще живой.

Она мягко улыбнулась ещё раз, направилась к двери и на секунду остановилась на пороге, обернувшись:

— Я скоро вернусь, отдохните пока. И никаких резких движений.

Дверь закрылась, и Игорь остался один. Он снова закрыл глаза, чувствуя, как усталость медленно отступает.

Спустя минут десять в дверь негромко постучали. Игорь решил, что это вернулась блондинка-врач, и с лёгкой улыбкой бросил в сторону двери:

— Входите!

Дверь распахнулась, но на пороге стоял Вячеслав. Улыбка с лица Игоря моментально сползла. На лице оперативника особого отдела явно не было и намёка на дружелюбие или хотя бы облегчение от того, что Игорь жив.

— Живой? — процедил Вячеслав, чуть прищурившись, как будто этот факт его даже немного огорчил.

Игорь слегка напрягся и осторожно ответил:

— Говорят, жить буду.

— Ага, ясно, — Вячеслав шагнул в палату и закрыл дверь, глядя на Игоря пристальным, тяжёлым взглядом. — Ну и зачем полез туда, куда было не велено?

Игорь замялся. Он попытался приподняться, но тело отозвалось тупой болью, напоминая о свежих швах. Вдохнув глубже, он всё же решился ответить:

— Не могу я стоять в стороне, когда такое творится.

— И что ты собирался сделать? — Вячеслав недовольно поднял бровь, в его голосе прозвучали нотки раздражения и усталости. — Арестовать колдуна? Пристрелить его из табельного ПМ?

— Да я и не собирался пока с ним встречаться! — чуть повысил голос Игорь, но тут же сбавил тон, чувствуя, как от резких движений снова закружилась голова. — Хотел только информацию собрать. А потом уже порасспрашивать про методы борьбы…

— Ну и как? — перебил его Вячеслав, скрестив руки на груди и глядя сверху вниз. — Собрал информацию?

Ответить Игорь не успел. Дверь в палату резко открылась, и на пороге появилась женщина, что заходила ранее. Лицо её было строгим и решительным — от той мягкой улыбки, что Игорь видел ранее, не осталось и следа.

— Вячеслав, а ну-ка быстро на выход! — категорично произнесла она, уперев руки в боки и сверля его тяжёлым взглядом. — Я тебе ясно сказала: пациенту сейчас нужен покой, а не твои допросы!

Вячеслав повернулся к ней, явно собираясь что-то возразить, но столкнувшись с непреклонным взглядом врача, тут же стушевался.

— Прошу прощения, Марина Егоровна, — тихо и почти виновато произнёс он, заметно сбавив тон. Затем коротко глянул на Игоря и добавил тише: — Ладно, разговор не окончен.

После этих слов он быстро вышел из палаты, тихо прикрыв за собой дверь. Марина Егоровна, вернув на лицо привычную мягкую улыбку, приблизилась к кровати Игоря.

— Ну что, молодой человек, немного зелья и отдыхать? — ласково спросила она, протягивая стакан с жидкостью, напоминающей вишнёвый компот.

Игорь осторожно потянулся за стаканом. Он ожидал чего угодно, но напиток оказался неожиданно приятным на вкус — слегка сладким, чуть кисловатым, словно домашний кисель. Сделав несколько глотков, он с благодарностью взглянул на врача:

— Спасибо вам.

— Пустяки, — мягко ответила она и, убрав пустой стакан на тумбочку, улыбнулась ещё шире. — А теперь отдыхай, дружок.

Она звонко и тепло рассмеялась. Игорь тут же провалился в спокойный сон.

Исцеление

Игорь неожиданно проснулся, в какой-то момент ему показалось, что он всё в том же парке, но оглядевшись он понял, что находится в больнице. У окна, за которым вечерело, стоял Вячеслав, увидев, что Игорь проснулся тот спросил:

— Ну что, как самочувствие? — его голос уже не был таким раздражённым.

— Намного лучше, только всё жутко чешется. Спасибо вам, что… спасли.

— Не полез бы, не пришлось бы спасать, случайно там оказались по другому делу. А то что чешется, это хорошо, значит заживает. Чистые вещи на стуле, выписка на тумбочке. Самойлову позвонил, договорился у тебя неделя отпуска. — сказал Вячеслав, так и смотря в окно.

— А что с колдуном? Вы знаете, что это Костров? Что это всё из-за его невесты?

— Ты чудом выжил и всё туда же?! — немного повысил голос сотрудник особого отдела. — Знаем и ищем, он слишком силён не то, что для тебя, нам все наши ресурсы придётся использовать чтобы с ним справиться, как ты с ним решил разбираться?

— Вы же понимаете, что я не отступлю. — уверенно сказал помощник участкового. — Мне нужен совет, как я могу ему противостоять?

— Ну и дурак раз не отступишь, мы не можем быть всегда рядом и спасать тебя, у нас кроме колдуна ещё куча нечисти на контроле.

— Я и хочу, чтобы у меня была возможность хотя бы обороняться.

— У меня нет какого-то универсального средства. Он слишком умён, какого-то простого амулета или оружия будет недостаточно. Чтобы ему хоть что-то противопоставить тебе нужно много знаний и умений, а где их тебе взять? Пойдёшь к другому колдуну в ученики чтобы он тебя научил чему-то? Так это долго и где ты его найдёшь? С ведьмами связываться тоже не советую. За всё нужно платить и за силу для борьбы в том числе, а плата эта тебе явно не по душе будет. — Вячеслав глубоко вздохнул и продолжил. — Я тебе правда советую оставить это дело или искать свой путь, но не лезь на рожон, мне бы не хотелось, чтобы ты погиб.

— Свой путь? — непонимающе спросил Игорь.

— Я сказал тебе больше, чем должен был, собирайся и иди домой, тебя наверно уже потеряли, ты пока спал у тебя телефон не замолкал. И мне пора. — Вячеслав бросил короткий взгляд на Игоря и вышел из палаты.

Игорь быстро оделся, одежда была немного не по размеру, в пакете лежала его одежда изодранная и в крови. Он взял телефон, лежащий на тумбочке, пятнадцать пропущенных от Лизы. Он тут же ей набрал.

— Ты куда пропал, Игорь? — голос девушки был очень взволнованным.

— Всё хорошо, Лиз, да по работе, скоро дома буду, — нарочито весело ответил Игорь.

— Ты ко мне зайдёшь? С тобой точно всё в порядке? — её голос стал звучать спокойнее, но слышалась тревога.

— Точно всё в порядке, конечно зайду.

— Буду ждать.

Игорь вышел из больницы, чувствуя легкую слабость. На улице вечерело, небо затянули тяжёлые серые тучи, и накрапывал мелкий дождь, оставляя на асфальте мокрые пятна. Он поправил рубашку, которая была ему слегка великовата, и крепче сжал пакет с изодранной, пропитанной кровью одеждой. Её вид напоминал о том, как близко он был к смерти в парке. Увидев мусорный бак у крыльца, Игорь, не раздумывая, швырнул пакет внутрь.

В голове крутился вчерашний кошмар: тёмный парк, Костров, ледяные когти призрака. О каком «своём пути» говорил Вячеслав? Где найти то, что ему поможет противостоять колдуну? Он вздохнул, чувствуя, как покалывает живот, и продолжает чесаться. Удивительно, такие раны почти полностью зажили, а был на волосок от смерти. Как Лизе объяснить, чтобы она не сильно волновалась?

Внезапно его окликнул мягкий, но уверенный женский голос:

— Молодой человек!

Игорь обернулся, перед ним стояла женщина лет сорока, очень привлекательная, что-то в ней было необычное, но Игорь не мог понять что. Её тёмные волосы, слегка намокшие от дождя, были собраны в аккуратный пучок, а глаза, глубокие и яркие, словно светились даже в сумерках. Немного старомодное лёгкое платье в цветочек подчёркивала её стройную фигуру. Игорь, уже привыкший что к нему на улице обычно обращаются только по службе, неосознанно выпрямился.

— Чем могу помочь? — спросил он, ожидая привычного «Вы же из полиции?»

Женщина улыбнулась, её улыбка была тёплой, но немного загадочной.

— Это я могу тебе помочь, — ответила она тихо, но уверенно, Игорь замер.

Не успел он осмыслить её слова, как женщина быстро, но очень плавно, словно скользя по воздуху приблизилась к нему. Её движения были настолько лёгкими, что казалось, дождь не касается её. Прежде чем Игорь успел что-то сказать, она мягко положила одну руку на живот, а вторую на спину, где были раны от когтей призрака. В тот же момент тёплая волна разлилась по телу, зуд и покалывания прошли. Игорь больше не чувствовал ни капли дискомфорта от вчерашних ранений. Он ошеломлённо посмотрел на женщину, пытаясь понять, что сейчас произошло.

— Откуда вы знаете… — начал он, но она лишь снова улыбнулась с хитрым прищуром.

Она мягко приобняла его за плечи, слегка притянув к себе, и прошептала на ухо, так тихо, что слова едва были слышны сквозь шум дождя и ветра:

— Это тебе немного поможет.

Её голос был тёплым, от него по спине пробежали мурашки. Женщина отстранилась, бросив ещё одну улыбку, и быстрым шагом направилась за угол ближайшего дома. Игорь, всё ещё в ступоре, моргнул, пытаясь понять, что только что произошло. Он рванулся за ней, но, когда забежал за угол дома, там уже никого не было — только мокрый асфальт и шорох листвы.

— Да что ж такое… — пробормотал Игорь, оглядываясь. Улица была пуста, лишь вдали мигал фонарь.

Он осторожно коснулся живота, прислушался к ощущениям — ни следа боли, ни намёка на рану. Задрав рубашку и повязку, он убедился: кожа была гладкой, как будто и не было вчерашнего дня. Игорь ещё постоял, прислушиваясь к ощущениям, но ни намёка на раны не было

— Спасибо… — тихо прошептал он, ни к кому не обращаясь и словно в ответ подул лёгкий ветерок и тут же стих.

Игорь шёл в сторону дома, чувствуя, как мелкий дождь постепенно стихает, оставляя после себя лишь запах сырости и мокрого асфальта. Уличные фонари светились, отбрасывая мрачные тени деревьев, а в голове крутились мысли о таинственной женщине. Он невольно прикоснулся к животу. Что-то в этой женщине было схожее с мавкой и даже с домовым Моа, хоть и выглядела она как человек.

Подъезд встретил его скрипучей дверью, Игорь поднялся по лестнице и постучался в дверь Лизы. Сердце слегка заколотилось — он только сейчас понял на сколько по ней соскучился, как сильно хотел её видеть. Дверь распахнулась почти сразу, словно Лиза его ждала на пороге, она, не дав ему сказать и слова, бросилась к нему, обнимая так крепко, что Игорь чуть не задохнулся. Её губы тут же нашли его, и поцелуй был таким горячим, что все мысли о колдунах и призраках вылетели из головы.

— Игорь! Я так волновалась! Ты чего не отвечал? — Лиза отстранилась, но руки всё ещё лежали на его плечах. Её глаза блестели, то ли от слёз, то ли от яркого света лампы в прихожей. — Я звонила сто раз, перепугалась, думала, что… опять что-то случилось!

— Лиз, всё хорошо, правда, — Игорь мягко взял её за руки, стараясь улыбнуться так, чтобы она поверила. — Просто… Столкнулся снова с колдуном, но я тут, всё нормально.

— С колдуном? — Лиза испуганно посмотрела на Игоря, спешно стала его осматривать и ощупывать с ног до головы, словно не веря ему, что с ним всё в порядке.

— Может хоть чаем угостишь? Да я подробнее всё расскажу, — сказал Игорь улыбаясь.

Лиза посмотрела на него, прищурившись, но потом вздохнула и потянула его на кухню.

Только они зашли на кухню, как в этот же момент из вентиляции в углу послышался шорох и буквально через несколько секунд показался Моа. Он забрался на стул рядом с Игорем, обнюхал его и уставился странным взглядом. Игорь вопросительно поднял бровь, но домовёнок ничего не сказал.

За чашкой чая, пирожками и печеньем Игорь рассказал приключившуюся с ним историю, упустив момент с ранением и больницей. Лиза недоверчиво на него смотрела весь рассказ, а Моа странно к нему принюхивался. Наконец, домовёнок зевну, потянулся и заявил:

— Ладно, я пошёл. Дела, знаете ли. — Он бросил странный взгляд на Игоря и ушмыгнул обратно в вентиляцию.

Лиза посмотрела на Игоря и улыбнулась.

Они ещё какое-то время посидели на кухне, Лиза рассказала про рабочий день в библиотеке, о том, как она переживала и не находила себе места, после чего они переместились в спальню, где пахло свежим бельём. Разговоры сменились тихими смешками, а потом и вовсе затихли. Лиза прижалась к Игорю и в её объятиях он наконец-то почувствовал, что мир, полный колдунов и призраков, может подождать. Они заснули только спустя какое-то время, когда за окном уже совсем стемнело, а дождь усилившись, барабанил по окнам.

Тем временем в тёмном углу чердака, где пахло пылью, старым деревом и сыростью, Моа пробирался к своему наставнику дяде Феде. Федя, сидел на старом сундуке жуя кусок зачерственелого пряника.

— Дядь Федь, — начал Моа, усевшись рядом. — Помнишь, ты как-то рассказывался, как пахнут берегини?

Федя чуть не поперхнулся пряником и уставился на Моа своими маленькими глазками.

— Конечно, помню, — проговорил он, откашлявшись. — Я хоть и разок её видал, лет сто назад, но запах тот — ни с чем не спутаешь. Пахнет, будто утренняя роса, свежевспаханная земля и сирень цветущая. Аж душа радуется, но и боязно чуток. А чего ты вдруг? — Он прищурился, подозрительно глядя на Моа.

Моа почесал нос, явно что-то обдумывая, но только махнул лапкой.

Да так, вспомнил твои истории вот и любопытно стало, — уклончиво ответил он. — Ладно, дядь Федя, я побёг. Не ешь много пряников, а то опять из вентиляции тебя доставать.

И, не дождавшись ответа, Моа шмыгнул в тёмный угол, оставив Федю ворчать про молодёж и их странный нрав.

В то же время.

В небольшом лесочке на окраине города, где старые дубы переплели свои ветви, а мох стелился мягким ковром под ногами, царила удивительная тишина, нарушаемая лишь лёгким шорохом листав и писком бельчат, что носились вокруг стволов. Посреди небольшой полянки сидела женщина. Её платье в мелкий цветочек чуть колыхалось от ветра, а вокруг носились зайчата, то и дело подбегая к ней. Она улыбалась им.

К ней бесшумно подошла женщина, почти как две капли воды похожая на первую, только чуть старше и более светлыми волосами. Её платье было проще, цвета молодой травы, а в движениях чувствовалась грация. Она остановилась, глядя на зайчат.

— Савирушка, ты уверена, что этому Игорю стоило помогать? — спросила светловолосая, её голос был тихим, с ноткой тревоги. Она присела рядом и задумчиво вглядывалась в собеседницу.

Савирушка подняла взгляд, её глаза блеснули.

— Мирана, ты же знаешь, он человек добры и отзывчивый, — ответила она, её голос был тёплым, но с лёгкой настойчивостью. — И ты видела его душу, сестрёнушка. Он нам нужен. Пусть он сейчас и не справится с колдуном, но погибнуть ему ни в коем случае нельзя.

Мирана вздохнула, глядя на зайчонка, который замер у её ног, принюхиваясь к траве. Она покачала головой, и её светлые волосы качнулись, уловили ветерок.

— Савирушка моя, лишь бы на нас беду не накликать, — сказала она, нахмурившись. — Нам сейчас ни к чему с колдуном воевать. Ты же знаешь… Что грядёт.

Савирушка улыбнулась, но в её улыбке была не только теплота, но и уверенность.

— Не переживай. Я всё контролирую, — сказала она, и её голос прозвучал так, будто она знала больше, чем говорила. — Игорь — не пешка в этой игре, он… как семя, что ещё не проросло. Мы просто дали ему шанс пустить корни. А что вырастет — время покажет, может он ещё и сможет нам помочь.

Мирана посмотрела на сестру, её взгляд был полон сомнений, но она лишь покачала головой, словно сдаваясь.

— Ох, твоя веря в людей нас когда-нибудь погубит, — проговорила она, но уголки её губ дрогнули в лёгкой улыбке. — Ладно, будь по-твоему.

Савирушка рассмеялась. Её смех был звонким, как ручей, и даже зайчата замерли, прислущиваясь. Она наклонилась, подхватила одного из них, и прижала к своей груди.

Где-то на другом конце города.

В тёмной квартире, где свет единственной лампы под потолком едва разгонял мрак, воздух был тяжелым от запаха воска, трав и чего-то едкого. Стены некогда белые, теперь были исписаны заклинаниями, схемами с переплетёнными линиями, напоминающими паутину, и странными символами, значение которых знал возможно только написавший их. Посреди комнаты, заваленной старыми книгами и пожелтевшими бумагами, сидел Костров. Его лицо освещённое тусклым светом, было измождённым, но глаза горели лихорадочным блеском. Он склонился над столом, где лежала раскрытая тетрадь, исписанная мелким, почти неразборчивы почерком. В руках он вертел обугленный амулет, а его губы шевелились словно он спорил с кем-то невидимым.

— Десять душ… всего десять, — бормотал он, постукивая пальцами по столу. — Уже так близко, дорогая. Ещё немного, и ты вернёшься. Я всё сделаю, теперь я смогу тебя защитить.

Он откинулся на спинку стула, прикрыв глаза, но тут же резко выпрямился.

— Жалко, конечно, помощника, столько дней откармливад, — процедил Костров, сжимая амулет так, что побелели костяшки пальцев. — Эти «особщики»… вечно путаются под ногами. Схватили, уничтожили. Ну ничего, я найду другого.

— А этот Игорь… — Его голос стал тише, с лёгкой дрожью, которую он сам не хотел признавать. — Чего он привязался ко мне? Помощник участкового, мальчишка! — колдун усмехнулся, но смех его был нервным. — И всё-таки… чего с ним не так? Он же никто, обычный человек, без знаний, без силы. Но… — Он замолчал, глядя в своё отражение в тёмном стекле.

В здании особого отдела.

В кабинете особого отдела, спрятанного в неприметном здании, царила напряжённая тишина. За массивным столом, заваленным папками и старыми картами, сидел полковник, мужчина лет пятидесяти, с суровым лицом со шрамом, и взглядом, от которого даже бывалые сотрудники невольно напрягаются. Напротив него стоял Вячеслав, чуть сутулясь, но стараясь держать себя уверенно. На столе между ними дымилась чашка крепкого чая, а в углу комнаты тикали старые настенные часы, отмеряя время, которого казалось, всегда не хватало.

— Ну, докладывай, — начал полковник, откидываясь на спинку кресла и скрестив руки на груди. — Что там с этим колдуном? Опять всё на самотёк пустили?

Вячеслав кашлянул, поправил ворот рубашки и начал:

— Выяснили, что колдун — это Сергей Костров. Тот самый, что пропал пятнадцать лед назад после того, как погибла его невеста от рук волкодлака. Похоже собирает души для обряда, предполагаю для воскрешения. Проблема в том, что где он сейчас — неизвестно. Последний раз его видели у парка, где и погибла невеста.

Полковник прищурился, ударив кулаком по столу.

— А не этот ли новенький, помощник участкового, всё это выяснил? — Его голос был строгим и недовольным. — Вы значит ни сном ни духом, а он уже на колдуна вышел? Почему его до сих пор не привлекли к работе? Или у вас штат и так переполнен?

Вячеслав вздохнул, явно ожидая этого вопроса. Он бросил взгляд на окно, за которым светил фонарь и моросил дождь, и ответил:

— Да, это Игорь на Кострова вышел. Парень упёртый, сам влез в это дело, хотя мы его предупреждали. Чуть не погиб там, в парке, еле успели вытащить. Призрак его здорово потрепал… А привлекать его… Вячеслав замялся, подбирая слова. — Кристина против. Я и сам хотел его взять, обработать, в отдел забрать. Но она что-то «почуяла», сказала что рано ещё.

Полковник нахмурился, его брови сошлись на переносице.

— Кристина, значит, — протянул он, потирая подбородок. — Но парень то сам лезет! В одиночку он точно не справится, это ж не с пьяными дебоширами разбираться. Возьмите над ним шефство, присмотрите хотя бы, чтоб не наломал дров.

— Я предлагал, — Вячеслав развёл руками. — Но Кристина категорически против. Говорит, что у него свой путь.

Полковник замолчал, глядя на Вячеслава так, будто пытался понять, не утаивает ли тот что-то. Затем он отхлебнул чай, поставил чашку на стол и заговорил уже спокойнее, но с твёрдостью:

— К Кристине стоит прислушиваться, согласен. Она нас ни раз выручала. Но всё равно следите за этим Игорем. Он, в отличии от вас, штаны не просиживает, — в его голосе мелькнул укор. — Быстрее вас на колдуна выйдет, помяни моё слово. И если что — подстрахуйте.

Вячеслав коротко кивнул, хотя ему не особо нравилось, что какой-то помощник участкового обходит их отдел.

— Понял, Григорий Иванович. Будем держать руку на пульсе, — ответил он, направляясь к двери.

— И ещё, — окликнул его полковник, уже уткнувшись в бумаги. — Если Кристина что-то ещё «почует» про этого парня, сразу мне доложи.

Вячеслав коротко кивнул и вышел из кабинета.

Перекрёсток

Игорь лежал, прижавшись к Лизе, её тёплое дыхание касалось его плеча, она уже уснула, а ему мешали мысли в голове. Он лежал и слушал мерный стук дождя о стекло. Игорь отогнал все мысли, сейчас было важно только одно, и она лежала рядом. Он медленно провалился в сон.

Игорь замер в центре перекрёстка, сгущались сумерки, а холодный ветер кружил пыль и сухие листья. На каждой из четырёх дорог, расходящихся в разные стороны, стояла одинокая фигура, их силуэты едва проступали в тусклом свете угасающего дня.

На первой дороге стояла женщина, исцелившая его у больницы. Её платье в мелкий цветочек колыхалось, а глаза сияли, как роса под луной. Она улыбнулась, но в её улыбке не читалось ничего хорошего. «Иди к нам, Игорь, — её голос звенел, как ручей. — Мы научим тебя видеть мир, таким какой он есть, хранить его тайны. Ты станешь частью того, что больше людей». Она протянула руку, и от её ладони исходило мягкое свечение.

На второй дороге стоял Вячеслав, в своём потрёпанном плаще, с усталым, но твёрдым взглядом. В руках он держал кинжал, лезвие которого блестело. «Игорь, хватит играть в героя-одиночку, — его голос был резким, но в нём сквозила забота. — Присоединяйся к нам. Мы боремся с тьмой, чтобы обычные люди, могли спать спокойно. У тебя есть упорство, мы дадим тебе знания». Он шагнул ближе.

На третьей дороге стоял Костров. Его лицо было измождённым, глаза горели лихорадочным блеском. «Ты же чувствуешь, как она зовёт тебя, Игорь, — его голос словно гипнотизировал. — Сила. Настоящая сила, чтобы никто не смел тебе угрожать. Прими её, стань таким как я и тебе не будет равных». Тень за его спиной шевельнулась.

На последней дороге, уходящей от перекрёстка, стояла Лиза. Она молчала, её рыжие волосы развевались на ветру, а глаза были полны тревоги и любви. Она не звала его, не протягивала руку, но её присутствие было таким тёплым, таким родным, что Игорь невольно шагнул к ней. Тут же послышались голоса других: «Выбери, Игорь! Выбери свой путь!» — кричали они, и их слова отдавались эхом в голове.

Игорь резко открыл глаза. В комнате было темно. Лиза спала рядом, её рука лежала на его груди. Дождь за окном стих. В ушах всё ещё звучало эхо голосов. Он осторожно сел, стараясь не разбудить Лизу. Сон не отпускал.

Он прошёл на кухню и налил себе воды. Почему просто не оставить это дело? Почему просто не жить с Лизой, забыть колдунов и призраков?

Утром, пока Лиза готовила кофе, Игорь сидел за столом, рассеянно глядя в окно. Она заметила его задумчивость и коснулась его руки.

— Что-то случилось? — спросила она, прищурившись. — Опять этот колдун в голове?

Игорь улыбнулся.

— Нет, всё хорошо, просто сон дурной приснился, — ответил он, не вдаваясь в подробности.

Лиза рассмеялась, её смех был лёгким и задорным.

— Игорь, не бери в голову, ещё глупых снов не хватало, — сказала она, чмокнув его в щёку. — Мне пора на работу. Не скучай! — Она подхватила сумку, ещё раз улыбнулась и ушла, оставив за собой приятный аромат духов.

Игорь остался один на кухне. Тишина давила, а сон не отпускал. Перекрёсток, голоса, выбор… Он потёр виски, пытаясь отогнать мысли, но они только глубже заседали в голове.

Внезапно послышался шорох, и из вентиляции, кряхтя, выбрался Моа. Домовёнок отряхнулся, зевнул и забрался на стул напротив Игоря.

— Привет, — пробурчал он, щурясь. — Чего такой хмурый? Давай угощай гостя.

Игорь посмотрел на Моа. Вокруг домового дрожало слабое серебристое свечение, еле заметное, но отчётливое. Помощник участкового нахмурился.

— Моа, а ты чего… светишься? — спросил он, наклоняясь ближе.

Домовёнок замер, осмотрел себя с ног до головы, потом недоверчиво посмотрел на Игоря.

— Чего? — переспросил он, подняв бровь. — Ты головой не ударялся? Какое свечение? Я же не лампочка!

— Ладно, проехали, — сказал Игорь. — Просто… странный день.

Моа прищурился, сомневаясь, что собеседник с ним откровенен, но сменил тему.

— Слушай, а чего с тобой вообще вчера произошло? — спросил он, скрестив лапки. — Ты явно вчера Лизе не всю правду рассказал. Вон одежда не та, не было у тебя такой. Я ж не слепой, ведёшь себя странно, да и пахнешь…

— Ты ещё и в моих вещах успел покопаться? Лизе ни слова, понял? — Он сделал паузу, дождался утвердительного кивка от домового. — Я позавчера вечером в парк ходил, с мавкой пообщаться, а после около парка столкнулся с колдуном, Костровым. Он… призрака на меня натравил. Меня здорово потрепало. Слава богу Вячеслав, с особого отдела, там оказался, в больницу меня отвезли. Там зельями подлечили и вчера вечером отпустили.

— Это чего это, зельями прям полностью вылечили? — спросил Моа. — Не так уж сильно тебя значит ранили, раз за день оклемался и без шрамов.

— С больницы-то я ещё вышел с повязкой, да мне было гораздо лучше, но раны ещё чувствовались, — Игорь прикоснулся к животу, где ещё вчера всё зудело. — Я когда из больницы выходил, там странная женщина была. Она подошла ко мне, положила руки прямо на раны, и… их как будто и не было.

Моа слушал, наклонив голову, и его маленькие глазки блестели от любопытства. Когда Игорь закончил, домовёнок почесал нос и задумчиво проговорил:

— Хм… А я всё думаю, чего это от тебя берегиней пахнет.

Игорь нахмурился.

— Берегиню? Это кто ещё?

Моа откинулся на спинку стула.

— Ну как тебе объяснить… Берегини — это духи, они от природы силы берут, приглядывают за ней. Реки, леса, поля — их вотчина. Говорят, они добрые, людей защищают, но только тех, кто сердцем чист. Но видят их не часто. Я никогда не сталкивался с ними. Дядя Федя встречал одну, лет сто назад, он мне про них и рассказал.

Игорь смотрел на Моа, переваривая слова. Берегиня…

Спасибо, Моа, — сказал он, допивая уже остывший кофе. — Пойду прогуляюсь, проветрюсь.

Домовёнок хмыкнул, спрыгнул со стула и полез обратно в вентиляцию, пробормотав:

— Ты там это, аккуратнее что ли.

Игорь остался один, глядя на пустую кружку. Свечение вокруг Моа, слова о берегине, сон о перекрёстке — всё это создавало ещё больше вопросов. Надо было проветриться, привести мысли в порядок. В голове мелькнула идея: сходить в парк, порасспрашивать мавку, она ведь связана с природой, наверняка знает про берегинь больше, чем Моа. Но надо ждать вечера.

Игорь накинул куртку и вышел на улицу. Небо было затянуто тяжёлыми серыми тучами, воздух пах сыростью, а асфальт блестел от ночного дождя. Город жил своей жизнью: машины гудели, прохожие шли по своим делам, но всё это казалось очень далёким.

Ноги привели его на набережную. Река лениво текла, её поверхность рябила от ветра. Игорь сел на скамейку, вдохнул влажный воздух и прикрыл глаза. Шум города отступил, остался только плеск воды и шелест листвы.

Внезапно что-то вокруг изменилось. Игорь открыл глаза, чувствуя лёгкое беспокойство. Он огляделся, но набережная была пуста, лишь вдали старушка выгуливала собаку. Лишь через мгновение боковым зрением он увидел движение. Вдоль берега, медленно, будто никуда не торопясь брела тень. Фигура была смутной, как дым, но очертания напоминали человека: сгорбленные плечи, голова наклонена слегка вбок. Тень не смотрела по сторонам, не замечала редких прохожих, как и те её. Игорь моргнул, но тень не исчезла. Она также медленно дошла до воды и исчезла.

Игорь вскочил, подошёл к тому месту, где пропала тень, но там не было ничего — только небольшие волны набегали на берег. Он вернулся на скамейку, сел, оглядывая набережную, ожидая, что увидит ещё что-то необычное. Но река текла спокойно, редкие прохожие шли мимо. Он ждал, вглядываясь в воду, в деревья, в серое небо, в людей, проходящих мимо, но ничего больше не происходило.

В животе заурчало, напоминая, что с утра он толком не ел. Игорь встал, решив зайти в киоск с шаурмой, который видел неподалёку. У киоска стоял привычный запах жареного мяса, продавец, молодой парень в кепке, кивнул Игорю, будто старому знакомому. Игорь сделал заказ.

Пока шаурма шипела на гриле, он оглядывался по сторонам. Через дорогу женщина продавала мороженое, рядом c её тележкой стояла девочка, лет двенадцати, в ярко-жёлтой кофте, с двумя косичками. Она что-то весело говорила. Игорь замер. Вокруг девочки дрожало лёгкое свечение, похожее на то, что он видел с утра у Моа, но оно отличалось — с мягкими переливами голубого и золотистого, словно солнечные блики на воде. Он прищурился, пытаясь понять, не мерещится ли. Свечение было еле заметным, но отчётливым. Она купила мороженое, лизнула его и пошла по улице. Игорь смотрел ей вслед, но не двинулся с места. Следить за ребёнком? Нет, это слишком странно.

— Готово! — сказал продавец, протягивая шаурму.

Игорь забрал свой обед, пробормотал «спасибо» и пошёл дальше, жуя на ходу. Улица гудела: школьники бежали с рюкзаками, пара стариков спорила у остановки, голуби клевали что-то на тротуаре. Он искал скамейку, чтобы присесть и спокойно поесть. Наконец заметил одну, укрытую ветвями старого дуба. Листья шуршали над головой, пахло сырой корой и землёй. Игорь сел, откусил ещё кусок и уставился в пустоту, позволяя мыслям течь свободно.

Всё, что произошло с ним с тех пор, как он стал помощником участкового, кружилось в голове. Волкодлаки, духоземцы, колдуны, особый отдел, берегини… Когда это стало нормальным в его жизни? А теперь ещё и тени у реки, свечение вокруг домового и детей. Его это перестало пугать, теперь ему стало интересно — интересно разобраться во всём этом.

Игорь доел шаурму, скомкал бумагу и выкинул в рядом стоящую мусорку. Он смотрел, как ветер гоняет пыль по улице, и вдруг понял, что впервые за долгое время чувствует не растерянность, а любопытство.

Звук рядом прервал его мысли. Игорь повернул голову, рядом с ним на скамейку подсел пожилой мужчина. На вид было сложно определить сколько ему лет, может быть семьдесят, а может и девяносто — лицо покрыто морщинами, но глаза ясные, живые. Он улыбался, по-доброму. На нём был старый серый плащ, в руках он держал трость. Игорь улыбнулся старику в ответ, но взгляд его замер. Вокруг мужчины сияло свечение — яркое, с переливами от глубокого синего до мягкого зелёного. Оно пульсировало как дыхание.

— Привет, Игорь, — голос старика был мягкий, с лёгкой хрипотцой. — Что, запутался во всём этом?

Игорь удивился и повернулся к нему. Старик смотрел прямо на него, его глаза блестели. Откуда он знает его имя? Игорь кашлянул, пытаясь скрыть удивление, и ответил, стараясь звучать спокойно:

— Здравствуйте… А откуда вы меня знаете?

Старик рассмеялся, и смех его был тёплым и добрым, дружеским. Он откинулся на спинку скамейки, постукивая тростью по земле.

— Не переживай, Игорь, — сказал он, прищурившись. — Я много чего знаю. А ты зови меня Иванычем, так удобнее будет.

Игорь невольно улыбнулся, хотя в голове вихрем кружились вопросы. Он взглянул на старика, свечение вокруг него стало чуть ярче. Игорь, чувствуя, что этот человек — или кто он вообще? — знает многое. Он решил рискнуть.

— Приятно познакомиться, — начал он, подбирая слова. — А вот… это сияние вокруг вас… Что это? Я сегодня уже видел похожее, и мне почему-то кажется, вы понимаете, о чём я говорю.

Игорь внимательно смотрел на старика, ожидая, что тот отшутится или переведёт разговор в другое русло. Но Иваныч лишь кивнул, будто ждал этого вопроса. Он положил трость поперёк коленей и его пальцы медленно погладили резную рукоять. Глаза старика на миг затуманились, словно он смотрел не на Игоря, а куда-то дальше.

— Ты видишь силу, Игорь, — сказал он наконец, и голос его стал немного тише. — Силу, что принадлежит не твоему миру, а тому, что рядом… за тонкой завесой. Говорят, что можно по свечению понять предназначение того, кто этой силой владеет. Но видеть — это только начало. Понять, что с этим делать… будет сложно.

Игорь вспомнил Моа с его серебристым свечением, девочку с голубо-золотистыми бликами… Он много о чём хотел спросить, но мысли путались.

— А… как я её вижу? — выдавил он наконец. — Почему другие не видят, да и я раньше не замечал?

Иваныч улыбнулся, но в этой улыбке было что-то хитрое. Он наклонился чуть ближе, и Игорь почувствовал слабый запах трав — полыни и мяты.

— На этот вопрос ты сам найдёшь ответ, когда придёт время. Ну а видеть стал только сейчас, просто тебе немного помогли.

Игорь нахмурился. Он вспомнил женщину в платье с цветочками. Моа сказал, что это берегиня. Неужели она помогла? Он посмотрел на Иваныча, тот будто читая его мысли кивнул. Но ничего не сказал.

— Берегини помогли? — спросил Игорь, голос его слегка дрогнул. — Можете про них подробнее рассказать?

Иваныч откинулся назад, глядя на дуб, чьи ветви шелестели над их головами.

— Берегини, — протянул он, словно пробуя слово на вкус. — Они как река. Текут, хранят, иногда помогают. Может и они помогли, а может и нет, это разве имеет значение? — он ухмыльнулся, но глаза его были серьёзными. — Тебя разве эти вопросы беспокоят?

— Меня многое беспокоит, я попал в такой круговорот, в котором очень сложно разобраться, а с каждым днём вопросов становится только больше, мне только покажется что стало что-то понятно, как тут же всё меняется, — сказал он, глядя на Иваныча. — Теперь это… сияние. Я даже не знаю, что с эти делать. Все, кто светятся, они что… духи?

Иваныч рассмеялся, и на этот раз смех его был громким, как раскаты далёкого грома. Он хлопнул себя по колену, его трость чуть не упала на землю.

— Духи, говоришь? — сказал он, стирая рукой, появившуюся от смеха, слезу у глаза. — Ну, спасибо, Игорь, повеселил старика. Я думал, тебе уже объясняли и домовой и мавка. Не все духоземцы духи, и сила не только у них есть.

— А для чего мне видеть эту силу? — так же не понимающе спросил Игорь.

Иваныч промолчал. Игорь всё ждал ответа, но старик упорно делал вид, что не слышал вопроса.

— А тень? Я сегодня видел тень у реки. Она… не светилась. Просто брела и исчезла. Что это было?

Иваныч нахмурился. На его лице мелькнула тревога. Его голос стал более серьёзным.

— Тень, говоришь? — Он сделал паузу, глядя Игорю в глаза. — Скорей всего, ты видел тех, кто застрял между мирами, либо бродит тут как гость непрошенный, которому не место в этом мире. Иногда они безвредны, просто потерянные. Но иногда… — Он замолчал, постукивая тростью.

Игорь задумался над словами Иваныча о тенях. Он смотрел на старика, пытаясь уловить, вдруг тот что-то не договаривает. Тревога, мелькнувшая в его глазах, вряд ли была случайной, это немного пугало. Игорь открыл было рот, чтобы спросить ещё, но Иваныч поднял руку, останавливая его. Жест был мягким, но уверенным.

— Погоди, Игорь, — сказал он, и голос его снова стал спокойным. — Не торопись с вопросами. Они у тебя в голове все переплелись. Подумай хорошенько, что хочешь знать, что тебе вправду интересно. А когда будешь готов задавать их — приходи сюда, на это же место. Я пойму, что ты готов и когда надо приду сюда же.

Игорь моргнул, переваривая слова. Он взглянул на старика, на его сине-зелёное свечение. Иваныч улыбнулся.

— Спасибо вам, — сказал Игорь. — За… всё это. Я подумаю и обязательно приду сюда.

Старик кивнул, его глаза блеснули.

— Вот и ладно, парень, — ответил он, вставая со скамейки. — Береги себя, Игорь. — н поправил плащ, взял троить и, постукивая ею по асфальту, пошёл по улице. Его фигура, чуть сгорбленная, но полная силы, растворилась в сером свете дня. Игорь потерял его из виду.

Игорь остался один, глядя на пустую улицу. Ветер шуршал листьями дуба, запах сырой коры смешивался с городской сыростью. Он откинулся на спинку скамейки, пытаясь осмыслить весь разговор. Странный старик… Игорь не понимал, почему так легко ему доверился. Что-то в Иваныче успокаивало, внушало доверие. Игорь потёр виски, чувствую, что вновь вопросов становится больше, чем ответов.

Он посидел ещё немного, глядя, как голуби бродят по тротуару и клюют всё подряд. Игорь встал, потянулся, и обратил внимание, что небо словно стало чуть темнее, а воздух прохладнее. Вечереет? Игорь нахмурился, в животе снова заурчало, он удивился — он же только что ел шаурму, да и с Иванычем проговорили они от силы минут двадцать, не больше.

Он достал телефон, взглянул на экран и замер. Было почти семь вечера. Глаза полезли на лоб, он непонимающе огляделся вокруг.

Учитель

Немного придя в себя, Игорь решил не обращать внимания на то, что прошло больше времени, чем казалось. Пора бы уже привыкнуть к тому, что вокруг постоянно творится что-то непонятное. Он направился в сторону парка, по пути зашёл в продуктовый магазин и купил конфет. Когда он дошёл до парка, уже начинало темнеть. Вечерний воздух был прохладным, а листья на деревьях тихо шуршали от ветра. Игорь нашёл знакомое место – небольшую полянку с лежащей на земле корягой, на которой он сидел в прошлый раз. Развязав пакетик с конфетами, он поставил его перед собой. Спустя пару минут, словно из воздуха, появилась мавка.

– Мне, конечно, приятно, что у меня гости, но что-то ты зачастил. Опять по делу? – спросила она, её голос был мягкий, но с лёгкой насмешкой.

– Привет, – ответил Игорь, чувствуя себя немного неловко. – С вопросами, на которые ты, надеюсь, сможешь ответить. – Он улыбнулся. – Но обещаю, буду приходить не только по делам.

– Ну, задавай, может, что и знаю, – проговорила мавка, доставая конфету из пакета. Её движения были лёгкими, почти неуловимыми.

– Я хотел спросить про берегинь.

Мавка подняла бровь, её глаза сверкнули любопытством.

– А чего про них спрашивать? Природу любят, другим не вредят, коли им вреда не причиняют. В чужие дела не вмешиваются. Откуда у тебя к ним интерес?

– Да, похоже, повстречал недавно одну, – сказал Игорь, немного смущаясь. – Когда в прошлый раз от тебя уходил, наткнулся на колдуна, ну, как раз на того, про которого тебя расспрашивал. Меня немного потрепало, в больницу попал. А потом встретил женщину незнакомую, она мне раны залечила. Домовой потом сказал, что от меня берегиней пахнет.

Мавка задумчиво жевала конфету, её взгляд стал серьёзнее.

– Интересно, зачем ты им понадобился, – пробормотала она.

– Почему именно понадобился? – немного удивлённо спросил Игорь. – Может, она просто по доброте душевной?

– Говорю же, не вмешиваются они в чужие дела, раз помогли, значит, ты им зачем-то нужен.

– Я же обычный человек, чем я смогу помочь берегиням?

– Обычный, говоришь? В тебе что-то изменилось, ты разве не заметил? – спросила мавка, её голос стал тише, почти шёпотом.

Игорь задумался. Изменился? Может быть, речь о том, что он начал видеть свечение вокруг духоземцев? Помощник участкового посмотрел на мавку – вокруг неё было еле заметное, светло-зелёное свечение.

– Да, вот с утра заметил, свечение вижу, вокруг таких, как ты. Какой-то старик сказал, что это я силу вижу.

– А говоришь, простой человек, – усмехнулась мавка.

– Так а чем это может помочь берегиням? Как по мне, это вообще довольно бесполезная способность.

– Бесполезная. Потому что ты мало знаешь и не понимаешь, как этим пользоваться.

– А что это? Я что, стал… не человеком?

Мавка рассмеялась, её смех был лёгким и звонким. Её глаза искрились весельем.

– Да нет, как был человеком, так и остался. Иногда правда кажется, что поглупел немного, – она залилась смехом. – Ладно, извини, со временем поймёшь, что к чему и кто ты.

– Знаешь, я вроде бы и получил ответы на свои вопросы, только вот вопросов меньше почему-то не становится. Все говорят какими-то загадками, – вздохнул Игорь.

Мавка улыбнулась, доставая ещё одну конфету.

– Так случается, Игорь.

Игорь кивнул, встал, попрощался с мавкой и направился на выход из парка, размышляя о том, что узнал.

Когда помощник участкового уже выходил из парка, его окликнул знакомый голос. Он повернулся – чуть в стороне, прислонившись к забору, стоял Вячеслав. Игорь подошёл к нему, чувствуя лёгкое напряжение.

– Так и знал, что найду тебя здесь, – сказал сотрудник особого отдела, его голос был усталым.

– Привет, – ответил Игорь, протягивая руку. – А чего ты меня ищешь?

– Да не то чтобы ищу, вот, передать хотел, – Вячеслав достал из пакета, который держал в руках, что-то завёрнутое в тряпку и протянул Игорю.

Помощник участкового взял свёрток, размотал его. Внутри оказался кинжал – на первый взгляд ничем не примечательный. Старая деревянная рукоятка с резными узорами, прямой клинок, не очень длинный, вместе с рукояткой сантиметров двадцать. Кинжал окутывало лёгкое свечение, слегка оранжевое, кажется, это снова та «сила», которую Игорь внезапно начал видеть. Тут же были ножны, старые и потёртые, из потемневшей кожи, которые можно было повесить на пояс.

– Это чтобы защищаться от колдуна? – спросил Игорь, поворачивая кинжал в руках.

– Колдуну он вряд ли причинит вред, а вот его помощникам-призракам – вполне, – ответил Вячеслав, и добавил, глядя куда-то в сторону. – Я не могу дать тебе что-то, что защитит от самого колдуна. Не потому, что не хочу, а потому что нет от него какой-то определённой защиты. Он слишком силён.

– Спасибо тебе, и за кинжал, и за то, что спас в прошлый раз, – сказал Игорь с благодарностью в голосе. – Я пока не собираюсь лезть к колдуну, пока не пойму, как смогу ему противостоять.

– Правильное решение. Только вот колдуна ты, похоже, тоже заинтересовал, и, думаю, он не очень-то обрадовался потере своего помощника. Может тебя искать, будь осторожен, – наставлял Вячеслав почти по-отечески. – Если заметишь что-то странное или выйдешь на его след, сразу звони мне. Постарайся не ввязываться в одиночку. И да, вот ещё… Он достал из кармана визитку и протянул её Игорю.

Игорь взял её – простая белая картонка с надписью: «Крупинский Вениамин Геннадьевич» и номером телефона.

– Ты пока в отпуске, встреться с этим человеком. Думаю, он сможет тебе помочь, кое-чему научить. Я его предупредил, что ты обратишься. Ну, мне пора. Тебя подбросить до дома? – сказал Вячеслав.

– Да нет, я прогуляюсь, приведу мысли в порядок. Спасибо ещё раз, – ответил Игорь. Они пожали руки на прощание и разошлись в разные стороны.

Игорь достал телефон и набрал номер Лизы. Воздух становился холоднее, на улице уже горели фонари и отбрасывали длинные тени.

– Привет, я скоро буду дома, – сказал он, с нетерпением ожидая встречи.

– Ой, наконец-то! Я уже волноваться начала, – ответила она с теплотой. – Жду тебя, Игорь.

– Надо что-то в магазине взять? – спросил он, чуть замедляя шаг.

– Если только молоко и можно взять печенье для Моа. А то он всё сладкое в доме съел.

– Хорошо, сейчас зайду. Скоро буду, – улыбнулся Игорь и повесил трубку.

Он шёл по улице, прохладный ветер дул в лицо, а в голове крутились мысли: «Сначала я искал колдуна, теперь возможно, он меня ищет. Надо как-то обезопасить Лизу. Сам-то как-нибудь справлюсь. Ну ничего, теперь есть хоть какое-то оружие, которое может помочь, и Вячеслав сказал, что Крупинский меня чему-то научит. Завтра обязательно позвоню. К тому же, со слов мавки выходит, что я зачем-то понадобился берегиням. Это пугает, судя по всему, они сильные. Чем я могу им помочь? Ещё эта способность видеть свечение… Лучше называть это аурой. Странная штука, непонятно, зачем она мне».

Игорь повернул на улицу, где был продуктовый магазин, и замер. В тусклом свете фонарей по дороге скользили тени – очень похоже на то, что описывал дядя Митя. Они двигались бесшумно, и словно не замечали его. Сердце ёкнуло, но он решил, раз они не замечают его, то лучше сделать вид, что и он не замечает их. На всякий случай он взялся за рукоять кинжала, готовый в любую секунду выхватить его из ножен. «Вы меня не трогаете и я вас не буду трогать», – мысленно приговаривал он.

Одна тень, тонкая и вытянутая, вдруг замедлилась и двинулась прямо к нему. Она остановилась прямо перед ним, создавалось впечатление, что она хочет что-то ему сказать или о чём-то попросить, но через мгновение развернулась и продолжила свой путь. «Может мне показалось? Может, она просто… по своим теневым делам бредёт?» – подумал он, хмыкнув, чтобы снять напряжение.

Игорь выдохнул, зашёл в круглосуточный магазин, где пахло хлебом. Быстро схватил молоко и пачку печенья с шоколадной крошкой, расплатился и вышел. Игоря больше ничего не волновало, кроме того, что он как можно скорее хотел оказаться в уютной квартире Лизы, обнять её, услышать её голос, почувствовать её дыхание…

Лиза встретила его с растрёпанными волосами и домашней футболке, сразу кинулась ему на шею. Игорь почувствовал, как напряжение отступает, исчезают все проблемы, это то, чего он больше всего хотел.

– Ты чего так долго? – спросила она.

– Да, знаешь, день был насыщенный, – сказал он, проходя в квартиру. Из кухни доносился запах жареной рыбы.

За чашкой чая, после ужина, Игорь коротко рассказал о сегодняшних событиях: о встрече с мавкой, о кинжале от Вячеслава, о внезапно появившейся странной способности видеть ауру. Про берегинь он умолчал, не хотелось лишний раз пугать Лизу. Она слушала, подперев подбородок, её глаза расширялись от удивления.

– Аура, значит? – переспросила она, прищурившись. – А у меня тоже есть аура? А может ты ещё что-то можешь? Может ты теперь экстрасенс? Попробуй найти, куда я свою косметичку подевала, точно знаю, что где-то дома, но я всё перерыла, нигде нет.

– Нет, у тебя я не вижу ауру, я вижу её только у тех, у кого есть сила духоземцев, как я понял. Если я ещё что-то могу, то пока об этом не знаю, и вроде я не экстрасенс, – Игорь приложил пальцы к вискам, закрыл глаза, начал что-то бормотать под нос. – Нет, точно не экстрасенс, не знаю где косметичка, – добавил он весело улыбаясь.

– Ну и ладно, ты и без экстрасенсорных способностей парень хоть куда, – Лиза улыбнулась и чмокнула Игоря в щёку.

– А чего это Моа не видать? Печенье на столе, чай налит, а его нет. – спросил Игорь удивлённо.

– Не знаю, – пожала плечами девушка. – Может, своими домовыми делами занят. – Она встала со стула и потянула Игоря в спальню.

«Надо срочно найти способ защитить её» – промелькнула мысль в голове.

С утра, сразу после того, как они с Лизой позавтракали и она убежала на работу, Игорь достал визитку, которую вчера дал Вячеслав. За окном было ясное утро, солнце пробивалось через занавески, а в воздухе витал запах свежесваренного кофе. Он набрал номер, немного волнуясь. После нескольких гудков послышался голос – неожиданно высокий, почти юношеский. Игорь ожидал солидного баритона человека в возрасте, а услышал парня, возможно своего возраста или даже младше.

– Алло, слушаю вас! – Сказал собеседник.

– Доброе утро, – начал Игорь, стараясь скрыть удивление. – Мне вашу визитку дал Вячеслав.

– Ааа, – Протянул Крупинский, и его голос тут же стал заинтересованным. – Вы тот помощник участкового, который по воле судьбы стал мишенью для могучего колдуна? Внимательно слушаю!

Игорь слегка опешил: Вячеслав, похоже, рассказал всё в подробностях. Но это только больше внушало доверие – значит, Вячеслав ему доверяет и он, возможно, действительно может помочь.

– Вячеслав сказал, что вы можете чем-то помочь, даже чему-то научить. Хотелось бы встретиться, обсудить.

– Да, ваш вопрос точно не требует отлагательств. Сегодня сможете подъехать?

– Да, в любое удобное для вас время, – ответил Игорь.

– Хорошо, давайте через час, – Крупинский продиктовал адрес.

Ровно через час Игорь стоял на окраине города перед небольшим частным домом с высоким деревянным забором. Солнце немного припекало, в воздухе жужжали пчёлы, а где-то неподалёку лаяла собака. Рядом с калиткой на заборе висел звонок. Игорь нажал кнопку. Спустя минуту калитка открылась со скрипом, из неё выглянул Вениамин Геннадьевич. Они с минуту внимательно разглядывали друг друга, словно оценивая. Вениамин был чуть ниже Игоря, спортивного телосложения, с тёмными растрёпанными волосами и гладковыбритым лицом. На вид ему было лет двадцать пять, но мелкие морщинки у глаз намекали на опыт.

– Доброе утро, меня зовут Вениамин, – сказал он, протягивая руку. – А вы, значит Игорь?

– Всё верно. – ответил помощник участкового, пожимая крепкую ладонь. – Рад с вами познакомиться.

– Вячеслав рассказал, чем я занимаюсь? – спросил новый знакомый. – И кстати, вы не против перейти на «ты»?

– Вячеслав только сказал, что вы можете мне помочь. Больше ничего. Согласен, на «ты» будет удобнее. – ответил Игорь.

– Отлично! Давай тогда пройдём в дом, я коротко расскажу, чем занимаюсь, и подумаем, как тебе помочь.

Они прошли во двор, Игорь осмотрелся: посреди участка стоял старый дуб, качели и несколько построек, похожих на бытовки. Они прошли в дом, Игорь чувствовал смесь любопытства и настороженности. Ему очень хотелось узнать с кем его всё же решил познакомить Вячеслав. В воздухе слышался лёгкий запах старой бумаги, смешанный с нотами каких-то трав и воска.

Просторная комната, куда привёл Вениамин, была залита мягким светом из широкого окна. Посреди комнаты стоял массивный деревянный стол, заваленный бумагами, пожелтевшими картами и какими-то непонятными предметами – то ли амулетами, то ли необычными инструментами. Вдоль стен тянулись высокие стеллажи, плотно заставленные книгами в потрёпанных переплётах, Некоторые тома выглядели настолько древними, что, казалось, могли рассыпаться от одного прикосновения. В углу комнаты стояли два уютных кресла с слегка потёртой кожаной обивкой, а между ними – небольшой круглый столик, на котором красовалась шахматная доска с расставленными фигурами.

– Чай, кофе? Может, виски? – Спросил Вениамин, направляясь к двери, ведущей, видимо, на кухню.

– От кофе не откажусь, – ответил Игорь, оглядываясь.

– Тогда присаживайся, через минуту вернусь, – сказал хозяин дома, указывая на кресло у шахматного столика. – Кстати, в шахматы играешь?

Игорь улыбнулся, вспомнив, как пытался обыграть одноклассника на школьном турнире и позорно проиграл за три хода.

– Да так, последний раз в седьмом классе пробовал, – признался он, опускаясь в кресло. Оно оказалось удобным.

– Ну, ничего страшного, – улыбнулся Вениамин. Уже скрываясь за дверью. Заодно и вспомнишь. Ты же не против?

– Конечно, не против, – ответил Игорь, откидываясь на спинку и разглядывая комнату.

Пока Вениамин гремел посудой на кухне, Игорь изучал книги на ближайшем стеллаже. Одна из них, в тёмно-зелёном переплёте, привлекла внимание: на корешке было вытиснено что-то вроде руны, а рядом – едва читаемое слово, похоже, на латыни. «Надеюсь, мне не придётся всё это читать», – подумал Игорь.

Вениамин вернулся с двумя дымящимися кружками кофе, поставил их на столик и сел в кресло напротив.

– Ну, рассказывай в подробностях, – начал разговор хозяин дома, отпивая глоток. – Вячеслав вкратце описал твою ситуацию, но я сейчас смотрю на тебя, и понимаю, что возможно он не всё про тебя знает. Рассказывай, у тебя есть какие-то силы, способности?

Игорь удивлённо посмотрел на Вениамина.

– А что, по мне сразу заметно? – удивленно спросил он.

– С моим опытом, многое становится заметно, ты не обращай внимания что я молодой, у меня детство тяжело было. – серьёзно ответил Крупинский.

Игорь сделал паузу, собираясь с мыслями, отпил кофе. Кофе был вкусным, довольно крепким, с лёгкой кислинкой. В комнате царила тишина.

Помощник участкового рассказал свою историю, как он приехал в этот город, стал помощником участкового, как в первый день столкнулся с волкодлаком. Рассказал про колдуна, про встречу с берегиней, про то, что начал видеть ауры, про старика на скамейке, про то, о чем ему рассказала мавка.

– И вот получается, что у меня есть какая-то способность, которая для меня непонятна. Вероятно, меня ищет колдун, а у меня только кинжал, который я могу ему противопоставить. По словам мавки ещё и берегиням от меня что-то надо. У меня каждый день возникает всё больше и больше вопросов, я вроде бы и получаю ответы на некоторые из них, но при этом вопросов меньше не становится. Ты мне сможешь чем-то помочь?

– Интересная у тебя сила, зря ты так. А то, что вопросов много, а ты как хотел? Для тебя считай открылся новый мир, дети тоже рождаются, не зная куда они попали. Помочь думаю смогу. Конечно, не расскажу, как колдуна победить, но пару советов дам и паре фокусов научу. А дальше, думаю ты и сам справишься.

Урок первый.

Шахматная доска между Игорем и Вениамином Крупинским уже во второй раз за утро превратилась в поле его поражения. Игорь нахмурился, глядя на свои фигуры, которые стремительно исчезали под натиском ходов Вениамина.

– Твой ход, Игорь, – сказал Вениамин, отпивая глоток из кружки. В его голосе послышалась насмешка, как будто он уже предвидел конец партии. А может Игорю это просто показалось.

Игорь вздохнул, чувствуя, как внутри закипает смесь раздражения и беспомощности. Он потянулся к коню, но передумал и двинул пешку, понимая, что это только отсрочит неизбежное. Шахматы начинали его бесить – не столько из-за игры, сколько из-за того, что Вениамин, даже не стараясь, громил его, попутно рассказывая о вещах, от которых у Игоря голова шла кругом.

– Так ты… чем вообще занимаешься? – спросил он, пытаясь отвлечься от доски. – Ну, кроме того, что в шахматы играешь.

Вениамин ответил ходом слона, ставя под удар ещё одну фигуру Игоря. Его движения были лёгкими, почти небрежными, для него шахматы – просто фон для разговора.

– Я изучаю паранормальное, – ответил Крупинский, откинувшись в кресле. – Духоземцев, если так привычнее. Кто они, откуда берутся, какие у них слабости, как с ними бороться. Пытаюсь разобраться в истоках их силы – что делает мавку мавкой, а волкодлака волкодлаком. Иногда помогаю особому отделу, в том числе Вячеславу. Помогаю им разбираться с делами, где фигурируют сущности, с которыми они ещё не сталкивались. А иногда беру частные заказы, как охотник. Знаешь, вроде таких как: «уберите полтергейста из подвала» или «усмирите неупокоенную душу, которая мешает спать». Твой ход.

Игорь переваривал слова. Охотник? Он представил Вениамина с кинжалом, крадущегося по лесу за волкодлаком. Он двинул ладью, тут же пожалев, и спросил:

– И что, обычный человек может с ними справиться? Или ты необычный?

Новый знакомый щёлкнул пальцами, и между его большим и указательным пальцами вспыхнул маленький огонёк, дрожащий, как свеча. Игорь уставился на пламя, отбрасывающее тёплые отблески на лицо Крупинского.

– Не фокус, – сказал Вениамин, заметив взгляд Игоря. – Заклинание. Самое простое. И да, обычный человек может справиться. Если знает, как. С простым духом – домовой, недавно появившийся неупокоенный – достаточно знаний. С набравшим силу неупокоенным или с полтергейстом уже нужны навыки, тренировки. Но с волкодлаком или колдуном… – он покачал головой. – Тут без подготовки не обойтись. И лучше иметь что-то особенное.

Игорь сделал ещё глоток кофе, передвигая короля в угол. Он чувствовал себя школьником, которому задали задачку по квантовой физике. Вениамин погасил огонёк и двинул коня, ещё больше запутав позиции.

– Видеть ауры подойдёт под особенное? – усмехнулся Игорь.

Взгляд Вениамина стал внимательнее.

– Давай по порядку. Обычный человек может получить большую силу. Например, стать колдуном, как Костров. Но за это всегда платят. Колдуны сжигают свою жизненную энергию, как дрова. Поэтому они крадут чужую – через обряды, души, жертвы. Без этого они просто сгорят, умрут очень быстро. Твой ход.

Игорь вспомнил измождённое лицо Кострова, его лихорадочный взгляд. Он двинул ферзя, не думая, и Вениамин сразу воспользовался ошибкой, ставя шах.

– А ведьмы? – спросил Игорь. – Они тоже так?

– С ведьмами всё немного иначе, – слегка улыбнулся Крупинский, словно что-то вспоминая. – Они почти перестают быть людьми. Подпитываются тоже жизненной энергией. Поговаривают, что некоторые из них живут больше тысячи лет. Но за это платят человечностью, душой.

Игорь потёр виски, чувствуя, как голова гудит. Он вспомнил рассказ Максима Фёдоровича про студентку Юлю, Седёлкино и страшный обряд. Его король был обречён, он сделал последний возможный ход, понимая, что партия окончена.

– Шах и мат, – сказал Вениамин, делая последний ход. – Ещё партию?

Игорь вздохнул, ощущая себя идиотом. Две партии – и ни шанса. Он кивнул, хоть энтузиазма не осталось.

– Давай. Но, кажется, я безнадёжен.

– Ерунда, – хозяин дома быстро расставил фигуры. – Тебе нужно учиться думать наперёд.

Игорь двинул пешку, любопытство пересиливало усталость от напряжённой игры. Он спросил:

– А волкодлаки?

– Волкодлаки, как и вампиры тоже получают силу, но цена выше, – Вениамин сделал ход конём, – Они же не люди. Зверь берёт верх. Они сильные, быстрые, некоторые даже очень умные, но без души.

Игоря передёрнуло от воспоминаний о когтях и звериных глазах.

– А что с моей способностью видеть ауру? – Игорь посмотрел Вениамину в глаза.

Вениамин на секунду замолчал, пальцы замерли над доской. Он внимательно посмотрел на Игоря.

– Видеть силу – не такая уж и редкость, – сказал он. – Это умеют многие духоземцы. Берегини, некоторые мавки, даже домовые иногда получают такую способность. Но ты человек. Пока так кажется. Откуда у тебя эта способность – не знаю. Может, та берегиня что-то сделала. Может, ты изначально другой. Но раз ты видишь ауры значит, у тебя есть магический потенциал.

– И что, я смогу… как ты? Огоньки зажигать?

Вениамин рассмеялся. Он снова щёлкнул пальцами, снова появился огонёк, только он уже был больше и ярче прежнего.

– Со временем, если тренироваться, обычный человек может творить простые заклинания, варить зелья, но это забирает энергию. А ты, раз видишь ауры, имеешь силу. Сможешь делать заклинания, не тратя жизненной энергии, а вместо неё тратить, так скажем, магическую. Но это только теория, надо проверять. Тренировки, обучение и ещё раз тренировки. Твой ход.

Игорь посмотрел на доску, за разговором он и не понял, как снова уже почти проиграл. Он двинул ладью и спросил:

– И с чего стоит начать обучение?

Вениамин откинулся назад, глаза его немного блестели.

– Не паниковать. Для начала попробуем разобраться с твоей силой.

Игорь посмотрел на доску, где король был вновь окружён, он опрокинул фигуру.

– Может быть, когда-нибудь я стану более интересным соперником в шахматах, – сказал он.

Хозяин дома улыбнулся, отставляя пустую кружку на столик, и, кивнув в сторону двери в дальнем углу комнаты.

– Посмотрим. Допивай кофе, и начнём первый урок, – сказал он, поднимаясь.

Игорь кивнул, допивая последний глоток. Кофе уже остыл. Он поставил кружку рядом с шахматной доской, и встал, чувствуя любопытство. Вениамин говорил о магическом потенциале. Но что это значит на практике?

Они уже подошли к двери – светлой, гладкой, с простой металлической ручкой, поблёскивающей в свете ламп. Крупинский открыл дверь.

– Здесь будет лучше, – бросил Вениамин через плечо и прошёл в комнату.

Помощник участкового шагнул внутрь и остановился, оглядывая комнату. Она была небольшой, но уютной. Пол покрывал мягкий тёмно-серый ковёр, приятный и пружинящий под ногами. В центре стоял низкий деревянный столик, у стены – полка с банками, где лежали сушёные травы. Свет лился через большое окно, приятно освещая комнату. Эта комната отличалась от остального дома своей атмосферой.

– Садись, – Вениамин кивнул на две подушки, лежавшие на ковре, и сам опустился на одну.

Игорь сел напротив, подушка была мягкой и удобной. Он положил руки на колени, повторяя за новым знакомым.

– И что теперь? – спросил он, его одолевало любопытство.

Вениамин посмотрел на него, его глаза были спокойными.

– Мы попробуем тебя научить чувствовать свою силу, – сказал он, чуть наклоняясь вперёд. – Она в тебе есть, но ты её не замечаешь, потому что никогда ей не пользовался. Попробуй расслабиться, прислушаться к своим ощущениям.

Игорь кивнул, всё это звучало слишком туманно. Почувствовать силу? Ну попробуем.

– Закрой глаза, продолжил Крупинский, его голос стал тише, – Дыши. Почувствуй, как ты дышишь. Как бьётся сердце. Не думай ни о чём, просто следи за своими ощущениями.

Игорь закрыл глаза, и темнота мягко накрыла его. Сквозь веки пробивался слабый свет из окна, оставляя лёгкие красные пятна. Он сделал вдох, чувствуя, как прохладный воздух касается ноздрей, грудь медленно поднимается. Выдохнул. Вдохнул снова. Сердце стучало ровно – ту-тук, тук-тук. Он пытался сосредоточиться на этом ритме, но не понимал, что должен почувствовать. Силу? А как она ощущается? Он чувствовал только дыхание и стук сердца.

– Не думай, – голос Вениамина был спокойным. – Не пытайся головой найти силу. Чувствуй себя – дыхание, сердце, тело. Всё вместе.

Помощник участкового вновь сосредоточился на дыхании – вдох, выдох, – стараясь уловить ритм. Сердце билось волнительно, Игорь никак не мог себя успокоить. Как ни старался, он постоянно ловил себя на мысли, что пытается понять как должна ощущаться эта сила. Он старался расслабиться. Но вместо этого в голове всплывал то образ Лизы, поправляющей причёску, то волкодлак, то глаза колдуна, горящие безумием. Он нахмурился, пытаясь отогнать мысли, но они цеплялись, и голова начала немного болеть.

– Расслабься, – сказал его новый учитель, в его голосе появилась лёгкая строгость. – Ты напрягаешься, как будто решаешь математическую задачу. Не дума. Прислушайся к своему телу.

Игорь выдохнул, снова стараясь отпустить мысли. Он снова сосредоточился на своих ощущениях. Пытался уловить, что спряталось за ритмом биения сердца – тук-тук, тук-тук. Но ничего не было. Голова начинала болеть сильнее, как будто кто-то на неё давил изнутри. Он открыл глаза.

– Ничего не выходит, – пробормотал он. – Только голова разболелась.

Вениамин открыл глаза и посмотрел на него. Его взгляд был спокойным и с пониманием.

– Ты слишком стараешься, – сказал он, немного наклоняясь из стороны в сторону, словно разминаясь. – Ты ищешь силу головой, а её надо почувствовать. Помнишь, как ты видел ауры? Ты их не искал, а просто начал видеть. Здесь нечто похожее.

Игорь потёр виски, чувствуя, как к головной боли прибавляется раздражение. Слова Вениамина звучали логично, но на деле это оказалось сложнее чем казалось поначалу.

– И что теперь делать? Ещё раз пробовать?

Вениамин покачал головой и встал, потянувшись.

– На сегодня хватит. Ты слишком зажат. У тебя точно есть сила, иначе бы ты не видел ауры. Пойдём, заварим ещё кофе. Завтра попробуем снова.

Игорь поднялся, чувствуя усталость. Если эта сила в нём есть, и она поможет разобраться с колдуном, он разберётся.

– Завтра, значит, – сказал он, следуя за Крупинским. – Но, если опять ничего не выйдет, ты хоть покажешь, как этот огонёк зажигать?

Вениамин повернулся и улыбнулся немного насмешливо.

– Договорились. Но ты ещё дома попробуй помедитировать, но не напрягайся. А то с такими темпами ты себе только мигрень заработаешь.

Игорь слабо улыбнулся, потирая виски, где всё ещё пульсировала лёгкая боль. Голова ныла, но не так сильно, чтобы отвлекать от разговора. Шутка про огонёк помогла чуть разрядить напряжение, но неудача с медитацией всё равно сидела внутри занозой.

Помощник участкового направился следом за Вениамином, оставляя уютную комнату с мягким ковром и запахом трав позади. Они вернулись в гостиную. Вениамин кивнул в сторону кухни и направился в ту сторону, Игорь пошёл следом.

Кухня была небольшой, с деревянными шкафами и длинной столешницей. На полке стояла кофемашина, рядом – банка с зёрнами. Хозяин дома достал две кружки, поставил их в кофемашину, засыпал в неё зёрна, нажал на кнопку. Она зажужжала, наполняя воздух знакомым ароматом. Игорь сел на стул у стола, глядя, как Вениамин управляется с техникой. Голова ещё слегка ныла, но было уже лучше. Мысли возвращались к медитации. Почему ничего не вышло?

– Ты говорил, мне надо расслабиться, когда я медитировал, – начал он, глядя на льющийся кофе. – Но как это сделать? Я пытался, но вечно о чём-то думал.

Вениамин поставил перед ним кружку с горячим кофе и сел напротив. Он сделал глоток и посмотрел на Игоря.

– Потому что ты пытаешься всё понять головой, – ответил он. – А сила – это не задачка, которую нужно решить. Она в тебе, как дыхание или сердцебиение. Ты же не думаешь, как дышать, а просто делаешь это. Тут примерно также.

Игорь взял кружку и сделал глоток и нахмурился, обдумывая слова.

– Вроде бы ты всё говоришь логично, но на деле всё немного сложнее, чем кажется на словах.

Вениамин улыбнулся, но с пониманием, без насмешки.

– Надо научиться чувствовать себя, своё тело, мир вокруг тоже. Не глазами, не ушами. Ты ждёшь результата, как в шахматах – ход, и сразу видишь результат. А тут нужно время. Я сам, когда начинал, чуть не свихнулся, пока не зажёг этот огонёк. Просто нужна практика и время.

– А что с этой силой? – спросил Игорь, делая глоток, чувствуя, как тепло разгоняет усталость, а головная боль отступает. – Ты сказал, не знаешь, откуда она у меня. Но может есть какие-то предположения?

Новый знакомый задумался, потирая подбородок.

– Пока только догадки, – ответил он. – Я попробую разузнать, покопаться в литературе, людей, знающих поспрашиваю. Но это не быстро.

Игорь кивнул, конечно же, хотелось получить ответы здесь и сейчас, но похоже, всё довольно сложно. Он надеялся, что Вениамин всё же сможет разобраться что к чему. Помощник участкового допил кофе, поставил кружку и взглянул на часы – время уже близилось к трём часам дня. Быстро же время пролетело.

– Ладно, мне, наверное, уже пора, – сказал он, вставая. – Спасибо за всё. Шахматы, кофе, урок. Хоть и не вышло ничего.

Хозяин дома махнул рукой, как будто отгоняя от себя глупость, которую Игорь сказал.

– С первого раза ни у кого не выходит. Главное – не бросать. Завтра утром приходи, будем пробовать ещё. Не жди что всё сразу получится.

– Договорились, – сказал Игорь, оборачиваясь в дверях. – Утром буду. А сколько тебе понадобилось, чтобы этот огонёк зажечь?

Вениамин улыбнулся, словно вспоминая.

– Месяцы, Игорь. И кучу нервов. А ты дома попробуй ещё раз помедитировать, просто расслабляйся. Не думай о силе.

Игорь кивнул, ещё раз поблагодарил нового знакомого за помощь, и уже собирался выйти на улицу, но вдруг остановился, неожиданно вспомнив, то, что его ещё беспокоило.

– Можно тебя ещё кое о чём спросить? – спросил он, нахмурившись, и дождавшись согласного кивка продолжил. – За мной сейчас колдун охотится. Я-то ладно, может, как-то и справлюсь, но близких подставлять не хочу. Может быть есть что-то, что может защитить?

Крупинский задумался, потёр подбородок, глядя куда-то в сторону. Через пару секунд он кивнул.

– Подожди здесь, – сказал он.

Вениамин исчез в глубине дома, его шаги затихли где-то в коридоре. Через несколько минут, он вернулся, держа в руках две тонкие цепочки. Он протянул их Игорю. На каждой висел небольшой кулон размером с десятикопеечную монету, из какого-то металла с матовой поверхностью. На кулоне был выгравирован едва заметный узор, похожий на переплетение линий. Они выглядели как обычная бижутерия, которую можно купить в любом магазине. Игорь взял их в руку, ощущая лёгкую прохладу металла.

– Это обереги, – начал объяснять хозяин дома. – Простые, но работают без сбоев. Если один из тех, кто носит такой кулон, попадёт под магическое воздействие – заклинание, проклятье, что угодно, – второй кулон сильно нагреется. Сразу поймёшь, что беда. Плюс оберег даёт небольшую защиту. Не остановит колдуна, но даст немного времени на спасение.

Игорь кивнул, рассматривая кулоны.

– А как понять, где человек? – спросил он, глядя на Вениамина. – Если кулон нагреется, я же не буду знать, где искать.

Крупинский слегка улыбнулся.

– Ну тут магия не обязательна, – ответил он. – Используй обычные методы. Поставь приложения на телефон себе и кому второй предназначается, чтобы смотреть, где человек находится.

– А это чтобы дом защитить, – Вениамин протянул три бумажки, размером с игральные карты. На каждой были нарисованы непонятные символы чёрной краской. – Повесишь одну на входную дверь с внутренней стороны. Это не даст духам проникнуть в дом. Ещё две на всякий случай, может на работе повесишь или ещё где. Против колдуна они бесполезны, конечно, но от его помощников защитят.

– Ещё раз спасибо огромное, – поблагодарил его Игорь. – Тогда до завтра.

Игорь пожал ему руку, поблагодарил ещё раз и направился к дому.

Искра

Игорь вышел из дома Вениамина, засунув руку в карман брюк, где лежали кулоны и бумажки-обереги. Солнце стояло высоко, августовская жара обволакивала улицу, а воздух пах асфальтом и скошенной травой. Он заказал такси через приложение, пока ждал перебирал в голове разговор с Крупинским. Сейчас хотелось одного: вернуться домой, где он не был несколько дней. Последние ночи он провёл у Лизы, конечно, хотелось бы прямо сейчас окунуться в её объятия, но она ещё на работе.

На такси путь до дома занял всего двадцать минут. Поднявшись на свой этаж, он достал ключ, открыл дверь. Внутри пахло пылью и чем-то затхлым. Квартира выглядела так, будто в ней не прибирали неделю: крошки на столе, пустая бутылка из-под воды в углу, груда мятой одежды на стуле. Он вытащил одну бумажку с чёрными символами и прислонил её к внутренней стороне двери, примеряя куда её повесить и думая о том, чем её приклеить. Она внезапно прилипла, словно в ней был магнит. Игорь пожал плечами – магия, не иначе.

Сняв ботинки, он прошёл в комнату. Старый пол поскрипывал под ногами. Надо прибраться. Сгрёб весь мусор со стола в пакет, протёр столешницу влажной тряпкой. В ванной ждала куча грязной одежды. Он запихнул всё в стиральную машину, добавил порошок, нажал кнопку. Машинка загудела, а он направился к шкафу. Рабочая форма – то, что он пытался заштопать после встречи с волкодлаком, - лежала смятой. Игорь повертел её: кривые швы, пятна, которые не отстирались. На службу в таком не пойдёшь. Придётся брать новую.

Он взял кошелёк, телефон и вышел, заперев дверь. Военторг был в двух кварталах вниз по улице. В магазине пахло новой тканью. Пройдя к стойке с формой, он начал искать подходящую. Его размера не нашлось. Пришлось взять комплект побольше: брюки болтались, китель висел на плечах. «Это лучше, чем ничего», - подумал он, расплачиваясь. Продавец, усталый мужик с лысиной, молча пробил чек и сунул покупки в пакет.

По пути домой, помощник участкового позвонил Лизе.

– Привет, – уставшим голосом ответила она.

– Привет, что думаешь на счёт поужинать вечером у меня? Я приготовлю.

– Ой, будет здорово, я что-то замоталась сегодня на работе.

– Тогда жду тебя, – он улыбнулся и положил трубку.

Готовил Игорь так себе. Яичница, пельмени, бутерброды. Верх его кулинарного мастерства занимали макароны по-флотски, но по своему рецепту, придуманному ещё в студенческие годы. Продуктовый был по пути. У кассы как обычно кто-то спорил. Игорь взял корзинку и пошёл по рядам. Фарш, лук, макароны, томатная паста, бутылка красного вина – недорогого, но с красивой этикеткой, специи вроде оставались дома.

Вернувшись домой, он выложил продукты на стол. Поставил кастрюлю с водой, добавил ложку соли, включил конфорку. Пока вода грелась, достал сковороду, плеснул масла, поставил греться. Мелко нарезав луковицу, отправил её на сковороду, послышалось шипение и полетели брызги. Когда лук стал золотистым, на сковородку отправился фарш. Игорь перемешал его лопаткой, разбивая комки. Мясо зашкворчало, запах заполнил кухню.

Вода в кастрюле закипела. Он засыпал макароны и засёк время. Вернулся к сковороде. Фарш уже немного поджарился. Осталось добавить томатную пасту, пол стакана воды и приправу – хмели-сунели, ещё раз тщательно перемешал и оставил тушиться.

Сварившиеся макароны он добавил к фаршу, когда там уже выпарилась вода. Томатная паста и хмели-сунели в студенческие годы перебивали вкус дешёвых макарон и некачественного фарша. Сейчас же это просто было привычкой. Включив огонь посильнее, он обжарил макароны.

Выключил плиту, достал тарелки. Накрыл стол, поставил бокалы и бутылку вина. Оглядел кухню, после готовки остался небольшой бардак: шелуха от лука на столе, забрызганная плита, запачканная разделочная доска. Он быстро всё это убрал, протёр столешницу.

В дверь позвонили. Лиза стояла на пороге с растрёпанными волосами, в лёгкой белой блузке и с сумкой через плечо. Улыбнулась, шагнула внутрь. После чего обняла Игоря и поцеловала.

– Пахнет здорово, – сказала она, снимая туфли.

– Сам в шоке, что ничего не подгорело и кухня цела осталась, – улыбнулся Игорь.

Они прошли на кухню, Лиза посмотрела на стол.

– Макароны по-флотски? – спросила она, садясь. – Выглядит аппетитно.

– Мой секретный рецепт, – он разлил вино, сел напротив. – Попробуй.

Она попробовала и кивнула, жуя.

– Вкусно. Где ты так научился?

– В институте, – Игорь отпил из бокала, чувствуя, как тепло разливается внутри. Вино было достаточно терпким.

– Если ты так выкручивался, то, как ты ешь мою стряпню? – спросила Лиза, отпивая вина.

– Не придумывай, ты готовишь гораздо вкуснее.

За ужином Игорь рассказал про сегодняшнего нового знакомого, про уроки. Вручил кулон-оберег.

– Ой, такой красивый, что, думаешь правда поможет? – улыбаясь, спросила она.

– Думаю, ему можно верить.

Игорь смотрел на неё, колдун, магия, духоземцы – всё это осталось где-то там, за дверью. Сейчас была только она, её смех и глаза.

– Останешься? – спросил он, когда они убирали посуду.

– Если не прогонишь, – она улыбнулась, обнимая его.

Он притянул её ближе, вдыхая запах её волос. Её руки обнимали его за шею. Она отстранилась, посмотрела на него, улыбнувшись

– Посуда подождёт? – спросила она, кивнув на раковину.

– До утра точно, – ответил он.

Они прошли в комнату, шаги приглушал старый ковёр. Она притянула его ближе, её пальцы скользнули по его рубашке. Шторы колыхались.

Свет фонаря пробивался через шторы, оставляя полосы на стене. Игорь растянулся на кровати, положив руку под голову. А Лиза лежала, положив голову ему на грудь. Её волосы, ещё влажные после душа холодили кожу.

– Ты сказал, Вениамин учил тебя медитировать? – спросила она, водя пальцем по его руке.

– Ага, – ответил он, глядя в потолок. – Говорил дома ещё пробовать. Но не уверен, что получится. С утра у меня только голова разболелась.

– Я когда-то медитировала, стресс снимала так, – сказала она, приподнимаясь на локте. – Может попробуешь, я тебе если что помогу.

Игорь повернул голову, встретив её взгляд.

– Почему нет? Только не прикалывайся надо мной.

Они сели на кровати. В комнате было жарко, несмотря на открытое окно.

– Закрой глаза, – сказала она, – Медленно вдыхай через нос и также медленно выдыхай.

Он закрыл глаза, вдохнул. Грудь поднялась. Голос Лизы звучал тихо, почти шёпотом. В голову опять лезли мысли. Ровное дыхание Лизы рядом помогало, тело стало немного легче.

– Расслабься, – её голос был мягким, но твёрдым.

Игорь открыл глаза, посмотрел на Лизу. Она сидела ровно, глаза закрыты, лицо спокойное. Кулон, который он отдал ей за ужином, висел на шее.

– Легко сказать, – ответил он, потирая шею. – В голове столько мыслей.

– Это нормально, – ответила она, не отрывая глаз. – Просто дыши.

Он вздохнул, закрыл глаза. Глубоко вдохнул, стараясь почувствовать, как воздух заполняет лёгкие. Выдохнул, он не понимал, как мысли могут куда-то пропасть. Он постарался сосредоточиться. Где эта сила?

– Ты опять напрягаешься, – сказала она, её голос стал ближе. – Давай по-другому.

Он почувствовал её ладони на своих плечах – тёплые, нежные. Было очень приятно. Тревога, копившаяся в груди, начала отступать. Мысли, ещё секунду назад крутившиеся в голове, начали растворяться. Осталось только ощущение тепла её рук.

– Дыши спокойно, – сказал она, её голос был ровным, почти гипнотическим. – Почувствуй каждую клеточку своего тела. Представь что-то вроде сканера, который идёт от кончиков пальцев ног до головы. Медленно. Он сканирует места, где затаилось беспокойство. Не думай о них, просто зафиксируй.

Он вдохнул, следуя её словам. Её пальцы чуть надавили на плечи, напряжение в шее пропало. Выдохнул, медленно, сканируя своё тело. Её голос вёл его, мягкий, но уверенный. Он дышал, чувствуя, как её ладони чуть сдвигаются. Голова становилась легче, будто кто-то выключил шум.

Лиза убрала руки, но Игорь всё ещё ощущал её прикосновения. Он продолжал дышать, медленно, ровно. Мысли не возвращались. Вот он нашёл «сканером» напряжение в области живота, зафиксировал это и пошёл дальше. В какой-то момент что-то шевельнулось внутри – едва заметное. Маленькое, почти невидимое, оно пульсировало в такт сердцу. Он мысленно потянулся к этому месту.

– Не останавливайся, – тихо сказала Лиза.

Он мысленно потянулся к этому теплу, словно пытаясь коснуться. Пульсация стала ярче, сильнее. Тело будто растворилось, исчезло. Комната, кровать, Лиза – всё пропало. Густая темнота накрыла его. Он не чувствовал ни рук, ни ног, только пульсацию, которая теперь гудела в груди.

Внезапно перед глазами вспыхнул образ. Институт МВД, аудитория, запах мела и старых парт. Он сидел на последнем ряду, слушая лекцию по криминалистике. Картинка сменилась: первый день на службе, голубь, нагло глядящий с ветки, липкое пятно на форме. Затем – Максим Фёдорович, его хриплый голос: «Не суйся туда». Волкодлак, когти, звериные глаза. Мавка с её насмешливым взглядом, конфета в тонких пальцах. Колдун, его измождённое лицо, горящее безумием. Вениамин, щёлкающий пальцами и огонёк между ними. Вячеслав, протягивающий кинжал. Лиза, её улыбка, рыжие волосы, её запах. Берегиня, её платье с цветочками, её прикосновение.

Образы кружились, ускоряясь, как карусель. Мама, собирающая его в школу, её тёплые руки, поправляющие воротник. Друзья, лазающие по стройке, смех. Щенок, скулящий у подъезда, его шерсть под пальцами, мамин голос: «Мы его не оставим, Игорь». Вся жизнь мелькала перед глазами, сжимаясь в одну точку. Затем всё внезапно исчезло.

Он стоял на перекрёстке. Как в недавнем сне. Асфальт под ногами был потрескавшимся, фонари мигали, отбрасывая рваные тени. Вокруг царила тишина, только ветер шумел в деревьях. Перед ним, как и во сне, стояли они. Костров, с безумным взглядом, позади мелькала тень. Вячеслав, в чёрном плаще, с кинжалом в руках. Берегиня, в платье в цветочек, и пристальным взглядом. И Лиза, позади него, её волосы развевались на ветру, глаза мягко блестели.

– Выбери, – проговорил колдун, его голос был низким. – Сила. Со мной ты станешь сильнее.

– Ты должен помогать людям, – произнёс Вячеслав. – Мы дадим тебе знания.

– Мы научим тебя видеть мир, таким он есть, ты нам нужен – сказала берегиня, хоть её голос и звучал ласково, но в нём слышалась настойчивость.

Лиза молча смотрела на Игоря. Он шагнул к ней, не раздумывая. Сердце застучало быстрее.

– Ты не понимаешь! – грянули голоса хором. – Ты получишь силу! Ты нам нужен!

Игорь не слушал. Он шёл к Лизе, её глаза притягивали, как магнит. Она протянула руку, её пальцы были тёплыми. Он коснулся их, и всё вокруг задрожало. Берегиня, Вячеслав и Костров бросились в сторону Игоря с Лизой.

Помощник участкового загородил Лизу, встав перед ней. Сердце колотилось. Они надвигались, их крики слились в гул, требуя выбрать их. Игорь лихорадочно соображал, как защититься.

– Может, сожжёшь их огнём? Вспомни, как Вениамин зажигал огонёк. – шепнула Лиза, её голос был спокойным, ласковым.

Он не успел даже подумать. В памяти всплыло, как Вениамин щелчком пальцев зажигал огонь. На автомате Игорь вытянул руку и щёлкнул пальцами. От груди к пальцам потекло тепло. Между ним и наступающими взметнулась стена огня, яркая, ревущая.

Всё исчезло. Огонь, перекрёсток. Темнота сомкнулась, и Игорь открыл глаза.

Он сидел на кровати, рука вытянута вперёд, пальцы чуть дрожали. Игорю показалось, что между большим и указательным пальцем, когда он открыл глаза мерцал маленький огонёк, который тут же погас. Может быть, ему показалось?

Лиза сидела за ним, её руки всё ещё лежали на его плечах. Она открыла глаза, посмотрела на него, её лицо было спокойным.

– Ну как, получается что-нибудь? – спросила она, чуть улыбнувшись.

– Кажется… да, – пробормотал он. – Не уверен.

– Ну и хорошо, на сегодня точно хватит, – она обняла Игоря и повалила его на подушку.

Все мысли о медитации, пульсации и огоньке тут же улетучились из головы. Её волосы, ещё немного влажные, с лёгким запахом травяного шампуня, коснулись его щеки. Он притянул её ближе, чувствуя тепло её тела, и поцеловал. Её губы были мягкими.

Он лежал, глядя в потолок. Мысли снова вернулись к медитации. Что произошло? Причудился ли ему огонёк между пальцами? Лиза спала, прижавшись к нему, её дыхание было ровным и убаюкивающим. Их кожа немного прилипала друг к другу от пота, сил пойти в душ не осталось. За окном мигал фонарь, отбрасывая полосы света на стены. Игорь осторожно повернул голову, чтобы не разбудить её. Рыжие волосы разметались по подушке.

Он вытянул руку, глядя на свои пальцы. Щёлкнул. Ничего. Он закрыл глаза, пытаясь снова найти ту пульсацию в груди. Вдох, выдох. Сердце стучало ровно: тук-тук, тук-тук. Но ничего больше он не чувствовал. Мысли вернулись к перекрёстку. Это просто его подсознание с ним так играет? Или нечто большее?

За окном прогудел мотоцикл, звук резанул по ушам. Игорю было очень жарко. Он аккуратно встал, стараясь не разбудить Лизу. Она что-то пробормотала во сне, но не проснулась. Он встал, пол под ногами слегка скрипнул. Подошёл к окну, шторы лениво колыхались от ветра, проникающего через открытое окно.

Он распахнул окно шире. Прохладный воздух ворвался в комнату, пахнущий асфальтом и листвой. Игорь вдохнул полной грудью, чувствуя, как лёгкие наполняются. Вдали проехала машина, её шум эхом разнёсся по дворам. Он опёрся на подоконник, глядя на улицу.

Немного освежившись и выгнав мысли из головы, он вернулся к кровати, сел на край. Лиза пошевелилась её рука потянулась к нему во сне. Он улыбнулся, глядя на неё. Он лёг рядом, осторожно обняв её.

За окном гудели машины, разгоняя утреннюю тишину. Игорь открыл глаза, чувствуя, как веки слипаются от сна. Кровать рядом была пустой. Он потянулся и прислушался. Из ванной доносился шум душа. Он улыбнулся, представив Лизу под струями воды.

Окончательно проснувшись, он нашёл свою одежду, разбросанную по комнате, и прошёл на кухню. Там царил лёгкий беспорядок после вчерашнего ужина: пара грязных бокалов от вина, посуда в раковине. Он поставил варить кофе, достал сковородку. Найдя яйца в холодильнике, он разбил их и вылил на раскалённую сковороду. Шипение заполнило кухню. Запах яичницы смешался с ароматом завариваемого кофе. В животе заурчало.

Дверь ванной хлопнула. Лиза вошла на кухню, вытирая волосы полотенцем. На ней была его старая футболка, чуть влажная от воды, обтягивающая тело. Сквозь ткань проступали мягкие изгибы, и Игорь невольно задержал взгляд, чувствуя, как уголки губ сами собой ползут вверх.

– Доброе утро, – сказала она, улыбнувшись. – Как спалось?

– Отлично, – ответил он, раскладывая яичницу по тарелкам. – А тебе?

– Нормально, но ты громко храпел, – она усмехнулась, вешая полотенце на стул.

– Враньё, – он притворно нахмурился. – Я вообще никогда не храплю.

Они сели за стол. Игорь пододвинул ей кружку с кофе. Лиза отломила кусок хлеба, макнула в желток. Он смотрел на неё, не скрывая улыбки. Утренний свет падал на её лицо, подсвечивая рыжие волосы и россыпь веснушек на носу. Он отпил кофе, чувствуя, как горьковатый вкус разгоняет остатки сна.

– Какие планы на день? – спросила она, глядя на него поверх кружки. Её глаза блестели, в них было что-то озорное.

– Сейчас поеду к Вениамину, – ответил он, отрезая кусок яичницы. – Спасибо, что вчера помогла с медитацией.

– Пожалуйста, – она улыбнулась. – Надо будет сегодня ещё повторить. И не только медитацию, – добавила она, прищурившись.

– Договорились, – сказал он, улыбнувшись.

Обещание

Костров.

Небольшая квартира в заброшенном доме, ставшая моим пристанищем, утопала во мраке. Слабый свет нескольких оплывающих свечей дрожал на облупленных стенах, отбрасывая длинные, извивающиеся тени, которые казались живыми, пульсирующими в такт моему дыханию. В углу слабо мигал старый светильник – его тусклый жёлтый луч, едва пробивался сквозь густую темноту, освещая лишь малую часть комнаты. Остальное поглощала чернота, такая плотная, что её можно было почувствовать – холодной, липкой, обволакивающей кожей.

В центре помещения возвышался деревянный стол, потемневший от времени и сырости. Его поверхность была изрезана глубокими бороздами и царапинами, как будто кто-то в приступе ярости раз за разом вонзал в него нож. Стол был завален хаотичным нагромождением предметов: древние книги в потрескавшихся кожаных переплётах, их страницы пожелтели и ломались от прикосновений; свитки, исписанные выцветшими чернилами и непонятными символами; мистические артефакты, собранные мной за годы поисков. Среди этого беспорядка лежал маленький череп неизвестного зверя, его пустые глазницы словно следили за мной. Рядом – амулет с грубо вырезанными рунами, смысл которых я всё ещё пытался разгадать. Чуть дальше – стеклянная колба, внутри которой плескалась тёмная, почти чёрная жидкость, источающая слабый металлический запах. Эти вещи были моим миром, моими инструментами.

Воздух в квартире был тяжёлым, пропитанным сыростью, плесенью и едким ароматом старой бумаги. Этот запах въелся в стены, в мои волосы, в мою кожу – я давно перестал его замечать. Он стал частью меня, как и это место, где я укрылся от всего окружающего мира. Я сидел за столом, склонившись над одной из книг, но мой взгляд застыл на одной точке, не разбирая букв. Руки слегка дрожали – не от холода, а от глубокой, выматывающей усталости, что пожирала меня изнутри. В мутном осколке зеркала, брошенного среди бумаг, отражалось моё лицо: бледное, измождённое, с тёмными провалами под глазами, будто выжженными тенями. Сон давно покинул меня – он стал ненужной слабостью, отвлечением от того, что действительно имело значение.

Я отложил книгу и откинулся на спинку стула. Тишина давила, нарушаемая лишь потрескиванием свечи на столе. Сколько душ уже собрано? Пятнадцать? Двадцать? Точно было ещё мало. Их лица всплывали в памяти одно за другим – смутные, как отражения в мутной воде. Молодой парень с перепуганными глазами, старуха с трясущимися руками, мужчина, чей крик ещё звучит в моих ушах. Каждый – шаг к моей цели. Но сколько ещё нужно? Десяток? Цифры путались, растворяясь в усталости. Точно, осталось ещё десять.

Я провёл рукой по столу, ощущая все неровности. Все эти души – лишь топливо для ритуала, но чего-то не хватало. Я вспомнил строки из книги, выжженные в моей памяти: «Одна душа должна быть особенной – сильной, чистой, не тронутой грязью мира». Обычные жизни, полные страха, злобы или отчаяния, не годились. Все они были слабыми, тусклыми, как угасающие угли. Мне нужна была искра – яркая, живая, способная разжечь пламя, что вернёт её ко мне.

Мои мысли закружились, и я поймал себя на том, что снова думаю о том мальчишке – помощнике участкового, который посмел вмешаться в мои дела. Молодой, с взглядом полным решимости, в котором ещё не было цинизма. Он чем-то отличался от других – в нём чувствовалась сила, скрытая, неосознанная даже им самим. Может быть он – тот, кого я ищу? Его душа могла стать ключом. Но сомнения закрадывались в голову. С ним явно было что-то не так. Нужно найти более подходящую жертву, а его оставить как запасной план, чтобы наверняка…

В глубине души что-то сопротивлялось. Но я убеждал себя: «Все эти жертвы – необходимость. Это цена за её возвращение».

Я взял кинжал со стола, провёл пальцем по лезвию, чувствую, как металл холодит кожу. «Ещё всего десять душ», - подумал я. «Ещё десять, и всё закончится». В этот момент я услышал шорох – едва уловимый, словно эхо шагов в полуразрушенном коридоре. Обернулся, но там никого не было. Только тени, шевелящиеся в углах.

Шорох стих, так же внезапно, как и появился, оставив после себя гнетущую тишину. Я замер, вслушиваясь в темноту, но слышал лишь собственное дыхание – хриплое, прерывистое, словно воздух застревал в горле. Тени в углах квартиры застыли, будто наблюдая за мной, выжидая. Я провёл рукой по лицу, пытаясь стряхнуть усталость, но она лишь сильнее накатывала.

Мысли невольно вернулись к прошлому. Был тёплый майский день, полный солнца и жизни. Мы с Мариной гуляли по парку, держась за руки. Её смех звенел в воздухе, лёгкий, как ветер.

– Смотри, какая красота, - сказала она, указывая на цветущие кусты сирени.

– Ты моя красота, – прошептал я, притянув её к себе и коснувшись губами её лба.

Она рассмеялась, прижавшись ко мне. А потом… Волкодлак выскочил из тени, его жёлтые глаза пылали яростью. Резким рывком Марину откинуло от меня. Я бросился к ней, но он отбросил меня лапой. Её крик оборвался, кровь залила асфальт, её взгляд угас. Откуда-то появились люди, хотели то ли поймать, то ли убить эту тварь, но волкодлак скрылся в парке. Я полз к ней, выкрикивая её имя, но она уже не слышала.

Тогда, впервые повстречавшись с тем, чего, казалось, быть не может, волкодлаки? Серьёзно? Непонятные люди, как оказалось из особого отдела. Если существуют такие существа, значит есть и сила, которая сможет оживить её. Я не мог смириться. Я просил помочь, людей, знающих больше, чем я – особый отдел.

– Пожалуйста, – умолял я. – Вы же можете что-то сделать. Верните её.

– Это невозможно, – ответил один из них, высокий, молодой, с короткими волосами. – Смерть не обратить.

Их слова были приговором, но я отказывался верить. Месяцы поисков привели меня к старику-колдуну. Его дом был завален книгами.

– Есть способ, – сказал он, выслушав меня. – Но с ним не всё так просто, я не буду помогать. Это слишком опасно.

Ярость захлестнула меня. Нож лежал на столе, и я схватил его.

– Ты не понимаешь, с чем связываешься, – прохрипел старик, из его рта стекала струйка крови.

Я не понял, как это произошло. Помню его отказ, а дальше, как в тумане… Пришёл в себя держащимся за рукоять ножа, который торчал в груди колдуна.

Вина сдавила грудь. Я опустился на колени рядом с телом.

– Прости.. – прошептал я, но тут же другой голос внутри меня возразил:

– Цель оправдывает средства. Ты должен вернуть её, Мариночку, твою голубку. Ты обещал её вернуть.

– Ты стал убийцей, – тихо, но упрямо шепнул другой, прежний я. – Ты убил невинного. Остановись, пока не поздно.

– Нет! – холодно отрезал второй голос. – Ты не можешь отступить, когда ты так близко.

Убедив себя, я оттащил тело в ванную. И несколько месяцев просидел за книгами, в поисках ответов. Только спустя полгода я нашёл, как я смогу обрести силы. Ещё несколько месяцев понадобилось для подготовки. Обряд для обретения силы требовал жертв, я ни капли не сомневался – это всё для того, чтобы вернуть её. Как оказалось, заманить шесть человек на кладбище в полнолуние не составляет труда. Местные оккультисты сами хотели совершить какой-то обряд, но стали жертвами моего.

Потом потекли долгие годы, я всё также оставался в квартире старика-колдуна в поисках в книгах того обряда, о котором упомянул колдун. Его тело я сжёг, когда экспериментировал с приобретённой силой. И вот, спустя многие годы поисков, сколько точно прошло я не знал, меня это не слишком интересовало, я его нашёл.

Я открыл глаза, вернувшись в мрак квартиры. Тишина давила. Я встал, взял кинжал. Его лезвие тускло блеснуло в свете догорающей свечи.

– Ещё десять душ, – прошептал я. – И она вернётся.

– Ты думаешь, она хотела бы этого? – возразил я сам себе. – Чтобы ты стал убийцей ради неё?

– Замолчи! – огрызнулся я. – Я делаю это для неё. Она поймёт.

– Ты обманываешь себя, – не унимался я другой. – Ты стал чудовищем. Она бы не узнала тебя.

– Я швырнул кинжал на стол – он звякнул, отскочив от бумаг.

– Я не могу остановиться! – крикнул я в пустоту. – Я обещал ей! Я поклялся!

Тишина. Только моё ровное дыхание. Я рухнул на стул, обхватив голову руками. Перед глазами всплыла Марина.

– Ты всегда найдёшь выход, я верю в тебя, – сказала она однажды.

Слёзы хлынули из глаз – впервые за долгие годы я плакал. Но секундная слабость прошла. Я вытер лицо рукавом, выпрямился, взглянул на книгу с описанным ритуалом.

– Прости меня, Мариночка, – прошептал я. – Ради тебя я доведу это до конца.

Я взял кинжал, сжал его в руку. Он словно придавал сил.

– Ещё десять душ, – подумал я. – И всё закончится.

Шорох раздался снова, громче, настойчивее. Я обернулся.

– Кто здесь? – крикнул я.

Тишина, что последовала за моим криком, была обманчивой, словно затишье перед бурей. Я вновь схватил кинжал, его холодная рукоять впивалась в ладонь. Шорох, только что раздавшийся в углу, затих, но что-то в воздухе изменилось – даже дышать стало тяжелее.

И тогда я услышал их. Сначала это был едва уловимый шёпот, словно ветер скользнул по старым страница на столе. Но он нарастал, становился отчётливее, разделяясь на голоса – холодные, обвиняющие, пробирающие до костей.

– Убийца, – прошипел первый, низкий и хриплый, словно голос старика-колдуна, чьё окровавленное тело всё ещё снилось мне по ночам. – Ты забрал мою жизнь.

– Ты погубил всех нас, м вторил другой, тонкий, дрожащий, как у того парня с перепуганными глазами. – Ты стал чудовищем.

Я вздрогнул, оглядываясь. Тени в углах квартиры шевелились, их очертания проступали яснее – смутные фигуры, лица, искажённые болью и страхом. Я сжал кинжал сильнее, пытаясь прогнать видения.

– Прочь! – крикнул я. – Вы ничего не понимаете!

Голоса не утихали, они сплетались в хор, обвивая меня, как паутина.

– Ты думаешь, она вернётся такой как прежде и полюбит тебя? – шептал женский голос, полный горечи. – Она отвернётся от тебя, увидев, кем ты стал. Наши жертвы напрасны.

– Пускай отвернётся, главное, что её я спасу! – кричал я в ответ. – Я делаю это ради неё, не для себя!

Голоса становились громче, настойчивее. Они доносились из каждого угла, из-под пола, из щелей в облупленных стенах.

– Ты убил нас, – шипел хор, в котором я различал крики всех, чьи души я забрал. – Сколько крови на твоих руках?

– Это временно! – мой голос переходил на срыв, отражаясь эхом от стен, но голоса заглушали его. – Когда я верну её, я всё исправлю! Всё закончится!

Я зажал уши, но голоса проникали внутрь, вгрызались в разум. Перед глазами всплывали их лица – старик, оккультисты с кладбища, парень, девушка, старуха, все по очереди. Их глаза, полные ужаса, смотрели на меня.

– Прочь! – Заорал я, схватив книгу со стола и швырнув её в угол. Она ударилась о стену, страницы разлетелись. Голоса смолкли.

Тишина в квартире вновь была оглушительной. Я сидел на холодном полу, обхватив голову руками, тяжело дыша. Кинжал лежал рядом, его лезвие тускло блестело. Тени на облупленных стенах снова стали просто тенями, но их присутствие всё ещё давило. Голоса хоть и стихли, но их слова – «убийца», «чудовище» - продолжали эхом звучать в голове.

Я закрыл глаза, пытаясь от них отгородиться. Передо мной всплыла она – Марина, моя голубка. Её улыбка, тёплая, как солнечный свет, её голос, мягкий, как шёпот ветра, её зелёные глаза… такие глубокие, что в них можно было утонуть. Я чувствовал её тепло, её нежность, её любовь, обещанную в те тихие вечера, когда мы мечтали о будущем. «Я верну тебя,» – прошептал я, и голос дрогнул. Слёзы жгли глаза, но я сжал зубы, не позволяя им пролиться. Слабость не поможет.

Я поднялся, шатаясь, и подошёл к столу. Мой взгляд упал на тетрадь – потрёпанную, наполовину исписанную. В ней были все мои планы, мои расчёты, имена и места, где я находил свои жертвы. Я открыл её, листая страницы, испещрённые чернилами. Имена, даты, схемы. Каждая запись – шаг к ней, к Мариночке.

– Совсем немного осталось, – сказал я вслух.

Я взял ручку и начал чертить новую схему.

– Муж и жена, – произнёс я, выводя линии. – Они подойдут. Я следил за ними три дня. Каждый вечер после десяти они гуляют по набережной. По пути есть закутки во дворах – тёмные, безлюдные. Идеальное место.

Моя рука двигалась уверенно, рисуя маршрут. Улица, поворот, узкий двор с заброшенной школой, где никто не услышит. Я отметил время – двадцать два пятнадцать, когда они обычно проходят мимо.

– Главное – аккуратность, – продолжал я, проговаривая план. – Особый отдел гоняется за мной. Они знают, что я здесь, знают, что я делаю. И этот мальчишка, – в моём голосе появилось раздражение. – Помощник участкового, он может влезть. Нельзя недооценивать их.

Я остановился, глядя на схему.

– Нужно быть умнее, – сказал я, подчёркивая линию на схеме. Найти бы ещё одну неупокоенную душу. Она могла бы отвлечь их, если они придут за мной. Откормить её посильнее. Правда я искал, пока не нашёл, будто все пропали.

С этой парой не должно возникнуть проблем. Но риск всегда есть.

– Завтра, – сказал я, глядя на тетрадь. – Завтра я начну. Сначала муж. Он сильнее, его нужно убрать первым, чтобы не помешал. Потом жена. Их души… они должны подойти.

– Ради тебя, голубка, – произнёс я, глядя в темноту. – Я не остановлюсь. Ещё две души, и я стану ближе к тебе, Мариночка.

Я глубоко вдохнул сырой воздух, пропитанный запахом плесени. Я встал у стола, сжимая потрёпанную тетрадь, где чернилами была выведена схема моего следующего шага. Он был продуман до мелочей. Я опустился обратно на стул, но тут же встал, не в силах усидеть. Сердце билось неровно, мысли путались. Я обещал её вернуть, обещал найти выход. Теперь я смогу её защитить. Я не могу отступить, даже если весь мир – и живой, и мёртвый – будет против меня.

Я сжал кулаки так, что ногти впились в ладони, оставляя жгучие следы. Боль отрезвляла, возвращалась ясность. Снова взглянул на схему, оценивая. Всё вроде бы рассчитано: время, место, порядок действий.

Мой взгляд упал на книгу, валяющуюся в углу с оторванными страницами. В ней был описан ритуал. Я знал каждое слово, каждую линию наизусть, но всё равно, подошёл и подобрал её, аккуратно складывая страницы по порядку. Я вновь перечитал, словно сверяя правильно ли я всё помню.

Мысли вновь вернулись к идее найти новую неупокоенную душу, взамен той, что он недавно потерял из-за этого мальчишки. Она может стать моим щитом, надо срочно заняться поиском. Но только после завтрашних душ. Это нельзя откладывать. Я должен был действовать быстро, пока особый отдел не подобрался ближе. Их тени уже маячили на горизонте.

– Особый отдел не остановит меня, – сказал я, в моём голосе появилась уверенность. – И этот мальчишка, помощник участкового, тоже. Надо найти его слабое место. Пусть приходят. Я буду готов.

Я сжал книгу в руках, чувствуя, как её кожаный переплёт скрипит под пальцами. Где-то в глубине я знал, что перешёл черту, знал, что стал тем, кем никогда не хотел быть. Но это не имело значения.

Я подошёл к светильнику, выдернул его из розетки. Свечи как ни старались, не могли прогнать мрак квартиры. Я подходил к каждой свече и по очереди их тушил. Подошёл к последней. Я смотрел на огонь, на его безумный танец, он так был похож на меня. Я наклонился и задул свечу. Пламя погасло, и комната утонула в черноте. Остался только мой силуэт, едва различимый. Я стоял в темноте, сжимая кулаки.

– Нет ничего важнее моего обещания, – прошептал я, мой голос был твёрд, как камень. – Ни чужие души, ни другие жизни, ни моя собственная. Только ты, Мариночка.

След

Игорь стоял у ворот Вениамина. Занятия на сегодня закончились, а той загадочной пульсации, что появилась при медитации у него вчера вечером, повторить так и не удалось. Огонёк тоже не зажигался, сколько Игорь ни щёлкал пальцами, между ними была только пустота.

Он рассказал своему магическому наставнику о ночной медитации с Лизой, о пульсации и огоньке. Вениамин внимательно слушал, кивая, и в конце улыбнулся уголками губ:

– Это уже хорошо. Сила в тебе точно есть, и ты её нашёл. А огонёк… ну был, наверное. Главное – повторить.

– А если не повторю?

– Повторишь, – спокойно сказал Вениамин. – Не сегодня, так через неделю. Не загоняйся.

Игорь кивнул и вышел за калитку. Достал телефон, заказал такси. Над крышами висело прозрачное августовское небо, а где-то в соседнем дворе всё так же лаяла собака, кажется, вообще никогда не замолкает.

«Водитель прибудет через пять минут», – высветилось на экране.

Игорь опёрся на забор, глядя на пустую улицу. Мысли крутились вокруг вчерашней медитации: непонятная пульсация, видения, огонёк на кончиках пальцев.

От мыслей отвлекла вибрация телефона.

Игорь взглянул на экран, ожидая увидеть звонок от таксиста, который не смог его найти, но на экране высветилось: «Вячеслав».

– Привет, – ответил Игорь.

– Привет. Не занят? – голос Вячеслава был спокойным и деловым.

– Да нет, что-то случилось?

– Мы, кажется, напали на след Кострова. Если тебе интересно – жду в отделе.

Игорь на секунду замер, глядя в пустоту перед собой.

– Говори адрес.

Запомнив адрес, который ему продиктовал Вячеслав, он изменил конечную точку поездки в такси.

Немного раньше в кабинете начальника Особого отдела.

– Значит, этот Костров выслеживает супругов Ильиных? – полковник сидел, откинувшись в кресле, и постукивал пальцами по столу.

– Похоже на то, – сказал Вячеслав, – позавчера Андрей случайно увидел Кострова на набережной. Тот крутился рядом с пожилой парой. Андрей хотел проследить за Костровым, но упустил.

– И вы поставили наружку на Ильиных?

– Да. За самим Костровым хвост не держится, а Ильины каждый вечер гуляют одним маршрутом. И не зря: его ещё пару раз срисовали рядом.

– И сколько дней вы там просидите?

– Думаю, сегодня или завтра он нападёт, давно не было жертв. А он явно торопится.

– Хорошо, бери оперативную группу.

– Нам бы поддержку ещё, непростой всё-таки тип.

– СОЗ вам в помощь, я договорюсь. Что там с пацаном, помощником участкового?

– После ранений оклемался, дал ему кинжал, на всякий случай. Свёл с Вениамином. Вениамин, кстати, говорит, что у паренька есть большой потенциал, но в подробности не вдавался.

– Мы его можем привлечь к операции или Кристина против?

– Не уточнял.

Полковник задумался.

– Если она не против – подключай его.

Игорь.

Игорь вышел из такси и остановился перед невзрачным трёхэтажным зданием, затерянным среди панельных пятиэтажек на окраине города. Здание, построенное, судя по всему, ещё в восьмидесятых. Фасад из светлого кирпича потемнел от времени, местами проступали серые пятна сырости, а штукатурка на углах облупилась, обнажая неровные швы кладки. Окна на первом этаже закрывали ржавые решётки, а выше тянулись ряды белых пластиковых рам, явно установленных не так давно – их глянцевый блеск чересчур бросался в глаза на фоне обшарпанного здания. Над входом, под бетонным козырьком, висела синяя табличка с надписью: «Министерство внутренних дел. Департамент комплексного реагирования при особых обстоятельствах».

Входная дверь – тяжёлая, металлическая, с облупившейся тёмно-зелёной краской. Справа от неё висит панель вызова дежурного. Игорь нажал кнопку, объяснил дежурному, к кому он прибыл, после чего что-то противно пискнуло и дверь открылась с протяжным скрипом. Внутри пахло сыростью и бумагой. Слева было привычное окно дежурной части. Дежурный – немолодой мужчина с уставшим взглядом – попросил Игоря подождать тут.

– Привет ещё раз, – сказал Вячеслав, появившийся в холле через несколько минут. – Пойдём в кабинет, введу в курс дела.

– Привет. Интересное, конечно, у вас название: «Департамент комплексного реагирования при особых обстоятельствах».

– А ты думал, у нас на табличке написано: «Особый отдел по борьбе с нечистью»?

Игорь усмехнулся и пошёл следом.

За дежурной частью идёт длинный коридор, ведущий вглубь здания. Линолеум – выцветший, местами приклеенный скотчем. Стены внизу, примерно по пояс, выкрашены тёмно-зелёной краской, выше – побелка с пятнами от протечек. На потолке висят люминесцентные лампы, одна из них гудит и мигает. По коридору разносится запах пыли, чуть влажной бумаги и кофе.

По обеим сторонам тянутся одинаковые деревянные двери, с матовыми вставками стекла сверху. На большинстве – только номера: «2», «4», «7». Что за ними – оставалось гадать. Кое-где попадались подписанные: «Архив», «Серверная», «Техническое помещение». И только на нескольких – номер и фамилия с инициалами: «3. Семёнов А.В.», «6. Овцевец И.П.». Ни должностей, ни званий.

Местами на стенах висели стенды – пожелтевшие, с инструкциями по технике безопасности, объявлениями о плановом медосмотре, графиком дежурств. На одном – список телефонов экстренных служб и внизу неровным почерком от руки дописано ещё несколько номеров. Игорь скользнул по ним взглядом, но прочитать не успел – Вячеслав свернул направо.

На повороте они разминулись с женщиной в строгом тёмном костюме, прижимавшей к груди стопку папок. Та коротко кивнула Вячеславу и прошла мимо, даже не глянув на Игоря. Где-то приглушённо прозвенел телефон, после чего послышалось: «Петров, слушаю».

Вполне обычное госучреждение.

Вячеслав открыл дверь с табличкой «18», и они зашли внутрь.

В кабинете уже сидели.

За длинным столом, заваленным распечатанными картами и фотографиями, расположились трое мужчин. Все – лет тридцати пяти, плюс-минус. Все – крепкие, коротко стриженные, в одинаковых тёмных рубашках с закатанными рукавами. Похожи друг на друга так, словно их штамповали на одном заводе. Только у одного на левой брови был светлый свежий шрам, у другого – небольшая щетина. Третий был вообще без особых примет, такого через минуту после знакомства уже не узнаешь в толпе.

У окна, чуть в стороне от стола, стояла Кристина. Тёмные волосы собраны в хвост, в руках – кружка с чаем, от которой поднимался лёгкий пар. На Игоря она посмотрела сразу, как только он переступил порог. Внимательно, не отрываясь, словно разглядывая что-то, что видела только она.

– Знакомьтесь, – сказал Вячеслав, прикрывая за ними дверь. – Это Игорь, помощник участкового. Полковник дал добро привлечь его к операции, у него есть небольшой опыт в столкновении с целью.

Оперативники коротко кивнули, не вставая.

– Андрей, – сказал тот, что со шрамом.

– Сергей, – представился мужчина с щетиной.

– Олег, – сказал последний.

Игорь так же коротко кивнул в ответ. Все трое тут же вернулись взглядами к бумагам на столе.

Он повернулся к женщине у окна.

– Кристина, добрый день.

– Привет, Игорь, – она чуть кивнула. – Всё-таки привели.

Она ещё несколько секунд смотрела на него, после чего отвернулась и стала разглядывать что-то за окном.

– Ну что, давайте пройдёмся по плану, раз все в сборе, – сказал Вячеслав, раскладывая снимки. – Игорь, присаживайся, не стесняйся.

На столе лежали фотографии, на них была пожилая пара: мужчина с седыми усами, в спортивной куртке, и женщина в светлой ветровке. Снимки явно делались с расстояния – кадры с обочины, из машины, на некоторых снимках часть кадра закрывали листья каких-то кустов или деревьев.

– Супруги Ильины, – начал Вячеслав. – Михаил Степанович и Тамара Викторовна. Живут на Заречной, выходят гулять каждый вечер после десяти. Маршрут стабильный – через дворы на набережную, вдоль неё и потом обратно.

– А Костров при чём? – спросил Игорь.

– На днях Андрей случайно срисовал его на набережной, – сказал Вячеслав. – Костров крутился рядом с ними. Слежка за колдуном ничего не дала, его, как след простыл. Поэтому решили понаблюдать за Ильиными.

Андрей коротко кивнул.

– Он за угол дома зашёл и будто растворился, я побродил ещё в округе, но так ничего и не нашёл.

– Вероятнее всего, это его следующие жертвы, и, судя по предыдущим инцидентам, напасть на них он должен на днях, – сказал Вячеслав и достал карту, на которой уже были сделаны какие-то пометки.

Все посмотрели на карту, а Вячеслав ткнул в неё и продолжил:

– Самое удобное место, где он может напасть на них, а мы, соответственно, устроить засаду – вот этот пустырь у заброшенной школы. Ильины каждый вечер срезают через него. Тут нет фонарей, почти нет прохожих, не видно с дороги.

Игорь наклонился к карте, внимательнее рассматривая схему.

– Расстановка такая, – продолжил Вячеслав, – Андрей – второй этаж школы, там хороший обзор, вот в этих местах, – он достал план школьной территории и несколько фотографий, – есть дыры в заборе, если нужно будет оперативно нам помочь. Сергей и Олег – вот в этом доме, в подъезде. Из этого двора Ильины заходят на пустырь, – он выложил фото двора и подъезда, – Игорь, ты во дворе с противоположной стороны в машине следишь за выходом к набережной. Ну и мы с Кристиной вот в этих зарослях на пустыре, – Вячеслав разложил более подробную схему всего пустыря и фото с отметками всех позиций, – Она нас прикроет, а вы должны быть подальше, чтобы колдун никого не засёк. Всем всё понятно?

Все утвердительно кивнули.

– И ещё, – Вячеслав посмотрел на Игоря. – Из машины – ни шагу! Если увидишь что-то, сразу сообщаешь по рации, сам ничего не предпринимаешь. Вы в разных весовых категориях.

Игорь кивнул. Спорить не хотелось – да и не с чем.

– А СОЗ будет? – спросил Олег.

– СОЗ будет неподалёку, в двух кварталах. Минут за пять примчатся в случае чего. Ближе никак – Костров их за версту почует.

– Пять минут… Долго, – заметил Сергей.

– Лучше перестрахуемся, чем спугнём. С нами Кристина, пять минут должны продержаться, – ответил Вячеслав.

– А что такое СОЗ? Впервые слышу, – спросил Игорь.

– Специальный отряд зачистки, – пояснил Вячеслав. – Боевики наши. У них и подготовка, и амуниция, и спецсредства.

– А почему сразу их не послать? – спросил Игорь. – А то как будто бы рискуем гражданскими.

– Потому что СОЗ не привыкли тихо работать – это всегда шумно, – ответил Вячеслав. – Колдун точно их засечёт, а так вы относительно далеко будете, а мы с Кристиной под её защитой, есть шанс, что не заметит. И об Ильиных она тоже позаботится.

– Когда выдвигаемся? – задал вопрос Олег.

– В девятнадцать тридцать выезжаем. Осматриваемся, готовим позиции и ждём.

Вячеслав замолчал, оглядел всех.

– Вопросы?

Андрей покачал головой, Сергей с Олегом промолчали. У Игоря было довольно много вопросов, но операции они не касались. Кристина, стоявшая всё это время у окна, даже не повернулась.

– Тогда все свободны, – подвёл итог Вячеслав.

Игорь вышел из здания Особого отдела, на часах было пятнадцать минут третьего. «Ещё успею подготовиться и собраться», – подумал он. На улице стояла аномально жаркая погода, от жары не спасала даже тень, отбрасываемая домами.

Он остановился у крыльца, обернулся, словно ощущая чей-то взгляд. Кристина всё так же стояла и смотрела в окно – прямо на него. Игорь отвернулся, от этого взгляда ему было как-то не по себе.

Телефон в руке завибрировал – такси, которое он вызвал ещё из холла, уже подъехало.

– Куда едем? – спросил водитель, хотя адрес уже был в приложении.

Игорь назвал адрес, и машина тронулась.

Перед глазами стояла карта со схемой, фотографии Ильиных. Игорю казалось, что всё-таки рискованно вот так вот ловить колдуна. Накатило беспокойство, ладони вспотели.

Такси остановилось у подъезда. Игорь вышел и поднялся к себе. Где-то этажом выше хлопнула дверь, загремели ключи, женщина устало сказала ребёнку: «Вернёмся и досмотришь мультики».

Игорь открыл дверь, вошёл в квартиру и сразу услышал шорох на кухне.

– Моа? – спросил он, снимая обувь.

На кухне что-то тихо звякнуло. Потом из вентиляции осторожно высунулась лохматая голова с настороженными глазами.

– А, это ты, – сказал домовёнок и выбрался наружу. Он спрыгнул на холодильник, оттуда на стол и внимательно уставился на Игоря. – Выглядишь так, словно у тебя неприятности.

– Наверное, потому что я только что из Особого отдела, – сказал Игорь.

– В Особом отделе был? – Моа замер на краю стола, уже протянув руку к сушке возле сахарницы. – Ой.

Он медленно убрал руку, внезапно потеряв всякий интерес к сушке.

– Ты им там… про меня ничего плохого не говорил?

– Не переживай, не из-за тебя я там был.

Моа осторожно выдохнул и снова покосился на сушку.

– А, ну тогда ладно, – сказал он, продолжая посматривать на лакомство. – Но ты же не чай пить туда ходил?

– Не чай. Угощайся давай уже, сейчас чайник поставлю и варенье достану, – сказал Игорь и налил воду в чайник.

– А варенье-то у тебя уже закончилось, – тихо сказал домовёнок.

– Закончилось? – удивлённо спросил Игорь.

Моа сделал вид, что очень внимательно рассматривает узор на клеёнке.

– Да его там было-то… на донышке, – пробормотал он. – А сладкого хотелось.

– Ты скоро уже в вентиляцию не пролезешь, – шутливо проворчал Игорь.

– Объелся сладостей, что такого-то? – буркнул Моа. – Зато гречку с молоком начал есть.

– На диету тебе бы сесть, Моа, а не сладости есть.

– Ну уже начну переставать, – с достоинством сказал домовёнок и взял сушку со стола.

Игорь налил чай в кружки и поставил на стол.

– В сухомятку не ешь, чаем запивай хоть.

Моа устроился на стуле, осторожно подул на чай, откусил сушку и несколько секунд жевал молча. Потом покосился на Игоря.

– Так чего они от тебя хотели-то? – спросил он. – В этом… особом.

– Они напали на след Кострова, сегодня засада будет, я тоже иду.

Моа перестал жевать.

Сушка так и осталась у него в лапах, надкушенная с одного края.

– Ты тоже идёшь? – переспросил он.

Потом медленно положил сушку на стол.

– А ты-то туда зачем? – перепугано спросил домовёнок. – У них же там наверняка куча крутых специалистов со страшными большими кинжалами.

– Ну я же уже тоже не просто помощник участкового… я и сам хочу поскорее поймать этого колдуна.

– Ты же понимаешь, что он тебя уже один раз чуть не угробил? – спросил домовёнок и поднял на Игоря глаза. – Лиза уже знает?

– Когда придёт расскажу. Ты лучше помоги собраться: бутерброды мне с собой сделай, а я пока сложу всё, что может понадобиться.

Моа моргнул.

– Ты на колдуна с бутербродами пойдёшь? – спросил он. – Хотя правильно. Голодный человек думает хуже. А ты и сытый иногда… – домовёнок осёкся и открыл холодильник.

– Эй, я всё слышу, – сказал Игорь, доставая из шкафа небольшой рюкзак.

– А я и не шепчу, – буркнул Моа из холодильника.

Он вытащил на стол батон, колбасу и кусок сыра и принялся нарезать, периодически съедая отрезанный кусочек.

Игорь зашёл на кухню с рюкзаком как раз когда Моа положил один кусочек колбасы в рот.

– Если ты так продолжишь, бутерброды будут только с хлебом, – сказал Игорь.

– Неправда, – возмутился домовёнок с набитым ртом. – Я контролирую качество. Колбаса подозрительная.

– И как?

– Отличная. Подозрения не подтвердились.

Игорь убрал готовые бутерброды в рюкзак, туда же положил термос с чаем и повесил кинжал на пояс. Он посмотрел на часы, скоро должна прийти Лиза. Надо поужинать, рассказать ей всё и выдвигаться к Особому отделу.

В дверь постучали, когда Игорь уже доставал сварившиеся пельмени из кастрюли. Игорь открыл дверь и его сразу заключили в объятия.

– Я по тебе тоже соскучился, – сказал он и поцеловал Лизу. – На ужин сегодня пельмени, надеюсь ты не против?

– Нет, не против. Я сегодня почти ничего не ела, – Лиза улыбнулась, и они прошли на кухню. – Ты куда-то собрался? – спросила она, указав на рюкзак.

– Он сегодня собрался с Костровым воевать, – сказал Моа и ойкнул, поняв, что сболтнул лишнего.

Лиза резко повернулась к Игорю. Прядь рыжих волос упала на взволнованное лицо.

– Не воевать, а больше следить, рядом будет Особый отдел, я только наблюдаю. Волноваться совсем не о чем, – быстро пояснил ситуацию Игорь.

– Вот после слов «волноваться не о чем» обычно стоит волноваться, – тихо сказала Лиза.

Она сняла сумку с плеча, положила её на табурет и посмотрела на Моа.

– Спасибо, что сказал. – Она повернулась к Игорю. – Рассказывай давай.

Игорь вздохнул, поставил три тарелки с пельменями на стол и сел.

– Ты только аккуратнее там, – сказала Лиза после того, как Игорь подробно ей рассказал про сегодняшнее посещение Особого отдела. – Может, я с тобой? Прикрывать тебя буду?

– Нет, тобой я точно рисковать не буду, – ответил Игорь.

– А собой, значит, можно? – Лиза посмотрела на него, во взгляде читались волнение и страх за него.

– Лиз…

– Я тоже считаю, что это плохая затея, – сказал Моа, доедая последний пельмень. – И я тоже волнуюсь.

– Я не могу иначе, – ответил Игорь и убрал пустые тарелки в раковину. – Мне уже пора.

Он обнял Лизу и поцеловал её.

– Я буду очень аккуратен.

Игорь забрал рюкзак, проверил, что всё на месте, и пошёл в коридор. Лиза с Моа пошли провожать его.

– Ни пуха… – почти одновременно сказали Лиза и домовёнок, когда он уже запирал за собой дверь.

Засада

Из колонок негромко доносилась музыка. Игорь сидел на водительском сиденье, ни капли не опасаясь, что его заметят. Особый отдел где-то нашёл чёрную, тонированную вкруг «приору». Музыкальный репертуар у владельца машины был соответствующий, сейчас играло что-то про волков, которые делают «ауф».

После того как они приехали на место, время словно остановилось, Ильины должны были выйти на прогулку только через два часа, но группа на всякий случай прибыла заранее – вдруг супруги решат выйти раньше. Хотя, судя по данным наружки, по ним можно сверять часы. Они каждый день выходят из дома в одно и то же время.

Когда все собрались в Особом отделе, у Игоря был мандраж. Всё-таки ему такое впервой, поэтому время пролетело незаметно. Быстро повторили, кто где будет, раздали рации и определились с позывными. А вот уже на месте тревога быстро отпустила, и он просто сидел, разглядывая двор и редких прохожих.

– Сова, я Белка, – сказал Игорь, нажав на кнопку связи на рации. – У меня всё чисто. Только редкие прохожие.

– Белка, принял, – ответил ему Вячеслав. – Продолжай наблюдать. Связь по расписанию или если что-то произойдёт.

Игорь ещё секунду смотрел на рацию, ожидая, что вдруг будут ещё какие-то вводные, но она молчала.

Он устроился поудобнее, насколько это было возможно в машине. Сиденье он отрегулировал сразу, но тело всё равно затекало. Смотреть, по сути, было не на что. Если всё пойдёт по плану, Ильины появятся здесь, уже после того, как пройдут пустырь. Игорю оставалось только сидеть и развлекать себя наблюдением за прохожими.

Игорь опустил взгляд и осторожно коснулся кинжала. Тот был на месте – в ножнах на ремне. Он проверил, удобно ли его доставать и как быстро он может это сделать. Он убрал руку от рукояти и снова посмотрел в окно. Ничего не изменилось. Прохожие шли по своим делам, где-то хлопнула дверь. Всё было спокойно.

– Сова, я Грач, – прозвучал голос Сергея из рации, когда Игорь внезапно для себя начал дремать. – Вижу объекты, направляются к пустырю.

Игорь тут же выпрямился. Сонливость слетела. Он всмотрелся вдаль через лобовое стекло, но Ильиных отсюда ещё нельзя было увидеть.

– Грач, принял, – ответил Вячеслав. – Всем внимание. Следим в оба.

Игорь машинально потянулся к кинжалу и весь напрягся. Он вглядывался через лобовое стекло. Отсюда пустырь просматривался плохо: вид загораживал железный гараж и кусты. Зато школа просматривалась отлично. Он посмотрел на окно, где расположился Андрей. И тут же зашипела рация:

– Сова, я Филин, вижу объекты, – прозвучал голос Андрея. – Сова, они почему-то смотрят прямо в вашу сторону.

Игорю показалось, что после последних слов из рации послышался какой-то шум.

– Филин, повтори, – сказал Вячеслав.

Рация молчала.

Игорю показалось, что в одном из окон что-то промелькнуло. Но сколько он ни всматривался, больше ничего не смог рассмотреть.

– Филин, ответь, – снова прозвучал голос Вячеслава из рации.

В эфире была тишина.

– Сова, я Грач, – вклинился Сергей. – Объекты остановились. Женщина показывает рукой в вашу сторону.

– Вижу, – ответил Вячеслав. – Грач, оставь на месте Мангуста, а сам проверь, что там у Филина.

Ответа не последовало.

Игорь напрягся, в окнах школы ничего не было видно, Ильиных, Вячеслава и Кристину он отсюда не мог наблюдать. Во дворе было всё спокойно, но Игоря неожиданно сковал страх. «Что за хрень тут творится» – подумал он.

– Сова, я Белка, что происходит?

В ответ было лишь шипение помех.

Игорь перехватил рацию в другую руку и достал кинжал. Хоть немного, но холодная рукоять его успокаивала.

– Филин, я Белка, ответь, – сказал Игорь, снова нажимая на кнопку вызова.

Тишина.

– Грач, Мангуст, я Белка, ответьте.

На секунду ему показалось, что из динамика донёсся чей-то вдох.

– Грач, Мангуст, повторите.

Рация только тихонько щёлкнула и замолчала.

Он посмотрел в сторону пустыря, Вячеслав запретил ему выходить из машины, в случае чего сразу сообщать по рации. Но вот рация стала совсем бесполезной. Он почувствовал, как по спине пробежали мурашки, а в машине резко остыл воздух.

Игорь выдохнул и на мгновение замер. Из рта шёл пар, словно на улице был не август, а морозный декабрь.

– А я говорил тебе не вмешиваться, – послышался голос с заднего сиденья.

Игорь дёрнулся и больно ударился локтем о руль. Он поднял глаза к зеркалу. В отражении он увидел Кострова.

– Как… – начал Игорь, но его перебили.

– Не задавай глупых вопросов, если ты про то, как я попал в машину, то это проще простого, а если про то, как я понял, что тут засада… – на секунду колдун замолчал. – Они меня совсем за идиота держат, что ли?

Игорь сглотнул. Во рту пересохло. Он всё ещё держал кинжал, но сейчас он был бесполезен. Игорь никак не успевал быстро развернуться и ударить.

– Ты не торопись, – сказал Костров. – Все живы… пока. Что-то в тебе изменилось с нашей последней встречи. Зачем ты хочешь мне помешать?

– Ты убиваешь людей, – зло ответил Игорь.

Костров лишь усмехнулся.

– Люди умирают каждый день, стоит ли за них переживать? Или они тебе так близки?

– У них тоже есть родные и близкие люди. Как и у вас когда-то.

Колдун словно на секунду замешкался, в его глазах мелькнуло какое-то сомнение. Игорь решил воспользоваться моментом и выскочил из машины. Костров уже стоял прямо напротив него. Игорь, не думая, сделал выпад кинжалом, но колдун отшатнулся и лезвие лишь задело его плечо.

– Сопляк, – зло прокричал колдун и толкнул Игоря.

Игорь упал и понял, что не может подняться. Тело его словно онемело.

– Если бы ты мне не был нужен, я бы прямо сейчас прикончил тебя на месте, – приглушённо послышался голос Кострова. – Но ты не думай, ещё раз помешаешь, я не остановлюсь, нет незаменимых.

Послышались удаляющиеся шаги, после чего всё стихло. Игорь так и лежал, без сил пошевелить даже бровью. Он не мог закричать. Всё, что он мог, – это смотреть в небо и даже отвести взгляд в сторону у него не получалось.

Он не понимал, сколько он так провалялся. Но спустя какое-то время он услышал приближающиеся быстрые шаги и знакомый голос.

– Игорь, что именно он сделал? – спросила Кристина, в её голосе слышалась тревога.

Но Игорь не мог ответить.

– Смотри на кончик ручки, – сказала Кристина и начала водить перед его лицом обычной шариковой ручкой. – Зрачки не реагируют. Это займёт время.

Перед глазами Игоря появилось лицо Вячеслава.

– Куда он делся? – спросил тот.

– Он не сможет тебе ответить, – перебила его Кристина.

Игорь не видел, что делала Кристина, лишь периодически она чем-то водила перед его лицом и что-то шептала. Игорь вновь услышал приближающиеся шаги и голоса остальных оперативников.

– Что, черт побери произошло? – спросил вновь прибывших Вячеслав.

– Всё было нормально, – начал свой рассказ Андрей. – Потом я увидел странное поведение объектов, они почему-то смотрели прямо на вашу с Кристиной позицию, о чём сразу доложил. Потом всё резко изменилось, я оказался в помещении без окон, только одна дверь, я попытался связаться с вами по рации, но ничего не вышло. Тогда я пошёл в эту дверь, за ней был огромный коридор, я даже не видел его конца, я растерялся и хотел вернуться обратно, но двери уже не было. Тогда я пошёл по этому коридору, заглядывая в каждую комнату. Но везде была просто комната без дверей. Я так долго брёл и заглядывал, потом побежал, споткнулся и, кажется, ударился головой. Очнулся в том же классе, где и был в засаде, только голова болела. Посмотрел в окно, увидел, что вас уже нет на позиции. Хотел связаться по рации, но она была разбита.

– Похоже на морок, – прокомментировала Кристина, не прекращая колдовать над Игорем.

– У нас было почти также, – вступил в диалог Сергей. – В какой-то момент я оказался на поляне абсолютно один, а вокруг ничего, бесконечное поле. Очнулся там же, где и были, Олег был в отключке и дёргался. Я подумал, что ему плохо, попытался привести его в чувство, а он словно захлёбываться стал, но потом всё прекратилось и он очнулся.

– Я на лодке оказался, а я же плавать не умею… – подхватил рассказ Олег. – ну у меня и паника началась, но я еле как успокоился, а потом шторм, лодка перевернулась, я тонуть стал. Очнулся, а меня Серёга держит.

– Понятно всё, – сказал Вячеслав. – Он и с Ильиными что-то сделал, видимо на нас не смог воздействовать из-за Кристины, но зато супруги на нас накинулись, крича что-то неразборчивое. Еле привели их в чувство, я уже думал придётся к ним грубую силу применять… Кристина, что там с ним?

– Нормально всё, должно отпустить через минут десять, – ответила ему Кристина.

– Как он мог нас засечь? – удивлённо спросил Вячеслав. – Мало того, что засёк, так ещё и вывел всех из строя. Ладно будьте рядом с Игорем, как очухается, позовите меня, я пока с руководством свяжусь.

Сначала Игорь почувствовал, что глаза его снова слушаются, он попробовал посмотреть, что происходит вокруг, но голову пронзила острая боль.

– Не пробуй пока шевелиться, потерпи ещё, – тихо сказала Кристина.

Спустя время тело вернулось к Игорю, но он всё так же боялся пошевелиться.

– Он был прямо здесь… – тихо прошептал Игорь.

– Позовите Вячеслава, а тебе я сейчас помогу подняться, может немного кружиться голова, – сказала Кристина и протянула руку.

Игорь с трудом встал, сразу опёрся на машину. Всё вокруг плыло.

– На, вдохни, – протянула что-то девушка.

Игорь вдохнул, пахло мятой, свежескошенной травой и чем-то ещё, совсем незнакомым – кисло-сладкий запах. В голове сразу же прояснилось. Он посмотрел на руки, в правой руке у него всё так же был сжат кинжал, на лезвии виднелась кровь.

– Это его? – тут же спросила Кристина.

Игорь кивнул. Говорить было тяжело. Кристина тут же достала какой-то флакон из своей сумки, забрала кинжал у Игоря и аккуратно стала собирать в него кровь, оставшуюся на кинжале.

– Докладывай, – сказал подошедший Вячеслав.

– Я сидел в машине, – начал слабым голосом Игорь. – Всё было нормально, ну… до момента, когда все по очереди перестали отвечать на вызовы. Потом рация щёлкнула и совсем замолчала…

Игорь пересказал всё случившееся с ним и всё, что сказал ему колдун.

– Значит мы и правда недооценили его, – задумчиво сказал Вячеслав.

– И что мы будем делать? – спросил Игорь.

– Тебя бы я вообще спрятал, раз ты ему нужен… – всё так же о чём-то задумавшись ответил Вячеслав. – Но он верно сказал, если не ты, он найдёт другого… а может и тебя сможет найти.

– Я не собираюсь прятаться.

Вячеслав устало вздохнул.

– Да подожди ты, дай подумать. Кристина, есть идеи?

– Он явно сильнее чем мы думали. Мне кажется, что Игорь нам самим понадобится. Только пока он вряд ли сможет нам помочь.

– Вениамина попросить об усиленной подготовке?

– Это не поможет, – возразила ему девушка. – Как ни готовься, его сила должна сама к нему прийти. Я удивлена, что она у него вообще появилась сейчас. Всё должно было быть совсем иначе.

– А как должно было быть? – спросил Игорь. – Что это вообще за сила? Откуда она у меня?

– Игорь, я далеко не всё знаю, просто знаю, что она в тебе была, но не должна была проявиться так рано. Если честно, последнее время вообще события изменили свой ход.

– Понятнее мне от этого не стало, – ответил ей Игорь.

– Вячеслав, разреши, я тоже присоединюсь к обучению Игоря, вместе с Вениамином, – спросила Кристина.

– У нас сейчас куча работы, как я тебя куда-то отпущу? – удивлённо спросил тот.

– Только во внерабочее время, я не уверена, что я смогу справиться с Костровым, и не уверена, что весь наш отдел сможет…

Вячеслав стоял, задумавшись.

– Давайте-ка все сейчас по домам. Завтра от всех отчёт, кроме тебя, Игорь. Ты дома пока отлежись. Занятия с Вениамином продолжай, если начальство даст добро Кристина тоже подключится к твоему обучению, – сказал Вячеслав. – Не знаю, чем ты нам сможешь помочь, но раз Кристина говорит, что надо…

Игоря подвезли до дома. Его встретила на пороге Лиза.

– Живой, – обрадованно, но с усталым лицом вскликнула она.

– Живой-живой, что со мной будет? – попытался отшутиться Игорь. – Но от крепкого кофе я бы не отказался.

Как только дверь закрылась, из-за угла высунулась мордочка Моа.

– Ну что, поймали колдуна? – спросил он.

– Если бы… – устало ответил Игорь. – давайте сейчас я в душ схожу и за кофе всё расскажу.

Тёплые струйки воды приятно падали на голову и плечи, словно смывая весь сегодняшний день с него. Внезапно шторка приоткрылась.

– Я присоединюсь? – кокетливо спросила Лиза.

За кофе Игорь рассказал всё, что произошло в засаде, Лиза и Моа слушали, не перебивая, но на их лицах читался страх за него.

– И ты ещё спрашиваешь, что с тобой будет? – возмущённо спросила Лиза.

– А для чего ты ему вообще нужен? – спросил Моа.

– У меня пока вопросов больше, чем ответов, – ответил Игорь. – Кристина ещё загадками говорит, обучать меня собралась. А чему обучать? Силу какую-то во мне увидели, а откуда она?

– Может быть, бросим всё и уедем куда-нибудь подальше? – спросила Лиза.

– Куда мы сбежим? И на что жить будем?

– Если будете уезжать, возьмите меня с собой, – утвердительным тоном заявил Моа. – С вами интересно.

– И еды мы тебе не жалеем, – усмехнулся Игорь.

– Ну еда, конечно, хорошо, но это не главное. Я до этого-то как-то жил.

– Не знаю куда, – сказала Лиза. – Может быть на юг? В Сочи? А деньги… – задумалась она. – Ну я могу продать квартиру, и так немного сбережений есть, на первое время хватит.

– Лиз, ты же понимаешь… – сказал Игорь. – Если я даже убегу, это не остановит Кострова. А Кристина почему-то уверена, что я могу им как-то помочь.

– Я очень за тебя переживаю, – сказала Лиза, на её глазах проступили слёзы.

Игорь её обнял, и постарался успокоить:

– Всё будет хорошо. Мы что-нибудь придумаем.

В то же время.

Особый отдел. Кабинет полковника Григория Ивановича.

– Вячеслав, ты же понимаешь, что это провал?! – возмущённо спросил полковник, сидевший в своём кресле. – А если бы этот Костров решил всех убить? Что бы ему помешало?

Вячеслав стоял напротив начальника, ему оставалось только оправдываться, это его недоработка.

– Виноват…

– Отставить виновности! – тихо, но строго проговорил Григорий Иванович. – Нет смысла искать виноватых, надо тщательнее прорабатывать подозреваемых! Ты мог потерять минимум трёх оперативников, гражданских и привлечённого мальчишку. Что было бы с тобой и Кристиной ещё под вопросом, но предполагаю, что и вас бы потеряли.

– Мы неверно оценили его силу, но кажется, Игорь ему зачем-то нужен, а это ещё одна зацепка.

– Тебе не кажется, что цена зацепки слишком высока? – полковник постепенно успокаивался. – Что вы планируете делать?

– Кристина говорит, что Игорь может нам помочь, она разглядела в нём что-то, говорит всё изменилось и вообще, события идут не так как должны. Есть подозрения, что всё изменилось, когда этот помощник участкового попал к нам в город. Совпадение ли что он в первый же свой день встретил волкодлака?

– Насколько я понял, он пока даже не овладел своей силой, разве не так?

– Нет, и Кристина говорит, что этому никак не помочь, но она хочет тоже подключиться к его обучению.

– Так это как-то поможет?

– Она хочет, чтобы он знал хотя бы основы, говорит, что, когда проснётся сила, ему нужны будут знания, чтобы совладать с ней. И что у него должна быть хотя бы теория.

Полковник встал из-за стола и начал размеренно вышагивать от одной стены к противоположной и обратно, обдумывая всё услышанное. А затем сказал:

– Так, если это чем-то поможет, Кристина пусть его обучает, только чтобы всегда была на связи и чуть что сразу прибыла. Я завтра свяжусь с управлением, опишу ситуацию, может нам пришлют подмогу. А ты – чтобы нарыл больше информации по Кострову, выясните его силы, как он про вас узнал, кто его следующие жертвы. Свободен.

Тренировка

– Да куда ты столько чистотела-то добавил?! – возмущённо сказала Кристина.

Вот уже две недели она обучала Игоря вместе с Вениамином. Если последний учил его медитировать, искать силу и управлять ею, то Кристина обучала различным обрядам, созданию оберегов и зельеварению. Последнее у него получалось, честно говоря, не очень.

Когда Кристина показывала, как смешивать ингредиенты, как правильно их нарезать и варить, – у неё всегда получалась практически прозрачная жидкость, лишь с небольшим оттенком какого-либо цвета, то у Игоря почти всегда получалась мутная жидкость болотного цвета с соответствующим запахом.

– Да мы уже сколько с этим мучаемся?! – зло сказал Игорь и швырнул оставшиеся ингредиенты на стол. – Не получается у меня!

Кристина нахмурилась, но голос повышать не стала.

– Успокойся, я же тебе уже говорила, нужно время. Это довольно сложный и тонкий процесс.

– Вениамин тоже постоянно говорит, что нужно время, – Игорь раздражённо вытер руки о полотенце. – А я пока только научился зажигать огонёк на кончиках пальцев. Что-то посерьёзнее не получается. Вчера полдня убили на то, чтобы этот огонь бросить.

– А ты как думал? Всё сразу получится?

Игорь открыл было рот, чтобы ответить, но промолчал. Постоял, глядя на закипающую зелёную жижу в котелке, и немного успокоился.

– Да понимаю я, что всему надо учиться. И понимаю, что это процесс не быстрый. Но Костров ждать не будет, а мне пока ему противопоставить нечего.

– Тебе только так кажется, – мягко сказала Кристина. – То, что ты уже стабильно научился вызывать огонь, – это огромный прорыв. Дальше будет проще.

Игорь окончательно успокоился, вылил кипящую жижу в раковину и вновь взялся за приготовление зелья, которое, по словам Кристины, должно было придавать сил и бодрости лучше любого энергетика. Только она предупредила, что, когда действие заканчивается, наступает такое истощение, что можно не добраться до кровати.

– А кто тебя учил всему этому? – спросил Игорь, мелко нарезая имбирь и отмеряя его на кухонных весах.

– Бабушка учила. Она у меня травницей была. Не забудь про заклинание при варке и сосредоточься на силе.

– Помню… – тихо ответил Игорь, сверяясь с тетрадкой, в которую подробно записывал рецепт и заклинание.

Ещё спустя два часа и множество попыток у Игоря всё-таки получилась прозрачная, чуть зеленоватая жидкость. Она была мутнее, чем зелье, которое приготовила Кристина, но результат был уже налицо.

– Немного переборщил с чистотелом, отходняки будут жёстче, а так – вполне приемлемый результат, – похвалила его Кристина.

В комнату зашёл Вениамин. Все занятия проходили у него в коттедже. Для занятий с Кристиной он выделил отдельную комнату, которая, по сути, была кухней, но не основной. Насколько понимал Игорь, Вениамин обычно использовал её для тех же целей – варки зелий.

– Я погляжу, у вас есть прогресс, – сказал он, подойдя к столу. – Готов к тренировкам в практической магии?

– Готов, только давайте хотя бы чай попьём, – ответил Игорь.

В практической магии у Игоря успехов так и не было в этот день. Кристина подбросила его до магазина недалеко от дома. Надо было пополнить запасы колбасы и пряников. Делать это приходилось часто, так как Моа постоянно опустошал холодильник. Игорю иногда казалось, что домовёнок может есть вообще без остановки.

Купив продукты, он медленно шёл по улице. Летняя жара постепенно отступала. Прохладный вечерний ветер продувал футболку, хотелось что-нибудь накинуть, но с утра, когда он уезжал на обучение, стояла жара, поэтому другой одежды у него с собой не было.

Уже подходя к своему двору, на скамейке под деревом он увидел Иваныча. Тот, как и в прошлый раз был в сером плаще и с тростью.

– Игорёк, привет, присаживайся, поболтаем, – добродушно пригласил он. Во взгляде было что-то похожее на задор.

– И вам, добрый вечер, – недоверчиво поздоровался с ним Игорь. – А фокусов со временем не будет как в прошлый раз? А то я устал и хочу отдохнуть.

– Не переживай, успеешь отдохнуть.

Игорь взглянул на часы и всё же присел рядом.

– Смотрю, уже кой-чему обучился, – начал разговор старик. – А с Костровым ты, конечно, рано столкнулся. Бежишь вперёд паровоза.

– Да как-то особо не выбирал, когда с ним сталкиваться. А что вы знаете про него?

Старик молча рассматривал Игоря.

– У тебя же появились вопросы. Чего не пришёл, как уговаривались? – спросил Иваныч, игнорируя вопрос Игоря.

– Да всё времени не было, учёба. А вопрос у меня пока только один – как с Костровым справиться.

– Костров, Костров… – задумчиво проговорил старик. – Опасный соперник, не по зубам тебе, по крайней мере пока. Но учителя у тебя вижу неплохие. Учись, авось и управишься с ним.

Игорь ждал, что Иваныч скажет ещё что-то, но тот молчал.

– Может совет какой-то дадите? – не удержался и спросил помощник участкового. – Или помочь можете?

– Я бы посоветовал не лезть к нему, может кто другой на него управу найдёт, – чуть помедля ответил старик. – Но ты не послушаешь такой совет, а других нет. А помогать… Мне он не особо интересен, да и не мешает ничем.

Игорю надоедала бессмысленная болтовня.

– Тогда зачем вы здесь? – в голосе Игоря появилось раздражение.

– Ответить на вопрос, который тебя мучает. Но ты видимо запутался так, что пока не в силах распутаться, что же тебя так беспокоит. Не задавался вопросом, откуда это рвение остановить колдуна?

– Он зло, он причиняет вред людям. Он убивает невинных, какие ещё причины нужны?

– Но ты же знаешь, что есть Особый отдел, который занимается им, мог бы и оставить на них их же работу, разве нет?

– Мог бы, но не могу остаться в стороне, когда такое творится! – раздражённо ответил Игорь, он был уставший, голова гудела после учёбы, а тут ещё этот старик со своими загадками. – Я не понимаю, к чему вы клоните, я устал, говорите прямо!

Иваныч вздохнул, посмотрел вдаль. Достал из кармана курительную трубку.

– Всёй-то вы, молодые, торопитесь куда-то, не боитесь успеть? – с лёгкой грустью проговорил дед, забивая табак в трубку. – Я не так часто общаюсь с людьми, дай хоть насладиться беседой.

Он раскурил трубку, молча глядя вдаль. Прошло несколько минут, Игорь не знал, что говорить и просто ждал.

– То, почему ты не можешь остаться в стороне – это и должно быть главным для тебя вопросом, – выдыхая дым, внезапно сказал старик. – Ты же задумывался и не мог понять, что же не даёт тебе оставить это в стороне. Но все эти события отвлекли тебя от мысли.

Игорь задумался. И правда ведь, он размышлял над этим. И даже сейчас, когда его мысли вернулись в это русло, он не понимал, что именно им движет. Он хотел быть просто помощником участкового, может быть, когда-нибудь стать участковым. Хотел спокойной жизни. Хотел начать спокойную жизнь вместе с Лизой, возможно, построить семью… Но он не мог. А почему?

– Я просто чувствую, что должен…

Старик с усмешкой глянул на Игоря и выдохнул дым:

– Вот я и говорю, что вопрос-то лежит на поверхности.

Игорь молча смотрел на Иваныча, ожидая, что тот что-то ещё скажет, но тот молчал.

– И откуда же у меня желание остановить Кострова? – всё же не выдержал Игорь.

– Так всё оттуда же, откуда и сила, – рассмеялся старик.

– Послушайте, я устал. Я хочу вернуться домой, сходить в душ и выспаться. У меня выдался весьма трудный месяц, а завтра снова тяжёлый день, – постепенно Игорь начал закипать. – Если вам есть что сказать – скажите. Мне не до этих игр.

– Извиняй, не сердись. Давненько я ни с кем не разговаривал, вот и хотелось растянуть удовольствие, – вздохнул Иваныч, всё же решив пояснить. – То, что у тебя проявилась сила, напрямую связано с твоим желанием помогать окружающим людям, изгонять нечисть, побеждать зло. Но не только сила повлияла на желания – изначально твоё желание помочь позволило обрести тебе эту силу.

Иваныч вновь затянулся и уставился вдаль, задумавшись. А затем продолжил:

– Она вроде как выбрала тебя, а дальше усилила твоё стремление помогать.

– Я что-то вроде какого-то избранного?

Старик рассмеялся, закашлявшись дымом. Игорь недоумённо смотрел на него.

– Ох, извиняй, ну тут как посмотреть. Если понимать в том смысле, что сила тебя избрала, то, пожалуй, да, а если ты считаешь, что ты особенный и тебе предназначены великие дела, то тут уж всё зависит не от судьбы, а от того, как ты сам своей жизнью распорядишься.

– Но это не ответ, что это за сила и откуда она у меня.

– Пока тебе будет сложно понять, давай постараюсь объяснить по-простому. Вот ты же помощник участкового, по сути, страж правопорядка мирского. Вот и сила эта тоже стража, только, так сказать, среди духоземцев.

– Это мне надо будет стоять на страже добра и зла?

Иваныч внимательно посмотрел на Игоря, вытряхнул остатки табака из трубки и встал со скамейки:

– Не всё так просто, Игорь. Добро и зло – понятия неоднозначные. Только от тебя зависит, какой путь ты выберешь. Мне пора. До встречи.

– До свидания, – проговорил Игорь, а старик уже развернулся и пошёл. Через несколько шагов он растворился, будто его и не было.

Игорь посмотрел на часы: была половина второго ночи.

– Вот же… – возмутился он. – Опять эти игры со временем.

Игорь поднялся в свою квартиру и принял душ. На сообщение Лиза не ответила – наверное, уже спала. Он решил остаться у себя и не будить её. Стоило Игорю лечь, как его тут же одолел сон.

Игорь проснулся выспавшимся и бодрым, совсем не ощущалось, что он лёг вчера поздно. В этот день Кристина была занята, поэтому весь день был посвящён практическим навыкам магии.

– Огонь ты уже вызываешь уверенно, с бросками огня по целям пока есть заминки, но потренироваться с этим ты можешь и самостоятельно. Главное, что у тебя уже есть понимание, как это делать, – начал урок Вениамин. – Но нужно уметь не только атаковать, но ещё и защищаться. Поэтому первую часть сегодняшнего урока посвятим защите. Ты готов?

– Конечно… – не успел Игорь договорить, как в него с разных сторон полетели пейнтбольные шарики.

Только сейчас Игорь увидел, что по периметру комнаты разложены пейнтбольные снаряды, которые Вениамин методично швырял в него телекинезом. Игорь старался уворачиваться, но выходило так себе, хорошо, что перед занятиями он переодевался в спортивный костюм, иначе ему бы пришлось возвращаться измазанному краской.

– Включи смекалку, от всех шариков не увернёшься, или ты думаешь огонь можно вызвать только в руках? – дал небольшую подсказку Вениамин.

Игорь, может быть, и расстроился бы тем, что не додумался сразу, но ему было некогда, шарики, от которых не получалось увернуться, причиняли довольно сильную боль. Он попытался сосредоточиться и создать что-то вроде толстого огненного щита во весь рост, представил его контуры, почувствовал поток силы и направил его на создание щита, но в теле тут же возникла слабость и ноги подкосились.

– Куда ты такой поток энергии-то зарядил? – возмутился учитель и прекратил обстрел. – Ты там полноценный щит решил сделать, что ли?

– Да слишком уж хотелось оградиться от такой внезапной атаки.

– Атаки редко бывают ожидаемые, защита – это не только использование силы, но и реакция. Отдохни пятнадцать минут и продолжим.

По окончании пятнадцати минут, также без предупреждения, в Игоря снова полетели шарики. «Да сколько же он их там припас?» – подумал он. В этот раз он постарался сделать тонкий огненный кокон, который получился с третьей попытки, только вот жара в нём почти не было, и шарики пролетали сквозь тонкую огненную преграду почти невредимыми.

– Неплохая идея, – похвалил его Вениамин. – Но пока тебе сил не хватает, чтобы такая защита была действенной.

Игорь продолжал соображать, как ещё можно укрыться от попаданий. «На большой щит сил не хватает, на кокон тоже. На маленький щит сил, пожалуй, хватит, но как укрыться от шариков, летящих со всех сторон?» соображал он. Решил всё же попытаться, представил щит размером примерно с две ладони, нащупал поток энергии и постепенно начал вливать в щит. Шарик, летевший в щит, расплавился и не долетел до Игоря, оставалось придумать, как защититься от остальных, он чувствовал, что силы не хватит, чтобы сделать хотя бы ещё один такой щит. Но на то, чтобы перемещать этот щит силы ещё оставались.

Игорь старался предугадать, с какой стороны сейчас в него полетит шарик, и перемещал туда огненный щит, далеко не всегда у него это получалось, но попаданий по нему стало гораздо меньше.

– Молодец! – похвалил его учитель и прекратил обстрел. – Очень важно не только полагаться на силу, заклинания, зелья, но и быть находчивым, уметь быстро решать проблему иногда нестандартным способом.

– Но полностью защититься я так и не смог.

– Ничего, с тренировками со временем получится. Если бы ты точнее предугадывал, откуда сейчас прилетит шарик, то хватило бы и одного маленького щита. Пока тренируешься, научишься чувствовать опасность, да и сила подрастёт. Тут ведь как с мышцами – тренировки залог успеха.

– Ты главное не переусердствуй с тренировками, мне кажется, что у меня на теле один огромный синяк, – возмутился Игорь.

– Точно, чуть не забыл, – сказал Вениамин и протянул маленькую бутылочку с чуть розоватой жидкостью. – Выпей, это зелье восстановления, синяки к концу дня должны будут пройти.

– Я надеюсь, до конца дня новых травм не будет?

– Не должно быть, – усмехнулся Вениамин. – А сейчас будет очень сложная задача, как ты мог догадаться, можно с помощью силы призвать не только огонь.

После этих слов учитель театрально щёлкнул пальцами и в воздухе около руки появился небольшой шар воды, Вениамин повёл рукой в сторону и шар вытянулся в перетекающий ручей, затем струя снова собралась, но теперь уже в форме стрелы, после чего застыла льдом и Вениамин её метнул в мишень.

– Это будет тяжело, – пояснил учитель. – Противоположная стихия, энергия совсем иначе идёт.

– Так это со всеми стихиями так можно? – удивлённо спросил Игорь. – Или только с огнём и водой?

– Со всеми. И не только стихиями, но об этом чуть позже. Как ты понимаешь, от разных типов атак разные стихии эффективны по-разному. Например, от летящего камня или кинжала огненный щит не поможет, зато ледяной сможет удержать, конечно, если хватит его толщины. Огненный же лучше покажет себя от удара водой, от атакующих зелий, он их просто испарит. То же и при атаке, нужно понимать, что лучше сработает в конкретном случае.

Игорь внимательно слушал пояснения учителя и прекрасно понимал, что сейчас вновь начнутся мучительные попытки вызвать воду с помощью силы, он вспоминал, как тяжело ему давался огонь первое время, и надеялся, что опыт с огнём ему поможет.

– Ну что, готов научиться водной магии? – спросил Вениамин.

– Будто бы у меня есть выбор…

– И тут ты прав, если хочешь выжить, выбора у тебя нет, – с хитрым прищуром сказал учитель. – А теперь забудь всё, чему я тебя учил с огнём, это тебе не поможет…

Потекли долгие часы медитации. Если для того, чтобы появился огонь Игорю уже достаточно представить, как именно будет проявляться огонь и влить энергию, то теперь необходимо было преобразовывать эту энергию в иную. Как объяснил Вениамин, Игорь и для огня преобразовывал её, но по сути делал это неосознанно, надо было почувствовать, как она течёт и что происходит с ней, когда он её вливает, чтобы понять момент, когда она преобразуется, а затем «сменить полярность».

К концу дня Игорь смог добиться небольшого водного шарика, даже чуть меньше, чем пейнтбольные, которые ранее летели в него.

Синяки действительно прошли к концу дня, но теперь болела голова и изнутри всё тело ломило от постоянного использования силы.

Игорь настолько вымотался, что после ужина, пока они с Лизой ждали, когда вскипит чайник, он уснул прямо за столом.

– Пойдём в кровать, волшебник, – тихонько толкнув его, сказала Лиза.